Тупик (fb2)


Настройки текста:



Айрис Джоансен Тупик

АЙРИС ДЖОАНСЕН

ТУПИК роман

п

О

со

ь-о

jQ

с; ш

н

МОСКВА2005 Ш

УДК 82(1-87) ББК 84(7США)

Д42

IRIS JOHANSEN Blind Alley

Перевод с английского Е. Каца Оформление серии М. Суворовой

Джоансен А. ,

Д 42 Тупик: Роман / Пер. с англ. Е. Каца.' — М.: Изд-во

Эксмо, 2005. — 384 с. — (Фантазии женщины среднего возраста).

ISBN 5-699-14222-3


УДК 82(1-87) ББК 84(7США)

Copyright © 2004 by Johansen Publishing LLLP. © Оформление. М. Суворова, 2005 © Издание на русском языке. ISBN 5-699-14222-3 ООО «Издательство „Эксмо“, 2005

ГЛАВА 1

Колхаун, Джорджия

Джо смотрел на тело в темно-зеленом брезенте, которое бригада судебных исполнителей извлекла из могилы.

— Спасибо, что пришел, Куинн. — К нему подошла детектив Кристи Лоллак. — Знаю, это не твое дело, но именно ты мне нужен. Есть здесь одна странность.

— Что за странность?

— Взгляни на нее. — Кристи направилась к носилкам, на которых лежало тело. — Ребят, которые ее обнаружили, чуть не вывернуло наизнанку.

Джо двинулся следом. Кристи откинула брезент.

Лица у жертвы не было. Только череп. Но ниже шеи труп был совершенно цел, не считая первых, еще не слишком очевидных признаков разложения.

— Похоже, кто-то не хотел, чтобы ее опознали. — Джо посмотрел на руки жертвы. — Но он прокололся. Мы сможем сразу взять отпечатки пальцев. Тест на ДНК займет больше времени, но…

— Присмотрись как следует. Кончики пальцев обожжены, — прервала его Кристи. — Отпечатков нет. Тревор предупредил меня, что, скорее всего, так и будет.

—Кто?

— Один инспектор из Скотланд-Ярда. Марк Тревор. Когда он прочитал про дело Дороти Миллбрук в Бирмингеме, то прислал в управление сообщение по электронной почте, а капитан перекинул его мне. Тревор утверждает, что послал такое же сообщение во все города на юго-востоке и предупредил, что преступник мог направиться туда.

Миллбрук… Это было громкое убийство проститутки, случившееся четыре месяца назад. Джо попытался вспомнить подробности.

— Тут нет никакой связи. Не тот образ действия. Там женщину сожгли заживо и сунули в мусорный контейнер.

— Но к тому времени, как огонь охватил тело, лица у нее уже не было.

— Однако это не помешало бирмингемской полиции опознать жертву. Они сумели взять отпечатки пальцев. — Джо покачал головой. — Кристи, это не тот убийца.

— Рада за тебя, — саркастически бросила она. — Я-то сама в этом не уверена. А вдруг он не хотел, чтобы мы заметили связь? Вдруг лишил ее лица, чтобы замедлить идентификацию? Чтобы мы не догадались, что он переехал сюда?

— Возможно. — Джо прищурился и посмотрел ей в глаза. — Кристи, чего ты от меня хочешь? Ты ведь не из тех, кто просит помощи.

— Как только с ней разберутся судебные исполнители, передай череп Еве, ладно? Пусть она узнает, как выглядела эта женщина. Я не могу ждать. И не хочу.

Именно этого он и боялся. Джо уже не в первый раз просили стать посредником между управлением полиции и Евой. Наверное, Ева была лучшим судебным скульптором в мире, и детектив этим бессовестно пользовалась… Куинн покачал головой:

— Не выйдет. Сейчас она занята по уши и трудится как каторжная. Я не могу взвалить на нее что-то еще.

— Джо, нам нужно знать.

— А я не хочу, чтобы она выматывалась.

— Ради бога, неужели я стала бы просить, если бы это не было срочно? Мне нравится Ева. Я знаю ее и Джейн почти столько же, сколько знаю тебя. Мне страшно. Черт побери, нужно позарез!

— И все из-за какого-то туманного намека Скотланд-Ярда? А они-то вообще тут при чем?

— Два подобных случая в Лондоне. Один в Ливерпуле. Один в Брайтоне. Полиции так и не удалось поймать убийцу. Они считают, что он уехал из Соединенного Королевства в Штаты года три назад.

— Если так, то они тем более могут подождать, пока Ева освободится.

Кристи покачала головой:

— Давай сходим к моей машине, и я покажу тебе послание Тревора.

— Это не заставит меня передумать.

— Посмотрим. — Она пошла к машине.

Джо помешкал, но все же поплелся за ней. Кристи открыла ноутбук и вывела сообщение на экран.

— Вот оно. Читай, а там поступай как знаешь. — Она отвернулась. — Мне нужно закончить работу.

Джо просмотрел письмо и отчет, а потом перешел к описанию внешности жертвы.

— О черт, будь я проклят! — Он окаменел.


Лейк-коттедж, Атланта, Джорджия

Она задыхалась. «Нет! Я не умру, — исступленно думала она. — Не стану вечно лежать в темноте. Я слишком молода. Мне еще многое нужно увидеть, многое сделать и кем-то стать.

Еще один поворот, но света в конце тоннеля по-прежнему нет.

Может быть, конца не будет?

Может быть, это и есть конец?

Жарко. Нечем дышать.

С губ готов сорваться крик ужаса.

Не сдавайся. Боятся только трусы, а ты никогда не была трусихой.

Но как жарко, господи! Я не выдержу…»

— Джейн! — Кто-то тряс ее. — Ради бога, проснись, детка. Это всего лишь сон.

Нет, не сон.

— Просыпайся, черт побери! Ты меня пугаешь.

Ева. Я не должна пугать Еву. Может, это и сон, если она так говорит… Она заставила себя открыть глаза и посмотрела на взволнованное лицо Евы. Тревожная морщинка на лбу разгладилась.

— Уф… Похоже, кошмар был нешуточный. Я услышала твои стоны через закрытую дверь спальни. Ну что, теперь все в порядке?

— В порядке. — Джейн облизала губы. Пульс пришел в норму, тьма рассеялась. Может быть, она больше не вернется. А даже если и вернется, переживать Ева больше не будет. — Ложись!

— Да я еще не ложилась. Работала. — Ева включила ночник, посмотрела на свои руки и скорчила гримасу.

— И даже не успела умыться, так торопилась. Наверное, у тебя в волосах осталась глина.

— Ну и ладно. Все равно утром придется принимать душ. Я хочу, чтобы фотография для прав получилась хорошая.

— Завтра?

Ева с досадой вздохнула.

— Я же еще вчера говорила, чтобы вы с Джо подвезли меня.

— Забыла. — Ева улыбнулась. — Скорее всего, это было подсознательное отрицание. Получение первых прав — что-то вроде ритуала инициации. Может быть, мне не хочется, чтобы ты становилась самостоятельной.

— Неправда. — Джейн встретила ее взгляд. — С первого дня ты хотела, чтобы я могла сама позаботиться о себе. Во всех смыслах этого слова. И сделала для этого все — от уроков карате до Тоби, которого Сара воспитала как собаку-телохранителя. Так что можешь не говорить, что будто не хочешь, чтобы я была самостоятельной.

— Но не до такой степени, чтобы уходить от нас с Джо.

— Я никогда этого не сделаю. — Сев на кровати, Джейн неловко поцеловала Еву. Даже после стольких лет выражение любви давалось ей с трудом. — Тебе еще придется выгонять меня. Я сама знаю, когда это случится… Так кто из вас повезет меня за правами?

— Наверное, Джо. Мне нужно срочно закончить тот череп.

— Почему такая спешка?

Ева пожала плечами:

— Лучше не спрашивай. Джо вчера принес череп с участка и попросил заняться им вне очереди. Сказал, что он как-то связан с серией убийств.

Джейн немного помолчала:

— Ребенок?

Ева покачала головой.

— Женщина. — Она прищурилась и посмотрела Джейн в глаза. — Думаешь, это может быть Бонни?

Джейн всегда думала, что это может быть Бонни, дочка Евы, которую убили в семилетнем возрасте, а тело так и не нашли. Именно эта трагедия заставила Еву стать судебным скульптором, определяющим личность жертв убийц и дающим окончательный ответ на вопросы отчаявшихся родителей. Поиски Бонни и преданность своей профессии были главным делом ее жизни…

— Если бы ты подозревала, что это череп Бонни, то даже не услышала бы мой дурацкий кошачий вой. — Ева открыла рот, но Джейн успела поднять руку. — Знаю, знаю. Ты любишь меня не меньше, чем любила Бонни. Просто по-другому. И знала это с самого начала. Она была твоим ребенком, а мы скорее… подруги. И это меня вполне устраивает. — Она снова легла. — Ладно, иди работать, а я буду спать. Спасибо за то, что пришла и разбудила. Спокойной ночи, Ева.

Но уходить Ева не торопилась. Она немного помолчала, а потом спросила:

— Что тебе приснилось?

Жара. Страх. Темнота. Ночь без проблеска надежды. Нет, надежда была…

— Не помню. Тоби уже вернулся?

— Нет еще. Едва ли стоит выпускать его по вечерам. Все-таки он наполовину волк.

— Именно поэтому я и разрешаю ему бродяжничать. Сейчас он вырос, и ему нужна свобода. Вряд ли он представляет опасность для кого-то, кроме белок. И даже для них. Однажды Тоби поймал белку, но только для того, чтобы поиграть с ней… Он ведь еще и золотистый ретривер, а не только волк. — Она зевнула. — Сара, кстати, не возражала, но если ты против, я не буду его выпускать.

— Нет, нет. Сара знает, что говорит. — Сара Логан, близкая подруга Евы, была собаководом-спасателем, она-то и подарила Джейн собаку. — Просто приглядывай за Тоби.

— Конечно. Я за него отвечаю. Сама знаешь, я тебя не подведу.

— Да, ты никогда меня не подводила., — Ева встала. — Когда вернешься с правами, мы это отпразднуем.

Джейн лукаво улыбнулась:

— Испечешь торт?

— Не издевайся. Я не так уж плохо готовлю. Лучше бы было наоборот. Если бы я готовила хуже, это пошло бы тебе только на пользу. — Ева улыбнулась и пошла к двери. — Я попрошу Джо по дороге домой заехать в «Молочную королеву» и купить торт-мороженое.

— Разумно.

Ева обернулась и слегка нахмурилась:

— Может быть, слишком разумно… Джейн, похоже, мы перестарались и воспитали тебя чересчур благоразумной.

— Не говори глупостей. — Джейн закрыла глаза. — Некоторые рождаются благоразумными. А некоторые — мотыльками. Ты тут совершенно ни при чем. Ради бога, ты ведь мне даже не мать. Спокойной ночи, Ева.

— Да, мне об этом говорили, — пробормотала Ева. Ее взгляд привлек рисунок, лежавший на подоконнике. Он изображал Тоби, спавшего на подстилке возле камина. — Отлично. Ты совершенствуешься.

— Да. Но становиться Рембрандтом я не собираюсь. Тем более что гениями не становятся. Мне всегда казалось, что искусство — это для мотыльков. А я хочу заниматься настоящим делом и стать в нем профессионалом. — Она улыбнулась. — Как ты, Ева.

— Не такой уж я профессионал… — Ева отвлеклась от рисунка и посмотрела на Джейн. — А я думала, что ты хочешь стать спасателем, как Сара.

— Может быть. А может, и нет. Наверное, я подожду, пока профессия сама меня выберет.

— Что ж, у тебя уйма времени, чтобы принять решение. Хотя обычно ты твердо знаешь, чего хочешь.

— Не всегда. — Джейн хитро улыбнулась. — Может, мне мешают гормоны?

Ева фыркнула.

— Сомневаюсь. До сих пор я не видела, чтобы тебе что-то мешало. — Она взялась за ручку двери. — Спокойной ночи, Джейн.

— Не работай допоздна. За последние две недели у тебя было слишком много бессонных ночей.

— Скажи это Джо. Ему позарез необходима эта реконструкция.

— Не понимаю я его. Он же так переживает, что ты много работаешь и совсем не отдыхаешь. — Джейн поджала губы. — Не волнуйся, я скажу ему. Кто-то должен о тебе позаботиться.

Ева улыбнулась и открыла дверь:

— Ладно, не буду волноваться — ты же со мной.

— Джо тоже с тобой. Но он мужчина, а это совсем другое дело. Иногда они все понимают неправильно.

— Очень глубокая мысль. Обсуди ее с Джо.

— Обсужу. Он поймет. Джо нравится, когда я что-то говорю ему прямо в лицо.

— Да. Ты это здорово умеешь делать, — пробормотала Ева, выходя из комнаты.

Едва дверь спальни закрылась, как улыбка Евы поугасла. Джейн была удивительным ребенком — эмоциональным, заботливым и взрослым не по годам. Ева пришла ее утешать, а Джейн сама ее утешила.

— Что-то не так? — Джо стоял в дверях их спальни. — Джейн в порядке?

— Опять эти ее кошмары. — Ева направилась к себе в студию. — Но она ничего мне не рассказывает. Наверное, считает кошмары признаком слабости, а в слабости она не признается ни за что.

— Я еще одну такую особу знаю. — Джо пошел за ней. — Хочешь кофе? Я бы не прочь выпить чашечку.

Ева кивнула:

— Хорошая мысль. Ты сможешь завтра съездить с ней за водительским удостоверением?

— Я так и собирался.

— А я забыла, — честно призналась Ева. — Ты — лучший родитель, чем я.

— Просто ты заработалась. — Джо насыпал кофе в кофеварку. — И виноват в этом я. Но вспомни: когда Джейн пришла к нам, она нуждалась в родительской опеке меньше всего на свете. Она — не «сиротка Энни». Черт побери, девочке было всего десять, а опыта столько, что тридцатилетняя позавидовала бы. Мы с тобой сделали все, что могли, чтобы у нее был домашний очаг.

— Но я хотела, чтобы она… — Ева тщательно подбирала слова. — Понимаешь, Джо, ей уже семнадцать, а я ни разу не слышала от девочки, чтобы она пошла на свидание, на танцы или хотя бы на футбол. Она только учится, играет с Тоби и рисует. В ее возрасте этого недостаточно.

— У нее есть подруги. На прошлой неделе она ночевала у Патти.

— В кои-то веки!

— По-моему, она очень уравновешенная девочка. Особенно для человека с таким прошлым. Ты напрасно переживаешь, Ева.

— Да нет, мне бы следовало начать переживать раньше. Просто Джейн выглядит взрослой, и я забываю, что она еще подросток.

— Ничего ты не забываешь. Прекрасно знаешь, что вы похожи как две капли воды. Ты часто ходила на танцы, когда была подростком?

— Я — это совсем другое дело.

— Да. Ты должна была воспитываться у приемных родителей, но ни за что не хотела расставаться с наркоманкой-матерью.

Ева нахмурилась:

— Согласна, в детстве мы обе хлебнули горя, но я желала для Джейн лучшей судьбы.

— Джейн сама должна хотеть этого. Может быть, она считает танцы глупостью. Ты представляешь нашу Джейн в платье с оборками, раскатывающей в огромном лимузине, которые современные подростки обожают брать напрокат?

— Она будет красавицей, правда, Джо?

— Она уже красавица, — кивнул Джо. — А еще она сильная, умная, и если бы я попал в переделку, то хотел бы, чтобы такой человек меня прикрывал. Просто она не создана для платьев с оборками. — Он наполнил чашку и протянул Еве. — Так что не пытайся навязывать ей эту роль.

— Если бы я могла… Никто не может заставить Джейн делать то, чего она не хочет. — Ева сделала глоток кофе и поморщилась. — Слишком крепко. Ты хочешь, чтобы я не уснула и закончила работу, верно?

—Да.

— Почему? Это не в твоем стиле. Даже Джейн заметила.

— Это важно для дела. Ты уже дала ей имя?

— Конечно. Для меня она — Рут. Сам знаешь, я всегда даю жертвам имена, когда работаю с ними. Так легче.

— Да уж легче… — Он повернулся к передней двери. — Кажется, Тоби идет.

— Ты меняешь тему?

— Да. — Джо улыбнулся. — Иногда нужно напускать на себя таинственность. Сколько лет мы вместе? Если я стану слишком предсказуемым, ты ведь заскучаешь?

— Ни в коем случае. — Ева покачала головой. — Когда-то я думала, что знаю тебя, как себя, но потом поняла, что ошибалась.

— Сукин сын. Ты ведь так про меня тогда думала?

Джо пристально смотрел на Еву.

— Извини. Я не должна была так говорить.

— Да, черт побери! — резко ответил он. — Достаточно и того, что я знаю твои мысли. О господи, Ева когда ты наконец станешь доверять мне?

— Я доверяю тебе, Джо.

— Но не во всем…

— Не кричи на меня. Сам виноват.

— Да, я солгал. Обманул тебя. Но ты прекрасно знаешь, почему я это сделал. Не хотел, чтобы ты мучилась.

— Ты хотел, чтобы я поверила, будто похоронила свою Бонни, а не другую девочку. Ты сделал это нарочно. — Она встретила его взгляд. — Я говорила: мне понадобится время, чтобы простить это. И я пытаюсь. Пытаюсь каждый день. Но иногда все возвращается, и… Джо, я люблю тебя, но не могу все время притворяться. Если тебе это не нравится, лучше скажи.

— Ты прекрасно знаешь, что именно я скажу. — Куинн испустил тяжелый вздох. — Я беру, что дают. Но не позволю тебе уйти. Каждый месяц, каждый прожитый с тобой год — это награда. Ничего, переживем! Где этот проклятый пес? — Джо вышел на крыльцо и свистнул. — Тоби!

Конечно, Джо обиделся. Если бы Ева не была так измотана, она не позволила бы этим словам сорваться с языка. Обычно она умела держать себя в руках. Решив остаться с Джо, Ева не сомневалась, что их связь станет более прочной. Конечно, прочные отношения — дело времени, но так или иначе за все хорошее надо платить. И им было хорошо вместе, они были нужны друг другу.

— Вот он! — Тоби ворвался в комнату первым. Он тяжело дышал и светился от радости. — Этот тип охотился. Волчья кровь играет. Я не уверен, что Сара была права, когда говорила, что его нужно выпускать на волю.

— Я так и сказала сегодня Джейн. — Джо явно хотел снять напряжение последних минут, и Ева охотно подчинилась. — Девочка ответила, что, если мы не хотим, она не будет его выпускать.

Джо протянул руку и погладил Тоби по голове.

— Мы приглядим за ним. Может быть, мы все немного волки — не так уж это и плохо. Когда он с Джейн, у меня спокойнее на душе. Поэтому Сара и подарила его Джейн. Она решила, что ты не станешь так беспокоиться, если у Джейн будет защитник.

— Потому что у Бонни его не было, — кивнула Ева. — Господи, я и не думала, что он ей понадобится. Не могла себе представить, что кто-то может причинить зло моей Бонни. Она была такая… чудесная, что… — Голос Евы задрожал. Даже после стольких лет ее боль не утихла. — Но ты сам знаешь о чудовищах, которые убивают невинных. Ты — коп. Ты имеешь с ними дело каждый день. — Ева нервно сжала руки. — Джо, эту женщину тоже убило чудовище?

— Видимо, да. Похоже, он убивал уже давно. Только не здесь, не в этом районе.

— И когда ты собирался рассказать мне о ней? — Ева внимательно посмотрела на него. — Только не говори, что это конфиденциально. Все равно не поверю. Черт возьми, ты прекрасно знаешь, что мне можно доверять.

— Мы поговорим об этом, когда ты закончишь. — Он махнул Тоби. — Пойдем, малыш. Я впущу тебя в комнату Джейн, пока ты не начал скулить у нее под дверью. От твоего воя у кого угодно начнутся кошмары. — Джо двинулся по коридору, но вдруг остановился. — Знаешь, на прошлой неделе ей тоже снился кошмар. Я возился с бумагами и вдруг услышал, что она шумно и тяжело дышит. — Куинн нахмурился. — Может быть, она плакала? Не знаю. Когда я заглянул в комнату, она уже затихла.

— Если Джейн часто снятся кошмары, значит, она не так уравновешенна, как тебе кажется.

— Два раза — это еще не часто.

— А сколько раз мы могли ничего не услышать?

— Все, что ты можешь сделать, — это быть рядом, когда ей необходимо выговориться. Тебе и самой ведь снятся кошмары, и ты тоже не хочешь о них рассказывать.

Да, ей часто снились кошмары и сны о Бонни. Кошмары прошли, а лечащие душу сны остались. И слава богу!

— Я спросила, что ей снилось, а она ответила, что не помнит. Думаю, так и есть. Может быть, завтра она расскажет тебе?

— Я не стану подвергать ее допросу третьей степени. Если зайдет речь… — Джо пожал плечами. — Но едва ли. Она слишком поглощена этим экзаменом.

Ева улыбнулась:

— Она хочет, чтобы фотография получилась как можно лучше. Первый намек на тщеславие, насколько я понимаю. Это внушает надежду.

— Хорошо. Но не слишком радуйся. — Джо подмигнул. — Ты ведь тоже не создана для платьев с оборками. Увы!


— Сдала! — Джейн припарковала «Сабурбан», выскочила из машины и стремительно взлетела по ступенькам на крыльцо, где ее ждала Ева. — Ева, экзамен был совсем легкий! Им следовало бы сделать его посерьезнее. Я бы не хотела оказаться на дороге, по которой ездит ребятня, отделавшаяся так легко… Лежать, Тоби! — Она обняла пса за шею и заставила лечь. — Но я его сдала, и фотография получилась неплохо, правда, Джо? — Джейн протянула Еве права. — По крайней мере, лучше, чем на моих учебных правах. Там я выглядела полной идиоткой. Вроде рыжего в цирке. Это было ужасно!

— Так вот почему ты так расстроилась? А почему не сказала нам? Подождали бы, пока тебя не сфотографируют еще раз.

— Вы торопились. Да ладно, не о чем говорить!

Ева нахмурилась:

— Могла бы получить права еще в прошлом году, когда тебе исполнилось шестнадцать. Ты никогда не говорила, что хочешь этого.

— Весь прошлый год у тебя было полно работы, так? А Джо несколько месяцев мотался в Мейкон из-за того убийства. Я решила сделать это, когда мне исполнится семнадцать, чтобы мы могли порадоваться вместе. Но я уже сказала, это неважно. — Она повернулась к Джо: — Спасибо, что поехал со мной. Я в долгу не останусь. Приготовлю обед для вас с Евой.

— Нет, не приготовишь. — Джо достал из багажника пакет с продуктами. — Сегодня у нас праздник, а ты — почетный гость. Я все приготовлю. — Джо начал подниматься по ступенькам. — Легкий экзамен? Ева, она получила рекордную сумму баллов. И при этом была абсолютно спокойна!

— Ничего другого я и не ждала. — Ева посмотрела на права. Фотография действительно получилась замечательная. Карие глаза Джейн сияли на ее выразительном лице, скорее обаятельном, чем красивом. Еве всегда казалось, что брови вразлет и высокие скулы делают Джейн немного похожей на Одри Хепберн, но Джо с этим не соглашался. По его мнению, Джейн была неповторима и если имела с кем-то сходство, то только с ней, Евой. Те же рыжевато-русые волосы, тот же разрез губ, тот же решительный подбородок… — Замечательное фото, Джейн. Ты просто прелесть!

— Да. По крайней мере, тут я выгляжу так, словно у меня есть мозги. Ты уже закончила с Рут?

— Почти.

— Вот и хорошо. — Джейн наклонилась и погладила Тоби. — Но ты можешь не отвлекаться на обед — я принесу тебе сандвич. Отпразднуем как-нибудь в другой раз, когда ты будешь посвободнее.

В другой раз? После того как Джейн целый год ждала, когда Ева и Джо будут не слишком заняты?!

— Нет уж, никакого другого раза. — Ева вернула права Джейн. — Причина уважительная, а Рут может подождать.

— Правда? — Джейн подняла глаза, ее лицо осветилось улыбкой. — Вообще-то праздновать нечего — просто экзамен был очень легкий.

— Конечно. Я уже слышала. Я очень горжусь тобой. А пока будет готовиться ужин, я немного поработаю, ладно?

— Ладно. Но если ты передумаешь, я пойму. — Джейн скатилась со ступенек. — Ко мне, Тоби! Давай сбегаем к озеру. — Она оглянулась. — Джо, если понадобится помощь, позови.

— Ничего, как-нибудь справлюсь. Вам с Тоби нужно выпустить пар. Может, ты и не нервничала, но все равно была на взводе. Побегайте вволю, нагуляйте аппетит.

Джейн заразительно засмеялась и пулей понеслась к озеру. Тоби гнался за ней по пятам.

— Она счастлива! — Ева с улыбкой посмотрела вслед Джейн и вошла в дом. — Так приятно видеть ее веселой!

— Эка невидаль! Можно подумать, что она все время бродит по дому с надутой физиономией… Нет, обычно она счастлива. Живет полной жизнью.

— Знаю. Но это другое дело. Как ты думаешь, мы можем купить ей машину?

— Нет. Не возьмет. Она уже поговаривает о том, чтобы пойти работать на неполный день и купить машину на собственные накопленные деньги.

— Это будет длиться целую вечность. Может, подарим ей машину на день рождения?

Джо покосился на нее:

— А что ты сама об этом думаешь?

Ева покаянно вздохнула:

— Что это будет шито белыми нитками.

— Верно. — Джо начал выкладывать продукты на кухонный стол. — Максимум того, что мы можем сделать, это попытаться найти ей приличную работу на неполный день в этом районе и сообразить, как ее туда доставлять. Не теряй время, иди работай. Долго тебе еще?

— Надеюсь, к ночи закончу. Начну финальную стадию, как только Джейн ляжет спать.

— Хорошая мысль. — Джо взял пакет с древесным углем и направился к двери.

Ни слова о том, что она работает сверхурочно. И о том, что можно отложить дело на следующий день…

Ева миновала гостиную и прошла в свою студию. Горькие складки у рта совершенно изменили выражение ее лица, такого оживленного еще минуту назад. Снова перед ней была загадка чей-то безвременной, насильственной смерти… Загадка оборванной жизни…

Ева посмотрела в окно. Здесь была жизнь… Джо разжигал угли для барбекю у угла коттеджа. Сколько маленьких дел означают жизнь. Сколько этих, казалось бы, незначительных дел означают опыт. Сегодня Джейн получила новый опыт…

А Рут убили еще до того, как она успела многое испытать. Двадцать с небольшим. Джо сказал, что так написано в судебном отчете. Совсем молодая…

— Я скоро закончу, — пробормотала она. — Еще несколько измерений, и все. Я найду к тебе дорогу, я отведу тебя домой, Рут.

* * *

Женщина была чертовски тяжелая.

Он совсем запыхался, пока тащил на холм тело, завернутое в брезент.

Она была слишком тяжелая. Слишком женственная. Он знал, что это не Цира, но она была достаточно похожа на Циру, чтобы ее уничтожить.

Полагаться на удачу было нельзя.

Не с Цирой. Только не с Цирой.

Добравшись до вершины холма, он перевел дух. Сбросил тело на землю и посмотрел на крутой склон, спускавшийся к озеру. Глубина в озере была порядочная, а он прицепил к брезенту груз. Ее найдут только через несколько недель.

А если раньше? Тогда будет плохо. Это в принципе ничего не изменит, но возникнут трудности.

Он сделал глубокий вдох, толкнул тело, и оно покатилось по откосу, достигло берега, и вскоре брезент исчез под водой.

Все! Дело сделано!

Он поднял голову и почувствовал, как легкий ветерок ласкает лицо. Вены покалывало от возбуждения, и он чувствовал себя более живым, чем в тот момент, когда впервые понял, что нужно сделать.

Она была близко. Он это чувствовал.

* * *

— Ну вот и все, — пробормотала Ева, повернув рабочий стол к свету. — Вот и все, Рут. Измерения закончены. А теперь помоги мне. Я одна не справлюсь.

«Разглаживай.

Начни со щек.

Работай быстро.

Не думай.

Или думай о Рут.

Думай о том, что ты ведешь ее домой.

Лепи верхнюю губу.

Разглаживай.

Чуть потоньше?

Нет. Оставь как есть.

Разглаживай».

Ее руки двигались быстро и словно автоматически.

«Кто ты, Рут?

Скажи. Помоги мне.

Так, теперь место над губой. Немного короче?

Да.

Разглаживай.

Разглаживай.

Разглаживай…»

Только через три часа Ева опустила руки и прикрыла глаза.

— Все, больше не могу, Рут, — прошептала она. — Надеюсь, этого будет достаточно. Иногда такое случается. — Она открыла глаза и отошла от стола. — Осталось только… О боже!

— Ты еще не закончила, — стоя в дверях, сказал Джо. Он подошел к столу и достал коробочку с глазами. — Сама знаешь, какие ей нужны.

— Черт побери, Джо!

Он вынул два стеклянных глаза и протянул ей.

— Дай ей глаза.

Ева вставила их в глазницы и стремительно повернулась к нему.

— Что это значит? — У нее дрогнул голос. — Ради Христа, почему ты мне ничего не сказал?

— Потому же, почему ты никогда не позволяешь давать тебе фотографии твоих подопечных. Это могло на тебя повлиять.

— Конечно, повлияло бы. Проклятие, что происходит? — Она снова посмотрела на череп. Сходство было заметным. Лицо более полное, более взрослое, глаза посажены чуть ближе друг к другу, но черты очень похожи. Поразительно, пугающе похожи. — Дьявольщина, это же Джейн!

ГЛАВА 2

— Согласен. Она похожа на Джейн, только лет на десять старше. — Джо изучал реконструкцию. — А я так надеялся, что этого не случится!

— Потому что она похожа на Джейн, а ее убили. — Ева скрестила руки на груди, пытаясь унять дрожь. — Ты знал, что я увижу, когда закончу работу. Знал, что это будет Джейн. Знал и ничего не сказал мне!

— Брось! Я скрывал это от тебя ровно столько, сколько требовалось, — резко ответил Куинн. — Это было необходимо. — Он взял со стола тряпку и набросил ее на череп. — Теперь дело сделано, и мы знаем.

— Ничего мы не знаем. По крайней мере я. — Ева подошла к раковине и начала смывать глину с рук. Руки ее тряслись. «Без паники! Это не может повториться. Снаряд не попадает в ту же воронку. Хватит одной Бонни…» — Джо, но я должна знать. Знать все. Рассказывай, что случилось.

— Я могу рассказать только то, что знаю сам. Остальное мы скоро выясним, клянусь тебе, Ева. — Он пересек комнату, подошел к кофейному столику и открыл ноутбук. — Эту женщину нашли в наспех вырытой могиле неподалеку от Колхауна. Ее пальцы были обожжены, лицо отсутствовало. Но все остальное было цело. Кристи рассказала о предупреждении Скотланд-Ярда. Они считают, что преступник мог приехать в наши края после убийства женщины в Бирмингеме. Но это может быть и не тот убийца.

— Не тот убийца?

— Образ действия не совсем тот. Ту женщину в Бирмингеме сожгли заживо. Но попытки скрыть ее личность не было. Только лицо было уничтожено. — Куинн вывел дело на экран. — Она была проституткой, нелегальной иммигранткой, и полиция обнаружила ее моментальный снимок лишь через несколько недель, когда досье находилось на пятой странице. Мне пришлось как следует покопаться, чтобы найти его. — Он повернул ноутбук к Еве. — Сходство не такое уж большое, но оно есть.

Еще одна Джейн! Этого не может быть! Но сходство несомненное…

Более худая, губы не такие решительные, кожа не светится от юности, но похожа.

— Что это? — прошептала Ева. — Боже мой, Джо, как это понимать?!

Джо ничего не ответил, а открыл еще одно «окно» на экране.

— Электронное послание инспектора Марка Тревора. Четыре жертвы в Соединенном Королевстве.

Ева уже знала, что она увидит, и все же испытала шок.

— Они все похожи на Джейн!

— Не совсем. Не двойники, не близнецы, но похожи настолько, что могли бы быть сестрами.

И все они мертвы… Ева облизала пересохшие губы.

— Тот же серийный убийца?

Куинн кивнул:

— В каждом случае он уничтожал лицо. Огнем, соскабливанием, а один раз с помощью неизвестного химиката.

— Чтобы скрыть их личность?

— Нет. Разве что в последнем случае.

Ева перевела дыхание:

— Значит, он делал это, потому что ненавидел их лица. А вернее, лицо. И именно поэтому охотился на них.

— Логичный вывод.

— Логичный? Мне сейчас не до логики. Я боюсь, Джо, боюсь до смерти. — У Евы срывался голос. — Колхаун расположен чуть дальше по шоссе, и если этот тип уничтожил кончики ее пальцев, это значит, что он сознательно пытается сбить вас со следа, обставляет дело так, будто это был другой убийца, с другим почерком. Не хочет, чтобы кто-нибудь догадался, что он здесь. Почему?

— Может быть, не хотел пугать местных женщин?

— Но не у всех местных женщин лицо Джейн. — Ева стиснула кулаки. — Похоже на манию. Он уничтожает женщин, похожих на Джейн.

— Он не знает Джейн, не может ее знать!

— Тогда всех, кто похож на его бывшую подружку или мать. Кого-то с лицом Джейн.

— Это соответствует образу серийного убийцы.

— Знаю я эти образы, — вздрогнув, ответила Ева. — После убийства Бонни я просмотрела их столько, что чуть не утонула. Ну что ж, ему не удастся добавить Джейн к своей коллекции. Это больше не повторится.

— Да, — негромко сказал Джо. — Я не позволю. Думаешь, Джейн дорога тебе одной?

Нет, конечно, Джо тоже любит девочку. Но он не терял дочь. И не знает этого смертельного страха ожидания, что это повторится опять.

— Знаю. — Джо следил за выражением ее лица. — Я все понимаю, Ева, я чувствую тебя… Кому же и знать тебя, как не мне?

Он прав, больше некому. Она несправедлива к Джо. Страх затмил ей рассудок.

— Извини. Ты переживаешь не меньше моего. Что же мы будем делать? Ожидания я просто не вынесу!

— Свяжемся с Тревором и выясним все, что они знают об этом типе. Послание по электронной почте, честно говоря, скуповатое. Сегодня в три часа дня я звонил ему по сотовому и оставил сообщение. Попросил перезвонить мне. — Джо посмотрел на часы. — Уже за полночь. Скорее всего, мы услышим его через несколько часов. Там сейчас всего пять утра.

— Позвони еще раз. Если мы разбудим его, наплевать.

Он кивнул:

— Нам действительно нужно выяснить, с чего они взяли, что убийца пересек Атлантику, если все еще не установили его личность. Если в Скотланд-Ярде действительно бились с этим делом последние три года, то должны были выдвинуть какие-то версии. Мы должны выяснить мотивы убийцы, прежде чем он сделает следующие шаги.

— Стоит увидеть эти фотографии, как сразу станет ясно, что это за мотивы. — Но снова смотреть на снимки Ева не стала. Это было слишком страшно. Она отвернулась. — Я хочу увидеть Джейн.

— Ева, успокойся, с ней все в порядке. Мы с ней в соседней комнате.

— Так думали и родители той маленькой девочки в Калифорнии. Но убийца проник в дом и похитил ее.

— Джейн — не маленькая девочка. Она умная, сильная девушка, и каждый, кто захочет ее тронуть, горько пожалеет.

— Никто ее не тронет. И никто не причинит зла! — крик сорвался с Евиных губ. — Я не дам этому случиться! Хватит и одного раза. Так что звони своему Тревору и выкачай его досуха. Мы должны найти этого ублюдка до того, как он найдет нашу Джейн!

Джейн мирно спала.

Сегодня ночью никаких снов, глядя на нее, думала Ева. А если и есть, то наверняка хорошие. Или нет? Она не помнила, чтобы Джейн когда-нибудь рассказывала про свои сны. Наверное, нужно было спросить самой. Джейн так легко вошла в их жизнь, как будто это разумелось само собой. Это странно, потому что характер у Джейн не слабее, чем у самой Евы. Но Джейн никогда не упрямилась. Она любила их обоих, старалась стать полноправным членом семьи и никогда ни о чем не просила.

Чудесная девочка…

У кого поднимется рука на нее?!

Ева тихонько вышла из комнаты. Прошла мимо Джо, который говорил по телефону — скорее всего, с Тревором, — задержалась на крыльце, потом села на верхнюю ступеньку и прижалась головой к деревянному столбику. Воздух был чистым и прохладным, а озеро — тихим. Все, как всегда, — знакомо, покойно, красиво.

Но в доме могли поселиться ужас и отчаяние. Никто лучше Евы не знал, что опасность подстерегает человека на каждом шагу.

— Никто, мама. Но тревожиться следует только из-за чего-то определенного. Жизнь слишком коротка.

Она повернула голову и увидела Бонни, сидевшую в кресле-качалке. Ее обтянутые джинсами ноги были скрещены в щиколотках, на майке была надпись «Багс Банни».

— Вот и Джо говорит то же самое. Но я не слушаю ни его, ни тебя. Он слишком логичен, а ты — видение. Черт побери, я считаю, что мне есть из-за чего тревожиться.

Бонни вздохнула:

— Я не видение, я — призрак. В глубине души ты знаешь, что это правда.

— Ничего я не знаю. Наверное, я сама придумала тебя от отчаяния. Нужно было как-то выходить из депрессии, иначе я бы покончила с этим.

— Да. Именно поэтому я и пришла к тебе. — Улыбка озарила лицо Бонни. — А еще потому, что соскучилась по тебе.

У Евы возник комок в горле:

— И я по тебе, детка.

— Ты скучала бы по мне меньше, если бы полностью доверилась Джо. Одно время мне казалось, что у вас все будет хорошо, но ты оттолкнула его.

— Ты знаешь, почему я это сделала.

Девочка снова вздохнула:

— Опять я виновата ?! Он сделал ошибку, но лишь потому что любил тебя.

— Я все понимаю. Мы это уладим. — Ева снова посмотрела на озеро. — Почему ты пришла? Ты ведь не приходила уже несколько месяцев.

— Я нужна тебе. Я всегда буду приходить, когда буду нужна.

Зачем смотреть на озеро, если можно смотреть на Бонни ? Какая разница, призрак она или видение ? Это Бонни. Ева повернулась к дочери и жадно смотрела на нее.

— Ты действительно нужна мне. Каждый день. Каждую минуту.

— Я не могу быть рядом все время. Есть и другие люди, которые любят тебя. Джо, например. А еще Джейн.

— Джейн может угрожать опасность. Я боюсь за нее. Знаешь, я не вынесу еще одного…

Бонни торопливо кивнула:

— Я тоже боюсь за нее. Он близко.

— Кто близко ?

— Кто-то плохой. — Она спустила ноги, и подошвы ее туфель негромко стукнули о ступеньку.

Совсем малышка, подумала Ева. Такая маленькая, такая милая…

— Ты не знаешь, кто он ?

Бонни покачала головой:

— Только то, что он плохой.

— Как тот человек, который убил тебя ?

— Мама, я не помню то время. Оно прошло. Поэтому и ответить не могу. Но я знаю, что человек, который убил Рут, злой и черный.

— Детка, я рада, что ты не помнишь то время. — Ева вздохнула. — И все же жаль, что ты не можешь сказать мне ничего конкретного. Какая тогда польза от призраков?

Бонни откинула голову и засмеялась.

— От меня есть польза. Я спасаю тебя от грустных мыслей, от желания покончить с собой. Впрочем, я вовсе не должна быть полезной. Ты все равно будешь меня любить.

— Да, буду.

— И Джейн тоже. Неважно за что.

— Сомневаюсь, что она это понимает.

— Она боится в это поверить. Ее слишком часто обижали.

— Это было давно. Все эти годы мы с Джо пытались успокоить ее.

— Она не такая, как я. Плохие времена все еще с ней.

— Но что же я могу сделать?

Бонни покачала головой:

— Она должна сама справиться.

— Если у нее будет время. Если этот ублюдок не убьет ее так же, как убил тебя.

— Ты не дашь этому случиться. — Бонни склонила голову набок и прислушалась. — Кажется, Джо уже закончил говорить по телефону, так что мне пора. Знаешь, как я узнаю, что больше не нужна тебе ?

— Ты всегда будешь нужна мне.

Она покачала головой:

— Я стану не нужна тебе тогда, когда ты доверишься Джо и поделишься им со мной. Когда скажешь ему, что я прихожу к тебе.

— Чтобы он решил, что я чокнутая ?

— Значит, ты еще не готова. — Бонни вдруг нахмурилась. — Джейн опять снится сон. Она боится. Иди к ней.

Ева поднялась:

— Когда я заходила к ней, все было в порядке.

— Теперь не в порядке. Разбуди ее. Сейчас она ничего не может сделать. Ей нужна помощь… Разбуди ее.

Ева пошла к двери:

— Если ей ничего не снится и она спокойно спит, я больше не стану тебе верить.

Бонни кивнула:

— Ладно, а теперь иди к ней. До свидания, мама. Скоро увидимся.

— Поскорее бы!

Ева открыла дверь. Джо по-прежнему сидел на диване и говорил по телефону. Ева оглянулась. Она увидела то, что и ожидала, — кресло-качалка была пуста. Никакой Бонни.

— Я сейчас, — сказал Джо, увидев ее в дверном проеме. — Еще пару минут.

Ева кивнула.

— Зайду, посмотрю, как она там. — Ева направилась к спальне Джейн. — Я сейчас вернусь.

Ева вошла в гостиную, когда Джо уже закончил разговор и разливал в чашки только что сваренный кофе.

— Все в порядке?

Ева покачала головой:

— Нет. Ей снова снился кошмар. Я принесла ей стакан воды, а потом мы немножко поговорили.

— Она что-нибудь тебе рассказала?

Ева покачала головой:

— Сказала, что у нее тяжесть в животе. Съела слишком много мороженого после обеда.

— Слава богу, что она не винит в этом мои бифштексы. — Джо протянул Еве чашку и налил кофе себе. — Она успокоилась?

— Да. Или сделала вид… — Ева опустилась на диван. — Ну что, дозвонился до Тревора?

— Вообще-то он меня опередил — сам позвонил, когда я уже собирался снять трубку. Сказал, что он ранняя пташка, и подумал, что, если я так настаивал, значит, дело действительно очень срочное.

— Что он сказал?

— Немного. Что за все эти годы они так и не сдвинулись с места. И ничего не знают о личности убийцы.

— Тогда почему они предполагают, что след ведет сюда?

— По цепочке убийств со схожими признаками. Он говорит, что к таким убийствам приводит мания, но новых преступлений подобного рода в Соединенном Королевстве не было… Вот он и стал изучать убийства в континентальной Европе и по эту сторону Атлантики.

— Тогда он должен знать больше, чем мы. Нужно было расспросить его поподробнее.

— Я выяснил все, что мог. Он понятия не имел о Рут, а то не пропустил бы этот случай. И очень заинтересовался тем, что у нее нельзя было снять отпечатки пальцев.

— Ты сказал ему о Джейн?

— Нет. Только попросил, чтобы он немедленно прислал мне полный отчет обо всех жертвах.

— Отлично. Когда ждать?

— Сегодня в тринадцать тридцать. Он сам привезет его.

— То есть как?

— Он прилетит из Лондона первым же рейсом. Хочет посмотреть на место преступления. Предлагает свою помощь.

— Скотланд-Ярд нам тут не нужен.

— Но нам может понадобиться сам Тревор. — Джо задумчиво смотрел на чашку. — Я кое-что понял… Похоже, этот случай — его пунктик. Так бывает, когда тратишь годы на то, чтобы найти убийцу.

— Вот именно «годы». Почему же Тревор не вышел на его след раньше? До того, как тот подался в Штаты? До того, как стал представлять собой угрозу для Джейн, черт побери?

— Я уверен, что ты задашь ему этот вопрос, — ответил Джо. — Как только он войдет в эту дверь. — Джо допил свой кофе и поставил чашку на столик. — Съезжу-ка я в участок… Отвезу реконструкцию… Самое время заняться выяснением личности Рут и того, с кем она поддерживала отношения перед смертью.

— Джо, о чем ты говоришь?! Какое самое время — сейчас четыре утра!

— Все равно уснуть уже не удастся. — Он поднялся. — Я позвонил и договорился, что полиция установит здесь пост наблюдения. Они скоро приедут.

— Когда Джейн проснется, она сразу спросит, что они здесь делают.

— Тебе придется самой приготовить объяснение. Потому что в мое отсутствие они будут оставаться здесь.

— Я и не спорю. Чем больше защитников, тем лучше. — Ева взяла чашки и поставила их в раковину. — Это всего лишь предположение, но лгать я не стану. Обмана она не прощает. — У Евы опустились уголки губ. — Наверное, она подумает, что я просто испугалась. Джейн храбрее меня.

— Все дело в том, что у нее нет твоего опыта. Храбрее тебя нет никого на свете. — Джо поцеловал ее в губы и шагнул к двери.

— Ну да, конечно!

Джо обернулся и увидел ее поникшее лицо. На этот раз поцелуй был долгим. Крепким, страстным и сводящим с ума. Ева инстинктивно обняла его и привлекла к себе.

Куинн поднял голову.

— Ни храбрее, ни выносливее, ни красивее! Не забывай это. — Джо сжал ее плечи, словно хотел встряхнуть и отогнать грустные мысли. — Постараюсь вернуться через несколько часов, но если не получится, то днем принесу тебе это чудо из Скотланд-Ярда в зубах.

— Ладно, — прошептала Ева. Ей не хотелось, чтобы Джо уходил. Хотелось лечь с ним в постель и забыть Рут, опасность, грозящую Джейн, и все на свете, кроме чудесного ненасытного секса, который помогал перебросить мост через любую грозившую им пропасть.

— Я тоже. — Он, как было уже не раз, прочитал мысли Евы и медленно провел по ее губам кончиком пальца. — Причем гораздо сильнее. Только скажи, и я позвоню патрульным и предупрежу, что задержусь. Уйду в шесть. Хочешь?

Ева еще теснее прижалась к нему. Джо… Он был сильным, живым, и она хотела его. О боже!

— Звони, — прошептала она. — Шесть — это совсем скоро.


Лондон

Тревор положил трубку и откинулся на спинку стула.

— Это был Куинн. Похоже, на него произвело сильное впечатление, что мы так рано начинаем работу. В девять я вылетаю в Атланту.

Бартлет улыбнулся:

— Похоже, вы с ним два сапога пара. Составить тебе компанию?

— Не сейчас. — Тревор встал и пошел к шкафу. — Если понадобишься, позвоню. Пока я буду собирать вещи, раскопай мне досье этого Куинна и Евы Дункан. Нужно как следует подготовиться. Чем больше знаешь о человеке, тем лучше.

Бартлет быстро нашел папки и начал их просматривать.

— У тебя могут возникнуть проблемы. Оба — люди непростые. Ева Дункан выросла в трущобах, жила с матерью-наркоманкой. В юном возрасте родила ребенка, никакого мужа в помине, и это кардинально изменило ее жизнь. Она пошла учиться в колледж и попыталась вылечить мать. Стала работать скульптором-антропологом. Ее дочь Бонни в семилетнем возрасте похитил и, видимо, убил серийный убийца. Тело так и не обнаружили. Несколько лет назад будто бы нашли, но потом выяснилось, что это была другая девочка.

— А Куинн?

— Родился в состоятельной семье, был агентом ФБР, а потом стал детективом в полиции Атланты. У него земельный участок и коттедж на озере под Атлантой. Там он и живет с Евой Дункан. — Бартлет поднял взгляд. — Крутой, умный и хваткий, как бульдог.

— Слабое место?

— Ева Дункан. Никаких сомнений. Живет с ней с исчезновения ее дочери и ради этого променял карьеру в ФБР на службу в Атланте.

— На какие кнопки следует нажимать?

— Ни на какие. Иначе будет взрыв.

— Иногда взрывы бывают полезны. — Тревор жестко улыбнулся. — Так что рискну.

— Ты всегда рискуешь. — Улыбка Бартлета увяла. — Они ребята крутые. Оба. Смотри, сам не подорвись.

Тревор захлопнул чемодан:

— Слушай, Бартлет, ты что, за меня волнуешься?

— Чушь! Просто я слишком ленив, чтобы искать нового напарника. Возьмешь досье с собой?

— Нет. Главное мне уже ясно. — Он поставил чемодан на стул. — Я еще раз гляну на досье этой Макгуайр, а ты пока спустись на улицу и поймай мне такси.

— Опять? Ты уже должен был выучить его наизусть. Там почти ничего нет. Джейн Макгуайр, семнадцать лет, воспитывалась у приемных родителей, живет у Дункан и Куинна с десяти лет. Отличница, никогда и никому не причиняла хлопот. Слишком юна, чтобы иметь какой-то опыт.

— Не согласен. Глянь на ее лицо. Юное, но хранит весь опыт мира. И он увидит это. Именно опыт влечет его как магнит. — Тревор изучал девушку, дерзко смотревшую на него с фотографии. — Такси, Бартлет.

— Уже иду.

Хлопка двери Тревор не услышал. Вены покалывало от возбуждения, и он пытался справиться с ним. Если он хочет выиграть эту битву, то должен сохранять мозги ясными, а голову холодной. И он ее выиграет, черт возьми!

Тревор коснулся пальцем щеки девушки на фотографии. Она была так близко! Волнующе близко.

— Близко, да, Альдо? — пробормотал он. — Цира?

ГЛАВА 3

— Рут действительно была похожа на меня? — Джейн разочарованно смотрела на пустой стол в студии Евы. — Мне хотелось взглянуть на реконструкцию до того, как Джо унесет ее. Можно мне сходить в участок и посмотреть?

— Нет, нельзя, — решительно ответила Ева. — Но можно посмотреть на фотографию. Тебе некоторое время лучше не выходить из дома.

— Из-за какого-то психа? — Джейн покачала головой. — Сегодня я побуду дома, но в понедельник у меня контрольная по тригонометрии, и никто не помешает мне ее написать. — Она пошла к дверям и вдруг увидела патрульную машину, припаркованную на дороге. — Если этот тип увидит, что Джо отдал меня под надзор, и тем не менее на что-то решится, то он точно псих.

— Он и есть псих, — ответила Ева. — Только псих может убивать женщин из-за того, что они кого-то ему напоминают. Так что твой аргумент не выдерживает критики. Не стоит рисковать ради какой-то контрольной.

Джейн повернулась и посмотрела на нее:

— Ты действительно боишься?

— Ты чертовски права. И я не допущу, чтобы с тобой что-то случилось. Даже если для этого тебя придется привязать к кровати. — Голос Евы звучал непривычно жестко.

Джейн пристально посмотрела ей в глаза.

— Ева, ты вспоминаешь Бонни, но я не Бонни. Не беспомощная маленькая девочка, которую можно было подманить и убить. Я собираюсь жить долго и счастливо и вцеплюсь в глотку каждому, кто попытается лишить меня этой возможности.

— У тебя может не быть шанса. Насколько нам известно, этот человек убил по крайней мере шесть женщин. Все они были старше и опытнее тебя и вряд ли хотели расставаться с жизнью.

— Может быть, они ничего не подозревали? А я буду подозревать каждого. — Она улыбнулась. — Ты ведь знаешь, что я не самый доверчивый человек на свете.

— И слава богу! — Ева тяжело вздохнула. — Джейн, я боюсь этого чудовища. Не заставляй меня бояться еще сильнее. Пожалуйста!

Джейн нахмурилась:

— Ненавижу, когда мне мешают! Такие ублюдки, как он, не имеют права диктовать, как нам жить.

— Пожалуйста, — повторила Ева. Джейн вздохнула:

— Ладно! Если уж ты действительно так волнуешься…

— Да, волнуюсь. Можешь не сомневаться. Спасибо.

У Джейн блеснули глаза.

— Как будто у меня есть выбор! Ты, кажется, грозила привязать меня к кровати.

Ева улыбнулась:

— Только в крайнем случае.

— И сколько времени понадобится, чтобы его поймать?

Улыбка Евы угасла.

— Не знаю. Надеюсь, это случится скоро.

— Ева, я не собираюсь прятаться вечно. — Джейн снова взглянула в окно на патрульную машину. — Ты веришь в судьбу?

— Не знаю. Скорее я думаю, что мы сами хозяева своей судьбы.

— И я тоже. Забавное совпадение, правда? Сначала Бонни, а потом я. Тебе не кажется странным, что ситуация повторяется?

Повторяется? Вряд ли…

— Разница огромная. Но все равно мне так кажется.

— Тогда, может быть… — Джейн сделала паузу, подбирая слова. — Если это судьба, то она может дать тебе вторую попытку.

— Что ты имеешь в виду?

— Может быть, это что-то вроде… порочного круга. Если ты туда попал, то ходишь по нему вновь и вновь.

— Это для меня слишком сложно. Понятия не имею, о чем ты говоришь.

Джейн тряхнула головой, словно прогоняя какую-то мысль.

— Просто мне пришло в голову, что… — Она пошла к двери. — От всего этого у меня начинается головная боль. Нужно проветриться.

— Я должна вовремя вернуться, чтобы встретиться с Тревором. — Ева посмотрела на часы. — Через час.

— Едва ли он уйдет, если не увидит тебя у дверей. Судя по твоим словам, он горит желанием помочь. Скорее всего, этот англичанин — тугодум, педант и ужасный зануда.

— Только потому что он из Скотланд-Ярда? Судя по тому, что я знаю, эти ребята отлично работают.

— Но Джека-Потрошителя они так и не поймали, верно? А Джо поймал бы. Потому что у него нестандартное мышление. — Джейн легонько ткнула ногой Тоби и начала спускаться. — Пошли, лежебока! Если ты носишься по ночам, это еще не повод, чтобы дрыхнуть весь день!

Тоби зевнул и поднялся.

— Знаешь, эти полицейские увяжутся за нами, — предупредила Ева, спускаясь с крыльца следом за Джейн.

— Физические упражнения пойдут им на пользу. — Джейн обернулась и улыбнулась ей. — И тебе, кстати, тоже. Ты занималась этой Рут и несколько дней не выходила из дома. Тебе нужен свежий воздух и смена обстановки. Солнце светит, на небе ни облачка.

«Ты ошибаешься, — подумала Ева. — Над нами висит страшная темная туча». Но Джейн была веселой, смелой и ничего не боялась. Настроение Евы улучшилось само собой.

— Ты права! Отличный день для прогулки, — подхватила она. — Но только вдоль берега и обратно. Может, этот Тревор и в самом деле зануда, но мне самой не терпится увидеться с ним.

— Мисс Дункан? Я — Марк Тревор. — Когда Ева вошла в коттедж, мужчина поднялся со стула. — Рад познакомиться. — Он показал на Джо, стоявшего у кухонного стола, а потом пошел через комнату с протянутой рукой. — Куинн сказал, что вы сделали великолепную реконструкцию. Не могу дождаться, когда ее увижу.

— Тогда вам придется проехать в участок. Джо забрал ее сегодня утром. У меня даже не было возможности сделать фотографию. — Рукопожатие у Тревора было крепкое и уверенное, а когда она посмотрела ему в глаза, то ощутила нечто вроде шока.

С виду Тревор был любезен, но это определение лежало от истины еще дальше, чем прогноз Джейн. Не больше тридцати, джинсы, светло-зеленая майка, высокий, широкоплечий и мускулистый. Изо всех пор его тела сочилась энергия. Короткие волнистые волосы обрамляли поразительно красивое лицо, главным украшением которого были темные глаза, искрившиеся умом и любопытством. В улыбке была харизма, которая успокаивала и возбуждала одновременно. Боже милосердный, этот мужчина был похож скорее на супермодель или актера, чем на полицейского!

— Я уже попросил разрешения посмотреть на то, что у вас получилось. — Тревор принял чашку кофе, протянутую ему Джо. — У нас в Скотланд-Ярде есть свои судебные скульпторы, и я их горячий поклонник. Они делают поразительные реконструкции.

— Я слышал об этом. — Джо передал чашку Еве. — Где Джейн?

— Она с Тоби. Сейчас придет. Она шла за мной. — Ева увидела кейс, стоявший на столике. — Там дела?

Тревор кивнул:

— Но я боюсь, что вы будете разочарованы. Я уже говорил Куинну по телефону, что у нас нет ничего конкретного. — Он расстегнул кейс. — Убийства казались случайными, и мы сопоставили лица только после того, как он уехал из Великобритании… — Тревор опустился на диван. — Пожалуйста, знакомьтесь. Если нужно, оставьте себе. Это копии.

— Вы должны были найти что-то, — сказала Ева. — В век ДНК следы можно обнаружить практически на любом месте преступления.

— О да! Волокна у нас есть, ДНК тоже, но нет подозреваемого, с характеристиками которого их можно сравнить.

— А свидетели? — спросил Джо. Тревор покачал головой:

— Вечером жертвы были еще живы, а наутро их находили мертвыми. Никто не видел их с кем-нибудь подозрительным. Видимо, Альдо находил их, выслеживал, а потом являлся в безопасное для себя время.

Ева напряглась:

— Альдо? Вы знаете его имя?

— Прошу прощения. Мне не хотелось вызывать у вас ложные надежды. Это я его так называю. Я ищу этого типа не один год и просто не могу относиться к нему как к безымянному существу.

— Почему именно Альдо?

Тревор пожал плечами:

— А почему бы и нет?

— Мне без разницы, как вы называете этого ублюдка, — прервал Джо. — Я хочу только одного: взять его! Та женщина в Бирмингеме сгорела заживо, а наш медэксперт считает, что Рут задушили. Ничего общего. — Он показал рукой на папки. — А что случилось с этими женщинами?

— Джин Гаскин была задушена. Эллен Картер сожжена заживо. Похоже, эти два способа убийства заранее намеченных жертв у него самые любимые. — Тревор взял чашку. — Но в средствах он не стесняется. Джулия Брэндон умерла, вдохнув смертельную дозу ядовитого газа.

— Что?

— Есть предположение, что ее заставили сделать это силой. Необычный способ.

— Ужасный!

— Да, — кивнул он. — А у Пегги Ноулз, она была из Брайтона, обнаружили воду в легких. Ее утопили. — Тревор поставил чашку на кофейный столик. — Альдо никогда не торопится. Дает себе время совершить убийство именно так, как он сам спланировал.

— А вы так и не смогли понять, кого он пытается наказать, убивая именно этих женщин? Ведь есть же базы данных. Архивы…

— Ева, это то же, что искать иголку в стоге сена, — перебил ее Джо.

Тревор кивнул:

— Увы, наша технология пока не так совершенна. Центральной базы фотоизображений не существует. Само собой мы сделали попытку проверить все наши архивы, но ничего не нашли. — Он сделал паузу, покосился на окно, а потом снова обернулся к Еве. — Есть у меня одна гипотеза… Похоже, что у нас с самого начала не было ни единого шанса найти упоминание об этом человеке в наших старых архивах.

— Почему?

— Когда я раскапывал информацию об этом последнем убийстве в Брайтоне, то нашел записи об одном похожем преступлении в Италии и еще одном в Испании. Оба случились до первого убийства в Лондоне. Обе женщины были задушены, а лица уничтожены.

— О боже! Значит, мы даже не можем определить страну его происхождения? — с досадой спросил Джо. — А что Интерпол?

Тревор покачал головой:

— Я переворошил всю информацию за последние годы. Если он убивал других женщин, то сведений об этом не было.

— А он не оставлял на месте преступления никаких фирменных меток? Некоторые серийные убийцы это делают.

Тревор немного помолчал:

— Вообще-то да. Оставлял.

— Что? Тогда какого черта вы молчали? Почему не начали с главного? — не сдержалась Ева.

— Я думал, вы уже знаете. — Он повернулся к Джо. — Вы еще не получили отчет экспертизы?

— Не весь. Только частями.

— Значит, они не анализировали пепел?

— Пепел? — повторила Ева.

— На теле Рут нашли пепел, — сказал Джо. — По нашему мнению, это доказывает, что ее могли убить в лесу, возможно, у костра…

— Это не древесная зола, — перебил его Тревор. — И не было никакого лесного костра. В отчете сказано, что это вулканический пепел.

— Дерьмо! — Джо достал телефон и начал набирать номер. — Вы уверены?

— Вполне. Частицы вулканического пепла были найдены на каждом теле. Бирмингемская полиция не стала исследовать пепел в том случае, когда жертва была сожжена заживо, и это вполне понятно. Они решили, что пепел естественного происхождения.

— Тогда почему вы им ничего не сообщили?

— Я сообщаю вам. Это теперь ваше дело. — Тревор поднялся и отошел к окну. — Может быть, стоит ее поискать?

Внезапно Ева почувствовала владевшее им напряжение. Непринужденность Тревора исчезла; он был встревожен, собран и сосредоточен. Она вспомнила, как англичанин уже не раз украдкой косился на окно, и похолодела.

— Джейн?

Он коротко кивнул:

— Вы, кажется, сказали, что она идет следом?

Ева вопросительно посмотрела на Джо.

Он покачал головой и отложил телефон:

— Я не говорил с Тревором о ней.

Тревор напрягся и прищурился.

— Вот она. — Он повернулся к Еве. — Вам не следовало оставлять ее одну.

— Если вы посмотрите повнимательнее, то увидите, что она не одна. — Ева подошла к окну и встала рядом с Тревором. Джейн шла по тропинке. По пятам за ней бежал Тоби, а сзади плелись два полицейских. — Я ни за что не оставила бы ее без охраны, — холодно сказала она. — Кто знает, кому можно доверять в этом мире? Как вы узнали о Джейн?

Тревор поднял голову.

— Извините. Конечно, вы ее не оставите. Просто, я уже начал нервничать.

— Как вы узнали о Джейн? — с вызовом повторила свой вопрос Ева.

— Ваши подозрения справедливы. Одобряю. Но я — последний человек на свете, который должен вызывать у вас тревогу. Я прилетел именно для того, чтобы убедиться, что она в безопасности. — Он полез в бумажник и вынул оттуда измятую и потертую газетную вырезку. — Я поручил своему помощнику просмотреть все местные газеты крупных городов за последнее время, и ему повезло. Он обнаружил портрет Джейн Макгуайр.

Ева узнала фотографию. Она была сделана три месяца назад, когда Джейн водила Тоби на благотворительную собачью выставку, проводившуюся в пользу Общества борьбы за права человека. Снимок был слегка смазан, но лицо Джейн вышло хорошо. По спине Евы побежали мурашки.

— Он мог не видеть его, — увидев выражение ее лица, успокоил Тревор. — Я не знаю, как он выбирает свои жертвы. Некоторых он нашел просто случайно. Эту Миллбрук в Бирмингеме. Пегги Ноулз в Брайтоне. Она тоже была проституткой. Ни одну из них для газет не фотографировали.

— А остальных?

— Одна из них за неделю до того получила приз «Лучшему садоводу-любителю».

— Значит, он просматривает газеты?

— Возможно. Но, во-первых, гарантии того, что в газетах что-нибудь появится, нет. Во-вторых, если он действительно пользуется местными газетами как источником, то вынужден ограничиваться каким-то определенным районом, иначе задача становится нереальной. Скорее всего, он ищет мишень как-то иначе.

— Еще одна гипотеза? — ледяным тоном спросила Ева. — Во всяком случае, вы сами нашли ее именно так?

— Но шансов на успех почти не было. Честно говоря, я попросил своего коллегу Бартлета провести проверку только для того, чтобы выяснить, можно ли что-нибудь найти таким способом.

— И нашли Джейн. — Джо взял вырезку у Евы. — Слишком разборчиво, черт побери. Почему вы ничего не сказали мне, если знали, что ей грозит опасность?

— Электронная почта, — напомнил Тревор.

— К черту электронную почту! Вы должны были сообщить подробности.

— Я даже не предполагал, что убийца может находиться в ваших краях. Убийство Миллбрук произошло через два месяца после того, как мы обнаружили этот снимок. Если бы убийца видел эту фотографию, то едва ли стал бы тратить время и силы на поиски другой жертвы. Он бы явился прямо сюда.

— Почему?

— Взгляните сами. — Тревор снова посмотрел на фотографию. — Она так полна жизни, что готова соскочить со страницы. Если сравнить Джейн с другими жертвами, то они похожи на нее как слабая копия на оригинал.

— Тем больше у вас было причин известить нас.

— Ей могло ничто не грозить.

— Черт побери! Мы были обязаны знать!

