Стихи Марианне (fb2)




Владимир СОКОЛОВ СТИХИ МАРИАННЕ Книга любовной лирики

Юрий Поляков КЛАССИК (вместо предисловия)

Едва ли кто-нибудь станет спорить с тем, что стихи Владимира Соколова — классика русской поэзии XX века. Это очевидно, а поскольку очевидно это в конце столетия, когда, как говорится, есть из кого выбирать и с кем сравнить, то, полагаю, «приговор» этот окончательный и обжалованию не подлежит.

Иногда думают, будто «классичность» — результат успешной самореализации таланта, для которого «нет школ никаких. Только совесть, да кем-то завещанный дар». Борьба школ выдвинула в XX веке немало ярких «стихоборцев», ставших героями литературных да и политических битв, они нанесли немало внушительных поражений национальному архетипу, литературной традиции да и самому родному языку. Перед их фанерными монументами с уважением и горечью склоняешь голову. Именно о них написаны известные строчки Владимира Соколова:

Это страшно — всю жизнь ускользать,
Уходить, убегать от ответа.
Быть единственным, а написать
Совершенно другого поэта.

Классический поэт — всегда «ловец человеков», точнее, «ловец человека». И этот единственный человек — он сам. Для того мучительно и вяжется небесная сеть стихов, ибо она способна уловить мятущуюся, ускользающую, любящую душу, а вместе с ней и дух своего народа, и эпоху, в коей довелось жить поэту. Для классика традиция не груда обломков, превращенная в пьедестал, но ступени, по которым происходит тяжкое восхождение к себе. Только тому, кто постигает себя, интересны другие, интересно то, что «за стихами». Родной язык для классика не распятое лабораторное тельце, дергающееся под током натужного поиска новизны, но теплая кровь, струящаяся в строчках живого стихотворения.

Классик обречен на гармонию Наверное, поэтому, стараясь понять Владимира Соколова, критика некогда относила его к «тихой поэзии», но если слово «тихий» и подходит к нему, то лишь в том смысле, в каком это слово подходит к названию океана. Ведь способность гармонизировать внутренний и внешний хаос бытия и есть тот изначальный дар, без которого художник никогда не достигнет горних высот, не научится врачевать души классическим стихом. Но гармония требует колоссальных затрат энергии, неведомых тем, кто пришел в литературу для самоутверждения, а не для самопостижения. Источник же этой нечеловеческой энергии один — любовь.

«Стихи Марианне» не просто книга стихов о любви. Но — Книга Любви. Этим сказано все. Больше могут сказать только сами стихи.


I. СТИХИ МАРИАННЕ

Стихи Марианне

I
А мне надоело скрывать.
Что я Вас люблю, Марианна;
Держась и неловко и странно,
Невинность, как грех, покрывать,
Мечтать о балконе твоем,
О дереве на перекрестке,
Где ждали, наверно, подростки
И ждут… Ну, а я-то при чем,
Раз мне надоело скрывать,
Молчать глубоко и пространно,
Что я Вас люблю, Марианна.
Невинность, как грех, покрывать.
II
Счастливое славя житье,
Вдруг личное счастье представив,
Я выдумал имя твое,
Из двух его нежно составил.
Вот Машенькин дом под сосной,
Вот Аннушкин дом под березой…
В России, как в сказке лесной,
Надолго надышишься прозой.
Конечно же, помню и я,
Что имя твое долгосрочно,
Но все ж и его и тебя
И я сочинил. Это точно.
По городу Машенька шла,
Узнав меня, вкось поглядела…
Такие уж, видно, дела.
Такое уж, видимо, дело.
Прощайте, и дни и часы
Доверчивости и опаски.
Нельзя! Но я выпью росы
За Ваши Анютины глазки.

«Дождь оборвал на полуслове…»

Дождь оборвал на полуслове.
Качнулись желтые круги…
Твои шаги теперь во Пскове,
В Михайловском твои шаги.
Льет дождик, пахнущий полынью,
Над омраченною Москвой.
Мне хорошо, что ты под синью,
Что ты под зеленью святой.
С каких-то лип очей не сводишь,
Твердишь рассеянно