Сыграем любовь (fb2)

Возрастное ограничение: 18+


Использовать online-читалку "Книгочей 0.2" (Не работает в Internet Explorer)


Настройки текста:


Марина Весенняя Сыграем любовь


Главы 1 Кастинг

— Заканчивай ныть! — Клэр повторила свое требование, наверное, в тысячный раз за сегодня. А я только закатила глаза на очередной командный призыв подруги. Все-таки выступать в качестве моральной поддержки в семь утра в субботу и делать вид, что меня всё устраивает? Ну уж нет, это выше всяких человеческих сил.

На улице последние две недели стояла промозглая погода. Кажется, зима в этом году решила наступить пораньше, задвинув осень отсиживаться на скамейке запасных. Дожди то и дело пытались «порадовать» жителей города еще и мокрым снегом, легкая наледь на асфальте по утрам уже стала привычной. Выйти из дома и не поскользнуться на ступеньках? Нет, это не про меня. И после всего, нам продолжают рассказывать про глобальное потепление? Серьезно?

Двери здания распахнулись вовремя, впуская всех в уютное, столь долгожданное тепло. Пальцы на руках окостенели от холода так, что я едва могла сжать кулаки. В мыслях оставалось только два желания — поскорее добраться до термоса с кофе. И больше никогда не соглашаться на авантюры Клэр. Приехать на три часа раньше назначенного времени, лишь бы занять очередь в первых рядах с самого начала, как по мне, было сомнительной затеей. Но посмотреть на лицо подруги, когда она обнаружила, что не одна такая сообразительная — оказалось бесценно.

«Я тебе говорила», — выдала я свою коронную фразу, сожалея, что в отличие от остальных кандидаток на пробы, мы не догадались взять с собой раскладные пластиковые табуреты, чтобы не стоять на ногах столько времени. И ладно я — я хоть в кедах была, а вот Клэр выбрала свои любимые высокие каблуки. Как она до сих пор держится — непонятно. И при этом еще умудряется меня попрекать тем, что я ною.

Просторный спортивный зал местной школы, закрытой на выходные, принимал всех желающих попробовать свои силы на кастинге и постепенно наполнялся всё прибывающими кандидатками.

Мне показалось, что я попала на фабрику клонов. Все девушки вокруг меня были стройными, всем не больше двадцати пяти, типаж тоже совпадал — овал лица, пухлые губы, темные волосы. Я, наверное, не сильно выделялась, разве что отсутствием слишком яркого макияжа и укладки из салона. Черт, и когда нормальные девушки все успевают? Учитывая, что многие из них явились занимать очередь на пробы еще с прошлого вечера, не иначе.

— Кастинг — дело такое, все при полном параде, — пыталась выдать мудрость Клэр, поправляя свои мягкие локоны, уложенные с помощью нескольких баллончиков лака сверхсильной фиксации. Идеальный маникюр, подобранные под книжное описание костюм из темного-синего хлопка с розовой блузкой — ничто не должно было выбиваться из скопированного образа. И всё в надежде получить главную роль в фильме. Клэр мечтала сыграть в экранизации своего любимого романа и основательно подготовилась, стараясь выглядеть милой и естественной.

А как по мне, так естественный вид в выходной день, тем более в такую рань — это след от подушки на щеке и растрепанный хвост на голове, скрывающий тот факт, что кто-то поленился и не помыл голову с вечера.

— … а кастинг на экранизацию главного бестселлера года — вообще особый случай! — продолжила наставления Клэр.

Конечно, вся страна поднята на уши. Кто бы мог подумать, что продюсеры решат не брать какую-нибудь топовую голливудскую актрису, а начнут искать свежие лица? А может это все просто рекламный трюк, чтобы привлечь к картине больше внимания. Не знаю. Главное, что стоило киношникам добраться до Чикаго, как в местных супермаркетах девушки (а временами и их заботливые родители) стали разбирать каштановую краску для волос. В книжных магазинах распроданы все бумажные экземпляры романа — кому-то, видимо, рассчитывал если не в фильм попасть, то хоть автограф раздобыть. Особо ретивые фанатки срывали по всему городу объявления о кастинге, лишь бы не плодить себе конкурентов. Будто мы живем в такой гиблой деревне, что интернетом до сих пор пользоваться не научились. Хотя, почем знать, может потом эти плакаты будут продавать на Амазоне, как особый раритет.

— Возьмите, — охранник протянул мне клейкий стикер с порядковым номером.

— О, нет, я не участвую. Я тут в качестве жилетки, когда подруга провалится.

— Ну, спасибо за оптимизм, — одернула Клэр, выхватывая у охранника бирку и прилепляя ее к моей груди. — Ничего с тобой не станет, если пару часов посидишь с номерком на майке.

— Пару часов?! Клэр! Даже если они и начнут вовремя, то нам все равно здесь сидеть до самого вечера! — я еще раз показала рукой на очередь из девиц за нашей спиной. Про тех, кто успел пройти вперед, я вообще молчала.

— Успокойся, половину этих страшилищ выгонят, только глянув портфолио, — Клэр протянула свою папку с фотографиями помощнику на входе, убедившись, что на нее приклеили верный номер.

— А тебя, значит, не погонят? — не хотела казаться слишком суровой с подругой, но лучше она сейчас снимет розовые очки, чем будет следующую неделю убиваться горем по загубленной карьере.

— Я профессиональная модель!

— Тебя один раз сняли для детской рекламы стоматологии, когда тебе было двенадцать.

— Темнота… — простонала Клэр. — Боже, да с кем я вообще говорю… — девушка выбрала место на трибунах повыше и направилась туда, величественно позволяя мне проследовать за собой. — Да и потом. Со мной ты. Так что дело в шляпе, нужно только отстоять очередь.

Ну да, кто-то кроличью лапку берет, кто-то клевер-четырехлистник на счастье, а Клэр таскает меня в качестве магнита, притягивающего удачу. Подруга, будучи девушкой весьма суеверной, любила всему придавать особый смысл. Так что стоило мне как-то пару раз найти деньги, однажды выиграть в лотерее и случайно стать в магазине тысячным покупателем, как Клэр решила, что у меня особый дар. Причем, ладно, если бы она на этом остановилась, так нет. Убедила всю мою семью в этом. Так что походы с сестрами на экзамены, обязательные посиделки у телевизора, если играет папина любимая команда, стали привычным досугом для меня. И отделаться от мифа про мою удачу никак не получалось: если все складывалось хорошо — родственники только убеждались в моих «способностях», а если нет — обвиняли в том, что я просто не постаралась помочь. Так что я привыкла.

Как бы мне ни хотелось ошибаться, но мое предположение про время ожидания оказались пророческими. Прошло два часа, а потом еще четыре. Девушек в зале становилось все меньше, терпения у всех тоже подходило к концу. Претендентки начинали цапаться, проверяя друг дружку на выдержку. Организаторы кастинга про «очередь», видимо, ничего не слышали, и вызывали на прослушивание девушек и случайном порядке. Так что я уже не старалась найти объяснение, зачем мы с Клэр приехали в такую рань.

— Смотри! — девушка протянула мне свой телефон. — В твиттере написали, что здесь сегодня полным составом выбирают!

— И что? — скучающе отозвалась я, даже не всматриваясь в сообщение.

— Что значит «и что?» Ты не понимаешь? Дерек Брэдфорд тоже здесь!

В зале раздалось еще несколько восторженных визгов, скорее всего, кто-то увидел тот же твит с радостной новостью.

— Это кто? — все так же безразлично спросила я. Я уже привыкла, что Клэр постоянно сыпет звездными именами, которых я и не пыталась запомнить. Ее идолы менялись, как перчатки. Питты, Блумы или какие-нибудь Камберхолдеры… Выходит новая жвачка про влюбленных вампиров, обаятельного мерзавца или неприступного красавчика, и все — здравствуй новая любовь.

— Боже, кого я с собой взяла. Дерек! Дерек, мать его, Брэдфорд!

— Я все равно не знаю, кто это…

Клэр шумно выдохнула.

— Он бог! — девушка набрала имя в поисковике, чтобы показать нерадивой мне фотографии. — Как можно быть такой отсталой?! Он будет играть одну из главных ролей в фильме. Только посмотри, какие кубики…

Клэр мечтательно облизнулась.

— Какой мужчина! Черт, глядя на эти мышцы, так и хочется встать на колени и как следует отполировать его дружка…

— Так, стоп! И слышать не хочу, — я отобрала телефон у подруги и заблокировала экран. Клэр громко засмеялась. Ее всегда безмерно забавляло то, как я смущалась откровенных бесед. Не то чтобы я совсем ханжа… Но есть вещи, которые просто не для меня.

— Знаешь, даже если меня не возьмут на роль, я просто подойду к Дереку и предложу ему сделать со мной все, что угодно.

— Думаю, на всех таких желающих у него сил не хватит, — буркнула я. Во всяком случае, судя по тому, как девушки вокруг начали старательно красить губы и расстегивать пуговки на своих рубашках (кстати, у большинства они были фланелевые в бело-синюю клетку), мистер Брэдфорд сегодня утонет в женских ласках. — Уверена, там и без твоего участия уже все отполировано до зеркального блеска.

— Я найду, чем удивить Дерека. Все-таки не зря на йогу хожу. Не думаю, что кто-то из этих коров способен закинуть ногу за голову. Или…

— Так всё! — взмахнула руками и поднялась на ноги. — Я за кофе.

Мое терпение достигло предела. Мне нужно было остыть, так что я поднялась со скамьи и спустилась с трибун. Сидеть и представлять, что Клэр собирается делать со своим кумиром, я не горела желанием. Буйные фантазии Клэр мне и так известны вдоль и поперек. Если бы подруга перестала терять время на безрезультатных кастингах и занялась своим писательской деятельностью, уверена, у нее бы получилось строчить эротические романы похлеще всех этих «полутонов», «наваждений» и «страстей по помощнице», по которым вокруг все сходят с ума.

Пройдя через баскетбольную площадку, я очутилась возле столика с бойлерами и одноразовыми картонными стаканами. Следов от закусок уже и не осталось. Впрочем, как и кофе, которым я так надеялась отвлечься. Подергав несколько раз краники обоих бойлеров, я окончательно распрощалась с надеждой залить в себя порцию крепкой черной бодрости.

«Даже эту фразу Клэр смогла бы опошлить», — подумала я, выглядывая кого-нибудь, кто мог отвечать за наполненность термосов с кофе.

— Эй! — окликнула я парня, который показался на секунду в дверях. Он проходил мимо по коридору и не остановился, когда я его позвала. Даже шаг немного прибавил. — Извините!

Мужчина меня вновь проигнорировал, продолжив двигаться дальше по коридору. И как это понимать? Я была слишком тихой, и это эхо в зале заставило думать, что я достаточно громко говорю, или просто хамство? В любом случае, я отправилась догонять парня. Это же не противозаконно. Я не больная на голову фанатка, которая собирается полировать органы съемочной команды, а живой человек, который не способен так долго жить без кофе, сидя в ожидании чуда. Да и относиться ко всем приглашенным с пренебрежением не слишком вежливо со стороны организаторов.

— Извините, — пришлось обогнать брюнета, чтобы заставить его остановиться. Стоило взглянуть на его лицо, и я потеряла дар речи. Ненадолго, но все-таки. Таких пронзительно-голубых глаз я в жизни не видела! Да и вообще парень выглядел так, что ему впору на обложках сниматься, а не кастинги обслуживать. Хотя, может он просто ассистент, или один из организаторов? — Там кофе в бойлерах закончился. Вы не могли бы их наполнить? Пока кандидатки все не озверели.

Молодой человек посмотрел вокруг себя, как будто хотел убедиться, что я говорю именно с ним. Для такого симпатяги просто поразительная скромность.

— Я? — решил уточнить брюнет.

Неужели бедных ассистентов здесь загоняли настолько, что даже мистер Голубые глазки не верит, что с ним заговорила живая девушка?

Я еще раз посмотрела на парня. Он никак не походил на чудилу-ботаника. Белая рубашка с отрезанными рукавами, черный галстук-бабочка. Его идеально-небрежной укладке на голове любая девица позавидует, а об острые высокие скулы наверняка можно порезаться. Я не Шерлок Холмс, конечно, но представить себе, что брюнет целыми днями сидит в офисе и перебирает бумажки, чтобы подписать какой-нибудь очередной бюджет, сценарий или чем там еще занимаются киношники, я не могла.

А вот то, что самый нашумевший кастинг будут обслуживать малоизвестные модели из местных — вполне походит на реальность. Это же имидж компании. Все должны быть красивыми, не то что мы, простые серые мышки.

— Ну… да, — подтвердила я, начиная чувствовать себя некомфортно. Черт, а вдруг это я слишком нагло себя повела? Забежала туда, куда не пускают, прицепилась к человеку, еще и что-то просить пытаюсь. Почему эта мысль не пришла мне чуть раньше, чтобы теперь не краснеть?

— Серьезно? — парень прищурился.

— Эм-м-м… Я просто… Черт! В общем, я просто не знаю, как все тут устроено. Если кофе больше не будет — о’кей, я просто спросила.

Я окончательно стушевалась, чтобы скрыть постыдный румянец опустила голову и начала тереть шею, чувствуя себя провинившимся ребенком перед строгим родителем. Нельзя меня к людям выпускать, когда не высплюсь. Начинаю делать что-то прежде, чем как следует подумаю. Черт, еще и накручивать себя начинаю. Надо тормозить.

Все еще изучая меня взглядом, брюнет ухмыльнулся. И я пожалела, что не могу провалиться сквозь землю. Наверняка жар от того, как горят мои уши в этот момент, красавчик тоже почувствовал.

— Вообще, я этим не занимаюсь. Но для тебя могу достать чашечку.

— Было бы здорово, — я с облегчением выдохнула. Милый парень только что сделал мне огромное одолжение и не выставил полной дурой. И это я еще и кофе получу. Возможно, я все-таки обладаю каким-то запасом удачи.

Молодой человек скользнул своей рукой мне на талию и притянул к себе.

— Эй! — совершенно на автомате я шлепнула его по пальцам и отстранилась. — Это только кофе, чувак, — на всякий случай напомнила я. — Он никак не тянет на обнимашки в качестве благодарности.

Брюнет выглядел сконфуженным.

— Прости, — парень пожал плечами. — Я просто обязан был попробовать. Пойдем.

Мне не удалось сдержать улыбки. Это его «обязан был попробовать» — звучало как комплимент. Можно включить чуть фантазии, и представить, что красавчик не нашел в себе сил удержаться и попробовал подкатить. Приятно. Обычно все внимание парней достается Клэр, а тут такой мужчина!

«Интересно, — я последовала за ним по коридору, все еще смущенно краснея после его попытки прижаться, — и где таких только берут?»

Хотя, что я удивляюсь? Наверняка тут даже уборщиц набирают через модельное агентство. Главное — промолчать, не ляпнуть такого при Клэр. Хотя, лучше ее предупредить, чтобы была начеку. А то с такой внешностью, как у этого брюнета, можно смело вешать лапшу на уши, что он из продюсеров картины…

И теперь вопрос — зачем я сразу отшила мистера Идеальные Скулы? Вот что со мной не так?

— Подожди здесь, — голубоглазый собирался зайти в один из классов. А у меня так и зудело спросить у парня: носил ли он линзы. Цвет казался нечеловечески светлым и ярким. Я такие только на фото в журналах видела, и то уверена — это все результат качественной художественной манипуляции. Как, собственно, и все части тела, которые можно встретить на глянцевых страницах.

Парень скрылся в классе. Небольшое стеклянное окошко в этой двери было завешено чем-то с той стороны, но я и не думала подглядывать. Единственное, что смущало — зачем вообще устраивать склад в классе, когда есть школьная столовая, например? Или подсобка… Да и по пути мы прошли столько классов… неужели не логичнее было сбросить все необходимое поближе к залу, чтобы не бегать туда-сюда? Но я твердо решила, что не стану спрашивать. Вряд ли мои советы по оптимизации рабочего времени тут кому-то пригодятся.

— Заходи, — мой сопровождающий выглянул из-за двери и потянул меня внутрь. Хочу заметить, что обаяние человека резко испаряется, когда он против твоей воли и без каких-либо объяснений пытается затянуть тебя в укромный уголок подальше от людских глаз. Брюнета совсем не смутило то, что я попыталась упираться. Хотелось сказать, что я и тут подожду, но голос куда-то пропал. После резкого рывка за руку, я оказалась внутри, лицом впечатавшись в грудь ассистента.

Черт, а он отлично пахнет! Приятный, нерезкий парфюм щекотал рецепторы, заставляя чуть отвлечься от происходящего. У этого красавчика весьма специфические ухаживания, граничащие с уголовной статьей.

— Тебя как зовут? — голубоглазый развернул меня на сто восемьдесят градусов, и двумя руками сжал плечи.

— Мэри, — шепнула я, старательно убирая волосы с лица, чтобы хоть что-то увидеть.

— Это Мэри! — торжественно огласил фанат теплых объятий с незнакомыми девушками.

— И что вы здесь делаете? — рыжая полноватая женщина за столом спросила меня недовольно и устало. А я переводила взгляд на остальных сидящих в классе. Составленные в ровный ряд парты служили присутствующим неким подобием баррикад, отделяющих их от нас с симпатягой.

— Я… — я запнулась, теряясь от столь пристального внимания к своей персоне. — Я пришла взять кофе.

Рыжая женщина уставилась на меня, а после и вовсе начала смеяться.

— Простите, что отвлекла, — мне стало совсем не по себе. Стараясь убрать руку парня со своего плеча, я хотела как можно скорее юркнуть обратно в дверь и исчезнуть из здания. И пусть Клэр сама справляется. А то и ее выгонят, когда узнают, что мы вместе пришли. И этого она мне точно не простит до конца жизни. — Так неловко… В бойлерах кофе закончился, я попросила вашего ассистента принести еще…

— Ассистента? — уточнил мужчина, сидящий справа от рыжей женщины, которая первая заговорила со мной.

— Это она про меня, — поднял руку брюнет, который привел меня в этот класс. Второй рукой он все еще цепко держал мое плечо и не давал сдвинуться с места. Словно я какая-то преступница, и не кофе себе попросила, а пыталась аферу века провернуть, но оказалась пойманной.

— Ассистент, значит… — задумчиво протянула рыжая дама. — Интересно. Вы читали мой роман?

— Ваш роман? — я, конечно, уже поняла, куда именно меня затянул голубоглазый предатель. Но в душе все равно надеялась, что ошиблась. Возможно, Клэр уже показывала мне фотографии этой женщины и, если бы я хоть сколько-нибудь интересовалась любовным чтивом — то сразу бы ее узнала. — Простите, но нет. Зато моя подруга просто обожает ваше творчество… — промямлила я.

— Майк, — толкнула женщина своего соседа. — Что скажешь?

— Пока не знаю, — мужчина снял очки в тонкой оправе и положил их перед собой. — У вас есть опыт в кино? Может, в театре?

— Нет, — я покачала головой. Думаю, роль статиста в школьной постановке начальных классов — не то, что может заинтересовать серьезных людей.

— Телевидение?

Я вновь отрицательно покачала головой, про себя отметив, что про модельный бизнес меня спрашивать вообще не стали. Ну, так как очевидно, что это не про меня. Не то чтобы я совсем урод… Но на фоне той же Клэр я была… как бы это сказать? Простой. Безликая серая масса, на которую взглянешь и особо ничего и не запомнишь. Ну не цепляю я своей внешностью, увы. Не всем же быть, как рождественские открытки? В общем, я из тех, кто больше верит во внутреннюю красоту. Возможно ввиду того, что природа не сильно одарила всем остальным. Разве что на комплексы не поскупилась.

— Вы не могли бы прочитать нам одну сцену? — Майкл протянул мне несколько листов.

— Я не знаю… — я нервно мяла страницы. Ладони взмокли, я чувствовала, что на шее выступил холодный пот. — Может, я лучше схожу за своей подругой? Клэр вашу книгу наизусть цитировать может. И очень хочет на эту роль.

— Дер, составь пару мисс…

— Уилсон, — уточнила я совершенно на автомате.

— Отлично, — выдохнул тот самый Дерек Брэдфорд, поднимаясь со стула. Блондин посмотрел на меня настолько уничижительным взглядом, что я всерьез начала жалеть, что вообще родилась на свет. В принципе, его недовольство можно вполне понять. Наверняка все присутствующие здесь тоже встали ни свет ни заря, прослушали уже сотню участниц (и это только за сегодня), а тут я. Со своим кофе, заиканием и полным непониманием происходящего.

Если кто-то из присутствующих решил, что мне помогут, предложив партера для сцены, то они ошиблись. Все-таки после откровенных фантазий Клэр, единственное, о чем я могла думать, глядя на Дерека Брэдфорда сейчас, это о своей подруге, которая уже кидается на колени, готовая поднять блондину не только настроение.

— Дерек, не пугай девочку, — строго велел Майкл, кажется, заметив, что я совершенно стушевалась. — Сцена в каюте. Пробы мисс Уилсон. Номер четыре-три-ноль-один.

Сразу видно делового человека, разглядел на моей груди наклеенную бумажку.

Высокий блондин подошел совсем близко, молча ткнув пальцем в нужные строки на бумаге. Я быстро пробежала глазами текст, готовясь к самому невообразимому позору в своей жизни.

«Действительно, ничего сложного», — мысленно хохотнула с истерическими нотками. Вообще, память у меня отличная, и я без проблем быстро запоминаю и большие объемы информации. А здесь всего пара коротких предложений, но почему-то я была уверена, что обязательно запутаюсь и начну заикаться. И хоть бы добавили какой информации про героиню, на выделенных мне страницах имелся лишь сухой диалог. Я так понимаю, что образ героя, его характер, манеры и прочие надо было брать из книги. Которую я не читала.

— Готова? — сухой голос Брэдфорда заставил съежиться. Я кивнула, и Дерек, подхватив меня под локоть, потянул за собой. Вряд ли его настроение могло понравиться хоть кому-нибудь. Но об этом я потом все выскажу Клэр. Про ее Адониса, про всю эту затею с кастингом, про голубоглазого ассистента, который подставил меня за невинную просьбу о кофе. Если мне, конечно, не повезет, и я не умру от стыда прямо здесь на месте.

И отдельно расскажу еще раз про Брэдфорда, который сжимал мой локоть с такой силой, что у меня точно останутся синяки. Изверг какой-то! Такое чувство, что он без слов пытался мне сообщить, чтобы я и не думала пробовать свои силы в актерском мастерстве. Но я-то и не собиралась! Так что рука окажется вот-вот сломана просто так.

Меня подвели к импровизированной сцене возле доски, и происходящее стало все больше походить на мой худший кошмар — когда стоишь в школе, перед всем классом. Все смотрят на тебя, начинают смеяться. И только потом ты понимаешь, что на тебе нет ни клочка одежды. И, конечно же, проснуться ты не можешь.

На всякий случай я все-таки опустила взгляд, чтобы проверить — точно ли я не голая.

— Может, пригласишь меня зайти? — Дерек уже начал играть? Я немного впала в ступор. Мужчина подошел ко мне слишком близко, небрежно проведя пальцами по моему воротнику. Если честно, то я едва сдержалась, чтобы не дать ему по рукам. Не люблю, когда в личное пространство так бесцеремонно вторгаются. Чтобы не устраивать сцен, закусила нижнюю губу, по телу побежали мурашки. Кажется, я даже сделала маленький шаг назад, только бы оказаться подальше от блондина. Дерек ждал ответа, нависая надо мной, будто собирался в любую секунду обрушиться на меня лавиной.

Я усердно покачала головой, вспоминая, что героиня отказывает Брэдфорду.

— Нет, — голос куда-то пропал, и пришлось сглотнуть, чтобы вернуть его. — Не думаю, что это хорошая идея.

«Черт», — не могла вспомнить, я должна была сказать «идея» или «затея»? Блондин устало закатил глаза, но все-таки продолжил.

— Что тебя останавливает? Мы можем хорошо провести время, — дьявольская улыбка на лице мужчины заставила бы любую растерять всю уверенность. Клэр, наверное, свалилась бы в обморок от избытка чувств (я же готова спорить, что мне бы она рассказала, как они с Дереком в ту же секунду слились в страстном поцелуе). А я что? Стоило представить такую картину, как всё лицо снова залилось краской. Особенно потому что от столь близкого присутствия скандинавского бога фантазия в моей голове стремительно искажалась. И на месте Клэр в объятиях Дерека уже стояла я. И это было совсем-совсем неправильно.

Дыхание сбилось, и, кажется, я была на грани панической атаки. Постаралась отступить еще немного, вот только Дерек не оставлял играть роль искусителя. И на каждое мое движение, направленное на то, чтобы отстраниться, мужчина еще ближе придвигался, готовый обвить мою талию своими гигантскими руками.

— Я сказала — нет, — я беспомощно выставила ладони вперед и через мгновение уперлась в накаченную грудь Дерека, чтобы хотя бы немного притормозить наше стремительное сближение. Не помню, как там было в сценарии, но не стриптиз же мы тут играем! Ничего же страшного не произойдет, если я дотронусь до партнера?

«Что же там было дальше-то?!» — я судорожно пыталась вспомнить, что должна была сказать дальше. О! Точно!

— Спокойной ночи, мистер Уивер!

— Стоп, — скомандовала рыжая женщина. — Думаю, мы посмотрели достаточно.

Дерек отстранился, довольный результатом сцены и, не говоря ни слова, вернулся на свое место. Я же вздохнула с облегчением. Наконец-то все закончилось, и меня отпустят. Сердце вот-вот выпрыгнет из грудной клетки, мне катастрофически не хватало воздуха. Я только надеялась, что мне дадут уйти, оставив без комментариев то, как все было ужасно, и я смогу покинуть комнату, лелея остатки собственного достоинства. А после…. У меня впервые в жизни появилось острейшее желание напиться. Напиться, забыть весь этот день и никогда никому не рассказывать о том, что здесь происходило.

— Майкл, думаю, мы нашли нашу Эмбер.

— Что?! — удивленное восклицание вырвалось не только у меня. Дерек своих чувств по поводу принятого решения тоже сдержать не смог. Зато голубоглазый брюнет, который привел меня на кастинг, победно хлопнул в ладоши, будто он получит премию за свою находку. Остальные члены жюри с облегчением выдохнули.

— Мисс Уилсон. Вы подходите для этой роли, — заключила рыжая женщина. — Мне нравится та искра, что возникает между вами и Дереком.

Что? Какая искра?!

— Согласен, — кивнул Майкл. — Я прямо почувствовал накал, есть нерв.

— Вы серьезно? — уточнил Брэдфорд. — Какой нерв?

Вот сейчас даже не обидно было. Честно. Желание больше никогда не оказываться в одном помещении с Дереком было, а вот нервы или искры — точно нет.

— Мне кажется, у нее получится воплотить образ Эмбер, который я создала.

— Вы думаете? — со своей стороны я всячески давала возможность организаторам кастинга опомниться. Хотя в мыслях уже разгоралась жажда славы и денег. Маленькая часть меня заставляла испытывать некую гордость. Я буду сниматься в настоящем фильме? Это же фантастика!

«Все равно слишком хорошо, чтобы быть правдой», — все-таки рациональность брала верх над стремительно множащимися фантазиями. Давно подавленное эго, всегда мечтавшие о великих свершениях, уже начинало репетировать благодарственную речь на вручении «Оскара».

— Раз Линдси так считает, — произнес мужчина, сидящий рядом с автором. — Меня зовут Майкл Трумэн. Я продюсер этого фильма. Хочу, чтобы вы понимали, что это огромная ответственность. Это настоящая работа, которая будет требовать от вас полной отдачи. И усердия, учитывая, что в области кино у вас полностью отсутствует опыт.

«Они не шутят», — кажется, понимание только-только начало меня накрывать по-настоящему, — «Они говорят на полном серьезе…»

— Оставьте нам свои контакты. Телефон, е-мейл. Наши ассистенты свяжутся с вами.

Я посмотрела в сторону брюнета.

— Если хочешь, позвоню я, — с улыбкой протянул тот. Парень вальяжно развалился на двух стульях и поиграл пальцами в воздухе.

— Настоящие ассистенты, Рич, — мистер Трумен кинул в моего официанта строгий и усталый взгляд. — Оставайтесь на связи. Мы вышлем вам контракт по съемкам, основные положения, которые нас интересуют. Вам нужно будет приехать в Лос-Анджелес для финального обсуждения. Если вдруг что-то поменяется, компания оплатит вам расходы на дорогу.

Продюсер продолжал диктовать информацию, но я почти не слушала. В голове по кругу повторялась одна и та же мысль.

Я буду сниматься в настоящем кино!

Глава 2 “Наваждение”

«Эмбер трепетала от предвкушения. Она так давно мечтала об этом… Но боялась себе признаться. Она хочет Джонаса. С самой первой встречи, с его первой улыбки. Тайно фантазировала, каким мог быть секс с этим мужчиной. Наверняка незабываемым, и чувственным и нежным. И сейчас, когда его Джонаса со всей пылкостью впивались в ее кожу, девушка вообще не понимала, почему так долго не соглашалась на близость.

Джонас сводил с ума. Ловким движением рук он избавил Эмбер от ее блузки. Кожи коснулась легкая прохлада помещения, так что каждый крошечный волосок поднялся дыбом, а по спине побежали мурашки. Подцепив бретельки лифчика, мужчина позволил им свободно соскользнуть с хрупких девичьих плеч. Это легкое, практически невесомое касание шелка вызвало у Эмбер новую волну сладостного возбуждения. Чувствовать подушечки пальцев, которые мягко массировали ее руки, медленно переходя выше, было великолепно. Джонас скользнул по ключицам, и лишь затем потянулся к чашечкам бюстгальтера, чтобы их приспустить. Высвобожденные из жесткого плена упругие груди, вызвали тихий вздох восхищения у блондина.

Джонас умудрялся оказываться повсюду. Его пальцы сомкнулись на затвердевших сосках, его язык обводил контур губ Эмбер, свободной рукой мужчина гладил живот девушки, спускаясь все ниже. Утопая в каждом новом приливе томительного желания, Эмбер застонала.

Как быстро они оказались на белоснежных простынях — вообразить было сложно. Джонас избавился от футболки, открывая вид на свой идеальный торс. Его загорелая кожа так и манила, и Эмбер поймала себя на мысли, что ей не терпится впиться в нее своими ноготками. Или провести языком по налитым кубикам пресса.

Вслед за футболкой в сторону полетели джинсы мужчины. Одним властным толчком Джонас заставил Эмбер лечь, а сам потянул ее трусики, стремясь поскорее избавиться от последней преграды к столь желанному лону. Скользящими движениями мужчина ласкал бедра своей любовницы, пока стягивал с нее крошечный шелковый треугольник.

Мысли в голове Эмбер путались. Страстное желание отдаться этому жеребцу смешивалось с паникой: вдруг ему не понравится? А Джонас, похоже, был лишен всяких сомнений. Не теряя ни секунды, он прильнул своими губами к лону девушки, начиная невообразимый танец своим языком на ее нежных розовых складочках. Мужчина вкушал сладостный любовный сок трепещущей под его ласками Эм.

Эмбер извивалась и стонала, запустила пальцы в волосы Джонаса, чтобы направлять его уверенные движения. Приторное томление быстро переросло в тугое, тяжелое напряжение внизу живота. Эмбер знала: еще несколько секунд под напором этого дерзкого языка, и она достигнет высшей точки блаженства.

Словно угадывая ее мысли, Джонас усилил свои яростные терзания, добавив к чувственным ласкам языка свои умелые руки. Проникая двумя пальцами в девушку, он сорвал с ее губ первый крик удовлетворения. Мужчина чувствовал, как крепко сжимаются мышцы Эмбер, наслаждался ее освободительными стонами.

Растекаясь расплавленным оловом по венам, экстаз поглотил Эмбер с головой. Она чувствовала, что возносится на небеса, с жадностью глотала воздух и молилась, чтобы Джонас никогда не останавливался…»

Я захлопнула книгу и отодвинула ее от себя.

Боже, на что я подписалась?

Щеки стали пунцовыми от прочитанного. Мне начало казаться, что все вокруг смотрят на меня, видят, ЧТО я читаю, и осуждают. Сразу пожалела, что с собой нет ничего, из чего можно было бы сделать подобие обложки, чтобы хотя бы скрыть название книги, которую приходилось читать.

А с другой стороны, роман уже переведен на сто с лишним языков, так что вряд ли можно встретить хоть кого-нибудь, кто его не читал, или хотя бы не слышал. От этой мысли я поежилась.

Любовный роман “Наваждение”, в котором мне предстоит сыграть главную роль, разошелся в мире многомиллионными тиражами. На него писали фанфики, его собирались экранизировать, уже выпустили клип с заглавной песней.

Но это же просто порно! Причем весьма посредственное. В тексте встречалось много тавтологий, повторов, клише. И каждые три страницы главная героиня или спит с мужчиной ВСЕЙ ЕЕ ЖИЗНИ, или фантазирует о том, как будет это делать. Да и сам сюжет — просто бред! Так не бывает! Вот так, чтобы стонать от того, что невозможно сдержаться. Да и все эти неудержимые нефритовые стержни, лона любви, напоминающие распустившиеся орхидеи, со складочками, образованными тонкими лепестками нежных роз… И это все не я придумала, это цитаты сего литературного шедевра. О! И оргазм! У героини он прямо каждый раз новый, небывало-сильный, возносящий ее к небесам… Что за чушь…

Приятный женский голос объявил о начале посадки на мой рейс. Я убрала книгу в наплечную сумку. Свой экземпляр я так и не купила, взяла копию у Клэр. Естественно с обещанием, что верну роман с автографами сразу всей съемочной группы. Интересно, Клэр хоть когда-нибудь просматривала титры после фильма? Если да, то она должна понимать — вряд ли страниц в романе хватит, чтобы собрать подписи всех участников создания фильма.

У четвертого выхода собралось уже половина самолета, в ожидании, когда сотрудник аэропорта начнет проверять билеты и запускать всех внутрь. Так что я не слишком торопилась. Достала телефон, чтобы скинуть родителям смс, что у меня все в порядке. И решила позвонить подруге. Сказать “спасибо”.

— Привет, — как только гудки прервались, произнесла я.

— Ааа, — закричала в трубку Клэр. — Ты уже в самолете? Кто-нибудь со съемок летит с тобой? Скажи, Дерек там?

— Конечно, — заметила я с сарказмом. — Брэдфорд прилетел на личном самолете в Чикаго специально, чтобы добираться потом со мной через полмира с тремя пересадками чартерными рейсами.

— Ты все-таки скажешь, куда летишь?

Хотела бы, но…

— Ты знаешь, у меня контракт о неразглашении.

До получения отдельного письменного разрешения, мне даже родителям нельзя говорить, где будут проходить съемки. Продюсеры картины настолько боятся, что именно с моей стороны произойдет утечка, что наложили всевозможные запреты и ограничение на общение. Пока мне было сложно представить, что следующие несколько месяцев я даже с мамой по телефону поговорить не смогу нормально. Про работу ничего не расскажешь, про то, где я, что увидела и посмотрела — тоже. Считай, практически полная изоляция, пока маркетологи не проработают наиболее выгодную пиар-компанию.

Очередь на посадку медленно двигалась, я плелась почти в самом конце.

— Знаешь, если бы я прочла книгу прежде, чем подписывать контракт, я бы никогда не согласилась участвовать во всем этом.

— Согласилась бы, — с уверенностью отозвалась Клэр. Я и без пикантных подробностей хотела отказаться от предложения, но родители и подруга заставили взвесить все “за” и “против”, а после практически силком потащили в Лос-Анджелес подписывать договор.

— Ты не понимаешь, что такой шанс выпадает раз в жизни! — вновь повторила Клэр. Поначалу, стоило ей услышать, что меня взяли, подруга отказалась со мной разговаривать. Продержалась часа два примерно. Пока твердо не решила, что раз того хочет судьба, то ее мечту буду воплощать я.

— Да все я понимаю…

Как ни крути, существовало два огромных плюса в сложившихся обстоятельствах. Во-первых, мне помогли преобразиться. Неожиданная, но в моем случае, приятная часть контракта. Клэр и мама настолько промыли мне мозги, что договор со студией я подписывала не читая. Поэтому появление стилиста на пороге моего дома месяц назад оказалось сюрпризом. К счастью, радикальных изменений не произошло. Татуировку на лбу с логотипом фильма набивать не придется. Мне чуть сменили стрижку, оставив аккуратный каскад, освежили цвет волос, добавив немного медово-орехового блеска к моему тусклому каштану. На пальчиках красовался нежный маникюр, на который я никогда не находила ни времени, ни желания.

Что сказать, мне действительно нравились эти перемены. А впереди их будет еще больше. У меня должен появится фитнес инструктор, который поможет чуть скорректировать фигуру, я уже занимаюсь актерским мастерством на курсах, и навыки будут постепенно совершенствоваться. Плюс я, хоть чуть-чуть, но смогу посмотреть Европу. С нетерпением ждала своего расписания, чтобы спланировать походы по музеям и вылазки в соседние страны. Хорошо, хоть, там все близко. А раньше я и мечтать не смела, что окажусь где-нибудь в Париже, Милане или Мадриде. Разве что на старости лет, когда получилось бы, наконец, накопить.

Собственно, второй огромный плюс в том, что меня взяли на главную роль, это гонорар. Несколько месяцев работы с оплаченными расходами, и я получу шестьсот тысяч долларов. Сумма, увидев которую, мне захотелось присвистнуть. Перед глазами так и представлялось светлое будущее. Я смогу оплатить учебу в университете, и забыть, хотя бы на время, о жалких подработках. Настоящая золотая дорога в будущее — образование, хорошая работа, карьера. Возможность переехать на съемную квартиру и закрыть родительскую закладную на дом.

А ведь я еще получу какой-то процент с продаж картины. Маленький, конечно, но если фильм получится отличным и соберет кассу, возможно я смогу побыть миллионером, пускай и временно.

Так что да, Клэр права. Вероятнее всего, я бы согласилась на роль, даже зная, то за кино предстоит снимать.

— Но это же порно, — все-таки грустно протянула я.

— Это не порно. Это история о прекрасной и чувственной любви! Настоящая Золушка двадцать первого века. А сколько там жизненности! — возразила Клэр.

— Серьезно? Там твоя “Золушка” очень прекрасно и чувственно восторгается членом Джонаса две с половиной страницы подряд, — фыркнула я, и тут же притихла, надеясь, что меня окружающие не услышали. Пришлось перейти на шепот. — Я слов таких не знала, Клэр. И понятия не имею, как такое можно снимать для кинотеатров.

— Ты ханжа, — попрекнула меня подруга. — И ничего такого тебе делать не придется. Сейчас все или на компьютере рисуют, или дублеров снимают. И то — будут видны или простыни, или голые плечи. Так что не надо тут панику разводить.

Подошла моя очередь, я протянула билет миловидной девушке в темно-синей форме авиакомпании, зажимая смартфон между плечом и щекой.

— Ладно, Клэр. Я уже на борт поднимаюсь. У меня будет куча времени, дочитаю… Может все не так уж и плохо…

— Поверить не могу, что ты до сих пор этого не сделала! Потрясающая безалаберность… вот же, нашли кого…

— Клэр, я тебя не слышу. Связь плохая, ты пропадаешь…

Без зазрения совести сбросила звонок. Слушать о том, как несправедливы звезды, как талант вынужден прозябать в неизвестности, пока всякие клуши-счастливицы воротят нос — мне уже порядком надоело. Я, конечно, любила Клэр, но после кастинга между нами пробежала кошка. Такая добротная голливудская кошка на шестьсот кусков, с накаченным скандинавом на хвосте. Даже и не знаю, что больше огорчало Клэр — что роль досталась мне, или что работать бок о бок с Брэдфордом будет не она. Такими темпами реабилитироваться мне получится, только если я ей Дерека прямо под венец приведу.

Мое место располагалось почти в самом хвосте, еще и у прохода. Пассажир возле окошка уже успел устроиться и натягивал на глаза маску для сна. Среднее место пустовало, и я надеюсь, что его никто не займет. Лететь долго и лишнее пространство пригодится, чтобы устроиться удобнее. Закинув сумку наверх, предварительно достав из нее книгу, я села и пристегнулась. Спать еще не хотелось, несмотря на то, что время близилось к полуночи. И я твердо намеревалась дочитать роман до конца.

Было действительно несколько неловко от того, что я до сих не ознакомилась с историей. Просто все так быстро завертелось: кастинг, поездка в эл-эй с контрактом, смена стиля, занятия по актерскому мастерству… Сценарий с моим текстом мне прислали две недели назад, но его я только мельком пролистала, понимая, что сразу все равно не выучу. Да и не надо это. Расписание съемок мне выдадут, зубрить короткие сценки заранее не составит труда. А образ и психологический портрет героини мне отдельно подготовили для ознакомления, плюс сама Линдси будет меня консультировать, как точнее воплотить образ Эмбер Форд.

В итоге, прочтение бестселлера я откладывала до последнего и, видимо, зря.

Глава 3 Первый день

Стокгольм. Швеция

Я с трудом сдержала свое волнение. В первую очередь, потому что я все-таки очутилась на другом континенте. Поездка, которая больше напоминала заоблачную мечту. Наверное, в ближайшие месяцы я не раз буду думать в подобном ключе. Но, черт возьми…. Это же Европа! Старый свет, увидеть который рассчитывают детки состоятельных родителей, которым уже проплатили полжизни вперед, или состоявшиеся пары, которые будут копить на нечто подобное лет десять-пятнадцать. Я уже успела почувствовать себя гламурной дивой, совершая пересадку в Париже. Окно в два часа тридцать пять минут на стыковку рейсов подарило мне возможность насладиться чашечкой крепкого кофе и настоящим французским круассаном. И все это с видом на знаменитую эйфелеву башню и романтические красоты монмартра. Правда, виды были лишь фоторисунком на стене в кафетерии, из аэропорта меня не выпустили. Но даже это не могло меня расстроить. А в Париж я обязательно вернусь, как только у меня появятся пара выходных.

А сейчас меня ждали уютные улочки Стокгольма.

Даже короткая поездка к назначенному месту встречи на такси привела меня в неописуемый восторг. Красивая страна, красивый город… Мощеные дорожки, разноцветные дома и неуловимый дух старины. Во всем чувствовался домашний уют. Улицы не пестрели яркими билбордами или рекламными баннерами, люди предпочитали передвигаться или на велосипедах, или на общественном транспорте, так что сотни криво припаркованных машин не мозолили глаза и не мешали проезду. На первых этажах зданий ютились аккуратные кафешки и лавки фермерских продуктов или натуральной косметики, большие брендовые магазины, видимо, захватили какую-то другую часть города, оставляя туристов наслаждаться исторической красотой шведской столицы.

Несмотря на то, что я не спала уже часов тридцать, чувствовала себя прекрасно. Мне нравилась тишина и спокойствие, которыми был пропитан этот город. И, если честно, не терпелось заселиться в гостиницу, скинуть свои вещи и отправится на прогулку.

Как только пройдет встреча со съемочной командой.

“Карлтон” встречал своим роскошным великолепием. До этого момента я путешествовала только по штатам, да и то — это был скромный семейный отдых. Если мы и останавливались в отелях, то это были простенькие и недорогие варианты ночлега, где родители брали всегда двухместные номера, доплачивая за раскладушки, когда все не помещались на кроватях. Меня до сих пор передергивало от тех пружинных монстров, после которых спина болела еще трое суток. Именно поэтому мне больше нравилось, когда мы всей семьей выезжали на кемпинг. Вот где был настоящий отдых — своя палатка, спальник, и никаких споров с сестрами, кто отправится спать на неудобную раскладушку.

Сейчас же я стояла на пороге совершенно иного места.

У кристально-чистых парадных дверей дежурил швейцар приветливо улыбающийся прохожим и готовый открывать двери всем гостям или позвать лакея, чтобы тот помог с сумками. Красная форма с позолоченными пуговицами, черный цилиндр, седые усы, с аккуратными завитками — мужчина был эталонным персонажем гостиничного бизнеса.

Зайдя в лобби, я погрузилась в атмосферу полнейшего хаоса. Я даже обернулась, чтобы взглянуть на улицу, где по-прежнему царили тишина и покой. Видимо, большинство членов съемочной группы приехали раньше меня. И теперь ждали — кто заселения, кто начала собрания. Персонал гостиницы переносил десятки чемоданов, сваленных прямо на проходе, кто-то из сотрудников подтаскивал больше складных серых стульев к бизнес-залу. Я посмотрела на часы, которые висели на стене за стойкой ресепшн, и убедилась, что приехала вовремя. Встреча уже вот-вот начнется.

Потянув за собой дорожный чемодан с выдвижной металлической ручкой, я направилась к ресепшн, чтобы зарегистрироваться в номер. Если отбросить всю суету, что сейчас происходила в лобби, здесь быть красиво. Высокие потолки, мраморное оформление в бежево-красных тонах. Прямоугольное помещение с огромным изображением круга по центру пола, массивные колонны, испещренные искусственными трещинами для придания им состаренного вида. И дерево. Много деревянных элементов повсюду — стойка ресепшн, низкие столики и странные изогнутые кресла-шезлонги, в которых можно было скоротать время, пока ждешь заселения или своего такси.

— Мэри! — Линдси Кавилл поприветствовала меня, подзывая к себе взмахами руки. Если бы не этот жест, я бы ее так и не заметила ее среди снующего во все стороны народа. Пока замешкалась, она сама ко мне подошла. — Здравствуй, дорогая. Как ты себя чувствуешь?

Женщина поцеловала меня в обе щеки, оставляя на моей коже яркие следы от жирной красной помады. Я поспешила поскорее стереть с себя отпечатки чужих губ, понимая, что от этих движений скулы заалеют.

— Переживаю немного, — призналась я, одергивая на себе рукава. Вредная привычка все время закатывать их до локтей раздражала, и приходилось постоянно поправлять измятую ткань.

— И я, если честно. Для меня тоже все в новинку, но я-то уже смогла побывать на других съемках, так что мне легче, — Линдси была удивительной хохотушкой. Казалось, что ее может рассмешить абсолютно любая вещь.

— Эм, милая, все будет хорошо. Я предчувствую успех!

Эм? Я на мгновение нахмурилась. Мое имя редко сокращали, да и зачем? Четыре буквы — не так сложно произнести. И не то, чтобы я была против, просто “Эм” в устах писательницы больше звучало как ее обращение к своей героине Эмбер в книге. Этим “Эм” пестрил весь роман, так что… Черт, это было странно. Или я себя накручиваю из-за недосыпа. Да и после историй Клэр, в которых актеры настолько вживались в свои роли, что сходили с ума. А я не хочу потом ходить к психологу, считая, что я — Эмбер Форд, художница, которая отчаянно влюблена в повесу-актера, но тайно сгорает от желания быть с другим.

— Я переживала, что опоздаю. Вылет задержали, я только-только приехала, — я плотнее прижала к себе сумку и покосилась на свой маленький чемоданчик. Вещей из дома я взяла совсем немного, решив что ни в чем нуждаться в поездке не буду. Для съемок мне подберут целый гардероб, а для жизни… в конце концов, куплю что-нибудь новенькое. Чтобы соответствовало моему новому имиджу. Пока большинство вещей, которые я носила, доставались мне или от старшей сестры, либо от Клэр. В первом случае одежда оказывалась на пару размеров больше, так что я привыкла ходить в просторных шмотках, не сковывающих движения. А во втором — редко решалась на чересчур откровенные наряды. Так что первый полученный мной чек будет потрачен на выбор вещей, которые подойдут именно мне.

— Хорошо, что успела. Лучше разом со всем разобраться и потом отдыхать. Завтра уже приступаем к съемкам. О, познакомься, — Линдси поймала проходящего мимо мужчину, который своим внешним видом напоминал бездомного. Заросший, заспанный, в мятой одежде. Его взгляд, как говорят — не от мира сего. Широко распахнутые глаза смотрели куда-то в пустоту и растерянно забегали, когда мужчину остановила Линдси. — Это режиссер проекта. Рональд Хоппер. Царь и бог на площадке.

— Очень приятно, — кивнул мужчина, протягивая руку. — Боюсь, у нас на площадке собралось столько звездных персон, что как бы не запутаться, кто здесь на самом деле главный.

— Ну, со мной точно проблем не будет, — пообещала я. Я настроена выполнять все, что от меня требуется. Наверное, самый большой страх — что я всех подведу. Столько людей, столько сил и денег вложено в этот проект. Кошмар, если из-за меня все провалится.

— Это хорошая новость, — кивнул Рон. Посмотрев на часы, он продолжил: — Нам пора. Подтягивайтесь в конференц зал, пять минут и начинаем.

Не думаю, что его услышали все присутствующие, но часть людей направилась в выделенную для студии комнату.

— Я сейчас, — предупредила женщину, кивая на свой чемодан. — Узнаю, где можно оставить, и сразу к вам.

Линдси упорхала раньше, чем я успела договорить. Оставшись наедине со своей поклажей, я начала вертеть головой в поисках камеры хранения или кого-нибудь из персонала, чтобы узнать, куда можно деть багаж.

Чья-то ладонь легла на мои глаза, заставив вздрогнуть.

— Угадай кто?

Я почувствовала аромат сладкого кофе с карамельными нотками, дуновение теплого пара ощутила щекой. А еще был знакомый запах парфюма. Знаете, бывает такое — один единственный раз почувствуешь аромат, влюбишься в него, а потом безрезультатно ищешь его на всех витринах. Иногда даже годами, уже и забыв, где и когда впервые уловила эти оттенки. Только потом понимая, что не сможешь найти именно то, потому что букет туалетной воды это еще не всё, для полной картины не хватает одной важной детали — носителя, на ком поймала полюбившийся аромат впервые. Именно его специфический запах тела, феромонов, какое-то внутреннее обаяние делают формулу уникальной и неповторимой.

Так я узнала того, кто стоит за моей спиной. Голубоглазое чудо, благодаря которому я сейчас здесь.

— Уверена, что это мой кофе… который очень сильно задержался, — вспоминая, что брюнет так и не угостил меня в тот день обещанным напитком, произнесла я. — Привет.

— Я спешил как мог, малышка, — горячее дыхание опалило кожу на шее, заставив вновь вздрогнуть. Парень стоял так близко, что я чувствовала, как вздымается его грудь при каждом вдохе. — Не обожгись.

Если бы он не поместил в мою руку стаканчик с кофе, решила бы, что последние слова он сказал относительно себя.

— Привет, — еще раз повторила я, обернувшись. На моем лице появилась глупая рассеянная улыбка. Я прямо чувствовала, как уголки губ растягивались и подрагивали. Мистер Голубые Глазки стоял, пряча руки в карманы джинсов. Одет он был не совсем по погоде — тонкая рубашка под черной кожаной курткой. На улице было достаточно промозгло, так что не представляю, как брюнет себе все не отморозил в таком виде. — Не ожидала увидеть тебя здесь.

— Не рада?

— Просто не ожидала, — призналась я. Вообще, знакомое лицо было приятно увидеть. Чувство, что я брошена здесь на растерзание голливудских профи, отступало. — Прости, о ты худший официант, которого я встречала…

— Официант? — понизив голос, переспросил парень.

— Ну ассистент, прости, не знаю, как это правильно назвать. Не обижайся, не хотела быть грубой. И, еще раз прости, мне надо бежать. Там собрание…

Багаж я так никуда и не сбросила, так что пришлось идти в конференц-зал со всеми своими пожитками. Линдси ждала меня в дверях. Прежде чем зайти в помещение, я еще раз глянула в сторону красавчика. Он все еще стоял на месте, не шевелясь.

Черт, неужели я все-таки его задела? Как-то неловко получилось. Он мне кофе подарил, а я, как обычно, ляпнула глупость не подумав.

Линдси подхватила меня под локоть, словно мы две давнишние подружки, и потянула в сторону трибуны. Надежда отсидеться в задних рядах растаяла, стоило моей сопровождающей шепнуть, что нам заняли места.

— Давай, тебе сюда. А я дальше, — женщина указала на стул, где на пластиковой спинке скотчем была приклеена распечатка с моим именем. Два соседних стула пустовали. Один, отведенный Дереку Брэдфорду, второй — с краю у стены для некого Ричарда Харрингтона. Посмотрев, что многие и присутствующих спокойно потягивают свои напитки, я не стала отставлять в сторону порцию кофе. Немного бодрости мне точно не повредит.

Двери в зал закрыли, свет в помещении погас. На сцену к микрофону вышел Майкл Трумен. Наш продюсер, видимо, тоже едва успел на собрание — лицо мужчины украшала седая однодневная щетина, коричневый костюм был измят, словно Майкл летел в нем всю ночь. Что примечательно, несмотря на опоздавших, собрание все равно не стали переносить на более позднее время.

— Будет нудная вступительная речь, — шепнули мне на ухо. Я обернулась, чтобы увидеть — все тот же голубоглазый красавчик устраивался на месте с табличкой Ричарда.

Майк начал говорить, поверив, что микрофон включен, но я не слышала ни слова. Потому что брюне рядом со мной закинул руку ко мне на плечи и вновь собирался мне что-то сказать, приблизившись настолько, что его губы касались моей ушной раковины.

— Слушай, — пришлось шептать, но звук больше походил на шипение. Руку парня я с себя сняла, разместив ее на его коленях. — Давай без этого.

Брюнет выглядел озадаченным, но отступать не собирался.

— Ты же сама со мной флиртовала.

— Я?! — осеклась, испугавшись, что возмутилась слишком громко. Но нет, на нас никто не обратил внимания.

— Малыш, вся эта игра в незнакомцев забавна, но слишком очевидна…

— Ты в своем уме? — шикнула я еще раз, уже окончательно отворачиваясь от сцены. — Я тебя второй раз в жизни вижу. И точно не флиртовала. Так что умерь свой пыл. И не распускай руки.

Все, все сказала и развернулась корпусом к сцене, чтобы попытаться послушать, что скажет Трумэн.

Вот только на моих плечах опять появилась посторонняя рука.

— То есть ты серьезно? И не знаешь “Голубой океан”?

Попробовала вспомнить, но никаких ассоциаций в голове не возникло.

- “Олимпика”? “На волне”?

— Я правда не знаю, — раздраженно выдохнула я. — Слушай, если мы где-то раньше пересекались, и я тебя не запомнила — прости.

Интересной, какой по счету раз я за сегодня извиняюсь? Да и потом, разве я виновата? Вообще, на плохую память я никогда не жаловалась. Даже сейчас помнила, что на кастинге парня назвали “не настоящим ассистентом”, помню в чем он одет, и точно знаю, что запомнила бы его, если где-то раньше встречала.

— Это просто фантастика, — покачал головой брюнет.

На сцену вышел наш режиссер, сменив Майкла у микрофона.

— Как уже заметил Майк, у нас распланирован очень плотный график работ. Народ! — Рональд хлопнул в ладоши, привлекая к себе всеобщее внимание. — Так что поехали. Если кто-то меня еще не знает, хочу представиться. Меня зовут Рональд Хоппер. Я режиссер этого проекта.

Зал поприветствовал Рона аплодисментами.

— С нами сегодня здесь Линдси Кавилл, иди сюда, дорогая, — женщина, не торопясь, поднялась на сцену под такие же бурные овации. — Талантливая писательница, без которой сидеть бы нам всем по домам. Если кто-то не знает, в Эл-Эй сегодня солнечная погода. Так что да, скажите Линдси «большое спасибо», что мы мокнем тут, промерзая до костей с этими ледяными ветрами.

Собравшиеся отозвались легким добрым смехом, а я удивилась — мое настроение по поводу прилета было настолько на подъеме, что я и не думала жаловаться на погоду.

Линдси всем помахала рукой со сцены.

— Если кого-то интересуют автографы, Лин живет в триста четырнадцатом номере. А теперь серьезно. Завтра у нас первый день съемок. Надеюсь, уже все успели ознакомиться со сценарием. Ассистенты выдадут каждому расписание и тексты. Не забудьте перевести часы на местное время, так как здесь мы застрянем надолго. Каждое утро мы будем собираться в этой аудитории для предварительного обсуждения….

Рон говорил и говорил, я старалась запоминать и надеялась, что все сказанное будет продублировано на бумаге.

— С этого момента мы с вами становимся одной большой дружной семьей, а этот фильм — нашим детищем. Майкл Трумэн, — Рон показал на уже знакомого всем человека за своей спиной. — Будет исполнять роль большого папочки. Кстати, можете прямо так его и называть, ему это только понравится. По всем вопросам обращаемся к его армии заместителей….

Собравшиеся вновь зааплодировали.

— Ну, и, наверное, я должен представить всем наших звезд? — Рон говорил так, будто «звезды» нуждались в представлении. — Дерек, Мэри, Рич, идите к нам сюда.

Что-то я совсем забыла, что могли иметь в виду меня. Поэтому не сразу поднялась, когда услышала. Меня поторопил мой голубоглазый сосед, который тоже поднялся со своего места. Он даже подхватил меня за руку, чтобы потянуть за собой. Я шла за ним, как послушная овечка. Во всяком случае, свои умственные способности я оценивала на уровне именно этого животного. Почему мне раньше не пришла в голову мысль, что красавчик-брюнет тоже может быть актером?!

Дерек на сцене оказался позже нас двоих. Свое место рядом со мной он так и не занял. Видимо мужчина опоздал и остался сидеть где-то на задних рядах. Зато оказавшись на сцене, вовсю раскланивался восторженным аплодисментам из зала. Мы с Ричем поприветствовали публику скромнее. Я чуть прижалась к парню, чтобы шепнуть ему на ухо:

— Так ты не ассистент, а актер, — высказала я свою догадку.

— И опять мимо, зайка, — Ричард широко улыбнулся, окончательно вводя меня в ступор своим “мимо”. Рука опустилась мне на талию, чтобы ободряюще обнять. Повернув голову к Дереку он произнес: — Ты должен мне пятьдесят баксов. Я говорил — она не притворяется.

Блондин проигнорировал это замечание, а мне было неприятно. Эти двое спорили на меня? Тоже, нашли себе развлечение. Козлы. Ну не зависаю я в интернете или перед телевизором, и что? Мне по этому поводу Клэр постоянно высказывает, теперь и здесь выслушивать шуточки?

— Ассистенты раздадут всю необходимую информацию на ближайшие дни, — Рон посмотрел на часы. — Сейчас кто не успел — заселяйтесь, потом смотрите расписание и уточняйте информацию у своих помощников. Майк, мне нужно будет с тобой обсудить…

Режиссер ушел от микрофона, официальная часть собрания закончилась. Посмотрев, что все направились к широкому столу с красным папками, я поспешила туда, стремясь поскорее убраться со сцены. Ричард и Дерек стали пожимать друг другу руки, и о чем-то шутить, я не хотела слушать. Подхватив свой чемодан, я намеревалась забрать расписание и все-таки заселиться в номер.

— Мисс Уилсон, — молодая азиатка подошла ко мне, протягивая руку для приветствия. — Меня зовут Аманда. Я буду вашим персональным ассистентом на период съемок.

Сразу после рукопожатия девушка вручила мне толстую папку.

Кажется, придется привыкать к тому, что для меня существуют особые условия. Я же все-таки будущая “звезда”. Отчего-то подобная мысль пока что вызывала больше тревоги, чем восхищения. Это дома получалось веселиться, репетировать перед зеркалом речь после вручения “Оскара”, ведь сохранялось ощущение нереальности происходящего. А сейчас, глядя на Аманду, на толстенную папку с указаниями, на людей вокруг… из собравшихся здесь, любой знал лучше меня что делать и как. Сердце в груди трепетало от волнения, и маленькая часть меня порывалась бросить всё и уехать обратно домой.

— Здесь ваше подробное расписание на неделю и копии эскизов сцен. На сегодня у вас встреча с миссис Кавилл и с мистером Хоппером. В три часа. До этого момента нужно будет просмотреть файл, я сделала пометки. Пойдемте, я покажу вам все. На первой странице указан мой номер телефона. Меня заселили в номер сто шесть, можете обращаться в любое время суток. В отеле, — мне всунули еще и местную брошюру, — два ресторана. Оплаченное питание только на первом этаже, ресторан работает…

Аманда говорила. Много. Без остановки. И мне все больше становилось понятно — именно к такому темпу работы стоит готовиться. Схватывать все налету, записывать каждую мелочь, все возможное делегировать Аманде, и никогда не терять ее из виду.

— Мэри! — радостный возглас брюнета я восприняла как спасательный круг в океане болтовни. — Аманда, милая… — Ричард обнял ассистента и потрепал ее густые черные волосы. Интересно, он всегда настолько… рукастый? — Я украду у тебя нашу звездочку?

Возможно, Аманда и хотела что-то возразить, но лучезарная улыбка голубоглазого красавца заставляла терять дар речи любую. Ну, почти любую. У меня на душе до сих пор оставался осадок. Вряд ли кому-то может понравится, что его вводят в заблуждение.

— Итак… — многообещающе протянул Рич.

— Итак? — я прижала к груди папку, отвечала хмуро.

— Что у нас с настроением?

— Не мог сразу сказать, что я ошиблась?

— Я действительно думал, что ты прикалываешься, — пожал плечами Ричард. — Слушай, ну кто бы мог подумать, что…

— Ты был в рубашке и галстуке-бабочке. Так что извини — если при этом нет фрака и красной ковровой дорожки, то у меня вариантов, кроме как “официант” не остается.

— Э-э, а неудачный выбор наряда? — предложил Рич. Парень втянул нижнюю губу и… черт возьми, это было горячо.

— В любом случае, дурацкая ситуация. Ты выставил меня идиоткой.

Попробовала прибавить шаг, чтобы выйти в лобби, но и тут Рич не собирался отставать. Перехватил мой багаж, обогнал и, двигаясь вперед спиной, продолжил наш разговор.

— Ну дуйся, милая, — подбодрил Рич, улыбаясь уголком рта. Хитрая ухмылочка не внушала доверия, но приятно радовала глаз. — Давай начнем все сначала? Я Рич, и мы будем с тобой целоваться.

Я поперхнулась. Был бы рот полон кофе, сейчас бы эффектно пустила бы фонтан, в очередной раз продемонстрировав окружающим талант попадать в неловкие ситуации.

— По сценарию, — добавил брюнет, прежде чем я решила, что его самооценка границ не ведает.

— А тебе нравится ставить людей в неловкое положение, не так ли? — заметила я.

— Ты просто очень мило смущаешься. А теперь признавайся, как ты умудрилась дожить до своих… — я приподняла бровь, выразительно ожидая, на сколько же лет меня оценит мистер Голубые Глазки. — Восемнадцати…

Подлиза.

— И не слышать ничего о “Имитации”?

— Это группа такая, — возразила я. — У меня подруга их слушает.

Рич остановился и взмахнул руками вниз-вверх и снова вниз. Ладно, может он и чертовски обаятельный, но очень странный.