— Уверяю вас, мы сами приглядывали за ней. Как только я увидел фотографию, то прислал сюда Бартлета и попросил понаблюдать за Джейн. Но будь я на вашем месте, наверняка чувствовал бы то же самое.

— Откуда вам знать, что мы чувствуем! — зло бросила Ева. — Вы — хладнокровный сукин сын! Мне наплевать, поймаете вы своего убийцу или нет. Я хочу, чтобы Джейн ничто не грозило.

— И я тоже. — Тревор посмотрел ей в глаза. — Больше всего на свете. Верьте мне.

Ева верила. Сомневаться в искренности и силе его чувств не приходилось. Но это не уменьшило ее гнев.

— Вы хотите сказать, что шпионили за нами без нашего ведома?!

— Джо, кажется, твои полисмены боятся Тоби! — со смехом сообщила вошедшая Джейн. — Он рычал, когда они подходили слишком близко, и они сразу останавливались как вкопанные. Словно думали, что Тоби… — Она запнулась, посмотрела сначала на Тревора, потом на Еву и негромко присвистнула. — Похоже, в англо-американских отношениях появилась трещина.

Тревор улыбнулся:

— Не по моей вине. Я — ваш надежный союзник. Вы — Джейн Макгуайр, верно? А я — Марк Тревор.

Джейн пристально смотрела на него.

— Привет! Вы не такой, как я себе представляла.

— А вот вы именно такая. — Он пересек комнату и протянул ей руку. — Нет, еще лучше.

Джейн смотрела на него как загипнотизированная, и Ева ее понимала. Впервые увидев его чарующую улыбку, она испытала то же самое. Но это было еще до того, как она поняла, что Тревор может быть холодным и беспощадным. За несколько минут он превратился из союзника в противника. Еве захотелось подбежать к Джейн и оттащить ее за руку.

— Мистер Тревор уже уходит.

Тревор не сводил с Джейн своих красивых глаз.

— Да, боюсь, что я попал в черный список. И поделом, — скупо улыбнулся он. — Я бессовестно утаивал информацию, волновался из-за того, что они недостаточно заботятся о вас, а потом не вовремя открыл рот, после чего вся моя кропотливая работа пошла насмарку.

— Какая работа?

— Они объяснят.

— А я хочу, чтобы объяснили вы. — Джейн посмотрела ему в глаза. — Вы пытались поймать того убийцу. Как вы это делали и при чем тут я?

Тревор хмыкнул:

— Я должен был знать, что вы именно такая. Просто прелесть!

— Не морочьте мне голову.

— И не думаю. — Его улыбка угасла. — Хотите знать правду? Вы — мишень. Некоторое время назад я понял, что вы можете оказаться под прицелом, и установил за вами слежку. Но я не сразу обеспечил вам защиту, которой вы заслуживаете, и это вызвало у мисс Дункан и мистера Куинна справедливое негодование.

— Да, вызвало, — сказала Ева. — Потому что у вашего ожидания есть только одна причина. Если вы следили за ней — это значит, что вы использовали ее как наживку.

— Такая возможность приходила мне в голову. — Тревор снова посмотрел на Джейн. — Но я ни за что не позволил бы, чтобы с вами что-нибудь случилось. Никто не причинит вам вреда. Даю слово!

— Все это хренотень, — ответила Джейн. — Я сама за себя отвечаю. Не вы, не Ева и не Джо. Я могу постоять за себя. Мне нет дела до того, что вы играете в свои игры и пытаетесь поймать этого подонка. До тех пор, пока вы не причиняете вреда людям, которые мне дороги. — Она сделала шаг назад. — Я думаю, вам лучше уйти. Вы расстраиваете Еву.

Тревор поднял брови:

— Понятно. Это смертный грех?

— Да, грех. — Джейн показала на дверь. — До свидания, мистер Тревор. Если вы сумеете поймать этого подонка, желаю удачи. Но без серьезной причины не возвращаться.

— И не расстраивать Еву.

— Вы меня поняли. — Она повернулась к Джо. — Пора ужинать. Разогреть то мясо, которое ты жарил вчера вечером?

— Похоже, аудиенция окончена. — Тревор натянуто улыбнулся и пошел к двери. — Куинн, я буду на связи.

Джо коротко кивнул:

— Она права. У вас должна быть серьезная причина для возвращения.

— Самая серьезная. А до тех пор ноги моей на вашем пороге не будет, — сказал Тревор. — Можно взять одного из ваших полицейских, чтобы он отвез меня в город?

Джо снова кивнул:

— Вас подбросят до гостиницы. — Он сделал паузу. — Или до аэропорта?

Тревор насмешливо поежился:

— Похоже, красную ковровую дорожку вырывают у меня из-под ног. И все же я надеюсь, что сумею снова завоевать вашу благосклонность.

— Едва ли, — ответила Ева. — Мы вас не знаем, а теперь и не доверяем.

Тревор задержался у двери.

— Вы можете доверять мне, — негромко сказал он. — Можете обойти весь белый свет, но все равно не найдете человека, который заботился бы о безопасности Джейн больше, чем я. — Он полез в карман, вынул визитную карточку и положил на столик у двери. — Это вам, Джейн. Номер моего сотового телефона. Если что-нибудь понадобится, позвоните. Я буду ждать. — Дверь закрылась.

— Уф-ф-ф… — Джейн подошла к окну, чтобы посмотреть, как Тревор идет к патрульной машине. — Он явно не тугодум и не зануда, верно?

— Да уж! — Ева посмотрела на нее с прищуром. — Что ты о нем думаешь?

— А что?

— Когда ты знакомилась с этим человеком, то не могла отвести от него глаз. Очень красивый, правда?

— В самом деле? — Джейн нахмурилась. — Да, пожалуй. Я не обратила внимания.

— Что-то не верится. Ты смотрела на него как зачарованная.

— Он мне кого-то напомнил.

— Кого?

— Не помню. Кого-то… — Она увидела выражение лица Евы и улыбнулась. — Ты встревожилась? Думаешь, я влюбилась в него за те несколько минут, которые он провел здесь? Ева, я ни в кого не влюбляюсь. Сама знаешь.

Ева почувствовала облегчение и улыбнулась.

— Когда-то все бывает впервые. Я была бы рада, если бы ты влюбилась в кого-нибудь. Продолжаю надеяться и ждать, когда это случится. — Она покачала головой. — Выбери себе рок-звезду или футболиста. Но не его.

— Кого угодно, только не его. — Джо шагнул к двери. — Пожалуй, будет лучше, если я сам отвезу его в город. Можешь не разогревать мясо. На обратном пути я заеду в китайский ресторан и возьму что-нибудь.

Когда дверь закрылась, Джейн хихикнула:

— Он напоминает шерифа из итальянского вестерна. Но шериф выгнал бы преступника из города, а не провожал бы его до гостиницы. — Джейн подошла к двери и взяла со стола визитную карточку Тревора. — Он действительно расстроил вас обоих. Вам кажется, что он собирается не столько делать свое дело, сколько наброситься на меня.

— Он должен был предупредить нас об угрозе. Так на его месте поступил бы любой известный мне полицейский.

— Может быть, в Скотланд-Ярде работают другие полицейские.

— Ты защищаешь его?

— Пожалуй. — Она сунула карточку в карман джинсов. — Ты помнишь, как я была маленькая и крала еду для Майка, когда он прятался в том переулке? Я не хотела этого делать. Знала, что поступаю нехорошо, но Майку было всего шесть лет, и он умер бы с голоду, если бы я не придумала, как его накормить. Иногда приходится поступать неправильно, чтобы не дать случиться худшему.

— Это тут ни при чем. Тебе было тогда всего десять лет.

— Если бы я не нашла другого способа, то и сегодня поступила бы так же. Наверное, поэтому я понимаю Тревора.

— Это невозможно, — лаконично ответила Ева. — Ты его не знаешь.

— Не понимаю, из-за чего сыр-бор. Ты сама сказала, что Джо думает, будто эти преступления — его пунктик. Каждый, у кого есть пунктик, захочет сначала немного осмотреться, убедиться, что рядом нет никого подозрительного, а уже потом окружит человека полицейскими, которые отпугнут преступника.

— Этого мне не понять, — поджав губы, ответила Ева. — Зачем ты взяла его карточку?

— Потому что верю, что он искренне желает мне добра. — Она встретила взгляд Евы. — А ты нет?

Лгать было бесполезно. Джейн сразу бы это почувствовала.

— Верю. Однако это не значит, что я одобряю его способы.

Джейн кивнула:

— Я понимаю, что ты имеешь в виду. Но иногда приходится довольствоваться тем, что есть. Тревор может быть неудобным, и все же я не сомневаюсь, что он хорошо делает свое дело. — Она направилась в свою комнату. — А я пошла делать свое. Хочу закончить домашнее задание до того, как Джо вернется с китайской едой.

Ева смотрела ей вслед. О господи, и зачем она такая умная? Джейн с раннего детства все понимала, на все имела собственные суждения и доверяла им.

А суждения ее обычно были правильными. Куда более правильными, чем у большинства взрослых. Но это не значило, что она неуязвима. Тревор был умен и обаятелен, а оба этих качества привлекают таких девушек, как Джейн.

Но таких девушек, как Джейн, просто не существовало. Она была неповторима и на все реагировала по-своему.

Проклятие, она взяла его карточку с номером телефона!

Ева вздохнула. Кто знает, что выкинет Джейн? Может быть, она, Ева, делает из мухи слона?

Во всяком случае, Джейн выставила этого типа из дома за то, что он расстроил Еву.

* * *

— Это «Плаза Пичтри». — Джо остановился у парадного. — Я забронировал вам номер на два дня. Решил, что дольше вы здесь вряд ли пробудете.

— А теперь считаете, что и этого много. — Тревор вылез из машины, и швейцар открыл дверь. — Моя помощь вам больше не требуется.

— Надеюсь найти все необходимое в досье, которые вы привезли с собой. В вас мы не нуждаемся.

Тревор улыбнулся:

— Зачем вам досье, если есть я? Откуда вы знаете, что я заложил в них все, что мне известно?

Джо посмотрел на него с прищуром:

— Например?

— Вулкан, из которого взят пепел. Вы увидите, что геологи не смогли прийти к единому мнению.

— А вы это знаете?

— У меня есть гипотезы.

— Гипотезы — еще не доказательства.

— Но они позволяют на что-то опереться.

— А у вас есть гипотеза, объясняющая, почему он обсыпает их пеплом?

— Может быть. — Тревор дал чаевые швейцару, взявшему его рюкзак. — Куинн, ясно одно: мы можем быть полезны друг другу. На вас нечаянно свалилось дело, которым я жил и дышал несколько лет.

— Думаете, я не понимаю, что вы играете со мной в кошки-мышки? — спокойно ответил Джо. — Подкидываете мне кусочки информации в надежде, что я все прощу и позволю вам снова заняться расследованием? Но вы не дали мне ничего. Все это хренотень.

— Джейн тоже воспользовалась этим выражением. — Тревор улыбнулся. — Ужасно приятно, когда члены семьи подхватывают словечки друг у друга. — Он сделал вид, что задумался. — Вы правы. Я действительно не сообщил вам ничего важного. Чужие гипотезы использовать трудно. У вас есть куча времени, чтобы предложить собственные, а потом начать расследование, верно? — Не дожидаясь ответа, он повернулся и вошел в гостиницу.

Ублюдок!

Джо сел за руль, продолжая смотреть на дверь. Тревор явно хотел, чтобы его упрашивали. Черта с два! Не дождется. Даже если логика подсказывает, что он должен вытянуть из этого насмешливого сукиного сына все, что тот знает. Он будет ждать до тех пор, пока не убедится, что другого способа нет. Тревор был силой, с которой следовало считаться, и не нуждался в разрешении Джо, чтобы вести расследование самостоятельно.

Куинн нажал на газ и выехал на улицу.

Вулканический пепел…

Странно! Возможно, ученые, имеющиеся по эту сторону Атлантики, смогут найти ответ. Но ответ требуется срочно. Последняя реплика Тревора попала в «яблочко». Времени для Джейн у них может не хватить.

Эта мысль повергла его в ужас. Искушение вернуться к Тревору было велико. К чертовой матери англо-американское сотрудничество! Есть и другие способы. Пусть сукин сын подавится своей информацией. В эту игру можно играть вдвоем. Козырь Тревора — нежелание сообщать ему об опасности, грозящей…

Зазвонил телефон, и он посмотрел на определитель номера. Ева.

— Я только что высадил его, — сказал Куинн. — Буду дома через сорок пять минут. Все в порядке?

— Сомневаюсь. — Голос Евы был встревоженным. — Я просматривала эти чертовы досье, и вдруг меня осенило. Похоже, дело обстоит куда хуже, чем мы думали.


Тревор подождал, пока машина Джо не исчезла за поворотом, а потом пошел регистрироваться.

Он сделал все, что мог. Подбросил Куинну несколько кусочков мучительной головоломки и тонкий намек на угрозу близкому тому человеку. Подействовать могло и то и другое. О боже, он надеялся, что этого будет достаточно. Но сегодня он был явно не в ударе. Приехал, готовый к победе на всех фронтах, но совершил гигантскую ошибку, которую невозможно исправить. Будь Ева Дункан и Куинн не такими проницательными, все могло бы пройти гладко, но они оказались именно такими, как говорил Бартлет. Ему сильно повезло, что удалось выбраться оттуда с…

Тут Тревора осенило, и он остановился прямо посреди вестибюля.

С чего он взял, что ему повезло? Они оба были умны и очень-очень проницательны. Он уже имел опыт общения с людьми, обладавшими такими качествами, но мало кто из этих людей вызывал у него желание быть осторожным.

И теперь этот опыт взывал ко всем его инстинктам. Тревор вынул сотовый телефон и набрал номер Бартлета.

— Я в Атланте. Ты у себя дома?

—Да.

— Вылезай оттуда. Тебе нужна компания. — Он обвел взглядом вестибюль и пошел к ресторану.

В гостиничных ресторанах почти всегда есть выход прямо на улицу. — Я дал маху.

— Ушам своим не верю, — хихикнул Бартлет. — Столько хлопот, и все впустую? Я дорого дал бы, чтобы увидеть это собственными глазами!

— Не сомневаюсь, — сухо ответил Тревор. Да, в глубине зала была дверь. Он направился прямо туда. — Я заслужил твои насмешки. О боже, как глупо! Я вел себя как жалкий любитель. Мне и в голову не приходило, что все выйдет именно так.

Бартлет немного помолчал.

— Джейн Макгуайр?

— Я слишком долго ждал. И ударился в панику еще до того, как она вошла в комнату.

— В панику? Я никогда не видел тебя в таком состоянии. Ты — хладнокровный сукин сын.

— Сегодня увидел бы. Я до смерти испугался, что она исчезнет еще до того, как я ее увижу. Потом увидел и попытался окружить себя забором, но было слишком поздно.

— Это она?

— О господи, да! У меня перехватило дыхание. Даже Альдо был бы доволен. — Тревор вышел на улицу и поднял руку, подзывая такси. — Но насчет Куинна и Евы Дункан ты был прав. Скоро они начнут задавать те же вопросы, что и я. Это дело времени. — Он сел в машину. — Перезвоню позже. Не оставляй там ничего. Чтобы все было чисто, понял?

— Ты можешь вести себя как осел, а я не могу. Дорожу репутацией. Ладно, я сделаю свое дело. — Бартлет дал отбой.

«А я должен был сделать свое, — мрачно подумал Тревор, когда машина отъехала от тротуара. — Но, черт побери, кто мог ждать, что я развалюсь на куски?»

— Аэропорт Хартсфилд, — сказал он водителю.

Этого следовало ожидать. Прошло слишком много времени, и каждый день длился дольше века. Он считал себя подготовленным, но похоже, что к такому подготовиться невозможно.

Значит, нужно взять себя в руки и начать сначала.

Нет, не сначала. Неловкость заставила его отступить всего на один шаг. Потому что Джейн Макгуайр была здесь, в нескольких минутах отсюда. Он видел ее, прикасался к ней. Он лидировал.

И опережал Альдо.

Пока что.

ГЛАВА 4

— Мне очень жаль, детектив Куинн. — Женщина оторвалась от своего компьютера. — Мистер Тревор еще не зарегистрировался.

— Посмотрите еще раз, — нетерпеливо сказал Джо. — Я знаю, что он здесь. Я сам привез его сюда пятнадцать минут назад.

Служащая гостиницы провела еще один поиск, а затем покачала головой.

— Мне очень жаль, — снова сказала она. — Может быть, он зашел в бар? Или проголодался и отправился в ресторан.

«Или дал стрекача», — подумал Джо. Он круто повернулся и пошел к бару. Ничего, сейчас все выяснится. Даже если для этого придется опросить каждого служащего бара и ресторана.

* * *

— Он прошел через ресторан и вызвал такси, — спустя двадцать минут сказал Джо Еве. — Я позвонил в компанию и выяснил, что десять минут назад один таксист высадил в аэропорту человека с его внешностью. Я звоню из машины.

— Ты не можешь позвонить в службу безопасности аэропорта и попросить, чтобы его задержали?

— Нет. Он подаст на управление в суд, и это вызовет международный скандал. Ева, у нас нет доказательств. Как бы сказал Тревор, одни гипотезы.

— Я уже по горло сыта его гипотезами, — сказала Ева. — Ты позвонил в участок?

— Я попросил Кристи заняться этим делом, поскольку именно она вывела на меня Тревора. Позвоню, когда что-нибудь выясню.

— Только поскорее. Я буду ждать.

— Ты не нашел его, — сказала Ева, увидев лицо Куинна, когда он вошел в коттедж три часа спустя. — Как ему удалось улизнуть?

— Ну, во всяком случае, на самолете он не улетел. Я обзвонил всех диспетчеров такси. Ни один таксист из аэропорта его не вез. — Джо опустился на диван и устало потер затылок. — Держу пари, что он вернулся в город на подземке. Очень удобный путь отхода. Проследить человека там трудно, а затеряться легко.

— Умно.

— А чего ты ждала? Он действительно умен. И наделен чертовски хорошей интуицией. Во всяком случае, когда я его высаживал, у него не было намерения пуститься в бега. Он пытался понять, чего я стою.

— Ты получил отчет Кристи?

— Двадцать минут назад. Она позвонила прямо в Скотланд-Ярд и поговорила с инспектором Фолсуортом. Никакого инспектора Марка Тревора не существует. Но есть сотрудник с таким именем и фамилией, который работает в лаборатории вещественных доказательств. Тревор не хотел выдавать себя за существующего инспектора. Его могли быстро разоблачить. Однако должность легко перепутать, а ему было нужно настоящее имя на случай, если кто-нибудь позвонит в офис, а не по сотовому телефону. Они никогда не посылали сообщение по электронной почте о нашем серийном убийце. Никогда не подозревали, что он здесь, в Штатах. Они все еще ищут его в Великобритании. — Куинн посмотрел на Еву. — Почему ты подумала, что Тревор может быть мошенником?

— Сама не знаю. Чистое озарение. После того как ты ушел, мне пришло в голову, что поведение Тревора нетипично для полицейского. Для них главное — процедура, а Тревор нарушил одно из основополагающих правил. — Ева поджала губы. — А потом я начала играть в игру «А что, если?». Можем ли мы быть уверены, что Тревор — тот, за кого себя выдает? Какие у нас доказательства? Я уверена, что он показывал тебе свое удостоверение, но оно могло быть поддельным. Как и это сообщение по электронной почте. Ему было бы трудно и хлопотно проникнуть в веб-сайт Скотланд-Ярда и воспользоваться им, чтобы разослать официальные оповещения. Разве что он — опытный хакер, для которого это пара пустяков. Стоило бы проверить.

— Проверю. Жалко, что я не успел схватить этого типа за шиворот еще до того, как он ускользнул. — Он обвел взглядом коридор. — Ты сказала Джейн?

— Сказала только, что мы хотим проверить его. Она ничего не ответила. Наверное, подумала, что у меня паранойя. — Ева пошла на кухню. — Когда я поняла, что тебе не до китайского ресторана, то разогрела Джейн остатки ужина. Есть будешь?

— Я не голоден. Но стакан молока выпью. — Он встал и подошел к барной стойке. — Кристи попросила Скотланд-Ярд провести компьютерный поиск. Ей понадобится подробное описание.

— Этого им будет недостаточно. Возможно, Тревор — не настоящее имя. Я сохранила кофейную чашку, из которой он пил. Нужно будет снять отпечатки пальцев. — Ева поставила перед ним стакан молока. — Нам может помочь Джейн. Сделает для Кристи рисунок. — Ева пожала плечами. — Конечно, если захочет.

— Если она узнает, что он лгал нам, то не станет его защищать.

— Может быть. Она говорила о том, что в детстве привыкла совершать плохие поступки ради благородной цели. Мне не нравится, что она с ним заодно. — Ева облизала губы. — Как по-твоему, это он? Человек, который убил Рут?

Джо долго молчал:

— Я думал об этом всю дорогу домой. Представиться дознавателем, чтобы подобраться к Джейн как можно ближе? Умно придумано. — Он посмотрел на досье, лежавшие на кофейном столике. — И наживку он придумал хорошую.

— Сукин сын!

Куинн задумчиво кивнул:

— Лучше считать, что он представляет опасность для Джейн. Пока мы не убедились в обратном.

Ева прищурилась и посмотрела на него.

— Но ты в этом сомневаешься.

— Пока я думаю, что он лишь хотел принять участие в расследовании.

— Нет ничего необычного в том, что серийный убийца пытается принять участие в расследовании собственного дела. Вспомни Теда Банди.

— Это я знаю. — Джо допил молоко. — Просто я уверен, что заметил бы, если бы Джейн вызвала у него агрессивную реакцию. Он злил меня, но я был уверен, что знаю, чего он хотел… — Куинн пожал плечами. — А чего он хотел на самом деле? Мы выясним это только тогда, когда найдем его. Если он еще в городе.

— Да, он еще в городе, — вздрогнув, сказала Ева. — Разве ты не видел его лицо, когда он разговаривал с Джейн? Теперь он ни за что с ней не расстанется. — Она сполоснула стакан. — Ты получил отчет о Рут?

— Подожди немного. Завтра ее фотография появится в газете. Может быть, кто-нибудь ее опознает.

— Надеюсь. Мне хотелось, чтобы из этого что-нибудь вышло… — Она сделала паузу, а потом прошептала: — Джо, мне страшно. А вдруг этот убийца был у нас в коттедже и жал ей руку?

— Ева, Джейн в безопасности.

— В самом деле? Дай-то бог! — Она сделала глубокий вдох и расправила плечи. — Конечно, Джейн в безопасности. И мы не позволим, чтобы с ней что-нибудь случилось. — Ева поставила стакан в сушку и обошла стойку. — Схожу к Джейн. Если она еще не спит, то поговорю с ней о рисунке. А ты позвони в участок и выясни, не узнала ли Кристи что-нибудь еще.


Альдо рассматривал фотографию в газете и улыбался. Поразительное сходство! Художник, сделавший реконструкцию, был явно очень талантлив. Почти так же талантлив, как он сам, тщательно уничтоживший эти черты ланцетом. Он думал, что на восстановление лица женщины, которую они называли Рут, уйдет гораздо больше времени.

Ее звали вовсе не Рут, а Кэролайн. Наверное, скоро ее кто-то узнает. На сей раз это была не проститутка и не бродяжка. Он заметил Кэролайн, когда та выходила из офиса в деловой части города, и исполнил свой долг, уничтожив еще одно воплощение Циры.

О боже, он начинал уставать от исполнения этого долга. Когда он совершал акт, то ощущал взрыв наслаждения, но его изматывали поиски. Сомнений в том, что всех похожих на нее следовало стереть с лица земли, не было, и все же он был обязан найти настоящую Циру. Каждую ночь, перед тем как закрыть глаза, Альдо бормотал молитву о ниспослании ему этого дара.

И теперь чувствовал, что на его молитву скоро ответят. Возбуждение было слишком сильным, ожидание возрастало с каждым прожитым днем.

Он отложил газету и снова развернул кресло к компьютеру. Нельзя рассчитывать найти Циру чисто случайно. Он давным-давно понял, что не заслужит конечного наслаждения, если в ее поисках будет бродить по улицам.

Так… Вводим украденный пароль.

Экран монитора засветился.

Есть!

Теперь обходим стены, которые они возвели, чтобы защитить Циру.

Он сел поудобнее и начал листать страницы. Тут их тысячи, но он терпелив. Хотя в глазах рябит, а спина ноет от многочасового сидения за компьютером, он не отступится.

Эта дорога ведет к Цире.

* * *

— Вот он. — Джейн положила перед Джо рисунок на следующее утро, когда они завтракали. — Старалась изо всех сил. — Джейн открыла холодильник и достала сок. — Что ты будешь с ним делать?

— Пошлю в Скотланд-Ярд. А они, может быть, перешлют его в Интерпол. — Джо внимательно изучал рисунок. — Отлично! Поразительное сходство.

— Это было нетрудно. У него запоминающиеся черты. — Она наполнила стакан. — Кроме того, я уже говорила Еве, что он мне кого-то напоминает. Я почувствовала, что… не знаю, как это назвать… что-то знакомое. — Она села за стол. — А где Ева?

— Понесла кофе Маку и Брайану. Ребята на посту. — Куинн оторвался от рисунка. — Ева думала, что ты не захочешь нарисовать его.

— Почему? Я даже не знаю этого Тревора. Я люблю тебя и Еву. — Она улыбнулась. — И буду вам всегда предана.

— Приятно слышать.

— Я же говорила тебе, что не верю, будто Тревор хочет причинить мне зло. И еще я не могу представить себе, что он способен лишить женщину лица.

— Только потому, что у него самого красивое лицо?

— Нет. Я вообще почти и не заметила, что оно красивое. У этого человека внутри гораздо больше, чем снаружи.

— Как ты можешь судить? Ты же сама сказала, что даже не знаешь его.

— Нужно доверять интуиции. — Она сделала глоток сока. — Джо, ты сам говорил мне это. Я только следую твоим советам.

— Значит, во всем виноват я?

— Конечно. А почему бы и нет?

— Потому что, когда ты стала жить с нами, твой характер уже сформировался. Если называть вещи своими именами, ты сама нас нашла.

— Неправда. Я бы на такое не осмелилась. И когда ты рассчитываешь что-нибудь узнать о Треворе?

— Надеюсь, что скоро.

— Хорошо бы. Этот человек вызывает у меня любопытство. — Она допила сок. — Интересный тип. Я бы сама предложила нарисовать его, даже если бы Ева не попросила.

— То-то и удивительно.

— Почему? Он вторгся в нашу жизнь и заслуживает, чтобы ему отплатили той же монетой.

— Может быть, даже сторицей, — мрачно ответил Джо.

— Увидим. — Джейн отодвинула стул. — Найду Еву и попрошу отвезти меня в школу. — Джейн улыбнулась. — Конечно, я могла бы позаимствовать твою машину и поехать сама. Теперь у меня есть права.

— Мы бы предпочли, чтобы в ближайшие дни у тебя была компания.

— Я так и думала. — Она пошла к двери. — Для человека, только что получившего права, двое в машине — это уже чересчур.

— Настоящее имя Рут — Кэролайн Холлибертон, — сказала Кристи, когда три часа спустя Джо пришел в участок. — Она работала в брокерской конторе в деловом центре. Ее родители живут на севере, в Блейрсвилле. Имеет квартиру в Бакхеде и не показывалась на работе с прошлого понедельника. В среду подруга, которая работает вместе с Кэролайн, подала заявление об ее исчезновении.

— Это подруга опознала ее по фотографии? — спросил Джо.

— Нет. Одна из служащих управления вспомнила, что видела такой же снимок, когда они составляли сообщение об исчезновении.

Джо зло выругался:

— Мы проводили поиск в списке пропавших еще до того, как я отправил фотографию в газету! Но ничего не нашли.

— Эка невидаль! После очередного сокращения ассигнований канцелярской работы у нас накопилось на месяц вперед, а результатов анализа ДНК приходится ждать четыре месяца. — Кристи посмотрела на рисунок, который Куинн бросил ей на стол, и присвистнула от изумления. — Ничего себе, Джо! Он действительно такой?

— В точности.

Она улыбнулась:

— Просто картинка. Такой красивый мошенник мог бы убедить меня в чем угодно. Ничего удивительного, что Джейн так хорошо его запомнила. Видно, он произвел на нее сильное впечатление.

— Она не обратила на его красоту никакого внимания. Просто нарисовала то, что видела.

— Ага, как же… Ради бога, Джо, ей ведь уже семнадцать. В ее возрасте внешность — это все. Черт побери, он сексуален, как кинозвезда. — Джо открыл рот, но Кристи успела поднять руку. — Ладно, Джейн выше этого. Она не похожа на мою Эмили и девяносто девять процентов своих сверстников. — Она насмешливо фыркнула и встала из-за стола. — Сейчас отсканирую и отправлю в Скотланд-Ярд.

— Спасибо, Кристи.

— Пожалуйста, — улыбнулась она. — Я не чета твоей Джейн. Мне нравится смотреть на таких красивых дьяволов.

— Может, он и есть дьявол, — пробормотал Джо. — Ты назвала его мошенником, но откуда мы знаем, что не он убил всех этих женщин?

— Да, этого мы не знаем. — Кристи снова посмотрела на рисунок, и ее улыбка угасла. — А жаль.

Джо посмотрел вслед Кристи, лавировавшей между столами, а потом начал листать лежавшее перед ним досье Кэролайн Холлибертон. Куинн был готов увидеть фотографию, и все же она вызвала у него шок. Снимок, сделанный с реконструкции Евы, имел много общего с натурой, но тут была живая женщина. В момент смерти ей было двадцать четыре года, но эту фотографию сделали несколько лет назад, и сходство с Джейн было очень сильным.

Это смертельно напугало его.

— Джо…

Он поднял глаза и увидел стоявшую рядом Кристи.

— Что-то очень быстро. Неужели ты успела?..

— Еще одна. — Она выключила телефон, по которому только что говорила. — Озеро Ланьер. Какие-то аквалангисты нашли тело, отметили место и вызвали полицию.

Джо захлопнул папку и вскочил.

— Ты уверена?

— На все сто. — Она схватила сумку и устремилась к двери. — Черт побери, у нее тоже нет лица!


Она!

Альдо не поверил своим глазам. Это было настоящее чудо.

Он смотрел на фотографию и чувствовал, как колотится сердце.

Она смотрела на мир так дерзко, словно бросала вызов каждому. Свежая, юная и неприступная.

Нет, Цира не неприступная. Для кого угодно, только не для меня.

Он записал имя.

Джейн Макгуайр.

Не Джейн.

Цира. Цира. Цира.

Он быстро скопировал адрес.

И понял, что дрожит. Дрожит от возбуждения. Наконец-то! Другие были подобием, а эта — совершенством. Сомнений не оставалось: именно это лицо он всю жизнь видел в кошмарных снах. И дрожал от страха, что что-то или кто-то отнимет ее.

Нет, он этого не позволит. Он слишком долго странствовал, слишком долго искал и очистил мир от слишком многих притворявшихся Цирой.

Но Джейн Макгуайр не притворялась. Она действительно была Цирой.

И заслуживала смерти.


Темнота.

Нет воздуха.

Нет времени.

Она не сделает этого.

Ни за что! Она не умрет в этом тоннеле. Пусть сдаются другие, те, кто трусливее. А она будет бороться, пока не вырвется на свободу.

Она уже разбила цепи, которые держали ее в заточении, и не позволит смерти взять ее в плен.

Неужели земля действительно дрожит под ногами?

Нет воздуха.

Она падает на колени.

Нет!

Она поднимается и, шатаясь, устремляется вперед. Куда? Слишком темно, чтобы… Она сворачивает направо.

— Нет, там тупик. Сюда.

Он стоит в тоннеле у нее за спиной. Высокий, скрывающийся в тени, но она знает, кто это, будь он проклят.

— Отойди! Думаешь, я тебе поверю?

— Ни на что другое у тебя нет времени. — Он протягивает руку. — Пойдем со мной. Я покажу тебе дорогу.

Но она больше никогда не примет его руку. Никогда не поверит…

Она бежит дальше.

— Вернись!

— Черта с два! — Ее голос, вырывающийся из саднящего пересохшего горла, больше похож на шепот.

Беги.

Быстрее.

Живи.

Но как можно жить, если нет воздуха?

— Джейн! Проснись, черт побери!

Ее трясли. Это Ева, осознала она. Ева боится. Ева пытается спасти ее от сна, который вовсе не сон. Разве Ева не знает, что она должна остаться здесь? Это ее долг…

— Джейн!

Тон был требовательным, и Джейн медленно разомкнула веки.

Лицо Евы осунулось от тревоги.

— Привет, — пробормотала Джейн. — Извини…

— Этого недостаточно. — Тон Евы был таким же мрачным, как и выражение ее лица. — Я чувствую, что дело плохо. — Она поднялась и пошла к двери. — Надень халат и выходи на веранду. Нам нужно поговорить.

— Ева, это всего лишь кошмар. Все нормально.

— Я знаю, что такое кошмары. Ничего нормального в них нет. Особенно если они снятся каждую ночь. Выходи на веранду. — Ева ушла, не дожидаясь ответа.

Джейн медленно села и тряхнула головой, пытаясь прийти в себя. Она еще не проснулась, а спорить с Евой в полусонном состоянии было бесполезно. Она пошла в ванную и сполоснула лицо холодной водой.

Уф, полегчало…

Если не считать того, что легкие все еще горят от недостатка кислорода.

Это ощущение скоро пройдет. Как и остатки страха.

Она сделала глубокий вдох, сняла халат со спинки кровати, накинула его и пошла по коридору к веранде.

Ева сидела на ступеньках.

— Слава богу, наконец-то ты проснулась. — Она протянула Джейн чашку горячего какао. — Пей. Здесь холодно.

— Мы можем пройти в дом.

— Я не хочу будить Джо. Он считает, что я преувеличиваю твои проблемы. Проклятие, он вообще не считает это проблемой. Считает, что нужно проявлять терпение и ждать, когда все пройдет само собой.

— Может быть, он прав. — Джейн сделала глоток какао и села на верхнюю ступеньку. — Я тоже не считаю это проблемой.

— А я считаю. Попробуй убедить меня в том, что я ошибаюсь. — Ева поднесла свою чашку к губам. — Рассказывай, что за чертовщина тебе снится.

Джейн состроила гримасу.

— Остынь, Ева. Не думай, что я страдаю от глубокой психической травмы, связанной с тобой, Джо или тем, как меня воспитывали.

— Откуда я знаю? Откуда ты сама это знаешь? Сны — дело темное, и толковать их можно по-разному.

— Да, если это делают мошенники, которым платят по паре сотен долларов в час за их дурацкие толкования.

— Я сама не поклонница психоанализа, но хочу убедиться, что не подвела тебя.

Джейн улыбнулась.

— Ради бога, Ева, как ты могла меня подвести? Ты сама доброта и понимание, а ведь иметь дело со мной — это не сахар. — Она сделала еще один глоток. — Но я должна была догадаться, что ты станешь винить себя за то, к чему не имеешь никакого отношения.

— Раз так, продемонстрируй, что это не имеет ко мне отношения. Расскажи мне этот чертов сон.

— Откуда ты знаешь, что он каждый раз тот же?

— А разве не так?

Джейн немного помолчала.

— Так.

— Наконец-то! — Ева прислонилась к столбу. — Дальше…

— Ну, это и так, и не так. Начинается он каждый раз одинаково, но каждый сон становится продолжением предыдущего. — Она посмотрела на озеро. — А иногда… я даже не знаю, сон ли это. — Джейн облизала губы. — Ева, я понимаю, что это звучит странно, но я — там…

—Где?

— Не то в тоннеле, не то в пещере. В общем, в чем-то таком. И пытаюсь найти конец, выход, но не знаю, где он. А времени мало. Воздуха не хватает, и становится все жарче и жарче. Я продолжаю бежать, но не знаю, смогу ли выбраться.

—Ад?

Джейн покачала головой:

— Это подошло бы, правда? Жарко, дышать нечем, и погоня бесконечна. И все же это настоящий тоннель. А я не мертвая, я живая и продолжаю бороться за жизнь.

— Ничего удивительного. Ты была борцом с самого рождения.

— Да, была. — Она не сводила глаз с озера. — Но когда я вспоминаю борьбу во сне… там она другая. Это не мои воспоминания, не мои битвы, они принадлежат ей… — Джейн растерянно покачала головой. — Я имела в виду свои сны, но они не мои. Безумие…

— Безумие тут ни при чем. Просто тебе нужна помощь, чтобы понять все это.

— Да. Чтобы какой-нибудь шарлатан сказал мне, что я пытаюсь сбежать от реальности, переодевшись в чужое платье. Чушь. Мне нравится окружающая реальность.

— Но не нравятся эти кошмары.

— Они не такие уж страшные. Я могу жить с ними.

— А я — нет. Может быть, если ты примешь снотворное, то будешь спать крепче и не…

Джейн резко обернулась:

—Нет!

— Я сама не люблю лекарства, но это может…

— Я не боюсь принимать снотворное. Просто не могу… я должна закончить это.

—Что?

— Должна дойти до конца тоннеля. Она… Я умру, если не выберусь оттуда.

— Ты понимаешь, как дико это звучит?

— Мне все равно. Я должна сделать это. — Джейн заторопилась, поняв, что Ева готова ей возразить. — Послушай, я не знаю, что со мной происходит, но догадываюсь… нет, уверена, что есть какая-то причина. Мне трудно в этом признаться, потому что я не слишком верю в то, чего нельзя увидеть или потрогать. — Она попыталась улыбнуться. — Я верю в тебя, в Джо и в то, что у нас есть. Это понятно и реально. Но происходящее в том тоннеле — тоже реальность. Если я перестану ей помогать, она может умереть.

— Ты снова сказала «она».

— Серьезно? — Джейн этого не сознавала. — Ева, что ты об этом думаешь?

— Не знаю, что и думать. — Ева нахмурилась. — Если эта женщина не ты, то кто же она? Ты веришь, что это телепатическая связь с кем-то попавшим в беду? Я слышала о таких вещах.

— На такое способны только медиумы. А я не медиум.

— Все возможно.

Джейн улыбнулась:

— Я знала, что ты будешь верить в меня, даже если я стану нести полный вздор. Именно поэтому я и рассказала.

— Да уж… Каждое слово пришлось тащить клещами.

— Нужно было заставить тебя потрудиться. — Ее улыбка потускнела.

— Ева, у меня нет никаких ответов. Только куча вопросов, и каждый из них меня пугает.

— Когда тебе начали сниться эти кошмары?

— Два месяца назад.

— Примерно тогда, когда Альдо появился на юго-востоке.

— Но я этого не знала. Так что он не мог их вызвать. — Она снова улыбнулась. — Теперь твоя очередь. Попробуй объяснить, что это значит. Такой разговор мне по душе. Поскольку ответов у меня нет, это очень успокаивает. — Она допила какао и встала. — Не переживай, Ева. Может быть, это пройдет само собой. — Джейн подошла к Еве и крепко обняла ее. — Можешь успокоиться. В тоннеле никакой серийный убийца за мной не гонится. Бегу я не поэтому.

— Вот и хорошо. Я рада, что ты там одна. Если бы этот ублюдок проник еще и в твои сны… Только этого нам и не хватало.

Джейн слегка замешкалась:

— Ну, я там не совсем одна. Кто-то идет за мной по пятам. Мужчина. Но я злюсь на него, а не боюсь.

— Кто это?

Она покачала головой.

— Тень. — Потом Джейн пожала плечами и улыбнулась. — Ну, теперь ты знаешь то же, что и я. Возможно, все это чушь. Результат несчастного детства. Но я не позволю, чтобы это мне сказал какой-нибудь шарлатан. Так что давай забудем обо всем и пойдем спать.

— Я этого не забуду.

— Знаю, что не забудешь. — У Джейн потеплело на душе. — Все эти годы ты пыталась привести домой заблудившихся, и тебе не нравится мысль, что я могу пополнить их ряды. Хотя бы на время. Я не заблужусь, Ева. Из тоннеля есть выход. Только я не знаю, куда мне… ей… идти.

— Когда тебе приснится следующий сон, расскажи его мне, и мы подумаем вместе. Одна голова хорошо, а две лучше. Я не буду смеяться над твоими рассказами. Сама знаю, что иногда сны бывают единственным спасением.

— Я тебя понимаю.

Внезапно Ева напряглась, услышав в голосе Джейн странную нотку.

—Что?

«О боже, что я наделала, — спохватилась Джейн. — Нужно как-то выкрутиться и солгать. Нет, я никогда не лгала Еве и не буду начинать».

— Я… я слышала тебя.

— Когда?

— Ты сидела на озере и не знала, что я пошла за тобой.

— И?..

— Ты разговаривала с Бонни.

Ева долго молчала.

— Во сне?

— Наверное. Ты прислонилась к дереву. Не знаю. Знаю только, что ты разговаривала с тем, кого там не было. — Увидев ошеломленное лицо Евы, она быстро добавила: — Это было три с лишним года назад. Я знала, что ты не захочешь говорить об этом, и никогда… в общем, держала рот на замке. Не смотри на меня так. Все в порядке. Ты имеешь право… Честное слово, все в порядке.

— Три года. —. Ева смотрела на нее, не веря своим ушам. — И ты никогда не говорила об этом?

— А что тут говорить? Тебе было больно. И поэтому ты говорила с умершей дочерью. Это твое дело.

— А тебе никогда не приходило в голову, что я… немного не в себе?

— Только не ты. — Джейн опустилась на корточки, положила голову на колени Евы и прошептала: — А если это называется быть не в себе, то я тоже хочу быть такой. Все бы на свете были так не в себе…

— Не дай бог! — Ева погладила Джейн по голове. — Ты ничего не хочешь спросить?

— Я уже сказала, это твое дело. Жалею, что проговорилась. Я не хотела.,. Если теперь наши отношения изменятся, я этого не вынесу.

— Они уже изменились.

Джейн быстро подняла голову:

— Тебе неловко со мной? Пожалуйста, не…

— Тс-с-с… — Ева положила палец на ее губы, остановив поток слов. — Я не чувствую никакой неловкости. Наоборот, мы стали ближе.

— Почему?

Она хмыкнула:

— Потому что ты считаешь, что я слегка с приветом, но все равно любишь меня. Потому что за три года ты не сказала ни слова, зная, что это может причинить мне боль. Джейн, по-моему, это очень необычно.

— Ничего необычного в этом нет, — неуверенно возразила Джейн. — Ты сама необычная. Хорошая, добрая, и мне повезло, что я живу в одном доме с тобой. Я всегда знала это. — Она встала. — Значит, все в порядке? Я тебя не расстроила?

— Не расстроила. — Ева скорчила гримасу. — Когда я опомнилась от шока, то решила, что все к лучшему. Мне хотелось поделиться этим с кем-нибудь.

— Джо не знает?

Ева покачала головой: . — Это… трудно.

— Я никому не скажу. Даже Джо.

— Знаю.

Джейн отвернулась в сторону.

— Я давно хотела задать один вопрос. Если ты не ответишь, я пойму.

— Спрашивай.

— Бонни… это такой же сон, как мои?

— Мне хочется думать, что это сон или видение. Но Бонни говорит, что она самый настоящий призрак и что я просто не хочу этому верить. — Она улыбнулась. — Иногда я ей верю. Так что у меня нет права сомневаться в твоих словах, Джейн.

— Ты имеешь право делать все, что облегчает твою боль. — Джейн пошла к двери. — И я буду драться с каждым, кто тебе помешает. Спокойной ночи, Ева.

— Спокойной ночи, Джейн. Приятных снов.

— Постараюсь. — Она обернулась и подарила Еве улыбку. — А если не получится, прибегу к тебе.

— Буду ждать.

Когда Джейн была уже в спальне, она все еще ощущала внутри тепло, вызванное этими словами. Да, Ева всегда будет поддерживать и успокаивать ее. До того как Ева вошла в ее жизнь, девочке было некому довериться, а после сегодняшней ночи Джейн ощутила еще большую близость с ней.

Теперь нужно лечь в постель, уснуть и надеяться на то, что ее больше не занесет в то страшное место. На сегодня хватит. Каждый новый сон отнимал у нее все больше сил. Похоже на стенд «Бегущая дорожка», скорость которого все время увеличивается. Нужно восстановить силы, прежде чем увидеть его снова.

— Я приду, — пробормотала она, натянув на себя простыню. — Только немножко отдохну. Я тебя не бросаю, Цира…

ГЛАВА 5

Было чертовски темно, а свет на веранде они не зажгли. Разочарованный Альдо опустил бинокль. Когда на веранду вышли две женщины, он считал, что сможет их рассмотреть, но они виделись ему как два туманных пятна.

Но он знал, которая из них Джейн Макгуайр. Он ощущал поразительную жизненную силу, ту звенящую силу, которая была ее главной отличительной чертой. Когда она присела и положила голову на колени другой женщине, это было так типично, так знакомо. «Она могла тронуть сердце одним жестом, могла командовать людьми с помощью улыбки или слез», — с горечью подумал Альдо.

Именно это она сейчас делала с женщиной, которая наверняка была Евой Дункан. Старшая женщина все еще смотрела ей вслед, и Альдо физически чувствовал связывавшую их любовь. Он ничуть не удивился, когда узнал, что Джейн живет у того самого скульптора-антрополога, которая восстанавливала лицо Кэролайн Холлибертон. Это лишний раз подтверждало, что круг действительно замыкается.

Даже полицейская машина, стоявшая на дороге, не отпугнула его. Он умел передвигаться в этих лесах, как дикое животное. А полицейский пост говорил лишь о том, что она знает про его близость и полна страха.

Так и должно быть.

Когда Ева скользнула в кровать, Джо тихо лежал в темноте, но она поняла, что муж не спит.

— Джейн снова снился кошмар, — сказала она, натягивая на себя покрывало. — Пришлось поговорить с ней.

— И?..

— Бежит по какому-то тоннелю, задыхается, в тоннеле есть еще кто-то, но он не представляет для нее угрозы. — Она прильнула к Джо и положила голову ему на плечо. — Довольно обычный сюжет, но в самой Джейн нет ничего обычного. Мы должны за ней приглядывать.

— Само собой, — сухо ответил Джо. — Особенно учитывая обстоятельства. А если бы все было так заурядно и типично, как ты говоришь, вы бы не просидели на веранде столько времени.

Ева помолчала.

— Иногда ей кажется, что это не сон.

— Ничего удивительного.

— И ей страшно.

— Все пройдет. — Куинн бережно погладил прядь волос, упавшую на висок Евы. — Тебе тоже снились сны о Бонни, но мы это пережили.

О да, она помнила первые годы после похищения Бонни. Тогда Джо был ее единственной опорой в водовороте отчаяния. Но Ева никогда не рассказывала ему о последних годах, когда сны о Бонни стали целебными. Что бы он подумал, если бы она рассказала ему про свои видения?

—Ева?

— Джо, а вдруг она права? Иногда мне кажется… Откуда мы знаем, что сон, а что реальность?

— Я это знаю. — Он коснулся губами ее лба. — Не морочь мне голову своей философией. Хочешь знать, что такое реальность? Спроси об этом тупого копа вроде меня. Мы живем и дышим ею.

— Да, верно.

Джо понял, что Ева готова отстраниться, и обнял ее крепче.

— Ладно, я не самый чуткий человек на свете. Но я люблю тебя и Джейн. Поэтому бери, что дают.

— Ты очень чуткий, Джо.

Он хмыкнул:

— Ага, как же… Вся моя чуткость объясняется тем, что я люблю тебя до чертиков. Ты не можешь вздохнуть, чтобы я не знал об этом. Во всем остальном я крутой сукин сын и хочу остаться таким. Крутизна — это не так уж плохо. Особенно если она позволяет обеспечить безопасность вам с Джейн.

«В этом весь Джо, — подумала она. — Преданный, умный, но отрицающий даже намек на мягкость. О боже, как я его люблю…» Она повернула голову и поцеловала его.

— Крутизна — это неплохо, — прошептала Ева. Но понимала, что сегодня ночью ничего ему не расскажет.

Нет, Бонни, еще рано…


— Я с дороги, — сказал Бартлет. — Делаю пересадку в аэропорту Кеннеди. Не сумел купить билет на прямой рейс, но должен быть в Атланте через пару часов. Конечно, если полиция не задержит.

— Можешь не волноваться, тебе пока ничто не грозит, — отозвался Тревор. — Тебя могли бы задержать при въезде в страну только в том случае, если бы Куинн знал, что ты связан со мной.

— Это утешает. Где мы должны встретиться?

— В холле гостиницы «Бест Вестерн» на озере Ланьер. Не вздумай регистрироваться. Мы тут же уедем оттуда.

— И куда отправимся?

— К коттеджу Куинна. Но не в сам коттедж. Две последние ночи я спал в лесу.

— Почему? Я же сам снял тебе красивую и удобную хижину к северу от города. И очень гордился тем, что так аккуратно оформил все документы.

— Я должен быть ближе к ней. Рано или поздно Альдо придет туда. — Тревор помедлил. — Может быть, он уже там. Но я еще не столкнулся с ним. Участок у Куинна огромный, а Альдо в лесу как дома.

— И ты тоже. Ты всюду как дома, а это невыносимо. Конечно, в лесу ты ориентируешься не так хорошо, как в казино. Я расцениваю наши шансы невысоко, но откуда мне знать? Ты уже не раз доказывал, что я ошибаюсь. Однако заявляю, что я прилетел сюда вовсе не для того, чтобы ночевать в каком-то гнилом дремучем лесу.

— Ничего, переживешь.

— Сомневаюсь. Ладно, увидимся в гостинице в девять. Если до того тебя не возьмут за жабры. — Бартлет дал отбой.

Тревор сделал то же самое и посмотрел на другой берег озера. Джейн была в том коттедже. Хотя стоял разгар дня и ей следовало быть в школе, но ради безопасности девушку держали дома.

Во всяком случае, так они думали. Но когда за дело брался Альдо, о безопасности не могло быть и речи. Этот человек обладал невероятным упорством и неистощимым терпением.

В данный момент от Тревора требовалось то же самое. О боже, это оказалось тяжело. Он еще никогда не был так близко. Что ж, придется потерпеть. Джейн Макгуайр была таким ярким маяком, что Альдо не мог на него не среагировать. Оставалось ждать, пока этот ублюдок подлетит к огню.

Альдо захочет убить Джейн в полном соответствии с ритуалом. Дальнобойная снайперская винтовка не для него. Если это верно, то у него, Тревора, есть хорошие шансы взять Альдо до того, как он убьет девушку.

«Я расцениваю наши шансы невысоко».

Нет, тут Бартлет ошибается. Шансы всегда пропорциональны усилиям, которые ты предпринял для победы. Нужно только отрешиться от эмоций и использовать интеллект и логику. Нужно забыть тот момент, когда он посмотрел на Джейн и увидел ее лицо, одухотворенное и полное жизни. Она должна быть для него не личностью, а средством достижения цели. Он уже совершил одну ошибку. И не мог позволить себе вторую.

Иначе Джейн Макгуайр умрет в ближайшие дни.

— Судебные эксперты действительно нашли на теле Кэролайн Холлибертон вулканический пепел, — сказала Кристи, когда Джо взял трубку. — Мы пытаемся определить, из какого именно вулкана. Но результатов пока нет.

— Скотланд-Ярд не может нам помочь?

— О пепле, найденном на других жертвах, единого мнения тоже нет.

— Тревор так и сказал. Черт побери, как он мог это знать, если не связан со Скотланд-Ярдом?

— Ответ ясен сам собой.

— Угу! — Проклятие, придется считаться с такой возможностью. К черту интуицию. Сейчас главное — это служебные инструкции. — Есть что-нибудь на Тревора?

— Пока нет. В их базах данных никакой информации о Марке Треворе не имеется, а на поиск фотографии по рисунку уйдет время. И по отпечаткам пальцев тоже ноль. Они отослали их в Интерпол. Когда узнаю что-нибудь, сообщу.

— Дай-то бог.

— Как Джейн?

— Злится и не находит себе места. Но ей куда лучше, чем нам с Евой. Ей просто не нравится сидеть взаперти.

— Узнаю Джейн. — Кристи хмыкнула. — Но она умница, Джо. Глупостей не наделает.

— Она может считать глупостями совсем не то, что я. Она не останется в коттедже. Говорит, что по горло сыта полицейским эскортом, который бродит за ней как хвост. Мол, хуже только тюремная камера.

— Джо, такого эскорта бывает вполне достаточно, чтобы отпугнуть любого преступника.

— Обычно да. — Он подошел к окну и стал следить за Джейн, спускавшейся по тропинке к озеру. Мак и Брайан шли в нескольких метрах позади, не теряя ее из виду. Тоби резвился рядом. — Однако я на это не рассчитываю. Позвони сразу же, как только услышишь что-нибудь новое.

— Есть новости? — спросила Ева, когда он положил трубку.

— Вулканический пепел. Но место его происхождения не определено. А о Треворе пока ничего.

— Черт побери! — Ева тоже подошла к окну и встала рядом. — Какой прок от всех этих высоких технологий, если невозможно добыть информацию, когда она срочно нужна?!

— Тревор показался мне умным и ловким человеком. Он мог и не иметь криминального прошлого.

— Да, он умен. Но ввести нас в заблуждение ему не удалось. Если он сделал одну ошибку, то мог сделать и другие. — Она нахмурилась. — В наш век человек не может жить как на необитаемом острове. А что с отпечатками пальцев? Даже если у него нет криминального прошлого, он должен был ходить в школу, получать водительские права. Что-то…

— Мы проверяем. — Джо обнял ее за талию, не сводя глаз с Джейн, которая только что села на бревно у озера. — Это всего лишь вопрос времени, детка.


«Мне нужно спрятаться», — подумал Альдо. День был в разгаре, а количество полицейских могло не ограничиваться двумя болванами, которые таскались за девушкой. Проклятие! Нужно было убираться подобру-поздорову, но он не мог отказать себе в удовольствии. В конце концов, он впервые видел ее так отчетливо.

Он упивался созерцанием девушки, сидевшей на бревне на противоположном берегу озера. Она была великолепна и совсем не казалась испуганной. Наоборот, уверенной в своей юности и силе. Юные всегда считают себя бессмертными, но она должна знать правду. Неужели у нее нет памяти?

Она должна помнить. Ее обычная дерзость — это только видимость. Она не позволяет себе поддаваться страху, потому что для нее это означает поражение.

Но скоро поддастся. Посмотрит ему в глаза и ощутит ужас.

Это всего лишь вопрос времени.


Неужели он там?

Джейн смотрела на лес за озером. Она ничего не видела, но что-то чувствовала. Невозможно свыкнуться с мыслью, что человек преследует тебя и хочет убить только за то, что ему не нравится твое лицо. Это было безумие, бред. Она должна была бояться его.

Но она ощущала нечто большее, чем страх. Любопытство. Возбуждение. Гнев. Мысль о жертве и охотнике будоражила ее. Что он будет делать, если она сама станет его преследовать? Если они поменяются с этим сумасшедшим ролями?

«Нет, ничего такого я не сделаю, — уныло думала она. — Еву и Джо хватит удар, а я не хочу их волновать. Ева и без того переживает за меня после нашего ночного разговора. Она поняла меня лучше, чем кто-нибудь другой, но хотя Ева говорит, что не имеет права судить, это все равно заботит ее. Я не стану доставлять ей новые страдания».

В том-то все и дело. Сама она не станет ничего предпринимать. Она не будет виновата, если угодит в водоворот, который устроил Альдо. И тогда у нее будет право дать сдачи, разве не так?

Джейн взяла камешек и пустила его по воде на ту сторону.

«Альдо, ты видел это? Ты следишь за мной?»

Да, он следит. Она ощущает это. Он близко и становится еще ближе. Скоро она будет вынуждена вступить с ним в бой.

Это всего лишь вопрос времени.


— Мы получили сведения 6 Марке Треворе, — сказала Кристи, позвонив вечером. — Интерпол провел поиск.

Джо знаком показал Еве, чтобы она взяла параллельную трубку.

— Криминальное прошлое?

— Вообще-то нет.

— Что означает «вообще-то»? Криминальное прошлое либо есть, либо его нет.

— Интерпол взял его на заметку в казино Монте-Карло. Среди его многочисленных талантов есть и талант карточного расчета. Этот тип ободрал как липку несколько казино на Ривьере, после чего его засекли и выставили. Поскольку карточный расчет — это талант, а не преступление, его не могли привлечь к суду, но местная полиция решила не спускать с него глаз. Очень похоже, что одно казино просто откупилось от него.

— Других обвинений ему не предъявляли?

— По их сведениям, нет. Но он должен был подделывать документы, потому что постоянно ездит из страны в страну. В Монте-Карло его звали Хью Трент.

— Британский подданный?

— Нет. Британцы до сих пор не могут поверить, что не смогли найти сведений о нем в своих компьютерах. Бедняги очень расстроились, для них это оскорбление чести мундира.

— Он говорит как англичанин.

— В казино Монте-Карло его считали французом. В Германии были уверены, что он немец. Он бегло говорит на нескольких языках. Во всех отчетах отмечается, что он умный, хорошо образованный и скользкий, как угорь.

— Значит, никакой склонности к насилию?

— Я этого не сказала. Когда цюрихское казино искало Тревора, чтобы выжать из него часть своих денег, его сотрудники вышли на некоего Джека Корнелла, который сказал, что они вместе воевали в Колумбии в качестве наемников. Что это было десять с лишним лет назад, Тревор тогда был совсем мальчишкой, но дрался как последний сукин сын.

— Значит, он способен на это и сейчас. Как правило, военные проходят хорошую подготовку.

— Тебе лучше знать. Ты ведь служил в морской пехоте, верно?

— Верно. — Он сделал паузу. — Неважно, что он был мальчишкой. Его могла привлечь тьма.

— Тьма? Брось. Ты говоришь как персонаж «Звездных войн».

— Серьезно? Когда я впервые услышал эту фразу, она запала мне в душу. Насилие может стать притягательным, если не опомнишься вовремя.

— Может быть, именно так и случилось. Карточный расчет — это всего лишь умственное упражнение.

— Но очень опасное, если играть по ставкам Тревора. Все равно что ходить по канату. Серийные убийцы тоже любят пользоваться случаем. Им удалось узнать у Корнелла, что собой представляет этот человек?

— Не так уж много. Корнелл сказал, что Тревор был молчуном и не любил рассказывать о себе. Все свободное время либо читал, либо возился с головоломками вроде кубика Рубика. В таких делах он был мастак. Но однажды он обмолвился, что жил в Йоханнесбурге.

— По крайней мере, хоть что-то конкретное. Интерпол продолжал следить за ним?

— Нет. У них не было для этого причин. Никакого преступления за ним не числилось, а потом Тревор пропал из их поля зрения. У них и так хватает дел, чтобы брать на себя лишние хлопоты.

— Ну, теперь он снова попадет в их поле зрения. По обвинению в нескольких убийствах.

— Они пошлют за ним сыщиков, но, когда найдут, неизвестно. Я пришлю тебе копию факса, полученного из Скотланд-Ярда, и сообщу, если придет что-нибудь еще. — Кристи дала отбой.

— Маловато. — Ева положила трубку. — Они даже не знают его национальности.

— Но это больше того, что мы знали раньше.

— Мы знаем, что он умен, скрытен и умеет убивать. Это не слишком обнадеживает.

Звуковой сигнал известил о прибытии факса.

— Поставим Джейн в известность о прошлом мистера Тревора? — спросил Джо.

— Да, черт побери! Расскажем ей все, что может помешать девочке связать себя с этим человеком. Наемник — плохой образец для подражания. — Ева подошла к факсу и вынула оттуда две страницы. — Кроме того, Джейн обидится, если мы что-нибудь скроем от нее. Я ее не осуждаю. На ее месте я бы тоже обиделась.

Джо кивнул и улыбнулся.

— У вас много общего, обидчивые мои. Но я сомневаюсь, что она немедленно осудит этого малого.

— Почему?

— Потому что его не осудил я. А у нас с ней тоже много общего.

* * *

Свет в коттедже погас.

Скоро она уснет, подумал Альдо. Ляжет в постель и останется беззащитной, не зная, что я совсем близко. Можно будет забраться к ней в окно и…

Нет. Убить ее можно, но тогда он не сумеет сделать это так, как нужно. О быстрой и милосердной смерти не может быть и речи. Он проделывал обычную церемонию даже с копиями и не станет лишать себя удовольствия, имея дело с настоящей Цирой.

Значит, следить и ждать?

Нет, этого он не вынесет. Не в этот раз. Не с ней.

Значит, нужно найти способ заманить ее к себе и положить конец ожиданию. Заставить встать на колени, как остальных. Она ненавидит подчиняться, так что месть будет сладка.

Да, именно так и нужно сделать. Заставить ее прийти к нему.


— Тебе нужно идти сюда. Не делай глупостей. — Его голос эхом звучал позади, когда она бежала по тоннелю.

«Чей это голос? — сонно подумала она. — Наверное, того мужчины, который возник из дыма и стоял у развилки тоннеля». Но она его не знала…

Нет, неправда. Джейн не знала его и в то же время знала. Антоний. Его имя возникло неизвестно откуда, а с ним пришли воспоминания, горечь и гнев.

— Я буду дурой, если поверю тебе. Я не повторю ту же ошибку. Знаю, чего ты хочешь.

— Да, хочу. Но я хочу, чтобы ты осталась жива. Сейчас не время сводить счеты.

По крайней мере, он был честен.

Или умен. Антоний всегда был умен. Именно это качество и привлекло ее к нему. Ум, эгоизм и беспощадность. Но она обладала теми же качествами и жила в ладу с ними.

Пока он не обернул их против нее самой.

— Как ты думаешь, почему я следую за тобой? — В его голосе слышался гнев. — Я знаю дорогу. Я мог бы бросить тебя умирать.

— Или заставить потеряться в этой пещере, а потом сказать, что не покажешь мне дорогу, пока я не дам тебе то, что ты хочешь. Антоний, я же хорошо знаю, что ты всегда пользуешься своими преимуществами.

— Конечно, знаешь. Потому что мы похожи. Вот почему ты взяла меня в любовники. Ты не доверяла мне, но знала меня. Смотрела на меня, как на зеркало. Видела каждый изъян и чувствовала ненависть и голод, которые тебя подхлестывали.

— Я бы не предала тебя.

— Я сделал ошибку. Слишком долго был беден. И не понимал, что для меня ты важнее, чем…

— Лжец. — Жарко. Становилось все, жарче, и ее легкие начинали гореть.

— Да, я лжец, шулер и бывший вор. Но сейчас не лгу. Дай мне помочь тебе.

— Убирайся. Я сама выберусь. Как делала всегда.

— Тогда умирай, черт с тобой. — Его тон был резким. — Но ты умрешь одна. Я буду жить, стану богаче императора, и по мановению моей руки будет дрожать земля. Цира, какое мне дело до того, что ты сгоришь?

— Я не просила твоего сочувствия…

Но его больше не было. Его тень исчезла в проходе.

Одна.

Долой отчаяние! Она всегда была одна. Так какая разница? Она была права, когда рассчитывала только на себя. Он уже однажды предал ее. Ясно, что честолюбие осталось при нем. Даже если он и знал выход, то в конце тоннеля мог выдать ее Юлию.

Но он хотел жить и не пошел за ней в этот тоннель. Выбрал левый. Если он действительно знает, где выход, то глупо упрямиться и продолжать идти вперед. Она понятия не имеет, как отсюда выбраться. Нужно следовать за ним по другой дороге. Он не должен знать, что ты идешь сзади. Используй его так же, как он использовал тебя.

Она повернулась и пошла к развилке тоннеля. Земля под сандалиями становилась все горячее, а скалы справа начинали тускло светиться в темноте. Она ускорила шаг и почувствовала приближение паники.

Времени мало…

Джейн открыла глаза и начала хватать ртом воздух.

Жарко. Она задыхалась.

Нет, это была Цира.

Никакого тоннеля не было. Она лежала в кровати, в коттедже. Лежала неподвижно и жадно втягивала в себя воздух. Через несколько минут пульс пришел в норму, и она села. Ей следовало привыкнуть к этому, но возвращение всегда было новым и пугающим. Правда, на этот раз не таким страшным. Страх присутствовал, но и надежда тоже. Цира думала, что она нашла способ заставить фортуну служить ей, как бывало всегда. Если она могла предпринимать какие-то действия, ей становилось легче.

