С Новым годом, вы уволены! (fb2)


Использовать online-читалку "Книгочей 0.2" (Не работает в Internet Explorer)


Настройки текста:


С Новым годом, вы уволены! Ася Оболенская

Глава 1

Своим трудоустройством в «Сигма Шуз» я была целиком и полностью обязана маме. По ее железной логике гораздо лучше заниматься продажами обуви, сидя в теплом уютном офисе, чем продавать ту же самую обувь, морозя задницу на ближайшем рынке.

«Лизавета, «Сигма» - твой счастливый билет в светлое будущее!»

Эта фраза, кажется, на веки вечные отложилась в моей памяти. Сомневаюсь, что я вообще смогу произнести ее, не стараясь скопировать интонацию родительницы.

В принципе, доля правды в ее словах была, однако ее явно не хватало для того, чтобы я могла гордо и с уверенностью заявить о том, что люблю свою работу. Нет, я не была работоненавистницей по натуре. Отнюдь.

Но и на голову больной я, вроде как, тоже не была.

В общем, в моем мозгу все складывалось так, что любой нормальный человек на мою должность не согласится, и именно это вызывало встречный вопрос.

Почему я до сих пор не написала заявление на увольнение?

Вопрос сложный, но и на него у меня был ответ. Дело в том, что ипотека и два кредита все же переводили меня в категорию не самых нормальных людей, особенно к двадцать пятому числу каждого месяца. Ох уж этот легкий мандраж и сообщение на телефон о том, что пришло время вносить очередной платеж.

Однако эти обязательства не мешали мне в свободное от мыслей о том, где взять деньги, время тихо ненавидеть свою должность, «Сигму Шуз» в целом и своего великолепного, умопомрачительного начальника-идиота в частности.

Серьезно, я могу написать целый список причин, почему главный офис нашей компании является филиалом ада на земле.

Не верите? Тогда слушайте!

Пункт первый, которым никого не удивишь. Наш офис – настоящий серпентарий! Я впервые поняла это, когда рассказала Светочке из коммерческого о том, что ногти Леночки из маркетинга просто отвратительны, а на следующее утро обнаружила свои маникюрные ножницы, которые имела неосторожность хранить в столе, воткнутыми в мой же кактус. С тех пор вопросов маникюра и прочих скользких тем я стараюсь не касаться.

Пункт второй, который оказался для меня весьма неожиданным. О чем вы думаете, когда видите в описании вакансии фразу о нормированном рабочем дне? С девяти утра до пяти вечера с обязательными двумя выходными? Я тоже так думала! Наивной была, совсем зеленой, зато теперь могу дать ценный совет, руководствуясь собственным опытом. Обязательно! Слышите, обязательно, уточняйте по чьей именно версии ваш день будет нормированным!

Ну, и, наконец, пункт третий. Жемчужина коллекции. Мой начальник – Роман Георгиевич Ветров. Дьявол во плоти и просто замечательный человек с внешностью Голливудского актера и характером киношного злодея Да я могла бы отдельный список причин, по которым его невозможно не ненавидеть составить, и, поверьте, он бы не ограничился тремя пунктами!

Работать под его руководством – истинное удовольствие, если вы, конечно, любите по сто раз переделывать одно и то же просто потому, что «Елизавета Дмитриевна, ну вы разве не понимаете?!».

Нет, Роман Георгиевич, я не понимаю. Не понимаю, почему вчера я ушла с работы в начале десятого из-за того, что вам резко перестали нравиться синие папки. Не понимаю, почему месяц назад я опоздала на празднование маминого юбилея, потому что эмблема компании на вашем служебном автомобиле слишком яркая.

Я вообще слишком мало понимаю в вашем мире! Просто выбора нет, приходится...

Так или иначе, тяжело вздохнув, взглянула на отражение не самого счастливого человека на этой планете, который по печальному стечению обстоятельств являлся мной, подхватила с полки зонтик и вышла из квартиры. До начала рабочего дня оставалось всего сорок минут, а Роман Георгиевич ненавидит, когда опаздывают.

Примерно так же сильно, как и я его.

Как по-вашему проходит идеальное утро личного помощника генерального директора одной из крупнейших обувных компаний страны? За наблюдением из панорамных окон бизнес-центра за людьми, зачем-то так быстро снующим по улицам, с непременным осознанием собственной важности и успешности?

Тройное ха! Как бы не так, честное слово.

Рабочий день в «Сигма Шуз» начинается в девять утра, но это не значит, что я выхожу из дома в восемь сорок пять, хоть и живу в пяти минутах ходьбы от работы.

За бонус в виде шаговой доступности нужно сказать отдельное спасибо быстрорастущим мегаполисам и нерезиновости исторического центра города, ведь к тому времени, когда наша компания достигла того уровня, чтобы позволить себе стильный офис в одном из новеньких сияющих бизнес-центров, эти самые бизнес-центры просто перестали помещаться в центре, который, как бы городская власть не старалась, растянуть не удавалось, поэтому «Сигме Шуз» пришлось довольствоваться помещениями за пределами элитных районов.

Несомненно, руководство от этого страдало. Руководство, но не я.

И все, возможно, могло бы быть идеально. Возможно, но только не в моем случае.

Не в том случае, когда твой начальник любит завтракать исключительно тостами с беконом. Сделанными исключительно в кофейне, находящейся в четырех кварталах от моего дома. Положенными исключительно на чертову голубую тарелочку, идеально подходящую к бежевой чашечке. Поданными исключительно мной. Да что там поданными, купленными исключительно мной.

Так вот, возвращаясь к разговору об идеальном утре. Идеальное утро – это когда на дороге нет пробок. Ладно, будем реалистами. Когда пробки хотя бы позволяют добраться до офиса вовремя.

Я ведь уже говорила о том, что Роман Георгиевич не любит опоздания?

Конечно, вы можете предложить мне более простой вариант: «Лиза, неужели ты не сможешь приготовить такие же тосты дома сама?». И тогда я обращусь к вам со встречным вопросом: «Уважаемые, а как быстро вы умеете бегать при учете того, что в вас летит тарелка с тостом?»

Или вот еще: «Лизавета, может, просто не стоит уделять время таким пустякам?». Вот тут даже без вопросов обойдусь. Просто скажу, что тарелка с тостом и без имеют приблизительно одинаковую скорость.

Все же в нашей компании умеют доходчиво объяснять.

Так как личного водителя для личного помощника «Сигма Шуз» не выдавала, приходилось пользоваться услугами таксиста. Благо, пару месяцев назад я познакомилась с Магой, ну, или же Максом, как нынче принято обращаться к уважаемому человеку, живущему одной ногой в Европе.

Мы нашли стопроцентное взаимопонимание практически в первую же секунду знакомства, когда мужчина, окинув меня оценивающим взглядом, прямо спросил:

- Девушка, да зачем же ж тебе эти булки?!

В тот момент, стоя под дождем, сжимая в руках пару тостов в фирменной упаковке «Круассанов и Шоколада» я задавалась примерно тем же вопросом, поэтому можно сказать, что таксист меня покорил. С тех самых пор он каждое утро забирал меня возле дома, отвозил за неизменным завтраком для Романа Георгиевича и подбрасывал до офиса, на прощание обязательно кидая:

- Надеюсь, что когда-нибудь у твоего шефа начнется аллергия на бекон!

Ох, как же я на это надеялась, хотя была практически уверена в том, что в таком случае мы просто перейдем на тосты с яйцом.

Сегодня утром события развивались по стандартному сценарию. Ровно в 8.45 я вошла в здание бизнес-центра с добычей в виде завтрака для босса, поднялась на лифте на четвертый этаж, прошагала через ресепшен по коридору, распахнула дверь приемной, кинула вещи на стол и подумала о том, как я все это ненавижу.

Абсолютная стабильность!

После чего повесила пальто в шкаф, сменила сапоги на туфли, сделала кофе в бежевой чашечке, переложила тосты на голубую тарелочку, поправила прическу, взяла поднос и направилась в сторону кабинета начальника, по пути традиционно молясь о том, чтобы сегодняшний рабочий день не кончился кровопролитием.

Натянув на лицо самую широкую улыбку, такую, от которой модели в рекламе зубной пасты начинают трястись от зависти, смело толкнула дверь и до безумия радостно проговорила:

- Доброе утро, Роман Георгиевич!

- Доброе утро, Елизавета Дмитриевна! – шеф ответил с такой же до невозможности искренней улыбкой, давая понять, что наши чувства взаимны.

К счастью, босс приезжал в офис еще в половину девятого, поэтому милой встречи в приемной удавалось избегать. О причинах такого раннего приезда я ничего не знала, но и углубляться в них не хотела. Да пусть хоть спит на работе, лишь бы в своем кабинете.

- Ваш завтрак. – прошагала по ламинату, громко цокая каблуками, зная, как это раздражает начальника, и поставила на журнальный столик тарелку с чашкой. – Приятного аппетита!

- Не торопитесь. – проговорил Роман Георгиевич, когда я уже потянула за ручку. Пришлось обернуться.

Шеф растянул губы в улыбке. Ну, той самой, от которой таяла практически вся женская половина человечества, превращаясь в розовую сладкую лужицу, способную пробулькать лишь что-то вроде «и почему такой мужчина еще до сих пор не женился». Хвала небесам, у меня это действие такой реакции не вызывало. Огреть его подносом по лицу – вполне, а вот млеть... Фу-фу-фу!

- Я вас слушаю.

- Сегодня должна прилететь Полина Анатольевна. – после небольшой паузы сказал босс. – Организуйте ее встречу в аэропорту. – еще одна маленькая пауза. – И ее доставку в офис.

К концу фразы улыбка все же слезла с лица начальника, а я, наоборот, просияла. Прямо закон сообщающихся сосудов в действии!

- Конечно же, Роман Георгиевич!

- Можете быть свободны.

Еще раз улыбнувшись на прощание, вышла из кабинета, понимая, что в наказание за такую реакцию я, наверняка, в ближайшее время вновь буду заниматься чем-то жутко раздражающим и до безумия бесполезным, но ничего не могла с собой поделать.

Дело в том, что Полина Анатольевна была лучом света в темном царстве.

Нет... Ладно... На самом деле Полина Анатольевна была правой рукой Сатаны. Не ниже. В аду, наверняка, имелся котел, с гордостью носивший ее имя. Но именно несносный стервозный характер, непереносимость всего человеческого рода и целая гора надменности и были ее достоинствами.

Потому что Полина Анатольевна была невестой Романа Георгиевича. Потому что Полина Анатольевна была единственным человеком на всей планете, да что там, во всей галактике, которая могла за столь короткое время довести моего начальника до белого каления.

Именно поэтому каждый визит этой девушки в наш офис становился для меня праздником наравне с новым годом и днем рождения. В прошлом месяце я даже в календарике обводила эти счастливые дни!

По какой причине эта пара еще до сих пор была вместе, лично для меня оставалось загадкой. Любое появление Полины Анатольевны в офис заканчивалось криками (взаимными), ругательствами (со стороны Романа Георгиевича), слезами (к сожалению, не Романа Георгиевича) и парой разбитых бежевых кружек.

И это, если честно, было прекрасно. Ну, кроме гибели ни в чем не повинных кружек, пожалуй. Такое представление снимало стресс получше курса успокоительных, да и быстрей, поэтому, уже потирая ручки в предвкушении, нашла в своих записях номер рейса и время прилета и набрала номер водителя Романа Георгиевича, параллельно открывая в браузере сайт интернет-магазина для заказа новой посуды.

Война войной, но завтра с утра бежевые кружки должны быть на своем законном месте.

Полина Анатольевна была девушкой эффектной, с какой стороны ни глянь. В принципе, наверное, так и должна выглядеть наследница крупного бизнеса. Ухоженная от корней волос до кончиков ногтей на ногах. Не удивлюсь, если она даже белье в тон маникюра подбирает.

Нет, я бы не сказала, что на ее фоне чувствовала себя простушкой. Или все же сказала бы?

Нет... Или да?

В общем, как бы я там не сказала, дело было вовсе не во мне. Просто, когда природа раздавала внешние данные, я по какой-то, наверняка, нелепой причине пропустила свою очередь за ростом в сто семьдесят сантиметров и грудью третьего размера.

И нет, бюст Полины Анатольевны не является предметом моих тщательных исследований, просто сложно не замечать то, что так старательно выставляют напоказ.

Так или иначе, даже несмотря на то, что я проигрывала девушке Романа Георгиевича шесть сантиметров роста, примерно столько же сантиметров в обхвате груди и несколько миллионов на личном счету, я любила ее практически всей душой. А вот весь остальной коллектив «Сигмы Шуз», за исключением, конечно, шефа, ее просто на дух не переносил.

Когда я возвращалась с обеда, предводители нашего женского войска, девочки на ресепшене, со всем присущим им усердием изучали «Инстаграм» Авериной, то и дело вскрикивая: «А вот этой морщинки раньше не было!», «А талия-то! Посмотри, как расплылась!», «Божечки, что за отвратительный купальник!».

Причиной такого поведения, конечно же, был Роман Георгиевич. Я ведь уже говорила про подавляющее большинство особей прекрасного пола от шестнадцати до ста? Так вот, если бы за обладание телом и душой моего начальника выстраивалась очередь, именно девочки с ресепшена стояли в ее главе.

Конечно, когда Полина Анатольевна появится в офисе, они будут мило улыбаться, интересоваться, как она провела время, предлагать чай, кофе, шампанское и все остальные напитки, которые имеются в минибаре. Правильная, на самом-то деле, стратегия.

Мне вообще кажется, что улыбаться тем, кого ты всем сердцем ненавидишь, просто жизненно необходимо. Это основная основа деловой этики, что ли.

Полина Анатольевна приехала в начале третьего. В своем ярком красном платье она смотрелась в нашем офисе так же уместно, как человек в костюме кого-нибудь из смешариков на Хэллоуине в стриптиз-клубе, однако девушку это абсолютно не смущало.

Она выделялась из толпы, она сияла, девушки смотрели на нее с завистью, а мужчины – с желанием. В общем, тот эффект, на который невеста шефа рассчитывала, она производила.

Подарив мне какие-то сладости, которые с завидным постоянством привозила из каждой поездки, то ли с желанием сделать так, чтобы моя задница рано или поздно перестала помещаться на стул, то ли для того, чтобы сделать приятное (вот в этом я искренне сомневалась), Полина Анатольевна вошла в кабинет шефа, а я взглянула на часы. Прошлый рекорд составлял тринадцать минут.

Кстати, сладости, которые девушка дарила, я не ела. Причину назвать сложно. Может, действительно боялась, что рано или поздно стул не выдержит, а, может, она их там вообще у шаманов в своей Индии, Камбодже или на Бали заговорила. Съешь конфетку – и все, пожизненные неудачи гарантированы. Хотя... Хотя у меня и без конфеток все было многообещающе.

Так или иначе, все дары Полины Анатольевны лежали нетронутыми в нижнем ящике стола. В принципе, в свободное от работы время я бы могла сложить из них карту путешествий Авериной. Осталось лишь найти свободное время.

В этот раз крики начались на девяти с половиной минутах, однако побить рекорд этой парочке все же не удалось. Полина Анатольевна вылетела из кабинета, когда секундомер на телефоне показал шестнадцать минут и тридцать две секунды. Вылетела даже без предупредительно разбитой чашки!

- Поля, не будь дурой, вернись!

- Рома, иди в задницу!

- Идиотка!

- Урод!

Дальше дверь кабинета с шумом захлопывается, и девушка босса исчезает в коридоре, я же устраиваюсь в кресле поудобней и начинаю размышлять о том, что сегодня ссора пошла по какому-то новому сценарию, как вдруг слышу звук разбиваемой керамики.

А, нет, все же по старому...

А еще через минуту пищит переговорное устройство, и раздается голос Романа Георгиевича:

- Егорова! Сегодня вечером нужно разобрать и отсортировать документы в архиве, все, что связаны с Питерским филиалом. – босс делает паузу, а потом добавляет. - За последние пять лет. Зайдите, я объясню детали.

Вздохнув, нажимаю на кнопку, натягиваю улыбку-гримасу, хоть он меня и не видит, и покорно говорю:

- Конечно же, Роман Георгиевич.

А про себя отмечаю, что мир все же по-прежнему стоит на трех китах. Апокалипсис отменяется.

О, это прекрасное чувство, когда ты выходишь из офиса с пониманием того, что впереди два выходных, вдыхаешь прохладный ноябрьский воздух, смотришь на часы и... И осознаешь, что не можешь купить даже бутылочку вина! Потому что стрелки уже давно перевалили за десять вечера.

А в довершении всего через несколько секунд слышишь голос знакомого охранника:

- Лизавета, может, тебе все-таки раскладушку подарить?

И вот на смену облегчению уже приходит гнев. Чертов Роман Георгиевич, наверняка, уже потягивал какое-нибудь элитненькое виски в каком-нибудь элитненьком ресторане города, наслаждаясь пятницей и даже не задумываясь о том, что по его вине я проторчала в архиве едва ли не до ночи.

В такие моменты мне было особенно жаль, что я не являлась потомственной ведьмой или кем-то в этом духе, потому что, судя по всему, те проклятия, которые я обрушивала на шефа ни фига не работали.

Звонок мобильника отвлек от размышлений о том, какая кончина больше бы подошла шефу. В том, что она должна быть скоропостижной, я даже не сомневалась, а вот способов... Способов было великое множество!

- Лизка, ну ты скоро?! – раздался в трубке голос Эли, старательно перекрикивавшей музыку.

- Я? – не слишком понимая, о чем идет речь, остановилась.

- Ты вообще где? – лучшая подруга перешла на задорный крик, поэтому пришлось отодвинуть телефон от уха.

- На улице...

- О, то есть уже выехала? – Эля просияла, но потом резко сменила тон. – Стой! Или ты вообще забыла?

- Ну-у-у... - протянула задумчиво, и уже в следующую секунду память любезно подкинула наш разговор недельной давности, в ходе которого я свято клялась перестать жить на работе и обязательно выбраться с подругами в клуб на следующей неделе.

- Лиза!

Я тяжело вздохнула, понимая, что в течение ближайшей минуты подруга превратится из пушистого зайчика в злобного гремлина, готового рвать и метать, поэтому определяться с тем, что делать дальше, нужно было как можно быстрее.

В принципе, вариантов у меня было всего два – бросить трубку и ближайшие пару лет прикидываться мертвой, для достоверности прикупив гроб и переехав жить в него, или же безропотно согласиться на все условия подруги.

Поразмыслив над тем, что моя квартира, хоть и не была слишком просторной, но гроб в плане площади и уюта явно превосходила, единогласно со всей живностью, обитавшей в моей голове, приняла решение, что провести вечер с друзьями будет правильней.

- Да еду я уже, чего ты кричишь! – что-что, а врать я умела.

- Точно? – с некоторым сомнением уточнила Эля.

- Абсолютно! Ждите, скоро буду! – после чего сбросила вызов и максимально быстрым шагом поспешила домой.

Сборы заняли не слишком много времени, мне хватило пятнадцати минут. Волосы, которые были собраны в хвостик в течение всего рабочего дня, всеми силами сопротивлялись, не желая ложиться ровно, однако в итоге были повержены. Облегающее платье застегнулось с первой попытки, не пришлось даже прибегать к шаманским ритуалам и танцам с бубном. Да и освежить макияж, сделанный еще с утра, не составило труда.

В общем, жизнь налаживалась.

Критически осмотрев отражение в зеркале, в итоге позволила себе улыбнуться, признавая, что выгляжу очень даже ничего. А потом я зачем-то подумала о Романе Георгиевиче...

Точнее о том, что даже этот демон со своими идиотскими поручениями не сможет испортить мне пятничный вечер!

Да! Вот так-то!

Костяк нашей компании состоял из моих университетских подруг. Сколько всего мы прошли вместе, уже и не вспомнить: сессии, зачеты... Еще сессии... В общем, много.

А потом на смену учебе пришли работа, семейная жизнь (не моя) и прочие прелести взросления. Так с течением времени наша компания стала расширяться. Парни, впоследствии ставшие мужьями подруг, их знакомые, родственники...

Короче, когда-то маленький кружок по интересам на три персоны за последние годы значительно подрос.

Места встреч тоже эволюционировали. Парк сменился кафешкой, а потом и кафешка передала эстафету клубу. На самом деле я любила это место, открывшийся несколько лет назад «Оазис» являлся достаточно уютным заведением, лишенным избыточного пафоса, с приятным персоналом и о-о-очень вкусными коктейлями. А что еще нужно для удачного отдыха?

Если бы еще опустить бесчисленные шутки в мой адрес, все было бы просто замечательно. Дело в том, что я оставалась единственной незамужней девушкой в нашей компании, и, конечно, этот факт не давал всем покоя. Каждый считал своей целью вставить пять копеек о том, что мне пора узаконить свои отношения с работой или, того хуже, попытаться склеить шефа.

Этот раз не стал исключением, мое появление было ознаменовано шквалом вопросов о том, почему я не в костюме, где мой босс, и как, в конце концов, мне удалось выбраться из офиса. Наверное, если бы я не знала, что это у друзей такое своеобразное проявление заботы, точно бы пошла на преступление.

На самом деле, после первого коктейля я уже вовсю считала, что идеи лучше, чем поехать в клуб, нельзя было и придумать! Жаль только, что ко второму я поняла, что переоценила свои возможности. Друзья отправились на танцпол, а у меня едва хватало сил подносить соломинку к губам.

И тогда я вновь вспомнила о начальнике. Это именно по его вине я больше напоминаю выжатый лимон, нежели энергичную двадцативосьмилетнюю девушку, какой должна была быть.

Теперь уже сложно сказать, что именно подвигло меня на такое решение. То ли мысли о Романе Георгиевиче, то ли выпитое, так или иначе, вместо танцпола я отправилась прямиком к бару. Нужно же было как-то коротать вечер, потому что возвращаться домой не хотелось совершенно.

Удобно устроившись на стуле у барной стойки, стала внимательно изучать коктейльную карту, когда услышала вопрос:

- Вам помочь?

Не будучи до конца уверенной в том, что обратились ко мне, все же подняла взгляд.

Этого бармена я видела впервые. Лет тридцать на вид, достаточно симпатичный, карие глаза, темно-русые волосы, а еще что-то очень знакомое в чертах, как будто видела его где-то или похож на кого, что ли...

- Вы это мне?

- А вы видите здесь еще одну симпатичную девушку, которая сидит с таким печальным видом?

Для того, чтобы дать точный ответ, огляделась по сторонам, после чего отрицательно качнула головой.

- Вот и я не вижу. – подтвердил бармен.

- День тяжелый... Или неделя. – сказала в свое оправдание.

- Или год?

- Или год. – не стала спорить.

- Тогда обязательно нужно что-то менять. – мужчина взглянул на мой бокал и улыбнулся. – Предлагаю начать с простого. С коктейля.

Я с сомнением посмотрела на опустевшую тару, а спустя несколько секунд кивнула.

- Ладно.

- Тогда мне просто необходимо знать, какую проблему нужно побороть.

От такой наглости я не выдержала и рассмеялась, потом нахмурилась, потом задумалась. А в фильмах же все это работает? Ну, бармены-психологи и все в таком духе. Может, и со мной прокатит?

- Мой начальник – форменный идиот! Абсолютно непроходимый, сказочный дебил! – изрекла уверенно и с вызовом посмотрела на мужчину за стойкой, который широко улыбался.

- Диагноз ясен.

И буквально через несколько мгновений передо мной материализовалась стопочка с чем-то горящим и разноцветным, которая как-то совсем не внушала доверия. Первые секунд пять, наверное, потому что потом я смело взяла ее в руку и выпила залпом.

- М-м-м... Ягодки.

А дальше события развивались стремительно. С каждой новой стопкой чудо-напитка, о составе которого я так и не спросила, настроение становилось все лучше, а беседа все интереснее. Жаль, правда, что в какой-то момент звуки стали тише, веки тяжелее, а позади почему-то раздался голос Эли:

- Мать моя женщина, Лиз, ты как так наклюкаться умудрилась?!

Глава 2

Утро не задалось. Нет, неправильно... День не задался. Выходные не задались!

В общем, заявляю авторитетно, сложно ощущать себя счастливым человеком, когда в твоей голове живет дятел. Да что там дятел, целая стая дятлов! Дятлов-работяг, которые долбят череп изнутри без остановки.

Хорошей новостью, если в моем состоянии вообще имеет смысл говорить о хороших новостях, было то, что проснулась я на своем диване в своей квартире. С любезно припаркованным тазиком рядом и гневным письмом от Эли, сообщавшим о том, что пить мне противопоказано.

Внизу, правда, оказались приписки от сочувствовавших приятелей. Лена, судя по почерку, сообщала о том, что в холодильнике лежит минералка, а Витя упомянул анальгин на тумбочке.

Я уже говорила о том, что мои друзья очень заботливые?

Вся суббота прошла в бесконечном тягучем тумане с объяснениями всем звонившим, чего ж я, собственно, так напилась. Поэтому, когда стемнело, я почувствовала то, что, наверное, ощущают Олимпийские чемпионы, пересекающие финишную линию.

Радость от того, что этот тяжелый день пережит, была практически безграничной.

В воскресенье, видимо, после героически пережитой субботы, совершать резкие телодвижения не хотелось совершенно, тем более, что привкус отвратительного ягодного напитка по-прежнему преследовал меня, поэтому я предпочла провести день, укутавшись в плед, за просмотром сериалов, серий которых накопилось уже на год вперед.

Работа в «Сигма Шуз» отбирала львиную долю того времени, которое, теоретически, должно быть свободным. Порой мне приходилось пересматривать сезон с самого начала, чтобы вспомнить сюжет, однако достойной альтернативы моему текущему месту работы попросту не существовало.

Мало кто соглашался вознаграждать такой заработной платой сотрудника без опыта работы по специальности. Да чего уж там, мало кто вообще хотел брать сотрудника без опыта. «Сигма Шуз» стала исключением, это сейчас я уже понимала, за что компания приплачивала, все-таки не каждый здравомыслящий человек захочет работать на совсем не здравомыслящего начальника, жаль, что в описании вакансии об этом забыли упомянуть.

Свою первую встречу с Романом Георгиевичем я не забуду еще долго. Да вряд ли, что я ее вообще забуду. Знаете, сложно выбросить из памяти день, когда в приемную, где ты честно обитаешь уже три часа, влетает незнакомый мужчина, крича в трубку телефона что-то нечленораздельное.

Это потом я уже поняла, что такое поведение шефа является вполне нормальным, когда срываются очередные поставки, а тогда... В общем, да, не забуду я это встречу еще долго.

Два дня, проведенные в горизонтальном положении, абсолютно точно пошли на пользу, и к утру понедельника я выглядела огурчиком. Свежим и полностью готовым к труду и обороне.

Дороги были непривычно свободными для начала недели, Роман Георгиевич непривычно спокоен, а девочки на ресепшене даже не могли похвастаться ни одной позорной сплетней о коллегах. В общем, значительный переизбыток добра и умиления на каждый квадратный сантиметр офиса, поэтому примерно с обеда я начала ждать подвох.

Понимаете, когда жизнь исправно подкидывает задорные сюрпризы, верить в то, что в один прекрасный день все внезапно станет как в сказке, все сложнее и сложнее.

Но в этот раз масштаб катастрофы сумел превзойти все мои даже самые нескромные ожидания.

Конец света наступил ровно в 16.34 по московскому времени и ознаменовался одновременно двумя событиями – появлением в главном офисе «Сигма Шуз» того самого бармена из «Оазиса» и широчайшими из возможных улыбками девочек с ресепшена, где я как раз забирала документы.

- Ой, Игорь Георгиевич, добрый день! – синхронно среагировали секретарши, заставив меня удивленно обернуться при упоминании незнакомого имени.

Обернуться и замереть, потому что прямо напротив стойки, за которой я находилась, стоял человек, которого я меньше всего на свете ожидала увидеть в офисе.

Мужчина заметил меня сразу. Сперва удивленно вскинул бровь, потом нахмурился, а после и вовсе улыбнулся. Знаете, так неприлично широко улыбнулся. Очень неприлично широко!

- У себя? – переведя взгляд на Катюшу с ресепшена, спросил бармен, отчество которого было подозрительно похожим на отчество моего начальника.

Катюша в свою очередь просияла аки гирлянда на рождественской елке и интенсивно закивала.

- Вот и отлично. – улыбнулся в ответ Игорь Георгиевич и направился в сторону кабинета шефа, естественно, одарив меня по пути еще одним многозначительным взглядом и еще одной многозначительной улыбочкой.

Моего терпения едва хватило на то, чтобы дождаться, пока бармен скроется из поля зрения. На самом деле я была готова кинуться с вопросами и на него лично, а вопросов, поверьте мне, было много.

Кто ты вообще такой? Что делаешь в офисе? И что, черт возьми, ты намешал в этот коктейль с ягодками?!

Однако корпоративная этика давала о себе знать, поэтому на Катюшу с Верочкой я набросилась исключительно тогда, когда Игорь Георгиевич зашел за поворот.

- А кто это такой?

Вместо ответа поймала два взгляда, означавших что-то типа «Лизонька, а ты часом ни вчера с Марса прилетела?».

- Лизонька, ну ты чего?

Ну... Практически.

- А чего я? – уточнила с некоторой опаской. Сомнения, знаете ли, такие сомнения...

- Это же Игорь Георгиевич! – сверкнула умом Верочка, а Катюша изо всех сил закивала, поддерживая коллегу.

- А Игорь Георгиевич у нас... - продолжила мысль, наводя на нужные размышления.

- Ну, брат же... Романа Георгиевича. – с видом, как будто объясняет выпускнику технического ВУЗа таблицу умножения, закончила мысль Катюша. – Младший.

С громким «БДЫЩ!» мои надежды на светлое будущее, связанное с «Сигма Шуз», о котором так любила рассказывать мама, разбились на мелкие осколки. Прости, мамочка, но, кажется, пару дней назад я умудрилась запороть свою несостоявшуюся карьеру, рассказав младшему брату своего босса о том, каким кретином и идиотом этого самого босса считаю.

Память, которая до нынешнего момента заботливо прятала все эпитеты, которыми я награждала Романа Георгиевича в тот вечер в «Оазисе», теперь расщедрилась и любезно напомнила мне весь ушат оскорблений, адресованных шефу. Хотя... Как оскорблений, характеристик.

Козел эгоистичный, придурок самовлюбленный, олень хамоватый...

В общем, вполне внушительный список для того, чтобы уже начинать писать заявление на увольнение по собственному желанию.

- Лизонька, ты чего? – голос Верочки раздался словно через толстый слой ваты.

- А? – проговорила растеряно, возвращаясь в реальность.

- Ты принтер-то отпусти.

Не совсем понимая, о чем говорит девушка, опустила взгляд и лишь тогда сообразила, что вцепилась руками в ни в чем не повинный принтер. Кивнув, схватила документы, которые нужно было передать боссу, и засеменила в сторону приемной, параллельно рассуждая над тем, какой вариант расплаты за сказанное лучше - трусливый побег или гордое чистосердечное.

Следующие пятнадцать минут я посвятила мыслям о том, что мне делать с нерадивой мной. Я пять раз брала сумочку, трижды доставала из шкафа пальто, дважды сапоги, но в итоге неизменно падала назад в кресло и проклинала собственное везение.

Впервые открыто пожаловаться на босса! Его родному брату! Да это же джек-пот какой-то! Королевский лоховской, блин, джек-пот!

В итоге, когда открылась дверь кабинета, я так и сидела на рабочем месте. Игорь Георгиевич замер в дверях, слушая Романа Георгиевича, а потом проговорил:

- Чуть не забыл! – и вновь скрылся во владениях шефа.

Это был мой шанс! Действовать нужно было немедленно!

Вспомнив все боевики про шпионов, понимая, что времени осталось чертовски мало, потому что дверь вновь начала открываться, схватила мобильник и нырнула под стол, старательно придвинув кресло, а уже в следующее мгновение послышались шаги.

Уверенные, и, что самое главное, в сторону выхода. Однако, когда я уже успела выдохнуть с облегчением, звуки сперва стихли, а потом стали приближаться, становясь все громче.

Тишина наступила, когда вышедший из кабинета шефа человек остановился возле моего стола. За это время я уже мысленно успела выбрать надгробие и даже начала придумывать надпись, которая бы увековечила мое имя.

А потом откуда-то сверху раздался голос мастера ягодных коктейлей:

- У тебя туфли видно.

Почему не существует энциклопедий, в деталях рассказывающих о том, что делать, когда ты с завидным постоянством попадаешь в идиотские ситуации? Ну, что-то типа «Как перестать чувствовать себя лохушкой и начать получать от жизни удовольствие». Весьма полезная книга получилась бы, кстати, а в моем случае и вовсе незаменимая.

- Тебе по должности положено сидеть под столом, что ли? Ну и заскоки у Ромы... - проговорил бармен и нагнулся, заглядывая в мое уютное логово.

- Я ручку ищу, вообще-то. – проговорила невозмутимо и для большего эффекта даже осмотрелась по сторонам.

- Успешно? – судя по тону Игорь Георгиевич не слишком-то мне и верил.

- Не очень. Потом найду. – главное – врать предельно уверенно. И улыбаться! Да, улыбаться! Как можно шире.

Поэтому, выпрямившись, натянула на лицо одну из самых ослепительных улыбок, которую обычно использовала в те моменты, когда Роман Георгиевич умудрялся особенно сильно вывести меня из себя, и посмотрела на его брата.

Теперь-то было понятно, почему черты лица бармена показались мне знакомыми. Начальник также был обладателем карих глаз и темно-русых волос, сейчас их сходство казалось совершенно очевидным. Разве что Игорь Георгиевич был немного моложе.

Оставалось загадкой, где была моя бдительность в пятницу. Неужели пара коктейлей может заставить забыть черты лица своего персонального мучителя?

Тем временем мужчина не торопился завязывать разговор, но и уходить, к сожалению, тоже не собирался. Стоял по другую сторону стола и нагловато улыбался мне в ответ. Самое обидное, что он делал это с таким довольным видом, что, могу поклясться, в отличие от меня, скулы от усердия у него не сводило.

Главное, чтоб меня так на всю оставшуюся короткую жизнь не перекосило.

- Так ты, значит, тут работаешь? – все же нарушил тишину бармен.

- Работаю. – ответила моментально, в душе радуясь, что рот открылся нормально. Все же будет очень обидно, если меня положат в гроб с таким дебильным выражением лица.

А в том, что дело кончится моей печальной погибелью, я практически не сомневалась. Ну не родятся от осины апельсины! Не может родной брат самого ужасного человека на планете оказаться благородным рыцарем!

- Роминой помощницей?

Если честно, в этот момент мне захотелось представиться Леночкой из маркетинга, которой я так и не смогла простить убийство моего единственного любимого кактуса, но здравый смысл подсказывал, что эта афера века не прокатит, поэтому покорно кивнула.

Игорь Георгиевич замолчал, а мне внезапно захотелось его чем-нибудь треснуть. Честное слово, это у них семейное.

Ну к чему эта пытка? Неужели сложно сразу сказать о том, что через пару минут из кабинета вылетит мой шеф с приставкой «экс» с целью устроить публичную казнь?

От этих мыслей я начала злиться, даже улыбаться перестала. К черту корпоративную этику!


Строго посмотрела на бармена и со сталью в голосе спросила:

- Ну что, пожаловались?

На несколько секунд лицо мужчины стало крайне задумчивым, потом напряженным, а я мысленно ликовала. Так-то! Знай наших!

Осознание того, что что-то пошло не по плану, пришло лишь тогда, когда улыбка Игоря Георгиевича вернулась на лицо, только вот шире стала раза в два.

- Ты про наш милый пятничный разговор, что ли? – уточнил мужчина, а я вдруг резко захотела вновь забраться под стол. Там, знаете ли, миленько.

- Не рассказали? – отчего-то начав заикаться, переспросила я.

- А должен был? – едва не смеясь, спросил бармен.

Вот что ответить на этот вопрос? Почему никто еще до сих пор не выпустил ту чертову энциклопедию?!

Так и не придумав умного ответа, который окончательно не разрушит мою репутацию, предпочла молчать. Игорь Георгиевич же прикусил губу, как будто что-то обдумывал, потом одним ловким движением взял мобильный, который я держала в руках и, судя по звукам, стал набирать чей-то номер.

Пока я стояла и недоумевала от происходящего, телефон в кармане бармена пискнул, мужчина довольно кивнул и вернул мне мой аппарат. После чего улыбнулся и проговорил:

- Я позвоню. Думаю, надо обсудить сложившуюся ситуацию. – сделал небольшую паузу, а потом заговорщически прошептал, косясь в сторону кабинета начальника. – А то вдруг он что-нибудь узнает. У-у-у...

После чего, посмеиваясь, вышел из приемной.

На то, чтобы выйти из ступора, понадобилось время. Несколько секунд я молча пыталась переварить произошедшее, а потом потянулась к лежащему на столе мобильнику и взяла его в руку.

Разблокировав телефон, нажала на иконку списка вызовов и уже в следующее мгновение застонала, опустившись в кресло.

«Брат сказочного дебила».

Такого контакта в моей записной книжке еще с утра абсолютно точно не было.

Даже здесь Игорь Георгиевич умудрился оставить напоминание о шантаже. Да-да, именно о шантаже, потому что другой характеристики я просто дать не могла.

- Елизавета Дмитриевна, зайдите. – голос шефа, донесшийся из динамика переговорного устройства, заставил вздрогнуть.

В этот момент я почувствовала себя школьницей, которую едва не поймали на списывании. Воровато оглядевшись по сторонам, прочистила горло, нажала на кнопку и как можно более спокойно проговорила.

- Одну минуту.

А затем вновь уткнулась в телефон. Открыв окно редактирования контакта, удалила компрометировавшие меня слова о сказочном дебиле, оставив лишь короткое и безобидное «брат». Вот так-то лучше! После его поднялась на ноги, отряхнула юбку, немного пострадавшую от неудачной попытки поиграть в прятки, и направилась в кабинет шефа, полностью готова я к новой порции издевательств. Теперь уже от старшего брата.

Однако Роман Георгиевич не оправдал моих ожиданий. Ограничился парой рядовых поручений и сообщил, что после обеда уедет. Мир бы перевернулся с ног на голову, если бы он в конце своей речи добавил что-нибудь вроде «Поэтому вы, Егорова, можете быть свободны!», однако холодное «И не вздумайте уходить домой раньше, мне могут звонить!» вселяло уверенность в том, что в нашем царстве все без изменений. Полет нормальный!

Весь остаток дня после отъезда начальника прошел в напряжении, которое с каждым часом лишь нарастало. Подвох виделся решительно во всем. Я даже успела поверить в теорию заговора, полагая, что сейчас оба Георгиевича занимаются тем, что сообща придумывают коварный план расправы надо мной.

Каждый входящий звонок был пыткой. Я вздрагивала, едва мобильник начинал вибрировать, а, когда Эля перезвонила мне в третий раз, и вовсе еле сдержалась, чтобы не накричать на подругу.

Эта самая подруга, кстати, лишь подливала масло в огонь, считая своим долгом рассказывать мне все новые и новые подробности доставки моего пьяного тела до квартиры. Ну, вцепилась я в столб дорожного знака руками и ногами, ну, кричала, что останусь тут, потому что не хочу домой. Ну, с кем не бывает?

Свою последнюю мораль Эля закончила фразой о том, что за плохое поведение я теперь буду наказана, и на следующих выходных они возьмут меня в «Оазис» только если я торжественно клянусь не напиваться до такого состояния.

Клясться я, естественно, не стала. Да и, вообще, очень надеялась, что подруга не услышала мой вздох облегчения, когда выяснилось, что мне даже не придется придумывать ведро отговорок, чтобы избежать еще одного похода в клуб.

Если честно, я планировала обходить это заведение стороной за пару кварталов. В идеале, я бы вообще перенесла «Оазис» на Марс, очень жаль, что эта идея пока весьма трудно осуществима.

На третьи сутки терзаний страх медленно начал утихать. Игорь Георгиевич по-прежнему не звонил, и я потихоньку начала возвращаться к нормальной жизни, где не было места бармену-шантажисту.

В общем, я вновь потеряла бдительность. И вновь очень некстати.

В четверг вечером, когда я лежала дома на диване, пытаясь сосредоточиться на сериале и выкинуть из головы чертов отчет, который шеф грозился на меня повесить, ничто не предвещало беды. Я даже не задумалась, когда, не посмотрев на экран, приняла вызов, только вот раздавшееся в трубке «Привет!», заставило резко сесть и ошалело уставиться в стену.


Кажется, я только что по доброй воле ответила на звонок Игоря Георгиевича.

- А я уж думал, что ты будешь старательно меня сбрасывать или добавишь в черной список.

Чудом удержавшись от вертевшейся на языке фразы о том, что я сама так думала, спокойно ответила:

- Добрый вечер. Зачем мне так делать?

- И действительно. – видимо, не находя эту тему достаточно интересной, быстро согласился бармен.

- Вы что-то хотели?

- Мне кажется, мы уже достаточно много выпили вместе для того, чтобы перейти на ты.

- Вообще-то, пила только я. А вы этому лишь нагло способствовали. – кажется, мое оправдание вышло так себе.

Однозначно так себе, судя по тихому смеху Игоря Георгиевича.

- Ну, хочешь, в этот раз напьюсь я, если нет другого способа заставить перестать тебя выкать?

Я вообще не планировала «этот раз», но вместо того, чтобы так и сказать, ответила:

- Чтобы мы стали квиты, вам нужно не только напиться.

Молодец, Лиза, так держать! Топи себя еще веселей!

- Предлагаешь обругать Ромку на чем свет стоит? – кажется, я покраснела до кончиков ушей, а бармен лишь усмехнулся. – Да он и так отлично знает, что я о нем думаю, хотя пару твоих оборотов на будущее я действительно записал.

И все же это прекрасно, что Игорь Георгиевич меня сейчас не видит. Смесь гнева и стыда, наверняка, отразившаяся на лице, вряд ли бы соответствовала тому жалостливому виду, который я надеялась произвести.

- Что мне нужно сделать, чтобы вы перестали меня шантажировать? – внезапно осмелев, спросила прямо, вызвав очередной смешок.

- Ну, во-первых, перестань называть меня на вы.

- Хорошо, что мне нужно сделать, чтобы ты перестал меня шантажировать?

- Пообедай со мной завтра.

- Боюсь, что не получится. Буду занята на работе.

- То есть, дело только в работе?

- Мне нужно сделать отчет.

- И, если отчета не будет, ничто не помешает тебе провести со мной часик? – продолжил развивать мысль мужчина.

А вот тут я замялась, вновь забыла, с кем имею дело. Хотя... Хотя сомневаюсь, что даже президент сможет отговорить Романа Георгиевича издеваться надо мной, чего уж говорить о каком-то там брате, поэтому, спустя пару секунд проговорила:

- Именно.

- Отлично, я позвоню с утра.


Глава 3

Чудес не существует. Есть закономерности, результаты упорной работы, счастливые стечения обстоятельств. Называть можно по-разному, главное помнить одно – чудес действительно не существует, поэтому, когда твой начальник ровно за час до обеда внезапно сообщает о том, что отчет, которым он еще вчера угрожал со всем присущим ему авторитетом, внезапно стал не нужен, это наводит на некоторые мысли. Не слишком радужные мысли.

- Как это вам не нужен отчет? – искренне удивилась, когда Роман Георгиевич повторил фразу в третий раз.

- Вот так. Совершенно. – пожав плечами, ответил шеф.

- Еще вечером вы говорили, что всей компании придет конец, если я не сведу дебет с кредитом в нужном вам виде. А сегодня все вдруг резко изменилось?

- Именно. – совершенно не удивившись, подтвердил босс.

События приобретали совсем не веселый оборот, поэтому я решила уточнить:

- Вы меня увольняете?

- С чего вы взяли, Егорова? – практически искренне недоумевал шеф.

- Потому что вы не даете сделать мне отчет! – вцепившись в папочку, которую еще пятнадцать минут назад искренне ненавидела, проговорила я.

- Веская причина. – фыркнул Роман Георгиевич.

Поведение босса начинало раздражать. С чего это он вдруг взял, что может вот так просто взять и лишить меня отчета, который я теперь совершенно точно не хотела отдавать без боя. Дело принципа, знаете ли!

- Нужно сделать еще что-то кроме него? Говорите, я привыкла! – выпрямилась и гордо вскинула голову. – Поездка в налоговую? Разговор с Казанским филиалом? – начальник нахмурился, и я предположила самое страшное. – Встреча вашей тети из Саратова?

- Да прекратите вы уже, Елизавета Дмитриевна! – кажется, это был первый раз, когда Роман Георгиевич так повысил на меня голос.

И под словом «так» я сейчас подразумеваю отнюдь не громкость. Он, что ли, по-доброму это сделал... Я даже растерялась как-то.

- Ладно... - проговорила тихо, немного смутившись.

- Я что, не человек, что ли, Егорова? – внезапно спросил босс.

- Вероятней всего, человек. – ответила объективно, как и полагалось личному помощнику.

- И на том спасибо. – усмехнулся шеф, давая понять, что я сморозила очередную чушь. – В общем, я все понимаю. Вам нужно отдохнуть. Отчет сделаете позже, или вообще не сделаете. А сейчас можете быть свободны.

- Но... - я попыталась возразить, однако Роман Георгиевич перебил.

- И чтобы до завтра я вас в офисе не видел.