— Поразительно, — в очередной раз выдал Рич. — Рок-звезда, кумир миллионов… не хочу хвастаться, но неделю назад мы собрали сто тысяч в Берлине.

— Долларов?

— Людей, — Харрингтон потерял всякую надежду произвести на меня впечатление своим социальным статусом.

— Круто, — я посмотрела в сторону ресепшн. Пока у стойки находилось слишком много людей, так что торопиться мне было некуда. — Я так понимаю, ты будешь играть Кристофа?

— Да…, - Рич взъерошил волосы на голове. — У Линдси есть какой-то пунктик по этому вопросу. Натуральность. Певца должен играть певец, актера — актер.

А серую мышку — серая мышь. Становится чуть яснее, каким образом выбор пал именно на меня.

— Пойдем, я провожу тебя до твоего номера, — предложил Рич.

— И ты собираешься тратить время на меня? — как-то не верилось, что мировая знаменитость собирается нести мой багаж.

— Поверь, стоит мне от тебя отойти — и тебя загрузят по полной. А так хоть заселишься. И если повезет — даже примешь душ.

— С-спасибо, наверное…

— Иди пока к ресепшн, чтобы тебя зарегистрировали. Я сейчас подойду.

Я посмотрела, как парень удаляется, чтобы вновь поговорить с Брэдфордом. Мой второй партнер по фильму, был хмурее тучи, пока у нему не подошел Рич. У меня невольно появилась мысль, что, наверное, мистер Острые Скулы на всех так действует. Рядом с ним настроение само собой становилось лучше. Хочешь того или нет. Продолжая поглядывать на мужчин, я получила ключ от номера, и теперь стояла и ждала, когда Рич освободится. В конце концов, мои вещи до сих пор у него. Я радовалась, что общий язык мы найти смогли. Во всяком случае, он не производит отталкивающего впечатление, как Дерек например. Когда блондин хмурит брови, было похоже, что он хочет кого-то убить.

— Все, я готов идти, — Ричард вернулся ко мне.

— Слушай, если у тебя дела, то не хочу задерживать.

— Ты про Дера? Он подождет. Мы думали сходить пообедать, хочешь с нами?

— Я пас, — даже раздумывать не стала. Пусть мужчины общаются. А я лучше сама. Если у меня будет свободное время, заманчивее пойти прогуляться, чем становиться третьим лишним. Да и потом — какое свободное время? Тяжеленная папка все еще находилась в моих руках, и я должна понимать — работать мне придется намного больше, чем остальным. Так что не обед — а перекус прямо в номере, зачитываюсь сценарием.

— А что так? Из-за Дерека? — не отставал Рич. Мы уже стояли возле лифта.

— Мне кажется, что я ему не очень нравлюсь, — я несколько поежилась. И сразу пожалела, что ляпнула такое вслух. Теперь у ребят будет лишний повод промыть мне косточки.

— Думаю, это из-за его невесты, — пожал плечами брюнет. — Пока тебя не нашли, он надеялся, что возьмут ее. Но тут Дерек сам осел. Знал, что Линдси была категорически против этой кандидатуры, но все равно продвигал ее. Не обращай на него внимания.

Я потупила взор.

— Эм, ты чего? — тут же заметил мою реакцию Рич. Он притянул меня к себе, привычным жестом закинув руку ко мне на плечи. — Тут такая хрень постоянно происходит. Конкуренция высокая…

Я и не заметила, как мы вышли на моем этаже.

— А ты часто снимаешься? — ненавижу неловкое молчание. Наверное, как и все люди.

— Чаще, чем хотелось бы, — усмехнулся парень. Он по-свойски прижимал меня к себе, провожая по коридору. Мне было трудно оторвать от него взгляд. Глупо, наверное. Но эти глаза… Черт возьми, невольно начинаешь переосмысливать романтическую чепуху из только что прочитанной книги. — Пришли.

Электронный замок пискнул и отпер дверь. А я и не заметила, как Рич забрал у меня из руки ключ от номера.

Как истинный джентльмен, он распахнул передо мной дверь и пригласил войти первой. Просторный номер с большой кроватью был идеально прибран к моему заселению. Спокойные серо-зеленые тона резко отличались от того, к чему я привыкла дома. Если зайти в мою комнату, то сразу можно понять — тут живет девочка. Мне нравились легкие персиковые оттенки, так что полученный номер был несколько темноват, на мой вкус.

Стоило Ричу прикрыть за собой дверь, как я осознала — мы стоим одни в этом номере. А когда это делаешь с таким мужчиной, начинаешь чувствовать себя…. Как мороженое в жаркую погоду. Все-таки мне не так часто доводилось оставаться с парнями один на один. А приглашать к себе — так вообще никогда. Но Рич в приглашении, судя по всему, вообще не нуждался.

— Тут…. — Я осмотрелась. — Здорово.

Я прошла дальше в комнату, чтобы нам не приходилось тесниться в узком коридоре. Там села на кровать, заметив, что в комнате было всего одно кресло. Его я решила оставить для гостя.

И надеялась, что гость это поймет, а не придумает присоединиться ко мне на кровати.

— Да… — Рич вообще остался стоять, облокотившись о стену. — Мои вещи приедут только вечером, так что я свой номер еще не видел.

Я поправила прядь волос и тут же отругала себя за этот жест. Я же не флиртую? Нет? Или все-таки?..

— В любом случае, будем соседями, — Рич не переставал улыбаться. — Эй… Ты какая-то зажатая…

— Просто устала, — я прочистила горло, прежде чем продолжить. — Ты точно никуда не спешишь?

Рич пожал плечами.

— Дерек подождет. Мне кажется, что ты чувствуешь себя не в своей тарелке. А тут, в тишине, можно немного расслабиться.

«Если ты уйдешь и дашь мне это сделать, конечно», — мысленно ответила я.

— Ты напоминаешь фарфоровую куклу, — Рич стал серьезнее. — Такая вся правильная. Сидишь ровно, каждая пуговка на блузке застегнула…

Разговор точно переставал быть «невинным». От нахлынувшего волнения я крепче вцепилась в покрывало, что не осталось незамеченным.

— Непросто тебе придется со всеми нами… — Рич многообещающе поднял брови. — Ты, небось, даже не напивалась никогда?

— И что? — я пожала плечами. — Я умею веселиться без этого.

Рич встретил это заявление легким смешком.

— Что, правда ни разу? А как же подростковый протест? Тайный пирсинг? Или маленькая развратная татушка на пояснице? — видя мое полное отрицания лицо, Рич неутешительно покачал головой. — Но ничего, я покажу тебе, как можно отрываться по полной программе, — с уверенностью заявил парень, складывая руки на груди. От этого движения мышцы на его руках напряглись, натягивая ткань рубашки. Кожаную куртку он умудрился уже где-то скинуть.

— У тебя самого-то есть татуировки?

— Конечно! — Рич хитро улыбнулся и потянул свою рубашку вверх. Ранее аккуратно заправленная в черные джинсы, теперь она была задрана, обнажая накаченный пресс парня. Но никаких нательных рисунков заметно не было.

И только я хотела озвучить свое наблюдение, как поняла — Ричард и не думал останавливаться со своим небольшим стриптизом. Он расстегнул пуговицу на джинсах, ослабил молнию и приспустил с себя штаны. Большими пальцами он подцепил свои боксеры, опуская еще и их. Даже прошел глубже в комнату, чтобы свет из окон удачнее падал.

Стоило мне увидеть гладко выбритый пах и основание члена, как я прикрыла глаза руками.

— Рич! — воскликнула я, не понимая, каким образом мы от разговора в лобби перешли к демонстрации члена за каких-то десять минут.

— Что?! — моей реакции Рич, кажется, не удивился. Парень явно развлекался, доводя меня до ханжеского инфаркта. — Нормальная татушка…

Собственно, рисунка я заметить и не успела. Изо всех сил стараясь смотреть парню в глаза, я произнесла:

— У тебя… Я вижу твой пенис, — не верилось, что вообще произношу подобное вслух.

— Боже… А я только забыл, какая ты у нас монашка, — Рич закатил глаза. — Успокойся, я прикрыл срам, — парень подмигнул, взглядом приглашая меня все-таки посмотреть на татуировку, которую он пытался мне показать.

Я очень медленно опускала взгляд, еще раз с удовольствием изучал приятный рельеф мышц Ричарда. Мягко очерченные кубики на животе так и хотелось потрогать, но я себя одернула. Я просто посмотрю дурацкую татуировку и попрошу, чтобы Рич оделся и ушел.

Стоило моему взгляду опуститься к паху мужчины, как я протяжно застонала. Брюнет, решив «прикрыться» сделал только хуже. Запустив руку к себе в трусы, парень обхватил свой член. Да, формально ничего «такого» я не видела. Но теперь, когда Рич стоял, обхватив себя за свой…. И это все прикрыто трусами…

«Черт, надо было вообще промолчать», — удивительно, но злилась я не на него, а на себя. Жалко, что убегать из собственного номера — категорически глупо.

— Можешь потрогать, — заговорщицким тоном предложил Рич.

— Что?!

— Тату, — уточнил парень, ухмыляясь.

И, не дожидаясь моего согласия (которого он все равно не получил бы), он подхватил мою руку. Пальцы осторожно коснулись аккуратного черного рисунка — витиеватый узор образовывал собой небольшое солнце, чьи лучи расходились в разные стороны.

— Шершавая? — уточнил Рич. — Я у всех спрашиваю. Кому-то кажется, что кожа остается такой же гладкой. А некоторые говорят, что с закрытыми глазами почувствуют, где начинается татушка.

— Не знаю, — во всяком случае, ответила я честно. Сейчас мои мысли сконцентрированы на чем угодно, кроме как на тактильных ощущениях. — Было больно?

— Терпимо, — Рич ответил с мягкой улыбкой.

— Ну, теперь ясно, как ты на самом деле получила роль, — голос Дерека застал врасплох. Когда мужчина появился в номере — я не знала. Ричард начал поспешно поправлять на себе штаны, еще больше формируя в воображении Дерека порочность всего происходящего. — Рич, я устал ждать. Мы идем?

— Погоди секунду.

Дерек молча вышел, хлопнув за собой дверью.

— Он… он решил, что я тебе…

Последнее слово встало поперек горла.

«Отсасывала», — подумала об этом, и мне стало дурно. А собственно, что еще мог себе подумать Дерек? Я сижу перед Ричем, мое лицо на уровне его паха, мужчина стоит со спущенными штанами….

— Не обращай внимания, — успокоил меня парень. — Он придурок.

— Прости, конечно, — выдохнула я, полная возмущения. — Но ты тоже. Зачем было вообще это устраивать?

— Ты сама захотела посмотреть.

— Не… надо, — процедила я сквозь плотно стиснутые зубы. — Я не просила спускать передо мной штаны!

— Детка, — Рич легонько щелкнул меня по носу, от чего я вообще потеряла дар речи. — Привыкай. Голливуд — столица порока и разврата. А с Дереком я поговорю, чтобы он не вел себя, как скотина.

— Не надо! — крикнула я вдогонку парню, но он вряд ли меня услышал, так как успел выскочить из номера и захлопнуть за собой дверь. Конечно, на этот раз он не забыл закрыть ее до конца, чтобы никто не мог зайти без предупреждения.

М-да…. День первый. Отличное начало.

Глава 4 Туфли

«Эмбер разглядывала себя в зеркале. Кем бы ни был ее таинственный поклонник, он определенно обладал фантазией. Притом весьма изощренной.

Неизвестный «принц» мог бы просто вернуть девушке забытую на пароме туфлю. Но нет… Вместо этого неизвестный поклонник прислал обувную коробку, в которой лежало красивое приглашение в ресторан — изящный шрифт, золотое тиснение. Но и это не все. В лепестках роз, что наполняли коробку, лежала туфелька.

— Ведь не поленился найти такую же… — с досадой подумала Эмбер.

Вот только цвет…

Эмбер еще раз посмотрела на свои ноги. На ее левой ступне надета туфля с черным бархатом, на правой — серебристая, в мелких блестках. С черными джинсами смотрелось, в принципе, неплохо, наверное. Эмбер на самом деле не знала. Да и в любом случае — или так, или идти ей на ужин в своих драных кроссовках. В этой поездке девушка по свиданиям ходить не планировала, так что приличных вещей для ресторана у нее почти не имелось. Вся одежда являлась рабочей — ткань давно пропиталась брызгами краски, что и стирки не поддавалась. Оставалось радоваться, что ее подруга набрала в поездку столько вещей, что не все поместились в ее чемоданы, и Аннет перекинула часть шмоток к Эмбер. В конечном итоге, сама Аннет никуда не поехала, зато теперь у Эм имелась приличная пара джинсов, милая дизайнерская майка и туфли. За потерю которых Эмбер будет расплачиваться до конца жизни, если не вернет потерю.

На свидание с «принцем» пойти придется. И не только чтобы спасти себя из долговой ямы перед подругой, но и вернуть таинственному поклоннику его подарок. В общем-то, по той же самой причине. Слишком дорогой подарок, особенно для первого свидания».

Линдси Кавилл. Наваждение

Я смотрела на принесенную мне пару туфель, испытывая широкую гамму эмоций. Оставленная на пороге комнаты белая коробка имела ничтожные шансы остаться незамеченной. Само собой, выходя из номера, я об нее споткнулась. Собственно, типичная я.

Подарков я не ждала, как, собственно, и реквизита к завтраку.

Вчерашний день, несмотря на его фееричное начало, закончился спокойно. Встреча с Линдси и Роном оказалась не такой пугающей, как я успела себя накрутить. Режиссер лишь хотел посмотреть, насколько удобно ему будет со мной работать. Очевидно, он не шутил, говоря, что привык к “звезданутым на всю голову” актерам, с которыми случались конфликты во время съемок. Так что моя адекватность его порадовало, хотя отсутствие опыта и вызывало в мужчине некоторые опасения.

Намного интереснее прошел диалог с Линдси. Она самый настоящий фанат своего творчества. Это восхищало и пугало одновременно. С одной стороны я была готова завидовать — мне с трудом удавалось представить хоть что-нибудь, к чему я испытывала столь сильные эмоции, как их переживала Линдси за своих героев. Автор была весьма откровенна, пояснив свою позицию — тщательный выбор студии для экранизации сделан с целью максимально контролировать процесс. Ей совершенно не хотелось, чтобы кино исказило смысл романа, чтобы исключались ключевые сцены. Или чтобы играющий состав случайно не так интерпретировал своих героев.

Так что остаток вечера мы делились с ней пониманием образа Эмбер Форд. Линдси задавала наводящие вопросы, направляла меня в нужное русло, мы пытались… это странно звучит, но мы пытались сделать Эмбер живой.

Для Линдси малейшая деталь была важна. И это затягивало. И могло шокировать. Например, когда женщина указала мне на прическу. Стилисты придали моим волосам идеальный вид, в то время как Эмбер была простой девушкой, из небогатой семьи, далекой от салонов красоты. В ее характере присутствовала небрежность к собственной внешности, и эта черта во мне понравилась миссис Кавилл на пробах. А модельная стрижка никак не вписывалась в представление автора об Эмбер. Так что по итогу вечера мне вручили ножницы, предложив самостоятельно подравнять стрижку.

Наверное, только у дурака рука не дрогнет в такой момент. Мне так нравилось приобретенная аккуратность, что расставаться с ней было обидно. Но, что делать? Пришлось резать. Медленно, изо всех сил стремясь ненавидеть на голове новый хаос. В целом, получилось неплохо. Линдси осталась довольна, я — не большой душевной травмой, но зато новая стрижка не сильно бросалась в глаза, хоть волосы и захотелось вновь собирать в хвост. Удивительно, как какие-то треть дюйма могут заставить по другому относиться к своей внешности.

А теперь эти туфли. Черные, на высоком каблуке. И очередная отсылка к роману — маленький клочок бумаги с надписью “Надень меня”.

Я не любила каблуки. От слова — совсем. Нет, мне безумно нравилось, как ноги и зарница начинают смотреться, стоит примерить туфли с каблуком. Но подобную обувь я всегда находила не практичной. Еще одна черта, которая сближает меня с моей героиней.

Раздался звонок стационарного телефона. На маленьком зеленом экране высветился номер комнаты, из которой звонили. 710. Я подняла трубку, гадая, кто это может быть. Весь отель выкупила наша студия на ближайшие несколько недель. Аманда жила в номере напротив, Линдси на пятом этажа, а больше я и не знала пока.

— Не спишь? — бодрый голос Крича врезался в мозг, заражая весельем. Как бы я ни хотела на него злиться после вчерашнего, у меня просто не получалось. Своим парень сбивал с ног. А рискованное поведение… видимо, мне стоит начать привыкать, что в моем новом окружении царят совершенно иные нравы и порядки.

— Неа, — протянула я, падая на кровать. Зажав трубку плечом, стала натягивать роскошные туфли, желая посмотреть, как эта красота сидит на моих ножках. — Собиралась на завтрак.

— Могу предложить альтернативу, — заявил парень. — Хочу сводить тебя в одно место.

— Куда? — после вчерашнего я бы уже и не удивилась, если бы Рич потащил меня по “красным фонарями”. Так что решила подстраховаться — вдруг есть возможность отказаться.

— В художественную галерею. Здесь недалеко, — пообещал брюнет. — Посмотришь картины, может возьмешь урок у художника? Чтобы с ролью было проще…

Идея звучала заманчиво. Даже очень. Картины я любила, но сама никогда не пробовала писать. Уж не знаю, как может помочь общение с художниками, но пойти хотелось. Да и с Ричем я бы с удовольствием провела больше времени.

Я имею ввиду, в профессиональных целях. Наверняка он сможет поделиться опытом.

— По дороге перекусим, — добил меня парень последним аргументом. Есть очень хотелось, желудок жалобно слипался и ныл, недовольный тем, что вчера я перекусывала лишь орешками из мини-бара и минералкой. — Я угощаю.

— Мне нужно десять минут.

— Окей. Жду в лобби.

Сердце забилось чаще, а на лице отразилась глупая улыбка. подскочив с кровати я подошла к зеркалу, чтобы посмотреть на себя и немного охладить свой пыл.

Я не совершенно точно не собираюсь влюбляться. Растерев лицо руками повторила вслух:

— Никаких любовных кульбитов.

Я — это я. А не пресловутая Эмбер Форд из книжки, которая потеряла голову от того, кто ей совсем не по статусу. Так что это будет лишь поход в галерею и дружеский кофе на завтрак. Ничего больше.

“Тем не менее, губы все равно подкрасила”, - заметила я, уже выбегая из номера. Туфли тоже не стала снимать. В конце концов, мне принесли их с четкими указаниями — надеть. Погода на улице вроде солнечная, пусть и не слишком теплая. Но я читала, что в городе все тротуары отапливаются, так что вряд ли я замерзну. Да и Рич сказал, что нам недалеко идти.

По пути к лифту я практически порхала. Настроение было на подъеме.

На кнопку вызова кабины я нажала несколько раз, будто бы это заставить лифт приехать быстрее. Хотелось спуститься в лобби поскорее. Не знаю… Глупо, наверное. Но внутри разгоралось нетерпение, я заламывала пальцы на руках, не могла устоять на месте, то постукивая каблуком, то поднимаясь на носочки.

Как только на маленькой панельке над лифтом загорелась стрелка вниз, я была готова стартовать вперед. Двери только-только начали разъезжаться, а я уже сделала первый шаг, собираясь скользнуть внутрь. В моем представлении это должно было выглядеть изящно и ловко.

В моем исполнении…

Получилось как всегда.

Каблук зацепился за рифленый порожек, и я ввалилась в кабину, рискуя знатно поцеловаться лицом с полом. Хорошо хоть на моем пути оказалась мужская грудь.

Уткнувшись носом в белоснежный хлопок и почувствовав, что меня держат, не давая окончательно упасть, я зажмурилась.

— Сара, меня три дня нету. И за это время ты мне уже весь мозг выела.

Та-ак. Я не Сара. Первая мысль, которая меня посетила. Вторая — я налетела на Дерека.

“Везет”.

— Не возражаешь? — гаркнул блондин уже в мою сторону. Тут же можно было услышать истеричный возглас из телефонной трубки: “Кто там с тобой?!”.

Я моментально приняла вертикальное положение и отодвинулась от мужчины подальше. К моему сожалению, двери уже успели закрыться, и сбежать мне было некуда. Оставалось стоять в уголочке, краснеть со стыда и слушать перепалку Брэдфорда с его, вероятно, невестой.

— Я в лифте, Сара, — устало произнес блондин, ничуть не смущенный моим присутствием. — Конечно трахаюсь! Мне же больше нечем заняться. У меня два занятия в жизни — слушать твои истерики и трахаться. Да, тебе назло.

Мне захотелось заткнуть уши. Попыталась мысленно напевать песенку, чтобы хоть как-то отгородиться от чужого семейного конфликта. Участником которого я становилась в красочных и эмоциональных высказываниях Брэдфорда.

— Истеричка! — произнес Дерек громко в трубку, держа ее перед своим лицом.

От визга на том конце звонка даже у меня голова загудела, хотя мужчина не включал громкой связи. Со своего места я вполне различала отдельную брань и обещания что-то сделать с его достоинством.

Смартфон отправился в короткий полет и окончил свою жизнь банальной, пусть и зрелищной, смертью.

Блондин задрал голову к потолку и выдохнул. Только потом, видимо, вспомнив, что находится в кабине не один. Можно было заметить, как на его лице словно отображается прозрение. Повернувшись в мою сторону, Дерек смерил меня злобным взглядом.

— Что?! — недовольно спросил он, заставляя меня чуть съежится.

— Ничего, — покачала головой. — Я вообще молчала.

— Вот и прекрасно, — буркнул мужчина, отворачиваясь и делая вид, что меня нет.

Интересно, мне одной кажется, что лифт спускается на первый этаж целую вечность?!

Дерек облокотился на стену, закусывая указательный палец. Так делают, когда старательно обдумывают что-то. Я старалась не смотреть в его сторону, не провоцируя мужчину на очередную грубость.

Не представляю, как мне изображать влюбленность в этого человека. Вернее, “влюбляться” мне придется в романтичного и воздушного Джонаса из романа, но этих черт я совершенно не вижу в Дереке. Грубый, хамоватый тип.

Бррр… Меня передернуло.

— В одиннадцать у нас репетиция. Не опаздывай, — мы приехали на первый этаж, блондин даже не подумал повернуться в мою сторону. Или поднять остатки своего телефона с пола.

Что ж… Стоит наблюдать и делать выводы. Свяжешься со звездой — и превратишься в несчастную истеричку, которая отслеживает каждый шаг своего благоверного.

Так что определенно — сходим с Ричем в галерею и ничего более.

* * *

Ненавижу эти туфли!

Прогулка до галереи оказалась масштабнее, чем я планировала. Рич вырядился как настоящая суперзвезда: куртка с высоким воротником, кепка с козырьком, солнечные очки и шарф, который укутывал половину лица. Хорошо, хоть у меня нет никаких проблем с фанатами и папарацци. А вот Харрингтону и Брэдфорду приходилось шифроваться. Студия не хотела разглашать место съемки, чтобы нам никто не мешал.

До художественной галереи мы добирались пешком, о чем я быстро пожалела. Линдси, описывая в своем романе сказочные улочки старой Европы совершенно не позаботилась о том, чтобы узнать детали местности. Иначе никогда бы не отправила свою любимую героиню на романтическое свидание на таких высоких каблуках. Исторический центр города вымощен округлыми булыжниками, асфальтированные тротуары тут настоящая редкость. В борьбе за старинную красоту местности пострадали мои ноги. И если бы не надежная поддержка Ричарда, я бы не отделалась только мозолями.

Обратно мы ехали на такси, и я почти опоздала на первую совместную репетицию. Переодеваться, и тем более, переобуваться, времени не осталось. Аманда поймала меня еще в холле на первом этаже, заявив, что меня уже все ждут.

Так что туфли и там не дали мне никакого отдыха.

Репетиция проходила нервно. У меня ныли ноги, и в какой-то момент я приняла решение, что лучше похожу босиком, чем продолжу эту пытку с высокими каблуками. Брэдфорд успел обзавестись новым телефоном, так что звонки от его невесты не прекращались. В итоге звук он выключил, чтобы не отвлекаться, но своим мрачным настроением лично меня заставлял нервничать. От этого я путала текст, в мой адрес Дерек бросал бесконечные замечания (хотя сам формально зачитывал реплики с листа, не пытаясь даже изобразить хоть что-то приблизительно сносное. Да и зачем? Он же звезда, ему эти репетиции даром не нужны).

В общем, к вечеру я сумела тысячу раз пожалеть о том, что подписалась на все это.

И теперь попусту проклинала чертовы туфли, дурацкую брусчатку на дороге, пронизывающий до костей северный ветер. И Дерека Брэдфорда, само собой.

У меня уже зуб на зуб не попадал. Флисовый плед, который мне выдали, чтобы укрыться, вообще не спасал. Вечерние съемки затягивались. Северный ветер продувал до мозга костей, а горячие напитки в термосах успели закончиться.

Работать на площадке было интересно. Если бы не так холодно, если бы ноги не болели, и если бы не Дерек.

Более чем уверена, что если бы я играла сцены не с ним, а с голубоглазым брюнетом — проблем никаких не возникло бы. С Ричем вообще очень легко и комфортно проводить время. Веселый и коммуникабельный, он позволял расслабиться в какой бы ситуации мы с ним не оказались. Наверняка, изображать влюбленность и искренний интерес не составило бы труда, будь моим партнером на сегодня Рич. Мы бы оба просто общались перед камерой так, как это происходило бы в действительности, и у режиссера язык не повернулся сказать, что он чувствует фальш.

Нет, Рич, конечно, тот еще стервец. Более раскрепощенного человека я в жизни не встречала! Он не стеснялся вообще ничего, это я успела понять еще вчера. И его поведение полностью сбивает с толку…. Со стопроцентной уверенностью я не смогу сказать — заигрывает Харрингтон, или это у него просто хорошее настроение и манера общения со всеми представительницами женского рода.

Такими темпами, держать дистанцию будет непросто.

Но когда у нас будут совместные сцены с Ричем — неизвестно. Пока приходилось работать с с Дереком.

Я быстро посмотрела на блондина, пока он отвернулся в сторону. Нет, что касается профессиональных качеств — наверное, Брэдфорд был хорош. У него, судя по всему, проблем хватало в жизни, и мужчина совершенно не стеснялся обсуждать на повышенных тонах по телефону, стоило ему выйти за пределы кадра. Но как только режиссер давал команду, Дерек становился очаровательным и лучезарным Джонасом из романа. Ванильная мечта всех девочек от шестнадцати до пятидесяти. Отросшие светлые волосы, накаченное тело, холеная внешность. Иной раз мне казалось, что Дерек сошел с обложки дамского романа, где герой почему-то всегда оказывался изображен без рубашки. Характер своего персонажа Брэдфорд воплощал идеально. Жаль только, что оставаться милым и воздушно-нежным блондин был способен лишь на несколько минут для камеры. Оставайся он и в жизни кем-то наподобие книжного Джонаса — цены бы ему не было.

Но, увы. Реальный Дерек Брэдфорд, как только камера прекращала съемку, становился той еще скотиной. С коллегами, стоящими с ним на одном уровне, он еще сохранял формальную вежливость и даже какую-то видимость дружеских отношений. Со всеми остальными — его надменности не было предела. А в отношениях со мной у него явно проглядывались какие-то проблемы, причем с самой первой встречи. Догадываюсь, что блондин решил повесить на меня все свои неудачи в личной жизни. Других причин я, во всяком случае, не видела. И, к сожалению (или к счастью), я не из тех, кто полезет выяснять, в чем кроется дело. В этом плане мне далеко до милой и наивной Эмбер, которая верит, что задушевная беседа решит любые жизненные конфликты.

Понимаю, что в некоторой степени, Дерек имел право высказываться по поводу моих способностей. Все-таки он — обласканный критиками профессионал, за его за спиной десятки актерских курсов, три серьезных театральных постановки и больше двадцати ролей в кино. Только… он реально думает, что я с первого дня смогу соответствовать его звездному уровню? Надеяться на подобное, как минимум, опрометчиво.

Я готова учиться, наблюдать и прилагать все усилия, но терпеть едкие замечания? Нелегко.

— Эм! Соберись! — рявкнул режиссер, готовясь снимать очередной дубль.

Я еще раз растерла руки и с сожалением отдала бесполезный плед своей ассистентке. Ночь становилась все холоднее, а из реквизита для последней сцены на сегодня на мне были только черные джинсы, неудобные туфли и легкая куртка, скрывающая тонкую блузку без рукавов… Дерек, словно истинный викинг, чувствовал себя вполне комфортно, хотя одет был ненамного теплее.

«Либо догадался надеть под рубашку термобелье», — грустно хмыкнула я, мечтая о термо лифчике и стельках с электроподогревом.

— Работаем, ребята! — ассистенты вышли из кадра, оставляя нас с Дереком наедине.

— Расслабься уже, наконец, — шикнул мужчина, глядя на меня сверху вниз, ласково улыбаясь для камеры. Для меня оставалось загадкой, как у него получается так быстро переключаться. В одну секунду Брэдфорд мог кричать в телефонную трубку, а в следующую — излучать тепло и нежность. — Все домой хотят.

— Ты ничуть не помогаешь, — буркнула я в ответ, но совсем тихо.

Хлопушка с тайм-лайном щелкнула, ассистент режиссера огласил начало съемки шестого дубля.

— Нравится в Стокгольме? — Дерек непринужденно сменил тон на мягкий, заискивающий. Все-таки его персонаж являл собой идеал мужчины на первом свидании. У меня, правда, по этому поводу сложилось свое мнение. Джонас — эдакий романтик-миллионер, мечтающий, что в конце встречи ему перепадет. Не знаю, что там поклонницы видели в персонаже, но не просто же так Эмбер сбегала от сказочного принца раз за разом?

Мы двигались по улочке, пока камера медленно отъезжала от нас на специальных рельсах.

— Я тут только первый вечер, — улыбнулась «Эмбер». Невольно я растерла замерзающие руки, стараясь вернуть окоченевшим пальцам немного чувствительности. — Но если так будет продолжаться… То да, мне определенно понравится этот город…

— Стоп!

Я разочарованно застонала.

— Эм! — крикнул Рональд. — У тебя проходит самое лучшее свидание в жизни! Покажи нам больше радости, легкости. Я хочу видеть, как ты сияешь изнутри! Зритель должен видеть, как ты порхаешь. На исходную!

Порхаю… Вы мне еще две гири на щиколотки повесьте, чтобы “порхать” было проще.

— Натерла ноги? — неожиданно поинтересовался Дерек, глядя, как я ковыляю обратно к небольшой красной отметке на брусчатке.

Я внимательно посмотрела на него, потому что до этого момента была уверена — единственное, что замечает Дерек Брэдфорд — это сам Дерек Брэдфорд. А тут вдруг такая наблюдательность.

— Посмотрела бы, как ты на таких каблуках побегаешь, — я постаралась натянуть на лицо самую милую улыбку и начала представлять себе, что «сияю изнутри».

— … Дубль семь…

— Нравится в Стокгольме? — на этот раз Дерек произнес фразу, обратив взгляд на чистое звездное небо. Зеленые глаза мужчины чуть блестели от лунного света, я уже не раз замечала, что он стремится показываться в кадре в самых выгодных ракурсах. То чуть задирает рукав, чтобы камера уловила дорогие часы, то проведет рукой по волосам, напрягая бицепсы настолько, что ткань на рубашке затрещала от натяжения. Образ Джонаса-соблазнителя ему не только удавался, но и нравился, насколько я могу судить.

— Я тут только первый вечер… Боже! Что ты делаешь?!

Мужчина, словно забывая о сценарии, подхватил меня на руки.

Стыдно признаться, но я боюсь высоты. И да — оказаться у кого-то на руках уже приравнивается к скалолазанию. Особенно, если этот кто-то — семифутовый великан-скандинав. Кроме как испуганно обвить шею Дерека руками, мне больше ничего не оставалось. Ведь точно знаю — стоит панически начать брыкать ногами, и есть огромный шанс, что меня уронят. А в случае с Брэдфордом — готова спорить, что сделает он это неслучайно.

— Уверен, что так тебе будет удобнее.

Блондин вел себя не по сценарию. И что делать мне — я не знала. Оставалось растерянно смотреть на Дерека и надеяться, что это хоть как-то походит на влюбленный и сияющий взгляд. Брэдфорд остановился и посмотрел в мои глаза, отчего создалось впечатление, что он готов вот-вот меня поцеловать. Я видела каждую его ресничку, нефритово-зеленые радужки с крошечными янтарными вкраплениями, чувствовала едва уловимый аромат кожи… Вроде какая-то мелочь, одна секунда… Но время будто замерло. Я ждала хоть какой-то подсказки, команды режиссера, намека. Почему мы оба перестали дышать, а мое сердце пропускало удар за ударом.

— Стоп!

Момент сказки улетучился, возвращая меня обратно в реальность.

— Это что за импровизация? — недовольный Рональд поднялся со своего стула. — Дерек, ты-то чего?!

— А мне нравится, — вмешалась Линдси. Пропустить первые съемки она не хотела, даже несмотря на то, что они проходили в ночное время. — Это даже логично. Вы смотритесь просто великолепно!

Рыжая женщина даже похлопала в ладоши, будто довольный ребенок, забежавший в лавку с бесплатными конфетами.

Рональд недовольно покачал головой. Не знаю, подозревал ли он, что придется делить свою власть с прихотями автора, но восторга на его лице точно не было.

— Дер, ты как? Поносишь девушку? — поинтересовался режиссер, подзывая к себе оператора.

— Легко. Только мне нужен перерыв, — отозвался блондин.

— О’кей, десять минут отдыхаем. Потом все на исходную, — Рон закинул руку на плечо оператора, приглашая его пересмотреть, что в итоге получается, и как далеко мы все отойдем от написанного сценария.

— Меня можно уже опустить, — осторожно напомнила я, когда Дерек как ни в чем не бывало понес меня прочь из кадра.

— У тебя ноги болят. Забыла?

— Ничего страшного. Ходить я еще способна.

Мужчина не послушал, донес до своего стула, усадил и через несколько секунд накинул на мои плечи тяжелый пуховик болотного цвета с меховым капюшоном, вызывая еще больше удивления на моем лице.

— Засунь кисти в подмышки, так быстрее согреешься, — Дерек говорил сухо, его слова больше походили на короткие приказы. Но оказанное внимание и забота были готовы растопить мое замерзшее сердце. — И уволь свою ассистентку, если эта дура не знает, что тебе требуется.

— Ты слишком суров, — сделала я замечание, не понимая, почему нельзя просто оставить о себе хоть какое-то хорошее впечатление? Зачем моментально всё портить?

— Это ее единственная задача. Сделать так, чтобы ты сохраняла работоспособность. Если она с этим не справляется — ей не за что платить.

Да-а… Если у меня и успела зародиться надежда, что в Дереке есть зачатки сострадания, то Брэдфорд окончательно ее растоптал. Да, я согрелась, мои ноги немного отдохнули, и в следующем дубле мне не придется ходить по этой адской брусчатке. Но сил на то, чтобы объяснить мужчине свою позицию, у меня все равно не было. Иначе бы я сказала, что к людям надо относиться добрее и мягче. И что новичкам тоже следует давать шанс. И вообще, если я не осмелилась побеспокоить Аманду своими капризами, как это делают некоторые со своими ассистентами, то это не значит, что девушка должна лишиться работы.

Дерек бросил на меня уничижительный взгляд и, кажется, окончательно убедился, что я его точку зрения не поддерживаю.

— Перерыв окончен! — а вот и сигнал, что собственные мысли пора заталкивать куда поглубже и вновь становиться влюбленной и воодушевленной Эмбер.

Черт, так и свихнуться недалеко.

«Улыбаться и сиять, улыбаться и сиять, улыбаться и…»

— Нравится в Стокгольме?


Главы 5. Поцелуи

Рабочие будни пролетали бурным течением бесконечно сменяющихся кадров.

Почему-то я думала, что книгу должны экранизировать последовательно — от главы к главе, тщательно выстраивая каждую деталь. Но я ошибалась. Сегодня мы могли отыгрывать первую встречу Эмбер и Кристофа в Стокгольме, а завтра — прибытие моей героини в Швецию. Городские съемки подходили к концу. По плану мы все еще два дня проведем в шалле, севернее столицы. Рональд хотел запечатлеть на пленку (хотя какая там пленка? Камеры-то цифровые) красоты скандинавской природы перед отъездом.

В Стокгольме нам оставалось работать меньше недели, а я так никуда и не выходила, за пределы отеля. За исключением похода в галерею с Ричардом и съемок. Мечты посмотреть Европу плавно сменялись единственным желанием — взять небольшой перерыв. Но, боюсь, полноценный выходные у меня получатся только по прилету в штаты.

Все сцены, которые можно снять в родной стране, будут снимать там. В павильонах воссоздадут описанные в романе интерьеры — уютную комнатку небольшого европейского хостела, красные коридоры теплохода и каюту, в которой отдыхала Эмбер во время своего большого путешествия. Встречи в ресторанах… Я пока не знала. Или это будет такая же постановка, как и все остальное, или в Лос-Анджелесе арендуют подходящие кафешки.

А что до Европы… Мне оставалось смотреть на проливной дождь за окном и планировать, когда я смогу приехать сюда уже самостоятельно.

В голове роилось множество мыслей. С одной стороны, я ощущала внутреннее умиротворение, оставаясь наедине сама с собой. Когда шум толпы стихал, пропадали надоедливые хлопки нумератора, я могла потратить немного времени на себя, чтобы отсечь границу — где я, а где Эмбер.

Не просто целыми сутками представлять себя другим человеком. Тебя говорят, что делать, как, о чем думать, что чувствовать. Каждое движение разжевывается, а вопрос “чтобы сделала Эмбер?” становится ежесекундным спутником. Оказываясь в тишине… Мне не хватало общения.

Рич почти все время где-то пропадал. То у него случались ночные походы по местным клубам в компании Дерека, то еще что-то. Мы виделись гораздо реже, чем мне того хотелось бы. Ассистирующий персонал старался держаться своим кругом, Линдси готова была говорить только об Эмбер и своем романе, про Дерека вообще молчу. Подробности его личной жизни, кажется, уже знала вся площадка, я столько ругани за всю свою жизнь не слышала. То ли дело Ричард… Он ни за что не скажет в сторону женщины грубого слова.

Стоило нелестно подумать о брюнете, как в номере зазвонил телефон, отображая на экране привычные (и желанные) цифры. 710.

— Эм!

— Привет, — я улеглась на кровати и принялась наматывать провод трубки на указательный палец. — Ты совсем пропал.

— Ненадолго, — возразил Рич. — Поднимайся ко мне.

М-м-м… Соблазнительно… Торчать безвылазно в номере несколько надоело, но чувство долга не позволяло мне отправиться куда-нибудь просто так. Постоянно казалось, что мне стоит еще раз повторить свои слова, посмотреть онлайн курсы актерского мастерства или перед зеркалом отрепетировать предстоящие эмоции. Хотя, кого я обманываю? Я обычный заядлый домосед. Всегда найду тысячу причин никуда не идти, а потом жаловаться на то, что сижу на месте.

— Уже иду, — поспешила пообещать я, пока сомнения не взяли верх.

В конце концов, когда еще рок-звезда и кумир миллионов пригласит к себе? Возникало ощущение, будто я особенная. Избранная.

Я посмотрела на свое отражение. Волосы были собраны в хвост, и я их распустила, руками придав немного объема. Быстро нанесла губную помаду нейтрального цвета — она лишь чуть-чуть придавала насыщенный оттенок. Не люблю краситься, хотя Клэр считала, что это обязательный атрибут женщины. Не знаю, сначала ты это делаешь, чтобы казаться старше и пустить в клуб, потом наоборот — чтобы скрыть свой возраст. А мне нравилось, как гримеры колдуют со мной, чтобы превратить в Эмбер. Чуть туши, чтобы подчеркнуть ресницы, немного фокусов с пудрой — и все.

Перед дверью Рича я остановилась, испытывая легкое волнение. Во-первых, поймала себя на мысли, что я опять накрасила губы перед встречей с ним. И притом какой? В его номере. Где есть кровать… Это казалось мне несколько пошлым. Дома я редко ходила в гости, и то — это почти всегда была Клэр. Вечеринки — точно не то место, где я чувствовала себя комфортно. А свидания? Что ж, их лучше проводить на нейтральной территории, если, конечно, не планируешь зайти дальше второй базы.

“Это просто дружеский визит”, - напомнила я себе, постучав в дверь. В конце концов, я даже не наряжалась. Джинсы и бесформенное худи — это точно одежда для свиданий. Уж не знаю, что там Рич задумал, но наверняка опять начнет дразнить монашкой. Но лучше так, чем прослыть шлюшкой.

— Эм! — Рич так резко дернул дверь на себя, что я вздрогнула. Я не успела опомниться, как парень притянул меня к себе, закидывая руку мне на плечи в привычном жесте. Его дежурный поцелуй в щеку, к которому я уже почти успела привыкнуть. Уверена, у него это годами отточенная техника — целовать невинно для приветствия щеку, при этом обязательно задевая уголок рта своими губами. От этого касания мурашки по спине пробегали, и наверняка достаточно повернуть голову всего на один градус, чтобы поцелуй стал «взрослее». И наверняка многие девушки так случайно и попадались. А то и не случайно.

— Ничего себе! — выдохнула я.

А я-то, наивная, думала, что у Ричарда номер будет примерно, как мой. Коридор, спальня ванная. Ну, может, еще одна комната… Но здесь — настоящий люкс!

Первый раз в своей жизни увидела такое вживую. Номер был раза в два больше, чем родительская квартира. Наверное, он занимает добрую половину этажа.

Огромная гостиная в бежевых тонах, в которой разместились сразу три зоны отдыха: возле окон с видом на город стояли кресла шоколадного цвета, в центре комнаты из двух светлых диванов и низких столиков образован квадрат. И еще одна зона — по правую от меня руку, возле полноценного бара. Высокая стойка из красного дерева, причудливые стулья, множество бутылок, стоящих у зеркальной стены.

— Сколько у тебя здесь комнат? — мне с трудом удавалось держать рот закрытым.

— Не знаю, — признался Рич. — Пиво будешь?

— Спасибо, не пью, — вежливо отказала я парню, продолжая осторожно осматриваться. Справиться с любопытством было выше моих сил, так что я сунула свой нос в каждую дверь, которую нашла. Ванная, две спальни, кабинет… Дальше ходить не стала, попросту боясь потеряться или залезть, куда гостям лезть не положено. Стиль и роскошь всей обстановки заставляли чувствовать себя воришкой, который пробрался в апартаменты незаконно.

— Я хочу здесь жить, — выдохнула я. Собственный номер все больше начинал казаться собачьей конурой, если сравнивать масштабы.

— Прости, детка, это вряд ли, — Рич открыл холодильник и извлек из него бутылку шампанского. Он быстро стянул проволоку, после чего отправил пробку в потолок. Из горлышка потянулся легкий дымок, и Харрингтон налил напиток в высокий хрустальный бокал. — Держи.

— Я не пью, — пришлось напомнить.

— Попробуй, — настоял Рич. — Поверь, тебе пригодится.

— Ты, как обычно, стараешься звучать двусмысленно? — я приняла бокал из рук брюнета, но к шампанскому не притронулась..

— Конечно, ты же меня знаешь, — Рич пригласил меня устроиться на диване. — Сегодня ты мне трезвая совсем не нужна.

После этой фразы захотелось все-таки немного пригубить игристый напиток. Не для того, чтобы угодить Харрингтону с его странными намеками, а чтобы как-то отвлечься, пока я не раскраснелась. Вот как ему это удается? Улыбка, полная обаяния, потрясающие голубые глаза, в которых горят озорные искры и какие-то несколько слов, из которых мозг захотел услышать лишь выборочные: “ты мне нужна”.

Тут никакой алкоголь не нужен, чтобы опьянеть.

— У меня для тебя сегодня сюрприз, — промурлыкал брюнет, опускаясь на диван возле меня.

Сердце забилось в груди взбешенной птахой, запертой в клетке. Я терялась в вариантах того, что может произойти дальше. Но среди фантазий не было ни одной, в которой я, просто встану и уйду, чтобы не нарушать данного себе обещания — никаких отношений на работе.

Рич дотронулся до моей ладони, указательным пальцем мягко дотронулся до каждой фаланги, задумчиво закусывая при этом нижнюю губу. Я невольно повторила за ним этот жест, гадая, что будет дальше. Проведет ли он по руке вверх, невинно лаская кожу и заставляя волоски вставать дыбом? Или наши пальцы сплетутся, в то время как тела потянуться друг другу, чтобы…

В дверь постучали.

Я чуть в голос не застонала от разочарования. Ну разве можно врываться в такой момент?!

— А вот, кстати, и он…

— Кто он? — на всякий случай решила уточнить.

— Сюрприз, — Рич подскочил с дивана и направился открывать.

Пожалуйста, пусть там будет какой-нибудь курьер с пиццей, пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста…

В номер вошел Брэдфорд.

— Привет, — Дерек пожал Ричу руку… — И… — он заметил меня на диване и повторил, но уже менее радушно: — Привет.

Я залпом опустошила свой бокал.

Что ж… Сюрприз удался. Ничего не скажешь.

Пока Дерек направился в бар, чтобы по-хозяйски исследовать содержимое, Рич вернулся ко мне, обнял за плечи и шепнул:

— Ты никуда не убежишь, — брюнет безошибочно угадал мое желание. — Вам надо найти общий язык.

Я посмотрела на Дерека. Никакого негативного отношения к нему не было. Ну, разве что, совсем капельку. Просто с этим человеком мне было дико неуютно находиться в одном помещении. Резкий, грубый, шумный и надменный. Мы практически не разговаривали на съемочной площадке, пересекаясь в лифте — зависали в атмосфере гнетущей тишины. Я даже в спортзале, который при гостинице, старалась задержаться чуть дольше, когда видела, что Дерек собирается уходить, лишь бы не проводить с ним лишние несколько минут, пока мы добираемся до своих номеров. Сам он на контакт не шел, а я не из тех людей, кто будет навязываться.

Блондин открыл холодильник (хотя я думала, что это деревянная дверца от шкафа), достал увесистую гроздь красного винограда и сполоснул ее под краном.

— Как дела? — Рич меня покинул, чтобы присоединиться к Дереку.

— Не спрашивай, — буркнул в ответ Брэдфорд, видимо не желая, чтобы я слышала их разговор.

— Все настолько плохо?

— Идеально, мать твою, — с ехидством отозвался Дерек. Я села на диван и постаралась принять естественную позу, при этом развернувшись спиной к мужчинам в попытках не слушать их разговор. — Я выключил нахрен телефон на три дня. И знаешь — это лучшие три дня в моей жизни. Мне никто не е… трахал мозг. Я себя, бл**ь, человеком почувствовал.

— Не обращай внимания. Помиритесь, — отмахнулся Рич, будто на автомате.

— Я собираюсь порвать помолвку.

— Сочувствую, — ляпнула я вслух, отчего тут же почувствовала, что спину прожигает недовольный взгляд. Уверена, если бы взглядом можно было убивать, Дереку не было бы равных. Он умел нахмурить брови, слегка поджать губы и прищурить глаза, так что хотелось испариться на месте.

— Тебя не учили, что подслушивать нехорошо? — мистер «Мне не угодить ничем на свете» в своем репертуаре.

— А ты не понимаешь, что десяти футов недостаточно, чтобы выйти из зоны слышимости? — кажется, шампанское дало о себе знать. Сама удивилась своему дерзкому ответу.

Мужчины покинули бар и направились ко мне. Брэдфорд развалился на диване напротив, продолжая буравить меня своим взглядом, пусть уже не таким уничижительным, как он умел.

— В любом случае, я просто пыталась быть вежливой, — ответила я нейтрально, доливая в свой бокал еще шампанского. Мне нравилось приятное ощущение легкости, которое появилось после первого бокала, а если мне предстоит провести с блондином остаток вечера — я бы хотела сохранить это ощущение.

— Ну конечно, — фыркнул Дерек. Мужчина оторвал несколько виноградин от общей грозди и начал их неспешно поглощать.

— Остыньте, ребят, — Рич, как обычно, закинул мне руку на плечо, в надежде меня отвлечь. Вот только шампанское придало мне не только легкости, но и несколько развязало язык. В конце концов — сколько можно молчать? Брэдфорд постоянно кидает в мой адрес замечания на съемочной площадке, на репетициях, теперь здесь отпускает какие-то многозначительные “ну конечно”.

— А это что должно значить?!

— Мэри! — шикнул Рич, сильнее сжимая мое плечо. Я скинула его руку и подалась вперед, готовая внимательно выслушать, что на этот раз не устроило во мне Брэдфорда.

Блондин расслабленно раскинулся на диване, продолжая вальяжно есть чертов виноград.

— У тебя же на лице все написано, — ничуть не прояснил свою позицию мужчина.

— Дерек! — Рич, наверное, еще надеялся сохранить мирную атмосферу.

— А что? Она спросила, я отвечаю, — невинно прищурился блондин, пропитывая фразу ехидством. — Она же наша маленькая мисс Совершенство.

— Ты меня даже не знаешь, — я насупилась, решимость, которой я была полна несколько секунд назад, куда-то испарилась. Теперь захотелось обнять себя руками и забиться куда подальше. Может, еще выпить?

— Конечно знаю, — возразил Дерек, подаваясь вперед. Он поставил локти на колени и подпер руками подбородок. — Ты любимая папочкина дочка. Выросла на романтической чепухе вроде Бронте. Всегда вежливая, добренькая и до тошноты правильная. Мне продолжать? — поинтересовался блондин, пока я пыталась не закипеть от возмущения.

— А мне казалось, что уметь вести себя на людях — не самая плохая привычка, — кажется, я окончательно стушевалась. Все-таки обняла себя руками, чтобы почувствовать хоть капельку уюта.

— Все это — херня, — отмахнулся Дерек. — Ты строишь из себя милашку, лишь бы угодить окружающим. И наверняка землю рыть готова, лишь бы о тебе никто ничего дурного не подумал.

— Слушай, остынь, — посоветовал Рич другу.

— Это все из-за того, что я не уволила Аманду? — ткнула пальцем в небо.

— Допустим. А еще, потому что ты не способна постоять за себя. Я видел, в каком номере ты живешь — студия знатно поимела тебя с контрактом. У тебя идиотка ассистентка, которая без конца лажает. Но ты будешь продолжать терпеть и притворяться, что тебя все устраивает.

— Это уже мое дело.

— Ни хрена. Ее работа напрямую влияет на твою. Ты можешь заболеть, из-за того, что твой ассистент не позаботился об одежде. Или не выучить текст, потому что тебе выдали не ту папку. Или не попасть на съемки, из-за того, что Аманда опять перепутает даты. И в этом случае не одна ты попадаешь. Если сместиться график съемок — студия потратит лишние деньги, а я — потеряю время. И такой вариант событий меня не устраивает.

Вот тут я уже готова была снова завестись. Встала с дивана, чтобы чуть пройтись. И увеличить дистанцию между мной и этим человеком. Брэдфорд давил, впрочем — как обычно.

— Я не стану увольнять Аманду, — если он жаловался, что я не умею спорить и отстаивать свое мнение — то пусть получает. — Можешь не продолжать.

Как жаль, что убедительная аргументация не приходила в голову. Как водится, самые убойные ответы придут с сильным запозданием, через пару дней, чтобы можно было перед сном лежать и представлять, как круто я бы могла ответить.

— Ты ведешь себя глупо, — заметил Дерек и посмотрел на Рича, словно искал в нем поддержки для своей позиции.

— Глупо?

— Я пытаюсь идти тебе навстречу, — блондин потянулся, разминая мышцы. — Если хочешь — считай это моей помощью. Совет опытного человека новичку.

Так это помощь мне такая?! Просто замечательно!

— Слушай, хочешь помочь — сделай что-нибудь действительно полезное, а не лезь с кадровыми перестановками, — ответила я, складывая руки на груди.

Аманда всего раз не принесла мне теплой куртки. И то, скорее это моя вина, что я не стала просить ее, посчитав, что на улице я проведу не так много времени, чтобы замерзнуть. И я прекрасно понимаю, как на девушку давят обстоятельства. У нее это тоже первый опыт работы, так что ей тоже нужен шанс. Ну перепутала она даты съемок, но ничего страшного, я все равно берусь учить текст на неделю вперед. Да даже если Дерек и прав… Я не хочу увольнять человека из-за пары мелких оплошностей.

— И как мне помогать вам, ваше величество? — поинтересовался Дерек, складывая руки в замок. — Мне хватает одной истерички, которая воспринимает каждое мое слово в штыки. И то, у нее есть карт бланш — мы трахаемся. А тратить силы на то, чтобы еще и от тебя что-то потом выслушивать — ну уж нет.

— Дер… — Рич, кажется, уже тысячу раз пожалел, что решил устроить этот “сюрприз”.

— А что? Еще скажи я не прав. Вот я сообщу нашей малышке Мэри, что ей нужно больше репетировать. Готов спорить, что меня тут же объявят извергом, ведь я этот неуклюжий самородок обижаю. Хотя девочка должна понимать, что ужимки невинной перепуганной девы не будут играть на камеру вечно.

Это было действительно обидно слышать. Нет, не потому что я считала себя великолепной актрисой. По этому поводу у меня иллюзий не было вообще. Но я репетировала постоянно, отдавала этому все свои силы…

— Было бы неплохо… — протянула я, немного заплетающимся языком. Сколько шампанского я выпила, что внутри тихим, но уверенным ходом, нарастает безразличие?

— …Репетировать… — вмешался Рич в нашу небольшую перепалку. — А мне нравится эта идея! Дер, ты же можешь нормально посмотреть со стороны, и попытаться объяснить Мэри, что ей следует делать? Только нормально.

Блондин вскинул руки, показывая, что он-то только за. Может, это на него отсутствие скандалов с невестой так благотворно повлияли? А то на ежедневных репетициях с остальными членами команды, Дерек самоустранялся от процесса моего обучения.

— Эм! А давай сцену, где Кристоф после долгих поисков, наконец, находит Эмбер?

Еще до того, как я успела сообразить, о каком моменте говорит Харрингтон, парень ловко перескочил через диван, в несколько шагов преодолел расстояние между нами и впился в мои губы.

Я была ошеломлена. Рич не напирал, не пытался протиснуть свой язык ко мне в рот (спасибо ему за это), но его ладони обхватили мое лицо, а аромат его одеколона заполнил мои легкие. От неожиданности, я стояла, как вкопанная, не в силах даже моргнуть. Наверное, будь в этот момент несколько иные обстоятельства, я бы обрадовалась нашему поцелую. Что уж там, я не раз представляла себе, как это могло бы быть. Если быть до конца откровенной, я хотела бы, чтобы Ричард меня поцеловал. Но точно не таким образом.

— Нет, это, конечно, все замечательно, — донеслось до меня очередное замечание Брэдфорда. Кажется, он был готов веселиться по полной сегодня. — Но это и близко не имеет никакого отношения к репетиции.

— Ты зануда, — Рич чуть отодвинулся от меня, пока я все еще пыталась прийти в себя.

— Если вас надо оставить наедине — то я пошел, — все еще улыбаясь, ответил Дерек. — Но не думаю, что у тебя, друг, есть хоть малейший шанс на успех. Такое чувство, что Мэри готова тебе за такую выходку отбить яйца.

— Не надо, — Рич сделал шаг назад. А я была готова умереть на месте. Никого я не собиралась бить. Дерек просто открыл для себя новый простор для издевательств.

— …Но если хотите заниматься делом…, - блондин почесал подбородок. — Мэри, представь себе ту сцену. Не весь этот бред из книги, а себя на месте Эмбер. Ты идешь по улице, и вдруг неизвестно кто, неизвестно откуда налетает на тебя и целует. Ты бы впала в ступор? Если так, то твоя героиня получается совершенно картонной и скучной.

— Думаю, Эмбер начала сопротивляться, — кажется, я начинала улавливать тот посыл, который Дерек хотел донести. Еще бы он это делал без этих дурацких подколов…

— Для этого и нужны репетиции. Чтобы проработать несколько вариантов и выбрать лучший. Попробуйте.

— Я не… — «согласна» мне уже не дали договорить. Рич опять потянулся ко мне с поцелуем. На этот раз парень уже увереннее смял мои губы, и я бы хотела сопротивляться… Только Харрингтон уже поймал мои руки и завел их мне за спину. Так что из всего сопротивления у меня получилось грозное мычание и попытка помотать головой.

Дерек хохотал и чуть не поперхнулся виноградом.

Абсурдность всего происходящего не позволила мне определиться, как я вообще отношусь к тому, что мы с Ричем целуемся. Сейчас больше всего хотелось перестать краснеть и выступать в качестве клоуна перед Брэдфордом. Пришлось наступить Ричарду на ногу, чтобы он прекращал спектакль. На душе становилось тошно. От всей этой ситуации.

— А-а-ай, — парень отстранился и запрыгал на одной ноге. — Черт, за что?

— За руки, я полагаю, — отозвался Дерек, который едва мог сдержаться, чтобы вновь не засмеяться в полный голос.

— А что такого? Если следовать твоей логике, мой герой тоже не дурак и должен понимать, что девушка может сопротивляться. Так что подстраховывается, чтобы она не отталкивала его от себя.

— Подумай еще раз, — предложила я, хватаясь за свое шампанское. То, что только что произошло, на трезвую голову я точно не переживу. — Ты уверен, что хочешь, чтобы Эм постояла за свою девичью честь ногами?

— Это же только поцелуй!

— Ты это нашей монашке почаще напоминай, — Дерек подошел ко мне как-то слишком быстро, я еще не успела прийти в себя после контакта с Ричем. — Ну как, согласна на репетиции?

— Я изначально не была против, — и это, кстати, чистая правда. — Только хочу, чтобы они проходили нормально. А не как… вот это вот.

— Вот так — это как? — уточнил Дерек, и от его прищура у меня снова создалось впечатление, что надо мной издеваются.

— Мне не нужны тренировки по поцелуям, — с уверенностью заявила я. То, что я не упиваюсь любовными романами и не фанатею от порно, не значит, что опыта с парнями у меня никогда не было.

Дерек устало растер переносицу.

— Тебе нужно научиться не стесняться всего подряд, — блондин говорил медленно и, кажется, подбирал слова, чтобы его в очередной раз не поняли неправильно. — Пока ты краснеешь от любого взгляда — у нас ничего не получится.

— Я не краснею от всего… — и тут Дерек на меня посмотрел. Как у него это получается — не знаю. Но, черт возьми, этот взгляд… Его глаза горели, мужчина слегка наклонил голову на бок. Да он будто раздевал меня глазами! Как тут не зардеться? — … подряд…

— Я же говорю, — пожал плечами Дерек. — Только представь, как из-за твоего упрямства мы все часами будем зависать перед камерами в попытках выдавить из себя «идеальный» поцелуй.

— То, что вы тут предлагаете, больше походит на извращение, — все-таки продолжила настаивать я, хотя и чувствовала, что в конечном итоге сдамся. Дерек сумел найти весомый аргумент — лучше отрепетировать с партнером по съемкам тайком, чем позориться перед десятком людей и камерами. Но все равно… целоваться с двумя мужчинами — это неправильно.

Дерек последний раз тяжело вздохнул, после чего сделал шаг ко мне. Его ладонь скользнула мне на шею. В этом движении не было какого-то тепла или ласки. Будто ко мне робот прикоснулся. Меня потянули за волосы, так что пришлось поднять лицо и тут же столкнуться с губами Дерека. Мягкие и теплые, чуть влажные… его короткая щетина чуть царапала мою кожу. Не дожидаясь моего согласия, язык Брэдфорда проник в мой рот, давая прочувствовать сладкий привкус винограда от этого горячего соития. Сердце пропускало удар за ударом, дыхание застыло где-то глубоко внутри.

В голове не возникло мысли сопротивляться. Отвечать, правда, я тоже не стремилась, но чувствовала, что в руках этого властного мерзавца я превращалась в податливое масло. Так что, когда Дерек положил мою руку к себе на пах, я не сразу сообразила, какого черта он вообще творит. А сообразив — отпрянула, как от огня.

— Это не извращение, — спокойно пояснил блондин, присаживаясь на спинку дивана. — Это просто работа, за которую мы все получаем неплохие деньги. Поверь мне, если достаточно заплатят, мы и с Ричем будем целоваться. В этом нет ничего такого. Как видишь, никакого удовольствия или возбуждения от этого я не получаю.

О да, Дерек дал проверить на ощупь правдивость своих слов.

— Говори за себя, — отозвался Рич, который уже успел сходить себе за пивом. — Меня будет радовать, если мы с Эм будем чаще так репетировать.

Голубоглазый парень мне лукаво подмигнул, вновь вгоняя в краску. Как? Как можно наслаждаться тем, что нужно вставать в очередь, чтобы послюнявить друг другу рты?.. Или, может, это во мне умирала надежда, что я хоть немного, но нравилась Ричу? Потому что как бы иначе он вообще терпел мои поцелуи еще с кем-то?

Хотя у актеров, судя по всему, совершенно другое восприятие подобных вещей.

— Ладно. Сдаюсь, — я вскинула руки вверх в знак своего поражения. — Буду делать все, что от меня потребуется.

Глава 6 Полотенце

Ночь выдалась беспокойной.

Всегда думала, что после алкоголя тебя ждет здоровый крепкий сон. Но, видимо, если получить заряд самых противоречивых эмоций, то сладкий сон — это не то, на что можешь рассчитывать.

Вернувшись в номер, я еще долго лежала на кровати, уставившись в потолок.

Я целовалась. С двумя мужчинами.

Это же уму непостижимо!

Подозреваю, окажись на моем месте Клэр, она была бы только рада. Ее обожаемый Дерек Брэдфордом… Черт, я не знала, как она относится к творчеству Харрингтона, но уверена, что Рич пришелся бы ей по вкусу. А что до меня…. Я была в шоке.

Я, черт возьми, не Дерек. Относиться к подобному без каких-либо эмоций у меня не получается. Пока, во всяком случае. Возможно, было бы проще, если бы Дерек в своей привычной манере не сопровождал все своими “занимательными” комментариями.

“Целовать нужно так, чтобы девушка потекла. Ты или целуешь так, чтобы все закончилось охрененным сексом, или попусту тратишь время.”

Уж не знаю, как мы от репетиции перешли к практическим советам “знатока”.

В итоге эта фраза въелась в мой мозг настолько, что даже во сне мне виделась какая-то пошлятина. Мы с Дереком и Ричем целовались. Только не так, как было в действительности. А… иначе.