Почему Джейн была так в этом уверена? Черт его знает. Может быть, она повторяла слова Антония, а Цира была зеркальным отображением самой Джейн. Цира… Странно знать имя человека и при этом не понимать, откуда ты его знаешь. Может быть, Цира — проявление раздвоения личности?

Нет, это объяснение никуда не годится. Она не сумасшедшая, и у нее в мозгу нет никаких «альтер эго». Просто ей снятся странные сны. Они не причиняют ей никакого вреда, а быть Цирой ужасно интересно. Каждый сон — словно перевернутая страница романа. С каждой фразой узнаешь что-то новое. А если роман временами становится слишком страшным и она просыпается в холодном поту — что ж, это предусмотрено правилами игры.

По крайней мере, на этот раз она не кричала и не стонала, иначе Ева или Джо уже были бы здесь. Она спустила ноги с кровати и зашлепала в ванную, чтобы выпить воды. Джейн увидела часы, стоявшие на тумбочке. Почти три. Через несколько часов Ева встанет и начнет работать. «Ей не нужно просыпаться среди ночи и идти успокаивать меня, — думала Джейн по дороге в ванную. — Я, выпью воды, потом пройду в гостиную, лягу с Тоби на диван, прижмусь к нему, а когда начну дремать, то вернусь к себе».

Внезапно Джейн окаменела.

Что-то было не так.

Она обернулась и посмотрела на подстилку, лежавшую рядом с кроватью.

— Тоби?

ГЛАВА 6

Красный ошейник Тоби лежал на верхней ступеньке крыльца.

Джейн опустилась на колени, чтобы поднять ошейник, и увидела прикрепленный к нему листок бумаги.

Выпрямившись, она услышала вой.

Девушкой овладела паника.

— Тоби! Тоби, ко мне!

Еще вой. Далеко. За озером.

Она бросилась вниз по лестнице, но резко остановилась.

Крючок с наживкой. Яснее не бывает. Нужно позвать Джо и Еву.

Она медленно развернула листок.

«Приходи одна, и собака будет жива».

Намек был ясен. Если она не придет одна, Тоби умрет. Если она позовет полицейских из патрульной машины или Джо с Евой и попросит их прочесать лес, ее Тоби не доживет до утра. Эта мысль причинила ей нестерпимую боль.

— Все в порядке, мисс Макгуайр?

Джейн подняла взгляд и увидела Мака Гантера, шедшего к ней от патрульной машины.

Нет, не все, хотелось закричать ей. Тоби…

Она спрятала руку с ошейником за спину и заставила себя улыбнуться.

— Да, Мак. Просто вышла немного подышать. Не спится.

— Я вас понимаю, — сочувственно улыбнулся он. — Но лучше предупреждайте, что хотите выйти на воздух. Вы нас напугали.

— Прошу прощения, я не подумала об этом. — Она отвернулась и поднялась по ступенькам. — Пойду обратно. Спокойной ночи.

— Спокойной ночи, мисс.

Открывая дверь, Джейн смотрела вслед полицейскому, шагавшему обратно к машине. Она немного помедлила, а потом проскользнула внутрь.

Едва дверь закрылась, как вой Тоби послышался снова.

— Нет, — крепко зажмурившись, прошептала она. — Перестань, грязный ублюдок! Я иду.


Вой пронзил ночь, как кинжал. Бартлет вздрогнул.

— Господи, что это было? Волк?

Тревор испустил проклятие и отделился от ствола дерева.

— Сукин сын, он украл ее собаку!

— Что?

— Могу побиться об заклад, это ее собака, Тоби. Я провел здесь три ночи и ни разу не слышал, чтобы пес выл.

— Но ведь это не значит… Ты куда?

— Пойду на звук, — коротко ответил Тревор, исчезая в кустах. — Сделаю то же, что сделает она.

— Мне с тобой?

— Нет, черт побери. Иди к машине и жди моего звонка. От тебя в лесу слишком много шума. Если Альдо услышит, как ты ломишься сквозь кусты, то убьет собаку, а потом Джейн Макгуайр убьет нас обоих. Она любит этого пса.

Пес завыл опять.

— Это может быть развязка, — сказал вслед ему Бартлет. — Если ты сумеешь добраться до собаки раньше девушки, то сможешь взять Альдо.

— Знаю. — А если не сумеет, Джейн Макгуайр либо будет освежевана, либо станет пленницей. Ничего себе развязка! Лично он предпочел бы другой сценарий.

Но выбора не было, эта смертельная шарада началась слишком давно. Нужно было воспользоваться представившейся возможностью. Не думать о девушке. Забыть ее. После Брайтона он к Альдо так близко еще не подбирался. Думать надо лишь о том, что он сделает с этим мерзавцем, когда тот попадется ему в руки.


Тоби завыл снова.

Она его догоняла.

Теперь вой Тоби звучал намного ближе.

Джейн на мгновение остановилась и закрыла глаза, дожидаясь нового воя.

Если бы она могла определить его местонахождение, то не чувствовала бы себя такой беззащитной. Она знала эти леса. Они с Тоби играли и бегали по ним несколько лет. Как только станет ясно, откуда доносится звук, она представит себе это место и выйдет туда, не угодив в ловушку Альдо.

— Ну, давай, Тоби, — прошептала она. — Скажи, где ты.

Он словно услышал ее и провыл еще раз. Это южнее. Минимум в ста метрах отсюда. Соберись! Не думай о том, каким способом Альдо заставляет его выть. Он жив. И будет жить. В ста метрах к югу. Там есть поляна, окруженная соснами.

Он не мог выбрать лучшее место для осуществления своего плана. Чтобы добраться до собаки, ей придется миновать сосны, в которых будет поджидать ее Альдо. Джейн инстинктивно стиснула нож для разделки мяса, который взяла из ящика кухонного стола. Сможет ли она пустить его в ход? Сумеет ли ударить человека ножом? От этой мысли Джейн бросило в дрожь.

Зато этот ублюдок зарежет не моргнув глазом. Он уже убивал, а теперь хочет убить ее. И мучает Тоби.

Да, черт возьми, она сумеет ударить его ножом!

Ладно… А теперь нужно вспомнить, нет ли тропинки, которая позволит обойти Альдо.

Нет. Разве что описать круг и войти в озеро с того конца, где сосны более чахлые и редкие и где легко заметить ожидающего ее человека. Она подберется с той стороны и, если повезет, незаметно выйдет на берег.

Может быть, есть другой способ?

Тоби завыл опять.

Наверное, можно придумать что-то еще, но у нее нет на это времени. Нужно выручать Тоби.

Она быстро подошла к берегу, сняла туфли и шагнула в холодную воду.


— Джейн!

Ева рывком села на кровати. У нее бешено колотилось сердце.

Джо тут же проснулся. Казалось, что он вообще и не засыпал.

— Что?

— Джейн.

— Ей опять снится кошмар? Ты что-то слышала?

— Нет… или да. — Она откинула одеяло. — Пойду проверю.

Джо оперся на локоть и смотрел, как она надевает халат и устремляется к двери.

— Я не слышал, чтобы она звала… — Внезапно он умолк, склонил голову набок и прислушался. — Иди к ней. — Куинн спустил ноги на пол. — Быстро.

Ева уже бежала по коридору. Кровать была пуста. Джейн исчезла. Ева влетела в ванную:

— Джейн!

Ночная рубашка Джейн горкой лежала на полу.

— Ушла? — Джо стоял за ее спиной. Он успел надеть джинсы и просовывал руки в рукава свитера.

Ева судорожно кивнула:

— Он увел ее. Просто залез и увел.

— Сомневаюсь. Как он мог проделать это на глазах у Мака и Брайана?! — Куинн наконец натянул свитер. — Одевайся! Встретимся во дворе.

Ева не спорила:

— Ты куда?

— К патрульной машине. Они должны были видеть ее. — Он побежал по коридору. — Или Тоби.

— Тоби?

— Я не слышал крика Джейн, но, кажется, слышал вой Тоби.

Ева похолодела от ужаса:

— О боже!

— Может быть, я ошибся. — Джо распахнул дверь. — Тоби нечасто…

И тут они оба услышали вой.


Пес лежал у края поляны. Все его четыре лапы были связаны, а левая задняя кровоточила в нескольких местах.

Тревор пробормотал ругательство. О боже, как он ненавидел ублюдков, которые мучили беззащитных! По крайней мере, детей и животных следовало бы избавить от жестокостей этого мира.

Ага, как же! Ни у кого нет права на бесплатный проездной билет. Пора бы это знать. Все, с гневом покончено. Где Альдо?

Он должен быть рядом с Тоби. Заставляет выть бедное животное.

Тревор надел инфракрасные очки и начал рассматривать ближайшие деревья. Никого.

Его взгляд сдвинулся влево.

Ни…

Так-так-так! Есть!

Очертания нечеткие, но сомневаться не приходится: это фигура человека.

Альдо!

Он бесшумно пошел через подлесок.


Холодный ветер трепал мокрую одежду Джейн, она дрожала. Она и сама не заметила, как пробралась сквозь чахлые сосны. Надо быть очень осторожной. Полная луна не только обеспечивала хорошую видимость, но позволяла видеть и ее. До сих пор память ее не подвела. Поляна должна быть впереди и чуть правее…

И тут она увидела его.

Тоби!

При виде его окровавленной лапы по щекам Джейн потекли слезы.

Этот сукин сын причинил ему боль!

И собирался издеваться над ее Тоби снова.

Кто-то шел через поляну. Темнота мешала разглядеть его, но у этого человека было крупное сильное тело, средний рост и светлые волосы до плеч.

Зато ничто не мешало разглядеть блестящее лезвие ножа, который он держал в руке.

Он опустился на колени рядом с Тоби.

—Нет!

Джейн поняла, что рванулась вперед, только тогда, когда мужчина оказался рядом.

— Не смей его трогать!

Он повернул голову, не поднимаясь с колен.

— Ты здесь! — Тон у него был ликующий. — Я знал, что ты… Сука! — крикнул он, когда нож Джейн вонзился в его плечо.

Его собственный нож прыгнул вперед. На плечо Джейн опустилась сильная рука и оттолкнула ее в сторону от смертоносного клинка.

— Прочь отсюда! Немедленно!

Тревор?

Треск в кустах. Голоса. Сноп лучей света пронзил темноту, царившую в зарослях вокруг поляны. Альдо выругался и вскочил на ноги.

— Шлюха! Я говорил, чтобы ты никого не приводила. Ты думала, что я не убью его? — Его нож устремился вниз, к Тоби.

— Нет! — Джейн рванулась вперед, но Тревор опередил ее. Он повалил Альдо на землю и упал на него сверху, защищая Тоби.

— Стой! Бросай оружие! — Джо выскочил из леса и устремился к ним.

Альдо с проклятием вывернулся из-под Тревора, вскочил и побежал к деревьям.

— Джейн, ты в порядке? — встревоженно спросил Джо. Джейн кивнула. — Ева и Гантер сейчас будут здесь. Тревор, оставайтесь на месте. — Он побежал за Альдо. За Куинном устремились четверо полицейских с пистолетами наготове.

Джейн опустилась на колени, волнуясь, осмотрела Тоби и с облегчением убедилась, что удар Альдо не достиг цели.

— Все в порядке, малыш. Все будет хорошо. — Она погладила Тоби и начала разрезать веревки. — Больше никто не сделает тебе больно.

— Какого черта вы бросились на Альдо? — с досадой сказал Тревор, поднимаясь на ноги. — Какого черта вы не дали мне еще несколько минут? Я бы взял его.

— Он хотел убить Тоби. — Джейн не смотрела на Тревора. — Никто не тронет мою собаку. — И все же его ранили, с болью в сердце подумала Джейн, глядя на окровавленную лапу пса. Порезы были неглубокими, но один продолжал кровоточить. — Дайте что-нибудь, чем можно перевязать рану. Все, что на мне, мокрое насквозь.

— У меня нет времени на собак. Я должен убраться отсюда до возвращения Куинна. Не желаю сидеть в тюрьме, пока Альдо разгуливает на свободе.

— Сначала дайте мне то, чем можно перевязать Тоби. — Джейн посмотрела на него снизу вверх. — Снимайте свитер.

Тревор уставился на нее во все глаза, а потом расхохотался.

— Вы дрожите от холода. Свитер нужен вам больше, чем ему. — Он через голову стащил свитер и сунул ей. — Что-нибудь еще?

— Нет. — Она снова повернулась к Тоби. — Пойдете отсюда на юг и подниметесь на холм. Там есть дренажная труба, которая выведет вас на скоростное шоссе. Я скажу им, что вы отправились на север. За это время вы успеете уйти. — Она обернула лапу Тоби рукавом свитера. — Идите.

— Уже иду. — И все же он обернулся. — Можно спросить, почему вы мне помогаете?

— Я тоже не хочу, чтобы вас посадили в тюрьму. — Она погладила Тоби по голове. — Я не уверена, что Джо сумеет схватить Альдо. Никто не сумел сделать это за прошедшие годы. Если Альдо удастся скрыться, я хочу, чтобы весь мир занялся его поисками. Ева может подозревать вас во всех смертных грехах, но я знаю, вы хотите поймать его. Сегодня я это видела. А вы многое знаете.

Тоби повернул голову, лизнул ее руку, и у Джейн сжалось сердце.

— Бедный малыш…

Она посмотрела на Тревора и гневно добавила:

— Тревор, я сама поймаю его! Он больше никому не причинит вреда. А теперь уходите отсюда, если хотите помочь мне сделать это.

Он улыбнулся и кивнул.

— Сделаю все, что в моих силах. — А потом побежал к деревьям.

Джейн заворачивала лапу Тоби и слышала, как Джо и полицейские продирались через лес. Может быть, они все же поймают его. Дай-то бог! Каждый, кто способен мучить беспомощное животное, настоящее чудовище. Джейн понимала, что Альдо является воплощением зла, он способен на все, но сейчас ее больше всего возмущала его жестокость к Тоби.

— Дай я взгляну.

Она повернула голову и увидела стоявшую рядом Еву.

— Этот подонок не задел ни одну из артерий. Думаю, с Тоби все будет в порядке.

— Зато я не уверена, что все будет в порядке с тобой. — Ева повернулась к подошедшему следом Гантеру. — Ты свободен, Мак. Отправляйся за Джо и остальными.

Он кивнул и бросился к деревьям. Ева опустилась на колени рядом с Джейн и осмотрела лапу Тоби.

— Когда я увидела, что он поднял нож, у меня чуть сердце не разорвалось. — Ева гладила собаку, и было заметно, что у нее трясутся руки. — Ну почему ты ничего не сказала нам? Ты понимаешь хоть, как ты рисковала?!

— Он сказал, что убьет Тоби. Это мой пес! Я сделала глупость. Нужно было забрать Тоби в дом. Мне не пришло в голову, что он может украсть Тоби. Моя вина, мне и отвечать.

— А нам отвечать за тебя. Как ты думаешь, что было бы с нами, если бы он убил тебя?

— Плохо было бы. — Она посмотрела Еве в глаза. — Но на моем месте ты сделала бы то же самое.

Ева первой отвела взгляд.

— Может быть. Это Тревор остановил Альдо? Было темно, но мне кажется, я его узнала.

Джейн напряглась:

— А Джо?

— Возможно. Но он должен был понять, что Тревор помогает тебе.

— Он спас Тоби.

— А потом убежал.

— Он знал, что Джо хочет арестовать его.

— Так и нужно сделать.

— Он спас Тоби, — повторила Джейн. — К тому же на свободе от него куда больше пользы.

— Откуда ты знаешь?

— Он хочет схватить Альдо. — Джейн погладила Тоби по голове. — Меня не волнует, что он подделывал документы, выдавал себя за офицера полиции и прочий вздор. Он может найти Альдо, а это главное.

— Лучше всего будет, если Джо схватит Альдо сегодня ночью.

— Сомневаюсь, что ему это удастся.

— Почему?

Она пожала плечами:

— Просто чувствую. Время Альдо еще не пришло.

— Очень надеюсь, что ты ошибаешься.

— Я бы тоже хотела ошибиться…

— Где Тревор? — К ним приближался Джо. Выражение его лица было мрачным. — Куда удрал этот ублюдок?

— Альдо? — спросила Ева.

— Мы чуть-чуть опоздали. У него на озере была спрятана моторная лодка. Я оповестил всех. Мы еще можем перехватить его. — Джо посмотрел на лежавшего Тоби. — Как он?

— Нужно немедленно отвезти его к ветеринару. Но я думаю, что с ним все обойдется.

Джо повернулся к Джейн:

— Куда направился Тревор?

Джейн замешкалась. Она не предполагала, что ложь дастся ей с таким трудом.

— На север, по-моему.

Джейн почувствовала на себе удивленный взгляд Евы. Да, конечно, она должна была видеть, что Тревор пошел к дренажной трубе.

— На север, — твердо повторила Джейн, глядя Еве в глаза.

Ева молчала, а потом перевела взгляд на Тоби.

— Мне понадобятся два человека, чтобы положить Тоби на носилки и отвезти к ветеринару.

Джейн ощутила острый укол стыда и облегчение одновременно. Последнее дело лгать человеку, которого любишь, но заставлять лгать Еву было еще хуже.

— Мак займется этим, — сказал Джо. — Мне нужно здесь все закончить. — Он пошел к полицейским, стоявшим у края поляны.

— Спасибо, — прошептала Джейн.

— Не за что, — спокойно ответила Ева. — Я сделала это, потому что согласна с тобой. Но мне не хотелось оказаться в дурацком положении перед Джо. — Она покосилась на Джо, а затем улыбнулась. — Впрочем, это не имеет значения. Он все равно разделяет силы и отправляет часть людей на юг. Сама знаешь, Джо видит тебя насквозь. Нам придется давать объяснения.

Джейн огорченно вздохнула, следя за Джо, который энергично показывал на юг.

— Ну, я сделала все, что могла. Дальше пусть Тревор справляется сам.

— Он не из тех, кто рассчитывает на помощь других.

— Я сделала это не для него, а для себя. Он может мне понадобиться.

— Не говори так. Я знаю, ты расстраиваешься из-за Тоби, но предоставь Альдо Джо и местной полиции. Ты тут ни при чем.

— Скажи это Альдо. Он не думает, что я ни при чем. — Она нежно погладила Тоби. — Я очень даже при чем. Просто нужно дождаться другого раза.

— Другого раза?

— Он вернется. И будет возвращаться до тех пор, пока кто-то из нас не умрет.

— Откуда ты знаешь? Эта попытка должна остановить его.

«Действительно, откуда?» — подумала Джейн. Эти слова сами сорвались с ее губ. Так, словно она не сомневалась в их истинности.

Круг. Бесконечный, вечно повторяющийся круг.

Но сказать это Еве было нельзя. Как она может что-то понять, если сама Джейн ничего не понимает?

— Предчувствие. — Это объяснение было ничем не хуже любого другого. Она сменила тему. — Я видела его лицо. Не так ясно и всего лишь на мгновение. Но смогу сделать для Джо рисунок.

— Хорошо. Однако было бы лучше, если бы Джо поймал Тревора. — Ева подняла голову. — А вот и Мак с носилками для Тоби. Пошли домой.


Рана кровоточила.

По плечу стекала струйка, но Альдо было некогда делать перевязку. Нужно было добраться до спрятанной на другом берегу машины и убраться отсюда до того, как Куинн начнет облаву. Пустяки, ничего страшного. Гнев и разочарование были так велики, что он не чувствовал боли.

Сука! Она запустила в него свои когти, но осталась жива и следила за тем, как он улепетывает, словно лиса от гончих. Он даже не сумел наказать ее, убив пса.

Это Тревор во всем виноват.

Примчался и помешал. Закрыл собой Циру и помешал ему наказать шлюху.

Шлюху. Шлюха и есть. Сумела навести на Тревора свои чары, и теперь он такой же ее раб, как и все остальные. Иначе с какой стати он спасал собаку, если мог выстрелить в самого Альдо?

Сука. Шлюха. Наверняка сейчас смеется.

Ну ничего, Цира. Я почти достал тебя. Это было не так уж трудно.

В следующий раз все будет по-другому.


— Ноги в руки! — крикнул Тревор Бартлету, прыгнув в машину. — Рвем отсюда!

— Что, за нами гонятся? — Бартлет выехал на дорогу и нажал на газ. — Альдо?

— Куинн и вся атлантская полиция. — Тревор посмотрел в зеркало заднего вида. — Похоже, пока еще нет, — пробормотал он. — Может быть, она и вправду подкинула ему ложный след.

— Девушка?

Тревор кивнул:

— Я не был в этом уверен. Она непредсказуема. С таким же успехом могла направить меня к засаде.

— Может быть, она благодарна тебе за то, что ты спас ее любимца.

Он усмехнулся:

— Или страшно разозлилась на Альдо и хочет ему отомстить. Это более вероятно.

— Она так сказала?

— Примерно так. — Нет, именно так она и сказала. Причем подчеркнула каждое слово. — Она здорово расстроилась из-за собаки.

— Я ее не осуждаю, — сказал Бартлет. — Этот Альдо — отвратительный тип.

— Ты у нас мастер по части эвфемизмов.

— И куда лучше знаю свое дело, чем ты. Ты был уверен, что на этот раз возьмешь его. — Он бросил на Тревора насмешливый взгляд. — Не расстраивайся. У каждого бывает свое Ватерлоо.

— Замолчи. — Тревор закрыл глаза. — Увези меня отсюда. Мне нужно выспаться, а потом подумать. Шаг вперед, два шага назад. О господи, что за ночь!

— Еще не все потеряно. Куинн может схватить Альдо.

— Если так, завтра об этом сообщат в теленовостях. А до тех пор будем считать, что этот гад смылся.

— Едем в хижину?

— Там безопаснее, чем в городе. Куинн наверняка устроит перехват.

— Наверняка. Нам лучше убраться отсюда.

— Не могу убраться. Пока Джейн Макгуайр остается здесь, Альдо будет крутиться рядом. — Он стиснул зубы. — Значит, я должен делать то же самое.


— Обоих и след простыл, — сказала Кристи. — Мы обшарили каждый акр твоего участка. А перехват до сих пор ничего не дал.

— Проклятие!

— Прошло только два дня. Как себя чувствует Джейн?

— Спокойна, как всегда.

— А Тоби?

— Пришлось наложить несколько швов, но скоро все пройдет. Пока что он валяется на подстилке в комнате Джейн, грызет косточки и уплетает индейку.

— Джейн уже набросала портрет Альдо?

— Сейчас ее спрошу. Времени прошло достаточно.

— Если видишь человека при плохом освещении, черты запомнить непросто.

— В этом деле все непросто. У Джейн прекрасная память.

— По-твоему, она тянет время?

— Я не могу понять, почему она это делает. Но откуда мне знать? В последние дни она откалывает номера, от которых ум за разум заходит. И не говори мне, что все подростки такие. Счастливо, Кристи. — Он отключил связь.

— Я не тяну время, — сказала Джейн.

Джо обернулся и увидел, что она стоит в дверях с блокнотом в руках.

— Тебя только за смертью посылать, — проворчал он.

Она пересекла веранду и села на верхнюю ступеньку лестницы рядом с Куинном.

— Мне следовало соблюдать осторожность. Странно… Когда я рисовала его, все представлялось так ясно. Каждая черта была такой отчетливой, слово он стоял передо мной и позировал. Но я видела его всего несколько секунд, так что непонятно, откуда взялась эта уверенность. — Она пожала плечами. — Я боялась ошибиться. И дала себе время подумать.

— А теперь ты уверена?

Она раскрыла блокнот.

— Альдо. Он вот такой.

Квадратное лицо, высокий лоб, римский нос. Волосы длинные, но негустые. Глубоко посаженные темные глаза, взгляд дерзкий и вызывающий.

— Я знаю, ты предпочитаешь спокойные лица, потому что ведь даже на лбу Джека-Потрошителя не написано, что он преступник. Я переделывала рисунок три раза, но все время выходило одно и то же. Наверное, потому что, когда мы окажемся рядом, он будет выглядеть именно так.

Джо не сводил глаз с рисунка.

— И это пугает тебя?

— Иногда.

— Тогда какого черта ты потащилась за ним вместо того, чтобы прийти ко мне? — Джо поднял голову. Его взгляд был таким же мрачным, как и тон. — И почему ты солгала мне про Тревора?

— Тогда это казалось мне правильным. — Она уныло улыбнулась. — Но ни к чему хорошему не привело. Ты видел меня насквозь.

— Я достаточно давно знаю вас с Евой. Просто было чертовски трудно поверить в то, что вы набросились на меня скопом.

— Ты обиделся…

— А ты как думала?!

Джейн робко положила ладонь на его руку.

— Мы не набрасывались на тебя. Во всяком случае, Ева тут ни при чем.

— Не оправдывай ее. Молчание говорит само за себя.

— Она не хотела вынуждать тебя делать выбор.

— Я привык к этому. Черт побери, это куда лучше, чем не делать его вообще. — Он снова посмотрел на рисунок. — Вы с Евой — настоящие сиамские близнецы, но я думал, что тоже тебе не чужой.

— Ты мне не чужой, — срывающимся голосом сказала Джейн. — Когда я пришла к вам, мне было трудно привыкнуть… У меня не было отца. И братьев тоже. Я никому не доверяла. С Евой было легко. Она была такая же, как я. А ты был другой. На это потребовалось время, но потом я… стала такой, как ты. Поняла, что ты никогда не обидишь меня.

— Если так, то почему ты не пришла ко мне, поняв, что этот мерзавец увел с собой Тоби?

— Я за Тоби отвечаю. И защитить его тоже должна была я.

— Тебе всего семнадцать лёт, что ты могла сделать одна ночью в лесу против этого убийцы?! — Голос Джо задрожал от волнения.

— А тебе не кажется, что некоторые люди уже рождаются старыми? — огорошила его вопросом Джейн.

— Ты хочешь сказать, старыми душой?

Джейн пожала плечами:

— Я ничего об этом не знаю. Звучит странновато, но я не помню себя ребенком.

А Джо не помнил, чтобы она вела себя как ребенок, разве что когда бегала по холмам наперегонки с Тоби…

— Очень грустно, если это так.

— Да нет. Просто так оно и есть. Держу пари, что Ева чувствует то же самое.

Он улыбнулся:

— Да, Ева — твой образец для подражания.

— Лучшего у меня не было.

Его улыбка поблекла.

— Да, не было. — Куинн накрыл ладонью руку Джейн, все еще лежавшую на его предплечье. — Но вы обе могли бы больше мне доверять.

— Я постараюсь. — Джейн сжала его руку. — Но с Евой справляйся сам. Ты знаешь, что она на твоей стороне. Это упрощает дело.

— На моей, но со множеством оговорок.

Джейн покачала головой:

— Ты когда-нибудь думал, почему прожил с ней столько лет?

— Нет. Просто я люблю ее.

— Любить такого человека, как Ева, очень трудно. Она сама расскажет тебе, как боится.

Джо прищурился:

— К чему ты клонишь?

— Я думаю, тебе не нравится то, что легко дается. Тогда ты начинаешь скучать.

— Ты бредишь.

— Ты любишь Еву. И меня. Остальное неважно. — Она встала. — Извини, что солгала тебе. Постараюсь больше этого не делать. Спокойной ночи, Джо.

— Спокойной ночи.

В дверях она остановилась:

— О Треворе что-нибудь слышно?

— Не знаю, стоит ли с тобой разговаривать об этом типе. Я все еще злюсь. — Он нахмурился. — Как сквозь землю провалился. Утром Кристи сказала, что скоро должен прийти отчет из Йоханнесбурга. Похоже, в их базе данных что-то нашлось.

— Покажешь мне?

— Может быть.

— Джо, незнание опасно. Разве это не твои слова?

— Нужно было вспомнить их, когда ты держала нас в неведении.

— Джо…

Он выдержал паузу.

— Ладно. — Потом тяжело поднялся. — Пойду прогуляюсь. Мне нужно успокоить нервы. Скажи Еве, я ненадолго.

Джейн с тревогой посмотрела на него.

— Будь осторожен.

— Кто бы говорил… Осторожным нужно быть не мне, а тебе. — Он сделал паузу. — Джейн, в лесу полно полицейских. На сей раз к тебе никто не подберется.

— Наверное, ты прав. — Она отвела взгляд от темных деревьев, открыла дверь и снова повторила: — Будь осторожен!

ГЛАВА 7

— Удача! — сказала Кристи, когда Джо подошел к телефону на следующее утро. — Мы получили данные о Треворе.

— Рассказывай.

— Родился в Йоханнесбурге тридцать лет назад, его настоящее имя не Марк Тревор, а Тревор Монтер. Его родители — колонисты. Когда мальчишке было десять лет, их убили повстанцы. Тревора отправили в детский дом, в шестнадцать лет он вышел оттуда. Отзывы учителей довольно разноречивые. Кое-кто был не прочь упечь его в тюрьму и выбросить ключ. А другие хотели дать стипендию и отправить учиться в Оксфорд.

— Почему?

— Он потрясающе талантлив. Просто феномен. Один из блестящих умов, которые доводилось видеть его учителям. Математика, химия, литература. Что ни назови, знает все. Высший балл по любому предмету. Словом, гений.

— Особенно в области карт.

— Это самое известное из его увлечений. О том, что он был наемником, ты знаешь. Несколько лет после этого покрыты мраком. Потом он начал совершать круизы по казино и промышлять контрабандой антиквариата. Однажды его задержали в Сингапуре за попытку вывезти ценную вазу времен династии Тан. Конечно, он отвертелся, но его занесли в список нежелательных лиц. В общем, подозрений куча, а улики ни одной. Либо он феноменально осторожен, либо потрясающе умен.

— Скорее умен. В том, как он проник ко мне в дом, осторожности не было ни на грош. Нам нужно найти сведения о его связи с Альдо. На портрет Альдо еще никто не откликнулся?

— Пока нет. Жаль, что у тебя нет отпечатков пальцев.

— Забудь об этом. Он стер их даже с собачьего ошейника. А что слышно насчет вулканического пепла?

— Круг сузился. Это либо Кракатау в Индонезии, либо Везувий, либо Монсеррат.

— Замечательно. Ничего себе «сузился». Разные части света.

— Они пытаются очистить образцы. По словам экспертов, это не так трудно. У каждого вулкана своя тефра.

— Тефра?

— Неконсолидированное мелкозернистое пирокластическое вещество.

— Пепел, что ли?

— Ага. О господи, я начала говорить, как эти парни из лаборатории, верно? В общем, стекловидные частицы у каждого вулкана разные. По этому и определить его можно. На самом деле ученые могут определить не только вулкан, но и то, из какой его дырки взята тефра.

— Тогда в чем проблема?

— Оказывается, это смесь. Они до сих пор ломают себе голову.

— Чудесно.

— Я тороплю их, а они все возятся. — Она сделала паузу. — Джо, я понимаю твое нетерпение. На твоем месте я бы тоже выходила из себя. Просто хочу напомнить, что все мы здесь работаем как проклятые.

— Знаю. Спасибо, Кристи.

Он дал отбой, подошел к окну и посмотрел на Джейн. Девушка сидела на берегу озера. Тоби лежал у ее ног. Солнце сияло, небо было голубым, озеро — чистым и спокойным. Картина казалась мирной.

Но только казалась.

— Она ждет. — Ева подошла, остановилась рядом и тоже стала смотреть на Джейн. — Последние два дня она сидит там часами. Говорит, что греется на солнышке. А на самом деле ждет его.

Куинн кивнул. Он тоже обратил внимание на слегка напряженную позу Джейн. Ожидание действительно витало в воздухе.

— Альдо?

— Или Тревора. — Ева пожала плечами. — Или обоих. Откуда нам знать, если она не признается? Но девочка почему-то уверена, что они будут крутиться рядом… Если это действительно так, я придушу обоих на глазах у полицейских, — мрачно добавила она.

— Тебе придется встать в очередь. — Джо отвел взгляд от Джейн. — Кристи получила сведения о Треворе. Сейчас расскажу.

— Отлично. — Но Ева продолжала смотреть на приемную дочь. — Я знаю, что чувствует Джейн, — прошептала она. — Я тоже жду их.


Шарлотт, Северная Каролина

Она не была совершенством, но выбирать не приходилось.

Альдо медленно ехал за шедшей по улице молодой женщиной в отороченном мехом жакете и не сводил глаз с ее бедер, обтянутых короткой юбкой. Он знал, что ее гостиница находится в пяти кварталах отсюда, потому что следил за этой женщиной весь вечер. На его глазах она по очереди подцепила двух клиентов и отвела их к себе. Альдо ждал, когда она отойдет подальше от гостиницы. Должна была появиться причина посадить ее в машину. Ехать лучше, чем идти. А действовать в машине ему было намного легче.

Он прибавил газу, подъехал к тротуару и опустил стекло.

— Прохладный вечер, правда? — улыбнулся Альдо. — Но ты выглядишь так, словно можешь согреть любого мужчину. Как тебя зовут?

Девушка подошла к машине, нагнулась и положила локти на опущенное стекло.

— Джейнис.

Тут стало ясно, что она еще дальше от совершенства, чем казалось Альдо. Сходство с оригиналом было очень слабое. Кожа в прыщах, глаза посажены слишком близко, а скулы совсем не такие высокие, как у Джейн Макгуайр.

И все же она годилась. Обычно Альдо задавал себе вопрос: стоит ли женщина того, чтобы ее убивать? Но сейчас, когда поиск закончился, можно было не привередничать. Он достал бумажку в сто долларов, которую засунул за противосолнечный козырек.

— У тебя есть место, куда мы могли бы пойти?

У нее расширились глаза.

— На Пятой улице. — Она открыла дверь машины. — Со мной можно хорошо провести время, но я не люблю извращений. Никаких веревок и плеток.

— Ни того, ни другого не будет. Даю слово. — Когда девушка устроилась на пассажирском сиденье, он запер двери. — Джейнис — красивое имя, но ты не будешь возражать, если я стану называть тебя Цирой?


Джо положил трубку и повернулся к Еве.

— Шарлотт, Северная Каролина. В канаве у обочины шоссе обнаружена женщина без лица. Убита так же, как другие жертвы Альдо.

— Шарлотт? Он же в нескольких сотнях миль отсюда. Значит, он уехал? Можно успокоиться?

— Нет, это может быть подражатель. — Джо схватил пиджак. — Как бы там ни было, я должен удостовериться. Позвоню тебе из Шарлотта. Не позволяй Джейн выходить из коттеджа. Я предупрежу парней на посту, что уезжаю, и попрошу, чтобы они смотрели в оба.

— Может быть, он решил, что Джейн не стоит риска?

— Может. Но я бы на это не рассчитывал.

Ева следила за тем, как он сбегает по ступенькам и шагает к патрульной машине. Нет, она ни на что не рассчитывала, но нуждалась хотя бы в слабом подобии надежды. Шарлотт был далеко и к тому же находился в другом штате. Может быть, в Альдо проснулся здравый смысл и этот ублюдок понял, что ему не дадут прикоснуться к Джейн? О боже, это было бы чудесно. Но ужасно, что ей приносит облегчение чужое несчастье. Зазвонил телефон.

— Алло.

Молчание.

Субъект на том конце провода дал отбой.

Кто-то ошибся номером, сказала она себе, нажав на рычаг. Это случается постоянно. Бросать трубку невежливо, но в этом нет ничего необычного. Возможно, кто-то хотел предложить свой товар, позвонив по телефону, выбранному компьютером, но понял, что произошел сбой.

Нет, это не Альдо.

Альдо в Шарлотте или где-то там, поблизости. Он потерял интерес к Джейн и уехал.

Его здесь нет. И слава богу.

— Это возможно, — сказал Джо, позвонив вечером из Шарлотта. — Все те же черты, что и в других случаях. У тела найден пепел. Молодая женщина. Без лица. Мертва максимум сорок восемь часов. Очень вызывающий наряд. Следы полового сношения. Возможно, проститутка. Полиция нравов собирается опросить кое-кого из местных шлюх.

— Вернешься сегодня?

— Наверное, нет. Хочу сесть за компьютер и порыться в местных архивах. Это может дать результат быстрее, чем допросы всякой швали.

Ева вздрогнула.

— Ты станешь искать кого-то похожего на Джейн. — Это было утверждение, а не вопрос.

— Это сузило бы область поиска. Ни один подражатель не знает, что женщины должны быть на одно лицо. Как Джейн?

— Нормально. По-прежнему.

— А ты?

— Сгораю от нетерпения.

— Я тоже. Тогда дай мне поработать, чтобы я мог скорее вернуться. — Он сделал паузу. — Я скучаю. В первый раз за многие годы расстался с тобой больше, чем на несколько часов. Уже забыл, как пусто на душе без тебя. — Куинн не стал ждать ответа. — Когда найду что-нибудь, сообщу. — В трубке раздались частые гудки.

Ева медленно нажала на рычаг. Она тоже скучала по Джо. Он отсутствовал всего часов девять-десять, а она ощущала ту же пустоту. О господи, когда он уезжал расследовать преступления, совершенные в Атланте, то отсутствовал и дольше. Какая же сентиментальная она дура!

— Это был Джо? — В дверях стояла Джейн. — Ну что, подражатель?

— Он не уверен. Может быть, и нет. Там считают, что жертва, скорее всего, проститутка. Джо остался в Шарлотте. Решил проверить местный архив фотографий. — Она пошла на кухню. — На ужин открою банку томатного супа. Хочешь тост с горячим сыром?

— Хочу. — Джейн сморщила нос. — Он будет искать мое лицо, верно? Просто ужас, как много людей похожих на меня. Наверное, каждому хочется считать себя неповторимым. — Она открыла холодильник и достала сыр. — Пожалуй, придется подумать о пластической хирургии.

— Не смей. Твое лицо неповторимо. Каждый человек неповторим. Кому это и знать, как не мне? Знаешь, сколько лиц я восстановила?

— Не знаю и знать не хочу. — Джейн начала намазывать хлеб. — Кстати, я так и не увидела реконструкцию Кэролайн Холлибертон. Только фотографию. Наверное, ты подумала, что она очень похожа на меня.

— Да. Но различия были. У тебя нижняя губа полнее. И брови больше выгнуты. — Ева пристально посмотрела на Джейн. — И ни у кого нет такой улыбки, как у тебя.

Джейн засмеялась:

— Но ведь это не учитывается при реконструкции.

— Вот именно. — Ева вылила суп в кастрюльку. — Так что ты неповторима.

— И ты тоже. — Джейн, продолжая улыбаться, покачала головой. — Насчет пластической хирургии я пошутила.

— Знаю. — Ева привернула газ. — И все же неприятно думать, что ты являешься одной из…

Зазвонил телефон.

— Я подойду.

— Нет! — Ева быстро подошла к настенному телефону. — Я сама отвечу. А ты лучше присмотри за тостами.

— Ладно. — Лоб Джейн перерезала легкая морщинка. — Как скажешь.

— Алло.

— Сьюзи? — спросил женский голос. Ева ощутила неимоверное облегчение.

— Нет. Должно быть, вы ошиблись номером.

— Как, опять? Это уже в третий раз. Проклянешь все на свете, пока дозвонишься до собственной дочери. Иногда вообще не бывает никаких гудков. — Женщина вздохнула. — Это какая-то телефонная карма. Извините за беспокойство.

— Ничего страшного. Надеюсь, что вы все-таки дозвонитесь. — Ева повесила трубку и вернулась к плите. — Ошиблись номером.

— Ты так бросилась к телефону, словно ждала повторного звонка Джо. У него все в порядке, да?

— Скучает по дому. А в остальном все нормально.

И у нее тоже все нормально. Тот звонок наверняка был ошибкой, как она и думала. Ева облегченно улыбнулась.

— Ну что, тосты готовы? Умираю с голоду!


Джейнис Декер.

Он едва не пропустил ее.

Джо подался вперед, не сводя глаз с экрана монитора. Она была лишь слегка похожа на Джейн, но Альдо и этого хватило. Возраст — двадцать девять. Привлекалась за проституцию три раза за последние пять лет.

— Нашли что-нибудь? — перегнувшись через его плечо, спросил детектив Хол Пробст из полиции штата.

— Может быть. — Он щелкнул «мышью», чтобы распечатать фотографию. — Вы не попросите ребят из отдела нравов разослать это и поискать человека, который что-нибудь знает о ней? И заодно сверить отпечатки ее пальцев с пальцами жертвы.

— Нет проблем. Сейчас сделаем. — Пробст вынул из принтера лист бумаги., — Чем скорее мы что-нибудь предпримем, тем лучше. Этот случай — слишком лакомый кусочек для наших местных политиков. Они собираются устроить нам веселую жизнь. Я бы предпочел, чтобы этот тип оставался в Атланте.

— Она может быть не одна. — Джо потер глаза. — Четыре часа за компьютером… Уже в глазах двоится.

Пробст наклонил голову, изучая листок.

— Она немножко похожа на ту реконструкцию, фотография которой была в газете.

— Вот именно, что немножко. — Джо откинулся на спинку стула. — Это наш человек. Просто на этот раз ему было не до выбора. Сколько времени вам потребуется, чтобы провести сравнение отпечатков пальцев?

— Несколько часов. На отчет отдела нравов времени понадобится больше, но мы… — У Пробста зазвонил сотовый телефон. — Пробст. — Он начал слушать. — Ладно, займусь. — Он дал отбой и посмотрел на Джо. — Похоже, придется сравнить еще кое-что. Поступило сообщение из ричмондской полиции. Какие-то ребята, путешествующие автостопом, нашли тело женщины у озера неподалеку от города.

Джо оцепенел.

— Тот же почерк?

Пробст кивнул.

— Судя по тому, что я услышал, да. Нет лица.


— Ричмонд, штат Виргиния, — повторила Ева. — Недалеко от Вашингтона. Он двигается вверх по побережью. — «И, к счастью, удаляется от Атланты», с облегчением подумала она. — Когда ее убили?

— В пределах последних двадцати четырех часов.

— Ты едешь туда?

— Я должен идти по следу. Есть указания на то, что он становится все более нервным и неосмотрительным. Он не остерегался, когда подбирал Джейнис Декер, и оставил отпечатки пальцев, с которыми можно работать. Люди, которые нервничают, делают ошибки. Спотыкаются, сбиваются, и если ты окажешься рядом, то сможешь выудить рыбку. — Он сделал паузу. — Конечно, если ты не хочешь, чтобы я вернулся домой. Но если ты дергаешься, то достаточно сказать слово…

— Конечно, я волнуюсь. Но это не значит, что ты должен сломя голову мчаться обратно. Я сама могу позаботиться о Джейн. Поймай этого ублюдка! — с жаром сказала Ева.

— Поймаю. Позвоню уже из Ричмонда.

Ева тяжело вздохнула и повесила трубку. Шарлотт, а теперь Ричмонд. Каждый город все дальше и дальше от Атланты, дальше от ее девочки… Она вышла на крыльцо и села на ступеньку рядом с Джейн.

— Славный вечер.

— У тебя хорошее настроение.

— Вообще-то его не должно быть. Еще одно убийство в Ричмонде. Тот же почерк. Джо едет туда. Он считает, что Альдо становится неосторожным.

— Надеюсь, что он прав. — Джейн не сводила глаз с озера. — Знаешь, он действительно сумасшедший. Я поняла это в ту ночь. Мне известно, что у большинства серийных убийц поехала крыша, но они обладают инстинктом самосохранения. А Альдо — нет.

— В таком случае его легче поймать.

— Я сказала, сумасшедший, а не глупый. — Она погладила Еву по руке. — Но Джо схватит его. Так или иначе. Он не позволит этому подонку…

Зазвонил телефон.

— Черт побери, так хорошо сидела! — простонала Ева. — Хочешь пари? Это опять наша бабуля ищет свою Сьюзи.

— Не стану спорить, — хихикнула Джейн. — Сколько раз она звонила?

— За сегодняшний день — четыре. — Ева вздохнула. — Нельзя быть такой нетерпеливой. Это не ее вина. К тому же она всегда так извиняется…

— Сиди спокойно. Я подойду. — Джейн вскочила и побежала к двери. — Сейчас вернусь.

Ева прислонилась к столбу. Как приятно сидеть на веранде, подставлять лицо прохладному ветерку и смотреть на отражение полной луны в озере… Вспоминаются другие вечера, когда они сидели здесь с Джо и Джейн, разговаривали, смеялись, а потом шли спать. Она всегда дорожила этими моментами близости и все же не ценила их по достоинству. О боже, как бы хотелось, чтобы те времена вернулись! Она прикрыла глаза и прислушалась к ночным звукам.

Когда через несколько минут Джейн вернулась, Ева открыла глаза.

— Мама Сьюзи?

Джейн кивнула, села рядом и уставилась на озеро.

— А кто же еще?

ГЛАВА 8

«Двигайся непринужденно. Ходи не торопясь», — твердила себе Джейн.

В то утро Ева работала над очередной реконструкцией, но это не значило, что она не могла следить за Джейн в окно. Первые этапы восстановления лица не требуют такого внимания, как заключительные, а Ева защищала Джейн как львица, боящаяся за свое потомство. Джейн, лениво двинулась к густой роще в нескольких сотнях ярдов за бревном, на котором она обычно сидела, опустилась на землю и прислонилась головой к дубу. Зная, что она находится в поле зрения Макса и Брайана, сидящих в патрульной машине, и Евы, наблюдающей из окна, она подставила лицо солнцу. Лениво. Все делать небрежно и лениво.

Попробуй лениво сидеть на бочке с порохом…

— Говорите скорее, — пробормотала она, пытаясь не шевелить губами. — Даю вам пять минут, а потом закричу.

— Не морочьте мне голову, — хмыкнул Тревор, сидевший в кустах за ее спиной. — Вы бы не сказали мне о дренажной трубе, если бы хотели, чтобы меня поймали. Просто вам нравится командовать. Это я понимаю. Из вас получился бы отличный игрок в покер.

— Я не играю в покер.

— Не имеет значения. Вывод остается прежним. Но вам следовало бы попробовать. Я научу.

— Я не хочу, чтобы вы меня учили. Ничему. Тем более что вы ничего обо мне не знаете. Все это хренотень.

— Нет, знаю. Даже если бы у меня не было возможности изучать вас издалека, я бы все равно знал вас. Например, я знаю, что у вас сильно развита интуиция.

Следовало признать, что он прав. Разве она сама не испытала то же чувство, когда впервые увидела Тревора?

— Зачем вы меня позвали?

— По той же причине, которая помешала вам сказать Еве, что это звонил я. Я подумал, что пришло время встретиться. Ждать дальше было слишком опасно. Он может нагрянуть в любую минуту.

— Он убил женщину в Шарлотте и еще одну в Ричмонде. Ева думает, что он мог вычеркнуть меня из списка.

— Нет, не думает. Для этого она слишком осторожна. Хотела бы думать. Он от вас не отстанет. Он совершил эти убийства, чтобы выманить Куинна из дома и убедить атлантскую полицию, что строгий надзор за вами больше не нужен.

— Джо не оставил меня без защиты.

— То-то я и вижу.

— Это потому, что я сама решила с вами встретиться. Сколько вы заплатили той женщине, которая звонила вместо вас?

— Немного. Она должна была продолжать звонить, пока к телефону подойдете вы, а не Ева. Я сказал ей, что мы Ромео и Джульетта, а у нее романтическая душа. Рассчитывать на эмоции надежнее, чем на взятки.

— И что вам от меня нужно?

— Чтобы вы пошли к Куинну и сказали, что я хочу заключить с ним сделку. Если он позволит мне участвовать в поимке Альдо, я сам сдамся полиции.

— При чем тут я? Такие ловкачи, как вы, должны сами обстряпывать свои делишки.

— Согласен. Честно говоря, я привык рассчитывать только на себя. Но сейчас главное — это время, а инстинкт велит Куинну отвергать все мои предложения. Вы умны и можете подготовить для меня почву. Остальное — мое дело.

— Джо не вступает в сделки.

— А вы попробуйте. Случай необычный. Он кровно заинтересован в том, чтобы вы остались живы. Держу пари, он посмотрит сквозь пальцы на такую мелкую рыбешку, как я, ради того, чтобы поймать Альдо.

— Он не уверен, что вы мелкая рыбешка. Вы можете быть барракудой.

— Может быть, я и барракуда, но я не убиваю беспомощных женщин и не мучаю животных. Если я не ошибаюсь, у вас есть сотовый телефон.

— Есть. Ева подарила его мне на день рождения.

— Номер моего сотового телефона вы знаете. Введите его в память, чтобы можно было соединяться со мной без набора цифр. Тогда я никогда не буду слишком далеко от вас.

— Вы предлагаете мне защиту? Я не нуждаюсь в вашей защите. Мне нужна от вас информация, и больше ничего.

— Я сообщу вам то, что вы хотите знать, а потом вы уйдете и выдадите меня? Нет, так не пойдет.

— А если вы не сообщите мне то, что я хочу знать, я закричу, и вас посадят в тюрьму.

— Кто сказал, что не сообщу? Сообщу достаточно, чтобы помочь вам, но не все. — Он немного помолчал. — В качестве жеста доброй воли позволяю вам для начала задать два вопроса.

— Два вопроса? Скажите, почему Альдо убивает всех женщин, похожих на меня?

Тревор помедлил:

— Сейчас мне невыгодно отвечать на этот вопрос. Задайте следующий.

— Значит, этот вопрос вам не по душе? Ладно. Если вы хотите поймать Альдо, то почему не сотрудничаете с Джо, а пытаетесь обмануть его?

— Куинн хочет схватить Альдо, а потом бросить его за решетку.

— А вы?

— Я хочу провести с ним полчаса наедине.

— И потом передать его Джо?

Он снова помолчал:

— Куинн получит его… в конце концов.

— Мертвым. — Намерения Тревора были ясны, но это ее ничуть не шокировало. — Вы хотите убить его.

— Он должен умереть. Я не могу отпустить его. Больше не могу. И Куинн тоже. Альдо снова придет за вами. Он никогда не остановится.

— А вам дорога моя жизнь, — скептически бросила она. — Чушь собачья.

— Я не хочу, чтобы вас убили.

— Только дура может не понять, что вы используете меня как наживку для Альдо. Вы считаете, что я не представляю собой никакой ценности, так?

Он не стал отвечать прямо:

— За вами следили несколько недель. И сообщали о каждом вашем шаге. Джейн, я знаю, что вы неповторимы.

Его голос звучал нежно, убедительно, обольстительно и оказывал на нее почти гипнотическое влияние. Джейн не видела Тревора, но казалось, что он стоит перед ней. Энергия, обаяние и ум этого человека манили ее сильнее, чем привлекательная внешность.

— Не морочьте мне голову. Много ли можно узнать из какого-то отчета?

— Достаточно. Я бы прилетел и сам взялся за наблюдение, но не посмел. Нужно было смотреть в будущее. Я знал, что у меня не будет выбора.

Щеки Джейн запылали, но солнце тут было ни при чем. О боже, этот человек знал свое дело. Он играл на ее чувствах как искусный музыкант, трогал ее, будоражил, заставлял верить каждому слову. Нужно было положить этому конец.

— Вы не ответили мне. Вы считаете, что я не представляю собой никакой ценности?

Он ответил не сразу:

— Я буду очень жалеть, если с вами что-нибудь случится.

Именно это ей и требовалось. На Джейн словно вылили ушат холодной воды, заставивший ее вернуться к реальности и сбросить с себя чары.

— Но этого недостаточно, чтобы забыть про свои цели и бескорыстно помочь Джо.

— Это поможет Куинну найти со мной общий язык. Никто другой помочь ему не в состоянии. Я знаю Альдо как облупленного. Иногда мне кажется, что я читаю мысли этого ублюдка. Дважды я чуть не поймал его. И в ту ночь непременно схватил бы, если бы не боялся за вашего проклятого пса. — Он сделал паузу. — Мне пора уходить. В этих лесах полно дружков Куинна. Придется изрядно потрудиться, чтобы выбраться отсюда.

— Подождите. Вы сказали, что я могу задать два вопроса.

— Вы уже задали их гораздо больше.

— Вовсе нет. Они были связаны друг с другом.

Он хмыкнул:

— Вы прибегаете к уверткам. Этого следовало ждать. Ладно, задавайте ваш вопрос.

— Пепел. Джо сказал, что эксперты не могут определить, откуда он взят. А вы это знаете?

— Да. Но это — мой туз в рукаве.

Джейн презрительно фыркнула:

— Вы уклоняетесь от ответов. Может быть, все это блеф. А на самом деле вам и предложить нечего.

Он немного помолчал.

— Везувий. Вы удовлетворены?

У нее сжалось сердце.

— Значит, Альдо из Италии?

— Пепел из Везувия, — повторил он.

— Эксперты сказали, что он может быть из Монсеррата и из Индонезии.

— Альдо смешивает пепел трех вулканов, чтобы сбить с толку дознавателей, но большинство стекловидного вещества — из Везувия. Позвоните мне, когда поговорите с Куинном.

— Он сказал, что иногда ученые могут определить даже то, из какого жерла пепел. Вы знаете это место?

Ответа не последовало.

Тревор исчез.

Джейн немного помедлила, а потом встала и пошла к коттеджу. Вены покалывало от возбуждения. Нужно было все рассказать Еве, а потом позвонить Джо. Ясно, почему Тревор решил выйти на Джо через нее. Он знает, что Джейн попытается убедить Куинна. И он прав. Впервые за долгое время Джейн чувствовала, что может как-то повлиять на ход событий, что-то изменить и закончить начатое. Все, что от нее требовалось, это включить в картину Тревора. Тут же началась цепная реакция. Везувий…

— Везувий? — повторил Джо. — А вдруг это еще одна хитрость? Показывает морковку и делает вид, что знает больше, чем говорит.

— Предположим, что он говорит правду, и попросим Интерпол выяснить, не начал ли Альдо свою карьеру в Италии, — сказала Ева. — Это ничему не повредит.

— Еще как повредит. На это уйдет время, которого у нас нет. Он рыщет вокруг, убивает женщин, а мы не можем и пальцем его тронуть.

— В Ричмонде что-нибудь нашли?

— Пепел.

— Тогда это он, — прошептала Ева. — Может быть, Тревор ошибается. Может быть, Альдо забыл про Джейн.

— А может быть, Тревор прав. Капитан уже начинает подумывать, что пора снимать охрану с Джейн, потому что угроза уменьшилась.

— Ты не можешь разорваться.

— Знаю, черт побери. — Он немного помолчал. — Позови к телефону Джейн.

Ева сделала жест Джейн, сидевшей на диване напротив. Та кивнула и взяла трубку.

— Джо, по-моему, Тревор не лжет. Я бы не стала говорить об этом предложении, если бы не верила ему.

— Он — мастер по части вранья.

— И все же я думаю, что дело того стоит. А теперь перестань ворчать и скажи, что ты собираешься делать.

— Я не вступаю в сделки со всяким жульем.

— Так я ему и сказала. А он ответил, что ради поимки Альдо ты можешь сделать исключение из правила. Естественно, он надеялся, что я постараюсь убедить тебя. — Джейн сделала паузу. — И я пообещала, что сделаю это. Но решать тебе.

— Какая щедрость.

— Если хочешь знать, я считаю, что без помощи Тревора поймать Альдо будет очень трудно. И думаю, что ты того же мнения.

Джо немного помолчал:

— А что ты будешь делать, если я откажусь? Когда позовет Тревор, снова побежишь к нему сломя голову?

— Не побегу. Я уже думала об этом.

— И все же побежала.

Джейн ответила не сразу.

— Джо, Альдо выкрал Тоби. Мучил его. А виновата в этом была я.

— О господи!

— Я знаю, что ты разозлишься, и заранее прошу за это прощения, но больше я лгать не собираюсь.

— Я действительно разозлился. Взбесился, вышел из себя и хочу на ком-то сорвать гнев.

— Джо, что ты собираешься делать? — негромко спросила Ева.

— Скоро узнаешь. — Он дал отбой.

Джейн состроила гримасу и положила трубку на рычаг.

— Как ты думаешь, есть шанс, что он пойдет на сделку с Тревором?

Ева тоже дала отбой.

— Откуда я знаю? Принимать решение будет Джо, но ты сделала все, что могла, чтобы повлиять на него.

Джейн широко раскрыла глаза:

— Что ты хочешь этим сказать? Ты слышала каждое слово. Я все предоставила ему.

— С виду. Но подчеркнула грозящую тебе угрозу. И нажала на все нужные кнопки. — Ева посмотрела ей в лицо. — Вертишь им как хочешь. Такому сам Генри Киссинджер позавидовал бы. Ты меня удивила.

— Я им никогда не вертела, — обиделась Джейн. — Мне казалось, ты знаешь это.

— Может быть, ты делала это ненамеренно. Но когда ты разговаривала с Джо, я следила за тобой и видела незнакомого человека. — Она устало пожала плечами. — Может быть, у меня просто разыгралось воображение. Ты все говорила правильно. Наверное, привиделось. — Она поднялась на ноги. — Пойду-ка я спать. Если Джо перезвонит, поручаю тебе узнать, что он решил.

— Спасибо. — Джейн продолжала с тревогой следить за ней. — Я бы никогда не стала так обращаться с Джо. Ненавижу хитрить. Просто мне хотелось быть честной.

— Тогда забудь мои слова. Я так устала и расстроилась, что мне мерещится невесть что. — Ева пошла к спальне. — Спокойной ночи, Джейн.

«Я следила за тобой и видела незнакомого человека».

Когда Ева исчезла у себя в спальне, Джейн вышла, села на ступеньки и задумалась. Ее разговор с Джо, слова, которые она произносила, были сказаны без всякого умысла. Джейн не собиралась давить на Джо. Она говорила так, словно была автоматом.

И тем не менее она знала, что эти слова заставят Джо двинуться в ту сторону, которая нужна ей. Как будто она делала это всю жизнь. Все казалось совершенно естественным, и она даже не понимала, что делает, пока Ева не бросила эту фразу. Сначала-то Джейн обиделась и отвергла обвинение, но сейчас… Неужели она действительно пыталась манипулировать Джо? И кто же она после этого?

Тоби заскулил и тронул лапой ее ногу.

Джейн наклонилась и погладила пса.

— Все в порядке, малыш.

Пес чувствовал, что Джейн расстроена, и пытался ее утешить. Она и вправду нуждалась в утешении. Джейн ненавидела ложь и притворство, а в последнее время только это и делала.

О боже, это оказалось так легко…

Если так, то нужно признать, что она способна использовать других и быть настороже. Нужно следить за своими поступками и никогда не обижать ни Джо, ни Еву. Но страшнее всего было то, что она сама не понимала происходившего.

Ладно, проехали. Это больше не повторится.

Во всем виноват этот чертов Альдо. Именно он довел ее до такого состояния, когда пришлось признать, что она способна манипулировать даже теми, кого любит, и хитростью заставлять их делать то, что ей хочется.


Аннаполис, Мэриленд

Бар был переполнен, но это было ему на руку. Едва ли в такой тесноте кто-нибудь запомнит человека, в одиночестве сидевшего у стойки. Он позаботился о том, чтобы не бросаться в глаза ни внешностью, ни одеждой. Самое главное — не выделяться из толпы.

Однако трудно не выделяться из толпы, состоящей главным образом из курсантов военно-морского училища, думал Альдо. Нужно удостовериться, что никто не видит, как он следит за девушкой, играющей в дартс на другом конце зала. Но как не следить за тем, кто делает все, чтобы привлечь к себе внимание? Морская форма и короткая стрижка делали Карри Брокмен похожей на озорного мальчишку. Она смеялась, свистела и подзадоривала других игроков. Шумная, бойкая, душа нараспашку.

Ничего общего с Цирой, которой стоило молча войти в комнату, как все взгляды устремлялись к ней.

То, что девушка обладала некоторыми чертами Циры, но не имела и намека на харизму, казалось святотатством.

Нет, это не Джейн Макгуайр.

Не думать о Джейн Макгуайр. Он не должен сравнивать ее с этой девушкой, иначе не сможет сделать необходимое. После женщины из Ричмонда ему стало противно. Это не должно повториться.

— Еще порцию? — спросил бармен.

— Да, пожалуйста. — Он скорчил гримасу. — Иначе мне этого не выдержать. Когда я приезжаю сюда навестить сына, то чувствую себя столетним стариком. Откуда у них столько сил?

Бармен хмыкнул:

— Молодежь… — Он поставил перед Альдо стакан с бурбоном. — Нечестно, правда? — Тут бармена окликнули. Он отвернулся и направился к курсанту, сидевшему у края стойки.

Но молодые люди не всегда бесстыдны. Они могут быть и изящными, и элегантными, и полными огня.

Как Цира.

Когда с другого конца бара донесся пронзительный хохот Карри Брокмен, он вздрогнул. И тут же обрадовался.

Нужно дать волю отвращению. Тогда убить эту дуру будет намного приятнее.


Ричмонд, Виргиния, 4.43 утра

Звонок разбудил Джо, спавшего мертвым сном.

— Ты просил срочно сообщить, если появятся новости, — сказала Кристи. — Три часа назад у клуба моряков под Балтимором найдена девушка-курсант. Никакой попытки скрыть личность, кроме удаления лица. Они сняли отпечатки пальцев и обнаружили, что это двадцатидвухлетняя Карри Энн Брокмен, курсант военно-морского училища из Аннаполиса.

— О господи!

— Он наглеет. Совершил убийство не больше восьми часов назад и даже не сделал попытки спрятать тело в кустах у клуба. Просто выбросил ее из машины, обсыпал пеплом и был таков. Совсем оборзел. Издевается над нами, что ли?

— Может быть.

— Если он становится беспечным, то скоро ты сможешь его взять. Поедешь в Балтимор?

Еще один город, еще одна остановка, уводящая его все дальше и дальше от дома.

Ты не можешь разорваться, сказала Ева.

Что делать? Поверить, что Тревор сказал правду? Или продолжать считать, что Альдо глуп и сам дастся ему в руки? Риск есть и тут и там. Тогда нужно положиться на инстинкт.

— Нет. — Он спустил ноги с кровати. — Проследи за тем, что происходит в Балтиморе. Я возвращаюсь в Атланту.


— Джо попросил устроить ему встречу с Тревором. — Джейн медленно положила трубку. — Он едет домой.

— Слава богу! — Ева следила за выражением ее лица. — Кажется, ты недовольна. Почему? Ты же сама этого хотела.

— Да. — Джейн закусила нижнюю губу. — И по-прежнему считаю, что это на пользу. Просто… у меня такое чувство, словно я чему-то дала ход, и это слегка пугает меня.

— Ты должна была думать об этом тогда, когда позволила Тревору использовать тебя, чтобы нажать на Джо.

Джейн напряглась:

— Он не использовал меня. Я не позволю… — внезапно она улыбнулась. — Ты нарочно злишь меня? Око за око, да? Я не собиралась использовать Джо.

— Верю. Иначе я бы всыпала тебе по первое число. — Ева отвернулась. — Когда и где встреча?

— Джо хочет, чтобы она состоялась не позже, чем завтра, здесь, в лесу на том берегу озера. Я сказала, что хочу пойти с ним.

— И я тоже.

Джейн кивнула:

— Если Джо будет здесь, Мак и Брайан не увяжутся за нами. — Она скорчила гримасу. — Он сказал, что амнистия для Тревора кончится, как только Альдо окажется за решеткой: И что с наслаждением посадит его в соседнюю камеру.

— Другой реакции и ждать не стоило. Тревор может не согласиться на такие условия.

— Я думаю, согласится. Обычно он просит больше того, что может получить, но берет, что дают, а остальное добывает потом с помощью хитрости.

— В самом деле? — Ева склонила голову набок. — «Обычно»? Черт побери, откуда ты знаешь, что он делает обычно?

— Я не знаю. Я имела в виду… — Джейн спохватилась. Она отвлеклась, думая о завтрашней встрече, и эти слова вырвались у нее сами собой. — Конечно, не знаю. Откуда? Просто у меня сложилось такое впечатление, а впечатление он производит сильное.

— Да уж, — сказала Ева. — Особенно на тебя.

— Может, это и к лучшему. Полезно знать характер человека, с которым ты имеешь дело.

— Если только не ошибаешься.

Джейн кивнула:

— Ты права. — Но она не ошибалась. Во всяком случае, с Тревором. Об этом кричали все ее инстинкты. — Правда Джо на мои впечатления не полагается. У него обо всем собственное мнение.

— Это ты мне говоришь? — иронически спросила Ева. — Могу сказать только одно: лично я Тревору не завидую.