Из кабинета шефа я вышла спиной вперед. Если этот человек сходил с ума, то я должна была четко запомнить симптомы, чтобы потом рассказать о них бригаде скорой помощи.

Вернуться в реальность и перестать придумывать диагнозы начальнику мне помог звонок мобильного. Секунд пятнадцать потребовалось на то, чтобы понять, откуда к двадцати восьми годам у меня взялся брат, а потом еще секунд десять, чтобы построить логическую цепочку и понять, почему же шеф все-таки был настолько мил.

Обещание Игоря напрочь вылетело из моей головы.

Понимая, что бармену скоро надоест слушать гудки, приняла вызов и, возможно, излишне радостно проговорила:

- Привет!

- Привет. – кажется, брат шефа немного удивился такому тону. – Ты уже освободилась?

- Да. – проговорила, не в силах скрыть улыбку, а потом немного замялась. – Игорь?

- Да?

- Мне тебя, видимо, поблагодарить стоит...

- За что?

- Просто Роман Георгиевич... Он впервые отпустил меня с работы пораньше.

В трубке повисла небольшая пауза, а потом раздался короткий смешок.

- А, ты об этом. Пустяки, Лиза. Только... - теперь замолчал он.

- Только?

- Только подыграй мне немного в следующий раз.

- В смысле? – начиная чувствовать подвох, от греха подальше опустилась в кресло.

- В общем, если что, я сказал Ромке, что у тебя умерла собака.

- Что?! – кажется, перегородка в приемной содрогнулась от моего голоса.

- Собака. Я обмолвился, что несколько дней назад видел, как ты рыдала в приемной. И поделилась со мной горем... – как ни в чем не бывало продолжил мужчина.

- Какая, к черту, собака?!

- Очень старая и очень любимая! Я сказал, что ей было восемнадцать. – Игорь сделал траурную паузу, а потом добил. - И ее звали Сельдь.

Едва заметив Игоря, кинулась ему навстречу, невзирая на осуждающие взгляды прохожих, которые так и норовили выскочить на моем пути.

- Да как тебе вообще такое в голову пришло?

В ответ мужчина обиженно надул губы и тоскливо спросил:

- Ты не любишь собак?

- Люблю! Очень!

- Тогда в чем проблема?

- В этом и проблема! Я не хочу, чтобы у меня умирала собака! Даже гипотетическая собака! Даже собака-Сельдь! И тем более, чтобы об этом знал мой начальник!

- Платочек дать?

- Что?

- Вытереть слезы утраты...

- Да ну тебя!

На смену притворной обиде уже успела прийти бессовестная улыбка.

- Так что, поедем помянем?

- Чего?!

- Собаку твою. – усмехнулся Игорь. – Гипотетическую.

- Знаешь, а у вас с братом, похоже, гораздо больше общего, чем казалось на первый взгляд! – недовольно фыркнула, но, когда бармен указал в сторону припаркованной рядом машины, сопротивляться не стала.

Ресторан, который выбрал Игорь, находился в пятнадцати минутах езды от офиса. Очень приятное место с красивым интерьером и... И совершенно космическими ценами! Хотя, если вы хотите отведать лобстера и выпить вина по цене ежемесячного платежа за ипотеку – милости прошу, могу подсказать адрес!

Видимо, Игорь заметил, как округлились мои глаза при изучении меню, поэтому спустя пару минут, когда я решила, что хлебная тарелка и стакан воды – отличный выбор, проговорил:

- Я угощаю.

Не выдержав, усмехнулась:

- Даже если я закажу вот этого товарища, - ткнула кончиком пальца в изображение лобстера. – И запью его этим. – указала на самое дорогое белое вино.

- Конечно же. – Игорь растянул губы в улыбке, а потом тихо добавил. – Правда сделаю пометку, что в следующий раз стоит угостить тебя шавермой.

Нет, у этих братьев однозначно очень много общего!

- Не там я получала высшее образование. Надо было на бармена идти. Глядишь, тоже на лобстеров перешла. – подытожила и вновь посмотрела в меню.

- Вообще-то я не бармен.

Равнодушное признание Игоря заставило вновь поднять глаза.

- То есть?

- Ну... - лжебармен хитро улыбнулся.

- Только не говори, что это был специальный хитро спланированный план, придуманный исключительно для того, чтобы дискредитировать и уволить меня?

Шестеренки в голове вновь закрутилась, мысли о вселенском заговоре вновь вышли на передний план, и, если честно, я даже успела испугаться.

- Что-то вроде этого. – серьезно проговорил Игорь, и я невольно обернулась в сторону выхода, ожидая, что с минуты на минуту в ресторан войдет начальник, и моя публичная казнь все же состоится.

Я пялилась на дверь ровно до тех пор, пока не услышала громкий смех младшего Георгиевича. Перевела взгляд на него и выгнула бровь.

- Это мой клуб, Лиза.

Я не знала, что сделать сперва. Выдохнуть с облегчением или спросить у «Гугла» какие обстоятельства могут оправдать убийство.

- Ты идиот? – выдавила, но почти сразу исправилась, повторив фразу с нужной интонацией. – Ты идиот!

- Форменный? – продолжил смеяться совершенно не смутившийся Игорь.

- Пока нет, но имеешь все шансы на повышение.

- Прекрасно. – с кивком проговорил мужчина. – Так что, лобстер?

- Да ну тебя...

К счастью, обошлось без лобстера. Да без него, знаете ли, спокойней было.  Дело в том, что братья Ветровы не внушали мне доверия. Со старшим все вообще было однозначно. Неисправимый козел, с которым приходилось, хоть и непросто, но стабильно. До недавнего момента я вообще всегда знала, что от него ожидать, хотя, признаюсь, вопрос с отчетом немного выбил меня из колеи.

Я даже стала думать о том, что у начальника есть сердце. Очень маленькое. И очень холодное. Но, понимаете, это и так большой прогресс в наших отношениях. Раньше я была совершенно уверена в том, что они с Полиной Анатольевной обменивались эмоциями с помощью щупальцев. Ну, «Чужой» там, и все дела.

С младшим все было сложней. Нет, Игорь однозначно не являлся прекрасным принцем из сказок, скорее коварным змеем-искусителем, только оставалось загадкой, на что именно он собирался меня искушать, и, собственно, зачем.

Удивительно, но разговаривать много не пришлось, заказ принесли достаточно быстро. А, когда перед тобой стоит тарелка пасты с морепродуктами за полторы тысячи, становится уже как-то не до разговоров. Черт с ним, со вселенским заговором, хоть роскошно поем перед кончиной, если она запланирована.

- И давно ты работаешь на моего брата?

- Пять месяцев, три дня и, - посмотрела на экран мобильного. – Уже шесть часов и тринадцать минут.

- Серьезно? – выгнув бровь, уточнил Игорь, заставив прыснуть.


- Возможно.

- Ладно, ничья.

- Что вы, Игорь Георгиевич, мне до вас еще расти и расти.

- А есть стремление?

- Кто знает... - задумчиво пожала плечами и вновь уткнулась в тарелку.

- Мне кажется, такая обстановка тебя угнетает. – предположил недобармен (или правильней называть его перебармен?).

- То есть в обнимку со стопкой я смотрюсь гармоничней?

Только сморозив, поняла, что язык – мой враг, но Игорь уже смеялся.

- Ты сама это сказала.

- А что хотел сказать ты? – я вообще-то тоже умею выкручиваться из неудобных ситуаций!

- То, что нам нужно поужинать.

- С лобстером?

- Можем, с шавермой...

Он когда-нибудь перестанет усмехаться?!

- Заварим «Доширак» на лавочке... - протянула мечтательно.

- Как угодно. – Игорь улыбнулся, а потом стал серьезным. – Выбери место сама. Я, кстати, не имею ничего против «Доширака», правда, стоит сперва поговорить с желудком...

- Какой обстоятельный подход.

Дальнейший диалог прервал звонок мобильного. Младший Георгиевич нахмурился, а потом, изобразив жестами что-то типа «прости, я очень сожалею, что приходится прерывать нашу невообразимо интеллектуальную беседу», приложил телефон к уху.

- Да. – он отвечал коротко. – Хорошо. Конечно. Жди тогда. Минут через двадцать.

Отложив телефон, Игорь сразу приуныл. Ладно, будем реалистами, сделал вид, что приуныл.

- Что-то случилось?

- Мне нужно уехать. – подозвав официанта рукой, проговорил мужчина.

- Ладно. – особого разочарования, честно сказать, я не испытала.

- Ты обедай. – протягивая карточку подошедшему парню, сказал Игорь. – Еще десерт остался.

Младший Георгиевич поднялся со своего места, на несколько мгновений замер, пристально смотря на меня, как будто рассуждая, что делать дальше, а потом кивнул, и, пройдя мимо официанта, который уже успел его рассчитать, забрал карту и вышел из ресторана, оставляя меня наедине с дорогой едой и бокалом не менее дорогого вина.

Естественно, я не стала отказываться, да что уж там, я даже десерт попросила с собой упаковать, ибо рисковала лопнуть. В общем, из ресторана я выплывала расслабленной и вполне довольной. Настолько расслабленной и довольной, что умудрилась не заметить в дверях шедшего навстречу мужчину, налетев прямо на него. Хорошо хоть тортик уберегла!

- Простите! – буркнула себе под нос и лишь потом подняла взгляд.

- Елизавета Дмитриевна? – человек, которого я едва не снесла, смотрел в упор.

- Роман Георгиевич? – понимая, что вновь совершенно некстати начинаю заикаться, пропищала я.

- А что вы тут делаете? – словно оценивая место, а следом и меня, спросил босс.

Ну а я... Возьми и ляпни.

- Поминки заказывала... - и, сделав голос максимально тоскливым, добавила. – Для Сельди.

- Прошу прощения. – мне показалось, или в голосе шефа послышались нотки... Сочувствия?

- Все нормально. – поспешила уверить его я, даже улыбнулась для убедительности. Ну, знаете, так тоскливо, с ноткой грусти.

Встреча в дверях затягивалась, Роман Георгиевич с сожалением смотрел мне в глаза, а я хоть как-то смотрела ему в глаза, потому что это начальник, ему нужно смотреть в глаза.

- Может, кофе? – невероятно неуверенно проговорил шеф и почему-то подтолкнул меня назад внутрь ресторана. Возможно, все дело было в пожилой паре, которая стояла прямо за нами и не могла пройти, я не исключаю такой вариант.

В любом случае, что бы ни стало первопричиной, я вновь стояла перед гардеробом и во второй раз за сегодняшний день протягивала пальто портье, который, слава Богу, старательно делал вид, что десять минут назад я это самое пальто из его рук не забирала.

Уровень, чего уж...

Вы же помните эту поговорку про осину и апельсины? Я тоже...

Уже раз пять за последние три минуты повторила, сидя за тем же самым столиком, приняв меню из рук той же самой официантки.

- Я угощаю. – проговорил босс ровно в тот момент, когда мой взгляд упал на изображение лобстера.

Может, действительно попробовать? А что, если моя цель на этой планете – схомячить лобстера?

- Спасибо. – проговорила скромно. В отличие от брата, Роман Георгиевич не выглядел тем человеком, которому можно было ответить шуткой на шутку, и не огрести при этом последствий.

Когда вернулась официантка и одарила меня самой что ни на есть понимающей улыбкой, я осознала тот факт, что считала она меня или шлюхой, или заскучавшей шлюховатой женой. Как ни крути, что-нибудь про шлюху в этой улыбке было.

- Так что? – не замечая пристального взгляда девушки, который практически вопил о том, что несколькими минутами ранее я едва ли не оргию тут устроила с его братом прямо на вот этом самом столе, поинтересовался шеф.

- Латте. – уверенно проговорила я, а потом, немного застеснявшись, добавила. – Если можно.

Роман Георгиевич коротко кивнул и посмотрел на официантку.

- Карбонару, пожалуйста, сто «Джека», - бросил короткий взгляд на меня и продолжил. – А девушке пасту с морепродуктами и бокальчик белого вина. Хорошего белого вина.

- Еще что-нибудь? – официантка повернулась ко мне лицом, всем своим видом задавая вопрос «ну что, еще порцию макарон за полторушку в себя впихнешь?», мне же оставалось лишь отрицательно качнуть головой.

После этого девушка удалилась практически сразу. Ну да, сервис же. Хотя, если честно, я бы не возражала, чтобы она так и продолжала стоять рядом, не пришлось старательно изучать занавески, задаваясь вопросом «какого черта я опять так влипла?».

Роман Георгиевич нарушил молчание, едва подали напитки.

- Вы ее любили?

Спасибо генам за мозги, которые в последний момент сработали и уберегли от вопроса «Кого?».

- Очень. – снова скорбная улыбка. Еще немного, и она войдет в привычку. – Она была другом, членом семьи.

- Мне жаль... - протянул шеф, сделав глоток виски. – А что за порода?

Если честно, в этот момент я была не слишком готова к подобному вопросу. Мы с моей гипотетической мертвой собакой еще не успели перейти на тот уровень близости, когда я могла бы безошибочно определить ее породу, поэтому морозить вновь пришлось первое, что пришло на ум.

- Овчарка. Кавказская.

Мне показалось, или шеф подавился и не расслышал мой ответ?

Нет, таких проколов допускать нельзя...

Я набрала полную грудь воздуха, дождалась, пока Роман Георгиевич вновь сконцентрирует все внимание на мне, и четко повторила.

- Сельдь была кавказской овчаркой.

юбите ли вы морепродукты, как люблю их я?

Способны ли вы, беря в учет всю эту безграничную любовь к креветкам, осьминогам и прочим гадам, практически полчаса размазывать по тарелке наивкуснейшую пасту из тех, что удалось попробовать за всю жизнь?

Исключительно из-за того, что ее уже удалось попробовать... Где-то часа полтора назад.

- Вы совсем ничего не едите, Елизавета Николаевна. – почти заботливо проговорил Роман Георгиевич, когда я в шестой раз за последние пару минут насаживала на вилку колечко кальмара, а потом возвращала его назад в тарелку.

- Извините... - на секунду замялась, оценивая себя по шкале аморальности от одного до десяти, а потом, присудив уверенную восьмерку, продолжила. – В последние дни кусок в горло не лезет.

- Понимаю... - задумчиво протянул в ответ шеф. – Давайте попросим упаковать, может, дома захотите перекусить?

Невольно вспомнив о пакете с десертами, оставленном в гардеробе, неопределенно пожала плечами, однако мой ответ, как это и было обычно, начальнику не требовался, он уже успел все решить сам, подозвав официантку.

- Упакуйте, пожалуйста, пасту с собой. – указав на мою тарелку распорядился Роман Георгиевич, потом на секунду задумался и добавил. – И пару кусочков клубничного чизкейка.

Официантка, вид которой при взгляде на меня становился еще более агрессивным и надменным, чем час назад, послушно кивнула боссу и поспешила удалиться. Естественно, ему она улыбалась до безобразия вежливо. Я даже позавидовать успела, вот бы мне такую улыбку на вооружение взять...

- Вы же ничего не имеете против клубники, Елизавета Дмитриевна?

Помимо того, что теперь у меня есть четыре куска, наверняка, вкуснейшего, чизкейка, а платье для новогоднего корпоратива до невозможности облегающее? Совершенно ничего!

- Спасибо вам еще раз, Роман Георгиевич. – проговорила я, решив, что шансов сморозить глупость гораздо меньше, когда ты просто благодаришь.

- Все в порядке. – и вновь абсолютно непривычная добрая улыбка с нотами поддержки. – В юности у меня тоже был пес. Он двенадцать лет прожил, после его смерти на собаку я так и не смог вновь решиться.

- Мне жаль... - тихо проговорила я, подумывая о том, что гроб на всякий случай все же заказать стоит. И отнюдь не для воображаемой Сельди.

Дело в том, что, кажется, на моей памяти это было первое откровение от шефа за все время нашего общения. И на это откровение его спровоцировала моя ложь... Поэтому, можно с полной уверенностью полагать, что, если Роман Георгиевич узнает правду, он меня не просто уволит... Он меня уничтожит!

Отгоняя тоскливые мысли, решила продолжить разговор.

- Как его звали?

- Пса? – не сразу понял босс.

Я кивнула, и мужчина улыбнулся.

- Краб.

- Краб? – вскинув бровь, уточнила я.

- Согласен. – шеф коротко хохотнул. – Имя дебильное. Брат придумал.

А вот тут вот уже я с трудом сдержала усмешку.

Кто бы сомневался!

К счастью, Роман Георгиевич не стал настаивать на том, чтобы проводить меня. Удовлетворившись ответом о том, что мне хочется прогуляться и побыть одной, мужчина коротко попрощался и запрыгнул на заднее сиденье служебного автомобиля, который в следующую секунду тронулся.

Я же, тяжело вздохнула и покатилась в сторону остановки. Другим словом способ своего передвижения я охарактеризовать просто не могла. И вообще оставалось загадкой, почему я еще не лопнула.

Все выходные я провела дома, искренне полагая, что при обострившемся умении притягивать проблемы на свою задницу, безопасней сидеть в квартире, смотреть сериалы и поедать клубничный чизкейк. Он, кстати, действительно оказался вкусным.

Думать о предстоящей рабочей неделе не хотелось совершенно, но все равно приходилось. Я не могла предположить, как далеко зайдет ложь, поэтому решила подготовиться по максимуму, даже пролистала несколько сайтов, где люди всерьез были готовы заняться организацией поминок для скончавшихся котиков, собачек и хомячков. Почему-то, читая объявления на эту тему, я неизменно представляла себе Романа Георгиевича, который берет слово и начинает произносить трепетную речь в память о покинувшей нас Сельди. И, если честно, эта картинка, подкидываемая воображением, очень портила серьезность момента.

В понедельник с утра я даже подумывала над тем, чтобы заказать в офис парочку десертов из ресторана, хорошо, что передумала, потому что, достаточно было переступить порог офиса, чтобы понять – у нас проблемы.

Ведь Верочка и Катюша появляются на своих местах раньше положенного лишь в одном случае.

Глава 4

Так как ждать адекватных объяснений от девочек не приходилось, поспешила в приемную. Чем быстрей я появлюсь на рабочем месте, тем меньше криков услышу о том, что на этом самом месте я появилась слишком поздно. Правда, не факт, что за это время я не успею провиниться в чем-нибудь еще.

Ну, например, в том, что дышу...

И без того напряженная обстановка нагнеталась каждой мелочью. Кофемашина потребовала добавить воды и засыпать зерна, хорошо, что хоть поддон поцеловать не попросила. Сыр на тосте приклеился к бумажной упаковке, поэтому, чтобы придать завтраку Романа Георгиевича товарный вид, пришлось обкромсать канцелярским ножом неприглядный кусок.

Так или иначе, несмотря ни на что, ровно в 8.45 я толкнула дверь кабинета начальника, чтобы уже в следующую секунду услышать оглушительный мат.

К счастью, не в мой адрес.

А оборотик, кстати, ничего, нужно будет запомнить на всякий.

Босс, одной рукой державший мобильник, второй старательно лохматил волосы, стоя лицом к окну.

Очень плохой знак! Чертовски плохой знак!

Тут, в случае его гнева в мой адрес, не то что Сельдь, меня весь столичный океанариум со всеми идущими в комплекте дельфинами и морскими котиками не спасет.

Пока Роман Георгиевич достаточно громко и эмоционально обсуждал с неизвестным собеседником на том конце провода, каким способом он уничтожит половые органы одного из наших партнеров, который тянул с поставками, я рассуждала над тем, что нынешняя ситуация была, пожалуй, похуже предыдущих.

Все дело в том, что «Сигма Шуз» была компанией самостоятельной. С такой ма-а-а-а-а-а-аленькой приставкой «почти». Это самое «почти» обитало где-то в Германии и звалось инвесторами.

И был у этих самых инвесторов небольшой ряд привычек или, говоря понятным языком, заскоков, которым они любили следовать. К сожалению (нашему сожалению), никакого графика следования привычкам не существовало.

Привычка звонить могла обостриться ночью, привычка просить выслать внеплановые отчеты вообще не имела никакой связи с земным временем, но самой страшной была привычка внезапно приезжать...

На моей памяти это происходило всего дважды. Первый приезд немецкой делегации закончился подносом разбитых бежевых чашек и двенадцатью уничтоженными голубыми тарелочками,  при учете того, что сама встреча заняла всего лишь три часа.

Следующий визит инвесторов длился два дня. А потом еще три дня длилось пребывание Романа Георгиевича в состоянии «Егорова, это что за хрень? Я просил виски на завтрак, а не какую-то булку!».

Так или иначе, пока шеф посылал в отдаленные филиалы ада наших нерадивых поставщиков, я стояла и думала, что, вооружившись имеющимся опытом, стоило заходить в кабинет в защитном костюме. Ну, знаете, такие, в которых пожарные с героическим выражением лица заходят в горящий дом, а потом выносят спасенных детей и котов.

Надо будет рассказать об этой идее на очередной планерке по вопросам униформы.

Окончание разговора ознаменовалось очень протяжным «у-у-у-у-у-у-у-у-у» и коротким «й» со стороны шефа, к этому моменту моя дежурная улыбка уже успела вернуться на лицо, и, когда Роман Георгиевич, повернулся ко мне, я уже стояла во всеоружии.

- Доброе утро! – просияла, стараясь думать об официантке со шлюховзглядом. Ну, если она может, я же тоже!

- Егорова? – таким тоном, как будто на моем месте должна была оказаться, как минимум, Тейлор Свифт, поинтересовался шеф.

- Именно. – собрав остатки уверенности, кивнула я. – Завтрак.

Дальше, для того, чтобы продемонстрировать серьезность намерений, потрясла тарелкой с тостом и посмотрела на начальника.

Кажется, я вижу огонек понимания в этих карих глазах...

- А, завтрак! – Роман Георгиевич, видимо, вернулся в реальность. – Спасибо, Елизавета Дмитриевна.

Я вышла из кабинета до того момента, когда начальник сумел прийти в себя и понять, кто перед ним стоял. Дело в том, что в подобном состоянии поведение шефа было совершенно непредсказуемым, поэтому, не желая раскладывать папочки с отчетами в порядке цветов радуги, я предпочитала держаться от Романа Георгиевича на безопасном расстоянии.

Жаль, правда, что сам Роман Георгиевич всячески стремился это расстояние сократить. Конечно, я его понимала. Босса занимаемая должность обязывала получать максимум внимания от инвесторов, вот только я морально не была готова благородно жертвовать собой, вынося очередные порции бредовых поручений.

Вернувшись в приемную, на всякий случай протерла пыль, уделив особое внимание каждому листику нашего многострадального фикуса. Сложно сказать, сколько кофе вылил коммерческий в этот горшок, а растению хоть бы что. Возможно, именно за живучесть я этот фикус и не любила. Понимаете, обидно все-таки, что моему кактусу хватило одного меткого удара маникюрными ножницами, чтобы отправиться в цветочный рай, а этому зеленому монстру все нипочем.

Закончив с уборкой, подошла к двери кабинета начальника и прислушалась. Знаете, тишина за дверью начинала вызывать подозрения. Все же, несмотря на наши высокие отношения, от мыслей о том, что Роман Георгиевич за стеной уже болтается в петле из телефонного шнура или пытается вскрыть вены степлером, становилось как-то не по себе.

Через пару минут слежки по ту сторону дверей раздался звук звонка мобильника шефа, а еще через минуту громкий мат. Значит все в норме, не болтается еще. Суицид откладывается, и можно с чистой совестью пойти пообедать.

В офисе стояла поразительная тишина. Казалось, сотрудники даже вздохнуть лишний раз боялись. А про чистоту я вообще молчу. Ни одна клининговая компания не в состоянии навести такой порядок за столь короткое время. Вот она великая сила немецкой делегации.

После обеда я уже начала ждать тот момент, когда Роман Георгиевич ворвется в приемную или требовательно позовет через переговорное устройство, но шеф не торопился. И это тревожило. Дело в том, что это был именно тот случай, когда стоило опасаться накапливаемого эффекта. Поручение, данное в три часа дня, могло лишь немного пошатнуть нервную систему и подпортить настроение. А вот, получив задание в половину пятого, я уже имела все шансы остаться в офисе на ночь.

Однако, когда часы показали шесть, ознаменовав окончание рабочего дня, начальник так и не вышел на связь. Если бы я была здравомыслящим человеком, то схватила бы сумку и, поступив как остальные сотрудники «Сигма Шуз», ломанулась к выходу. Однако в последнее время мое психическое здоровье вызывало все больше вопросов, потому что вместо того, чтобы на всех парусах нестись домой, я стояла напротив кофемашины, которая вновь решила объявить мне войну и, используя услышанные с утра задорные ругательные обороты авторства шефа, просила вредный агрегат сделать кофе, параллельно размышляя над тем, что доктору показаться все же стоит.

Романа Георгиевича я застала ровно в той же позе, в какой оставила его с утра. Он вообще шевелился? Может, завис, а сил хватало лишь на то, чтобы принимать вызовы и громко материться?

- Я вам кофе принесла. И печенье... - вообще-то в моей голове эта фраза звучала не так жалобно.

Начальник несколько секунд медленно моргал, словно пытаясь понять, что это вообще за непонятная женщина вломилась в его кабинет, и лишь потом кивнул.

- Спасибо. Поставьте на стол, Елизавета Дмитриевна.

Кивнув, отнесла поднос и украдкой посмотрела на босса. Хватило секундного взгляда, чтобы понять, как он устал, однако даже это знание не оправдывало моего поведения.

- Может, вам помочь?

Это мне помочь нужно! Санитаров вызвать...

Кажется, шеф удивился сказанным мной словам не меньше меня самой. Внимательно посмотрел и в тот момент, когда я уже мысленно в сотый раз прокляла себя за неумение держать язык за зубами, отрицательно качнул головой.

- Спасибо, Егорова. Не нужно.

Мужчина медленно подошел к столу, взял в руки чашку и опустился в кресло, а я так и не сдвинулась с места. Кажется, в этом кабинете шевелиться может только кто-то один.

- Завтра приедут немцы. – смотря в стену, проговорил Роман Георгиевич.

- А у нас есть какие-то проблемы? – сразу же предположила худшее.

- Вот завтра и узнаем. – усмехнулся начальник. – Понимаете, Елизавета Дмитриевна, эти люди... - мужчина на секунду замолчал, видимо, подбирая слово. – С прибабахом.

- С прибабахом? – уточнила.

- Именно. Я сомневаюсь, правильно ли характеризовать подобным словом тех, кто вбухал в твой бизнес целое состояние, но я действительно не знаю, чего от них можно ожидать. Каждый их приезд – лотерея.

Кажется, выражение моего лица говорило о многом, потому что Роман Георгиевич хмыкнул.

- Не понимаете, Егорова?

- Не совсем.

- В нашу первую встречу я должен был ходить во всем синем, потому что по какой-то неведомой кармической теории именно цвет моей одежды влиял на успех инвестиций. Потом была покупка аквариума. Елизавета Дмитриевна, вы любите рыбок?

- В последнее время, если честно, я охладела к морепродуктам. – проговорила честно.

- Я ненавижу рыбок! Но каждый день, возвращаясь домой, я включаю свет в холле, а на меня смотрят они! Как вы думаете, существует ли рыбофобия?

- Я могу узнать. – ответила, как и полагалось личному помощнику.

Шеф усмехнулся и сделал глоток кофе.

- Поэтому, если завтра меня заставят сделать обрезание, я не удивлюсь.

- Обрезание?

- Обрезание, засунуть голову в пасть тигру, прыгнуть с моста...

- Обрезание звучит совсем страшно.

- То есть без башки мне будет нормально?

- Ну-у-у, я не уверена...

В ответ босс рассмеялся.

- Идите уже домой, Елизавета Дмитриевна. Завтра будет тяжелый день.

В этот раз я спорить не стала, кивнула и зашагала в сторону выхода.

Шеф окликнул меня уже в дверях.

- Егорова?

- Да, Роман Георгиевич?

- Вы же понимаете, что в случае разглашения услышанного мне, как честному человеку, придется вас убить?

- Конечно же. – кивнула и максимально серьезно добавила. – Факт вашего возможного обрезания я унесу с собой в могилу.

После чего развернулась и вышла из кабинета.

Вечером я долго не могла найти себе место. Судя по всему, волнение передавалось воздушно-капельным путем, потому что я однозначно заразилась от шефа. После того, как я в пятый раз не смогла сконцентрироваться на сюжете книги, которую безуспешно пыталась начать читать, стала грешным делом подумывать о том, что в холодильнике было немного вина. Останавливало от его уничтожения лишь осознание того факта, что Роману Георгиевичу вряд ли понравится, если его помощница будет выглядеть с утра так, как будто на ее лицо напал рой агрессивно настроенных пчел.

Бросив бесполезную на данный момент идею провести вечер с книгой, отправилась в душ, из которого, едва начав раздеваться, пришлось выскочить, услышав звонок мобильного.

«Брат». Как всегда вовремя.

- Да?

- Привет. – кажется, легкая усмешка никогда не пропадает из голоса Игоря.

- Привет.

- Не отвлекаю?

Опустив взгляд, оценила свой внешний вид. Лифчик, спортивные штаны, один носок.

- Нет, что ты. Чего-то хотел?

- Поговорить решил.

- О чем-то конкретном?

- Ты какая-то напряженная. Все еще не можешь выбросить из головы кончину воображаемой собаки?

Я не собиралась улыбаться, это вышло само собой.

- Может хватит уже поминать бедное животное?

- Кончина была мучительной?

- Если честно, я не задумывалась над тем, как кончилась Сельдь. Но теперь с твоей легкой подачи я буду портить себе настроение, размышляя о том, что моя гипотетическая собака умерла в муках.

- Обращайся. – не испытывая никаких мук совести, весело проговорил Игорь. – Так что у тебя с настроением?

Вздохнув, села на диван и укуталась в плед. Температура в квартире не очень-то способствовала проведению дефиле в нижнем белье.

- Завтра приезжают немцы. – призналась я, если честно, даже не имея понятия о том, знает ли псевдобармен о том, что из себя представляют наши инвесторы.

- Те самые немцы? – с интересом и, наверняка, широкой улыбкой хитро уточнил мужчина.

- Судя по твоей интонации – да.

- Мне Ромка все мозги вынес, пытаясь впарить свой драгоценный аквариум. – рассмеялся Игорь.

- И ты сумел устоять и отказаться?

- Да ты бы видела этих рыб! Кто ж знал, что успех в бизнесе приманивают именно самые стремные создания на планете.

Вспомнив откровение начальника о том, как эти самые рыбы смотрят на него по возвращению домой, не выдержала и рассмеялась.

- Вот поэтому настроение у меня не очень. Мало ли что они выкинут на этот раз. – про обрезание, как честный человек, говорить, конечно, не стала, предположила худший вариант для себя. – Мало ли сейчас такая фаза Луны, что для роста прибыли необходимо приносить в жертву личных помощников.

- Сомневаюсь, что дело дойдет до расчлененки.

- А ты умеешь утешить!

- Ну, хочешь, приеду завтра, буду тебя успокаивать.

- Пожалуй, откажусь. Одного нервного представителя вашей семьи в офисе будет вполне достаточно.

- Так я и Рому успокою!

- Давай без этого! – взмолилась.

- Что, думаешь, я не смогу справиться с собственным братом?

- В том-то и дело, что я отлично знаю, какими методами ты сможешь с ним справиться. Побойся бога! Я не переживу еще одной кончины воображаемой зверушки!

- Ты недооцениваешь мою фантазию.

- И от этого только страшнее...

- Ладно. – не стал дальше спорить мужчина. – Считай, что уговорила. Но завтра вечером расскажешь мне в подробностях о том, как все прошло.

- Идет.

- Тогда спокойной ночи, Лиза.

- Спокойной ночи, Игорь. – проговорила в ответ и сбросила вызов, вновь поймав себя на незапланированной улыбке.

А вот с утра стало уже не до улыбок. Напряжение, витавшее в воздухе, было настолько ощутимым, что не хотелось даже лишний раз шевелиться.

Делегация в сопровождении Романа Георгиевича, нашего коммерческого и еще парочки человек из руководства направились прямиком в конференц-зал, где я за сегодняшний день уже четыре раза успела вытереть пыль, разложить по Фэн-шуй рекламные буклеты и расставить напитки, учитывая даже самые странные вкусы. Да я даже огуречную водку добыла, о чем речь!

На время переговоров офис замер. Тишина стояла такая, как будто все внезапно решили вымереть. Даже рабочие телефоны звонили как-то непривычно глухо.

Роман Георгиевич появился в приемной спустя час с небольшим. Широко улыбаясь, он закрыл дверь, но, едва щелкнул замок, начальник закрыл глаза и громко выругался. Затем достал из кармана брюк мобильный, быстро нажал пару кнопок и приложил аппарат к уху.

- Где ты?

От резкости голоса я вжалась в кресло. Если бы шеф начал разговаривать со мной таким тоном, я бы провалилась сквозь землю.

- Какого черта?! Ты вообще понимаешь, что творишь?!

Или превратилась бы в горстку пепла...

Тем временем босс сбросил вызов и еще раз выругался, лишь после этого открыв глаза. Несколько секунд его взгляд беспорядочно скользил по приемной, а потом остановился на мне.

И мне это не понравилось! Ой, как не понравилось!

Судя по виду Романа Георгиевича, в его голове сейчас происходили нешуточные мыслительные процессы, поэтому, когда он зашагал в мою сторону, невольно пискнула, вспомнив вчерашние опасения.

- Если будете убивать, пожалуйста, без боли и побыстрей!

Начальник на мгновение остановился, обдумал еще что-то, а потом усмехнулся и за пару шагов сократил разделявшее нас расстояние, взял за запястье и потянул на себя, заставляя подняться на ноги.

От неожиданности я даже не смогла сопротивляться.

- Пойдемте, Егорова!

- Роман Георгиевич, отпустите меня! – среагировала, когда начальник, прошагав мимо входа в конференц-зал, вывел меня из приемной. – Роман Георгиевич, корпоративная этика не позволяет вам таким наглым образом тащить вашего личного помощника через офис!

Попытки воззвать к здравому смыслу босса не приносили результата, однако сама я о той самой корпоративной этике забыть не могла ни на секунду. Едва заметив Верочку, выпрямила спину, гордо вскинула подбородок и продолжила идти за Романом Георгиевичем, как будто волочение в неизвестном направлении входило в спектр моих обязанностей.

Однако, едва Верочка скрылась за поворотом, я позволила себе стянуть с лица дежурную улыбку и злобно прошипеть:

- Тот факт, что вы являетесь моим непосредственным начальником, не дает вам права...

Договорить мне не удалось. Шеф резко остановился, огляделся с удивлением, как будто впервые за долгое время оказался в служебных помещениях.

Стоп! В служебных помещениях?!

И вновь меня сбили. В этот раз босс не дал додумать. В очередной раз потянул за руку, резко свернул направо и толкнул ближайшую дверь. Та сразу же поддалась. Еще бы! В этой компании все поддаются генеральному директору!

В следующий раз набраться сил продолжить монолог мне удалось лишь тогда, когда мужчина освободил мое запястье и остановился.

- Да что, блин, происходит? – кажется, в такой ситуации даже моя корпоративная этика начала давать сбои.

Роман Георгиевич не спешил с ответом. Потирал кончиками пальцев виски и вообще всячески делал вид, что это он тут весь такой серьезный начальник, и, вообще, все идет по плану.

Пользуясь неразговорчивостью шефа, позволила себе оглядеться по сторонам. Швабры, веники, машина для мытья полов, на которой я столько раз мечтала уехать из этого офиса в закат, непременно протаранив парадные стеклянные двери. Ну, знаете ли, так эффектней. Я в кино видела!

В общем, мы находились в кладовке. В кладовке, замок которой Роман Георгиевич только что запер на три оборота.

- Вы начинаете меня пугать. – прошептала нерешительно. – Не то, чтобы я боялась замкнутых пространств или предосудительно относилась к веникам...

- Елизавета Дмитриевна! - резко перебил меня начальник. Так резко, что я аж мысль потеряла. Снова.

- Да?

- Сколько вы получаете?

- Вы сейчас для налоговой интересуетесь или для общего развития? Да. У меня есть кредиты, но я...

- Елизавета Дми...

- Поняла, не для налоговой. – быстро исправилась, взмахнув руками. – Пятьдесят шесть.

- Сколько? – тон Романа Георгиевича то ли спрашивал «какого черта так много?», то ли вопрошал «и на эти деньги можно выжить, да мои рыбки жрут дороже?!».

Как бы там ни было, я решила, что лучшая защита – это нападение, и уверенно заявила:

- У меня высшее образование и красный диплом! – уже тише добавив. – Ну, практически... Пурпурненький... Розоватенький...

- Егорова, хотите, я удвою вашу зарплату?

- Я не стану кормом для ваших рыбок! Даже если это позволит прибыли вырасти на 156 процентов! – поспешила сообщить о своей позиции на берегу.

- Чего? – Роман Георгиевич, кажется, впервые за все время нашего увлекательного и стремительного путешествия посмотрел мне в глаза.

- И в жертву вашим инвесторам я тоже не хочу придаваться! И почку не отдам, у меня их всего две! – продолжила настаивать на своем, пользуясь молчанием шефа.

- Да причем тут ваша почка, Елизавета Дмитриевна?! – все же не выдержал босс и прервал поток моих мыслей.

- Что, совсем не нужна? – насупилась. – Даже как-то обидно стало... Она почти не б/у, в отличном состоянии!

Начальник отвлекся от изучения веников и вновь посмотрел на меня. Серьезно так, задумчиво, как будто размышлял, точно ли с человеком разговаривает. А потом внезапно взял и рассмеялся. Вот прям так открыто и громко. И прям посреди швабр!

Пока я ждала момента, когда шеф сможет успокоиться и объяснить что-либо внятно, мужчина подошел к машине для мыться полов и облокотился на нее.

- Знаете, Елизавета Дмитриевна, никогда не думал, что окажусь в такой дебильной ситуации.

- Это вы сейчас конкретно про кладовку или про жизнь в целом? – поинтересовалась, а потом, вспомнив наш разговор накануне, приложила ладонь к губам. – Что, все-таки обрезание?!

Вновь странный взгляд, а потом абсолютно странный вопрос:

- Егорова, хотите, чтобы я утроил вашу зарплату?

Это на него кладовка так действует?! Или немцы?! Узнать бы точно... Я бы либо стол его сюда переволокла, либо немецкий выучила....

- Вам точно не нужна моя почка?!

- Егорова!

О-о-о-о... Узнаю тон «не жди добра».

- Хочу. – отвечаю без сарказма.

У меня ипотека и два кредита. Конечно, блин, хочу!

- Тогда притворитесь моей невестой. – шеф выпаливает фразу на одном дыхании, но, кажется, даже этого короткого времени хватает для того, чтобы он сам охренел от сказанного.

Чего уж говорить обо мне.

- У вас есть невеста!

- Егорова!

Да поняла я, что я Егорова, чего так орать?!

- Роман Георгиевич...

Он вновь перебивает меня до того, как я успеваю красиво оформить мысль в словах.

- Я заплачу тебе триста тысяч. Плюс премия. Ежемесячная... В размере оклада.

Калькулятор в моем мозгу не выдерживает сложности вычислений и вырубается к чертям, остается полагаться лишь на чувства, которые вовсю вопят «Беги, Лиза, беги! Подальше беги и прячься надежней!», но босс вновь опережает.

- Если вы откажетесь, я вас уволю. И рекомендации напишу такие, что вот это, - Ветров указывает на швабру, стоящую рядом. – Станет потолком вашего карьерного роста. – босс делает небольшую паузу и устало выдыхает, потом вновь заглядывает мне в глаза, всем своим видом давая понять, что принятое мной решение обжалованию и возврату не подлежит, а потом медленно спрашивает. – Так что, Елизавета Дмитриевна?


Глава 5

Мысли в голове метались. Вариант с безоговорочным согласием разделяли от того варианта, где я хватаю швабру и метко бью ей шефа прямо между глаз, а потом, гордо вскинув голову, уезжаю в закат на машине для уборки полов, несколько жалких секунд.

Роман Георгиевич же, видимо, потратив все присущее ему красноречие, теперь просто стоял молча и ожидал ответа. Даже не торопил, если не считать взгляда. С таким взглядом, знаете ли, уместней котят топить, чем делать своей помощнице заманчивое предложение.

- А долго притворяться надо? – вспомнив, что я у мамы все-таки дипломат, проговорила, смело заглянув шефу в глаза.

- Дня три, может, неделю. Я не знаю, когда наступит более подходящий кармически день для полета домой. – фыркнул Ветров.

- И что мне нужно будет делать?

- Улыбаться, когда вы этого совсем не хотите и, вероятно, выполнять идиотские поручения. Ничего необычного, Егорова. Вы этим каждый день занимаетесь.

- Вы только что признались, что загружаете меня идиотскими поручениями?

Я просто не могла не воспользоваться моментом, однако уже в следующую секунду поймала угрожающий взгляд шефа и быстро замолчала.

- Несколько раз поужинаете с нами, прогуляетесь. Никакого криминала. – продолжил начальник гораздо более мягко. Так прямо уже и не скажешь, что несколько минут назад этот человек мне угрожал.

К настоящему моменты расчеты в моей голове все же окончательно склонили чашу весов к внушительной сумме в триста тысяч и мысленно начали досрочно гасить кредиты.

- А как же Полина Анатольевна? – нет, все же дипломат я так себе, но этот вопрос действительно не давал мне покоя.

Роман Георгиевич ответил не сразу, сперва задумчиво посмотрел на машину для мытья полов, потом на веники и лишь после этого небольшого ритуала сказал:

- Полина в нескольких тысячах километров от города. Греет задницу то ли на Бали, то ли в Таиланде. Скоро конфетки привезет, и я смогу сказать точно, где она была. – не без гнева сообщил босс, давая понять, с кем он столь эмоционально разговаривал после выхода из кабинета.

- Вы так смотрите на этот веник, как будто думаете, можно ли им закопать человека. – я попыталась разрядить обстановку. Судя по злому взгляду шефа – неудачно, поэтому, вздохнув, проговорила. – Ладно, пойдемте уже к вашим немцам, они, наверное, заждались.

- Я предупредил, что пошел встречать невесту.

- То есть тот факт, что мы уже виделись в приемной их смутить не должен?

- Егорова!

- Молчу-молчу.

Роман Георгиевич открыл замок, потянул за ручку, а потом резко обернулся, как будто забыл сказать что-то важное.

- Вы же понимаете, что нам нужно будет общаться на ты?

- Да, Роман Георгиевич. – кивнула и сразу же словила очередной взгляд в стиле «хватит тупить, Егорова», пришлось исправляться. – Да... Рома?

От озвученного пришла в ужас, что, конечно же, заметил шеф.

- Только в обморок не грохнись.

- И не собиралась! - фыркнула в ответ. – Но любимым и дорогим я вас... Тебя называть не буду!

- Не сомневаюсь. Боюсь, что при таком раскладе у тебя челюсть сведет. – рассмеялся босс.

- И целовать не буду! Даже за еще триста тысяч! – продолжила категорично, заставив шефа рассмеяться еще громче.

- Последнее могла даже не озвучивать. Боюсь, Егорова, если вы меня поцелуете, наступит апокалипсис.

* * *

По мере приближения к приемной моя уверенность в правильности принятого решения таяла со скоростью снежной бабы, вытянутой в разгар сезона на городской пляж в Геленджике, однако Роман Георгиевич с такой силой вцепился в мою руку, что, реши я затормозить, осталась бы без конечности. А прощаться с ней я, знаете ли, не горела желанием.

Начальник остановился лишь у самых дверей, ведущих в конференц-зал. Поправил пиджак и посмотрел на меня, а я возьми и ляпни.

- Роман Георгиевич, что-то вы на меня совсем не влюбленным взглядом смотрите.

Нет, все-таки разряжать обстановку – это не мое. Пришлось мигом исправляться.

- Ой, нет, верните прошлый... Так нам точно не поверят.

К счастью, шеф промолчал, кажется, сейчас он не меньше моего жалел о своей идее, возможно, даже думал над тем, чтобы выгнать меня куда подальше, однако обстоятельства явно были против нас.

Дверь распахнулась настолько стремительно, что я едва успела отскочить, спасая свой нос от перелома, а лоб от шишки. Вышедший нам навстречу переводчик, конечно, особой угрозы не представлял, а вот смотревшие прямиком на меня три пары немецких глаз были уже гораздо большей проблемой.

- А мы уж думали, что вы заблудились, Роман. – на чистеньком русском с небольшим акцентом проговорил сидевший по центру мужчина.

От неожиданности в руку босса вцепилась уже я, интересно, кто из нас оставит в итоге другому большие синяки. Просто в воображении я представляла эти переговоры как череду постоянных «Йа Йа, зер гуд», разбавленных монотонным шепотом переводчика.

Хотя, какая, собственно, разница, как они разговаривают, если речь идет от трехста тысячах и удвоении ежемесячного оклада. Да пусть хоть на иврите!

- Возникли некоторые трудности, но теперь все в порядке. – невозмутимо проговорил шеф, а потом добавил. – Знакомьтесь, это Лиза, моя невеста. Лиза, это Георг, Виктор и Карл. – поочередно показывая ладонью на сидящих за столом мужчин, представил всех друг другу босс.

От абсурдности сказанного в голове начался конкретный рассинхрон, но я держалась, без устали повторяя про себя мантру про триста тысяч.