Оба мужчины в моем сне стояли рядом, готовые вырывать меня друг у друга из рук. Дерек доминировал. Притягивал к себе с такой силой, что я не могла отпрянуть от него ни на мил. Запускал руки под мою футболку, так что я ощущала, как его ладони скользят по моей спине. Кусал мои губы, пока Рич не вмешался. Не чтобы освободить — брюнет повернул мою голову, чтобы самому прильнуть к истерзанным губам, в то время как Дерек встал за моей спиной и начал ласкать шею. Я оказалась зажата между двумя возбужденными мужчинами. Ричард запустил руки в мои волосы, нежно проникая языком в мой рот, а Дерек начал расстегивать на мне джинсы.

На этом моменте я проснулась, к своему удивлению обнаружив, что сердце колотится как ненормальное, а низ живота тянет истомой. Голливуд точно меня испортил.

Я поднялась с кровати и направилась в ванную, намереваясь принять холодный душ. Не хватало еще фантазий о тройничке.

Вода приятно освежала разгоряченное тело, возвращала ясность мыслей. Мне казалось, что я еще немного пьяна, алкоголь определенно не успело выветриться из моего неопытного организма.

Когда я начала собираться, то удивилась, что Аманда мне до сих пор не позвонила. Обычно девушка набирала мне каждое утро, чтобы убедиться, не проспала ли я.

Съемок сегодня намечено не было. Рональд со своей командой собирался просматривать отснятые материалы, желая удостовериться, что ничего не упустил. Мужчина не хотел, чтобы на монтаже оказалось, что нужно вновь всем собираться и лететь исправлять недочеты. У меня в графике стояла очередная встреча с Линдси, урок актерского мастерства (с настоящим консультантом, а не с двумя дружками-любителями это-просто-работа-ничего-личного-и-аморального-мы-просто-начнем-тебе-сниться). Затем — беговая дорожка, потому что на завтрак опять будут те умопомрачительные маффины, которыми я каждый раз обжираюсь, пока мне не станет плохо, а я не хочу, чтобы меня оштрафовали за лишний вес (увы, контракт со студией очень строгий в некоторых моментах).

На завтрак спускалась в приподнятом настроении. Похмелье не мучило, голова не болела, есть надежда, что Брэдфорд перестанет вести себя как последняя скотина. Можно считать, что сегодня праздник какой-то. И, так как на улицу в ближайшие несколько часов мне не выходить, решила в качестве исключения отказаться от своих бесформенных, но теплых худи, остановив свой выбор на единственном платье, которое взяла с собой. Пестрая расцветка радовала глаз, я чувствовала себя маленькой птичкой, готовой порхать, трудиться и покорять всех вокруг своим оптимизмом.

На завтраке Аманды тоже не оказалось, хотя остальные ассистенты уже были в зале. Они всегда собирались вместе, их рабочий день начинался раньше, чем у остальных членов съемочной команды.

— Привет, ребят! — поздоровалась я. — Аманду не видели?

— Она не появлялась, — ответил Питт, если честно — я не помнила, какую функцию он выполняет на площадке.

— Ясно… Спасибо.

— Мисс Уилсон, — позвала меня Лиза, помощник Рона. — У нас сегодня собрание перенесли на десять.

— Спасибо за предупреждение, — поблагодарила я, собираясь подняться в свой номер.

Благодаря переносу собрания, у меня освобождались целых два часа, а значит можно переодеться и отправиться в город на прогулку. Там и перекушу. Только надо предупредить Аманду, чтобы она меня не потеряла.

Девушка открыла не сразу, мне пришлось немного постоять перед запертой дверью.

— Аманда… — мой ассистент совсем чуть приоткрыла створку, оставаясь в коридоре без включенного света, но я все равно заметила опухшие от слез веки и раскрасневшиеся глаза. — Что случилось?

— Меня уволили! — девушка сорвалась на рыдание, которые уже не силилась сдержать. — Я думала, что вас все устраивает… Почему нельзя было просто подойти и поговорить, если что-то не так? Какая же вы сука! Ненавижу!

— Но…

Мне даже возразить ничего не дали. Аманда захлопнула дверь и больше не открывала.

Неожиданный поворот. И я точно знала, чьих это рук дело.

Интересно, и когда это Брэдфорд успел? Мне казалось, что вчера он мою позицию услышал и лезть не будет. А этот змей мило поулыбался на прощание, а сам направился увольнять Аманду.

Скотина! Сейчас посмотрим, кто не умеет отстаивать свое мнение.

Я барабанила в дверь Дерека, чувствуя, что вот-вот взорвусь от гнева. Сказать, что я на взводе — ничего не сказать! Пока я поднималась в лифте на его этаж, в голове набралось немало «лестных» эпитетов этому спесивому козлу, который решил, что ему все можно.

Брэдфорд долго не открывал, но я не сдавалась. Лупила в дверь кулаками и даже пару раз пнула ногой. Если он еще спит — пусть поднимает свою задницу с кровати.

— Черт возьми, открывай уже, — рука устала колотить дерево. Но ничего, следующий мой замах пришелся уже во влажную после душа грудь блондина.

— Мэри?

Меня он не ждал. Во-первых — с чего бы это? А во-вторых, очевидно, я только что выдернула мужчину из душа. Да так, что он и вытереться толком не успел. С его светлых волос на кожу капала вода, которая стекала по гладкому рельефу мышц до самого полотенца, повязанного на бедрах.

— Ты что здесь делаешь?

— Я? — я толкнула Брэдфорда в грудь, чтобы зайти в номер. Как бы я не бесилась сейчас, устраивать прилюдный скандал в коридоре не собиралась. — Ты уволил мою ассистентку!

— Я предупреждал тебя, — без тени эмоций ответил Дерек.

— Нет! — этого я бы точно не забыла.

— Я говорил тебе, что она меня не устраивает. Если ее ошибки будут мешать моей работе, я этого терпеть не намерен.

Сначала думала начать спорить, но поняла — это же закончиться ничем. Брэдфорд с таким же невозмутимым видом покивает, и оставит все, как есть. Так что свела все свое возмущение до простого:

— Какой же ты кретин.

— Что ты сказала? — Дерек прищурился, но у меня не то настроение, чтобы сейчас пугаться его стандартных гримас. Он чуть наклонился, втянув носом воздух возле меня. — Вроде трезвая. Что, у котенка зубки прорезались?

Я сжала кулаки.

— Я сказала, что ты кретин.

Уходить просто так я тоже не собиралась. Потому что у этой звезды только укрепится мнение, что я бесхребетная.

— Слишком зацикленный на себе осел. Твое эго раздуто до неимоверных размеров, а за душой, я уверена, ничего не стоит. Пустышка с милой мордочкой, — Дерек слушал спокойно, с улыбкой, сложив руки на груди. Он скептически поднял одну бровь. — И вообще… — прикинув, как бы уколоть его побольнее, я продолжила. — Не удивительно, что и невеста у тебя соответствующая.

Да, наверное, удар ниже пояса… Но черт возьми, я была очень зла. И уверена, что замечание справедливое. Он — эгоистичный тиран, который из себя непонятно кого, и истеричка-скандалистка, которое наверняка блондин сам и довел до такого состояния.

Дерек сделал несколько плавных шагов в мою, но я осталась стоять на своем месте. Не бежать же мне прочь из номера, после того, что я ляпнула? Да и потом, надо добить до конца, чтобы он перестал считать, что я все стерплю. Тем более что после вчерашнего, мне есть, что ему припомнить.

— И можешь сколько угодно рассказывать, что это все твоя профессиональная выдержка, что ты даже в самые интимные моменты останешься с холодной головой. Просто признайся, что у тебя не стоит. От этого и вся твоя агрессия. Так и скажи — я импо…

Я запнулась. Потому что блондин взял мою руку и сунул к под полотенце, заставляя обхватить свой член.

— …тент, — закончила я, сжимая в ладони твердый стояк.

— Повторишь? — Дерек больше не смеялся. Он продолжал держать мою руку на своем члене, не давая ее убрать.

— Ты…. Ты…

— Я тебя внимательно слушаю, — спокойно произнес блондин.

— Перестань, — пискнула я. Дерек без зазрения совести водил моей ладонью по своему члену. Бархатистая кожа послушно обнажала пульсирующую головку и, стоило полотенцу упасть с бедер Брэдфорда, как я увидела… всё. И пока я созерцала представшее передо мной тело, Дерек протянул руку и опустил ее на мою грудь.

— Что ты делаешь? — возмутилась, едва не закричав. Остановило только то, что воздух в легких куда-то исчез..

— А ты как думаешь?

Его рука чуть увереннее обхватила мою грудь, заставляя и меня внутренне сжаться.

— По моему опыту, если женщина до сих пор не ударила меня по лицу, то она не против продолжения, — его горячий шепот обжог мою скулу.

— У меня руки заняты.

— Только одна, — напомнил блондин, довольно ухмыляясь. Резонное замечание, но пошевелиться я все равно не могла. И мужчину это вполне устраивало. Он начал медленно склоняться к моему лицу.

Нет, нет, нет, нет. Он не собирается… Нет!

Губы Дерека на несколько секунд коснулись моих. Совсем легко, едва ощутимой лаской. Это было похоже на то, как собираешься войти в озеро. Ты ещё не уверен, но знаешь, что хочешь. Ты не прыгаешь с разбега, а сначала берешься проверить температуру воды. Так и Дерек поступал со мной. Первое прикосновение к моим губам, словно попытка узнать ответ — остановимся мы сейчас, или всё это сорвется в бесконтрольное падение. Я замерла, потому что сама не знала. Не убегала, не отталкивала, как правильно заметил мужчина. И это, наверное, и было ответом. Потому что в следующее мгновение Дерек вернулся к моим губам, переставая вглядываться в мои широко распахнутые глаза. Он нежно прильнул ко мне, совсем как накануне, когда мы устраивали репетиции. Но на этот раз что-то неуловимо изменилось. В нем или во мне… Я не знала. Я могла просто чувствовать, что этот поцелуй был настоящим, живым. Дерек не остановится и не усмехнется. А я… Я приоткрыла свои губы, будто приглашая углубить наш поцелуй.

И с этого момента все окончательно пропало.

Руки Дерека соскользнули к моим бедрам, беззастенчиво начиная поднимать подол платья. Его движения умудрялись быть одновременно поспешными и аккуратными. Когда он поддел резинку моих трусов, я инстинктивно сжала бедра.

Попыталась, во всяком случае, но Дерека это не остановило. Мужчина надавил на меня, заставляя сделать шаг назад, после чего приподнял чтобы усадить на комод. Трусики быстро оказались стянуты сначала до колен, а затем и вовсе сброшены на пол.

Наверное, помня о моей скромности, Дерек не стал трогать там, где я только что обнажилась. Со всем жаром он принялся терзать мои губы, будто мы уже занимались сексом. Его язык проникал глубоко, забирая моё дыхание, а руки тем временем незаметно спустили лямки с моих плеч, неспешно помогая платью опускаться все ниже, оголяя мою грудь. Прикосновение его ладоней к обнажённой коже не могло сравниться с той грубоватой лаской, что мужчина одарил меня несколько минут назад. Осторожно, мягко и с трепетом он поглаживал мою грудь, будто прикасается к чему-то невероятно хрупкому. Эта нежность вызывала волнение внутри, постепенно перерастающее в возбуждение, и оставалось удивляться, как быстро напряглись мои соски в ответ на умелые действия блондина. Едва ли это когда-либо случалось со мной… Но вот мы здесь, и Дерек угадывает желания моего тела лучше, чем это могла бы сделать я.

Словно читая мои мысли, мужчина улыбнулся и начал опускаться ниже в своих поцелуях. Оставляя чуть влажную дорожку, он прошелся губами по моей шее, ещё ниже — к ключицам, после чего захватил правый сосок в плен своих горячих ласк. Языком обвел ореол и сомкнул свои губы на твёрдой вершине, вырывая мой первый приглушенный стон. Я закрыла глаза, отдаваясь полностью этим порочным ощущениям. Это потом я буду думать, что так нельзя, это плохо и неправильно. А сейчас хотелось, чтобы удовольствие продолжалось. Я чуть откинулась назад и сконцентрировалась на расплывающемся тепле по моему телу, которое неотвратимо заставляло низ живота тяжелеть. Наверное, не будь я настолько расслаблена, то заметила, как Дерек сменил позу, и следующее мгновение не принесло бы мне столько эмоций сразу.

Его язык стегнул меня по клитору. Я не знаю, как ещё это можно назвать. Словно ударом хлыста, но не доставляя боли, его атаки продолжались, доводя меня до дрожи в коленях. Я никогда не испытывала ничего подобного. Яростный напор напряженного, как мужское орудие, горячего языка терзали меня в самой чувствительной точке, сменяя тягуче-медленные движения мягкими и расслабленными, подводя меня к тому, во что я просто не верила. Мышцы всего тела налились свинцом, я выгибалась навстречу Дереку, лишь бы не упустить то самое сказочное облегчение из романов о любви.

Уловив, как близка я к экстазу, Дерек выпрямился и вошел в меня одним движением. И я была готова для него. Ни я, ни он не смогли сдержать стона, когда налитый кровью член оказался во мне, растягивая узкую плоть.

Если бы я могла, я бы попросила, чтобы Дерек не останавливался. Но с моих губ срывались только стоны, потому что мужчина и сам знал, что мне сейчас требуется.

Одной рукой от притянул меня к себе, вновь впиваясь жадным поцелуем в мои губы. И он двигался. Входил и выходил из меня своим мощным членом, доводя до исступления, будто знал — как отсрочить мой оргазм, но не дать мне растерять это напряжённое преддверие блаженства.

— Хочешь кончить? — спросил он, тут же кусая меня за губу.

Я не могла ответить… Было слишком хорошо, чтобы говорить.

— Давай, скажи это, — мужчина прошептал мне на ухо, сбавляя темп, будто собирался шантажировать оргазмом. — Мне нужно услышать… Хочешь?

— Да, прошу тебя, — взмолилась я, не представляя, сколько еще смогу выдержать. Брэдфорд улыбнулся. Замедляя и ускоряя темп, вскружил мне голову своей страстью, но не давал спустить напряжение.

— Дерек…

Боже, это казалось невообразимым… Он вошел глубже, так что я ахнула и прильнула всем телом к мужчине, который до этого только сдерживал себя. Мои зубы впились в его кожу на стыке шеи и плеча. Теперь Дерек двигался, позволяя мне полностью прочувствовать его в себе. Он практически остановился, когда меня накрыл оргазм, словно не хотел мешать насладиться этим по полной. Только мой экстаз, только яркий взрыв, от которого сводило все мышцы в теле. И томительные, медленные движения его бедер, которые только усиливали мои ощущения, выжимая удовольствие до последней капли.

Неужели так бывает? Я пыталась перевести дыхание и понять, как такое вообще могло произойти. Только слишком рано расслабилась, потому что Дерек был настроен на продолжение. За собственным оргазмом я и не поняла, что мужчина так и не получил своей разрядки. Брэдфорд поймал мое лицо, вновь впиваясь в истерзанные губы голодным поцелуем. Ненасытный, он стал совсем другим. Его ладони легли на мои бедра, и теперь Дерек вонзался в меня своим членом мощными толчками. Эта животная страсть вновь воспламенила меня. Не верилось, что я могла быть такой раскованной, но я обхватила мужчину своими ногами, притягивая к себе. Я невольно оцарапала его каблуками, но Дерек от этого пришел только в больший восторг.

Его движения становились все неистовее, казалось, что мы вот-вот сломаем комод, но все закончилось с хриплым стоном облегчения Дерека. То, как пульсирует его плоть во мне, как сокращаются мышцы блондина в сладостной конвульсии и его тяжелое дыхание, которое щекотало кожу на моей шее, завели меня настолько, что я снова кончила. Момент единения, полной отдачи и взаимной неги ласкал изнутри.

Дерек мягко целовал мое плечо, пока наши сердца восстанавливали ритм биения. Наконец, мужчина отстранился, чтобы стянуть использованный презерватив и поднять с пола полотенце, которые раньше прикрывало его наготу.

А ведь я о защите даже не подумала. Насколько нужно быть беспечной, чтобы так потерять голову?

Я спрыгнула с комода, все еще чувствуя, как подгибаются колени. Мне хватило пары секунд, чтобы вернуть лямки измятого платья на их место и поклясться, что я больше в жизни не выйду за пределы своей комнаты без лифчика.

Тишина, в которой мы оба приводили себя в порядок, морально не давила, а просто уничтожала.

— Слушай, — у меня в голове вертелся не один вопрос, но именно этот не давал мне покоя в данный момент. — А зачем ты… Ну… языком?..

Насколько я понимаю, обычно парни ожидают за подобное получить ответную услугу. И если Дерек рассчитывает еще и на минет (меня передернуло), лучше сразу расставить все точки над i. Я конечно человек вежливый, но не настолько.

Мужчина повернулся. Он залез в верхний ящик комода, на котором мы только что занимались сексом, и надел свежую футболку. Дерек оказался достаточно шустрым, и уже успел натянуть белые трусы-боксеры, пока я стояла к нему спиной.

— Ты про что? А…, - блондин усмехнулся, закусив нижнюю губу. Он подошел ближе, отвечая тихим, интимным голосом. — Зачем я вылизал твою сладкую киску?

Я тут же покраснела и постаралась отстраниться. Дерек первым отошел, продолжив одеваться.

— Это элементарная вежливость, — кажется, всех вокруг забавляет то, как я постоянно смущаюсь. Но если Рич меня уже ничем удивить не мог, то Дерек только что получил неограниченный простор для издевок. Правда, и я в долгу не останусь, если потребуется. То, что происходит между двумя — всегда затрагивает обоих.

Если пытаться искать плюсы в случившемся, то можно хотя бы на время приглушить свои комплексы по поводу внешности. Уж если сам Дерек Брэдфорд сподобился… Б-р-р. Поверить не могу, что мы только что сделали.

— Ты еще что-то хотела сказать? — поинтересовался Дерек своим обыденным пренебрежительным тоном. Но меня это уже не задевало. Произошедшее каким-то волшебным образом придало мне внутренней уверенности. Если раньше я шарахалась от этого гиганта…Черт, теперь мне казалось, что такого больше не повторится. И Дерек может продолжать вести себя как последняя задница. Лишь бы не подкалывал, вспоминая наш небольшой… инцидент.

— Собрание перенесли. Все начнут в десять, — мой спокойный и отстранённый ответ вызвал в Брэдфорде улыбку одобрения. Наверное, он боялся, что я начну липнуть к нему, вешаться на шею и предлагать обсудить наши отношения. Но не дождется. Нужно быть полной идиоткой, чтобы не понимать — все что только что произошло единоразовая акция. Не хотелось бы называть это слабостью, оправдывать себя или делать что-то в таком духе. Было и было, ни он, ни я не пойдем хвастаться своим «достижением». Во всяком случае, что касается Дерека — я на это очень надеялась.

— Хорошо, — кивнул мужчина. — Я приду.

— Отлично, — я повторила его жест и, подняв свои трусы с пола (неторопливо и без суеты), направилась в сторону двери.

— Мэри, — окликнул меня Дерек, я остановилась.

Он подошел ко мне и склонился.

— Это станет изумительным воспоминанием об этой поездке.

Я не ответила. Брэдфорд повел себя вежливо, даже мило, не сумев сохранить свою холодность до конца. Так что спасибо ему. А я пошла, пока эйфория от полученного оргазма не отступила, и я не превратилась обратно в переживающую обо всем на свете мышку. У меня будет еще целая вечность, чтобы заняться самоедством по поводу преступной беспечности и легкомыслия.

Глава 7. Дерек

Мужчина проводил уходящую девушку взглядом.

“Вот тебе и монашка”, - подумал блондин, смотря на закрывающуюся дверь.

Ему потребовалось еще минута, чтобы выйти из своего ступора и отправиться одеваться дальше. Свои джинсы Дерек нашел на полу возле ванной. Обычно он отличался большей аккуратностью, но сегодня настроение было дерьмовым.

Прошлым вечером мужчина, вернувшись в свой номер, будучи немного навеселе, совершил идиотский поступок. Алкоголь в крови, приподнятое настроение после общения с Ричем и довольно увлекательном эксперименте с маленькой мисс Выскочкой, подсказали, что включить телефон и позвонить Саре — вполне здравая идея. С одной стороны, он понимал, что его ждет настоящий шквал ругани от будущей миссис Брэдфорд, а с другой — лучше поговорить. В конце концов, в последнее время между ними появилось столько непонимания, что мысли об ошибочности и поспешности помолвки все чаще посещали Дерека. Он ожидал от Сары большего доверия, учитывая что и она работала актрисой, и у нее тоже случались роли в фильмах с любовной линией. Какого черта в этот раз девушка сорвалась с цепи в своей ревности — неизвестно.

Только помимо пропущенных звонков от “благоверной” и гневных сообщений по поводу отключенного телефона, Дерека ждал еще один сюрприз.

“Прости, бро”, - гласила подпись над чуть смазанным черно-белом снимком с камеры наблюдения, который прислал ему сосед из нью-йоркской квартиры… Тип странный, конечно, со своими тараканами в голове, но на этот раз его шизанутые замашки пошли на пользу. Будучи законченным параноиком, Фрэнки завесил весь этаж камерами наблюдения, опасаясь… черт, да всего на свете.

На присланном кадре оказалась запечатлена Сара с неизвестным мужчиной, который по-хозяйски запустил свою руку к ней под юбку, пока сама поборница морали и высоких отношений, засовывала язык в ухо своему любовнику.

Следом за фото был приложен видеофайл, который Дерек пересмотрел за ночь раз двести, не меньше. Какая-то малая часть еще желала уловить хоть малейший намек на то, что все это фигня. Фэйк, обман зрения, история из разряда “милый, ты все не так понял”. Но нет. Сара выходила из лифта со своим любовником, тот присасывался к ней у стены, они чуть ли не трахались весь путь до квартиры Дерека, потом исчезали в недрах его апартаментов, едва не забыв прикрыть за собой дверь.

Видимо, кто-то решил разорвать помолвку несколько раньше, чем это сделал сам Дерек.

После таких новостей спать расхотелось окончательно, зато появилась нестерпимая необходимость напиться. Подниматься к Ричу Дерек не стал, не желая посвящать в свои проблемы еще и Мэри, которая еще оставалась в номере Харрингтона.

Дерек спустился в бар, послал на хрен администратора, который пытался ему объяснить, что в столь поздний час они не продают алкоголь согласно требованию закона, сунул денег бармену, который с удовольствием “забыл” бутылку “Джека” на стойке и остаток ночи “не замечал” своей оплошности.

03.26

Можешь идти на хрен, Сара

Приняв изрядную дозу виски, Дерек скинул уже бывшей невесте фотоотчет о ее веселом отдыхе в его квартире. В тот же момент посыпался шквал звонков, на которые мужчина отвечать не собирался.

03.45

Давай поговорим

Не сумев дозвониться, Сара начала строчить сообщение за сообщением.

03.46

Не о чем

03.53

Ты не выходил на связь, я решила, что между нами все кончено(((((

03.54

будем считать, что ты поняла все правильно

04.01

я не хочу чтобы так все закончилось!!!это просто глупая ошибка((((Каждый может оступиться 1 раз… Прости меня, ты же знаешь, я люблю тебя

04.05

Не молчи

04.07

Дерек!!!

04.20

думаешь, камеры поставили только вчера? у меня теперь целая галерея с твоими похождениями

Дерек отправил сообщение на удачу. Все-таки хотелось посмотреть, как долго он ходил оленем. Или все-таки Сара действительно посчитала, что выключенный телефон — знак разрыва, и в столь нелепом расставании стоит винить в первую очередь только себя.

04.49

какой же ты ублюдок!! Я доверяла тебе, а ты так отплатил за это?? Это каким придурком надо быть, чтобы выслеживать по камерам Урод!

04.52

возьми трубку!!

04.53

Дерек!?!?

05.12

И вообще, это я тебя бросаю! Только не рассчитывай, что получишь кольцо назад. Не собираюсь смотреть, как какая-нибудь дрянь носит то, что ты мне дарил

05.14

Оставляй. В любом случае я не подарю любимому человеку вещь, которую носила шлюха. Прощай.

05.16

Будь счастлива

Покидал бар Дерек уже под утро. “Джек” закончился быстро, да и алкоголь так и не оказал целебного действия, на которое мужчина так надеялся. В лобби было неприятно шумно, ресторан открывали на завтрак, стайки ассистентов и прочих второстепенных персонажей, обслуживающих съемки, потянулись из своих номеров, желая набить желудки.

Там Дерек и столкнулся с Амандой, которая имела неосторожность с ним заговорить.

— Уволена.

— Простите? — девушка не поверила в услышанное.

— Ты дерьмово справляешься со своими обязанностями. Уволена. Чтобы к обеду тебя тут не было, — гаркнул блондин, радуясь, что хоть на ком-то можно было сорваться до того, как начался рабочий день.

Потом был душ, таблетка аспирина и полоскание рта, чтобы отбить от себя запах спиртного, после в номер влетела Мэри, затем…

Что ж… Дерек любил секс. И что скрывать, отличный трах поднимает настроение и помогает отвлечься лучше, чем что-либо на свете.

— Мэри, Мэри, Мэри, — процокал мужчина, вспоминая сдавленные стоны девушки и ощущая, что член вновь твердеет, стоит подумать, насколько тесная оказалась ее киска. Черт, на мгновение Дерек успел испугаться, что связался с девственницей. Но нет, пронесло. Брать на себя ответственность за попрание девичьей чести он не горел желанием. А то, что Мэри не стала заводить беседы в стиле “к чему мы идем, что это значит для нас и нашего будущего” — так за это Дерек был готов сказать отдельное человеческое спасибо. Он был не в том состоянии, чтобы изображать из себя трепетного принца и подбирать слова, дабы не ранить чужих чувств простыми “это просто секс, детка”.

Его партнерша по съемкам сумела во всех возможных смыслах приятно удивить этим утром.

Глянув на часы, Дерек продолжил собираться, тихо напевая себе под нос детскую песенку “Пастушка Мэри, простушка Мэри”.

* * *

— Мистер Брэдфорд, вы уверены, что не желаете поехать на личном автомобиле?

— Все в порядке, Тэйт, — Дерек смотрел на погружающихся в автобус членов съемочной группы. — Я прокачусь вместе с остальными.

Женщина посмотрела на наручные часы, поджала тонкие бледные губы, так что возле уголков стали видны морщинки.

— Если вы передумаете, машина будет здесь через семь минут, — добавила она, поправляя тонкие очки.

“Идеальный ассистент”, - подумал Дерек, одобрительно кивая. Тэйт работала с ним уже не первый год, и за свои труды получала щедрое вознаграждение. Не только от студии, но и самого Брэдфорда. Женщина ответственно относилась к своей должности. С первой встречи Дерек понял, что такое сокровище упускать нельзя ни в коем случае. Тэйт явилась на собеседование с собственной анкетой и без малейшего стеснения устроила актеру настоящий допрос. Через полтора часа Тэйт знала о предпочтениях Дерека лучше, чем родная мать, через неделю — выучила назубок все инструкции, через пару месяцев — была способна предсказать любую потребность своего капризного нанимателя.

Презервативы в номере — ее рук дело. Строгая и разборчивая, Тэйт никогда не верила в то, что брак с Сарой состоится и, несмотря на обновившийся статус Дерека после помолвки, все равно оставляла в его апартаментах упаковки с латексными изделиями в каждом укромном уголке. Женщина старой закалки предпочитала таким образом заботиться о здоровье своего любимого клиента, чем записывать его на приемы к венерологам. Во всяком случае, именно так она поясняла свое стремление обеспечить актера защитой в любое время дня и ночи.

И кто знает — если бы не ее старания, может инцидент с Мэри и вовсе и не случился бы.

— Не стоит, Тэйт, — мужчина еще раз отказался от поездки в личном транспорте. Желание садиться за руль самому отсутствовало полностью, а ехать с водителем… На этот раз Дерек предпочел не отрываться от коллектива.

Мужчина поправил наплечную сумку.

— Хорошо. Машину отменяю. Ваш багаж уже погрузили, я проверила.

Они уже поднимались на второй этаж комфортабельного автобуса, пока Тэйт продолжала перечислять:

— Билеты на самолет забронированы, вылет через два дня, ночной. Электронные копии билетов на вашей почте, напоминание в телефоне.

— Смотри, как должны работать ассистенты, — произнес Дерек, адресуя фразу впереди идущей Мэри. Узнать девушку со спины не составило труда — она единственная из всей команды упорно выбирала бесформенные шмотки, безбожно уродуя собственную фигуру. А ведь там было на что посмотреть, Дерек точно знал. Стильные облегающие джинсы, выдаваемые для съемок, могли приукрасить действительность, но Брэдфорду выдалась возможность не только увидеть, но и на ощупь проверить, что ноги у его коллеги что надо.

“Да и не только ноги”, - ухмыльнувшись, вспомнил Дерек.

Стоит отдать должное, девушка исправно занималась собой. Сама, или это было стремление исполнить пункты контракта, но в тренажерном зале Мэри появлялась чуть ли не чаще самого Дерека. Нормальные девушки, правда, в такие походы выбирают что-нибудь легкое, облегающее и сексуальное, а не мешковатые спортивки на три размера больше положенного и майку, которая пришлась бы впору Брэдфорду. Так что до недавнего времени Мэри и сексуальность существовали в двух параллельных плоскостях для Дерека.

— Твоими стараниями, у меня вообще больше нет ассистента, — напомнила девушка, забрасывая свою дорожную сумку на полку над сиденьями.

— Виноват, — ничуть не жалея о своем поступке, отозвался Дерек. — Тэйт, поассистируй мисс Уилсон, пока ей не подберут помощника.

Мэри выбрала себе место в самом конце автобуса, положила на него свою куртку.

— Мисс Уилсон, могу назначить собеседования на следующую неделю. Желаете чего-нибудь? Чай, кофе? Вода?

— Нет, спасибо, — Мэри опустила голову и вся зажалась, устраиваясь возле окна.

Места в автобусе были установлены попарно, чтобы путешествующие могли беседовать друг с другом лицом к лицу. Кресла разделяли узкие столики. Дерек упал на два сидения напротив Мэри и поправил солнечные очки на глазах.

— Тэйт, и посмотри, что там у Мэри с билетами. Поменяй бронь на первый класс, если потребуется.

— Не надо, — вмешалась девушка, но помощница Дерека не намеревалась ее слушать.

— Я буду внизу, если потребуюсь.

— В курсе, что рабство отменили? — поинтересовалась Мэри, извлекая из сумки книгу и плеер с наушниками.

— Какое рабство? — Дерек вытянул ноги, так что теперь перегораживал часть прохода. Свою наплечную сумку он подложил под голову. Все равно внутри не было ничего хрупкого или ценного. Он знал, что долго все равно не пролежит в таком положении. Верная помощница вскоре принесет ему воду с лаймом и медом, хотя Дерек ее и не просил, и, наверняка, предложит дорожную подушку. Тэйт знала свою работу до самых мелочей.

“А если у нее с собой еще и фирменные булочки есть”, - мужчина мысленно облизнулся. Поездка со всеми в автобусе будет прекрасна хотя бы этим маленьким событием. Его ассистент редко готовила, для Дерека, во всяком случае, но каждый раз это становилось приятным сюрпризом.

Из своего положения блондин не видел Мэри, только пластиковый потолок автобуса, из-за темных очков казавшийся черным.

— Тэйт почти член семьи, — признался он, задумчиво. Будь его воля, он бы пригласил Тэйт на круглосуточную ставку, но у женщины имелась своя семья — муж, дети, внуки, которая нехотя отпускала ее в командировки, что уж говорить о переезде к своему работодателю.

Мисс Слишком-Правильная-Чтобы-Согласиться-На-Помощь выложила на стол книгу, медленно провела кончиками пальцев по краю твердой обложки, собираясь с мыслями.

— Не нужно менять мои билеты.

— Первым классом лететь удобнее, — Дерек прикрыл глаза, собираясь вздремнуть, раз уж других развлечений не предвидится. Автобус тронулся с места, легкое покачивание в дороге всегда действовало усыпляюще на мужчину. Очень быстро вид за окном сменится. На место городских мотивов придут серые скалы, густые хвойные леса и заснеженные скандинавские земли. Трасса, прорубленная прямо в горах, поведет их на север, где будет ждать просторное шалле с видом на замерзшее озеро. Два дня съемок — можно возвращаться домой, ожидать, когда будут готовы декорации для продолжения съемок.

— Мне и обычным хорошо, — ответила девушка, чуть поджимая губы.

На лице Дерека расцвела довольная улыбка, мужчина приподнял брови, вздохнув:

— Не хочешь лететь, потому что я предложил? — он постарался вложить в свой тон как можно больше очевидно-притворной досады. Кажется, развлечение в пути все-таки нашлось. Подтрунивать над напарницей по съемкам — тоже способ скоротать время в пути.

— При чем здесь это? — Мэри сделала вид, что не понимает намека блондина.

“Или нет?” — Брэдфорд стянул очки и повернул голову в сторону девушки. Она спокойно разматывала наушники, в движениях не было ни малейшего намека на нервозность или на неуверенность.

— С тобой все в порядке? — Мэри уже вставила затычку в одно ухо. — Ты пялишься.

Дерек действительно делал это. Чуть прищурившись, мужчина пытался уловить хоть малейший намек на… Да хоть что-нибудь.

Поначалу его радовало то, что Мэри повела себя как адекватный взрослый человек, не прилипая к Брэдфорду с выяснением отношений по поводу состоявшегося секса. Примерно первые полдня. А спустя несколько часов, когда мужчина окончательно отрезвел (и после алкоголя, и после оргазма), появилась легкая тревога. Как только ясность сознания вернулась, в душе разыгралась совесть и нежелание сталкиваться с последствиями своего импульсивного поведения. А последствия могли быть самыми разными — от вероятного иска о сексуальном домогательстве (если, конечно, Мэри не совсем дура и решит упустить реальный шанс поправить свое финансовое положение), заканчивая мыслями о том, что девушка может прямо в этот момент оплакивать свою порядочность, жестокий мир или чем там еще женщины умели загоняться.

Однако Мэри смогла удивить. Вечером на ужине она выглядела так, будто ничего не произошло. Ее поведение не изменилось ни в тренажерном зале, ни на следующий день. Да и сейчас она не выдавала никаких признаков волнения или стеснения после случившегося.

Подобная отрешенность… задевала. Не то чтобы Брэдфорд привык, чтобы женщины сами лезли к нему в постель… Да нет, привык конечно, что уж обманывать. Ему нравилось это состояние. И непонимание, почему Мэри, как минимум, до сих пор даже словом не обмолвилась по поводу их секса — досаждало.

— Я говорю, — девушка кашлянула, привлекая внимание Дерека. — Что не понимаю, зачем тратить лишние деньги.

— Не твои же, — отозвался блондин, вновь отводя взгляд к потолку.

— Какая разница? Я вполне могу прожить без золотых унитазов, личных водителей и прочей шелухи.

Мэри откинулась на спинку и открывал книгу, видимо, желая показать, что беседу дальше продолжать не намерена.

— Так и я могу, — возразил Дерек. — Только зачем? Если студия берется вить из меня веревки, я с удовольствием посмотрю на то, как они расшибаются в лепешку, выполняя мои капризы.

Мэри закатила глаза, но только на мгновение. Будто вспомнила, что так себя вести неприлично и вернула над собой контроль.

— Как будто тебя кто-то заставлял сниматься.

— Вообще да, — признался блондин, решив, что позу все-таки сменить стоит. Он сел, положил руки на стол, расставил широко ноги, чтобы коленями не упираться в опору. — У меня хватает предложений получше этого ванильного дерьма. Но в свое время я оказался не слишком разборчив в условиях контрактов, так что подписался на три фильма от этой студии. И, к моему сожалению, из всего множества вариантов, куда меня могли впихнуть, мне досталась сопливая недоэротика.

Мэри слушала внимательно, но никак не реагировала. Ее каменное выражение лица начинало действовать Брэдфорду на нервы.

— Так что, цыпа, я буду нагибать их, пока мне не надоест. Финансово в первую очередь.

Девушка поморщилась.

— Не строй из себя, — сделал замечание блондин. — Этим толстосумам каждый цент окупится, как ни крути.

— Я все равно считаю, что подобное поведение больше походит на свинство.

Дерек усмехнулся.

— А не свинство, что мы оба играем главные роли, но я за свою работу получу в пятнадцать раз больше?

— Пятнадцать? — Мэри, наконец, выглядела возмущенной, что еще раз вызвало улыбку у мужчины.

— В пятнадцать, цыпа, — он тоже откинулся на спинку кресла, а ноги вытянул, положив их на сидение рядом со своей собеседницей. — Я могу завести себе хомяка, поселить его в отдельный номер люкс и требовать, чтобы его кормили только орешками из мини-бара. И студия все равно это оплатит. В то время как ты будешь ютиться в крошечной комнатушке и терпеть ассистентов-неумех. Не обидно?

— Нет, — Мэри пожала плечами. — Уверена, что мои воображаемые друзья смогут жить не хуже твоих гипотетических хомяков. И потом… Может, если бы не подобная блажь, не было бы такого колоссального разрыва в окладах.

— Ты наивна.

— Допустим.

Дерек разочарованно вздохнул. После расставания с Сарой было несколько непривычно пребывать в тишине и покое. Приятно, конечно, но непривычно. Не хватало перчинки, чего-то острого, цепляющего, что могло бы придать жизни чуть больше красок. Не то чтобы Дерек желал новых скандалов, есть и другие способы… Секс, например. Но его пока не предвиделось, а Мэри даже не пыталась хотя бы чуть-чуть обострить конфликт. Умела же! Дерек прекрасно помнил ту фурию, что ворвалась в его номер, желая выяснить отношения. Или как Мэри умела бросать в его сторону этот фирменный взгляд с закатыванием глаз, при этом морща нос и отворачиваясь. Но сейчас, как назло, девушка оставалась холодна и безучастна.

— Просто мне с головой хватит того, что я заработаю. Так что не вижу смысла жаловаться на работу, — добавила Мэри, пытаясь отыскать в книге страницу, на которой остановилась.

— И на что же ты планируешь потратить свое “состояние”? — задавая категорически бестактный вопрос, Дерек надеялся хоть так вывести девушку на эмоции.

— На учебу, — не отрываясь от романа, ответила Мэри.

— И что же ты собираешься изучать? — приторно сладким голосом поинтересовался блондин.

— Историю английской литературы.

— Ммм, очень дорогой способ стать никем?

Дерек чуть не застонал, когда в ответ ему прилетела очередная вежливая улыбка.

“Да она издевается”, - подумал мужчина, не понимая — в какой момент довести Мэри стало идеей-фикс на эту поездку.

— Слушай, а ты умеешь удивлять, — протянул он, облизывая нижнюю губу. В конце концов, если хочешь вывести из себя скромницу, стоит бить по больному. — Не думал, что ты так легко относишься к случайному сексу.

— К чему? — Мэри сделала вид, что не расслышала, но по ее растерянному забегавшему взгляду было ясно, что со слухом у нее проблем не возникло.

— К сексу, Мэри, — мурча, отозвался Дерек, невзначай поигрывая бицепсами. — Ты меня и так прекрасно расслышала.

— А как я должна относиться к случайному сексу? С тобой.

Последнее уточнение оказалось лишним. Дерек стиснул челюсти.

— Прости, я действительно не знаю, как в вашем мирке принято реагировать на подобное.

— Как и у всех нормальных людей… — процедил Дерек сквозь, чуть не добавив “хоть как-нибудь”.

— Ну вот тебе какая разница, как я к этому отношусь? — спросила Мэри в лоб. — Обмениваться положительными отзывами я не намерена, проводить с тобой работу над ошибками — тоже.

Блондин слушал, и с каждым словом все больше жалел, что сел в этот треклятый автобус. Возникало сразу слишком много вопросов. Работа над ошибками? Серьезно?! Нет, трахался Дерек определенно не ради комплимента, но со стороны Мэри было бы неплохо не хлестать столь жесткими фразами.

— …И вообще, я так и не поняла, какого черта это было…

— У меня было плохое настроение, — мужчина горько усмехнулся, понизив голос. Он бы с радостью добавил, что и сейчас — не очень. И что руки чешутся “провести работу” над несуществующими ошибками, но понимающая улыбка на лице девушки заставила только сильнее стиснуть зубы.

— Я тоже была не в духе. Рада, что со всем разобрались.

После этого Мэри вернулась к чтению. Дерек смотрел, как она спокойно и не спеша переворачивает страницу за страницей. Аккуратно облизывает кончик пальца, чтобы смочить. Как ее взгляд скользит по тексту, чуть затуманенный, почти, как после секса.

— Мэри?

— Да, Дерек?

— А сейчас у тебя как с настроением?

— Все отлично, — поспешила ответить девушка, хотя ее голос звучал больше как “Спасибо, но больше никогда в жизни”.

Глава 8. Блузка

«Эмбер прибавила шага, плотнее стягивая на себе полы пиджака. Погода испортилась слишком стремительно, так что вокруг витала атмосфера старых фильмов… Дождь усиливался, и каждый порыв беспощадного скандинавского ветра пронизывал девушку укусами холода до самых костей. Будто собственного сердца, рвущегося на части ей было недостаточно, и страна ее мечты старалась прогнать чужеземку со своих территорий как можно скорее.

Девушка почти бежала, утирая непрошеные слезинки со своего лица. Соленые капли смешивались с ледяными крапинками дождя.

Эмбер не понимала, почему сейчас плачет. Она с самого начала знала, что между ней и Джонасом ничего не может быть. Слишком велика пропасть между их положениями. Никогда, никогда в жизни бедная студентка не будет вместе с миллиардером, Золушка никогда не дождется своего принца. Но Эмбер пустила в сердце надежду, позволила Джонасу затронуть ее душу и заполнить все ее мысли.

И теперь с позором бежала, желала раствориться, исчезнуть навсегда. Короткий роман оборвался одной газетной записью, одна фотография — и наивные девичьи грезы разбились о скалы жестокой реальности. Конечно, Джонас встретил кого-то под стать своему высокому уровню. Ту, что не будет слишком выделяться на фоне привычной роскоши и богатого окружения. Вполне ожидаемый финал, обидно что он наступил так быстро.

Дождь перерос в настоящий ливень и уже больно стегал своими струями по незащищенной коже. Эмбер оглядывалась по сторонам, в поисках укрытия. В поздний час, когда в штатах города только-только начинают по-настоящему жить, старая Европа уже успела вымереть. Все заведения были закрыты, последние клиенты разошлись по домам еще до начала грозы.

Уловив тусклый свет лампы над одной из дверей, девушка устремилась туда, уже и не пытаясь обходить стремительно наливающиеся лужи — ноги все равно уже промокли насквозь.

— Добрый вечер, — поздоровалась Эмбер с администратором заведения, который смолил сигарету, не отходя от рабочего места. Неприятного вида полноватый мужчина с серой кожей стряхнул пепел в переполненную пепельницу. — Прошу прощения, я могу вызвать от вас такси?

— Конечно, куда вам ехать?

Мужчина улыбнулся, демонстрируя золотой зуб, слишком выделяющийся среди остального ряда.

— В аэропорт.

— Я вызову, отогрейтесь. Вам сделать чай, кофе? — он уже снял трубку телефона и начал набирать номер, поражая своей вежливостью. Столько раз Эмбер говорила себе, что людей судить по первой встрече не стоит, и вот она опять это сделала. Мужчина внешне больше походил на владельца притона, чем на обходительного джентльмена, готового прийти на выручку даме в беде.

— Спасибо, не надо, — Эмбер рассеянно улыбнулась и отвернулась к стене, делая вид, что рассматривает постеры. — Только такси, пожалуйста.

Эмбер не могла сообразить, где она оказалась. Не кафе, не магазин. Прихожая с администратором и парой кресел. Дальше начинался коридор, из глубины которого доносились звуки веселья. Но девушка не вслушивалась. Она разглядывала красивые постеры за стеклом, молчаливо оплакивая не только свой короткий роман, но и свою недописанную картину, которую она бросила в гостиничном номере. А ведь еще вчера Эмбер была уверена, что этот портрет станет ее лучшей работой. Теперь же возможный шедевр отправится, вероятнее всего, на помойку.

После всего, Эмбер просто не сможет смотреть на этот холст. Хранить и видеть каждый день Джонаса, заботливо написанного ей маслом — выше всяких сил.

Из коридора в холле появились несколько мужчин, но Эмбер не вглядывалась.

— Мисс, ваше такси приехало.

— Спасибо вам, — Эмбер мягко улыбнулась, хотя ее лицо было способно излучать только грусть. Она вышла на улицу, готовясь раз и навсегда распрощаться и со Швецией, и с Джонасом. Она просто вычеркнет эти две недели из своей памяти.

Дверь за девушкой захлопнулась, а Кристоф продолжал стоять на месте, как молнией пораженный. Его разрывало изнутри от ощущения, что в рядом с ним только стоял прекрасный и бесконечно печальный ангел. Сказочное видение, которое ускользнуло, едва появившись в его жизни, оставив после себя аромат декабрьской грозы.

Мужчина выбежал на улицу, но было поздно. Ангел, которого он надеялся догнать, уже исчезла в такси, и машина готовилась скрыться за поворотом.

— Кто эта девушка? — срывающимся от волнения голосом, спросил он у администратора студии.

— Не знаю, сэр. Мисс зашла с улицы и попросила такси. Имени не называла. Американка, наверное, они обычно грубые..

— Куда она направляется?

— Аэропорт, сэр.

— Кристоф, ты чего? — спросил его друг, но мужчина не был готов слушать.

— Я должен ее найти.»

Линдси Кавилл «Наваждение»

Дерек Брэдфорд — скотина. Мстительная, беспринципная скотина.

Причем, говорила же себе — с ним нужно быть осторожнее, держаться подальше, стараться вообще не контактировать лишний раз. А он словно на рожон лез. Два дня мне удавалось избегать общения, но автобус, увы, как любое замкнутое и очень ограниченное пространство, не способствовал заданной установке “не подходить к Брэдфорду”. Хотя — он сам подсел. И не просто подсел — еще и пытался до…копаться. Как будто специально. И чем ему личный водитель не угодил? Или с отъездом Ричарда Дерек решил, что за маленькую девочку больше некому будет заступаться?

Хех… Будто Брэдфорд — первый задира в моей жизни. Я и Ричу пыталась объяснить каждый раз, что не нужно пытаться за меня что-то сказать. Стать моим защитником — это конечно очень мило со стороны брюнета, но совершенно не обязательно. То что я не конфликтная, не значит, что не способна дать отпор очередному забияке, которому не с кем почесать свое самолюбие.

Вот только кто бы мог подумать, что Дерек решит так изощренно отыгрываться после пары колких фраз в свой адрес?

— И как только вы его терпите? — поджимая губы, поинтересовалась я у Тэйт, которая заботливо принесла мне стакан воды с лаймом и медом. Сочетание необычное, но освежающее. Немного прохлады мне сейчас действительно не помешает.

Шестнадцать дублей. Шестнадцать, мать его, дублей сорвал Брэдфорд, явно стремясь отомстить мне за разговор в автобусе. И каких! В этой сцене Эмбер и Джонас по сценарию, собирались вот-вот впервые заняться сексом. Нам предстояло сыграть безудержную страсть. “Джонас” должен был вот-вот поцеловать свою “Эмбер”, но прежде, чем их губы встречаются, мужчина разрывает на своей партнерше блузку. Шестнадцать дублей. Шестнадцать порванных блузок. И я третий час красуюсь перед всей съемочной группой в лифчике. Поправка — красовалась бы, если бы не Тэйт. Она золото. Не знаю где и как, но женщина нашла мне короткий шелковый халатик, который я могла быстро накинуть, пока режиссер скомандовал отбой и велел нести новую блузку.

— Я вас умоляю, — отмахнулась Тэйт на мое замечание по поводу ее босса. — У меня муж, четверо сыновей и трое внуков. Дерек на их фоне — кроткий ягненок.

Ага, конечно…

— Стоит лишь привыкнуть. И не давать ему спуску, — посоветовала женщина, ловя на себе недовольный взгляд блондина. Вряд ли он слышал наш разговор, скорее бесился от того, что его верный ассистент уделяет время не ему.

— Ребята, на исходную! Дерек, соберись, пожалуйста, — скомандовал Рональд, а мне было достаточно увидеть довольную ухмылку Брэдфорда, чтобы понять — он намерен сорвать еще один дубль. — Мы, черт возьми, не успеваем пуговицы назад пришивать. Сколько можно?!

Я поправила волосы, размяла мышцы лица, хотя и не понимала зачем? Все равно же заставят еще дубль переснимать. Во взгляде Дерека это так и читается — радовать мне его своей грудью еще очень долго.

Причем, я пока с уверенностью не могу сказать, это ли самый унизительный момент за весь день. Еще можно вспомнить, как мы сегодня начинали.

Меня (о боже мой, убейте меня, пожалуйста), учили безопасно запрыгивать на Дерека. Естественно, ведь никто из продюсеров не собирался терять время на то, чтобы лечить главной звезде проекта сорванную спину.

Я почти сорок минут под пристальным вниманием тренера прыгала на мужской манекен, сначала опираясь на пластиковые бесчувственные плечи, а затем обхватывая ногами торс. И мало того, что я чувствовала себя полной идиоткой, соскальзывая с гладкой куклы, так еще никак не могла понять — каким образом тренер определит не повредила ли я несчастному манекену спину? Даже Брэдфорд посчитал, что руководство уж слишком перестраховываются. Хотя, возможно, он просто не хотел выглядеть неженкой в глазах окружающих.

В конце концов, разрешение прыгать на живых людей мне выдали, вот только до этого мы с Дереком никак не дойдем.

— Начали!

— Я хочу, чтобы сегодня ты осталась со мной, — прошептал «Джонас».

— Я… Я не могу.

— Но ты хочешь…

— Я не должна.

Я “трепетно” подняла взгляд на “Джонаса”, стараясь передать ему мысленно как ненавижу Брэдфорда сгораю от желания поскорее слиться в страстном животном сексе. В груди сердце сжималось, стоило подумать, что так или иначе, но сегодня мы с Дереком снова поцелуемся. Я смотрела на губы мужчины, невольно вспоминая, как низ живота стягивало в тугой узел, когда мы с ним в последний раз оказывались так близко.

Опустила веки, стремясь избавиться от того, о чем мне думать вообще не стоит. В этот момент почувствовала горячее прикосновение — указательным пальцем Дерек задел кожу под ключицей, скользнул ниже, нарочито медленно, словно дразня. Ему было не обязательно трогать меня, чтобы вцепиться в блузку и дернуть ее края в разные стороны. Но он прикасался, растягивал каждое мгновение, когда его палец был на мне, оставляя мне гадать, когда пуговицы начнут разлетаться по сторонам.

И этот человек рассказывал мне о том, как стоит вести себя профессионалом? Столько хвалился своей выдержкой, а теперь трогал меня… совсем не как коллегу по съемкам.

— Сердечко-то бьётся, — шепнул он мне с довольной улыбкой.

— Так! Стоп!

«Это издевательство какое-то!» — я застонала. Конечно же у меня бьется сердце, я же не робот какой-нибудь. От злости сжала руку в кулак и стукнула Брэдфорда в грудь. Не сильно. Чуть крепче, чем мог бы быть дружеский пинок, но точно не намереваясь сделать больно. Блондин молниеносно перехватил мое запястье и сжал, давая понять — кто здесь главный.

— Не смей, — прошипел он низко. Стараясь запугать? Ну уж нет… Во мне только сильнее заиграла кровь.

Я человек неконфликтный. Меня сложно задеть… ну, потому что я привыкла, и просто не обращаю внимания. Но Брэдфорд… Достал!

— Стоп! — вновь скомандовал Рон. Мы же уже остановились? — Поймали это состояние! Снимаем!

Какое такое состояние? Когда хочется врезать этому напыщенному индюку да посильнее?

Дерек рванул на мне блузку, на секунду замерев. Разглядывая мое тело или выжидая мою реакцию. Ну что ж? Играть так играть. Они хотят увидеть страсть — я могу. Тем более, столько тренировалась с утра в прыжках.

Закинула руки на шею блондина, он не стал мешкать — подстраховал, когда я оттолкнулась от пола в намерении обвить его торс ногами. Только перед поцелуем произошла заминка. Мы смотрели друг другу в глаза, и я видела в его нефритах победную усмешку. Дерек столько раз попрекал меня, что я не способна раскрепоститься перед камерой, что не смогу отыграть настоящую страсть.

Что ж… Как он там говорил? Целовать надо так, чтобы потекла? И что-то типа — мы профессионалы, у нас не встанет? Ну-ну, посмотрим.

Запустила пальцы в волосы на затылке Дерека, чуть оттягивая светлые пряди. Пусть личного опыта по части поцелуев и прочего у меня совсем немного, зато я начитанная. Да и потом — это же ничего сложного? Просто биология. Отпустить чуть-чуть внутренние тормоза, и вперед.

Меня коснулось горячее дыхание Дерека, когда он глухо застонал, прежде чем мы с ним соединили наши губы. То, что он планировал сделать нежным и романтически-медленным поцелуем, я намеревалась превратить в пожар, мысленно напоминая себе — это не я, это все Эмбер. Перехватила инициативу, бесцеремонно ворвавшись языком в рот Брэдфорда. Хотелось бы мне, чтобы он хотя бы опешил от такого натиска, но Дерек быстро подстраивался. Наши языки скользили друг по другу, в беспощадной борьбе за лидерство, одной рукой про продолжала оттягивать волосы мужчины, другой — проводила ногтями по его шее, будто одичавшая хищница. Намеренно задевала самые чувствительные участки кожи, собираясь поиграть на каждом нерве. Дерек не отставал, ладони блондина гладили мою спину, он задирал блузку, обхватывал мою талию и двигался выше… Горячие прикосновения, которые были способны вскружить голову, если бы в этот момент я не направляла все свои силы на то, чтобы победить в нашей маленькой схватке.

Плотнее обхватив торс Дерека ногами, я прижималась к нему, практически душа в своих объятиях. У него была фора — пока что блондин оставался полностью одет, но и это можно исправить. Я потянула ткань его футболки вверх, невзначай приласкав быстрым круговым движением сосок мужчины. Дерек прикусил мою губу, издав рык. И сдавая себя с потрохами. Кто-то любит напористых женщин. Не прошло и секунды, как я ответила блондину его же оружием — легкий укус за нижнюю губу, затем — провела языком по ней же.

Мы упали на кровать, и в какой-то момент мне стало страшно. Но матрас исправно спружинил, и я оказалась лежать на мягкой поверхности, прижатая немалым весом Дерека. Их нового положения оказалось удобнее проникнуть под его футболку, чтобы погладить рельефные мышцы, провести ноготком по линии джинсов.

Наградой мне стало то, как Дерек прижался ко мне, давай ощутить свою эрекцию. На губах заиграла победная улыбка. Я растопила мистера Холодная-голова.

Вот только зачем?

Команды “стоп” не звучало, а Дерек, в отличие от меня, обороты сбавлять и не планировал. Задрал мою короткую юбку, чтобы с большей легкостью прижимать свой возбужденный член к моим трусикам. И слава богу, на нас была одежда! Хотя казалось, что его каменный стояк готов прорвать джинсы, стремясь дотронуться до моего лона без каких-либо преград.

Мы целовались, и стоило мне попытаться отвернуться, как губы Дерека принялись терзать кожу на моей шее, оставляя красные следы его страсти. Ритмичные движения его бедер, когда набухшая плоть медленно массирует меня в самом чувствительном месте… Хотелось вжаться в матрас, лишь бы разорвать этот порочный контакт, пока рассудок еще со мной.

— Снято! Закончили!

Спасительный голос режиссера прозвучал громом в том крохотном мирке, в который мы с Дереком чуть не нырнули с головой.

Блондин не торопился подниматься, но хотя бы замер, вглядываясь в мои глаза и тяжело дыша.

Глава 9. Предложение

Ой, сдается мне, что я немного перегнула палку. Совсем чуть-чуточку.

Нет, заканчивать подобную сцену под аплодисменты — очень приятно. Если перестать разглядывать потемневшие глаза Дерека, затаив дыхание, можно сосредоточиться и расслышать восторженные возгласы Линдси, по поводу отснятой сцены. Но я не пыталась. Основной задачей сейчас было избавиться от здоровяка, который, кажется, окончательно завис.

Похлопала Дерека по груди ладонью, намекая, что пора бы все-таки с меня слезть. Мужчина перекатился на матрас и стремительно поднялся на ноги. Стоило ему поймать равновесие, как он и меня рывком потянул за собой.

— Отличная работа, ребят, — похвалил Рональд. В моей голове эта фраза отдавала сарказмом. — Рад, что мы, наконец, сдвинулись с мертвой точки. Отдыхаем.

Здорово!

Мне точно требовался перерыв, но стоило сделать шаг в сторону, как блондин поймал меня за руку.

— Убегаешь? — тихо поинтересовался Дерек. Пользуясь тем, что я своим телом прикрываю его от остальных, поправил свое достоинство, не спеша и демонстративно. Мистер Ни-Разу-Не-Железная-Выдержка своим… кхм… приподнятым настроением сейчас способен попутки на автобанах ловить без использования рук, честное слово.

— Мне… нужно позвонить, — выкрутилась, трусиха.

Высвободив руку, я отправилась сначала к стулу, чтобы скинуть с себя порванную блузку и надеть халат, взять телефон, намереваясь уйти и побыть немного наедине с собой.

Я чувствовала себя выжатой, словно лимон. Столько дублей, эмоций… Моя затея раздраконить Брэдфорда словно стала последней каплей. Дерек… Он все силы из меня выпил. Когда целый день тебя нарочно раздражают, злят, заставляют поступать импульсивно и необдуманно — это тяжело. Да и красоваться перед таким количеством народа в нижнем белье — не та атмосфера, в которой мне может быть комфортно.

Просторный коттедж, в котором мы снимали последние сцены, мне очень нравился. Хозяина этого дома я не видела, но он был достаточно добр, позволив части команды заночевать прямо здесь, а не останавливаться в гостинице в двадцати милях от этого сказочного места.

За прошедший вечер я успела немного освоиться, так что сейчас поднималась на третий этаж. Можно, конечно, и в своей временной комнате запереться, только зачем? Одна из сторон коттеджа выходила на замерзшее озеро. Хозяин дома оборудовал на улице подсветку, так что ночью великолепный пейзаж можно было разглядывать часами. Желтые и голубые огни идеально падали на засыпанные снегом верхушки деревьев, на льду проступали изящные трещины, будто все озеро было сделано из голубого мрамора. Я с удовольствием провела время за чтением, поглядывая на дикую природу за стеклом прошлой ночью.

И сейчас пришла именно сюда, чтобы взять себя в руки. Солнце клонилось к закату, заливая все вокруг расплавленной бронзой. Белый снег, лед озера, черные стволы, проглядывающие через сизые кроны деревьев — все действовало бальзамом на сердце. Хозяин этого дома, наверное, тоже любил сюда приходить, поэтому оборудовал поручни, на которые можно было опереться, всматриваясь в расслабляющие пейзажи.

Состояние было такое, что хоть иди и в озеро ныряй, в надежде хоть немного остыть. Как ни крути, а между мной и Дереком все-таки присутствовала химия. Хочу я этого или нет, но Брэдфорд горяч, как ад, и своим хаосом с легкостью заражает мое тело.

Фу… Я уже и думать начинаю, как в бульварных романах. Тело, жажда плоти, вон — на мужиков бросаться начала. На одного.

До чего я скатилась?

Не хочу быть такой.

Неудивительно, что кто-то с ума сходит, слишком погружаясь в роль. Я без особых стараний чувствую, что теряю себя. Хуже того, не только себя.

Я еще два раза прокрутила телефон в руке, после чего разблокировала экран.

Мне очень не хватало Ричарда. Внутри оставалось ощущение, что если бы он никуда не уехал, все было бы по другому.

Выбрав его имя в контактах, нажала вызов и стала ждать ответа.

Вот почему так всегда? Тебе попадается отличный парень, ты с первого взгляда готова сходить с ума по этим голубым глазам и опасно острым скулам. Он добрый, милый и, кажется практически идеальным. Но именно с ним ты надежно сидишь во френдзоне, пока его дружок-кретин спокойно интересуется, если ли у тебя настроение потрахаться. Причем самое обидное — сама же собиралась держаться подальше от служебных романов, особенно со «звездами», но при этом с самым «зведанутым» перепрыгнула любые формальности за одно утро. Один раз. И сейчас опасно приблизилась ко второму… Во всяком случае, низ живота все еще томительно тянуло.

И Рич трубку не берет… А я так хотела поговорить с ним, пока окончательно все не испортила.

— Давай же…

Я подавилась фразой, стоило ощутить на своей заднице чужие руки. И, судя по тому, что эти самые руки без зазрения совести сминают на мне юбку, откуда они растут — нет ни малейших сомнений. Еще до того, как я успела возмутиться, Дерек прикусил мне мочку уха.

— Ты что творишь? — поинтересовалась я, стараясь, чтобы мой голос звучал холодно.

— А ты как думаешь? — прошептал блондин. Он вытянул из моих рук смартфон, спрятал его в карман, наверное. Потому что через пару секунд блондин уже развязывал пояс на моем халате.

— Дерек, ты в конец одурел? — развернулась и отпихнула от себя мужчину.

Ну, вернее сказать, попыталась отпихнуть. Он же огромный, как снежный человек. Если эта мускулистая гора не захочет сдвинуться с места, то мне можно не надеяться справиться подобной задачей.

— Отпусти, — потребовала я, но Брэдфорд не только не отстранился, но и еще сильнее прижался ко мне. Холодный поручень уперся в мою поясницу, вынуждая выгнуть спину. Блондин же наверняка чувствовал, как глубоко и взволнованно я дышу, ведь теперь моя грудь упирается в его торс. Еще хуже — он, скорее всего, на сто процентов уверен, что это состояние вызвано именно его близостью.

Рука Дерека легла мне на бедро и медленно заскользила выше, к моей талии.

Кажется, я потеряла голос от внезапной сухости во рту. Все мысли концентрировались на прикосновениях Дерека к моей спине, к этим нежным поглаживаниям вдоль позвоночника, которые он совершал вроде как невзначай, бегло и легко.

— Ты сама довела меня до этого, — прошептал Дерек, проводя губами по моей скуле. — Вся такая милая, невинная, правильная, — его пальцы прошлись по моему подбородку. — И такая непостоянная… Сначала посылаешь, потом приглашаешь на продолжение…

— Какое еще приглашение?! — вскрикнула я. Щеки пылали, дыхание сбивалось. — Ты окончательно свихнулся со своим вживанием в роль…

— Роль? — Дерек улыбнулся. Обольстительно, как он умел. Когда только один уголок его губ взмывал вверх, создавая ямочку на щеке. — Детка, ты ни хрена не играла. Нельзя просто завести мужчину, уйти в укромный уголок и думать, что он не поймет намека.