— Четыре года назад Тревор был в Риме, — сказала Кристи вечером, когда Джо ехал домой из аэропорта. — Его заподозрили в попытке контрабандного вывоза старинных артефактов, найденных в одном из акведуков Северной Италии. Но не арестовали.

— Он как-то был связан с Альдо?

— Пока что мы этого не обнаружили. — Кристи сделала паузу. — Джо, я рада, что ты решил вернуться домой. Оно и к лучшему.

Он замер:

— Почему к лучшему?

— Ты нужен здесь.

— Не можешь говорить? Наша капитанша хочет сказать об этом сама? Догадываюсь. Капитан отзывает большинство телохранителей, приданных Джейн. Она думает, что теперь в этом нет необходимости, поскольку ясно, что Альдо уехал. Когда отзовут парней?

— Завтра.

— Всех?

— Оставят тебя, Мака и Брайана.

— Спасибо и на том. Что ж, ничего другого я и не ждал. — Тревор ведь сказал Джейн, что именно это входит в планы Альдо. — Спасибо за предупреждение, Кристи.

— Я уже сказала. Тебе лучше быть дома.

— Согласен.

— В следующий раз позвоню, когда мы вытянем от итальянцев, что Тревор делал в Риме.

— Буду ждать. — Он нажал на кнопку.

И угрюмо подумал, что завтра сам задаст этот вопрос Тревору.

— Где он, черт побери? — проворчал Джо, обводя взглядом деревья, окружавшие поляну. — Опаздывает на полчаса.

— Придет, — ответила Джейн. — Он обещал.

— Его обещания не стоят выеденного яйца.

— Обижаете. -Тревор вышел из леса. — Человек стоит ровно столько, сколько стоит его слово. Во всяком случае, так говорят философы. Лично я считаю, что это чересчур…

— Опаздываете, — лаконично сказал Джо.

— Мне нужно было провести небольшую разведку. Не был уверен, что вы враг пословицы «синица в руках лучше, чем журавль в небе». — Тревор поморщился. — Кажется, сегодня я склонен к банальным фразам. Прошу прощения. — Он повернулся к Еве и Джейн. — Не хочу сказать, что я вам не доверяю, но Куинн — человек беспощадный и непредсказуемый. Иными словами, такой же, как я.

— У нас нет ничего общего.

— Не согласен. — Тревор улыбнулся. — Я воспользовался своим преимуществом и успел изучить ваш характер. И именно поэтому решил, что вы согласитесь сотрудничать. — Джо хотел что-то сказать, но Тревор поднял руку. — О да, Джейн говорила, что если вы и поднесете мне голову Альдо на блюде, то никак не в качестве подарка. Держу пари, что вы измените мнение обо мне еще до того, как это дело закончится. Вы очень печетесь о своих родных.

— Информация, — сказал Джо.

— Мне нужны гарантии.

— А мне нужны ответы. Говорите.

— Я не собираюсь предъявлять непомерные требования. Я был бы рад поселиться в вашем коттедже и лично участвовать в поимке Альдо, но вы ведь не захотите, чтобы я путался под ногами. Поэтому я хочу от вас только одного: обещания, что вы позволите мне оставаться неподалеку от Джейн. И сообщите, когда Альдо окажется поблизости. — Он сжал губы. — Наверное, я мог бы узнать это и сам, но не хочу рисковать.

Куинн молчал.

— Джо, он просит не так уж много, — негромко сказала Джейн. — Меньше, чем я ожидала.

— Я сам решу. Твоя позиция мне известна.

— Позиция? — повторила Джейн. — Позиция у меня очень простая. Я хочу жить и хочу, чтобы Альдо был пойман. Если ты думаешь, что это переход на сторону противника, то ошибаешься.

Джо посмотрел на Еву. Она пожала плечами:

— Это твоя работа. Тебе и решать.

— Впервые слышу. И сколько это будет продолжаться?

Она улыбнулась:

— До тех пор, пока я не решу, что твое решение неправильно.

Лицо Джо слегка просветлело.

— Слава богу. А то я было подумал, что ты заболела. — Он повернулся к Тревору. — Ладно, договорились. Если я почему-либо передумаю, то дам вам знать. Ничего другого не обещаю.

— Этого достаточно, — ответил Тревор. — На большее я и не рассчитывал.

Ева посмотрела на Джейн.

— Обычно вы требуете луну с неба, а потом берете то, что можете. Куда девался ваш фирменный стиль?

Тревор усмехнулся:

— Выигрывать следует лишь тогда, когда на кону большая ставка. — Он повернулся к Джо. — Задавайте ваши вопросы.

— Где Альдо?

— Не знаю. Если бы знал, то погнался бы за ним. Поскольку его последняя жертва найдена в Балтиморе, то предполагаю, что он отправится еще дальше на север и нанесет удар там. Нарочно оставляет след, уводящий от Джейн.

— Вы так уверены, что он повернет назад? Почему?

Тревор перевел взгляд на Джейн.

— Потому что она — совершенство, — негромко сказал он. — И Альдо знает это. Он нашел ее.

— Может быть, это только ваше мнение. Те, другие, женщины выглядели…

— Кого нашел? — Ева шагнула вперед и остановилась перед Тревором. — Откуда он знает, что нашел? И почему хочет убить ее?

Тревор едва заметно улыбнулся:

— Вы уже спрашивали. Честно говоря, я ожидал, что Куинн тоже первым делом спросит об этом.

— Рассказывайте.

— Альдо ищет женщину, которая, как он считает, восстановила против него отца, а потом стала виновницей смерти старика.

— А это верно?

— Может быть.

— Значит, он ненавидит ее?

— И желает. Иногда чувства перемешиваются. Особенно если ты безумен.

— Желает так сильно, что пытается уничтожить ее образ всюду, где находит? — Джо покачал головой. — Он — мясник.

Тревор кивнул:

— Но с первыми жертвами он вступал в половую связь. Возможно, он надеялся, что действительно нашел ее, а секс стал бы для нее величайшим унижением. Но потом понял, что мир велик и похожих женщин в нем много. Тогда он решил убивать их, уничтожать сходство, но потерял желание вступать с ними в связь. Поскольку они не являлись ею, это был для него всего лишь долг.

— Долг… — повторил Джо. — Почему?

— Он не мог позволить им спастись, потому что эти женщины были похожи на нее, — сказал Тревор. — Не мог оставить в живых любую, кто обладал хоть малейшим сходством. Все они должны были умереть.

Джейн покачала головой:

— Полный бред. Эти женщины… Они были разными. Если он следовал за ними, охотился на них, то должен был знать их прошлое. Должен был знать, что это не та женщина, которая соблазнила его отца.

— Если следовать его образу мыслей, то это могло быть.

— Чушь собачья. Если Альдо так виртуозно выслеживает женщин с ее лицом… с моим лицом, то почему он не проводит расследование? — Джейн махнула рукой. — Почему не идет в полицию, не нанимает частного сыщика и не ищет ту единственную, которая во всем виновата?

— Это было бы трудно.

— Убить одиннадцать женщин в надежде, что она окажется среди них, легче?

— Да, легче.

— Почему? — Джейн поняла, что ее трясет. Она не хотела слышать ответ. Что за чертовщина?

Тревор посмотрел ей в глаза:

— Не бойтесь. Я позабочусь о вас.

— Я не нуждаюсь в вашей заботе. Просто ответьте: почему он не может ее найти?

— Потому что Цира умерла две с лишним тысячи лет назад.

Джейн почувствовала себя так, словно ее ударили под дых.

— Цира… — прошептала она. — Ее звали Цира?

Джо возмущенно фыркнул:

— Труп двухтысячелетней давности? Куда вы клоните, Тревор?

— Подожди, Джо, — вмешалась Ева, глядя на лицо Джейн. — Пусть говорит.

— Черт побери, он пугает Джейн!

— Сама вижу. Пусть говорит.

Но Джейн их не слышала.

— Цира? — Она стиснула кулаки. — Альдо ищет Циру?

— Какую именно Циру? — спросил Джо.

— Никто не знает ее фамилии. — Тревор не сводил глаз с лица Джейн. — Только Цира, и все. Цира великолепная, Цира божественная, Цира-обольстительница.

— Ближе к делу, — лаконично сказала Ева. — Мы теряем терпение. Как двухтысячелетий труп мог убить отца Альдо?

— Прошу прощения. — Тревор отвел взгляд от Джейн и улыбнулся Еве. — Вообще-то Цира была тут ни при чем. Его отец сам убил себя, когда устроил взрыв и замуровал тоннель.

— Тоннель? — повторила Ева. Тревор кивнул:

— Этот эгоистичный ублюдок хотел забрать все. Вход в тоннель он замуровал, но обращаться со взрывчаткой не умел и поэтому сам взлетел на воздух.

— Где это случилось?

— В Северной Италии, — сказал Джо. — Четыре года назад. Верно?

— Тепло, — ответил Тревор. — Я вижу, вы хорошо поработали. Сумели найти такой давний след… Это действительно было четыре года назад и должно было случиться именно в Северной Италии. Но неожиданно появилось нечто куда более интересное.

— Альдо?

— Нет, Альдо тогда держался в тени. Отец Альдо, Гвидо.

— Его полное имя?

Тревор немного помедлил, а потом ответил:

— Гвидо Манца.

Джо выругался.

— Проклятие, вы все это время знали фамилию Альдо и ничего не сказали полиции? Некоторые из этих женщин теперь были бы живы!

— Я не знал о делах этого ублюдка, пока он не переехал из Италии в Англию. Думал, Альдо просто бегает от меня, пока не увидел в «Таймс» фотографию той женщины, которую он убил в Брайтоне. Сразу же заметил сходство, сделал выводы и снова начал погоню.

— Почему он убегал от вас?

Тревор не ответил.

— Что. изменилось бы, если бы я сообщил его фамилию Скотланд-Ярду? Он пользовался фальшивыми документами, а искать его через друзей или родных было бесполезно. Альдо — одиночка.

— Словесный портрет. Его могли напечатать в газетах.

— Альдо хотел стать актером. Он изучал в Риме историю костюма и искусство грима, пока отец не вызвал его на раскопки. Это частично объясняет, почему Альдо было так трудно выследить, когда у него начался запой убийств. Он мастерски маскируется. И мастерски делает многое другое. Настоящий самородок.

— Оправдываетесь?

— Нет, просто объясняю. — Он пожал плечами. — Но вы правы. С вашей точки зрения я действительно поступил неправильно.

— Потому что вы хотели сами поймать Альдо, — сказала Джейн.

— Конечно. Я уже говорил вам. Он должен умереть.

От деловитости его тона по спине Джейн побежали мурашки. Да, верно, он уже говорил это, но сейчас его слова казались более реальными и пугающими. Тогда она была возбуждена, взволнована и уверена в себе. Но сейчас никакой уверенности не ощущала. Она была потрясена; привычный мир рушился.

— Почему? — спросил Джо.

— Что? — Тревор снова смотрел ей в лицо. — Ах да… Потому что он заслужил это. А почему же еще? — Он отвернулся. — С нее достаточно. Отведите ее домой. Я свяжусь с вами позже.

— Я хочу знать…

— С нее достаточно, — не оборачиваясь, повторил Тревор. — Вы получите ответы, но только тогда, когда она будет в состоянии их переварить.

— Я в порядке, — сказала Джейн. Она сделала глупость. Нужно взять себя в руки.

— Да, конечно, — ответил Тревор. — Но торопиться не следует. Вам нужно время, чтобы усвоить сказанное.

— Вы ничего мне не сказали. Тот тоннель… Где он?

Но Тревор уже уходил.

— Потом.

— Где он? Скажите же!

— Не расстраивайтесь. Я не собираюсь все держать в секрете… Ну, разве кое-что. Но это не тот случай. — Он уже почти скрылся за деревьями. — Геркуланум.

ГЛАВА 9

Цира.

Умерла две с лишним тысячи лет назад.

Геркуланум.

— Иди ложись. — Ева с тревогой смотрела на Джейн. — Ты белая, как простыня. Наверное, Тревор был прав, когда говорил, что тебя нужно отвести домой.

— Перестань суетиться. Со мной все нормально. — Она попыталась улыбнуться. — Вот Джо не считает, что он прав. — Джейн посмотрела на Куинна. Едва они вошли в коттедж, как Джо стал звонить в управление. Сейчас он сообщал Кристи сведения о Гвидо Манца, полученные от Тревора. — Джо ненавидит задержки. Не любит, когда его дразнят, а потом выдергивают ковер из-под ног. Он любит, чтобы все было кристально ясно и разложено по полочкам. — Ева поморщилась. — А то, что рассказал нам Тревор, кристально ясным не назовешь.

— Ясно одно: этого было достаточно, чтобы расстроить тебя. — Ева помолчала. — Ты чуть не упала в обморок, когда Тревор упомянул это имя. — Она медленно повторила: — Цира. И тоннель. Едва ли это можно считать простым совпаде…

— Я не хочу говорить об этом. — Джейн торопливо отвернулась. Нужно было уйти отсюда. Ее поддерживала только сила воли. — Похоже, я немного устала. Пойду отдохну, пока не придет время готовить обед.

— От меня не убежишь, Джейн. Я дам тебе отсрочку, но не смогу забыть о том, что тебя гнетет.

— Я знаю. — Джейн пошла по коридору. — Сначала это нужно выяснить мне самой. Пока что у меня голова идет кругом.

— Не только у тебя. Тревор бросил бомбу и ушел. Ничего удивительного, что Джо разозлился.

— Геркуланум. — Джейн наморщила лоб. — Что-то знакомое… Дьявольщина, какой еще Геркуланум?

— Италия, — сказала Ева. — Он был уничтожен при извержении Везувия. Одновременно с Помпеями.

— Странно. — Джейн вошла в спальню. — Я уверена, что Тревор недолго будет держать нас в подвешенном состоянии. Поговорим позже. — Девушка закрыла за собой дверь и привалилась к ней спиной. О боже, ее не держали ноги. Черт бы побрал эту слабость!

Почему она так раскисла? Это может быть простым совпадением.

Ага, как же! Ведь имя Цира встречается в Америке на каждом шагу!

Значит, должно быть другое объяснение. Ей приснилась женщина, которая умерла две тысячи лет назад? Джейн тут же отвергла это предположение. Мышление той Циры, которую она знала, было вполне современным. Ей и в голову не могло прийти, что Цира — не ее современница. Она хорошо понимала не только ее мысли, но и инстинкты.

Может быть, слишком хорошо?

Правильно, проверь каждое воспоминание, каждый импульс. Только так можно добраться до истины. Она понятия не имела об истории женщины, которую Тревор назвал Цирой. Кто знает, может быть, она уловила какие-то странные флюиды Альдо, и те проникли в ее сны. Но Альдо появился в поле ее зрения лишь через несколько недель после того, как начались сны.

Может быть, она все же медиум? Джейн приходилось слышать о телепатии на расстоянии.

Все, пора санитаров вызывать, с отвращением подумала Джейн. В следующий раз ей почудятся инопланетяне или зеленые черти. Какое-то объяснение должно быть. Мистическое или реальное, не имеет значения. Его нужно найти, и тогда все встанет на свои места.

Именно так поступила бы Цира.

Нет, именно так поступила бы она сама, Джейн. Цира — это сон, не имеющий никакого отношения к реальности. Джейн почувствовала облегчение. Все, что ей нужно, это время, чтобы оправиться от шока. Потом она поймет, что здесь нет ничего такого, с чем нельзя справиться.

Джейн выпрямилась и пошла в ванную. Она вовсе не собиралась ложиться в постель и «отдыхать». Нужно умыться, затем включить компьютер и попытаться найти какие-нибудь исторические сведения о Цире из Геркуланума. Вполне возможно, что она просматривала какую-то информацию, и пара строк случайно застряла в памяти. Она об этом забыла, но потом воспроизвела во сне. Если это не поможет, нужно будет позвонить в городскую библиотеку. Если и они ничего не найдут, то по крайней мере подскажут, куда обратиться. Пока Тревор не взорвал свою бомбу, сны о Цире вызывали ее любопытство и даже зачаровывали, но теперь продолжение было невозможно. Если Цира действительно существовала, нужно выяснить это и понять, какое отношение эта женщина имеет к ней самой.

Через два часа она откинулась на спинку стула и с досадой посмотрела на экран монитора. Ничего! В справочно-библиографическом отделе тоже не смогли найти о Цире ни слова. Ладно, не будем рвать на себе волосы. Ответ должен быть. Она обязана его найти.

Если так, то единственным доступным источником сведений о Цире является Тревор, черт бы его побрал!

Цира и Альдо.

Попытайся справиться с нетерпением. Найди себе дело. Иди готовить обед. Джейн всегда думала, что концентрация внимания на мелочах позволяет осмыслить происшедшее и все разложить по полочкам.

«Ладно, Тревор. Можешь звонить. Я готова».

Жарко.

Дым начинал просачиваться сквозь камень.

Антоний находился впереди и двигался быстро.

Идти скорее. Не кашлять. Он не должен знать, что она идет следом.

Он исчез!

Нет, должно быть, просто скрылся за поворотом тоннеля.

Нельзя терять его из виду. Теперь они связаны одной веревочкой, пути назад нет.

Она перешла на бег.

Не потерять его. Только не потерять!

Она добежала до поворота.

— Почему бы нам не пройти остаток пути вместе? — Силуэт Антония четко вырисовывался на светившихся камнях.

Она резко остановилась:

— Ты знал, что я иду за тобой?!

— Я знал, что, скорее всего, так и будет. Ты неглупа и не хочешь погибнуть. — Он протянул руку. — Цира, это вторая попытка. Для меня и для тебя. Мы оба знаем, что она предоставляется не так уж часто. Мы сумеем договориться. — Он скривил губы. — Если вовремя выберемся отсюда.

— Я не собираюсь снова иметь с тобой дело.

— Когда-то ты любила меня. Я могу сделать так, что ты полюбишь меня снова.

— Ты не можешь ничего. Я выбираю сама. Всегда.

— Раньше и я говорил то же самое. Но теперь готов уступить… немного. Ради тебя. — Он закашлялся. — Дым становится все удушливее… Умолять тебя я не собираюсь. Ни одна женщина не стоит того, чтобы из-за нее умирали. Но ради тебя стоит жить.

— Тебе нужно золото. Но ты не сможешь вынести его отсюда. Юлий не даст.

— Не дал бы, если бы все было как обычно. Но сегодня ночью будет конец света. Вполне возможно, что погибнет и Юлий. Или что мы отыщем способ сбежать, туда, где он никогда нас не найдет.

— Где ты сможешь стать императором, — саркастически сказала она.

— А почему нет ? Я был бы нехудшим правителем.

— В какой-то жалкой деревушке, где ты будешь скрываться от Юлия?

— Она недолго будет оставаться жалкой, если мы будем там вместе.

Он и сейчас был обольстителен. Его обаяние было непреодолимым. Но она больше не позволит себе поддаться его чарам. Он был слишком опасен. Теперь она это знала.

Но он был прекрасен как бог, он завораживал и пленял.

— Не доверяйся мне сразу, — продолжал он. — Доверие придет постепенно. А пока позволь мне вывести тебя отсюда.

Она посмотрела на его протянутую руку. Можно было взять ее так же, как когда-то она взяла его тело. Нет, она не повторит эту ошибку.

— Постепенно, — негромко повторил он.

— Если ты хотел вывести меня отсюда, то почему не согласился, чтобы я шла следом?

— Потому что мы понадобимся друг другу еще до того, как достигнем конца. — Он напрягся, когда раздался грохот, от которого сотряслись камни. — Решай, Цира.

— Я уже сказала, что…

Земля под ее ногами разверзлась, и она заглянула в кромешный ад!

Она падает туда, она гибнет…

— Антоний!

Джейн рывком села. Сердце колотилось так, словно хотело вырваться из груди.

Огонь.

Жидкий, расплавленный огонь.

Она падала…

Нет, не падала. Джейн сделала глубокий вдох, за ним последовал второй. Она задышала шумно и жадно. Она опустила ноги на пол и встала.

Тоби поднял голову и вопросительно посмотрел на нее.

— Да, опять. Ничего странного, правда? — прошептала Джейн. Она посмотрела на часы. Три тридцать семь, разгар ночи, но о сне не может быть и речи. Об этом позаботилась Цира. Или ее собственный необычный дар. Впрочем, какая разница? — Давай выйдем на воздух. Мне нужно прийти в себя.

Ночь. Воздуха нет. Жарко. Земля горит под ногами.

Джейн схватила халат и сотовый телефон, который положила на тумбочку перед тем как лечь.

— Не шуми. Сейчас ночь. Ты же не хочешь разбудить Еву или Джо?

Счастливый Тоби громко застучал хвостом по полу.

— Вставай, балбес.

Пес тут же вскочил. Стук прекратился, но хвост продолжал мелькать в воздухе. Тоби пулей вылетел в коридор и оказался у двери раньше Джейн.

Джейн села на верхнюю ступеньку лестницы. Ее лица коснулся прохладный ветерок. Она увидела тусклый свет в патрульной машине и помахала рукой Маку и Брайану. Передние фары мигнули в ответ, а потом погасли.

Господи, как хорошо! Она глубоко вдохнула и чуть не запела от радости.

Ночь. Воздуха нет…

Тоби заскулил и прижался к ней.

— Все хорошо, — пробормотала Джейн и погладила его по голове. — Это только сон. Ничего страшного…

Но тогда почему она сама так испугалась?

Сегодня ночью будет конец света.

Не ее света. Нужно забыть об этом. Возможно, сон вызвали слова Тревора, и никаких других объяснений этому нет?

Телефон зазвонил.

Джейн посмотрела на крошечный аппарат без удивления. Иначе зачем она его взяла? Голос Тревора тоже ничуть не удивил ее.

— Вы одна? — спросил он.

— Если не считать Тоби, то да.

— Попробовал бы я его не считать… — Тревор сделал паузу. — Как вы себя чувствуете?

— Нормально. Так же, как во время вашего ухода. Вы не должны были использовать меня как причину для бегства.

— Джейн…

Оба знали, что это ложь.

— Ладно. Вы действительно выбили меня из колеи.

— Я понял это и удивился. Ожидал другой реакции.

— Какой именно?

— Любопытства. Интереса. Легкого возбуждения.

Все верно. Именно эти чувства она должна была испытать при упоминании имени Циры. Тревор хорошо изучил ее.

— Значит, вы знаете меня не так хорошо, как вам кажется. Единственное, что вам удалось вчера днем, когда вы бросили нас, — это разозлить Джо, заставить его броситься к телефону и попытаться проверить то, что вы рассказали о Гвидо Манца.

— Ну и как, проверил?

— Нет еще. Он вообще не должен был никому звонить. Ладно, проехали. Дело сделано.

— Вы были не готовы. А это для меня главное.

— Зато теперь готова.

Он немного помолчал:

— Думаю, да. Жаль, что я не вижу вашего лица и не могу убедиться, так ли это.

— Будьте уверены. Кто такая Цира?

— Она была актрисой геркуланумского театра перед извержением Везувия, которое уничтожило Геркуланум и Помпеи в…

— Но тогда почему Альдо считает, что она убила его отца?

— Тоннель, который взорвал Гвидо, вел в библиотеку, помещавшуюся в вилле некоего Юлия Пресепия недалеко от Геркуланума. Там имелось несколько бронзовых цилиндрических футляров со свитками, а также драгоценные камни и статуи, сохранившиеся благодаря тому, что в ночь гибели Геркуланума их залил поток лавы. Видимо, этот Юлий был богатым и знатным горожанином, совершенно очарованным Цирой. Большинство свитков было посвящено воспеванию ее талантов.

— Актерских?

— Не только и не столько. Похоже, быть любовником Циры считалось у знатных мужчин Геркуланума большой честью. Она сама выбирала того, кто займет место в ее постели. Цира родилась рабыней, однако ее красота, талант и хитрость помогли ей стать вольноотпущенницей. А потом она начала подниматься все выше… Кое-кто называл ее проституткой, но она…

— Ее не имели права называть проституткой! — гневно перебила его Джейн. — Ей нужно было как-то выжить, а в ее жизни были мужчины, которые понимали, чем они владеют. Вы сказали, что она была рабыней. Разве от нее можно было ожидать, что… Вы знаете, как трудно ей было выжить?

— Нет. — Он немного помолчал. — А вы?

— Могу себе представить. Побои, голод и… — Джейн споткнулась, поняв, что слишком горячится. — Извините. Я всегда терпеть не могла тех, кто сначала осуждает человека, а уже потом пытается понять его. Или не пытается вообще.

— Вы принимаете это слишком близко к сердцу.

— Есть причина. Я думаю, что у Циры было мое лицо. По-моему, этого вполне достаточно, чтобы принимать близко к сердцу все, что имеет к ней отношение.

— Туше, — отозвался Тревор. — Да, она действительно была похожа на вас. Честно говоря, сходство поразительное.

— Откуда вы знаете?

— В библиотеке было несколько скульптурных бюстов Циры. Видимо, Юлий нанимал лучших художников своего времени, чтобы создавать ее подобия.

— И вы их видели? Вы только намекнули, что Альдо и его отец были в тоннеле. Вы были в библиотеке?

—Да.

— Весьма лаконично. Не выйдет, Тревор. Мне не нужны отдельные кусочки. Я хочу знать всю историю.

Он хмыкнул.

— Все или ничего? Вы с Цирой похожи не только внешне. Ей тоже нужно было все.

— Откуда вы знаете?

— Я прочитал некоторые свитки, пока торчал там целую вечность, дожидаясь, когда они найдут горшок с золотом, в который упирается конец радуги.

— Горшок с золотом?

— Юлий упоминал о сундуке, полном золота, который он дал Цире, чтобы та осталась с ним еще на несколько недель. Предполагалось, что он спрятан в одном из тоннелей, но только он и Цира знали, где именно. Она нашла себе другого любовника, хотела бросить Юлия, и он впал в отчаяние.

Тебе нужно золото.

Не вспоминай слова Циры, сказанные Антонию. Сосредоточься на настоящем. Тревор. Альдо.

— Эти свитки были на древней латыни. Как вы их перевели?

— У меня был мотив. Кроме того, я пользовался помощью ученого, которого Гвидо нанял после того, как нашел библиотеку. Честно говоря, именно я порекомендовал ему Пьетро Татлиньо. Пьетро был умен, как бес, и обладал детским энтузиазмом. Его интересовали не столько деньги, которые пообещал ему Гвидо, сколько сама находка. Свитки хранились в бронзовых тубусах. Но Пьетро, который переводил их, приходилось соблюдать чрезвычайную осторожность, чтобы не повредить. Он заставил Гвидо заплатить целое состояние за оборудование, позволявшее их хранить.

— А вам до находки, имеющей колоссальное научное значение, не было никакого дела.

— Я люблю деньги. Всегда ценил древние памятники, но в конце концов выяснил, что даже музеи пользуются ими как товаром для обмена. Кроме того, Цира едва ли хотела бы, чтобы на ее собственность глазели незнакомые люди.

— Ба, какой удобный предлог!

— Это не предлог, это правда. Я обнаружил, что за эти недели в моем отношении к Цире появилось что-то личное. Как и у всех нас. Вполне возможно, что когда Манца привел меня туда, у него не было задних мыслей. Но потом Гвидо и его сына обуяла жадность, и они не захотели делиться.

— Золотом?

— Нет. Я нашел то, что оказалось для них важнее всего. Гвидо сходил с ума от желания найти останки Циры. В молодости он обнаружил в руинах театра статую Циры и с тех пор пытался отыскать их.

— Неужели об этом никогда не писали газеты?

— Нет. Я уже сказал, у него была мания. Он говорил о Цире как о живой женщине еще до того, как мы нашли свитки. Можете мне поверить, Гвидо не допустил бы, чтобы кто-то добрался до Циры раньше, чем он.

Джейн охватило разочарование. На мгновение девушка решила, что нашла способ узнать о Цире из других источников.

— А Альдо тоже был обуян ею?

— Да, но по-другому. Когда отец говорил о Цире, Альдо предпочитал помалкивать, но у него все было на лбу написано. Для него она тоже была живой. Только он не хотел, чтобы Цира была живой. Хотел, чтобы она оставалась мертвой и чтобы ее останки не нашли никогда.

— Почему?

— Тогда его мучения могли бы рано или поздно кончиться.

— Мучения?

— Представьте себе Альдо пятилетним мальчиком. Именно тогда его отец нашел скульптурный бюст Циры. Отец был для него всем на свете, но затем Гвидо так увлекся мертвой женщиной, что полностью забыл о существовании сына. Этого иногда достаточно, чтобы свести ребенка с ума.

— Тогда почему он помогал отцу искать ее?

— Альдо был у него под каблуком. А может быть, он тоже хотел найти золото?

— Вы нашли его?

— Нет, однако это не значит, что его там не было. Когда Гвидо решил, что не хочет делиться, он только-только начал проделывать проход в скалах. Ему следовало соблюдать величайшую осторожность. Стены тоннелей были ослаблены извержениями вулкана, так что продвигаться можно было всего на несколько футов в день, иначе они обрушились бы.

— А вы тем временем сидели и читали свитки?

— Физический труд — не по моей части.

— А что по вашей части?

— Когда Манца связался со мной, я был в Милане и работал над другим проектом.

— Контрабанда?

— Ну да. Но Манца сказал, что знает место захоронения древнего клада, который принесет нам всем миллионы. Он откапывал кое-какие старинные вещицы, а я тайком вывозил их из страны и находил покупателей. Гвидо был на археологических раскопках в Геркулануме и наткнулся на старинные письма, которые привели его к поместью Юлия, расположенному на некотором удалении от города. Про статую, вернее бюст, Циры он не обмолвился ни словом. Я отнесся к этому крайне скептически. Раскопки в Геркулануме ведутся с 1750 года. Я был уверен, что там давно отрыли все, что можно.

— Но тем не менее поехали туда…

— Мне было интересно, я увлекся. Манца трудился на этих раскопках несколько лет. Альдо половину своего детства бегал по тоннелям, ведущим к старому городу; за несколько веков их набралось немало. Была вероятность, что Манца наткнулся на богатую жилу. В общем, я решил, что вреда от этого не будет. Но я ошибся. Когда все кончилось, мне пришлось проваляться в больнице два месяца.

—Как?

— Гвидо надумал не только взорвать тоннель, но и покончить со всеми, кто участвовал в этом деле. Он решил замуровать вход и вернуться позже. Тогда и делиться добычей было бы не с кем, и не осталось бы никого из тех, кто знал, что он нашел останки Циры.

— Кто остался в тоннеле?

— Я, Пьетро и шесть землекопов, которых он нанял на Корсике. Я был единственным, кто сумел пролезть в ту дыру. И лишь потому, что в момент взрыва хотел выбраться наружу. Я сломал ногу и потратил три дня на то, чтобы пробраться через эти скалы к солнечному свету. И нашел Гвидо мертвым у входа в пещеру.

— Больше никто не выжил?

— Они находились дальше. Взрыв разнес их на куски в буквальном смысле этого слова, а затем и похоронил. Гвидо не хотел уничтожать библиотеку, так что заряд был не таким большим.

Джейн вздрогнула:

— Сколько смертей…

— Возможно, страсть к убийствам передалась Альдо по наследству. Правда, до того случая я ни разу не слышал, что в Гвидо есть что-то роковое. До того как начать торговать памятниками материальной культуры, он был профессором археологии во Флоренции.

— А где был Альдо, когда вы выбрались из этого тоннеля?

— Ушел. Видимо, он сделал попытку вытащить отца из-под обломков, а когда не смог, просто накрыл его покрывалом и удрал оттуда.

— Не слишком теплое прощание с отцом.

— Он любил Гвидо. Правда, на свой, извращенный манер. То, что Альдо чокнутый, стало ясно сразу же, как только он появился на месте раскопок. Он полностью углубился в свой компьютер и постоянно что-то бормотал о судьбе, реинкарнации и прочей чуши. Он был невыносим, заносчив, имел склонность к садизму и при всякой возможности задирал землекопов. Но затихал, стоило только отцу бросить на него суровый взгляд.

— Вы уверены, что он винил Циру в смерти отца?

— Важнее другое. Альдо винил Циру в той жизни, которую ему пришлось вести из-за нее. Они с отцом вынесли из библиотеки статую Циры и положили ее в свою машину. Статуя исчезла. Но я нашел рядом с телом Гвидо другую статую, которую он нашел, когда Альдо был еще мальчиком. Она стояла на скале над его головой и была разрублена топором пополам.

— А это не мог сделать взрыв?

— Нет. Лицо статуи было уничтожено полностью.

— Как у тех женщин, которых он убивал, — прошептала Джейн.

— Тогда я не ломал себе голову над тем, что это может значить. Я был зол, как черт, и думал только о мести. Рассчитаться с Гвидо я не успел, но добраться до Альдо было можно. Я не знал никого из землекопов, но Пьетро мне нравился. Он был хороший парень и не заслуживал смерти. Но когда я добрался до ближайшего городка, нога воспалилась, и я был слишком занят борьбой с врачами, хотевшими ее ампутировать, чтобы думать о чем-то другом.

— Вы говорили кому-нибудь в больнице, что случилось?

— Нет, черт побери. Я бы угодил в тюрьму, а у меня очень развит инстинкт самосохранения. Когда меня выписали, я вернулся, похоронил Гвидо, замаскировал проход, а потом погнался за Альдо.

— Но не нашли его.

— Я уже говорил вам, как он хитер. Превратился в невидимку и исчез. Стоило подобраться к нему вплотную, как он растворялся в воздухе. Это выводило меня из себя. А потом я увидел фотографию жертвы. Пегги Ноулз из Брайтона.

— Цира.

— Это имело смысл. И Альдо, и его отец были одержимы ею. И тут мне стало ясно, что означала разбитая статуя. Он винил Циру и в смерти отца, и в своем несчастливом детстве. Может быть, на Альдо подействовало потрясение, вызванное смертью отца, и он начал считать ее живой, по примеру Гвидо. Может быть, он совершил первое убийство в Риме, потому что случайно столкнулся с женщиной, похожей на Циру. А когда понял, что есть и другие, то начал искать ее.

— Вы думаете, он верит в… реинкарнацию?

— Кто знает? Он ведь сумасшедший. Скорее всего, у него в голове все перемешалось. Нам известно, что он рыщет по всему миру в поисках тех, кто похож на нее, и сделал это целью своей жизни. Он не выносит никого, кто имеет с Цирой хотя бы небольшое сходство. Так как она умерла две с лишним тысячи лет назад, очень вероятно, что он действительно верит в реинкарнацию. Что первично, курица или яйцо?

— Значит, он думает, что я — новое воплощение Циры? Результат реинкарнации? — Джейн насмешливо фыркнула. — Ни в коем случае. Меня делали не под копирку. Жаль, что я похожа на Циру внешне. Но внутри я совсем другая. Своя собственная.

— Вы не верите в возможность реинкарнации? А миллионы людей верят.

— Желаю им удачи. Я отвечаю только за свои поступки. Не собираюсь скулить, ныть и все сваливать на женщину, которая жила две тысячи лет назад.

— Вы очень горячитесь.

— И есть из-за чего. Меня тошнит, когда я слышу, что Альдо охотится на меня из-за моего лица. Я — не только лицо.

— Вы родились проповедником. Я понял это с первого взгляда. — Он ненадолго умолк. — Альдо охотится на вас не только потому, что вы выглядите, как Цира. Возможно, он верит, что вам передалась и ее душа.

— Тогда он скоро поймет свою ошибку. Я не такая. Ничуть. — Она стиснула аппарат. — Я не знаю, что будет дальше, но расхлебывать эту кашу придется мне, а не Цире.

— Нам придется, — поправил Тревор. — Теперь мы вместе.

Он ошибался. Слышать эти слова было приятно, но в глубине души Джейн знала, что этого не случится. Она всю жизнь была одна. С какой стати что-то должно измениться?

Нет, неверное. Как она могла такое подумать? Это Цира всю жизнь была одна. А у нее, Джейн, есть Ева и Джо. Мысль была мимолетной, но пугающей. Наверное, во всем виноваты эти дурацкие байки о Цире и реинкарнации.

— Не пользуйтесь тем, что я не могу громко говорить. Лучше расскажите об Альдо. Пока вы сообщили только то, что он заносчив, склонен к садизму и изучал актерское мастерство в Риме, а затем отец вызвал его в Геркуланум. Странный выбор профессии для такого чудовища.

— Не такой странный для человека, у которого в голове шариков не хватает. Раздвоение личности, паранойя… Когда человек оказывается на сцене, он может стать кем угодно.

— Вы говорили, что он самородок. В какой области?

— В области компьютеров. Альдо проводил для отца все предварительные исследования. Это одна из причин, заставившая Гвидо вызвать его. Манца велел Альдо изучить все карты, имеющиеся в Интернете, и выяснить, какой из раскопанных тоннелей ведет к вилле Юлия.

— И такой нашелся?

— Нет. Гвидо очень огорчился. Он надеялся, что это сможет облегчить раскопки. Но не повезло. И тогда он начал вымещать свое огорчение на Альдо. Обращался с ним как с тупым идиотом, заставлял проводить повторные поиски, обвинял в ошибках. Ясно было, что так он обращался с сыном всю жизнь. Если бы Альдо не был таким ублюдком, я бы пожалел его.

— А я бы нет. — Джейн лихорадочно что-то обдумывала. — Не понимаю, как Альдо может переезжать из страны в страну, его же могут задержать?! У него есть деньги?

— До отъезда из Геркуланума не было. Но зато была статуя Циры, взятая из библиотеки. Он продал эту скульптуру частному коллекционеру в Лондоне. Именно это привело меня в Англию. Я услышал о статуе от одного из своих информаторов. Статуя не имела цены. Даже если бы он продал ее на черном рынке, этого хватило бы на покупку множества фальшивых документов и безбедную жизнь в течение многих лет.

— Значит, он использовал Циру, чтобы убить всех этих женщин.

— Можно сказать и так. Хотите узнать что-нибудь еще?

— Только один вопрос. — Джейн на секунду задумалась. — Вы злитесь на Альдо за то, что он убил всех этих людей, или за то, что он пытался надуть вас с золотом?

Тревор помолчал.

— Интересный вопрос. — Но ответа на него не последовало.

— Предупреждаю, я сообщу Еве и Джо все, что вы мне рассказали. Возможно, затем об этом узнают люди, которые ведут раскопки в Геркулануме. И тогда ваш сундук с золотом найдет в тоннелях кто-то другой.

— Не найдет. Эти тоннели очень хорошо спрятаны. Их не обнаружили за двести пятьдесят лет. Взрыв замуровал вход в тоннель, а остальное сделал я. Уничтожил все следы раскопок. Когда все закончится, у меня еще будет возможность… если я захочу ею воспользоваться.

— Не сомневаюсь, что захотите.

— О боже, как цинично. Вы что же думаете, прошлое наемника определило всю мою дальнейшую жизнь? Может быть, вы правы. А может быть, и нет. А вдруг я заранее знал, что вы все расскажете Куинну, и решил воспользоваться шансом? Вам не приходило в голову, что я могу быть не столько жадным, сколько кровожадным? Можете позвонить мне завтра и сказать, есть ли у Куинна другие вопросы. Спокойной ночи, Джейн.

Он прервал связь, не дав ей возможности ответить.

«Спокойной ночи? Едва ли», — подумала Джейн, выключив телефон. У нее кружилась голова. Нужно было переварить сказанное Тревором. Ею владели страх, паника и дух противоречия. Раз так, не торопись. Делай все постепенно.

Это слова Антония, вспомнила она. Он протягивал руку и уговаривал Циру поверить ему. Но Цира не приняла его руку. Ей не хватило на это времени. Земля разверзлась, и она увидела расплавленный…

Забудь этот сон. Вспомни реальность. Вполне возможно, что Тревор не лжет. Он хочет завладеть золотом.

Нет, это Антоний хотел завладеть золотом. На мгновение сон и реальность переплелись и стали единым целым. Это не должно повториться.

Тоби вздохнул и потерся головой о ее колени.

— Ладно, пошли в дом. — Джейн поднялась. — Надо же, какой вредный… — Она подняла голову и посмотрела на лес. Неужели Тревор сидит там и наблюдает за ней? Странно, что он позвонил, как только она вышла из дома. Что это, совпадение или?.. Правда, Тревор спросил, одна ли она, но он мог не хотеть, чтобы Джейн догадалась, что он близко и наблюдает за ней. Она ощущала дискомфорт от постоянных ограничений и соблюдения заведенного порядка, а Тревор — человек очень проницательный.

Нет, он действительно там.

Джейн подняла руку, отдала ему насмешливый салют и ушла в дом.

ГЛАВА 10

Когда за Джейн закрылась дверь, Тревор огорченно улыбнулся.

Конечно, она знала, что он следит за ней. Они были настроены на одну волну, причем с той самой минуты, как Джейн вошла в коттедж.

А может быть, еще до того. Во всяком случае, он. Когда Бартлет принес ему ту фотографию из газеты, он начал изучать все, что имело отношение к Джейн. Поэтому возникшее у него чувство сопереживания было вполне естественным.

Ой ли?

Его улыбка увяла. Конечно, естественным. Он не был психопатом, как Альдо. Да, Цира тоже интриговала и очаровывала его, но это не имело никакого отношения к чувству, которое он испытывал к Джейн. Она была почти ребенком, а Тревор не крал младенцев из колыбели.

Однако во время гибели Геркуланума Цире тоже было только семнадцать. Она была любовницей как минимум трех видных городских сановников, сделала блестящую карьеру и за короткий срок успела прожить десятки жизней.

О господи, Цира — это не Джейн Макгуайр. Она — представительница другой культуры и другой эпохи. Так что перестань сравнивать и думай о Джейн только как о потенциальной жертве.

— Как прошел сеанс?

Тревор обернулся и увидел стоявшего за спиной Бартлета.

— Как и ожидалось, нормально. А когда она обдумает то, что узнала, и осознает эту информацию, будет еще лучше. Она уже на полпути.

— И что дальше?

— Дальше мы будем делать то же, что делали с тех пор, как ты нашел ее фотографию. — Он посмотрел на коттедж, пытаясь запомнить, как выглядела Джейн, когда сидела на ступеньке рядом с собакой. Юная, стройная, хрупкая и, как ни странно, излучающая силу. — Ждать.


Питсбург, Пенсильвания

Его резиновые перчатки были в крови.

Альдо посмотрел на руки с отвращением. Он терпеть не мог пользоваться перчатками, но это было лучше, чем одаривать прикосновением недостойных. Когда у него было время для достойного выбора, он перчатки не надевал. Ощущение теплой крови на коже доставляло ему особое наслаждение. Но времени и на этот раз было мало, а эта женщина имела лишь отдаленное сходство с Цирой.

«Эти убийства не доставили мне никакого удовольствия», — с досадой подумал он.

Женщина была завернута в одеяло. Альдо рассеянно следил за тем, как кровь просачивалась сквозь материю. Отлично. Когда он выбросит тело у ресторана «Красный рак», где работала эта женщина, кровь отвлечет внимание. Иначе он завернул бы ее в брезент.

Подняв тело и положив его в фургон, он ощутил радость. Это последняя. След, уводивший от Джейн Макгуайр, был достаточно длинным, чтобы усыпить все подозрения. Полиция всегда спешит умыть руки. Может быть, Джо Куинна и Еву Дункан и не проведешь, но они будут одни. Теперь можно снова вернуться к Цире.


Джо положил трубку.

— Леа Элмор. Официантка питсбургского ресторана «Красный рак». Найдена сегодня утром рядом с рестораном. Лица нет. Пепел на одеяле, в которое она была завернута.

— Похожа на Джейн? — спросила Ева. Он кивнул:

— Если верить фотографии на удостоверении личности, то немного больше, чем те, которых он убил в Ричмонде и Шарлотте.

Ева недоверчиво покачала головой.

— Как он умудряется находить их при такой скорости передвижения? Я бы поняла, если бы промежуток между убийствами был долгим; но их разделяют максимум сорок восемь часов. Он не мог наткнуться на них случайно. — Она посмотрела на Джейн. — А Тревор не говорил?..

— Нет, — ответила Джейн. — Я пересказала вам все, что услышала. Но мне кажется, что он о многом догадался и правильно сложил кусочки головоломки. Может быть, он думал и над этим. Позвонить ему? Он просил сообщить, если у Джо возникнут вопросы.

— Что скажешь, Джо? — спросила Ева.

— Валяй. Я приму любую помощь, которую мне предложат, — отсутствующим тоном сказал Джо, пересек гостиную и посмотрел в окно. — Хотя в данный момент это не главное.

— На что ты смотришь? — Ева тоже подошла к окну.

— Ни на что. — Он стиснул зубы. — Ни на что, черт побери.

— Что ты… — Она проследила за его взглядом. — Патрульная машина исчезла.

— Верно. — Затрещал сотовый телефон. — Держу пари, это звонит Мак Гантер и хочет объяснить причину. — Несколько секунд он слушал. — Понял. Нет, я не могу это позволить. Все в порядке, Мак. — Он дал отбой. — Капитанша отозвала Мака и Брайана. Гантер извинялся и говорил, что если он нужен нам, то будет приходить в свое личное время и работать в две смены.

— Управление делает именно то, о чем говорил Тревор. Альдо таки добился своего, — бесстрастно сказала Ева. — Он хотел, чтобы мы остались одни и лишились защиты.

— Если так, то он просчитался! — гневно сказала Джейн. — Мы не одни. Нас трое. Ева, очнись. Он не выиграет. — Она повернулась к Джо: — В управлении думают, что Альдо забыл обо мне?

Джо кивнул:

— Последнее убийство окончательно убедило их в этом. — Он повернулся к Еве. — Но Джейн права. Одни мы не будем. Я позвоню в частное охранное агентство и найму людей. Просто полиция не будет иметь к этому отношения.

— Тогда звони, — сказала Ева. — Немедленно.

— Сейчас. — Он снова посмотрел в окно. — Пора свистать всех наверх. — Куинн немного помолчал, потом отвернулся от окна и начал набирать номер. — Я потолкую с Мэттом Сингером. У него работают хорошие парни. Джейн, позвони Тревору и скажи, чтобы шел сюда. Он говорит, что хочет защищать тебя? Тогда пусть протирает штаны здесь, а не прячется в лесу, как какой-нибудь чертов бурундук.

— Бурундук? — повторил Тревор, войдя в дом через час. — Нехорошо, Куинн. Могли бы сравнить меня с более интересным и опасным животным. Например, с пумой или волком.

— Или скунсом, — пробормотала Джейн. — Скунсы тоже интересные.

Тревор посмотрел на нее с укоризной.

— Я пришел, чтобы прикрыть вас собственным телом, а слышу в ответ одни оскорбления. — Он снова повернулся к Джо. — Судя по словам Джейн, дружки из сил охраны порядка вырвали у вас ковер из-под ног?

— Ничего неожиданного не произошло, — ответил Куинн. — Они умеют считать. Если бы Альдо вел себя как обычный серийный убийца, то шансы, что он уехал и больше не вернется, были бы высоки.

— Значит, мое предупреждение для вас важнее, чем подсчет вероятностей? Весьма польщен.

— Для меня важнее всего, чтобы Джейн была жива и здорова. Плевать мне на вероятности. — Джо посмотрел ему в глаза. — Скажите, что вы можете сделать, и я решу, стоит ли ради этого подпускать вас к Джейн.

Тревор перестал улыбаться.

— Во-первых, одного моего присутствия достаточно, чтобы слегка охладить пыл Альдо. Он знает меня и будет более осторожен.

— Только слегка?

— Не будьте снобом. Иногда небольшая задержка спасает человеку жизнь. Кому это и знать, как не вам? — он бодро продолжил: — Насколько я понимаю, вы нашли для Джейн других защитников. Если так, то мне можно поручить постоянное общение с охранниками. Я немного разбираюсь в разведке и караульной службе.

— Наслышан.

— Это позволит мне не путаться у вас под ногами. А вы получите возможность заняться своими прямыми обязанностями и выследить Альдо. — Его тон был мягким, но настойчивым. — Даю гарантию: если я стану старшим, никто на часах не заснет. Когда они прибудут сюда?

— Через пару часов.

— Выходит, я пришел как раз вовремя, чтобы ввести их в курс дела?

Джо долго изучал его взглядом, а затем кивнул.

— Но помните: это честные граждане, а не наемники. Только без грубостей.

— Я буду обходиться с ними вежливо, — улыбнулся Тревор. — Так же, как с ними обошлись бы вы сами, если бы узнали, что они сачкуют. Вы, морпехи, всегда славились умением убеждать людей словами, а не кулаками.

— Сукин сын! — Джейн заметила, что у Джо приподнялись брови. — Это было давно.

— Не так уж. — Тревор повернулся и пошел к двери. — Да, кстати… Я уже поставил своего человека охранять коттедж. Его зовут Джон Бартлет. Он постарается не мозолить вам глаза.

— Вы говорили, что Бартлет уже околачивался здесь. Черт побери, откуда я знаю, что ему можно доверять? Почему я должен верить вам на слово? — разозлился Джо.

— Не должны. Можете послать запрос в Скотланд-Ярд. Но вам следует знать, что у него есть мотив, который служит лучшей рекомендацией.

— Какой мотив?

— Его бывшую жену звали Эллен Картер. Это одна из первых женщин, убитых Альдо в Лондоне. Он не смог ужиться с ней, но продолжал любить. То, что ее сожгли заживо, очень огорчило беднягу. Огорчило до такой степени, что он вызвался помочь мне искать Альдо. — Он повернулся к Джейн. — Именно Бартлет нашел вашу фотографию в газете. Вполне естественно, что после этого у него появился интерес к вам. Он собрал о вас, Куинне и Еве все, что мог. Конечно, работа телохранителя не совсем по его части, но я бы не привел его к вам, если бы не думал, что он самый подходящий человек для этой работы. Мимо него и муха не проскользнет. Но если вы не согласны, я отзову его.

— Я согласна.

Однако ответ запоздал. Тревор уже вышел из коттеджа и спускался по ступенькам.

— Он сделал все, чтобы овладеть ситуацией, верно? — спросила Джейн. — Вам придется следить за ним.

Ева посмотрела на нее с удивлением:

— Я думала, ты хочешь, чтобы мы пустили его в дом. .

— Да. И по-прежнему считаю, что это была хорошая мысль. — Разве можно было объяснить двойственность ее чувств к Тревору? Да, она с восхищением наблюдала за тем, как Тревор готовится к бою, но в то же время испытывала желание оградить от него Джо и Еву. Джейн не могла забыть ощущение опасности, которое она почувствовала сразу же, как только увидела этого человека. — Но последить за ним не мешает, правда, Джо?

— Мисс Макгуайр? — Человек, постучавший в дверь, улыбнулся. — Меня зовут Джон Бартлет. Именно я изучал ваше прошлое и прошлое членов вашей семьи. А потом имел честь лично следить за вами, стараясь убедиться, что вам не угрожает опасность. У меня такое чувство, что мы давно знакомы.

— Могу себе представить.

Джон Бартлет был совсем не таким, как ей представлялось. Плотный, маленький — не выше ста семидесяти, — румяный, с редкими русыми волосами и большими голубыми глазами, которые смотрели на нее тревожно и невинно, напоминая… кого-то напоминая.

Сухость ее тона явно огорчила Бартлета.

— Я понимаю, что нарушил ваше право на уединение. Но я только хотел помочь. Я больше не буду совать нос в ваши дела. И надоедать тоже не буду. Просто Тревор думает, что я могу помочь охранять вас… — Он поморщился. — Нет, это слово не годится. Для такой работы требуется склонность к насилию, которой у меня нет. Это конек Тревора, и он отлично им пользуется. Но я могу помочь вам по-другому.

— Как именно?

— Я — искусный наблюдатель. — Он серьезно добавил: — Могу поклясться, ничто и никто не проскользнет мимо меня незаметно.

Винни-Пух — внезапно поняла Джейн. Он напоминал ей Винни-Пуха. Широко открытые глаза и обезоруживающая непосредственность.

— Это очень успокаивает.

Он кивнул:

— Это мое лучшее качество. Довольно скромное, но покой — это тоже кое-что. Это могли бы подтвердить три мои бывших жены. — Внезапно на его лицо набежала тень. — Нет, две. Эллен больше ничего не сможет подтвердить. — Он отвернулся. — Я только хотел сообщить вам, что нахожусь на посту.

— Подождите.

Бартлет обернулся.

— Хотите чашечку кофе?

— Нет, спасибо. — Улыбка озарила его по-мальчишески пухлое лицо. — Вы очень добры, но мне пора на дежурство.

Она тоже улыбнулась и стала следить за тем, как он спускается по ступенькам.

— Это был Бартлет? — спросила Ева, остановившись рядом.

— Наверное, да. — Она покачала головой. — Или Винни-Пух. А может, Питер Пен…

—Что?

— Хочешь убедиться лично? Тогда предложи ему чашку кофе. — Джейн серьезно добавила: — Он на дежурстве и поэтому отказался.

Ева увидела, что Бартлет подобрал кусок гальки и пустил его скакать по воде.

— Может быть, и предложу. — Она повернулась и пошла на кухню.

Весь остаток дня Джейн видела Тревора только издали. Он был очень занят и деловито разговаривал с Сингером и его людьми. Ее опасения не подтвердились: Тревор не относился к охранникам свысока. Конечно, он был здесь главным, но держался с ними на равных.

Он приехал к коттеджу, когда совсем стемнело. Поговорил с Бартлетом, а потом вышел из «Сабурбана», нагруженный каталогами и свертками.

— Я привез вашу почту, — сказал он, поднявшись на крыльцо. — Но сначала проверил ее. Она всегда приходит к вечеру?

Джейн кивнула:

— Около четырех. — Она отложила ноутбук и протянула руку за свертком. — Спасибо. Но вам не нужно было ее забирать.

— Нет, нужно. Ваш почтовый ящик находится в трех милях от шоссе. Я хотел удостовериться, что там нет никаких сюрпризов. Поскольку Альдо жил в лесу, то он наверняка время от времени проверял ваш почтовый ящик. Во всяком случае, я на его месте поступил бы именно так. Никогда не знаешь, что может пригодиться во время охоты. — Он сел рядом на ступеньку. — Но, кажется, тут не из-за чего беспокоиться. Почта главным образом адресована Еве.

— Как обычно. Ева — знаменитость, и очень многие хотят воспользоваться ее услугами. Но ей не понравится, что вы рылись в ее почте.

— Я же сказал, что не хочу никаких сюрпризов.

— Чего вы ждали? Что из почтового ящика вылезет кобра?

— Нет. Это не в стиле Альдо. Но Джулия Брэндон была убита ядовитым газом. Есть способы, позволяющие убивать даже с помощью конверта.

— Сибирская язва? — тут же вспомнила Джейн.

— Или что-нибудь еще. Не думаю, что Альдо захочет лишить себя удовольствия убить человека собственными руками, но он не всегда предсказуем.

— Я вижу, вы хорошо осведомлены. Ядовитый газ… Ведь так умерла только одна жертва, верно? Других он топил, сжигал и душил. Для серийного убийцы он слишком разбрасывается. Обычно у них есть любимое оружие, верно?

— Он не разбрасывается. Во время извержения жители Геркуланума умирали именно так. Альдо раз за разом убивал Циру с помощью того, от чего она могла умереть в ту ночь.

О боже…

Нет воздуха. Жарко. Жарко. Жарко.

— Что с вами? — спросил Тревор, глядя ей в лицо.

— Все в порядке. — Она отвернулась и посмотрела на озеро. — Как умерла Цира?

— Не знаю. Все свитки в библиотеке были посвящены ее жизни, а не смерти.

— Так, может быть, она вовсе не погибла в Геркулануме? Ведь кто-то же выжил, правда?

—Да.

— Если так, то она могла быть одной из них.

— Если бы Цира выжила, то о такой женщине слышали бы и после катастрофы. Она была не из тех, кто сникает от неудач.

— Может быть, у нее была причина исчезнуть.

Тревор немного помолчал:

— В вашем голосе слышится отчаяние. Вам действительно хочется, чтобы она выжила, правда? Почему?

— Не говорите глупостей. Мне-то не из-за чего отчаиваться. Просто она не заслуживала того, чтобы умереть в тоннеле.

— В тоннеле? — Тревор уставился на нее во все глаза. — Почему она должна была умирать в тоннеле? У нее был прекрасный дом в Геркулануме.

— Серьезно? Должно быть, я подумала так, потому что в тоннеле было золото. — Она сменила тему. — Я кое-что вспомнила… Джо хотел знать, не размышляли ли вы над тем, как Альдо находил всех этих женщин с лицом Циры. Вы говорили, что фотография одной из них была опубликована в газете. Думаю, он мог случайно столкнуться с одной или двумя, но не со всеми же! Кроме того, в последние недели он так стремительно менял места, что ему просто не могло настолько повезти.

Тревор покачал головой:

— Я больше думал о поимке Альдо, чем о чем-нибудь другом. Но передайте Куинну, что я обещаю раскинуть мозгами.

— Вот и хорошо. Тем более что вы будете не одиноки. Джо может решить эту задачу раньше вас. Он не любит просить помощи.

— Не любит. За него это делаете вы. Бартлет представился вам?

— Да. Своеобразный человек. Как вы с ним познакомились?

— Когда я увидел фотографию Пегги Ноулз, то пошел по следу и начал опрашивать всех членов семей жертв, которых сумел найти. Бартлет значился в списке родственников Эллен Картер. В то время я представлялся сотрудником Скотланд-Ярда. Я был очень убедителен и ни у кого не вызывал подозрений. Но Бартлет куда сообразительнее, чем кажется с виду. Он проследил меня до гостиницы, а там взял на мушку.

— Бартлет? — изумилась Джейн. Тревор улыбнулся:

— Я тоже был удивлен. Он ужасно боялся, но был настроен решительно.

— Почему он не заявил на вас в полицию?

— Потому что был недоволен тем, как шло расследование. Он любил Эллен Картер.

— Он сказал, что у него было три жены.

— Эллен была номером два. Бартлет сохраняет дружеские отношения с женами даже тогда, когда они с ним разводятся.

— Почему они это делают? Он же такой… лапочка.

— У него просто талант на неподходящих партнерш. Некоторые мужчины снова и снова женятся на женщинах одного и того же типа. Когда он делает предложение, все соглашаются. Женщины сразу тают и не могут отказаться от такой симпатичной игрушки. Вы бы тоже не смогли?

Джейн кивнула:

— А Ева даже кормила его ленчем и поила кофе. Хотя ради этого ей пришлось отложить реконструкцию.

— Теперь поняли?

— Вы и сами не устояли перед его чарами.

— Вы правы. — Тревор грустно улыбнулся. — Он упрям, как черт, и когда узнал, что я пытаюсь найти Альдо, то просто не отстал от меня. Бросил работу — он был бухгалтером — и с тех пор всегда со мной.

— Он мне нравится.

— Как и всем женщинам. Черт побери, он мне и самому нравится. — Тревор покосился на Бартлета. — Но этот человек сводит меня с ума. Если его не свяжут и не утащат силой, он будет торчать там всю ночь. Он был до смерти рад, что может сделать для вас что-то полезное.

— Лапочка!

— И вы тоже таете. — Он вздохнул и поднялся на ноги. — Отнесу почту в дом.

— Я сама могу сделать это.

Он посмотрел на компьютер.

— Вы заняты. Чем?

— Делаю домашнее задание. Я люблю работать здесь.

Тревор покачал головой.

— Домашнее задание… Я все время забываю, как вы молоды. В этом есть что-то фрейдистское. — Тревор направился к двери. — Предупредите своих, чтобы не забирали ежедневную почту, это буду делать я.

— Скажите это Джо.

— Куинн с удовольствием взвалит на меня всю черную работу. Он знает, что я не стану наступать ему на ноги. Мы, похоже, постепенно достигаем взаимопонимания. — Он открыл дверь. — Меня больше волнует Ева.

— Потому что она не тает из-за вас так, как из-за Бартлета?

— Потому что она мать, защищающая своего детеныша. — Он обернулся. — Мы говорили о непредсказуемости. Объясните, почему вам так хочется, чтобы Цира пережила извержение вулкана?

Сомневаться не приходилось: обмануть его Джейн не сумела, и отступать он не собирался. Ну а она не собиралась откровенничать с ним.

— Поскольку все только и делают, что сравнивают нас, мне хочется, чтобы она преуспела. Это было бы хорошим предзнаменованием.

— Да, было бы. — Тревор пристально посмотрел ей в лицо и покачал головой. — Но я думаю, что дело не в этом…

— Можете думать все, что вам хочется.

— Я всегда так и делаю. — Он на мгновение умолк. — Но мне нужно знать. Знать о вас все. Так будет безопаснее для нас обоих.

— Почему?

— Альдо использует любой секрет, любое воспоминание, любое чувство, которое приведет его к вам. Он уже однажды проделал это с Тоби.

— Я сделала ошибку, которая больше не повторится. И не собираюсь исповедоваться перед вами. Вы и так слишком много на себя взяли, когда пытались выяснить, что я собой представляю.

— Да, — внезапно улыбнулся Тревор. — Каюсь, это доставило мне удовольствие. И доставляет до сих пор. — Он вошел в коттедж.

Она заставила себя отвернуться от двери. О боже, как он красив… Наедине с Тревором Джейн ощущала только властный магнетизм его личности и твердила себе, что нужно быть осторожной. Но в последний момент ее осенило: Тревор прекрасен.

Прекрасен? Это определение не доставило бы Тревору никакой радости. Откуда вообще взялось это слово?

Прекрасен как бог.

Когда Цира думала об Антонии, в ее мозгу звучали эти слова. Антоний, умный, циничный и совершенно неотразимый. Антоний, который соблазнил ее, свел с ума, а потом предал. Но в конце концов он попытался спасти ее. Или это тоже был обман?

Какая разница? Она воспринимала, сон как реальность. Если причиной этого сна было возникновение некой необъяснимой связи с Альдо, то расцветила и украсила его она сама. Она с каждым разом все больше привязывалась к Цире, которую Альдо явно считал злодейкой.

А Антоний?

Может быть, ей требовался герой, чтобы спасти Циру? Хотя Антоний был скорее антигероем.

Как Тревор.

Она окаменела. Цира относилась к Антонию точно так же, как сама Джейн относилась к Тревору. Именно поэтому она с первого взгляда ощутила странное чувство, что откуда-то знает его. И даже сказала Еве, что он ей кого-то напоминает.

Антония?

Джейн не помнила, как выглядел Антоний. Его видела Цира, а не она. Это Цира ощущала жгучую обиду, горечь, надежду и любовь.

Любовь? Неужели Цира все еще любила Антония?

А впрочем, пошли они все подальше! Какое ей до них дело? Может быть, она больше никогда не увидит снов о Цире? После того кошмара, когда под ногами Циры разверзлась земля и она заглянула в расплавленный огонь, прошло уже несколько ночей.

Лава. Когда она узнала о Геркулануме и женщине, которая жила и умерла там?

Но к тому времени Тревор уже сказал ей, что пепел был из Везувия. Она могла вообразить вулкан действующим. Откуда ей знать, на какие фокусы способен мозг? Эти проклятые сны о Цире окончательно лишили ее уверенности в себе. Во-первых, она сама сказала Еве, что следила за Цирой с таким любопытством и возбуждением, словно читала роман. Это было захватывающе; Джейн ждала продолжения и пыталась представить себе, что будет дальше. Но продолжения не будет. После рассказанного Тревором она бродила во мгле и старалась отыскать дорогу. Чувствовала себя пойманной, брошенной в темницу и боялась снова очутиться в этом тоннеле.

— Отстань от меня, Цира, — прошептала она. — У меня и так забот хватает. Не приходи больше.

ГЛАВА 11

У ее ног зияла огненная пропасть.

— Прыгай! — Антоний протягивал к ней руки. — Сейчас же, Цира. Я поймаю тебя.

Прыгнуть? Трещина была слишком широкой и с каждой секундой становилась все шире.

Времени не было. И выбора тоже. Она перепрыгнула трещину. Жар обжигал ее голени даже тогда, когда ступни коснулись твердой почвы.

И тут же она почувствовала, как земля осыпается под ее ногами.

Антоний одним движением дернул ее на себя.

— Поймал. — Руки Антония стиснули ее предплечья и оттащили от края.

Снова грохот.

— Нужно поскорее убраться отсюда. — Цира обернулась.

Трещина расширялась на глазах.

— Ты говорил, что знаешь дорогу, — выдохнула Цира. — Докажи это. Выведи нас отсюда.