Улыбаемся и машем!

Нет, махать все же лишнее. Просто улыбаемся и думаем про триста тысяч.

- Добрый день.

- Это же ваша помощница, Роман. – второй инвестор говорил с куда большим акцентом, а третий и вовсе молча хлопал глазами, как будто вообще не въезжал в суть разговора.

Не въезжал, но улыбался. По-моему, здесь вообще был значительный перебор улыбок на квадратный метр помещения.

- Именно. – и вновь невозмутимый ответ начальника. – Я предпочитаю не афишировать на работе свою личную жизнь, но вам, конечно, отказать не мог.

Не переставая улыбаться, перевела взгляд на коммерческого, челюсть которого, кажется, держалась из последних сил, так и норовила вывалиться на пол. В принципе, его глаза планировали сделать тоже самое. Конечно, Петр Львович отлично знал, что никакой невестой шефу я не прихожусь, но надо отдать ему должное. Рот мужчина держал закрытым, да и в обморок хлопаться, вроде бы, не собирался.

- Что же вы замерли в дверях, присаживайтесь. – проговорил наиболее русскоговорящий немец Виктор.

Кивнув, последовала за начальником, который занял свое привычное место.

К счастью, соседнее с ним свободно. Замечательно, просто идиллия!

К несчастью, теперь я сидела прямо напротив инвесторов, которые с интересом рассматривали меня. От такого внимания к моей персоне становилось не по себе, хотелось встать, покрутиться и проговорить свои технические характеристики.

Елизавета. 28 лет. Не битая, не крашенная, ежегодный техосмотр прохожу.

- Чай? Кофе? – вновь поинтересовался инвестор номер один, отбирая у меня положенную по должности фразу.

А огуречную водку можно?

Так, Лиза, спокойно, без истерики.

Триста тысяч! Триста тысяч!

- Нет, спасибо.

Повисла небольшая пауза. Кажется, немцы и сами толком не понимали, зачем им понадобилась невеста шефа. Привести попросили, а вот что дальше делать, еще не придумали.

В принципе, я была не против помолчать. Врать молча все-таки проще. Киваешь себе и улыбаешься, однако инвестор номер два придерживался другого мнения. Взглянув поочередно на меня и на босса, спросил:

- А как вы начали встречаться?

Начали встречаться? М-м-м... Какой хороший вопрос...

С надеждой посмотрела на начальника, но тот был слишком занят изучением стола.

Ну уж нет, так просто упустить свой джек-пот я была не готова.

- Рома поддержал меня в тяжелой ситуации.

Почувствовав на себе встревоженный взгляд шефа, натянула еще более широкую улыбку.

Не ссы, Роман Георгиевич, прорвемся!

- Это произошло несколько месяцев назад. – сделав максимально печальный голос, продолжила я. – У меня умерла собака. Очень старая, очень любимая собака...

- Соболезную. – с пониманием проговорил инвестор номер один.

В ответ кивнула, мысленно поблагодарив, что немец не заинтересовался именем моего погибшего уже по второму разу воображаемого питомца, и закончила мысль.

- Мне было очень тяжело, если бы не Рома... Я не знаю, как бы пережила эту утрату. – Боже, да по мне же театральное плачет! Прямо вижу себя в свете софитов, и афиши, афиши... «Только сегодня на сцене Большого Театра Елизавета Егорова со своим нашумевшим «Монологом о Сельди»». – С тех пор я уже просто не могла смотреть на Рому исключительно как на непосредственного начальника. Это горе нас очень сблизило.

Тяжело вздохнув я замолчала.

- Очень трогательная история. – спустя несколько долгих секунд тишины подвел итог немец номер два.

- Действительно. – согласился первый.

Третий оставался все таким же молчаливым и улыбчивым и, кажется, совершенно не мог понять, почему я сидела с таким лицом, как будто по этому самому лицу асфальтоукладчик проехал.

- Роман, думаю, наши дела в офисе на сегодня закончены. Может, переберемся в какое-нибудь более уютное место? – вновь заговорил Карл.

- Конечно же. Я распоряжусь, чтобы подали машины. – моментально согласился начальник, но в следующую секунду завис.

Да-да, распоряжайтесь, босс. Вот она я, распоряжайтесь полностью.

Не желая ставить шефа в неловкое положения, не дожидаясь его слов, поднялась со своего места и сказала:

- Я свяжусь с водителями, думаю, в течение пяти минут автомобили будут готовы. Приятно было познакомиться.

После чего развернулась и зашагала в сторону выхода из кабинета. Голос Виктора я услышала уже в дверях. Да что же это за мода такая пошла, успевать меня окликнуть в последний момент?

- Лиза, вы же составите нам компанию?

Триста тысяч! Триста тысяч!

Улыбаемся и триста тысяч!

- Конечно же.

* * *

А дальше события развивались, как в плохом фильме. В плохом, потому что это однозначно был хоррор, а я являлась той самой героиней, которую в скором времени убьют. Так особо извращенно убьют и, наверняка, мучительно.

После того, как Роман Георгиевич, мило улыбаясь, помог мне накинуть пальто, мы вышли из приемной, и все было бы ничего, если бы начальник не взял меня под руку. И если женщины в бухгалтерии еще сдерживались, ограничиваясь злобными взглядами, то Верочка на ресепшене, едва заметив нас, прошептала что-то среднее между «офигеть» и «охренеть».

В общем, беря в учет такую реакцию, завтра коварная расправа над моим кактусом покажется просто детским лепетом. Думаю, что можно рассчитывать на изготовление куклы-вуду или чего-нибудь в таком роде. Возможно, среди Полининых сладостей кто-нибудь даже додумается спрятать дохлую крысу. А что, нельзя недооценивать коллег.

Выдохнуть я смогла, только оказавшись в служебном автомобиле. К счастью, немцы ехали на другой машине, оставалось лишь надеяться, что камер, установленных инвесторами, в салоне не было.

Демонстративно отодвинувшись от Романа Георгиевича на противоположную сторону сиденья, вздохнула, вызвав у шефа усмешку.

- Поддержал, значит?

- Могли бы сами придумать что-нибудь получше. – фыркнула в ответ.

- Получше – это вряд ли.

- Ну вот и не выделывайтесь тогда.

Шеф развел руки в примирительном жесте, заставив меня закатить глаза.

Вот и поговорили.

Дальше мы ехали молча, и я уж начала думать, что жизнь налаживается. Собственно, рано радовалась, как обычно. Начало очередного круга ада был ознаменовано истошным воплем мобильного, который я положила между сиденьями, разделив салон на территорию босса и мою.

Я среагировала не сразу, долго соображала, кому я могла понадобиться посреди рабочего дня. Этого времени начальнику хватило для того, чтобы посмотреть на экран.

- Егорова, вам брат звонит.

Голос шефа вывел из ступора, я схватила телефон и быстро сбросила вызов.

- Не знал, что у вас есть брат. – задумчиво проговорил Роман Георгиевич.

Да я, блин, и сама не знала!

- Рассказ о членах моей семьи не был необходим для трудоустройства. – ответила как можно более равнодушно, а в следующий момент раздался очередной звонок.

Да что ж ты такой настырный?!

- Не хотите с ним разговаривать? – проявил чудеса эрудиции начальник.

- Мы поссорились. – ответила, с ужасом представив, что будет, если Роман Георгиевич услышит голос Игоря в динамике моего мобильного.

Вот он удивится, когда узнает, что мой брат по совместительству является и его братом тоже!

А младший Ветров тем временем все не сдавался, пришлось перевести телефон в беззвучный режим и терпеливо отклонять вызов за вызовом.

Игорь сдался на седьмом. Ну, как сдался, прислал сообщение.

«Занята, то ли?»

«И как ты догадался?!»

«Милые немцы заставляют проявлять изобретательность?»

Не сдержавшись, улыбнулась.

«Ты даже не представляешь, насколько!»

«Я почему-то даже не хочу представлять)) Чем занимаешься?»

«Еду обедать с инвесторами»

Я не знаю, какой черт дернул меня ответить честно. Какое-то секундное помутнение рассудка, правда. Совершенно забыла, с кем разговариваю, и уже через секунду, получив ответное сообщение, пожалела о написанном.

«Составить вам компанию?»

«ДАЖЕ НЕ ДУМАЙ!»

«Да не ори ты))) Куда едите?»

Пока я в панике представляла появление Игоря в ресторане, пришло следующее сообщение.

«Хотя, чего я спрашиваю, я ж могу Ромке позвонить»

С тревогой взглянув на босса, телефон которого пока молчал, судорожно начала печатать.

«Игорь, родненький, миленький, умоляю, не надо!!!»

«Хммм... Ну, я даже не знаю...»

«Игорешенька, хорошеньки мой!»

«Пока неубедительно... А Рома рядом?»

«О чем хочешь проси, я на все согласна!»

«Поужинаем?»

«Конечно же, только не приезжай!!»

«Да ладно тебе, я вообще не в городе)))»

На то, чтобы понять, что меня в очередной раз развели, ушло несколько секунд.

- Вот козел! – тихо прошипела, чем привлекла внимание Романа Георгиевича.

- Не помирились?

- Нет! – фыркнула, набирая очередное сообщение.

«Тебе в детстве не рассказывали о том, что шантаж – это плохо?»

«Что такое шантаж?»

Вот идиот!

Улыбнулась и прочитала следующее сообщение.

«Так что ты делаешь в пятницу вечером?»

«Видимо, благодаря собственной глупости, ужинаю с тобой»

«Правильный ответ, а то я уже действительно начал подумывать над тем, чтобы быстренько приехать)»

«Да ну тебя!»

Усмехнулась и, заметив, что автомобиль начинает тормозить, убрала телефон в сумку. Кажется, начинался второй акт представления перед инвесторами.

* * *

- Готова? – поинтересовался Роман Георгиевич, когда машина остановилась.

- Если я отвечу «нет», вы великодушно распахнете дверцу и скажете «ничего страшного, Лиза, ни о чем не переживай, иди домой, отсыпайся»?

- Нет. – равнодушно сказал босс.

- Тогда готова. – ответила ему в тон и, не сдержавшись, добавила. – Милый.

Романа Георгиевича по лицу как будто сковородкой огрели, сдержать смех было очень сложно.

- Егорова! – угрожающе прошипел шеф.

- Простите, простите. Я в роль вхожу, миссия все-таки ответственная, права на ошибку нет.

Удостоившись еще одного гневного взгляда, постаралась придать лицу максимально серьезное выражение, все же перегибать палку было нельзя, а то еще уволит грешным делом по завершении представления.

Едва выйдя из машины, усмехнулась. Вновь «Неаполь», судьба раз за разом отправляет меня сюда, видимо, настаивая на том, чтобы я все же попробовала этот несчастный лобстер. Интересно, Роман Георгиевич сильно удивится, если я его закажу, а потом мило улыбнусь и елейным голосом уточню: «Ромочка, любимый, ты же не против?».

Нет, точно уволит...

Даже несмотря на соблазн, нужно держаться.

Я уже совершенно не удивилась, когда к нашему столику подошла та же официантка, предполагаю, что ее взгляд при виде меня напоминал тот, которым смотрят на Романа Георгиевича его милые рыбешки.

С лобстером вновь не сложилось, зато вновь сложилось с белым вином и пастой с морепродуктами. Интересно, начальник в курсе того, что, помимо его мнения у людей, стоящих по социальной лестнице ниже, существует еще и собственное, а в меню, помимо пасты, есть еще несколько десятков других позиций? Предполагаю, что нет. Надо будет ему как-нибудь на это намекнуть. Хотя, знаете, если это мой личный день сурка, я очень даже не против.

Морские гады, потрясающе вкусное вино. Жизнь не так уж и плоха.

Омрачало лишь то, что немцы могли разговаривать и за трапезой. И интересовали их сейчас исключительно вопросы наших воображаемых отношений с Романом Георгиевичем.

Что-то в последнее время в моей жизни стало слишком много всего воображаемого. Главное не запутаться.

- И давно вы вместе?

- Около двух месяцев.

- Три месяца.

Ответили хором. Идиллия, говорю ж. Жаль, что варианты не совпали, нужно было выкручиваться.

- Рома, ты путаешь... - ответила, натянув милейшую улыбку. – Три месяца назад мы только начали общаться...

К концу предложения понизила голос, как бы намекая на причину начала нашего общения. Не будут же добрые дяденьки-инвесторы давить на больное.

- Ты права. – быстро согласился шеф и посмотрел на свою руку. Проследив за его взглядом, заметила, что мужчина под столом указывает пальцем то на себя, то на меня.

Отвечать по очереди, что ли?

Вполне логично. Проверим, у кого фантазия лучше развита.

Стратегия Романа Георгиевича действительно работала, стало значительно проще, и все шло как по маслу, ровно до того момента, когда неугомонный Виктор не спросил:

- И когда свадьба?

Именно в этот момент у столика материализовалась официантка, державшая в руках тарелку с пастой. Как эта паста не оказалась после услышанного ею на моей голове – загадка, потому что ее милейшее пожелание приятного аппетита при переводе на доступный язык означало что-то типа «я очень надеюсь, что сейчас какая-нибудь из этих креветок оживет и загрызет тебя к чертовой бабушке». В общем, в темной подворотне я бы с этой девушкой встретиться не хотела бы. Да чего уж там, я бы и в светлой не горела желанием пересечься. Меня даже перспектива жизни с ней на одной планете как-то внезапно начала напрягать.

Была моя очередь отвечать на вопрос, поэтому, отвлекшись от официантки и пожав плечами, проговорила:

- Мы еще не определились...

- Двадцать девятого декабря. – не дав мне договорить, отчеканил босс.

Та-а-а-ак...

А вечер-то, кажется, переставал быть томным. Что-то Роман Георгиевич темнил...

Однако заняться анализом сказанного или хотя бы удостоить начальника вопросительного взгляда мне не дали, Виктор уже продолжал допрос.

- Вместе живете?

Я старалась не обращать внимание на то, что вопросы инвесторов становились все более странными и порой не слишком тактичными. Логику буду постигать позже, когда окажусь с шефом наедине и узнаю, что он все-таки, наверняка, чисто случайно забыл мне рассказать.

- Конечно. – с уверенным кивком ответил Роман Георгиевич.

Ну, зашибись!

- Так, может, как-нибудь поужинаем у вас? Все же никакой ресторан не сравнится с домашним уютом.

- Думаю, что пятница идеально подойдет. Как вы на это смотрите? – моментально среагировал босс.


- Отлично. – одновременно ответили Виктор и Карл. Даже Георг кивнул, выслушав переводчика.

Мое мнение, как обычно, никого не интересовало. Обидненько даже.

- Вот и прекрасно. – продолжил шеф. – Лиза потрясающе готовит, уверен, вы придете в восторг.

Да Лиза просто охренительно готовит! Вы разве не слышали о ее коронном блюде «лапша в коробочке из ближайшей доставки»?!

- Правда? – удивился Виктор, обратившись ко мне.

- Безусловно. – вновь вернув на лицо безупречную улыбку, согласилась я, мысленно рассуждая над тем, что лучше бы начальнику сделали обрезание... Или вообще кастрировали. – Не станет же Рома вас обманывать.


Глава 6

К счастью, после разговора об ужине допрос окончился. К несчастью, обед затягивался. Пока Роман Георгиевич вместе с инвесторами обсуждали, наверняка, важные вопросы, используя кучу непонятных слов, я тоже не теряла времени даром. Придумывала, какой метод пыток выбрать для шефа, когда мы окажемся наедине. Иголки под ногти? Вода?

К пяти часам вечера, когда мы все же вышли из ресторана и попрощались с немцами, я уже начала чувствовать себя матерым инквизитором и, едва оказавшись в салоне автомобиля, поспешила поинтересоваться:

- Роман Георгиевич, это что за фигня?

- Егорова, вы о чем конкретно?

Согласна, с фигней в последнее время перебор. Нужно уточнять.

- Я не собираюсь выходить за вас замуж! Даже если вы за меня всю ипотеку выплатите!

- Елизавета Дмитриевна, вы, главное, не расстраивайтесь, но я не намерен на вас жениться.

- И как же пережить такое горе?

- Главное, избегайте острых предметов, крыш и не покупайте снотворное. – великодушно посоветовал шеф.

- Обязательно учту. – фыркнула в ответ. – Может, все-таки объясните, что вы затеяли? Просто я не уверена в том, что моя реакция будет адекватной, если в следующий раз вы ляпните что-нибудь о приезде моих родителей. А о том, что подумают родители, если немцы действительно пожелают их увидеть, я вообще молчу.

Роман Георгиевич ответил не сразу. Посмотрел в окно, вздохнул и, наконец, заговорил.

- Понимаете, Егорова. По их мнению, управлять крупной компанией должен человек серьезный. А бонус к серьезности по какой-то неведомой причине дает именно брак. Вот и пришлось сказать, что я женюсь. А, так как деньги на открытие новой производственной линии я хочу получить в этом году, то и жениться должен в этом.

- А если для открытия филиала от вас потребуется ребенок, вы усыновлять побежите? Или не будете заморачиваться и просто стырите?

- Елизавета Дмитриевна!

- Что, Роман Георгиевич?

- Если от меня потребуют ребенка, я обязательно обращусь к вам за советом, что делать дальше.

- Хорошо хоть, что только за советом!

- Егорова!

- Молчу... - вздохнула и отвернулась к окну, все же пробубнив напоследок. – План у вас, конечно, идиотский.

- Однако это не мешало вам согласиться на участие в нем.

- Вы даже не представляете, насколько были убедительны. Еще и обстановка эта... Швабры, веники – сплошная романтика! Я просто не смогла отказать.

- Прекрасно, значит и в пятницу не откажите.

- Ни за что!

- Двадцать тысяч.

- Нет!

- Тридцать.

- Роман Георгиевич!

- Сорок, Егорова.

- Я не буду готовить!

- Значит, тридцать.

- Хотя, могу и приготовить...

- Вот и договорились.

- Вы будете мне помогать!

- Я подумаю над этим.

Не знаю, каким местом я думала, когда соглашалась на предложение начальника. Едва оказавшись дома, я уже на все сто сорок шесть процентов была уверена в том, что ничего хорошего из этой затеи не выйдет, а спустя еще десять минут обдумывания вариантов того, как ужасно может закончиться вечер пятницы, вспомнила о еще одной ма-а-а-а-аленькой детали, которая совершенно вылетела из головы.

Ужин с Игорем!

Ругнувшись себе под нос, стала думать, как выкрутиться из сложившейся ситуации. Отказа босс не потерпит, это было понятно, так что нужно всего лишь перенести встречу с его братом.

Желательно так, чтобы он ничего не заподозрил. И чтобы Роман Георгиевич ему ничего не ляпнул. И чтобы он сам у начальника не спросил.

Блин!

Был еще, конечно, вариант рассказать правду, но почему-то он мне совсем не нравился. Страшно даже представить реакцию Ветрова младшего на нашу аферу века.

Если уж врать, то врать глобально, подумала я и взяла мобильник.

«Давай перенесем ужин на субботу?»

«Какие-то проблемы?»

«Нет, просто бабушка с дедушкой приезжают в пятницу.»

«Свидание с бабушкой и дедушкой звучит как-то не очень... Возможно, действительно лучше будет перенести?»

Не оценив сарказма, вцепилась взглядом в первое слово последнего сообщения.

«Это не свидание!»

«Ок, но романтический ужин с бабушкой и дедушкой тоже паршиво звучит)»

«Просто ужин!»

«Ты предлагаешь мне просто поужинать с твоими родственниками? Не рановато?»

От самоуверенности Игоря правильней было бы разозлиться, но вместо этого я улыбалась, пытаясь придумать умный ответ, однако лжебармен оказался быстрей.

«Хорошо, давай в субботу)»

«Отлично!»

Отложила телефон и еще раз улыбнулась.

Дело за малым... Осталось всего лишь пережить ужин с инвесторами.

* * *

Поговаривают, что, если какого-то события очень боишься, время начинает нестись с немыслимой скоростью. Знаете, не врут же!

Как бы я хотела, чтобы пятница не наступала. Я даже была готова остаться в потрясающей среде, когда нашла у себя в туфлях несколько кнопок. Или в не менее прекрасном четверге, когда кто-то насыпал в баночку с корицей, которую я добавляю шефу в кофе, молотого перца чили.

В обоих случаях никто не пострадал: отлично понимая, в каком террариуме работаю, я привыкла быть бдительной, да и с обонянием проблем не имела. Однако теперь было абсолютно ясно, что милейшая женская половина нашего офиса вышла на тропу войны, и одним героически погибшим кактусом на этот раз дело не ограничится.

Интересно, если я попрошу у Романа Георгиевича еще тысяч тридцать, ну, за возмещение морального ущерба, он далеко меня пошлет?

Лучше, наверное, не рисковать.

Рабочий день пятницы для меня закончился в обед. Начальник вышел из кабинета и, быстро проговорив «Егорова, у нас много дел, собирайтесь!», нетерпеливо посмотрел на меня.

Его взгляд стал еще более нетерпеливым, когда я предельно медленно, всматриваясь в каждую мелочь, начала переобуваться и надевать пальто.

Ой, пусть хоть усмотрится! В мои планы сегодня не входила смерть от бомбы, которую любезные сотрудницы «Сигма Шуз» могли засунуть, например, в мою сумку. Чем черт не шутит...

Следующий раз Роман Георгиевич заговорил уже в салоне автомобиля, точнее сперва наградил меня на этот раз многозначительным взглядом, а потом с недоверием спросил:

- Ну, Елизавета Дмитриевна, чем удивлять будете?

- Роман Георгиевич, у вас тон такой, как будто вы в моих способностях сомневаетесь! – ощетинилась в ответ, хотя на самом деле я и сама разделяла его скептицизм. Но боссу об этом, естественно, знать не обязательно.

Буду откровенной, на подготовку меню для сегодняшнего ужина я убила все вечера на этой неделе. Первым вариантом, где я начала искать помощь, стала мама. Но, дело в том, что мои родители – люди сельские, простые... В общем, я сомневаюсь, что немцы бы адекватно отреагировали, если бы я приготовила свиные уши и печеночные котлеты. Да черт с ними, с немцами, я себя в компании свиных ушей слабо представляю. Хотя банку маминых маринованных огурцов и помидор я все же прихватила. И грибов папиных, надеюсь, не мухоморов, хотя-я-я... В общем, мой стратегический запас заготовок на балконе понес серьезные потери.

С просьбой помочь с горячим и закусками я в последний момент додумалась обратиться к Эле. Вот уж кто точно был специалистом в области того, как приготовить что-то вкусное, не убив на это половину дня. Но есть одна деталь... Правду я ей не сказала. Лучше выслушать десять минут умилительных писков по поводу того, что у меня, наконец, появился парень, чем двадцать минут шуточек и хохота из-за настоящей причины.

Так или иначе, теперь я могла с гордостью достать из сумочки список продуктов и протянуть его Роману Георгиевичу, естественно, не забыв фыркнуть, показывая все свое отношение к его недоверию.

Шеф пробежался взглядом по листку, на котором был записан перечень необходимого и удовлетворенно кивнул.

Фу-у-у-у-ух!

- Признаюсь, Егорова, удивили.

- Признаюсь, обидели! Или вы думаете, что мои кулинарные навыки ограничиваются на умении набрать номер службы доставки?

На самом деле, все примерно так и было, но шефу... Да-да-да. Меньше знаешь – крепе спишь.

Покупка продуктов не заняла много времени, ориентироваться в магазинах умели и я, и шеф, который, помимо продуктов, зачем-то скидывал в тележку еще много странных и ненужных вещей.

Зубная щетка, женские тапочки, прокладки...

Стоп! Он что, реально только что кинул в тележку прокладки?!

На этом моменте я уже даже не пыталась постичь логику, просто молча наблюдала за тем, как начальник продолжает пополнять покупки всяким сомнительным хламом. Главное, чтобы он не двинулся... Ну, или хотя бы пришел в себя к приезду немцев. Будет даже обидно, если вся эта операция по получению денег прогорит.

Финальной каплей стала остановка в магазине декора, покупка рамочек, свечек, нескольких цветов в горшках, скатерти и салфеток.

- Елизавета Дмитриевна, вы думаете, что мои навыки по созданию уюта ограничиваются вызовом дизайнера? – видимо, поймав мой взгляд, поинтересовался шеф, повторив мою обиженную интонацию.

Ну-у-у-у... Воспоминания о прокладках были еще слишком свежи... Может, дизайнер реально лучше?

Так, Лиза, соберись! Триста тысяч!

- Что вы, Роман Георгиевич. – протянула милейшим голосом.

- Слишком много сарказма, он мешает тебе нормально врать.

- Окей, буду учиться у гуру!

- Егорова!

- Заметьте, я не называла имени гуру, вы сами приняли слова на свой счет!

Квартира начальника находилась в одном из элитных районов. Хотя, кто бы сомневался?


Из покупок я удостоилась чести нести лишь пакет из магазина декора. Все остальное волок на себе Роман Георгиевич. Ну, истинный джентльмен! Мы уже похожи на идеальную пару?

Квартира начальника располагалась на пятом этаже, на который нас, естественно, доставил лифт прямо с парковки. Странно еще, что специально обученные люди не понабежали и не повыхватывали пакеты. Могли бы и такую опцию предусмотреть.

Однако все впечатление о доме стерлось за одно единственное мгновение. То самое, когда Роман Георгиевич включил свет в коридоре.

- Мать моя женщина! – не сдержала эмоций и вжалась в стену. – Роман Георгиевич, это что за хрень?!

Шеф сперва посмотрел на меня, потом на аквариум и, проявив сообразительность, уточнил.

- Ты про рыбок что ли?

- А это что ли рыбки?!

- А что, не похожи?

- Больше на приспешников Сатаны смахивают... У меня не слишком богатый багаж знаний в области религии, но, мне кажется, они должны выглядеть именно так.

Начальник задумался и еще раз посмотрел на аквариум.

- Вполне вероятно.

- А мы можем, я не знаю, накрыть их одеялом?

- Не можем, немцы в них души не чают.

- Они долбанутые!

- Не исключаю такой вариант.

Пройти мимо аквариума стоило мне больших усилий. Зубастые твари, которых Роман Георгиевич по непонятной причине называл рыбками, выглядели слишком опасными для того, чтобы задерживаться рядом с ними хотя бы на лишнюю секунду.

- Так, Егорова. Вы отвечаете за кухню, я – за создание имитации того, что мы живем тут вместе. – скомандовал босс, и до меня, наконец, дошло, к чему были все эти странные покупки. Правда страх за то, что Роман Георгиевич все-таки хаотично раскидает прокладки по квартире, до сих пор не отступал.

Покорно кивнув, отправилась в указанную боссом сторону. Мысленно читая мантру.

Не паниковать, делать то, что сказала Эля, выглядеть уверенной в себе, гордо отбиваться от насмешек Романа Георгиевича, не пересолить курицу!

В принципе, если постоянно бубнить себе под нос эти заповеди, дела идут не так уж и плохо, а получающаяся еда, в принципе, соответствует описаниям подруги.

- Елизавета Дмитриевна, я вас действительно недооценил. – проговорил Роман Георгиевич, черт пойми откуда материализовавшийся на кухне.

Возможно, если рыбки подрабатывали в аду, мой шеф тоже имел какие-то дела с дьяволом?

Вместо ответа позволила себе улыбнуться, отправив курицу в духовку.

- Вы освободились?

- На ближайшие сорок минут – да. – сказала, проверив таймер на плите.

- Отлично, тогда пойдемте со мной.

Спорить не стала, зашагала следом за шефом, чтобы уже через несколько секунд остановиться в холле.

- Вау, да вы тоже постарались. – оценив обстановку и накрытый стол, проговорила я.

- Спасибо, Егорова. Остался последний штрих.

- Какой? – спросила, не ожидая подвоха.

А зря!

- Наши милейшие романтические фотографии, конечно. – будничным тоном ответил шеф.

* * *

- Наши милейшие что? – позволила себе секунду надежды, ну, а вдруг послышалось.

- Фотографии, Егорова, фотографии.

- Фотографии?

- Как и у всех эталонных влюбленный пар.

- Ну, зашибись... - подвела итог, глядя прямо в глаза Роману Георгиевичу.

Кажется, на этом этапе зашкаливающий уровень абсурда затеи начал доходить и до шефа, он на пару секунд задумался, однако быстро взял ситуацию под контроль. Видимо, сумма, озвученная немцами, была действительно существенной.

Настолько существенной, что Ветров даже начал поправлять подушки на диване.

Глядя на эту картину, замотала головой и закатила глаза. Хорошо, что хоть в эпилептическом припадке биться не начала, потому что шеф именно в этот момент посмотрел на меня.

- Елизавета Дмитриевна, мне начинает казаться, что фотосет с пираньями дался бы вам гораздо легче.

- Так это пираньи?

- Именно. Они, по версии немцев, приносят удачу в бизнесе. Или доход. Или доход и удачу, я уже и забыл.

- Может, и мне парочку прикупить?

- А потом еще аквариум, фильтр, аэратор...

- В общем, можно подумать еще об одном кредите. А они себя быстро окупают?

Вместо ответа Ветров хмыкнул, заставив признать свою идею быстрого заработка провальной.

- Ясно. Немецкая схема не работает.

- Не работает. – с кивком согласился мужчина.

И вновь неловкая пауза. Ну уж нет, я теряться не собиралась. С вызовом посмотрела на Романа Георгиевича, как бы говоря «вот вам взбрендило в голову изображать любовь всей жизни, вот и изображайте!». Шеф в долгу не остался, взглянул в ответ, ясно давая понять, что конечно, обидеть меня не хотел, но в качестве любви всей жизни уж точно не рассматривал.

В итоге пришлось сесть. И мне, и ему.

- Егорова, вы пьете? – через несколько секунд тишины спросил босс.

- Вы сейчас вообще или чисто в вашей компании?

Судя по выражению лица босса, ответ была неверный. Моя первая жизнь потрачена, подсказок больше не было, а несгораемая сумма в триста тысяч до сих пор оставалась на расстоянии одного вечера, поэтому, собравшись с мыслями, серьезно ответила:

- Я предпочитаю красное сухое вино.

Ведущий нашего реалити-шоу «Кто не хочет стать безработным» на пару секунд задумался, но в итоге все же кивнул, скрылся на кухне, а потом вернулся с бокалом, наполненным красным, предполагаю сухим, вином и стаканом с виски. Поставил их на стол, на несколько мгновений задумался и вновь ушел на кухню, чтобы вскоре принести вместе с собой еще и бутылки.

- Роман Георгиевич, а вы уверены, что это нормальная идея – выпивать перед встречей с инвесторами? – решила стать голосом, разума, принимая бокал из рук шефа.

- Елизавета Дмитриевна, а вы уверены, что эти люди не употребляют чего потяжелей?

- Резонно. – спорить не стала, взяла бокал и аккуратно коснулась его краем кончика стакана шефа.

- За вдохновение, что ли? – немного растеряно проговорил начальник и опустошил тару.

Я в слабаках оставаться не собиралась, выпила залпом вино и вопросительно посмотрела на босса.

- Уже чувствуете прилив фантазии?

- Еще нет, а вы?

Отрицательно качнула головой.

- Может, опять сядем?

Тут возражать не стала, плюхнулась на диван и посмотрела на начальника, приземлившегося рядом. Его лицо было настолько печальным, как будто ему сейчас предстояла не фотография со мной, а секс с пираньями. Наверное, в адекватной ситуации я бы даже обиделась, но сейчас рассмеялась.

- Ладно, давайте телефон. – скомандовала. Видимо, вино добралось до мозгов.

Роман Георгиевич послушно протянул мобильник, предварительно разблокировав его и включив камеру.

- И что теперь?

Я посмотрела на босса и растерялась. Эта простая фраза значительно отрезвила. Бокал вина, к счастью в обычной жизни и к несчастью сейчас, не может заставить меня творить то, что я никогда бы не подумала сделать в здравом уме, однако и отступать уже не хотелось, поэтому, предприняв над собой усилие, придвинулась ближе к шефу и, воспользовавшись элементом неожиданности, прислонилась к его щеке к своей, моментально нажав на кнопку съемки.

Что я при этом испытала?

М-м-м-м... Надежду, что в это же мгновение не вылечу с работы?

И стеснение?

Ладно, так уж и быть, стеснение...

Именно поэтому мигом отскочила от начальника, даже отодвинулась от греха подальше на добрый метр, благо огромный диван такой маневр позволял.

Роман Георгиевич внимательно смотрел мне в глаза, однако молчал. Придумывал, что ли, как лучше причину увольнения озвучить. Интересно, касание щеки шефа своей может быть расценено, как сексуальное домогательство? Не хотелось бы вылететь с работы именно по этой статье...


Однако, вопреки моим ожиданиям, начальник коротко рассмеялся.

- Ладно, Елизавета Дмитриевна, мы с вами взрослые люди, неужели не можем пару постановочных кадров сделать? – поинтересовался босс.

Далее, демонстрируя то, что мы действительно взрослые люди, Роман Георгиевич встал, подошел к столу, плеснул себе в стакан еще одну порцию виски, а мне еще вина.

А что, очень взрослый поступок! Рациональный!

Тара вновь была осушена залпом, и вот мы вновь оказались на исходной. Сидя рядом на диване и старательно не смотря друг на друга.

Так! Собраться с мыслями! Если я сейчас повернусь к боссу и сделаю вид, что целую его в щеку, непрерывно нажимая на кнопку съемки, вполне возможно, что у нас получится парочка нормальных кадров. Главное – повернуться...

Однако вместо того, чтобы претворять свой, безусловно, гениальный план в жизнь, я сидела и глядела на экран телефона босса, на котором отображались наши лица.

- Если вы перестанете смотреть на меня, как будто считаете беспробудной дурой, у нас будет больше шансов сделать милые снимки. – посоветовала шефу.

- Тогда прекратите смотреть на меня так, как будто дело всей вашей жизни – ненависть ко мне. – не остался в долгу босс.

Нет, так дело не пойдет! Скоро немцы приедут, а мы так и останемся сидеть на этом диване, спиваясь потихоньку.

Пять секунд позора, и все закончится! Всего пять секунд!

Собравшись с мыслями, вздохнула, а потом резко повернулась к Роману Георгиевичу, касаясь губами того места, где еще недавно была его щека.

Только вот кто же знал, что шеф решит сделать тоже самое?!

И теперь это явно была не щека!

В панике распахнув глаза, ошалела от того, что прямо передо мной находится лицо начальника, и в то же мгновение подскочила на ноги, бросив телефон на диван.

Я только что поцеловала своего босса!

Черт возьми!

Не в силах бороться с эмоциями, закрыла лицо ладонями и все-таки упала на диван. Естественно, на его противоположную сторону. Как же стыдно-то!

- Простите, я не ожидала... - запнулась.

А чего я не ожидала?! Ну уж нет, я это не озвучу! Пусть увольняет без оправданий!

Голос шефа раздался не сразу. Прошло несколько мучительно долгих секунд или минут, или лет, прежде чем Роман Георгиевич сказал:

- Да ладно вам, Егорова, по-моему, нормальные фотки вышли.

Не поверив собственным ушам, подняла голову, посмотрела в ту сторону, где должен быть босс, и медленно развела пальцы.

Начальник, в отличие от меня, даже не думал заморачиваться. Сидел себе, закинув ногу на ногу, и смотрел на экран мобильного.

Черт, кажется я забыла, что мы взрослые люди.

Быстро приняв невозмутимый вид, взяла в руки бокал, который Роман Георгиевич уже успел наполнить и, сделав глоток, смело посмотрела на босса. Он ответил мне тем же, а потом протянул телефон.

- Хотите взглянуть?

Взглянуть я, конечно же, не хотела. Сдержанно качнула головой и, пристроив бокал на краешек журнального столика, поднялась на ноги.

Спокойно и величественно. И грациозно! И даже не дрожа... Почти...

- Нет, спасибо, я вам верю.

- Как хотите. – Роман Георгиевич пожал плечами и, последовав моему примеру, встал.

К слову, у него с величественностью и грациозностью дела обстояли куда лучше.

- Раз уж эта часть программы завершена, я пойду проверю курицу и переоденусь.

- Чехол с платьем в спальне. – кивнул Роман Георгиевич. – Я буду в кабинете, распечатаю фотографии.

Теперь кивнула я.

- Отлично.

- Прекрасно.

Еще несколько секунд мы провели в тишине, стоя по разные стороны журнального столика и внимательно смотря друг на друга. Я не выдержала первой. Развернулась и пошла на кухню.

Естественно, величественно. Естественно, грациозно. Естественно, на вопя в мыслях о том, что пару минут назад я умудрилась случайно поцеловать собственного шефа.


Глава 7

Находиться в спальне босса было странно. Находиться в спальне босса, которого несколько минут назад поцеловала – странно вдвойне.

А наблюдать свое платье, лежащее в прозрачном чехле на кровати босса... Ну, вы поняли.

Быстро оглядев комнату, пришла к выводу, что, в принципе, она мне нравится, однако в ней явно не хватает уюта. Модный нынче минимализм убивал все его зачатки. В общем, оставалось лишь надеяться на то, то немцы не потребуют экскурсию по квартире с осмотром всех шкафов. В таком случае мы точно провалимся. С треском и по всем статьям.

На удивление, в спальне начальника не обнаружилось боксерской груши. Понимаете, в своих мыслях я всегда представляла, как перед сном он сперва со всей злобой колотит грушу, с налепленной на нее фотографией меня, лишь потом идет в душ и ложится спать.

Хотя, вполне возможно, что где-то в этой квартире, по площади представлявшей штук пять моих, спрятан спортзал, и груша находится именно там. А, может, у него до сегодняшнего дня просто фотки моей не было. Но теперь-то мы это исправили!

От мыслей про фотографии вновь стало не по себе. Я изо всех сил старалась не анализировать случившееся, а, еще лучше, вообще выкинуть это из головы. Ой, ну поцеловала мерзкого шефа, с кем ни бывает?

Предполагаю, что практически ни с кем... Так себе оправдание выходило.

Опасаясь, что Роман Георгиевич решит внезапно нагрянуть в его же спальню, не придумала ничего умней, чем одной рукой схватиться за ручку, а второй начать стягивать одежду. Выходило, если честно, хреново, поэтому на третей безуспешной попытке расстегнуть юбку я сдалась, отпустила ручку, надеясь, что у вселенной кончился запас моментов, в которых я должна лохануться за сегодня.

К счастью, шеф не появился в комнате во время незапланированного сеанса стриптиза, и я сумела переодеться без проблем.

Платье, сидевшее на мне безупречно, придало уверенности в себе, а макияж и укладка, которые я легко сумела освежить, и вовсе позволили поверить в то, что сегодня все будет хорошо, поэтому в зал, где был накрыт стол, я вернулась с улыбкой на губах, правда в ту сторону, где стоял Роман Георгиевич, поправлявший рамки с фотографиями, я старалась не смотреть.

Видимо, услышав мои шаги, начальник обернулся, оценил меня взглядом, а потом удовлетворенно кивнул. Отлично, кажется, кастинг на роль вымышленной невесты я прошла.

Еще бы! Не зря же я пять дней в неделю на протяжение трех месяцев клялась сдохнуть в спортзале.

- Вроде, все готово.  – подытожил наши старания босс. – По-прежнему не хотите взглянуть на фотографии?

Перед тем, как ответить, замотала головой.

- Нет, воздержусь.

Шеф хмыкнул, но спорить не стал, вместо этого проговорил:

- У вас на телефоне есть ваши фотографии? – видимо, выражение моего лица было крайне недоумевающим, поэтому начальник уточнил. – Селфи там какие-нибудь?

Напрягла память. Реально напрягла, потому что не могла припомнить и парочки адекватных фотографий. В основном моя галерея состояла из снимков моего лица с самыми нелепыми выражениями, которые я отправляла Эле на протяжении рабочего дня.

- Егорова, найдите и скиньте мне парочку в ВотсАп. – проговорил Роман Георгиевич, так и не дождавшись моего ответа.

- А зачем? – вновь теряя логику происходящего, уточнила я.

- Распечатаю, поставим их в коридоре.

- А зачем? – решила не проявлять оригинальность.

- У вас что, нет ваших фотографий в рамочках дома?

Вместо ответа отрицательно качнула головой, начиная понимать, что, видимо, у Полины Анатольевны этих самых фотографий дома была далеко не парочка. Вполне вероятно, что ее жилище представляло собой галерею имени ее самой.

- Не заморачивайтесь, Елизавета Дмитриевна. Просто киньте мне фотки. Я пока переоденусь.

Судя по всему, начальник все же решил не тратить время напрасно и не загружать меня лишними сомнительными знаниями.

Выбрать пару адекватных снимков все же удалось. Роман Георгиевич успел расставить рамочки с ними ровно к тому моменту, когда раздался звонок домофона.

Кажется, веселье официально начиналось.

И сперва все даже шло вполне мило, однако я, наученная опытом предыдущих встреч, не спешила расслабляться. И не зря. Беда пришла, откуда не ждали. А именно, со стороны Георга. Обычно молчаливый мужчина, решил вдруг вставить в беседу фразу, которую моментально перевел Виктор:

- Георг считает, что вы прекрасная пара, и очень рад свадьбе. Он сожалеет, что работа над расширением производства будет отнимать время, которое можно было посвятить предсвадебным хлопотам, однако полагает, и я с ним солидарен, что наше присутствие в городе на протяжении всей работы над проектом, сможет избавить вас от части проблем, а открытие новой линии производства станет отличным подарком на бракосочетание, которое мы, конечно же, не сможем пропустить.

Ну... Редко, как говориться, но метко.

Не переставая улыбаться, как будто меня заклинило, и кивать, как будто меня, в общем-то, тоже заклинило, посмотрела на Романа Георгиевича, который выглядел не лучше моего.

Да ответьте вы уже хоть что-нибудь, товарищ массовик-затейник!

- Это же просто прекрасная новость. – проговорил босс.

Опупительная новость!

От того, чтобы хлопнуться в обморок, меня спас писк духовки. Интересно, а памятник изобретателю таймера где-нибудь стоит? Если еще нет, то нужно обязательно исправить это ужасное недоразумение. Если выживу, стопроцентно напишу на досуге письмо в министерство культуры.

- Рома, поможешь мне? – остановив кивание, но не выключая улыбку, спросила я.

- Конечно, Лиза. – начальник тоже не переставал лыбиться.

Нормальное выражение лица вернулось к нему лишь тогда, когда босс прикрыл дверь на кухню, ознаменовав это действие негромким, но весьма эмоциональным «Охренеть!».

Я даже спорить не стала, сразу пошла к курице. Если выбирать между курицей и Романом Георгиевичем, первая сейчас был куда менее опасной.

Пока я разделывала птицу, которая на первый взгляд выглядела вполне съедобной, хотя, если честно, я уже даже не была уверена в том, что сей факт был плюсом, Роман Георгиевич не терял времени даром. Вновь раздобыл алкоголь.

Когда шеф протянул мне бокал, я с сомнением выгнула бровь, и поинтересовалась:

- Вы уверены, что, если мы будем с усердием бухать, проблемы решаться сами собой? – однако возражать не стала, приняла тару и залпом выпила вино. В этот раз даже не чокаясь.

Шеф, едва ли не быстрее меня, справился с виски и теперь буравил взглядом, видимо, собираясь что-то сказать.

Пока начальник думал, сунула ему в руки блюдо с курицей, а сама взяла пиалу с грибами. Может, хотя бы они окажутся галлюциногенными, если уж с птицей не прокатит.

- В общем, Елизавета Дмитриевна, признаюсь, мой план – говно. – самокритично проговорил босс, и я уж открыла рот, чтобы согласиться, однако шеф опередил. – Вот только не надо сейчас о том, что вы так и говорили с самого начала.

- Ну вы же это и так понимаете. – все же не сдержалась.

Кажется, Роману Георгиевичу стоило больших усилий, чтобы удержаться от дежурного устрашающего «Егорова!». Но в итоге промолчал, надо отдать ему должное.

- Пойдемте, нас уже заждались. Давайте дождемся, пока инвесторы уедут, а потом поговорим нормально?

Кивнула (кажется, это действие я уже довела до автоматизма) и натянула улыбку (и это тоже), после чего пошла назад в зал, однако я даже не успела сесть, когда раздался звонок. На этот раз прямо в дверь. Роман Георгиевич сперва дернулся, а потом многозначительно посмотрел на меня.

И чего он... А, ну да, это ж я тут хозяюшка.

- Прошу прощения. – пристроила пиалу на столе и направилась в коридор.

Если честно, мысли в голове были не радужными. Я уже успела представить сорок семь поз, в которых полиция обнаружит мой труп, если за дверью вдруг окажется Полина Анатольевна, вернувшаяся в город, однако выбора не было, звонящий был до безобразия настойчив, и дальнейшие трели могли вызвать подозрения у немцев. А если я разгневаю инвесторов, меня убьет уже Роман Георгиевич.

Короче, с какой стороны не посмотри, финал истории для меня выходил хреновеньким, поэтому, мысленно перекрестившись, повернула ключ в замке и распахнула дверь.

- Слушай, я не понимаю, где вечно теряю эти чертовы клю... - Игорь запнулся на полуслове, едва увидев меня.

- Привет. – не придумала ничего умней, возвращая идиотскую улыбку на ее законное место.

Лжебармен не спешил с ответным приветствием. Сперва его взгляд скользнул по моей фигуре, видимо, оценивая наряд, потом посмотрел на тумбу в коридоре, на которой стояли мои фотографии в рамочке и, наконец, заглянул мне в глаза.