— Ты ошибаешься…

И опять, как это было в наш первый и единственный раз, Дерек мягко скользнул своими губами по моим, ни на чем не настаивая. Пока, во всяком случае.

Мужчина продолжал водить губами моей коже, опустившись к чувствительному месту чуть ниже мочки уха.

— Нет, не ошибаюсь, — ответил он. Стоило Брэдфорду прикусить кожу на шее, как я не сдержала тихого стона. К низу живота устремилась горячая волна возбуждения, так что я еще раз попыталась вывернуться из своего щекотливого положения.

— Это неправильно, — произнесла я, чувствуя, что задыхаюсь. Казалось, что если я хотя бы дыханием коснусь Дерека, то мы опять наделаем глупостей. Хотя, что уж там… мы уже перешли все разумные грани.

— Ага, — невнятно согласился со мной Брэдфорд.

Мужчина целовал меня, поднимаясь от шеи к моим губам, а я позволяла ему это. У моего мозга определенно имелся выключатель, и Дерек, кажется, его нашел.

Черт возьми, это было слишком жарко. Непристойно, головокружительно, незабываемо! Я могу кричать, пинаться и сопротивляться сколько угодно, но врать себе не буду — Дерек заставлял меня испытывать то, чего я никогда не испытывала. Бесконечное притяжение и желание обладать. В данный момент — обладать этим мужчиной.

— Мы не можем… — продолжала бредить я, позволяя Дереку вжиматься в меня своим возбужденным членом. Он двигал бедрами, так что его ствол упирался мне между ног, и я уже не могла различить — чья это горячая пульсация: его твердого органа, или моей истосковавшейся плоти?

— Мы можем всё, — возразил мужчина, покручивая мои соски. Он сжимал их большими и указательными пальцами, слегка опустив чашечки лифчика. От этих движений в груди словно вакуум образовался, и эта пустота стремительно наполнялась волнительной негой, отзываясь на яркие ласки.

— Нас увидят, — мне стоило делать совсем другие вещи: высказать свое жесткое «нет», уйти, убежать. Черт, но как я не хотела прерывать это идеальное безумие. Если предвкушение секса столь великолепно — чем я раньше-то занималась?

Дерек отреагировал моментально. Подхватывая халат, который уже готов был соскользнуть с моих плеч, он потянул меня за собой, не прерывая нашего поцелуя. Мои руки уже вовсю ощупывали рельефные мышцы мужчины под его футболкой, пока Дерек не глядя пытался открыть ближайшую к нам дверь в коридоре. Как только у него это получилось, мы завалились внутрь какой-то подсобки. Я едва не упала, споткнувшись о ведро, но Брэдфорд поймал меня, тут же прижимая к стене.

Темное помещение, ощущение, что мы занимаемся чем-то запретным, страх попасться — все только сильнее заводило. Дерек зашипел, ударившись головой обо что-то, после чего нащупал на стене выключатель. Тусклая лампочка шаталась под потолком, так что по комнатке загуляло множество теней. Это добавляло немного интриги нашему таинству.

Дерек торопился. Наша прелюдия и так затянулась. Я слышала, как спешно мужчина расстегивал ремень на своих джинсах, как зашуршала обертка презерватива. Он ловко раскатал презерватив по своему члену одной рукой, а я уже уверенно запрыгнула на мужчину, обхватывая его торс своими ногами. На этот раз Дерек не стаскивал с меня трусы, только отодвинул уже влажную ткань в сторону, чтобы загнать в меня свой каменный стояк.

Я шумно втянула воздух, почувствовав приятную наполненность. Дерек с жадностью вцепился ладонями в мои бедра, притягивая к себе. Он с легкостью вонзался в меня, причиняя каждым толчком маленькую вспышку удовольствия. И я с остервенением насаживалась на его член снова и снова, не желая отпускать ни на дюйм.

Стена служила нам надежной опорой, иначе я бы просто потерялась в пространстве. Перед глазами все плыло, кроме кайфа я больше ничего не воспринимала. Мы…черт возьми, трахались. Как безумные, дикие животные, которым важна только собственная похоть. Каждый новый толчок приносил все больше напряжения, и сдерживать все чувства в себе я уже не могла. Дерек накрыл мой рот своей кистью, иначе нас бы точно услышали. Я кусала его ладонь, а он — впивался зубами в мою шею.

Мужчина разрывался на части, я улавливала, насколько сильно он хотел оказаться сразу везде — обхватить мою грудь, даря очередную грубую ласку, раскрыть мои бедра шире, чтобы его член погрузился в меня до самого основания, натянуть мои волосы, чтобы я сильнее выгибалась навстречу страсти.

А я боялась отпустить руки, будто от этого сейчас зависела моя жизнь. Цеплялась за плечи Дерека, оставляла на его спине следы своих ногтей, и все — лишь бы не потерять наш контакт, когда я так близка к оргазму.

Мы кончили одновременно. Внутри словно оборвался поводок, долго сдерживавший мое наслаждение, рвущееся на волю. Такое банальное, но такое необходимое ощущение разрядки окрыляло. Лишало тело всякого веса и позволяло парить, отдаваясь взрыву гормонов и натянутых нервов.

Я чувствовала себя настоящей эгоисткой, потому что на самом деле мне было плевать — хорошо ли Дереку. Я таяла от последних спазмов удовольствия, которые проходили через все мое тело. Коленки еще дрожали, мышцы постепенно отнимались, а на место недавнего безумия приходило трезвое безразличие.

После прошлого раза я такого не испытывала, а сейчас… Какого черта мы творим? Наши сердца восстанавливали ритм, дыхания успокаивались, и с каждой секундой мне все меньше хотелось находиться с этим человеком в одном помещении. Тем более таком маленьком.

Дерек отстранился, осторожно опуская меня на пол, и в полной тишине мы принялись поправлять на себе одежду. Неужели и сейчас молча разбежимся, не сказав друг другу ни слова? Я быстро привела себя в порядок — мне-то только юбку поправить да халат завязать. А вот Брэдфорд не сильно торопился. Штаны он, конечно, подтянул, но не застегивал, оставляя на виду свои брендовые боксеры. Стоило поднять взгляд, и я увидела — он вообще замер и смотрит на меня, о чем-то размышляя.

— У нас выходные, — напомнил он. — Думаю, этот коттедж может быть в нашем распоряжении. Останемся?

Вдох-выдох. Вдох… Выдох…

Не смеяться… Тем более — не плакать. Выдох…

— Спасибо, но я пас. Здесь, конечно, очень красиво, но давай без меня.

Убедившись, что выгляжу прилично, вышла из подсобки. В коридоре было пусто, и я собиралась пойти в свою комнату. Одна.

— А я не виды предлагаю остаться разглядывать.

Ага. Значит не показалось. Жаль, Брэдфорд не понимает намеков. Во всяком случае, я хотя бы постаралась мягко отказать этому изнеженному и крайне злопамятному животному. Блондин вышел вслед за мной и прислонился плечом к стене. Джинсы он и не думал застегивать, по-моему даже чуть приспустил трусы, чтобы покрасоваться накачанными косыми мышцами живота.

Дерек достал из кармана мой телефон и протянул мне. Стоило попробовать его забрать, как блондин отдернул руку, оставляя мне хватать воздух.

— Можем остаться и продолжить. В гораздо более комфортных условиях, — мужчина облизнул нижнюю губу и скользнул пальцем по краю моего халата. — Сменим позу, для разнообразия.

— Воу-воу-воу, чувак. Придержи-ка лошадок, — шлепнула наглеца по руке и еще раз попыталась забрать свой телефон.

— А как же работа над ошибками? — блондин потянул меня за пояс, но я не думала двигаться с места. Во всяком случае, пока Брэдфорд не решит всерьез воспользоваться своим физическим превосходством. — Никогда не пробовала двухдневный марафон?

— Тебе нужно найти девушку.

— Зачем? — протянул Дерек, складывая руки на груди.

— Ты… у меня слов нет, — от этой наглости перехватило дыхание. Хотя, что я возмущаюсь? Сама повела себя как… нет, слов у меня определенно не хватает. — Нормальные люди такое вообще не предлагают!

— Вот давай ты сейчас не будешь изображать святую невинность, — нахмурился Дерек, он все-таки начал лениво застегивать брюки. — Во всяком случае, это стоит делать до того, как насаживаешься на чей-то стояк.

— Тебя кто так с девушками учил разговаривать?

Поверить не могу, что он произнес что-то в таком духе. Хотя… Это же Брэдфорд, что от него еще стоило ожидать? Сложив руки на груди, копируя позу мужчины, я поджала губы.

— Я тебя умоляю, — блондин закатил глаза. — Мне ни к чему моральные наставления, — Дерек хмурился, но эта его гримаса меня больше не пугала. — Мы можем отлично провести время. И это нам обоим пойдет на пользу.

Я еще раз вздохнула и потерла переносицу.

— Слушай, тебе стоит найти девушку.

— Мне стоит как следует потрахаться, — возразил мужчина.

— И снова… Я пас. Давай как-нибудь без меня.

Если подумать, то не так уж мне нужен мой телефон. Рано или поздно Дерек все равно отдаст мне его. Или разобьет, ведь Брэдфорд так поступает с техникой, когда находится не в духе. Но новый смартфон я позволить себе смогу, а вот продолжать беседу с блондином — вряд ли.

Развернулась, давая понять, что разговор закончен.

— Что тебе не так-то? — бросили мне в спину.

— Давай закроем эту тему? — стараясь не развивать конфликт, ответила я. Даже разворачиваться не стала.

— Отчего? Мне вот очень интересно, какого черта тебя не устраивает.

Как будто ты сможешь понять…

— Честно? — уточнила я, все еще раздумывая — стоит ли пытаться объяснить свою позицию, или это все-таки гиблое дело.

— Удиви меня, — самонадеянно потребовал Дерек.

Что ж… Сам напросился. Главное помнить, что Брэдфорд — мужчина ранимый, с ним надо помягче. Блондин продолжал ухмыляться, и я подумала — да пошло оно.

— Ты мне не нужен.

У блондина в глазах что-то умерло.

— Не понял.

— Ты мне не нужен, — пожала я плечами. — Прости, я понимаю, что у тебя сейчас не самый лучший период в жизни. И все это твое…, - Я просто очертила руками в воздухе. — …. Ты так справляешься с разрывом. Я не осуждаю, у каждого свои методы…

— Как снисходительно… — фыркнул мужчина.

— Я не хочу тебя обидеть. Ты же и сам должен понимать, что мы с тобой из разных весовых категорий. Я ценю твои советы, когда ты не ведешь себя как последняя скотина. И есть хорошие люди, которые считают тебя классным парнем, но только это не для меня.

— Черт возьми, Уилсон, если бы мне нужен был разговор с психологом, я бы…

— Не надо, — перебила я, положив ладонь на его предплечье. — Я честно не хочу ссориться. Давай останемся друзьями и больше не будем возвращаться к этой теме?

— Хреновая какая-то дружба выходит, — заметил Дерек, оставаясь мрачным.

— Какая есть, — вновь пожала плечами.

Я выудила свой телефон у Дерека и неловко улыбнулась.

— У нас все о’кей?

— Вали уже, — махнул Брэдфорд. — Только настроение испортила.

Просить дважды ему не пришлось. Я с облегчением направилась в свою комнату, лелея надежду, что стычка с Дереком не выльется для меня в новые проблемы. В любом случае, он сам попросил обосновать свою позицию.

Такие люди, как Дерек, вносили лишь смуту в жизнь. Шумный, неотесанный, избалованный… Нет, с подобным человеком лучше не связываться. Случайный секс это вообще не то, чем стоит заниматься. А об отношениях и думать глупо. Я хочу видеть рядом с собой человека надежного, ответственного. Настоящего. А не этот гламурный лоск. И точно в моей жизни не будет место для избалованного капризного… хама.

Свою комнату я не запирала.

Стоило войти, как нюха коснулся аромат роз. Включила свет, чтобы обнаружить — на кровати лежал букет белых роз. Четырнадцать светлых бутонов на длинных темно-зеленых ножках. И записка.

«Встретимся через две недели.

Скучаю. Р.»

Я обняла цветы и упала на матрас, расплываясь в улыбке.

Ричард… Вот это мужчина! Помнил, не забыл. И даже на таком расстоянии умудрился проявить заботу. Ведь заказал цветы, попросил доставить, хотя мог и не застать меня.

Четырнадцать роз. По цветку на каждый день, что оставался на до нашей встречи.

Глава 10. Самолет

— Пассажир Брэдфорд, Дерек, приглашается на посадку на рейс джей-один — пять-четыре до Нью-Йорка. Выход номер семнадцать. Пассажир Брэдфорд…

Женский голос по громкой связи еще раз повторил объявление, с предупреждением о том, что посадка на рейс заканчивается. Дерек лениво проверил время, убедившись, что на этот раз предупреждение действительно последнее. Опрокинув в себя стопку текилы, мужчина оставил на стойке купюру в сто евро и поднялся.

— Без сдачи, — кинул он бармену. Чаевые получались весьма щедрыми, но блондин не собирался заниматься расчетами. Цветных бумажек в кошельке и без этого оставалось предостаточно.

Закинув сумку через плечо, Дерек направился к семнадцатому выходу, где его с нетерпением ждали. Две девушки в темно-синей форме сотрудников аэропорта, сверяли списки пассажиров, когда блондин подошел к ним и протянул посадочный талон. На мужчину посмотрели с недовольством, но Дерека это не волновало. Откуда у него появился пунктик, что на борт следует заходить в самый последний момент — мужчина уже и не помнил. Билеты в первый класс обеспечивали ему проход вне очереди, комфортные залы ожидания и лучший сервис, но Брэдфорд неизменно предпочитал ближайший к нужному выходу бар, немного текилы, пока остальные пассажиры топчутся в очереди на посадку, и пару-тройку «самых» последних вызовов для опаздывающих.

Борт самолета встречал теплом и пересушенным воздухом. Приглушенный свет не раздражал глаз.

Дерек коротко кивнул улыбающейся стюардессе, которая придерживала ему шторку в бизнес-класс, и направился к своему месту. То, что он увидел впереди ему не понравилось.

Мужчина любил путешествовать в одиночестве. Его устраивала тишина в дороге, наличие личного пространства и возможность просто очистить свои мысли. Касательно перелетов, Дерек предпочитал выбирать рейсы, на которых эксклюзивным пассажирам предоставляют уединенные кабинки. В отсутствии подобной опции, мужчина просил Тэйт выкупить два соседних места, гарантируя тем самым, что его не станут беспокоить.

Однако еще только заглянув в салон бизнес-класса, Дерек понял, что его ассистент на этот раз допустила ошибку. Все кресла, кроме одного, были заняты. И значит, следующие двенадцать часов Брэдфорду предстоит лететь с соседом.

— Мэри? — удивился мужчина, подойдя к месту. Откровенно говоря, увидев знакомое лицо, он выдохнул. Это несколько лучше, чем лететь… с фанаткой, например. Один раз ему довелось путешествовать с дамой, которая за шесть часов не замолчала даже во время обеда, допытываясь до самых интимных моментов из жизни звезды.

«Хотя, это же Мэри», — Дерек подумал, что рано расслабился. Маленькая мисс Давай-Останемся-Друзьями-Ты-Мне-На-Хрен-Не-Нужен способна одной фразой убить настроение на все выходные.

«Как будто ты мне нужна», — мужчина издал сдавленный стон и уселся на свое место.

— Дерек? — девушка смотрела на своего соседа, будто видела его первый раз в жизни. Хлопала своими большими глазами.

— Ясно, — кивнул блондин, пристегиваясь.

— Что ясно? — уточнила Мэри, нахмурившись.

— Не обращай внимания, — бросил Дерек в ответ. Очевидно, что постаралась Тэйт. Когда он просил свою помощницу заняться билетами Мэри, он точно не имел ввиду, что хочет лететь вместе с девушкой. Тэйт, видимо, решила иначе.

— Будешь? — пока Дерек мысленно отчитывал свою помощницу за попытку вмешаться в его личную жизнь, он и не заметил, что Мэри держит в руках глубокий пластиковый стаканчик с мороженным.

Сливочные шарики с шоколадной крошкой и темно-вишневой прослойкой были щедро посыпаны разноцветной сахарной крошкой и дроблеными орешками. Из стаканчика торчала маленькая розовая ложечка, вторую такую же Мэри держала в руках. Усмехнувшись, Дерек подцепил десертную вишенку и отправил ее в рот.

— Эй! — возмутившись, воскликнула Мэри. — Да кто так поступает?

Мужчина приподнял бровь.

— Это же варварство. Как можно забирать единственную вишенку!

— Мы же с тобой друзья, — Дерек лучезарно улыбнулся. Он редко ел сладкое, и сейчас ему нравилось, как на языке раскрывался дивный кисло-приторный вкус ягоды. Такое удовольствие хотелось растянуть подольше, Брэдфорд перекатывал вишенку, разминая ее языком по нёбу. — Хочешь — забери. Сопротивляться не буду. — Немного шепеляво поддразнил Дерек, аккуратно зажимая ягодку между зубов, чтобы подразнить свою спутницу. Видя, что она шутку не оценила, вишенку Дерек проглотил и потянулся к предложенному мороженному.

— Зачем тебе две ложки? — с подозрением поинтересовался он, захватывая немного холодного лакомства. С Мэри он не сводил пристального взгляда. Не нравилась она ему. В ней все было неправильно. Поведение, ее супер-удачные пробы, одежда… Хотя, сегодня девушка выглядела вполне приятно. Стильные джинсы, подчеркивающие стройные ноги, простенькая футболка по фигуре. У блондина тут же возник вопрос, к чему этот маскарад? Зачем уродовать себя на съемочной площадке, а в остальное время выглядеть по-человечески? Или это спланированная акция по соблазнению «друга» в самолете? В таком случае, можно и не удивляться, что Тэйт «промахнулась» с билетами.

Дерек ухмыльнулся. Как ни странно, в полете он еще никогда не трахался. Это так… развратно. Вообще, Дерек оценил все прелести спонтанного секса. Успев заглушить в себе пустые опасения, он пришел к выводу, что было классно. Из-за постоянной загруженности и плотных графиков, им с Сарой приходилось планировать каждую встречу чуть ли не за пару недель. И пометка в календаре не становилась гарантом секса. Сара умела… удивлять. Мэри, правда, тоже. Но в ином ключе.

— На всякий случай, — ответила девушка. Капелька растаявшего мороженного скользнула с ее ложки на подбородок. Мэри кончиком среднего пальца стерла ее, после чего облизала подушечку. Медленно и тщательно.

«Если это не намек…», — Дерек уже прикидывал, где удачнее получится уединиться: туалет — пошло, кабина пилота — нагло, хотя очень заманчиво, коморка стюардов — банально, но весьма вероятно. Ну, и прямо здесь, на месте — дерзко, экстремально…

— Ну ладно, — Мэри на секунду закатила глаза. — Я несколько… неуклюжая. Поэтому всегда беру две ложки, потому что, как правило, одну обязательно уроню.

Мужчина замер, стараясь сделать правильный вывод. Эта черта в Мэри — невозможность понять ее мотивы, дико раздражала.

— Твою я не роняла, — неверно истолковав напряженное молчание, добавила девушка. — Расслабься.

Дерек прищурился. Для девушки, которая его ничуть не интересует и даже не привлекает, он слишком много думал о том, что твориться в ее голове.

— Я все, — объявила Мэри, оставляя больше половины десерта. — Ты не мог бы перестать так смотреть?

— Как «так»? — поинтересовался Дерек, отставляя мороженое в сторону. Стюардесса бизнес-класса не заставила себя долго ждать, светловолосая женщина забрала стаканчик.

— Будто пытаешься просверлить мне дырку в голове.

Блондин отвернулся, не удостоив последнюю фразу ответом.

Самолет выруливал на полосу для взлета, основное освещение в салоне погасили. Двигатели мягко гудели, легкая вибрация не доставляла особого дискомфорта.

— Боишься летать? — спросил мужчина, заметив, с какой силой Мэри держалась за подлокотник. Костяшки на пальцах побелели, на коже сидения, вероятно, останутся следы ее ногтей.

— Только взлетать, — Мэри отвернулась, уставив взгляд в иллюминатор, так что Дерек мог видеть лишь изящную тонкую шею, чуть скрытую копной темных волос. И снова гадать — с какой целью девушка так сексуально изгибается, при этом пугливо вжимаясь в кресло, отчего ее хотелось обнять, чтобы успокоить.

— Самолеты — самый безопасный транспорт, — сухо огласил известный факт мужчина, не собираясь сообщать, что при в взлетах и сам каждый раз чувствовал неприятное волнение. Собственно, рюмка текилы непосредственно перед посадкой на борт помогала расслабиться.

Они стремительно набирали высоту. Аэробус плавно взлетал, не волнуя пассажиров тряской или тревожными вибрациями. Дерек больше не смотрел на свою соседку, хотя боковым зрением улавливал, как она то перебирала сумку, то пыталась читать.

«Да какая нахрен разница?» — блондин уткнулся в свой смартфон. Он бездумно пролистывал экраны, освобождая мысли, — «Дурацкая Мэри с ее дурацкой шеей.»

Ему всегда нравились роскошные женщины. И тут дело не только в идеальном сексуальном теле. В столь любимом образе было важно все — походка, осанка, стать, взгляд, умение подать себя. Любить — так королеву. Когда на тебя готовы вешаться, стоит просто улыбнуться, многое приедается. Но завоевать ту, на которую стоит у любого здравомыслящего — это нечто особенное.

Сара была роскошной.

Актриса, модель, любимица Голливуда. Ее хотели все. И только Дерек сумел окольцевать, почти на три года увлечь самый лакомый кусочек.

Почти сумел.

Дерек одернул себя, запрещая даже мысленно возвращаться к бывшей невесте. Кроме красоты стоило отметить, что Сара была невероятно стервозной. Сколько она из него крови выпила за эти отношения — подумать страшно.

Но и до Сары у Дерека были девушки. И любая из них даст сто очков вперед серой овечке Мэри.

— Можно перестать дергаться?! — Дерек рванул в сторону шторку, которой соседка отгородилась от него минут через двадцать после взлета. И как она это сделала? Извинившись! Эта чрезмерная вежливость раздражала, как и непрекращающиеся ерзанье, которое Мэри здесь устроила. — Ты какого хрена делаешь?

Дереку открылась картина, как девушка подтянула к себе ноги, свернувшись на кресле практически в клубок. Футболка на спине чуть задралась, обнажая светлую кожу, волосы немного растрепались, а от строго замечания Мэри раскраснелась.

— Ложусь спать, — тихо ответила она, не понимая, чем вызвала очередную вспышку ненависти к свой адрес.

— Так? — поинтересовался Дерек, имея ввиду позу своей соседки. Она казалась такой маленькой сейчас…

— А что?

Мужчина вздохнул, вспоминая, что Мэри первым классом летать не любила. Вернее, никогда не летала, насколько он мог предположить, так что может не знать обо всех удобствах.

Дерек подался вперед, даже чуть привстал со своего места.

На секунду их губы практически встретились. Мэри ощущала на себе его горячее дыхание, влажное, с легким ароматом алкоголя. Дерек касался своей грудью плеча Мэри. Невольно, да и то быстро выгнул спину, чтобы разорвать контакт.

Он преследовал одну цель. Нажать на заветную кнопку.

— Дерек, что ты..? — Мэри ахнула, когда спинка ее кресла исчезла, больше не составляя спине опоры. — Это что?

— Бизнес-класс, 0 коротко напомнил Дерек. Перелет долгий, так что о самых дорогих клиентах авиакомпания старалась, оборудовав салон креслами, которые раскладываются на сто семьдесят градусов, образуя кровать.

— Это шикарно, — Мэри поспешила лечь, с удовольствием растягиваясь в полный рост. — Спасибо.

Дерек хотел добавить, что стюардесса может принести подушку и одеяло, но промолчал. Мэри сладко потянулась, повернувшись на бок, спиной к мужчине, подложила руку под голову и закрыла глаза.

— Спасибо, — еще один вежливый жест с ее стороны, после которого Дерек попытался вспомнить, когда Сара произносила это слово… хоть в чей-нибудь адрес.

Дерек попробовал себя одернуть, напоминая, что и он не всегда летал первым классом. Другое дело — дорвавшись до всех благ, он желал получать максимум, понимая, что это все результат его немалых трудов.

А Мэри просто легла спать, радуюсь удобной лежанке. Невольно в голову закрадывалась мысль — как же до этого жила девушка, если такая мелочь может вызвать у нее улыбку и восторг. Откуда ее стойкая готовность лететь в общем салоне, сложившись в три погибели на тех узких и тесных кресла? Примесь гордыни, нежелание принимать подачки, странные шмотки…

Дерек почувствовал себя настоящим козлом. Так привык к актерскому самых разных уровней, к богатеньким девочкам, чьи папаши деньгами проталкивали своих любимец на большую сцену, что отказывался заметить очевидное — Мэри никакая не вертихвостка с продуманным образом, а обычная девушка из небогатой семьи. И новые шмотки на ней сейчас, лишь следствие получения первого чека и первых выходных с момента прилета в Швецию.

“И все равно — дура”, - пришел к выводу мужчина. У нее были все шансы как следует присесть на его член и, заодно, присосаться к отличному обеспечению. Будто Дерек сам с удовольствием не приодел бы ее для себя. Пусть хоть на эти пару дней, от которых Мэри отказалась. Девочку бы он точно не обидел и не обделил бы. Ни в одном из смыслов.

И что с ней не так? Это ж не проституция, Мэри ловила кайф от их спонтанных трахов не меньше, чем сам Дерек.

“Ты мне не нужен”

Блондин тряхнул головой.

«Черт подери, да таких, как Мэри — миллионы», — вместо того, чтобы наслаждаться тихой музыкой в своих наушниках и подумать о сне, или о стейке миньон, который должны были принести на ужин, он опять мысленно перемывал косточки своей соседке. Даже выпить себе ничего не заказал, хотя порция добротного виски разом вытряхнула бы из его мозга лишние воспоминания и о бывшей, и о недоразумении по имени Мэри Уилсон.

Путешествовать в наушниках в самолете для Брэдфорда давно стало обыденным делом. Слушать приятные ненавязчивые мотивы все же лучше, чем тихий надоедливый гул двигателей. Да, в первом классе он особо и не слышен, но немного классического фортепиано отлично успокаивало душу.

Возвращение в Америку заставляло несколько потрепать нервы. Там каждая собака с извращенным удовольствием обсасывала новость о громком расставании двух звезд. Кто кому изменял, кто стал жертвой, кого фанаты будут яростнее обелять. Дерек поморщился. Его агент скидывал новости по поводу происходящего. Естественно Сара стремилась выкрутиться из сложившейся ситуации с максимальной выгодой для себя. Дизайнерское кольцо, который Дерек заказывал для помолвки у ведущего ювелира Тиффани, она приватизировала, став богаче на добрых полтора миллиона. Грустненькие посты на фейсбук, умилительно нежные коллажи в инстаграме о “лодки любви, разбившейся о скалы жестокой реальности, готовящийся сингл о порушенных надеждах… Дерека от всего этого тошнило, поэтому он задержался в Европе еще на пару дней. Не желал поскорее хлебнуть свежую порцию дерьма.

Ощущение, что по его паху скользнули тонкие пальцы оказалось неожиданным. То, что по началу показалось лишь случайностью (как бы странно это не звучало), повторилось. Кто-то аккуратно массировал его член прямо через брюки, с завидным упорством добиваясь того, чтобы орган перешел в боевое состояние. Мужчина открыл один глаз, чтобы посмотреть — кто там такой заботливый? Все-таки на подобных рейсах поведение стюардесс держат под строгим контролем, но вдруг у них появились новые услуги? Такого с Дереком еще не случалось.

Брэдфорду потребовалось еще несколько томительно сладких секунд, пока он понял, что рука-то тянулась от его соседки. Мэри не стала отдергивать шторку, которой отгородилась от него прежде чем «лечь спать». Так что он видел только ее шаловливую руку, которая упорно наглаживала пах блондина.

Дерек хмыкнул и прикрыл глаза.

Не одной же ей играть в недотрогу? Мужчина мысленно уговаривал свой член не поддаваться на провокацию слишком быстро. Хотя, куда там! Низ живота уже наливался горячим оловом, а Мэри становилась все наглее. Одной рукой играючи справилась с ремнём и потянула ширинку вниз. Черт, Дерек не был в состоянии вспомнить, задергивал ли он занавеску, чтобы весь салон не стал сейчас свидетелем их… интересно, чего? Судя по активным действиям Мэри — ее ничего не смущало. Или она не видела.

Дерек тихо зашипел, когда девушка обхватила головку члена своими губами.

«Вот тебе и «монашка»… Боже мой! А она определенно знает, что делает.»

Брэдфорда даже не волновало, как Мэри успела так плавно переместиться на пол перед ним. Мужчина чувствовал ее между своих ног, ладони гладили его живот, поднимаясь все выше под рубашкой. Член Мэри сосала виртуозно, дразнила уздечку кончиком языка, а затем согревая стояк своим горячим влажным ротиком. Такими темпами Дерек мог кончить за пару минут. Держать себя отстраненным с каждой секундой становилось все труднее. Руки так и чесались зарыться в густую темную гриву пошлячки-скромняги.

— Спящий красавец, — прошептала Мэри, отрываясь от своего занятия и забираясь на Брэдфорда верхом. — Куда тебя еще нужно поцеловать, чтобы ты проснулся?

Как кошка мурлыкала… Дерек больше так не мог. Открыл глаза, чтобы тут же обомлеть. На Мэри был надет настолько короткий и обтягивающий белый медицинский халат, что воображению не оставалось пространства для деятельности.

— Ммм, пошло, — протянул блондин, поглаживая бедра девушки, которые смотрелись еще соблазнительнее в этих красных чулках-сетке.

— Старалась, — продолжала мурлыкать Мэри. Она нагнулась и провела языком от ямочки между ключицами вверх, по шее, затем от подбородка прямо к губам мужчины.

— А как же «давай останемся друзьями»? — поинтересовался Дерек, хрен знает зачем. Своим членом он ощущал, что на девушке нет белья. Стояк уже сам дергался в сторону влажного входа, лишь бы поскорее оказаться в знакомом уголке любви и удовольствия. Тут не болтать надо, а действовать.

— Это все не должно было заканчиваться, — с нетерпением отозвалась Мэри, безошибочно угадывая желания Брэдфорда — она приподнялась и медленно впустила твердый член в себя…

Дерек вздрогнул всем телом, чуть не вскочив со своего кресла. Черт возьми…

Осознавать, что он уснул, и все, что только что происходило — оказалось лишь сном, напоминало запрыгивание в бассейн с холодной водой.

Мужчина и не помнил, когда в последний раз ему снилась такая порнуха. Член болезненно ныл в джинсах, оставляя своему хозяину небогатый выбор: то ли радоваться, что Дерек укрывался пледом и только что не спустил прямо в штаны, пока спал, то ли срочно бежать в туалет, руками справляться с последствиями разыгравшейся фантазии.

И виновница всего этого безобразия лежала совсем рядом, мирно спала.

Дерек двумя пальцами отодвинул шторку, желая убедиться — ни на какие сексуальные подвиги-сюрпризы Мэри не настроена. К Дереку она лежала спиной, и взгляд мужчины невольно остановился на заднице, обтянутой тугими темно-синими джинсами.

Он бы с удовольствием стянул лишние тряпки с девушки, чтобы закончить то, что они начали в его сне.

Но вместо этого, стиснув зубы, Дерек накинул на Мэри плед, стремясь прикрыть изгибы ее тела, которые сейчас лишь впустую дразнили сексуальный аппетит.

«Это ты мне не нужна», — повторил он, поправляя болезненный стояк в своих джинсах, не собираясь светить своим возбуждением для всех окружающих

Глава 11. Сара

Перелет выдался неожиданно приятным.

А последние два дня в Швеции? Вообще сказка! Я, наконец, выбралась на большую прогулку, обошла три музея, весь центр города. Мне удалось попасть в театр, купить себе немного стильной одежды, пополнив свой гардероб чем-то приличным для выхода в люди. Но все это меркло на фоне того, что в каждый из вечеров, когда я возвращалась в свой номер, меня ждал свежий букет белых роз.

«С нетерпением жду нашей встречи» — гласила записка на букете из тринадцати цветков.

«Хотел бы я оказаться сейчас рядом» — совсем невероятное заявление, которое сопровождало цветы вчера. Двенадцать. По одному бутону на каждый день, что оставалось до нашей с Ричем встречи.

А что касается самолета… Мне приходилось путешествовать самыми разными способами, но ни один из них не был столь удобным, как перелет первым классом. И, допустим, я до сих пор оставалась при мнении, что по большому счету это лишняя трата денег, но категоричности во мне поубавилось. Двенадцать часов с возможностью выспаться в уютном кресле-кровати? О да. Но летать на короткие расстояния таким способом — скорее баловство, чем необходимость. Если вы не шестифутовый великан, конечно. Дереку с его габаритами лететь с простыми смертными физически невозможно. Это у меня получается даже в маленьком кресле устроится более менее удобно, а блондину только если коленки к ушам подтягивать.

Мы с ним не разговаривали. Я проспала всю ночь, и очнулась только когда борт-проводник начал разносить напитки. Хотела пожелать доброго утра моему мрачному соседу, но его хмурый вид работал лучше, чем огромный рекламный баннер на Тайм-Сквер с надписью «Не трогай. Убьет». Оставалось надеется, что он не выдумал очередную нелепую причину меня ненавидеть. Я старалась быть лапушкой, взяв курс на дружбу.

На завтрак в самолете подавали теплый салат с тунцом и кедровыми орешками, сливочный мусс с клубникой и свежие круассаны, настолько вкусные, что оставалось жалеть, что еще несколько месяцев, и моя жизнь вернется в привычное русло.

Я очень скучала по дому. Хотелось увидеть родителей, да вообще — всех домашних. Но это еще неизвестно когда будет.

Мой рейс уже приземлился в Лос-Анжелесе. Уже завтра продолжится сумасшедшая гонка со сменой бесконечных декораций, так что о родном Чикаго оставалось только мечтать.

— Куда тебя заселили?

Сухой вопрос Брэдфорда прозвучал отстраненно, так что я не сразу поняла — со мной ли он разговаривает.

— В Эйпл-Ви, — я ответила, начиная прокручивать в голове свои дальнейшие действия. Забрать багаж, поймать такси, добраться до отеля. Потом перекусить, исследовать местность. Завтра мы приступаем к съемкам в павильонах, и я не хотела бы опоздать. Тэйт обещала, что в номере меня будут ждать все необходимые документы — пропуск, расписание, обновленный сценарий.

Дерек поднялся со своего места и начал собираться на выход. Достал из своей сумки широкий длинный шарф, темные очки.

— Что? — спросил он, увидев, что я не отрываясь наблюдаю за его действиями.

— Это странно.

— Скоро привыкнешь, — Дерек обмотал шарф таким образом, что с легкостью мог закрыть лицо в любой момент. Очки, шерстяная шапка — я не узнала его, если бы встретила на улице. — Эти газетные крысы и шагу не дают ступить. Хочу хотя бы до дома добраться без них.

— Все не может быть настолько плохо.

— Ты не поверишь, — Дерек запустил руку в сумку и выудил оттуда связку ключей, блокнот и ручку. Борт-проводник, брюнет средних лет в золотом жилете, пригласил пассажиров бизнес-класса проследовать к выходу.

Я плелась за махиной-Брэдфордом, пока он на ходу что-то карябал в своем блокноте. Закончив, блондин протянул мне листочек и ключи.

— Что это? — я перевернула бумажку несколько раз, но кроме короткого адреса на ней ничего не было написано.

— Адрес.

Телескопический трап оказался на удивление узким, казалось, что стены давят, а потолок слишком низкий.

— Брэдфорд, тебе не кажется, что сейчас можно быть чуть более многословным?

Пусть я видела только спину Дерека, но было понятно — он закатил глаза и вздохнул.

— Моя квартира. Ключи. Будешь жить там.

— Та-а-ак, — я прибавила шаг, чтобы обогнать блондина и посмотреть на его лицо, чтобы понять — это издевка какая-то или шутка? Только что тут поймешь, когда у Дерека такая маскировка? — Мне казалось, что мы с тобой закрыли эту тему. Я не собираюсь с тобой жить!

Брэдфорд ухмыльнулся.

— Ровно как и я с тобой. Это просто квартира. Без намеков. Место получше того клоповника, куда тебя направили.

— А ты?

Я прищурилась. Хочется верить в доброту и отзывчивость людей. Но не в случае с Брэдфордом. С ним я бы держала ухо востро, ожидая подвоха, или какого-нибудь коварного изощренного плана.

— Я смотрю, тебя не покидают развратные мыслишки? — Дерек опустил очки, чтобы сальным взглядом оценить меня с ног до головы. — Жалеешь, что лишилась двух дней незабываемых оргазмов?

Ведь знал, как загнать меня в краску. Без должного настроя мне и ответить нечего, кроме жалких «нет» и «конечно нет!!!».

— Боже, тебя даже дразнить скучно… Расслабься. Я меня дом в ЭлЭй. Так что квартира полностью в твоем распоряжении.

— Не знаю… — Я чуть сбавила ход и растерла шею. — Все равно не думаю, что это хорошая идея. Мне вполне подойдет номер в отеле.

— Мэри, будь добра, — Дерек остановился, чтобы посмотреть на меня своим хмурым строгим взглядом. — Забудь свое «вполне подойдет» и прочую фигню в этом роде. Бери лучшее, если можешь. Тут не добрая старая Европа, этот город сожрет тебя со всем дерьмом, только дай повод.

— Но…

— Ничего не хочу слышать, — мужчина отмахнулся.

— Дерек! Дерек! Пожалуйста! Посмотрите сюда!

Меня ослепила вспышка фотокамеры. Еще, и еще одна. Стоило войти в зону выдачи багажа, как начался дикий гул. Дерек не шутил — папарацци стояли наготове, вычисляя своего любимца. Все новые вспышки, выкрикивание вопросов Брэдфорду (в основном — про его расставание с невестой), спокойная реакции мужчины — он продолжал свой путь, не собираясь отвечать на провокационные высказывания.

Это… ужасно.

Шага не ступить, чтобы тебя не запечатлели… Не хотела бы я оказаться на его месте.

Блондин удалялся, пока я замерла в ступоре, по-прежнему держа в руках связку ключей.

Я завтра же отдам Дереку ключи и отправлюсь жить в гостинице.

Но это будет завтра.

Прикрывая глаза и потягивая из высокого хрустального бокала холодный вишневый сок, я мысленно обещала: сегодня я просто позволю себе немного расслабиться и получить удовольствие. В пределах разумного, конечно. Новых приключений мне совершенно не нужно.

Квартира Брэдфорда…

Это нечто. У меня слов не было.

Просто офигеть. Долбанный пентхаус!

Зайдя в квартиру, мне не осталось ничего, кроме как раскрыть рот в изумлении. Если до этого я поражалась размерам президентского номера, в котором останавливался Ричард, то на этот раз я не могла подобрать слов от увиденного. На такой площади не просто потеряться можно, а наверняка и небольшое стадо лошадей выращивать.

Оставив свой чемодан возле двери, я с опаской пошла исследовать вверенные мне территории. Было немного не по себе. Боялась, что что-нибудь разобью или сломаю. Казалось, что Дереку неведомо словосочетание «это уже слишком».

Шесть спален, кухня — больше, чем родительская квартира, три ванные комнаты, в одной из которых установлено джакузи.

Собственно, именно в джакузи я сейчас и нежилась. Долго уговаривала себя сделать это — в конце концов, если бы Дерек был против, он бы поставил меня в известность. Разве нет? Остальное я в его доме трогать не стала. Ну, почти. Воспользовалась микроволновкой, чтобы разогреть себе замороженный обед, который купила в ближайшем супермаркете. Но на этом все. Даже спать решила на диване в гостиной, потому что обойдя все шесть спален, так и не смогла определить — какая из них хозяйская, а которую можно смело считать гостевой. С одной стороны, не думаю, что Брэдфорд обидится, если я вдруг ошибусь с выбором, но, во-первых, занимать в гостях хозяйскую кровать неприлично, а во-вторых — спать в кровати Дерека? Вот уж точно нет.

Квартира, оформленная в стиле хай-тек, совершенно не хватало чего-нибудь домашнего, уютного. Она была полностью обезличена. Никаких фотографий, книг, сувениров… наград, в конце концов. Казалось, что хоть что-то должно быть от Дерека Бредфорда, хотя бы зубная щетка в одной из ванных комнат. Но нет, будто я первый гость в этом пентхаусе.

Полотенце, которое я взяла из общей стопки рядом с джакузи, после использования закинула сразу в стирку, надеясь, что к утру оно просохнет, и можно будет положить его на свое место. После купания в горячей воде с массажным эффектом, в теле присутствовала приятная легкость и даже легкое возбуждение. Иной раз струи хлестко били по нежным участкам кожи, так что как только я совсем разомлела, пришлось выбираться из коварной машины.

Я быстро оделась, не собираясь расхаживать по пентхаусу нагишом. Из окна в гостиной открывался потрясающий вид на Лос-Анджелес. Где-то там внизу крохотные машинки стояли в бесконечных пробках, желтые и красные фары превращали ночные улочки в подобие елочных гирлянд. Если бы я только что не покинула ванную, то с удовольствием накинула бы на себя куртку и вышла бы на открытую террасу — вдохнуть вечерней прохлады и послушать, как звучит город с такой высоты. Но сейчас, разгоряченная после купания, я бы не рискнула высовывать нос на улицу, опасаясь простудиться из-за переохлаждения.

Налюбовавшись разноцветными огнями черных ночных улиц, я отправилась на диван, собираясь почитать перед сном. Надоело зубрить сценарий каждый день. Да и настроения не было. Решение поехать «не в клоповник» имело последствие — в этот вечер я не получила букета от Ричарда. Конечно, я не могла быть уверена, что Харрингтон так и будет продолжать присылать мне цветы каждый день, но очень хотелось в это верить. Быть может, если бы я все-таки отправилась в свою гостиницу, то вечером обнаружила бы в своем номере десять белоснежных роз с новой запиской.

Странно это… мы не говорили, не созванивались, и я понятия не имела, к чему ведут эти романтические пустячки, от которых сердце каждый раз совершало кульбиты в грудной клетке. Не знала, как Рич отреагирует, когда узнает, что было между мной и Дереком, даже боялась этого момента, хоть и считала, что должна сама рассказать. Но как же я ждала любой весточки от брюнета! Злилась на него, что он решил вместо нормального разговора отправлять загадочные, сводящие с ума, открытки. Все-таки я человек приземистый. Да, романтика волновала меня, заставляла бабочек в животе порхать. Но неизвестность чертовски пугала.

Когда я услышала, что ключ в замке проворачивает, по спине пробежал холодок. Каждая мышца в теле напряглась, я приняла вертикальное положение, откладывая книгу в сторону.

Так и знала, что Дерек просто так ничего предложить не мог.

Хорошо, хоть вещи, считай, не распаковывала. Можно будет быстро исчезнуть из квартиры, поблагодарив Брэдфорда за шикарную возможность поваляться в джакузи. Или спрятаться где-то на этих просторах, все равно, уверена, здесь месяц можно прожить, ни разу ни с кем не пересекаясь.

Вот только в квартиру вошел не Дерек, а какая-то блондинка, окончательно сбивая меня с толку.

— А ты еще что за шалава?

О, какие знакомые интонации…

Острое желание поскандалить, визгливые нотки, которые узнает любой член нашей съемочной площадки. Образ избалованной стервы не был бы доведен до совершенства, если бы не выбеленные волосы, кричащие розовые тени и целая тонна блеска на губах. Я, конечно, не икона стиля, но эта девочка немного застряла в девяностых. Или я слишком отстала от моды… Все-таки, когда я улетала в Стокгольм, в тренде были натуральные оттенки косметики и цвета волос.

“Шалаву” еще можно было простить. Все-таки, мои отношения с женихом Сары далеки от целомудренных. Но, во-первых, это не повод бросаться обвинениями, а во-вторых — я бы пропустила мимо ушей замечание, не успей блондинка, зайдя в квартиру, распахнуть на себе белый плащик, под которым у нее имелось только кружевное черное белье и колготки-сетка. Так что ответ вырвался из меня до того, как я успела обдумать последствия:

— Я так понимаю, ты или Сара, им проститутка.

Честное слово, абсолютно каждое общение с Дереком выливается мне боком. Вот и сейчас — его невеста перешла на ультразвук.

— Че сказала?! Да ты знаешь кто я?

— Слушай, мне проблемы не нужны, — постаралась я охладить ситуацию.

Понимаю, у Сары были все основания злится.

В конце концов, я спала с ее парнем.

Никогда не думала, что это окажусь в подобной истории, но мы с Дереком реально случайно занялись сексом. Оба раза. Так что, в некоторой степени я, наверное, перед Сарой виновата, хотя и считаю, что Дерек постарался больше. Но в данный конкретный момент она зря считает меня соперницей.

— Проблемы?! Ты трахаешься с моим мужиком, приперлась в нашу квартиру, и говоришь что не ищешь проблем?!

Сара стала что-то искать в своей сумке. Одно радовало — она хоть не начала демонстративно снимать серьги, готовясь со мной подраться. Это было бы уже слишком, будто я в реалити-шоу попала. Не хватало бы только, чтобы Дерек вышел откуда-нибудь и объявил, что нас снимает скрытая камера.

— Я устрою тебе проблемы…

— Просто позвони Брэдфорду, — посоветовала я, готовясь собирать свои вещи, сохраняя надежду, что в моей гостинице еще не отменили бронь.

— О, я позвоню, сучка, — пообещала Сара, наглухо перегораживая выход из квартиры. Смартфон был уже у ее уха, так что я очень надеялась, что Дерек угомонит свою пассию, заодно дав вразумительное объяснение, какого черт отправил меня в ИХ с Сарой квартиру. — Алло, полиция? Ко мне в дом проникли.

Полиция?!

— Какая полиция?! — возмутилась я вслух, вот только Сара продолжила разыгрывать спектакль. Ее голос стал испуганным, с нотками наворачивающихся слез.

— Пожалуйста, поспешите… Пожалуйста, нет! — видимо этот вскрик был адресован мне, а не правозащитникам. — Да, скорее. Я боюсь… боюсь… Что на меня… помогите, прошу вас…

Это уже просто смешно. Я тоже потянулась за своим телефоном, намереваясь позвонить Брэдфорду. Он меня во все это втянул, пусть теперь разбирается.

Пока я ожидала ответа, Сара, с видом победительницы, закончила свой звонок. На лице актрисы расцвела самодовольная улыбка, обещающая мне множество неприятностей.

Дерек к трубке не приходил, и я вновь попробовала заговорить с этой стервой.

— Тебе не кажется что ты перегибаешь?

Сара не удостоила меня ответом. Лишь завязала пояс на своем плаще и, заперев входную дверь, прошла глубже в квартиру. Подойдя к высоченной вазе на постаменте, блондинка толкнула ее, так что та разлетелась на сотню осколков.

— Ты же понимаешь, что копы просто зря приедут? У меня отец работает в полиции, это так не работает. Недостаточно просто пожаловаться в трубку…

— Заткнись, — велела мне Сара. — Я посмотрю, как ты запоешь, когда тебя трахнет какой-нибудь бомж в камере…

Это финиш.

Я просто уйду. Подхватив со спинки дивана куртку, я собиралась исчезнуть из злосчастной квартиры как можно скорее. Провозившись с замком (не сразу нашла свою связку ключей), я, наконец, оказалась в коридоре.

Где стражи порядка уже готовились вмешаться в ситуацию. А ведь Сара им даже точный адрес умудрилась им отправить.

— Слава богу, — успела выдохнуть, прежде чем Сара продолжила свой спектакль.

— Осторожно! У нее пистолет! — пронзительный визг девушки, которая, к слову, уже успела упасть на пол, изображая из себя жертву домашнего насилия, выплюнула очередную ложь.

Жаль, что полицейским этого хватило, чтобы отреагировать: один из сотрудников тут же наставил на меня оружие, второй перехватил мою руку и заломил за спину с такой силы, что я потеряла равновесие и свалилась на колени.

Это смешно. Или уже нет… я и не знаю.

— У меня нет оружия, — попробовала вставить я спокойно. Ведь понимаю, что сейчас выпустить на волю свои эмоции — значит сделать себе только хуже. Металл туго стягивал запястья, в плече что-то хрустнуло, когда мужчина в форме рывком поднял меня на ноги, но не больно.

— Вот… эта дрянь…, - Сара утирала слезы, позволяя мужчине подать себе стакан воды. — Вон, целый чемодан собрала…

— Это мои вещи! — попыталась вклиниться в разговор, но полицейский, который меня держал, сжал плечо, намекая, чтобы я помолчала и не лезла. Кажется, понятно, что здесь происходит. Известную актрису узнали сразу, посмотрели на богатый дом, на меня — и сделали выводы.

— Я пришла раньше, а эта… я подумала — горничная, а потом вижу — пропали украшения. Кольцо с бриллиантом, колье лежало… Я стала задавать вопросы, и она на меня напала.

— Да что за бред! Я…

Я дернулась, и это было ошибкой. Представитель правопорядка только усилил захват, его напарник приготовился защищать несчастную лгунью.

Сара закатилась новой порцией слез, для большей достоверности взвыв, с такими горестными интонациями, что я сама почти поверила, что ее били. И начинала жалеть, что не стукнула эту лгунью. Знала бы… Да что я, в самом деле. Все равно бы не стала лезть.

— Дон, уведи ее и вызови ребят. Мисс Льюис, нам следует составить протокол, вы уверены, что вам не нужно вызвать скорую? Сможете дать показания?

— Пойдем, — меня подтолкнули в спину. — Вы имеете право хранить молчание…

Я не верила, что это все происходит на самом деле. Но пока мой конвоир зачитывал права, до моего слуха донеслось, как Сара уже гораздо спокойнее начала ворковать со вторым полицейским о том, что не стоит вызывать никакой подмоги, и что она совсем не хочет поднимать шум.

Сука…

— Вы понимаете, что она врет? — попробовала я заговорить с полицейским, который готовился отвезти меня в участок. — У меня же нет никакого оружия. И…

— Мэм, — устало произнес Дон, нажимая в лифте кнопку первого этажа. — Мы разберемся.

— Дайте хоть сообщение отправить, — попросила, не шибко надеясь на то, что хотя бы в этом мне пойдут навстречу. Рассчитывать на то, что в столь позднее время кто-то из моих знакомых возьмет трубку — не стоило, не хотелось терять впустую единственный звонок. А вот сообщение…

Дональд, еще раз проверив, что нет у меня никакого оружия, расстегнул наручники и протянул мне мой же телефон.

Не долго думала, что написать. В конце концов, не маме же с папой говорить, что меня забирают в участок? Рич неизвестно где…

«Меня арестовали. Угомони свою истеричку».

****

«Интересно, сколько нужно времени, чтобы прочитать сообщение?» — мысль номер один в моем хит-параде развлечений в камере участка.

Надо сказать спасибо Дону, что хоть посадили отдельно от ночных бабочек и пары наркоманов. Стальная скамья-кровать, белые стены — все, что было в моем распоряжении последние… три часа? Или пять? Шучу, конечно, из моей камеры видны часы, так что я точно знала, что сижу здесь уже четыре часа и тридцать семь минут. Но по ощущениям — целую вечность.

«Я могла написать Тэйт» — второе место все в том же хит-параде гениальных, но бессмысленных терзаний.

И почему я сразу не вспомнила о чудо-помощнике, которая была способна на все? Уверена, сообщи я Тэйт о своей проблеме, она бы уже через пятнадцать минут вытащила бы Дерека из его кровати и отпинала его, заставляя шевелить булками в сторону участка.

И угораздило же меня так вляпаться!

Стоит лишний раз задуматься — насколько оправдано покидать родные места, ввязываясь в различные авантюры. И повязать узелок на память — никогда не иметь дел с Брэдфордом.

— Скучаешь, принцесса? — конвоир и мой тюремщик в одном лице протянул мне через решетку стаканчик с горячим кофе.

— Дон… Мне тут еще долго сидеть?

— Не знаю, — признался мужчина, возвращаясь за свой стол. — Правила знаешь — до суток без предъявления обвинений тебя можно задержать. А дальше уже как повезет.

Повезет… Конечно. Смешно.

Хотя, наверное, не мне жаловаться на мое «везение». Полицейский Дональд оказался очень даже адекватным человеком. По пути в участок, правда, молчал упорно, но его можно понять — видеорегистратор фиксировал все происходящее не только на дороге, но и в салоне.

Зато в участке разговорился. Элитный район, где располагался пентхаус, отличался вопиющим поведением богачей, решивших, что они пупы мира. Пока звезда никого не убьет, не изнасилует или не сядет за руль в пьяном угаре — в этом городе им позволено все что угодно. И Дональд очень надеялся, что Сара к утру остынет, а не решит упереться рогом и развивать свой спектакль дальше.

Ну хоть он верил, что я виновата лишь в том, что оказалась в неправильном месте в неправильное время.

Знал бы папа, к чему скатились копы… Хотя, что я? Отец перед моим отъездом только и делал, что рассказывал про испорченные нравы, продажных полицейских и отсутствие совести там, где появляются большие деньги.

— Золушка, вставай, — Дональд постучал по решетке, от чего я вздрогнула. — Там за тобой принц пришел.

— А без этого отсюда выйти нельзя? — я ворчала, но мысленно все равно улыбнулась. Сидеть в камере — малоприятное занятие.

— Боишься, что опять попадешь к нам из-за этих разборок? — усмехнулся мужчина, отпирая камеру.

Боюсь? Да я уверена, что Сара мне еще не раз костью в горле встанет.

— Мои вещи? — спросила я у копа.

Дон протянул мой телефон.

— Больше ничего не забирали?

— Во всяком случае, к нам не привозили. Пока. Если что-то не найдете — приезжайте с утра. Проверим по хранилищу, примем заявление о пропаже, если потребуется.

— О’кей, спасибо.

— До завтра, Мэри! — помахал мне полицейский на прощание.

— Боже упаси, Дон, — хохотнула, но как-то излишне нервно.

В дверном проеме Дерек стоял и ожидал, пока я к нему подойду. В джинсах и кожаной черной куртке поверх свитера, словно только что был выдернут с подиума. Укладка только подкачала — взъерошенный Брэдфорд был как черт.

— Уже успела завести друзей?

— Ты бы еще быстрее приехал, — огрызнулась, не останавливаясь возле мужчины, направляясь прямиком на улицу.

— Ты как? — поинтересовался Брэдфорд, как только мы оба оказались на свежем воздухе. О, этот запах свободы! На свой вопрос Дерек был удостоен только холодного взгляда. — Ясно… Прости, быстрее не получилось. Потребовалось время, чтобы убедить Сару не выдвигать обвинения.

Это же просто… Стоило представить, что из-за всей этой бредовой истории меня еще и судить бы стали — меня передернуло.

— Даже слышать не хочу. Твои разборки с невестой…

— Бывшей. Мы не вместе.

Я чуть опешила.

— Оу… Не могу сказать, что сочувствую.

Во всяком случае, это было искренне. Сара только своими звонками Дереку всю площадку извела, а после сегодняшнего, мне оставалось только жалеть блондина. И недоумевать, что он вообще нашел в этой стерве.

— Это старые новости.

Интересно…

— Тогда какого хрена сегодня произошло?

— Сара надеялась помириться. И оказалась не готова к тому, что в квартире будет кто-то другой.

Она и не готова? Ох, дурачок, эта девица явилась на переговоры во всеоружии. Да и потом, с чего она взяла, что Дерек будет ее ждать? И… а, к черту все это.

— Одолжи двадцатку, — попросила, готовясь поймать такси.

Мне нужно было как-то добраться до гостиницы. И решить вопрос с моими вещами. Надеюсь, они в целости и сохранности завтра окажутся в полицейском хранилище, где я смогу их забрать.

— Я тебя отвезу.

Посмотрела на Дерека взглядом, полным здравого скептицизма. Я очень не хочу ввязываться в новые приключения, еще от этих отойти нужно. А то, что мужчина стоял рядом с здоровенным мотоциклом — не внушало доверия. Блондин же достал шлем из маленького багажника и протянул его мне.

Внутри все сжалось. Я никогда не пробовала кататься на мотоцикле. Инстинкт самосохранения моментально выбросил в кровь изрядную дозу адреналина, сердце на несколько секунд забилось как сумасшедшее.

— Я лучше на такси.

— Не глупи, — Брэдфорд подошел и натянул на мою голову шлем.

— Я не умею. И…

Дерек сел на свой байк и завел его.

— Просто садись сзади. У меня все равно нет налички с собой, и хрена с два тебя кто-то повезет бесплатно.

Нехотя последовала указаниям, присаживаясь на самый край, сохраняя дистанцию с Дереком.

— Ближе, если не планируешь слететь.

— Черт возьми, Мэри, просто прижмись ко мне и обхвати руками! — гаркнул Брэдфорд, не оставляя мне возможности подумать. Просто вцепилась в его торс, послушно исполняя приказ. Не хватало еще оказаться размазанной по асфальту. «Слабое оправдание бесхребетности», — размышляла я, пока Дерек помчал нас по ночному городу.

Поймала себя на том, что крепко зажмурила глаза, боясь смотреть, как мелькают огни. То ли мотоцикл был специально заточен под то, чтобы рычать грозным зверем, то ли у Дерека была настроение разбиться — не знаю. Смотреть было страшно, оставалось покрепче держаться за блондина, в надежде, что поездку мы переживем.

До места мы долетели за несколько минут. И каково было мое разочарование, когда мы оказались не у гостиницы, где, как я надеялась, еще не отменили мою бронь, а на адресе Брэдфорда.

На мой немой вопрос Дерек не соизволил отвечать.

— Просто отлично, — буркнула себе под нос недовольно. Брэдфорд в своем репертуаре. Угрюмо молчать и хмурить брови — больше мы, видимо, ничего не умеем. Молча зашли в здание, в полной тишине поднимались наверх. — Я только заберу свои вещи и сразу в…

Двери в пентхаус открылись, и я практически лишилась дара речи.

— … гостиницу…

— Не успел убрать, — извиняющимся тоном сообщил Дерек, пока я с раскрытым ртом заходила в гостиную. — Прости.

Мой багаж. Вся моя одежда… Всё валялось на полу, выпотрошенное из чемодана, порванное, залитое бог знает чем. Две книги, что я брала с собой в путешествие — истрепаны. Сценарий измят и брошен в мусорку. В этом бардаке было бессмысленно пытаться разглядеть, что стало с кошельком.

У меня сердце остановилось. Как… Как можно дойти до такого варварства?

Внутри будто что-то оборвалось, заставляя опустить плечи. И руки.

— Я все оплачу, — заверил Дерек спокойно.

Опять деньги. Все вечно упирается в эти бумажки.

Нет, конечно, на что-то придется покупать новую одежду, и от чека отказываться глупо. Вот только деньги никак не смогут придать вещам ту особенность, что они приобретают лишь со временем.

Почему-то Брэдфорд решил, что это подходящий момент, чтобы положить ладони мне на плечи. Думал пожалеть? Сделала несколько шагов вперед, стремясь вернуть между нами приличное расстояние.

— Забей, — втянула воздух, не желая подавать вида, что меня что-то задевает. — Не находил моего бумажника?

Не получив ответ, я направилась к выходу, но меня поймали за руку.

— Сейчас ночь. Нам ехать в студию через четыре часа. Не дури. Устраивайся. Больше никаких двинутых бывших, — поймав мой недовольный взгляд, Дерек понял, что пока не время шутить. — Завтра мы решим все вопросы.

— О’кей. Пофиг. Какую комнату можно занять?

— Располагайся, где тебе удобно.

Я отправилась в ближайшую от себя спальню. Пришлось приложить усилия, чтобы не хлопнуть дверью. Хотелось кричать, но я просто упала на кровать без сил. Казалось, что если провалиться в сон, то вся эта история просто раствориться, не оставляя и следа.

Сон упорно не приходил. Что, в принципе, не удивительно, после всего случившегося. Проворочавшись в кровати минут сорок, я все-таки встала, накинула на себя одеяло и отправилась в гостиную.

Так как на улице было слишком холодно, чтобы чувствовать себя там комфортно, я уселась на пол возле стеклянной стены, выбрав угол — где можно было прислониться спиной к прохладной колонне. Если посидеть так еще час или два, можно будет застать рассвет. А пока мне нравилось избавляться от любых мыслей, глядя на то, как крохотные машинки, различаемые только по свету фар, плавно двигаются по ночному городу.

Лбом прижалась к стеклу — и уже через пять минут ощутила, что головная боль начала отступать.

Была бы на моем месте Клэр, она бы как следует наваляла Саре еще до того, как та успела бы что-то сказать. А я?

От собственной ватности хотелось выть. Как всегда — сначала папа учит тебя, что стоит верить в справедливость, а потом большой город растаптывает в первый же вечер.

На душе кошки скребли.

Настроение никакой. Зато из окна — отличный вид, ЭлЭй с высоты птичьего полета.

Я на вершине мира. Очень хренового…

— Не спится?

Я была настолько вымотана этой ночью, что даже не вздрогнула, когда Брэдфорд появился рядом. Блондин уселся на пол, напротив меня и тоже обратил свой взгляд на ночной мегаполис.

— И тебе, — лениво произнесла в ответ.

Мы сидели молча. Было заметно, что Дерек испытывал неловкость от этой тишины. Что странно, обычно я пребывала в подобном состоянии, когда приходилось оставаться с блондином тет-а-тет.

— Что ты в ней нашел?

Спросила тихо, возможно, в надежде, что Дерек не услышит, или не удостоит ответом. Не могу сказать, что меня сильно заботил его взгляд на его невесту, было просто интересно почему мужчины выбирают таких? Неужели кроме большой груди и длинных ног их ничего не интересует?

Дерек скривил губы, склонил голову на бок, изучающе оглядывая меня с ног до головы.

— Она не была такой…

Ну конечно, стандартная фраза. Брал ангела, а окольцевал — так подменили…

— Или я не видел. Сначала… Сара была просто неким идеалом. Красивая, талантливая, успешная. Все хотели видеть нас вместе. Я хотел этого. А как всё закрутилось… Черт, я так долго ее добивался, — мужчина усмехнулся, и была в этом какая-то грусть. — Сама видишь, в каком ритме приходится жить. Нам удавалось пересекаться пару раз в месяц. И тут не до характеров и разговоров было. Просто хотелось…

Дерек замолчал, но и так все было понятно. Секс. Банальная физиология.

— При сумасшедшем графике, в котором мы оба жили, нас все устраивало. Мы были так долго вместе, что помолвка — это просто следующий шаг. Логичный, который от нас все ждали… — откровенность Брэдфорда удивляла. Я была внимательным слушателем, не думаю, что у блондина до сих пор возникала возможность выговориться.