— Ты была такой упрямой, что сказала мне это только тогда, когда увидела врата ада. — Антоний схватил ее за руку и побежал изо всех сил. — Похоже, трещина разрезает тоннель поперек. Мы не сможем вернуться, но и она не догонит нас.

— Если только свод пещеры не рухнет, когда огонь начнет пожирать другую стену.

Жар.

Лава, разливавшаяся позади, выжигала остатки воздуха, еще сохранявшиеся в тоннеле.

— Тогда лучше выбраться из этого ответвления тоннеля, пока крыша еще цела. Впереди есть ход, который выведет нас к морю.

— Или к Юлию.

— Замолчи! — Он так стиснул ее руку, что она вскрикнула. — Я веду тебя не к Юлию. Если бы я хотел твоей смерти, то взял бы деньги, которые он предлагал мне за твое лицо две недели назад.

— За мое лицо?

— Когда ты сказала ему, что уйдешь, а золото не вернешь, он попросил, чтобы я убил тебя.

— А лицо ? При чем тут мое лицо ?

— Он говорил, что заказал несколько слепков твоего прекрасного лица и не хочет, чтобы им владел кто-нибудь другой. Даже ты сама. Хотел, чтобы я убил тебя, взял нож и лишил тебя лица. Им должен был владеть он.

Ей стало дурно.

— Это безумие!

— Согласен. Поскольку мне тоже нравилось твое лицо, то я отклонил его предложение. Но это означало, что мне нужно на несколько дней покинуть Геркуланум. Было вполне возможно, что он назначит награду и за мою голову. Он знал, что я был твоим любовником. Именно поэтому он решил, что у меня будет возможность убить тебя.

— Только если бы тебе удалось прошмыгнуть мимо Доминика, — гневно сказала она. — Доминик отрезал бы тебе голову и принес ее мне на серебряном подносе!

— Именно поэтому Юлий решил прибегнуть к подкупу. Все знают, как хорошо тебя охраняют. Кстати, где Доминик ? Ему следовало быть рядом с тобой.

— Я отослала его домой, в деревню.

— Потому что не хотела, чтобы Юлий нашпиговал его стрелами. Но для того и существуют телохранители.

— Он хорошо служил мне. Я не хотела, чтобы… Я сама могу позаботиться о себе. Кажется, мы уже должны были достичь конца тоннеля.

— Он извилист. Юлий не хотел, чтобы из виллы можно было легко выбраться.

— А ты откуда знаешь, как из нее выбраться?

— Это моя работа. Я провел в этих тоннелях много ночей, когда мы были вместе. Какой смысл красть золото, не имея запасного выхода.

— Мерзавец!

— Я хотел поделиться.

— Золото мое!

— Там хватило бы для нас обоих. Я бы заслужил его. Обеспечивал бы твою безопасность и дорожил бы тобой не меньше, чем золотом.

— И я должна этому верить? О боги, что за бред…

Грохот.

Вокруг рушились скалы.

Острый камень рассек кожу Циры. Она почувствовала, что по предплечью побежала теплая струйка крови.

— Скорее! — Антоний тащил ее дальше. — Опоры тоннеля слабеют. И могут обрушиться в любой момент.

— Я и так тороплюсь. Это глупо… — Еще один камень ударил ее в щеку.

Снова боль. Кровь. Снова боль. Боль…

— Просыпайтесь. Прекратите стонать, черт побери!

Кровь…

Джейн открыла глаза.

— Кровь, — выдохнула она.

— Просыпайтесь.

— Антоний…

Нет. Она сидела на ступеньках, а над ней стоял Тревор.

Никакого Антония не было…

— Я проснулась. — Она попыталась выровнять дыхание. — Все в порядке. — Джейн выпрямилась и начала тереть глаза. — Кажется, я задремала. Сколько времени?

— Начало первого. Я увидел, что вы сидите здесь, съежившись, еще час назад, когда сменил Бартлета. Но вы так крепко спали, что жалко было будить. — Он сжал губы. — А потом вы начали хныкать. Это было чертовски странно. Такие, как вы, не хнычут. Что вам снилось?

Падающие камни, кровь, боль.

— Не помню. — Джейн выгнула затекшую спину. Наверное, она просидела в позе эмбриона несколько часов. Или нет? Сколько времени длится сон? — Все в порядке?

— Нет проблем. Охрана не дремлет. Ей только приходится напоминать, что дремать нельзя. Наш главный враг — это скука. — Он нахмурился. — Вы не должны бояться.

— Еще как должна. Я была бы идиоткой, если бы не боялась.

— Именно поэтому вам снятся кошмары?

— У каждого бывают дурные сны.

— Но не кровавые. — Он помолчал. — И не о Цире.

Джейн замерла:

— Похоже, я не только хныкала. Что я говорила?

— Я мало что разобрал. Помню, что вы сказали: «Осторожнее, Цира. Камни. Слишком поздно». А когда проснулись, то говорили с кем-то по имени Антоний. — Тревор пристально посмотрел ей в глаза. — Если вы знаете, о чем я говорю, то вспомните этот кошмар.

— Вы должны были сразу разбудить меня, а не подслушивать.

— Признайтесь, что любопытство, которое вызвало у меня упоминание имени Циры, вполне естественно.

— Мне все равно, естественно оно или нет. Вы не должны были подслушивать.

— Ладно, проехали. — Он помолчал. — Так что вы видели во сне?

Джейн ответила не сразу:

— Что и следовало ожидать после вашего рассказа о ней. Тоннели. Извержение вулкана. Женщину, спасающуюся бегством.

— Вы видели ее во сне впервые?

— Нет.

— Когда это началось?

— Не ваше дело. — Она встала и подняла ноутбук. — Тревор, мы позволили вам вторгнуться в нашу жизнь, но держитесь подальше от моих снов.

— Если бы я мог…

— Черт возьми, и что это должно значить?

Он пожал плечами:

— Можете мне поверить, я пытался не вмешиваться в вашу жизнь и держаться на расстоянии, но не получается.

— Значит, плохо пытаетесь. — Джейн шагнула к двери. — Я не собираюсь секретничать с вами. У меня есть Ева и Джо. Если я захочу рассказать о Цире или о ком-нибудь другом, то расскажу только им.

Он поднял руку в знак того, что сдается.

— Ладно, ладно. Я вас слышал. — Тревор стоял и смотрел, как она открывает дверь в дом. — Если вы передумаете…

— Не передумаю. С какой стати?

— Из любопытства. — Он слегка улыбнулся. — Вам никогда не приходило в голову, что вы не единственная, кому снится Цира?

Джейн широко раскрыла глаза:

— Что?

— Чему вы так удивляетесь? Похоже, она достала нас всех. Я начал видеть ее во сне несколько лет назад, когда прочитал те свитки.

Она облизала губы:

— Какие именно сны?

Тревор покачал головой и негромко сказал:

— Вы расскажете мне свои сны, а я вам — свои.

— А вдруг вы свои просто выдумаете?

Тревор хмыкнул:

— Фома неверующий… — Он начал спускаться по ступенькам. — Если захотите поговорить, вам известно, где меня искать.

— Не захочу. Мне нет дела до ваших снов! — Она захлопнула за собой дверь.

И все же ей было до них дело. Тревор знал, что эта маленькая головоломка заинтригует ее. Неужели Цира снилась кому-то еще?

Если только это правда.

Она не хотела выставлять себя на посмешище ради того, чтобы удовлетворить его любопытство.

И свое собственное тоже, будь он проклят.


Далонега, Джорджия три дня спустя

Ева Дункан.

Джо Куинн.

Марк Тревор.

Альдо закрыл крышку ноутбука, откинулся на спинку стула, посмотрел на распечатку и довольно вздохнул. Теперь он знал достаточно, чтобы приступить к выполнению плана. Как жаль, что враги Циры не имели доступа к Интернету. Информация была бы грозным оружием, способным уничтожить ее. У нее были свои слабости. Особенно тот телохранитель, которого она спасла от казни. И беспризорный ребенок, который жил у нее в доме. От Юлия требовалось только одно: найти ее уязвимые места и воспользоваться ими, чтобы убить суку. А информация всегда была ключом, позволявшим открыть нужную дверь.

Может быть, Юлий действительно убил ее? Но если он это и сделал, то не сумел полностью оградить мир от ее присутствия. Ему бы следовало стереть эту тварь с лица земли.

Как сделает он, Альдо.

Он расчистил путь к Джейн Макгуайр как мог. Теперь нужно провести разведку на местности, обнаружить препятствия, а потом он будет готов приступить к торжественному ритуалу.

Альдо с улыбкой посмотрел на чемодан, стоявший у стены его номера мотеля.

Зеленый огонь. Красивый и смертельный.

Цира, ты ждешь меня?


— Почта, — объявил Тревор, поднявшись на крыльцо. — Счета, почтовая открытка от матери Евы из Йеллоустоуна. Две посылки. Одна для Евы, другая для вас.

— Надеюсь, открытка доставила вам удовольствие. — Джейн отложила ноутбук. — Вы знаете о нас, пожалуй, чересчур много.

— Лишнего в таких делах не бывает. — Он улыбнулся. — И я не читал открытку, только посмотрел обратный адрес. Евина посылка — из университета штата Мичиган. А ваша — из Кармела, штат Калифорния. У вас есть знакомые в Кармеле?

Джейн кивнула:

— Сара Логан. Они с Джоном живут на Семнадцатой миле. Она подарила мне Тоби.

— Если так, то она и в самом деле очень хорошая подруга. Давайте войдем в дом и вскроем посылки.

— Свою я могу вскрыть сама.

— Нет, не можете. Ничего вскрывать вы не будете. Я проверил коробку. Кажется, все в порядке, но мало ли что…

— Что именно? — Она подняла брови. — Бомба? Сибирская язва?

— Не смейтесь. Честно говоря, я попросил Куинна достать портативный сканер, который позволяет определить присутствие бомбы.

— Почему? Бомба — современное орудие уничтожения. В Геркулануме их не было.

— Верно. Но вулканы взрываются, и бомбы тоже. Связь зыбкая, однако я учитываю все возможности. Что касается сибирской язвы, то едва ли. Но он может найти какой-нибудь другой порошок, связанный с вулканами, поэтому я вскрою посылку сам. — Он открыл дверь. — Ну что, идете?

Джейн поднялась.

— В том, что Сара прислала мне подарок, нет ничего необычного. Ей приходится ездить по всему миру, она часто присылает Тоби игрушки, а нам с Евой — какие-нибудь сувениры.

— Славная женщина! Посмотрим, что она прислала на этот раз.

Тревор придержал для нее дверь; было ясно, что отдавать посылку он не собирается. Джейн пожала плечами и прошла в дом.

— Не буду спорить. Но вы сами говорили, что Альдо предпочтет сделать дело своими руками.

— Если я ошибусь, то с последствиями придется столкнуться не мне. — Тревор улыбнулся Еве, которая делала слепок за столом у окна. — Почта, Ева. Вашей матушке нравится в Йеллоустоуне.

— Вы же сказали, что не читали открытку, — насмешливо напомнила Джейн.

— Не читал. Насколько я знаю, Йеллоустоун нравится всем, прекрасный природный заповедник. Нужно будет как-нибудь и самому туда съездить. Ева, куда положить почту?

— На кофейный столик. — Ева подняла руки, испачканные глиной. — Если я возьму ее сейчас, то испачкаю так, что прочитать будет невозможно.

— Как идет работа?

— Отлично. Уже проделала все измерения и взялась за лепку. Но до самого конца не знаешь, что получится.

— Так вы мне и говорили. — Он начал выкладывать почту Евы на кофейный столик. — Есть кое-что интересное.

Джейн смотрела на них во все глаза. До этого момента девушка не понимала, насколько все они сблизились за последние дни. Она видела, что Тревор время от времени разговаривал с Евой и даже пил с ней кофе, когда она угощала Бартлета, но теперь было похоже, что Ева совершенно привыкла к этому человеку.

Ева повернулась к Тревору:

— А для Джейн есть что-нибудь?

— Посылка. Она думает, что от Сары Логан.

— Опять? Несколько недель назад она прислала ей поводок из Марокко… — Руки Евы быстро двигались, тон был отсутствующим. Через секунду Джейн поняла, что она с головой погрузилась в работу и забыла об их существовании.

— Где Куинн? — спросил Тревор, закончив складывать счета.

— На участке. Кристи устроила заочную конференцию со Скотланд-Ярдом и римской полицией по поводу Альдо. — Джейн смерила его ледяным взглядом и села на диван. — Итальянская полиция не нашла в окрестностях Геркуланума никаких следов тоннеля. И никакой виллы, принадлежавшей Юлию Пресепию.

— Я же говорил, что они ничего не найдут.

— Потому что вы постарались все спрятать. Когда все закончится, вам зададут множество вопросов.

— Угу… — Тревор начал вскрывать ящик. — Я очень испугался.

Она насупилась.

— Неправда!

— Конечно, но мне не хотелось вас разочаровывать. — Открыв крышку, он перестал улыбаться. — Внутри другая коробка. — Тревор отошел к двери, подальше от дивана, на котором сидела Джейн. — Маленькая, бархатная и явно не с игрушкой для Тоби. Наверное, стоит открыть ее на улице. Джейн невольно напряглась.

— Бросьте! Вы преувеличиваете опасность.

— Возможно. — Он заглянул в ящик. — Записки нет.

— Может быть, она в коробочке?

— Может быть. — Тревор поставил ящик и медленно открыл синюю бархатную коробочку.

— Что там?

— Кольцо.

— Украшение? — Ощутив облегчение, Джейн вскочила и подошла к Тревору. — Дайте посмотреть.

— Минутку. — Он поднес кольцо к свету.

— Нет, сейчас. — Кольцо представляло собой широкую золотую полоску, покрытую замысловатой резьбой. В него был вправлен блестящий светло-зеленый камень, слишком бледный для изумруда — возможно, перидот. — Думаете, Сара прислала мне отравленный перстень Борджиа или что-нибудь в этом роде?

— Нет. — Он отвел кольцо в сторону. — Но я сомневаюсь, что это от Сары. Позвоните ей, а я тем временем осмотрю кольцо.

Джейн перевела взгляд на Тревора, и выражение его лица изумило девушку.

—Что?

— Позвоните ей, — повторил он. — Если кольцо действительно от Сары, то у вас будет возможность сказать ей спасибо. Я останусь здесь и буду ждать вас.

Джейн застыла на месте. Искушение заспорить было велико. Затем она пожала плечами, взяла свой сотовый телефон и начала набирать номер Сары в Кармеле.

Когда пять минут спустя Джейн вышла из дома, Тревор все еще стоял на веранде.

— Она его не посылала, — негромко сказала Джейн. — И ничего об этом не знает. Альдо?

Он кивнул:

— Во всяком случае, я так думаю.

— Почему он прислал мне кольцо? Это ведь перидот, верно?

— Не думаю. Хотя, скорее всего, его можно принять за перидот.

— Тогда что же это?

— Везувианит.

— Это еще что за фигня?

— Когда вулкан извергается, тефра иногда превращается в стекловидное вещество, которое можно очистить и огранить так, что оно начинает напоминать драгоценный камень. Вы могли видеть эленит, темно-зеленый камень, который вошел в моду после извержения вулкана Сент-Элен.

— А этот камень из Везувия? — Джейн смотрела на кольцо как зачарованная. — Я шутила, но вдруг оно действительно отравленное?

Тревор покачал головой:

— Я проверил его. Никаких следов яда. Он явно не собирался убивать вас.

— Какое красивое… Как вы думаете, почему он прислал мне такую красивую вещь?

— Что вы сейчас чувствуете?

— Гнев и недоумение.

— А вам не страшно?

Страшно? Джейн знала только одно: ее вдруг зазнобило.

— Это всего-навсего украшение.

— Но это выбило вас из колеи, так ведь?

— Именно этого он и хотел. Хотел, чтобы я ударилась в панику. — Джейн протянула руку и прикоснулась к кольцу. Оно было теплым от рук Тревора, но Джейн продолжало трясти. — И знала, что он обо мне не забыл.

Тревор кивнул:

— Психологическая обработка.

— Садист!

— Он знает, что еще не может добраться до вас, бесится и получает удовлетворение от маленькой пытки на расстоянии.

— Вы думаете, он следит за мной?

Тревор пожал плечами:

— Если и следит, то издалека. Это я могу гарантировать.

— А я могу гарантировать, что ему хотелось собственными глазами увидеть, как на меня подействует эта… вещь. Разве можно ощутить удовлетворение, только представляя себе реакцию другого человека? — Ее гнев нарастал с каждой минутой. — О нет, он хотел убедиться, что напугал меня!

— Возможно.

— Не возможно, а наверняка. — Она схватила кольцо, лежавшее на ладони Тревора, и надела его на указательный палец. — Раз так, пусть видит, что я плевать на него хотела!

Тревор откинул голову и рассмеялся.

— Этого следовало ожидать. Наверное, Альдо таскал с собой перстень несколько лет. Вы не думаете, что Куинн захочет выяснить, откуда он взялся?

— У него будет фотография. — Перстень был тяжелым и сжимал палец, как питон, душащий свою жертву. Но она не жертва и докажет ему это. Гнев еще не прошел, однако теперь к нему добавилось веселое возбуждение. — Я буду его носить.

Тревор перестал улыбаться:

— По-моему, ваш оптимизм неуместен. Что вы задумали? Подразнить тигра?

— Он не тигр, а слизняк. Почему бы мне его и не подразнить? Тогда он может выползти наружу.

Какое-то мгновение Тревор молчал:

— Вы правы. Он может выползти, а потом прыгнуть и разорвать вас на куски. И мне есть дело до этого.

— Однако вы даже не пытаетесь отговорить меня.

— Нет, но я всегда был сукиным сыном. Делайте что хотите. Я просто буду рядом.

Когда Джейн вошла в гостиную, Ева встретила ее вопросом.

— В чем дело, Джейн? Только что звонила Сара. Она встревожилась. Сказала, что ты звонила ей и была сама не своя. Джейн, что это за история с кольцом?

Джейн хвастливо вытянула руку:

— Подарок от Альдо. Везувианит. Красивое, правда?

Ева напряглась:

— Не морочь мне голову. Что случилось?

— Он не забыл обо мне и больше не собирается продолжать убивать других.

— Сара сказала, что на посылке был штамп отделения связи в Кармеле.

— Альдо не в Калифорнии. Он хотел видеть, произведет ли кольцо нужное действие. — Она поджала губы. — Наверное, надеялся, что я от страха залезу под кровать.

— Ты так в этом уверена? — Ева подошла и взяла ее за руку. — Напоминает византийское.

— А должно напоминать древнеримское. Но чего от него ждать? Берет что есть. Везувианит на каждом углу не достанешь.

— Тогда его можно будет вычислить. Сними кольцо.

— Нет.

— Джейн…

— Нет. — Она убрала руку. — Я его уже надела. Пусть не думает, что напугал меня. Буду носить это кольцо открыто и хвастаться им, как подарком любовника.

— Любовника?

— Так на моем месте поступила бы Цира. — Джейн улыбнулась. — Он думает, что я — Цира? Ладно, тогда я буду вести себя, как Цира. Никакой убийца не заставил бы ее моргнуть глазом. Она смотрела бы ему в лицо, дразнила и унижала.

— Да? — Ева прищурилась. — А откуда ты это знаешь?

— Так ее описывает Тревор. — Джейн покачала головой. — Нет, я не стану лгать тебе. Я чувствую это.

Ева немного помолчала:

— А может, ты видела это во сне? Ты никогда не говорила, как зовут женщину, которая тебе снилась. Это была Цира?

Ева несомненно была умна и сообразительна. Джейн надо было помнить об этом. Связь между ними была такой тесной, что Ева без труда читала ее мысли.

— Да. — Она заторопилась. — Но это не… Насколько я понимаю, мне как-то передались мысли Альдо. Или Тревора. Может быть, я когда-то что-то прочитала, но забыла. А может быть, у меня было озарение. Все это сомнительно, но я предпочитаю думать так. Иначе придется признать, что я чокнутая, и поверить, что Цира действительно явилась мне во сне.

— Ты слишком горячишься, — сказала Ева. — Мне такие вещи объяснять не надо. По-моему, мы обо всем договорились. — Она снова посмотрела на кольцо. — Сними его.

— Я сказала, что…

— Уже слышала, — оборвала ее Ева. — Но это то же, что махать красной тряпкой перед быком. Сними.

— Он подумает, что я испугалась.

— Меня не интересует, что подумает он.

— А меня интересует. — Джейн едва сдерживала слезы. Боже, как это трудно… — Ева, я люблю тебя. Я бы никогда не сделала то, что может огорчить тебя.

— Тогда сними его.

Она покачала головой:

— Ты не права. Мы не можем идти у него на поводу. Если я выведу его из себя, он может выползти на солнечный свет и сделать ошибку. Если же я отступлю, он сделает шаг вперед. А я не хочу, чтобы меня загнали в угол и лишили лица. — Увидев, что Ева побледнела, Джейн заключила: — Пойми, именно этого он и добивается. Хочет напугать меня и заставить встать на колени. Не дождется!

— Я тоже не собираюсь ему уступать. Почему бы… — Ева закрыла глаза и сделала глубокий вдох. — Я даром трачу время. — Она открыла глаза и устало добавила: — Может быть, ты и права. Не знаю. Зато знаю одно: если ты собираешься размахивать этим кольцом перед носом Альдо, то мы должны быть полностью уверены в твоей безопасности. — Она пошла к телефону. — Я звоню Джо. Сними кольцо, возьми цифровую камеру и сфотографируй, чтобы он мог выяснить, кто продал его Альдо.

— Ева…

— Я не сержусь на тебя. — Ева сняла трубку. — Просто устала, расстроилась и хочу, чтобы этого маньяка поймали еще до того, как он сведет с ума всех нас. — Она улыбнулась. — Нет, я не говорю, что ты сумасшедшая. Просто упрямая и своевольная. А теперь иди фотографировать.

ГЛАВА 12

— Джейн, ты ошибаешься, — коротко сказал Джо. — Играешь ему на руку.

— Нет, я бы сыграла ему на руку, если бы спрятала или выбросила кольцо. — Джейн встретила его взгляд. — И ты сам это знаешь. Просто не хочешь, чтобы я воспользовалась этой возможностью. А возможность эта есть. Будь на моем месте кто-то другой, ты бы признал это. — Она вытянула руку. — Думаешь, мне хочется носить это кольцо? Да меня от него тошнит. Но так нужно. — Она бросила на кофейный столик конверт с фотографиями. — Тут достаточно копий, чтобы начать поиски продавца. Тревор сказал, что Альдо мог купить кольцо в Италии несколько лет назад.

— Посмотрим. — Куинн сжал губы. — Насколько нам известно, до сих пор он другим жертвам украшений не дарил. Если Альдо долго возил его с собой, это значит, что к тебе он относится по-особому.

Джейн надулась:

— Если во мне и есть что-то особенное, так это то, что я не жертва. И не стану ею.

— Мы на это надеемся, — ответила Ева.

— Будем оптимистами. — Джейн пошла к спальне. — Я хочу лечь. Если останусь здесь, вы начнете отговаривать меня, убеждать, что из этого ничего не выйдет, и мы поссоримся. Спокойной ночи, Джо.

— Твое бегство ничего не изменит… — Когда дверь спальни негромко, но решительно захлопнулась, Джо пробормотал ругательство. — Ева, отговори ее. Тебя она слушается.

— Уже пробовала, — покачала головой Ева. — Теперь она не слушается никого. Считает, что права, и стоит насмерть.

— Черт побери, она еще ребенок!

— Серьезно? Кажется, мы обсуждали эту тему несколько недель назад. Ты сам сказал, что она никогда не была ребенком. И я с тобой согласилась.

— Это было еще до появления Альдо. Теперь я думаю по-другому.

— Слишком поздно, — печально улыбнулась Ева. — У нас была возможность немного продлить ее детство, но теперь она исчезла. Джейн изменилась.

— Стала более упрямой.

Ева покачала головой:

— Она окончательно сформировалась. Я следила за тем, как это происходило. Джейн напоминает мои реконструкции. Я работаю, работаю и чувствую, что под моими пальцами что-то есть, но оно еще не готово выйти наружу. А потом внезапно все появляется.

Увидев хмурый взгляд Джо, она сделала еще одну попытку:

— То же самое происходит, когда в печи обжигаешь фарфор. Ставишь туда что-то мягкое и податливое. А вынимаешь твердое и закаленное. И таким оно останется навсегда. Это работа Альдо. — У нее сжались губы. — Чтоб ему гореть в аду.

— Я заберу их. — Джо посмотрел на фотографии. — Может быть, он не так уж близко и не увидит, как она хвастается этой вещью.

Ева подняла брови.

— Ладно, все это пустые мечты. — Он взял снимки. — Отправлю их по факсу в управление, а потом попробую выяснить, как на посылке мог появиться штамп почтового отделения в Кармеле.

— Она права, верно? Что бы мы ни говорили, а шанс есть.

Куинн кивнул и направился к факсу.

— Да, черт побери, она права.

Свет лампы заставлял бледно-зеленый везувианит искриться и блестеть, как лезвие ножа. «Альдо нравились ножи, — подумала она. — Не смотри на камень. Не думай о том, что он делал этими ножами».

Она выключила свет и спрятала руку под одеяло. Но это не помогло. Камень продолжал стоять у нее перед глазами, сверкать и дразнить.

«Тогда смирись с этим. Ты сама приняла решение, так что придется терпеть». Джейн вынула руку и положила ее на покрывало. Это кольцо держал в руках Альдо. Прикасался к нему, смотрел на сверкающий камень и думал, что она наделает в штаны со страху. Она представила себе, как этот ублюдок поглаживал кольцо и блаженно улыбался.

«Что ж, теперь оно мое. И будет лишь тем, чем я сама позволю ему. Пошел ты, Альдо…»

Она закрыла глаза и велела себе уснуть. Ей не приснятся ни Цира, ни Альдо. Она выкинет их из головы, отдохнет и вновь наберется сил и решимости.

«Нет, лучше не спи. Думай. Перебери в уме все, что ты знаешь об Альдо, и найди способ справиться с ним. Ты устала прятаться. Пусть он не думает, что может запугать тебя. Нужно изменить ситуацию. Сделать первый шаг. Извини, Ева…»

На следующее утро Бартлет приветствовал Джейн добродушной улыбкой:

— Доброе утро! Я слышал, что вчера вечером был маленький переполох из-за почты.

— Да, был. А где Тревор?

— Проверяет посты с Мэттом Сингером. Должен скоро вернуться. Но если у вас к нему дело, можете позвонить ему по сотовому.

Она покачала головой:

— Я должна поговорить с ним лично.

— Ясно… Что ж, если так, ждите. С удовольствием составлю вам компанию. — Бартлет посмотрел на ее руку и перестал улыбаться. — Тревор прав, вам и в самом деле не следует носить его.

— Тревор? Он и не пытался остановить меня.

— Я знаю. Он сказал, что решать вам. Это меня не удивило. Но я был разочарован.

— Почему?

— Тревор мне нравится. Но он нравился бы мне гораздо больше, если бы признался, что не такой бесчувственный, каким хочет казаться.

— Сомневаюсь, что ему приходится притворяться.

— Приходится. Просто он очень ловко это делает.

— Как тогда, когда притворялся инспектором Скотланд-Ярда, расследующим убийство вашей жены? Но вас ему одурачить не удалось.

Бартлет пожал плечами:

— Почти удалось. Но я окончательно убедился в том, что Тревор не из полиции, когда проследил его до «Клариджа». У полицейских нет денег на дорогие гостиницы.

— Зато они есть у контрабандистов и мошенников.

— Вот именно. После знакомства с Тревором я понял, что смогу отомстить за убийство Эллен только в том случае, если буду работать вместе с ним. Он одержим этим делом. А одержимость — вещь серьезная, — добавил Бартлет уверенно.

— Но не настолько важная, как честность. Сколько раз он лгал вам?

— Только однажды. Он по-своему честен.

Джейн с сомнением покачала головой:

— Я такой честности не понимаю. Есть либо честность, либо нечестность.

— Вы признаете только черное и белое? Боюсь, Тревор у нас полностью серый. Но это лучше, чем быть черным, правда? Человек с его способностями мог бы стать величайшим злодеем. Это для него самое большое искушение.

— Он говорил мне, что любит деньги.

Бартлет кивнул:

— Он говорит это всем.

— Вы ему не верите?

— Я верю, что они ему небезразличны. Он вырос в бедности и должен был сам пробиваться в жизни. Но такой умный человек, как Тревор, мог бы приобрести богатство более легким путем. От него не требовалось ходить по канату. Догадываюсь, что стремление к риску возникло у него в детстве, а с годами превратилось в стойкую привычку.

— Именно поэтому он гонится за Альдо? Не из-за денег, а из-за любви к погоне?

— Нет. Я думаю, это что-то личное. Он говорил вам, что Пьетро Татлиньо тоже был наемником и служил в Колумбии?

Джейн широко открыла глаза.

— Нет. Он только сказал, что Пьетро был ученым. Специалистом по античности.

— Причем замечательным, но он изрядно погулял перед тем, как бросил военную жизнь и вернулся к науке. Постепенно они с Тревором стали близкими друзьями, и именно Тревор привел его к Гвидо Манца.

— Хотите сказать, что он преследует Альдо из-за чувства вины?

— Тревор ни за что в этом не признался бы. Он говорит, что чувство вины непродуктивно. — Бартлет улыбнулся. — Скорее всего, он скажет, что гонится за Альдо, потому что тот обманул его.

— Он говорил, что Пьетро не заслуживал смерти.

— Возможно, в тот момент Тревор был готов признать правду. — Бартлет снова взглянул на ее кольцо. — Красивое, правда? Ужасно, когда красоту используют для того, чтобы вызвать страх.

— Красота может вызвать страх только у того, кто позволяет себе поддаваться страху. Это всего лишь кольцо.

— А она этого не позволит, — раздался за ее спиной голос Тревора. — Похоже, Куинн тоже не сумел убедить вас избавиться от этой штуковины.

— Не сумел. — Джейн повернулась к нему. Тревор выглядел бодрым и оживленным, и она снова ощутила едва сдерживаемую энергию, которую излучал этот человек. — Кольцо мое. И выбор тоже за мной.

— Это верно. — Тревор остановился перед ней. — Но поскольку я не такая высокоморальная личность, как Куинн, то могу попытаться использовать сложившиеся обстоятельства так, чтобы ваш выбор стал и моим.

— Джо — человек честный, однако он решил поступить так же. Вы с ним похожи больше, чем кажется на первый взгляд.

Тревор поморщился:

— Только не говорите этого Куинну. Он не обрадуется. Он прямой, как палка, а во мне нет ничего прямого. Я предпочитаю нехоженые тропы, а большинство этих троп извилисто, как хребет змеи.

Джейн вскинула голову:

— Извилисто? Именно поэтому я и хотела поговорить с вами.

— Я говорил Джейн, что она может позвонить тебе и позвать, — сказал Бартлет.

— В любое время. — Тревор посмотрел ей в глаза. — Где бы я ни был.

Джейн почувствовала себя… странно. У нее словно перехватило дыхание. Девушка быстро отвернулась.

— Все это одни слова. Вы не могли быть дальше, чем в миле отсюда.

Он улыбнулся.

— Но вы не позвонили. Потому что предпочли сплетничать обо мне с моим другом Бартлетом?

— Я тронут, — широко улыбнулся Бартлет. — Ты знаешь, что впервые назвал меня другом? Это вдохновляет.

Тревор сокрушенно покачал головой:

— Знаете, он не кривит душой. Разве такому милому и доброму человеку можно сопротивляться? — Он взял Джейн за руку. — Пойдемте. Мне нужно выйти из его тени. По сравнению с ним я выгляжу просто злодеем.

— Неправда, — возразил Бартлет. — Я сделал все, чтобы подчеркнуть твои лучшие качества. Это оказалось довольно трудно.

— Еще бы! — Они шли по тропинке, и Тревор не отрываясь смотрел на Джейн. — Вы рассмеялись ему в лицо?

— Нет. Мне не хотелось его обижать.

— Выкиньте это из головы. Неужели вы собираетесь стать женой номер четыре?

— Я пришла сюда не для разговоров о Бартлете. — Джейн остановилась. — И вы сами это знаете. Тогда почему вы не даете мне открыть рот?

— Может быть, я получаю от этого удовольствие. С того момента, как я увидел вас, вы ершились, дичились и подозревали меня во всех смертных грехах. Такой вы нравитесь мне больше.

— Какой?

— Более чуткой или, вернее, чувствительной. Едва ли следует ожидать, что ваше отношение ко мне изменится, но я всегда использую возможности, которые мне предоставляются.

— Я не чувствительная. И не собираюсь быть такой.

— У большинства людей есть уязвимые места. И у вас тоже. Вы уже продемонстрировали свою любовь к Еве, Джо и Тоби. — Он сморщил нос. — А теперь и к Бартлету.

— Это совсем другое дело.

— О том и речь. Новизна притягивает. — Когда она открыла рот, Тревор поднял руку. — Ладно, я вижу, вы сгораете от нетерпения. Выкладывайте.

— Вы сказали, что Альдо — компьютерный гений. Когда вы водили дружбу в Геркулануме, какими были особенности его работы в Интернете?

— Во-первых, я с ним дружбу не водил. А во-вторых, какое вам дело до его компьютерных привычек?

— Сама не знаю. Что-то брезжит у меня в мозгу, но пока не созрело. Я знаю, вы не были закадычными друзьями, но в компьютерах разбирались оба. Увлечение у вас было общее, а в тоннеле вы были изолированы от мира. Вы должны были как-то общаться.

— Что вы хотите раскопать?

Она пожала плечами:

— У каждого есть в Интернете любимые сайты, куда они заходят каждый день. И у меня тоже.

— И у меня. — Тревор нахмурился. — Вы хотите знать, какие сайты были самыми любимыми у Альдо?

— А вам они известны?

— Возможно. Вы правы, увлечение у нас было одно, и я восхищался его мастерством. Мы не делились информацией, но иногда я следил за ним.

— Сможете вспомнить?

— На это понадобится время.

— Но все-таки сможете?

Он задумчиво кивнул:

— Весь этот период врезался мне в память. Что вы от меня хотите?

— Чтобы вы составили перечень его любимых сайтов.

— Джейн, я могу вспомнить не все.

— Вспомните хоть что-то. Хотя бы несколько.

— Зачем?

— Нужно с чего-то начать. Ничто другое мне в голову не приходит. Вчера вечером я лежала в постели и пыталась придумать, как выйти на Альдо раньше, чем он выйдет на меня. Но я ничего о нем не знаю. Абсолютно ничего. — Она беспомощно махнула рукой. — Точнее, очень мало… Что он чокнутый. Что считает меня новым воплощением Циры и пользуется компьютером. Я бы предпочла более конкретные факты.

— А если я напрягу память и выдам нужную вам информацию, как вы ею распорядитесь?

— Я уже сказала. Пока сама не знаю.

Тревор следил за выражением ее лица.

— Нет, знаете. У вас уже есть идея, иначе вы бы не пришли ко мне. Я мог бы поторговаться и заставить вас поделиться этой идеей со мной.

— Заставить меня?! Вы? Черта с два! Вам понадобилась бы уйма времени, чтобы уговорить меня сотрудничать с вами. В ближайшем будущем этого точно не случилось бы.

— Вы правы. — Он улыбнулся. — Я просто подумал, что мог бы слегка сблефовать. Мне не нравится бродить в потемках, но я терпелив. И буду первым, кому вы сообщите, что концы сошлись с концами.

— С чего вы это взяли?

— Вы знаете, что я помогу вам. Не буду спорить. Не буду отговаривать от того, на чем вы можете сломать шею. Если у вас появится возможность добраться до него, я позволю вам рискнуть. — Он сделал паузу. — Даже если для этого потребуется сдернуть одеяло, в которое вас укутали заботливые Ева и Куинн.

Джейн с удивлением поняла, что она разочарована. Почему? Именно этого она ждала, на это и надеялась.

— Договорились. Когда вы сможете набросать список?

— Вечером. Устроит?

— Только не позже. — Джейн на секунду задумалась. — Впрочем, во второй половине дня я буду занята.

Тревор насторожился:

— Чем это?

— Поеду в гипермаркет, а потом съем пиццу в «СиСи».

— Что за черт? Вы думаете, Куинн позволит это?

— Не без борьбы, но в конце концов позволит. Он не упустит возможность выманить Альдо из его логова. Я попрошу Еву поехать со мной, а Джо пустит за нами кого-нибудь из людей Сингера.

— Наверное, не стоит спрашивать, почему вы решили отправиться за покупками, не обращая внимания на нашего загадочного почтальона?

— Альдо подумает, что в переполненном гипермаркете ему ничто не грозит, а ресторан даст мне возможность продемонстрировать его маленький подарок. — Она подняла руку, и камень засверкал на свету. — Он должен увидеть меня. А я должна вывести его из себя и вызвать у него ярость и нетерпение. Он убил двенадцать женщин и ни разу не был схвачен. Это должно было добавить ему веры в себя. Сейчас он считает себя богом. Наверняка думает, что от него требуется лишь терпеливо дождаться возможности, а потом он пополнит список номером тринадцатым. — Джейн мстительно усмехнулась. — Но мы должны сделать этот номер несчастливым для него. Должны вывести его из равновесия и выдернуть ковер из-под ног, чтобы он полетел вверх тормашками!

— И вы полагаете, что блеска кольца будет достаточно?

— Это только начало. Если он и не выйдет из себя, то здорово разозлится.

— Тут вы правы. — Тревор помолчал. — Мне доставляет наслаждение следить за вашими действиями. С удовольствием пошел бы за вами и сам полюбовался на эту картину.

Она покачала головой:

— У вас есть работа. Кроме того, Альдо не должен догадаться, что я нахожусь под наблюдением. Лучше, чтобы рядом со мной была только Ева. Тогда он поймет, что его в грош не ставят.

— Меня он бы не увидел.

— Я думала, вы готовы дать мне шанс, чтобы рискнуть.

Тревор пожал плечами:

— Это не так легко, как мне казалось. Я стараюсь, но…

— Плохо стараетесь. — Она пошла к коттеджу. — Вы останетесь здесь.


Она была веселой, жизнерадостной, красивой.

И ликующей.

Альдо следил за тем, как они с Евой Дункан, смеясь, шли от автостоянки к ресторану, и разрывался от злости. Эта сука размахивала руками, и при каждом жесте кольцо разбрасывало в стороны лучи света.

В гипермаркете было то же самое. Она сияла, была полна жизни, и Альдо чувствовал себя так, словно получил оплеуху.

Она дразнила его не столько подарком, сколько тем, что была жива и здорова.

Она не боялась. Кольцо ничего для нее не значило; угроза не изменила ее настроения — она смеялась.

Он чувствовал, что гнев рвется наружу и просачивается сквозь поры. Как она смеет? Неужели не понимает, что ее время пришло, а он — карающий меч, который готов вонзиться в ее черное сердце?

«Сохраняй спокойствие. Она получит урок. Скоро ты отомстишь ей за каждое проявление пренебрежения. Срежешь эту улыбку с ее лица».

Сука!

Но вынести насмешку он не мог. Почему она смеет обращаться с ним как с ничтожеством?! Терпеть это было невыносимо. Ну ничего, он ей покажет. Заставит понять, с кем она имеет дело.


— Довольна? — спросила Ева, свернув на дорогу, которая вела к их дому на озере. — Ты выглядишь так, словно попала под грузовик.

— И чувствую себя так же. — Джейн откинулась на спинку сиденья и закрыла глаза. — Никогда не думала, что быть жизнерадостной так утомительно. Я просто выбилась из сил.

— Я тоже, — иронически ответила Ева. — Но еще больше я устала от необходимости незаметно оглядываться через плечо.

— Очень незаметно. — Джейн открыла глаза и улыбнулась. — Спасибо тебе. Если бы ты выглядела встревоженной, я ни за что не сумела бы показать, что мне плевать на Альдо с высокого дерева.

— Знаю. — Ева припарковала машину перед коттеджем. — Иначе ради чего было подвергать себя такому стрессу? — Ева повернулась и посмотрела на Джейн. — По-твоему, было ради чего? Думаешь, он следил за нами?

— Не знаю. Несколько раз я чувствовала себя так, словно… Может быть. Во всяком случае, попробовать стоило, мы сделали все правильно.

— Один раз, — ответила Ева. — Мы с Джо пошли у тебя на поводу, но если ты решишь ездить куда-то каждый день, то готовься к битве.

Джейн кивнула и вылезла из машины.

— Нет, не каждый.

— Звучит не слишком обнадеживающе, — сказала Ева. — Я имела в виду, что это кончится раз и навсегда… — Она остановилась. — Ладно, давай поговорим серьезно. Если ты будешь и дальше продолжать в том же духе, у тебя выработается стереотип поведения, а тебе меньше всего на свете хочется быть предсказуемой. Это может иметь роковые последствия.

Джейн улыбнулась.

— Согласна. Мы не будем предсказуемыми.

Ева немного расслабилась.

— Я рада, что ты сказала «мы». Нам с Джо кажется, что ты стала чересчур независимой. Это пугает нас. Время для проявления независимости ты выбрала неподходящее.

Джейн покачала головой:

— Я пришла к тебе и попросила поехать со мной, верно? Я не хочу быть независимой, если это отдалит меня от тебя. В детстве я была слишком одинока. Наверное, это сказывается.

Ева хмыкнула:

— Да уж! — Она взяла Джейн за руку и поднялась по ступенькам в дом. — Это слабо сказано. Еще как сказывается! — Ева оглянулась и посмотрела на озеро. — Красивый закат. Никогда не устаю любоваться им. Это утешает душу.

— Только не мою, — замотала головой Джейн. — Для моего утешения одного заката мало. А вот ты справляешься с этим вполне прилично.

— Да? — Еве бросила на нее неуверенный взгляд. — Ты никогда не показывала виду, что нуждаешься в утешении.

— Потому что ты и так это делала. Ничего другого мне не требовалось. Помочь тебе с обедом?

— Нет. Когда придет Джо, я сделаю салат и сандвичи.

— Тогда я возьму компьютер, сяду на веранде, буду делать домашнее задание. — Джейн направилась по коридору в свою комнату. — Меня можешь не кормить. Я по горло сыта пиццей. Хоть какой-то прок от поездки…

Едва Джейн успела открыть компьютер, как зазвонил ее сотовый телефон.

— Шлюха. Сука. Гарцуешь и виляешь бедрами как проститутка. Гордишься собой? Думаешь, что-то доказала, надев кольцо? Я на это плевать хотел!

Она окаменела.

Альдо. Его слова сочились ядом, были полны ярости, злости, угроз.

Только не раскисать! Она должна была предвидеть, что Альдо сумеет раздобыть номер ее сотового телефона. Не показывай ему своего потрясения и страха.

— И я тоже. Подумаешь, какое-то колечко! Почему я не должна была его надевать? Мне очень жаль, что я тебя разочаровала.

— Оно из твоей горы. Той самой, которая тебя убила. Разве оно не пробудило воспоминания? Чтоб они тебя задушили!

— Понятия не имею, о чем ты говоришь. Неужели ты думал, что сумеешь запереть меня в четырех стенах? Нет, я буду ездить куда хочу. Знаешь, как хвалила мое кольцо официантка в «СиСи»? Я сказала ей, что это подарок мужчины, который ходит за мной по пятам, как потерявшийся щенок. Мы обе ужасно смеялись. А ведь это так и есть!

— Потерявшийся щенок? Это я? — Голос Альдо дрожал от злобы. — Ты понимаешь, как я могуществен? Знаешь, сколько женщин с твоим лицом пало от моей руки?

— Не знаю и не хочу знать. — Она сделала паузу. — Альдо, почему ты позвонил мне именно сейчас? До сих пор ты этого не делал. Думаю, ты солгал. Я сумела всадить в тебя колючку.

— Я плевал на это, — повторил он. — Просто решил, что не стоит отдаляться от тебя. Может быть, пройдет много времени, прежде чем я отниму у тебя жизнь. Месяцы. Годы. Теперь, когда я нашел тебя, мне все равно, сколько это протянется. Пока я слежу за тобой, пока сторожу тебя, ты никуда не денешься. Но я заслуживаю вознаграждения за свое терпение, заслуживаю того, чтобы слышать твой голос, в котором все отчетливее звучит страх. Это мое право.

— А мое право — дать отбой.

— Но ты этого не сделаешь. Будешь продолжать говорить со мной, поскольку надеешься выудить то, что наведет Тревора и Куинна на мой след. Но каждое сказанное тобой слово будет доставлять мне наслаждение.

Джейн чуть не затошнило от отвращения. Он добился своего. В его голосе слышалось лихорадочное возбуждение и одновременно гнев. Но Альдо прав, она должна была воспользоваться своим преимуществом.

— Как ты думаешь, кто я такая?

— Я не думаю, а знаю. Ты — Цира. Я считал, что похоронил тебя в тоннеле, но после убийства той женщины в Риме понял, что ты была слишком сильна и родилась снова. И что я должен искать тебя, пока не найду.

— Ты — полный псих. Я не Цира. Меня зовут Джейн Макгуайр.

— С душой Циры. И ты сама знаешь это. Иначе зачем ты связалась с судебным скульптором Евой Дункан? Ты знала, что я приду и уничтожу это отвратительное лицо, а тебе хотелось, чтобы оно оставалось. Но его больше не существует. Знаешь, сколько раз я просыпался по ночам и следил за тем, как мой отец смотрел на тебя? Он ни разу не прикоснулся ко мне с любовью, но гладил эту чертову скульптуру, как любимую женщину. Когда мне было десять лет, я попытался уничтожить тебя, но отец избил меня так, что я неделю не мог ходить.

— Выходит, я должна жалеть тебя? Он должен был утопить тебя при рождении.

— Наверное, он тоже так думал. После того как ты вошла в его жизнь, я стал для отца обузой. Но теперь я все верну с лихвой. Так что наслаждайся своим триумфом. Сиди в коттедже, окруженная всеми этими людишками, которых ты надула и заставила выполнять свои желания. Ты сгниешь там, сука. — Он дал отбой.

Но она не смогла выключить телефон. Джейн чувствовала себя так, словно ее исхлестали кнутом. О боже, он был переполнен злобой и ненавистью. Его яд разъедал и парализовывал.

«Не обращай внимания. Альдо хочет, чтобы ты почувствовала себя слабой и беспомощной. Думай о том, что он сказал, и пытайся найти в этом уродстве что-то положительное…» Джейн заставила себя выключить мобильник и привалилась к столбу.

Положительное?

О боже.

— Почта, — сказал Тревор, поднявшись на крыльцо через час. — Для вас ничего, кроме письма из… Черт побери, что с вами?

— Я в порядке. — В порядке Джейн не была, но ей стало легче. Она не удивилась тому, что Тревор заметил ее состояние. Джейн чувствовала, что оно написано у нее на лбу. Именно поэтому она не хотела возвращаться в дом и показываться на глаза Еве. — Просто день был нелегкий, — неохотно добавила она.

— Вы сами решили помахать этим кольцом перед носом Альдо. — Тревор продолжал изучать ее лицо. — Но такой реакции я не ожидал.

— Я тоже. — Она попыталась улыбнуться. — И думаю, что жаловаться не на что. Моя увеселительная поездка имела потрясающий успех. Я пыталась заставить его сделать какой-то шаг и, кажется, добилась своего.

— Что вы имеете в виду?

— Альдо звонил мне. — Она посмотрела на телефон, который продолжала держать в руке. — Примерно час назад.

— О черт… Что он сказал?

— Разозлился. Альдо не понравилось, что его подарок не напугал меня. Это было… мерзко. — Она облизала губы. — Он что-то бормотал о том, что мне досталась душа Циры, и о том, как он ненавидел… О боже, он ненавидит мое лицо. Думает, что на него возложена миссия избавить мир от моего присутствия. Вы были правы: каждое убийство было для него символической казнью, когда вместо человека казнят его изображение.

— Но другим жертвам он не звонил и не болтал с ними, — мрачно сказал Тревор. — И не дарил им подарков.

— Никто из них не злил его так, как я. Я сидела здесь и пыталась придумать, как это можно использовать, но пока ничего не придумала. Во-первых, он собирается звонить мне еще. Считает, что это своего рода компенсация за его терпение. И что хуже всего — сказал, что не будет торопиться убивать меня, потому что теперь он может ждать сколько угодно. Ему хочется сломать меня, заставить бояться. — Она стиснула кулаки. — А вот я тороплюсь. Сыта им по горло.

— Сегодня мы сделали большой шаг вперед. Он позвонил вам.

— Этого недостаточно. Альдо верил в свои слова. Он будет ждать, пока ситуация доставляет ему удовольствие. — Она стиснула губы. — Он был… отвратителен. Я никогда не прикасалась к большей мерзости. Ему удалось напугать меня. Я не могу позволить, чтобы это случилось еще раз.

— Можно попросить Куинна проверить учет телефонных разговоров и попытаться засечь его.

Она кивнула:

— Я думала об этом. Но сомневаюсь, что он стал бы звонить, если бы не знал, что это для него безопасно.

— Мы все равно попробуем.

— Конечно. — Она выпрямилась. — Сделаем все, что можем. Вечером я поговорю с Евой и Джо.

— А почему не сейчас?

— Не хочу, чтобы они видели меня в таком состоянии. Поговорю позже. — Беседа с Тревором позволила Джейн справиться со страхом, но ей требовалось отстраниться от случившегося и на время забыть о разговоре с Альдо. Ее взгляд упал на конверт, который держал Тревор. — Вы сказали, что мне пришло письмо?

Он немного помолчал, а потом еле заметно улыбнулся.

— Да. Из Гарварда. Вы посылали туда документы?

Джейн с облегчением поняла, что он нарочно сменил тему.

— Да, подавала. На предварительное зачисление. — Она взяла письмо, но не стала вскрывать. — Может быть, уже приняли. — Джейн бросила конверт на ступеньку. — Было бы неплохо.

— Поразительный энтузиазм.

— Я не уверена, что хочу вступать в Лигу Плюща. Но Джо там учился, и ему нравилось… Вы составили перечень?

Тревор полез в карман и протянул ей листок бумаги.

— Это все, что я сумел вспомнить. Вполне возможно, что он больше ими не пользуется.

— Но может. — Она заглянула в список. — Два из них — итальянские веб-сайты. Один — английской газеты.

— Он два года проучился в Оксфорде. И любил поддерживать связь с Англией.

— А это во Флоренции. «Национе». Тоже газета?

Тревор кивнул:

— Он рос там. Большинство людей продолжает интересоваться своей малой родиной. Кроме того, он часто заходил на сайт римской газеты «Коррьере делла сера».

— А это что?

— «Археологический журнал». Выходит еженедельно. Настоящая библия современного археолога-профессионала.

— Но он учился в театральной школе. Археологом был его отец. Наверное, теперь Альдо к нему не обращается.

— Нет, там часто печатают статьи о Помпеях и Геркулануме. Он этим очень интересуется.

Но Джейн уже перешла к следующему сайту.

— Это опять Рим. Еще одна газета?

Тревор улыбнулся:

— Нет. Один из самых известных итальянских порносайтов. Фотографии чрезвычайно откровенные и эксцентричные. Можно держать пари, что на этот сайт он время от времени заходит до сих пор.

— Эксцентричные? В каком смысле?

— Мне тоже было интересно, куда он залезает. Однажды я взял и проверил. Они специализируются на садомазохизме и некрофилии.

— Изнасиловании мертвых? — Ее передернуло. — Мерзость какая!

— Это только подтвердило мое мнение об Альдо.

— Вы сказали, что он не насиловал свои жертвы после тех первых женщин, убитых в Италии.

— Это не значит, что его не интересовал секс. Может быть, он не считал остальных достойными этого. Или удовлетворялся самим убийством.

Джейн снова облизала губы:

— Женщины, которых он насиловал… Он делал это до или после их смерти?

— После.

— Какая мерзость!

— Согласен. Вы хотите знать что-нибудь еще?

— Если захочу, спрошу. — Она рассеянно просмотрела список до конца. — Остальное я могу себе представить. Вызову входной сайт и получу подстрочный перевод.

— Значит, аудиенция окончена?

— Пока да.

— Мне будет позволено узнать, какого черта вы собираетесь делать с этими сведениями?

Она подняла глаза:

— О да. Вы мне понадобитесь.

— Приятно слышать. — Он хотел уйти, но обернулся. — Ушам своим не верю. Наконец-то вы признали, что в ком-то нуждаетесь.

— Иногда нуждаюсь.

— И когда это случится? Вы можете назвать время?

Она покачала головой:

— Мне нужно подумать и провести несколько поисков.

— И прийти в себя после словесных выпадов Альдо.

— Я уже пришла в себя. — К счастью, это была правда. Она отвлеклась, и это ослабило действие яда Альдо. — Глупо было так расстраиваться. В конце концов, его звонок — настоящая победа. Теперь мы определили его позицию и намерения.

— Я вижу, что заодно определилась и ваша собственная позиция. Эта беседа укрепила вашу решимость двигаться со скоростью света.

— Укреплять мою решимость не требовалось.

— Да, вы и без того скакали галопом. — Он поднял брови. — Не терпится узнать, что из этого выйдет.

— Мне тоже, — сухо ответила Джейн. — Будем надеяться, что это не тупик.

— Если так, то нужно будет вернуться и продолжить поиски выхода.

Жара. Ночь. Нечем дышать. Бег. Рушащиеся стены. Боль.

— Я не хочу возвращаться. — Она стиснула зубы. — Поеду прямо вперед и задавлю ублюдка, если он встанет на моем пути.

Тревор негромко присвистнул.

— Я — за. Обеими руками. — Он начал спускаться по ступенькам. — И даже бульдозер предоставлю. Только скажите.

Она не ответила и еще раз заглянула в список.

Пес шел по тропинке, уныло мотая головой. Джейн была сосредоточена и забыла не только о звонке Альдо, но и о нем, Треворе. Это был сильный удар по мужскому самолюбию.

Что за чушь? Обычные правила игры между мужчиной и женщиной не имели никакого отношения к тому, что связывало его с Джейн.

А жаль.

— Она возбуждена. — Бартлет не сводил глаз с Джейн. — Выглядит так, словно ты сделал ей подарок.

— Можно сказать и так. Только это была не коробка конфет и не букет, а список любимых веб-сайтов Альдо.

— Ясно. — Бартлет серьезно кивнул. — Это куда ценнее конфет, а она не из тех, кто любит сладкое.

— У нее просто не было возможности их распробовать.

Джейн склонилась над списком, а потом потянулась за компьютером. Каждое ее движение было изящным и полным той неосознанной грации, которой можно любоваться всю жизнь. Это была юность, уже лишившаяся подростковой угловатости. Грация и огонь. Она горела, как свеча в…

— Нет, Тревор.

Он посмотрел на Бартлета.

— Что?

Тот тревожно качал головой.

— Она слишком молода.

— Думаешь, я этого не знаю? — Тревор попытался отвести взгляд от Джейн. Это оказалось трудно. — Мой взгляд не может ей повредить.

— Может. Она не статуя и не Цира.

— Нет? — Он скривил губы. — Скажи это Альдо.

— Я говорю тебе. — Бартлет насупился. — Хотя не должен был бы. Ты можешь сделать ей больно.

Тревор горько усмехнулся.

— Она бы с этим не согласилась. Наоборот, будет всячески доказывать, что скорее уделает меня.

— Но ты-то знаешь, что это неправда. Осторожность приходит с опытом, а ей всего семнадцать.

Тревор начинал злиться.

— О чем речь? Я уже сказал, что ничего не собираюсь делать. Только смотреть.

— Хочется верить!

— Можешь не сомневаться. — Тревор пошел по тропинке. — Я вернусь через час и сменю тебя. Она весь день дразнила Альдо, и тот зол как черт. Я хочу быть рядом, если он вдруг выпрыгнет из табакерки.

ГЛАВА 13

— Ты следила за мной весь вечер. Я чувствовала себя букашкой под микроскопом. — Ева подняла голову и посмотрела на Джейн. — Что-то не так? Ты все еще расстроена из-за звонка Альдо?

— Немного. — Джейн дернула плечиком. — Сама понимаешь, его слова засели у меня в голове.

— Можешь не говорить. Я тоже никак не могу прийти в себя.

— Но забываешь обо всем, как только погружаешься в работу. Это настоящее благословение, правда?

— Труд — лучшее лекарство. — Ева нахмурилась. — Ты так огорчилась, что решила отвлечь меня от полезной деятельности?!

Джейн покачала головой:

— Просто подумала, что ты уже заканчиваешь.

— Завтра. А могла бы закончить сегодня, если бы днем не потащилась с тобой.

— Ты же сама не возражала.

— И не буду. Твоя жизнь дороже определения личности этой бедной девочки.

— Как ты ее назвала?

— Люси. — Руки Евы порхали вокруг черепа, тщательно измеряя расстояние между глазами черепа. — Чикагская полиция считает, что она может быть тем ребенком, который пропал пятнадцать лет назад. Должно быть, ее родители пережили адские муки.

— Как ты.

Ева не стала спорить.

— По крайней мере, я могу вернуть детей другим родителям. Какая ни есть, а все же определенность.

— Чушь! Никакое знание не спасает от боли.

— Не спасает. — Ева еле заметно улыбнулась. — Можно узнать, почему моя работа заинтересовала тебя именно сегодня вечером?

— Она всегда меня интересовала. Правда, немного жутковато, но это твое дело.

— Жутковатое дело.

— Это твои слова. — Джейн улыбнулась. — Я бы не осмелилась. Значит, завтра Люси снова вернется в Чикаго?

— Возможно. — Ева подняла брови. — Ты хочешь, чтобы я как можно быстрее закончила восстанавливать ее лицо?

— Наверное. Я просто сидела здесь и думала… — Она пристально посмотрела на череп. — Какая она… на ощупь?

— Иными словами, что я чувствую, когда прикасаюсь к ее лицу? — Ева помолчала, собираясь с мыслями. — Во всяком случае, не страх. Я столько раз это делала, что уже не задумываюсь.

— А что ты чувствовала на первых порах? Жалость?

— Да. А еще бессильный гнев и печаль. — Она бережно погладила Люси по щеке. — И величайшее желание вернуть ее домой. Для меня всегда был важен дом. На свете слишком много потерявшихся.

— Ты уже говорила это. Как ты думаешь, ее душа действительно где-то бродит и хочет вернуться?

— Не знаю. Может быть. Во всяком случае, этого хочу я. — Ева наложила на лоб Люси тонкий слой глины. — А теперь иди спать и дай мне поработать, иначе я не закончу никогда.

— Ладно. — Джейн встала. — Просто мне было интересно.

— Джейн…

Та слегка обернулась.

— Почему именно сейчас? — спросила Ева. — До сих пор ты не слишком интересовалась моей работой.

Джейн повернулась к ней лицом:

— До сих пор я не слишком задумывалась над тем, что могу умереть молодой. Поневоле начнешь размышлять над тем, что тебе предстоит.

— Сейчас тебе предстоит только одно: долгая и счастливая жизнь.

— Можешь не волноваться, пессимистка из меня не получится. Сама не знаю, откуда взялись эти мысли. Я сидела, следила за тобой и думала о чем-то совершенно другом, как вдруг… — Она сделала паузу. — Цира — тоже одна из потерявшихся. Похоже, никто не знает, что с ней случилось. Наверное, она умерла во время извержения.

— Джейн, это было две тысячи лет назад.

— Разве время имеет значение? Пропавший всегда остается пропавшим.

— Только для тех, кто его знал. Здесь играет роль личная связь. Вы должны быть знакомы.

— Не согласна. — Джейн подняла руку, прикоснулась к собственной щеке и провела пальцем к виску. — Вот она, личная связь. У нее мое лицо.

— И поэтому тебя так волнует, что она пропала без вести?

— Не знаю. Может быть, она вовсе не пропала. Может быть, ее не убили. Может быть, Цира дожила до ста лет и была окружена праправнуками.

— Вполне возможно.

— Да. Но я спросила себя: а вдруг ты права и потерявшиеся души действительно страстно стремятся вернуться домой? А вдруг Цира с помощью этих снов пыталась сказать: «Найди меня и отведи к месту последнего упокоения»?

— Так вот о чем ты думаешь? Тогда должна сказать, что твоя гипотеза совершенно нереальна.

— Потому что это твой долг. — Джейн немного помолчала. — Я больше не знаю, что реально, а что нереально. И ты тоже. Во всем этом столько же смысла, сколько в мыслях о том, что я воспринимаю чьи-то психические волны. — Она вдруг стала строгой и серьезной. — Мне нужна помощь гида. Ты не могла бы спросить Бонни, что со мной случится?

— Это шутка?

— Разве я стала бы так шутить? Она же существует в твоем мире, куда мне нет доступа. Просто я подумала, что ты могла бы подключить ее к работе. Ладно, не думай об этом. Сделаем все сами. Но постарайся закончить Люси сегодня.

В своей комнате Джейн бросилась к ноутбуку и нашла сайт «Археологического журнала». Это оказалось ужасно скучно. Было трудно представить себе, что такой псих, как Альдо, способен находить там что-то интересное. В последнем номере о Геркулануме статей не было.

Она собралась с силами, сделала глубокий вдох и получила доступ к порносайту. Джейн уже просматривала его, но должна была удостовериться… Через пять минут ей пришлось выйти оттуда. Ужасно! О господи, неужели на свете есть люди, которым это нравится? Ладно, проехали. Переходи к следующему сайту. Все эти сайты имеют отношение к Альдо, и картина с каждой минутой становится яснее.

Она закончила работу над последним сайтом из списка Тревора в три сорок два ночи, откинулась на спинку стула и попыталась справиться с возбуждением. Неужели получится?

Во всяком случае, шанс есть. Успех будет зависеть от многих факторов, в том числе и от везения.

Проклятие, неужели они этого не заслужили?

Она взяла мобильник и начала набирать номер.


Ева и Джо сидели за столом и завтракали. Комната была залита ярким солнечным светом. Тепло. Уютно. Безмятежно. Темный мир Альдо, в который Джейн погрузилась нынешней ночью, был совсем другим.

Джейн остановилась в дверях и на мгновение снова погрузилась в свои мысли! Прекрати! Ты уже приняла решение. Не отступай.

— Доброе утро. — Она заставила себя сделать шаг вперед. — Джо, я вчера не слышала, когда ты пришел. — Джейн подошла к холодильнику и достала апельсиновый сок. — Поздно вернулся?

— Да. — Он сделал глоток кофе. — Но ты должна была слышать меня. Из-под твоей двери пробивался свет.

— Я была занята. — Джейн наполнила стакан. — Ева, как продвигается работа над Люси?

— Я закончила. — Ева слегка улыбнулась. — Как приказала госпожа.

— Ты знаешь, что я бы никогда… — Она осеклась, увидев всепонимающий взгляд Евы. — Значит, освободилась?

— Освободилась. А что?

— Я должна была убедиться в этом. — Она поднесла стакан к губам. — Ты мне понадобишься. — Джейн повернулась к Джо. — И ты тоже.

— Спасибо за честь, — иронически ответил он. — Ты удостоишь нас своего доверия или мы должны догадаться сами?

— Я бы сказала вам, но сначала мне самой нужно было удостовериться… — Она облизала губы. — Я была сбита с толку. Слишком многих кусков недоставало, и мне пришлось заполнять пробелы. Иначе вы разозлились бы на меня. Я не могла этого допустить.

— О чем ты говоришь, черт побери?

— Мы не можем сидеть и ждать, когда Альдо придет за мной. Вот я и подумала: а нельзя ли выманить его из убежища? Но после разговора с ним поняла, что заставить его потерять власть над собой может только очень сильное средство. Иначе он будет сидеть и ждать. А я этого не вынесу. Мы должны спровоцировать его.

— Мы и так его преследуем, — резко сказал Джо. — По-твоему, почему я просиживаю на участке по восемнадцать часов в день? Мы собираем информацию, ищем свидетелей, сопоставляем их показания. И рано или поздно возьмем его.

— Но это сводит тебя с ума. Ты предпочитаешь действовать по-другому, — возразила Джейн. — Тебе тоже хочется пуститься за ним в погоню.

— Так надежнее — больше шансов его поймать.

— А он никуда не торопится. Решил, что нашел Циру и отныне будет ждать подходящего случая. Играть в кошки-мышки можно годами. А мне время дорого. Я хочу жить полной жизнью. — Она повернулась к Еве. — Кажется, я знаю, как выманить . его. Но вы должны мне помочь.

—Как?

Что ж, по крайней мере, ее слушали.