- Бабушка и дедушка, значит?

* * *

- Игорь? – проявила чудеса сообразительности.

- А ты догадлива. – кивнул мужчина и, не сводя с меня взгляда, перешагнул через порог, оказавшись в квартире.

Первой идеей, пришедшей в голову, было перегородить ему путь, а еще лучше вообще вытолкать из квартиры. Из квартиры его брата, где он, к слову, смотрелся гораздо уместней меня.

Очень логично, Лиза. Так держать!

Тем временем Игорь без проблем обошел меня и остановился рядом с тумбой, на которой стояли рамки с распечатанными селфи. Даже рукой успел потянуться к одной из них, в тот момент, когда из гостиной донесся смех немцев.

Лжебармен на мгновение замер, потом посмотрел в сторону гостиной, еще раз на фотки и вновь на меня.

Интересно, а если я возьму вон ту статуэтку с комода и огрею ей Игоря по голове, каковы шансы на то, что он вырубится, а немцы и его брат ничего не заметят?

Она, в принципе, увесистой выглядит...

- А что ты тут делаешь? – смело продолжила хит-парад дебильных вопросов, преграждая на всякий случай путь в гостиную, ну, а вдруг прокатит...

- Серьезно? – Игорь усмехнулся, а я уже начала додумывать окончания вопросов.

Серьезно ли ты спишь с моим братом?

Серьезно ли ты за спиной у него собиралась поужинать со мной?

Серьезно ли ты смогла убить Полину Анатольевну, чтобы занять ее место?

С каждой новой догадкой вопросы становились все хуже, однако Ветров-младший решил перестать меня мучить и, пока я хлопала ртом, как рыба, закончил мысль:

- Я думал, в этот раз они, наоборот, решат Ромку кастрировать. – после чего рассмеялся.

До его кастрации по ходу дело все-таки точно дойдет, не зря эта мысль посещает уже не только меня.

Так, стоп! Что-что?

- Подожди... - решила немного прояснить. – Ты понимаешь, что это все для инвесторов?

- Нет, Лиза, я беспробудный дебил и решил, что ты живешь с моим братом. Ну, в свободное время от того, что ты его ненавидишь.

Главное не подавать вида, что на несколько секунд я действительно так подумала...

- Нет, конечно. – растянула губы в улыбке и, вспомнив, что лучшая защита – это нападение, положила Игорю ладони на плечи, после чего аккуратно начала двигать мужчину в сторону выхода.

Брат шефа, кажется, растерялся от резкой перемены в моем поведении настолько, что даже не сообразил начать сопротивляться, остановился лишь возле входной двери, которая по-прежнему оставалась открытой.

- Игорь, пожалуйста, ты же понимаешь, как важны для Романа Георгиевича эти немцы. Давай ты заедешь попозже. И позвонишь предварительно! Обязательно позвонишь! – затараторила, оглядываясь на каждый шорох.

Если сейчас кто-нибудь выйдет в коридор – апокалипсиса точно не избежать.

- Ладно. – поразительно легко согласился лжебармен, кивнув головой, правда уже в следующее мгновение добавил. – Как только поцелуешь, сразу уйду.

- Поце... Что?! – от шока, кажется, заорала слишком громко, поэтому в очередной раз с ужасом обернулась в сторону гостиной, а, когда вернула внимание к Игорю, тот уже смеялся.

- Да шучу я, шучу. – после чего, хитро подмигнув, вышел из квартиры плавно закрыв за собой дверь, оставляя меня в предынфарктном состоянии.

Такими темпами с этой семейкой мне на лечение никаких денег не хватит...

А уже в следующее мгновение в коридоре нарисовался Виктор, который почему-то искал уборную в противоположном конце квартиры. Ну да, жилище-то у босса большое, немудрено заблудиться.

- Лиза, а мы вас уже потеряли!

- Соседка приходила. – прилепила улыбку на место. – За солью.

К счастью, окончание вечера прошло без приключений. Хотя, куда уж больше?! В мире бы окончательно нарушился баланс добра и зла, если еще и Полина Анатольевна решила заглянуть на огонек, ну так, чисто за компанию.

Инвесторы уехали ближе к десяти вечера, предварительно успев раз пятнадцать похвалить мой талант к готовке и раз столько же сказать о том, что искренне надеются, что такие вечера станут традиционными.

- Если такие вечера станут традиционными, вам придется оплатить мне хорошего психотерапевта. – проговорила я, едва Роман Георгиевич закрыл за немцами дверь, после чего, не обращая внимания на удивленный взгляд босса, скинула туфли, засунула ноги в мягкие тапочки, так удачно им сегодня купленные, и выдохнула с облегчением.

- Кто приезжал? – пропустив мою фразу мимо ушей, спросил начальник.

- Ваш брат. – ответила с некоторой опаской.

- Черт, совсем забыл. – протянул Роман Георгиевич, одной рукой взлохматив волосы, а второй достав из кармана брюк мобильник.

Интересно, а если я чисто случайно выбью из рук шефа телефон и чисто случайно, например, утоплю его в унитазе, он не заподозрит чего-нибудь неладного.


Однако, пока я придумывала коварный план, босс уже успел приложить аппарат к уху, и через несколько секунд проговорил.

- Блин, прости, я совсем забыл про эти документы. До понедельника терпит?

Что отвечал Игорь, я не знала, но, судя по тому, что на лице Романа Георгиевича не появилось желание убивать, моя жизнь пока была в безопасности.

- Кем? – начальник нахмурился и посмотрел на меня. – Помощницей.

А вот тут я уже начала напрягаться. Взгляд сам собой снова зацепился за статуэтку на комоде.

- Ладно, давай.

Роман Георгиевич убрал телефон в карман брюк, а я, будучи, видимо, латентной мазохисткой, решила уточнить:

- Все в порядке?

- Вы же сами видите, Егорова, все просто блестяще.

Даже спорить не стала.

- Пойдемте со стола убирать, заодно и весь жизненный блеск обсудим.

Команда из нас вышла отличная, хоть на видео записывай и немцам отправляй. Пока Роман Георгиевич носил посуду из гостиной на кухню, я перекладывала еду в контейнеры и убирала в холодильник. А когда я заняла место у раковины, начальник, вооружился полотенцем. Говорю же, идиллия.

Окончательная гармония была достигнута, когда шеф переволок на кухню алкоголь. Я уже даже не удивилась, когда он протянул мне очередной бокал с вином, лишь усмехнулась, чем вызвала заинтересованный взгляд Романа Георгиевича.

- Что?

- Ничего. – пожала плечами. – Просто забавно.

- Забавно находиться пятничным вечером в квартире начальника, которого ненавидишь?

- И это тоже. – ответила первое, что пришло на ум, однако быстро сообразила и исправилась. – В смысле, я вас не ненавижу.

- Ну да. – фыркнул в ответ Ветров.

Узнаю я этот тон! В прошлый раз я, правда, слышала его от другого брата и, наученная опытом предыдущих ошибок, по всем законам логики должна была промолчать, но не тут-то было!

- Вообще-то, это вы меня ненавидите!

Не знаю, чем я руководствовалась, когда произносила эту фразу. То ли вино добавило пятьдесят очков к решительности, то ли слабоумие и отвага уже успели стать моими девизами по жизни. В любом случае, начальник растерялся. Несколько секунд крутил в руках стакан, потом сделал глоток и загадочно улыбнулся.

- Я не ненавижу вас, Егорова. Просто привык всегда оправдывать ожидания других.

- Чего? – теперь смысл разговора начал ускользать уже от меня.

Роман Георгиевич не спешил с ответом, как будто думал, стоит ли продолжать, однако в итоге все-таки решился.

- Вы тогда только устроились в компанию и с удовольствием делились своими впечатлениями с подругами. – начал босс, я, конечно, в суть еще по-прежнему не въезжала, но глоток вина для храбрости на всякий случай сделала. – Так вот, я стал свидетелем одного из таких разговоров. Сомневаюсь, что он предназначался для моих ушей, правда.

Старательно напрягла память и попробовала вернуться на несколько месяцев назад. Осознание пришло ровно в тот же миг, когда шеф вновь заговорил:

- Самовлюбленный козел, хамло и, наверняка, импотент. – безошибочно передразнив мою интонацию, сказал начальник. – Ну, я и решил, раз уж вы так себе меня представляете...

Договорить я ему не дала:

- То есть все эти месяцы вы просто издевались надо мной?!

- Ну... Не совсем, вы бы все равно выполнили эту работу, просто, пожалуй, получали задания в несколько иной форме.

Понимая, насколько меня сейчас раздражает босс, от греха подальше отошла от шкафчика с ножами, но злобный взгляд от Романа Георгиевича не отвела.

- Я неделю убила на то, чтобы найти нужную обивку для стульев, которую пришлось поменять через день после того, как работа была закончена! Чертову неделю! – вспомнила одно из самых обидных заданий.

- Это немцы... - разведя руки в примирительном жесте, проговорил босс, быстро добавив. – И папочки тоже они!

- Вы могли поручить это другому человеку! Это нихрена не профессионально, Роман Георгиевич!

- Вы так забавно кривитесь, когда мысленно желаете мне гореть в аду... - рассмеялся начальник, однако напрягся, когда я взяла в руки вилку. - Елизавета Дмитриевна, держите себя в руках.

Стараясь собрать остатки самообладания в кучу и не кинуться на босса с кулаками, допила залпом вино и смело посмотрела ему в глаза.

- Надеюсь, соответствовать ожиданиям вы решили по всем пунктам?

- Вы о чем конкретно?

- Об импотенции, Роман Георгиевич. О чем же еще.

* * *

Босс на секунду замер, а я крепче сжала вилку. Ну, мало ли...

- Хотите проверить, Егорова? – абсолютно серьезно, смотря мне прямо в глаза, поинтересовался начальник.

От такого предложения я как-то растерялась. Быстро заморгала и, кажется, даже открыла рот. По крайней мере, моей реакции хватило для того, чтобы шеф рассмеялся. Громко и искренне.

Вот же козел! Самовлюбленный! И хамло! И... Хотя ладно.

- Вы ведь это сейчас несерьезно? – решила удостовериться на всякий случай.

Роман Георгиевич не перестал улыбаться, но все-таки соизволил ответить.

- Успокойтесь, Елизавета Дмитриевна. С подчиненными у меня сугубо рабочие отношения.

Сла-а-а-ава богу!

Хотя уточнила:

- А я ведь по-прежнему на вас работаю?

- Да, Егорова, по-прежнему. Можете выдохнуть. – усмехнулся босс.

- С чего вы взяли, что я вообще напрягалась? – фыркнула в ответ.

- Елизавета Дмитриевна, у вас в одной руке вилка, во второй нож, а вот тарелки перед вами я почему-то не вижу.

С удивлением опустила взгляд и оценила свою боевую стойку. Хм... И правда.

Так, главное делать вид, что все в порядке.

- Я, вообще-то, посуду разбираю. - пробубнила, подойдя к шкафу.

- Ну-ну... - протянул шеф, и я вновь повернулась к нему, все еще держа нож в руке. – Ладно-ладно!

Вот и хорошо, будем считать, что последнее слово осталось за мной, даже несмотря на то, что Роман Георгиевич, вероятней всего, абсолютно мне не поверил.

Однако, на этом шутки кончились. Когда босс заговорил в следующий раз, его голос был уже предельно серьезным.

- У меня пока нет идей, как выбраться из сложившейся ситуации, Егорова. Поэтому, пока я не придумаю решения, вам придется изображать мою невесту.

Я хотела возразить, но, встретив усталый взгляд шефа, почему-то кивнула, даже на секунду подумала, что, возможно, он человек... Ну, где-то глубоко внутри...

- Естественно, я все оплачу. Если хотите, составим договор.

Ага, официального трудоустройства на вакансию невесты. Интересно, а за что в такой должности полагаются бонусы? Есть ли надбавка за борщ? Неустойка за не глаженную рубашку?

- Давайте обойдемся без договора. – все же ответила я, убрав последнюю тарелку в шкаф.

- Хорошо. – согласился шеф.

Он сел за стол, и я последовала его примеру, опустилась на стул напротив, только сейчас осознав, насколько на самом деле устала.

- Если немцы останутся в городе до нового года, это... - начальник замялся, но я быстро пришла на помощь, не зря же являюсь личным помощником.

- Это задница, Роман Георгиевич.

Босс поднял взгляд, с интересом посмотрел на меня, а потом кивнул.

- Какая точная формулировка, Елизавета Дмитриевна.

Совершенно точная. Я даже могу по пунктам перечислить все признаки задницы. Вы же помните о моей любви к спискам?

Во-первых, то, что мы с шефом еще не прокололись – большая удача. Если мы не накосячим сами, появится кто-то третий, который обязательно ляпнет что-то лишнее. В таком случае начальник останется без новой производственной линии, а я, вероятней всего, без работы.

Во-вторых, скоро в город вернется Полина Анатольевна, и моя идея заказать миленький уютненький гробик вновь станет как никогда актуальной. Не знаю, почему этот вопрос не особо волнует Романа Георгиевича... Хотя... Не его же убивать будут, а чувство сострадания боссу явно чуждо.

В-третьих, с каждым новым днем нашего маскарада над моей жизнью нависала все большая угроза. Помимо милейшей невесты Романа Георгиевича не стоило скидывать со счетов дражайших коллег. Вопрос моей выживаемости в офисе до сих пор оставался открытым. Возможно, стоит на выходных все же заказать каску и бронежилет. Или костюм кинолога. Или сапера. Или все вместе. Может, оптовым клиентам полагаются скидки?

Ну, и в-четвертых, до нового года осталось целых полтора месяца. А ложь такого масштаба столько не живет.

Я вернулась в реальность, когда Роман Георгиевич взял в руки мобильник, потер переносицу и, разблокировав экран, посмотрел на меня.

- Я вызову вам такси, Елизавета Дмитриевна.

Я уж хотела сказать что-нибудь про благородство и рыцарей короля Артура, однако поняла, что на дальнейшие пререкания у меня просто нет сил. Оказывается, и такое бывает.

Поэтому, поднявшись со стула, просто проговорила:

- Пойду соберу вещи.

Начальник возражать не стал, молча кивнул и приложил мобильник к уху. Окончательно шеф меня добил уже в коридоре, когда я, подхватив вещи, поправила пальто.

- Спасибо вам. – абсолютно искренне проговорил босс.


В первый момент я подумала, что у меня начались слуховые галлюцинации, однако мужчина оставался серьезным. Ну а я... Я не выдержала.

- Нет, все-таки завтра пойдет снег.

- Что?

- Ничего, спокойной ночи, Роман Георгиевич. - ответила с улыбкой, после чего вышла из квартиры.

Все же некоторые вещи в этом мире должны оставаться на своих местах.

Глава 8

Утро субботы началось с сообщения Игоря.

«Ну что, сегодня никаких бабушек и дедушек?»

«Никаких бабушек и дедушек по выходным!»

Ответив, отложила телефон и улыбнулась, предвкушая нормальный выходной.

Однако через несколько часов, когда я успела проснуться во второй раз, принять душ, позавтракать (какая разница, что часы показывали половину третьего, суббота же), я стала ловить себя на мысли о том, что начинаю волноваться.

Игорь по-прежнему не спешил поведать мне, куда мы отправимся, и это немного напрягало. А еще напрягало то, что лжебармен мог остановить выбор на «Неаполе» (в этом случае, попади мы на смену той самой милейшей официантки, меня, вполне вероятно, отравили бы) или на «Оазисе» (из которого в последний раз мое тело, судя по всему, выносили в состоянии близком к недвижимости). В общем, круг тех мест в городе, где бы я чувствовала себя комфортно, стремительно сужался, поэтому к четырем часам вечера не выдержала и отправила Игорю сообщение.

«Может, все же приоткроешь завесу тайны, скажешь, куда мы пойдем?»

«Не будь скучной, доверься мне)»

Фраза «Доверься мне», произнесенная Ветровым-младшим, вызывала, как минимум, легкий ужас, поэтому я решила продолжить гнуть свою линию:

«Хотя бы намекни, что стоит надеть!»

«Что-нибудь на твое усмотрение)»

«Ок, то есть, если я надену шубу, а поверх нее натяну купальник, это никого не удивит?»

«А я сразу понял, что ты девушка неординарная)»

На секунду задумалась, в красках представив себя при полном параде... Нет, все же не настолько неординарная.

Через десять минут я сдалась. Пытать Игоря было абсолютно бесполезно. Я с тем же успехом могла попробовать поговорить с сахарницей и добиться от нее ответа, поэтому пришлось сдаться и отправится к шкафу, так и продолжив пребывать в неведении.

В конечном итоге я остановила выбор на джинсах, сапогах на плоской подошве и тонком кашемировом свитере. Для человеческих мест этот наряд прекрасно подходил, а в «Неаполе» меня все равно отравят, так что и переживать по поводу внешнего вида особо не стоило.

Однако, когда я увидела Игоря, стоявшего рядом с машиной, то сразу поняла, что ресторан отменяется. Джинсы, пуловер, куртка. Как-то не слишком он смахивал на человека, решившего провести светский вечер среди городской элиты. Если честно, в этот момент я выдохнула с облегчением.

- Привет. – улыбнулась, поравнявшись с мужчиной.

- Привет. - протянул он в ответ, хитро посмотрев в глаза. Я даже смутиться на секунду успела, но взгляд не отвела.

- Теперь расскажешь о планах?

- На самом деле я думал, что ты действительно появишься в шубе и купальнике...

- Собирался посетить аквапарк под открытым небом? – не сдержала усмешки.

- Не исключено. Однако теперь придется менять программу.

- И?

- Поедем, что ли, для начала по зомби постреляем, я прямо чувствую, что тебе нужно снять стресс.

Предложение лжебармена заставило удивленно вскинуть бровь, однако сопротивляться, когда непонимающую тебя настойчиво заталкивают в машину, оказывается, очень сложно.

Так что пришлось смириться. Зомби так зомби. Ну какой уважающий себя человек хотя бы раз в жизни не стрелял по зомби?!

Как оказалось через пятнадцать минут, идея Игоря заключалась в посещении комнаты развлечений в одном из торгово-развлекательных центров. И все бы было мило и безобидно, если бы в последний момент перед началом игры мужчина не прошептал мне на ухо:

- Только не представляй, что зомби – это Ромка. Или, по крайней мере, не говори мне о том, что именно это представляла. Мы все-таки братья.

Этой фразы хватило для того, чтобы заставить мое воображение усиленно работать. Один раз меня даже загрызли, когда я особенно сильно задумалась над тем, сколько общего есть у вот того слюнявого монстра на экране и моего босса.

В конечном итоге я расстреляла Романа Георгиевича семнадцать раз. Он сожрал меня всего лишь пять.

Так-то! Будет знать, что со мной связываться опасно.

А потом было кино. Пожалуй, самая тупая комедия из тех, которые я видела в своей жизни. Абсолютно нелепая, абсурдная и идиотская. Но вместе с тем настолько смешная, что я наслаждалась каждым мгновением. А особенно теми, в которые Игорь вставлял свои комментарии. Такие же безумно идиотские и смешные, как и сам фильм.

Посещение небольшой пиццерии, которую выбрал мужчина, стало достойным завершением вечера. Спустя три куска вкуснейшей «Маргариты» я была уже совершенно уверена в том, что кулинарные критики жестоко заблуждаются, присуждая «Неаполю» всевозможные премии. Я уже была даже практически готова собственноручно приволочь в пиццерию инспектора «Мишлен» и убедить его в том, что это, пожалуй, самое достойное их звезды заведение на планете.


Когда Игорь, поужинав, предложил прогуляться, я даже не стала спорить. Погода на улице была абсолютно прекрасной. Полный штиль, отсутствие какого-либо вида осадков и целая куча мерцающих витрин и фонарей.

Я совершенно не удивилась, когда в какой-то момент мужчина взял меня за руку. Просто логичное продолжение прогулки. Так, наверное, и должно было быть.

Вернуться в реальность я смогла лишь тогда, когда мы почему-то оказались на тротуаре возле моего подъезда. С удивлением несколько раз моргнула, оценив обстановку, а потом посмотрела на Игоря.

- Мы что, прошли километров десять?

- Видимо. – усмехнулся он, едва заметно пожав плечами, после чего аккуратно заправил выбившуюся прядку моих волос за ухо.

И вновь никакого недоумения с моей стороны, хотя, предполагаю, что на этом этапе здравый смысл должен был уже во все горло вопить о том, что происходящее, по меньшей мере, немного странно.

Мне стоило нечеловеческих усилий, чтобы все же спросить:

- Игорь, чего ты хочешь?

- По жизни или конкретно сейчас? – мужчина улыбался, однако его голос был серьезным.

- От меня.

Прежде чем ответить, лжебармен вздохнул, лишь потом заговорил:

- Я не буду ходить вокруг да около. Ты мне нравишься, Лиза. Понравилась еще тогда в клубе, даже когда еле стояла на ногах и кляла моего брата на чем свет стоит...

- Давай опустим эту часть! – понимая, что щеки заливает румянец, взмолилась я.

- Хорошо. – легко согласился Игорь. – Ты мне нравишься, но это не значит, что я хочу серьезных отношений. Весело проводить время до тех пор, пока кому-то из нас это не надоест – пожалуйста. Но свадьба, мысли о наших воображаемых общих детях... - Игорь развел руки. – Это не ко мне, Лиза. Именно потому, что ты мне нравишься, я не хочу тебя обманывать. Хочу, предоставить тебе выбор. Решить самой – нужно тебе все это или нет.

Мужчина замолчал, а единственная мысль, крутившаяся в моей голове, была о том, что в последнее время я решительно ненавижу свадьбы и все, что с ними сказано...

- И эту пламенную речь ты произнес исключительно для того, чтобы теперь просто так стоять теперь? – спросила медленно, с усмешкой, смотря на Игоря, стоявшего ко мне слишком близко для человека, который решил просто поговорить.

- Вообще-то нет. – улыбнулся мужчина, смотря мне в глаза. – На самом деле я думал, что к этому моменту ты уже поймешь, какой я классный, и планировал тебя поцеловать.

- И чего ты ждешь?

- И сам не знаю.

Лжебармен пожал плечами, а потом склонил голову, сокращая разделявшее нас расстояние, и поцеловал.

Сперва легко коснулся своими губами моих, словно проверяя, уверена ли я в своем решении. А я была уверена, поэтому уже через несколько мгновений он притянул меня ближе, одна его ладонь скользнула на мою талию, а вторая заняла место на затылке.

И характер поцелуя сразу же изменился. Игорь не скромничал, не сдерживался, а мне оставалось лишь поддаваться.

От его безрассудности сносило крышу. Я настолько привыкла держать себя в рамках, жить так, как положено, что сейчас настойчивость мужчины, его взбалмошность были подобны глотку свежего воздуха. Тем, что мне действительно требовалось.

Я не знаю, сколько времени прошло, когда мужчина отстранился от меня. Вполне возможно, год или несколько лет, потому что на улице вновь был конец осени.

Меня совершенно не удивило то, что я оказалась прижатой спиной к двери подъезда, хотя, кажется, мы начинали целоваться на тротуаре. Кого вообще интересуют такие мелочи, как пара десятков метров, которые мы преодолели каким-то непонятным образом.

Важным было другое. Та легкость, которую я испытывала. И улыбка, абсолютно искренняя, не имеющая ничего общего с той, которая обитала на моем лице на работе.

С Игорем было просто. Пусть и совершенно несерьезно, возможно, неправильно. Но, черт возьми, как же просто.

- Так, значит, ты все-таки признаешь, что я классный. – хитро проговорил мужчина, заглядывая мне в глаза.

- Я пока не уверена. Мне нужно больше аргументов. – улыбнулась и, поднявшись на носочки, потянулась к его губам.

На этот раз сама. Ну, это ведь мне нужны были аргументы.

* * *

Дома я оказалась далеко за полночь, уставшая, но узнавшая много нового. Например, о том, что сразу нескольким соседям нужно выйти на улицу именно в тот момент, когда ты прижата спиной к входной двери. Или о том, что угроза обветренных губ в определенные моменты может совершенно не волновать. Какая разница, как ты будешь выглядеть с утра, когда сейчас тебя так целуют...

Как оказалось, большая.

Трель телефона разбудила меня тогда, когда какой-то милый сон, содержание которого я умудрилась позабыть, едва открыла глаза, подходил к кульминации.

В общем, в тот момент просыпаться по доброй воле я категорически не собиралась. Однако звонивший явно придерживался другого мнения. Мобильник даже и не думал замолкать.

Не смотря на экран, приняла вызов, успев подумать о том, что, вероятней всего, это был Игорь, и непроизвольно улыбнулась, однако голос, раздавшийся в трубке быстро стер с лица довольное выражение.

- Елизавета Дмитриевна, не спите?

Сев на кровати, посмотрела на часы. Пять минут девятого.

- Что вы, Роман Георгиевич, какие же умные люди спят в восемь утра?! В воскресенье. В Один из двух своих выходных.

- Понятно. – моя пламенная речь не произвела на начальника ровным счетом никакого впечатления. В принципе, это не было удивительно – Мне нужна ваша помощь.

Я еще раз с тоской посмотрела на часы и вздохнула. Вы же помните о том, что мой начальник из тех людей, для которых существует только одно правильное мнение? Его мнение. Поэтому, что бы я сейчас не сказала в ответ, это не имело ровным счетом никакого значения.

Сомневаюсь, что он отказался от задуманного, даже если бы я была одной ногой в могиле. Прямо слышу этот настойчивый голос в голове: «Соберитесь, Егорова. Пара разрядов дефибриллятором, и будьте готовы через пятнадцать минут».

- Прямо сейчас?

- Не сейчас. Получаса вам хватит для того, чтобы собраться?

Какое милосердие!

- Хватит. – не стала испытывать судьбу и согласилась сразу.

Ехать придется в любом случае, поэтому не стоит забывать о том, что проводить время с шефом в нормальном расположении духа однозначно лучше, чем с шефом, желающим убивать.

- Я заеду за вами.

- А что от меня нужно? – решила внести хоть какую-то ясность.

- Расскажу по дороге. Собирайтесь.

После этих слов в трубке повисла тишина. Начальник отключился, а я так и осталась сидеть с телефоном в руках, пялясь на часы. Это у них однозначно семейное – сохранять интригу до последнего.

Может, хотя бы сейчас настал тот случай, когда купальник с шубой будут уместны? Или все же костюм сапера?

Устав разрываться между этими двумя вариантами, в итоге остановилась на третьем. Классические брюки и блузка. Обувая ботильоны, я, правда, на пару минут задумалась. Старший Ветров мог моими руками и настоящих зомби решить убивать, а обувь на десятисантиметровом каблуке в этом случае явно не являлась эталоном практичности. Ну да ладно.

Я вышла из подъезда ровно через тридцать минут после звонка начальника. Именно в тот момент, когда машина Романа Георгиевича въехала в мой двор.

Невероятная пунктуальность.

Едва оказавшись в салоне, поздоровалась с боссом и быстро оценила его внешний вид. Костюм. Отлично, второе пришествие зомби отменяется. Или хотя бы откладывается.

- Ну, рассказывайте.

- Немцы попросили устроить им экскурсию по заводу, где будет построена новая линия.

Ладно, вполне логичная просьба. А, беря в учет всю странность наших инвесторов, даже время нормальное. Спасибо, что хоть не в три часа ночи в ближайшее полнолунье. Только вот одна деталь все равно оставалась непонятной:

- Хорошо, а причем тут я?

Роман Георгиевич нахмурился, а потом, идеально подражая акценту Карла, проговорил:

- И, раз уж вы живете вместе, то, думаю, Лизу не затруднит составить нам компанию. Украсить мужскую компанию.

- А, ну раз уж мы вместе живем... - фыркнула в ответ, однако от продолжения беседы, которая имела все шансы перерасти в потасовку, спас писк моего мобильного.

Достав телефон из сумки, разблокировала экран и ткнула на иконку нового сообщения, чувствуя радостное предвкушение.

«Я чувствую прилив нежности, поэтому очень хочу пригласить тебя позавтракать)»

Не в силах сдержаться, хихикнула и быстро набрала ответ:

«Вау! Что же бывает, когда нежность накрывает тебя с головой?»

«Я начинаю готовить сам)»

«Давай там с этим поаккуратней, проявляй нежность дозированно)»

«Я прямо в каждой букве ощущаю твои сомнения в моих способностях( Так что насчет завтрака?»

Обреченно вздохнула и перевела взгляд на шефа:

- А это надолго?

- Пара часов, думаю. – не отвлекаясь от дороги, ответил Роман Георгиевич.

Вспомнив, что я у мамы математик, прибавила к девяти два и набрала текст.

«Давай лучше пообедаем»

«Ок, я заеду к часу, идет?»

Вновь поймав себя на беспричинной улыбке, постаралась как можно быстрей стянуть ее с лица.

«Идет)»

Когда мы подъехали к производству, две служебные машины «Сигма Шуз» уже стояли на парковке. В комплект к машинам шли еще и немцы с переводчиком, которые терлись рядом. Отлично, компания в сборе, а, значит, можно без промедления приступать к экскурсии. Быстрее начнем, быстрее закончим.

Однако Виктор испортил планы, едва мы успели поздороваться.

- Давайте сперва возьмем кофе. – проговорил мужчина, указав рукой в сторону одной из сетевых кофеен, находившуюся с противоположной стороны дороги.

Кажется, с моим уровнем везения, давно нужно было понять, что беда не приходит одна. И, если утро воскресенья начинается в восемь со звонка горячо любимого босса, то вполне логично, что продолжится оно предложением инвестора зайти в ту самую кофейню, где работает одна из твоих лучших подруг.

- Я схожу. – поспешила вызваться добровольцем, однако Карл быстро спустил с небес на землю.

- Что вы, Лиза, сходим вместе.

- Ладно. – согласилась, однако быстро достала мобильник, открыла заметки и напечатала послание Роману Георгиевичу.

«Там работает моя подруга.»

Вопреки ожиданиям, босс просто кивнул. На самом деле я подумала, что он кинется преграждать немцам путь.

Ладно, не подумала, а понадеялась. По крайней мере, в моих фантазиях все выглядело именно так.

К счастью, когда мы вошли в кофейню, Ани там не оказалось. Мы даже успели сделать заказ, я даже успела расслабиться, когда вдруг услышала голос со стороны входа.

- Лизка?

Поймав себя на мысли, что, кажется, впервые в жизни не слишком-то рада видеть подругу, обернулась.

- Ань, привет!

Единственным положительным моментом в сложившейся ситуации было то, что немцы в компании переводчика стояли на некотором удалении, однако при этом отлично нас слышали и видели.

Отрицательных моментов было куда больше. Один из них – рука Романа Георгиевича на моей талии, к которой уже несколько секунд был прикован взгляд подруги.

- Может, представишь? – улыбнулась девушка, скользнув взглядом по боссу и вновь вернувшись к руке.

- Аня, это... - коротко посмотрела на немцев. – Рома. Рома, это Аня – моя подруга.

- Приятно. – быстро прощебетала подруга, а потом уточнила. – А вы с Лизой?

А вот, что именно «вы с Лизой», Аня решила узнать у шефа, который тоже косился на инвесторов.

- Лиза – моя девушка.

Выражение лица подруги быстро изменилось.

- Элька рассказывала, что у Егоровой, наконец, кто-то появился, а я даже не поверила сперва. А оно вот как...

В этот миг я поблагодарила судьбу за то, что ни разу не показывала девчонкам профили босса в соцсетях и не описывала его внешность. А еще за то, что наш кофе был готов.

- Ань, я тебе вечером позвоню, будешь пытать. Мы тут просто по делам, спешим. – проговорила, принимая стаканчики.

Подруга, хоть и была настойчивый, однако понимающе кивнула, но в последний момент проговорила.

- А зачем по телефону? Подтягивайтесь в субботу вместе, думаю, Эля будет счастлива, если хотя бы на этот ее день рождения ты придешь не одна.

- Я не уверена, что у Ромы получится... - протянула я, но подруга уже вцепилась взглядом в начальника. Десять лет работы в сфере обслуживания это вам не хухры-мухры.

- Я постараюсь. – ответил босс, который в свою очередь посматривал на немцев, начинавших подозревать что-то неладное. Не хватало еще, чтобы они решили вмешаться в этот разговор.

И вот, когда Виктор сделал шаг в нашу сторону, стало на самом деле страшно, поэтому мы с Романом Георгиевичем в один голос проговорили.

- Да, конечно, обязательно будем!

Этот ответ подругу устроил. Она широко улыбнулась и отправилась за барную стойку, на прощание бросив:

- Рада была познакомиться! Увидимся в субботу! Тогда и пообщаемся нормально!

Нам же оставалось лишь улыбнуться в ответ, схватить кофе, пока до нас не добрался Виктор, и направится к выходу из кофейни.

Заговорить с начальником я смогла лишь на заводе. Правда у меня была готова всего одна фраза:

- Это уже не задница, Роман Георгиевич, это жопа!

Босс спорить не стал. Более того, молча кивнул. Видимо, он был со мной полностью солидарен.

* * *

К счастью, следующие два с половиной часа, проведенные в компании немцев, прошли без приключений. Инвесторы кивали в нужных местах, я кивала в нужных местах, шеф тоже кивал в нужных местах.

В общем, когда мы вышли с территории производства, все выглядели удовлетворенными и вполне довольными жизнью. Немцы так вообще были довольны настолько, что предложили еще и пообедать вместе.

В этот момент я прямо четко ощутила во рту вкус пасты с морепродуктами, но виду, естественно, не подала. Зато Роман Георгиевич не остался равнодушным. Я вообще не верила в то, что такое может произойти, но начальник сумел отказаться. Наплел что-то про наши большие планы на совместный выходной и поспешил попрощаться.

Окончательно меня добило то, что инвесторы совершенно не стали возражать, поэтому, едва оказавшись в машине, я поспешила спросить.

- А такой же вариант со свадьбой не прокатит?

- Какой? – не сообразив сразу, уточнил босс.

- Ну, просто взять и отказаться от всей этой затеи.

- Боюсь, Егорова, что нет. – равнодушно ответил шеф.

- Жаль... - с тоской протянула я и поспешила добавить. – Но выходить за вас замуж я по-прежнему не собираюсь!

- А я по-прежнему не собираюсь на вас жениться. – ответил в тон Роман Георгиевич.

Вот и прекрасно. В мире все стабильно.

- Надеюсь, рассказ о наших далеко идущих совместных планах не был правдой? – сменила тему.

- А что, вы против того, чтобы провести вместе весь день? – босс остановил автомобиль на светофоре и серьезно посмотрел на меня, однако уже в следующую секунду рассмеялся. – С вашим лицом сейчас только жертву в фильмах ужасов играть.

Не оценив шутки, фыркнула и демонстративно отвернулась к окну. Ответить нормально шеф соизволил лишь через несколько минут, когда, наконец, перестал раздражающе хихикать.

- Нет, Елизавета Дмитриевна, никаких совместных планов у нас с вами на сегодня нет.

Надеюсь, мой вздох облегчения вышел не слишком громким, и Роман Георгиевич не понял, что я всерьез опасалась застрять в его компании на весь день. Наши отношения и так нельзя было назвать теплыми, поэтому лишний раз об этом намекать совершенно не хотелось. Все-таки, несмотря ни на что, я надеялась получить деньги за всю эту авантюру. Не зря же все эти страдания?!

Начальник был чертовски любезен. Даже не выкинул меня из машины на ближайшей автобусной остановке. Любезно довез до дома и, о ужас, пожелал хорошего дня. После этих слов, знаете, даже не по себе стало.

Однако все дурацкие мысли выветрились из головы ровно в тот момент, когда я получила очередное сообщение от Игоря, который сообщал о том, что приедет через сорок минут.

С его приездом я совершенно позабыла об идиотском утре, встрече с Анькой и немцах, о которых думала последние несколько часов, с тоской размышляя о том, как придется выкручиваться в следующую субботу. Конечно, я не могла пропустить день рождения Эли, но и появляться в «Оазисе» в компании Романа Георгиевича тоже не собиралась.

Игорь действовал на меня лучше и быстрее любого антидепрессанта. С ним настроение моментально поднималось, проблемы начинали казаться несущественными, а жизнь – прекрасной.

Наша встреча не ограничилась посещением маленького ресторанчика с немного странной, но потрясающе вкусной паназиатской кухней (интересно, он много времени убил на то, чтобы найти в нашем городе места, подобные этому ресторану и вчерашней пиццерии?). На самом деле сперва я весьма скептически отнеслась к предложению покататься на канатной дороге, однако Игорь умеет быть убедительным. Особенно когда целует.

А целовал он меня много. Удивительно нежно и чувственно, заставляя ноги подкашиваться, однако его сильные руки, которые меня полностью контролировали, не позволяли упасть.

Собственно, именно по причине этих крышесносящих поцелуев и ласк насладиться видами города мне не удалось. Короче говоря, от поездки я осталась в полном восторге.

Остаток дня пролетел незаметно, я даже успела расстроиться, когда стрелки часов перевалили за десять вечера. Расставаться не хотелось совершенно, а еще... Еще пришло время для одного не слишком удобного разговора, который я оттягивала весь день.

- Лиз, у тебя лицо сейчас как у ребенка, у которого отобрали последнюю конфетку. Говори уже, что случилось.

- Так заметно? – уточнила уныло.

- Ага. – мужчина ласково коснулся кончиком указательного пальца моего подбородка, заставляя поднять голову и посмотреть в глаза. Пришлось послушаться, а потом вдохнуть и на выдохе быстро выпалить.

- Я не хочу, чтобы твой брат знал о том, что мы общаемся.

- Общаемся? – хитро протянул он, видимо, не понимая важности сказанного мной.

- Игорь, я серьезно.

- Лиз, я уже вырос из того возраста, когда должен был рассказывать Ромке о своей личной жизни.

- Правда? – протянула с недоверием, вызвав усмешку со стороны лжебармена.


- Абсолютная.

- И ты не против?

- Не против. – улыбаясь, ответил Игорь. – А теперь, если и это был тот самый серьезный разговор, из-за которого ты последние минут пятнадцать изводила себе нервы, и он закончен, не возражаешь, если я тебя уже поцелую?

Естественно, я не возражала. Что за слово вообще такое дурацкое "возражение"?

А на утро жизнь вернулась в обычное русло. Тосты с беконом, кнопки в туфлях (мне кажется, или мои коллеги становятся предсказуемыми?) и бесконечные улыбки в адрес инвесторов.

Однако все изменилось в обед, когда в офис приехал отец Романа Георгиевича. На самом деле в факте его приезда не было ничего странного. Георгий Максимович вообще был частым гостем в «Сигма Шуз». В общем, на первый взгляд ничто не предвещало беды.

Папа шефа тепло поприветствовал немцев, принял участие в совещании, на котором, к счастью, мое присутствие не требовалось, и уже собирался уезжать.

Вот прямо совсем собирался.

До тех пор, пока не услышал вопрос Виктора.

- Рома, бери Лизу, и поедем уже обедать. А то сам поешь, а девушку, что, голодной оставишь?

Сперва Георгий Максимович нахмурился, потом прищурился, потом, наоборот, округлил глаза, по очереди взглянул на меня и на своего сына, а затем и вовсе улыбнулся.

Так как я абсолютно не знала, как на подобное поведение реагировать, предпочла радоваться. Ну, по крайней мере, он не грохнулся в обморок и не закатил семейный скандал прямо тут. Это ведь хорошо?

Отец шефа, внезапно решивший составить нам компанию за обедом, предпочел оставить свою машину возле бизнес-центра и поехать с нами на служебной.

Отлично, времени, которое займет дорога до ресторана, как раз хватит на то, чтобы рассказать правду.

Георгий Максимович, севший на переднее пассажирское сиденье, медлить не стал. Начал разговор, едва автомобиль тронулся. Обернулся к нам и прямо сказал:

- Ром, я так рад, что ты, наконец, нашел себе нормальную девушку и расстался с этой ведьмой!

От услышанного едва не разинула рот. Из последних сил сдержалась и посмотрела на Романа Георгиевича.

На Романа Георгиевича, который вот прямо с секунды на секунду должен сказать, что его папа нас просто неправильно понял.

На Романа Георгиевича, который вместо этого улыбнулся и какого-то черта взял меня за руку, проговорив:

- Рад, что Лиза пришлась тебе по душе. Прости, что не сказал раньше.

* * *

Возможности поговорить за обедом не было. Пришлось ограничиться малым. Трижды пнуть босса под столом. Мелочь, а приятно. Жаль, правда, что не полегчало. И пусть потом только попробует сказать мне что-то о субординации, мол подчиненные не имеют право пинать своих начальников. Придется все-таки составить договор о моем почетном вступлении в должность невестозаменителя. И безлимитное пинание босса в тех случаях, когда он ведет себя, как неадекват, будет там одним из первых обязательных пунктов.

И вообще, не пинать такого начальника – грех. От злости на него я даже не могла за обедом улыбаться вовремя, хотя немцам и Георгию Максимовичу, кажется, было плевать, а мнение Романа Георгиевича меня в данной ситуации не интересовало.

Я злилась. На самом деле злилась. Ковыряла ложкой грибной крем-суп и думала о том, как офигительно эта красивая большая тарелка будет смотреться у шефа на голове. Перевернутой. Пару раз даже руки отдергивать приходилось, так уж велик был соблазн.

То, что творил Роман Георгиевич, переходило все границы, и мне не терпелось ему об этом сказать. В идеале еще и запустить в босса чем-нибудь увесистым, раз уж с тарелкой не выйдет, ну, чтобы наверняка донести смысл моих слов.

Я понимала ситуацию с инвесторами. Я, черт возьми, даже могла понять то, что мы ляпнули Аньке, хоть сказанное и значительно осложнило жизнь. Но Георгию, блин, Максимовичу зачем?!

Тут моя логика была бессильна.

Я еле дотерпела до возвращения в офис. Пару раз грешным делом даже подумывала уволочь начальника в туалет прямо в ресторане. Причем мне было совершенно все равно, о чем подумают немцы. Пусть хоть решат, что нас с головой накрыла безудержная страсть и, не в силах больше ждать, мы побежали в ближайший относительно укромный угол пополнять род Ветровых маленькими обувными наследниками. Останавливало от этой затеи только присутствие отца Романа Георгиевича. Он, вроде как, производил впечатление человека адекватного.

Однако и в офисе удача была не на моей стороне. Не наговорившиеся до обеда мужчины решили устроить второй тур совещания, притащив на допрос еще и коммерческого. Мне же вновь оставалось лишь терпеливо ждать.

Мой звездный час настал, когда стрелки часов перевалили за четыре часа вечера. Сперва из кабинета вышли инвесторы, тепло со мной попрощались и зашагали прочь. Следом за ними через пару минут вывалился коммерческий. Он, в отличие от немцев, не выглядел довольным жизнью. Создавалось ощущение, что Петра Львовича сперва хорошенько простирнули в машинке, а на финал еще и отжали на тысяче оборотов.

Последним кабинет шефа покинул Георгий Максимович. Он одарил меня долгим взглядом, после чего улыбнулся и проговорил:

- До встречи, Лиза! Рад был узнать такие приятные новости.

Побаиваясь, что вместо ответа смогу выдать лишь нечленораздельное мычание с нотками пыхтения и сопения, предпочла просто кивнуть. Пусть лучше думает, что я скромная, чем пришибленная на голову.

Я сорвалась с места, едва за отцом начальника закрылась дверь. Сомневаюсь, что мои движения были чертовски грациозными, но зато они были быстрыми.

Влетела в кабинет и, не сбавляя скорости, подскочила к креслу, в котором сидел босс, чудом успев затормозить в паре десятков сантиметров от него.

Видимо, от неожиданности Роман Георгиевич поднялся на ноги и теперь смотрел на меня сверху вниз.

Ростом вздумал мою решительность задавить? Да хрен там!

- Вы что, блин, творите?!

- Пытаюсь разобрать документы. – невозмутимо ответил шеф.

- Вот только не надо прикидываться идиотом! – зашипела на него я.

- Я не прикидываюсь.

- То есть вы на самом де... - поймав предостерегающий взгляд босса, замолчала на полуслове. Упс... Пришлось быстро перестаивать фразу. – Зачем вы соврали отцу?

- Это имеет зна... - на этот раз не договорил начальник.

То-то же, я вообще-то тоже умею злобно щуриться!

Однако уже в следующее мгновение я поняла, что причиной резкого прекращения разговора шефом была не я. Услышала голос Георгия Максимовича.

- Да, хорошо. Повторишь мне это, когда я вернусь на работу.

Быстро обернувшись в сторону дверей, заметила отца начальника, разговаривающего по телефону и пока не смотрящего в нашу сторону.

Нужно спрятаться. Причем быстро. Можно даже прикинуться мебелью... Лишь бы он не заметил.

Однако, видимо, размышляла в этот момент не только я. Пока я решала, как лучше мимикрировать под диван, Роман Георгиевич схватил меня за плечи и прижал спиной к стене, нависнув сверху, оставляя между нашими лицами всего несколько сантиметров, а уже в следующее мгновение раздался голос его отца.

- Ой! Не отвлекаю! И практически вас не вижу! Я ключи забыл. А вот и они! И вообще я уже ушел! – после чего раздался характерный дверной хлопок.