— А потом что случилось?

— Началась всякая херня… У меня прибавилось работы, и времени на встречи почти не оставалось. Сара психовала, что я не выбираю с ней шрифты на свадебные приглашения. Или не переношу съемки, потому что у нас встреча с флористом. И вроде мелочи, подумаешь — скандал, другой. Потом мирились, как умели. И так по кругу, только все хуже и хуже, но все равно продолжали цепляться друг за друга. Я думал, что, может, совместная работа поможет… Ну, типа, отвлечемся, будет больше времени друг на друга, и прочая хрень, которую советует доктор Фил.

— Только роль дали мне, — угрюмо заметила я.

— В конечном итоге, Сара нашла, с кем проводить время. Наверное, это к лучшему. Стоит считать, что я избежал очень дорогого первого развода.

Дерек замолчал, и мы некоторое время сидели в тишине, думаю оба пытаясь переварить неожиданно откровенный разговор.

— Прости, не хотел грузить.

— Ничего. Выговориться тоже полезно, — я плотнее закуталась в свое одеяло, чтобы согреться.

Дерек закусил фалангу указательного пальца, пристально всматриваясь в мою сторону.

— Как тебе получается оставаться такой спокойной? — спросил Дерек, видимо, недовольный тем, что он один тут душу обнажать стал.

— Мне?

— Совсем не злишься?

«Аааа!» — мысленно я кричала.

— …Тебя отправили в участок…

«Ааааа!»

— Сара уничтожила все твои вещи…

«Аааааааа!!!!»

— Это просто вещи, — пожала плечами.

— Да ни хрена, — раскусил мой блеф Дерек. — У тебя эта жуткая толстовка с вырезом, небось еще со средней школы. И бьюсь об заклад, ты привязываешься к таким мелочам. Так что ни фига это не «просто вещи».

— Ты в любом случае не виноват. Ну… не напрямую, во всяком случае. Хотя, если я узнаю, что это ты разорил мой багаж — то надеру тебе задницу.

Дерек посмотрел на меня взглядом «Девочка, ты хоть понимаешь какую глупость сейчас сморозила?».

— Не, желание, конечно было, — признался блондин, осторожно пробуя — можно ли начинать шутить или еще рановато.

Пусть. Сил на злость просто не осталось. У меня выдался чертовски длинный день, чтобы сейчас устраивать соревнование остроумных ответов. На горизонте показались первые блики предстоящего рассвета, а поспать за эту безумную ночь так и не получилось.

Глава 12 Розы. Вишни. Договор

Утром я проснулась от звуков в гостиной. Едва продрав глаза и взглянув на часы, с ужасом осознала, что проспала, так и не услышав ни одного будильника. Подорвалась с кровати, как ошпаренная, не сразу сообразив где я нахожусь. На автомате стала искать свой шкаф, трюмо, вещи. Да хоть что-нибудь! Но, видимо, смена часовых поясов и ночные посещения полицейского участка пагубно влияют на память. Только погодя поняла, что я не дома в Чикаго. И даже не в гостинице. И вещей у меня не осталось, так что на съемки придется ехать в чем есть. Черт, мне бы хоть в какой-нибудь магазин попасть. И, желательно, на такси, а не на мотоцикле. Только сначала найти бы свой кошелек…

Из комнаты я буквально вывалилась, заплетаясь в собственных штанинах. Ненавидела опаздывать, а волнение по этому поводу лишало меня каких-либо зачатков грациозности.

— Мэри, доброе утро! — Тэйт уже во всю хозяйничала на кухне. Я застала ее за приготовлением свежего апельсинового сока с помощью ручного пресса. На плите что-то жарилось, хотя я точно помнила, что еще вечером холодильник был пуст. Желудок моментально скрутило, стоило почувствовать аппетитные ароматы. В Швеции кормили вкусно, но мне очень не хватало домашней пищи. Не то чтобы омлет во время гостиничного завтрака чем-то принципиально отличался от омлета собственного приготовления, но ради маминой стряпни я бы, наверное, убила.

— Тэйт! Не представляете, как я рада вас видеть! — призналась абсолютно искренне, осматривая гостиную. Следов вчерашнего погрома не осталось. Как остатков моих вещей и догадок, где теперь искать свой бумажник.

— Завтрак почти готов, — известила женщина с приятной улыбкой а-ля Марта Стюарт.

— Оу, мне так неловко. Я проспала, и у меня совсем нет времени …

— Дерек позвонил и просил передать, что сегодня перенесут съемки, — Тэйт взглянула на наручные часы. А мне оставалось удивляться — Дерек позвонил? То есть, его сейчас здесь нет? Слава Богу! Вот только почему тогда он не разбудил меня? — У нас есть около часа, чтобы спокойно поесть и собраться.

— Хорошо, мне нужно будет…

— Дерек предупредил о проблеме с вашим багажом.

Серьезно? Я чуть покраснела, готовая пуститься в объяснения по поводу всего произошедшего вчера. Но не потребовалось.

— … Мне очень жаль. Неприятно, когда авиакомпания теряет твой багаж. Я привезла два комплекта одежды, надеюсь, что-то подойдет, но не уверена, что угадала с размером. Все висит в ванной. Внизу нас ждет автомобиль. Если не будем затягивать со сборами, по пути можно заехать, и купить что-нибудь подходящее…

— Спасибо, — я уселась на высокий стул, притягивая к себе тарелку с омлетом. — Не представляю, чтобы я без вас делала.

Я говорила, но мысленно перебирая варианты, где все-таки мой бумажник. Документы, карточки, наличка — все в нем, а без них поездка за одеждой точно откладывается. Не занимать же денег у Тэйт?

— Бросьте, это такие мелочи.

С завтраком я расправилась в считанные минуты, стремясь как можно скорее пойти и переодеться. Все-таки не стоит забывать, что я до сих пор в шмотках, в которых провела половину ночи в участке. Тэйт, как обычно, показала высший пилотаж — выбранные ей джинсы были идеально подобраны по размеру, футболка и пуловер — простые и комфортные, вполне соответствовали моему привычному гардеробу. Наверняка эта женщина — волшебница, не иначе. Что-то вроде личной крестной феи.

До места съемок мы доехали без пробок. Я определенно была благодарна Дереку за то, что он подошел к решению моей проблемы настолько аккуратно. У меня появились вещи, мне не пришлось рисковать своей жизнью, добираясь до работы на стальном коне-убийце, и нет необходимости краснеть ни перед кем, объясняя, почему мы с Дереком ночевали в его квартире, почему его невеста на меня обозлилась, да и этот случай с участком… Брэдфорд не только придумал изящное «багаж потерялся», еще и с опозданием на работу, наверняка, он помог. Не верю я в такие счастливые совпадения, что после моей тяжелой ночи, все встречи перенесли на более позднее время. Везение? Только не в моем случае.

На территорию студии нас запустили по пропускам, которые Тэйт предъявила охраннику. Картонные бейджики на синих лентах — и вход открыт.

Меня не покидало ощущение, что я попала в большой мир. Нет, и Чикаго немаленький, но здесь… Просторные номера в гостиницах, квартиры, занимающие целые этажи, ангары для съемок — настолько громадные, что в них, наверняка, можно было бы самолеты держать. Даже машина, которая, несомненно, выбрана Дереком, была здоровенной — не лимузин, но я спокойно могла вытянуться на заднем сидении, не задевая передние кресла ногами.

Я смотрела в окно, поражаясь открывающимися масштабам.

— Первый раз тут?

Я удивленно посмотрела на Тэйт. Она же знает, что я не актриса и далека от Голливуда.

— Я предположила., вдруг вы приезжали сюда на экскурсии?

Экскурсии?

— Сейчас мы заехали через служебный вход, — пояснила женщина. — Но есть и туристический маршрут. Если желаете, можно договориться о частном обзоре. На этих холмах расположены самые большие открытые декорации в мире. Воссозданы несколько улиц Нью-Йорка, тропические джунгли, до недавнего времени была площадка Дикого Запада, но ее уже разобрали. Имеются два ангара для водных съемок…

На соседней улице я заметила два красных вагончика, которые, видимо, перевозили туристов.

— Нет, спасибо… Я, наверное, потом присоединюсь к общей экскурсии и посмотрю, как тут.

— Обычных туристов не пускают везде. Так — показывают пару старых ангаров, где снимали классические картины. И может пустят на съемку шоу с живой аудиторией.

— Не страшно, — я улыбнулась. — Не хочу никого напрягать.

В любом случае, изнутри я всю эту кухню точно узнаю. На своей шкуре, так сказать.

— Ох, милая… Вам стоит перестать отказывать себе в маленьких преимуществах вашего положения.

Мы подъехали к крытому ангару, а желтой стене которого красовались две черные цифры — 57.

— Мы на месте, объявила Тэйт. Стоило выйти из машины, как чудо-ассистент продолжила вещать:

— Если сегодня ничего не поменяется, работать придется до глубокой ночи. Боюсь, что магазины будут уже закрыты. У меня на планшете имеются каталоги, если заказать сегодня, то к вечеру привезут.

— Не представляю, чтобы я без вас делала.

Мы зашли внутрь, видимо, для того, чтобы я снова удивлялась. На огромной площади сконструировали сразу несколько декораций, хотя я с трудом угадывала, где что. Большая часть сценок были затянуты зеленым фоном, с нанесенными на них отметками. Хотя, больничная палата была выстроена вполне натурально. Еще в одной зоне расстелена красная ковровая дорожка, и режиссер уже раздавал указания массовке, которую распределили по обе стороны от позолоченных ограждениях.

— Теперь съемки пойдут намного быстрее, — пообещала Тэйт. — Видите? — она указала на монтажников. — Самое громоздкое и затратное для возведения заменят компьютерной графикой. Остальное — сразу три команды выстраивают, по мере появления свободной площади. Прошу, нам сюда.

Тэйт указала на дверь, на которой было мое имя.

Я с опаской входила внутрь, не представляя, к чему целая комната с моим именем.

Это оказалась гримерка. В Стокгольме со мной работал визажист, но это все проходило практически набегу. Мне ставили раскладной стул, и красили там, где придется. В конце концов — моя героиня была просто девушкой в творческом отпуске. А здесь — удобное косметологическое кресло, отдаленно напоминающее стоматологическое, собственная душевая, вешалка с кучей нарядов, туалетный столик и даже небольшой диванчик для отдыха.

И цветы.

У меня сердце замерло, стоило увидеть букет белых роз на столе. По ощущениям, я будто оглохла, потому что в этот момент для меня перестало существовать все, кроме этих цветов. Это же как островок надежды, что ничего не изменилось, что Рич до сих пор ждет нашей встречи и, значит, хочет чего-то большего, чем милые беседы после окончания рабочего дня.

— Боже, милочка, что с твоим лицом? — я отвлеклась от внутренних переживаний, потому что мое лицо обхватили руками. Девушка с невероятными кудряшками, рассматривала меня с неприлично близкого расстояния. — Ох-ох-ох… Видел бы тебя Рон, точно наметил сначала съемки больничной сцены, и только потом — выход на дорожку. Но ничего… Время есть, сейчас поколдуем. Ложись, начнем с маски… Раздевайся.

Я хотела спросить у Тэйт, не слишком ли все лихо — но помощница уже испарилась. Мне выдали махровых халат, в который следовало переодеться, уложили на кресло. Девушка, чьего имени я не знала, натянула мне на волосы резиновый ободок, и приступила к массажу лица, нанося густую маску с очень специфическим запахом. Он напоминал мне подвальную сырость.

— Это поможет убрать мешки под глазами. Для первой сцены ты должна выглядеть идеально. Полежи так пятнадцать минут, потом нужно будет закапать глаза, чтобы убрать красноту. Но не волнуйся, я все сделаю. Отдыхай. Я — Сэнди, кстати.

Ураган по имени «Сэнди» вылетела из гримерки, скрываясь в неизвестном направлении, оставляя меня одну. Естественно, лежать я не собиралась. Ведь я так и не посмотрела, что за послание скрывает букет. Подходя к вазе с цветами, я волновалась. Где-то среди шипов и насыщенно-зеленых листьев должен лежать маленький картонный прямоугольник. Предвкушала, что вот-вот на кончиках пальцев почувствую шелковое тиснение, другое Ричард не заказывал. Запах роз захватывал легкие и уносил прочь от всех проблем. Стоит представить, какой окажется наше с Ричардом встреча, и тело пробивала легкая дрожь. Волнительная, может, немного неловкая, полная надежды и, наверняка, романтики — таким я видела тот момент, когда Харрингтон появится. Невольно задумаешься, насколько же сюжет картины, в которой мы оба играем, начинает воплощаться в жизнь. Совсем короткий период знакомства, и невероятное, неожиданно романтическое воссоединение, которое нормальный человек представить и не мог. Быть может, Рич специально решил обыграть все подобным образом? Не знаю.

Где, черт возьми эта записка?

— Привет, — от неожиданности, я чуть вазу не опрокинула. — От кого цветы?

Я развернулась, словно старалась собой закрыть букет. Глупо. Я же не украла их, чтобы теперь прятать.

— Забей, — Дерек смотрел на меня, его губы были поджаты, оставляя лишь тонкую линию рта. Я вспомнила, как выгляжу — глиняная маска, волосы, уложенные черт знает как, махровый халат… В таком виде я разве что перед Клэр представала, когда мы устраивали девчачье посиделки. Почему-то от этой мысли стало не по себе. Дерек, как обычно, выглядел идеально. Будто у него приключений этой ночью не было. Хотя…Он приехал раньше, и может над ним уже успели поколдовать?

Во всяком случае, Брэдфорд точно был готов к съемкам. Уже облачился в черный смокинг, разве что галстук еще не завязал. Тонкий шелковый аксессуар был накинут на шею, не спрятанный под белый воротничок. Да и рубашку Дерек не стал застегивать до самого конца, оставляя открытой маленькую впадинку под кадыком.

Мужчина поставил на стол стеклянную банку (судя по звуку), поверх которой лежал мой бумажник.

— О, слаба богу, ты его нашел! — я схватила кошелек, желая убедиться, что все на месте. Вдруг эта стервоза и карточки порезала? Боже, кого я обманываю? Я больше всего радовалась, что именно кошелек не пострадал. Он был дурашливой расцветки, салатово-зеленый, с мультяшной мордочкой крокодила спереди и неряшливым изображением хвоста сзади. Но я обожала его, с трудом представляя, что смогу найти нечто похожее в случае утери. — Спасибо!

Я была готова обнять Дерека, но вспомнила, что измажу его шикарный костюм своей маской. Так что от радости просто попрыгала на месте.

— Отдал бы сразу, если бы не был уверен, что ты тут же сбежишь искать новые приключения на свою задницу.

— Я тебя умоляю, — отмахнулась, — Какие у меня могут быть приключения без твоего участия? Что там у тебя?

Я уловила, что Дерек все еще держит руку на столе, скрывая от меня то, что принес.

— Извинение, — блондин поднял баночку и протянул мне.

«Сладкая вишенка» — я прочла этикетку. Ярко-алые засахаренные ягоды купались в густом сиропе, вызывая нестерпимое желание облизнуть губу и сглотнуть слюну. Какая же я сластена.

— Ты вроде только одну у меня украл, — черт, это странно.

— Это за всё. Решил, что если предложу чек, то окажусь посланным.

— Эй, когда лишаешься всех своих вещей, уже не до гордости, — я улыбнулась и стукнула блондина кулаком в грудь. — Шучу. Спасибо. Будешь?

Я вскрыла банку и двумя пальцами выудила одну вишенку. Ягода отправилась в мой рот, капелька приторно-сладкого сиропа потекла по большому пальцу, но я ее остановила, быстро слизав. Кайф… От удовольствия закрыла глаза и закинула голову назад. Как же я это люблю. Была бы одна — уплела бы всю баночку.

— Не, я пас, — Дерек поправил волосы. — Скажи Сэнди, чтобы поторопилась. У нас еще до хрена работы сегодня.

— Не вопрос, — понимаю, что сегодня всё задерживается из-за меня, пусть я и не особо в этом виновата. — Постараемся быть быстрее. Что у нас там по плану?

— Кинотеатр, стрельба. Техники должны провести технику безопасности. Больница. Четыре сцены на корабле…

Боже, они еще и корабль здесь устраивают?

— … Ты текст учила?

— Да, но постараюсь еще раз пробежаться, пока меня готовят.

Дерек направился к двери.

— Помнишь, мы договаривались репетировать? — спросил он, уже ухватившись за ручку.

— Ага, — стоило блондину отвернуться, я уплела еще пару вишен.

— Нам бы согласовать расписание, — предложил блондин. — Еще не решила, где жить?

— Не, — я залезла на кресло с ногами. — Тэйт собиралась принести планшет, думаю, выберем гостиницу тут поблизости.

Дерек, занимая дверной проем, обернулся ко мне.

— Я не гоню. Оставайся в пентхаусе.

Хотелось возразить, сказать, что это неудобно, но блондин опередил мои возражения:

— Я все равно думал его продавать. Замки и коды сегодня поменяют, так что можешь не переживать о визитах моих бывших.

Пф-ф-ф. Будто меня заботят именно визиты психованных бывших. Дружба-дружбой, но встречаться лучше на нейтральной территории.

— Подумай, — бросил Дерек, выходя и запуская в гримерку Сэнди.

— Ну как, красавица? Готова преобразиться?

*****

Я с волнением вглядывалась в собственное отражение. По бокам на зеркале наклеены эскизы, как Эмбер должна была выглядеть для предстоящей сцены. Когда Сэнди только начала их развешивать, я поверить не могла, что у нас получится сделать хоть приблизительно нечто похожее.

Но немного мастерства, косметики, тонна лака для волос и еще чуть хитростей — и я себя не узнавала.

Бежевое платье по фигуре, расшитое кружевом и мелким жемчугом, сидело великолепно. Чтобы грудь казалась больше, Сэнди использовала обычный широкий скотч. В какой-то извращенной точки зрения, можно было назвать девушку настоящим скульптором. Косметикой она точно не ограничивалась. Мне что-то закапали в глаза, чтобы они сияли, добавили несколько накладных прядей, чтобы получить чуть больше объема и два мягко завивающихся локона, которые спускались к моим плечам.

Я… не знала, что могу так выглядеть. Это сродни шоу, где берут страшил и за двадцать четыре часа превращают в красавиц. Только Сэнди справилась за двадцать минут. Тридцать, если считать, что мне еще и маникюр сделали.

И вроде же ничего слишком сложного. Аккуратные стрелки, подчеркивающие мои большие глаза, какая-то пудра на ресницы перед нанесением туши, чтобы они казались гуще. Правда целая батарея из различных кремов — осветлить, затемнить, матировать и предать блеска. Но результат заставлял чувствовать себя не в своей тарелке. Оставалось ощущение, что это не я. Вернее, это и не была я, это Эмбер. Которая сейчас выйдет из гримерки и побежит на свидание со своим принцем со страниц любовного романа.

— Не везет тебе, — заметила Сэнди, цокая языком. — Сейчас отыграешь сцену, и весь этот блеск придется убирать. Но ничего… отыграемся, когда придет время выходить на настоящую дорожку.

Да… такое великолепие уничтожать жалко. Если бы это было возможно, я бы больше никогда ничего не меняла. Но Сэнди права — этот только на одну сцену, так что не стоит раскатывать губу.

Набрав в грудь побольше воздуха, я с ужасом поскорее его выдохнула обратно. Бюст благодаря маленькой хитрости и так казался большим, так что дышать на полную — лучше, наверное, не стоит.

— Я пошла, — зачем-то произнесла в слух. Будто подбадривала себя.

Стоило открыть дверь и… ничего не изменилось. Обычный рабочий день, ничего нового или примечательного. И чего я ожидала? Эти люди оживляют динозавров и лепят вурдалаков, что там до меня, пусть и шикарно накрашенной?

Потирая локти и заламывая руки, я дошла до красной ковровой дорожки, где нам предстояло работать. Дерек стоял там, сложив руки на груди, пока Рональд что-то проговаривал. Подойдя к мужчинам, я привлекла к себе внимание легким покашливанием.

— … Да, здесь тогда… — Дерек осекся.

Взгляд блондина устремился ко мне. Холодный и цепкий, как у кобры перед броском. Он вновь хмурился, вызывая у меня недоумение. Что опять я сделала не так? Неужели он думает, что я слишком задержала всех? Но еще быстрее мы с Сэнди справиться не могли. Поймала себя на том, что я стыдливо опустила глаза в пол, испытывая неловкость.

Поэтому когда теплая ладонь скользнула мне на шею, это стало неожиданностью. Я подняла голову, и невольно поймала губы Дерека своими. Горячий, он обжигал меня своим дыханием. Млеющий вздох, переходящий в низкий утробный стон сорвался с уст мужчины, стоило ему скользнуть языком по моей нижней губе. У меня внутри все перевернулось, сердце сжалось в крохотный комочек, от чего давление подскочило. Голова моментально закружилась, и я почувствовала, что упаду, если немедленно не найду опоры в Дереке. Почва уходила из-под ног, когда блондин так поступал. Вторгался в личное пространство, большими пальцами гладил ключицы, языком врывался в мой рот, словно стремясь уловить вкус десертных вишен, что сам подарил.

— И чем вы тут без меня занимаетесь? — веселый голос Рича прошелся холодом по моему позвоночнику. — Вы в курсе, что камеры выключены?

Инстинктивно захотелось отпрыгнуть от Дерека, но блондин удержал меня на месте, с ледяным спокойствием. Он не разорвал поцелуя, а неспешно и с достоинством закончил то, что начал. Немного задержался на моих губах, словно хотел, чтобы я запомнила эти ощущения, и поднял голову, чтобы посмотреть на своего друга.

— Репетируем, — огласил Дерек свой вариант происходящего. Врет, как дышит. Репетирует он… У нас на сегодня ни одной сцены с поцелуями не запланировано. Да вообще, только не в ближайшее время. Как бы я хотела знать, какого черта он устраивает? И какого черта творю я? Может уже хватит терять контроль над собой, стоит блондину ко мне присосаться? Нормально — это врезать по наглой морде, который не понимает фразы «останемся друзьями». И ненормально — бездействовать, когда чужой язык без спроса орудует в твоем рту.

Я посмотрела на Рича. Небрежно растрепанные черные волосы, хулиганская футболка с похабным принтом и отрезанными рукавами. Огромный букет белых роз, которые он явно принес для меня.

Мужчины пожали друг другу руки, Ричард оставался сияющим и приветливым, даже Брэдфорд натянул на себя улыбку. Я же с трудом могла взять себя в руки. Парень моей мечты только что видел, как я целуюсь с другим. О боже мой… Какой позор… Никогда не думала, что — вертихвостка, которая способна на нечто подобное.

— Привет, — Рич подошел и поприветствовал меня, как делал это всегда. Коснулся губами щеки, совсем слегка задевая уголок моего рта. Он вложил цветы в мои руки, а сам скользнул на мою талию. — Как ты тут? Этот зануда тебя не обижал?

— Ну что ты, я был лапочкой, — отозвался Дерек, вздернув одну бровь вверх. — Мы подружились.

«Боже, заткнись, заткнись, заткнись», — я не могла перестать краснеть. Брэдфорд говорил с такой очевидной иронией, что мне захотелось воткнуть ему вилку в ногу, пока Рич не повесил на меня ярлык «падшая женщина».

— Вот, а ты говорил, что скорее вены вскроешь, чем вы станете общаться.

Оу… Это было грубо. Я потеряла дар речи и посмотрела на Ричарда. Его заявление удивило. Не отношением Дерека ко мне — тут у меня иллюзий не было никаких, да и уверена, что с тех пор, как Брэдфорд заявлял нечто подобное, много воды утекло. А вот то, что Рич решил поднять подобное — некрасиво. Я незаметно вывернулась из объятий, чтобы оценить — что вообще происходит. Это такая форма ревности?

Дерек, кажется, от последней фразы Харрингтона, напрягся. Неужели решил, что я начну метать молнии? Неприятно конечно услышать что в таком духе, но, зная Дерека, это еще очень мягкий вариант, что он мог сказать по поводу меня.

— Я думала, что ты появишься только в конце следующей недели, — как же это ужасно звучит! Словно — эй, чего это ты вернулся раньше положенного и мешаешь мне тут целоваться с красавчиком?

— Планы поменялись. Майк позвонил, сказал, чтобы я заехал. Чувствую, ребята готовят нам большой сюрприз, — Рич говорил загадками, но выглядел чертовски довольным.

— О, ребята, вы все здесь? — продюсер картины явился, будто только и ждал, чтобы его имя упомянули. — Пол, вы еще не начали? Я украду у тебя ребят ненадолго?

Режиссер посмотрел на Майкла взглядом «Вы, черт возьми, издеваетесь. Конечно я против», но промолчал. Устало растерев глаза, он позвал своего ассистента, бурча под нос, что съемки мы, видимо, сегодня не начнем вообще.

— Может, это подождет? — спросила я осторожно. — Все-таки уже все готовы, мы и так задержались…

— Брось. Разговор не займет много времени.

Видимо, у меня с Майком несколько разные представления относительно «не займет много времени». Мы вышли из павильона, как я думала, для того, чтобы поговорить наедине, но нет. На выходе нас ждал удлиненный гольф-кар, Майк предложил нам всем сесть. Десять минут мы ехали до главного здания, где располагались офисы студии. Мое платье для съемок не совсем подходило погоде, и я несколько озябла. Хорошо, что хоть цветы я успела отдать Тэйт.

Всю дорогу Дерек и Рич молчали, и улыбались как два самодовольных кретина. Будто знали, о чем пойдет речь, но мне говорить не собирались. У Брэдфорда было выражение лица, типа «я король мира, здесь все мое». Харрингтон ухмылялся, расслабленный и уверенный в своем положении. Кажется, кто-то решил поиграть в альфа-самцов, от чего я чувствовала себя куском мяса. Я сидела спереди и старалась не оборачиваться, хоть эти двое и пытались развлекать меня вопросами ни о чем.

— Устраивайтесь, — стоило зайти в светлую переговорную на шестом этаже, как Майкл проявил вежливость. Из большого окна за спиной продюсера открывался вид на всю территорию студии. Масштабы действительно невиданные. Зеленые холмы, крытые ангары, причудливые конструкции открытых декораций.

Я выбрала ближайший к окну стул, и Ричард тут же поспешил помочь мне, придвигая его к столу. После брюнет сел рядом, а вот Дерек расположился напротив. Мы с ним выглядели нелепо в вечерних нарядах, и непонятно — что такого могло произойти, что Майк притормозил съемки.

— Ну что, — наш продюсер сцепил пальцы в замок. Он выглядел уставшим. На полном лице серые мешки под глазами особенно сильно выделялись. — В первую очередь — рад всех видеть.

— На этом хорошие новости заканчиваются? — пошутил Дерек, сложив руки на груди. В таком положении его мышцы натягивали ткань смокинга, разве что не до треска.

— Все не так плохо, — сообщил Трумен. — Но студия хочет выпустить фильм к февралю…

Брэдфорд присвистнул, и я не поняла, в чем проблема:

— Так это же еще уйма времени, — на дворе только ноябрь. И Тэйт говорила, что в крытом павильоне дела пойдут быстрее. Неужели они не успеют?

— Нет, Мэри, — возразил Брэдфорд. — Это очень маленький срок.

— Изначально планировали премьеру на июль. Февраль был занят, и с «Наваждением» мы не торопились. Но сейчас наверху все переиграли.

— Это невозможно, — Дерек категорично покачал головой. Судя по всему, он отлично понимал, в чем проблема. — Чтобы успеть к февралю, нужно было закончить съемки хотя бы месяц назад. Провести качественный монтаж меньше чем за полгода — практически нереально.

— Знаю, будет непросто, — согласился Майкл. — Но надо работать. Рональду мы завтра сообщим, чтобы он пересмотрел расписание. Придется поменять график сцен, чтобы уже сейчас начать монтаж. Нам готовы выделить еще один ангар, чтобы не возникало накладок с площадками. На той неделе я рассчитываю получить первый готовый трейлер. Также у нас стартует маркетинговая компания. И, так как времени остается мало, вести себя мы будем максимально агрессивно. Нам нужно привлечь максимальное внимание и выбить конкурентов. Сами понимаете, февраль будет набит романтическими комедиями. Так что, мораторий на соцсети мы снимаем.

Ух! Вот это классная новость. Я, наконец, смогу нормально пообщаться со всеми своими. Родители даже не знают, что я вернулась в штаты. Вряд ли, конечно, я к ним попаду, раз график будет очень плотный. Но, может, они смогут приехать в гости? Клэр вообще с ума сойдет, если получится скинуть ей снимки с площадки.

— Дер, по-прежнему оставляешь нам разбираться с твоим твиттером и инстаграмом?

— Валяйте, — отмахнулся блондин. Я смотрела на него с непониманием. Он даже в интернете не сидит сам? Вау… — У меня нет времени на эту хрень.

— Отлично, — Майк протянул ему бумаги. — Тогда подпиши здесь, и на следующих трех страницах. Где пометки.

Брэдфорд быстро просмотрел листы и, прежде чем подписать, уточнил единственный вопрос:

— Теренс остается?

— Да, — продюсер кивнул. Поймав мой любопытный взгляд, Майк решил пояснить: — Теренс наш штатный папарацци. Дерек уже работал с ним, когда мы устраивали компании по двум другим картинам. Мы познакомим вас позже. Задача Теренса — делать «нелегальные» фото съемочного процесса и актеров, чтобы поддерживать интерес к картине в промежутках между выходом официальных интервью и фотосессий. Так… Дер, вам с ним нужно будет определить, когда встретитесь…

— Да, знаю. Стандартный набор? — Брэдфорд отодвинул от себя бумаги и бросил ручку на стол. — Пляж, спортзал, пробежки?

— Да, неплохо, — Трумен радовался тому, что работает с профессионалом, это было видно по его довольному виду. — Наши ребята провели анализ, было бы неплохо, чтобы ты завел собаку. Это просто какой-то бешенный тренд. Но, на твое усмотрение. Можем приставить к тебе кинолога, брать собаку только по расписанию, когда у вас с Теренсом будут назначены сессии.

У них настолько все продумано? Я вспомнила, как Клэр летом показывала мне какого-то своего очередного любимого актера, который забрал из приюта двух котов, после чего начал выкладывать в сеть целую уйму селфи со своими питомцами. Клэр визжала от восторга над каждой фоткой, умиляясь широтой души. Неужели каждый раз добрые поступки звезд — лишь отличный пиар ход?

— Идем дальше… Рич, Мэри. Вы у нас становитесь парой.

— Что?

— Что?

Я посмотрела на Дерека, который вторил мне своим удивлением. Вот только его тон был пропитан еще и возмущением. Ричард расцвел голливудской улыбкой, от чего возникло понимание. Он знал. Эта та новость, ради которой Рич вернулся пораньше. Да и Брэдфорд был в курсе подобного варианта, вот только теперь не слишком радовался расстановке фигур на доске.

Дерек обратился к Майклу, растеряв остатки доброжелательности.

— Какого хрена он? Я звезда этого фильма!

— Дер, не время включать диву, — заметил Рич, после чего словил на себе недовольный взгляд блондина.

— Дер, ты знаешь, мы изначально предполагали этот вариант развития событий, — признался Майкл, подтверждая мои догадки. — Но ты был помолвлен, так что выбор пал на Ричарда.

— Был, Майк. Сейчас это не так, — процедил сквозь зубы блондин, делая акцент на своем обновленном статусе холостяка.

— Да… Но и обстоятельства несколько… неприятные. Ваш разрыв с Сарой прошел не слишком гладко, а фильму не нужны скандалы.

— С каких пор скандал делает плохую рекламу? — кажется, Дерек уперся рогом в идею, что на месте Рича должен быть он. И почему-то никто не интересуется моим мнением на этот счет.

— Не в этот раз, Дер, — извинился Майкл. — Сара развела целую кампанию по поводу вашего расставания. И мы не хотим, чтобы ее поклонники обвинили Мэри во всех бедах. Ставить ее под удар как минимум нечестно.

О, я точно не хочу связываться с этой психичкой снова. Но то, о чем говорит Трумен… Не так я представляла отношения с Ричем.

— Я не согласен, — категорически заявил Брэдфорд. — У Рича второстепенная роль. Какой смысл делать ставку на эту партию?!

— Дер, уже все решено. И не обсуждается.

— Да ну на хер, — Дерек встал, едва не перевернув свой стул. Переговорную он покинул, громко хлопнув дверью.

— Майк, а вы уверены, что это все вообще надо? — уточнила я. Выступление Дерека мне не понравилось. Неужели его настолько задевало, что в это раз он оказался не на главных ролях?

— Эм, это стандартная тактика. Зрители любят видеть, что любимые герои и в жизни сумели сойтись. Такие новости просто взрывают сеть. Черт, да треть фильмов не выстрела бы, не будь поклонники уверены, что актеры спят друг с другом…

Треть?! Серьезно? Треть?! Да что ж они такое снимают, что продать это можно только с интимными историями от исполнителей главных ролей?

— Мы знаем, что делаем, — Майкл заговорил директорским тоном. — Моя задача сделать этому фильму такую кассу, чтобы каждый из нас мог больше вообще никогда работать. Ваша с Ричем — просто устроить несколько постановочных свиданий, которые «случайно» попадут в объектив фотокамер. Это ничем не отличается от того, что вы делаете здесь, на студии.

Рич взял меня за руку, это происходило под столом. Не будь я настолько возмущена всем происходящим, порадовалась бы. Но все трепетное волнение от долгожданной близости затмило разрывающее сердце непонимание. Играть не только в фильме, но и в реальной жизни? Это как-то… Слишком.

— В любом случае, это не продлится долго. После выхода DVD кампания закончится. Единственное неудобство для вас двоих — ваши реальные отношения с другими партнерами не должны подвергаться огласке. Я бы рекомендовал вообще повременить с подобным. Во избежание скандалов. И штрафов от студии.

Мое лицо вытянулось.

— Этот пункт прописан в договоре.

Договор. И опять все свелось к бумажкам и деньгам. Просто супер.

— Я оставлю вас, чтобы вы обговорили.

Стоило Майку выйти, как я отодвинулась от брюнета, желая понять — как он относится ко всему озвученного.

— Ты знал?

— Догадывался. Еще на старте Майк предупредил, что такой исход возможен. Я не был против, — Рич пожал плечами. — Но не знал, кого они в итоге выберут. Поэтому не хотел форсировать события.

— А как только узнал — начал присылать цветы? Для красивой истории?

— Нет. Это было личное, — возразил Рич. — Не для публики. Ты мне нравишься. Но я не собирался развивать эту тему, не знай наверняка, как все обернется. Не самый лучший вариант запасть на девчонку, а потом смотреть, что она встречается с другим. И я действительно хочу, чтобы для нас с тобой игра в сладкую парочку не было просто игрой. Так что хотел тебе предложить, чтобы все происходило в реале. Согласна?

— Э-м-м… Слушай, по поводу этого…

Я покраснела, испытывая нереальный стыд, собираясь признаться на счет того, что было между нами с Брэдфордом. Это, может, и глупо, зато честно. Меньше всего мне бы хотелось начинать отношения с недомолвок или лжи. Даже если парень моей мечты после такого признания решит умыть руки.

— У вас с Дереком что-то было?

— …. А… — Рич может быть менее понимающим? Со своим добрым взглядом, полным понимания, он становился только идеальнее. — Да.

Ну вот и всё. Я ждала, что в глазах Ричарда вспыхнет разочарование, и мы разойдемся. Мой голубоглазый брюнет будет смиренно исполнять условия договора с подставными свиданиями, но дальше этого у нас ничего так и не зайдет. Но и тут Харрингтон удивил. Выдохнул с улыбкой.

— Дерек здорово взбесился сегодня.

Неужели его не волновало все это? Я же вцепилась в надежду, что еще не все потеряно:

— Я не знаю с чего. Мы с ним сглупили и договорились, что больше этого не повториться. Ни для него, ни для меня это ничего не значило.

— И ты не собираешься давать ему еще шанс?

— Нет!

Конечно нет! Я с самого начала ничего этого не хотела, до сих пор не понимая, как умудрилась так оступиться.

— Тогда не вижу никаких препятствий, почему бы нам с тобой не попробовать.

— Но, — поверить не могу, что все еще пытаюсь отговорить Рича. — Ты же понимаешь, что нам с ним все еще сниматься… И еще остались сцены, где мы будем… Ну…

— Эм, — Рич провел большим пальцем по моей скуле. — Это будет только игра. Главное, что вы оба это понимаете. С Дереком я поговорю.

Черт! Мне не верится. Я буду встречаться с Ричем! По-настоящему… Голова кружилась, я не представляю, сколько еще сложностей предстоит пережить из-за нестандартных обстоятельств, но… Я просто рада, что у нас все еще может что-то получится.

Глава 13 Любовь по-голливудски

Мы сплетали наши пальцы. Смотрели глаза в глаза. И в эти мгновения весь мир останавливался. Никого не существовало, кроме нас.

Вокруг сновали люди, официант подошел к нашему столику, чтобы поставить кувшин с водой, но и он стал лишь блеклой тенью где-то на границе периферического зрения.

— Ты не представляешь, через какой ад я прошел…

— Сильно сомневаюсь, — мой голос был полон скептицизма.

— Я скучал.

Я тоже.

Но этих слов вслух Эмбер не произнесет. Я потупила взор, чуть поджала губы. Не знаю… пыталась представить, каково это, когда тебе изменяют. Удивительно, что моя героиня вообще согласилась на встречу с предателем в кафе.

— Сняли!

Выдохнула с облегчением, мы с Дереком разорвали наше прикосновение, оба готовые перепрыгивать в следующий виток сюжета. Блондин выложил на столик телефон, я достала из сумки сценарий, чтобы среди обведенных красной ручкой абзацев и перечеркнутых страниц, найти нужный текст. В последние дни приходилось работать в сумасшедшем ритме, так что своей памяти я больше не доверяла.

— Как у вас с Ричем? — Дерек спросил небрежно. Сэнди подошла, чтобы протереть ему лицо матирующими салфетками. Сегодня мы играли на открытой площадке. В тщательно выстроенных улочках Нью-Йорка мы обосновались возле фальшивого кафе. Прожектора, которые создавали “правильное” освещение, доставляли забот гримерам. Мы с Дереком будто медленно поджаривались на гриле, словно два цыпленка. И это несмотря на то, что на улице уже смеркалось. В очередной раз съемки затянулись, и постановщикам приходилось искать выходы.

— Не спрашивай.

— Все так плохо? — блондин повернул голову в мою сторону, стоило Сэнди от него отступить. Девушка переключилась на меня, недовольно бурча, что я вновь обкусала губы, стерев практически всю помаду.

— Здесь камер в разы меньше, чем на наших свиданиях.

Я не скрывала своего недовольства. Сил, откровенно говоря, не было, чтобы и в свой перерыв притворяться, что все в порядке. Нас загоняли со съемками. Теперь рабочий день начинался в семь. А учитывая, что мне нужно было добраться до студии, то вставать приходилось в половине шестого. В авральном режиме мы готовились, повторяя диалоги, просматривая наброски сцен и пытаясь успеть хоть немного порепетировать. Затем мы делали пробные прогоны, вносили правки и снимали. И так зачастую до глубокой ночи.

Времени на личную жизнь не оставалось. Но были обязательные встречи для продвижения фильма.

Даже два. Вот только, как верно сказал Майкл Трумен, от работы это мало чем отличалось. С таким плотным расписанием, как у нас с Ричем, мы пересекались исключительно по «рекламным» дням.

Я так ждала нашего первого свидания! Вспоминала великолепный поход в художественную галерею, который Харрингтон устроил для меня в Стокгольме и, вполне естественно, что в своих мечтах представляла себе что-то не менее интересное и нестандартное. Тем более что Лос-Анджелес для меня такой же загадочный и неизученный, как и Скандинавия. Музеи, галереи, концерты, театры…

Но график, продвижение фильма и целая команда профессионалов, решили, что ничего из вышеперечисленного не может стать «достойно» первого совместного появления. Так как у Ричарда Харрингтона сложился определенный образ для его поклонников — простецкий парень, которого запросто можно встретить на улице. И принять за официанта, например.

Так что первое свидание у нас прошло на фудкорте торгового центра. Две больших колы, чизбургеры и картошка фри на двоих. Невероятно неловкое общение, ожидание, пока на телефон придет смс от Теренса с информацией, что он закончил снимать. Я нервничала настолько, что Ричу пришлось несколько раз советовать мне расслабиться. Так что ничего толкового так и не вышло. Мы пообнимались, больше для постановки, чем из-за естественного порыва прикоснуться друг к другу. Рич запустил руку в мои волосы… Даже у школьников свидания не проходят настолько уныло.

— Эй, ты не собираешься отвечать? — я обратила внимание, что у Дерек без остановки вибрирует телефон.

— Это Сара, — блондин толкнул двумя пальцами угол смартфона, заставив того закрутиться.

— Боже, нет! Только не говори, что вы снова вместе!

— М-м-м, тебя это волнует? — Дерек изогнул правую бровь. Опять дразнил. Вообще у моего партнера по съемкам появилась забава — говорить намеками. Причем каждый раз он оставлял простор для размышлений — невинна ли его небрежно брошенная фраза, или Брэдфорд вкладывает в текст тайный смысл.

— Конечно, — я подарила блондину улыбку в ответ. — Это будет, наверное, самый тупой поступок, который ты способен совершить.

— Оу, — Дерек притворно схватился за сердце. — Я уж решил, что кто-то ревнует.

— Издеваешься, да?

— Естественно, — Брэдфорд забрал у меня сценарий. Шустро пробежавшись взглядом, он вернул мне мою копию.

— Так что от тебя хочет эта мегера? — спросила я, надеясь, что не лезу во что-то личное.

— Секса.

Пффф, я подавилась смешком.

— Тебя это удивляет? — Брэдфорд смерил меня строгим взглядом. — Ты единственная, кто отказался от добавки.

— Я бы пошутила, но не буду.

Наверняка скажи я что-то в духе «стараться надо было лучше»… Неизвестно, чем такой ляп закончится. Дерек в последнее время был снисходителен и даже добродушен, но в общении с ним меня не покидало ощущение, что я хожу по струнке. Над пропастью. С двумя гирями на лодыжках и с завязанными глазами. В какой момент из добряка-здоровяка Брэдфорд превратится обратно в мстительную заносчивую задницу — неизвестно.

— Я смотрю, мы тебя совсем испортили. Где смущенный румянец на щеках при упоминании слова на «с»?

— Под слоем штукатурки…

Голливуд портил, с этим даже спорить бесполезно. Причем портил, в первую очередь, личную жизнь.

Стоило в интернете обнародовать фотографии нас с Ричем, как на меня обрушились все последствия. В тот же вечер поползли слухи о картине, где Рич мог подцепить девушку, на следующий — мое имя волновало (а иногда и приводило в бешенство) фанатов рок-группы брюнета. На третий… Интересно, народ вообще знает, что преследование запрещено законов во всех пятидесяти штатах? В случае с журналистами, мне кажется, что нет.

За две недели я сменила уже четвертую гостинцу, потому что папарацци находили мой адрес и сторожили, когда же я появлюсь. Вспышки фотокамер снились в кошмарах. И я с гораздо большим удовольствием иной раз оставалась ночевать своей гримерке, чем пытаться добраться до очередного адреса.

— Устала?

Я посмотрела на Дерека, не знаю… с долей удивления и чего-то типа «Серьезно? Ты заметил?!». Мое состояние было далеко от «усталости». Уставшей я была три дня назад, когда мы снимались одиннадцать часов подряд. Теперь я уже далеко за гранью понятия «усталость». С радостью растеклась бы лужицей по столу, и даже не нашла бы сил попросить, чтобы меня не трогали до утра.

— Рон, — Дерек обратился к нашему режиссеру. — Может закруглимся на сегодня? Сил никаких. Мы же идем с опережением графика?

Мужчина нахмурился, явно недовольный подобным предложением. Его не устраивало то, что студия поменяла планы и теперь заставляла гнать сцены и монтаж, лишь бы поскорее что-то склепать. За последние две недели Рон срывался на всех нас уже четыре раза, с каждым новым всплеском гнева желая откреститься от фильма еще сильнее.

— Я затрахался, — надавил Брэдфорд. — Никто из нас уже не способен нормально работать. Мне нужен отдых.

Ох, Дерек решил разыграть карту «Я тут звезда». Вот уж не думала, что буду рада этому. Со всеми его «летаю только первым классом» и «принесите мне содовую без газа, сегодня меня раздражают пузырьки», мило, что он старается выбить всем нам немного передышки.

— О’кей, сворачиваемся…, - нехотя согласился Рональд, прекрасно понимая, что если Дерек захочет, то закатит настоящий концерт, но все равно добьется своего.

— Спасибо, — произнесла я, поднимаясь на ноги. Потянулась, чтобы немного размять затекшие мышцы. Кровь горячей волной ударила в область лопаток, на секунду голова закружилась.

— Не за что, — блондин подошел ко мне, одергивая на себе темно-синий пиджак. Ему шел этот цвет, отлично подчеркивал легкий бронзовый загар. Глядя на Дерека, самой хотелось попасть в солярий, но нельзя — моя героиня должна оставаться мертвецки бледной.

По контракту у меня вообще было много ограничений. Контроль веса, запрет менять длину волос, если это не согласованно студией, никаких татуировок, загара, слишком яркого макияжа, нельзя появляться на публике в состоянии опьянения и еще очень много пунктов, большинство которых я и не трудилась запоминать, потому что меня они точно коснуться не могли. Это ж я. Тихая, домашняя. Не буду я устраивать драки с репортерами или заниматься экстремальными видами спорта.

— Пойдем, я тебя провожу.

— Да ладно, справлюсь, — я отмахнулась, вот только Дерек упрямо потянул за собой.

— Это же Нью-Йорк, здесь опасно ходить одной.

Я мягко засмеялась.

— Ты ясно перетрудился. Это же только декорации, — напомнила я. — И ты тянешь меня не в ту сторону.

Я была уверена на двести процентов, что наш павильон располагался вверх по восточной улице, в то время как Брэдфорд уводил нас на западную. А это огромный крюк до нашего ангара и моей гримерки.

— Ты можешь перестать упираться? — фальшиво строгим тоном потребовал Дерек. — Я уже привык к безвольной Уилсон, не порть настроение.

Мы удалялись от места съемок, прочь от прожекторов и света. Декорации и без того выглядели невероятно натуральными, но в сгущающихся сумерках город казался настоящим, но покинутым. Я и Дерек — были его единственные гости этой ночью.

— Я просто очень устала. И хочу поскорее переодеться и поехать домой, — призналась я. У меня возникло ощущение дежавю — ночь, одинокий город, мы вдвоем… Словно герои «Наваждения» решили покинуть книгу и прогуляться этим вечером.

— Совсем не радует известность? — будто понимая, спросил блондин.

Мы двигались неспешно, я позволяла Брэдфорду задавать маршрут.

— Мне каждый раз кажется, что я обнажаюсь перед толпой незнакомцев, — склонила голову, испытывая брезгливость. — Не понимаю, как вы с этим живете?

Ричарду нравилось все это внимание. Он с удовольствием останавливался раздавать автографы, позировать для фото. Да и профессия обязывает — то выходить на сцену перед многотысячной толпой, то сниматься в различных шоу.

— Тяжело, — отозвался Дерек, за что получил от меня удивленный взгляд. — Но со временем ко всему привыкаешь. Да и свою плюсы имеются.

— Не уверена…

— Кстати, в этом самом месте когда-то снимался Синатра.

Дерек прибавил шага, оказываясь возле черного фонарного столба. Блондин обхватил его двумя руками и сделал круг.

— Прямо здесь. Танцевал под дождем. А там, — Дерек указал вниз по улице. — Мерлин теряла свой багаж, через улицу «Неспящие в Сиэтле» играли ту самую сцену.

— Ого, — я старалась разглядеть свое окружение, где происходило столько всего. — Ты действительно любишь это всё.

— Ты не представляешь насколько, — кивнул Дерек. — Если отсюда свернуть, то выйдем в джунгли. Там до сих пор «Парк Юрского Периода». Знала, что в первом фильме живые актеры бегали в костюмах? В ночное время в джунглях включают подсветку.

— Здорово, — тихо согласилась я, напрягаясь — зачем Дерек устроил эту экскурсию?

— Если тебя достали папарацци, отличное место, чтобы побыть в тишине и уединении. Если, конечно, не налететь на ночные съемки. Вам с Ричем…

Рич! О черт…

— Какой сегодня день недели?

— Четверг.

— Черт….

Как я могла забыть, что сегодня должна встретится с Ричем?! Мы договаривались еще на прошлой неделе.

— Черт-черт-черт, — я ругалась, пока доставала мобильник. На время работы всегда отключала звук, и… Да. Три пропущенных от Харрингтона. — Прости, мне надо позвонить, — я прикрыла трубку рукой, чтобы предупредить Дерека. — Привет, — выдохнула с облегчением. Очень не хотелось, чтобы Рич думал, что я его продинамила.

— Закончила?

— Ага. Телефон на беззвучке стоял, я пропустила звонки.

— Ну как? Тебя можно забирать?

— Эм-м-м…

— Давай, переодевайся. Я приеду минут через десять.

Рич сбросил звонок.

— Мне пора, — интересно, почему у меня такой извиняющийся тон? — Спасибо за идею. Это действительно то, что надо!

Было немного неловко бросать Дерека одного, но еще хуже — понимать, что с ним я совершенно забыла о своем парне. Плюс мне не хотелось, чтобы Рич лишний раз видел меня с Брэдфордом. Да, он спокойно отнесся к тому, что между нами что-то было. Но лишний раз накалять обстановку не хотелось. Себя на месте Рича я представляла с трудом. Встречаться с человеком, который каждый день притворяется, что любит другого?

Пока нам с брюнетом получалось пересекаться только по рабочим свиданиям, наши с Дереком герои проживали череду самых романтичных моментов, которые Линдси сумела уместить в свой роман. Целая вереница идеальных свиданий, невероятным образом вписанных в сюжет.

Джонас устраивал для Эмбер прогулку верхом по парку, и мы с Дереком потратили несколько часов на то, чтобы снять эту сцену. Я лошадь-то вживую ни разу не видела, и относилась с опаской ко всей затее. Но арендовать робота-лошадь и дорисовывать лишние эффекты на компьютере для меня не собирались. Дерек отлично смотрелся в седле, аристократично держал осанку и, с присущим ему хвастовством, демонстрировал свои навыки. Наворачивал круги, заставляя меня сворачивать шею, в попытках уследить за блондином. А я высоты боюсь, мне было достаточно посмотреть вниз, сидя на лошади, чтобы оцепенеть от ужаса. Момент, когда герой Дерека перетягивал Эмбер из ее седла, чтобы посадить к себе — был один из самых пугающих в моей жизни. Ровно до той секунды, пока Брэдфорд не пустил жеребца в галоп. Я думала, что поседею. Блондин смеялся, пытался вразумить меня, утверждая, что крепко меня держит… Но нам все равно пришлось повторить все это раз семь, пока я смогла взять себя в руки.

У наших героев было свидание на природе, когда мы оба просто валялись на пледе и кормили друг друга свежими фруктами, до тех пор пока «Джонас» не захотел слизнуть с уголка губ «Эмбер» каплю клубничного сока, после чего следовал затяжной поцелуй. Мы с Дереком справились с трех дублей. Он притягивал меня к себе, зарывался руками в мои волосы, мягкая трава немного щекотала кожу, и наши губы встречались. Нежно, без пошлости и необузданной страсти. Легко и уютно, как если бы мы прожили вместе уже десять лет, и в этих прикосновениях хотели ощутить единение душ, а не животное притяжение.

Свидание у ночного бассейна. Сбежав с вечера танцев, Джонас и Эмбер в самом начале романа пробрались к бассейну на пароме. Над ними был лишь стеклянный купол, открывающий вид на скандинавское небо, вокруг — холодная тишина ночной пустоты. Для сцены надули маленький детский бассейн, поставили банкетку, накрытую зеленой тканью, как и все остальное вокруг нас. Потом, на пост-производстве, кадрам придадут нужный вид: появится небо, темное помещение и даже блики света. Мы с Дереком сидели, опустив ноги в воду, иной раз поднимая редкие брызги, смотрели на зеленый фон, держались за руки, отдыхая в объятиях друг друга, и несли какую-то незначительную чушь, как любая парочка при первом знакомстве.

Вечер с танцами на корабле. Когда наши герои впервые встретились и не знали даже имен друг друга, но неспешно двигались под приятную мелодию. Эротичный полумрак, элегантное коктейльное платье, отличный партнер, который вел в танце, поражая своей грацией…

И это все игра на камеру. Я прожила больше романтических моментов, чем иной паре достается за всю жизнь. И все с Дереком бок о бок. По тщательно прописанному сценарию.

Выключались камеры, а у меня оставалось острое желание, чтобы и в реальной жизни произошло нечто подобное. Только настоящее.

Добравшись до своей гримерки, я начала переодеваться. Скинула туфли, после которых ноги ныли, ловко расстегнула пуговицы на рубашке, стянула с себя душащую шмотку и зашвырнула ее на кресло. Телефон зазвонил, когда я прыгала, чтобы влезть в новые джинсы. Тэйт взяла на себя смелость заказать мне одежду, но некоторые выбранные ей модели заставляли помучиться. Я любила свободные вещи, и зауженные джинсы заставляли чувствовать себя аквалангистом.

— Да? — зажала трубку плечом, продевая руки в лонгслив.

— Детка, я почти на месте. Готова?

— Две минуты, — бросив смартфон на стол, я продела голову в горловину. — Я пошти…, - резинка в моих зубах мешала говорить нормально. Быстро заколов волосы в тугой хвост, подняла телефон. — Выхожу.

Мой брюнет ждал меня у входа в съемочный павильон. Несмотря на вечернюю свежесть, Рич был одет легко. Тонкая футболка, легкая кожаная куртка, голубые джинсы, на которых дырок было больше, чем самих джинсов.

— Привет, — рядом с Ричем я ощущала себя глупой школьницей, которая без памяти втюрилась в самого классного парня. Забитая ботаничка и капитан футбольной команды. Он сиял Улыбка, живой взгляд невероятных голубых глаз…

— Привет, — Рич закинул руку ко мне на плечо и притянул к себе. Влажный поцелуй в щеку, я ощутила легкий аромат сигарет и пива. То, что Харрингтон мог иной раз мог выпить я знала. А вот курение — это что-то новенькое. Боже, мы уже две недели как встречаемся, и я даже такой мелочи о нем не знала. — Ну что, сегодня третье свидание?

— Не думаю, что первые два можно считать, — заметила я осторожно. Знаю, что обычно парни ждут, что приличная девушка на третьей встрече даст зеленый свет до последней базы, но… я не чувствовала, что готова.

— Ничего, сегодня мы все наверстаем, — пообещал брюнет. — Ты не представляешь, какую программу я нам придумал.

— Оу… Если честно, я очень устала…

— Отлично, — не унывал Рич, предвкушая веселый вечер. — Тогда развлекательную часть можно пропустить. Поехали сразу ко мне?

— Что?! — жар ударил по щекам. Хотелось воскликнуть «Да за кого ты меня принимаешь?». Но в свете событий с Дереком — язык не повернулся.

— Или к тебе?

О, спасибо, будто это большая разница!

— Ты чего? — Рич, наконец, уловил мое смущение. — О… Я же не имею ввиду ничего такого. Посмотри кино, я сделаю тебе массаж…

— Вообще, я тут подумала… Может просто погуляем? — знаю я эти массажи. Да, лечь в постель и получить немного нежных прикосновений к измученной спине — идеальный вариант. Но пока я не уверена, что нам с Ричем пора двигаться дальше, не хочу рисковать.

— Без проблем. Знаю одно место, тебе понравится. Поехали?

— Может, останемся здесь? Тут так тихо, пообщаемся…

— Я готов общаться где угодно. Открытая книга, детка. Но зависать здесь? Тебе не надоело, целыми днями тут тусить? Поехали…

Я с грустью посмотрела в сторону джунглей. Ну что ж… в следующий раз.

— И куда мы отправимся?

— О, тебе понравится!

* * *

В какой, на хрен, вселенной, мне могло понравиться нечто подобное?

— Тебе стоит отвлечься, — заверил меня Рич, помогая выйти из автомобиля.

Я смотрела на сверкающую вывеску ночного клуба, на шумную очередь на вход и начинала паниковать.

— Давай, — Рич притянул к себе, ободряюще похлопав по плечу. — Смена обстановки еще никому не вредила. Немного музыки — и ты оживешь.

— Боже, Боже, это же Рич Харрингтон!

До меня донесся женский восторженный визг. Одна из девушек в очереди на вход узнала кумира и теперь всеми силами привлекала внимание. К себе и к Ричу. В ушах зазвенело, когда с десяток девиц присоединились к визгу.

— Пожалуйста, можно с вами сфотографироваться?! — они тянули к нам руки, показывая на свои смартфоны. Рич любил это. Он оставил меня, чтобы помочь поклоннице сделать селфи. А затем еще одно и еще. Не понимаю, как такое может нравится? Мне кажется, обезьяны в зоопарке чувствуют себя примерно так же, когда на них приходят поглазеть и бьют по прутьям, лишь бы привлечь внимание.

— Рич, Мэри, — откуда не возьмись появился парень с профессиональной камерой. — Ту-Дей, можно фото?

О, это даже было вежливо. Обычно не предупреждают. Хотя, в данном случае, репортер, скорее всего, просто хотел совместное фото, а Рич отошел слишком далеко от меня.

— Легко, — брюнет, преисполненный игривым настроением, обхватил меня за талию, и впился в мои губы.

Это было неприятно.

Мы с Ричем целовались всего пару раз. В тот вечер, когда двое моих коллег по фильму решили устроить свои странные репетиции. На первом «свидании», когда от нас это требовал Теренс. И сейчас.

У Рича мягкие губы. Чуть обветренные. Для фотографии парень постарался — действительно впился в меня, словно кобра в жертву. Его язык оказался в моем рту раньше, чем я успела понять, что мы вообще целуемся. И закончилось это все раньше, чем я начала получать удовольствие. Вспышка камеры слепила даже через опущенные веки, к горлу подступила тошнота.

Усталость, шумиха делали свое дело.

— Все ребят, на сегодня вам хватит, — Рич не терял своей лучезарной улыбки, когда потянул меня внутрь клуба.

Глава 14. Эротика

Кажется, я ненавижу свою работу.

— Ой, да брось!

— Я что, сейчас вслух жаловалась? — уточнила у своей гримерши.

— И уже не первый раз, детка, — Сэнди спрыснула мое лицо минеральной водой из баллончика. Влага осела микроскопическими точками, даря приятную свежесть. Следом девушка принялась вбивать пудру в мою кожу крупной кисточкой, я же привычно прикрыла глаза. Нехитрые манипуляции, и идеальный ровный тон лица останется со мной до самого вечера. — Не понимаю, что тебе не нравится? Сто процентов женщин на Земле хотели бы оказаться на твоем месте.

— О, думаю, ты сильно преувеличиваешь, — протянула я, вставая с кресла. Посмотрела в зеркало — Сэнди волшебница, как обычно. Идеальные, пусть и едва обозначенные стрелки, немного туши, капелька румян. Макияж абсолютно естественный, что полностью соответствует образу моей героини. И мне нравится.

Сегодня был тот самый день. День Х. Или, точнее сказать, день XXХ.

Нам предстояло снимать эротическую сцену. И это не могло не вызывать во мне бурю эмоций.

Накануне проходила репетиция. Вся команда прекрасно понимала, насколько это щепетильный момент, и насколько аккуратно нужно подходить к его реализации. Ведь, по сути, у любовной драмы с возрастным рейтингом R, сексуальная сцена должна проходить на высшем уровне.

«Наша задача — сделать красивую, нежную и чувственную сцену,» — говорила Линдси, — «нам не нужно второсортное порно».

Сначала мы рассматривали схематические наброски предстоящей сцены. Не знаю, как Линдси себе все это представляет, но я словно пролистала десяток порно-комиксов. От описаний в книге мы отходили очень далеко. Если в романе Джонас и Эмбер просто предались любви, скромно и в одной позиции, то для фильма решили углубиться в Камасутру. После предложенных вариантов мы до хрипоты спорили — Дерек (к моему удивлению) начал заверять, что Эмбер никак не могла позволить Джонасу в их первый раз трахнуть ее по-собачьи, наш продюсер хотел увидеть максимум откровенности и продемонстрировать зрителям минет, я… отстояла право не показывать соски в кадре. После предстояла репетиция. Нас с Дереком загнали на кровать кинг-сайз, и мы, полностью одетые, пробовали, как вся задумка будет смотреться на камеру. Оставалось радоваться — столько дурацких затей откинули! Да, я, черт возьми, зануда, но устраивать акробатические этюды и испытывать свою растяжку — не хотела вовсе.

Как бы там ни было, репетиции это одно. А вот реальные съемки эротики — меня все еще пугали.

— Ты давно видела своего партнера? Брэдфорд просто р-р-р… — Сэнди провела в воздухе рукой, изображая кошку. Поймала себя на мысли, что в очередной раз слишком нагнетаю обстановку. В конце концов, мы же уже целовались с Брэдфордом. Просто на этот раз все будет несколько откровеннее и более обнаженно.

— Ну спасибо, — появления в гримерке блондина было неожиданным, но Сэнди это ничуть не смутило.

— Привет, дорогой, — девушка подмигнула. — А мы тут твое шикарное тело обсуждаем.

— Польщен.

Дерек стоял в проходе, в белом махровом халате, совсем как на мне сейчас, и в кожаных сандалях. Огромная снежно-белая гора с проблесками бронзового загара.

— Ну что, опять будете шептаться? — Сэнди поджала губы, забавно морща нос при этом.

— Позволишь? — промурлыкал Дерек, ласково улыбаясь девушке. Я смотрю, у Брэдфорда сегодня игривое настроение. Иногда он заходил в мою гримерку, чтобы проведать перед стартом очередной сцены. Мог занести какой-нибудь сладкий десерт (спасибо тебе, блин, огромное. Сначала я с упоением наслаждаюсь сахарным безумием, а потом как ошалелая стараюсь на дорожке сжечь лишние калории), или просто поинтересоваться, как мои дела.

С Сэнди он был мягок, но редко снисходил до шутливого флирта. После его хмурого фырчания, мой гример любил пожурить блондина и перемыть ему косточки, когда мы оставались с ней наедине.

— Конечно, здоровяк, — Сэнди обошла мужчину и покинула гримерку.

— Нервничаешь? — Дерек проводил мою помощницу взглядом, после чего плотно закрыл за ней дверь.

— Спрашиваешь?

Я готова была кусать локти от волнения, потому что до сих пор не представляла, как все пройдет.