— Подождите минутку. — Она пошла к входной двери. — Сегодня ночью я позвонила Тревору и попросила его прийти. — Она махнула рукой Тревору, который стоял снаружи и разговаривал с Бартлетом. — Он нам понадобится.

— Ты все рассказала Тревору раньше, чем нам? — спросил Джо.

Она покачала головой:

— Это было бы нечестно. Я просто сообщила ему, что готова.

— Готова к чему? — насторожился Куинн.

— Успокойся и слушай, — негромко сказала ему Ева. — Сейчас она все расскажет.

— Это может сработать, — сказала Джейн. — Ей-богу. — Она повернулась к вошедшему Тревору. — Скажите Джо, что мы не устраивали заговор за его спиной.

Тревор пожал плечами.

— Я пришел, потому что получил королевское приглашение. Отдал список, который она попросила составить, и меня отослали восвояси.

— Какой список?

Тревор кивком показал на Джейн.

— Пусть сама рассказывает.

— Альдо — компьютерный наркоман. Тревор обнаружил, что им движет не только страсть к убийствам. И составил список сайтов, которые Альдо посещал чаще всего.

— Передай его мне.

— Передам. Когда закончу. — Она повернулась к Еве. — Но самая главная страсть Альдо — стремление отомстить Цире.

— Точнее, всем, кто похож на нее.

— Для Альдо они все — воплощения Циры.

— Ну и что?

— А если у него появится возможность отомстить настоящей Цире?

Ева нахмурилась:

— Как это?

— В Помпеях и Геркулануме находили не только скелеты, но и почти полностью сохранившиеся тела. Как поступит Альдо, если узнает, что во время раскопок фойе театра Геркуланума археологи обнаружили скелет женщины, которая погибла в день извержения?

— Циры?

Тревор тихо присвистнул:

— Мать честная!

— Тревор, вы говорили, что Юлий заказал несколько статуй Циры. Если она действительно была знаменитостью, не так уж трудно предположить, что одну из них могли найти в фойе театре, где она умерла. Разве упоминание о статуе не вызовет у Альдо острого интереса?

— Несомненно, вызовет.

— Конечно, мы не можем объявить о находке немедленно. Придется устроить утечку информации так, чтобы это выглядело правдоподобно.

— Как? — спросила Ева.

— С помощью веб-сайта, о котором я ей рассказал, — ответил Тревор. — Три из них принадлежали газетам. Один — археологическому журналу. Кажется, она намекает на то, что я мог бы слегка подправить его содержание.

— Да уж, на это вы мастак! — саркастически бросил Джо.

— Ему может потребоваться твоя помощь, — вмешалась Джейн. — Мы же не хотим, чтобы его засекли и заставили публично признаться в фальшивке. Если ты сможешь уговорить полицию проигнорировать протесты издателя, то все будет в порядке.

— Зачем этому ублюдку гоняться за какими-то древними костями, если у него есть ты? — спросила Ева.

— Он отбил лицо у статуи Циры еще до того, как начал убивать женщин. По его собственным словам, он был уверен, что убил ее, когда взорвал тот тоннель. Но Альдо слишком долго жил рядом с ее изображением, и для него она все еще жива. — Джейн сделала паузу. — Во время разговора с ним я поняла почему. Все дело в ее лице. Когда он видит лицо, напоминающее лицо Циры, это вызывает воспоминания, а воспоминания вызывают в нем стремление убивать. Он не выносит даже возможности увидеть ее лицо. Это означает, что она еще где-то существует. Что будет, если мы ткнем Альдо лицом в его собственную фобию? Если имя Циры будет у всех на устах? Если в каждой газете и на каждом телеэкране появится ее лицо? Если она станет такой же знаменитой, как Нефертити?

— Гениально, — пробормотал потрясенный Тревор.

— Надеюсь. — Джейн скорчила гримасу. — Один из его любимых интернет-сайтов — порнографический, посвященный некрофилии. Нетрудно предположить, что он так и подскочит, узнав, что есть возможность надругаться над ней.

Ева вздрогнула:

— Трудно поверить, что он способен… — Она покачала головой. — Настоящее чудовище.

— Но мы должны быть уверены, что этому искушению он не сможет сопротивляться. Приманка должна быть двойной.

Ева напряглась:

— Продолжай.

— Я должна быть там. Мы с Цирой должны быть вместе.

— Нет! — тут же воскликнул Джо.

Ева пристально посмотрела в лицо Джейн:

— Почему?

— Потому что я не уверена, что тяга к Цире сегодняшней окажется слабее тяги к Цире прошлой. Но, если мы будем вместе, он решит, что сможет одним махом покончить с нами обеими. Раз и навсегда уничтожить останки Циры и убить меня.

— Если Джейн отправится в то место, где найдены останки Циры, Альдо выскочит из штанов, — сказал Тревор. — После восстановления эта история получит известность, ее раздуют, и в средствах массовой информации появятся новые лица.

— Восстановления… — задумчиво повторила Ева.

— Я ему ничего не говорила, — быстро сказала Джейн. — Просто он понял ход моей мысли.

— А теперь дошло и до меня, — промолвила Ева. — Хитро.

— Главная здесь ты. Если бы ты действительно сделала реконструкцию скелета, Цира стала бы известной на весь мир. Более страшной угрозы для Альдо не существует.

— Продолжай.

— Сколько раз тебя приглашали делать такую работу для зарубежных музеев? Если бы кто-то постучался к тебе в дверь и попросил засвидетельствовать, что это действительно скелет Циры, в этом не было бы ничего удивительного.

Тревор согласно кивнул:

— Как и в том, что вы согласитесь взяться за это дело. Альдо знает, что я рассказал вам о его отношении к Цире, ставшем мотивом для серийных убийств.

— Так же, как мы знаем о ваших собственных мотивах, — иронически сказал Джо.

— Скажите спасибо, что эти мотивы оказались такими сильными, — парировал Тревор. — Вам предстоит вторгнуться на мою территорию. Посмотрим, как вы обойдетесь без моей помощи.

— На вашу территорию?

— Мошенничество, — улыбнулся Тревор. — Сложное, очень хитрое мошенничество.

— И вы предвкушаете его с наслаждением.

— Можете не сомневаться. — Он повернулся к Еве. — Джейн права. Теперь все будет зависеть от вас. В каждой лжи должна быть доля правды, иначе ей никто не поверит. Вы будете нашей путеводной нитью.

— Я должна быть польщена?

— Вы считаете меня дураком? Я знаю, что умасливать вас бесполезно. Просто констатирую факт.

Какое-то время Ева молчала:

— Вы думаете, из этого что-нибудь получится?

— Я думаю, что шанс есть. Джейн нашла способ использовать слабость Альдо. Но есть одна сложность. Нужно подкинуть дезинформацию так, чтобы он ни о чем не догадался.

— Вы возьмете это на себя?

— Более квалифицированного специалиста я не знаю.

— Я тоже, — сказала Джейн. — И поэтому позвала вас.

— По-моему, все это выглядит очень сомнительно, — пробормотал Джо.

— Мне все равно, как это выглядит, — ответила Джейн. — Главное — вытянуть Альдо на свет божий.

— Что именно мы должны сделать, чтобы привлечь его внимание?

— Нам придется играть на слух и импровизировать, — ответила Джейн. — Заманить его в ловушку будет трудно, и все же мы будем на шаг впереди. Пока Альдо считает, что у нас есть то, что нужно ему, преимущество нам обеспечено. Ему нужны Цира и я. Ему придется играть на нашем поле. Если мы заставим Альдо выйти из тени, то сможем поймать его на ошибке. — Выражение лица Джо оставалось непроницаемым… Джейн с жаром добавила: — Именно это ты пытался сделать, когда последовал за ним в Шарлотт и Ричмонд, верно? Но только на этот раз мы заставим его потерять равновесие. Во-первых, это даст нам шанс, а во-вторых, это самый безопасный вариант для меня.

— Чушь собачья!

— Ладно, пусть так, но это положит конец кошмару. Если мы ничего не сделаем, Альдо будет портить нам нервы до самой смерти. — Она повернулась к Еве. — Помоги мне.

Ева посмотрела на нее, а затем покачала головой:

— Не торопи. Эта идея пугает меня до судорог. Мне нужно время. — Она поднялась на ноги. — Вставай, Джо. Прогуляемся до озера и поговорим.

— Ева…

— Джейн, тебе придется подождать. В чем-то ты уже взрослая, но нетерпелива как ребенок. Что бы ты ни сказала, я не передумаю. Мы с Джо пораскинем мозгами и решим, как быть. — Она пошла к двери, которую Джо держал открытой. — А потом сообщим.

Джейн смотрела им вслед, сжав кулаки.

— Почему они не понимают, что другого выхода нет? — пробормотала она. — Это же ясно как дважды два!

Тревор улыбнулся.

— О боже, они правы. Вы действительно еще ребенок. Я ужасно рад, что это выплыло наружу. Мне требовалось напоминание.

—Что?

— Не обращайте внимания. Мне тоже все ясно. План хорош, а если мы как следует подумаем, то найдем способ обеспечить вам безопасность. Вашим родителям придется принять нашу точку зрения. — Он открыл дверь. — Давайте выйдем и дождемся их.

— Ладно, твоя взяла, — сказал Джо, когда они с Евой через час вернулась домой. — Но ты ничего не будешь предпринимать без предварительного согласования с нами. Это будет командная игра. Иначе мы выдернем вилку из розетки.

Джейн ощутила облегчение.

— Я и не собиралась выходить на рельсы одна, — сказала она. — План основан на объединении усилий.

— Именно поэтому мы и согласились, — ответила Ева. — Потому что иначе ты набросишься на него одна. Причем с голыми руками.

— Разумно, — пробормотал Тревор.

— Я бы этого не сделала. Сама знаешь, — обиженно буркнула Джейн.

— Но ты не сказала, что это невозможно. — Ева покачала головой. — Я тебя знаю. Думаешь, я не понимаю, что к чему?

— Если бы такое и случилось, то по чистой случайности. — Джейн пожала плечами. — Теперь этот разговор не имеет смысла. — Она повернулась к Тревору: — Как начнем?

— Медленно. — Он улыбнулся, увидев ее досаду. — Терпение — золото.

— Плевать я хотела на ваше терпение! — зло огрызнулась она. — Меня тошнит от людей, которые считают, что признаком зрелости является жизнь по принципу «тише едешь — дальше будешь»!

Тревор хмыкнул:

— Ничего другого я и не ждал. — Он повернулся к Джо и Еве. — Мне нужно кое-что уточнить у вас обоих. Я сварил кофе. Давайте посоветуемся. — Он открыл дверь и сделал приглашающий жест. — Пока мы стояли и ждали вас, мне в голову пришли кое-какие мысли. Хочется поскорее приступить к делу. — Тревор покосился на Джейн. — Честно говоря, терпение не относится к числу моих достоинств.

Джейн поняла это по выражению его лица. Тревором владели азарт и возбуждение. За это она чуть не простила ему покровительственный тон.

Но «чуть» не считается.

— Как это по-детски, — уронила она и прошествовала в дом.

Не дожидаясь, пока Джейн закончит разливать кофе, Ева спросила Тревора:

— Итак, что вы хотите знать?

— У вас есть какая-нибудь связь с итальянскими судебными органами?

— Нет. Я немного работала с судебными экспертами в Дублине, но других связей в Европе у меня нет.

— А с древними черепами вы работали?

— Мне присылали череп из Египта. Предполагали, что это Нефертити.

— А оказалось не так?

— Эксперты считали, что это возможно, но реконструкция получилась не похожей на статую.

— Значит, у вас есть необходимая для этого квалификация. Нефертити… Отлично! — Тревор взял протянутую Джейн чашку. — Кто обращался к вам за помощью? Музей? Правительство?

Она покачала головой:

— Руководитель раскопок. Он американец. Я работала с черепом, который он обнаружил во время раскопок стоянки индейцев навахо в Аризоне.

— Как его зовут?

— Тед Карпентер.

— Где он сейчас?

— Понятия не имею. Но сомневаюсь, что в Геркулануме.

— Я тоже. Это было бы слишком большим везением. Но археолог — профессия довольно редкая, и все они знают друг друга. Если бы вы могли убедить его связаться с одним из археологов, работающих в Геркулануме…

— То что?

— В каждой лжи должна быть доля правды? — Джейн села на ручку дивана.

Тревор кивнул:

— Альдо будет тщательно проверять каждое сообщение о Цире. Если мы объявим, что некий археолог совершил открытие и предложил Еве сделать реконструкцию, то должны быть уверены, что он сможет подтвердить это.

— И как мы это объявим? — спросил Джо.

— Осторожно. На это уйдет несколько недель.

— Сколько именно? — осведомилась Джейн.

— Сколько понадобится.

— Ну хотя бы примерно.

— Три… может быть. Если все пойдет хорошо. — Он повернулся к Джо. — Тогда сегодня мне придется вылететь в Геркуланум и проложить дорожку. В хитром плане Джейн есть несколько узких мест. Во-первых, раскопки в районе театра контролируются итальянским правительством. Вы сможете вытащить меня из тюрьмы, если тамошняя полиция заинтересуется моей персоной?

— Постараюсь, — ответил Джо. — Хотя несколько дней, проведенных за решеткой, пошли бы вам на пользу.

— Но они не пойдут на пользу Джейн. Она хочет, чтобы все закончилось как можно скорее.

— Что еще? — коротко спросил Джо.

— Я собираюсь начать с «бегущей строки» в сайтах газет, которые любит Альдо.

— Вы действительно хотите изменить текст? — спросила Джейн. — Как это можно сделать?

— Это непросто. Возможно, придется не только вломиться в сайт, но и переформатировать страницы.

— Без ведома газеты?

— Корректоры сначала вычитывают материалы, потом их передают во «всемирную паутину», а там их сканируют. Если внести изменения через пять-шесть часов после передачи, разницу никто не заметит. В конце концов, я не меняю сообщение, а просто добавляю новое. Рано или поздно они спохватятся, но до того пройдет несколько дней.

— А что будет, когда это случится? — спросил Джо.

— Зависит от вас. — Тревор улыбнулся. — Используйте свое влияние, власть или сыграйте на их алчности. Черт побери, пообещайте им эксклюзивное интервью.

— Всем трем газетам сразу?

— Я бы пообещал. Придется походить по канату, но от этого жизнь становится интереснее.

— Если так, то самая интересная жизнь у преступников, — кисло ответил Джо. — Для слежения за «бегущей строкой» нужен постоянный мониторинг, а мы даже не уверены, что он продолжает читать эти газеты.

— Достаточно и одной. Если Альдо увидит упоминание о Цире в сайте одной из газет, есть шанс, что он обратится за подтверждением к другим. — Тревор задумчиво прищурился. — Но археологический журнал — это совсем другой коленкор. Долго втирать им очки не удастся. Это издание сугубо профессиональное и весьма заботится о своей репутации.

— И что вы будете делать? Махнете на их сайт рукой?

Он покачал головой:

— Нет, без них нам не обойтись. Если такой уважаемый журнал проигнорирует сообщение об этой сенсационной находке, все пойдет насмарку. — Тревор пожал плечами. — Придется поломать голову. — Он поставил чашку. — Пора браться за газеты.

— Как? — спросила Джейн.

— Я начну с двух итальянских. Это будет логично. Просто маленький параграф в конце страницы «Наука». Сначала появится сообщение о новой находке, но без подробностей. Очень сухое и краткое. В следующем будет сказано о театре и о том, что скелет женский. Потом пропустим несколько дней и дадим новое сообщение, более подробное. В том числе и об обнаружении статуи в фойе театра.

— Наживка? — спросила Ева. Тревор кивнул.

— Если я все сделаю правильно, он либо начнет рвать на себе волосы, либо к концу недели изойдет слюной.

— А такая находка не привлечет к себе слишком большое внимание?

— Нет, если место раскопок хорошо охраняется. Они не заинтересованы в том, чтобы вокруг шныряли воры и репортеры. И Альдо прекрасно это знает по опыту отца.

— Но ведь раскопки в районе театра действительно продолжаются. Сообщение об обнаружении фойе вызовет большой шум. Не понимаю, как мы будем выходить из положения.

— Я бы не сумел это сделать, если бы не одна особенность этих раскопок. Тоннелей там видимо-невидимо. Одни использовались для доступа к сцене и почетным местам. Другие, выкопанные прежними археологами, нанесены на карту. Третьи проделаны мошенниками, выносившими артефакты из театра. Если обнаружится, что к фойе ведет один из таких воровских ходов, на которые до сих пор не обращали внимания, в этом не будет ничего необычного. Но нам нужен человек, который сможет подтвердить сообщение о находке и одновременно прикрыть нас.

— Значит, вы хотите, чтобы я связалась с Тедом немедленно?

— Если это возможно. Постарайтесь убедить его.

Ева поморщилась.

— Это не мой стиль.

— Делайте что хотите. Нам позарез нужен контакт с кем-то из археологов. Причем как можно скорее.

— И какую байку я должна ему рассказать?

— Если он ваш друг, расскажите ему правду. Но тогда он сам должен будет придумать, что сказать археологу, который подтвердит сообщение. Вся правда может быть слишком опасна.

— Тогда что должен сказать этому человеку Тед?

Тревор задумался.

— Пусть скажет, что он сам нашел статую и скелет в тоннеле на севере города, но сделал ошибку, не получив правительственного разрешения на раскопки. Ради поддержания хороших отношений с итальянскими властями он готов поделиться и славой первооткрывателя, и доходами. После утечки информации Альдо заподозрит, что найден тоннель Пресебия. Во всяком случае, это будет правдоподобно. — Тревор поднялся. — Вечером я улетаю в Италию. Куинн, я свяжусь с вами, когда сделаю вставку.

— Премного благодарен, — язвительно ответил Джо. — Лично я ненавижу работать с закрытыми глазами. Но теперь понимаю, что вам это только на руку.

— Еще одна шпилька? — усмехнулся Тревор. — Я мог бы обидеться, но знаю, что вам хочется сделать этот шаг не меньше, чем мне. Если мы начнем ставить друг другу палки в колеса, это не пойдет на пользу делу, правда? — Он повернулся к Джейн. — Мы сделаем все, чтобы как можно скорее отправить вас в Геркуланум. Остыньте немного, ладно?

— Нет, не ладно. А что буду делать я?

— Вы свое дело сделали. Составили план. А мы — только исполнители.

Она покачала головой.

— Если же вам хочется что-то делать, поезжайте в гипермаркет и снова подразните Альдо. Пока вы будете отвлекать его, я займусь веб-сайтами.

— Нет, — решительно сказала Ева.

— Потерпите немного. Держу пари, как только Альдо прочитает первые газетные заметки, ему станет не до Джейн. Он будет сбит с толку, растерян и попытается придумать, что делать дальше.

— Может быть, — ответила Ева. — Вам мало, что мы отвезем Джейн в Геркуланум и подставим ее под удар?

— Не подставим. Придумаем, каким образом обеспечить ей безопасность в Италии. Это мое дело. Которым я займусь сразу же, как только окажусь на месте. А ваше дело — обеспечить ей безопасность здесь. До тех пор, пока не получите волшебное приглашение приехать и заняться вашим колдовством. — Он начал спускаться по ступенькам. — Чем скорее вы убедите этого Карпентера позвонить своему знакомому, тем быстрее мы двинемся вперед.

— Никто не спросил, хочу ли я ехать в этот проклятый гипермаркет! — сердито воскликнула Джейн. — Я не ребенок, которому следует заниматься пустяками, в то время как все остальные делают что-то важное! — Она обогнала Тревора и преградила ему дорогу. — Я не собираюсь дразнить Альдо. Это было бы слишком грубо. Необходимо действовать тоньше. Нам нужно, чтобы Альдо сосредоточился на Цире, а не на мне. Поэтому я буду торчать здесь и умирать со скуки. Но три недели — это крайний срок. Учтите!

Он поднял руку к виску и насмешливо отдал честь.

— Есть, сэр. Разрешите выполнять?

— Выполняйте. Будете регулярно звонить и держать меня в курсе дела.

— С удовольствием. — Он улыбнулся. — Каждый вечер. Обещаю.

— Только попробуйте обмануть!

— Не обману. — Он быстро пошел по тропинке. — Я буду скучать по вашему голосу, распекающему меня на все корки…

* * *

— Я еду с тобой? — спросил Бартлет, следя за тем, как Тревор забрасывает чемодан в багажник взятой напрокат машины. — Я не говорю по-итальянски, но понял, что это не играет особой роли. Главное — умение общаться. Я всегда умел сделать так, чтобы меня понимали.

— Не сомневаюсь. — Тревор сел за руль. — Нет, ты не едешь. Если я пойму, что без тебя не обойтись, позвоню. Но ты нужен мне здесь. Не спускай глаз с Джейн.

— Это сделает Куинн.

— Но он не будет звонить мне и докладывать обо всем подозрительном. Куинн захочет заняться этим сам.

Бартлет задумался:

— Это верно. Может быть, я действительно нужнее здесь. — Он вздохнул. — Но поехать с тобой куда заманчивее. Должен признаться, рядом с тобой намного интереснее.

— А сколько раз ты говорил, что будешь рад избавиться от меня и снова начать спокойную жизнь без всяких приключений?

— Наверное, ты меня испортил. Нет, не дай бог. — Когда двигатель завелся, Бартлет сделал шаг назад. — Я воспользуюсь этим временем, чтобы подумать и оценить твое влияние на меня. Можешь быть уверен, я сделаю все, чтобы Джейн ничто не грозило. Береги себя.

— И ты тоже. — Тревор немного помолчал. — Не делай глупостей. Если увидишь что-нибудь подозрительное, сразу связывайся с Куинном.

— Конечно. Следить и докладывать. Я слишком большая ценность, чтобы жертвовать собой. — Он повернулся к коттеджу. — И ты тоже. Тебе пристало быть осторожнее.

— Пристало? О боже всемогущий, какое старомодное слово!

— Я и сам старомодный. И был бы тебе очень признателен, если бы ты не смеялся надо мной.

— И не думал. — Тревор нажал на педаль и тронулся вперед. — Иначе армия твоих поклонниц погналась бы за мной с мачете.

ГЛАВА 14

— В «Национе» ничего нет, — пробормотала Джейн, не сводя глаз с экрана монитора. — Ни слова.

— Прошло только два дня, — сказала Ева. — Я не знаю, как залезть в защищенный веб-сайт, но думаю, что двух дней для этого мало.

— Тогда почему он не позвонил и не сказал, что у него трудности? Он говорил, что на подготовку уйдет всего три недели.

— Приблизительно. Ты сама поставила такое условие.

Джейн надула губы:

— Да нет. Просто мне хотелось слегка подтолкнуть его.

— По-моему, он в этом не нуждается. Когда он уезжал отсюда, то мчался так, что из-под колес щебенка летела.

— Лишь бы он не утратил прыть в… Ага, вот оно! — Джейн подалась вперед, дрожа от возбуждения. — Крошечная заметка в конце пятой страницы.

— Где? — Ева подошла и посмотрела на экран поверх плеча Джейн. — Всего четыре строчки.

— Так и надо. Этого достаточно, чтобы привлечь внимание Альдо и вызвать у него любопытство, но недостаточно, чтобы броситься в глаза. — Джейн выключила флорентийский сайт и перешла к римской газете. — Если бы он включил туда что-то еще, это могло бы вызвать подозрения.

— Твоя похвала наверняка доставила бы ему удовольствие.

— Плевать ему на мое мнение. — Джейн просматривала заметки. — Но он умен, правда? Наверное, это очень трудно… Есть! — Она улыбнулась. — Ссылка на Ассошиэйтед Пресс. Создает впечатление, что это перепечатка из флорентийской газеты. — Она включила сайт лондонской «Таймс» и через десять минут с досадой покачала головой. — Ничего.

— Дай ему передохнуть. Два сайта из трех — тоже неплохо.

— Да, наверное. — Она откинулась на спинку дивана. — По крайней мере, хоть какой-то прогресс… Ты дозвонилась до своего Карпентера?

— Тед в Гайане. Вчера я оставила ему сообщение, но он еще не перезвонил. Попробую связаться с ним позже. — Джейн хотела что-то сказать, но Ева покачала головой. — Позже, — повторила она. — Я все сделаю.

— Извини. Я не хотела наступать тебе на пятки. — Джейн скривила губы. — Беда в том, что мне ничего не позволяют делать самой. Это сводит меня с ума. Хочется рвать и метать. — Она встала и пошла к крыльцу. Тоби увязался следом. — Хочу подышать свежим воздухом. Если будут новости, сообщи.

— Сообщу. — Через секунду Ева неохотно буркнула. — Ладно, черт побери, сейчас позвоню.

Лицо Джейн озарила ликующая улыбка.

— Спасибо.

— Пожалуйста. Но не думай, что можешь управлять мной.

Джейн покачала головой:

— Ни за что.

Она закрыла дверь. Слава богу, что-то началось! Медленно, со скрипом, но началось; и это внушало надежду. Джейн было бы легче, если бы она тоже могла подключиться, но ничего, она подождет.

Может быть.

— Тревор не звонил вам? — спросил стоявший на тропинке Бартлет.

— Нет. А вам?

Бартлет покачал головой:

— Я и не ждал этого. Когда он берется за дело, то превращается в настоящий вихрь. Запросто может забыть о моем существовании.

— Если так, то почему вы подумали, что он станет звонить мне?

— Потому что о вас он думает все время. И ни за что не забудет.

Джейн скорчила гримасу:

— Он думает об Альдо, а не обо мне.

Бартлет улыбнулся:

— Может быть, вы и правы. Мне уже доводилось ошибаться. — Он пошел по тропинке вперед. — Но когда Тревор позвонит, скажите мне, ладно?

Если позвонит, мысленно поправила его Джейн. Он обещал звонить ей каждый вечер, но не сдержал слово. Да, конечно, он был очень занят, и эта работа уже принесла плоды. Но слово есть слово. Как ни странно, ей было одиноко. Она не понимала, до какой степени привыкла к тому, что Тревор всегда был рядом, приносил по вечерам почту и время от времени махал ей рукой, когда разговаривал с Сингером или Джо. Он стал частью привычного уклада жизни, а теперь этот уклад разрушился.

Вот и хорошо! Не нужен ей никакой уклад, учитывающий присутствие такого ненадежного типа. И все же ее тело реагировало каждый раз, когда Тревор оказывался поблизости. Джейн не была наивной. Она понимала, что это физическое влечение, но ощущение было для нее новым, и она не знала, что делать с этим возбуждением.

Впрочем, Джейн не так уж любила покой. Джейн вспомнила то время, когда она дрессировала Тоби. Бесконечные приключения, волнения и смех. Она поняла, что улыбается. Тревору такое сравнение не польстило бы. Тем более что дрессировке он не поддавался. Да у нее и в мыслях не было…

И тут зазвонил телефон.

— Ну что, видели вставку? — спросил Тревор. Сердце Джейн гулко забилось.

— Да. А почему ничего нет в английской газете?

— О боже, как с вами трудно. — В его голосе слышалось раздражение. — Дайте мне еще двадцать четыре часа. С английской прессой нужно быть осторожнее. Если только это не «Сан». Там клюют на любую сенсацию.

— Альдо читает «Таймс», а не «Сан».

— Я пошутил.

— Угу. — Джейн сделала паузу. — Вы хорошо поработали.

— Сквозь зубы сказала она.

— Вам моя похвала не требуется.

— Кто сказал? Я тоже люблю, когда меня гладят по шерстке. А поскольку возможность поговорить с вами предоставляется мне нечасто, я этим пользуюсь… — Тревор продолжил, не дав ей ответить: — Ладно, это к делу не относится. Не обращайте внимания. Ева говорила с Тедом Карпентером?

— Нет еще. Он в Гайане и не ответил на ее звонок. Сейчас Ева пытается снова связаться с ним. — Джейн встала. — Может быть, уже поговорила. Пойду посмотрю.

— Вы на веранде?

— Да. А что?

— Я далеко от вас. Вокруг меня развалины и мелкие торговцы, расхваливающие свой товар. Приятно представить вас у озера. Красиво, знакомо, маняще…

Почувствовав знакомый прилив странного тепла, Джейн быстро сказала:

— Ева уже закончила. Хотите поговорить с ней?

—Да.

— Ева… — Джейн передала ей телефон. — Это Тревор.

Ева внимательно посмотрела на нее.

— Я только что закончила разговаривать с Тедом. Он сказал, что нам нужно поговорить с профессором Гербертом Зонтагом. Зонтаг ведет раскопки в Геркулануме уже пятнадцать лет, хорошо известен и пользуется доверием у итальянских властей. Там у него настоящее маленькое королевство. Наверное, это единственный человек, который в состоянии нам помочь. Тед несколько раз встречался с ним на симпозиумах и говорит, что есть археологи и более талантливые, но специалист он выдающийся. Завтра Тед позвонит ему, расскажет историю, которую вы сочинили, и попросит помощи. — Она поморщилась. — Не торопитесь благодарить. Тед меня не слишком обнадежил. Он не уверен, что Зонтаг согласится иметь с нами дело. Обещал перезвонить мне сразу после разговора. — Она вернула телефон Джейн. — Скажи ему, пусть придумает что-нибудь еще. Этот план слишком ненадежен.

— Вы слышали? — спросила Джейн Тревора. — Но другого плана у нас нет.

— Есть у меня несколько идей, однако все они хуже этой. Я потратил на ее воплощение слишком много времени и сил. — Он умолк, размышляя. — Зонтаг… Я слышал о нем, впрочем ничего конкретного. Черт побери, в следующих заметках мне придется назвать имена и места, а я не смогу упомянуть о Зонтаге, если он откажется сотрудничать. Перезвоните мне сразу, как что-то выяснится.

— Обязательно. — Джейн спохватилась и вежливо добавила: — Я понимаю, как важна связь в таких ситуациях.

— Еще одна шпилька? — спросил Тревор. — В последние сорок восемь часов я был довольно занят. После вылета из Атланты спал от силы два часа.

— Чем вы занимались помимо налета на веб-сайты?

— А разве этого мало? Да, конечно, негусто. Пока я пытался вломиться в защищенные интернет-сайты, у меня возникла гипотеза о том, как Альдо мог находить свои жертвы. Все очень просто. Бюро по выдаче водительских прав. Их файлы неплохо защищены, но опытному хакеру обойти защиту — раз плюнуть. А Альдо в таких делах собаку съел. Для него не составило бы труда получить фотографии и адреса.

— Выходит, Альдо не стал бы преследовать меня, если бы я не получила водительские права?

— Я могу и ошибиться. Попросите Куинна проверить такую возможность.

— Я сейчас же позвоню ему.

— Конечно, поздно запирать конюшню, когда лошадей уже угнали, но ничего другого предложить не могу. Кроме этой мозговой атаки я искал подходящее место для засады. Во-первых, Альдо должен знать, как туда проникнуть; во-вторых, это место должно быть таким, чтобы там можно было поставить ловушку.

— Вы нашли его?

— Пока нет. Но время еще есть. Вы дали мне три недели.

— Ничего я вам не давала. Просто согласилась с вашим предложением. Чем скорее, тем лучше.

Он засмеялся.

— Иными словами, не спать и не отдыхать, пока работа не будет закончена?

— Я этого не говорила. Просто не теряйте время зря.

— Постараюсь. — Он помолчал. — А вы чем занимались после моего отъезда?

— Рисовала, делала домашние задания, играла с Тоби и сходила с ума от скуки. То есть делала то же самое, что при вас.

— Хотите сказать, что мое присутствие или мое отсутствие никак не влияет на ваш распорядок дня?

— Почему же? Все-таки влияет. Меня злит, что я тут торчу, а вы сами можете делать что угодно.

— Что же именно?

— Ну, по крайней мере, вы находитесь в интересном месте. А я никогда не выезжала из Штатов.

— Вы так юны. У вас еще уйма времени, чтобы постранствовать по свету. А в этом городке не так уж интересно.

— Вам легко сравнивать. У вас есть опыт. А вот мне интересно. Расскажите мне, что собой представляет Геркуланум?

— Я не слишком его разглядывал. Все эти места паломничества туристов кажутся одинаковыми, пока не копнешь поглубже. — Он засмеялся. — Простите за каламбур. Вырвалось.

— И все же?

Он немного помолчал.

— Потому что там жила Цира?

— Не вижу ничего странного в том, что меня интересует город, в котором она жила и умерла.

— В этой истории все странно. — Он сделал паузу. — Заключим сделку. Вы расскажете мне свои сны, а я опишу вам этот городок до последней развалины. Вы увидите его моими глазами.

— Через три недели я сама его увижу.

— Но я сомневаюсь, что Куинн позволит вам свободно бродить по Геркулануму.

Он был совершенно прав, но уступать Джейн не собиралась.

— Ничего, найду способ.

— Ладно, попытка — не пытка… — Тревор вздохнул. — Я блефовал. Дайте мне день-другой, и я расскажу вам обо всех игрушках древнего Геркуланума. Может быть, это пристыдит вас и заставит быть более щедрой.

— Не надейтесь. — Она лихорадочно соображала, о чем спросить в первую очередь. — Театр. Я хочу все знать о театре Геркуланума. В Интернете сказано только то, что он был знаменитым. Ни слова о Цире. Если бы она тоже была знаменитой, о ней наверняка помнили бы.

— Джейн, это было две тысячи лет назад.

— Ладно. Но мне хочется знать, как она жила. Хочется ощутить вкус времени.

— О боже… Я не историк. К тому же мне еще предстоит сделать кучу вещей, чтобы…

— Делайте. Просто я подумала, что в свободное время вы могли бы… Ладно, не обращайте внимания.

Он вздохнул:

— Не могу. Так и быть, расскажу. Но вам придется простить меня за то, что я думаю главным образом об Альдо.

— Я не простила бы вас, если бы все было наоборот. — Она стиснула аппарат. — Как вы думаете, он уже видел статьи?

— Зависит от того, как часто он просматривает эти веб-сайты. Именно поэтому информативность вставок должна нарастать постепенно. Если что-то привлечет взгляд Альдо, он вернется и начнет искать другие сообщения. Еще раз повторю, что без подтверждения «Археологического журнала» нам не обойтись.

— Когда там должна появиться статья?

— Лучше всего в ближайшем номере. В крайнем случае, через неделю. Статья не должна быть большой. Просто короткая заметка и фотография статуи, найденной рядом со скелетом.

— Какой статуи? Это же часть нашей большой лжи. У нас нет статуи Циры.

Тревор молчал, потом Джейн услышала в трубке:

— У меня есть.

Джейн замерла.

— Что?

— Я выкупил у британского коллекционера бюст, проданный ему Альдо. Сделал предложение, от которого он не смог отказаться.

— Почему?

— Потому что я хотел ее… — Он быстро продолжил: — Если «Археологический журнал» клюнет, то статуя у нас есть.

— Странно, что вы согласны дать ее взаймы. Разве это не опасно для ваших планов найти золото? Это же привлечет внимание к Цире и ее жизни. Статья — это дело одно, но в нашем мире, где все воспринимают на глаз, фотография пробуждает воображение. Вспомните, какой бум вызвал бюст Нефертити.

— Ничего, рискну. Можете быть уверены, место, которое я выберу для демонстрации восстановленной Циры, не будет находиться вблизи от тоннеля Юлия Пресепия.

— Это и так ясно. — Джейн умолкла, а затем спросила: — Зачем вам понадобилась эта статуя?

— Черт побери, она была моя. Я договорился с Гвидо, что она станет частью моей доли. А Альдо ее украл. Понимаете, она была моя!

— Итальянские власти с этим не согласились бы.

— Она была моя, — повторил Тревор. — Я позвоню вам завтра ближе к полуночи. Спокойной ночи, Джейн.

— Спокойной ночи. — Она отключила связь и задумалась. Опять Цира.

«Я хотел ее. Она была моя».

— Джейн! — окликнула ее Ева. — Закончила разговор?

— Да. — Она вернулась в дом. — Но Тревор сказал лишь то, что мы уже и так знали. Он беспокоится из-за «Археологического журнала», но говорит, что справится с этим.

— Уверена, что справится. Ты же не станешь отрицать его таланты и заинтересованность в этом деле.

«Она была моя. Альдо украл ее у меня».

— Это скорее мания, чем заинтересованность, — пробормотала Джейн. — Ладно, неважно… Он обещал позвонить завтра вечером. Может, появятся новости.


Далонега, Джорджия два дня спустя

Цира?

Альдо оцепенел, не сводя глаз с экрана. В сайте флорентийской газеты было всего несколько строк, но и этого было достаточно, чтобы у него перехватило дыхание.

Найден скелет женщины…

Когда Альдо накрыло ледяной волной страха, он закрыл глаза. Его худший кошмар сбылся.

Если это правда…

Если эта женщина действительно Цира…

Это могла быть Цира. Ее нашли в фойе древнего театра, а разве в то время существовала другая актриса, образ которой был воплощен в статуях?

Он открыл глаза, и снова пробежал заметку. Убедись. Проверь все источники. Альдо переходил от сайта к сайту.

Есть! Рим.

Может быть. Только не волноваться. Это лишь слухи о находке, но никаких подробностей нет. В «Археологическом журнале» пусто.

Скорее всего, очередная газетная «утка».

Но если это правда, то нужно быть к ней готовым. Это не кучка костей, которая лежала двадцать веков и ждала возможности упокоиться с миром. Это Медуза, которая обвила своими смертельными локонами его отца. Он должен уничтожить ее. Использовать. Унизить. Взять над ней верх. Превратить кости Циры в пыль так, чтобы никто и никогда не мог воскресить ее.

А потом убить ее мерзкое воплощение этого времени, которое издевалось над ним несколько дней назад.

Спокойствие! Он может ждать. У него есть время убедиться, что этот скелет действительно принадлежит Цире. Нужно все проверить, изучить и сложить кусочки головоломки. Это может быть ловушка.

Почему он решил, что произошла катастрофа? Может быть, судьба дает ему возможность исполнить свой долг и окончательно уничтожить эту суку.

«Это действительно мой долг», — гневно подумал Альдо. Он представил себе, что подходит к саркофагу и смотрит на Циру ликующим взглядом. Протягивает руку и прикасается к ней. Видение было таким четким, что его затрясло.

Ждать. Следить. Не спешить.

Что бы они ни нашли там, в Геркулануме, у него есть другая Цира. И теперь ее зовут Джейн Макгуайр.


Джейн не стала дожидаться звонка Тревора. Когда на часах было 22.45, она позвонила ему сама.

— Зонтаг отказался сотрудничать. Карпентер назвал его напыщенным идиотом. Этот тип встал в позу и сказал, что не может присвоить себе чужое открытие. Заявил, что не хочет рисковать своей незапятнанной репутацией, и пригрозил выдать Карпентера, если тот попытается сообщить о своей находке. Карпентер думает, что Зонтаг просто не хочет делить свою маленькую империю с человеком, который может прославиться больше, чем он.

— Проклятие! Ева может убедить Карпентера сделать вторую попытку?

— Она уже сделала это. Говорила с ним по телефону битый час, но без толку. Он сказал, что ничего не может поделать с Зонтагом и больше не собирается уламывать этого упрямца. Похоже, Зонтаг — тип крайне неприятный.

— Да, знаю. Зонтага ненавидят даже участники его экспедиции. Студенты бросают жребий, кому выпадет работать с ним.

— Вы уже успели это выяснить?

— А как вы думали?! Я не мог сидеть и ждать результатов, ведь попытка Карпентера могла кончиться неудачей. Пошел на раскопки и кое-что разнюхал.

— Что именно?

— Кроме того, что Зонтаг — не лучший представитель рода человеческого? Он обожает славу, а его самолюбие не лезет ни в какие ворота. Любит деньги и всеобщее восхищение.

— Вы сможете этим воспользоваться?

— Наверное. Сейчас я занят маленьким исследованием. Решил покопаться в его прошлом. Скоро узнаем, так ли оно безукоризненно.

— Сколько времени на это понадобится?

— Сообщу, как только что-нибудь выясню. Торопить его действительно не требовалось.

Тревор успел сделать больше того, на что она смела надеяться.

— Что-нибудь еще?

— О Зонтаге все. Но я сумел поговорить с двумя студентами об извержении. Это было не так уж трудно. Ребята полны энтузиазма. Просто бредят тем днем. И даже дышат им. С каждым взмахом лопаты.

— Они говорили о театре? — с жаром спросила Джейн.

— До этой темы мы дойти не успели. Они были слишком поглощены самим извержением.

— Могу их понять.

— Но вы разочарованы. Странно. Должно быть, произошел чудовищный взрыв. Только что ярко светило солнце, а потом наступил конец их мира.

Ночь без воздуха.

— Солнце? Я думала, это случилось ночью.

— Серьезно? Извержение произошло днем. В седьмом часу после восхода солнца. Но тому, кто был в тоннеле, это могло показаться ночью. Или когда в небо взвились дым и пепел… Одним словом, конец света.

— Но я читала, что за все эти годы в Геркулануме обнаружили немногие останки. Может быть, большинству жителей удалось бежать?

— В последние годы останки находили в отводном канале у пристани. Есть гипотеза, что сотни горожан пытались выйти в море, но погибли на берегу, накрытые гигантской приливной волной сейсмического происхождения. То есть цунами.

— О боже…

— Но скелеты почти полностью сохранились и там. Это делает нашу историю об обнаружении скелета Циры в фойе театра еще более правдоподобной. Я уверен, что Альдо изучил все подробности извержения, описанные в литературе.

Джейн так ярко представила себе толпу несчастных людей, бегущих к морю, что совсем забыла об Альдо.

— Я тоже уверена. Тем более что извержение повлияло на всю его жизнь. Так что это вполне правдоподобно. Цира могла быть погребена там.

— Могла. Ученые пока не пришли к единому мнению, что случилось со всеми этими людьми. Весь город покрыт двадцатиметровым слоем вулканической лавы. А поток жидкости, обладающей высокой температурой, способен творить чудеса. Что-то превращает в уголь, а что-то оставляет в целости и сохранности. В некоторых домах были найдены неповрежденные восковые таблички. Уму непостижимо.

— Но ведь свитки в библиотеке Юлия тоже сохранились.

— Тот тоннель был далеко и находился на противоположной стороне Геркуланума. До него поток практически не добрался. Кроме того, свитки хранились в бронзовых тубусах.

— Вы не видели в тоннеле Юлия признаков того, что земля разверзалась и оттуда лилась огненная лава?

— Нет. Мы редко выходили из библиотеки. Я уже говорил, что работа продвигалась медленно, а Гвидо становился все более требовательным. — Он сделал паузу. — А что?

— Ничего. Просто интересно. — Нет, нельзя давать волю пустому любопытству. Иначе она никогда не дойдет до главного. — Тревор, я действительно хочу знать про театр.

— Потому что это имеет отношение к Цире?

— А еще я хочу знать, что говорилось в тех свитках о Цире. Вы ограничились одними намеками.

— Я могу рассказать только то, что о ней думал Юлий. И несколько переписчиков, которые фиксировали его словесные описания.

— Они все одинаковые?

— Ничего подобного. По-моему, переписчики делали то же, что делают все «негры», если их никто не контролирует. Выдумывали напропалую и передавали собственные впечатления.

— Что они писали?

— Об этом я расскажу завтра.

— Садист!

Тревор засмеялся:

— И вам не стыдно? Неужели Куинн и Ева никогда не отчитывали вас за грубость?

— Нет. Они не верят в пользу нотаций. Тем более что когда я попала к ним, перевоспитывать меня было слишком поздно. Кто бы говорил…

— Приму к сведению. И позвоню вам завтра вечером.

— Что сказать Еве про Зонтага?

— Что я беру это дело на себя. Спокойной ночи.

Джейн нажала на кнопку и отправилась к Еве.

— Он говорит, что сам справится с Зонтагом, — сказала она Еве. — Только не спрашивай, каким образом. Чувствую, что нам лучше не знать этого.

Ева кивнула:

— Я бы не удивилась. Сегодня в римском веб-сайте упоминается о видном британском археологе, который якобы сказал, что эта находка может стать величайшим открытием со времен, обнаружения останков Тутанхамона. Поэтому Тревору нужно поторапливаться. Зонтаг — не единственный археолог в Геркулануме, но самый известный из них. Скоро ему начнут задавать вопросы.

— Но даже если он станет все отрицать, это не будет катастрофой. Тревор говорил, что большинство археологов предпочитает до поры до времени помалкивать о своих находках.

— А если он расскажет о звонке Теда Карпентера?

Джейн пожала плечами:

— Придется положиться на Тревора. Тем более что выбора у нас нет.


Офис Зонтага занимал первый этаж складского помещения на набережной и был обставлен с вызывающей роскошью. В кабинете стоял низкий бархатный диван, пол был застлан ковром, а на изящном возвышении красовался старинный письменный стол.

— Профессор Зонтаг? — спросил Тревор. — Можно войти?

Герберт Зонтаг недовольно нахмурился и поднял глаза.

— Кто вы такой? Я занят. Обратитесь к моему помощнику.

— Кажется, он куда-то вышел. Меня зовут Марк Тревор. — Тревор вошел в кабинет и закрыл за собой дверь. — Но это не имеет значения. Вы все равно не захотели бы, чтобы он стал свидетелем этого разговора. Нам с вами предстоит поторговаться.

— Что вы себе позволяете?! Убирайтесь! — Зонтаг поднялся на ноги, красный от гнева. — Что бы вы ни продавали, я ничего у вас не куплю.

— Это точно! Не купите, а продадите. Причем с немалой выгодой. А если вы сделаете все как нужно, то получите вдвое больше.

— Понятия не имею, о чем вы говорите, — ледяным тоном ответил Зонтаг. — Но если вы не уйдете немедленно, я вызову охранника.

— Вы действительно хотите, чтобы все узнали о «Девочке и дельфине»?

Зонтаг оторопел:

— Простите, не понял…

— Бесценная статуя, которая пережила извержение. Вы нашли ее одиннадцать лет назад у пристани.

— Чушь!

— Она довольно маленькая, и вам не составило труда сохранить находку в тайне. — Судя по тому, что мне известно об этом периоде вашей карьеры, вы постепенно вошли во вкус. Когда вы понимали, что появился шанс отыскать что-то ценное, то отсылали помощников и откапывали вещь сами. Но у вас явно не было нужных связей, чтобы получить за статую настоящую цену. Джеймс Мантки до сих пор хихикает при мысли о том, как он вас надул.

Зонтаг побелел:

— Вы лжете.

Тревор покачал головой:

— Сами знаете, что нет. Впрочем, мне нет дела до того, что вы украли пару-тройку бесценных находок. Ваши менее известные коллеги занимаются этим сплошь и рядом. Когда я узнал про вашу страсть к роскоши, мне сразу стало ясно, что вы припрятали нечто очень ценное. В конце концов, я вас понимаю, жизнь — штука непростая, и каждый имеет право как-то ее облегчить.

— Мантки — ничуть не лучше меня. Он — скупщик краденого. И никогда не даст против меня показаний. Так что не пытайтесь меня запугать…

— Возможно. Но достаточно даже намека на скандал, чтобы ваша репутация рухнула, после чего вас с позором отправят в Лондон. Я знаю от Теда Карпентера, что вы очень дорожите своим честным именем. — Он улыбнулся. — А мне ничего не стоит сделать пару намеков репортерам.

— Карпентер… — Зонтаг поджал губы. — Вы пытаетесь меня шантажировать?

— Несомненно! Причем это оказалось до смешного просто. Я рассчитывал на более серьезное сопротивление.

Профессор нервно кусал губы:

— Вы хотите сказать, что забудете про мои дела с Мантки, если я соглашусь подтвердить, что найден скелет?

— И пообещаете, что в дальнейшем будете выполнять мои указания, не задавая никаких вопросов.

— Ну уж нет! — Археолог смерил Тревора злобным взглядом. — Заявление для печати я сделаю, но больше не ударю палец о палец.

— Ошибка. — Тревор посмотрел ему в глаза и заговорил совсем другим тоном: — Если бы вы посмотрели на меня внимательно, то сразу поняли бы, с кем имеете дело. Наклонности у нас с вами одинаковые, но вы любитель, а я профессионал. Поэтому вы мне не чета. Я загнал вас в угол, и вы прекрасно знаете, что выход у вас один — сдаться. Если вы встанете на моем пути, я не дам за вас и ломаного гроша. Я уничтожу вашу карьеру. Лишу возможности вести жизнь, к которой вы привыкли. А если вы выведете меня из себя, то положу конец и вашему жалкому существованию. Вы меня поняли?

— Вы блефуете, — пролепетал Зонтаг.

— Давайте проверим. — Тревор пошел к двери. — Я позвоню вам через несколько часов и продиктую, что сказать на пресс-конференции, которую вы созовете сегодня вечером. Слово в слово. Никакой отсебятины. Никаких корректив. Вы должны держаться естественно.

— Я ничего не обещаю.

— Обещаете? Я не поверил бы вам даже в том случае, если бы вы дали мне честное слово или поклялись на Библии. Вы сделаете это, потому что уже поняли: я слов на ветер не бросаю.

— У вас ничего не получится. Мои помощники знают, что в последнее время никаких раскопок в районе театра не было.

— Потому что вы наняли бригаду марокканцев, которая скрытно работала под покровом ночи. Это открытие должно было стать венцом вашей карьеры, и вы хотели сохранить тайну до тех пор, пока не будет сделано официальное заявление для прессы. Карпентер делает вам щедрое предложение. Он согласен остаться за кулисами и хочет лишь денежного вознаграждения. А вся слава достанется вам.

— Согласен, говорите? — Зонтаг умолк и задумался. — Пожалуй, я смогу сделать так, что это прозвучит убедительно, — наконец осторожно сказал он.

— Обязательно прозвучит. Готовьтесь морально. — Тревор открыл дверь. — Подробности сообщу позже.


Зонтаг.

Альдо жадно пробежал глазами статью в римской газете. Он смутно помнил, что слышал о Герберте Зонтаге от отца, и пытался вспомнить, что именно. Кажется, тот говорил, что Зонтаг — авантюрист и поэтому они могли бы работать вместе. Но из этого так ничего и не вышло. Отец открыл тоннель Пресебия и не собирался привлекать к этому делу другого археолога.

А теперь Зонтаг снова появился на сцене и хвастался своей великой находкой. Профессор все еще говорил о своем открытии так, словно это была большая тайна. Не назвал имя актрисы, найденной в фойе театра. Может быть, он и сам его еще не знал. Только упомянул о ее красоте и об украшении из золота и ляпис-лазури. И заявил, что найдена вторая Нефертити.

От этой фразы по спине Альдо побежали мурашки. Нет, она прекраснее Нефертити, подумал он. Цира!

А этот ублюдок Зонтаг уже пытался превратить ее в икону и обеспечить бессмертие.

Нет! Он этого не допустит.

Он сделал глубокий вдох, чтобы успокоиться. А потом начал просматривать другие газеты. Ничего нового. Альдо вывел на экран «Археологический журнал». Там не было ни слова об открытии Зонтага.

Он ощутил облегчение. Обычно этот еженедельник первым сообщал о каждой значительной находке, но сейчас он никак не отреагировал на первые намеки, появившиеся в печати еще до заявления Зонтага. Может быть, этот ублюдок просто втирает людям очки и пытается создать себе рекламу?

Ждать. Соблюдать осторожность. Ставка слишком высока.


Когда вечером позвонил Тревор, Джейн все еще читала интервью.

— Интервью Зонтага в «Нью-Йорк таймс»… Как вы сумели его уговорить? — спросила она.

— Это не моя заслуга. Как только эта история стала реальной новостью, а не просто слухом, все пошло само собой. Но это значит, что нам придется действовать быстро. Сейчас вокруг Зонтага начнут роиться репортеры, а на свете нет более опасного существа, чем назойливый репортер.

— Как насчет «Археологического журнала»?

— Я займусь им при первой возможности. Не могу бросить Зонтага. Он пыжится от гордости. Обожает видеть свою фамилию в прессе и завтра даст новое интервью. Он умен, но может допустить просчет, который нам дорого обойдется.

— Где находится редакция журнала?

— В помещении университетского издательства. Ньюарк, штат Нью-Джерси. Журнальчик маленький, для профессионалов, но очень важен для нас. Альдо никак не проявлялся?

— Если бы это случилось, Джо тут же сообщил бы вам. Сами знаете.

— Надеюсь, что сообщил бы. — Тревор сделал паузу. — Пока я корпел над этим интервью для прессы, нашел кое-что о вашем театре.

— В одном из интервью Зонтага?

— Нет, у Марио Латанца, репортера из Милана. Когда Зонтаг заявил, что скелет почти наверняка принадлежит одной из актрис театра, этот малый где-то порылся и написал, что поскольку на актрисе было богатое украшение, это почти наверняка означает, что она была, как теперь бы сказали, звездой мюзиклов.

—Что?

— В то время музыкальная пантомима была самым популярным зрелищем после соревнований колесниц и боев гладиаторов. Обнаженные тела, сальные шутки, пение и танцы. Сатиры, похищающие нимф и размахивающие огромными кожаными фаллосами. Если Цира действительно была так известна, как об этом говорится в свитках Юлия, то она почти наверняка угождала вкусам публики.

— Комедия? Я всегда думала, что в древнем театре играли главным образом греческие и римские трагедии. Кстати говоря, разве большинство актеров не составляли мужчины?

— Нет, в геркуланумском театре такого не было. Женщины выходили на сцену в чем мать родила и сбрасывали маски перед публикой. Это был величественный театр со стенами и колоннами, сделанными из лучшего мрамора того времени. Актеры и актрисы пользовались почти такой же популярностью, как гладиаторы, и обслуживали в постели городскую знать, а иногда и самого императора.

— И Цира сумела вскарабкаться по этой лестнице?

— Не просто вскарабкаться, но забраться на самый верх. Однако для актрисы существовало одно ограничение, которое она так и не смогла преодолеть. Относительно браков актеров и актрис существовали строгие законы, отгораживавшие их от остального общества.

— Теперь понятно, почему она так стремилась обеспечить себя.

— Сундук, полный золота, — не просто обеспеченность. Особенно в те времена.

— С ней обходились как с игрушкой, у которой нет ни души, ни прав! — воскликнула Джейн. — Вполне естественно, что она не хотела повторения и делала все, чтобы этого не случилось!

— Я не спорю. Просто вношу ясность. Я восхищаюсь ею. А сейчас еще больше, чем раньше. Черт побери, я не представляю себе, как она сумела стать актрисой. Вход в театр был свободным и бесплатным для всех граждан Геркуланума, кроме рабов. А Цира родилась рабыней, и ей было запрещено не то что играть на сцене, а просто смотреть спектакли.

— Но она работала как проклятая и стала звездой вопреки всему.

Тревор фыркнул.

— Да, стала. — И уточнил: — Назло им всем.

Товарищество. Тепло. Взаимопонимание. Это действовало на Джейн еще сильнее, чем физическое влечение, которое он возбуждал. Джейн злилась на себя, но ничего не могла с собой поделать. «Нас разделяют тысячи миль, — снова и снова напоминала она себе. — Жаль, что не миллионы. Нужно держаться от него как можно дальше».

— Что еще вы нашли?..

— Это все. Вполне понятно, что Зонтаг заботил меня больше, чем древняя история. Продолжение следует.

Джейн подавила досаду:

— Конечно. Зонтаг куда важнее. Тогда поговорим завтра вечером.

— Выжали меня досуха и хотите закончить разговор?

— Мне крупно повезло. Вы не тот человек, который позволяет себя выжимать. Но мне нужно кое-что обдумать, а я не могу этого сделать, пока разговариваю с вами.

— Боже меня упаси отрывать вас от важных мыслей. Спокойной ночи, Джейн. — Он дал отбой.

Она нажала на кнопку и прислонилась к стене. Перед ее мысленным взором возникали странные образы.

Рабы. Актеры и актрисы, гордо разгуливающие по улицам Геркуланума. Сатиры с гипертрофированными искусственными фаллосами, прыгающие по мраморным ступеням.

Альдо с ножом в руке, прячущийся в тени.

Нет, это не имеет никакого отношения к театру, где блистала Цира.

Увы, имеет. Прошлое и настоящее перемешались и наложились друг на друга, поняла она.

Если так, то положи этому конец.

Она сделала глубокий вдох и приказала себе забыть обо всем, кроме Джо, Евы, этого родного, знакомого места, в котором прожила столько лет.

И Альдо.

Альдо — это реальная угроза. В отличие от того, что случилось много веков назад.

Так-то лучше. В голове сразу все стало на свои места.

То, что ее закружил вихрь образов, вызванных рассказом Тревора, вполне естественно. Но сейчас все кончилось, она должна взять себя в руки и заняться проблемой, которую представляет собой Альдо.

От этой проблемы никуда не денешься. Больше нет сил сидеть здесь и ждать, когда ее потащат в Геркуланум, как безропотную рабыню, которой когда-то была Цира. Она не рабыня и обязана предпринимать какие-то самостоятельные шаги.

Джейн потянулась к ноутбуку и рывком открыла крышку.

Когда через два часа она вошла в гостиную, Джо сидел на диване. На кофейном столике были разложены какие-то бумаги.

— А где Ева?

— Пошла спать. — Он поднял взгляд и оцепенел, увидев выражение лица Джейн. — Что случилось? Я думал, все в порядке. Что сказал Тревор?

— Ничего особенного. Он работает. Но предупредил, что нам придется действовать быстро.

Куинн смерил ее взглядом.

— И что это значит?

— Это значит, что мне может понадобиться твоя помощь. Точнее, обязательно понадобится. — Она торопливо продолжила: — Тебе не понравится, но это все равно случится. Должно случиться.

Куинн помолчал, а потом спокойно сказал:

— Тогда какого черта ты стоишь в дверях и молчишь, как королева на сцене? Говори, не томи душу.

ГЛАВА 15

Джо остановился у кирпичного здания, и Джейн открыла дверь машины.

— Может быть, ты припаркуешься, а я войду?

— Ни за что!

— Джо, я уже говорила, что хочу сделать это одна.

— Ты можешь делать это одна. После того как я проверю офис и убедюсь, что там безопасно. — Он криво усмехнулся. — Ты ведь сама доверила мне эту работу. Вот я ее и выполняю. — Он припарковался на стоянке у здания. — Теперь можешь вылезать и быть независимой сколько влезет. Пока я буду у тебя за спиной.

Джейн грустно покачала головой:

— Ты понимаешь, как нелепо это звучит?

— Мне все равно, как это звучит. — Он вылез из машины. — Пошевеливайся.

Девушка быстро пошла к двойной стеклянной двери.

— Я просто не хочу его отпугнуть. Иногда ты бываешь очень жестким.

— К несчастью, этого недостаточно, чтобы напугать тебя. — Он открыл ей дверь. — Ты в последнее время и сама становишься довольно жесткой.

Джейн тряхнула головой.

— Не может быть. — Она направилась к девушке в джинсах и хлопчатобумажном свитере, сидевшей за письменным столом. Джо прислонился к стене и обвел медленным взглядом ряды столов и отсеков. — Здравствуйте. Мое имя — Джейн Макгуайр. Я звонила вам утром. У меня назначена встреча с Сэмюэлом Дрейком.

На милом веснушчатом лице девушки появилась улыбка.

— Привет. А я — Синди. Сэм просил тут же пропустить вас к нему. — Синди подняла трубку и нажала на кнопку. — Сэм, она здесь. — Потом дала отбой и кивнула: — Проходите.

И регистраторша, и офис выглядели очень располагающе. Здесь царила именно та атмосфера, на которую рассчитывала Джейн.

— Спасибо.

Джейн подошла к двери, на которой была табличка «С. Дрейк», и толкнула ее.

— Мистер Дрейк, благодарю за то, что согласились принять меня. Я не отниму у вас много времени, — с порога выпалила Джейн.

— Просто Сэм. — Дрейк поднялся ей навстречу. Мужчина был высок, худощав, на нем были легкие брюки цвета хаки и синяя майка; на вид ему было не больше тридцати. — Можете не торопиться. — Он улыбнулся. — Я пока ничего не обещаю, но полюбуюсь приятным зрелищем. Ваш телефонный звонок был необычным. Человек я простодушный, и заинтриговать меня ничего не стоит. Садитесь, прошу вас. — Широким жестом Дрейк указал на большое кресло.

В это было трудно поверить. Стелил Дрейк мягко, но в его голубых глазах сверкал интерес и острый ум. Джейн собралась с силами и приготовилась к борьбе. Изучай его, ищи слабости и воспользуйся ими. Честолюбие? Возможно. Алчность? Едва ли. Может быть, Сэму хочется, чтобы его любили и уважали? Если так, то справиться с ним будет нетрудно. Посиди с ним минут пять, поболтай, и тогда все выйдет наружу.

— Ну, если так, то я отвлеку вас примерно на четверть часа. — Джейн лучезарно улыбнулась и направилась к креслу для посетителей. — Вы очень молоды для столь ответственного поста. Это отчасти упрощает мою задачу. Признаюсь, я немного нервничала…

* * *

Она позвонила Тревору вечером, вскоре после возвращения домой.

— «Археологический журнал» у нас в кармане.

— Что? Повторите еще раз!

— Вы расслышали правильно. Дрейк опубликует в ближайшем номере краткую заметку об открытии Зонтага. Конечно, это не будет окончательным подтверждением, но для наших целей и этого достаточно. Он хочет, чтобы вы прислали ему по электронной почте фотографию скульптуры. Обещает сделать изображение расплывчатым, чтобы Альдо не узнал в ней статую Циры, которую он продал тому коллекционеру. Но сделать вставку в уже набранный номер можно будет только в том случае, если вы провернете это срочно…

— Помедленнее, — прервал ее Тревор. — Черт побери, как вам это удалось?

— Вы сами сказали, что времени мало, а этот журнал нам нужен. Поэтому я поехала в офис Дрейка и все сделала сама.

Тревор цветисто выругался:

— Вы покинули коттедж и поехали в Ньюарк?

— Не одна. Со мной был Джо. Он вывез меня незаметно и сам был за рулем.

— Идиот!

— Неправда! Он умный, сильный, и я сама попросила его об этом.

— А где был Бартлет? Я задушу его!

— Я же говорю, что Джо умный. Бартлет не виноват. — Она сделала паузу. — Надоело слушать ваши рассказы о том, как чудесно все складывается. Я хотела что-то сделать сама. Так что перестаньте ругаться и отошлите Дрейку эту фотографию.

Тревор немного помолчал:

— Как вы его убедили?

— Это было нелегко, — ответила она. — Я чуть не провалила все. Никак не могла его понять. Но потом в глазах Дрейка что-то блеснуло. Я это заметила и сообразила, что нужно сказать…

— Что же?

— У него натура авантюриста. Хочет потрясти мир, а вместо этого протирает штаны за письменным столом и кропает статейки о чужих находках — как правило, ужасно скучных.

— И как вы пришли к этому выводу?

— Стреляла наугад и вдруг попала в яблочко. Что-то пошутила насчет Индианы Джонса, и тут Дрейк вспыхнул, как фейерверк в честь Дня независимости.

— Он хочет быть Индианой Джонсом?

— В желании стать героем нет ничего плохого. Я решила дать ему такую возможность. Рассказала об Альдо и Цире и сказала, что без его помощи мы не сможем расставить ловушку. Позвала Джо и попросила подтвердить, что мы не мошенники, а законопослушные граждане. Пообещала ему дать эксклюзивное интервью после того, как Альдо будет пойман. И, в отличие от вас, сдержу слово. Каким будет следующий шаг?

— Вы будете сидеть тихо и даже пальцем не пошевелите.

— Я буду делать все, что сочту нужным. По-моему, я еще ничего не испортила. Расскажите лучше, как мы пригласим Еву в Геркуланум после того, как Альдо прочитает журнал.

— На подготовку уйдет еще два дня. Потом газеты напечатают интервью Зонтага, в котором он заявит, что нуждается в услугах судебного скульптора, но не первого встречного, а настоящего мастера своего дела. Затем подождем еще два дня, и наконец Зонтаг сообщит, что он сделал выбор.

— Итого почти неделя ожидания.

— Зато потом все закрутится так, что в глазах замелькает.

— Ладно. Надеюсь на вас, — смилостивилась Джейн. — Давайте заканчивать разговор. Всю ночь штудировала журнал, а потом убеждала Джо, что он поступит правильно, если поможет мне. Пойду спать. Не забудьте переслать по факсу ту…

— О господи! Вы неисправимы! Сухая и рациональная, никаких эмоций!

Джейн ощутила укол боли.