На самом деле, вполне возможно, что он говорил совершенно другие слова. Не исключено, что это было что-то о ядерной физике и вымирании мамонтов. А вышел Георгий Максимович и вовсе в окно.

Сложно фокусировать внимание на таких деталях, когда даже о том, как правильно дышать с трудом помнишь.

Гораздо проще думать о том, что глаза у Романа Георгиевича все же чуть светлее, чем у Игоря, а волосы, наоборот, темнее.

Так! Стоп!

- Мне кажется, ваш отец уже ушел. – проговорила я. Вообще-то в воображении мой голос звучал резко и уверенно, однако на деле что-то пошло не по плану.

Босс среагировал не сразу. Еще несколько секунд не шевелился, буравя меня взглядом, а потом, наконец, сделал пару шагов назад.

Кажется, только в этот момент я все-таки вспомнила, как дышать.

- Прости. – проговорил шеф и опустился в кресло.

Судя по тому, что начальник забыл добавить окончание, дела были не очень. У меня даже боевой настрой как-то подвыветрился...

- Роман Георгиевич, – сказала я, сев на стул для посетителей, потому что по какой-то непонятной причине ноги предательски дрожали. – Объясните мне нормально, что происходит.

- Я не могу сказать отцу правду. – босс быстро взял себя в руки, если он, конечно, вообще хотя бы на миг терял самообладание. – Именно ему я обязан знакомством с немцами. И именно он будет тем человеком, который, в случае чего, расскажет им об афере.

- Что? – совершенно не понимая, как такое может быть, уточнила я.

Чушь какая-то.

Ответил шеф не сразу, а, когда он все же заговорил, я непроизвольно поежилась. Словно кто-то вдруг открыл окно, впустив в комнату порыв ледяного ветра.

- Елизавета Дмитриевна. – тон начальника быстро изменился, стал холодным. Тем самым, который я так привыкла слышать за несколько месяцев работы в «Сигма Шуз». – Раз уж вы согласились мне помочь, тогда будьте добры, доведите дело до конца и не задавайте лишних вопросов. Я понимаю, что, беря в учет новые обстоятельства, мне нужно пересмотреть сумму. Мы обязательно поговорим об этом завтра.

Скрыть настоящие эмоции было сложно, однако я смогла. Вскинула голову, выпрямила спину и поднялась на ноги. Тяжелей всего было не отводить взгляд. И улыбаться.

Господи, как же я ненавижу эти неискренние улыбки!

- Конечно, Роман Георгиевич. Я могу идти?

- Можете. – безэмоционально ответил босс.

Отлично.

Все стало гораздо проще, когда я, наконец, отвернулась и зашагала в сторону выхода. А в приемной мне и вовсе полегчало. И я даже практически не почувствовала гаденького голосочка обиды, которому я сразу же приказала замолчать.

И как я вообще смогла забыть о том, что в Романе Георгиевиче нет ничего от нормального человека?

От демона – куча качеств. От дьявола, от кретина непроходимого... Но вот от нормального человека – ни единого!

Главное постоянно напоминать себе об этом.

А еще о том, что мне все-таки очень нужны деньги

Глава 9

Встретиться с Игорем мне удалось только в среду. На этот раз выбор мужчины пал на пышечную. Уровень моего скептицизма относительно такого решения был примерно вдвое больше, чем относительно идеи покататься на канатной дороге.

Стоит ли говорить о том, что я снова ошиблась?

В общем, на том моменте, когда я была уже готова купить белую футболку с яркой красной надписью «Ай лав пышки энд пончики» (ибо в платье такими темпами я точно не влезу, а на новогодний корпоратив в чем-то идти надо), не выдержала и спросила:

- Как ты вообще находишь такие места?

- Такие это какие?

Задумалась на секунду.

- Классные... И необычные.

Игорь усмехнулся:

- Методом проб и ошибок.

- Пришлось съесть немало шаверм с тараканами, чтобы найти идеальную?

- Что-то типа того. Просто понимаешь, - мужчина покрутил чашку между ладонями. – Обедать каждый день в том же «Неаполе» - скучно. Вообще скучно существовать, когда ты не пробуешь что-то новое. И я сейчас не только о еде говорю. Жизнь как будто останавливается, становится пресной.

Не ожидая от Игоря такого развернутого ответа даже как-то растерялась. Растерялась и задумалась. Интересно, а насколько баллов по шкале от одного до десяти можно оценить пресность моей жизни, где единица – это тлен и тоска, а десятка – безудержное веселье.

Дом, работа, ежемесячный платеж по кредиту и ипотеке. И так по кругу.

Кажется, даже на четверку наскребется с трудом, хотя... С появлением немцев многое, конечно, изменилось. Только вот я сильно сомневаюсь, что в лучшую сторону.

От мыслей о Романе Георгиевиче настроение вновь испортилось, тут уже никакие пончики не помогут.

Инвесторы в сопровождении начальника большую часть времени теперь проводили на производстве, поэтому играть влюбленную парочку пока не было никакой нужды.

Последние два дня Роман Георгиевич появлялся в офисе лишь с утра, после чего уезжал и возвращался в самом конце рабочего дня, ограничивая наше общение короткими фразами типа «Спасибо!», «Можете быть свободны!» и «Не надо, я сам!».

Я уже даже начала забывать, когда в последний раз слышала это нежнейшее «Егорова!».

- Нет, так дело не пойдет. – внезапно проговорил Игорь, заставив удивленно поднять взгляд.

- А?

- Такое ощущение, что по тебе трактор проехался.

- С лицом проблемы? – машинально потянулась к сумочке, чтобы достать зеркальце, однако мужчина остановил мой порыв, качнув головой.

- Поехали! – проговорил он и поднялся на ноги.

- Куда? – спросила осторожно.

- Ко мне. – равнодушно пожав плечами, ответил Игорь.

А я вот после таких слов равнодушием похвастаться не уже не могла. Из последних сил старалась хотя бы не моргать, как умалишенная.

- Ладно, только руки помою. – очень надеясь, что ответ звучал так, как должен звучать ответ умной и уверенной в себе двадцативосьмилетней женщины, продемонстрировала ладони, испачканные сахарной пудрой и, получив одобряющий кивок мужчины, направилась в сторону уборной.

Все мое показательное спокойствие испарилось, едва я оказалась в одиночестве.

Как выяснилось, я была совершенно не готова к такому предложению.

Нет... Не то, чтобы не готова...

Блин!

Вымыв руки, посмотрела на свое отражение в зеркале.

А почему, собственно, нет?

Игорь симпатичный, приятный в общении. С ним просто и хорошо.

Действительно... Почему нет?

Я же не собиралась с ним до старости просто за ручки держаться?

Конечно не собиралась!

Улыбнувшись принятому решению, подкрасила губы и вышла из уборной.

В этот раз с уверенностью в себе проблем уже не возникло.

Почему-то я совершенно не удивилась, когда поняла, что Игорь живет в том же районе, что и Роман Георгиевич. Буквально в нескольких домах. Наверное, в сложившейся ситуации удивляться стоило тому, что я вообще подумала о начальнике.

Так дело не пойдет. Если босс будет портить мне настроение, даже не находясь рядом, мне, кроме шуток, действительно придется потратиться на психотерапевта.

Квартира Игоря оказалась не такой большой и более обжитой. Игровая приставка на полу в холле, акустическая гитара (бедные соседи) на кухне, даже фикус в горшке обнаружился (интересно, его поливает спеиально обученный человек, или Игорь реально не забывает?).

В общем, несложно догадаться, что я старалась занять себя изучением любой мелочи, лишь бы скрыть волнение.

И вот мы дома, а что дальше?

Знаете, возможно, мою молодость нельзя назвать безумно бурной. Нет, безусловно, в ней было место бесшабашным поступкам, всевозможным глупостям, но вот с отношениями на одну ночь как-то не сложилось. И до настоящего момента я считала это плюсом, однако сейчас как-то опечалиться успела, что ни разу даже в клубе никого не цепляла.

Кажется, если бы существовала книга, которая рассказывала о том, как расслабленно вести себя в той ситуации, когда ты оказалась в квартире мужчины, с которым всего лишь целовалась несколько раз (ладно, несколько десятков раз. Возможно, сотен), я бы поставила ее на полку по соседству с той самой энциклопедией, которая помогла бы не чувствовать себя лохушкой. Ну, вы помните.

И почему все настолько необходимые книги по-прежнему не написаны?!

В то время, пока я думала, за что бы еще зацепиться взглядом, Игорь ходил из комнаты в комнату и, кажется, что-то искал.

Ладно, пусть ищет... Я же не тороплюсь.

Окончательно я растерялась, когда мужчина вернулся в гостиную, в одной руке сжимая коробку с «Твистером», а в другой бутылку коньяка и два бокала.

Ну, не то, чтобы я была ярой противницей ролевых игр... Но на этом этапе все же позволила себе спросить:

- Игорь, а что мы будем делать?

- Снимать твой стресс. – мужчина ответил, не раздумывая, а через пару секунд добавил. – И целоваться. Надеюсь, что очень много целоваться.

После чего, как ни в чем не бывало, отодвинул журнальный столик, освобождая свободное место на полу, поставил на пол бутылку и бокалы, а затем расстелил поле для игры.

- Мне кажется, что играть в «Твистер» вдвоем, немного скучновато...

- Ты играла в какой-то неправильный «Твистер». Я настаиваю на том, что в него нужно играть исключительно вдвоем.

Я еще раз с сомнением взглянула на этот натюрморт и использовала свой последний шанс:

- Мне на работу завтра.

- Не засчитано. Мне в семь утра встречать поставщиков в аэропорту.

Еще раз посмотрела попеременно на «Твистер», Игоря и коньяк, а потом едва смогла сдержать смех.

Была не была!

- Ладно. Согласна!

- Правильный ответ. – довольно согласился мужчина, притянул меня к себе и поцеловал. Медленно, с наслаждением и чувством, лениво отстранившись лишь тогда, когда дыхания стало не хватать.

- И какие правила?

- Самые обычные. Разве что... - Игорь обошел меня, ловким движением открыл коньяк и разлил немного по бокалам, после чего протянул один из них мне.

Пожала плечами, а потом все-таки приняла бокал и, следуя примеру лжебармена, отсалютовала им, после чего выпила содержимое, поморщившись.

- А лимончика у тебя нет? – не переставая кривиться, спросила я.

- Побойся Бога, это десятилетний коньяк! – картинно взмахнув руками, проговорил Игорь, однако не слишком меня вдохновил.

- Нет? Жаль...

Взглянув так, словно только что я уничтожила какой-то памятник архитектуры, о-о-о-очень древний и о-о-о-о-о-о-очень ценный, мужчина вздохнул и пошел на кухню, вернувшись через пару минут в компании блюдечка с нарезанным лимоном, посыпанным сахаром.

- Божественно! – просияла и в качестве благодарности быстро поцеловала Игоря. – Теперь я совершенно точно готова!

- Тогда прошу. – лжебармен хитро улыбнулся и протянул мне вертушку. – Твой ход!

Да без проблем!

Правая нога на желтое.

- Итак, ты притворяешься Роминой невестой. – и это был не вопрос.

А коньяк больше не выдают?

Поймала взгляд Игоря, шагнувшего правой ногой на синее, и поняла, что пока нет.

- Да.

Я ответила не то, чтобы со смущением или неловкостью. Скорее с опаской. Знаете, как-то странно сообщать мужчине, с которым ты... С которым у тебя... Короче, с которым ты играешь в «Твистер» на коньяк, что ты изображаешь невесту его брата.

- Я ожидал от инвесторов чего-то в том духе. – Игорь вновь протянул мне бокал, и я даже не стала возражать. Скользкие темы всегда проще обсуждать, вооружившись чем-нибудь увесистым. Сорок градусов – это ведь увесисто?

Левая нога на красное.

- И ты не против? - осмелилась на вопрос.

- Не против чего? – уточнил мужчина, делая очередной ход.

- Ну-у-у-у... - не нашла, что ответить.

- А должен быть? – Игорь изменил формулировку.

- Это все как-то... - задумалась, вновь принимая вертушку и отдавая бокал. – По-дебильному...

- Однако всегда дает нужный результат. – лжебармен усмехнулся. – Ты же видела рыбок? Относись к этому проще, Лиза!

- У тебя всегда так?

- Как?

- Просто.

Перед тем, как ответить, Игорь пожал плечами.

- Не знаю, очень хочется в это верить.

- И тебя совершенно не смущает то, то в рабочее время я прикидываюсь девушкой твоего брата?

- Ну ты же с ним не спишь? – с интересом выгнув бровь, поинтересовался Игорь, а я...

А я, ну возьми и ляпни:

- Да и с тобой тоже.

- Пока. – быстро парировал мужчина, заставив меня покраснеть, хорошо, что хотя бы стрелка вертушки была великодушной.

Правая рука на зеленое, и можно не смотреть в глаза, однако следующий же ход Игоря заставил меня изменить свое мнение.

Мужчина, левая рука которого также оказалась на зеленом скользнул языком по моей шее, заставив тихо застонать и...

И от неожиданности не удержать равновесие!

- Так не честно! – протянула, упав на игровое поле, но уже в следующее мгновение, когда перевернулась на спину и увидела Игоря, нависшего надо мной, поняла, что подобные правила мне тоже вполне по душе.

- Скажи еще, что тебе не нравятся такие игры. – негромко проговорил мужчина, наклоняясь ниже.

Отвечать я, конечно, не стала, мама ведь говорила, что врать нехорошо.

* * *

- Еще разок? – поинтересовался Игорь, прервав поцелуй.

Сопротивляться совершенно не хотелось, поэтому кивнула и поймала протянутую руку, помогающую принять вертикальное положение.

А дальше вновь был «Твистер», коньяк, поцелуи, коньяк, мое очередное поражение, поцелуи громкий смех, поцелуи, правда потом по какой-то причине картинка перед глазами стала нечеткой, а через несколько мгновений вовсе потемнела и исчезла.

Последним, что я запомнила, было улыбающееся лицо Игоря...

А потом зазвонил будильник.

Стоп! Какой еще будильник?!

Будильник не мог звонить по определению. Хотя бы потому, что я просто прилегла на пару минут отдохнуть перед очередной партией.

Но он звонил.

Совершенно точно абсолютно омерзительно звонил, заставляя кривиться и пытаться натянуть на голову одеяло, в котором я умудрилась запутаться ногами.

Та-а-а-ак, а одеяло откуда взялось?

Видимо, для того, чтобы прояснить ситуацию, все-таки придется что-то сделать.

Аккуратно, словно боясь, что едва подниму веки, обнаружу себя в эпицентре зомбиапокалипсиса, на всякий случай щурясь, открыла сперва один, а затем другой глаз.

Черт, если бы я знала, что поднятие век принесет с собой больную голову, так бы и продолжала делать все наощупь, однако теперь запущенный процесс с отбойными молотками внутри черепной коробки совершенно не хотел останавливаться. Хоть открытыми глаза держи, хоть закрытыми, хоть попеременно ими моргай. Хотя насчет последнего не была уверена, на такую фигуру высшего пилотажа я пока все же не была способна.

Первым делом нужно было вырубить будильник, который по-хорошему абсолютно не хотел затыкаться. Стараясь не совершать лишних движений, ориентируясь по звуку, нашарила рукой чертов телефон и ткнула пальцем в экран, заставляя самую раздражающую мелодию во вселенной прерваться.

Отлично, сразу стало гораздо лучше. Примерно настолько, чтобы повернуть голову и осмотреться.

Спальня... Уже неплохо, правда не моя, что хуже.

Все вопросы отпали, когда я перевернулась на другой бок и увидела в углу барабанную установку. Ну, конечно, если в комнате есть хотя бы одна вещь, которую ни единый здравомыслящий человек туда не поставит, значит к дизайну помещения приложил руку Игорь.

Где, кстати, он сам? Было бы неплохо это выяснить.

Буквально за секунду до того, как я решила перейти к решительным действиям и встать, вновь заорал мобильник, заставив поморщиться, однако на этот раз мелодия была другая.

«Брат»

Прекрасно!

- Ты появился в моей жизни для того, чтобы спаивать? – поинтересовалась вместо приветствия.

- Доброе утро, Лиза. – невозмутимо ответил Игорь.

- У кого как... - буркнула в ответ и вновь плюхнулась на подушку.

- Таблетки на тумбочке, целительный коктейль на кухне, ключи от квартиры в коридоре, я в аэропорту. – проговорил сводку новостей лжебармен. В принципе, новости были не такие уж и плохие, ну, ровно до того момента, пока он не перешел к последней. – И тебе, кажется, пора на работу.

- Блин! – закричала, кажется, слишком громко, молоток в голове стукнул с удвоенной силой.

- Ну, не буду отвлекать.

- Блин! Блин! Блин!

- Я позвоню вечером.

- Бли-и-и-и-ин!

- Чистое полотенце в ванной.

Не теряя больше ни секунды, сбросила вызов и подскочила с кровати, едва не врезавшись по пути в напольное зеркало, к ужасу заметив в нем свое отражение.

Твою ж налево!

Не-е-е-ет, появляться так в офисе совершенно точно нельзя, но и не появляться на работе тоже...

Че-е-е-ерт!

Добравшись до ванной, нашла салфетки и постаралась избавиться от макияжа в стиле панды. Ладно, сойдет. Потом обнаружила утюг и привела брюки с жакетом в пристойный вид. Ну, третий сорт – не брак.

Если поторопиться и поймать машину, то я даже успею появиться в офисе к девяти. Отсутствие тостов уж как-нибудь объясню. Скажу, что в нашей галактике закончился бекон, в конце концов!

Четко следуя придуманному плану, обулась, накинула пальто, дважды проверила, выключила ли я утюг, после чего, взяв ключи, вышла из квартиры.

От чудодейственного напитка, кстати, пришлось отказаться. Знаете, не вызвало у меня доверия зеленое месиво. Я, конечно, в талантах Игоря не сомневалась, а вот в возможностях своего организма...

Не сегодня, короче. Я как-нибудь по классике, таблеточками.

Мобильник в очередной раз дал о себе знать, когда я оказалась на улице. Честное слово, если поинтересоваться о моем состоянии хотела причина этого самого состояния, я за себя не ручаюсь.

Однако все было гораздо хуже.

«Эля»

Понимаете, в мире иногда происходят из ряда вон выходящие ситуации. Сходы лавин, извержения вулканов, цунами... Так вот, звонок подруги в половину девятого утра я бы отнесла к этой же категории.

- Алло? – приняла вызов, заранее не ожидая ничего хорошего.

- Ты почему мне не рассказала о том, что встретила Аньку?! Она мне все уши про твоего парня прожужжала, а я его даже не видела! – сходу огорошила Эля.

- Эль, а это обязательно... - начала фразу, переходя дорогу, но тут же прервалась, потому то едва успела затормозить перед выезжавшей из соседнего двора машиной.

Ну, как затормозить... Правильней было бы выразиться, остановить машину своим бедром.

- Девушка, вы вообще смотрите... - гневно прошипел водитель, очень знакомым голосом прошипел... - Егорова?!

- Доброе утро, Роман Георгиевич!

* * *

Молчание затягивалось. Неприятненькое такое молчание, скажу я вам. Его нарушал только доносившийся из трубки голос Эльки:

- Лиз! Да отвечай ты уже!

- Я перезвоню! – проговорила, не сводя глаз с шефа и, сбросив звонок, убрала мобильник в карман пальто. – Извините, не заметила.

- Долго так стоять собираетесь?

Понимая, что до сих пор преграждаю путь автомобилю начальника, ойкнула и вернулась на тротуар. В ответ на великодушное освобождение проезжей части мной, Роман Георгиевич тяжело вздохнул и закатил глаза, после чего проговорил:

- Садитесь уже!

Хотела возразить, но не предвещавшее ничего хорошего выражение лица босса заставило молча кивнуть и подойти к автомобилю.

Теоретически, если я отвернусь к окну и постараюсь не дышать, шеф может и не догадаться, сколько я выпила вчера. Если, конечно, стекла не запотеют...

- Спасибо. – проговорила, смотря в противоположную от начальника сторону.

- Что вы тут делали? – проигнорировав мою практически искреннюю благодарность, поинтересовался Роман Георгиевич.

Что-что, с братом вашим пила!

- Отдыхала у друзей.

- Заметно. – усмехнулся босс в ответ.

Теперь настало мое время делать вид, что я не замечаю неугодные фразы. Тем более, что в этот момент у меня вновь зазвонил телефон.

Опять Эля. Кажется, в живых она меня теперь не оставит...

Сбросив вызов, отвернулась к окну и неуверенно заговорила.

- Я не успела купить тосты.

- Удивительно.

Не выдержав, все-таки повернулась к начальнику и не слишком вежливо сказала:

- Если вы продолжите и дальше язвить, то лучше высадите меня, сама доберусь.

- Вы опоздаете. – ровно ответил босс.

- Уж лучше опоздать. – проговорила тихо, но, как оказалось, недостаточно.

Шеф услышал и теперь, остановившись на очередном светофоре, буравил меня взглядом. Отвернулся лишь тогда, когда загорелся зеленый, а потом заставил повернуться уже меня.

- Простите, Елизавета Дмитриевна.

- Мне все чаще кажется, что меня начинают мучить слуховые галлюцинации.

- В смысле?

- Ну, вы и извинения... Это как-то странно.

Начальник не ответил, просто молча на очередном перекрестке развернул автомобиль в противоположную от офиса сторону. Ну все, допрыгалась. Сейчас-то он меня и закопает.

И вновь зазвонил телефон, тут уже даже на экран не надо смотреть, чтобы понять, кто жаждет общения. Может, все-таки стоит взять трубку и сообщить подруге, что меня, вероятно, расчленять везут?

- Не хотите ответить? – любезно поинтересовался мой потенциальный убийца. Бдительность усыпляет, точно вам говорю.

- Не слишком. – качнула головой и сбросила звонок. Разговор с Элей перед смертью явно не улучшит мое настроение.

И вообще, когда я думала о ее предстоящем дне рождения, сразу расстраиваться начинала. Даже представлять не хотелось, сколько шуточек придется вытерпеть после того, как друзья заметят, что я вновь появилась одна.

- После вчерашнего?

Вместо ответа затрясла головой. Вот только звонка «вчерашнего» сейчас не хватало.

- Скорее после воскресного. – все же недовольно пробубнила.

- Подруга. – это не было вопросом, скорее утверждением.

- Одна из. – не стала спорить.

- Именинница. – и снова не вопрос.

- В яблочко. – ответила, когда автомобиль затормозил. – И куда мы приехали?

- В кофейню. Вид у вас, Елизавета Дмитриевна, такой, как будто офис – это совершенно не то место, где бы вы мечтали оказаться.

- Так заметно? – вздохнула и посмотрела в боковое зеркало.

Действительно, заметно...

- Убедились? – рассмеялся босс.

- Ненавижу коньяк. – призналась честно, раз уж пошла такая пляска.

Роман Георгиевич не ответил. Усмехнулся и вышел на улицу, и я последовала его примеру.

За те полчаса, которые босс кормил меня завтраком, Эля успела позвонить восемь раз. Я бы с радостью выключила мобильник, но по договору мне было запрещено делать это в рабочее время, а нарушать условия, сидя прямо напротив начальника, было как-то стремненько, поэтому я терпелива скидывала вызов за вызовом.

После терапии тостами и кофе мне значительно полегчало. Не до такой степени, конечно, чтобы почувствовать себя человеком, однако достаточно неплохо, чтобы по крайней мере продержаться до вечера.

Поинтересоваться, с чем связано такое великодушие шефа, я так и не смогла, однако, почувствовав неладное, когда автомобиль Романа Георгиевича после кофейни вновь поехал не в сторону офиса, все же проговорила:

- Только не говорите, что процедура моего воскрешения была нужна исключительно для того, чтобы теперь принести в жертву немцам.

- Немцам? – босс удивленно вскинул бровь. – Немцы улетели на родину до конца недели.

От мысли о том, что мне не придется старательно изображать любовь, настроение поднялось еще на пару пунктов, однако настороженность не прошла.

- Тогда я совершенно не понимаю, куда мы едем.

- Я подумал, что сегодня вы можете позволить себе отдохнуть.

- Отдохчто?

- Отдохнуть, Елизавета Дмитриевна.

Нет, все же точно галлюцинации. Или того хуже... Белка.

Пока я удивленно хлопала глазами, скидывая очередной Элин звонок, Роман Георгиевич завернул в мой двор и через несколько секунд остановил автомобиль напротив моего подъезда.

Какое-то время мы провели в тишине. Не знаю, почему молчал босс, я же в свою очередь просто не могла сообразить покалеченным похмельем мозгом, что нужно говорить в таких ситуациях.

Зато подруга точно знала. Раздражающая вибрация послышалась в очередной, наверное, миллионный раз.

- Да сколько можно? – пробубнил Роман Георгиевич, пока я, не ожидавшая подвоха, задумчиво крутила мобильник в руках, забрал телефон из моих ладоней и, о ужас, принял вызов.

- Да? – на лице мужчины появилась улыбка. – Нет, это не Лиза. – улыбка стала шире. – Совсем не Лиза.

Замахала руками, призывая вернуть мобильник, но шеф лишь усмехнулся, отодвинувшись к окну подальше от моих ручек, тянущихся к заветному аппарату.

- Где Лиза? – резко замерла и посмотрела на босса с мольбой, даже ладошки молитвенно сложила. – А Лиза в душе.

Где?!

- Эля? Приятно познакомиться. – не в силах больше смотреть за тем, что происходит, закрыла глава ладонями.

Пусть уж лучше белка...

- Ага, тот самый Рома. – пауза. – Конечно приедем, Эля.

Пожалуйста, пусть я сошла с ума!

- Да, хорошо, я ей передам. Пока.

И в салоне вновь воцарилась тишина.

Я подняла голову не сразу. Нужно было успокоиться, потому что убивать человека во дворе собственного дома как-то слишком палевно.

- Что вы, блин, натворили?!

- Подтвердил, что мы придем на день рождения вашей подруги. – нет, муки совести и этот человек просто не совместимы. – Она, кстати, просила передать, что место изменилось, и обещала перезвонить вечером.

Не веря в произошедшее, вновь закрыла лицо руками и тихо застонала.

Охренительно, просто охренительно...


Глава 10

Желания спорить не было. Запас жизненных сил, который подарили мне кофе с тостами, стремительно таял. Доползти бы до кровати и не вырубиться в подъезде.

С боссом я попрощалась сухо. Сухо и вяло. Надеюсь, он сумел догадаться, что таким образом, сопя и кряхтя, я выражала недовольство по поводу принятого им решения. 

В любом случае, даже если он этого не понял, завтра я буду гораздо живее и смогу объяснить все доходчивей. Вот прямо с самого утра и начну.

Однако, как выяснилось вечером, босс оказался меньшей из всех проблем. Беда пришла с ожидаемой стороны, но я даже представить себе не могла, что она достигнет таких масштабов.

Утренние звонки Эли оказались детским лепетом по сравнению с той массовой атакой, которую устроили на мой телефон друзья вечером. Создавалось ощущение, что в мире просто не было других проблем кроме устройства моей личной жизни.

Я даже не удивлюсь, если, включив телевизор, в новостях по всем центральным каналам будут рассказывать о том, что у Елизаветы Дмитриевны Егоровой, наконец-то, появился парень.

К шести вечера я сдалась, просто выключила мобильник. По-хорошему нужно было еще и дверь забаррикадировать, но кто же мог предположить, что Эле с Аней взбредет в голову навестить меня лично.

Как оказалось, отбиваться от подруг, когда они находятся на расстоянии вытянутой руки, гораздо сложнее, чем просто вырубить мобильник. В общем, идеальным вариантом было просто сидеть и молчаливо кивать, тем более, что по факту подруги говорили правду.

Да, появился. Да, недавно. Да, ничего серьезного. Да, придем.

Нет, вообще не Рома... Вот ни капельки...

Правда о последнем сказать я так и не решилась.

Стоит ли говорить, что после представления, устроенного в квартире, уровень моего гнева на босса зашкаливал. Утром я провела перед зеркалом около двадцати минут, что было непозволительной роскошью в будний день, но сегодня я просто обязана была выглядеть потрясающе, чтобы доказать Роману Георгиевичу, что вчерашний случай был единичным.

Офис встретил меня привычной утренней тишиной. Приготовив кофе, выложив на тарелочку тосты, поправила прическу и уверенно вошла в кабинет начальника. Вот прямо очень уверенно. Невообразимо уверенно.

- Доброе утро, Роман Георгиевич. – поздоровалась с боссом и поставила завтрак на стол, однако уходить не спешила.

- Доброе. – ответил шеф, одарив меня долгим взглядом. – Вы что-то хотели?

- Хотела. – не стала спорить. – Хотела сказать, что вчера вы повели себя неправильно.

- Ладно. – босс кивнул.

- Ладно?! – я вновь начала закипать, вдруг ярко вспомнился вчерашний перекрестный допрос Эли и Ани. – Вы понимаете, что подставили меня перед подругами?! Я от них весь вечер отбивалась! Если бы я умерла в муках, это осталось на вашей совести!

Некоторое время Роман Георгиевич молчал, а потом задал вопрос, которого я совсем не ожидала:

- Елизавета Дмитриевна, у вас на самом деле кто-то есть?

От бестактности вопроса как-то даже растерялась.

- Э-э-э... - так, взять себя в руки! – Какое это имеет значение?

- Просто я не могу взять в толк, к чему такая паника, если вы свободны. – в отличие от меня босс был абсолютно спокоен и уравновешен. - Насколько я понял, ваши друзья слишком обеспокоены вопросами вашей личной жизни, так почему бы, наконец, их не порадовать? Думаю, после этого все станет гораздо проще.

На самом деле в словах начальника был смысл, однако даже после услышанного согласиться с Романом Георгиевичем я не могла. Хотя бы потому, что это был Роман Георгиевич.

- Вы не понимаете...

- Считайте это бартером. Вы помогаете мне с немцами, я вам – с друзьями.

Нет, нужно срочно менять тему

- Так себе бартер... - фыркнула, вызвав у шефа улыбку, бесячую улыбку, поэтому пришлось пояснять. – Роман Георгиевич, это мои друзья, люди, которых я знаю много лет. Они в курсе, что у меня не было никакой собаки, тем более Сельди! Не прокатит с ними нести первое, что пришло на ум, как с инвесторами.

Слова сорвались с губ до того, как я успела врубиться в их смысл. Оставалось лишь на мгновение зажмуриться от ужаса и молиться, чтобы шеф пропустил их мимо ушей.

Но он не пропустил. Вскинул бровь, сложил руки на груди и опасно спросил:

- Не было, значит?

- Это не то, о чем вы подумали! – среагировала моментально, призывая мозг работать.

Сменила, блин!

- Да? Тогда поясните.

- Вот и поясню!

- Вот и поясните!

- Не давите на меня!

- Да боже упаси. – несколько секунд босс молча смотрел на меня, а потом усмехнулся. – Давайте так, Елизавета Дмитриевна, вы подумаете до конца рабочего дня, а потом расскажите мне, наверняка, увлекательную историю о том, как вам пришла в голову идея устроить поминки для воображаемой собаки, откуда об этом узнал мой брат, и что мы все-таки будем говорить вашим друзьям в субботу. Ну, чтобы так обидно не проколоться...

* * *

Я едва успела выйти из кабинета босса, когда зазвонил телефон. Чувствуя, как глаз начинает дергаться от одной мысли о том, что жаждать моего общения могли Эля или Аня, достала мобильник из кармана пиджака и в следующую с тоской вздохнула, посмотрев на экран.

Вот только Игоря сейчас не хватало!

В последнее время в моей жизни значительный переизбыток представителей семьи Ветровых, и, если честно, это утомляет. Конкретно в данный момент я вообще полагала, что все было куда проще, если бы я не познакомилась ни с одним из братьев. Но, раз уж вселенная решила по-другому...

- Привет! Перезвоню через минуту. – проговорила я, приняв вызов, после чего поспешно сбросила звонок, не давая Игоря вставить и слова.

Осмотрев приемную, пришла к выводу, что это одно из худших мест для разговора по душам с братом начальника. Не хватало еще, чтобы Роман Георгиевич стал свидетелем того, как я пытаю лжебармена, призывая сознаться, каким местом он вообще думал, когда рассказывал боссу про Сельдь.

Покойная воображаемая собака к настоящему моменту уже должна была раз десять перевернуться в воображаемом гробу от такого внимания к собственной персоне.

Так, Лиза, думай!

Решение пришло в голову неожиданно. И как я сразу не додумалась?!

С опаской взглянув на дверь кабинета шефа, искренне надеясь, что в ближайшие десять минут я ему не понадоблюсь (на самом деле я надеялась, что не понадоблюсь ему гораздо дольше), вышла из приемной и уверенно зашагала в сторону коморки со швабрами – самого прекрасного места для тайных переговоров во всем офисе.

Удобно устроившись за рулем машины для мытья полов, в душе молясь, чтобы сейчас по непонятному стечению обстоятельств она не завелась и не повезла меня по коридорам «Сигма Шуз», устраивая представление, которое коллеги явно долго не забудут, вновь извлекла из кармана мобильник и позвонила Игорю.

Лжебармен взял трубку практически сразу.

- Привет, случилось что?

- Привет еще раз. – вздохнула и облокотилась на руль, но уже в следующее мгновение выпрямилась. Нет, слишком опасно. Главный офис пока был не готов к появлению королевы Елизаветы верхом на поломойном коне. – Если честно, случилось. Еще несколько назад случилось.

- А подробнее?

- Я ляпнула твоему брату, что никакой Сельди не существует.

- А ее реально не существует? Знаешь, в последнее время она стала мне уже родной...

- Игорь, блин!

- Ладно-ладно. Но, Лиз, прости, я все равно не понимаю сути проблемы.

В отличие от мужчины я отлично понимала суть этой самой проблемы, поэтому, прикрыв глаза, проговорила.

- Дело в том, что я банально завралась. Я начинаю забывать, кому и что говорила.

- Так расскажи всем правду. – коротко проговорил Игорь, однако через секунду добавил. – Ну, кроме инвесторов.

- И вашего отца. – добавила с досадой, в очередной раз оценивая масштаб лжи.

- Нашего кого? – уточнил Игорь.

- Отца. Он очень удачно заехал в офис.

Чем больше я думала о сложившейся ситуации, тем яснее понимала, что с каждым днем она давит на меня сильнее и сильнее. Речь уже не шла о детской безобидной шуточке. Я понятия не имела, как собирался выкручиваться Роман Георгиевич (более того, я была уверена в том, что он и сам не знал, и это не прибавляло оптимизма), я не представляла, как оправдаюсь перед друзьями, а еще практически не оставалось сомнений в том, что, если я где-то накосячу, то в лучшем случае останусь без работы, в худшем – без работы и друзей.

Именно поэтому сейчас мне просто необходим был человек, который бы сказал какую-нибудь ободряющую банальность вроде «Все будет хорошо, что-нибудь придумаем».

Знаете, иногда такие фразы, пусть они и совершенно не правдивы, жизненно необходимы.

И вот, пока я ждала, что самый подходящий в данной ситуации человек выдаст, наконец, правильные слова, он просто взял и рассмеялся. А уже в следующее мгновение голос Игоря заглушил какой-то шум и знакомая мелодия.

- Лиз, давай я тебе вечером перезвоню.

- Ты что, в аэропорту?

- Да, нужно смотаться в столицу на несколько дней, вернусь в понедельник.

И, пока я думала, что ответить, лжебармен коротко попрощался, сообщив о том, что объявили посадку, и сбросил звонок. Мне же оставалось лишь спрятать телефон и тупо уставиться на руль машины для мытья полов.

Может, действительно, стоит прокатиться на ней по офису? Настроение вдруг стало таким паршивым, что очень хотелось взбодриться.

Весь рабочий день я провела, занимаясь чертовски полезным делом. Самокопанием.

Я успела разозлиться на себя, на Игоря, на немцев, на Романа Георгиевича, да я даже Сельдь пару раз помянула недобрым словом, чего уж.

Наверное, это был первый раз, когда я задумалась о том, что несерьезность лжебармена скорее доведет меня до нервного срыва, чем позволит расслабиться и поднять настроение. По иронии судьбы, когда мне нужен был адекватный совет и поддержка, я не могла обратиться за ними к тем людям, которые для таких нужд и созданы. Игорь вообще не видел проблем, а друзьям я врала.

Самое идиотское в этой ситуации было то, что наибольшую часть правды знал тот, из–за кого весь этот апокалипсис и начался.

Босс вызвал меня к себе в кабинет, когда в душе начал теплиться огонек надежды. Может, забыл?

Ага, хрен там!

Сидит, вон, с хитрой улыбкой, смотрит в глаза, а я по-прежнему понятия не имею, что ему рассказывать. Песню, что ли, спеть, время потянуть...

- Елизавета Дмитриевна? – начал шеф.

- Роман Георгиевич? – не осталась в долгу.

Какое многообещающее начало разговора. Может, и правда лучше спеть?

- Придумали, что врать будете?

- Конечно, я ведь училась у гуру.

- Вообще-то, не я начал.

- У меня есть смягчающее обстоятельство.

Наверное. Да стопудово! Ну должно же быть... Просто я о нем еще не вспомнила.

- Допустим...

Понимая, что диалог ведет в никуда, а просто так босс меня не отпустит, вздохнула и, думая, видимо, спинным мозгом (ибо головной даже в худшие годы такого бреда у меня не выдавал), смело сказала:

- Я тоже хочу предложить вам бартер.

- Чего? – босс посмотрел на меня с интересом.

- Вы перестаете спрашивать меня о Сельди, а я соглашаюсь пойти с вами на день рождения Эли.

Да-да, я отлично понимаю, что мое предложение звучало феноменально глупо, но чем богаты, тем и рады.

Кажется, ма-а-а-а-аленькую нестыковку в логической цепочке заметил и шеф, поэтому пришлось заговорить вновь. Нужно было как-то остановить его до того момента, пока он не поинтересуется о том, какой в этом бартере вообще смысл, ведь оба пункта выгодны лишь мне.

- Давайте не будем ворошить прошлое. Сельдь действительно была хорошей собакой. Доброй, ласковой, верной, ну и пусть воображаемой! Не будем же мы осквернять память животного!

С надеждой посмотрела на начальника, выразительно заморгав.

- Ладно. – быстро согласился Роман Георгиевич.

- Ладно?

- Я согласен.

- Согласны?

- Елизавета Дмитриевна, воспоминания о собаке как-то плохо на вас влияют, тормозить начинаете.

- Простите... В смысле, хорошо. Ну, что согласны хорошо.

Боже, что за фигню я несу?

- Давайте я заеду за вами в субботу пораньше, и хотя бы в этот раз мы совместно решим, что именно будем говорить.

- Ла-ла-ладно.

Блин, к логопеду что ли записаться?

- Можете быть свободны.

- Хорошо. – не стала спорить и, поспешно развернувшись, зашагала к выходу.

- Егорова! – уже традиционно в дверях окликнул меня шеф.

Весьма опрометчивое решение с его стороны, потому что я уже была готова передумать. Может, он и сам, наконец, понял, что наши идеи относительно друг друга с каждым разом становятся все бредовее?

- Да? – обернулась и посмотрела на начальника с надеждой.

- Не переживайте вы так. Все будет хорошо, что-нибудь придумаем. – после чего улыбнулся и едва заметно кивнул, давая понять, что теперь разговор точно окончен.

* * *

Открывать глаза субботним утром не хотелось совершенно. И тут дело абсолютно не в том, что я не выспалась, или у луны была какая-то дебильная фаза. Хотя, насчет второго я была не уверена, возможно, стоило открыть гороскоп и посмотреть прогноз на день. Я бы совершенно не удивилась, если там написано что-то типа: «Близнецы, высока вероятность, что сегодня с вами приключится какая-нибудь фигня. Особенно если вас зовут Лиза. Особенно если ваша фамилия Егорова. Особенно если вы согласились на сомнительную сделку со своим начальником.»

За четыре часа, проведенные в напряжении, я успела принять ванну, принять душ, позавтракать, второй раз позавтракать и погладить платье. Дважды. Ну, а чего отходить от внезапно сложившейся традиции.

До последнего момента я предпочла полагать, что наш договор с Романом Георгиевичем – всего лишь сон (к слову, хреновый такой сон по всем параметрам), однако надежды развеялись, когда ровно в пять часов вечера, как мы и договорились, раздался звонок домофона.

Может, кто из соседей ключи забыл?

С мольбой посмотрела на трубку, висевшую у входной двери, как будто та могла магическим образом стереть шефа из нашей реальности, а потом поднесла ее к уху.

- Да?

- Добрый вечер, Елизавета Дмитриевна.

Нет, все же из домофона вышел весьма сомнительный волшебный артефакт.

- Добрый вечер, Роман Георгиевич. – ответила не слишком весело, после чего нажала на кнопку, разблокировавшую двери подъезда.

Кажется, идти на попятную было поздно.

Натянув дежурную улыбку, замерла в проеме, ожидая появления босса, однако, когда мужчина показался на площадке, растерялась.

Потертые джинсы, футболка-поло, куртка... И никакого пиджака. И галстука.

Если бы я не знала, кто передо мной стоит, приняла бы за нормального человека, который, вполне возможно, даже вписался в компанию моих друзей.

- Э-э-эм, добрый вечер. – на какой-то черт помахала рукой, когда босс подошел ко входу в квартиру.

- Да, вроде, здоровались. – с улыбкой ответил начальник.

- Ну да... - моментально стушевалась. – Вы, проходите...

- Обязательно, вы только проход освободите. – еще более широкая улыбка.

Да что ж со мной такое!

- Конечно.

И, сделав шаг в сторону, жестом опытного швейцара впустила босса в свое жилище.

Ладно, пусть и не без косяков, но первый этап вечера был позади. Мы встретились, все идет по плану. Это ведь хороший знак?

Ну, ради всего святого, скажите, что хороший!

Дальше я тоже все продумала. Провела шефа на кухню, усадила за стол и, молясь на согласие, предложила выпить вина.

Нет, напиваться до приезда в клуб в мои планы не входило, однако, имея опыт совместного ужина с инвесторами, я могла с уверенностью сказать, что после бокала вина диалог с Романом Георгиевичем клеился лучше.

Босс не отказался, и я сразу почувствовала себя уверенней. Наполнила бокалы любимым красным сухим и села напротив, после чего перешла к одной из сложнейших частей программы.

- И что мы будем делать? – поинтересовалась, коснувшись краем своего бокала края бокала шефа.

Перед тем, как ответить, Роман Георгиевич сделал глоток вина, на секунду прикрыл глаза, а потом удовлетворенно кивнул.

Он что, сомневался в моем вкусе?

Нужно было купить портвейн «Три топора», все время забываю, что начальник из тех людей, которые любят соответствовать ожиданиям.

- Для начала прекратите нервничать.

- Я не нервничаю, с чего вы взяли? – встала на защиту себя любимой.

- Тогда выпустите из рук салфетку. – усмехнулся шеф.

- Какую салфетку? – протянула заторможено, а затем опустила взгляд на ладони.

И правда салфетка. Точнее то, что когда-то было салфеткой, а теперь напоминает кучку мусора.

Пф-ф-ф-ф! Вообще не показатель волнения.

- Допустим. – все же, нехотя, согласилась и отодвинула кусочки бумаги подальше. – А теперь что?

И вновь небольшая пауза.

- Елизавета Дмитриевна, давайте постараемся сегодня обойтись без всей этой деловой мишуры.

- То есть?

- Хотя бы попробуем перейти «на ты». Сделаем вид, что я не ваш раздражающий начальник.

- А я не ваша раздражающая подчиненная?

- Я этого не говорил.

Понимая, что диалог вновь ведет не туда, перевела его в другое русло.

- Ясное дело, что мы с вами перейдем «на ты», странная пара выйдет, если мы будем обращаться друг к другу по имени и отчеству.

- Я не о том.

Последняя фраза босса заставила нахмуриться:

- А о чем?

- Прямо сейчас перестанем «выкать».

Ладно, признаю, в идее что-то было. Что-то безумно дурацкое (хотя, когда в последнее время у меня что-то было по-другому?), наверное, именно поэтому я пожала плечами и отсалютовала бокалом, давая шефу полный карт-бланш.

- Ладно.

- Хорошо. – босс удовлетворенно кивнул, ну, а дальше я едва не подавилась вином. – Меня Рома зовут.

Откашлявшись, восстановив дыхание, поборов позыв вызвать санитаров, ибо у моего начальника, кажется, начались провалы в памяти, нерешительно проговорила:

- Да мы знакомы, вроде.

- Егорова!

Ну вот, все вернулась на круги своя...

- А меня Лиза. – выдала желаемый шефом ответ, но в конце все-таки не сдержалась и добавила. – Теперь я, кажется, понимаю, почему вы не организовываете все эти тренинги.

- В смысле?

- Это было бы ужасно! Психолог из вас, ну-у-у... – ой, нет, не надо этих ужасающих взглядов. – Приятно познакомиться, Рома!

От осознания того, что я только что назвала босса Ромой, у меня не то, чтобы диссонанс возник, самый настоящий трындец в сознании образовался...

- Вот и отлично.

- Прекрасно.

- Лиза!

- Рома? – нет, это же невыносимо... - Да, блин, Роман Георгиевич, не могу я!

- Неужели тебе действительно так сложно?

Над этим вопросом задумалась и постаралась ответить честно.

- Нет. То есть, да. То есть... Да, блин, не знаю я... - еще один тяжелый вздох и глоток вина. – Я привыкла по-другому. Я на вас работаю!