— Ты же понимаешь, что нам нужно собраться и просто сделать это? — вкрадчиво поинтересовался Дерек. Низкий голос блондина практически вибрировал, напоминая мне… Черт, я покраснела, стоило понять — такой же тембр у Дерека я слышала, когда мы занимались сексом. Хотя, учитывая, что мы будем сегодня изображать, не удивительно, что пикантные воспоминания всплыли в сознании.

— Надо, конечно…, - согласилась. — Но мысль, что потом это всё увидят мои родители — не дает покоя.

— Что ж, об этом надо было думать до того, как подписываешь контракт. Или хотя бы изучишь сценарий, — заметил Дерек.

— Думаю твой совет опоздал на несколько месяцев, — закусила нижнюю губу, обдумывая — спросить или нет? — Скажи…. Ты раньше снимался в… подобных сценах?

Дерек подпер собой стол, складывая руки на груди.

— В этом нет ничего особенного. Тебе даже и делать особо ничего не нужно. Я возьму все на себя, а ты — расслабься.

«И получай удовольствие?» — мысленно поинтересовалась я, хотя вслух ответила:

— Может еще подскажешь как?

— Легко!

Дерек шустро развязал пояс на халате и раскинул полы в стороны, демонстрируя свое обнаженное тело. Обнаженное, накаченное и… кастрированное?

— Прости, а где? — понятия не имею, насколько уместно в такой ситуации смеяться, и я искренне старалась подавить в себе рвущиеся наружу смешки, глядя на гладкий, как у куклы Кена, пах блондина. Но у меня не очень получалось.

— Полегчало? Напряжение схлынуло? — поинтересовался Дерек, не собираясь прикрываться. Мой интерес к его промежности явно польстил блондину.

Интересно, у них с Ричем соревнования проходят? Сначала Харрингтон мне татуировку демонстрировал интересным способом, теперь Брэдфорд «хвастался».

Я подошла ближе, чтобы рассмотреть, что сотворили с блондином.

— Потрогай, не стесняйся, — пригласил Дерек вежливо.

Черт, он мысли мои читает, что ли?

Осторожно проведя пальцем по кубикам пресса вниз, я нащупала едва уловимый бугорок, где начинались тщательно загримированные трусы. Фантастика, что удалось настолько аккуратно зарисовать всякие границы. Думаю, чтобы определить филигранно растушеванные края, придется вставать на колени, брать лампу и как следует попотеть в поисках… Делать я этого, конечно, не собиралась. Но работой мастера восхищала.

— Это ужас, — заметила я. Плотная синтетическая ткань телесного цвета настолько сильно стягивала блондину все в паху, что мне его было жалко. Но улыбку сдержать все-таки не могла.

— Не, ужас — это вот это, — Дерек повернулся, задрал халат, на несколько секунд демонстрируя обратную сторону своего грима.

— Стринги? Серьезно?!

— Да… Задница у меня в кадре должна засветиться в полной красе, — вздохнул Брэдфорд.

— Сочувствую. Кажется, проще было оставить тебя без белья.

Брови Дерека взмыли вверх. Видимо, от меня он подобного предложения услышать не ожидал.

— Ох, я был бы счастлив сниматься без этой херни на своем члене, — признался мужчина. — В этих вопросах я за натуральные съемки. Полностью натуральные. Но студия слишком волнуется о том, что я могу кого-то оскорбить своим стояком.

— Будто он у тебя будет, — хохотнула я, вспоминая, как Дерек хвастался своей профессиональной выдержкой.

Брэдфорд шутку не оценил. Совсем.

— Помнится, когда ты последний раз предполагала нечто подобное, мы все выяснили.

— Я имела ввиду…, - снова начала краснеть, жар смущения ударил по скулам, придавая им легкий румянец. — Ну, ты же говорил, что контролируешь это дело…

— Я тебя понял, — мрачно отозвался Брэдфорд. — Но давай без иронии. Из нас двоих именно ты ко мне домогалась, хватая за всякое, а пояс верности нацепили на меня.

— Я? Хватала тебя?! — возмущению предела не было. — Ты же сам!..

Дерек засмеялся и притянул к себе, по-дружески обнимая за плечи.

— Ну вот, теперь ты не думаешь о том, что нам предстоит снимать. Давай, полчасика — и самое сложное будет позади.

Стоило покинуть гримерку, и я обнаружила, что сегодня в павильоне царила тишина. Обычно в помещении работали десятки людей, но не в этот раз. Даже Линдси не было видно. Вчера автору объяснили всю трепетность предстоящих съемок, так что на площадке присутствовал только необходимый минимум людей.

— Как настрой?

Рон, наш режиссер, ждал около подготовленной сцены. Три стены, нежных розово-персиковых тонах, имитация мансардного окна на улицу. Еще вчера нам показывали, как работает система искусственного дождя, чтобы создать видимость непогоды на улице. Просторная кровать, что стояла в воссозданном гостиничном номере Эмбер уже было декоративно измята. Моя героиня не любила заправлять постель по утрам, да и гостей не ждала. Еще в комнате стоял мольберт, краски, к одной из стен был приставлен холст, натянутый на подрамник. По сюжету, после того, как Эмбер и Джонас проводят ночь вместе, на утро девушка садится за работу, желая запечатлеть спящего актера в своей постели.

Как обычно, в инсценировке было продумано всё до мельчайших деталей. На тумбочке рядом с кроватью в кувшине букет белых гиацинтов, и несколько цветков уже опали, оставаясь лежать возле вазы. При том, что гиацинты были искусственными. В одном углу валялось чуть влажное полотенце, которое «Эмбер» с утра скинула, не удосужившись вернуть в ванную. Даже на расческе, что лежала на столе, остались волосы. Если бы не отсутствие одной из стен, я бы с легкостью решила, что вторглась в чужую комнату.

— Рабочий, — ответил за нас обоих Дерек.

— Окей. Давайте сделаем быстрый прогон, чтобы убедиться, что все помним, — Рональд держал в руках распечатку набросков по согласованной сцене. — Напоминаю, импровизации нам не нужны.

Разглядев на сером ковролине небольшую красную метку, служившую обозначением начала сцены, я отправилась туда, Дерек пошел следом.

— Хорошо, — Рон заглянул в блокнот. — Итак, поцелуи, поцелуи, поворот на третью камеру, — режиссер указал в сторону стационарного объектива в левом верхнем углу сцены. Дерек, устроив свои руки у меня на талии, развернул нас обоих в правильном направлении. — Романтическая чушь, снова поцелуи, — Рональд продолжал листать блокнот. — Камера один, на кровать…

Дерек опустился, увлекая за собой. Я чувствовала себя марионеткой в его руках.

— Двадцать секунд, Джонас кладет Эмбер на кровать, бла-бла-бла…

— Мы все помним, Рон, — заверил Дерек, помогая мне подняться с кровати.

— Отлично, — мужчина кивнул, убирая прочь свои подсказки. — Давайте остановимся на трех дублях. Мы вас не отвлекаем. А вы выдаете высший класс. O’кей?

— Без проблем, — отозвался Брэдфорд, в то время, как меня вновь начинала одолевать тревога.

— Работаем, ребят.

Ух. Начинаем…

— Ты дрожишь, — ладони Брэдфорда легли на мои плечи, большими пальцами он круговыми движениями разминал мышцы. Прикосновения согревали. — Посмотри не меня.

Тихий властный голос успокаивал. Прислушиваясь, я отвлекалась от собственных волнений. Подняла взгляд, встречаясь с нефритово-зелеными глазами блондина.

— Тут только мы, — неправда, конечно, но в эти слова хотелось верить. — Ты и я. И больше ничего не существует.

Почувствовала, как Дерек потянул за пояс на халате. А значит, мы начали работать. Его слова до этого — не сценарий, а попытка избавить меня от мандража, за которые я была благодарна. Брэдфорд будто гипнотизировал меня своим взглядом. Камера с оператором за моей спиной растворялась, оставалась только комната. Нежная, аккуратная, воздушная.

Эмбер и Джонас вернулись в номер девушки после прогулки. На улице начался дикий ливень, они оба промокли до нитки. Эмбер пригласила Джонаса к себе, чтобы тот отогрелся. Предложила принять душ, пользуясь тем, что отель предоставлял два халата на номер.

Халаты, который были сейчас на нас с Дереком.

Молодой человек принял душ, после чего и Эмбер отправилась согреться под горячими струями. Вот только выходя, девушка не думала, что Джонас так и не оденется, что будет ждать ее, стоя возле кровати.

Как мы с Дереком. В этот момент начиналась наша сцена.

Пояс на моем халате был развязан, так что его края разошлись. Тонкая вертикальная полоса кожи оказалась бы видна на камеру, если бы Дерек не прикрывал меня своей широкой спиной. Мужчина протянул руку ко мне, чтобы заправить влажную прядь за ухо. Ладонь скользнула по скуле, затем ниже, на шею.

Это было горячо. Дерек — кусок раскаленной добела стали, когда дело касалось игры в любовь. У него словно имелся какой-то внутренний эквалайзер, на котором в ответственный момент блондин на максимум выкручивал рычаг «секс», заодно задевая «температуру».

Я должна была назвать имя. Но поймала себя на том, что чуть не сказала «Дерек», вместо «Джонас». Но это не остановило моего партнера от того, чтобы продолжить сцену. Возможно, в следующем дубле я не совершу ошибки.

Дерек притянул меня к себе, позволяя нашим губам встретиться.

****

Мэри не удержалась и прикрыла глаза, стоило ее поцеловать. Дерек видел это. Не сразу опустил веки, желая посмотреть.

За прошедшие недели Брэдфорд успел неплохо изучить свою напарницу. Курс «давай останемся друзьями» удавалось держать исправно, особенно при отсутствии других вариантов. И в чем-то Дереку даже нравилось то, что происходило.

Мэри оказалась интересной. Брэдфорду пришлось признать, что первое впечатление о девушке было ошибочно, и сформировалось поспешно. Она была другой, не такой, как женщины, с которыми он привык проводить время или работать. Сдержанная, закрытая, неприметная тихоня, она напоминала раковину, внутри которой скрыт жемчуг. Немного усилий, терпения, времени, и изысканная красота выходит наружу.

Чем больше Мэри привыкала к окружающей обстановке, чем комфортнее себя ощущала, тем больше раскрывалась. С удовольствием шутила, могла поддержать беседу практически на любую тему. Не сбегала, стремясь уединиться, давая возможность подглядеть, насколько скрупулезно подходит к работе над ролью.

Когда съемочный график из условно-размеренного превратился в марафонский забег, Дерек не мог не ценить то, как стойко Мэри держалась, ни разу не подводя команду.

Прикасаясь к девушке сейчас, Брэдфорд знал — она так и не научилась чувствовать грани: когда притворяешься, а когда отдаешься процессу искренне и безгранично. Не умела играть, если речь заходила о чем-то интимном. Мэри впадала в ступор каждый раз, когда им с Дереком приходилось целоваться. Не было у нее в голове рубильника, который позволил бы на хрен отключить совесть, или что там еще не давало девушке действовать механически.

Нет. У Мэри либо включался режим бревна, словно ей стыдно за то, что приходится делать. И с кем. Либо срабатывал режим секс-бомбы — когда тихая скромница выпускала на волю всю страсть, способную выжечь рассудок.

Для «Эмбер» в сегодняшней сцене хватило бы и первого.

Но Дерека такой расклад не слишком устраивал.

Конечно, правильнее было бы выдохнуть и сыграть свою роль.

Но он соскучился по бестии-Мэри. По той, которая могла завести его настолько, что он стиснув зубы, будет искать ее по коттеджу, собираясь трахнуть, наплевав на последствия. По той, которая не выходила из мыслей. По той, с которой никак нельзя воплотить в жизнь то, о чем фантазия Дерека настойчиво просит. Не до тех пор, пока Мэри остается девушкой его друга.

И если эта сцена — единственная возможность получить хотя бы кусочек того, чего так сильно желало тело, Брэдфорд собирался выжать для себя максимум.

Дерек заставил Мэри приоткрыть рот, несильно надавив на подбородок большим пальцем. Пока он только дразнил, не торопился. Едва касаясь кожи подушечкой указательного пальца, провел по тонкой ключице, затем ниже, между грудями, к животу, остановившись лишь там, где начинались кружевные трусики.

Не отходить от плана, но позволять себе чуть больше… Это чертовски непрофессионально, это… нет, это категорически неправильно. Но с этим Дерек разберется потом. Сейчас он просто хотел знать, как далеко может зайти, как далеко получится зайти.

Мгновения растягивались в вечность, когда Мэри была так близко. Когда знаешь, что можешь коснуться, можешь поцеловать, вот-вот завалишь девушку на кровать… Но, на самом деле, не можешь ничего.

Только играть роль.

Двое стояли, ощущая дыхание друг друга. В этом ожидании реальность начинала растворяться.

— Хочу тебя, — текст «Джонаса» застревал песком в горле. Два слова, которые никак не отображают желания самого Дерека. Похоть мужчина мог бы объяснить банальным сексуальным голодом. Но глубоко внутри начинал понимать, что это лишь верхушка айсберга.

Прикосновение двух языков подарило горячую влагу. Дерек запустил одну руку под халат Мэри, устраивая свою ладонь на ее пояснице, притягивая девушку к себе. Затяжной прыжок в игру только начинался, вместе с тщательно отрепетированным танцем страсти. Глубокий поцелуй заводил обоих, Дерек чувствовал, что не у него одного тихо рвет крышу. Мэри раскачивалась вместе с ним. Зарыла пальцы в волосы блондина, отвечала на поцелуй.

Блондин чуть повернулся и начал стягивать с девушки халат. Неспеша, сначала оголил плечи, а потом просто позволил ткани опасть на пол.

На Мэри осталось только белье. И косметика. Дерек оценил комплект. Белое кружево, бледно-розовые бутоны, вышитые по краям лифа. Пуш-ап, который совершенно не был нужен.

Дерек сел матрас, взял Мэри за руки. Снова смотрел в ее глаза.

«Это ни хрена не правильно», — заключил мужчина, понимая, что ему слишком хочется отойти от сценария. Хочется, чтобы Мэри сама развязала пояс на его халате. Хочется, чтобы она разделась перед ним. И чтобы на Дереке не было этих хреновых трусов, которые сдавливают член. Мужчина постарался отстраниться от всего происходящего, пока кровь не прилила к паху, и стояк не начал причинять боль в этих тугих тисках.

Распахнув халат, Дерек откинулся на локтях, приглашая «Эмбер» оседлать его. Мэри нерешительно присоединилась к своему партнеру. Ловко подтянулась на руках, скользнув бедрами по торсу мужчины, чтобы дотянуться до лица Брэдфорда.

Новый поцелуй, с упоительным привкусом лайма и мяты. Мэри знала, что Дерек любит это сочетания, и перед совместными съемками всегда использовала жвачку. И из таких мелочей собирался, словно паззл, образ его «подруги». Взаимное уважение, стремление к комфорту и желание помочь друг другу сделать рабочие будни более приятными.

Не разрывая поцелуя, Дерек поднялся. Его ладони накрыли грудь девушки, несильно сжали. Жесткий лиф не давал прочувствовать пальцам изысканную нежность тонкой кожи, ощущения искажались. Оставляя влажную дорожку из поцелуев, мужчина опускался ниже. Шея, где он мог языком ощутить, как быстро бьется кровь в артерии. Ключица — обязательный атрибут сексуального маршрута, который заканчивается маленькой впадинкой. И еще ниже. Попробовать на вкус кожу, ощутить легкий молочный аромат, когда лицо окажется между грудей. Дерек помнил, какие сладкие соски у Мэри, но сейчас не мог даже убедиться в том, затвердели ли они от этих притворных ласк.

Придержав партнершу за спину, Брэдфорд опустил ее на измятые простыни.

Секундная заминка — лишь для того, чтобы запечатлеть красоту момента.

Растрепанные влажные волосы, горящие возбуждением глаза, припухшие от поцелуев губы.

Они пройдут через это три раза. Трижды Дерек поможет Мэри закинуть на него ноги, устраиваясь уютнее между ее бедер. Трижды он перехватит ее руки, заводя высоко над головой девушки, не сразу давая прикоснуться к себе. Трижды он будет целовать ее так глубоко, как только сможет.

Но только сейчас позволит себе пройтись по внутренней стороне бедра, чтобы остановиться у запретной границы. Заденет двумя пальцами кромку трусиков, желая почувствовать жар возбуждения. Только сейчас он будет целовать без остановки, пока головокружение не доведет обоих до полуобморока. И только сейчас при соприкосновении их тел, не будет думать о том, что это все просто игра.

Глава 15. Дружба

К третьему дублю у меня уже ноги подкашивались.

Дикое биение сердца не удавалось утихомирить никакими уговорами. Глупый орган не понимал, что мы с Дереком просто дурачимся на камеру, а не затягиваем прелюдию.

Кровь пульсировала…. Черт, да везде! Зацелованные припухшие губы, кончики пальцев, низ живота. Если бы не рука Дерека на моей пояснице, я бы упала на колени. Не в порыве страстного желания оказаться рядом с пахом блондина, а из-за того, что ноги были совсем ватными.

Мы опускались на кровать, и на несколько мгновений я чувствовала себя роковой соблазнительницей, которая умеет изящно оседлать горячего жеребца в своей постели. Всегда считала, что я и сексуальность существуем в двух параллельных мирах. Перед зеркалом, во всяком случае, я казалась себе нелепой, если пыталась как-то специально двигаться или выглядеть завлекательнее.

С Дереком же все получалось само собой. Он опрокидывал меня на спину, и я с легкостью обнажала его плечи, становилась гибкой и податливой. Без труда обхватывала накаченный торс мужчины своими ногами, не испытывая при этом дискомфорта.

Даже могла забыться, когда мы начинали имитировать сам секс. Дерек действительно старался. Следил за тем, чтобы мы с ним не касались там, внизу. Мышцы на его руках подрагивали, из-за необходимость постоянно держать вес всего тела. Но несмотря на осторожность блондина, мы все-таки касались друг друга. Иногда. Или я невзначай слишком подтягивала бедра, или терял сноровку, оказываясь слишком близко. И тогда его напряженный член, спрятанный под плотной тканью, дотрагивался до моего… моей… моих трусиков. Только под ними-то скрывалось самое чувственное место.

Я вздрагивала каждый раз, стоило Дереку хлестко пройтись по моему клитору. Не знаю, как у блондина, но мои нервы были на пределе. Хорошо, что таких случайностей практически не повторялось, иначе камеры запечатлели бы мой искренний стон удовольствия. Слава богу, мы были в одежде.

Третий дубль… Черт, если Рон решит, что мы способны показать нечто большее, то я потребую, чтобы наш режиссер поделился своем ярким и невероятным сексуальным опытом.

Когда все закончилось, мы с Дереком лежали на кровати, он обнимал меня со спины. Мы оба тяжело дышали. Конечно, ведь только что у наших героев закончился потрясающий секс. Низ живота тянуло от так и не полученного удовлетворения.

Лежать под одеялом, еще и с горячим мужчиной, было жарко. Брэдфорд дотронулся губами до моего плеча, выжимая романтику по максимуму. Если бы не навязчивая пульсация в области бедер, я бы с облегчением закрыла глаза и попробовала бы вздремнуть.

Вместо этого я повернулась с бока на спину, чтобы взглянуть в глаза блондина. И дождаться, когда нам уже скажут, что мы молодцы и закончили снимать.

— Как ты? — Дерек шепнул совсем тихо, его губы практически не шевелились. Портить отлично отснятую сцену не хотелось. В принципе, звук это не проблема — в любом случае эротическую сцену будут запускать вместе с какой-нибудь песней-хитом, может, нас с Дереком попросят постонать в микрофоны на переозвучке. Но это не значит, что можно начинать болтать, как ни в чем не бывало. В любом случае, без команды режиссера, пока мы оставались только Эмбер и Джонасом.

— Спасибо, — шепнула одними губами и протянула кисть к лицу мужчины. Мне показалось, что нежное прикосновение к щеке — это то, что вполне уместно для моей героини. Дерек чуть прижался к моей ладони, повел головой, чтобы поцеловать ее. Один раз, второй — чуть выше, пальцы с внутренней стороны. И третий — в самые кончики.

Его губы дарили коже немного прохлады.

А взгляд…

Черт. Хотела бы я, чтобы на меня так смотрели. По-настоящему, я имею ввиду, не ради сценки.

У Дерека глаза словно светились нежностью, лаской. Кто-то говорит, что радужка темнеет от возбуждения, но у блондина такого не наблюдается. То ли в книжках врут, то ли Брэдфорд уже умудрился остыть. В последнем случае — завидую. На мне сейчас яичницу можно жарить.

Дерек поднялся на локте и, кажется, собирался наклониться, чтобы поцеловать.

Сердце в груди забилось мотыльком. Глупой бабочкой, которая долбится о стекло, не понимая, что обламывает себе крылья.

Блондин большим пальцем очертил мою скулу. На коже оставалось легкое покалывание от этого прикосновения.

— И-и-и…. Снято.

Хлопушка была простой формальностью. Дань традиции, к которой я давно привыкла. Вроде бы. А сейчас вздрогнула. Закрыла глаза и сразу ощутила холод. Дерек отстранился и жар его тела перестал согревать.

Открыв глаза увидела, что блондин уже натянул на себя халат. Затянул пояс и предложил мне руку, чтобы помочь встать. Один рывок, и я снова рядом с ним, Дерек накинул халат на мои плечи и прижал меня к себе. Поцеловал в макушку, и я почувствовала, что он улыбается.

— Ты молодец, — заверил он, вызывая у меня легкий приступ эйфории.

— Мне еще нужно посмотреть отснятые материалы, — Рон вмешался в наше уединение. — Но думаю, что все отлично. Хорошая работа, вы были на высоте!

Дерек не отпускал, и я радовалась этому. Так было спокойнее. Я успела забыть о своем стеснении, о том, что за нами все это время наблюдали. И вторжение в наш с Брэдфордом мирок чужака стремительно возвращало мою нерешительность на привычное место. А рядом с Дереком было спокойнее.

— Спасибо. Думаю, Линдси останется довольна. Но опять же, нам еще предстоит посмотреть…

— Мы сегодня еще нужны? — перебил Брэдфорд. — Хочется снять с себя пояс верности.

Я улыбнулась.

— Пока свободны, — кивнул Рональд. — Но если возможно — не торопитесь переодеваться. Вдруг потребуется что-то переснять? Не хочу ждать еще два часа, пока вас снова намарафетят.

Мы с Дереком оба недовольно выдохнули. Прекрасно понимала стремление блондина поскорее избавиться от тугих стрингов. Не то чтобы мне когда-либо мешал член между ног, но застрявшая нитка в попе — ощущение не из приятных. Да и после такой жаркой сцены хотелось принять душ, но придется оставаться в халате и ждать вердикта.

— Кофе? — предложил мне Дерек. — Вы же сможете без нас отсмотреть? — поинтересовался он уже у Рона. — Или ты тоже хочешь глянуть? — снова вопрос, адресованный мне.

— Нет, — покачала головой. — Кофе — это отлично.

Не душ, конечно. Но действительно отличный способ отвлечься. Хотя, честно признаться, тело просило не кофе. Ни разу не кофе. Как хорошо, что я взрослая разумная женщина, которая на все сто процентов контролирует свои желания. И я точно не собираюсь вручать бразды правления беспечным гормонам, терять голову или срываться в очередной… умопомрачительный… секс с Брэдфордом.

Нет. Точно нет.

— Ты чего такая красная? — Дерек приложил ладонь к моему лбу. — Нормально себя чувствуешь?

Бьюсь об заклад, что до этой секунды Брэдфорд вообще не представлял, как я умею краснеть. Захотелось спрятать голову в халат, чтобы он не разглядел пятьдесят оттенков стыда и смущения.

— Ты что-то сказал про кофе, — напомнила я, кивая в сторону столика с бойлером.

— Кофе, — подчеркнул Дерек выразительно, — Но не эта бурда. У меня в гримерке есть приличная кофемашина.

О-о-о… нет. В голове так и замигала красная табличка «Опасно!» и завыли сигнальные сирены. Посмотрела на блондина, в эти невинные зеленые глаза, которые… черт, подвоха не улавливаю. Чувствую, нужно очистить мозги от мыслей о сексе, и перестать накручивать себя. И все равно не идти в гримерку к Брэдфорду.

— Не… Я бы лучше прогулялась.

— В таком виде? — Дерек указал на наше с ним облачение. Мда… нижнее белье и белые отельные халаты — не лучший вариант, чтобы выходить на улицу в декабре. Или когда-либо. Мы все-таки дошли до столика с закусками. Блондин налил мне кофе к одноразовый стаканчик и протянул. — Но я не против. Куда хочешь?

Эм-м… Неожиданно. Сказать ему, что я вообще не рассчитывала на то, что он согласится, и просто ляпнула первое, что пришло в голову, лишь бы отмазаться от похода в гримерку?

Хотя, когда в последний раз кто-то соглашался делать то, что хочется мне? Да и просто интересовался моим мнением? Такую возможность нельзя упускать.

— Я так и не попала на экскурсию в джунгли, — призналась, уговаривая свою совесть, что просто хочу погулять, а не мысленно отыграться за провальное свидание с Ричем.

Брэдфорд привычно свел брови на переносице, явно что-то обдумывая.

— Без проблем, — Дерек кивнул и отправил в ведро свой стаканчик, который уже успел опустошить. — Пойду узнаю, что там с отснятым. Собирайся пока.

— Ты серьезно? Может мне хоть подождать, что скажут?

Последние слова пришлось произносить громче, потому что Дерек уже направился искать Рона. Я в гримерку не спешила. Осталась, чтобы допить кофе.

Я только что пригласила Брэдфорда сходить на прогулку. И пыталась услышать голос совести — насколько плох этот поступок относительно Ричарда. С одной стороны — это просто перерыв, который мы с Дереком проведем вместе. Какая разница, мы и так постоянно вместе, ну… в одном помещении, во всяком случае. Или выйти и поболтать немного?

Но что-то все равно подсказывало, что это неправильно.

— Нас отпустили, — Дерек вернулся минут за пять. — Следующие полтора часа мы здесь никому не нужны. Идем?

Ох, к черту муки совести. Это только прогулка.

Чтобы переодеться, много времени не потребовалось. Работа с плотным графиком учит одеваться с невероятной скоростью.

Брэдфорд тоже не заставил себя ждать. Могу представить, с каким рвением он избавлялся от реквизита. Видеть блондина в джинсах, футболке и кожаной куртке было привычнее.

— Сюда, конечно, лучше приходить вечером, — заметил Дерек, надевая солнечные очки и наматывая шарф на шею. — Людей меньше.

— А как же селфи с фанатами и автографы поклонницам? — уточнила, тайно надеясь, что очередные папарацци не помешают заслуженному перерыву.

— Это все нереально надоедает, — отозвался Дерек. — Тишины хочется настолько, что иной раз проще не выходить из дома.

Понимаю.

Мы обогнули здание студии. Солнечный день поднимал настроение, я уже практически забыла о том, чем мы с Дереком занимались буквально двадцать минут назад. Телу возвращался легкость и умиротворение.

— Итак… — протянул Брэдфорд. — Расскажи о себе что-нибудь.

От смущения нервно засмеялась.

— Боже, это еще зачем? — спросила я, растирая руки.

— Просто, — мужчина скривил губы. — Не можем же мы идти молча?

— Строго говоря, можем, — возразила я. Почему-то все равно улыбалась. — Или поболтаем о чем-нибудь… нейтральном.

— Уилсон. Предлагаешь поговорить о погоде?

— Нет… — вот зачем он заставляет меня смущаться? — Просто… Понятия не имею, что можно о себе рассказать. В блокбастерах не снимаюсь, с моделями не сплю…

— Жаль.

— Ой, ха-ха как смешно, — чуть насупилась. — Тебя что-то конкретное интересует?

До декораций доисторических джунглей идти минут пятнадцать. Мы никуда не торопились. Украдкой глянула на своего спутника — Дерек напоминал царя зверей. Высокий, с лениво-вальяжной походкой, светлые волосы взлохмачены.

— Ну… например, почему ты не пьешь?

О, Дерек помнил? Еще один сюрприз от блондина, хотя я и не помню, чтобы ему об этом говорила.

— Не вижу в этом смысла.

— Расслабиться? — подсказал Брэдфорд один из вариантов.

— А если я не напрягаюсь?

— Такого не бывает.

— Представь себе, — погода хоть и была солнечной, но ветер дул достаточно холодный. Пришлось спрятать руки в карманы, чтобы отогреть замерзающие пальцы. — Просто… пить в одиночестве — это какой-то алкоголизм. А в компании? Зачем? Если компания отличная, в ней и без алкоголя будет хорошо. А если тебе требуется выпивка, чтобы вам было комфортно друг с другом, то стоит задуматься — зачем такие отношения?

— А просто ради удовольствия?

Сморщила нос. Ох, сколько раз я с Клэр спорила по этому вопросу. Да и не только с ней.

— Ну не знаю…, - пожала плечами. — Как-то желания не возникало. Уверена, ради удовольствия можно делать кучу других вещей, которые не приведут к циррозу печени или отказу мозгов.

— Безрадостные у меня перспективы.

- Да брось, — в качестве поддержки стукнула Дерека кулаком в плечо. Легонько, чтобы заканчивал изображать из себя страдальца. — Поверь, психованные истерички в женах намного опаснее для здоровья.

Дерек благосклонно засмеялся.

— Чувствую, мне еще долго будет прилетать с той истории.

— Вы еще общаетесь? — закусила губу. По сути, мне без разницы. Это я так, беседу поддержать.

— Ну как сказать… Сара звонит. Все предлагает обратно сойтись…

— А ты?

— Слушаю твои издевки, и понимаю, что если соглашусь — подколов станет намного больше.

— Ты не представляешь, насколько, — я посмеялась. Таким жутким монстром меня еще не выставляли. — Не понимаю, как ты до сих пор не нашел себе какую-нибудь новую грудастую блондинку вот с такими губищами? — старательно изобразила уточку — Уверена, Сара бы тут же отвалила.

— Я настолько поверхностный? — Дерек смерил меня строгим взглядом. — Почему ты считаешь, что мне подойдет именно это?

Не поняла, я что, только что обидела Брэдфорда?

— Ну, мне казалось, что тебя интересуют такие женщины. Роскошные.

— Думаю, кроме внешности должно быть еще что-то. Хочется чего-то более… глубокого.

И новый сюрприз. Черт, а это здорово, когда можно просто идти и узнавать друг о друге что-то. А не мучаться от головной боли в ночном клубе, стараясь перекричать басы.

— Без этого никуда, — согласилась. — Хотя, с таким бешенным ритмом жизни, не представляю, как заводить нормальные отношения.

— Люди как-то справляются.

— Может, когда влюбляешься — все проще. И можно вообще ничего не делать, чтобы что-то получилось.

— Наверное, — невольно отозвался Брэдфорд. — А родители у тебя чем занимаются?

Бодро он меняет скользкие темы на что-то нейтральное. И я только за. Меня полностью устраивало то, что у нас получается настоящая дружеская беседа.

— Папа полицейский. Мама всю жизнь проработала медсестрой.

— Отец из полиции? Ясно, откуда такое строгое воспитание.

— Какое строгое? Он нас баловал, как только мог, — возразила я.

— Нас? — уточнил Дерек. И откуда такая внимательность к деталям?

— Меня и сестер.

— Большая семья?

— Да… А ты один?

— Ага, — кивнул Дерек. — Всегда хотел братьев, но родители решили, что один ребенок — в самый раз.

— Зато ты не знал, что такое донашивать вещи за старшими, — заметила я. — Во всем есть свои плюсы. Хотя, мне все равно нравится, что нас много. Всегда есть поддержка, всегда есть с кем пообщаться. Мне этого не хватает.

— Скучаешь по ним?

— Конечно! В жизни не оставалась одна так надолго. Очень хочу попасть к своим на праздники. Даже билеты взяла. Уже не терпится. Мы каждый год устраиваем барбекю.

— Барбекю? На Рождество? — не поверил Брэдфорд. Готова поклясться, что заметила, как он споткнулся, от удивления перестав следить за тем, куда идет.

— Да! — вспоминать о доме было приятно. На кончике языка появлялся вкус праздника, меня будто окутывало теплое уютное одеяло. — Еще с детства пошло. Маме как-то пришлось работать в Рождество, а отец только с грилем и умел обращаться. У нас был выбор — фирменные ребрышки или обед из микроволновки. Само собой, на следующий год это стало обязательным атрибутом праздника.

— И что, вы просто разгребаете сугробы…

— Типа того, — кивнула, заливаясь смехом. — Мы обычно лепим снеговиков, соревнуясь — у кого выше, отец занимается едой. Звучит, может, не очень, но на самом деле весело.

— Здорово, — ответил блондин. — Реально.

— Ага, еще скажи, что твои праздники проходят хуже.

— По-разному…

Я ждала, что Дерек продолжит, но блондин, видимо, делиться не собирался. Разговор получался немного односторонним, но даже это не напрягало. Мне было легко, весело и просто приятно.

Как не было давно.

Как должно быть с Ричем, когда мы с ним пересекались. Но нет. Харрингтон и половины не знал, из того, что я рассказала Дереку. Хуже того — даже не интересовался. И пора себе признаться — такое отношение мне нравится. Такие отношения меня не устраивают.

— О чем задумалась?

— Да так… Не обращай внимания.

Глава 16. Ужин

Черт, черт, черт, черт….

Я бежала по зданию аэропорта, волоча за собой багаж. Чемоданчик на маленьких колесиках, то и дело норовил перевернуться, и мне приходилось на ходу поправлять его, чтобы не терять времени. Недавно купленный, он уже оказался исцарапан. Я умудрилась уронить его на асфальт, когда выходила из такси, и сейчас, пока спешила протаскивала по полу, если он заваливался на бок.

В аэропорту было добрых две сотни стоек регистрации и, естественно, нужные мне располагались на максимальном удалении от входа. Мало того, что я едва поймала себе такси, мало того, что трафик на дороге был просто отвратительный. Нет, нужно еще и стойки запрятать бог знает куда.

Наконец, отыскав желто-синие логотипы Дельты, я вздохнула с облегчением. Разглядев свободное окно, направилась туда, переводя дыхание.

— Добрый день, — распечатанный билет и паспорт были наготове, их я протянула молодому человеку за стойкой. Синий пиджачок с маленькой именной биркой. Бледная кожа, словно парнишку за пределы аэропорта никогда не выпускали. Я приготовилась мило улыбаться сотруднику Майку, лишь бы мне простили опоздание. — Я немного задержалась…

Парень начал забивать информацию в компьютер.

— Мэм, регистрация на ваш рейс уже закончена.

— Да, я знаю, — нервно постучала по столу. — Но, может, можно что-то сделать?

— Боюсь нет, — Майк отрицательно покачал головой и вернул мне документы. — Регистрация закончилась двадцать минут назад. Вам следовало явиться в аэропорт заранее.

А то я не знаю… Если бы все зависело только от меня, я бы приехала в аэропорт часа за три до вылета. Если не за четыре. Мне проще посидеть у терминала лишние пару часиков, чем переживать — успею ли оказаться в аэропорту вовремя. Но, увы, своим временем я не вольна распоряжаться. За сегодняшнее опоздание — отдельное спасибо Ричу.

— И все-таки, какие есть варианты? Мне очень нужно попасть в Чикаго.

— Я посмотрю, — сотрудник Дельты снова застучал пальцами по клавиатуре.

— Любой рейс подойдет, — добавила я, чувствуя, что придется раскошелиться. Кредитка наготове.

— Сожалению, но билетов нет.

— Что значит — «нет»? — уточнила, стараясь сохранять улыбку. — Даже бизнес-класс?

— Извините, все раскуплено, — Майк развел руками. — Прямые рейсы есть во вторник.

Еще три дня? Вы издеваетесь?!

— А с пересадкой? — сохраняла оптимизм, но понимала, что выходные летят ко всем чертям. Вот и кто после этого скажет, что мне по жизни везет?

— Простите, — парень опустил взгляд. — Не вижу никаких вариантов. Билетов нет.

— Уверены?

— Можно попробовать автобусы, — предложил Майк. — Еще в нашем аэропорту есть сервис по прокату автомобилей.

— Э-м-м… Ладно, спасибо…

Забрала паспорт. Ненужный билет отправился в мусорную корзину, я отошла в сторону, чтобы не задерживать очередь.

Машина? Отличная, блин, идея. Как будто я сяду за руль и помчу через всю страну… Не, в одиночку я просто не справлюсь. Автобус? Надо попробовать.

На тело навалилась какая-то неимоверная усталость. Тяжелый график, уйма забот, попытка улететь домой. Мышцы гудели, сложилось впечатление, что у меня в чемодане не одежда, а бетонные блоки. Добрела до ближайшего столика и упала на металлический стул. Что за кафе это было — даже не посмотрела. Пришлось стянуть с себя шарф, а то становилось слишком жарко. Достала телефон, с целью прозвонить автобусные станции.

Почти сорок минут ушло на то, чтобы найти в интернете номера вокзалов, обзвонить их, услышать, что билетов нет. Я могла уехать, но к тому моменту, как окажусь в Чикаго, мне нужно будет уже вылетать обратно.

И это только начало. Вишенкой на торте стало то, что я даже отель себе найти не могу, чтобы остаться в этом гребанном городе.

Пролистала несколько букингов — везде все по нулям. Как человек, который привык отмечать Рождество в семейном кругу, я не могла представить, что в этот день туристы устремятся в город обмана.

Просто шикарно…

Я положила телефон и растерла лицо руками.

Отлично. Просто, блин, отлично.

И что теперь?

Нет, понятно, что в первую очередь пришлось позвонить родителям и сказать, что я не приеду.

Мама плакала. И от этого у меня самой в носу защипало. Пришлось как следует задрать голову и проморгаться, чтобы не пустить слезу. Я так давно их не видела… Оставалось надеяться, что мы действительно скоро закончим снимать, и я вернусь домой.

Вопрос номер два, который следовало решить — как не ночевать на улице и не в аэропорту. Подняла трубку и набрала единственный номер, который пришел в голову.

— Дерек? Привет…

— Что-то нужно? — ответ получился несколько грубым, пусть блондин и попал в точку. Мы оба знаем, что просто так я бы вряд ли ему набрала. Одно дело по-дружески поболтать в перерыве между сценами, вместе выпить кофе. Другое — вторгаться в личное пространство, когда у всех наступили долгожданные выходные. Я бы точно не обрадовалась, если бы мне с работы сейчас позвонили.

— Прости, что беспокою. Хотела спросить — у тебя пентхаус свободен?

— Нет, — отрезал Брэдфорд безразличным тоном. Коротко и хлестко, обрубая всякую надежду.

— А… Ну ладно, еще раз прости, что отвлекла. Хороших выходных.

Хотела уже сбросить вызов, начала прикидывать еще возможные варианты — наверняка можно посмотреть мотели где-нибудь на окраине, только Дерек отвлек:

— У тебя что-то случилось? — в трубку было отчетливо слышно, как мужчина сел или лег, заскрипела кожаная обивка. Голос блондина стал настороженным. Конечно, не каждый день кто-то спрашивает про пентхаус.

— Нет… — не хотела вешать на него свои проблемы. Но… сама же позвонила? — …Да. В общем, я опоздала на свой самолет. Билетов на другие рейсы нет до вторника…

«Так что я пролетела со своим семейным барбекю, о котором мечтала последние несколько дней».

— … А из-за праздников гостиницы забиты. Так что я подумала, что если у тебя есть свободная квартира…

— Нет, прости. Пентхаус я продал. Но можешь приехать ко мне.

Закусила щеку, прикидывая, что хуже — испортить праздники не только себе, но и Дереку, или в Рождество шататься по улицам, не имея крыши над головой.

— Не уверена, что это удобно. Не хочу мешать твоим планам.

— Брось, Уилсон, — я даже выдохнула с облегчением. Соглашаться на предложение, которые сделали исключительно из вежливости — грубо. Навязываться плохо, но раз Дерек настаивает… — У меня есть лишняя спальня, а из планов — только напиться.

— Что так?

— Сегодня должна была состояться свадьба, — сообщил Дерек лениво. Так и чувствовала, что он сейчас вытягивается, как кот, на диване, подпирает голову рукой, так что около скулы образовалась складка. В такой фантазии Брэдфорд казался настоящим домоседом.

— На Рождество? Оу-у, — я приторно застонала. — Это так мило!

Он же сам будто хочет, чтобы его подразнили.

— Так что лучше приезжай, — в голосе Дерека зазвучали смешинки. — А то я напьюсь, меня накроет ностальгия… возьмусь звонить Саре…А как мой друг ты не можешь позволить мне та-а-ак облажаться.

— Так. Стой, — притормозила я блондина. — Мне реально негде ночевать, так что можешь не уговаривать.

— Отлично. Откуда тебя забрать?

— Ты же выпил? — напомнила я Дереку, не собираясь становиться виновницей того, что он разобьется на своем мотоцикле, если сядет за руль пьяным.

— Еще не начал.

— Но все равно, не стоит. Я сама подъеду. Скинешь адрес?

* * *

В такси было время чуть успокоиться и выдохнуть.

День с самого утра не задался, не знаю, на что я рассчитывала. Мы вообще не должны были сегодня работать. Но сначала Рич пару дней назад не явился на площадку, потому что задержался в Германии. Потом он приехал и мы начали снимать.

И это были худшие два за весь период.

Когда мы работали в Стокгольме, я обожала, как Рич умел разряжать обстановку на площадке. Немного шуток, пусть и ценой нескольких сорванных дублей. Но мне это помогало — снимало напряжение, позволяло отвлечься.

Теперь же его дурачества больше раздражали. Я стала замечать, как вся команда, измотанная за прошедшие недели, недовольна очередным испорченным дублем. Как все новые шуточки и желания получать удовольствие от процесса, затягивают рабочий день на несколько часов. И отвлекают. Хочется верить, что уроки актерского мастерства, репетиции с тренером, упражнения на концентрацию, мимику, дыхание помогали мне расти, учили вживаться в роль чуть глубже, чувствовать свою героиню, быть ей. Мы все торопились, ни у меня, ни у команды не было времени, пока я возьмусь и настроюсь.

Точно так же, как не было времени на шуточки Ричарда и сорванные благодаря им дубли. Но человек-праздник, видимо, этого не понимал.

Прислонилось виском к окошку. На солнце стекло нагрелось, и теперь приятно отдавало тепло коже.

«Человек-праздник», — с недовольством повторила про себя. Я восторгаюсь способностью Рича всегда оставаться на позитивной волне, но, черт возьми, как же это выматывает!

Два дня бок о бок, а мне хотелось сбежать от Харрингтона, чтобы не видеть. И я очень надеялась, что поездка к родителям станет тем самым глотком свободы. Ага… от еду, дышу свежим воздухом.

Из-за выкрутасов Рича график поехал, вместо выходного — мы опять сегодня собирались на студии. Я отработала сольные эпизоды. А Рич не приехал. Забыл сообщить, что у него концерт в Ванкувере, и еще с утра он вылетел туда. Мы все зазря прождали Харрингтона, я опоздала на самолет и…

— Приехали, мэм, — водитель выдернул меня из раздумий, легко постучав по разделительному пластику. — С вас восемьдесят шесть долларов.

— Спасибо, платеж уже списали, — показала экран, на котором горело подтверждение оплаты с карты.

То, что мы приехали к небольшому особняку, я не удивилась. Ко всему привыкнуть можно. Разве что я ожидала, что домик будет раза в четыре больше. Брэдфорду же всего мало, должно быть все по высшему разряду. А я наблюдала только скромный трехэтажный домик. Где-то там далеко, за забором.

Нажала на кнопку коннектора. Наверняка где-то сверху стояла камера, которая следила, чтобы чужаки не пытались вломиться на территорию супер-звезды.

— Привет, — немного искаженный, но все-таки вполне узнаваемый, голос Дерека зазвучал из крошечного динамика. — Как добралась?

— Прекрасно. Вот стою, дышу свежим воздухом.

— Как погода?

— Ты серьезно собираешься говорить о погоде?

— Разве что совсем чуть-чуть.

Застонала.

— Дер, мне шутники за сегодня уже порядком надоели. А до твоего дома еще половину дня отсюда топать. Открывай.

Створки ворот начали медленно разъезжаться, и я юркнула на частную территорию. Конечно, про пеший маршрут продолжительностью в несколько часов я преувеличила, Но прогуляться, конечно, пришлось. Здание стояло на удалении от границ территории. Думаю таким образом Дерек мог не волноваться по поводу того, что папарацци будут вторгаться в личную жизни.

Брэдфорд уже вышел на крыльцо, чтобы встретить незапланированного гостя. На фоне черного гранита, мужчина казался золотым львом, который встречал чужаков на своей земле. Длинные светлые волосы, бежевые брюки, белая футболка, настолько тесная, что каждый мускул виден.

— Красиво у тебя тут, — прикрывая рукой глаза от солнца, поприветствовала хозяина.

Не очень разбираюсь в ландшафтном дизайне, но мне нравилось, что вокруг дома оставалось много открытого пространства, разбавленное невысокими декоративными кустами и клумбами. Ни тебе пафосных и вульгарных статуй, неуместных фонтанов или прочей кричащей роскоши.

Дерек подхватил мой багаж, стоило мне закончить подъем по ступенькам.

— Спасибо. Пойдем, покажу дом.

Миновав широкую застекленную дверь мы попали в просторный холл. Белые стены, с вертикальными панелями из светлого дерева, на противоположном конце зала — выход на крытую террасу. В зале — несколько диванов с серой обивкой, составленных вокруг камина. Интересно, он действительно работает? Во всяком случае круглая чаша с углем смотрелась внушительно.

— Классно, — это место мне нравилось больше, чем пентхаус. Светлое, живое.

— Там кухня, — Дерек показал куда-то влево. — Там — библиотека, кабинет, игровая, спортзал.

— У тебя есть игровая? — спросила я, помня некоторых книжных персонажей, которые настолько купались в деньгах, что устраивали себе комнаты для извращений.

— Икс-бокс, сони, ви, — перечислил Дерек, от чего я выдохнула с облегчением.

Брэдфорд повел меня к лестнице.

— Второй этаж в твоем распоряжении.

Серый коридор с подсветкой под самым потолком, черный ковролин. Здесь уже не было так много простора, несколько дверей, скорее всего, ведущих в комнаты отдыха.

Мы остановились у одной из таких дверей.

— Спальня. На другом конце есть кинотеатр, если будет скучно. Я буду на первом, если что-то потребуется — не стесняйся.

— Думала, что тебя нужно спасать от тоски, — напомнила я страдальцу о его большой трагедии под Рождество.

— Большой мальчик, справлюсь. Отдыхай, — Дерек оставил чемодан с моими вещами у двери. И удалился.

Черт, все-таки я навязалась.

Неловко как-то. Но спать в аэропорту или каком-нибудь богом забытом придорожном отеле, чтобы не испытывать муки совести, я не готова.

В выделенной мне спальне я просидела около часа. Было непривычно просто лежать и расслабляться, никуда не спешить, ничего не зубрить, ни о чем не думать. Ничего не делать. Позвонила родителям еще раз, списалась с Клэр, которая требовала от меня фотографий обнаженного Харрингтона. (которых у меня не было и которые я бы все равно не отправила). Пыталась почитать, но в какой-то момент поняла, что просто пролистываю страницу за страницей, совершенно не вникая в смысл написанного.

Проверила время.

Вау.

Меня хватило только на час.

Весь организм требовал заняться хоть чем-нибудь.

Поесть, например.

На первый этаж я спускалась тихонечко, планируя не нарушать покоя хозяина дома. Пусть «большой мальчик» развлекается, не собираюсь ему мешать.

Где там кухня он говорил?

— Тебе не обязательно красться, как мышка.

Голос Дерека из гостиной заставил вздрогнуть и замереть на месте. Блондин развалился на одном из диванов и, видимо, читал, пока не отвлекся на мое присутствие.

— Думала перекусить, — покрутив головой, я вспомнила, в какой стороне находится кухня.

— Можно заказать чего-нибудь, — предложил Брэдфорд, поднимаясь. Я уже юркнула по коридору, собираясь проверить содержимое холодильника.

— Там на столе есть пара листовок, привезут быстро.

— Издеваешься? — на полках места не было, холодильник буквально ломился от еды. — У тебя полный холодильник!

— Я отпустил повара на сегодня, — сообщил мужчина, несколько извиняющимся тоном. Услышала, как Дерек отодвинул табурет, а я продолжала осматривать имеющиеся продукты. Здесь было всё! Всё, что я могла пожелать, и даже больше.

— Ну и что? — бросила быстрый взгляд на блондина. — Я могу что-нибудь приготовить.

Со всеми этими съемками, переездами по отелям я жутко соскучилась по домашней еде. Сэндвичи на площадке, замороженные полуфабрикаты на ужин. Иногда заказывала обслуживание в номер, но это далеко от настоящей домашней стряпни.

— Филе миньон или прочих изысков не обещаю. Но получится съедобно.

Дерек сложил руки на столе и посмотрел на меня.

— Обойдемся без изысков, — сказал он. — И заканчивай эти подколы. Я обычный, простой парень.

— Простой парень, — я выложила на стол курицу, сыр, пару сладких перцев. — Где у тебя лежат ножи?

— Понятия не имею.

— Ясно… — я указала на ящики. — Не против?

— Чувствуй себя как дома, — пригласил Дерек. Кажется, он готовился стать зрителем на шоу «лучший домашний повар Америки». Ну и пусть. Если я где-то и чувствовала себя уверенно, так это возле плиты.

— Что будешь готовить?

— А что ты хочешь?

— А что ты можешь?

— Мы так ни к чему не придем, — заметила я. Открыв очередной ящик, я, наконец, обнаружила ножи. Разделочная доска уже лежала на столе. Вскрыв упаковку с куриным филе, сделала несколько глубоких надрезов на грудках, чтобы специи быстрее впитались в мясо.

— Макароны с сыром? — предложил Дерек, вытягиваясь на столе. Вот точно ленивый котяра.

— Сколько тебе лет? — поинтересовалась, пока пошла ставить кипятиться воду.

— Да брось, их все любят.

— О’кей, но посуду потом сам моешь. И поможешь сыр натереть.

Уверена, что где-то здесь можно найти комбайн, но у Брэдфорда спрашивать бесполезно.

Полка со специями висела на видном месте, я растерла грудки эстрагоном и мускатным орехом и черным перцем. Оставила томиться, сковородка уже грелась. Быстро порезала лук-порей, сладкий перец и шампиньоны. Вода закипела, я чуть подсолила ее и закинула макароны.

— Расскажешь, как умудрилась пропустить самолет?

— Задержалась на съемках.

Дерек отлично справлялся со своей частью готовки. Гора натертого сыра росла, несмотря на то что блондин по чуть-чуть из нее подъедал.

— Сегодня снимали? Я думал у всех выходной.

— Ага… — я недовольно помычала. Курица была отправлена на сковородку, и я аккуратно приподнимала ее лопаткой, желая увидеть золотистую корочку. — Я тоже так думала. Но стараниями Рича мне опять сместили график.

Дерек хмыкнул, и я повернулась, чтобы посмотреть — с чего такая реакция. Выразительно приподняла бровь, демонстрируя блондину, что хочу услышать, что его так позабавило.

— Теперь понимаешь, как тяжело работать, когда на площадке страдают херней?

О да…

— Ты поэтому ходил с вечно недовольной рожей? — отвернулась обратно к сковородке. К курице добавила овощи и чуть сбрызнула маслом. — Хотя, что я спрашиваю… Это отстой. Что-то пытаешься делать, стараешься. А один приходит и все своими смешуточками…

Тихо зарычала.

— Ага. Только ты в этом котле варишься пару месяцев, а я полжизни вкалываю. Почему не поговоришь с Ричем? У вас же типа отношения.

Чуть сковородку не уронила.

— О да. У нас действительно «типа» отношения, — помешала овощи, слишком резко. Залила все сливками, так что немного расплескалось на плиту. — Прости. Не то чтобы хочу жаловаться… Но… Это невозможно.

Не хотела поворачиваться лицом к Дереку. Так вроде как душу сковородке изливаю.

— Каждая встреча под прицелами камер, ни поговорить нормально, ни… Черт. Я просто так не могу. Это слишком… сложно. Отношения на публику это не мое.

— Понимаю.

— Просто, — кажется, меня немного понесло. Действительно хотелось выговориться. — Я чувствую себя обманутой. Сначала начиталась романтической чуши, напредставляла себе, что и Рич будет таким… Со всеми этими цветами, записками… Только все не клеится настолько, что отношений хуже — представить сложно. А я их даже разорвать не могу. Потому что у меня «а» — контракт, и «б» — парень вечно недоступен и находится бог знает где.

К тому моменту, как я закончила, две тарелки с ужином стояли на столе. Море сыра, море сливок. Блюда дымились, Дереку я специально положила побольше — переживала, что этому здоровяку будет мало. Нашла приборы, салфетки, и кое-как сервировала кухонный островок. Притянула поближе табурет и села.

— В общем, чувствую себя идиоткой…, - посмотрела, как Дерек разрезает курочку и насаживает первый кусок на вилку. — Но хватит обо мне.

— Хочешь послушать какой я идиот?

— Для начала, — улыбнулась.

— Спрашивай. Я открытая книга.

Интересно, что бы такого спросить? На ум ничего не приходило.

— Ты очень мило закусываешь губу, когда пытаешься что-то придумать, — Дерек улыбался, и от его внимания с сильно смутилась. Щеки зарделись, взгляд опустила.

— О, знаю! — маленький чертенок на моем плече злобно потирал руки. — Самая худшая роль, которую тебе пришлось играть?

Дерек жевал, поэтому активно замахал руками.

— Нет. Нет, эту тайну я унесу в могилу.

— Да брось! — подначила я. — Какая тайна, если кино посмотрели, я не знаю, пара миллионов людей?

— Тот фильм был просто ужасен, — заявил Брэдфорд, только сильнее подливая масла в огонь моего любопытства.

— Мою худшую роль ты видел, — напомнила я. — Могу открыть твою фильмографию, и просто перечислять фильмы, а ты только кивни.

Дерек усмехнулся.

— Ты не найдешь этот фильм в списке.

Черт, это действительно любопытно.

— Ты работал под псевдонимом? Какой-нибудь малобюджетный ужастик, где тебя убивают в первые пятнадцать секунд?

— Ну, вообще финансирование у фильма было очень приличное. И он даже какие-то награды выигрывал…

У него даже провальные работы находят признания у публики? Поразительно. Настоящий золотой мальчик, не иначе.

— Ну скажи… — протянула я умоляюще, даже губки надула. Клэр всегда так делала, когда чего-то хотела.

Дерек закончил с ужином и понес тарелку в раковину.

— В принципе… — мужчина бросил на меня лукавый взгляд. — Могу показать, у меня вроде сохранилась копия. Если хочешь.

— Конечно хочу!

Я не осилила и половины того, что положила себе. Еда получилась сытной, и я с удовольствием позже подогрею себе остатки. А вот посмотреть творческий провал Брэдфорда — нужно прямо сейчас.

— Только у меня есть условия, — продолжил Дерек. Он сполоснул свою тарелку и загрузил ее в посудомоечную машину.

— Если этот фильм настолько плох, то я согласна почти на все.

— Ты не будешь издеваться, — Дерек оперся руками о стол, заняв собой почти весь проход от кухонного островка до холодильника.

— Нет! Как я могу? — пришлось втискиваться, чтобы убрать остатки еды.

— Так не пойдет.

— Ну ладно, могу пообещать, что найду за что похвалить это кино, — пообещала я, сдувая прядь волос с лица. Закончив с холодильником, я скопировала позу Дерека, так что теперь мы стояли, глядя друг на друга.

— Мне понравился ужин, — заметил мужчина. — Потом приготовишь еще чего-нибудь?

— Да без проблем. Пойдем смотреть кино?

Глава 17. Венский*бал

Дерек тянул время как только мог.

Сначала не выпустил с кухни, пока мы с ним не приготовили огромную миску попкорна. Тот еще квест. Блондин болтал и болтал, отвлекая меня. Я привыкла к воздушной кукурузе из микроволновки, а вот готовить на плите еще не приходилось. Поэтому случайно вскрыла упаковку, а отвлекаясь на Дерека — не накрыла сковородку вовремя крышкой. Устроила небольшой артобстрел, так что завтра еще и уборку устраивать. Если, конечно, у мистера Брэдфорда в штате не припасена горничная, которая готова прийти в праздники, чтобы убрать бардак, что мы устроили.

После основательной готовки попкорна, Дерек, словно издеваясь, бесконечно долго искал диск с фильмом. Я успела оценить внушительную библиотеку актера. Честно признаюсь, не думала, что Брэдфорд из любителей посидеть за книгой. Да и двадцать первый век на дворе, мало кто тратиться на бумажные издания. После библиотеки Дерек перерыл весь свой кабинет, пока не выудил с одной из полок черную плоскую коробку.

— Даже обложки нет? — я покрутила коробку. Чуть потертая, треснувшая в одном месте.

— Потерялась, — пожал плечами мужчина. — Идем, кинотеатр на втором этаже.

Честно признаюсь, что от кинотеатра я ожидала просто большой экран и отличные колонки по всей комнате. Но у Дерека был настоящий кинотеатр.

Большой зал, на узкой стене которого был растянут белый экран, на противоположном конце — стоял проектор. А между ними — три пары широких то ли диванов, на каждом из которых можно было вытянуться в полный рост, да и поместились бы на них человек по пять. Темно-красный бархат на обивке, приглушенный свет. Как будто реально в кино пошли.

— Любишь собираться большими компаниями?

Дерек поднялся к проектору и прочей технике, чтобы запустить фильм. Тем временем я устроилась на одном из диванов. Забралась с ногами, накидала подушек под спину. Удобно. Если бы во всех кинотеатрах были такие диваны, чтобы кино можно было смотреть лежа!

— Мне нравится иметь возможность собрать компанию так, чтобы всем хватило места, — Дерек запрыгнул ко мне, еда на перевернув миску с попкорном.

— Тебе сюда не хватает автомата с напитками.

— Он в ремонте, — ответил блондин. Не поняла — шутит он, или говорит серьезно. Но да ладно, я готовилась смотреть на самый большой провал в актерской карьере Брэдфорда.

На экране появились первые титры, с помощью пульта блондин окончательно погасил свет в зале.

— «Венский*бал»? — я прочла название вслух.

— Ш-ш-ш, — Дерек взял из миски несколько попкорин. — В кино не разговаривают.

— Мы тут один, — прошептала я, поворачивая голову. — Что за звездочка в названии?

— Смотри.

— Эта какая-нибудь историческая драма? — не могу молчать. На экране появились красивые виды — Прованс, ухоженные сады, ведущие к старинному замку. По аллеями в сторону здания шли гости — женщины в пышных платьях, джентльмены в черных камзолах.

— Вроде того.

— Люблю такие, — подтянулась, готовая вникать в дворцовые интриги. — О, это ты?

На экране появился высокий блондин. На его лице была маска, и Дерек слабо угадывался в экранном персонаже. Другая стрижка, почти скрытое лицо. Если бы не стремление узнать коллегу, я бы и не обратила внимания.

— Угу, — подтвердил мою догадку Дерек.

Заиграл вальс, герой Брэдфорда закружил в танце прекрасную незнакомку.

— Это немое кино? — поинтересовалась я у мужчины.

— Ты понимаешь насколько ужасно с тобой смотреть фильмы? — Дерек прошептал фразу, чуть склонившись к моему уху. Теплое дыхание защекотало кожу на моей шее, мурашки пробежали вниз по спине.

Пусть бурчит. Я знаю, что он не всерьез ругается. На лице блондина сохранялась мягкая, немного загадочная улыбка.

— Не знаю, чего тебе не нравится, — произнесла я тихо. От экрана взгляда не отрывала, а вот голову снова повернула в сторону Дерека. — Достоверность, конечно, хромает, но этим многие страдают.

Костюмы у танцующих девушек были красивые, но заметно, что эпохи сильно спутаны — в зале мелькали платья сразу из нескольких веков.

— Здесь еще и любовная линия есть? — персонажи на экране откровенно флиртовали друг с другом.

— О, она здесь основная, — лукаво ответил Дерек.

Двое главных героев решили сбежать с бала. Стоило им покинуть залу, как они попали в пустую комнату с огромной кроватью. Начинаю чуть лучше понимать недовольство Дерека по поводу картины. Монтаж отвратительный, киноляпов только за первые несколько минут уже наберется десяток. Но я обещала не издеваться, так что смиренно держала язык за зубами. Как бы ни был отвратителен фильм, главное это компания, в которой его смотришь.

А компанией на этот вечер я была абсолютно довольна.

Дерек — само обаяние. Нет, для меня это никогда не было секретом. Нельзя быть голливудским секс-символом и не уметь производить впечатление. Но сегодня что-то шло совсем не так, как это происходило с нами обычно. Мы не работали, а по-настоящему отдыхали. Получали удовольствие от общения, расслаблялись в компании друг друга. Смеялись вместе.

Черт возьми, как же это здорово.

Перевела взгляд на Дерека.

У него глаза сияли. Наверное, это просто свет так отражался, но выглядит завораживающе. Как когда я первый раз посмотрела на блондина так близко. Когда он поднял меня на руки, тогда в Стокгольме, на съемках. Я в тот раз точно так же смотрела в эти зеленые глаза, и не могла оторвать взгляда.

Его пальцы коснулись меня. Легко проскользили по предплечью, вызывая смешанные чувства. Кажется, кто-то привлекал мое внимание к происходящему на экране.

И, судя по всему, я пропустила что-то очень важное, потому что…

— Брэдфорд, ты что, снимался в порно?!

Я поспешно прикрыла глаза рукой, стоило увидеть, как на экране почти голую грудастую брюнетку уже нагибают раком. А ведь такой миленькой казалась, пока была затянута в тугой корсет и пышные юбки.

Моя реакция позабавила блондина, и он засмеялся. За что тут же получил ощутимый удар кулаком в плечо.

— Ты обещала, что подберешь пару комплиментов картине, — напомнил мне коллега.

— Дерек, это порно! — повернулась на бок, стараясь перестать украдкой поглядывать на происходящее на экране. — Предупреждать же надо.

— А ты бы стала смотреть, если бы я предупредил?

— Конечно нет! Это же…

— Софткор, — перебил Дерек. — Строго говоря, это больше эротика, чем порно. Никакой жести, есть сюжет, слабая детализация процесса…

Будто поддавшись на уговоры, я все-таки посмотрела на экран. Снова. Чуть-чуть, сквозь пальцы. Так почти ничего не было видно. Рука, белый фон, чья-то спина, оголенный живот.

— И за это дают награды?

— Ага, — блондин кивнул, возвращаясь к попкорну.

— И что, ты получил порно Оскар за главную мужскую роль?