— Не понимаю, о чем вы говорите. Нужно было сделать дело, и я его сделала. Что вас не устраивает?

— Но хуже всего, что вы сами не понимаете этого. Похоже, вы так вскружили голову этому Дрейку, что он не знал, где право, где лево.

— Я дала ему только то, что он хотел.

— Что же будет с нами, бедными мужчинами, если вы начнете стрелять по нас прямой наводкой? Помоги нам, небо!

— Если вы надеетесь только на помощь свыше, то мне вас жаль. Вы ее не заслуживаете. Я рассчитывала на благодарность, а получила нагоняй.

— Я вам благодарен. Зол как черт. И напуган.

Все, с нее хватит.

— Напуганы? Черта с два! Ничего, переживете. Отсылайте фото. — Она дала отбой.

— Ему не понравилось, что ты ездила туда? — спросила стоявшая за ее спиной Ева.

— Нет. — Джейн повернулась к ней лицом. — Какая ему разница? Вам с Джо это тоже не нравилось. Но в конце концов вы согласились, что это мне по силам.

— Я ни капли не сомневалась, что это тебе по силам. Жалею, что не видела бой быков собственными глазами.

Джейн насупилась:

— Но ты сердилась, когда думала, что я использую Джо.

— Так то был Джо. А в войне с Альдо все средства хороши. Можно использовать любое оружие, но нельзя при этом причинять вред мирным жителям. — Ева улыбнулась. — В следующий раз я не останусь здесь, чтобы поддерживать домашний очаг.

— Как только мы окажемся в Геркулануме, главным действующим лицом станешь ты. Если только вообще попадем туда. На этом этапе игры Тревор продвигается вперед черепашьим шагом.

— Наверное, так и нужно, — ответила Ева. — Чем ближе к финалу, тем опаснее. Я на собственном опыте убедилась, что неоправданная спешка может погубить почти готовую реконструкцию. Хотя согласна, что ждать трудно… Ложись-ка ты спать. Ведь еле на ногах держишься.

— Ты права. — Джейн махнула Тоби и двинулась по коридору. — Сегодня ночью буду спать как убитая.

— Без снов? — тихо спросила Ева.

— О Цире?

Рушащиеся скалы. Летящие камни. Боль. Кровь. Она покачала головой.

— Я уже давно не видела снов о Цире. Может быть, все кончилось. Может быть, я больше ее никогда не увижу.

— Не зарекайся. Поскольку все наши дела имеют отношение к Цире, было бы странно, если бы ты не думала о ней день и ночь.

— Так и есть. Она всегда со мной… Я говорила тебе, что Цира, скорее всего, была в Геркулануме звездой музыкальной комедии? Так сказал Тревор.

— Нет.

— Странно, правда? У нее была такая трудная жизнь. Не могу представить ее себе скачущей по сцене обнаженной, поющей и танцующей. — Она пожала плечами. — Впрочем, наверное, она могла делать все, что хотела. Спокойной ночи, Ева.

— Приятных снов.

«О да, — подумала Джейн, закрыв за собой дверь. — Если мне что-нибудь приснится, то это будут Зонтаг, Альдо, развалины Геркуланума и Тревор, оплетающий их паутиной.

Я должна радоваться, что больше не вижу снов о Цире. Может быть, круг замкнулся, ее история закончилась. Может быть, Цира умерла, когда на нее обрушились скалы».

Печаль. Одиночество.

Внезапно Джейн обуял гнев. Нет, она этого не допустит!

Она сошла с ума. Как можно изменить то, что случилось две тысячи лет назад? Что бы ни произошло тогда, придется это принять и смириться.

Она начала раздеваться.

— Но это несправедливо, правда, Тоби? — прошептала Джейн, юркнув в постель. — Она так боролась. Она заслужила право на жизнь…


Далонега, Джорджия

Фотография в «Археологическом журнале» была не слишком четкой, но сомнений не было.

Это Цира.

Альдо бросил еще один алчный взгляд на снимок, а затем пробежал глазами текст. Подтверждение. Заметка была немногословной и сдержанной, но было ясно, что они подтверждают находку Зонтага, за что и получили от него фотографию статуи, найденной в фойе древнего театра.

Он вывел на экран сайт «Национе». Еще одна пресс-конференция. Зонтаг рассказывает о своем замечательном открытии и желании пригласить судебного скульптора для подтверждения гипотезы о том, что скульптура изображает женщину, чей скелет найден при раскопках. Вторая статья за неделю.

Скульптор. Судебный эксперт-антрополог.

Цира.

Джейн Макгуайр.

Круг замкнулся и превратился в удавку на его шее.

Что ж, произошло самое худшее, но он может обернуть это себе на пользу. Кажется, сама судьба посылает ему шанс взять верх над этой сукой.

Ночью он видел Циру во сне и проснулся от оргазма. Сломанные кости, кровь, унижение и слезы.

Но без Джейн Макгуайр крови не было бы. Она является современным воплощением этой суки. Для завершения ему нужны обе.

И он овладеет ими. Он это заслужил.

Но иногда судьба спотыкается и нуждается в небольшой коррекции. Нужно сохранять хладнокровие. Достаточно вспомнить то, что случилось на поляне, когда он едва не схватил Джейн Макгуайр.

На этот раз ошибиться нельзя.

* * *

— Нам нужно увидеться, — коротко сказал Зонтаг, когда Тревор ответил. — Немедленно. Мы так не договаривались.

— Никакого договора у нас не было. Это был шантаж. — Тревор сел на кровати. — Что случилось? Репортеры одолели?

— Приезжайте сейчас же. — Профессор отключил связь.

Тревор посмотрел на настольные часы и начал одеваться. Два сорок пять ночи. Зонтаг не из тех, кто страдает от бессонницы и всю ночь ворочается с боку на бок, мучимый тревожными мыслями. Кто-то его сильно напугал. Нужно поторапливаться. Этот тип может проговориться и все испортить.

Тревор подъехал к дому Зонтага на окраине Геркуланума через пятнадцать минут.

— Вы говорили, что все пройдет как по маслу! — прошипел Зонтаг, рывком открыв дверь. — Несколько пресс-конференций, а потом я смогу уехать в Канны! Говорили, что он будет помалкивать!

— Успокойтесь, — ответил Тревор. — Осталась всего неделя-полторы, а потом вы сможете покинуть Геркуланум.

— Я уезжаю завтра.

— Черта с два! — Тревор вслед за Зонтагом вошел в комнату. — У вас здесь еще есть дела.

— Ничего подобного! — Зонтаг взял большой конверт, лежавший на журнальном столе, и бросил его Тревору. — Я умываю руки. — Он развязал пояс бархатного халата и устремился к спальне. — Карпентер пытается взять надо мной верх. Угрожает все раскрыть. Я собираю вещи.

Ни за что! Позволить Зонтагу сорваться с крючка было нельзя. Тревор хотел сразу пойти за ним и применить жесткие меры, но потом решил дать археологу время остыть. Он открыл конверт и вынул оттуда пачку бумаги.

Увидев первую же страницу, Тревор негромко присвистнул.

— Ничего себе!

— Альдо клюнул, — через два часа сказал Тревор, услышав голос Джейн. — Более того, держу пари, что он уже в Геркулануме.

Джейн оцепенела.

—Что?

— Мне позвонил Зонтаг. Он был в панике, бросил мне конверт. Там лежало полное досье Евы Дункан. Все материалы были взяты из Интернета, а сверху лежала статья о ее реконструкции египетской мумии.

— Без сопроводительного письма?

— Без. Зонтаг нашел конверт на собственном пороге, когда кто-то постучал в его дверь в разгар ночи. Он страшно перепугался. Решил, что Карпентер угрожает ему грандиозным разоблачением.

— Вы думаете, это был Альдо?

— Он мог нанять для этого дела кого-нибудь, но интуиция подсказывает мне, что Альдо устал ждать и рвется в бой. Господи, я и не надеялся, что нам так повезет. Думал, что после заявления Зонтага мы будем сидеть как на иголках и ждать, когда же Альдо даст о себе знать.

— Почему он это сделал?

— Он прочитал, что Зонтаг собирается выбирать судебного скульптора, и решил взять инициативу на себя. Наглый сукин сын. До сих пор все сходило ему с рук, и теперь он не потерпит, если кто-то, а не он, будет направлять события в другое время.

— Но зачем подбрасывать досье посреди ночи?

— А почему бы и нет? Альдо хочет, чтобы его боялись, а в последнее время ему с этим не везло. Если он охотится за скелетом, то, возможно, хочет напомнить Зонтагу, что тот не бессмертен. Этот ублюдок и не догадывается, что Зонтагу пятнадцать минут славы дороже жизни.

— Но ведь это могло привести к обратному результату. Зонтаг не любит, чтобы ему диктовали, и поэтому из принципа выбрал бы другого эксперта.

— Вы правы. Я думаю, Альдо еще не до конца уверен, что это не ловушка, но хочет воспользоваться шансом, поскольку считает себя способным преодолеть все препятствия на его пути.

— На пути к Цире. — Джейн медленно добавила: — И, конечно, ко мне тоже.

— Похоже, вы удивлены. Но ведь именно это было предусмотрено планом, разве не так? Он не стал бы рекомендовать Зонтагу Еву, если бы не думал, что вас возьмут с собой.

— Я не удивлена. — И все же при мысли о скорости, с которой Альдо клюнул на крючок, ей стало не по себе. — Просто это выбило меня из колеи, и я пытаюсь в нее вернуться. Вы не думаете, что было бы более логично, если бы меня оставили дома под охраной?

— Речь идет о деле его жизни, — напомнил Тревор. — А если бы вы действительно остались дома, он нашел бы способ выманить вас сюда.

— И когда мы вылетаем в Геркуланум?

— Похоже, вы уже пришли в себя. Слышу прилив энтузиазма.

— Наконец-то мы сдвинулись с мертвой точки. Это большое облегчение.

— Для меня это не облегчение. Чем ближе финал, тем чаще меня посещают видения. Передо мной пляшут мертвецы, лишенные лиц.

— Тогда постарайтесь не сделать глупость, которая заставит меня присоединиться к этому хороводу… Так когда же мы отправляемся в Геркуланум? — повторила она.

— Я убедил Зонтага завтра созвать пресс-конференцию и заявить, что он пригласил в качестве эксперта Еву. Дадим вам на сборы два дня. Предупредите Еву, что в аэропорту Неаполя ее наверняка будут встречать репортеры.

— Она их терпеть не может.

— Придется стерпеть. Все знают, что она не любит прессу, но если я ошибаюсь и Альдо там не будет, то он, по крайней мере, убедится в ее прибытии. А шумиха в средствах массовой информации только растравит его раны. С моей подачи одна из газет Неаполя тоже напечатает фотографию скульптуры Циры. Я постараюсь сделать так, чтобы после этого Ева показывалась на людях как можно реже, но без пресс-конференции в аэропорту не обойтись. Я встречу вас в Риме, а дальше мы полетим вместе.

— Зачем?

— Нужно убедить Альдо, что я действительно прибыл вместе с вами. А до тех пор придется уйти в подполье. Нельзя, чтобы Альдо видел, что я кручусь рядом с Зонтагом и дергаю за ниточки.

— Вам еще удается управлять Зонтагом? Кажется, вы говорили, что он очень напуган?

— Да, но у него сильно развит инстинкт самосохранения. От меня потребовалось только одно: убедить Зонтага, что он будет оставаться в свете прожекторов. Скажите Куинну, что я нашел подходящую виллу в окрестностях Геркуланума. Вилла довольно любопытная, охрану пусть нанимает он. Можно связаться с местной полицией и получить рекомендации. Я мог бы и сам подобрать людей, но ему бы не понравилось их прошлое.

— Могу себе представить.

— Нет, не можете. Вам всего семнадцать.

— Вам не надоело талдычить одно и то же?

— Нет. Я должен постоянно напоминать себе об этом. Я позвонил Бартлету и попросил его отправить Тоби самолетом в Калифорнию, к вашей подруге Саре. Пусть посидит с собакой. Вы ведь не найдете себе покоя, если не будете знать, что за ним хорошо ухаживают. Вы меня одобряете?

— Если он будет в безопасности, то да.

— Он будет в безопасности. Если придется, я скажу Бартлету, чтобы он нанял для вашего ненаглядного любимца частный самолет. Позвоню завтра вечером. После пресс-конференции. — Он отключил связь.

Джейн сидела неподвижно. Она была ошеломлена и испугана. Таких эмоций она не ожидала. Думала, что готова ко всему.

Да, черт побери, она готова. Все, что от нее требуется, это избавиться от странного предчувствия, возникающего в душе при мысли о поездке в Геркуланум. Все идет по плану, даже лучше. Она должна быть довольна.

Особой радости Джейн не ощутила, но зато почувствовала возбуждение и нетерпение. Она встала и пошла к двери.

— Ева, Тревор позвонил. Собирай вещи. Мы отправляемся в Геркуланум.


Тревор снял для них двухэтажную виллу на Виа Спаньола. Дом, украшенный лепниной, оказался просторным и уютным. Он был обнесен стрельчатой чугунной решеткой, а из ящиков на окнах второго этажа свешивалась наружу яркая герань.

Тревор открыл запертую на замок входную дверь и отошел в сторону.

— Куинн, я останусь здесь с Евой и Джейн. Наверное, вы захотите войти первым и осмотреть виллу. Я бы все сделал сам, но едва ли вы доверите это дело кому-то другому.

— Верно. — Джо прошел вперед. — Хотя все должно быть в порядке. После того как вчера вы дали мне адрес, за домом следили два охранника. Оставайтесь здесь.

— Я должен был догадаться, — пробормотал Тревор, остановившись на пороге.

— Да, должны были, — сказала Ева, обведя глазами мраморный вестибюль. — Красиво. Сколько здесь спален?

— Четыре. Две ванные. Гостиная, кабинет и библиотека. Кухня самая современная. Для домов старинной постройки это редкость.

— А сколько ему лет? — спросила Джейн.

— Лет сто пятьдесят. Принадлежит Зонтагу. Когда я понял, что это именно то, что требуется, то убедил его сдать виллу мне.

— Выкрутили ему руки?

— Не потребовалось. К тому времени он смирился и делал все, что ему говорили. Так продолжалось до вчерашней ночи, когда его посетил непрошеный гость.

— Все нормально, — сказал Джо, спускаясь по лестнице со второго этажа. — Мы с Евой займем комнату в конце коридора. Джейн, ты поселишься в средней. Если Тревор выберет соседнюю, то ты окажешься в самой середине сандвича.

— В сандвиче, — повторил Тревор. — Интересная мысль, Джейн. Но учитывая ваши колючки, сандвич получится не очень аппетитный.

— Помолчите-ка, Тревор, — холодно сказал Джо. — Слушать тошно.

— Извините. Это очень личное наблюдение. Просто сорвалось с языка. — Он сделал шаг в сторону кухни. — Во искупление своей вины я сварю кофе и приготовлю что-нибудь поесть. А вы тем временем распакуете вещи и приведете себя в порядок.

— Кажется, Зонтаг стал очень сговорчивым, — сказала Джейн, когда Джо и Ева отправились в свою комнату. — Он успокоился?

— Нет, не успокоился. Просто поджал хвост. Он привык командовать, а теперь роли переменились. Попытайтесь немного отдохнуть. Полет был долгий. — Тревор исчез за высокой дверью в конце коридора.

Но Джейн не хотелось отдыхать. Она не устала. Наоборот, была сильно возбуждена. Виды, звуки и запахи Италии переполняли ее. Девушка помедлила, а потом неохотно пошла к своей спальне.

— Не хотите составить мне компанию? — Тревор стоял в дверях кухни и улыбался. — Я так и думал, что вы не сможете заставить себя лечь. Пойдемте. Помогите мне.

Джейн с готовностью повернулась к нему, но тут же спохватилась.

— Можете не опекать меня. Вдвоем кофе не варят.

— Опекать? Просто мне одиноко. — Он шагнул вперед, протянул руку и сказал: — Пойдемте со мной.

Пойдем со мной. Доверься мне.

Нет, она не позволит разуму шутить с ней только потому, что они в Геркулануме. Их отношения ничем не напоминают отношения Циры и Антония. Черт побери, у них вообще нет никаких отношений. Только общая цель.

Но если сейчас она пойдет с ним, ничего страшного не случится. Ей не по себе и тоже немного одиноко. Она сделала шаг вперед, потом другой и взяла его за руку.

Глаза Джейн расширились. Покалывание. Беспокойство. Волнение… Ей вдруг захотелось вырваться.

Но рука Тревора крепко стиснула ее кисть. Она была теплой, сильной, надежной, и внезапно волнение Джейн исчезло.

— Видите? Это ни капельки не трудно, правда? Чем вы займетесь, кофе или сандвичами? — Тревор повел ее на кухню. — Прошу прощения. Эти «сандвичи» так и вертятся у меня в голове.


Три охранника в задней части дома. Два в передней. Пока Джейн Макгуайр будет оставаться на вилле, к ней не подберешься.

Альдо заметил, что в вилле на Виа Спаньола зажегся свет. Наверное, они сидят за обеденным столом, пьют вино и болтают о Цире и реконструкции.

Знают ли Ева Дункан и Джо Куинн, какую змею они пригрели на груди? Знают ли, что Цира и Джейн — одна и та же женщина? Возможно, нет. Она наверняка воспользовалась своими чарами и заставила их поверить в то, чего хотела. Хотела же она вечной жизни, а эта реконструкция может принести бессмертие если не ей самой, то, по крайней мере, ее лицу.

Но этого не случится. Он не позволит. Чем дольше он остается в этом городе, тем больше он убеждается в том, что у него была веская причина приехать сюда. Его страх и неуверенность постепенно исчезают. Ему помогут пробраться сквозь армию окружающих ее охранников.

Или приведут ее к нему, как барашка на бойню.

* * *

— Красивый город, — сказала Ева, глядя из окна на извилистые улицы. — Нет, неверно. Захватывающий. Заставляющий вспоминать то, что здесь случилось.

— Местные граждане в этом не сомневаются, — иронически сказал Джо. — Именно наша память позволяет многим из них зарабатывать себе на жизнь. А я не могу дождаться момента, когда все закончится и можно будет унести отсюда ноги. — Он повернулся к Тревору. — Мне не понравился этот цирк в аэропорту. Я не допущу, чтобы Ева снова подверглась такому испытанию.

— В этом нет необходимости, — ответил Тревор. — Состоится максимум еще одна пресс-конференция, а послезавтра Ева уже окажется в тени. И пусть остается там как можно дольше.

Джо встретил его взгляд.

— Согласен.

— Когда я должна взяться за эту псевдореконструкцию? — спросила Ева. — Хотелось бы знать кое-какие подробности. Сегодня днем я вертелась ужом, отвечая на вопросы репортеров.

— У вас это отлично получилось, — улыбнулся Тревор. — Вы произвели на меня сильное впечатление.

— Мне не нужны ваши впечатления, — ответила Ева. — Мне нужно, чтобы вы были умным, удачливым и покончили с этим ужасом как можно скорее. — Она посмотрела на Джейн. — И не делали ничего такого, что позволит Альдо подобраться к ней. Мы согласились приехать сюда только потому, что другой возможности покончить с этим кошмаром не видели. Теперь, когда мы здесь, я не собираюсь сбиваться с ног. Ваша работа заключалась в том, чтобы подготовить место, где мы сможем устроить ловушку для Альдо. Вы говорите, что сделали это. Оно здесь?

—Да.

— Что в нем такого особенного?

— Тоннель.

—Что?

— Под этой виллой тянется подземный ход, проделанный грабителями. Он пересекает сеть археологических тоннелей, которые сообщаются с раскопками театра. Никто толком не знает, сколько таких тоннелей грабители прорыли за прошедшие века. Зонтаг обнаружил ход несколько лет назад и решил помалкивать о нем, чтобы можно было спускаться под землю и вести собственные раскопки ради удовольствия и личной выгоды.

— Вы всерьез думаете, что Альдо попытается проникнуть на виллу через этот тоннель? — спросил Джо. — Он будет знать, что его ждут. Может быть, он и чокнутый, но хитер как лиса.

— Вы правы, — ответил Тревор. — Он не станет пытаться проникнуть на виллу. Поэтому мы должны заманить его в тоннель, а потом погнаться за ним. Тоннели под Виа Спаньола имеют столько же ответвлений, отводов и поворотов, сколько и тоннель Пресебия.

— Вы говорили, что в детстве Альдо знал эти тоннели как свои пять пальцев, — промолвила Джейн.

Тревор кивнул.

— Наше единственное преимущество заключается в том, что Зонтаг составил карту местных тоннелей. Альдо с ними незнаком.

— Будем надеяться, — буркнул Джо. — Но если этот тоннель такой запутанный, мы можем заблудиться в нем так же, как и он сам.

— У меня есть карты Зонтага. После обнаружения виллы я сам изучал тоннель каждую ночь. Но при наличии небольшого везения это знание нам не понадобится. Мы устроим ловушку и заманим в нее Альдо.

— Хотите сказать, что уже составили план? — насмешливо спросила Ева.

— Он ждет вашего одобрения. — Тревор вытащил из заднего кармана тетрадь и раскрыл ее. — Есть только одно место, подходящее для засады. — Он положил тетрадь на стол. — Начертил как курица лапой, но разобраться можно. Вот подземный ход, который ведет к археологическим тоннелям. Вы двигаетесь по этому ответвлению вот сюда. — Он начертил поперечную линию. — Это ответвление ведет к вомиторию, но примерно на полпути есть отвод, который круто изгибается, а потом идет дальше, но уже под другим углом. Куинн, там есть карниз длиной метров в девять. Это ваш шанс.

— Укрытие?

— Верно. Проблем у вас не будет. Поверхность стены совершенно ровная, с единственным маленьким отверстием со стороны карниза.

— Вомиторий, — повторила Ева. — Это место выглядит так же омерзительно, как и звучит?

— И да и нет. Так назывался запасной выход из общественного помещения. Но сторожа много лет твердили доверчивым туристам, что римляне были страшными обжорами и нарочно вызывали у себя рвоту, чтобы больше съесть. Так что ошибиться легко.

— Потрясающе! Значит, этот вомиторий был выходом из театра?

— Мог бы быть. Тоннель под Виа Спаньола петляет так, что вполне годится для роли запасного выхода из другого общественного здания или частного жилища. Но его главная черта — то, что он чертовски удобен для нас. — Тревор посмотрел на Джо. — От вомитория ведут три тоннеля. Возможно, Альдо будет прятаться в одном из них. Конечно, если мы сможем его туда заманить.

— А его целью будет этот вомиторий? — спросил Джо. — Кстати, где он?

— Немного дальше по ходу тоннеля. Нужно миновать отвод, в котором будете находиться вы, а потом начнется расширение. Видимо, это была сокровищница воров, созданная уже после того, как они прорыли тоннель. Там хранилось несколько больших статуй, которые они украли. Сейчас от них остались только цоколи.

— А как там с освещением?

— Наверное, вам понадобится инфракрасный оптический прицел. Я повешу на стенах вокруг площадки четыре факела. Большего не обещаю. Главное — чтобы вы видели его, а он вас не видел.

— А что заманит его туда?

— Джейн. — Тревор посмотрел на девушку. — И Цира.

Джо покачал головой.

— Вы собираетесь послать ему открытку с персональным приглашением?

— Надеюсь, что не придется. Если бы он позвонил Джейн еще до ее отъезда из Джорджии, она могла бы пригласить его лично. Впрочем, это вполне возможно и сейчас.

— А если он не клюнет?

— Есть запасной вариант. — Тревор продолжил: — Мы объявим, что гроб с останками послезавтра будет перемещен из тоннеля, где был найден, в лабораторию на вилле для осмотра судебными экспертами и последующей реконструкции. Я подобрал двух известных экспертов, которые пользуются не такой дурной славой, как Зонтаг, и для убедительности сообщу их имена средствам массовой информации.

—Как?

— Это ваше дело, Куинн. Убедите или припугните их. Мне все равно. Просто пусть солгут сквозь зубы, а потом на пару дней уйдут в подполье. Нужно сделать вид, что они находятся на вилле.

— Значит, мы заставим Альдо тащиться за нами до самой виллы?

— Верно. Он начнет нас преследовать и из театрального тоннеля выйдет в воровской, ведущий к вилле.

—Как?

— Зонтаг устроит пышное зрелище, на которые он так падок. В драматической обстановке покажет журналистам место, где был найден скелет, а затем сквозь тьму поведет их туда, где будет подтверждена личность Циры. Точнее, до того места, где геркуланумская полиция перегородит тоннель и не пропустит журналистов дальше под предлогом сохранения тайны входа в частное владение.

— Альдо будет полным идиотом, если попытается затесаться в толпу репортеров.

— Не попытается. Он будет прятаться в сети тоннелей и наблюдать за всем, что происходит, — сказал Тревор. — А потом возвращаться и изучать место. Мы не будем мешать ему найти вход в тоннель под Виа Спаньола. — Он повернулся к Джо и добавил: — Конечно, вы договорились с геркуланумской полицией, чтобы место, где был найден скелет, охранялось двадцать четыре часа в сутки?

— Да. Это имело смысл. Я просто предположил, что было бы неплохо защититься от воров, которые могут повредить место раскопок. Они согласились. Как-никак, в эту дыру закачивается немало американских денег… Так что же привлечет его в ваш вомиторий, если реконструкцию будут делать на вилле?

Тревор улыбнулся.

— Мы заставим Альдо поверить, что Зонтаг для пущего эффекта проведет пресс-конференцию прямо в тоннеле и продемонстрирует присутствующим реконструкцию.

— О боже… — прошептала Джейн.

— Это еще один из любимых фокусов Зонтага. Он проведет репортеров сквозь тьму к роковому и таинственному месту с красивым латинским названием «Вомиторий».

— Лучшей приманки не придумаешь… Альдо захочет уничтожить реконструкцию еще до того, как ее увидит пресса, — задумчиво промолвила Джейн. — Как мы это сделаем?

— Вы бросите Альдо вызов, раздразните его, покажете, что для вас он ноль без палочки. Он не только сумасшедший, но и страдает манией величия. Вы найдете способ использовать его слабость.

Джейн закусила губу.

— Да, это на него подействует.

— То-то и оно. — Тревор повернулся к Еве. — Теперь все в порядке?

Она задумалась.

— Нет. Как Альдо узнает про вомиторий?

— Когда Альдо найдет тоннель под Виа Спаньола, он начнет разведывать окрестности, а человеку, привыкшему иметь дело с тоннелями, обнаружить вомиторий не составит труда. Дальше он не пойдет.

— Почему?

— Альдо узнает это место. Оно подготовлено. Повсюду стоят подсветки, аккумуляторные батареи и оборудование для фотосъемок. Даже человеку непосвященному стало бы понятно, что именно там произойдет.

— Почему вы так уверены, что Альдо найдет его? Чертовски смелое предположение.

— Вы правы. Поэтому я установил видеокамеру на карнизе, где будет ждать Джо. Она направлена прямо на вомиторий. Если Альдо станет там шарить, мы узнаем это. Поверьте мне.

— Когда дело касается безопасности Джейн, я не верю никому. И мне ненавистна мысль о том, что ее можно использовать как наживку.

— Ева, ты с самого начала знала, что другого способа нет, — тихо сказала Джейн. — Джо будет рядом и защитит меня.

— И я тоже, — сказал Тревор. — В тот вечер я сам поведу ее в вомиторий. Куинн, вы отправитесь туда раньше. Я проверю тоннель еще до того, как мы спустимся, провожу Джейн до самого отводка, а потом присоединюсь к вам. Даю гарантию, что до вомитория она доберется спокойно. Ее дальнейшая безопасность зависит от наших совместных действий.

— Почему туда нельзя привести дополнительную охрану?

— Как только Альдо увидит ее, он даст стрекача. Самое главное — не подпустить его вплотную к Джейн. Он никогда не пользуется огнестрельным оружием. Ему нужно соблюсти ритуал. Это для него очень важно. А мы на ритуалы плевать хотели: нам и пуля из винтовки сойдет.

— Дай бог, чтобы все получилось, — мрачно сказала Ева.

— Вы считаете, что я что-то упустил? Тогда скажите, что именно.

— Скажу, когда станет ясно, что этот проклятый план начинает трещать по всем швам. — Она повернулась и пошла к двери в коридор. — Джо, пора спать. У меня уже глаза слипаются.

— Сейчас приду. — Джо допил кофе. — Я хочу поговорить с охранниками. Может быть, они что-то заметили.

— Слишком рано, — сказал Тревор. — Альдо еще не успел предпринять никаких шагов.

— Вы заглядывали в хрустальный шар? — саркастически осведомился Джо, открывая дверь кухни. — Лично я никогда не сбрасывал неожиданности со счетов.

— Я тоже, — пробормотал Тревор, когда дверь за Джо закрылась. — В обычных условиях. Но Альдо — дело другое… У меня такое чувство, словно я читаю его мысли. Нет, тут все иначе. — Тревор собрал чашки, тарелки и поставил их в раковину. — Но вполне возможно, что я не прав, а прав именно Куинн. Чем больше разных точек зрения, тем безопаснее для вас. — Он повернулся к Джейн. — Пока я излагал свой план действий, вы сидели очень тихо. Сомневаетесь, что все получится?

— Понятия не имею. Трудно, представить себе, что… — Она покусала губы. — Вы сказали, что тоннель находится прямо под домом?

— Да. — Тревор прищурился. — Это внушает вам тревогу?

Джейн покачала головой.

— Нервы тут ни при чем. — Джейн посмотрела в окно. — Уже темнеет. А в тоннеле еще темнее, верно?

— Да. А что?

Джейн посмотрела ему в глаза.

— Я хочу, чтобы вы отвели меня туда. Хочу посмотреть на вомиторий и собственными глазами увидеть место, где Зонтаг якобы нашел останки Циры.

— Мы не сможем подойти близко. Куинн поставил там охрану. Вы все увидите завтра вечером.

Она нетерпеливо покачала головой.

— В окружении толпы репортеров? Нет. Сегодня.

— Хотите убедиться, что я не нес бред?

— Я хочу увидеть эти тоннели. Мне все равно, близко мы будем или далеко. Вы сами сказали, что Альдо туда еще не проник.

— Я предупредил, что могу ошибиться.

— Но он не знает о тоннеле под Виа Спаньола. Там мы будем в безопасности. А как насчет тоннелей, расположенных у театра?

— Если у Альдо не будет особой причины, вряд ли он станет туда спускаться. Во-первых, там отвратительно; во-вторых, все ярко освещено и охраняется местной полицией.

— Если мы там окажемся, нас остановят?

— Думаю, я смогу с ними договориться.

— Еще одна хитрость?

— А разве не вся наша жизнь состоит из хитростей? — Тревор смерил ее взглядом. — Почему это для вас так важно?

Джейн не ответила.

— Вы говорили, что видели эти тоннели во сне. Думаете, сможете их узнать?

— Конечно, нет. Это было бы необъяснимо.

Тревор раздумывал:

— Куинн убьет меня.

Он согласен!

— Когда?

— Через час. Я должен позвонить Зонтагу и подготовить его к завтрашней пресс-конференции. — Он сделал паузу. — Вы предупредите Еву?

Она уже думала над этим.

— Нет. Они увяжутся с нами, а я не хочу таскать их по этим тоннелям. Вы сами сказали, что там очень неприятно.

— Слякоть, слизь. Но это бы их не остановило, — добавил он.

— Я оставлю Еве записку на случай, если она вдруг проснется после нашего ухода. Не хочу, чтобы она беспокоилась.

— Но вы не хотите, чтобы они шли с нами. Почему?

— Они стали бы следить за мной, — просто ответила Джейн. — Думать, что и как я делаю и можно ли мне это позволить. Люди, которые тебя любят, всегда поступают именно так. Но вы — дело другое. Если вы будете следить за мной, то только из любопытства. С вами я буду в безопасности, потому что вы не хотите потерять Альдо. Но вы не будете суетиться, грызть ногти и сходить с ума от беспокойства.

— Нет, к этому я не склонен. Тут вы правы. А насчет любопытства вы тоже не ошиблись. Меня интересует все, что имеет к вам отношение. — Тревор отвернулся. — Увидимся через час. Наденьте свитер.

— Подождите. — Когда Тревор обернулся, она добавила: — Как мы спустимся в этот тоннель? Где вход?

— Вы на нем сидите. — Он кивком показал на коврик под стулом Джейн, прикрывавший каменный пол. — К люку прикреплена лестница длиной в два метра. Видимо, этот люк служил Зонтагу для подъема крупных находок. А дальше начинается стальная лестница, которая спускается вниз на пятнадцать метров. Только не поддайтесь соблазну и не спускайтесь без меня, ладно?

Этого он мог не опасаться. При мысли о том, что она сидит над темной пустотой, по спине Джейн побежали мурашки. Хотелось вскочить и убежать, но она пересилила себя и небрежно сказала:

— Я дождусь вас. Обещаю!

ГЛАВА 16

Тьма. Тоннель освещал только луч фонаря Тревора.

Казалось, холод и сырость проникали во все поры ее тела; Джейн обнаружила, что ей трудно дышать.

Ночь без воздуха.

Воображение. Если ее мучила одышка, то лишь потому, что она торопилась, следуя за Тревором.

— Сначала мы пойдем в вомиторий?

— Нет, мы сделаем это на обратном пути. Я догадываюсь, что вомиторий для вас не самое важное. Вы хотели увидеть театр.

Джейн не возразила. Ею овладело нетерпение.

— А крысы здесь есть?

— Возможно. Там, где не живут люди, природа стремится взять реванш, — донеслось до нее. — Не отставайте. Я не хочу вас потерять.

— Но напугать меня вы не прочь.

Он засмеялся:

— Я бы с удовольствием немного попугал вас. Хотелось бы убедиться, что это мне по силам.

— Ну, крысами вы меня не напугаете. Когда я была ребенком, то жила в домах приемных родителей, где этого добра хватало. И задала вопрос только из любопытства.

— В детском доме, где я рос, тоже были крысы.

— В Йоханнесбурге?

— Верно. Я вижу, Куинн добрался до моего темного прошлого.

— Оно было не таким уж темным. Во всяком случае, то, которое Джо сумел раскрыть.

— Но и девственно-белым оно тоже не было… Смотрите под ноги. Впереди лужа.

— Почему тут всюду так сыро?

— Трещины, щели… — Он сделал паузу. — Вы сказали, что видели эти тоннели во сне. Ну как, похоже?

Джейн ответила не сразу. Она твердила себе, что ни за что не признается Тревору, но полная изоляция от внешнего мира и темнота создавали ощущение странной близости между ними. Да и какая разница, что он о ней подумает?

— Нет, все было не так. Сырости не было. Наоборот, было сухо, жарко и дымно. Мне… ей было нечем дышать.

— Извержение?

— Откуда я знаю? Это был сон. Она бежала. Ей было страшно. — Она подождала секунду, а потом выдавила: — Вы говорили, что тоже видели сны о Цире.

— О да. С того момента, как мы нашли свитки. Сначала она снилась мне каждую ночь. Сейчас это бывает не так часто.

— И что вы видели? Тоннели? Извержения?

— Нет.

— А что?

Он засмеялся.

— Джейн, я — мужчина. Как вы думаете, что нам снится?

— Ох, ради бога…

— Вы сами спросили. Я мог бы придумать какую-нибудь мистическую или романтическую сказочку, но знаю, что вы предпочтете правду.

— Она не заслуживает такого отношения.

— Что я могу сказать? Это секс. Не думаю, что она обиделась бы на меня за несколько фантазий. Цира знала толк в сексе. Он был для нее средством выжить. Может быть, ей даже доставила бы удовольствие мысль о том, что она имеет надо мной такую власть через две тысячи лет после собственной смерти.

— Я не верю, что вы… Может быть, вы и правы, но она была не только предметом сексуальных желаний. — Внезапно ее осенило. — Впрочем, я не думаю, что ваше отношение к ней ограничивалось сексом. Вы заплатили целое состояние за ее скульптуру, которую выкупили у того коллекционера. Почему?

— Это великолепное произведение искусства. — Он на мгновение умолк. — К тому же ее личность влекла меня не меньше, чем тело. Она была неповторима.

— Тогда почему же вы не сказали это сразу?

— Я не хотел, чтобы вы считали меня слишком чувствительным. Это разрушило бы мой имидж.

Джейн фыркнула:

— Сомневаюсь, что вас до такой степени заботит собственный…

— Тут ход под Виа Спаньола кончается и соединяется с сетью тоннелей, ведущих к театру, — прервал ее он. — Сейчас будет немного светлее. Сюда пробивается электрический свет, но разница не так уж велика. Я не буду гасить фонарь. Эти тоннели сильно петляют, однако другого способа подобраться к пока еще не раскопанному театру нет.

— Почему раскопки идут так медленно?

— Деньги. Трудности. Столкновение интересов. Правда, в последнее время наметился прогресс. Но в высших эшелонах власти продолжается сражение, поскольку некоторые части театра покрыты тридцатиметровым слоем вулканического туфа. Это просто позор, потому что сам театр — настоящая жемчужина. Он вмещал от двух с половиной до трех тысяч человек и был оснащен по последнему слову техники того времени. Огромные барабаны для имитации раскатов грома, подъемные конструкции для пролета богов через сцену, мягкие сиденья, подносы с орехами и сладостями, шафрановая вода, чтобы орошать в жару богатых граждан. Поразительно!

— И волнующе. Наверное, это казалось им волшебством.

— Настоящий театр и сейчас кажется нам волшебством.

— И все это вы узнали из статьи того миланского репортера?

— Нет, я успел кое-что найти. Вы говорили, что нуждаетесь в информации. Я не посмел ослушаться.

— Да ладно вам! Ведь и самому было интересно.

— Сдаюсь.

— Удивительно, что поток огненной лавы не уничтожил театр.

— Это одна из непостижимых вещей, случившихся в тот день. Потоком пригнало столько грязи, что она прикрыла театр как щит. Театр мог бы остаться нетронутым, если бы не жадность тех, кто пришел после. Король Фердинанд расплавил бесценные бронзовые фрагменты ради того, чтобы сделать из них подсвечники.

— Я думала, что до античности вам нет никакого дела.

— Почему? Я отношусь к памятникам с большим уважением. И ненавижу глупость и стремление к разрушению.

— Могла Цира быть в театре во время извержения вулкана?

— Да. Есть упоминание о том, что в этот момент актеры проводили репетицию дневного представления.

— А что они играли?

— Никто не знает. Может быть, это выяснится в ходе дальнейших раскопок.

— А вдруг Цира действительно похоронена там?

— Хотите сказать, что факты следуют за воображением? Это возможно. Кто знает? Археологи постоянно открывают что-то новое.

— Новое о мертвом мире. Но он не кажется мертвым, правда? Пока мы ехали сюда из аэропорта Неаполя, я думала: если закрыть глаза, можно представить себе, какой здесь была жизнь до извержения. Интересно, чем был для них тот день…

— Я тоже думал об этом. Рассказать вам?

— Еще одно исследование?

— Да, началось с этого, но трудно сохранять хладнокровие, если ты находишься там, где это произошло. — Его негромкий голос доносился из темноты. — Был ясный день, ярко светило солнце. Земля чуть подрагивала, однако беспокоиться было не о чем. Везувий всегда ворчит. Колодцы в сельской местности высохли, но ведь был август. Словом, и тут ничего неожиданного.

День стоял жаркий, но здесь, в Геркулануме, было прохладнее, потому что город находится на мысу, вдающемся в море. Праздновали день рождения императора, и люди собрались в город, чтобы полюбоваться зрелищами в честь этого события. Форум был битком набит уличными торговцами, акробатами и жонглерами. Рабы несли знатных дам в носилках. Общественные бани были открыты; мужчины раздевались, готовясь к купанию. В палестре шли соревнования атлетов, и победителей должны были увенчать лаврами. Это были юноши, обнаженные, загорелые и гордые своим искусством. Мозаичники гранили свои полированные камни и стекло, пекари пекли хлеб и лепешки, друзья Циры — актеры, а может быть, и сама Цира репетировали представление, которое должно было состояться в лучшем театре Римской империи… — Он сделал паузу. — Могу рассказать еще кое-что. Хотите послушать?

— Нет. — У Джейн подкатил комок к горлу; она отчетливо представила то утро, его тепло, его запахи и звуки. — Не сейчас.

— Вы говорили, что хотите почувствовать вкус ее времени.

— Уже почувствовала, — срывающимся голосом ответила Джейн. — Невозможно представить, что все это исчезло в мгновение ока.

— Нет, возможно. Мы давно научились делать это сами, без вмешательства природы. Вспомните Хиросиму. И это был скорее рев, чем мгновение ока. В сообщениях об извержении говорится, что сама земля издала вопль, похожий на рев гигантского быка. Повсюду стоял едкий серный дым, а над горой поднялось грибовидное облако.

— И люди бросали все и бежали прочь.

— Тот, кто успел это сделать. Времени у них было мало.

Нет воздуха. Нет времени. Внезапно Джейн стало трудно дышать.

— Я хочу выйти отсюда. Далеко еще до тоннеля, который якобы ведет к фойе театра?

— Он прямо перед нами. — Тревор осветил ее лицо. — Вы неважно выглядите. Хотите вернуться?

— Нет, пойдемте. Покажите его мне. Ради этого мы и спустились.

— Нет, не ради этого. Вы хотели увидеть театр. Это не давало вам покоя.

— Вполне естественно, что я хотела видеть место, где женщина, похожая на меня…

— Передо мной можете не оправдываться. Вы хотели быть здесь. Я привел вас. Теперь вы хотите домой. Я отведу вас домой. Но вы еще не видели главные раскопки. Я могу отвести вас туда. К ним ведет следующий тоннель.

Она покачала головой.

— Я вернусь домой, когда увижу, где именно вы с Зонтагом поставили гроб.

Тревор тяжело вздохнул.

— Вот упрямая! — Он посветил фонариком под ноги и взял ее за руку. — Идемте. Мы только взглянем на это место и сразу уйдем. Там не на что смотреть. Мы отгородили вход от воровского тоннеля, чтобы никто не наткнулся на него раньше времени. — Он повел ее вперед. — Может быть, жаркий и дымный тоннель из вашего сна все же лучше, чем этот. Тут одна грязь, влага и плесень.

— Но зато вы знаете, куда идете. Вы не потерялись и не упираетесь раз за разом в тупики.

— Да, я знаю, куда иду. Со мной вы в безопасности.

Внезапно до Джейн дошло, что это так и есть. Голос Тревора был таким же уверенным, как и его рука, а темнота больше не душила ее и даже казалась знакомой. Она ощущала странное чувство. Хотелось отстраниться и в то же время прижаться к нему. Но Джейн не делала ни того, ни другого. Просто позволяла Тревору вести ее сквозь тьму.

«Делай то, ради чего ты отправилась сюда. Посмотри на тоннель, где Тревор устроил ловушку, увидишь вомиторий, а потом возвращайся в виллу на Виа Спаньола».

* * *

— Вы уверены, что все еще хотите посмотреть вомиторий? — спросил Тревор, шедший впереди. — По-моему, для одного вечера достаточно.

— Не обращайтесь со мной как с больной, Тревор. Конечно, хочу. Ничего особенно страшного внизу нет. Вы были правы, мы не смогли подобраться вплотную к тоннелю, ведущему к фойе.

— И в вомитории тоже особенно не на что смотреть. Так что давайте оставим его на потом.

— Нет, я должна знать, что меня ждет. — Господи, как она устала от этой непроглядной тьмы! Воры, прокапывавшие ходы в недрах земли и не знавшие, что их ждет за следующим поворотом, должны были испытывать ужас. — Вы говорили, что за долгие годы многие из тоннелей обвалились. С этим тоннелем случилось то же самое?

— Пока я изучал его, пару раз утыкался в тупики. Не бойтесь, стены вокруг вомитория крепкие. Я бы не повел вас туда, если бы там было опасно. — Тревор остановился. — Тут нужно повернуть. Конечно, если вы еще не передумали.

Джейн не хотелось идти дальше. Хотелось вернуться на виллу и забраться в кровать. Хотелось света. Здесь она чувствовала себя так, словно погребена заживо.

Как Цира, заживо погребенная рухнувшими камнями?

— Джейн?

— Иду. — Она протиснулась мимо Тревора. — Вы говорили, что это не так далеко от главного тоннеля. Значит, идти осталось недолго, верно?

Он снова пошел впереди.

— Недолго — понятие растяжимое. Похоже, сейчас для вас время течет медленнее, чем обычно.

Она пыталась думать о чем-то другом, кроме бесконечной темноты.

— Может быть, Цира знала про этот вомиторий. Это был ее город и ее район. Я так и вижу, как она ходит по этим местам, разговаривает, смеется и заигрывает с горожанами.

— Я тоже. Особенно последнее. Это представить нетрудно.

— Только не такому человеку, как вы, который относится к Цире потребительски. Она делала это, чтобы как-то выжить.

— Не оправдывайте ее. Цира не была жертвой. Она любила жизнь. Если верить спискам Юлия, у нее был злой язык, но он прощал ей это, потому что в постели Цира была богиней.

— Может, это была реакция на то, что ей приходилось ложиться с ним в постель.

— Джейн, ее никто не принуждал. Таков был ее выбор. Который она сделала сама.

— Этот выбор определялся ее низким происхождением и обстоятельствами жизни. А что еще о ней говорят свитки?

— Что она любила друзей, была беспощадна к врагам и терпеть не могла, когда ей перечили.

— А с кем она дружила?

— С актерами своего театра. Никому другому она не доверяла.

— Семьи у нее не было?

— Нет. Она привела домой мальчишку с улицы; в свитках говорилось, что она хорошо к нему относилась.

— А больше там никто не упоминался?

— Насколько я помню, нет. Большинство свитков Юлия было посвящено ее красоте, искусности в любви, а не материнскому инстинкту.

— Ненасытный кабан.

Тревор рассмеялся:

— Я или Юлий?

— Вы оба.

— Не знаю, кто он был на самом деле, но Юлий был готов убить ее. А в одном из свитков он писал, что хочет убить соперника, который украл у него Циру.

— Кто это был?

— Он не назвал его имени. Но было ясно, что это молодой актер, который недавно приехал в Геркуланум и взял город штурмом. Видимо, Циру он тоже взял штурмом, и это привело Юлия в ярость.

— Он убил его?

— Не. знаю.

— Более вероятно, что он пытался убить Циру, поскольку не смог ее удержать.

— Вы так думаете? Интересно.

Неинтересно. Ужасно. И это только маленький эпизод из жизни, которую вела Цира.

Внезапно Тревор остановился.

— Вот проход, которым Джо должен будет воспользоваться, чтобы забраться на карниз, нависающий над вомиторием. — Он осветил фонарем каменистую левую стену, и Джейн увидела небольшое темное углубление внизу. — Чтобы залезть туда, ему придется извиваться ужом, но уже через два метра он сможет встать и идти к выступу в полный рост.

— Я бы никогда не заметила его, если бы вы не показали.

— И Альдо тоже не заметит. — Он пошел дальше. — В этом тоннеле слишком много отводов, чтобы обращать внимание на какую-то дырку в стене.

— Далеко еще до вомитория?

— Он в нескольких минутах от нас.

— Тогда пойдемте быстрее. Мне хочется поскорее уйти отсюда.

Но ей показалось, что прошло не меньше часа, прежде чем Тревор сделал шаг в сторону и посветил фонарем в кромешную тьму.

— Мы пришли. Не самый лучший уголок времен Циры. Хотя эти шесть мраморных цоколей, стоящих в разных частях помещения могли быть подножиями статуй богов, богинь и даже самого императора.

Но сейчас эти зазубренные останки, которые охраняли три темных тоннеля, уходивших в разные стороны от вомитория, были похожи на часовых с оскаленными зубами. Рядом с цоколями стояли металлические подсветки для фотосъемки и аккумуляторная батарея, служившая источником тока, но Джейн не обратила на них внимания. Она сделала шаг вперед, не сводя глаз с центра помещения. На каменистой земле лежало красное бархатное покрывало.

— Что это?

— Часть моей подготовительной работы. Я хотел убедить Альдо в том, что он добрался до места, где произойдет расплата.

— А прожектора его не отпугнут?

— Согласен, ход довольно театральный. Но меня всегда тянуло к дешевым эффектам.

Красный бархат, лежавший на грязной земле, напоминал кровавое пятно, и Джейн не могла отвести от него глаз.

— Именно тут будет стоять гроб?

— В финале. Но мы хотим поставить Альдо в известность о том, что здесь произойдет. Когда он найдет это место, то начнет строить планы. — Тревор показал на стены. — Я уже определил места для факелов. — Он показал на левую стену вомитория. — Видите вон то маленькое отверстие на высоте метров в девять? Это выход из отвода, который я вам показал. Джо будет лежать на карнизе и целиться из винтовки вниз. А видеокамера, про которую я говорил, в данный момент снимает нас. — Он показал на большой плоский камень у самой земли. — Я буду там. Если что-то пойдет не так, отброшу камень в сторону и приду к вам на помощь.

Джейн посмотрела направо.

— Отсюда выходят два тоннеля?

— Три. Включая тот, которым воспользуетесь вы.

— И Альдо будет в одном из них? — Она не могла отвести взгляд от зиявшей темноты. Легко было представить себе, что он сейчас сидит там и следит за ними. — Разве нельзя погнаться за ним и схватить, как только мы убедимся, что он здесь? Вы говорили, что он незнаком с этими тоннелями.

— Мы с Джо обсуждали такую возможность. — Он покачал головой. — Подобная погоня может превратиться в настоящий кошмар. Эти ходы — настоящий лабиринт, а у тоннеля под Виа Спаньола есть по крайней мере два выхода. Альдо может случайно наткнуться на один из них, и тогда мы потеряем его. — Он сделал паузу. — Но если вы передумали и не хотите вытащить этого ублюдка на свет божий, скажите мне. Выбор за вами, Джейн.

— Я только спросила. Нет, не передумала.

Он скривил губы:

— В глубине души я надеялся, что вы откажетесь от своего плана.

— Как странно… — Она шагнула к куску бархата. — Он выглядит…

Кровь. Боль. Альдо стоит и ликующе смотрит на бархат…

Воображение.

Отбрось страх. Она проглотила слюну.

— Действительно, очень театрально, — Она повернулась и пошла к тоннелю. — Я уверена, что Цира бы это одобрила.

— Только если бы это была комедия. Трагедия — не ее амплуа.

— И не мое тоже.

Рука Тревора, державшая ее за локоть, чуть дрогнула!

— Договорились. А теперь пойдемте отсюда.

— Я пойду вперед. — Тревор первым поднялся по лестнице и открыл люк. — Если Куинн проснулся и рыщет по дому, то я приму удар на себя. — Он осмотрел комнату и свистнул. — Все чисто.

Джейн ощутила невероятное облегчение. Слава богу, ссориться с Джо и Евой не придется. Эмоций ей хватало и без того.

— Идите спать, — сказал Тревор, втащив ее наверх и закрыв люк. — Завтра будет трудный день.

— Для Евы, — ответила Джейн. — Не для меня. Для средств массовой информации я — всего-навсего дочка Евы, которую решили познакомить с европейской культурой.

— Но поскольку Ева не слишком общительна, они попытаются достать ее через вас. А каждый, кто прочитал «Археологический журнал», заметит ваше сходство со статуей.

— Фотография была нечеткой. Сэм хорошо сделал свое дело.

Тревор окаменел:

— Сэм? Вы называете друг друга по имени?

— Такой уж он человек. Мы с ним сразу нашли общий язык.

— Не сомневаюсь. Держу пари, что вы обвели его вокруг пальца, не успев пробыть в его кабинете и пятнадцати минут.

Джейн надулась.

— Все было совсем не так.

— Серьезно? А как же?

— Я говорила вам, как трудно… — Она осеклась. — Я не обязана вам ничего объяснять. Что это с вами?

— Ничего, черт побери. Я просто подумал, что вы… — Он умолк и отвернулся. — Вы правы, я перешел границы. Прошу прощения.

— Извинения не принимаются. Если вы действительно имели в виду то, о чем я думаю.

— Это была ошибка, о'кей?

— Нет, не о'кей! Вы что, сексуальный маньяк? Сначала ляпнули эту глупость насчет Циры, а теперь опять? Я не сплю с мужчинами ради того, чтобы достичь своей цели. У меня есть мозги, и я пользуюсь ими.

— Я уже сказал, что прошу прощения.

Но было поздно: Джейн вошла в раж.

— Ничего удивительного, что вам снились эти отвратительные сны о Цире! Вы считаете всех женщин проститутками! — Внезапно ее осенило. — Во всем виновато мое лицо. Я похожа на нее внешне, вот вы и подумали, что я могу вести себя так же.

— Я знаю, что вы на это неспособны.

— Нет? В глубине ваших мужских мозгов должна была копошиться такая мысль, иначе вы не вели бы себя так!

— Я не считаю вас второй Цирой.

— Нет, я не Цира. Но я гордилась бы, если бы обладала ее силой, решительностью, и меня оскорбляют ваши намеки на то, что она была всего лишь куртизанкой!

— Позвольте напомнить, что я никогда не позволял себе сравнивать вас.

Джейн хотела выйти из комнаты.

— Нет. — Рука Тревора легла на ее плечо и развернула. — Не поворачивайтесь ко мне спиной. Я стоял здесь, слушал, как вы обзывали меня сексуальным маньяком и сукиным сыном, и не позволю вам уйти, пока не выскажусь.

— Отпустите немедленно.

— Отпущу, когда закончу. — Глаза Тревора блестели. — Во-первых, возможно, вы правы. Я жил с образом Циры так долго, что мог подсознательно сравнивать вас. Подсознательно. Улавливаете разницу? Именно поэтому стоит мне посмотреть на вас, как я начинаю волноваться. Во-вторых, мне свойствен здоровый эротизм, но это не значит, что я плохо думаю о ней… или о вас. Я уже говорил, что значит для меня Цира. Секс здесь присутствует, но это далеко не все. В-третьих, если бы вы были старше и немного опытнее, мне бы не пришлось говорить это. Я мог бы это доказать.

Джейн смотрела на него снизу вверх. Гнев исчез бесследно, сменившись горячим, почти обжигающим волнением, которое ей уже было знакомо.

— Не смотрите на меня так, — хрипло сказал он, отпустил плечо Джейн и приложил ладонь к ее щеке. — Боже, как вы прекрасны. У вас столько выражений…

Щеку покалывало, но Джейн не могла сдвинуться с места.

— Это свойственно каждому человеку.

— Но не всем. Вы загораетесь, гаснете, искритесь… Я мог бы следить за вами тысячу лет и не устал бы… — Он сделал глубокий вдох и опустил руку. — Идите спать. Иначе это плохо кончится.

Она не двинулась с места.

— Идите спать.

Джейн сделала шаг вперед и нерешительно прикоснулась к его груди.

— О черт… — Он закрыл глаза. — И вы туда же…

Сердце под ее ладонью колотилось как сумасшедшее.

Тревор открыл глаза и посмотрел на нее потемневшими глазами:

— Нет.

— Почему нет? — Она сделала еще один шаг. — Я хочу…

— Я знаю, чего вы хотите. — Он отступил назад. — И это убьет меня. — Тревор повернулся и пошел к двери. — Сексуальные маньяки все такие.

Джейн уже забыла, что назвала его так.

— Куда вы?

— Подышать свежим воздухом. Он мне необходим.

— Убегаете от меня?

— Вы правы.

— Почему?

Он остановился на пороге и обернулся:

— Джейн, я не сплю со школьницами.

К ее щекам прихлынула кровь.

— Я не сказала, что хочу переспать с вами. И это не слишком любезный способ сообщить, что…

— Я и не хочу быть любезным. Просто пытаюсь оттолкнуть вас. Разве неясно?!

— Вы ведете себя так, словно я набросилась на вас. А я только прикоснулась.

— Этого достаточно. Если речь идет о вас.

Она вздернула подбородок:

— Почему? В конце концов, я всего лишь школьница. Мелочь пузатая, на которую можно не обращать внимания.

— Так же, как на черную чуму в эпоху Средневековья.

— Теперь вы сравниваете меня с чумой?

— Вы обладаете такой же разрушительной силой. — Он посмотрел ей в лицо. — Я обидел вас? О боже, я все время забываю, что вы куда более чувствительны, чем хотите казаться.

— Вы не сможете обидеть меня! — Джейн смерила его гневным взглядом. — Я бы вам не позволила. Хотя вы старались изо всех сил. Обозвали меня чумой, школьницей и Цирой.

— Я действительно обидел вас. — Тревор долго молчал, а когда заговорил, его голос прозвучал удивительно мягко: — Послушайте, я не хотел обижать вас. Я хотел быть вашим другом. — Он покачал головой. — Нет, неправда. Когда-нибудь мы сможем стать друзьями, но сейчас…

— Я себе этого не представляю.

— И я тоже. В том-то и дело. Тьфу, дьявольщина! Я увязаю все глубже и глубже! — Он толкнул дверь и выскочил из дома.

«Я не хотел обижать вас».

А сам обидел. Она чувствовала себя сбитой с толку, отвергнутой и одинокой. Действовала инстинктивно, наобум и отпугнула его.

«Это все моя гордость», — сказала она себе. Джейн не была наивной девочкой, но собственного сексуального опыта не имела. А он не хотел иметь дела с новичками.

Что ж, осуждать ее не приходилось. Тревор был привлекателен, и Джейн тянуло к нему. Похоже, эта тяга была взаимной. Он прикасался к ней и заставлял испытывать…

А потом этот красавчик обошелся с ней так, словно она была какой-нибудь малолетней Лолитой.

Да пошел он!..

Она резко повернулась и по коридору направилась к спальне. Принять душ, уснуть и забыть о Треворе! Считать, что сегодня вечером ей дали урок. Разве не все молоденькие девушки время от времени влюбляются во взрослых мужчин?

Но она не была как все. Джейн не чувствовала, что она младше Тревора; он был несправедлив к ней. У нее было право выбирать, а он погладил ее по головке и отослал спать. У большинства ее сверстниц уже был сексуальный опыт. Одна из одноклассниц Джейн в последней четверти вышла замуж и в августе родила.

Джейн еще никогда и никто из парней по-настоящему не нравился. Мальчики в школе были… всего лишь мальчиками. Она относилась к ним, как старшая сестра. У нее было больше общего с Джо и его сослуживцами, чем с ровесниками.

Но не с Марком Тревором. С Тревором у нее ничего общего не было.

Джейн тихонько открыла дверь спальни и начала быстро раздеваться. Лицо и руки были перепачканы, но мыться она не решилась. Какое счастье, что Ева и Джо проспали ее экскурсию в тоннель! А если шум воды разбудит их? Нет уж, лучше не рисковать. Лучше проснуться пораньше и принять душ еще до того, как они встанут.

Джейн подошла к окну и посмотрела на улицу. Вдруг Альдо прячется в глубине входа в какую-нибудь лавочку? В тоннеле, который вел к театру, ее переполняли мысли о смерти, но не о той смерти, которую нес с собой Альдо. Тревор заставил ее слишком ясно вообразить древний Геркуланум. Загорелые юные атлеты, изнеженные женщины на носилках, актеры, репетирующие свои роли. И вдруг всему пришел конец. Мысль о том, что столько людей умерло в одночасье, заставила ее похолодеть от ужаса.

И все же она никогда не ощущала себя такой живой, как в тот момент, когда Тревор прикоснулся к ее щеке. Контраст был поразительным. Наверное, этот контраст и заставил ее забыть обо всем.

Но теперь она снова вернулась в реальный мир.

Мир Альдо.

* * *

«Самая настоящая похоронная процессия», — думал Альдо. Металлический гроб несли четыре студента Зонтага, а скорбящими родственниками были Джо Куинн, Ева Дункан, репортеры и сопровождавшие их карабинеры.

Гроб.

Альдо алчно смотрел на вместилище останков Циры. Он видел такие специальные гробы в детстве, когда играл здесь, в раскопках. Похоже, Зонтаг сделал все возможное, чтобы сохранить скелет от уничтожения.

Но это не поможет. Он, Альдо, раздробит эти кости, сотрет их в порошок. Придет и…

Из-за угла вышли Джейн Макгуайр и Марк Тревор, замыкавшие процессию. В тусклом электрическом свете, направленном на усыпальницу, ее лицо казалось бледным и сосредоточенным. Она смотрела не на гроб, а прямо перед собой. Что ты чувствуешь, сука? Ожидание? Ликование? Боль? Нет, ты еще не знаешь, что такое настоящая боль.

Ты чувствуешь, что я смотрю на тебя? Не боишься? Впрочем, ты любишь, когда на тебя смотрят мужчины, правда? Сейчас за тобой следит Тревор, пожирает тебя глазами. Шлюха, сколько времени тебе понадобилось, чтобы заманить его в постель?

Его душил гнев. Это не должно было случиться. Тревор не имел права становиться между ними. Она должна была принадлежать только ему, Альдо.

И будет принадлежать ему. Он овладеет ее телом еще до того, как прикоснется к лицу. Изольется и очистит мир от зла по имени Цира.

Но этого может быть недостаточно. А вдруг у него будет только несколько минут, чтобы насладиться последней победой? Ему нужно нечто большее. Нужно снова услышать ее голос, ее слова.

Процессия проследовала дальше, и опомнившемуся Альдо пришлось догонять ее. Он быстро двигался по воровскому тоннелю, шедшему параллельно театральному. Но не слишком торопился. Альдо мог следовать за ними. Он знал эти тоннели, а тьма была его другом. Кровь струилась по его жилам, раз за разом повторяя ритмичный припев.

Пришло его время.

ГЛАВА 17

— Вам пришлось изрядно потрудиться, чтобы это выглядело правдоподобно, — вполголоса сказала Ева Тревору, следя за тем, как студенты осторожно ставят гроб на стол посреди просторной библиотеки с высоким потолком. — Как они умудрились поднять его по лестнице?

— Это было не так уж трудно. Зонтаг позаботился о том, чтобы в отверстие проходили предметы немалых размеров.

— Пока что я заметила только одну ошибку, — продолжила Ева. — Если эти тоннели под виллой являются таким большим секретом, то посвящать в него студентов было опасно. Они могут быть излишне разговорчивыми.

— Не могут, если хотят закончить учебу. Стоит этим ребятам раскрыть рот, как они будут отчислены. Я же говорил вам, что Зонтаг — настоящее пугало. Но в данном случае это нам только на руку. — Он повернулся к Джейн. — Сейчас начнется. Вам предоставляется последний шанс. Не передумали?

— Не смешите меня. — Джейн облизала пересохшие губы. Почему она не может отвести взгляд от гроба? Это же подделка, фальшивка. Для тревоги нет никаких причин. — Что в гробу?

— Скелет.

Джейн широко раскрыла лаза.

— Вы шутите?

Он покачал головой:

— Я не знал, насколько близко подберется к нам Альдо, и не хотел рисковать.

— Где вы его взяли?

— Посетил небольшой музей под Неаполем и одолжил. Разговор был очень короткий, но мне пришлось дать множество обещаний от имени Евы. — Он повернулся к Еве. — Этот женский скелет — один из найденных у пристани.

— Вы хотите, чтобы я сделала настоящую реконструкцию?

Он кивнул:

— Все должно выглядеть абсолютно правдоподобно. Однажды вы сказали мне, что соблюдаете осторожность и сознательно не смотрите на фотографии, так как боитесь, что руки, глаза, ваш мозг предадут вас. Теперь я хочу, чтобы именно так и случилось. Думайте о Цире. Или Джейн. Я купил вам стол-тумбу и все нужные материалы. Что скажете?

— Все зависит от того, что именно вы им пообещали от моего имени.

— Что когда дело со скелетом будет закончено, вы соскоблите лицо Циры и сделаете настоящую реконструкцию. Музей беден как церковная крыса, и ваше имя станет для него хорошей визитной карточкой. По-моему, имеет смысл. Как, возьметесь?

Ева задумчиво кивнула, не сводя глаз с гроба.

— Что вам о ней известно?

— Она была молода. Не старше девятнадцати. Сломала большую берцовую кость. Музейные работники считают, что хрупкость костей была вызвана плохим питанием в детстве. Отсюда следует, что девушка принадлежала к простонародью. Они называют ее Джулией. — Он улыбнулся. — Вот и все, что я знаю. Точнее, все, что знают они. — Он посмотрел на Джо и Зонтага, выставлявших студентов из комнаты. — Присмотрю-ка я за Зонтагом, пока он не наделал глупостей. Рука у него тяжелая.