- Хреновое у вас воображение тогда, Елизавета Дмитриевна.

А вот это обидно!

- Ошибаешься! – и, придав лицу демонстративнно надменное выражение, добавила. – Рома!

- Вот и славно. – улыбнулся босс. – Теперь можно и подумать над тем, как мы познакомились.

- Случайно. – мигом ответила я и, поймав взгляд босса, поспешила пояснить. – Ну, в каком-нибудь нейтральном месте. В кофейне, там... В магазине. Вы... Ты ходишь по магазинам?

- Приходится...

- Идеально!

- Ты пыталась вырвать у меня из рук последнюю пачку сосисок?

- Фу, как плохо! Последний пучок салата!

- Салата?

- Я, между прочим, несколько минувших месяцев променивала сериал на спортзал!

Возможно, моя реакция была чуточку агрессивной, потому что уже в следующую секунду Роман Ге... Рома развел руки и закивал, видимо, призывая меня замолчать.

- Да понял я. Салат – божественно. Любые крепкие отношения должны начинаться с салата.

- Безусловно!

- Прекрасно!

А дальше... Дальше все пошло именно так, как и должно было идти у гениального стратега. Ну, я ведь была гениальным стратегом? Ну, хоть чуточку?

И вот спустя несколько часов я уже рассказывала Эле (естественно, выдержав официальное представление Романа-Ромы всем друзьям) о том, как после милейшей сцены в супермаркете мы вдруг волею судьбы встретились в офисе.

- Ничего себе, а я и не думала, что у вас там нормальные люди есть. – одной фразой подруга пустила коту под хвост весь мой умопомрачительный  план.

- В смысле? – уточнил мой воображаемый парень.

- Ну... - Эля понизила голос до едва слышимого заговорщического шепота, и я бы могла понадеяться, что начальник попросту не услышит его из-за музыки, но я была бы не я, да и Рома...н Ге... все, молчу! Даже если предупреждающий пинок в бедро не возымел результата, то все пропало. – Просто я думала, что с вашим боссом выжить в компании очень сложно...

Ну, зашибись...

С опаской перевела взгляд на шефа и на всякий случай залпом допила оставшуюся в стакане «Маргариту». А вдруг это последнее, что я успею сделать в жизни?

- О да, он такой. – вопреки моим опасениям, заявил Рома с улыбкой.

Господи, да за то, что он не прикончил меня на месте, я готова была называть его Ромой до скончания веков!

- Угу... - пробубнила я, когда виновница торжества и представления повернулась ко мне в ожидании бурной, я полагаю, реакции.

- Ну, ладно. Развлекайтесь! Ром, знакомься со всеми получше. Лиз, я рада, что вы пришли! – сияя, проговорила именинница, после чего упорхала встречать следующих гостей, оставляя меня наедине с начальником.

- Очень сложно, значит?

- Вы же не будете убивать меня прямо на глазах у друзей?

Вместо ответа шеф в очередной раз растянул губы в улыбке (интересно, когда люди планируют убийство, они улыбаются?), после чего обнял за талию и подтолкнул в сторону столика.

Вот как бы сейчас мне очень хотелось верить в то, что молчание все же являлось знаком согласия.

Забыть о разговоре с Элей мне удалось буквально через пару минут. Друзья накинулись на нас с таким энтузиазмом, что думать о чем-то постороннем попросту не удавалось. Сложно держать в голове одновременно и нашу придуманную в компании с бутылкой вина ложь, и размышлять о возможности моей скоропостижной кончины.

Я смогла выдохнуть лишь тогда, когда кто-то умный (узнаю, кто именно, и расцелую) предложил пойти танцевать, благо, клуб, который Эля предпочла «Оазису», мог похвастаться хорошей музыкой и просторным танцполом.

Лично я, правда, рваться в пляс не спешила. Хоть и хотела, да. Ну, просто, знаете, оставлять шефа в компании друзей мне как-то не хотелось. Почему-то.

- Лиз, а ты чего не танцуешь? – не особо вовремя обнаружил мое присутствие за столом Элин муж.

- А?

- Лизка, пошли. – в поддержку супруга в тот же момент проговорила черт знает откуда вылезшая подруга.

Перед тем, как ответить... Нет, не так. Перед тем, как придумать, что ответить, с надеждой посмотрела на начальника.

Давай, босс, ты же у нас сегодня генератор идей!

- Потанцуй.

Чего?!

Изображая невообразимый прилив нежности, склонилась к воображаемому жениху и совсем тихо проговорила:

- Ты мне мстишь?

- А ты реально думаешь, что за пятнадцать минут я смогу все запороть?

Вместо ответа выпрямилась и заглянула мужчине в глаза. И действительно, этот человек успешно водит за нос инвесторов, что он...

Ладно, согласна, хреновый вышел пример.

Однако, несмотря на это, кивнула и, приняв Элину руку, направилась вслед за подругой на танцпол.

Я любила танцевать, я умела танцевать и, блин, я хотела танцевать!

Это какая-то невообразимая свобода, возможность выплеснуть эмоции, снять напряжение.

Жаль, что она так быстро закончилась.

Ритмичная музыка сменилась медленной, и я поспешила вернуться за столик. К счастью, подруги последовали моему примеру, и я уже начала мысленно отмечать победу. Наш маленький обман, кажется, прошел все круги ада.

К несчастью, я ошиблась. Опять.

Об этом вселенная сообщила мне Анькиным голосом:

- Мальчики-и-и, неужели не потанцуете с нами? Ми-и-иш!

- Конечно. – Анин муж дураком не был, с первого раза понимал, что с супругой, в которой плещется бутылка шампанского, спорить не стоит.

Вот только, когда я с чувством выполненного долга уже решила плюхнуться на диванчик, случилось то, что в я уже забыла считать, какой рах, нарушило мои планы. Вместе с мужьями подруг на ноги поднялся и мой начальник.

Интересно, если я ловким движением отправлю его назад в сидячее положение, это сойдет за внезапный припадок любви?

Пока я рассуждала над дальнейшими выгодными мне вариантами развития событий, босс взял меня за руку и следом за остальными подругами потащил назад на танцпол.

Идиллия, мать ее!

- Что ты творишь? – прошипела сквозь зубы, когда шеф развернул меня лицом к себе и положил ладонь на талию.

- Стараюсь не отбиваться от коллектива.

Вздохнув, оценила этот самый коллектив. Аня сверлит нас взглядом, Эля... Эля тоже сверлит нас взглядом.

Ну, зашибись!

Вновь посмотрев на босса, кивнула. Ладно, из него секретный агент выходил получше.

- Отлично. – все же проговорила я, устраивая руки на плечах мужчины. Ощущения, прямо скажу, странные.

- Расслабься.

Кажется, где-то я этот призыв я сегодня уже слышала. И, кажется, в прошлый раз он помог.

Ла-а-а-адно... Это ведь так просто выбросить из головы... Все!

Отпустить себя, выпрямить спину, почувствовать музыку. Ощутить, как сильная мужская ладонь плавно скользит по моей спине, притягивая чуть ближе.

Главное – не волноваться. Отключиться от реальности, позволить себе просто не напрягаться.

Поднять взгляд, который несколько секунд назад растеряно опустила и заглянуть в карие глаза. Такие знакомые, но сейчас в свете сотен мерцающих огоньков такие интеоесные, непривычные, совершенно другие.

А потом на мгновение растеряться, потому что сфокусироваться на глазах все сложнее, ведь расстояние между нашими лицами становится меньше и меньше, до тех пор, пока чужие губы не касаются моих.


Абсолютно странно, но это нелогичное, неправильное решение не вызывает у меня желания вырваться.

Рома целует медленно, словно исследуя, наверное, позволяя оттолкнуть, только вот я этого не делаю.

Нерешительно поднимаю ладонь, чтобы пропустить сквозь пальцы его волосы. Я тоже пробую, стараюсь уловить что-то, хотя совершенно не отдаю себе отчета в том, что именно. Я обязательно разберусь в этом позже, а пока...

Пока я отвечаю на поцелуй. Не спеша, запоминая каждое мгновение, каждое движение. Второй ладонью провожу по плечам, обвиваю шею, решаю, что это не так интересно и вновь возвращаюсь к плечам, кончиками пальцев касаюсь скул.

И запоминаю, запоминаю.

Чувствую, что он улыбается, когда я едва заметно вздрагиваю, ощутив легкий укус, и не могу сдержаться, отвечаю улыбкой, а потом вновь подставляю губы под поцелуй, не задумываясь, не анализируя.

Я не знаю, как назвать это состояние, как его охарактеризовать и логически объяснить. Знаю лишь то, что оно закончилось ровно тогда, когда одна мелодия сменилась другой, и примерно в этот же момент зазвонил телефон босса.

Мы снова были самими собой. Я думала, как бы побыстрее провалиться сквозь землю, а он серьезным взглядом смотрел на экран мобильника.

- Я на минуту.

Спорить не стала. Кивнула, заторможено проследила за тем, как босс уходит с танцпола, наверняка, ища более тихое место, и поплелась к столику.

Не знаю, сколько времени прошло, когда начальник вернулся. Сложно размышлять о чем-то, когда в голове вакуум.

- Прости, мне уехать нужно. Прямо сейчас. – каким-то непривычным извиняющимся голосом проговорил шеф, подойдя ко мне.

- Проблемы? – на автомате.

- Разберусь. – улыбнулся в ответ. – Ты же придумаешь, как объяснить мой поспешный отъезд?

- Думаю, после всего увиденного объяснения уже не понадобятся.

Договорив фразу, заглянула боссу в глаза и на секунду забыла, как следует дышать. Вновь что-то новое, какая-то нерешительность или...

Все же решительность, потому что уже в следующую секунду шеф коротко меня поцеловал. Практически невесомо, едва коснувшись губ, после чего развернулся и зашагал в сторону выхода, оставив меня стоять возле столика и глупо моргать.

Нет, все же должен быть какой-то закон, обязующий начальников, играющих роль женихов, объясняться, когда они вот так вот просто целуют вдруг своих подчиненных! Обязан быть!

Нельзя, недопустимо в таких случаях брать и испаряться аосле случившегося!

Ну, хоть какое-то объяснение быть должно?!

- Да-а-а-а, Лизка. – голос Ани заставил вынырнуть из водоворота бессвязных мыслей.

- А?

- Я как-то сперва даже не поверила про парня, но вы... - подруга многозначительно поиграла бровями.

- Что мы?

- Мишка сказал, что ему даже за мужиков на танцполе страшно стало, так твой Рома смотрел на тебя, пока мы танцевали!

- Да? – не до конца понимая, о чем вообще речь, спросила я, так и не отведя взгляд от дверей, за которыми скрылся шеф.

- В общем, вы это... Держитесь друг за друга там. – и снова Анин голос.

А я в ответ... Да что в ответ.

Я просто взяла со столика свой бокал и выпила все его содержимое.

А что еще оставалось сделать?!

Глава 11

Интересно, если два дня подряд не хочется просыпаться с утра, это уже можно считать плохим знаком? Я не знаю, депрессией какой-нибудь, может?

Я могла бы списать все свои беды на похмелье, однако, увы, его попросту не было. И да, сегодня это на самом деле «увы.»

Я действительно с радостью бы провалялась в кровати весь день, удачно пользуясь тем, что голова отказывается работать, однако, вопреки ожиданием, сознание было четким и ясным. А в мозгах на переднем плане, подобно яркому транспаранту, маячила одна единственная мысль.

Я в заднице!

Без всяких смягчающих слов неуверенности вроде «возможно, я в заднице», «вероятно, я в заднице», «кажется, я в заднице».

Не-е-е-ет!

Я абсолютно, совершенно точно, стопудово в во-о-о-о-о-о-от такой огромной заднице.

И, кстати, варианта, что она просто возьмет и исчезнет сама собой тоже не наблюдалось.

А это значит, что нужно как-то выкарабкиваться самостоятельно.

Сделав кофе, вернулась в кровать и, окуклившись в одеяле, принялась думать.

Вчерашний поцелуй с Ромой (да у меня теперь даже язык не поворачивается назвать его Романом Георгиевичем, и это еще одна проблема), он... Он, ну-у-у-у...

Да, исчерпывающе!

Начальнику абсолютно не обязательно было меня целовать, с головой хватило бы танца и пары улыбочек. К тому времени, как мы добрались до танцпола, главные эксперты по вопросам моей личной жизни прибывали уже в таком состоянии, что достаточно было просто придерживаться намеченного курса, не переходя границы.

А мы их перешли.

И самое печальное в том, что мне понравилось переходить эти самые границы.

От стыда перед самой собой тихо застонала и, отставив чашку, спрятала голову в одеяло. Сомнительный способ борьбы с трудностями, знаю.

Не сумев сдержаться, не открывая глаза, в очередной раз за утро нырнула в воспоминания, вновь прокручивая произошедшее на Элином дне рождения.

Полное затмение разума, совершенная неправильность действий, но, черт возьми, как же...

От осознания собственных мыслей замотала головой, но так и не смогла избавиться от остатка фраза, тихо прошептав:

- ...мне понравилось.

Я отдавала себе отчет в том, что на празднике меня целовал начальник. Совершенно невыносимый человек, который несколько месяцев подряд совершенно заслуженно меня раздражал.

Но как же он меня целовал! Или я его... Если честно, в процессе я уже успела запутаться, кому это нужно было больше...

А еще... Еще в клубе я напрочь позабыла об Игоре.

Зато теперь вспомнила. Вспомнила и в очередной раз застонала. Кажется, подобное выражение эмоций становится сегодняшним утром самым популярным и доступным.

От идеи придушить себя подушкой уберег пиликнувший телефон. Разблокировав экран, ткнула пальцем на мигающую иконку нового сообщения.

И все же нужно было придушить себя.

«Надеюсь, ты не успела заскучать?)»

Что ты Игорь, какая скука...

Следующая фраза не заставила себя долго ждать.

«Должен же хоть кто-то из нас двоих провести выходные достойно.»

Вздохнув, набрала ответ:

«Поставщики отказываются играть в «Твистер» на коньяк?»

«Сомневаюсь, что они вообще знают такое слово(«

«Коньяк?»

Улыбаться, набирая ответы, никак не получалось. Наоборот, с каждой новой фразой я чувствовала себя все хуже. Осознание собственной двуличности, если честно, фиговенькое ощущение...

На следующем сообщении я подвисла. Перечитала его трижды, но так и не въехала в суть. Только на четвертом разе до меня дошло, что окно переписки пустое, а имя отправителя другое.

Роман, чтоб его, Георгиевич.

«Мне действительно жаль, что вчера пришлось так внезапно уехать.»

Отвечать не стала. Вместо этого, что бы вы думали? Да-да... Уткнулась лицом в подушку и застонала.

Вновь принять сидячее положение удалось минут через десять. Первым делом я выключила мобильник, естественно, не читая пришедшие за это время сообщения, затем допила уже остывший кофе, а потом и вовсе переместилась за стол.

Иногда для того, чтобы сосредоточиться, мне помогало принятие какой-нибудь неудобной официально-деловой позы. Как будто вместе с ней и в мозгах воцарялся порядок.

Вот только не на этот раз.

В голове по-прежнему был кисель из противоречивых мыслей и чувств. Тараканы, обитавшие в черепной коробке на постоянной основе, и вовсе устраивали бунт. Мысль, в правильности которой они сходились единогласно, была лишь одна.

Необходимо рассказать правду.

Вот только я еще не успела сообразить, какую именно.

Встретиться с Игорем и сообщить, что я чисто случайно имела неосторожность поцеловаться с его братом? Шла-шла, споткнулась и упала прямо на Ромины губы.

Или рассказать шефу, что на самом-то деле я, вроде как, встречаюсь с лжебарменом, а до этого времени просто не выдавалось подходящего момента, чтобы оповестить его об этом?

Не знаю, какой из двух вариантов звучал бредовый. Возможно, нужно брать сразу два, чтобы наверняка.

На свои места все поставило сообщение от Игоря, которое высветилось на экране, когда перед тем, как лечь спать, я включила телефон.

«Прилетаю завтра вечером. Увидимся?»

Конечно увидимся. Если к этому моменту я еще буду жива. Потому что поговорить с боссом я теперь собиралась с утра. Во что бы то ни стало.

Энтузиазма с приходом на работу поубавилось, однако сдаваться я не собиралась. Правда, мысль о том, что нужно, в конце концов, заканчивать врать, приходилось повторять себе гораздо чаще, чем того бы хотелось.

Но кроме этой мелочи пока поводов для беспокойства не было. Все шло по плану. План – это вообще главное. Кофе, тосты, улыбка. Отлично!

К двери я, правда, подойти смогла лишь на пятом круге, ну и что с того? Я просто настраивалась на правильный лад, чтобы в итоге потянуть за ручку и... И понять, что кабинет закрыт.

Немного удивившись, постучала.

А в ответ тишина.

Пожав плечами, поставила чашку и тарелку на свой стол, после чего взяла в руки телефон, экран которого светился.

«Я задержусь.»

На всякий случай посмотрела на отправителя. Роман Георгиевич.

Вот и славно, как раз успею повторить речь.

Раз так сто. Или двести. Или тысячу.

- О, Лиза, привет. – голос заставил выпрыгнуть из собственного внутреннего мира, в котором я в миллионный раз проговаривала сложносочиненные и сложноподчинённые для босса, и посмотреть на часы.

Половина первого.

- Полина Анатольевна? - с удивлением взглянула на загорелую невесту шефа.

- А я тебе тут сладости привезла. – выудив из сумки очередную коробочку, которая была так похожа на предыдущие, проговорила девушка.

Разница была лишь в том, что впервые за все время нашего знакомства мне захотелось лично накормить ее этими сладостями. С особым усердием.

Или, например, того, чтобы она взяла и уже, наконец, не вернулась из своего очередного путешествия.

Так, Лиза, фу! Нельзя!

Испугавшись собственных мыслей, поспешила продолжить диалог.

- Спасибо. – приняла коробку с улыбкой, успев прочитать название страны на упаковке.

Таиланд. Вот и сидела бы там!

Тс-с-с-с-с...

- У себя? – поинтересовалась Полина, кинув взгляд на дверь кабинета шефа.

- Нет, не приезжал еще с утра. – отчеканила.

- Странно, разминулись, что ли... - задумчиво протянула девушка в ответ.

- А вы сами из аэропорта добрались, почему не сообщили, что машину заказать нужно?

- А? – настоящая девушка шефа посмотрела на меня, а потом достала из сумки мобильник и уткнулась взглядом в экран. Продолжить беседу она решила лишь тогда, когда приложила телефон к уху. – Так я еще в ночь на воскресенье прилетела.

Бам! Мне показалось, или внутри что-то действительно рухнуло?

- В ночь на воскресенье? – повторила эхом.

- Ага, очень неудобный рейс... В последний момент билеты взяла. – пожаловалась девушка, а уже в следующее мгновение выражение ее лица изменилось. Стало недовольным и капризным. – Ром, ты где? – небольшая пауза. – А, хорошо. Я сейчас подъеду. Закажи мне пока... М-м-м... Пасту. С морепродуктами.

И, махнув мне на прощанье, Полина Анатольевна вышла из приемной.

* * *

Так, спокойствие!

Ведь сейчас стало проще? О да, значительно проще.

Только вот убивать почему-то так охота!

Стоп! Лиза! Угомониться... Главное угомониться.

Почему я, собственно, вообще бешусь?!

Я отлична знала о том, что у Романа Георгиевича есть девушка, прекрасно понимала, что рано или поздно она вернется. А еще у меня есть Игорь! И на начальника мне пофиг!

Вот вообще пофиг! Абсолютно! Совершенно!

Повторив себе об этом еще с десяток раз, подвинула ближе тарелочку с тостами и чашку с кофе. Хоть позавтракаю. А шеф пусть своей пастой с морепродуктами давится.

И пусть ее пересолят еще! Да, пересолят. И переперчат.

Да что ж такое, почему меня снова несет не туда?!

Со злостью вгрызлась в тост и начала его жевать. В принципе, я даже понимаю, почему Роман Георгиевич их так любит, действительно вкусно. Надо завтра и их пересолить.

И кофе, да, точно, кофе тоже надо.

К тому моменту, когда я практически смогла успокоиться и перестать придумывать варианты маленьких шалостей, которые могут разнообразить жизнь начальника, сделать ее более насыщенной и интересной, пискнул телефон.

Не ожидая подвоха, взяла мобильник в руку и прочитала новое сообщение.

«Не успею приехать сегодня. Если хочешь – иди домой»

Быстро сообразив, что фраза для Игоря весьма странная, посмотрела на отправителя.

Какая соль? Какой перец? Лучше яд! И побольше, побольше, чтобы наверняка.

А потом стало как-то... Грустно? Обидно?

Я не знаю, как точно охарактеризовать это чувство, откуда оно взялось, и почему на душе внезапно стало так гадко.

Просто... Я просто не понимала, зачем так делать? Пусть этот поцелуй был показательным выступлением, ладно, я готова на это согласиться, даже понять почти готова, но зачем писать? Зачем хотя бы сейчас присылать свое дебильное сообщение?! Неужели так сложно просто вовремя остановиться, перестать играть?

В знак никому ненужного и совершенно бессмысленного протеста я решила остаться на рабочем месте до конца дня. Мне не нужны какие-то жалкие подачки от абсолютно неприятного мне человека, тем более, что Игорь обещал забрать меня из офиса.

Встречи с ним я ждала, поэтому, когда мобильник зазвонил через пару минут после того, как официально закончился мой рабочий день, я просияла.

Я действительно соскучилась по лжебармену, чтобы это понять, достаточно было просто посмотреть на него. Все было правильно! Правильно, потому что Игорь мне действительно нравился, а Рома...

К черту Рому!

От такого уверенного внутреннего посыла босса в нужную сторону настроение скакнуло на несколько делений вверх. Теперь я сидела, смотрела на Игоря, который, сосредоточившись на дороге, выруливал с парковки бизнес-центра, и улыбалась. Ну, примерно до того момента, как мужчина спросил:

- Как выходные провела? Есть, чем похвастаться?

Перед тем, как ответить, вздохнула.

Ну соберись же ты, тряпочка... Мягкая такая, махровая...

- Не то, чтобы похвастаться...

- Магазин обнесла, что ли? – предположил Игорь.

- А что, похоже? – спросила с сомнением.

- Не особо, просто предположил. Банк?

- Не-а. В общем, тут такое дело...

- Убила кого-то? -  с притворным ужасом проговорил лжебармен, и я усмехнулась.

- Хуже. – снова вздохнула. – В общем, у моей подруги, чрезвычайно обеспокоенной вопросами моей личной жизни, в субботу был день рождения.

- И? – видимо, пока не въезжая в суть повествования, уточнил Игорь.

- И я была там с Ромой Георгиевичем. – выпалила и зажмурилась.

А Игорь... Игорь засмеялся, когда остановил автомобиль на светофоре.

- Да ладно?

- В общем, мы напоролись на одну из моих подруг, когда вовсю изображали любовь перед инвесторами. - призналась, застыдившись.

- И как Ромка? Вынес испытание твоими друзьями?

Я подняла взгляд и посмотрела на Игоря. Смущение куда-то ушло, уступив место раздражению. Второй раз. Второй раз я жду другую реакцию, а получаю лишь улыбку и удивление. Внезапно даже захотелось треснуть лжебармена.

Я, наверное, пару минут смотрела на мужчину, который уже успел отвернуться и теперь вновь смотрел на дорогу, а в голове все это время крутился элементарный призыв – «Скажи! Скажи! Скажи!»

Очень простая фраза.

«Рома меня поцеловал.»

А я молчала.

- Куда поедем? – голос Игоря заставил вернуться в реальность.

- Что?

- Поедем куда? – мужчина с легкой улыбкой повторил вопрос.

- А... Не знаю... Хотя... - голова вдруг закружилась от осознания того, что я хочу сделать. Да, наши отношения, если их вообще можно таким словом назвать, были далеки от эталона серьезности, но что мешало перевести их на новый уровень? Сделать то, что можно было сделать гораздо раньше? – Поехали к тебе?

Многозначительно улыбнувшись, посмотрела на лжебармена и для того, чтобы обозначить серьезность намерений нагнулась ближе, провела кончиками пальцев по его предплечью и затормозила в районе воротника рубашки, коснувшись кожи в районе шеи.

Я даже представить не могу (и не хочу), как это смотрелось со стороны, наверное, нужно было радоваться тому, что Игорь просто на ходу не выпрыгнул из машины. И не закричал, и экзорциста не вызвал.

Вместо этого мужчина окинул меня оценивающим взглядом, удивленно вскинул бровь и спросил:

- Уверена?

А я... А я уже ни в чем не была уверена. Весь напор и решительность куда-то улетучились примерно так же стремительно, как и возникли, и вот я уже глупо моргала, испытывая смесь стыда и отвращения к себе.

- Нет. – буркнула честно и отвернулась к окну. Хотя бы в этот раз честно.

- Так чего ты все-таки хочешь? – Игорь, кажется, пропустил мои муки совести мимо ушей, его голос по-прежнему был пропитан позитивом.

- Напои меня, а? У тебя так хорошо это получается...

* * *

К счастью, на втором бокале вина во мне проснулось что-то отдаленно напоминавшее благоразумие. Желание напиваться поутихло, и я поспешила воспользоваться этим состоянием, пока в голову не пришла очередная бредовая идея.

- Отвезешь меня домой? – спросила у Игоря.

- Конечно.

- Прости... - протянула, даже не пытаясь скрыть тоску в голосе, настроение по-прежнему было паршивым.

- Может, расскажешь, что с тобой происходит? – не настаивая, наверное, больше из вежливости, но, несмотря на это, искренне поинтересовался лжебармен.

Отвечать я не торопилась, да и нечего отвечать было.

У меня почему-то крышу сносит, но я понятия не имею, почему? Хреновенький вариант...

Твой брат оказался редкостным придурком? Тоже так себе...

- Не знаю. Не выспалась, наверное.

Как я и предполагала, Игорь не стал терроризировать меня дальнейшими расспросами. Кивнул, поманил ладонью официантку, рассчитался, набросил мне на плечи пальто и, взяв за руку, повел к машине.

Вот и посидели...

Мое настроение к утру не слишком-то и улучшилось, хотя, если быть честной, я надеялась на то, что оно чудесным образом станет сказочно-прекрасным, но что-то опять пошло не так.

Ко всем тоскливым симптомам вчерашнего дня добавился еще один – недосып. Как я ни пыталась, вырубиться раньше трех часов ночи не удалось. В голову лезли дурацкие мысли, обрывки воспоминаний, пару раз даже раздались эмоциональные крики о том, какая же я все-таки дура, что умудрилась так вляпаться.

Для того, чтобы хоть как-то улучшить свое состояние, я пришла к выводу, что нужно найти крайнего. Знаете, всегда становится проще, когда есть, кого обвинить во всех бедах.

Винить я, естественно, решила Романа Георгиевича, кого же еще.

Вы бы видели, сколько презрения было в моем взгляде, когда я, вооружившись чашкой с кофе и тарелочкой с тостами, пнула дверь кабинета начальника. Жаль, правда, что она не поддалась. Босс вновь решил, что посещать офис с утра ему совершенно не обязательно.

Конечно, провести пару лишних часов с Полиной же гораздо интересней!

Фыркнув, вернулась за свой стол, жалея, что сперва посыпала тосты перцем чили и лишь потом додумалась проверить, на месте ли начальник. Так бы хоть позавтракала...

Пришлось довольствоваться кофе. Кофе и порция утренней ненависти, что может быть лучше?

К часу дня я успела обвинить Романа Георгиевича практически во всех смертных грехах, поэтому, когда он появился в приемной, я даже удивилась, что не засверкали молнии и не заиграл похоронный марш.

Вместо всех этих прибамбасов, полагавшихся представителю ада, компанию начальнику составляли инвесторы, переводчик и Георгий Максимович. На самом-то дели факт наличия в приемной других людей меня огорчил, я так старательно готовилась к нашей встрече, чего уж там, даже пару раз репетировала перед зеркалом полный холодной ненависти взгляд, а теперь, вопреки ожиданиям, мне приходилось просто улыбаться.

- Добрый день. – поднявшись со своего места, проговорила я.

Мужчины отреагировали практически синхронно. Тоже репетировали, что ли?

Заговорили, закивали. Ужас, сколько радости, больше было похоже, что у нас тут встреча старых друзей после долгой разлуки, а не деловое приветствие.

Пробежавшись по всем собравшимся взглядом, остановила его на боссе. Стоит себе, улыбается, смотрит внимательно. Так бы и треснула, честное слово.

- Чай? Кофе? – поинтересовалась учтиво.

Несколько секунд ушло у мужчин на то, чтобы сделать выбор, после чего вся компания, рассыпавшись предварительно в любезностях, скрылась в кабинете шефа.

В следующий раз инвесторы показались в приемной примерно через час. И вновь настоящий фестиваль вежливости.

Отлично, оставалось лишь дождаться отъезда Георгия Максимовича, и можно было переставать играть в благородную девицу.

Однако моим планам вновь было не суждено сбыться. Вместо того, чтобы выйти в приемную, отец босса связался со мной через переговорное устройство и попросил зайти в кабинет. Выбора не было, пожав плечами, поднялась на ноги и зашагала в нужную сторону.

- Лизонька. – просиял Георгий Максимович, едва заметив меня на пороге.

Что-то я пропустила тот момент, когда мы успели перейти на такой уровень близости.

- Здравствуйте еще раз. – скромно улыбнулась и подошла к столу, за которым сидели отец и сын.

- А я как раз рассказывал Роме о том, что планирую завтра устроить небольшой семейный обед, и было бы прекрасно, если бы вы его посетили. Как ты на это смотришь?

Понимая, что в этой ситуации стоит все же узнать мнение шефа, нехотя повернулась к нему. Нет, все же во мне было слишком много человечности, зачем я вообще сейчас интересовалась его мнением? Нужно было просто сказать что-то вроде «Вообще-то, Георгий Максимович, мы с вашим сыном не встречаемся, и, если уж на то пошло, я считаю его мерзким и гадким человеком. Очень мерзким и очень гадким!».


Однако вместо этого я смотрела на начальника и видела, как он едва заметно кивает.

- Прекрасно смотрю. – ненавидя себя, ответила с улыбкой.

- Вот и отлично. – просиял папа босса. – Будут только самые близкие. Мы с женой, вы с Ромой и Игорь, мой второй сын. Вы с ним знакомы?

Понимая, что ноги отчаянно желают подкоситься, схватилась пальцами за спинку ближайшего стула и лишь потом кивнула.

- Знакомы.


Глава 12

Фраза о том, что на семейном обеде будет присутствовать еще и Игорь, основательно выбила меня из колеи. Как-то не до репетиции презрительных взглядов стало, поэтому я на самом деле обрадовалась, когда Роман Георгиевич спустя полчаса покинул офис вместе с отцом, предварительно сообщив, что завтра выходить на работу мне не обязательно.

Радовалась, правда, недолго. Выждав контрольные пятнадцать минут, достала мобильник и написала Игорю.

«Ты завтра собираешься к родителям?»

Ответ пришел практически сразу, и я не сказала бы, что он меня удовлетворил.

«Собираюсь. А что?»

Нет, не подумайте, дело не в том, что я не хотела видеть лжебармена, просто слабо представляла себе то, как будет проходить это милое семейное мероприятие. Я, конечно, не сомневалась в актерских способностях братьев Ветровых и не верила в то, что Игорь решит подставить Романа Георгиевича перед родителями. А вот в своих способностях я, если честно, уверена не была. Одно дело – полчаса улыбок в офисе, обед в кругу семьи – это уже совсем другое.

Так как ситуация уже сложилась хуже не бывает, решила ради разнообразия быть максимально честной.

«Георгий Максимович пригласил и меня тоже.»

«В качестве невесты Ромы, как я понимаю?»

На последней фразе я затормозила. За несколько секунд я смогла прочитать ее примерно с пятью кардинально различающимися интонациями от наглой усмешки до раздражения и теперь не понимала, как ответить.

«Да.»

Ну, а что, чем лаконичней, тем меньше шансов нарваться на неприятности.

«Понятно.»

И снова куча интонаций...

Следующий ответ тоже не клеился. Первой идеей было предложить Игорю вообще не приезжать, но в итоге до меня все-таки дошло, что эта мысль, откровенно говоря, так себе. «Это, конечно, твои родители, но ты посиди-ка лучше дома, мне так спокойней будет))». М-да... Блестящий пресс-секретарь из меня бы вряд ли вышел.

«Игорь, это вообще нормально?»

«Что именно?»

«Тот цирк, который мы устраиваем.»

«Ну, он же не будет длиться вечно, скоро инвесторы уедут, и все вернется на свои места. Ты продолжишь ненавидеть Рому, а нам с тобой можно будет перестать шифроваться. Сомневаюсь, что папу слишком удивит подобная рокировка)»

От этого сообщения лжебармена стало еще тоскливей, а от следующего я и вовсе растерялась.

«Все ведь вернется на свои места?»

Слишком неоднозначный вопрос, ответ на который я не смогла дать сразу.

А потом вдруг настроение стремительно изменилось, как будто кто-то переключателем щелкнул, честное слово. А почему это что-то должно измениться, перестать быть, как раньше? Откуда вообще эти глупые сомнения?

«Конечно!»

Я всего лишь выполняю то, что обещала и получаю за это деньги, а то, как Роман Георгиевич будет разгребать созданные им самим проблемы, меня точно волновать не должно.

Абсолютно!

Утро следующего дня принесло мне еще одну радостную весть – шеф не мог забрать меня из дома, задерживался на производстве, поэтому обещал прислать водителя. Вот и отлично. Если сократить наше общение до минимума и ограничить его лишь необходимыми встречами, то дождаться отъезда немцев будет совсем просто.

Хотя, конечно, волнение присутствовало, чего уж скрывать. Но идиотские сообщения Игоря, конечно, подбадривали.

«Мама очень любит пытать наших новых девушек. Ну, иглы под ногти, электрический стул. В общем, ты понимаешь)»

Или же вот:

«А вот отец предпочитает каленое железо)»

Короче, неиссякаемый кладезь мотивации!

Так что, в принципе, совершенно нормальным было то, что к тому моменту, когда служебный автомобиль «Сигма Шуз» остановился на гравийной дорожке перед внушительных размеров загородным домом, я готова была готова начать грызть ногти. И пальцы. И кисти. Полагаю, что я вполне могла бы дойти до локтей, если бы дверца не открылась, и я не увидела перед собой начальника, протягивающего руку, желая помочь выбраться из салона.

Еще вчера я бы, наверняка, фыркнула и, игнорируя ладонь, вышла на улицу самостоятельно. Вчера, но не сегодня. Сегодня, естественно, улыбнувшись, приняла помощь, и, как оказалось, весьма не зря.

На крыльце, накинув пальто, стояла Георгий Максимович.

Ну вот, все плюсы рационального мышления на лицо.

С его супругой я познакомилась через несколько минут. Приятная женщина, представившаяся Анной Павловной, встретила нас в столовой и сразу же поспешила меня обнять.

Интересно, шеф и лжебармен точно ее сыновья? Что-то за ними такой тяги к нежности я не приметила.

Последним появился Игорь. Он приехал практически сразу после того, как мы сели за стол. Пожал руку отцу, поцеловал мать, кивнул Роману Георгиевичу и улыбнулся мне. Абсолютно нейтрально улыбнулся, я даже с облегчением выдохнула. Кажется, уничтожать жизнь брата, да и мою до кучи, в его планы сегодня не входило.

Однако почувствовать себя в своей тарелке мне все же не удалось, даже несмотря на то, что разговоры были легкими, а узнавать подробности нашей личной жизни никто не стремился. Родители братьев, если честно, производили впечатление хороших людей, и от этого обманывать их было вдвойне противно. А если добавить к этому еще взгляды Игоря и несколько попыток начальника накрыть мою ладонь своей, ситуация получалась совсем тоскливая.

Именно поэтому примерно через час после начала застолья я решила освежиться. Отправилась в уборную, раз пятьдесят повторила себе о том, что вру я во благо погашения ипотеки, а затем коснулась щек, которые горели, ладонями, смоченными ледяной водой.

После всех этих манипуляций я была практически готова вернуться, поэтому, не ожидая подвоха, смело толкнула дверь, ведущую в коридор, однако уже в следующее мгновение злобно ругнулась, едва не напоровшись на шефа.

- Вы меня напугали! – восстановив дыхание, проговорила, пытаясь выйти из уборной и отойти от начальника на безопасное расстояние.

- Что случилось? – шеф выставил руку, прижав ладонь к стене, тем самым преграждая мне путь.

Интересно, о чем это он сейчас? Хотя... Какая разница.

- Все в порядке, Роман Георгиевич. – отчеканила деловым тоном и освободилась от столь нежеланного плена, опустив руку шефа своей.

Мужчина спорить не стал, молча смотрел на мои действия. Заговорил лишь тогда, когда я отошла на несколько шагов, вернув себе личное пространство.

- Мне показалось, что мы уже договорились перестать «выкать».

Сделав глубокий вдох, подняла голову и смело посмотрела начальнику в глаза.

- Вам показалось. У нас был уговор на один вечер, который прошел практически так, как и должен был. Спасибо за помощь, за то, что потратили время, друзья поверили.

- Лиза... - босс сделал шаг навстречу, но я мотнула головой, и он остановился.

- Роман Георгиевич, пожалуйста, прекратите. Нам совершенно незачем изображать какие-либо неформальные отношения, когда этого никто не видит. Я помогаю вам, вы помогли мне. Условия мы уже неоднократно обсуждали. В остальное время мы можем вести себя, как раньше.

Шеф хотел сказать еще что-то, даже рот открыл, однако голос, раздавшийся с противоположного конца коридора, заставил его изменить планы.

- А, вот вы где. – Игорь поравнялся со мной, улыбнулся и продолжил. – Решили, что самые умные? Я не подписывался в одиночку развлекать родителей.

Договорив фразу, лжебармен вдруг стал серьезным. Посмотрел внимательно сперва на босса, потом на меня, а затем спросил:

- Что-то случилось?

Какой популярный сегодня вопрос!

Случилось! Поражает, правда, что никто кроме меня этого не понимает.

- Все в порядке. – на этот раз отвечает Роман Георгиевич.

Игорю потребовалось еще несколько секунд на то, чтобы сделать какие-то свои выводы, после чего лжебармен, наконец, кивнул. А потом произошло то, чего я совсем не ожидала.

Брат шефа просто взял и обнял меня за талию, притянув ближе, коротко поцеловал в висок, а затем, как ни в чем не бывало, уже с улыбкой, спросил:

- Ну что, готовы к следующему акту представления?

От взгляда Романа Георгиевича мне захотелось провалиться сквозь землю. В нем промелькнуло секундное непонимание, после чего он стал холодным. Настолько холодным, что, клянусь, мне даже на пару мгновений показалось, что мы перенеслись в морозилку.

Конечно, он все понял, босс был достаточно умным человеком, чтобы быстро сообразить – Игорь обнимает меня отнюдь не оттого, что просто рад встрече с девушкой брата.

- Вы вместе. – не отводя от меня взгляда, утвердительно босс. Не спросил, именно утвердил.

- Есть немного. – с ухмылкой подтвердил сей факт лжебармен.

- Ну да, - вот тут уже небольшая задумчивость. – Стоило догадаться.

Роман Георгиевич по-прежнему смотрел в упор, и я успела даже на пару секунд растеряться, подумать о том, что можно отвести взгляд, однако не сделала этого. Наоборот, натянула улыбку.

Почему именно я должна испытывать неловкость и страдать?

Не-е-ет, так дело не пойдет. Все, наконец-то, начинает вставать на свои места. Босс узнал о наших отношениях с Игорем, а, значит, только что лжи в моей жизни стало немного меньше.

И вообще, с какого перепугу шеф смотрит на меня так, как будто я внезапно решила подарить ему еще один аквариум с милейшими рыбками? У него вообще-то Полина есть!

- Ну что, идем? Родители, наверное, уже панику наводят. – нарушил тишину Игорь, после чего убрал руку с моей талии, отошел на пару шагов и изобразил какое-то подобие поклона, видимо, давая понять, что мы можем продолжить изображать тех, кем не являемся.

Вернувшись в столовую, я сразу заподозрила неладное. Во-первых, лицо Георгия Максимовича стало таким, как будто ему только что сообщили о надвигающемся совершенно неизбежном конце света. Во-вторых, появились еще два комплекта посуды. У меня с соображаловкой сегодня, конечно, было туго, но могу поклясться, еще несколько минут назад их там не стояло.

- Мы еще кого-то ждем? – наблюдательностью отличалась не только я, но и лжебармен.

- Бинго. – фыркнул Георгий Максимович. – Семейное застолье плавно перерастает в шабаш ведьм.

- Жора! – Анна Павловна все-таки не выдержала и, поняв, что ее устрашающие взгляды, направленные в сторону мужа, не работают, решила перейти к классическому общению.

- Ты не согласна? – абсолютно невозмутимый вопрос главы семейства.

От дальнейших споров его супруга воздержалась, видимо, отлично знала, что это попросту не имеет смысла. Я же в свою очередь успела подметить, что теперь, кажется, догадываюсь, в кого братья пошли характером.

- Лиза, - тон Анны Павловны моментально смягчился. – Помоги мне, пожалуйста, на кухне, я забыла бокалы.

- Конечно. – кивнула и пошла следом за женщиной, отлично понимая, что бокалы были всего лишь предлогом.

И я не ошиблась, едва войдя на кухню, мама Игоря и Романа Георгиевича тяжело вздохнула.

- Очень неприятная ситуация получается... - задумчиво протянула она.

Ну, кажется, настало мое время произнести эту фразу.

- Что-то случилось?

Анна Павловна повернулась ко мне лицом, заглянула в глаза и немного неуверенно кивнула.

- У нас будет еще пара гостей, которым я просто не могла отказать. Конечно, мы их не приглашали, но есть у них такая склонность к внезапным визитам. Раньше это никогда не доставляло дискомфорта, однако сейчас... - к концу последнего предложения тон этой милой женщины стал настолько извиняющимся, что захотелось ее обнять.

- В этом же нет ничего страшного! – поспешила успокоить хозяйку.

- Ох, Лиза... Твое мнение бы Жоре передать. К сожалению, у мужа просто отвратительные отношения с моей лучшей подругой, как, впрочем, и с ее дочерью. – Анна Павловна усмехнулась. – Конечно, до открытого конфликта дело никогда не дойдет, но его язвительные комментарии дорогого стоят. И самое печальное в том, что я просто не могу ничего изменить. Долгая история...

- Не переживайте, думаю, если вы уже пережили столько лет их общения, еще один вечер не приведет к Армагеддону.

- Думаешь? – с сомнением спросила женщина.

- Уверена. – кивнула я, и на лице Анны Павловны появилась слабая улыбка, которая, правда, практически сразу потухла.

- Лиза, есть еще одна вещь, которую ты должна знать.

- Да?

- Дочка моей подруги, Полина – бывшая девушка Ромы.

Кажется, меня только что огрели сковородкой по голове. Или кастрюлей... Или противнем. Хотя какое это имеет значение в сложившейся ситуации?

В ситуации, где Анна Павловна ждет от меня реакции, поэтому я киваю и как можно более спокойно говорю:

- Я поняла.

А в голове вертится всего одна мысль.

Интересно, а Полина вообще в курсе того, что она бывшая?

* * *

Судя по тому, что, когда мы с хозяйкой дома вернулись ко всем, Романа Георгиевича там не наблюдалось, а Георгий Максимович любезно сообщил о том, что его сыну внезапно приспичило поговорить с кем-то по работе, Полина уже была в курсе. Вот только я все равно не слишком верила в то, что девушка воспримет новости о такой веселенькой рокировке с улыбкой и радостью.

И я не ошиблась. Когда подруга шефа появилась в помещении, ее глаза разве что молнии не метали. В противном случае я бы уже отправилась на тот свет. И, если честно, я сомневалась, что там было хуже, чем сейчас на этом.

Настроение за столом изменилось моментально. Первым в атаку, едва закончились официальные представления, полные натянутых улыбок, ринулся Георгий Максимович. Не ошибусь, если скажу, что главе семейства доставляло искреннее удовольствие портить жизнь Евгении Янетакаястараячтобыназыватьменяпоименииотчеству.

- Женечка, как тебе Таиланд? Поговаривают, там много ядовитых змей, не встречала?

Или же:

- Женек, я все забываю сказать, клинику такую классную нашел, их профиль – старческие болезни. В твоем возрасте уже нельзя шутить со здоровьем!

Женщина отвечала на вопросы не особо активно и бодро, а через несколько минут и вовсе начала игнорировать Георгия Максимовича, который достаточно быстро приуныл и замолчал.

Зато мама Полины Анатольевны, наоборот, оживилась. Вцепилась в меня взглядом, видимо, уже мысленно составив список пунктов, по которым я проигрывала ее дочери, а потом и вовсе перешла к допросу.

А как? А где? А почему?

Надеясь, что тактика женщины сработает и с ней самой, старалась отвечать коротко и неинтересно. И это прокатило. В скором времени Евгения Ячертовскимолодая угомонилась, и за столом воцарилась тишина.

В принципе, не самый плохой вариант, если знать всю правду. Еще бы девушка шефа взглядом меня буравить перестала – вообще бы идиллия наступила.