— Нет, конечно. Иначе хрен бы я смог сохранить эту работу в тайне. Но сценарий и постановку высоко оценили.

Дерек Брэдфорд… абсолютно все нужно сделать по высшему разряду.

На экран я уже смотрела смелее. Раз уж никакого акцента на члены, да и… у Дерека-то я уже все видела. Здесь он помоложе, еще не такой накаченный. Не знаю, как давно снимали это кино, но с тех пор Брэдфорд не слабо поработал над своим телом.

— Зачем ты вообще снимался в подобном?

Я чувствовала себя несколько неуютно. Темный зал, мы одни. Черт, лежим, смотрим порно. Горячее и очень чувственное порно, от которого к низу живота приливала кровь. Это заставляло нервничать, от чего из груди вырывались дурацкие, неуместные смешки.

— Я был молод, глуп, мне были нужны деньги, а приятный незнакомец с камерой обещал, что сделает меня звездой….

Он еще и шутит. А я смеюсь, как дурочка.

— А если серьезно, — Дерек словно невзначай коснулся моей ладони. Новая волна мурашек заскользила по коже, на этот раз по руке вверх, до локтя. — Это действительно была глупость. Дикая. Но на тот момент мне показалось это неплохой затеей. Просто… когда посещаешь двадцать кастингов в месяц, но слышишь сплошные отказы, или неделями не можешь получить ни единого приглашения на прослушивания, планка сильно падает. Начинаешь все больше думать — а тем ли я занимаюсь? Подработки, которые должны быть временными, до первого успеха, занимают все больше времени и сил, лишая возможности и дальше посещать курсы мастерства…

А потом появляется какая-то неизвестная выскочка, которая даже не интересуется всей этой фигней, и сразу получает главную роль в самой громкой экранизации года. Неудивительно, что Брэдфорд меня ненавидел.

— … В конце концов, когда мне предложили хоть что-то, да еще и с оплатой — я не стал долго думать.

Я поцеловала его.

Не знаю, что в этот момент творилось в моей голове, что вообще управляло моими действиями, но я сделала это.

Повернула голову в сторону Дерека, дотянулась до его лица, и поймала своими губами его, обрывая последнюю фразу.

Это казалось таким правильным в этот момент, хотя ситуации более дикой я почти не могла себе представить.

В ноздри ударил теплый запах блондина. Именно так — теплый. Дерек не пользовался туалетной водой, так что от него исходил легкий, едва уловимый шлейф домашнего уюта, силы, надежности. У этих понятий, конечно, не могло быть запаха, но это то, что я почувствовала, стоило нашим губам встретиться.

Он мягкий. Немного колючий из-за щетины. Чуть соленый после попкорна. Почему-то совсем не было страшно — я не из тех, кто проявляет инициативу, но здесь, с Дереком все происходило абсолютно естественно. Словно мы каждый вечер проводили вместе, и поцелуй — само собой разумеющееся событие.

Дереку и секунды не потребовалось, чтобы сорваться на меня, будто его с поводка спустили. Мужчина притянул к себе, попутно перевернув миску с воздушной кукурузой. Попкорн рассыпался по дивану, Брэдфорд отшвырнул мешающую посудину в сторону. Его рука легла на мое бедро. Даже через джинсы я ощущала, насколько он горячий. Жадное скользящие движение вверх, и Дерек на моей заднице, стискивает, одновременно заставляя меня прижаться к своему паху.

Пьянящий.

Идеальное слово для этого человека.

Наши языки встретились, и голова закружилась настолько, что комната расплылась в моих глазах. Мне казалось, что я падаю и взлетаю одновременно. Только с Дереком можно было целоваться настолько глубоко, и при этом чувствовать, что этого недостаточно. Неистово, но с неуловимо нежно. Дико и настолько обыденно.

Нестерпимый голод вырвался на волю. Будто я скучала по нашему с ним безумию.

Без тормозов, без раздумий, без последствий.

Чистая, неразбавленная страсть.

Дерек проник под мою кофту, оттянул чашечку лифчика, чтобы обхватить грудь. Я в долгу не осталась — опустила руку и нащупала член мужчины. Дерек глухо застонал, стоило мне погладить его через плотную ткань джинсов. Круговыми движениями помассировала головку, вызывая новый стон. Мужчина перехватил мою руку, отводя ее от своего каменного стояка, и запуская ее к себе под футболку, так что теперь я могла чувствовать, как напрягаются стальные мышцы от каждого моего касания.

Полностью поглощенная процессом, я забыла, что проектор до сих пор включен и на экране все еще мелькают непристойные кадры. Эхо стонов разгоняло кровь в венах, хотя и не так сильно, как близость Брэдфорда. Настоящее наваждение — не отпускать, дышать друг другом, до онемения терзать губы, лишаться рассудка вместе.

Дерек помог снять кофту и сам избавился от своей футболки. Обвела пальцами рельефный торс, прежде чем позволить блондину вновь заключить меня в объятиях. Он с легкостью расстегнул мои джинсы, запустил руку ко мне в трусики. Ощутив пальцы Дерека там, я непроизвольно сжала ноги, и от этого его прикосновение стало лишь сильнее.

Мы ласкали друг друга, не понятно зачем возбуждая ее сильнее. До предела. До какого-то умопомрачения, когда уже ни хрена не понимаешь, что делаешь. Когда одежда исчезает сама собой, в воздухе витает волшебство, время замирает, а весь остальной мир перестает существовать. И в этом безумии есть лишь одна точка отсчета.

Когда Дерек входит в меня.

Начало и конец. Мы единое целое.

Дыхание замирает.

Мы замерли. Чтобы посмотреть друг другу в глаза, прежде чем вернуться к нашему сумасшествию.

Он наполнял меня собой, и не торопился, давая привыкнуть.

Черт, как же хорошо.

Низ живота приятно тянуло, и Дерек — это то, что мне было нужно прямо сейчас. Я не хотела, чтобы он выходил из меня. Черт, да если бы это состояние можно было законсервировать, навсегда сохранив томящую негу в своих венах — я была бы счастлива. В этот момент хочется сказать, что больше мне ничего не нужно. Только он.

Только мы.

Мы двигались. Вместе, не отпуская друг друга ни на секунду. Никуда не спешили, позволяя наслаждаться происходящим бесконечно долго. Дерек прижимал к себе, запустив руки под мою спину, а я с готовностью выгибалась ему навстречу. Он проникал в меня еще глубже, и я принимала его, впиваясь ногтями в крепкую спину.

Дерек умел заниматься сексом. Чувствовал меня, раз за разом подводил к самому пику, но не давал сорваться, удерживая на грани.

Чтобы я умоляла его.

Чтобы не могла сдержать стонов, когда эмоции переполняли, а желанная разрядка не наступала.

Он наслаждался тем, с каким нетерпением я требовала увеличить темп, притягивая к себе ногами. Ловил кайф, когда я выкрикивала его имя, кончая.

Тело наливалось свинцом, до невозможности пошевелиться, и взрывалось мириадами звезд, стоило Дереку начать обводить мои соски языком, не переставая при этом массировать клитор.

Он целовал меня, не пропуская ни мгновения, когда я испытывала оргазм. Чувствовал каждое вздрагивание, когда отголоски удовольствия проскальзывали по моему телу.

И начинал все заново. Не желая останавливаться.

Боже мой, что же мы творим…

Черт возьми, почему так хорошо?

* * *

Мэри заснула. Дерек понял это, когда дыхание девушки стало едва ощутимо и размеренно. Он не сразу нашел в себе силы, чтобы подняться. Больше всего на свете ему хотелось просто закрыть глаза и проводиться в сон, как это сделала Мэри, но он не мог. Нехотя, Дерек отстранился, стараясь не разбудить девушку, медленно и с трудом вытянул свою руку из-под ее головы. Из зала он вышел чуть пошатываясь. Мышцы приятно ныли и подрагивали.

Мужчина и не помнил, когда в последний раз он так себя изматывал. Во всех смыслах. Сначала длительное, практически вынужденное, воздержание. Затем столь желанный уход в отрыв, что даже не верилось. Голова до сих пор шла кругом, но Дерек верил — если бы не потребность в отдыхе, они бы с Мэри не останавливались.

Дойдя до своей комнаты, Брэдфорд взял покрывало с кровати, телефон с тумбы и одну сигарету из пачки, что лежала на верхней полке в шкафу. Вернувшись в кинозал, он убедился, что Мэри все еще спит. Накрыл девушку пледом. Дом, конечно же, хорошо отапливается, но Дерек не хотел, чтобы Мэри замерзла из-за того, что уснула так и не одевшись.

После он вновь покинул ее, чтобы выйти на террасу.

Дерек редко курил. Предпочитал думать, что давно бросил эту привычку. Однако пачку супер легких длинных все равно хранил. На всякий случай. Как сегодня, например.

Опустившись в кресло, Дерек закурил.

На улице было достаточно прохладно, для того чтобы сидеть, накинув на себя только случайно захваченное по пути полотенце. Едкий дым с мятным вкусом обжег гортань, но не вызвал спазма. Первую затяжку Дерек всегда делал глубокую, задерживал дым в легких, надеясь выжать из одной разрешенной себе сигареты максимум.

Эйфория постепенно отступала, возвращая дерьмовую реальность.

Мужчина ухмыльнулся, чуть дернув головой в сторону.

Отличное Рождество. С самым лучшим подарком, что он мог вспомнить. Только послевкусие грозило предстоящей горечью.

Дерека устраивало то, что случилось. Ну, почти устраивало.

А вот Мэри просто не сможет опустить моральный аспект произошедшего. Хуже того, она может опять предложить «дружить». И это ни хрена не тот вариант, который устроит Дерека. Ни в этот, черт возьми, раз.

Покрутив на столе телефон, Брэдфорд пытался принять решение. Хотя, откровенно говоря, он пытался уговорить себя не поступать как последний урод, лишь бы окончательно расставить все точки над i.

Безрезультатно.

Все еще сомневаясь, Дерек разблокировал экран.

Набрав сообщение, он еще несколько минут медлил, прежде чем нажать «отправить». Сомнения оставались, сигарета давно истлела.

«Отправить».

Отложив смартфон, Дерек поднялся. Сейчас ему хотелось вернуться к Мэри.

Последствия он будет разгребать потом.

По ушам ударили басы, только сильнее разгоняя мою головную боль. Огни мелькали тут и там, освещая танцпол синими и белыми. Народ отрывался по полной: зажигательные танцы на грани эпилептических припадков с примесью эротического безумия. От людей нас отделяли стальные черные поручни, за один из которых я схватилась, пока головокружение не отступило.

Рич моментально начал двигаться под музыку, стремясь и меня увлечь за собой. Человек-праздник.

— Пойдем потанцуем! — кажется, моя барабанная перепонка только что лопнула. Но без крика у брюнета не было ни шанса, что я его услышу.

— Я… — голос сорвался из-за того, что хотелось пить. Прокашлялась, чувствуя при этом, как связки раздирает, словно я песка наглоталась. — Я бы посидела!

— О‘кей! — Рич скользнул губами по моему уху. — Верх!

Последнее слово я разобрала исключительно благодаря тому, что парень указал направление.

Прозрачная лестница вела на балконы, где располагались столики и крошечные, но уютные диванчики. Каким-то образом здесь музыка гремела не так сильно, хотя уровень шума оставался далек от столь желанной мне тишины. Я практически упала на диван, отмечая про себя, что лучше бы осталась ночевать в своей гримерке.

Тэйт правильно говорит. Мне нужно научиться чуть чаще думать о себе, и поступать в своих интересах. Ни что же не мешало предложить перенести встречу? Хотя, нет, мешало.

Не понимаю, почему с Ричем все идет… не так. Классный, легкий, свой-парень. Мне было с ним так просто, когда мы общались в перерывах на съемках. Но стоило перейти на новый уровень, как что-то перестало клеиться. То нехватка времени, то дурацкие показательные выступления. То полное непонимание. Как сейчас.

Убила бы за капельку тишины и уединения. А Рич каким-то невероятным образом решил, что ночной клуб это то, что мне нужно.

— Выпьешь?

— Я не пою, — напомнила, скучающим тоном.

— Не будь занудой, — промурлыкал Рич, усаживаясь рядом. — Мы наконец наедине…

Дыхание брюнета коснулось моей щеки, и я прикрыла глаза, в надежде испытать приятное волнение, которое бывает только на самых первых свиданиях. Когда вы еще не знаете друг друга, когда прикосновения — это что-то слишком интимное и практически запретное, а близость еще только обещает создать нечто неповторимое.

— Ты вся зажата и напряжена, — заметил Рич, возвращая меня на землю. — Расслабься.

Мне было жарко. И нечем дышать. Одежда категорически не подходила для ночного клуба, и я уверена, если бы не Харрингтон, меня бы вообще сюда не пустили. Но вот я здесь. Прохладная ладонь Рича неспешно пробирается под мою кофту, его пальцы скользят по коже… А у меня единственное желание — отстраниться.

— Здесь же люди, — шикнула я смущенно, поправляя на себе лонгслив. Бордовая расцветка практически сливалась с обивкой диванчика, на котором мы сидели, делая меня еще более незаметной, на фоне посетителей клуба. Тут и там можно было заметить полуобнаженные тела в чрезмерно коротких платьях. И радует, что мой брюнет смотрел только на меня.

— Представь, что мы одни, — его зубы аккуратно коснулись мочки уха, мурашки пробежали вниз по позвоночнику, заставляя выпрямить спину.

Рич протянул руку, чтобы мягко направить мое лицо в его сторону.

С ума сойти, кажется, сейчас это случится.

Наш настоящий поцелуй. Действительно настоящий, не для кого-то там, а просто так.

Глаза Рича, невероятно светлые, казалось, святятся в полумраке ночного клуба, похожие на два крупных фианита. Он медленно наклонился, не оставляя мне необходимость двинуться навстречу, и наши губы соприкоснулись. На мгновения, лишь прелюдия, прежде чем горячий язык парня придет на смену сухой близости. Рич провел языком по нижней губе, чуть оттянул ее зубами, чтобы тут же зализать и это прикосновение.

Я оцепенела. Не считая категорически необъяснимый случаев с Дереком (да и с ними тоже), я не так часто целовалась в своей жизни. И в душе сохранялся страх, что я все испорчу. Поверну голову не так, мы столкнемся зубами или слюна потечет изо рта… Не знаю. Все что угодно. В голове роился целый ворох самых ужасных исходов, которые заставляли тело каменеть, вместо того, чтобы взять себя в руку и позволить природе сделать свое дело.

— Ты чего? — Рич отстранился. Все так же улыбался, хотя на этот раз глаза его говорили о растерянности.

— Прости… Волнуюсь. Считай, это наше первое свидание…

Я вытерла вспотевшие ладони о джинсы.

Официантка как раз подошла к нашему столику и выставила две бутылки пива, одну из которых брюнет протянул мне.

— Расскажи, как прошел день? Как на работе?

О, в этот момент я чуть оживилась. Общение — это то что нам очень не хватает.

— Тяжко. Но вроде быстро идет. Хочется уже, чтобы скорее все закончилось.

— Ясно, — Рич пригубил пива. — У меня не сильно проще. Завтра вылетать в Мюнхен, там два концерта. Но это фестиваль. Когда турне стартует — вообще зашиваться будем, а…

— Завтра? — я посмотрела на парня, решив, что он что-то перепутал. — А как же съемки?

— Буду прилетать, — Рич пожал плечами. — Как будет появляться окно, я сюда. Так что представь, в каком аду мне придется работать. Ладно, хоть тур начнется со штатов…

— Да-а-а…, - протянула с грустью. К пиву я так и не прикоснулась, только сдирала этикетку с запотевшего стекла. Я так понимаю, что мы опять будем встречаться исключительно по «рабочим» моментам. Это самые отстойные отношения, которые только можно придумать. Черт возьми, ну почему все так сложно? Начинаю лучше понимать, как Дерек увяз в отношениях с Сарой. Если никогда не встречаться и не общаться, то действительно так и не узнаешь человека.

— Но это ничего не меняет, — Рич коснулся указательным пальцем кончика моего носа. — Я с нетерпением жду, когда мы снова будем сниматься вместе. Хотя, было бы лучше, чтобы мы могли послать всё это, и просто побыть вдвоем…

Это точно.

Мы сплели наши пальцы, каждый думал о чем-то своем в этот момент.

— Жаль, — все-таки произнесла я вслух. — Я бы очень хотела видеть тебя на съемках чаще. Иногда не хватает поддержки.

— Ну, я всегда на связи.

— Это не то, — я поежилась. Короткие сообщения и созвон в перерывах по видеосвязи — не одно и тоже с личным общением. — На следующей неделе нам снимать… эротическую сцену. Не представляю, как я справлюсь.

Рич сделал еще несколько глотков пива, после чего отставил бутылку на стол.

— Все будет в норме. Да и потом, если у меня будет возможность, я приеду. Подержу свечку.

— Не смешно! — я покраснела. — Это наверное тот единственный случай, когда твое присутствие только все усложнит.

— Почему? — искренне не понял Ричард.

— Ну… Мы вроде как вместе, а мне придется… с Дереком…

— Я тебя умоляю! — парень отмахнулся. — Дер профи. Вы отстреляетесь быстрее, чем ты поймешь, что происходит.

— И тебя совсем не смущает… ничего?

— А что меня должно смущать?

Я прищурилась, пытаясь понять — Рич издевается? Или просто вынуждает меня сказать:

— То что мы будем… делать? Неужели ты совсем не ревнуешь?

Ну все, я произнесла это. Этот вопрос волновал меня с того момента, как я призналась, что у нас с Дереком был секс, а Рич отреагировал… никак.

— Эм…. Слушай, я не знаю как это сказать, чтобы не прозвучать как последний мудак, но… ты не в его вкусе. Вообще. То есть… я видел его бывших…. Черт, я не пытаюсь сказать, что ты хуже, нет. Все равно звучит отвратно.

— Да ладно, я поняла…

Да. Меня не ревнуют, потому что такая серая мышка никогда не привлечет внимание короля Голливуда дольше, чем на один случайный секс. Все предельно ясно.

— Эй, — Рич заметил, как я поникла, и приблизился. Наклонился, чтобы заглянуть в мои глаза. — Ты прекрасна. Слышишь? И я готов отдать все что угодно, чтобы прямо здесь и сейчас доказать тебе это. Просто… Не думай ни о ком, кроме нас.

Рич потянул за заколку на моих волосах, распуская туго стянутые пряди.

— Харрингтон? Дикий пес, ты какими судьбами тут? — нас прервали.

Трое молодых мужчин подошли к нашему столику.

— О! Привет, — Рич подскочил с места, чтобы пожать всем руки. — Эм, знакомься — это О, Ти и Бизи.

Подняла руку вверх для приветствия.

— Я думал, ты уже в турне, — «Ти» ударил брюнета в плечо кулаком, после чего мужчины шуточно померились силами.

— Не, это позже, — Рич отмахулся. — Присоединитесь? Эм, не против?

«Против»

— Нет, — улыбнулась, напоминая себе, что я же «актриса». Держать лицо — наше все.

Мужчины устраивались на соседних диванчиках, а я решила, что появление друзей — отличный повод отправится домой. Вечер испорчен окончательно.

— Я пойду, — предупредила Харрингтона, легко коснувшись его локтя, чтобы привлечь внимание.

— Эй, не убегай!

— Все в порядке, — успокоила я брюнета. Не совсем так, конечно, но провалы у всех случаются. Я слишком загнала себя со своими проблемами, у Рича друзья, с которыми он готов провести время.

— Уверена?

— Ага. Мне вставать завтра рано…

— Ну что, опять провальное свидание? — понимающе вздохнул парень.

— Обещай, что в следующий раз мы постараемся получше?

— Обязательно.

Рич поцеловал меня в уголок губ. Как обычно. Как привычно.

Глава 18

Открывать глаза не хотелось. Не помню, когда последний раз настолько крепко и спокойно спала. Кажется, секс действительно благотворно влияет на организм.

Секс…

Черт!

Резко села, с удивлением обнаружив, что прикрыта пледом. И одна.

Дерека рядом не было, но может оно и к лучшему. Не увидит, как я хватаюсь за голову.

Застонав, я упала обратно на диван и натянула на себя плед, чтобы скрыться под.

Я изменила Ричарду.

Это… ниже пасть некуда. Пропускаю семейные праздники, бросаю друзей, изменяю своему парню, снимаюсь в эротике. Шлюхо-комбо просто. Не представляю, что Дерек думает по этому поводу. Мне от самой себя тошно, неудивительно, что Брэдфорд сбежал.

Интересно, остатки достоинства будут спасены, если я тихонько соберу вещи и отправлюсь искать себе отель. Всего-то пару ночей переждать, потом можно будет слетать домой. А по возвращению… Я понятия не имею, что буду делать.

Так. Отставить панику. Решаем проблемы по мере их поступления.

Первое. Надо одеться.

Второе… Поговорить с Дереком. Мы два взрослых человека. Которые не умеют держать себя в руках, но хочется верить, что разумные, адекватные. Поговорим. Я узнаю, что он думает по поводу случившегося.

Третье. Поговорить с Ричем.

Черт, вариант с побегом мне нравился намного больше.

Но для начала нужно одеться.

Снова поднялась, на этот раз ищу взглядом свои вещи. Хорошо хоть проектор работал, в помещении был свет. И просто отлично, что фильм с Дереком в главной роли не стоял на повторе.

Да где же всё?

Я села на диване, не понимая, куда пропала одежда. Проверила под подушками, в стыках, на полу… Все по нулям.

Радуясь, что у меня есть плед, я направилась в свою спальню. На цыпочках, будто какая-то воровка. В коридоре было тихо и пусто, так что путь к моей комнате оставался свободным от неловких бесед.

Что за черт?

Открыла дверь и обнаружила, что чемодана нет.

Это издевательство какое-то! Может, Брэдфорд фетишист какой-то, иначе почему каждый раз мой багаж пропадает, стоит оказаться на территории блондина?

Ну, или Дерек получил, что хотел, и уже выставил мои вещи за ворота.

Нет, ну вот что за бред?

Он не планировал всего этого. Ведь так? Я сама позвонила и напросилась в гости. Предложила этот ужин и уломала блондина посмотреть кино. Первой поцеловала…

Нет, если бы Дерек ожидал чего-то подобного, он бы хотя бы презервативы приготовил. Мистер Я-всегда-держу-их-наготове. Но только не вчера.

Боже, он кончал на мой живот, потому что мы оба позабыли о защите.

Чем я только думала?

Плотнее затянув на себе плед, я набрала в грудь побольше воздуха, прежде чем начать спускаться на первый этаж.

— Боже, чем здесь пахнет? — я помахала рукой, чтобы чуть разогнать сизую дымку, которой была затянута вся кухня. Пожар в такое утро — это… что-то непредсказуемое.

— Завтрак сгорел, — отозвался Дерек, отбрасывая сковородку в раковину. — Проснулась?

— Как видишь, — я приблизилась к кухонному столику. От витавшей в воздухе гари глаза заслезились. — Ты вообще никогда не готовил?

Глядя, как блондин заливает сковородку холодной водой, я меньше волновалась. Все-таки отбрасывая страхи, стоит вспомнить, насколько вчера нам было хорошо вместе. И я не имею ввиду секс. Простое человеческое общение.

— Зачем? — ответил вопросом на вопрос Брэдфорд. Кажется, он пребывал в прекрасном расположении духа. — Как-то не приходилось…

— Как? — я облокотилась на столешницу. — Как ты умудрился…

— Дожить до своих лет и никогда не готовить? — Дерек улыбался, настолько легко и открыто, что я невольно ответила ему тем же. — Ну, для начала у меня была мама, потом бесконечное число порядочных продавцов хот-догов и готовые обеды для микроволновки. Опять же подружки вносили свой ценный вклад по расхолаживанию…

Он серьезно?

— Ты шутишь, — осмелилась предположить, а то игривый настрой Дерека несколько сбивал с толка.

— Потеря кулинарной девственности вон в раковине дымиться, — мужчина кивнул в сторону.

— Надо будет тебя научить печь блинчики, — зачем-то ляпнула я. И тут же опустила голову, понимая, что сморозила глупость.

Дерек обогнул кухонный островок и, подойдя, развернул меня лицом к себе.

— Научи, — шепнул он.

Его ладонь на моей шее, и мое сердце вновь заводиться в бешенном ритме.

Ничего не изменилось.

Его прикосновения все еще желанны настолько, что я с трудом способна сдержать стон удовольствия. Язык Дерека уверенно проник в мой рот, не встретив ни малейшего сопротивления с моей стороны. Я лишь запрокинула голову назад, безвольно поддаваясь на очередную провокацию. С Брэдфордом хотелось целоваться бесконечно.

Мои ноги оторвались от пола — Дерек поднял на руки, чтобы усадить на кухонный островок.

— Стой, — попробовала я затормозить блондина, когда он принялся разворачивать мой плед. Одной рукой придержала единственное подобие одежды на себе, вторую уперла в грудь Дерека, мягко отстраняя мужчину от себя. — Не думаешь, что нам стоит поговорить?

Брэдфорд и не думал останавливаться. Его грудь только плотнее прижалась к моей ладони, так что я отчетливо ощущала, как напрягаются подтянутые мышцы, как мягко и ровно бьется его сердце. Невольно закусываю нижнюю губу — он так близко, картинки с прошлой ночи до сих пор подогревают мою фантазию, подбивая на пошлые шалости. Например, послать к черту все разговоры, и провести языком по ключицам этого красавца. Проверить, станет ли его пульс чаще, когда я так сделаю…

— О чем? — сквозь туман возбуждения, до моего слуха добрались слова Дерека. Его губы на моей шее, и каждый новый поцелуй опускается все ниже, и ниже… Какие разговоры, когда я всем телом выгибаюсь ему навстречу? Когда блондин зубами цепляет плед, что прикрывает мою наготу, и я уже совершенно не мешаю его с меня стянуть?

— О… — божечки! Губы Дерека обхватили мой сосок, по телу прошла горячая волна — от места, где он до меня дотронулся, начиная выводить причудливые узоры своим языком, до кончиков пальцев, которые я зарыла в волосы мужчины. — Обо всем…

Выдавила, поражаясь, что все еще способна говорить. Вчера этого делать просто не получалось.

— Прямо сейчас? — Дерек поднял на меня взгляд, но по-прежнему держал в заложниках мой сосок, деликатно прихватив его зубами.

— Черт… — втянула воздух с легким шипением, стараясь чуть вывернуться, чтобы вернуть между нами дистанцию. — Это все неправильно, — делая придать своим словам больше веса, еще раз мягко отстранила блондина. — Я… я еще не рассталась с Ричем..

— И? — поинтересовался Брэдфорд. Пусть он действительно отступил, вот только сдаваться не планировал. Его пальцы скользили по внутренней части моих бедер. Вверх и вниз, едва касаясь, отзываясь в моем теле новыми волнами возбуждения.

— Он твой друг. И мой парень.

— Ты с ним спала? — вопрос Дерек, как обычно — прямой, несколько грубоватый, и неожиданный.

— Нет! — только подумав об этом, захотелось прикрыться руками. Может я и думала о чем-то подобном… но это было задолго до того, как наши с Ричем отношения попытались начаться.

— Ты его любишь? — еще один вопрос, который, казалось бы должен был загнать меня в краску. Но нет. С чистой совестью я ответила:

— Нет…

На мгновение на лице Брэдфорда мелькнула улыбка, будто он испытал облегчение.

— Ты говорила, что хочешь его бросить.

— Да, но…

«Еще не бросила. Так что то, чем мы тут с тобой занимаемся — измена», — сказала бы я, если бы губы Дерека мне не помешали. Целовать каждый раз, когда ему чего-то не хочется слышать — способ интересный, приятный и, что скрывать, возможно мой самый любимый начиная с этого момента. Но так нельзя…

— Давай хотя бы на сегодня не будем думать обо всем этом? — предложил Брэдфорд, продолжая играть нечестно. Он добрался до клитора, и теперь массировал его круговыми движениями, мешая сосредоточиться на словах. Или мыслях. — Один день. Отключим телефоны… — долгий поцелуй в шею, чуть ниже уха, и вот я вновь ощущаю, как низ живота тянет приятным томлением. — Отдохнем…

Отдохнем… Интересно, а ночью мы чем тогда занимались?

Неважно.

Единственное желание — чтобы Дерек перестал переманивать меня на темную сторону и, наконец, вошел в меня.

Никогда не занималась сексом на кухне.

С Брэдфордом у меня вообще было много чего в первый раз.

Блондин с улыбкой встретил то, что я ногами притянула его к себе. Быстро спустил свои боксеры, и вогнал в меня член, так что я охнула. Опять без защиты… Но я доверяла Дереку. Беспечно, глупо, неразумно. Именно такой я становилась рядом с ним. Не знаю, нравится мне или нет, но я… черт, я чувствую себя счастливой.

Дерек наполняет меня, входит настолько глубоко, что сложно поверить, что мы могли быть двумя разными людьми, а не одним целым. Я ощущаю, как его член пульсирует во мне, ловлю кайф каждый раз, когда Дерек притягивает мои бедра, чтобы насадить на себя еще плотнее. Но не спешит. Это не спринтерская гонка, лишь бы поскорее кончить. Что-то иное… медленное, нежно-пошлое, властное. Будто мужчина управляет каждой эмоцией, что дарует мне, каждым мгновением, доводя меня до грани.

Пока я не выкрикну его имя. Пока не достигну пика, умоляя не останавливаться. Пока не обмякну в его объятиях, не в силах и дальше поддерживать свое тело.

— А ты? — спросила я сквозь дымку наслаждения, что обволакивала разум, когда Дерек вышел из меня, все еще оставаясь возбужденным, казалось, до предела.

— Потом, — блондин подмигнул. Он наклонился, чтобы прошептать слова и обжечь мою шею своим дыханием. — Ожидание невероятно скрашивает оргазм. Не находишь?

Он серьезно?

— Я надеюсь, ты действительно говоришь о еде.

Дерек засмеялся. И я как дурочка не мола отвести от его взгляда.

Когда он стал таким?

Не вечно бурчащим, недовольным, хмурым типом, который говорил «давай-ка протрахаемся все выходные?». Нет, он конечно, и сейчас нечто подобное подразумевает, но… Может я стала по другому воспринимаю все? Испортил меня Голливуд. Или между нами с Дереком как-то все незримо изменилось.

Он лучезарный. Просто сияет, когда улыбается. И эти ямочки на щеках, словно делают его добрее. Сожженный завтрак, опять же. Неужели этот человек встал с утра пораньше, чтобы попробовать приготовить нам поесть? А я решила, что он сбежал и готовиться выставлять меня из дома.

Хотя…

Дерек оставил меня ненадолго на кухне, чтобы вернуться и протянуть халат. Белый, махровый. Сам он облачился в аналогичный.

— Ты что, утащил их со съемок? — сложно было не узнать халаты, в которых мы отыгрывали эротическую сцену. Так как в книге название отеля было выдумано, на халаты желтыми нитками набивали логотип несуществующего «Гранд РМ Отеля», где «Р» было оказанием на Рональда, нашего режиссера, а «М» — на продюсера Майкла. — Клептомания?

— Сентиментальность, — отозвался Дерек, помогая завязать мне пояс. — Пойдем.

Пройдя через гостиную, которая мне вчера так приглянулась, и в которой я уже провести вечер у камина, мы вышли на террасу. Дерек не обманул — погода действительно оказалась достаточно теплой, чтобы чувствовать себя комфортно. Брэдфорд встал за моей спиной, чтобы обнять. Поцеловал в макушку, затем в щеку, когда я подняла голову.

— Чем будем завтракать? — поинтересовалась я, понимая, что мы совершенно ничего с собой не захватили.

— Я чего-нибудь принесу. Просто хочу немного побыть с тобой.

Это так мило, что у меня слов не было. Развернулась всем телом, все еще оставаясь в кольце рук. Дерек выше, я ему едва до плеча достаю, так что новом уперлась в накаченную грудь блондина. И легко, несмело чмокнула кожу, которая не была скрыта халатом.

Просто постоять вот так, вдвоем, без слов — это уже что-то значило. С любовницами на одну ночь ты не выходишь постоять в обнимку в полной тишине, чтобы созерцать красоты утреннего сада. И ты не пытаешься готовить им завтрак, хотя едва ли понимаешь, как это делается.

Слишком соблазнительная сказка, в которую очень хочется верить.

— Не мерзнешь? — тихо спросил Дерек, все еще согревая мои волосы своим дыханием, а тело — объятиями.

— Неа… Дерек, где мои вещи?

— Перенес в свою спальню, — ответил мужчина настолько будничным тоном.

Любовниц на одну ночь не переселяют жить в свою спальню.

Мысленно улыбнулась.

— Тут все-таки прохладнее, чем я думал. Пойдем внутрь?

— Ты всегда такой непостоянный?

— Еще привыкнешь, — пообещал Брэдфорд, а я улыбнулась.

Любовницам на одну ночь ни к чему привыкать не приходится.

****

К обеду мы были вымотаны настолько, что… нет. Слов у меня, чтобы назвать это состояние, не было. То ли Дерек последние несколько месяцев жил один на необитаемом острове (а я знаю что это не так), то ли он стремился продемонстрировать свою невероятную сексуальную выдержку. Марафонец, блин.

Тринадцать комнат… Мы остановились на гостиной. Даже до спальни его не добрались, потому что или снова занимались сексом (и слава богу, наконец, вернулись к презервативам), или отдыхали после него.

Это нечто!

Я ни на одной тренировке так не выкладывалась, как на диване с Брэдфордом.

Идея выходного, когда любые заботы и проблемы остаются где-то там, далеко за горизонтом, мне нравилась. Мы словно замкнулись в каком-то своем мирке, где существовали только друг для друга.

И вот уж не думала, что это настолько прекрасно.

В таком состоянии хотелось пребывать как можно дольше. Потому что не было никаких сложностей и лишних разговоров. Дерек безошибочно улавливал мое настроение, и стоило ему заметить, что я готова вновь начать переживать на тему «а что будет завтра», как он находил способ меня отвлечь. В своем стиле, конечно.

Стоит ли удивляться, что когда в нашу временную идиллию кто-то ворвался — я была раздосадована?

— Мистер Брэдфорд?

Тэйт, ассистент Дерека, влетела в дома ураганом. Ее мягкой, тихой походки не было слышно, так что я вздрогнула, услышав чужой голос.

— Тэйт? — Дерек поднялся с дивана, не меньше моего удивленный появлением женщины в своем доме. Хотя, я бы сказала, что его лицо не казалось столь озадаченным, как мое. Брэдфорд моментально подобрался, нахмурился и помрачнел.

— У вас выключен телефон, — сообщила Тэйт то, что мы и так знаем.

— Что-то случилось? — я встала с дивана, плотнее закутываясь в свой халат и прячась за спину Дерека. Было несколько неловко, что нас застали в несколько фривольном виде.

Тэйт перевела на меня взгляд, ее губы были плотно сжаты.

— Вам следует немедленно приехать в студию.

Это не ответ на мой вопрос. Но больше женщина не сказала ни слова. Да и Дерек не интересовался, с чего вдруг нас решили выдернуть. Из чего я могу сделать вполне ожидаемый вывод — в очередной раз поменяли расписание. Брэдфорд судя по всему привык к такому порядку вещей.

— Нам нужно собраться, — с королевским спокойствием отчеканил Дерек, его холодным тоном можно было вымораживать чужие сердца, не иначе. — Час. Может два.

— Боюсь, это неприемлемо, — заметила Тэйт. — Вы нужны срочно. Машина у входа. Для мисс Уилсон… — женщина кинула на меня еще один взгляд, который я никак не могла прочитать. Она не из тех, кто позволит себе демонстрировать осуждение, посчитав подобное поведение в высшей степени непрофессиональным. Но что-то все равно было не так. — … Я попрошу подать вторую машину.

— Это лишнее, — попробовала возразить, глядя на Дерека. Неужели нельзя поехать в одном автомобиле?

— У ворот дежурят фотографы, — предупредила Тэйт.

— Служебный въезд? — поинтересовался Дерек, я заметила, как он сжимает кулаки.

— Там их еще больше, мистер Брэдфорд, — в тон своему работодателю, ответила женщина.

— Нам надо поговорить, — блондин развернулся ко мне.

— Серьезно? — усмехнулась. А я весь день (пусть вяло, но все же), пыталась его на это подбить. — Не слишком вовремя?

— Мистер Брэдфорд, нас ждут. Мистер Трумэн хотел сам приехать, но я пообещала, что это будет лишним. Что вы приедете сами не позднее, чем через тридцать пять минут.

Но здесь только дороги минут сорок….

— Подождет, — отрезал Дерек.

— Брось, — фыркнула я. Ставить Тэйт, да и всех остальных, в неудобное положение просто потому что у нас с Брэдфордом были выключены телефоны, не хотелось. — Нам только одеться.

В любом случае, если что-то снимать, то гримеры сделают свою работу на отлично, приведя нас с блондином в порядок. Так что мне бы только белье, джинсы да свитер на себя натянуть.

— Покажешь, где мои вещи? — шепнула я тихонько, погладив Дерека по руке.

— Да. Но нам действительно стоит поговорить. Сейчас.

Блондин нехотя показал путь к своей спальне.

— А как же — отложим все на потом? — подначила я мужчину, шуточно толкая его в бок локтем. — Давай… просто потом?

Не хотела портить день, который начинался так шикарно.

****

Дерек выехал первым. Принял на себя удар, показавшись перед папарацци. Стоило им увидеть, как главная звезда Голливуда покидает свои владения, как через десять минут репортеров и след простыл. Мы с Тэйт покинули особняк Брэдфорда спустя пятнадцать минут после отъезда Дерека.

Водитель отлично чувствовал дорогу, ехал аккуратно, но достаточно быстро, выбирая объездные пути, чтобы нигде не встрять в пробку.

Тэйт молчала, я тоже на разговор не была настроена. Сидела тихо и рассматривала мелькающие дома в окно. Скорее бы уже все эти съемки закончились. Хотя… нет, этого я желаю уже не так сильно, как сутки назад. Для начала, все-таки хотелось бы понять, что происходит между мной и Дереком.

Ну вот такой я человек. Мне спокойнее, когда есть план. С места в карьер — это не про меня. Последние поступки, конечно, говорят об обратном… Но все-таки мне нравилось, когда жизнь не подкидывает сюрпризов.

— Нам не в павильон? — удивилась я, посмотрев, что машина заворачивает в сторону к главному зданию студии, а не к съемочным ангарам.

— Мэри… — Тэйт напряженно выдохнула. — Впрочем, ничего.

— Что? Что не так? — я напрягалась. Ассистент сидела спереди, рядом с водителем, и я подалась вперед, чтобы разговор получился. Говорить с серой спинкой автомобильного кресла не слишком продуктивно.

— А вы правда не понимаете? — ответ женщины только сильнее меня насторожил.

— Боюсь, что не совсем, — уточнила я. Кровь от лица отхлынула, в зеркале заднего вида я увидела свое бледное отражение. По позвоночнику прошелся холодок, из-за чего я неуютно поерзала на месте и ссутулилась.

Тэйт, все еще не настроенная на беседу, молча протянула мне свой планшет, предварительно разблокировав и открыв страницу браузера.

Мне потребовалось… черт, наверное, целая вечность, прежде чем понять, что я вижу. Потому что время остановилось. Вместе с биением моего сердца. Оно пропускало удар за ударом, вызывая в груди болезненный спазм, с каждым мгновением набирающий все больше силы.

Мы с Дереком. На террасе. Обнимаемся. В халатах, которые он принес со съемок.

Фотографии с отличным качеством прямо в сети.

Мать вашу…

Выдохнула, чуть не сложившись пополам, словно меня под дых ударили.

Глаза защипало, в носу тоже. Ком в горле встал так, что мешал дышать.

Чуть не произнесла вслух вопросы «как?», «откуда?». Но смысл?

Судорожно пролистав страницу вверх-вниз несколько раз, я так и не смогла вникнуть в текст написанного. Перед глазами буквы просто путались, не могла сосредоточиться от того, насколько громко в висках застучала кровь. Этот шум заглушал все окружающие звуки и даже запахи. Такое чувство, что меня сначала макнули с головой в ледяное озеро, а теперь поместили в абсолютный вакуум, изолировав от всего на свете, кроме чертовых фотографий.

Он сделал это специально.

Планшет остался лежать на коленях, я же закрыла лицо руками.

Это все, блять, был очередной спектакль. Новая отыгранная сцена.

Выйти на террасу, постоять там пять минут, чтобы фотограф сделал свое дело. Попросить отключить телефон, чтобы я не узнала все слишком быстро… То-то Брэдфорд так напрягся, когда приехала Тэйт. Все всплыло для меня раньше, чем он успел наиграться?

Сидела и дышала в сложенные у рта ладони, не чувствуя при этом тепла, которое обязательно должно ощущаться от движения прогретого в легких воздуха.

Боже, какая же я идиотка.

Какая идиотка…

Откинулась на спинку, силы покинули мышцы.

Что я могу сказать? Молодец, Мэри. Мо-ло-дец. Красавица. Наивная дуреха.

Захотела романтической сказки про Золушку и принца. Как будто с Ричем обжечься тебе было мало.

Сколько раз нужно повторить, что такие мужчины — не твоего уровня, чтобы ты, наконец, вбила себе в голову? И насаживаясь на чужой член не думала, что из этого может получиться что-то большее, чем пустой трах? Хотя нет… Дерек превзошел любые ожидания. Пустой трах и выставление на всеобщее обозрение своего достижения.

— Приехали.

Брэдфорд стоял на парковке возле входа. И, видимо, поймав мой мрачный настрой, понял, что я уже в курсе, по какой причине нас выдернули в офис.

— Эм…

Что? Я слышу его голос? Стиснув челюсти, прошла мимо блондина, старательно отпихнув его со своего пути толчком в плечо. Тэйт последовала за мной в здание, Брэдфорд еще ненадолго задержался на улице. Ну и отлично. Ехать с ним в одном лифте я не хотела. Пусть идет на хрен со своими объяснениями. С Ричем у меня хотя бы расписание было, когда личная жизнь должна превращаться в общественное достояние.

Планшет я Тэйт не отдала. По-прежнему держала его в руках, не позволяя экрану потухнуть.

Сейчас первая лавина эмоций отступит, и я попробую переосмыслить увиденное.

В кабинете Трумэна заняла случайное место. И когда Дерек появился, мне хватило взгляда, чтобы дать понять — пусть не пытается подсесть. Так что блондин приземлился на стул с противоположной стороны, и все равно находился намного ближе, чем я хотела бы в данный момент.

Собственно, чтобы не видеть его рожу, которая сейчас сохраняла привычное каменное выражение, я уткнулась в планшет.

Мы были везде. Лента пестрила новостями о громком скандале.

Главные герои.

Отношения вне площадки.

Дерек Брэдфорд и новая пассия.

Страсти на съемках.

Цирк. Зрителя пытаются обмануть, или у актеров все сложно?

Измена.

Измена.

Измена.

Читать комментарии пользователей к новостям — отдельный вид мазохизма.

«Шлюха»

«Сука, чтобы ей в аду гореть»

«Рич, мы с тобой! Не трать свои нервы на шлюху»

«Тварь»

«Шалава»

«Дерек, что же ты творишь?! У тебя была Сара… зачем?!»

И еще несколько сотен коротких сообщений в том же духе. Я с ужасом представляла, что будет, если включить телефон. Там наверняка окажутся не только пропущенные звонки от Майкла или Тэйт.

Прямо сейчас друзья и мои родители видят всю эту грязь, которая обрушилась в мой адрес. Из-за сраных фотографий. Потому что я не включила мозг, и не подумала, что на частной территории нас могут увидеть. Потому что я не представляла, чем все это может закончиться.

Потому не закончила отношения с Ричем до того, как позволять себе делать какие-либо шаги с Дереком.

Что ж… Стоит признать, я заслужила все то, что сейчас происходит.

— Вы, мать вашу, охренели?!

Майк Трумэн кричал, так что его лицо покраснело, а изо рта вырывались слюни.

— Какого черта вы оба творите? — к нам на стол была брошена стопка газет. В основном бульварный мусор, желтая пресса, которая только на таких скандалах и существует. — Вы, б***ь, представляете, в каком дерьме мы все оказались?! Я за тридцать лет работы не видел более безалаберного отношения к проекту…

Дерек, ледяной и спокойный, как айсберг, даже бровью не повел. А я сгорала со стыда и мечтала провалиться сквозь землю. Щеки горели, уши горели. Вцепилась в сидение стула с такой силой, что костяшки побелели и один ноготь сломался. Никто не любит, чтобы на них кричали.

А в сложившихся обстоятельствах, я едва ли могла адекватно реагировать на все происходящее.

Плакать здесь при всех не собиралась. Внутренний стержень (да-да, у меня оказывается и такой есть), не позволял. Если откинуть в сторону ту часть, когда я позволила себе расслабиться и довериться Дереку, все остальное — почти ничем не отличается от школьных травли, когда задиры чешут собственное самолюбие за счет унижения других. Масштаб разве что побольше будет. Не пара модных девиц из класса с группой личных подпевал-лизоблюдов, а толпа хейтеров. Фанатов-то у меня, в отличие от Брэдфорда и Харрингтона, нет. Теперь уж точно.

— Ладно Мэри не в состоянии уяснить ни важность того, что мы делаем, ни условия договора. — продолжал бушевать Майк. — Но ты, Дерек. Ты, б***ь, каким местом думал?!

Наверное, стоит обрадоваться хотя бы тому, что все, что было между мной и блондином, не спланированно студией. Хотя, облегчения я от этого понимания ни фига не испытывала.

— Это полностью моя вина. Мэри здесь не причем.

Ну, хоть за это спасибо. Козел.

— На меня сейчас льется тонна говна сверху. А на фотографиях — вы оба. Так что мне плевать, — отрезал Майк, дважды ткнув указательным пальцем в свой стол. Я задыхалась в кабинете, который пропах потом. Спертый воздух только усилил тошноту, что и так подступала к горлу.

Зато внутри меня, кажется, все выгорало. Отрешенность все больше накатывала, загоняя остальные эмоции в плотный кокон отчуждения.

— И мне теперь все это дерьмо разгребать, — Майк упал в кресло. — Я хочу чтобы сегодня же появилось опровержение. Скажем, что это была часть съемочного процесса. Добавим к сценарию. Расширим сцену, доснимем какую-нибудь романтическую хрень. Притащить камеры к дому — не проблема. К вечеру управимся.

— Нет.

Я посмотрела на Дерека с удивлением.

Майк поджал губы.

— Воссоздадим террасу на съемочной площадке, — не отказываясь от своей задумки, продолжил мужчина.

— Нет, — еще раз отрезал Брэдфорд, наклоняясь к столу. — Никакого опровержения.

— Ты охренел? — сдается мне, сегодня у Майкла этот вопрос любимый. Впрочем, я примерно такого же мнения о поведении блондина.

— Никакого опровержения, — отчеканил Дерек еще раз. — Меня нынешнее положение вещей устраивает.

— А меня нет, — напомнила, что вообще-то я тоже здесь сижу.

— Студия оштрафует вас обоих.

— Да пожалуйста, я оплачу, — Дерек быстро посмотрел на меня. Несколько нервно. Желваки на его скулах отчетливо проступали. Блондин прекрасно знал, как я отреагирую на его любимую привычку заглаживать все проблемы деньгами. С одной стороны, пусть раскошелится, он все-таки действительно виноват. А с другой — ему не стоит думать, что пачка купюр способна растворить весь тот негативный осадок, что образовался его стараниями.

Я поджала губы, на языке присутствовал солоноватый металлический привкус. Наверное, искусала себя, пока переваривала все прочитанное и услышанное в свой адрес.

— Я…, - Майк устал, то было видно по его лицу, которое выглядело серее обычного. Мужчина начал массировать свои виски круговыми движениями. — Зачем?

Отличный вопрос. Я бы тоже хотела его задать, если бы у меня было хоть малейшее желание говорить.

— Что за детский сад, я не пойму? Это такая обида, что не тебе приписали отношения с партнершей? Я как-то неясно высказал свою позицию по этому вопросу? Сколько раз мы с тобой это обсуждали?

О, да у них не один разговор на эту тему состоялся?

— Это здесь не причем, — ответил Дерек. Он не смотрел на продюсера картины, он смотрел в мои глаза, будто пытался донести до меня сверхценную информацию. — У нас с Мэри отношения.

Да ты что? Не сдержала ухмылки.

— Публичный фарс с Харрингтоном должен был закончиться. Точка.

— Просто отлично, — наконец, я смогла выдавить из себя хоть что-то. Сарказм мне в помощь. — А моего мнения ты не подумал спросить?

— Чтобы услышать очередную херню в стиле…

Дерек осекся, прикусил язык, чтобы не ляпнуть лишнего. В стиле чего? В стиле Уилсон? В стиле — давай не пороть горячку, не делать глупостей?

«Или «это была ошибка» и «давай останемся друзьями»», — понимание последнего чуть охладило мой пыл, заставив вновь уйти в глухую и молчаливую оборону.

— Да какая разница?! — вновь взорвался Майк, сопровождая все очередными ругательствами. — Хотите трахаться — трахайтесь на здоровье. Только не надо выносить на публику. У вас есть контракт, черт подери. И ты, как никто другой, должен понимать — отношения на камеру и личная жизнь это две разные вещи!

Не совсем в случае меня и Рича, ведь мы пытались построить нечто большее. Во всяком случае, я на это рассчитывала некоторое время назад.

— Меня это не устраивает.

Опять короткий ответ от Дерека.

Меня вот тоже много чего не устраивает. Но я почему-то молчу и терплю, а не устраиваю незапланированные публичные представления.

— В общем… вы оба знатно поднасрали кампании. И я понятия не имею, в какие убытки нам это все выльется. Харрингтон теперь отказывается принимать участие в рекламном продвижении фильма.

— Рич уже в курсе? — черт. Я все равно надеялась, что смогу поговорить с ним до того, как… До всего.

— А ты действительно настолько тупа, что не понимаешь? Уже все, сука, в курсе!

Трумэн закричал, на этот раз переходя на личности.

— Майк, — Дерек привлек внимание мужчины. — Следи за языком.

— За языком? То есть вам можно творить любую херню, закапывая МОЮ работу к хренам собачьим…, - он вновь брызгал слюной во все стороны. От надрыва в голосе лицо продюсера приобрело оттенок баклажана. — А мне следить за языком? Ты возомнил себя звездой. Эта, — Майк указал рукой в мою сторону. — Не способна держать п**ду в узде, а я должен следить за языком?!

Ну всё.

Это последняя капля.

Отложила планшет на стол, поднялась со стула. Расправила плечи, не теряя ледяного выражения лица. Спасибо Дереку, своей фирменной мине он меня отлично научил.

— Разгребайте свое дерьмо как-нибудь сами.

— Мэри, — блондин тихо позвал на выдохе.

— Вы оба.

Уточнила так, на всякий случай.

— Это что еще значит? — Майкл притих.

— Я ухожу, — пояснила для непонятливых. — Дальше — без меня, пожалуйста. Снимайте, как хотите. Рекламируйте, как хотите. Я больше во всем этом не участвую.

Трумэн раскрыл рот от удивления, не сразу продолжив свою любимую пластинку.

— У тебя контракт!

— К черту контракт, — все еще спокойно отозвалась я, направляясь к выходу.

Пусть забирают свои деньги. Потраченных сил, времени и пережитых волнений жалко, конечно. Но подобного отношения я терпеть не собираюсь. Не так много там осталось снимать. Пусть делают что хотят и как хотят. Дублера ищут, с компьютером колдуют. Плевать.

— Эм, — застонал Брэдфорд, видимо, до этого момента не подозревая, что я способна взбрыкнуть.

Я вышла из кабинета. Даже дверью не хлопнула.

Это не показательная истерика, не шантаж с целью поставить на место зарвавшуюся свинью, способную произнести в адрес девушки то, что сказал Трумэн. Нет.

Это решение, принятое в здравом уме и трезвом рассудке.

Ни минуты больше не желаю иметь какие-либо дела с людьми, которые с ума сходят на почве финансов.

Конечно, деньги всем нужны. Но начинать себя вести подобным образом…

К черту.

Я всю душу отдавала этой работе. Переступала через себя, ночами не спала, лишь бы не подвести команду. Позволила менять свое тело, так как им было нужно. Раздевалась, если это было нужно, разрешила этим ублюдкам влезть в свою личную жизни, дала им вывернуть наизнанку все свои чувства и эмоции.

И после всего услышала только грязь и новые требования.

Да пошли они все.

Пусть в своем сказочном мирке творят и дальше что душе заблагорассудится. А я умываю руки.

Толкнув плечом дверь, ведущую в общий холл с лифтами, я несколько не рассчитала сил. Хотя, скорее виновато то, что с другой стороны ручку тоже потянули, так что я завалилась вперед, инстинктивно хватаясь за все что угодно, лишь бы не упасть на пол.

И схватилась, собственно, за того, кто эту самую дверь и открывал.

— Рич? — я, наверное, побледнела еще больше, чем раньше.

Будто этот день никак не может остановиться в попытках стать самым катастрофическим в моей жизни.

— Прости.

Естественно это слово вырвалось на автомате, ведь я чуть не сбила парня с ног. Потому что в ситуации, которая сложилась у меня с Дереком, и со всем скандалом, фотографами и газетами банального «прости» не может быть достаточно. И, если бы меня только что морально не выжали до последней капли, я бы хотела найти слова, хотя бы отдаленно способные передать Ричарду всю глубину того, насколько мне действительно жаль.

Если бы.

Если бы это так работало, мы бы вообще не оказались здесь. И я бы не сгорала от желания поскорее отмыться от той грязи, что на меня свалилось. И попробовала прямо сейчас сказать хоть что-то вразумительное. Но не могла. И не хотела.

Да, мне стыдно. Да, чувство вины гложило изнутри. Да, я хотела бы отмотать время хотя бы на сутки назад, чтобы взять чертову трубку и расстаться с Ричем по-человечески. И не поддаваться на чары Брэдфорда. Хотя, умей я перемещаться во времени, я бы вернулась в день кастинга и просто не влипла бы во всю эту историю, с самого начала уберегая себя от целого вороха проблем и ненужных переживаний.

А пока…

— Я думал, ты нормальная.

Я уже хотела обойти Рича, уже прятала глаза, уставившись в пол, когда он заговорил.

— Такая милая простушка, приличная, воспитанная.

Он говорил, и слова сочились ядом вперемешку с досадой.

— А нет. Обычная б**дь.

Очередная моральная пощечина, на которую мне и ответить нечем. Уж кому-кому, а Ричу действительно есть, на что обижаться.

Парень хохотнул, почесал висок, после чего протер ладонью губы и подбородок.

— Ладно, иллюзий не оставалось еще когда ты первый раз на член Брэдфорда присела. Хер с ним. Думал, хоть потрахаюсь знатно, раз уж сам Дерек Брэдфорд не побрезговал. Но мы, б***ь, не даем! Опять в приличную играть стали!

Я сцепила руки на груди, не в состоянии шевельнуться. Нет чтобы уйти, не слушать все это. Но внутренний мазохист, кажется, получал то, что хотел. Хлесткие унизительные признания ударяли, растаптывая чувство вины, вырывая всякую жалость к Харрингтону с корнем.

— Скажешь, что тебе не нравилось-то? — Рич рывком преодолел расстояние между нами, обвивая меня одной рукой, а вторую засовывая ко мне под джинсы. Я забилась в попытке оттолкнуть от себя парня. От него отчетливо несло выпивкой. — Цветочки и прочая ванильная херня не прокатила.

Он сжал мою ягодицу, причиняя боль. Меня чуть не вырвало от отвращения и страха. Высвободив одну руку, вцепилась в волосы брюнета и потянула в сторону от себя. Лишь бы отлепить, убрать подальше.

— Отойди от нее.

В какой момент возле лифтов появился Дерек, я не заметила. Именно он рванул парня от меня с такой силой, что я не устояла на ногах. Осела на пол тряпичной куклой, оставаясь смотреть, как Брэдфорд впечатывает кулак в рожу Ричарда.

Меня трясло крупной дрожью. Даже отползти в сторону оказалось выше моих сил.

Двое мужчин сцепились, словно дикие звери. Дерек еще раз ударил Харрингтона по лицу, и хруст сломанного носа заглушил только сдавленный стон брюнета. Кровь струей хлынула по лицу Рича, срываясь крупными каплями на белую плитку холла. Дерек пропустил быстрый толчок коленом в бедро и чуть согнулся, тут же словив удар локтем по скуле.

На звуки борьбы пришли зрители — несколько человек покинули свои кабинеты, чтобы посмотреть, что происходит. Я слышала, что кто-то уже позвонил охране, чтобы этих двоих разняли. Девушка в сером костюме помогла мне встать и, кажется, спрашивала, не пострадала ли я.

А у меня слова в горле застряли, я не могла отвести взгляда от мужчин.

Рич разошелся, стараясь отыграться… наверное за всё. Было видно, что Дерек хотя бы адекватность сохраняет — больше выставляет блоков, наносит короткие и точные удары, в отличие от брюнета, который и ногами и руками стремился нанести противнику как можно больше урона.

Девушка попробовала отвлечь меня, заставить отвернуться. Майк выбежал в холл одним из последних и от увиденного схватился за голову.

В ушах звенело, стояли крики и визги тех, кто пытался словесно разнять потасовку. Двери лифта открылись, двое охранников выбежали из кабины, растаскивать драчунов в разные стороны. У Дерека была разбита губа, тонкая полоска крови спускалась по подбородку. Стерев этот след кулаком, мужчина сплюнул еще немного крови на пол, после чего начал искать среди собравшихся… меня. Это понятно, ведь наткнувшись на меня взглядом, он больше его не отводил.

Рич все еще пытался вырваться из крепкого захвата охранника, пока Дерек восстанавливал дыхание. Майк уже начал снова кричать.

Я больше не могла.

Думала, что предел достигнут еще в кабинете продюсера, но нет. Вот он.

Сплетни, слежка, потоки ругани и кровь.

Отличный получился финал.

И я ухожу.

До того, как двери лифта успели захлопнуться, я скрылась в кабине и нажала кнопку первого этажа. Меня еще потряхивало, пока я заказывала такси с помощью приложения на телефоне.

Сотовый я выбросила, стоило сесть в машину. Дома куплю новый, старый номер ничего хорошего мне точно больше не принесет.

Покидая студию, мне казалось, что я уезжаю с пожарища. Незримая стихия бушевала за стенами, в которые возвращаться я не собираюсь больше никогда, не желая быть поглощенной со всеми остальными тем, что называется голливудской мечтой.

Глава 19. Работа

— А я все равно думаю, что тебе нужно их засудить.

Я чуть вслух не застонала, устав слышать от Клэр одно и тоже практически каждый день.

Мы сидели в моей комнате. Вернее, Клэр сидела — крутилась на кресле возле письменного стола, я лежала на кровати, задрав ноги вверх, пятками упираясь в стену. За прошедшую неделю я успела пожалеть о том, что поделилась с подругой деталями моего ухода из фильма уже… не знаю, миллион раз?

— Это вообще можно все выдать за сексуальное домогательство. А еще притеснение на почве гендерной ненависти.

— Ага, была бы афроамериканкой, мне бы цены вообще не было…

— А вот зря ты смеешься, — серьезно ответила Клэр — эксперт в раздувании скандалов с денежной выгодой. — Дискриминация должна быть наказана. Ты сидишь без работы, с моральной травмой, только потому что один женоненавистник считает, что ему позволительно выплевывать в адрес девушки все, что ему заблагорассудится!

— Клэри, давай не будем? — взмолилась я тоже в миллионный раз. — Я просто радуюсь, что все закончилось. И что на меня до сих пор не подали в суд за то, что я их кинула.

— А не подают они в суд, подруга моя, потому что знают, что в случае ответного иска ты нагнешь их! — Клэри не отступала. Вот кому в жизни точно не хватает драмы. — Идиоты получают сотни миллионов от компаний из-за отсутствия дурацких надписей на стаканчиках, а ты хочешь продолжать жить в этой дыре, когда деньги — вот у тебя под носом. Я уж не говорю о том, что ты наверняка нарыла столько грязного бельишка, что редакции по тебя так и плачут.

— А-а-ар-г-х! — взывала, отбрасывая подушку в сторону. — Отстань! — прикрикнула на подругу. — Просто… Закрыли эту тему. И я ничего слушать не желаю.

Как они все меня достали!

Клэри со своими деньгами и желанием бороться с патриархатом (если это принесет денег, конечно).

Родители… на них я злиться не могла, но очень хотелось получить чуть больше поддержки с их стороны. Мама еще могла понять мое нежелание и дальше продолжать съемки. А вот отец осуждал.

Он у меня тихий, спокойный. Так что свое мнение папа высказал всего один раз.

Я приехала домой, измотанная долгой дорогой. В тот же день, когда новостные каналы были взорваны громким скандалом, участницей которого я стала благодаря Брэдфорду, я арендовала машину и отправилась в Чикаго. Вариант, к которому стоило прибегнуть еще когда не оказалось самолетов, а не после постели Дерека. Вела осторожно, старалась не сильно гнать. Но один водитель на весь путь — это слишком изматывающе.

Домашние встретили меня с волнением, ведь я не позвонила, телефон мой не отвечал, а все что они знали — это дурацкие слухи из интернета, подкрепленные парой фотографий.

Пришлось рассказывать все честно. Никогда не врала родителям.

Только их реакция оказалась не совсем той, на которую я рассчитывала.

Конечно же, я не ожидала, что меня погладят по головке. Но слова отца из головы не лезли всю неделю.

«Я понимаю, что ситуация в высшей степени неприятная. И ни один из мужчин в этой истории не повел себя достойно. Но и ты не права. Ты же взрослый человек, должна была отдавать отчет в своих действиях. Чему я тебя всегда учил? Думать, потом делать. Да, сейчас трудно принять все произошедшее. И как отец я бы ни за что не отпустил свою девочку к этим скотам обратно. Но ты приняла на себя некие обязательства, и не имеешь права отказываться от них, только потому что оказалась не готова к последствиям. Если бы вопрос касался только тебя — я бы поддержал твое решение на все сто процентов. Но ты сама говоришь — это целый муравейник. Десятки людей, задействованных в вашем мероприятии, могут лишиться зарплаты, если фильм закроют. Это работа, на которую ты подписалась. А работа должна быть выполнена.»

И я даже думать не хочу о лекции по поводу половой жизни, которую они на пару с мамой мне зачитали, словно мне было четырнадцать и слово «секс» я услышала впервые. Краснела я ничуть не меньше, чем в прошлые разы, когда родители принимались обсуждать интимные вопросы.

А про возвращение…Я пыталась повторять себе, что ничего там не закроют. Где я, и где этот фильм. Дублерши, изменение сценария, двойника в конце концов найдут… Да и снято было почти все.