Видимо, сообразив, что спасти обед не удастся, Анна Павловна предложила переместиться к камину и выпить кофе. Спорить, естественно, никто не стал.

Желая сократить общение с присутствующими до минимума, вызвалась помочь хозяйке дома с посудой, не слушая никаких возражений. Наверное, даже если бы кто-то начал отбирать у меня тарелку силой, я бы не отдала.

Уровень моего негодования был слишком велик для того, чтобы упускать возможность провести пару лишних минут в одиночестве.

Пока остальные под четким руководством хозяев дома перебирались в гостиную с камином, я взяла тарелку и направилась на кухню, радуясь, что никто не увязался следом.

Как водится, рано радовалась.

- Девушка, значит? – злобный голос, раздавшийся позади, заставил вздрогнуть. Если бы я не так крепко от раздражения цеплялась в тарелку, дело бы закончилось разбитой посудой.

Освободив руки, обернулась, искренне надеясь, что за то время, пока я стояла спиной, Полина Анатольевна не успела вооружиться топориком для мяса или чем-нибудь в таком духе, ну, или же все-таки не научилась метать молнии. Все же кухня была слишком опасным местом для разговоров в невероятно душевном тоне.

Тона такого я, кстати, совсем не понимала, поэтому, из последних сил стараясь не превратить семейный обед в кровавое побоище, как можно более спокойно проговорила:

- Вы же в курсе того, как все на самом... - договорить девушка шефа не дала, растянула губы в такой стервозной улыбке, повторить которую я бы не смогла, даже пройдя курсы актерского мастерства. Подобное выражение лица поставляется исключительно в комплекте с характером. Абсолютно ужасным характером, в этом я теперь не сомневалась.

- В курсе. – прошипела Полина Анатольевна. – Теперь в курсе.

- Тогда я не понимаю, какие ко мне могут быть претензии. – чувствуя, что сохранить душевное равновесие, видимо, все-таки не удастся, вскинув бровь посмотрела на девушку.

Пожалуй, это финиш.

Я многое могла стерпеть. Дебильные улыбки, бред, который приходилось нести, ужины, обеды, завтраки, да, я, черт возьми, даже с воображаемой собакой уже смирилась, но терпеть беспочвенные наезды от неуравновешенной подруги шефа?

Увольте!

- Серьезно не понимаешь? – от того, как быстро Полина Анатольевна превратилась из милейший «Лизонька, я тебе сладости привезла» в вот это, стало смешно.

Не сдержавшись, прыснула, лишь потом ответила:

- Серьезно, не понимаю. Больше скажу, даже понимать не хочу, разбирайтесь, пожалуйста, со своим дурдомом сами.

Любительница погреть задницу в теплых странах сперва покраснела, потом побелела, а затем, когда я уж решила, что пора вызывать скорую, все же приобрела нормальный цвет.

Цвет, но не тон голоса. Последний стал зловещим, правда, с визгливыми нотками.

- Послушай, ты!

- Внимательно слушаю.

Ну вот, опять побелела... Может, у нее хамелеоны в роду были?

- Если я еще хотя бы раз...

К сожалению, что «еще хотя бы раз» и что «если» осталось загадкой.

- Что здесь происходит?! – появившийся на кухне Роман Георгиевич, кажется, был не удовлетворен развернувшейся сценой, но, если честно, на его мнение теперь уже было пофиг.

И на обед, и на немцев, и на судьбу «Сигма Шуз» в целом. На ипотеку, правда, нет еще, но не на ипотеке же мой мир держится, в конце концов.

Пока, моя милейшая собеседница, недовольно кривилась и хлопала глазами, босс продолжил.

- Полина, вернись в столовую. – девушка уж было открыла рот, чтобы, наверняка, возразить, когда Роман Георгиевич повторил, только на этот раз куда менее нежно. – Вернись в столовую!

Подруга шефа явно не горела желанием, но просьбу (или правильней было сказать приказ?) выполнила, не забыв презрительно фыркнуть, пройдя мимо меня.

Босс проводил Полину Анатольевну взглядом, обернувшись ко мне лишь тогда, когда его пассия скрылась из поля зрения.

- Я сейчас все объясню. – начал шеф, но я мотнула головой.

Ну уж нет, спасибо. Если сейчас я загружу мозг еще и информацией касательно того, как именно босс соврал Полине, то голова рискует просто на просто взорваться. И я искренне сомневаюсь, что мои растекшиеся кипящие мозги будут уместно смотреться на безупречной кухне Ветровых.

- Лучше не стоит. – качнула головой. – Я уже действительно жалею, что мы не заключили этот дебильный контракт.

Шеф настаивать и мусолить эту тему не стал, кивнул, подошел столу, поставил на него посуду, которую, видимо, тоже внезапно решил отнести на кухню, и лишь потом вновь посмотрел на меня.

Если честно, раньше, когда все было просто и логично (я заслуженно не люблю шефа, шеф заслуженно не любит меня), хватало одного взгляда, чтобы понять его настроение. Теперь же я не понимала ни хрена.

Наверное, если бы я смогла поверить в то, что Роман Георгиевич не просто хороший стратег и манипулятор, то, наверняка, решила бы, что мужчина расстроен. Причем чем-то более серьезным, например, пятна на рубашке или слишком сладкого кофе.

Но я-то отлично знала, кем начальник является на самом деле, поэтому и взгляд такой охарактеризовать не могла.

- Я могу отвезти тебя домой. – легкая усмешка. – Сомневаюсь, что теперь мама или папа расстроятся из-за того, что обед завершился так рано.

И снова этот совсем не деловой тон. И снова переход «на ты», неуместная улыбка.

Нет, серьезно, довольно!

- Лучше просто вызовите мне машину. Или я сама позвоню в службу такси. – моментально перешла на деловой тон.

Выберите себе другую девочку для игр, Роман Георгиевич!

Несколько секунд тишины.

- Или можешь просто попросить Игоря. – интонацию, с которой была произнесена эта фраза я расслышала прекрасно. Совершенно неприкрытая издевка.

Сдержаться, не схватить ближайшую тарелку и не разбить ее боссу об голову было очень сложно. А лучше две тарелки. И как в оркестре с обоих сторон «быдыыымщ»! Вместо этого, проявляя чудеса выдержки, улыбнулась и ответила:

- Моя личная жизнь вас совершенно не касается.

- Разумеется. – фыркнул босс.

Нет, ну как можно оставаться равнодушной, когда тебя так откровенно бесят?!

Короче, я не выдержала.

- Тем более, что у вас тут есть, чем заняться. Например, успокоить слетевшую с катушек реальную девушку. Ей, кажется, роль бывшей пришлась не по душе.

Начальник ответил не сразу. Вполне вероятно, что тоже думал про тарелки, хотя в его случае эти мысли были совершенно необоснованными. Сам кашу заварил.

- Я вызову машину, родители настаивать на том, чтобы вы остались, не станут. – ну вот, ледяной тон.

Ой, как страшно.

- Хорошо. – кивнула, после чего Роман Георгиевич направился к выходу из кухни, встретившись в дверях с Игорем. Ничего не сказав брату, шеф вышел в коридор, оставив нас вдвоем.

Да что ж за съезд любителей носить грязную посуду?!

Хотя, отлично, решать вопросы оптом гораздо эффективней.

- Я просила тебя не рассказывать ничего боссу, это было так сложно? - улыбка на лице лжебармена сразу потускнела, прекрасно. – Одна чертова маленькая просьба!

- Вот уж не думал, что одна чертова маленькая просьба вызовет такую бурю эмоций. С чем она хоть связана, объяснишь? – ох уж этот беззаботный тон, руки снова тянутся к тарелочкам!

- С тем, что Роман Георгиевич мой босс! С тем, что я изображаю его девушку! С тем, что, блин, я просто не люблю выносить личную жизнь на показ! И с тем, что, в конце концов, я тебя просто попросила!

Не спрашивайте, какая часть сказанного была правдой, когда все так невыносимо раздражает, сложно анализировать.

- Прости. – теперь Игорь говорил нормально. – Не думал, что ты так заведешься, просто не сдержался.

Выдохнув, постаралась успокоиться, может, все не так уж и плохо?

- Но теперь-то все улажено? – и снова улыбка.

Нет, все же плохо. Паршиво, я бы даже сказала!

Когда Игорь сделал шаг ко мне, я отступила. Ну не готова я обнимать или целовать человека, который, пусть и непреднамеренно, становится соучастником превращения моей жизни в какую-то хреновую черную комедию про психушку.

Не была готова и не хотела! Поэтому обошла замершего мужчину и, находясь уже на безопасном расстоянии, проговорила:

- Роман Георгиевич вызвал мне машину, пойду попрощаюсь с вашими родителями. – сделала небольшую паузу, а потом все-таки продолжила. – Я тебе обязательно позвоню.

Мысленно добавив: «как только смогу думать о вас с братом без раздражения и желания нарушить пару статей уголовного кодекса».


Глава 13

Если честно, после великолепного семейного обеда я побаивалась выходить на работу, и дело было даже не в шефе. Я не сказала ему ничего такого, что бы могло задеть его высокие чувства, я всего лишь отвечала и защищалась. Но он ведь первый начал!

Да и увольнение меня почему-то резко перестало пугать. Бесспорно, терять место в «Сигма Шуз», конечно, не хотелось, но и встретить тридцатилетие абсолютно седой тоже. Работа под руководством Романа Георгиевича не была вакансией мечты, а коллектив компании... Ну, вы понимаете.

Едва окончив универ, я много думала о том, с чем конкретно я бы хотела связать жизнь. Какая-то отрасль, направление. Но, сколько бы я ни ломала голову, вразумительного ответа мозг так и не пожелал подкинуть.

Ну, не была я какой-то особенной, не имела мечты стать известным микробиологом или популярной актрисой. Мне просто хотелось спокойно работать, получать удовольствие от процесса и общения с коллегами.

«Сигма Шуз» же не могла похвастаться ни первым желаемым пунктом, ни, тем более, вторым. Возможно, именно поэтому я и перестала так дрожать над возможностью потери работы.

А вот Полины я опасалась, серьезно опасалась. При всей моей вере в таланты обитателей офиса, на фоне девушки шефа они выглядели маленькими безобидными котятками, а кнопки и прочие мелкие пакости так вообще казались забавными проделками по сравнению с тем, что могла бы вытворить Полина, черт ее подери, Анатольевна.

А самое обидное было в том, что, если это милейшее создание решит выкинуть меня из окна, никто даже и не подумает прийти на помощь.

Одна подруга Романа Георгиевича убивает вторую, что может быть лучше для сотрудниц офиса, пускающих слюни на босса? Не удивлюсь, если они потом еще добьют измученную победительницу, ну, пользуясь ситуацией.

Однако опасения не оправдались, более того, в офисе до конца недели не появился и Роман Георгиевич, поэтому львиную часть времени, проведенного в офисе, я занималась тем, что направо и налево раздавала подаренные Полиной сладости. В принципе, даже если они окажутся отравленными, вряд ли кто-то пострадает. С таким количеством яда, которое содержится в крови сотрудниц главного офиса «Сигма Шуз», никакая отрава не страшна.

Была ли я опечалена таким развитием событий? Нет.

Позвонила ли я Игорю? Тоже нет.

Я всегда считала себя отходчивым человеком, однако нынешняя ситуация хорошенько меня встряхнула. Да, я понимала, что по сути братья были со мной честны. Условия оговорены, ставки сделаны, только вот все равно было как-то не круто ощущать себя пешкой в чужой игре. Или играх. Я запуталась.

И необходимо было как можно быстрее распутаться. Именно поэтому я с радостью согласилась на предложение Ани встретиться в субботу, тем более, что подруга была в шаге от исполнения мечты.

За столько лет работы бариста подруга успела обзавестись заветным желанием – открыть собственную кофейню. И вот, кажется, она почти достигла цели.

К счастью, местом встречи был выбран тот же клуб, где мы отмечали день рождения Эли, поэтому шанс встретить Игоря был сведен к минимуму.

Однако моему хорошему настроению конец пришел очень быстро. Примерно на пятом вопросе о том, почему я приехала без Ромы.

Именно поэтому, когда все отправились танцевать, я предпочла остаться. Устроилась на диванчике, вооружилась бокалом с шампанским и занялась крайне интересным делом – изучением танцующих людей, искренне стараясь не слишком глубоко погружаться в воспоминания.

- Грустишь? – поинтересовалась Эля, своим приземлением на диванчик по соседству заставившая отвлечься от собственных мыслей.

- Нет. – соврала с фальшивой улыбкой, а потом плюнула на все и стянула ее с лица, ответив честно. – Да.

- Из-за Ромы?

Вздохнув, сделала глоток игристого напитка, наконец, смогла оторваться от изучения танцпола и посмотрела на подругу.

- И из-за него тоже.

- Та-а-а-ак. – протянула девушка, придвигаясь ближе. – Ну, рассказывай.

Эля взяла со столика бокал и открытую бутылку шампанского. Сперва налила себе, а потом и мой наполнила до верха.

Было так похоже, что без напитка храбрости я не справлюсь?

- Я не встречаюсь с Ромой. Я встречаюсь с его братом. Встречалась, по крайней мере.

Выпалив на выдохе эту фразу, сама одурела от ее дикости, лишь потом вновь посмотрела на подругу. Она, должно быть, вообще в ауте. Представляю, как это прозвучало для нее, учитывая наш с начальником поцелуй на дне рождения.

Хотя нет, не представляю. Вот даже близко не представляю. И не хочу.

- Чего? – Эля залпом выпила бокал шампанского.

Ну вот, и кому тут из нас двоих напитки храбрости нужны?

- Как-то так... - уткнулась взглядом в обивку дивана, очень занимательно. – В общем, все началось с нашего последнего совместного похода в «Оазис»...

И я стала рассказывать. Про лжебармена, который оказался владельцем клуба и родным братом моего начальника по совместительству, про долбанутых инвесторов, про нашу встречу в кофейне с Аней, про мое желание избавиться от пристального внимания друзей к личной жизни, про Полину, про чертов семейный обед и, наконец, про то, чем он закончился.

Эля ответила не сразу. Сперва влила в себя еще бокал шампанского.

Интересно, это плохой или хороший знак? Для полного комплекта прелестей жизни мне не хватало только обиды друзей.

Заслуженной, что самое печальное.

- Ты свою историю в качестве сценария для какого-нибудь фильма продать не хочешь? – абсолютно беззлобно поинтересовалась подруга.

- Ты на меня не злишься? – все же спросила на всякий случай.

Вместо ответа девушка качнула головой, только в этот момент я смогла выдохнуть.

А еще я испытала облечение.

Серьезно. Раньше я как-то не воспринимала особо всерьез все эти темы про свалившиеся с души камни и все в таком духе. А сейчас, кажется, вдруг начала.

Это же так приятно – говорить правду.

- Только пожалуйста, - позволив себе улыбку, взмолилась. – Сделай вид, что впервые все это слышишь, когда я буду вводить в курс дела Аню.

- Ну-у-у-у... - рассмеялась Эля. - Примерно так?

Подруга приложила ладонь к открытому рту, выпучив при этом глаза. Зрелище, скажу я вам, не для слабонервных, поэтому в следующую секунду я смеялась уже вместе с ней.

- Ладно! – сжалилась девушка. – Но тебе это будет очень дорого стоить!

- Для тебя я готова на все, что угодно. – заверила и коснулась своим бокалом ее. – Ну, за правду!

- За правду. – подруга поддержала мою инициативу, сделала глоток шаманского, а затем добавила. – Но, если быть до конца честной, я даже подумать не могла, что вы притворяетесь. Не смотрят друг на друга так, когда притворяются, Лиз. Не смотрят.

- Нет, Эль. Тебе показалось. – ответила, как можно более ровно и плавно. – И, тем более, у него есть девушка.

Перед тем, как ответить, Эля улыбнулась. Странная реакция, поэтому пришлось уточнить:

- Что?

- Заметь, ты не сказала, что он тебе не нравится.

* * *

Уже дома, лежа в кровати, я долго думала над словами подруги. Размышляла над самой возможностью того, что мне мог нравиться Роман Георгиевич. Крутила эту мысль и так, и эдак, успела составить пару списков (естественно, включавших исключительно отрицательные качества босса, ибо положительных у него попросту не было), и в итоге пришла к выводу, что озвученное Элей предположение являлось полнейшим бредом.

Абсолютным!

Однако именно эти размышления натолкнули меня на другую мысль, поэтому, недолго думая, я достала из-под подушки телефон и набрала сообщение, не обращая никакого внимания на то, что цифры на экране ненавязчиво намекали о том, что на дворе стояла глубокая ночь.

«Увидимся завтра?»

Я не удивилась, когда мобильник практически сразу пискнул, оповестив об ответе. Интересно, он вообще когда-нибудь спит?

«Конечно)»

Вот и отлично. Удовлетворившись таким раскладом, улыбнулась самой себе, отложила телефон и закрыла глаза.

Если уж встала на путь правды, глупо сворачивать на середине. Или это только начало?

Место, выбранное Игорем для нашей встречи, в очередной раз смогло меня поразить. Ресторанчик, который выбрал лжебармен, вновь был небольшим и очень атмосферным. На этот раз – китайский. И сейчас, говоря вам о том, что этот ресторан был китайским, я имею в виду настоящих китайцев, которые являлись владельцами и поварами по совместительству. Никаких нелегальных гостей из ближнего зарубежья, только аутентичные рецепты, которые отец и сын (милейшие люди, Игорь успел меня с ними познакомить), привезли с собой.

Смотря на Ветрова-младшего, который с энтузиазмом рассказывал о истории этого заведения, я улыбалась. Мне вновь было легко и просто, вновь хотелось смеяться и творить глупости, считать, что именно этого мне и не хватало в жизни.

В общем, заниматься очередным самообманом.

- Рассказывай уже. – проговорил Игорь, закончив свой монолог. – А то снова эти взгляды подбитой собаки.

- Нет никаких взглядов. – буркнула в ответ, искренне печалясь, что образ сильной и независимой снова получался как-то хреновенько. Вот бы Полина отсыпала горсточку своих способностей... Жалко ей, что ли?

Да и вообще, что все пристали к тому, как я на кого смотрю?

- Ли-и-и-из. – если я была подбитой собакой, то лжебармен явно имел все шансы занять должность кота из «Шрека».

Ну какая из нас пара? И нет, взгляды тут были не при чем.

Наверное, я пришла к этому решению давно. Просто не могла признаться в этом самой себе. Еще тогда, когда Игорь проявил полное равнодушие к тому, что я изображаю невесту Романа Георгиевича, когда обида в первый раз пискнула своим мерзким голоском.

Нужно было сразу признаться самой себе в том, что подобные отношения не приведут ни к чему хорошему. Дальше все будет только хуже, я начну зацикливаться на том, что мы проводим вместе мало времени, что лжебармен может в любой момент куда-нибудь улететь, что у нас просто нет совместного будущего. Начну злиться на него (я уже частенько злилась), пытаться изменить его (до этого, к счастью, не дошло).

У таких отношений нет будущего, нет возможности развития, они мне банально не подходят.

Это не хорошо и не плохо. Просто я такой человек. А Игорь другой человек. Веселый, отзывчивый, добрый, пусть и совершенный раздолбай. Человек, с которым я хочу дружить. Именно поэтому, предварительно набрав полную грудь воздуха, я проговорила:

- Помнишь, ты говорил, что мы расстанемся, как только кто-то из нас захочет?

- Допустим...

Черт возьми, я рассчитывала на более развернутый ответ. Ну, зацепиться за него там, мысль развить...

Ладно, буду действовать своими силами.

- Ну, в общем, это... Как бы...

О-о-о-ой, как плохо...

- Ладно. – внезапно ответил Игорь.

- Ладно?

- Лиз, я не идиот.

- Я знаю.

- Я тебя понял.

На всякий случай решила уточнить:

- А что понял?

- Ты хочешь... - лжебармен сделал вид, что задумался. – Расстаться?

- Ну да... - тихо согласилась, а Игорь просто взял и рассмеялся. – Так, стоп! Я эту фразу репетировала все утро!

- Прости. – проговорил мужчина, но хихикать не перестал. – Но репетировала, реально, фигово.

- И рассчитывала на другую реакцию!

- Если еще не все потеряно, могу кинуться тебе в ноги, заплакать и начать умолять, просить одуматься.

Теперь рассмеялась уже и я, однако вскоре любопытство все же взяло верх.

- И все?

- И все.

- У тебя всегда так?

- Лиз, при всей моей симпатии к тебе, наше общение на уровне пятого класса не стоит истерики, да и к тому же сразу было ясно, что все это – не твоя тема.

- Чего?! – хорошо хоть чаем не подавилась.

- Тебе нужны нормальные отношения. С совместной квартирой, совместными ужинами, просмотром сериалов дома, конечно, тоже совместным и, вполне вероятно, даже собакой. Не воображаемой.

- И почему же тогда, зная все это, ты продолжал наше... М-м-м... Общение?

- Потому что оно мне нравилось. Оно мне и сейчас нравится, да и вообще...

- Что?

- Не понимаешь, Лиз?

Вопрос поставил в тупик, бред какой-то. Или шутка очередная?

- Не понимаю... - протянула с опаской.

- Ну и ладно. В кино сходим? – поймав мой удивленный взгляд, лжебармен развел руки. – Я торжественно клянусь даже не пытаться целовать тебя! Хотя иногда хочется...

- Идиот! – вновь рассмеялась, а потом кивнула. – Ладно, пойдем.

* * *

Что-то подсказывало мне, что в понедельник встреча с Романом Георгиевичем все же неизбежна. Может, именно поэтому я додумалась купить тосты и себе. Знаете, за те дни, которые босс не появлялся в офисе, и я с чистой совестью съедала его завтрак, я успела подсесть на эти ароматные булочки.

Они однозначно туда какую-то наркоту подмешивают! Вот даже не сомневаюсь в этом!

В своих предположениях я не ошиблась. Даже не пришлось по уже сложившейся традиции дергать за ручку, чтобы проверить его наличие или отсутствие на рабочем месте. Дверь попросту была распахнута настежь.

Не обращая на это никакого внимания (делая вид, что не обращаю), закинула сумку в шкаф, повесила пальто, переобулась, после чего подхватила пакет с тостами и поставила его на стол, только тогда заметив документ, которого в пятницу вечером на этом месте точно не лежало.

Грешным делом подумав, что вот он – пример заявления на увольнение, подцепила листок и пробежалась по нему взглядом.

Контракт.

Испытав достаточно странное ощущение, охарактеризовать которое я так и не смогла, опустилась в кресло и начала читать более внимательно.

Наверное, это был самый абсурдный документ, который мне приходилось читать в жизни. Бесспорно, составлен он был профессионально, хотя я даже думать не хотела о том, как звучали просьбы, которые озвучивал Роман Георгиевич своему юристу.

Как бы там ни было, он действительно составил контракт. Тот самый, о котором я в порыве гнева сказала после неудачного семейного ужина. И, наверное, сейчас мне нужно было радоваться...

В контракте были оговорены все мои обязанности, а так же то, что Роман Георгиевич не имел права позволить себе в моем отношении. Насилие, поцелуи и физическую близость. Предел мечтаний, короче говоря. Особенно пункт про насилие.

Тогда почему же я не испытала прилива счастья?

Добравшись до последних строчек, обнаружила, что наше сотрудничество имело конкретную дату окончания. Двадцать седьмое декабря, что, припоминая об обещанной свадьбе двадцать девятого, немного удивляло. Неужели начальник придумал, как выкарабкаться из болота, в котором завяз?

А последним, что я заметила, стали цифры. Мое вознаграждение, которое я получу при соблюдении всех условий. Шестьсот тысяч рублей.

Я поморгала, потом вновь посмотрела на сумму – она не изменилась. Затем отложила листок, несколько секунд пялилась на фикус, а после вновь взяла его в руки и поднесла к глазам. Все те же шестьсот тысяч. Значит, все-таки не галлюцинации.

Не понимая, с чем связан такая невиданная щедрость, поднялась на ноги и с горем пополам попыталась сделать боссу кофе. Руки отчаянно не хотели слушаться, а сердце напрочь позабыло о том, что такое нормальный размеренный ритм.

И дело было не только в космическом вознаграждении за нашу аферу. Я чувствовала себя настолько непонятно, но совершенно не могла найти логичных причин для подобного состояния. Вот она – моя цель. Я добилась того, о чем так мечтала.

Теперь все кристально ясно и просто. Минимум усилий, неделя времени, и у меня в кармане огромная сумма денег, которая мгновенно решит целую кучу проблем.

Все идеально!

Но почему тогда мне прямо сейчас хочется швырнуть этой бежевой кружкой в стену?

Может, вся проблема именно в кружках?! Не зря же за время моей работы их было столько уничтожено.

Понимая, что медлить больше нельзя, взяла завтрак для шефа и контракт, после чего направилась в кабинет к Роману Георгиевичу.

Босс сидел на диване и крутил в руках телефон. Его пиджак валялся рядом в куче бумаг. Создавалось ощущение, что начальник приехал в офис не с утра, а провел здесь всю предыдущую ночь.

- Доброе утро. – проговорила осторожно. Все же, помня то, как мы попрощались в последний раз (если это вообще можно назвать прощанием), немного мягкости в голосе не будет лишней.

- Доброе. - практически сразу откликнулся шеф. – Поставьте на стол.

И все, мужчина вновь уткнулся в бумаги, как будто меня тут и не стояло.

Выполнив его просьбу, уже подумала отправиться к себе, но в последний момент передумала.

- Может, вам помочь? – ну вот кто постоянно тянет меня за язык? Зачем я это сейчас говорю?

- Нет, спасибо. – ответил шеф, не поднимая взгляда.

Ну и славненько, не очень-то и хотелось.

Или хотелось?

Именно в тот момент, когда я замотала головой, отгоняя от себя дурацкие мысли, Роман Георгиевич решил обратить на меня внимание. Ну, супер! Если хочет, пусть думает, что у меня припадок, как угодно.

Мужчина посмотрел мне в глаза, а потом опустил взгляд на ладони и заметил листок, который я держала.

- Ознакомились с контрактом? – будничным тоном.

- Да.

- Есть какие-то пожелания? Замечания?

Очень простой вопрос, а я стою и туплю.

- Нет. – ответила в итоге. – Интересно только, почему сумма такая большая, и дата окончания.


- Немцы улетают двадцать седьмого, срочные дела на родине, поэтому притворяться дальше не имеет никакого смысла. А сумма... - начальник задумался. – Вам пришлось выполнить гораздо больше того, о чем мы договаривались изначально, поэтому, я считаю, что это вполне заслуженно.

- Понятно. – проговорила тихо, заставляя нелогичный мерзкий голосок в голове, который по какой-то непонятной причине вопил о том, что контракт этот мне вообще не сдался, заткнуться.

- Ну, если вопросов нет, можете быть свободны. – шеф улыбнулся самыми уголками губ и поднялся с дивана. Судя по тому, как мужчина прищурился, посмотрев в окно, мои догадки о проведенной в офисе ночи были верны.

- Ладно. – быстро отвела взгляд и поспешила на выход.

- Егорова! – о, в дверях окликнул, все же что-то не меняется.

Обернулась и посмотрела на босса, который в свою очередь внимательно меня изучал. Даже не по себе стало, захотелось руками прикрыться, что ли. Уж слишком это был не деловой взгляд.

- Да, Роман Георгиевич? – когда же я научусь контролировать свой голос и мастерски делать вид, что мне вообще все равно, как там на меня смотрят и как со мной разговаривают?!

- Вы точно уверены, что хотите работать по контракту?

И почему у меня моментально появилось стойкое ощущение того, что речь сейчас идет не только о бумаге, которую я сжимала в ладонях?

Чтобы ответить, пришлось приложить максимум усилий. Чтобы ответить правильно, потребовалось вообще привлечь все внутренние резервы.

- Да. Так будет правильней.


Глава 14

Инвесторы появились в офисе, едва я успела в сотый раз перечитать контракт. Подписывать его по какой-то непонятной причине совершенно не хотелось, однако и объективных поводов для того, чтобы скомкать бумагу и зашвырнуть ее в урну не было.

В принципе, я еще не просвечивала его ультрафиолетовой лампой, возможно, невидимыми чернилами там было указано что-то про рабство, причем совершенно не сексуальное. Нет, так быстро подписывать столь серьезные документы было нельзя, поэтому, когда немцы с сияющими на все лицо улыбками вошли в приемную, я просто убрала контракт в верхний ящик стола и поднялась на ноги.

- Очень рада вас видеть! – растянула губы в ответной улыбке. Конечно, не настолько широкой, но я старалась, честно. – Чай? Кофе?

Подобный диалог стал уже настолько привычным, что на секунду я даже задумалась о том, что с отъездом инвесторов в офисе станет гораздо более скучно.

Боже, о чем я думаю? Глупость-то какая!

- Кофе, Лиза. – традиционно откликнулся Виктор. – И себе сделайте, составьте нам компанию. Думаю, Роман уже успел рассказать вам, что мы скоро улетаем.

Мне показалось, или в голосе мужчины проскользнула какая-то... Печаль?

- Конечно. – кивнула и направилась к кофемашине, попутно думая об услышанном.

В принципе, немцы были достаточно пришибленными для того, чтобы успеть, ну, я не знаю, привыкнуть ко мне, что ли...

Нет, все же этот вопрос, наверное, не имел ответа. Мысли инвесторов – потемки, поэтому и забивать голову ненужной информацией, думаю, не стоит.

Мы просидели в кабинете Романа Георгиевича практически до конца рабочего дня. Немцы с боссом тщательно проверяли все бумаги, я же в свою очередь старалась не мешаться под ногами и вовремя приносить напитки, а еще украдкой замечать, что шеф иногда поглядыват на меня.

Интересно, о чем думает?

Не желая оставаться в долгу, последовала его примеру, хоть раз в пятнадцать минут да смотрела на него. Серьезный, устал, наверное, сильно, но все равно сосредоточенный.

В один из таких маневров я, правда, не успела вовремя отвернуться и столкнулась с начальником взглядом, искренне надеясь, что хотя бы сейчас я выглядела важной и неприступной.

Судя по легкой улыбке, которой одарил меня Роман Георгиевич, не выглядела.

Попрощались с немцами мы уже на парковке, даже несколько минут потом простояли, ожидая, пока машина скроется с горизонта. Ну, просто было бы немного странно, если бы живущие вместе мы поехали домой по отдельности.

Поняв, что опасаться больше нечего, коротко попрощалась с Романом Георгиевичем, и направилась к светофору, однако мужчина и не подумал садиться в свою машину. Вместо этого зашагал рядом со мной.

- Что? – проговорил он, поймав мой удивленный взгляд.

- Вы пешком домой идти решили?

- Нет, я решил вас проводить. – как ни в чем не бывало, ответил начальник.

- Такого пункта нет в контракте. – мигом парировала я.

- А вы его разве подписали?

Резонно, блин.

Не имея должного ответа, решила промолчать. Ой, ну что, разве я не выдержу десятиминутной прогулки с шефом? Да легко! Особенно, если он молчать будет.

А он, в общем-то, и молчал. Разве что удивленно хмыкнул один раз, когда зазвонил его телефон.

Остановившись перед светофором, который показывал нам красный свет, мужчина достал мобильник из кармана пальто, нахмурился и принял вызов.

- Да? – секунда тишины. – Ладно. – еще секунда. – Хорошо.

После чего убрал аппарат от уха и обратился уже ко мне.

- Это с производства. У вас телефон выключен.

- Не может быть! – проговорила я, взглянув на шефа после чего, заметив, как он вскинул бровь, все же решила проверить.

Возможно, босс собирался меня отчитать, возможно, даже оштрафовать, ведь мобильник должен быть включен в рабочие часы, даже если внезапно наступит конец свет. Но теперь я уже никогда не узнаю, как он хотел себя повести на самом деле.

Все изменило одно мгновение. Я потянулась рукой к сумочке, чтобы проверить, что произошло с моим телефоном, а Роман Георгиевич начал доставать ладонь из кармана, убрав свой мобильник на место.

Хватило легкого касания кончиками пальцев для того, чтобы меня как током ударило. Не знаю, какие чувства при этом испытал шеф, возможно, он вообще ничего не испытал. Хотя...

Он даже не подумал дернуться. Просто замер. Смотрит, наверняка, на дорогу, но так и держит свою ладонь рядом с моей. А я не то что пошевелиться, я вздохнуть лишний раз боюсь. Боюсь испортить момент, боюсь признаться самой себе, что до одури хочу, чтобы Роман Георгиевич взял меня за руку. Не задавая никаких вопросов, не требуя никаких объяснений. Просто порыв, от которого не то что здраво мыслить, мыслить вообще никак не получается.

Решение приходится принять тогда, когда нам загорается зеленый. Я готова прыгать и визжать, когда шеф одним плавным движением переплетает наши пальцы. Хотя, конечно, вру. Я равновесие то с трудом держу, тут уж не до прыжков и криков.

Наверное, если бы он поступил по-другому, я под покровом ночи вернулась сюда и кувалдой раздолбала бы этот светофор за то, что он не позволил исполниться моему маленькому спонтанному и абсолютно глупому желанию.

Ну не должно такое простое движение вызывать такие бурные эмоции! Вот по определению не должно!

Но вызывает же...

Это не было похоже на то, как держал меня за руку Игорь. Это было совершенно непохоже на наше притворство перед инвесторами, притворство перед друзьями. Да, черт возьми, это вообще ни на что не было похоже.

Я испугалась собственных рассуждений, но все равно не смогла их отпустить. Может быть, все гораздо проще?

Может быть, Роман Георгиевич мне действительно нравится?

У меня есть миллион поводов для того, чтобы его ненавидеть, чтобы не воспринимать всерьез, не верить, не уважать.

И у меня нет ни единой причины, по которой я могла бы решить, что он мне симпатичен.

Но именно от его взгляда, от его простого касания со мной начинает твориться что-то неадекватное.

Может, чувства, это просто не та область, где стоит искать логику и нужно просто принять как должное тот факт, что мне понравился человек, который точно не войдет в первую десятку лучших людей на планете? Да чего уж там, он даже в тысячу вряд ли протиснется...

Сам объект моих размышлений молчал. Неспешно шагал в сторону моего дома, изредка проводя подушечкой большого пальца по тыльной стороне моей ладони. И, знаете, очень хорошо, что изредка. В противном случае я бы, наверное, все-таки вырубилась.

Он решил заговорить лишь тогда, когда мы вошли во двор.

- Лиз... - вроде бы и посмотреть в глаза надо, а я все еще трушу. До сих пугаюсь и не признаюсь себе в очевидном. – Лиз, посмотри на меня.

Я чувствую, что он улыбается и улыбаюсь в ответ, но голову не поворачиваю, смотрю вперед, пытаюсь взять себя в руки и уже практически решаюсь, когда замечаю в нескольких метрах перед нами сидящих на лавочке родителей. Моих родителей.

- Мам? Пап?

Сомневаюсь, что это та реакция, на которую рассчитывал Роман Георгиевич, потому что уже в следующую секунду слышу его непонимающее:

- Что?

- Лиза! Лизонька! А мы уж думали, что придется на лавке ночевать! – начинает тараторить мама, поднимаясь на ноги. – Мы с тобой весь день связаться пытались, но не смогли...

Пока мама не растянула речь еще на пятнадцать минут, киваю и с тоской заканчиваю за нее:

- Потому что у меня был выключен телефон.

* * *

Ну не так я представляла знакомство моих родителей с шефом. Нет, то есть я вообще его не представляла, но, раз уж на то пошло, то нет, нынешний вариант не был идеальным.

Я, лишь проморгавшись, смогла въехать в то, что перед нами действительно стоят мои папа и мама.

- Мам? Пап?

- Ты уже спрашивала. Да, это не пришельцы. Это реально мы. – на этот раз ответил отец.

- Пришельцы никогда не признались бы в том, что они пришельцы.

Это сейчас Роман Георгиевич сказал?

Вновь быстро заморгала, но, пока я приходила в себя, слово уже успела взять мама.

- Ну, раз уж мы тут все на улице собрались, может, представишь, дочь?

- Представлю?

Блин, где то существо, которое украло мои мозги? Верни на место!

- Представишь!

- А... Ну... Это я.

- Очень приятно и неожиданно. – ой, что это папа сегодня такой остряк?

- А это Роман Георгиевич... - и тут я замялась.

Честно, прямо зависла. Так хотелось по привычке про парня или про жениха ляпнуть, в последнее мгновение себя остановила.

- И Роман Георгиевич у нас...

Вот, блин, мама... Неужели просто Роман Георгиевич недостаточно? Вполне ж исчерпывающая информация.

Не в силах больше рассчитывать на себя, посмотрела на шефа. Мама, в принципе, сделала то же самое. По-любому поняла, что на меня надежды возлагать нельзя.

А шеф улыбался. Вот при всей дурости этой ситуации улыбался.

- Я ее начальник.

- А вы всех своих сотрудниц за руку до дома провожаете? – папа.

Вот же ж Шерлок Холмс деревенский! Я сама-то не заметила, лишь после его слов опустила взгляд на наши переплетенные пальцы, даже руку высвободить попыталась, но шеф не позволил, заговорил:

- Нет, только тех, которые очень нравятся.

Воу-воу, земля, ты слишком быстро вертишься, я начала терять равновесие!

- И много их таких? – ну вот, еще и мама.

- Нет, только Лиза. – босс отвечал четко, как будто и не врал.

Или действительно не врал?

- Ну, раз так, тогда пошли, мы тут гостинцы привезли. – подытожил папа.

Вот так просто? У меня тут мир внутри рассыпался, собрался заново и вновь уже шатается, а они с мамой уже про грибы начальнику рассказывают? А он и не сопротивляется совсем.

Что? Белые или подберезовики?! Хотя какая, нафиг, разница, лишь бы в этот раз не галлюциногенные. Сейчас действительно жалко будет.

Присутствие Романа Георгиевича в моей квартире рядом с моими родителями не казалось чем-то фантастическим, хотя, наверное, должно. Должно, но не казалось.

Он так легко парирует папины безобидные выводы, переводя в их шутку, с интересом отвечает на мамины расспросы и то и дело берет меня за руку, а я тупо улыбаюсь.

Мне кажется, что любая уважающая себя девушка должна сидеть и тупо улыбаться в подобной ситуации. Ну, руководствуясь кодексом приличных девушек или чем-то в таком духе.

Вечер подходит к концу лишь тогда, когда родители начинают практически ежесекундно синхронно зевать.

- Кажется, мне пора. – босс улыбается, пожимает руку папе, обнимает маму. Ну да, ничего удивительного...

- Я провожу!

До дверей мы идем молча, я смотрю, как Роман Георгиевич одевается, обувается, ловлю его взгляд лишь тогда, когда мужчина поправляет воротник пальто:

- Лиз... - так тихо, что, возможно, я не должна была услышать эти слова, но я же услышала.

Поэтому подняла взгляд и посмотрела в глаза. Смело. Наверное, впервые смело за последнюю неделю.

- Ром... - вполне возможно, я хотела продолжить, сказать что-то про Георгиевича, вероятно, еще и в позу какую-нибудь важную встать. Но не встала.

Теперь просто стою и смотрю на него. В карие глаза, которые кажутся почти черными сейчас, потому что переживает, так же, как и я, переживает. Потому это не переговоры, не многомиллионные контракты. Это коридор моей квартиры, купленной в ипотеку, а в комнате сидят родители. Мои родители. А вот стою я. Стою и понимаю, что сдохну, наверное, если не дотронусь до него.

А еще я очень надеюсь, что он хотя бы на треть ощущает то же, что чувствую я. Потому что это нереально вот так просто в паре десятков сантиметров друг от друга стоять и не чувствовать ничего. Нереально это.

- Что, Ром? – я все же не выдерживаю, уточняю. Это же он диалог продолжил!

Пусть уже хоть что-нибудь продолжит!

И он продолжает.

Улыбается сперва, потом прищуривается, а затем наклоняется, одновременно притягивая меня к себе, обвивая руками талию.


И целует, целует так, что мозги, вроде, и вырубаются, но в то же время я начинаю чувствовать все острее, запоминать каждое движение.

Его губы на моих губах. В этот раз он не медлит, он словно хочет получить доступ к моим чувствам, ко всем моим эмоциям. И он получает.

Вот она я, Рома! Читай, изучай!

Потому что невозможно больше сопротивляться, отрицать.

Глупо все это, бессмысленно.

Потому что, когда он так близко, я ни о чем другом думать не хочу, ни о ком другом. Потому что нет ничего и никого больше. Только его руки, которые одним ловким движением подхватывают меня, и вот уже я прижата спиной к двери. И его поцелуи, совсем не скромные в этот раз, больше на необходимость похожи.

Только не останавливайся, Ром. Пожалуйста, не останавливайся. Обнимай, целуй, вообще, что хочешь делай! Только не останавливайся!

Все портит телефон. Телефоны вообще всегда все портят. Особенно в нашем случае.

- Не отвечай. – шепчу, чувствуя острое желание к чертовой матери утопить его мобильник, а, если он не тонет, то, например, в жерло вулкана затолкать.

- Не могу. – искренне, с тоской.

Именно из-за искренности я и отпускаю. Потому что его искренность, именно его, она обезоруживает. Поэтому просто отхожу на шаг и позволяю ответить.

А потом еще на шаг, потому что одного слишком мало, ужасно мало, когда тебя до невозможности тянет к человеку.

- Мне правда пора. – говорит, после того, как убирает телефон в карман.

- Ладно.

- Лиз... - так мучительно нежно.

- Что, Ром? – кажется, мы повторяемся.

- Нам поговорить нужно.

- Нужно. – чего уж спорить?

- Завтра и обо всем.

- Обязательно.

- Ли-и-из... – доносится из комнаты, и начальник, который уже успел шагнуть ко мне, повержено разводит руки.

- Тебя мама домой зовет. – усмехается.

- А тебя кто-то куда-то. – буркаю в ответ, но чертов телефон вновь не дает договорить. И снова этот искренний взгляд, и я снова не могу сопротивляться. – Иди уже, иди! Я не готова взять на себя ответственность за какой-нибудь Армагеддон, Ром.

И его улыбка. Боже, почему я раньше ее не замечала? Сколько бесполезных дней на работе без этой улыбки?

- До завтра, Лиз.

- До завтра, Ром.

* * *

- А целует у вас начальство всех? – голос мамы раздался за спиной, едва я закрыла дверь на замок.

- Очень надеюсь, что только тех, кто нравится. – даже не пытаясь скрыть улыбку (это все равно было бесполезно), повернулась к родительнице.

- Он хороший, вроде как. – авторитетно заявила мама. Это что, сейчас одобрение было?

Вместе с ответом, пожала плечами:

- Хочется на это надеяться. – ответила, отгоняя опасения. – Пойдем, постелю вам.

Я еле дождалась того момента, когда родители улеглись. Такая практика была в нашей семье вполне обычной – нагрянуть вечером, завалить соленьями, чтобы я тут в городе грешным делом ласты от голода не склеила, а с утра на первой электричке домой.

Обычно я была очень рада видеть маму и папу. Нет, не так! Я и сегодня была рада их видеть. Но все мои мысли занимал Рома. Серьезно, абсолютно все. Да я даже, пока мыла посуду, глупую улыбку с лица стащить не смогла!

Понадеявшись, что родители действительно крепко и беззаботно спят, вооружившись телефоном, вышла на кухню. Ну не могла я просто так лечь! Нужны были неопровержимые доказательства того, что произошедшее сегодня не являлось проделкой моего воображения, именно поэтому, не обращая внимания на то, что часы показывали половину второго ночи, нашла Ромин контакт в записной книжке и нажала на кнопку вызова, даже дыхание затаила, чтобы услышать через несколько секунд совершенно неуместную фразу про то, что аппарат вызываемого абонента выключен.

Что за глупость?

Я попробовала позвонить ему еще раз минут через пятнадцать, успев до этого влить в себя чашку чая. И вновь все то же мерзкий механический голос.

Это чувство неопределенности не дало мне уснуть. Я, уставившись в потолок, дождалась пяти утра, чтобы проводить родителей, после чего не смогла даже прилечь. У меня едва хватило выдержки, чтобы провести дома еще несколько часов, я практически выбежала из подъезда, когда таксист сообщил о том, что подъехал.

Тостов сегодня я, естественно, взяла две порции. Не смогла иначе, уже предвкушала встречу, однако, едва оказавшись на ресепшене, поняла, что утро пройдет отнюдь не по моему сценарию.

Офис гудел, причем те люди, которые по нему сновали отнюдь не были простыми сотрудниками «Сигма Шуз». Я уже видела их однажды, когда у одного из наших региональных филиалов возникли серьезные проблемы. Очень серьезные проблемы.

Рому я встретила в коридоре по пути к приемной, и, судя по его виду, я начала сомневаться, что ему вообще удалось поспать.

- Что случилось? – не боясь, что нас кто-то заметит, не боясь осуждения или еще каких-либо проблем, перехватила его руку и притянула к себе.

Босс ответил не сразу. Сперва обнял, уткнулся носом мне в макушку и несколько секунд просто молча стоял.

- У нас проблема с франшизой в Европе, немцы улетают сегодня, с новой линией тоже все не так гладко.

Верить его словам не хотелось, однако и не верить было глупо. Я никогда не вчитывалась в смысл бумаг, могла просто визуально определить их идентичность, мне было неинтересно вникать в трудности «Сигма Шуз», но сейчас, напрягая память, я смогла вспомнить пару актов с отказами от городской администрации и еще что-то по мелочам.

- Пойдем. – Рома перехватил мою руку и развернулся.

- Ты только что шел в противоположную сторону. – решила блеснуть умом.

- Я шел на ресепшен вызвать пару машин, но, думаю, инвесторы захотят попрощаться с тобой.

- А почему я не приехала на работу вместе с тобой? – решила вспомнить о легенде и напомнить. – Мы же живем вместе.

- Ты спала. Ты крайне не любишь рано вставать.

- Фу, ты выставляешь меня совершенно неприятным человеком.

- Поверь, это не так. – Рома затормозил перед самыми дверями в кабинет, резко развернул меня за плечи и прижал к себе.

Нет, все-таки не сон... Как хорошо, что не сон.

Немцы были милы. Они были чертовски милы! Честно, я даже обняла их всех напоследок, а в ответ на все их рассуждения про наши с Ромой взгляды и долгую совместную жизнь старалась просто кивать. Серьезно, я была даже готова пропустить мимо ушей тот момент, что все постоянно говорят про взгляды.

Конечно, мы обещали приехать к ним в первый же совместный отпуск, конечно, они обещали навестить нас сразу же, как только разрешатся все проблемы. Потому что так было нужно.

Только вот совершенно не обязательно было уже после их с Ромой отъезда в аэропорт сидеть и грустить. А я сидела.

Серьезно, казалось, что какой-то этап в жизни закончился, а я по-прежнему не готова была его отпустить.

- Будешь по ним скучать? – я даже не услышала, как Рома вошел в приемную. Интересно, сколько времени прошло?

- Не знаю... - ответила искренне и сразу поднялась на ноги.

Невозможно было находиться с ним в одном помещении на расстоянии нескольких метров.

Заметив мое движение в свою сторону, босс улыбнулся, и это придало мне уверенности


Это я его поцеловала, потому что хотела этого, до дрожи в коленках хотела.

- Я ночью чуть с ума не сошла, когда твой телефон выключен оказался. – прошептала, на мгновение оторвавшись от его губ. – Думала, не со мной все это происходит, нереально так.

- Лиз. – Рома тоже попытался выиграть несколько сантиметров для диалога, но по глазам вижу, что ему это слишком тяжело далось, и тогда провоцирую, прижимаюсь всем телом, поднимаюсь на цыпочки, и он просто не в силах сопротивляться, целует снова. Жадно, но так нежно, до невозможности нежно, что и кричать хочется, и плакать. И целовать, целовать...

Это именно я закрываю дверь на замок, когда мы оказываемся в его кабинете. Ловлю Ромин взгляд, но лишь улыбаюсь в ответ. Нет, невозможно по-другому, невозможно, когда вдруг понимаешь, как до невыносимости глупо провела последние несколько месяцев, когда так упорно не замечала человека, который был так нужен, который все это время был совсем рядом.

- Лиз, поговорим? – и снова его слабая попытка отстраниться.

- Конечно, Ром.

Конечно, вот сейчас я только еще раз тебя поцелую, смогу оторваться от твоих губ, и, конечно, ты уберешь ладони с моей талии, которые так бессовестно сейчас спускаются ниже. Но, нет, я совершенно не возражаю. Наоборот, подаюсь вперед, чуть прикусываю нижнюю губу, а потом целую шею, освобождаю руки и цепляюсь пальцами за узел галстука, начиная ослаблять его.

- Лиз.

На секунду поднимаю взгляд, снова эти черные глаза, он меня с ума сведет только своими глазами, точно говорю вам, сведет.

- Ты поговорить хотел. – напоминаю, а сама в это время бессовестно выкидываю его галстук за ненадобностью и начинаю расстегивать пуговицы на рубашке.

- Хотел. – нервно прочищает горло, следя за моими ладонями.

Что, думаешь, остановлюсь?

Улыбаюсь:

- Тогда говори. – и вновь целую шею, плечи, стягивая с него рубашку.

- Ты меня с ума сведешь, Лиз. – выдыхает мне в макушку сдавленно, не видит, как я улыбаюсь.

- Ты меня уже свел, Ром.

Ему хватает секунды, чтобы подхватить меня за бедра и усадить на стол для переговоров. Кажется, на пол полетели какие-то документы, плевать, у меня есть все электорнки на компе. Это ли не ответственность.

Теперь инициатива целиком в руках Ромы. Мой пиджак улетел на пол так стремительно, что я даже не успела сообразить, и теперь он уравнивал счет, расстегивает мою блузку, сам, не желая принимать мою помощь.

Да не очень-то и хотелось. Мне и так слишком классно.

Когда блузка была откинута, Рома на мгновение отстранился.

Что, картину хочешь оценить? Да пожалуйста! Я этот комплект почти полчаса выбирала, ты еще просто не заешь, что тебя дальше ждет.

Усмехнулась и резко спрыгнула со стола, параллельно отталкивая мужчину от себя. Не ожидал?

Он ловит мою улыбку и улыбается в ответ, а потом вновь притягивает к себе, обнимает за талию, целуя, но, видимо, не нащупывает молнию на юбке, поэтому резко, одним движением, разворачивает меня спиной к себе, я едва успеваю выставить руки вперед, чтобы упереться о стол, однако уже в следующую секунду понимаю, что все равно бы не упала.

Рома держит меня крепко, скользит ладонями по груди, прикрытой тонкой тканью белья винного цвета, целует спину, лопатки. И прижимает, прижимает, давая понять, как сильно меня хочет.

А я не имею ни малейшего желания проигрывать в этой игре, немного пошло скольжу бедрами, вновь провоцируя, заставляя его сдавленно выдохнуть, убрать руки с груди, позволяю схватить себя за бедра, до болезненного желания прижать еще ближе, после чего буквально на секунду оттолкнуть лишь для того, чтобы расстегнуть молнию на юбке.

Она падает к моим ногам практически сразу, но я не чувствую, чтобы Рома пошевелился, и улыбаюсь.

- Нравится? – позволяю себе дерзость в голосе, не испытывая ни грамма стыда.

Ему нравится, я знаю. И он точно не ожидал увидеть на мне чулки. В канун-то нового года, благо, что погода еще не успела понять, что наступила зима, а в салоне такси было тепло.

Да, Рома, да. Я готовилась.

Вместо ответа он резко разворачивает меня к себе и вновь целует. И вновь по-другому, выбивая из головы все, кроме себя. Подхватывает на руки, как будто я ничего не вешу, и несет на диван.

Никогда раньше не думала, что этот широкий диван мне сможет понравиться. Теперь я была уже готова пересмотреть свое мнение.

Он нависает сверху, и я чувствую тепло его тела, обжигающее дыхание и уже не согласна и на секунду промедления. Нащупываю ремень на его брюках и решительно расстегиваю его. К счастью, Рома больше тоже не хочет медлить, раздевает меня, целует грудь, заставляя выгибаться навстречу, шепчет о том, что рядом со мной себя невозможно сдерживать.

Я знаю, Ром, знаю!

Сама не могу, как хорошо, что ты тоже.

Я нахожусь на грани истерики, когда нас уже ничего не разделяет, готова на все, лишь бы он сделал последний шаг. И он его делает.


Входит так тесно, так идеально, что я распахиваю глаза, стараясь запомнить мгновение и сразу же сталкиваюсь своим взглядом с Роминым. И уже не могу сдерживаться, тону. Подставляю губы под поцелуй, чувствую, как его руки скользят по моей коже, чувствую его внутри себя и забываю обо всем остальном.

Ничто больше не важно, когда тебе так хорошо, когда каждое движение заставляет шептать слова ласки только для него, жадно хватать воздух, когда на пике хочется произносить лишь его имя. Когда даже одного раза мало, чтобы осознать, что все происходящее – реальность, когда одна только его фраза способна перевернуть весь мир.

- Я влюбился, кажется, Лиз.

- Ром, если ты сейчас хочешь рассказать мне о другой девушке, я тебя убью.

- Я в тебя влюбился, Лиз.

Я одеваюсь, не переставая улыбаться, знаю, что еще пара часов, и мы будем вместе, я в этом абсолютно уверенна, лишь когда Рома выходит из кабинета, целуя на прощанье, почему-то колеблюсь.

Что за глупость?

Для того, чтобы вернуться в реальность, у меня ушло около часа. За это время я успела сходить в кафетерий, купить три чашки травяного чая, выпить три чашки травяного чая и понять, что травяной чай ни хрена не помогает в стрессовых ситуациях.

Или, по крайней мере, помогает гораздо хуже, чем тупое изучение оставшихся листьев на фикусе.

- Где он? – такой мерзкий голос, который я надеялась никогда больше не услышать в своей жизни, заставил вернуться в реальность.

Полина, мать ее, которую нельзя называть по отчеству, Анатольевна в элегантном белом костюме стояла прямо напротив моего стола и недовольно сверлила меня взглядом.

- Кто «он»? – до сих пор не желая верить в ее появление тут, решила уточнить. Неужто тушь забыла? Или загранпаспорт, может?

С полминуты Мегера Анатольевна колебалась, потом усмехнулась.

- Рома, кто же еще.

Воспринимать ее слова совершенно не хотелось.

Медленный вздох.

Нет, он просто не мог так поступить.

- Зачем он тебе? – играть в приличия не хотелось, хотелось раз и навсегда поставить все точки над и, заставить ее убраться отсюда куда подальше.

И вновь Полина ответила не сразу, а, прежде тем, как заговорить, растянула губы в улыбке, которая мне сразу же не понравилась.

- Он с тобой переспал? – усмешка и опять пауза. – Ладно, я сделаю вид, что не заметила. Это уже не в первый раз, может, и не в последний. Знаешь, Рома такой человек. Он будет бегать вот так, пока не нагуляется, но раз за разом возвращаться ко мне.

- Нет... - прошептала злобно, борясь с желанием прямо сейчас вцепиться ей в волосы.

- Да, Лизочка, да. Или ты действительно успела поверить в сказку? У его компании проблемы, хотя кому я это рассказываю. Ты же отправляешь все документы, должна знать. Задница с франшизой, трудности на производстве. – Полина сделала паузу и прищурилась. – Что? Серьезно не знаешь? Или думала, что я не знаю? – усмехнулась. Снова. – Хотя... Хотя кто ты такая, чтобы посвящать тебя в детали? Возможность снять стресс. Не больше.

Девушка окинула меня еще одним презрительным взглядом, после чего подхватила со стола сумку и зашагала к выходу, остановившись лишь в самых дверях.

- Прости, что разрушила твою сказку про Золушку. Но я действительно думала, что ты не такая дура, чтобы поверить.

Глава 15

Поверила ли я Полине? Нет! Ни на секунду.

Да, у нас с Ромой было слишком много недосказанности, но вот так вот просто взять и отказаться от всего из-за рассказа одной злобной девицы, который не подкреплен ни единым фактом? Да ни за что!

Конечно, она серьезно испортила мне настроение. Оставаться равнодушной, когда на тебя выливают целый ушат грязи, знаете ли, сложновато. Для того, чтобы вернуть себе душевное равновесие, наведалась в Ромин кабинет, открыла шкафчик для важных переговоров, извлекла из него бутылку коньяка, плеснула немного в кофе и сделала пробный глоток, после чего, вновь открутила крышку и добавила еще немного. Да, вот так-то лучше.

Волшебный напиток сделал свое дело. Руки перестали дрожать, а сознание прояснилось. Да и слова Полины стали казаться еще более глупыми. Ну, все кроме тех, где она говорила о проблемах компании.

Быстро найдя на компьютере нужную папку с электронными версиями всех последних документов, один за другим стала их открывать и вчитываться. Раньше я всегда считала своим плюсом то, что мне не обязательно вникать в смысл текста, чтобы проверить его качество. Тем более здесь, в «Сигма Шуз», где ответственность за составление бумаг целиком и полностью лежала на других людях. Моя задача – распечатать, отксерить, отправить, отнести. Но никак не пытаться докопаться до сути.

Мне это банально было неинтересно. Зато теперь я ощущала себя полной дурой, когда один за другим изучала файлы, рассказывавшие о том, сколько на самом деле проблем было у Роминой фирмы. Департамент имущественных и земельных отношений, франчайзеры, налоговая.

И ни о ком из этого списка он мне не рассказывал. Хотя, черт возьми, какой смысл был мне об этом рассказывать, если я и так должна была об этом знать?!

Вздохнув, закрыла последний файл и устало потерла виски. Слишком много информации и переживаний для одного дня. И это гадкое ощущение того, что я даже не пыталась поддержать дорогого мне человека, которое крепло с каждой минутой.

Несколько раз я доставала телефон и крутила его в руках, из последних сил сдерживаясь, чтобы не позвонить, останавливало лишь то, что я действительно могла помешать какой-нибудь важной встрече. К концу рабочего дня у меня даже возникло желание поехать на производство и ждать его там, но осознание того, что это полнейшее ребячество, не позволяло сделать настолько глупый шаг.

Рома так и не появился в офисе, но я не смогла вот так сразу уйти домой, просидела лишний час, вновь изучая листья на фикусе. Честное слово, наверное, я уже могу нарисовать это растение по памяти, не ошибившись ни в одной малейшей детали.

Понимая, что, патрулируя приемную, я лишь сильнее извожу себя, начала собираться домой. Рома обязательно позвонит мне, как только сможет. Позвонит же?

Переобувшись, накинула пальто и на прощанье еще раз заглянула в кабинет начальника. Бумаги лежали на привычных местах, стулья задвинуты идеально ровно, подушки вновь вернулись на диван. Все выглядело ровно так, как и должно было выглядеть. Поэтому, поймав себя на легкой улыбке, закрыла дверь и заперла замок, после чего выключила свет в приемной и, подхватив сумку, направилась на выход.

Однако на ресепшене пришлось затормозить. Просто присутствие на рабочем месте Верочки с Катюшей в нерабочие часы... Ну, знаете, явление уникальное. Тем более, учитывая их серьезные лица.

- А вы почему еще тут? – поинтересовалась у девушек, которые от звука моего голоса синхронно подняли головы.

- Лиза? Не знала, что ты в офисе. – проговорила Верочка.

- Напугала. – дополнила Катюша.

- Я вот тоже удивилась, увидев вас.

- А... - Верочка задумчиво покрутила между пальцев карандаш, а потом с тоской посмотрела на лежащие перед ней бумаги. – Тут фамилии все в списках на пропуски напутали...

- А завтра нужно передать их охране...

- Понятно. – теперь сообразив, с чем связана тоска в голосе, сказала я. У девочек, не привыкших к упорному труду, даже на составление этого списка пара недель уходит, а тут такой апокалипсис. – Вам помочь, может?

Нет, конечно, ни о каких благородных мотивах речь не шла. Плевала я на все эти списки и проблемы Верочки и Катюши, просто...

Просто буду честной. Я не хотела возвращаться домой и ходить кругами по комнате, ожидая, пока Рома позвонит, надеясь, что он вообще позвонит.

У любого терпения есть предел. А еще есть внешние факторы, игнорировать которые очень тяжело. Ну и, конечно, есть особенности собственной психики. Куда уж без них. Без этого дурацкого желания готовиться к худшему, придумывать самые плохие варианты.

- Нет, Лиз, спасибо. – улыбнулась Катюша.

- Иди лучше домой, ты, наверное, устала сегодня. День все же тяжелый был.

- С чего ты взяла? – ответила бодро, всем своим видом давая понять, что я весела и полна сил. Откуда вообще такие дурацкие предположения про тяжелый день?

- Лиз, ну мы же не слепые. – проговорила Катюша уж слишком мягким голосом.

- Мы в чужую жизнь никогда не лезем. – Серьезно?! С трудом сдержалась, чтобы не фыркнуть в ответ на следующую фразу Верочки. – Но, сама понимаешь, сидим тут, видим все, что происходит. Поэтому волей-неволей многое замечаем.

- И тебя понимаем, понимаем, что расстроилась. Тебе бы выспаться сейчас хорошенько, а жизнь наладится обязательно!

Последние слова Катюши мне ох, как не понравились. Я даже сделала несколько шагов к стойке:

- Я вас не совсем понимаю.

- Да ладно, Лиз, весь офис в курсе того, что вы с Романом Георгиевичем встречались, пока Полина Анатольевна не вернулась.

Прошедшее время и упоминание Полины не понравились мне вдвойне, чтобы не выдать эмоций, пришлось крепче вцепиться пальцами в ручку сумки.

- И я по-прежнему вас не понимаю. – старалась говорить ровно, но желание просто-напросто накинуться на девушек, заставив их уже рассказать все, что знают четко и ясно, становилось сильней. – Роман Георгиевич на производстве. И причем тут вообще Полина Анатольевна?

Коллективный разум ответил не сразу. Сперва Верочка с Катюшей переглянулись, синхронно расширив глаза и прикусив нижние губы, лишь после этого посмотрели на меня.

- Лиза, Роман Георгиевич уже вернулся с производства.

- Чего?

- Еще в обед. Он тут Полину Анатольевну встретил... - лицо у Верочки стало такое, как будто она всерьез опасалась, что еще слово, и я начну ее бить.

Но я не собиралась никого бить. У меня сил-то с трудом хватало, чтобы просто на ногах стоять и рот открывать.

- Как именно встретил? – чувствуя, как охрип голос, задала самый волнующий вопрос, искренне надеясь, что две верховных сплетницы компании поймут меня правильно.

А они вновь не торопились с ответом, поэтому пришлось повториться. На этот раз уже куда менее нежно:

- Как именно он ее встретил?!

- Как обычно... - пропищала Верочка.

- Поцеловал, обнял... - Катюша.

Она еще что-то говорила про то, что потом они куда-то вместе уехали, но я уже не слушала. Развернулась и, игнорируя взволнованные фразы девушек, направилась к лифту, очень надеясь, что сперва они все обсудят и лишь потом решат побежать следом.

Верить в услышанное не хотелось. Это же глупость какая-то! Несусветная!

Миновав первый этаж, спустилась на подземную парковку и села на лавочке в импровизированной курилке, которая кишила обитателями бизнес-центра днем, но была совершенно пустой сейчас.

Испытывая острую необходимость в том, чтобы, наконец, получить ответы от самого Ромы, потому что сил теряться в догадках просто не было, достала телефон и, выбрав нужный контакт, решительно нажала на кнопку вызова.

Гудок. Еще один. И я уже готова молиться, лишь бы он ответил, потому что иначе совершенно невыносимо.

Я почти ликую, когда гудки стихают, и в трубке раздается шорох, несмотря ни на что, коротко улыбаюсь.

Ведь все остальное бред, идиотский розыгрыш!

Однако улыбку стирает с лица одна короткая фраза:

- Я разве непонятно тебе сказала днем?

Мотаю головой, но все равно держусь, непонятно почему еще держусь:

- Где Рома?

- В душе. – голос Полины равнодушный, даже скучающий. – Попросить его перезвонить тебе, когда выйдет?

И только сейчас я слышу ее ликование. Наверное, оправданное.

Это она выиграла. Она выиграла, а я проиграла.

Я изначально проиграла, когда придумала себе образ человека, которого никогда не существовало, когда влюбилась в него и поверила в пустые слова.

Именно потому, что я понимаю, я не отвечаю. Просто сбрасываю вызов, несколько секунд тупо смотрю на телефон, а потом отключаю его.

Лишь затем встаю со скамейки, на автомате поправляю пальто и иду к светофору, даже не пытаясь о чем-либо думать. Главное вовремя смахивать с глаз слезинки, а то так совершенно ничего не видно, а я пока не уверена в том, что могу дойти до дома с закрытыми глазами.

* * *

Дважды все же пришлось взять себя в руки, натянуть улыбку и вытереть щеки. Что-что, а изображать фальшивые эмоции за время работы в «Сигма Шуз» меня научили отменно, жаль, правда, что в итоге все равно получилось так глупо поскользнуться на настоящих.

Парень в салоне сотовой связи был крайне приветлив, впрочем, девушка из ближайшего супермаркета в проявлении хороших манер ему ничем не уступала, поэтому уже спустя пятнадцать минут я, сжимая в руках бутылку вина и «Стартовый пакет» с новой сим-картой, я вошла домой.

Квартира встретила привычной тишиной и пустотой, которые сегодня были вот совсем некстати. Собаку, что ли, после праздников завести? Или кота? Или рыбок. Точно, рыбок! С сегодняшнего дня я официально обожаю рыбок. Стоит их любить хотя бы за то, что они, делая чью-то жизнь хуже, улучшают мое настроение.

Пробка на бутылке вина поддалась с первой же попытки. Можно считать, что таким образом вселенная показала мне, что я принимаю правильное решение? Не знаю, но в любом случае менять его я не собиралась.

Наполнила бокал в первый раз, выпила его залпом, после чего, щедро плеснув себе еще вина, уже начала раздеваться.

Главное - ни о чем не думать, главное - ни о чем не думать. И делать щедрые глотки почаще, так реально проще не думать.

А завтра станет легче. Завтра обязательно должно стать легче.

Должно, только вот почему-то не стало, словно пустота внутри за те часы, которые я проспала лишь стала больше. Нет, заливать горе вином явно не мой вариант.

Конечно, о том, чтобы выйти на работу, я даже не подумала. Извините, простите, но в офис после всего произошедшего я точно не вернусь. Руководство «Сигма Шуз» мне еще спасибо сказать должно за то, что на прощанье я не разнесла добрую половину их имущества.

Однако портить свою трудовую книжку тоже не хотелось. Раньше, я никогда не пользовалась служебным положением. Что ж, сейчас самое время.

Распаковав коробочку с новой сим-картой, ловко вставила ее в телефон, после чего включила его и сразу открыла записную книжку, первым делом поспешив удалить контакт, которым я точно больше никогда не воспользуюсь. Пусть глаза не мозолит.

С чувством выполненного долга, попутно затыкая мерзкий голосок, вероятно, жалости к себе, нашла другой номер и нажала на вызов.

Кадровик всея «Сигма Шуз» взяла трубку практически сразу.

- Лизочка, привет!

- Доброе утро, Анна Викторовна! А я к вам по делу.

- Все-то ты по делу, хоть бы раз позвонила поболтать.

- Обязательно позвоню, тем более, что времени для этого у меня теперь будет более, чем достаточно.

- Та-а-а-ак, - моментально среагировала женщина. – рассказывай.

- Да что тут рассказывать, увольняюсь я, новогодний подарок себе делаю.

- Вот так поворот! С чего вдруг. – Анна Викторовна вздохнула. – Нет, согласна, Рома, конечно, далек от эталонного начальника, но работа у тебя не пыльная, зарплата хорошая.

При произношении имени шефа (очень надеюсь, что бывшего) поежилась. Интересно, нельзя сделать так, чтобы с планеты резко исчезли все упоминания о каких-либо Романах? В любой форме. Ну, буквально на пару недель, пока я в себя не приду.

- Да он тут не при чем. – соврала со всей душой. – Просто вы же знаете, что мне никогда эта должность не нравилась, и обувь у нас стремная.

Женщина на том конце провода коротко хохотнула.

- Что есть, то есть. Ладно, Лиз, от меня что нужно?

- Роман Георгиевич разрешил мне уволиться без отработки вчерашним числом.

- Хорошо. – Анна Викторовна приняла мои слова за чистую монету.

Именно поэтому я позвонила именно ей, ведь я была тем самым связующим звеном в их с боссом общении.

- Я уезжаю сегодня. Ну, новогодние каникулы и все дела, оставлю заявление у охраны? Проведете меня по высшему разряду? А шеф подпишет потом. – с излишней бодростью прощебетала я.

- Конечно. – небольшая пауза. – После праздников хоть заскочишь? Чайку попьем.

- Обязательно заскочу, Анна Викторовна. – врать женщине не хотелось, но как иначе? – Спасибо вам, за все!

После разговора мне полегчало. Правда, полегчало. Только вот совсем незначительно, именно тогда я решила действовать дальше. Собрала необходимые на неделю-другую вещи и поехала на вокзал. Я ведь действительно очень давно собиралась навестить родителей, будем считать, что их недавний визит меня на это дело ох, как вдохновил.

По пути на вокзал заехала в ближайшее банковское отделение. Карточки – это, конечно, хорошо, только не в ста километрах от города. Сомневаюсь, что тетя Маша достанет терминал оплаты откуда-то из недр халата, когда я отправлюсь к ней за молоком.

Наверное, это был первый раз, когда я не обрадовалась большой сумме на своем счету. Наверное, все дело в размере этой суммы. Шестьсот тысяч и два месячных оклада плюс то, что оставалось раньше.


Это было похоже на последнюю точку. Жирную точку, которая развеяла последние сомнения.

И вдруг стало так противно. Противно от ощущения себя дорогой проституткой с той лишь разницей, что я не устраивалась работать проституткой.

Быстро сняв нужную сумму, убрала карточку в кошелек, как будто от того, что я ее не вижу, лежащие на ней деньги вдруг мистическим образом исчезнут, а вся ситуация как-то сама собой забудется.

Забудется, забудется... Обязательно забудется. Когда-нибудь.

Родители, конечно, удивились моему приезду. К счастью, удивились приятно и на улицу не выгнали. Что еще нужно для полного умиротворения?

Ладно, много чего.

Кстати, с того дня, как я приехала к родителям, я больше не плакала. Ну, знаете, слишком палевно плакать, когда через пару минут после первого всхлипа тебе стучат в стенку и обещают забыть о любви и пощаде, если сейчас же все не объясню.

И, нет, я не рассказала маме и папе всей правды, хотя я искренне сомневаюсь, что они и так ее не поняли.

Позвонить Эле я смогла на пятый день отдыха, если это можно так назвать, у родителей. Подруга была мила. Сперва от души обматерила меня, а потом нежно попросила рассказать, что все-таки стряслось.

Вполне в духе Эли.

- Ты же понимаешь, что не сможешь бегать вечно?

- Я не бегаю, а делаю то, что должна была сделать очень давно.

- Сидеть перед окном и тупо пялится на падающий снег?

- Нет. – поспешно отвела взгляд от окна. – Тут зима настоящая, сугробы, гирлянды, новый год, блин, я отдохнуть хочу!

- А потом повеситься на мишуре под шумок.

- Неправда! – поспешила оправдаться, быстро откинув мишуру.

- Это что, звук улетавшей гирлянды только что был?

- Тебе показалось.

- Лиз, ты же знаешь, Аня очень хочет, чтобы ты следила за документами кофейни, отлично понимаешь же, что без работы не останешься. – Эля сделала паузу. – Я осознаю, что тебе хреново, мы выпьем поэтому поводу еще не раз, только возвращайся в город, прекращай это отшельничество.

И я послушала подругу. Реально послушала. Прямо с утра тридцать первого декабря. Схема была выбрана классическая – родители полагали, что я еду к друзьям, друзья – что я еще погощу у родителей. Идеальный вариант для того, чтобы напиться и узнать все о кавказских овчарках, потому что мне действительно был нужен питомец.

Идеально ровно до тех пор, пока, подходя к железнодорожной станции, я не услышала знакомый голос.

- Ты бы еще в тундру умотала.

- Игорь?

* * *

- Игорь, Игорь. – мужчина усмехнулся. – Ты как будто удивлена, что я приехал.

Интересно, если наступит апокалипсис, лжебармен перестанет шутить?

Сомневаюсь...

- Есть немного. – протянула в ответ. – А что ты тут делаешь?

- Захотел посмотреть на зиму в русской глубинке.

- Посмотрел?

- Ага, ничего впечатляющего.

- Ну, теперь можно и в город.

- Можно. – Игорь не стал спорить. – Поэтому садись в машину.

Если до этого момента разговор с мужчиной был непринужденным, то сейчас его настроение резко изменилось.

- Не, Игорь, я как-нибудь на электричке, сама.

- Лиз, не глупи.

Перед тем, как ответить, вздохнула. Обсуждать неприятные темы совсем не хотелось. Не для того я недельную реабилитацию в деревне проходила, чтобы сейчас все результаты полетели псу под хвост.

- Раз уж ты сюда приехал, то, предполагаю, в курсе того, что произошло. – старалась отвечать как можно более спокойно. – Значит, должен понимать, что никуда ехать с тобой в здравом уме я не захочу. Давай не будем устраивать дешевую мыльную оперу.

Игорь заговорил не сразу, вздохнул, потом устало потер виски и лишь затем недовольно сказвл:

- В следующий раз, когда мне вздумается свести двух людей, я для начала обязательно попрошу у них справки от психиатра.

Я хотела ответить что-то едкое, не до конца въехав в смысл фразы, однако замерла, едва открыв рот, лишь через несколько секунд заторможено переспросила:

- Вздумается сделать что?

- О, этого уже больше похоже на реакцию живого человека.

А вот сейчас я чувствовала уже раздражение. Плохо скрываемое такое раздражение.

- Игорь, это ни хрена не смешно!

- Да никто и не шутит, Лиз. Пожалуйста, не заставляй меня заталкивать тебя в машину силой. Сперва Ромку еле в аэропорт вытолкал. У того вообще кукушка в голове отказала, готов был и немцев своих бросить, и на компанию забить, лишь бы принцессу свою сказочную спасать броситься.

- Чего? – в услышанное не верилось.

- Того, Лиз. Садись в машину, по пути все расскажу, у меня у самого самолет через три часа. Тем более, что на электричку ты уже все равно опоздала.

Выйдя из транса, с тоской посмотрела в сторону железнодорожной станции, от которой как раз отъезжала электричка.

- Ладно. – пожав плечами, пошла в сторону машины Игоря. – Только рассказывай, пожалуйста, все по порядку. Я тут уже и так не далека от сердечного приступа.

- Договорились. – мужчина улыбнулся и разблокировал двери. – История, конечно, презабавнейшая.

- Да вообще оборжаться.

- Лиз. – Игорь занял место за рулем и внимательно посмотрел на меня, на этот раз серьезно. – Полина не девушка Ромы. Я тебе больше расскажу, она ей никогда и не была.

- Чего? – если изначально я немного не понимала лжебармена, то теперь я не понимала его совершенно.

- Ладно. – тяжелый вздох. – Пообещай меня не перебивать.

- Допустим.

- И не бить, даже если возникнет непреодолимое желание. Я все-таки за рулем и совершенно не планировал сегодня умирать.

- Рассказывай уже. – проговорила нетерпеливо, понимая, что еще немного и меня просто порвет на тысячи крохотных кусочков.

- Полина – моя бывшая. Вся эта история началась еще тогда, когда мы с ней встречались. Понимаешь... Ну, ты, наверное, заметила, как тепло папа относится к их семье?

Вспомнив о теплом семейном ужине, кивнула. Чрезвычайно тепло.

- Ну, тогда Ромке и пришла идея сказать родителям, что Полина – его девушка. Братец в глазах папы и мамы всегда был более ответственным, перспективным и все в таком духе, поэтому и собак в той ситуации, когда я практически спалился, на него спускать не стали.

- У вас что, хобби такое – заводить ненастоящих девушек?

- Ромке так было проще. Даже, когда мы расстались, Полина не перестала появляться у вас в офисе. Ваш серпентарий не горел желанием домогаться до брата, пока на горизонте маячила такая девушка.

Ну да, в словах лжебармена однозначно прослеживалась логика.

- Допустим, позиция Ромы, который даже после вашего с Полиной расставания пригонял ее в офис, мне понятна. Даже ясно теперь, почему их типа отношения сквозили такой э-э-э-эм своеобразной романтикой. Но ей-то что двигало?

- Знаешь, до недавнего времени и сам не понимал. Ну, примерно до того момента, как не увидел ее дома у родителей с ехидным видочком отвечающей на твой звонок. Кто же знал, что у этой дуры на фоне ревности так башню сорвет? – Игорь усмехнулся. – Лиз, он даже не думал, что она трубку возьмет, там такая суматоха была. Ромка к родителям заехал перед самолетом, бумаги какие-то забрать хотел, а у них эти в гостях были, ну, пока брат с отцом были заняты в кабинете, Полина устроила самодеятельность. К счастью, я это услышал. К несчастью, ты тоже. Кстати, курицы в офисе на ресепшене – тоже ее работа.

- Откуда ты знаешь?

- У-у-у, там после этого звонка такое началось.  Массовый каминг-аут. Рассказывать правду пришлось всем, причем с самого начала. Ну, знаешь, отец может быть убедительным, особенно, когда в порыве гнева обещает переубивать всех к чертям. В общем, Полина с ее матерью были с позором изгнаны со двора, а ее папа, кажется, лишился парочки выгодных контрактов. А дальше, дальше Ромка пытался до тебя дозвониться, но ты додумалась отключить телефон, собирался вместо аэропорта ехать к тебе, просрав при этом компанию, короче, я еле его затолкал в самолет. Сам к тебе с утра заехал, но ты уже успела свинтить.

- Кто меня сдал, кстати?

- Эля.

Усмехнулась.

- Ну да, стоило догадаться.

Игорь замолчал, а я попыталась собрать мысли в кучу. Мне хотелось ему верить, очень хотелось, но в этой истории по-прежнему было слишком много пробелов.

- Почему он не сказал мне раньше? – проговорила тихо, а потом добавила уже более раздраженно, вновь начиная злиться. – Ты-то какого хрена молчал?

- Он хотел, Лиз. Я не хотел, да.

- Настолько хотел, что не смог практически за месяц произнести одно предложение?

- Дело в том, что для Ромы эта ситуация выглядела совсем иначе.

- Опять эти тупые загадки, Игорь!

- Ладно... Поставь себя на его место и вспомни тот самый милый семейный ужин, когда ты хочешь рассказать девушке, которая тебе нравится всю правду. Ну, хочешь ровно до того момента, пока не узнаешь, что она встречается с твоим братом. И об этой ма-а-а-а-аленькой детали она как-то забыла рассказать. У тебя ведь тоже была возможность ему рассказать?

Мысленно вернувшись в тот вечер, вспомнила наш диалог в коридоре, вспомнила Ромину реакцию и тихо застонала.

- Подкол засчитан, но тогда я совершенно не понимаю, почему Полина устроила мне на кухне сцену ревности.

- Полина устроила тебе сцену ревности?

- Именно.

- А, наверное, из-за меня. Рома рассказал ей правду сразу же по телефону. Она знала, что мы встречаемся.

- Игорь, ты придурок?!

- Ты обещала меня не бить.

- Я не обещала. Какого черта ты молчал?!

- Косякнул. – равнодушно проговорил мужчина. – Лиз, я не положительный герой в этой истории. Да, изначально было весело. Потом стало не очень. Ты ему давно нравилась. Знаешь, я с тобой  познакомиться, еще до начала всего этого хотел. Рома никогда с таким упоением не рассказывал о том, что его кто-то бесит своим равнодушием и ядовитостью, а о тебе мог трепаться и трепаться. В общем, ясно было, что ты у него в голове основательно засела. И каково же было мое удивление, когда я зашел в приемную, желая познакомиться с той самой помощницей, и увидел там тебя. Девушку, которую безбожно напоил несколькими днями раньше.

- Так. Стоп! Ты начал со мной встречаться, чтобы заставить ревновать брата?!

- Воу-воу! – Игорь рассмеялся. – Не делай из меня извращенца. Я всегда был с тобой честен, разве что-то немного не договаривал. Просто решил совместить приятное с полезным. Ты мне симпатична, Лиз. Да и целуешься классно. И нет, спать с тобой я бы, конечно не стал. Да ты и сама желанием не горела.

Остановившись на светофоре Игорь повернулся ко мне и подмигнул, заставив меня закатить глаза.

- Я просто хотел подтолкнуть вас, сделать так, чтобы вы, блин, наконец-то въехали в то, что вы нравитесь друг другу!

- Конечно, других-то способов нет!

- Они скучноватые.

- Игорь, ты устроил настоящий Армагеддон!

- Нет, Лиз, Армагеддон устроили вы сами, ладно, и Полина еще.

Вздохнув, отвернулась и уставилась в окно, изо всех сил стараясь взять себя в руки и не начать паниковать.

- Где Рома сейчас?

* * *

- Предполагаю, что в городе. Должен был прилететь с утра. Позвоним?

От предложения Игоря замотала головой. Ну не была я готова вот так вот сразу.

- Отвези меня лучше к нему.

- Не хочу тебя шокировать, но именно для этого я и притащился в глубинку.

- Ой, вот давай без сарказма, мое желание тебя ударить до сих пор никуда не делось. Кстати, удивлена, что Рома не сделал это раньше.

Перед тем, как ответить, Игорь поморщился, а потом усмехнулся:

- Кто тебе сказал, что не сделал? – после чего правой рукой провел по ребрам.

Не выдержав, рассмеялась:

- А почему не по лицу? Товарный вид портить не хотел?

- Так исторически сложилось. – лжебармен улыбнулся. – Родители с детства не фанатели от драк.

Качнув головой, отвернулась к окну. Нужно было переварить услышанное. Ну, хотя бы попытаться.

Полина – злобная мстительная стерва, взъевшаяся на меня совсем не из-за Ромы, а из-за Игоря, которого до сих пор хотела вернуть. Игорь – Игорь просто сказочный дебил, не будет лишним сообщить ему об этом еще раз.

- Ну ты и придурок!

- Но это ведь не помешает нам дружить?

- Феерический придурок!

- Кажется, я отобрал у Ромки все титулы.

- Поверь, тут ты дернул его по всем пунктам.

При упоминании Ромы сердце забилось чаще. Я совершенно не представляла, что скажу ему, когда увижу, как буду себя вести, но это было совершенно неважно, потому что от желания встретиться с ним у меня начинали дрожать руки.

До самого города мы молчали. Я банально старалась не паниковать, а Игорь, видимо, все же побаивался за свою жизнь, поэтому предпочитал не издавать звуков. Заговорил лишь тогда, когда припарковал автомобиль перед Роминым подъездом.

- Без моей помощи справишься?

- Давай договоримся больше не употреблять слова «ты» и «помощь» в одном предложении?

Лжебармен усмехнулся, а затем посмотрел на часы. Точно, самолет же.

- Успеваешь?

- Практически.

- Ладно... - вздохнув, подхватила сумку и взялась за ручку. – Поблагодарить тебя у меня язык, конечно, не поворачивается...

- И так всегда... - с притворной обидой проговорил Игорь.

- С наступающим, Игорь. – все же улыбнулась.

- Желаю тебе быть меньшим придурком в новом году?

- Заметь, ты сам это сказал.

- С наступающим, Лиз. – мужчина улыбнулся в ответ. – Иди уже.

Я едва успела выйти на улицу, как машина Ветрова-младшего сорвалась с места. По ходу действительно опаздывал...

Сделав несколько шагов в сторону подъезда, остановилась, а потом едва не рассмеялась от пришедшей в голову идеи, после чего развернулась и быстро направилась в противоположную сторону.

К подъезду я вернулась минут через десять. С бутылкой шампанского в сумке и... И пучком салата в руках.

Тихо усмехнулась, а затем набрала номер квартиры на панели домофона, чувствуя, как волнение накрывает с головой.

Однако ничего не произошло, Рома не открыл мне дверь и тогда, когда я вместе с кем-то из его соседей смогла попасть в подъезд, тогда пришлось все же достать телефон, чтобы через несколько секунд с обидой застонать.

Чертов номер...

Недолго думая, решила позвонить «Брату», телефон которого оказался отключен. Гребаный самолет!

А еще через несколько секунд отключился уже мой мобильник. И резко так обидно стало. За свое поведение, за поведение Ромы, про Игоря вообще говорить не хочу. А вселенная... Она будто наблюдала за всеми нашими косяками, делала выводы, а теперь отыгрывалась.

Потому что нельзя начинать отношения со лжи. С салата – пожалуйста. С глупых ситуаций, с взаимной неприязни, с долгой дружбы. Конечно, можно. Но только не со лжи.

Не желая больше торчать в подъезде, пялясь в стену, пнула дверь в Ромину квартиру, как будто она была в чем-то виновата, а потом поплелась домой. Пешком, потому что мне просто нужен был свежий воздух.

Ни о каком новогоднем настроении речи, конечно же, не шло. Все эти люди с мишурой, упаковками фейерверков, пакетами из продуктовых магазинов, спешащие домой, чтобы закончить приготовления к празднику, лишь раздражали. На смену энтузиазму и желанию что-либо делать пришли унынье и тоска. Хотелось просто прийти домой, зарядить чертов телефон, найти номер Ромы и нормально поговорить.

Впервые нормально. Если он вообще захочет. Если у нас вообще получится.

А город вокруг шумел, близилась ночь, зажигались праздничные огни.

Интересно, а если я сейчас загадаю желание, авансом, хотя, пожалуй, я этого совершенно не заслужила, оно исполнится?

А если очень захотеть?

Не обращая никакого внимания на снующих вокруг людей, остановилась прямо посреди тротуара перед поворотом во двор и взглянула на небо. На небо, которое именно в этот момент решило расщедриться на первые снежинки.

Пожалуйста, небо! Пожалуйста!

Еще несколько секунд глупо смотрела в темноту, а потом вздохнула и повернула во двор.

Я увидела его сразу. Точнее сперва заметила машину. Заметила и не поверила собственным глазам, ускорилась сразу же, невыносимо желая проверить, не начались ли у меня галлюцинации.

Добежала, остановилась в нескольких метрах, а потом вообще, как дышать забыла, потому что просто не понимала, что делать.

Рома не исчез, он стоял напротив меня, совершенно серьезный, если не считать горшочка с салатом на крыше автомобиля, который решительно убавлял его солидность.

- Привет. – вообще-то это должно было произнесено бодро, а на деле вышел тихий шепот.

- Привет. – он позволил себе улыбнуться, а я лишь сильнее вцепилась пальцами в свой салат, который сжимала в руках.

Пауза. Такая мучительная, что я не выдерживаю, начинаю тараторить все, что приходит на ум, но практически сразу замолкаю, потому что Рома начинает говорить одновременно со мной.

- Лиз, я никогда не встречался с Полиной...

- Ром, я знаю, я теперь все знаю...

Замолкаем одновременно, смеемся, а потом вновь начинаем говорить, вновь одновременно.

- Игорь – дебил.

Снова смеемся, хоть в чем-то мы солидарны, а потом... Потом я просто не успеваю сообразить, кто сократил разделявшие пару метров первым.

Я бросаюсь Роме на шею, а он прижимает меня к себе. До боли практически, имея все шансов сломать мне пару ребер, но я даже возражать не буду, потому что знаю теперь, что он абсолютно точно будет рядом, бульончики там куриные варить, или что там полагается у влюбленных?

А мы абсолютно точно влюбленные. Глупые, творящие не пойми что, порой совершенно не думая о последствиях.

- Но теперь-то все будет хорошо? – я спрашиваю это вслух, хотя планировала лишь подумать.

Рома улыбается, гладит мои скулы кончиками пальцев, в глаза внимательно смотрит, а потом целует. Целует так, как может только он, вызывая взрыв эмоций, заставляя отвечать на ласки с таким усердием, с каким никто в мире не отвечает.

Потому что люблю его, видимо. Да какое там видимо. Совершенно точно люблю.

Правда, оторвавшись, говорю совершенно другие слова, глупые такие, но которые почему-то именно сейчас лезут на ум.

- Ты же не встречаешься с подчиненными.

На секунду Рома замирает, потом выгибает бровь, а затем растягивает губы в улыбке:

- Почему-то так и знал, что ты об этом скажешь.

Лезет рукой в карман, достает оттуда листок бумаги и протягивает его мне.

Мне, мое же заявление на увольнение. Подписанное им.

- Извини, твой новый трудовой договор я захватить забыл, но, поговаривают, что в той кофейне, где ты теперь работаешь, абсолютно замечательное руководство. Ни в какое сравнение не идет с предыдущим.

Я смеюсь, целую его, но смеяться не прекращаю. Как же быстро они все спелись! А Рома совершенно не против, целует в ответ, прижимает еще ближе, наверное, совсем в себя вжать хочет. Заговаривает лишь тогда, когда я отвоевываю себе сантиметр лишнего пространства для того, чтобы перевести дыхание.

- С Новым годом, Егорова, вы уволены!

* * *

Раньше я не слишком любила зиму. Ну, знаете, мороз, гололед, мало приятного, в общем. Однако год назад все изменилось. Честно, я даже в новогодние чудеса верить начала, так и до принятия того факта, что Дед Мороз все-таки существует дойти несложно.

В этом году я была куда более ответственной, тщательно выбирала подарки, помогла Ане с украшением кофейни, да чего уж, даже открытки поздравительные сама подписала.

Я и вас поздравить хочу. Пожелать можно много чего, но я выберу всего одно. Искренность.

Я желаю вам искренности. В поступках, в желаниях, в мыслях.

Будьте честны с окружающими и, главное, честны с собой.

И тогда счастье просто неизбежно. Поверьте, я знаю, о чем говорю.

Вот именно сейчас знаю, стоя на десятиградусном морозе и наблюдая за тем, как наш с Ромкой зверь волочет мне угрожающего вида заледеневшую корягу.

- Сельдь! Ну ты идешь или нет? Нам еще час в машине трястись, сейчас Ромины родители названивать начнут уже! А еще Игорь обещал познакомить нас со своей новой девушкой. Возможно, даже настоящей! Мы просто не можем такое пропустить!

Но это уже совсем другая история...

КОНЕЦ



Оглавление

  • Глава 1
  • Глава 2
  • Глава 3
  • Глава 4
  • Глава 5
  • Глава 6
  • Глава 7
  • Глава 8
  • Глава 9
  • Глава 10
  • Глава 11
  • Глава 12
  • Глава 13
  • Глава 14
  • Глава 15