Только не помогало.

Отец ходил по дому мрачнее тучи, считая, что не давит на меня, раз молчит. Мама пыталась поговорить, чтобы унять мои душевные терзания. А я просто хотела тишины.

Не только внешней, но и душевной. Чтобы миллиард мыслей перестали разъедать мой мозг круглые сутки напролет. Я засыпала — и думала о случившемся. Мне снилось одно и тоже каждую ночь. Чертов Трумэн, кричащий ругательства, подвыпивший Харрингтон, тискающий возле лифтов, Дерек с разбитыми кулаками и губой.

Потом я просыпалась и все повторялось по кругу. Гребаный день сурка.

Причем самое обидное… Я действительно начинала остывать и думать, что вернуться станет правильным поступком.

И это бесило. Чувствовала себя какой-то тряпкой, жалостливой ко всему миру, но не к себе самой.

— Может хоть в клуб сходим? — предложила Клэр, которая явно скучала. Из нас двоих это я вечно вытаскивала ее из всяких надуманных депрессий, так что подруга пыталась развеселить меня, как умела. — Потанцуем, напьемся, подцепим каких-нибудь красавчиков, чтобы целоваться с ними в полночь. Новый год же!

— Я пас, — отозвалась лениво. Мой ответ впрочем, девушку не удивил. Перевернувшись на кровати, я села, подобрав под себя ноги. — Я пропустила Рождество, так что мы с родителями хотели вроде как перенести празднование на сегодня. Марго и Дениз обещали приехать.

Плюс не хочу выбираться в люди, проверять, добралась ли моя «слава» до местного населения. Вообще на полном серьезе раздумываю, а не освоить ли мне какую-нибудь профессию, чтобы работать дистанционно и вообще не выходить из своей комнаты. Никогда.

— Мэри, к тебе пришли! — мамин крик был чуть приглушен прикрытой дверью в мою комнату. Кого, интересно, там черт принес? — Проходите, вторая дверь слева.

Я строго посмотрела на Клэр, одним взглядом собираясь выяснить, не ее ли это проделки, но подруга только пожала плечами, давая понять, что она тут ни причем. Тихий стук в дверь, Клэр подскочила с места, чтобы открыть.

— О… мой бог…

Готова поклясться, что отчетливо услышала звук упавшей на пол челюсти.

****

Дерек

Он понятия не имел, как долго следует выжидать до того момента, когда пора идти и извиняться. Очевидно, что вариант «сразу» — не сложился.

Если что-то Дереку и нравилось в Саре, в некоторой степени, конечно, так это ее способность прощать всё за побрякушки. Какая бы ссора у них не случалось, достаточно было посетить ювелирный, и все проблемы как рукой снимало. Иногда прокатывало какое-нибудь дизайнерское платье или новая машина. Но с этими вещами было сложнее угадать, чем с украшениями. Чем серьезнее проступок (по меркам Сары), тем больше ноликов должно было фигурировать в ценнике. Предельно просто.

С Мэри такой подход категорически не сработал бы, в этом Дерек был уверен. Про примирительный секс можно и не думать.

«Про это, друг, можешь вообще забыть», — с грустью подумал Брэдфорд. Хотя, казалось бы… Мэри его видеть, скорее всего, вообще не хочет. Ни о каких отношениях, при таком раскладе, речи и быть не может. Но какого-то хрена Дерек и не думал пойти и подыскать себе кого-то, пусть на одну ночь, чтобы хоть немного сбросить напряжение. Или какого-то хрена все равно оставил вещи девушки в своем доме, а не выслал их владелице. Более того, не просто оставил, но и переложил в свой шкаф все содержимое багажа.

«Ей просто нужно время, чтобы остыть», — старался убедить себя Дерек. А ему нужно было время, чтобы придумать, как исправить сложившуюся ситуацию.

Только на ум ни хрена не приходило.

Мужчина искренне верил, что самая большая проблема, которая возникнет из-за обнародования снимков — это неприятные слухи. Вопрос с Трумэном можно было решить тет-а-тет, финансовую сторону со штрафами и прочим Дерек бы закрыл до того, как это коснулось бы Мэри. Ну а шумиха в прессе стихла бы сама собой, в Голливуде хватает людей, о которых можно посудачить, никто надолго не остается под прицелом фотокамер.

Только все вылилось в нечто невообразимое. И отвратительное. Поведение Майкла, выходка Харрингтона. Стоило вспомнить, кулаки сжимались сами собой. Да и сам Дерек повел себя не лучше.

Не приехать в Чикаго он просто не мог. А вот для того, чтобы добраться до дома Мэри, сначала потребовалось несколько дней приводить мысли в порядок.

Простенький кирпичный дом на пять этажей в южной части города смотрелся несколько обшарпанным. Никаких замков на входе, домофонов. Или парковки. Пришлось бросать автомобиль у входа, надеясь, что машину не угонят, пока мужчина будет улаживать проблемы.

Если у него вообще получится поговорить с Мэри.

Дверь в квартиру открыл мужчина средних лет с заметной сединой на темных волосах. Военная выправка, короткая «полицейская» стрижка. Отец Мэри встретил гостя в своем доме неприветливым взглядом. И молчаливо.

«Тут даже генетическую экспертизу проводить не надо», — подумал Дерек, не моргая, в ожидании, когда мистер Уилсон закончит мысленно препарировать его. Мэри тоже так смотрела, когда была чем-то недовольна. Будто обладала способностью забираться в мозг, и технично раскапывала в твоем сознании самые грязные тайны. А после непременно делала неправильные выводы.

— Мистер Уилсон, — блондин протянул руку для приветствия. — Дерек Брэдфорд. Я пришел, чтобы поговорить с Мэри.

Хватка отца семейства была крепка, впрочем, как и у Дерека. Несколько секунд двое оценивали друг друга, поле чего мистер Уилсон отошел с прохода. Приглашать не стал, четко демонстрируя свое отношение.

— Донна? — окрикнул мужчина. — Позови Мэри.

— Я бы хотел поговорить с ней наедине, — уточнил Брэдфорд.

Мистер Уилсон поджал губы. В точности как это делала Мэри, если предпочла бы оспорить услышанное.

— Не смею мешать. Пойду пока ружье почищу.

— Гарольд! — из-за угла вынырнула миниатюрная женщина. С русыми волосами, легкими, едва заметными морщинками в уголках глаз. У нее был тот же овал лица, что и у Мэри, они с дочерью вообще очень похожи внешне. — Он шутит, — заверила миссис Уилсон.

— Нет, — отрезал глава семейства уже из другой комнаты.

— Мэри, к тебе пришли! — Дерека крик женщины несколько застал врасплох, мужчина вздрогнул. — Может чая?

— Спасибо, не стоит, — вежливо отказался Брэдфорд. Очевидно, что в этом доме ему не слишком рады, и так как он понятия не имел, как сложится разговор с Мэри, не желал кого-либо лишний раз напрягать.

— Проходите, вторая дверь слева.

Найдя нужную комнату, Дерек тихо постучал, прежде чем зайти. Тонкая фанера задребезжала даже от легкого касания.

— О… мой бог…

Дверь распахнулась, только ее открыла не Мэри.

Дерек уже подумал, что ошибся комнатой, посмотрел в коридор, проверяя — правильно ли посчитал двери.

— Вы мистер! — начала грозную тираду незнакомка, ткнув блондина указательным пальцем в грудь. — Да как тебе хватило наглости явиться в этот дом!

От восторженного удивления в голосе не осталось и следа. Девушка продолжала тыкать Брэдфорда, но что-то ее прикосновения больше смахивали на попытку ощупать мышцы.

— После всего, что ты устроил! Да как ты по ночам спишь? Думаешь, можешь заявиться сюда, и снова…, - брюнетка продолжала ругаться, пока ее не одернул знакомый голос:

— Клэр. Хватит.

Девушка по имени Клэр прищурилась, но свой пыл все-таки сбавила. Она взяла с письменного стола блокнот, ручку и начала что-то поспешно строчить.

— Даже не думай его прощать, — распорядилась Клэр, бросив фразу через плечо. Оторвав листок, она сложила его надвое, после чего провела рукой по паху Дерека, от чего у мужчины пропал дар речи. Самым бессовестным образом девушка нащупала его член, ласково погладила по всей длине, а затем запихнула в карман актера сложенную бумажку.

— Позвони мне, — произнесла Клэр одними губами, покидая комнату.

«Гостеприимство, однако», — сглотнув ком в горле, подумал Дерек.

Мэри сидела на кровати, сутулилась и, не моргая, взирая на блондина исподлобья.

Брэдфорд быстро осмотрелся. Комната была совсем детской. Розовые обои, односпальная кровать с покрывалом в цветочек, письменный стол с множеством блестящих надписей и цветными наклейками. В такой обстановке девушка казалась еще миниатюрнее, словно ребенок. На ней опять были надеты бесформенные шмотки, на несколько размеров больше, от чего тело Мэри смотрелось болезненно исхудавшим.

Под тяжелым взглядом девушки Дерек чувствовал себя не в своей тарелке. Разговор и так предстоит не из легких, и Мэри ничуть не облегчала задачи.

Более отчужденной она уже не могла стать. Брэдфорду столько времени потребовалось для того, чтобы Мэри раскрылась для него, вылезла из своего кокона. И он все просрал. Глядя на девушку сейчас, Дерек понимал — она не подпустит в себе. Забилась в свою раковину, хоть клещами вытягивай.

Стоит отдать должное. Блондин восхищался этой женщиной. Ее решительным поступком. Не каждый сможет послать на хрен тех, кто обещает тебе большие прибыли. На самом старте своей карьеры, Дерек и думать не смел возразить хоть что-нибудь тем, кто дает ему работу. Голые съемки — пожалуйста. Сыграть расиста? Спорно, но что делать? Прожить две недели под мостом, чтобы лучше вжиться в роль, избавиться от волос, набрать или сбросить треть собственного веса. Все, чего бы не требовали режиссеры. Это сейчас у него есть имя, положение, деньги, позволяющие… например, отстранить Трумэна от проекта за слова, что он адресовал Мэри. Девушка же отстояла свою позицию, не имея ни гроша за душой.

Блондин уселся на край крутящегося стула, одна ножка которого чуть треснула и под весом мужчины заскрипела. Кресло пошатнулось, но удержало седока.

— Ты должна вернуться, — гложущая тишина должна была прекратиться. Дерек выдавил из себя слова, по-прежнему гадая, какие из аргументов подействуют на Мэри. И не был уверен, что такие вообще существуют. Запугивать судами не хотел. Тем более что студия на это вряд ли пойдет. Делу это не поможет, денег не вернет, да и новый скандал никому не нужен. Особенно учитывая, что Дерек станет не единственным, кто примет сторону Мэри в судебном разбирательстве. В ЭлЭй хватает друзей, которые вникнув в положение девушки, поднимут такую волну общественного возмущения, что утонет не один студийный гигант.

Деньги? Дерек не был уверен, что это сильный козырь. Давить на жалость?

— Понимаю, тебе не хочется…

— Хорошо.

Мужчине показалось, что он ослышался. Читать по Мэри было невозможно, она словно чистый белый лист. Ни единой эмоции, ни один мускул на лице не дрогнул. Отдельная загадка — как работает ее мозг, что толкает принимать те или иные решения. Дерек не привык к этому. Ему было проще, когда Сара взрывалась, кричала, выплескивала все, что творилось в ее голове. Он ненавидел это, но хотя бы понимал.

Мэри же умела пытать. Причем изощренно. Своим молчанием.

Своим сбивающим с толка ответом.

Одним словом она обрубила всякие варианты диалога, которые Дерек так тщательно продумывал, прежде чем сюда прийти.

Но не гнала. Это ведь хорошо?

Не обвиняла. Не спорила.

Молчала, испытывая своим взглядом.

«Давай же… скажи хоть что-нибудь», — мысленно взмолился Дерек. Это невыносимо. Все прошедшая неделя была невыносимой. Мэри исчезла, твердо намереваясь исполнить обещание уйти. Студия бушевала, требуя уладить скандал до тех пор, пока пресса не пронюхала. Репортеры преследовали, не отступая ни на шаг.

Пустого, одинокого.

Пугающего.

И всем потому что Мэри не было рядом. По его вине.

— Я не хотел, чтобы все так сложилось.

Это было честно. На все сто процентов.

Но и на эти слова девушка никак не отреагировала.

Дерек поджал губы. Что твориться в ее голове?

У него было столько вопросов… И желаний.

Например, встать с чертового стула, подойти к Мэри и поцеловать. Обхватить ее лицо ладонями, притянуть и не отпускать, пока она не ответит на поцелуй. Запрокинет голову, раскроет свои губы… Даст понять, что все позади.

Но Дерек не станет этого делать. Знает, что Мэри его оттолкнет.

Да и простая попытка вторгнуться в личное пространство, наверняка, только нарастит пропасть между ними.

— О чем думаешь? — Дерек чуть кулак не закусил от осознания, что ему пора бы заканчивать приписывать Мэри собственные догадки. Сколько раз он ловил себя на том, что ошибается на ее счет. Да и пора бы уже затолкать свое «я» подальше, чтобы понять, чего хочет Мэри.

Девушка ответила не сразу. То ли не ожидала вопроса, то ли подбирала слова.

— Много о чем, — призналась Мэри. — О том, что лучше руку себе отпилю, чем вернусь на площадку. Но все равно поеду.

— Почему?

— Потому что это работа, которая должна быть сделана, — безжизненным голосом отозвалась Эм.

— Ничего подобного больше не повторится, — заверил Дерек, радуюсь, что хоть какое-то подобие диалога получается.

— Не сомневаюсь, — отгрызнулась Мэри. Собственно, трудно представить, что еще можно выкинуть, чтобы хотя бы приблизительно повторить случившийся трэш.

— А что с нами? — Дерек прикусил кончик языка, стоило задать вопрос, который на самом деле волновал его больше все в этот приезд.

Мэри опять не торопилась давать ответ.

— Ты унизил меня.

Без обвинений, без надрыва. Простая констатация факта.

— Я… не хотел. И в мыслях не было. Черт подери, я…

«Опять «я», «я», «я»», — Дерек был уверен, что аналогичные мысли сейчас крутятся и в голове Мэри.

— Зачем? — девушка дернула плечом, задрала голову к потолку на одну секунду. — Нет, — немного истеричный смешок. — Я могу понять. Наверное. Но отказываюсь принимать. Неужели тебе обязательно было отыгрываться на мне… подобным образом?

Мужчина ощутил, будто его со всей силой ударили в солнечное сплетение.

— Ты так об этом думаешь? — Дерек побледнел. — Что я… отыгрывался?

Услышать такое и остаться на месте было невозможно. Блондин поднялся, запустил руки в волосы и начал расхаживать по комнате, стремясь усмирить бурю негодования в душе.

-.. Да… я…

«Дыши. Просто заткнись и дыши», — Брэдфорд с трудом сдерживал желание взорваться. Мэри серьезно считала, что это такой способ мести? За что?!

«Е**ть…. И это она всю неделю себя в этом убеждала еще сильнее…». Отличного она о нем мнения.

Дерек опустился на кровать и взял тонкие, изящные кисти в свои руки.

— Я… Да я бы никогда не поступил подобным образом. Слышишь? — он большими пальцами поглаживал нежную кожу. Наверное, Дерек испытал бы облегчение, что Мэри е вырывалась, если бы обратил на это внимание. Для него куда важнее было, чтобы сейчас девушка услышала его. — Подумать не мог, что ты примешь это на личный счет. Черт, да я поделился с тобой вещами, о которых никому и никогда не признавался. Думаешь, после такого человек будет «отыгрываться»?

— Тогда зачем ты…

— Я… да, я облажался. По полной. Хотел, чтобы вся эта херня у вас с Ричем закончилась, и не видел другого варианта.

Мэри покачала головой. Не верила.

— Я говорила, что у нас с ним… Ты знал, что я хочу его бросить.

— Да какая разница? — Дерек заставил Мэри посмотреть на себя. — Ты хоть на мгновение можешь представить…

Дерек осекся. Не станет говорить громких слов, не в таких обстоятельствах. Не тогда, когда Мэри едва ли верит всему услышанному.

— Даже если бы ты его бросила, вам бы приходилось изображать парочку.

— Это только игра.

— А я бы сходил с ума. Каждый день, глядя, как он тебя трогает. Каждый раз, когда слышал бы, как все вокруг обсасывают ваш роман. А еще знал бы, что он тебя хочет. Не мог не хотеть… Ты бы смогла спокойно смотреть, как твоего парня?..

— А я, значит, твоя девушка?

Удивляется? Или опять ирония? Гнев?

Дерек не знал. Но и юлить не собирался:

— Я бы очень хотел, чтобы это было так.

Ожидание может убивать. Теперь Брэдфорд это точно знал. Сердце в груди остановилось, и не билось пока Мэри раздумывала над ответом.

— Что… с журналистами?

«М-м-м…», — Дерек оказался несколько озадачен. Его несносная девчонка, упрямая, как последний мул, ловко увильнула, выбрав другую тему для обсуждения.

— Рич сделал заявление, — Брэдфорд отвечал нехотя, чувствуя, что с каждым словом они все только сильнее уходят от вопроса «что между нами происходит». — Официально вы расстались до того, как у нас с тобой начался роман.

Одна бровь девушки взмыла вверх.

— Хорошо, — Мэри кивнула. — Я не знаю, смогу ли купить билеты на завтра.

Вот и всё. Девушка убрала руки, разрывая их с Дереком контакт, отвернулась, смахивая мешающие пряди волос со своего лица. И Брэдфорд видел — она попросту всеми силами пытается от него отгородиться. Даже начала перебирать стопку книг на своей кровати, будто не понимает, насколько жалко смотрится попытка изобразить занятость.

— Так а что с нами? — уходить без ответа на свой вопрос Брэдфорд не собирался.

— Я не знаю, — Мэри выдохнула и отставила стопку книг обратно на кровать. Видимо, ее выдержка подошла к концу. Пальцы чуть подрагивали от волнения, нежелание смотреть в глаза, попытка вновь отвернуться… — Я должна подумать. По работе — я сделаю все, что потребуют. Даже если нам с тобой нужно будет выходить вместе и изображать роман. Но за пределами… мне нужно время.

«Ну, это хотя бы не «нет».

Дерек улыбнулся. С этим он может совладать.

— Ты мои вещи не привез?

— Нет, — мужчина покачал головой, еще сильнее расплываясь в улыбке. — Не против, если они пока останутся у меня? Зачем туда-сюда перевозить каждый раз?

— Несколько самонадеянно, не находишь? — Мэри поджала губы, стараясь заставить уголки рта не поползти вверх.

— Ты не представляешь, насколько я себя сдерживаю, — отозвался Дерек довольно. Он поднялся с кровати и запустил руки в карманы брюк. Одна рука коснулась листика бумаги с номером телефона той девицы, имя которой Брэдфорд и вспомнить уже не мог. Вторая ладонь аккуратно накрыла собой маленькую квадратную коробочку, обтянутую бархатом.

«Пока не время», — напомнил себе Дерек. Но глядя, как Мэри упорно пытается подавить собственную улыбку и, наверняка, желание съязвить в ответ, понимал.

Скоро.

Глава 20. Интервью

— Все готовы? — уточнил мужчина, устраиваясь на высоком табурете.

Ряд раскладных деревянных стульев с черной тканью, на спинках которых с обеих сторон белым шрифтом расписаны фамилии, стояли на фоне гигантского постера к фильму. Журналист поправил тонкие очки на своем лице и еще раз проверил, что его карандаш наточен и блокнот с вопросами открыт на нужной странице. Я подсматривала за всем через узкую щелку приоткрытой двери, испытывая нешуточное волнение.

— Все будет хорошо, — теплые ладони легли на мои плечи. Дерек был рядом, готовый успокоить и отвлечь от лишних переживаний. Невольно подалась назад, чтобы спиной почувствовать крепкую грудь Брэдфорда. Мужчина тут же отреагировал, прижимая к себе.

Котяра мартовский.

Хмыкнула, а сама уткнулась сгиб локтя.

Иногда Дерек пугал. В приятном смысле, как это ни странно. По возвращении в Лос-Анджелес, блондин оберегал мое душевное спокойствие похлеще, чем медведица своих детенышей. Постоянно был рядом, умудряясь ловко балансировать на грани между «боже мой, оставь меня в покое, я хочу побыть одна» и «не бросай меня одну с этими шакалами».

Съемки вернулись в привычное русло — авралы, полное отсутствие выходных, минимальный отдых между сценами. Черт, да я один раз уснула прямо в гримерке во время обеденного перерыва. На плече Дерека. Он до сих пор утверждает, что я отрубилась, пока потягивала содовую через трубочку. Не слишком ему верю, но сейчас не о том. Съемки меня не пугали. Да, я опасалась своего возращения, не хотела встречать осуждающие взгляды, направленные в мою сторону, абсолютно не горела желанием видеть Харрингтона. Но эти чувства остались позади после первого же дня. У меня образовался надежный защитник, моя семифутовая стена мышц, создающая для меня комфортные условия работы. Хотят окружающие этого или нет.

И все равно сегодня я нервничала. Первая встреча с журналистами после всего случившегося.

— Не волнуйся, — шепнул Дерек мне на ушко. — Это только работа.

Скорее всего он прав. Это не пресс-конференция, не выкрики вопросов на улице, пока тебя окружает десяток фотокамер, не вечернее ток-шоу. Все вышеперечисленное ждет нас впереди. А пока — уютная темная комната с парой софитов, только один репортер со списком согласованных вопросов. И все равно не по себе.

— Заходите, — крикнул режиссер, приглашая актерский состав пройти на выделенные нам места. На нескольких камерах, расположенных в помещении, загорелись красные лампочки. Изображения подавались на общий монитор, чтобы можно было разом просматривать картинки с каждой точки съемок.

Это только работа.

Я натянула приторную улыбку. В конце концов, я тут звезда, а не какая-то перепутанная девочка. Ведь так?

Дверь распахнулась, и мы направились устраиваться на свои места. Дерек я взяла за руку, утягивая за собой. Никаких официальных и псевдоофициальных заявлений мы до сих пор не делали. Естественно, что публика ждала хоть каких-то новостей. Будем считать, что кинули голодным псам косточку.

— Итак, я рад видеть всех вас! — объявил мужчина, который выступал сегодня в качестве режиссера нашего небольшого интервью. — Мое имя Мэтт, я и буду руководить съемкой. Полученный материал мы планируем использовать в рекламных целях, и надеемся включить его в качестве бонуса к DVD. Так что давайте все немного постараемся, чтобы дать нашим зрителям то, что они хотят услышать.

— Мэтт, — осторожно откашлявшись, произнес наш продюсер. Майкла Трумэна на этом посту заменил молодой человек по имени Говард. Фамилию я, увы, так и не запомнила. Слава богу, с продюсерами я больше дела не имела. — Это, конечно, все хорошо… Но предупреждаю, что обсуждать мы будем только вопросы, относящиеся к фильму. Никаких комментариев по поводу недавних событий никто из съемочной группы давать не будет.

Сама корректность.

Дерек крепче сжал мою руку, напоминая, что он рядом. А я решила чуть поубавить «лучезарности» в своей улыбке, чтобы не давать новых поводов для пересудов. Что ж, если скользких тем мы действительно касаться не будем, то можно выдохнуть с облегчением.

— О’кей, — кивнул мужчина. Он подал сигнал журналисту, и тот сразу зашуршал листами в своем блокноте, явно раздосадованный такими новостями. — Само собой, тут сценариев у вас не будет. У Джеффри — кстати, поприветствуйте парня — есть заготовленный список вопросов, который мы хотели бы вам задать. Ведите себя естественно, постарайтесь не смотреть в камеры. Хотя, кому я это все объясняю…

— Итак, пожалуй, начнем, с автора, — проговорил Джеффри, пролистывая свой блокнот с заготовками. К своему удивлению, я заметила, что он волнуется. Ну, или пыталась себя убедить в этой мысли, чтобы не быть одинокой в своих переживаниях. — Линдси, ваш роман «Наваждение» стал главным бестселлером прошлого года. Книга переведена на двадцать семь языков и до сих пор продается миллионными тиражами, особенно в преддверии выхода фильма. Нам известно, что практически сразу все студии Голливуда начали настоящую охоту за правами на экранизацию. Почему ваш выбор пал именно на «Юнайтед Кингдом»?

Линдси смущенно заулыбалась, демонстрируя белоснежные зубы.

— Вы правы, я долгое время получала множество предложений на экранизацию. Большинство компаний обещали неплохие деньги, многие пытались давить, чтобы я соглашалась скорее, так как бум на книгу пройдет, и экранизация так и не состоится. Но у меня были особые условия. А как вы, наверное, знаете, далеко не все киностудии готовы идти на уступки.

— Что за условия?

— Я хотела активно участвовать в процессе. Не только помочь с написанием сценария, но и иметь голос при подборе актеров, подбору костюмов и прочего…

— Да, Линдси заставила всех нас понервничать, — снова вмешался в разговор Говард. Хотя над картиной начинал работать Трумэн, и именно ему, как продюсеру, досталось больше всего от капризов топового автора, Говард имел представления о том, какой Линдси бывала дотошной.

— Что вы имеете в виду? — журналисту пришлось отступить от запланированных вопросов. И режиссера документалки это вполне устраивало. Так действие будет выглядеть натуральнее, и все это прекрасно понимали.

— Лин, прости, что перебил, — Говард положил руку на плечо Линдси Кавилл, по-дружески похлопав женщину. — И не обижайся, но еще на стадии подбора актеров большинство из нас были уверены, что к съемкам мы так и не приступим.

Ох, а вот это был явно заготовленный текст. Сомневаюсь, что Говард присутствовал при метаниях команды по всей стране.

— А что такое? — удивилась Линдси, будто первый раз слышит нечто подобное. Я не могла не усмехнуться — вот по кому на самом деле плачет Оскар. — Мы все знаем кучу примеров, когда студия берется за экранизацию, при этом напрочь портя всю изначальную задумку романа. Выкидываются ключевые сцены, меняются образы…Я просто хотела быть уверена, что этот фильм сможет отобразить именно мое видение истории. А не какого-нибудь маркетолога, который якобы думает, как сделать мой бестселлер еще лучше.

Мы с Дереком переглянулись, надеясь, что наши иронические улыбки не попали в кадр. Рич сидел по левую сторону от меня, такой же позитивный, как и всегда. Расслабленная поза, нога, закинутая на колено. Довольная жизнью улыбка. Отличный грим, так и не скажешь, что совсем недавно ему сломали нос.

При воспоминаниях начала нервно водить пальцем по кисте Дерека, отвлекая и успокаивая себя. Все позади, и колючий холодок, который пробежался по спине, совершенно лишний.

— Все мы помним, какой ажиотаж вызвал поиск претендентки на роль Эмбер, — продолжил журналист. — И какой неожиданностью стало то, что столь важную роль решили отдать совершенно неизвестной девушке. Не обижайтесь, Мэри.

— Все в порядке, — я махнула рукой. В конце концов, я уже давно успела привыкнуть — каждый так и норовит напомнить о том, что я — непрофессионал. И, что уж там, на момент начала всей это авантюры — даже не любитель.

— Мэри, скажите, каково было работать с командой именитых звезд?

Не хотела бы я пройти через подобное дважды.

— Сказочно. Ну, то есть, вы же понимаете… Это же… Вау! Миллионы девушек только и мечтают хотя бы один раз прикоснуться к этим ребятам, — я похлопала парней, сидящих по обе стороны от меня, по плечам. — А мне посчастливилось работать с ними. Почти каждый день, бок о бок. Наверное, стоит сказать спасибо всем, что учили меня, да и терпели каждый сорванный дубль. Я не нарочно, честно…

Вся команда залилась смехом.

— Да… — протянул Дерек. Можно было и не сомневаться, что Брэдфорд промолчать не сможет. — Мы только сцену в загородном доме переснимали шестнадцать раз…

— Эй! — возмутилась я, толкая Дера локтем. — Между прочим, в этом я не была виновата. Это тебе, судя по всему, очень понравилось рвать на мне одежду и то, как я половину дня носилась по съемочной площадке в одном лифчике!

— И в юбке, — на всякий случай поправил мое заявление Говард.

— Мне точно понравился тот день! — присоединился к обсуждению Рич.

— Тебя там даже не было, — напомнил Дерек прохладно.

— Зато я видел отснятые материалы, — похвастался Харрингтон. — Это просто огонь. Ребята отжигали по полной.

Дерек недобро покосился в сторону Рича, я же предпочла пропустить его слова мимо ушей. Мы все просто дурачимся на камеру, не стоит воспринимать любую брошеную фразу как попытку уколоть.

Линдси с улыбкой начала вспоминать, как ассистентам пришлось бегать в поисках восьми запасных сиреневых блузок, которые приходилось менять после каждого дубля.

— Но в итоге сцена получилась? — поинтересовался журналист.

— Конечно! — в один голос произнесли мы с Дереком. И почему-то оба засмеялись. Я смущенно, он искренне. Блондин провел свободной рукой по волосам, а у меня скулы заалели от воспоминаний, чем именно тогда закончилась наше страстное противостояние перед камерой.

— И поверьте, вам будет на что посмотреть, — добавил Брэдфорд, загадочно улыбаясь, дважды дергая бровями вверх.

— Ну, Дерек, как вы знаете, мы, журналисты, на слово поверить не можем. Может быть, вы могли бы продемонстрировать отрывок из той сцены? В качестве бонуса для поклонников.

Ох, опасно-опасно. Я закусила губу, зато Брэдфорд подтянулся на своем стуле.

— Ну что, повторим? — протянул он, делая вид, что ему-то все равно. Всего лишь какой-то пустяк. Поцеловаться впервые после того, как мы разбежались.

Отдаю должное Дереку, он на меня не давил. Не было никаких «давай сойдемся», «сколько можно думать», «поехали проведем улетные выходные». Так, только категорически не отдавал мои вещи, которые остались в его доме, и всегда был рядом, готовый помочь. Вот только никак не могла понять, каким образом ему все равно удается получить свое. Совершенно случайно подвернулся случай повторить одну из самых страстных сцен между Джонасом и Эмбер. Так удобно…

— Можно, но, боюсь, я не взяла с собой запасной блузки… — кажется, моя попытка отделаться от демонстрации получилось жалкой.

— Да, так не пойдет. Я просто обязан что-то порвать… — даже не верилось, что Брэдфорд решил отступить. Мой герой.

— Держи, — Ричард снял с себя футболку и протянул мне, оставаясь сидеть с голым торсом. — Поднимем немного градус нашего финального интервью…

«Черт возьми», — я выругалась про себя, а вот лицо продолжало профессионально сиять радостью и предвкушением. Что ж, у меня была единственная отмазка, чтобы избежать поцелуев и, спасибо Харрингтону, ее больше нет.

— Я на секунду, — переодеваться перед камерой я не намерена. Так что я пулей выскочила из помещения и вернулась через пару минут. Черную футболку Ричарда натянула на себя быстро, да и свою блузку поверх застегнула достаточно ловко. А остальное время мне потребовалось, чтобы взять себя в руки.

В конце концов, мы проделывали это с Дереком уже шестнадцать раз. И это только если считать близость для камеры.

Мы просто повторим сцену. Ничего личного. Ничего «такого».

— Итак, все готовы? — Дерек поднялся со своего места. — Повторять не буду!

— Конечно, семнадцати раз вполне достаточно… — пробурчала я, вставая напротив блондина.

В помещении повисла тишина, наша дружная команда давала мне и Дереку настроиться. Все будто замерли в ожидании, что будет происходить дальше. Журналист, предвкушая отличные кадры для хроники, незаметно для самого себя начал грызть кончик своего карандаша.

Я задышала чаще. Дерек сделал шаг ко мне, провел ладонью по моей скуле. И это движение привычно вызвало у меня мурашки по спине. Такое чувство, что Дерек не прикасался ко мне целую вечность. Знаю, что это не так — все-таки только что держались с ним за руки, или на съемках мы постоянно то обнимались, то дотрагивались друг для друга. Но не так. На лице блондина не оставалось ни тени улыбки, будто он и не смеялся вовсе с остальными коллегами еще десять секунд назад. Зато во взгляде появилось что-то новое. Или хорошо забытое старое.

— Я хочу, чтобы сегодня ты осталась со мной, — прошептал он. В глазах мужчины горел огонь желания, голос срывался на хрипотцу, брови сведены вместе. Он стоял так близко, его рука медленно спускалась по моей шее, щекоча нервы. И сколько бы раз мы ни отыгрывали этот момент, сколько бы я ни повторяла себе, что это только сценарий, мозг все равно начинал плавиться. Особенно сейчас. Мы уже проходили через это, но, кажется, моему телу было плевать. Ему не нужна была новизна. Только Дерек, который одним отточенным жестом заставлял изнывать от предвкушения.

— Я… Я не могу, — губы дрогнули, я опустила взгляд, не в силах больше смотреть в глаза блондина. Настоящий румянец проступил на моих щеках, потому что я все еще помнила, насколько интимно звучит его голос. Мышцы внизу живота сократились.

Черт, как жарко мы занимались сексом в подсобке… И все начиналось точно так же. Камеры, сценарий, его пальцы на моей шее.

— Но ты хочешь.

Хочу. Хочу, черт возьми. Наплевать на то, что это повторяется уже не в первый раз. И закончится очередным провалом. Мозг плавится, разум отключается. Слова, мне надо не отступать от сценария.

— Я не должна, — почти шепотом отозвалась, закусывая нижнюю губу.

Дерек приподнял мое смущенное лицо за подбородок. И, не дожидаясь разрешения, впился в мои губы, словно мечтал об этом уже очень давно. Его ладони зарылись в мои волосы, а мне не оставалось ничего, кроме как прогнуться навстречу горячей ласке. Секунда — и Брэдфорд опустил руки к воротнику моей блузки, крепко вцепился в ткань и резким движением разорвал ее. Пуговицы посыпались на пол. Мое сердце пропустило удар, когда его ладони едва затронули мою грудь. И я точно знала, что это Дерек сделал нарочно.

Опираясь на его плечи, я «в порыве страсти» запрыгнула на Брэдфорда, обхватывая ногами его торс, а блондин с готовностью поддержал меня одной рукой, чтобы я не упала. Продолжая неистово впиваться друг в друга, мы, кажется, перестали замечать пристальных заинтересованных взглядов со стороны. Я точно знала, как наша пара завораживала окружающих своей страстью. Наш влажный глубокий поцелуй терял всякий налет приличия, стоило вспомнить, что в фильме на мне не оставалось футболки. Дерек сделал шаг, затем еще один по направлению к стене, чтобы разыскать опору для продолжения эти крепких объятий.

— Эй! Ребята, вы уже вышли из кадра, — окликнул нас Харрингтон.

Пошел он.

Уверена, у Дерека в голове вертелась точно такая же фраза.

Брэдфорд не останавливался. Я зажмурилась.

Мене одолевали смешанные чувства. Боль и радость. Оттого что мы снова целуемся, оттого что в сознании вновь зарождается иллюзия, что мы обязаны быть вместе. Оттого что не были. Оттого что сейчас, с секунды на секунду, это все закончится.

Дерек оторвался от моих губ, в тот же момент способность здраво мыслить начала постепенно возвращаться ко мне. Еще бы не его потемневшие от возбуждения глаза…

— Немного увлекся, — с улыбкой шепнул блондин мне на ухо. Знает, что нас отсюда никто не слышит, да и не видит — разве что его спину. Ноги я поспешно расцепила, опустилась на пол, хотя Дерек никуда не торопился.

— Нас ждут, — напомнила тихонько, по-прежнему млея от нашей близости. Если бы блондин не прижимал меня к стене, точно бы растеклась.

— Я ждал этого дольше. Ты меня с ума сводишь.

Слова обжигали сильнее огня. Внутри все с ног на голову переворачивалось.

Черт, почему нельзя просто отключить мозг, и утонуть в этом человеке?

«Потому что потом будет больно», — напомнила себе, хотя не думаю, что до сих пор верила в это.

Вложив свою ладонь в руку Брэдфорда, я позвала:

— Пойдем.

Я подумаю о нас. Позже. В тысячный раз с того вечера, как Дерек сказал, что хочет видеть меня своей девушкой.

Мы вернулись на свои места.

Дерек, усевшись на свой стул, задумчиво проводил большим пальцем по своим губам, и я с трудом могла отвести от его руки взгляд.

— Вау, это было горячо, — признался журналист, поправляя на себе очки. — Огонь. Теперь я с еще большим нетерпением буду ждать выхода фильма. Честно, не представляю, как это — работать в таком… тесном коллективе, — Говард заелозил на своем стуле. Все-таки журналисту не терпелось перевести беседу на тему нашей личной жизни. И его фраза заставила всех присутствующих почувствовать себя не в своей тарелке.

— Давайте, пожалуй, вернемся к нашим вопросам, — прокашлявшись, продолжил Джеффри. — У меня есть один, который я заготовил наконец. Но я не могу ждать. Линдси, в вашем романе открытый финал. Никто из читателей не знает, кого же выбрала Эмбер, с кем обрела свое «долго и счастливо». Продюсеры фильма обещали, что в экранизации зрителя будет ждать настоящая развязка. Так что я хочу, чтобы вы пролили свет. С кем останется Эмбер?

— О, этого я не могу вам сказать, — Линдси замахала руками и начала качать головой. — Мы держим эту информацию в строжайшей тайне.

— Мэри, но, может, хоть вы намекнете? — парень обратился ко мне.

— Ох, — я почесала бровь. — Скажу так. Думаю, что читатели на самом деле с самого начала знают, с кем именно останется моя героиня. Не знаю, просто… спустя столько времени, понимаю, что это, кажется, очевидно. У Эмбер всегда жил только один человек в ее сердце.

Глава 21

— Потрясающий, фантастический, горячий!

Репортер держал гигантский микрофон перед своим лицом и практически кричала в него.

— И это далеко не все, что можно сказать о книге. Скажите, сложно было играть, зная, какая ответственность лежит на ваших плечах?

Девушка направила микрофон в мою сторону, и я была готова.

— Конечно, это непросто, — пока меня готовили к ковровой дорожке, я репетировала ответы на вопросы, которые, как мне казалось, могут задавать. Так что уверена — смутить меня сегодня просто невозможно. На лице настоящая голливудская улыбка, в голове — небывалая легкость от двух бокалов шампанского. — Но вы не представляете, как здорово и легко работать в дружном коллективе. Это огромная, любящая семья. И Рон любит повторять, что фильм — это наш ребенок.

— Работа над этим фильмом стала одной из самых простых в моей жизни, — Дерек, чья рука покоилась на моей талии, поддерживал веселый, праздничный настрой. — Мэри — лучшая. Рональд отличный режиссер. Нам удалось собрать невероятно сильную команду.

— Дерек, Мэри! Пожалуйста, сюда! — нас вновь звали, чтобы запечатлеть нас на камеру.

В кинотеатр, где ожидалась премьера, стекалась публика. Треть зрителей — представители прессы и интернет-изданий. Треть — местный бомонд, чтобы придать мероприятию больший шик. Немного фанатов, которые приобрели билеты через интернет или выиграли их во время проморозыгрышей. Ну, и главные люди — съемочная команда, без которых фильм просто не мог бы получиться.

Мы с Дереком блистали.

Вспышки камер впервые ничуть не смущали. Может, храбрости придавало шампанское, а может великолепный спутник рядом. Или то что сегодня я принцесса Голливуда. Пускай хотя бы на один вечер.

Ощущение потрясающие.

Мы с Дереком позировали, раздавали автографы, общались с журналистами. Ничего сложного. В основном стой да улыбайся. Повернись и снова улыбайся.

Голова кружилась. И виной всему — Дерек Брэдфорд.

Мы флиртовали. Откровенно, бесстыдно.

Притворно.

Наверное.

Я не знаю. Думать не хотелось. Как впрочем, и всегда, когда мы с блондином оказывались рядом.

Дерек кружил меня в танце, позволяя платью заиграть. Юбка с чуть удлиненным подолом искрилась во вспышках фотокамер.

Я не могла перестать смеяться.

— Ты божественна, — прошептал Дерек, когда мы обнялись.

Его губы коснулись моей щеки.

Щетина колола кожу. Кажется, Брэдфорд просто не мог быть гладко выбрит. Как бы он ни старался, все равно оставался колючкой. А мне нравилось. С закрытыми глазами могла бы узнать блондина. По щетине и запаху его кожи. Да, сегодня он использовал парфюм — как по мне, так излишне сладкий.

— Я подарю тебе другую туалетную воду, — пообещала, пока Дерек не отстранился.

— А я без подарка, — промурлыкал Брэдфорд.

Толпа взревела, когда подъехал очередной лимузин и открылась дверь.

— Зато Рич, кажется, с «подарком», — я старалась сохранить улыбку, глядя как Харрингтон помогает своей спутнице покинуть машину.

Сара.

Он приехал с Сарой.

****

Отлично. Просто шикарно…

— Мальчики, девочки! — Сара первой поспешила поздороваться, кидаясь Дереку на шею. Толпа буквально взвыла от подобного зрелища. Конечно, любимая парочка Голливуда снова в одном кадре.

Пришлось напоминать себе, что никаких скандалов на публике устраивать нельзя. Так что продолжала улыбаться и смотреть, как блондинистая стервоза выцеловывает Брэдфорда в щеки.

Я не ревную.

— Мэри! — девушка переключилась на меня.

«Нас фотографируют», — напомнила себе, пока меня пытались задушить в фальшивых дружеских объятиях.

— У нас тут прямо свингер-пати, — задорно высказала свое мнение эта… ни разу не милая женщина. — Давайте покажем этим журналюгам, как мы умеем отжигать?

Сара влезла между мной и Дереком, готовая позировать для всего мира. Мне оставалось стоять рядом с Ричардом, который так же был обязан играть роль милахи-парня. Так что его рука моментально оказалась на моей талии, он приветствовал фотографов, поцеловал меня в скулу.

— О да, мы с Мэри лучшие друзья, — вопрос я прослушала, стараясь не терять лица, пока на ковровой дорожке творилось форменное безобразие, зато услышанный ответ Харрингтона меня просто убил.

Таких друзей врагам не пожелаешь. Видела я наброски его нового альбома. Песни «стерва», «ложная скромность» и «золотая п**да» наверняка посвящены крепким дружеским отношениям.

Хорошо, что я такую музыку не слушаю.

— Думаю, пора заходить, — Дерек, судя по его выражению его лица, был доволен встречей еще меньше моего. Он потянул меня за руку, спасая от двух стервятников. Вот только Сара вцепилась в своего бывшего хваткой бойцовского бульдога.

— Конечно, пойдемте! Наверняка уже разносят напитки!

«Прости», — прочитала по глазам Брэдфорда. Да, премьера будет великолепной, я чувствую. Почти два часа в темном зале с этой парочкой.

Здорово.

Фойе кинотеатра украшали постеры фильма и столы с подарками для гостей. В белых картонных пакетах с серебряным тиснением прятались экземпляры романа, изданные в новой обложке как раз к выходу картины. Естественно, с автографом. Туалетная вода «Наваждение», тоже созданная специально для продвижения фильма и выпущенная ограниченной серией. Саундтрек, мини-постеры с автографами исполнителей главных ролей. И, кажется, конфеты ручной работы.

— Чего-нибудь хочешь? — Дерек кивнул в сторону бара, но я отрицательно покачала головой. Того что хотелось на самом деле в баре не подавали. Крепкий сон, приятная компания и отсутствие стресса. Предварительные показы прошли вполне терпимо, наверное, можно даже сказать, что хорошо. Но мы все всё равно опасались провала.

— Знаю! — Сара словно маленький ребенок захлопала в ладоши. Я только и могла как посмотреть на Брэдфорда с осуждением. Он, между прочим, собирался жениться на этой женщине. — Наверняка тебе подойдет «Кровавая Мэри»!

О боже, как смешно. Закатила глаза, демонстрируя насколько шутка оказалась плоской.

В этот момент мимо как раз проходил официант с подносом напитков. Выхватив стакан с красным коктейлем и стебельком сельдерея, Сара протянула его мне.

И «случайно» плеснула на мое платье.

— Ох, мне так неловко…

Лживое извинение с неизменной улыбкой на лице, пока продолжает поднимать донышко стакана, чтобы посадить как можно большее пятно на светлой ткани.

Прохладная жидкость быстро впиталась в платье и коснулась моей кожи. Отвращение. Ступор. Даже Харрингтон замер в шоке от подобной выходки.

— Эм, — Дерек дотронулся до моей руки, но я отдернула кисть.

— Не надо. Все в порядке, — растерянно улыбнулась. Внутренне меня трясло. Но я не собиралась доставлять этой стерве ни малейшего удовольствия. — Действительно, неловко. Стоит пойти, замыть пятно.

Развернулась и устремилась поскорее найти дамскую комнату.

Уговаривая себя не бежать. Сохранять достоинство. Уроки актерского мастерства не пропали даром.

Заново начать дышать я смогла только когда захлопнула дверь в уборную и включила холодную воду.

Ухватившись за край мраморной раковины, я склонилась, жадно втягивая воздух.

Как это, мать ее, по-детски! Мелочно, низко. Словно кому-то от этого станет лучше.

Она считает, что Дерек посмотрит на подобную выходку и поймет, как много потерял?

Я злилась.

Нереально злилась.

Естественно, Сара выбрала момент, когда фотографы остались на улице, и сама оскандалиться она не сможет.

Первый раз жалею, что поблизости не оказалось папарацци. Или не первый?

Хотя, скорее всего, оно и к лучшему.

Вырвав из держателя несколько салфеток, я начала отмывать пятно. Холодная вода еще больше намочила платье, зато томатное клякса становилось все менее заметно.

Пожалуй, этот тот момент, когда следует порадоваться, что Тэйт и эту ситуацию смогла предугадать. Не выходку Сары, я имею ввиду, а опасность испортить светлое платье. В небольшом клатче чудо-ассистент оставила мне шаль, которую можно накинуть на плечи и прикрыть ей пятно.

— Блин, как скучно.

От голоса Сары меня передернуло. За собственными мыслями я и не услышала, как она вошла. Подняв голову, увидела — блондинка стоит в дверях, нацелив на меня смартфон, как будто собирается вести съемку.

— Я надеялась застать что-нибудь более пикантное.

— С карьерой совсем плохо? Приходится папарацци подрабатывать? — огрызнулась, отправляя несколько бумажных салфеток в корзину.

— Как думаешь, сколько просмотров наберет запись «Грязная сучка пытается отмыться»?

Сжала кулаки, обещая, что не стану ввязываться в скандал. Сара стала крутить телефон в руках, считая, что имеет какое-то преимущество. Вот только зря пытается мерить людей по себе.

— Мне глубоко плевать. Может, стоит попозировать, чтобы ты набрала побольше лайков?

— Типа дерзкая?

— Типа умная, — ответила холодно. — Тебе сколько лет? Уверена, давно пора перерасти школьнические забавы по зажиманию в туалетах в попытках угрожать «популярностью».

Блондинка улыбнулась.

— А мне кажется, что в школе ты была такой же лохушкой, как и сейчас. Думаешь, получила одну роль — и теперь на вершине? Нет, осталась таким же лузершей, какой и была. О которой через месяц и не вспомнят. А Дерек наиграется и побежит ко мне обратно. Так что я тебе даже одолжение делаю — сохрани достоинство. Брось его сама.

Одолжение. Мне.

Ох, зря она это. Размяла пальцы, которые так и чесались сжаться в кулак и показать этой крашенной стерве, как в Чикаго умеют ставить на место.

— И я не отправлю твои фотки в сеть, — Сара еще раз помахала мне телефоном.

Боже, какая же непроходимая идиотка…

Преодолев расстояние между нами за несколько шагов, я попробовала выхватить смартфон. Естественно, блондинка ожидала этого и отдернула руку.

А вот того, что я ухвачу за другую, разворачиваясь и заламывая ее за спину, Сара не ждала.

Выкручивая запястье, я вынудила актриску застонать по-настоящему. По идее, сильной боль она испытать не должна. Так — чуть припугну стерву, чтобы раз и навсегда отвадить желание приближаться ко мне.

Или к Дереку. Стоило вспомнить, как девушка висла на шее блондина, как-то само собой заломила ее руку чуть больше.

— Отпусти, психичка! — завопила Сара, когда я прижала ее лицом к холодному мрамору.

— Телефон.

— Да ты вообще больная! — еще громче начала орать блондинка. Пришлось сильнее выкрутить сустав, уговаривая себя, что я лишь восстанавливаю справедливость.

Сара протянула мне телефон, так что я без труда удалила две кривые фотографии, которыми она надеялась меня шантажировать, проверила — не осталось ли копии в облаке. После чего уронила смартфон на пол и раздавила его каблуком.

Сару я отпустила.

— Тебе лучше уехать, — предложила я. — Ни я, ни Дерек, не хотим тебя здесь видеть. Ты не получала приглашения. А Ричард взял с собой, лишь бы мне насолить. Если ты не видишь, насколько это все унизительно — мне тебя жалко.

— Жалко? Да ты знаешь, сколько у меня фолловеров? — Сара растирала запястье, и не сбавляла громкости. — Да они смешают ваш фильм с дерьмом. Ты никто, чтобы меня жалеть. Один пост, и я…

— А друзья-то у тебя еще есть? — перебила я. — Или Дерек был последним, кто терпел все твои выходки и мог оставаться рядом?

Сара замолчала. Ее трясло сильнее, чем меня, когда я вошла в уборную.

— Не подходи больше к нам.

Выйдя из туалета, я с облегчением выдохнула.

Хочется верить, что самое трудное — позади.

Дерек ждал меня у зала, хотя уже все гости прошли внутрь. Ни в фойе, ни в коридорах никого не осталось.

— Я не опоздала? — прикрывая платком остатки пятна на платье, я спросила, стараясь не смотреть в глаза блондина.

— Разве что совсем чуть-чуть, — мужчина обхватил ладонями мое лицо. — Ты как?

— Отлично. Пойдем?

— Давай. Я попросил, чтобы зал не закрывали. Будет странно, если мы пропустим премьеру.

Странным? Думаю, это было бы отлично. Соблазнительно. Если бы на выходе нас не ждала толпа репортеров, я бы предложила Дереку сбежать. Но, увы. Мы все еще на работе, и прогулять никак не можем.

Мы зашли в темный зал. Фильм уже шел. Трудно сказать, сколько мы пропустили, но видимо, немного. Эмбер только-только садилась на паром, который должен был отвезти ее в Швецию.

— Где наши места? — я шепнула Дереку. Пришлось подняться на цыпочки, чтобы произнести слова мужчине на ухо.

— Там.

Я проследила направление, куда показывал Брэдфорд. М-да… Самый центр зала. Чтобы туда добраться, придется поднять уйму народа.

— Останемся здесь? — Дерек хитро улыбнулся, приглашая сесть прямо на ступеньках.

Что ж… Это оригинально. И меня полностью устраивает.

Придерживая руку мужчины, я опустилась рядом с ним. Интересное ощущение. Вокруг столько гламура, пафоса и шика, на мне платье, дороже годовой ренты родительской квартиры, великолепная прическа и безупречный макияж. А мы с Дереком сидим на полу, вытянули ноги, готовимся смотреть кино. Я стянула туфли, чтобы ноги чуть отдохнули от высоких каблуков. Обхватила руку Брэдфорда и положила голову на его плечо.

На экране как раз впервые появился герой Брэдфорда.

Боже, какой же он красивый.

Я видела блондина всяким, мы столько времени работали бок о бок. Но с экрана все смотрелось иначе. Идеальная картинка, правильное освещение… не знаю. Просто Дерек был невероятным.

Да и я тоже.

С трудом узнавала красотку в черном платье, которая кружила в танце с Дереком.

По сюжету Эмбер знакомится с Джонасом на пароме. Ночь, корабль плывет в Стокгольм. Подруга Эм отстала от рейса, и девушка путешествует в одиночестве. Скучая, она отправляется в ресторан, где один из пассажиров, престарелый швед, завязывает с ней разговор. Очарованный скромностью и образованием Эмбер, мужчина приглашает своего сына подняться в ресторан. Естественно этим сыном оказывается Джонас, герой Дерека. Молодой красавчик-актер и модель, миллионер, любимчик женщин.

Как и Брэдфорд.

Джонас, немного пьяный, но все равно чертовски обаятельный, увлекает Эмбер в танец, а затем уводит на верхнюю палубу, где у бассейна они вместе смотрят на звезды, впервые целуются…

Я поджала губы, сплетая наши с Дереком пальцы.

Это не Джонам и Эмбер на экране.

Это мы.

Настоящие.

Мы оба смеялись в перерыве, точно так же сидя у бассейна. Я испытывала неловкость, когда приходилось танцевать с блондином. И волнение, когда мы ездили верхом по парку. Мне было действительно больно, когда произошла размолвка с Дереком, а режиссер заставил переснимать встречу Эмбер и Джонаса после их ссоры. Наши поцелуи на камеру заканчивались страстным сексом в подсобке.

Каждая эмоция на экране — наша. Не игра, не притворство. Не с моей стороны, во всяком случае.

Я смотрела, как кадры и сцены сменяют друг друга, и становилось все тяжелее дышать.

Здесь было все.

Наше знакомство. Когда Дерек прижимал меня, проговаривая строки из сценария. Настоящее Наваждение, когда мы с ним раз за разом приходили друг к другу, не желая того. Наши герои узнавали друг друга по новой, как и мы с Брэдфордом. Постепенно становились друзьями…

Для Эмбер это проходило через романтические и невероятные свидания. Для меня с Дереком через эмоции и мелочи, которые можно было не заметить.

Банка засахаренной вишни, которую он принес после того, как я потеряла все вещи. Потому что блондин помнил, как стащил у меня ягоду в самолете. Разговоры на площадке, за чашкой кофе. Первая сожженная яичница или совместный ужин. Поддержка, которую он давал. Строгость, с которой Дерек заставлял работать, становиться лучше.

Все это… С самого начала это были Мы.

Искра, которую заметили все вокруг.

Но не я.

— Прости, мне надо выйти, — в горле застрял ком, переносица зудела изнутри.

Я не могла больше на это смотреть. Все на экране… слишком личное. Слишком живое для меня.

Мне нужен был воздух и личное пространство.

*****

Шаги я услышала задолго до того, как они приблизились ко мне.

— Прячешься?

Не на секунду не сомневалась, что это Дерек. Улыбнулась. Прикрыла глаза.

Его ладони на моих плечах, блондин чуть сжимал пальцы, мягко массируя мышцы. Мой бравый рыцарь, который не оставляет…

— Как ты меня нашел? — почему так страшно спрашивать? Или страшно оттого, что думала, что так и простою в одиночестве до конца фильма?

Губы Дерека дотронулись до моей макушки.

— Когда волнуешься, ты любишь забираться повыше и смотреть вдаль… Что странно, учитывая, что ты боишься высоты.

— Ты знаешь? — удивилась. Не помню, чтобы я делалась с Дереком этим.

— Заметил. На тебя каждый раз ступор нападает. Не думал, что у тебя получится та сцена с лошадьми.

— Не напоминай.

Мыслей по поводу съемок мне хватило.

— Разве фильм уже закончился? — я повернулась. Почему-то сердце разрывалось от волнения.

— Какая разница? — Брэдфорд прижал к себе. — Мне жаль, что Сара испортила твое платье.

— Ничего страшного. Пятна почти и не видно.

— Я волновался, когда она пошла за тобой в туалет. Ты ее не видела, кстати?

— А что?

— Она так и не пришла в зал.

Я закатила глаза и закусила губу.

— Ну, возможно…. Я подчеркиваю — возможно, с ее платьем тоже случился конфуз. И она все еще сидит в дамской комнате. И, возможно, не может позвать на помощь, потому что телефон у нее тоже… сломался.

— Случайно?

— Абсолютно.

Дерек смотрел на меня своим фирменным суровым взглядом. Но долго не выдержал — начал смеяться.

— Что? — я толкнула его в грудь. — Ты же не думал что я дам себя в обиду? Знаешь, сколько школьных задир пытались до меня докапываться? Это не так-то просто сделать, учитывая что мой папа коп, и я знаю пару приемчиков. Я, конечно, не горжусь… Но эта стерва должна мне кучу шмоток. А лишилась одного платья. Ну что, что ты смеешься?

— Я люблю тебя.

Это… было неожиданно. Дерек сразу стал серьезен, будто ляпнул не подумав.

— Что ты сказал?

— Я тебя люблю.

Блондин по-моему покраснел. И волновался.

— Рядом с тобой мне кажется, что я никогда никому не признавался в любви. С тобой… я будто говорю это впервые в жизни. Люблю тебя.

Это с самого начала были мы.

Гораздо больше, чем коллега, чем мой наставник, чем любовник и защитник.

Мое наваждение.

Эпилог

Happy End

10 месяцев спустя

— Как у нас дела?

— Угли почти готовы, — Дерек поднес обе руки к грилю, проверяя температуру. — Можно нести мясо.

Он не повернулся в мою сторону, так что не видел, что я как раз водрузила большую миску с отбивных на стол. Следом за мной на задний дворик вышла Марго — она принесла соус, специи и кисть для готовки. Сестра на улице не задержалась — сразу побежала обратно в дом, а я осталась.

— Отлично, можно начинать? — спросил Брэдфорд.

— Папа в жизни не доверит тебе жарить мясо, — я улыбнулась и обняла своего блондина сзади. Он смотрелся таким простым и домашним. Следуя традициям семьи Уилсон, Дерек выбрал простые спортивные штаны и бесформенную толстовку, чтобы встречать с нами Рождество. Никто же не наряжается для уличного барбекю? — Да и вообще никто не доверит. Гриль — это высшее мастерство кулинарии. Можешь пока девочкам с салатами помочь.

— Очень смешно, — Брэдфорд хмыкнул.

— Твои родители не против, что ты поехал встречать Рождество с нами?

Блондин отмахнулся.

— Я купил им билеты на Маврикий. Не думаю, что они вспомнят, что сейчас Рождество.

Руки чуть подмерзли, так что я попробовала запустить их в карманы Дерека, но он меня остановил, поймал запястья.

— Эй, что не так? — возмутилась, стукнув мужчину в плечо.

Блондин развернулся и обнял, согревая. Дерек был горяч. Мой личный генератор тепла.

— Нечего по чужим кармана лазить, — строго отозвался блондин. Мне оставалось только хмыкнуть.

— Боишься, что я найду кольцо?

Дерек отстранился и посмотрел на меня крайне удивленно.

— Ты знаешь?

— Конечно знаю, — кивнула. — Ты его постоянно с собой носишь уже бог знает сколько времени.

— Но откуда?..

— Дер, милый. Мы живем вместе. Я стираю твои вещи, а ты постоянно забываешь коробочку в штанах.

— А почему ты занимаешься стиркой?

Дерек умел ставить в тупик своими вопросами.

— Потому что сам ты этим не занимаешься, — намекнула, что моему гиганту стоило бы чуть больше уделять времени домашним хлопотам.

— У нас есть домработница.

— Дерек, милый. Она ушла от нас еще в мае.

Брэдфорд нахмурился. Странно думать, что когда-то я впадала в ступор и теряла дар речи от этого его взгляда.

— А почему я не знал? — р-р-р, злой и страшный серый волк. Боже, это так умилительно.

— Видимо, потому что очень наблюдательный, — я засмеялась и тут же увернулась от игривого шлепка по заднице. Чуть не завалилась на снег, но мужчина удержал.

По правде говоря, я сама попросила Марию уйти. У меня оставалось слишком много свободного времени, так что уборка дома помогали скоротать вечер-другой. Учеба начиналась только осенью, работа в студии отнимала всего четыре дня в неделю.

Да, знаю, что клялась себе больше никогда не связываться со съемками.

Но… я много чего обещала. Например, остаться с Дереком просто друзьями. Или никогда больше не отрезать себе челку. Но некоторые обещания даются лишь для того, чтобы их нарушить.

Успех фильма обеспечил множество предложений, а Дерек уговорил поэкспериментировать. Я хотела независимости, не собиралась тянуть деньги из своего бойфренда, чтобы оплачивать учебу, да и просто свою жизнь. Так что мы долго подбирали что-то, что устроит нас обоих. Никаких любовных линий, никаких международных проектов, нужно было что-то, чтобы не покидать ЭлЭй, иметь свободное время, чтобы совмещать с учебой.

В итоге у меня роль в ситкоме про официантку-ведьму: три дня в неделю я разношу кофе, машу руками, чтобы потом техники дорисовали спец-эффектор, придуриваюсь на камеру. Еще один день мы работаем перед живой аудиторией. Легко, весело. Не напрягает.

Дерек тоже чуть ослабил свой график. Пусть я и считала, что это глупо — отказываться от отличных предложений, но он делал это для нас…И это здорово. Это много значит.

Мы могли проводить вечера вместе. Мы оба зависимые — столько времени, а мы не можем надышаться друг другом. Мой лучший друг. Мой любимый блондин.

— Ты очень грамотно ушел от темы кольца, — заметила я.

— А ты хочешь это обсудить? — Дерек уселся на скамейку и посмотрел на меня снизу вверх. — Думаешь, мы готовы?..

— Воу-воу, — я подняла руки вверх. — Я ничего такого не предлагала.

— Ну, вообще-то предложение должен делать я, — ответил Дерек.

Я только сейчас обратила внимание на нашу позу. Брэдфорд сидит, я стою перед ним. Ему только на колено встать, и разговор разом перестанет быть шуточным.

— Ты такая забавная, когда паникуешь, — засмеялся блондин. Он взял меня за руки, ничуть не успокаивая. — Что, неужели все еще есть какие-то сомнения?

— В тебе? Никогда.

Это правда. Дереку я верю, как никому другому. Моя скала. Моя опора.

— А по поводу нас?

Я закусила нижнюю губу.

— Допустим, это не самое романтическое предложение…

О нет, он все-таки это сделает. Дерек опустился на колено.

— Даже уверен, что это самое нелепое предложение…

— Я согласна.

— Не перебивай, — гаркнул Брэдфорд строго. — Мэри Уилсон…

— Я согласна!

— Ты будешь моей женой?


Оглавление

  • Марина Весенняя Сыграем любовь
  • Главы 1 Кастинг
  • Глава 2 “Наваждение”
  • Глава 3 Первый день
  • Глава 4 Туфли
  • Главы 5. Поцелуи
  • Глава 6 Полотенце
  • Глава 7. Дерек
  • Глава 8. Блузка
  • Глава 9. Предложение
  • Глава 10. Самолет
  • Глава 11. Сара
  • Глава 12 Розы. Вишни. Договор
  • Глава 13 Любовь по-голливудски
  • Глава 14. Эротика
  • Глава 15. Дружба
  • Глава 16. Ужин
  • Глава 17. Венский*бал
  • Глава 18
  • Глава 19. Работа
  • Глава 20. Интервью
  • Глава 21
  • Эпилог