— Если так, то непременно наделает. — Ева шагнула к гробу. — Где эта студия, которую вы для меня приготовили?

Вид у Евы был отстраненный, и Джейн поняла, что она уже поглощена предстоящей работой.

— Может, подождешь, пока мы распакуем вещи и пообедаем?

— В кабинете, — сказал Тревор. — Я принесу череп и все остальное, как только поговорю с Зонтагом.

— Мне хочется взглянуть на нее.

— Милости прошу. Гроб не заперт. — Тревор направился к Джо и Зонтагу.

Джейн двинулась следом за Евой.

— Почему ты так торопишься? Джулия ведь не из твоих «потерянных».

— Когда я берусь за реконструкцию, для меня потерянным становится каждый. Но тут есть еще кое-что. Мне придется наградить эту девушку твоим лицом, поэтому я хочу узнать ее как следует. — Она открыла крышку гроба. — Как ее называют музейщики?

— Джулия.

Она бережно прикоснулась к черепу и негромко сказала:

— Привет, Джулия. Нам предстоит близкое знакомство. Я отношусь к тебе с уважением и восхищением и очень хочу увидеть, какая ты. — Она немного постояла, глядя на скелет, а затем закрыла крышку. — На сегодня достаточно. — Ева отвернулась. — Я не смогла бы работать, не представившись ей.

Джейн кивнула:

— Знаю. Я уже видела, как ты это делала. Думаешь, они тебя слышат?

— Понятия не имею. Но после этого меня не мучает совесть за то, что я нарушаю их покой. — Она пошла к лестнице. — По крайней мере, у меня будет дело. Я палец о палец не ударила с того дня, как ты огорошила нас своим планом. Работа станет для меня облегчением. Знаешь, она была очень маленькой. Лицевые кости необычные… — Ева оглянулась на Джейн, стоявшую у подножия лестницы. — Ты не пойдешь наверх?

— Позже. Хочу выйти в сад. Не нахожу себе места. — Девушка улыбнулась. — У меня ведь нет Джулии. Увидимся за обедом.

— Не уходи далеко, — сказала Ева, поднявшись еще на несколько ступенек. — Охранников здесь хватает, и я понимаю, что в саду так же безопасно, как в доме. Но мне хотелось бы, чтобы ты сидела в четырех стенах.

— Но я же ходила гулять на озеро.

— Там все свое. А тут — чужое.

«И вовсе не чужое», — подумала Джейн, миновав вестибюль и открыв застекленную створчатую дверь. Едва она ступила на землю Геркуланума, как ощутила странное чувство. Здесь все казалось знакомым. Прикосновение теплых солнечных лучей, запах роз и журчание фонтана убаюкивали ее.

— Вы так сосредоточенны, что не хочется отвлекать.

Джейн вздрогнула, обернулась и увидела Тревора, подошедшего к ней со стороны дома.

— Так не отвлекали бы. Разве что у вас есть для этого серьезная причина.

— Есть. Теперь, когда игра началась, я хочу сообщить вам распорядок дня. — Он обвел взглядом сад. — Красивое место. Настоящий заколдованный замок. Так и видишь дам в белых платьях, подметающих шлейфами дорожки.

— Спасибо, что не дам в тогах. Я по горло сыта древней историей.

Он посмотрел ей в лицо:

— Вы выглядите расстроенной.

— Ничего, как-нибудь переживу. — Джейн передернула плечами. — Вам действительно нужно было передать Еве этот скелет? Неужели есть шанс, что Альдо подберется близко и увидит не только Еву за работой, но и саму реконструкцию?

— Был. Если бы Альдо сумел заглянуть в гроб и увидел, что там пусто, на нашем плане можно было бы поставить крест. Так безопаснее. Кроме того, за работой Еве становится легче.

— Значит, вы сделали это ради нее?

— Мне нравится Ева, — уклончиво ответил Тревор. — Женщине ее склада трудно сидеть без дела.

— Да, вы правы. — Надо же… Оказывается, он умеет быть заботливым. — Так что вы там говорили про распорядок дня? Мне нельзя выходить в сад?

— Можно. Но только не подходите к воротам. И не покидайте виллу без Джо или меня.

— Я и не собиралась никуда выходить. Зачем? — Джейн умолкла и посмотрела на чугунные ворота. — Он сам придет ко мне.

— Возможно. — Тревор проследил за ее взглядом. — Но не играйте ему на руку.

— Мне этого говорить не надо. Я хоть и школьница, но не дура.

Тревор поморщился:

— Значит, вы все-таки обиделись.

— Вы сказали правду. — Джейн смерила его ледяным взглядом. — Я действительно школьница и не стыжусь этого. Но это еще не значит, что я наивная девочка. В пять лет я бегала по улицам южной Атланты и знала в лицо каждую проститутку и каждого торговца наркотиками. А в десять знала больше, чем вы после детского дома. Да, мне стало обидно, когда я поняла, что вы ничего обо мне не знаете. Это ваша проблема.

— Да! — улыбнулся Тревор. — И я ощущаю ее все сильнее. Вы простили меня?

— Нет. — Она перевела взгляд на фонтан. — Вы не видели во мне личность. Этого я простить не могу. Поставили меня на одну доску с моими сверстниками и ушли. Ну и ладно. Я в вас не нуждаюсь. В каком-то смысле вы ничем не лучше Альдо. Он смотрит на мое лицо, но не видит того, что скрывается за ним.

— Интимные отношения с девушкой вашего возраста — это большая ответственность, — тихо сказал он. — Я не хотел причинить вам вред.

— Причинить себе вред могу только я сама. А насчет ответственности… Я вообще не понимаю, о чем речь. Все кончено. — Она встала со скамьи. — Собственно говоря, ничего и не было.

— Нет, было.

Джейн понимала, что именно имеет в виду Тревор, и не считала нужным притворяться.

— Ничего такого, о чем я не могла бы забыть.

Он скривился:

— Увы, про себя я этого сказать не могу.

— Вы и не должны забывать. Сами все испортили. — Нужно было уйти. Гнев прошел, но обида осталась. Джейн отвернулась и пошла по тропинке. — Может быть, это чему-то вас научит.

— Уже научило, — услышала она, добравшись до беседки. — Джейн, не уходите слишком далеко.

Она не ответила. Господи, хоть бы он поскорее убрался! Джейн думала, что приобрела иммунитет, однако сейчас ее трясло. Неужели эти ощущения так действуют на людей? Если да, то ей этого не надо. Она хочет управлять собственным телом и не позволит ему предать себя! Не хочет вспоминать, как выглядел Тревор в лучах солнечного света, делавшего его загорелую кожу золотистой. Не хочет вспоминать, что она почувствовала, когда прикасалась к нему.

И не будет. У нее есть сила и ум, а это потрясение скоро пройдет. Джейн оглянулась и с облегчением увидела, что Тревор вернулся в дом. Она еще немного побудет здесь, придет в себя, а потом поднимется в свою комнату. Нужно принять душ и зайти к Еве. Не для разговора. Она не была склонна к откровенности, но близость Евы ее успокаивала. Когда ее обижали или…

Зазвонил мобильник.

Наверное, Ева встревожилась, что ее так долго нет.

— Ева, я скоро приду. Запах роз такой сильный, что можно опьянеть…

— Ты в саду?

Альдо. Потрясение было таким сильным, что она почти лишилась дара речи.

— Что ты молчишь?

— Да, я в саду. — Голос ее дрогнул, и она откашлялась. — А ты где?

— Недалеко. Сегодня я следил за тобой в том тоннеле. И был так близко, что мог прикоснуться к тебе. И скоро прикоснусь. Сказать, когда?

— Нет. Ты не можешь… — Она умолкла. Очень хотелось поспорить, но если удастся убедить его, что она не Цира, тогда все рухнет. Поиграй с ним. Перестань возражать и попытайся вывести его из себя. — Ну ладно! Допустим, я действительно Цира. Ты не можешь остановить меня. Я слишком близко. Ева делает реконструкцию, а когда та закончится, я стану знаменитой и буду жить вечно, хотя давно мертва. Мое лицо будет смотреть на тебя с рекламных щитов. Обо мне снимут документальные фильмы. Я буду везде! Моим именем назовут духи. Можешь звонить и плеваться ядом сколько угодно, но это тебе не поможет. Ты проиграешь!

— Сука! — Было слышно, как он пытался справиться с гневом. — Думаешь, что рядом с Дункан, Куинном и этим ублюдком Тревором тебе ничто не грозит? Никто из них не сможет защитить тебя. Я убью сначала тебя, а потом их.

Сердце Джейн подпрыгнуло, рука от боли стиснула аппарат.

— При чем тут они? Тебе нужна только я.

— Ты заразила их. Они никогда не прекратят охоту на меня. — Он смолк и злобно добавил через мгновение: — Что, испугалась?

— Нет. Просто это глупо.

— Не обманывай. Ты испугалась. Если ты потащишь их за собой, то, может быть, в конце концов поймешь, что такое настоящая привязанность.

— Если я действительно такая бесчувственная, как ты думаешь, то едва ли.

— Держу пари, что ты не всегда была такой. Юлий Пресебий писал о твоей страстности с отвратительными подробностями. К тебе можно прикоснуться. Тревор уже прикасался к тебе, верно?

— Нет.

— Лжешь. Я видел, как он смотрел на тебя. — Внезапно его тон смягчился. — А однажды я видел тебя на веранде с Евой Дункан. Ты была очень трогательна.

Джейн похолодела.

— Я не такая.

— Может быть. А может быть, и нет. Я что-то слышу в твоем голосе… — Внезапно его тон стал угрожающим: — Как бы там ни было, а попробовать стоит. Рассказать тебе, что я сделаю с Евой Дункан?

— Нет.

— Она очень старается вернуть жертвам лица, верно? Так вот, я заберу ее собственное лицо. Я здорово поднаторел в этом деле, пока уничтожал твое ненавистное лицо. Иногда эти женщины оставались в сознании до самого конца. С Дункан я не буду торопиться и удостоверюсь, что она испытала все мучения, которых заслуживает.

Джейн попыталась справиться с вдруг осевшим голосом:

— Ты действительно чудовище.

— О нет, я — меч правосудия. А чудовище — ты. Это ты сводила с ума моего отца, пока он не перестал испытывать ко мне все чувства, кроме презрения. Это ты заманила сюда Еву Дункан и всех остальных, когда Зонтаг нашел тот скелет. Ты знала, что я убью их, если они встанут на моем пути.

— Ты хочешь убить их не потому, что они встали на твоем пути. Ты убил бы их все равно.

— Их судьба определилась в тот момент, когда ты решила использовать их. — Он хихикнул. — А теперь, когда я знаю, что их смерть огорчит тебя, то придумаю, как сделать это еще при твоей жизни. Дополнительное удовольствие.

— А ты не слишком разбрасываешься? Ведь твоя цель — я.

— Не волнуйся, о тебе я не забуду. Был очень рад поболтать с тобой. Мы еще поговорим. Причем скоро. До свидания, Цира. — Он дал отбой.

О боже… Ее трясло.

Она протянула руку и схватилась за кованую ограду беседки, чтобы не упасть. Кошмар. Безумие. Ужас.

Сердце колотилось как сумасшедшее.

Ева. Джо. Тревор.

О боже, Ева…

— Джейн?

Она оглянулась и увидела вышедшего из дома Тревора.

— Что случилось?

Джейн покачала головой.

— Что случилось, черт побери? — Тревор схватил ее за плечи. — Я следил за вами из окна и увидел, что вы вцепились в ограду, словно в спасательный леер.

— Этот звонок, — пролепетала она. — Господи, Ева…

— Звонила Ева?

— Альдо.

— Что?

— Он говорил, что будет звонить мне. Мы этого ждали. Но я не… — Она попыталась освободиться. — Пустите меня.

— Черт побери, когда вы наконец скажете мне, что случилось?

— Альдо.

— Я понял. Что он сказал?

— Слишком много. Он действительно сумасшедший. А я еще хуже. Я просто дура набитая. Хотела вывести его из себя, но дала промашку. Позволила ему понять… Я все испортила. Испугалась, и он догадался. — Она стиснула кулаки, однако дрожать не перестала. — Догадался и теперь сделает это. Но я ему не позволю. Это моя вина. Я не подпущу его к ней ни на…

— Джейн, прекратите сейчас же! Хотите, чтобы я дал вам пощечину?

Она захлопала глазами:

— Только попробуйте. Так дам по яйцам, что вы сопрано запоете!

— О'кей, я вижу, вы вполне овладели собой. — Он отпустил ее плечи. — Теперь сядьте на скамейку и успокойтесь.

Джейн уже отдышалась, но с дрожью справиться не могла. Она села и обхватила себя руками.

— Нет, я еще не пришла в себя. Мне страшно, меня знобит, и я хочу остаться одна.

— Черта с два. Я останусь здесь. Когда захотите говорить, скажете.

Ладно, пусть остается. Это не имеет значения. Если уж ему так хочется знать… Она сделала глубокий вдох.

— Он хочет убить ее. Даже если сначала убьет меня, это ничего не изменит. Он убьет ее все равно.

— Еву?

— Еву, Джо и вас. Но Альдо испытывал наслаждение, рассказывая мне, как именно он будет убивать Еву. — Ее ногти вонзились в ладони. — Я не позволю ему сделать это.

— Джейн, когда Ева соглашалась ехать сюда, она знала, что определенная опасность есть. И вы тоже знали это.

— Но я не знала, что он сделает мишенью ее. Думала, он сосредоточится на мне. До сих пор его жертвами были только женщины с моим лицом. Откуда я знала, что он захочет убить всех близких мне людей? В том числе и вас?

— Я польщен его убежденностью в том, что моя смерть причинит вам боль, но у Альдо были причины убить меня еще до того, как он узнал о вашем существовании.

— Однако убивать Еву и Джо у него причины не было.

— Джейн, на самом деле звонок Альдо ничего не изменил. Он сделал несколько угроз и попытался напугать вас.

— Не попытался, а напугал. — Но ужас начал отступать, и она вновь обрела способность соображать. — Причем получал от этого удовольствие. Застал меня врасплох, и я позволила ему понять, как сильно он может меня напугать.

— О'кей, но ведь вы не спугнули его. Верно? Вывести его из себя вам не удалось, и он сказал, что будет звонить еще?

— Да, сказал. — Джейн обреченно добавила: — Ему так понравилось со мной разговаривать, что он не сможет долго ждать. .

— Ну, теперь вы убедились, что все осталось по-прежнему?

— Вы ошибаетесь. Раньше я не думала о том, что рискую жизнями Евы и Джо. А теперь знаю это. Но хуже всего то, что я позволила Альдо понять, как много они для меня значат. — Она стиснула губы. — И это меняет все. Мы должны обеспечить безопасность Еве и Джо.

— Сделаем все, что от нас зависит.

— Этого недостаточно. — Она встала. — Вы были правы, когда обращались со мной, как с глупой школьницей. Я должна была оставить его в дураках, пустить по ложному следу. Но я этого не сделала. Так испугалась, что ничего не смогла придумать. Я не собираюсь ждать, когда он придет за Евой.

— Ева не пойдет с нами в тоннель, а на вилле защита ей обеспечена.

Джейн стремительно повернулась к нему.

— А если сначала он убьет меня? Вы можете гарантировать, что потом он не обманет охрану и не разрежет ее на кусочки? Он не причинит вреда Еве. И даже близко к ней не подойдет! — с жаром воскликнула она. — Вы знаете, что она для меня значит?

— Думаю, да, — ответил Тревор.

— Тогда вы должны знать, что я никогда не позволю этому куску дерьма подойти к ней ближе, чем на милю. Если вы хотите взять Альдо, то дайте мне обещание. Что бы ни случилось, вы не дадите ему приблизиться к Еве и Джо. Мне нет дела до того, что Альдо улизнет. Нет дела до того, что опасность будет угрожать мне. Главное — чтобы ничего не случилось с ними.

— Обещать не могу, но постараюсь сделать все, что от меня зависит.

— Нет, обещайте.

— Обещаю. — Он криво усмехнулся. — Наверное, я должен быть счастлив, что до моей собственной безопасности вам нет никакого дела.

— Вы можете постоять за себя. Ева и Джо — другое дело. А у вас с Альдо личные счеты.

— Конечно. А как же иначе? Личные счеты — самое главное.

— Что это с ней? — спросил Бартлет, встретив Тревора у дверей в сад. — Она выглядит так, словно столкнулась с Годзиллой.

— Тепло. Ей звонил Альдо.

Бартлет вытаращил глаза:

— Да ты что?

Тревор кивнул:

— И напугал ее до смерти.

— Странно… — пробормотал Бартлет. — Джейн не так легко напугать.

— Легко, когда это касается Евы и Джо Куинна. Видимо, угрозы Альдо носили особый характер и изобиловали отвратительными подробностями.

— Ясно. — Бартлет помрачнел. — Да, это могло на нее подействовать. Других людей она сторонится, а Ева и Джо заменяют ей весь мир,

— Она заставила меня пообещать, что с ними ничего не случится. Черт побери, и что мне делать в такой ситуации?

— Я уверен, что ты найдешь выход. За время нашего знакомства ты только и делал, что выдавал идеи, подсчитывал шансы и поворачивал ход событий в нужную тебе сторону. У тебя это получается автоматически. — Он улыбнулся. — Следить за тобой очень утомительно, потому что лично я такими способностями не обладаю. Что бы ты ни придумал, я всегда принимаю в этом участие. Но к процессу планирования ты меня не подключаешь, и это больно ранит мои чувства. — Он вполголоса добавил: — Я не вмешиваюсь, однако мне надоело стоять с краю. Я должен помочь.

— Я уже говорил, что ты останешься здесь и будешь охранять Еву.

— Охранники, нанятые Куинном, знают свое дело гораздо лучше меня.

— Если верить Джейн, то и этого недостаточно.

— Я пойду с тобой.

— Бартлет, я не нуждаюсь в том, чтобы… — Он осекся и пожал плечами. — А впрочем, валяй. Почему бы мне не поставить на кон и твою голову? Все остальные давно там.

— О боже, неужели ты тоже способен испытывать чувство вины? Ушам своим не верю. Позволь напомнить, что я взрослый человек и имею право голоса. Кстати, ты ведь говорил, что Джейн сама предложила план, в котором ей отводилась роль живца.

— Но с моей подачи. — Он резко отвернулся. — Впрочем, чего еще ждать от такого ублюдка, как я? Делай что хочешь.


Кусок красного бархата лежал в темноте и ждал.

Ждал ее.

Луч фонаря Альдо упал на мраморные цоколи, осветительные приборы и генератор, а затем устремился в тоннели, отходившие в стороны от вомитория. Искушение осмотреть их было велико, но кто знает, какие ловушки могла расставить там эта сука? Плохо уже то, что она сумела найти тоннель, о котором он не имел представления. Когда он увидел, что процессия с гробом свернула куда-то в сторону, это стало для него полной неожиданностью. Он следовал за ними до самой лестницы, ведущей на Виа Спаньола, а потом повернул назад. После телефонного разговора с Джейн Макгуайр он снова спустился в тоннель и отправился на разведку.

А потом нашел этот кусок ткани, красный, как только что пролитая кровь.

Ждущий гроба. Ждущий ее.

Попалась, сука.

Ты думала, что сумела найти в этом городе место, где можно спрятаться от меня? Но есть способы найти то, что мне нужно, без риска попасть в расставленную тобой ловушку.

Он нагнулся, кончиками пальцев потрогал бархат и ощутил знакомую дрожь.

Мягкий. Гладкий. Холодный.

Как плоть мертвой женщины.


— Ты почти закончила.

Ева обернулась. В дверях кабинета стоял Джо и наблюдал за ней. Она кивнула:

— Почти. Приступила к завершающей операции.

— Изголодалась по работе? Мчалась во весь опор. — Он подошел к тумбе и остановился рядом с Евой. — Почему? Теперь все зависит от нас. Пока мы здесь, Альдо ничего не предпримет.

— Хочется поскорее закончить. Мне непривычно сознательно придавать черепу сходство с Джейн. Это похоже на предательство. — Она разгладила глину на виске. — Я рада, что позже смогу заняться Джулией.

— Если бы Джулия знала, что помогает спасать Джейн, она бы не возражала. — Джо улыбнулся. — Я должен был догадаться, что ты привяжешься к ней.

— Интересный объект. В музее сказали, что она из простонародья. Возможно, поденщица. Я пытаюсь представить себе, какой была ее жизнь. — Ева склонила голову набок. — И думаю, какой она была на самом деле…

— Скоро узнаешь.

Она кивнула:

— Можешь не сомневаться. Как только это кончится. Все так странно… — Ева убрала волосы со лба. — Сначала реконструкция Кэролайн Холлибертон, а теперь эта. Обе с чертами Джейн. Знаешь, Джейн говорила, что все идет по кругу.

— У тебя лицо в глине. — Куинн достал платок и осторожно вытер ей лоб. — Сколько раз я делал это за прошедшие годы?

— Хватит, чтобы попасть в Книгу рекордов Гиннесса. Тем более учитывая, что моя профессия — не самая распространенная на свете. — Она улыбнулась. — У тебя это хорошо получается.

— Всегда готов. — Джо нежно провел пальцем по ее верхней губе. — Когда я забочусь о тебе, у меня… становится тепло на душе.

— Знаю. — Ее улыбка угасла. — Именно поэтому ты не хочешь пустить меня в тоннель.

— Не хочу. — Губы Джо коснулись ее носа. — Ты уже сделала свое дело. А теперь дай мне сделать мое.

— Я не спорила, когда вы обсуждали детали, так как знала, что это бесполезно. — Она обняла Куинна за талию и прижалась к его груди. — Но если ты думаешь, что я позволю тебе спуститься туда без меня, то ты сошел с ума.

— Значит, я сошел с ума.

Ева посмотрела на него снизу вверх.

— Нет, — решительно сказала она. — Я буду делать все, что ты скажешь, но пойду туда. Дай мне пистолет. Тебе известно, что я умею им пользоваться. Ты сам меня учил.

Он покачал головой.

— Ты спустишься в эту проклятую дыру. Джейн тоже. Думаешь, ты сможешь меня удержать? Либо ты возьмешь меня с собой, либо я отправлюсь туда одна.

Он вздохнул:

— Возьму с собой. — Джо стиснул губы. — Ты пойдешь со мной в отвод. Будешь сидеть тихо. Не пошевелишься, что бы ни случилось. И не станешь мне мешать. Ясно?

Она не ответила.

— Если нет, то перед уходом я нокаутирую тебя. Тогда уж ты точно никуда не сможешь пойти.

— Я бы тебе этого не простила.

— Из двух зол выбирают меньшее. — Он улыбнулся. — Ты простила мне и не такое. Ну, может быть, не до конца, но позволила мне остаться с тобой. Я сделал все, чтобы наладить наши отношения, и не собираюсь уступать тебя этому сукину сыну.

— Ты должен волноваться за Джейн, а не за меня.

— Нет, в первую очередь за тебя. Всегда и везде. Потом за Джейн, а потом за весь остальной мир. — Куинн крепко поцеловал ее. — Я не могу измениться. Тебе давно пора это знать.

Да, она знала, и это знание долгие годы служило ей утешением. О боже, как она его любит… Руки Евы крепко обняли его.

— И для меня тоже. Ты всегда на первом месте.

Джо покачал головой:

— Еще нет. Может быть, когда-нибудь будет так. Ничего, подожду своей очереди. — Он медленно и чувственно потерся об нее. — А пока что… Мы не занимались с тобой любовью ни в Геркулануме, ни в каком-нибудь другом древнем городе. Ты не думаешь, что это нужно исправить? — Он посмотрел на череп, стоявший на тумбе. — Дама молчит, но мне кажется, что эта мысль ей по душе.

— И мне тоже. — Ева начала расстегивать его рубашку. — О черт, сначала нам придется принять душ. Ты первый, Джо…

ГЛАВА 18

20 октября 10.40

— Он нашел вомиторий. — Тревор пересек гостиную и вставил кассету в плеер. — В четыре семнадцать ночи. Обожаю камеры, оснащенные по последнему слову техники.

— Вы уверены? — спросила Джейн.

— Да, конечно. — Он нажал на кнопку. — Темно, как в могиле, но эта камера рассчитана на слабое освещение. Его можно рассмотреть.

«Да, можно, — думала Джейн, следя за тем, как Альдо нагибается и трогает красный бархат. — О боже, какое лицо…»

— Зло, — прошептала она. — Неужели злость может так исказить черты лица?!

Изображение исчезло с экрана телевизора.

— Достаточно, — коротко сказал Тревор. — Я просто хотел показать, что наш план сработал. Он взял наживку, и теперь мы должны заставить Альдо проглотить ее.

— Нет, это я должна заставить его проглотить наживку. — Она боролась с комком в горле. — Это будет нетрудно. Ему так нужны Цира и я, что он проглотит все. Он… голоден. Когда Альдо наклонился и потрогал тот кусок ткани, он напомнил мне людоеда.

— Значит, тогда мы должны сделать так, чтоб у него заболел живот. — Тревор пошел к двери. — Я покажу это Джо и Еве. Она будут рады знать, что мы у цели.

— Это единственный эпизод с участием Альдо?

— Да, в вомитории больше камер нет, но можете не сомневаться: он обнаружил эти тоннели и изучил их.

Тревор ушел, но Джейн еще долго сидела и тупо смотрела на пустой экран. Короткое появление Альдо не должно было вызвать у нее такой шок. Она прекрасно знала, что он собой представляет. И в напоминаниях не нуждалась.

Но какое же у него лицо… О господи…

Телефон зазвонил на следующий день, в два тридцать пополудни, когда Джейн сидела в гостиной. Она оцепенела.

— Ответьте, — сказал Тревор с другого конца комнаты. — Вы знаете, что ему сказать.

Да, она знала. И после того как отвергла все другие варианты, несколько раз прорепетировала в уме. Джейн нажала на кнопку.

— Алло?

— Ты ждала моего звонка? Отлично. Так и должно быть. Я тоже ждал тебя. Долго. Много лет.

— Ты можешь ждать хоть целую вечность. Это бесполезно. Я слишком близко. Осталось всего два дня. Ты можешь убить всех женщин с моим лицом, а я все равно буду жить. Мое лицо будет повсюду.

Наступило молчание.

— Два дня? Это неправда. Всего два дня назад ты сказала, что твоя Дункан только начала работу над реконструкцией и что тебе понадобится…

— Если Ева увлечена работой, то для нее два дня — это целая вечность. А можешь быть уверен, я ее подхлестывала. Я надеялась, что ты поверишь мне и решишь, что времени у тебя навалом. А мы пока завершили наш план. Тревор соберет репортеров всех крупнейших газет. Ева замечательно поработала. Лицо получилось юным, сильным, и когда я смотрю на него, то вижу себя.

— Ты видишь дьявола.

— Нет, это ты видишь дьявола. А я вижу жизнь. Мне хватит сил, чтобы избавиться от таких врагов, как ты.

— Ты никогда не избавишься от меня. Я — твое возмездие.

— Ты — бедный и жалкий извращенец с манией величия.

— Не советую тебе снова злить меня. — Он немного помолчал. — Где будет проходить эта фотосъемка?

Джейн ответила не сразу.

— Здесь, в библиотеке виллы. Послезавтра, в девять вечера. — Она пыталась говорить вызывающе. — Приходи и ты. Неужели тебе не. хочется увидеть, какой бум вызовет реконструкция?

— Ты лжешь. Это будет не на вилле.

— Нет? А где же тогда?

— Неужели ты думаешь, что я не видел оборудование, расставленное в вомитории?

— Ай-яй-яй, значит, ты шпионил за нами? Что ж, ты не ошибся. Мы решили, что съемка в тоннелях будет куда более эффектной. Что ж, если ты решишь присоединиться к нам там, у тебя будет преимущество.

— По-твоему, я не догадываюсь, что вы все будете охотиться на меня?

— Все? Мне не нужен никто, чтобы избавиться от такой твари, как ты. Я буду ждать. Я хочу уничтожить тебя до того, как ты уничтожишь меня.

— Меня там не будет. Я не дурак.

— Но трус. — Она сделала паузу. — О'кей, тебя там не будет… Встретимся в вомитории завтра, в девять вечера. Я попрошу Тревора спустить туда гроб с реконструкцией, а потом уйти. Ты получишь нас обеих, если у тебя хватит смелости прийти.

— Завтра вечером.

— Что, согласен? Тогда на следующий день пресс-конференция не состоится, потому что скелета не будет. А заодно ты избавишься и от меня.

— Это обман.

— Даже если и так, ты достаточно умен, чтобы обернуть его против меня, правда? Но тебя там не будет. Ты испугаешься. Сам знаешь, что я всегда побеждала тебя. Я увела твоего отца. Отобрала у тебя детство, а теперь заставлю тебя убедиться в том, что ты не мужчина, а…

— Замолчи.

— С какой стати? Ты ничто. Слабак. Мне не нужна помощь. Я сама справлюсь с тобой.

— Ты так гордишься собой? — Он насмешливо рассмеялся. — Считаешь, что готова ко всему? Надеешься на «смит-вессон» тридцать второго калибра, который дал тебе Куинн?

Потрясенная Джейн замолчала.

— Удивлена? Я знаю о тебе все. Знаю, что ты умеешь стрелять из пистолета и в шестнадцать лет получила охотничью лицензию. Компьютер — прекрасный источник информации. Я знаю даже название стрельбища, на котором Джо Куинн учил тебя стрелять.

— Если ты так уверен, что фортуна на твоей стороне, тогда это не должно тебя заботить. Если бы ты и в самом деле был таким умным, как кажешься себе самому, то сумел бы убедиться, что там никого не будет, кроме меня.

— Конечно, я сумею.

— Что, съел? Так тебе и надо. Ты это заслужил. Несчастный ублюдок, испугавшийся семнадцатилетней девушки.

— Я не испугался.

— Альдо, признайся, что это тебе не по зубам. Я буду там завтра вечером. Мне все равно, придешь ты или нет. Я могу убить тебя и в другой день. Но это твой последний шанс. Если ты уничтожишь реконструкцию после пресс-конференции, это уже не будет иметь никакого значения. Я буду жить вечно.

— Нет! Этого не будет! Ты больше не сможешь дразнить меня.

— Тогда не приходи. Прочтешь об этом в газетах. — Она дала отбой, сделала глубокий вдох и посмотрела на Тревора. — Ну, как?

— Меня бы вы одурачили, — серьезно сказал Тревор.

Джейн покачала головой:

— Альдо был очень осторожен. — Она сделала паузу. — Я не могу забыть ту кассету из вомитория. Он ликовал и чувствовал себя в тоннеле как дома. — Девушка вздрогнула. — Мне там было нечем дышать. А вы говорили, что они представляют собой настоящий лабиринт.

— Но вам и не нужно знать их. Помните, вы с Альдо в одной лодке. Он тоже незнаком с тоннелями под Виа Спаньола. Даже если он проведет кое-какие исследования, без карты на это уйдет несколько месяцев.

— Вы думаете, он придет?

— Если решит, что преимущество на его стороне. И если поймет, что ему удастся убить вас, а самому выжить.

— Это будет нелегко. У него возникнут подозрения. Он знает, что вы с Джо хотите заманить его в ловушку.

— Но вы бросили ему смертельный вызов, а он настолько одержим, что примет его. Разве не на это мы и рассчитывали? Безумие и навязчивое желание убивать.

—Да.

— Он спустится туда и все проверит. Но найдет лишь то, что нужно нам. Наше главное преимущество — бешенство, в которое его привели ваши насмешки, и намек на то, что скоро имя Циры будет у всех на устах.

Она попыталась слово в слово вспомнить свою беседу с Альдо.

— Я должна выглядеть беззащитной. Если я буду вооружена до зубов, он и близко не подойдет.

Тревор поджал губы:

— Вы ни за что не пойдете туда без оружия.

— Вы думаете, я рехнулась? Но на мне не будет ни жакета, ни одежды с карманами, в которых может что-то лежать. — Она повторила: — Я должна выглядеть беззащитной. Вам придется спрятать пистолет в таком месте, чтобы я могла быстро достать его.

Но Тревор уже все обдумал:

— Под куском красного бархата. В правом нижнем углу, если стоять спиной к тоннелю. Вам понадобится всего несколько секунд. Второй пистолет будет лежать в гробу. На всякий случай.

На случай, если что-то пойдет не так. Она не хотела допускать эту возможность.

— Завтра вечером. — Она пыталась говорить спокойно. — После стольких месяцев невозможно себе представить, что все…

— Прекратите думать об этом, — резко сказал он. — Хотите выйти из игры? Тогда скажите это сейчас. Я сделал все, что мог, но мне это не нравится. Если останетесь в живых, то считайте, что вам крупно повезло.

— А вам и не должно это нравиться. От вас требуется только одно: защитить Еву и Джо. — Она помолчала. — Вы все время пытаетесь отговорить меня. Похоже, вас… бросает из стороны в сторону. Может быть, тут дело не только в деньгах. Может быть, этот Пьетро действительно что-то для вас значил.

— Спасибо. Вы все-таки поняли, что я могу испытывать человеческие чувства.

— Как я могла это понять, если вы все время их прятали? Так что это? Золото или Пьетро Татлиньо?

— Конечно, золото.

— Говорите, черт побери!

— Что вы от меня хотите? — Он скривил губы. — Чтобы я сказал, что в Колумбии Пьетро спас мою задницу? Что он был единственным человеком на свете, которому я мог доверять? Что он был мне больше, чем братом?

— Так оно и было? — прошептала Джейн.

— Проклятие, нет! Все это ложь. Конечно, меня интересует только золото. — Он встал и пошел к двери. — Скажите Еве и Куинну, что разговор состоялся.


21 октября 19.37

Темнело.

— Пора! — негромко сказал появившийся в дверях Тревор. — Вы просили предупредить, когда Куинн начнет спускаться в тоннель. Он пошел на кухню.

Джейн отвернулась от окна гостиной и шагнула к коридору.

— Вы проверили отвод?

— Только что вернулся оттуда. — Тревор устало улыбнулся. — Разве не видно? Я выгляжу так, словно меня пропустили через мясорубку. Все в порядке. Сначала мы с Бартлетом спустили гроб и поставили его на место, а потом я все проверил. И оставил Бартлета охранять вход до тех пор, пока Куинн не заберется на свой карниз.

Она остановилась.

— Бартлета?

— Не волнуйтесь. Я дал ему дробовик и велел стрелять в каждого, кроме меня или Куинна. Чтобы обращаться с дробовиком, особого искусства не требуется. А когда мы туда спустимся, Бартлет будет стоять у лестницы и охранять вход на виллу. Нужно будет предупредить людей, охраняющих выходы из тоннелей. На случай, если что-то пойдет не так.

Если что-то пойдет не так. Еще одна оговорка, от которой ее бросило в дрожь.

— Я думала, что Бартлет останется здесь и будет охранять Еву.

— Я тоже. Но он отказался. На вилле Бартлета заменят четверо. Одному богу известно, сколько людей нанял Куинн для наружной охраны.

— Вы дали слово.

— И сдержу его. Я не позволю Альдо прошмыгнуть мимо меня и забраться на виллу по лестнице. — Тревор подтолкнул ее к кухне. — Если хотите увидеть Куинна до того, как он спустится в тоннель, то поторапливайтесь. Когда я уходил, он поднимал люк.

— Мы дадим Джо пятнадцать минут, а потом пойдем за ним?

Тревор кивнул:

— За это время он успеет забраться на карниз и занять там позицию. А я подстрахую его на случай…

— Ева! — Джейн побежала к люку. — Что ты делаешь?

Ева стояла на третьей ступеньке лестницы.

— Потолок белю. — Она спустилась еще на одну ступеньку. — Брось, Джейн! А ты чего ждала? Я не дам вам с Джо спуститься туда без меня.

— Ты должна была… — Джейн круто повернулась к Джо. — Скажи ей! Пусть она не лезет в это дело!

— Думаешь, я не пытался? Отбивался руками и ногами. Но ты же ее знаешь. Одна надежда на то, что все под контролем.

— Почему ты не сказала мне? — У нее дрогнул голос. — Почему?

— Потому что знала, что ты расстроишься. Так и вышло. Ничего, переживешь. Все, Джо. Пошли.

— Ева, не делай этого, — взмолилась Джейн. — Пожалуйста!

Ева покачала головой:

— Джейн, мы — семья. И все делаем вместе. — Она спустилась еще на две ступеньки и исчезла.

—Нет!

Джо тоже начал спуск.

— Бесполезно. Джейн, я буду рядом.

— Береги себя, Джо, — прошептала она, предчувствуя катастрофу. Операция только началась, а уже все пошло не так.

Джо тоже исчез. Пропал в темном тоннеле.

— Я не знал, — сказал Тревор. — Бог свидетель, я думал, что Ева останется здесь, на вилле.

— Верю, — дрожащим голосом ответила Джейн. — Ну как после такого не поверить в судьбу? — Джейн тряхнула головой. — Но только не в версии Альдо. Мы не позволим этому случиться.

— Она будет с нами. Я сдержу слово.

— Только попробуйте не сдержать. — Хотелось броситься к лестнице и побежать следом за Евой и Джо. Но она понимала, что это невозможно. Нужно дождаться, пока они займут позицию на том карнизе.

Пятнадцать минут.


21 октября 20.02

— Я вас оставляю, — вполголоса сказал Тревор, опустившись на колени у входа в отвод, который вел на карниз. — Проберусь туда, где ждут Джо и Ева. Вомиторий прямо перед вами. — Он протянул ей фонарь. — Запомните, «смит-вессон» тридцать второго калибра — под куском бархата, второй пистолет — в гробу. Джо сказал, что вы умеете с ними обращаться, но воспользоваться ими можно только в самом крайнем случае. Если Альдо увидит вас с пистолетом, то решит, что сойдет и убийство на расстоянии. Когда вы сделаете шаг вперед, зажгутся факелы. Но будет лучше, если вы попытаетесь держаться в тени.

Она облизала губы.

— А как же он увидит меня?

— Увидит. Только не облегчайте ему задачу.

Джейн возмущенно фыркнула:

— Не волнуйтесь, этого я делать не собираюсь. Но прятаться в темноте тоже не буду. Вы сказали, что стрелять он в меня не станет и задача заключается в том, чтобы подманить его поближе ко мне и дать возможность Джо выстрелить.

Тревор пробормотал ругательство и осветил фонарем ее лицо.

— Вы боитесь. Мы можем дать отбой. Еще не поздно.

— Нет, не можем. — Она прикрыла глаза рукой от света. — Конечно, боюсь. Я же нормальный человек. Школьница, как вы правильно сказали. Идите. Прикройте Еву и Джо.

Тревор секунду помешкал, а потом полез в отверстие.

И исчез.

Тишина.

Темнота.

Одна.

Или не одна? Вдруг Альдо стоит в темноте у нее за спиной?

Нет, Тревор поставил Бартлета присматривать за входом. Если Альдо уже в тоннеле, то он впереди. Ждет ее в вомиторий.

Сердце стучало так сильно, что от стенок отдавалось громкое эхо.

Все в порядке. Если бы Альдо ждал в вомиторий, Джо предупредил бы ее. Или застрелил бы его, или сделал бы предупредительный выстрел, дав сигнал, что это невозможно.

Она сделала глубокий вдох и пошла вперед. Тревор сказал, что вомиторий перед ней. «Смотри вперед, двигайся быстро, и скоро все кончится».

О боже, как она ненавидит эту темноту!

Цира, ты чувствовала себя так же?


— Дерьмо. Дерьмо. Дерьмо, — твердил Тревор, пробираясь по тоннелю и светя фонарем то вправо, то влево.

«Джейн боялась. Конечно, боялась. Она еще ребенок. Но Альдо так не думал. Он считал ее порождением дьявола. Видел только преступное тело. Будь он проклят. Будь он проклят! Проклят!

За что ты проклинаешь Альдо? Ты сам позволил ей идти одной по этому тоннелю.

Это неопасно. Я принял все мыслимые и немыслимые меры предосторожности.

Нет, не все. Нужно было найти другой способ. Не использовать Джейн как живца. Нужно было забыть о Пьетро и помнить, что она должна жить, а…»

Красное.

Он остановился как вкопанный.

Луч фонаря уперся во что-то красное у валуна, стоявшего впереди. Это был всего лишь след, узкая полоска, и Тревор едва не пропустил ее.

Кровь?

Он поднял фонарь и тщательно осмотрел тоннель.

Никого.

Потом Тревор медленно подобрался к валуну и увидел, что красное вещество вытекает из-за него. Он наклонился и потрогал струйку пальцем.

Да, кровь.

Он достал из куртки пистолет и полез на валун. Когда до верха оставалось совсем чуть-чуть, Тревор увидел спрятанный за камнем мужской труп.

Кровь повсюду. На лице. На рубашке. Горло перерезано от уха до уха.

Куинн?


«О господи, это похоже на сцену из фильма ужасов», — думала Джейн. Она как зачарованная воззрилась на гроб, стоявший на красном бархате, а потом покосилась на отверстие, у которого лежал Джо с винтовкой.

«Нет, не смотри туда. А вдруг Альдо следит за тобой? — Джейн отвела взгляд и снова уставилась на гроб. — Почему Альдо позволяет ей стоять здесь? Почему не приближается?

Позови его сама. Будь сильной. Будь дерзкой». Она вышла из тени.

— Альдо, я здесь! — Ее тон звучал вызывающе громко. По крайней мере, она надеялась на это. — Где ты? Ты набрался храбрости, чтобы встретиться со мной?

Ответа не последовало.

— Я чувствую твой взгляд. Трус! — Она сделала еще один шаг вперед. — Так я и думала. Ты боишься меня. Твой отец тоже боялся. Но он любил меня. Больше всего на свете. Куда больше, чем тебя. Ты ничего для него не значил.

Ответа не последовало.

— Но я его не осуждаю. Ему нужен был сын, которым он мог бы гордиться, а не такое ничтожество, как ты. — Джейн сделала несколько шагов к гробу. — Что ж, если ты боишься выйти, я сама посмотрю на нее и удостоверюсь, что она не пострадала после спуска по лестнице. Ева восстановила все ее черты вплоть до…

— Отойди от гроба! Теперь она моя. И скоро перестанет существовать.

Джейн резко повернулась к правому тоннелю, из которого доносился голос. Но не увидела ничего, кроме темноты.

— Альдо? Ты здесь?

— Отойди от гроба. Я приказываю тебе!

— С какой стати? — Ее голос срывался от волнения. — Выползай из-под камня и останови меня, если сможешь.

Он рассмеялся в ответ:

— Из-под камня? Очень кстати. Совсем недавно я оставил под камнем одного назойливого типа. Это он под камнем, а не я. Правда, весь он под камнем не поместился. Ничего не поделаешь, пришлось по одежке протягивать ножки. В этих тоннелях трудно найти большие камни. Выкопавшие их воры постарались сделать так, чтобы им ничто не мешало.

Джейн напряглась:

— Ты сказал — он под камнем?

— Это не твоя Ева. Пока еще нет. Ей придется подождать своей очереди. Но очень недолго. Всего несколько минут. Сама увидишь.

Это блеф! Он дразнит ее, он пугает…

— Я тебе не верю!

— И напрасно. Тебя ждет печальное известие…


Господи! Господи!

Тревор бежал по тоннелю к карнизу.

Он обещал ей, что Ева будет в безопасности.

Кровь.

Горло перерезано от уха до уха.

Скорее!

Еще один поворот.

Скорее, черт побери!

ГЛАВА 19

— Осталась одна минута, — сказал Альдо. — Надеюсь, ты успела вовремя попрощаться с ней?

Джейн пронзил страх. Конечно, Альдо блефовал, но ей стало жутко. Нужно было заставить его выйти на свет. Она шагнула к гробу.

— Не двигайся! Я сказал!

Джейн сделала еще один шаг.

— Стой на месте! Я ведь могу и не ждать больше. Сделаю это сейчас.

Одна минута. Осталась одна минута.

Сделаю сейчас.

Что он может сделать?

И тут ее осенило.

О боже!..

— Ева! Джо! — крикнула она. — Уходите от… Земля задрожала, завыла, взорвалась!

Она упала наземь.

Летящие камни.

Кровь на щеке.

Темнота.

Взрыв сбросил со стены факелы.

Боже милостивый, стены и карниза, за которым прятались Джо и Ева, больше не было. Осталась только куча камней и щебня.

Вставай.

Сейчас он придет.

Он уже шел. Джейн увидела темный силуэт, показавшийся в боковом тоннеле, — там, где прятался Альдо.

Пистолеты!

Один под бархатом. Второй в гробу.

О господи! И гроб, и кусок бархата засыпаны булыжниками и галькой. Ни до того ни до другого ей не добраться.

Она слышала приближающиеся шаги.

— Ну, Цира, вот мы и одни. Я заложил динамит слишком близко к отверстию. У них не было шансов.

Джейн поднялась на ноги и устремилась к основному тоннелю.

Боль.

Забудь о ней! Двигайся! Быстрее, быстрее — к главному тоннелю. К лестнице на виллу.

Джо. Ева.

Не думай о них. Сейчас не думай! Эти мысли лишают последних сил…

Тревор.

Тревор был там вместе с ними…

Смерть.

Беги быстрее. Спасайся, а потом убей, уничтожь его!

— Где же твоя храбрость? — донесся до нее издевательский голос. — Беги, кролик, беги!


Отверстие отвода, в которое заполз Тревор, было где-то рядом. До тоннеля, ведущего к вилле, оставалось четыре поворота.

Да, вот оно, отверстие. Беги быстрее. До него рукой подать. Сейчас оно останется позади, и…

Грохот.

Рушащиеся скалы.

Земля, уходящая из-под ног.

Еще один взрыв!

— А ведь это был главный вход, — донесся до нее насмешливый голос Альдо. — Думала, я позволю тебе вернуться на виллу? Я был уверен, что ты попытаешься устроить мне ловушку. Но я оказался предусмотрительнее. Теперь ты убедилась, что я умнее тебя?!

Альдо был еще далеко, он шагал не спеша. Джейн поняла, что таким образом он демонстрирует свое презрение к ней, и ощутила лютый гнев.

Отвод. Она опустилась на колени и вползла в отверстие, обнаруженное Тревором. Альдо сказал, что он заложил заряд у самого края карниза. Только бы этот проход уцелел, взмолилась она. Только бы ей удалось…

Джейн продвигалась вперед, пока наконец не сумела выпрямиться и встать. Можно было бежать дальше.

— И как ты собираешься отсюда выбраться? — услышала она снова его голос совсем близко. — Другой конец завален камнем и трупами. Проползешь между ними?

— А как выберешься отсюда ты? — крикнула она в ответ. — Этот взрыв замуровал и тебя! Тревор сказал, что это настоящий лабиринт. Ты заблудишься в нем и погибнешь сам.

— Есть и другие выходы. Не беспокойся обо мне. Я знаю про эти тоннели все. Я здесь как дома.

— Ты лжешь. Тебе понадобились бы недели, чтобы изучить все ходы.

— Это тебе Тревор сказал? — Он приближался. Нужно было двигаться скорее. — Он ошибся. Почему? Сейчас увидишь.

Она споткнулась обо что-то… Труп!

Кровь. Перерезанное горло.

Ее судорожный вскрик повис в воздухе.

— Ага. Я вижу, ты нашла, — услышала она. — Вообще-то я сам хотел показать его тебе. Спрятал его за тем камнем. Должно быть, кто-то его передвинул. Наверное, мне следовало заняться им раньше.

Джейн заставила себя переступить вызывавшее ужас тело.

— Кто это?

— Куинн, конечно.

— Это не Джо.

Джо выше. И Тревор тоже.

Альдо хихикнул:

— Ты права. Я пошутил.

— Садист! Ублюдок!

— Имею право получить удовольствие. Я слишком долго этого ждал.

— Кто это?

— Зонтаг. Я проник в сайт городского архива и обнаружил регистрационные документы на виллу. Там значилось, что она принадлежит Зонтагу. Если Зонтаг действительно был хозяином виллы, то он должен был знать про тоннели. Отец называл его авантюристом; было ясно, что этот тип пользовался тоннелями для своих темных делишек. Но когда я узнал, что вы выбрали вомиторий для своих дурацких съемок, то понял, что моя главная задача заключается в ознакомлении с этим тоннелем. И что придется обратиться к первоисточнику.

Его голос звучал все ближе. «Найди оружие. Любое».

Альдо не умолкал:

— Я нанес ему визит, убедил спуститься сюда и устроить мне экскурсию. Он согласился и даже продемонстрировал мне тайный проход и карниз, которые показал Тревору. Когда я получил от него копии карт, то решил, что этот человек мне больше не нужен.

— И поэтому убил его.

— Я не мог рисковать. Он тут же помчался бы к Тревору. Тот вконец запутал беднягу.

Еще один поворот.

— Ты все равно бы убил его.

— Ты права. Признаюсь, это стало для меня облегчением. В последнее время я был очень расстроен. Но теперь все позади.

— Даже если ты и убьешь меня, гроб засыпан камнями. Ты не сможешь уничтожить ее.

— Мне торопиться некуда. На разборку завала уйдет много времени. Я этим воспользуюсь. Я слышу, как ты дышишь. Тяжело. Очень тяжело. Ты хвасталась своей силой. Где она теперь, Цира?

— Всегда при мне. — Проход стал шире. Повсюду валялись осколки камней. Нужно подойти ближе к месту взрыва.

«Сейчас ты окажешься в ловушке. Найди оружие. Поторопись.

Но так, чтобы он этого не увидел».

Джейн опрометью бросилась вперед, свернула за очередной поворот и начала лихорадочно осматриваться.

Есть!

Она подняла с земли острый осколок камня длиной сантиметров в двадцать и сунула его за пояс.

Беги.

Жарко. Дымно.

Ночь без воздуха.

— Ты почти пришла, — сказал Альдо. — У меня в руке нож. Это хирургический ланцет. Красивый. Острый. Ему осталось удалить только одно лицо. Последнее. Ты знаешь, как это больно?

— Это будет недолго. Ты считаешь, что выполняешь свою миссию, но на самом деле ты просто убийца. Тебе нравится убивать.

— Да. Уничтожая твое лицо, я не только исполняю свой долг, но и получаю удовольствие.

— Теперь понял? Но если ты убьешь меня, это ничего тебе не даст. В том гробу лежит вовсе не Цира. Ту женщину зовут Джулия.

В ответ не раздалось ни звука.

— Ты лжешь, — наконец донесся до нее голос Альдо.

— Тебя надули.

— Сука! — прорычал он. — Ты лжешь! Настало мое время. Это моя судьба.

— Ты неудачник. Тревор взял этот скелет в музее Неаполя. Убедишься сам.

Обступавшие ее стены сомкнулись. Нет воздуха. Антоний…

Слой щебня становился все глубже. Альдо приближался. «Господи, впереди каменная стена! Не подходи к ней вплотную. Оставь себе место для маневра».

— Ты глупец! Обмануть тебя — не такая уж сложная задача. Ты ничего не вы… — Джейн споткнулась, упала на землю и вскрикнула.

Он довольно рассмеялся.

— Кто же из нас глупец? — Альдо был рядом. Он схватил ее за руку и резко дернул вверх. — Даже если я поверю твоим словам, тебя это не спасет…

Джейн изо всех сил всадила осколок камня ему в грудь.

Альдо издал вопль и рухнул!

Джейн попыталась высвободиться и откатилась в сторону. О боже, какой он тяжелый. Словно мертвый.

Но он был жив. Альдо зашевелился, и нож, по-прежнему зажатый в его руке, отразил свет оброненного Джейн фонарика.

Она отпрянула и начала отчаянно искать другой осколок, который можно было бы использовать как оружие.

— Я не умру, — прошептал он. — Не могу умереть. Это… нечестно. Умереть должна ты.

— Черта с два!

Тяжелый камень. Надо только дотянуться. Джейн поползла к нему.

Боль.

Нож Альдо вонзился ей в щиколотку.

«Не обращай внимания».

Она схватила камень и резко развернулась.

«Ударь его. Ударь. Ударь».

Но он был близко. Совсем рядом. Джейн прицелилась ему в голову, но камень едва коснулся лба Альдо.

Нож поднялся.

Она ударила Альдо камнем по руке. Слишком слабо. Рука дернулась, но не разжалась. Еще раз!

— Ты слабеешь, — пробормотал он. — Где теперь твоя сила? — Альдо снова занес нож. — Гори в аду, Цира. Я побе…

Выстрел.

Пуля вошла Альдо точно между глаз. Он дернулся и ничком упал на Джейн.

«Выстрел?» — с изумлением подумала она. Грудь Джейн ощущала прикосновение холодного металла. Нож. Сейчас Альдо зашевелится и снова попытается ударить ее.

Но Альдо не было. Кто-то убрал его тело.

— Вы ранены?

Тревор. Это Тревор, не сразу сообразила она.

— Ответьте мне, Джейн. Вы ранены? — Его рубашка была разорвана, потное лицо покрывала пыль.

— Тревор… Вы живы…

— Пока что да. Но если с вами что-то случилось, Куинн задушит меня. Где больно? Отвечайте.

— Плечо.

Он осветил фонарем ее плечо.

— Ссадины, кровь. Похоже, переломов нет. Еще где?

— Правая нога. Альдо… — Она тряхнула головой, пытаясь прийти в себя. — Откуда вы взялись?

— Пробрался через тот завал впереди. Разбрасывал камни и вдруг услышал ваш голос. — Он разорвал штанину ее брюк. — Я чуть с ума, не сошел. Слышал вас, но не мог добраться. Не надеялся успеть. — Тревор осмотрел рану. — Ничего страшного. Крови немного. Но понадобится наложить швы. — Он рванул с себя рубашку, скрутил ее жгутом и перехватил ногу. — Может быть, это спасет меня от гнева Евы.

— Евы? — Джейн затаила дыхание. — Она жива?

Он кивнул:

— Мы не смогли ее вытащить, но она сказала, что не ранена.

— А Джо?

— Похоже, отделался ссадинами. У меня не было времени проверять.

— Почему?

— Вход в вомиторий был завален взрывом. Мне пришлось сделать большой крюк, чтобы добраться до вас. Джо начал откапывать Еву, а я сказал ему, что отправляюсь за вами.

— Альдо сказал… Вы не должны были остаться в живых. Никто из вас. Альдо сказал, что установил заряды у самого края карниза.

— Да. Но когда заряды взорвались, нас уже там не было. Я успел добраться до Евы и Джо и увести их из опасной зоны. Проклятие, я же проверил этот карниз сегодня вечером! И Джо тоже. Должно быть, Альдо засунул пластид в трещину и замаскировал ее. Там так темно, что без инструментов…

— Черт с ним, с пластидом! Значит, Ева и Джо выбрались оттуда? С ними все в порядке?

— Не совсем. — Тревор закончил накладывать бандаж и присел на корточки. — Мы выбрались из эпицентра взрыва, но не сумели избежать ударной волны. Ева шла впереди, и ее накрыло оползнем.

— Значит, она ранена. Нам нужно идти.

— Никуда вы не пойдете. Ее откапывает Джо.

— Мы должны ему помочь.

— Она в порядке. Я пройду по главному тоннелю, позову людей и…

— Альдо взорвал и вход со стороны Виа Спаньола.

— Надеюсь, Бартлет уже вызвал спасателей. Если же он не сумел пробраться через завал, то мне придется отправиться в лабиринт и найти выход.

— Именно это и собирался сделать Альдо. Он говорил, что знает дорогу. Ему сказал Зонтаг. — Джейн вздрогнула. — Зонтаг мертв. У него горло…

— Знаю. Я увидел его труп и до смерти испугался. Понял, что если Альдо добрался до Зонтага, то вытряс из него все. А поскольку Зонтаг лежал в отводе, мне стало ясно, что Джо и Еве грозит беда.

Я не знал, что он надумал, но понял, что их нужно немедленно увести оттуда. — Тревор поднялся на ноги. — Оставайтесь здесь и лежите спокойно. Если не хотите, чтобы кровотечение началось снова. — Он двинулся по тоннелю. — Я вызову помощь и вернусь.

Тревор исчез за поворотом.

Оставаться здесь?

Она посмотрела на труп Альдо, лежавший всего в нескольких метрах, и почувствовала приступ тошноты.

Ева и Джо.

Внезапно ее фонарик замигал и погас.

Это решило все.

Джейн осторожно поползла к завалу, сквозь который пробрался Тревор. Если он сумел сделать это ради нее, она сумеет сделать то же самое ради Евы и Джо.

Завал остался позади. Не успела Джейн проползти и двадцати метров, как услышала стук разбрасываемых камней и голос Джо, разговаривавшего с Евой.

— Джо! — крикнула она. — У меня фонарик погас. Ответь мне.

Наступила тишина. А потом прозвучало:

— Джейн? Слава богу!

— Тревор сказал, что Еву засыпало камнями, но она в порядке. Это верно?

— Вполне, — откликнулась Ева. — Ты ранена?

— Легко. — У Джейн сразу отлегло от сердца. Голос Евы звучал бодро.

— Что это должно значить, черт побери?

— Что под оползень я не попала.

— А Альдо?

— Альдо мертв. — Она уже видела свет фонаря Джо. — Тревор пошел за помощью.

— А почему ты не пошла с ним?

— Меня не пригласили. А если бы пригласили, я бы отказалась. Разве я могла бросить вас здесь? — Она наконец добралась до Джо. — Джо, нам еще долго придется ее откапывать?

— Недолго. — Куинн улыбнулся. — Во всяком случае, теперь мы сделаем это гораздо быстрее.

Джейн согласно кивнула, подняла камень и отбросила его в сторону.

— Ты прав. Одному паршиво. Вдвоем всегда лучше.

По ее лицу текли и текли слезы.

* * *

— Как там Джейн? — спросил Джо, когда Ева вышла из приемного покоя.

— Ворчит. — Ева покачала головой. — На щиколотку наложили швы, но обнаружили еще одну рану и хотят продержать ее до утра, чтобы сделать обследование. Больше всего ее разозлило, что меня отпустили.

— А не мешало бы оставить.

— С какой стороны?! У меня ничего нет, кроме нескольких синяков.

— Раз так, я отвезу тебя на виллу и уложу в постель. Тебе нужно прийти в себя и…

— Нет.

— Нет? — Джо обернулся. — Ты хочешь остаться с Джейн?

Ева покачала головой:

— Джейн не нуждается в моей помощи, а я должна кое-что доделать. — Она нажала на кнопку лифта. — И ты, кстати, тоже.

— Напрасно ты это. — Джо поставил на тумбу череп Джулии. — Тебе нужно лежать в постели и отдыхать, а не работать.

— Я обязана закончить ее. — Она включила подсветку. — У тебя не было хлопот с местной полицией из-за гроба?

— Я их не спрашивал. Просто раскопал щебень и забрал его. Там творится черт знает что. Спасатели, полиция и археологи мечутся как угорелые. От меня потребовалось только одно: сделать вид, будто я знаю, что делаю. У нас такого не случилось бы. О боже, как мне хочется вернуться в Атланту!

— Мне тоже. — Ева посмотрела на реконструкцию и вздрогнула. Древний скелет с лицом Джейн… В этом было что-то жуткое. Брось. Джейн жива, а это лицо сделала ты сама. — Я сыта по горло. Когда я лежала под камнями, то думала только о Джейн и этом убийце. Чуть с ума не сошла. — Она сжала губы. — Я не говорю о психической травме, которую нанес ей этот ублюдок. Будь Джейн такой, как большинство девушек ее возраста, она бы шарахалась от людей до конца жизни.

— Она не такая, как большинство девушек. Все будет в порядке.

— Надеюсь. Но это тянулось слишком долго. Она ранена, и я не могу этого вынести. Мне хочется отвезти ее домой и снова зажить нормально.

— Несколько дней не имеют значения.

— Они имеют значение для меня. — Она вынула из реконструкции стеклянные глаза. — Я хочу как можно скорее убраться отсюда и забыть обо всем. Возвращу Джулии ее настоящее лицо, отдам скелет Тревору, и он вернет ее в музей. — Она начала бережно убирать черты, которые сама же и создала. Глубина слоя была достаточной; оставалось лишь повторить завершающую операцию. — Теперь оставь меня одну и дай доделать дело. Ночь будет долгая.

— Я посижу тут и составлю тебе компанию.

Она покачала головой.

— Если хочешь облегчить мне жизнь, позвони в аэропорт и закажи билеты на завтрашний вечер. А потом свяжись со своими итальянскими коллегами и выясни, не собираются ли они задержать нас здесь.

— Они уже сняли с нас показания. А я нажал на кое-какие кнопки, чтобы убедить их на время оставить это дело.

— Раз так, ладно. Я должна закончить. — Она устало добавила: — Дай бог, чтобы и для моей Джейн тоже все закончилось.

Он кивнул:

— Тогда я пошел.

«Разглаживай.

Работай быстро. Не думай. Пусть лицо Джулии само рассказывает свою историю. Чуть изогни верхнюю губу. Разглаживай.

Сделай глубже впадинки под скулами. Разглаживай.

Ее руки двигались ловко и быстро. Не думай ни о чем. Сделать нос короче? Нет, все правильно.

Мы почти закончили. Выгнуть бровь сильнее?

Неверно. Раньше было точнее.

Помоги мне, Джулия. Ты слишком давно потерялась.

Разглаживай.

Кончики ее пальцев были горячими, а глина — холодной.

Говори со мной. Они сказали, что ты была поденщицей, но этого недостаточно. Тебе нужно лицо, чтобы мы могли узнать тебя.

Разглаживай.

Ну же, помоги мне.

Еще чуть-чуть…

Есть!»

Она сделала глубокий вдох и отошла на шаг назад.

— Все, больше не могу, Джулия. Надеюсь, этого будет… О боже! — Ева закрыла глаза и прошептала: — Боже праведный…


— Ева, я хочу выйти отсюда. — Джейн надулась. — Меня должны были осмотреть и выписать еще вчера вечером. Со мной ничего особенного не случилось. Это ты была под завалом, а не я!

— Но я отделалась синяками. — Ева налила стакан воды и протянула Джейн. — А у тебя ссадины, растяжение плеча, рана в голени и потеря крови. Кстати, врач сказал, что ты усугубила растяжение, когда разбрасывала камни, пытаясь вытащить меня из-под завала.

— Мне не больно. — Увидев скептическое выражение лица Евы, она поправилась: — Ну, не очень. — Джейн сделала глоток воды и поставила стакан. — Когда ты заберешь меня отсюда?

— Ближе к вечеру. Джо уже заказал билеты на самолет. Вылет в полночь. Мы возвращаемся домой.

— Вот и отлично. Ты уверена, что чувствуешь себя нормально?

— Джейн, я в полном порядке. И Джо тоже. Ты спрашиваешь об этом уже в третий раз. Перестань дергаться. Это на тебя не похоже.

— Раньше на мне не было ответственности за ваши жизни. — Она потянулась к руке Евы. — Извини! Я бы жить не смогла, если бы с тобой что-нибудь случилось.

— Это был наш выбор. И мы бы сделали его еще раз. — Ева улыбнулась и сжала ее руку. — Мы тоже не могли бы жить без тебя. Я уже говорила тебе, семья — это все.

— Но я этого не понимала и чуть не… — Джейн осеклась, когда рука Евы накрыла ее рот.

— Я больше ничего не хочу об этом слышать. Ясно?

Джейн кивнула:

— Ясно! Но помешать мне думать ты не можешь. — Она сделала глубокий вдох. — Где Тревор? Вы ничего не говорили о нем с того момента, как они с Бартлетом вытащили нас из прохода.

— Я видела его утром. Перед тем, как поехать в больницу. Он забрал Джулию, чтобы вернуть ее в музей.

— Но ведь ты ее не закончила?

— Нет, закончила. Работала всю ночь, чтобы завершить ее. Это было нетрудно. Все основные измерения у меня уже имелись. Оставалась конечная отделка.

Джейн улыбнулась и покачала головой:

— Только ты могла взяться за работу, едва тебя откопали из-под завала.

— Для меня это было важно. — Рука Евы напряглась. — Я хотела, чтобы весь этот кошмар наконец закончился. И была обязана это сделать.

— Понимаю. Я тоже. Позвоню Сэму Дрейку, дам ему обещанное интервью, а потом тоже поставлю крест на этой истории. Как она выглядит? На кого похожа? Она красивая?

Ева напряглась.

— Не сказала бы. Но лицо у нее сильное. Интересное.

— Тревор уже отвез ее? — Джейн помолчала. — Он не пришел ко мне. Впрочем, я и не очень ждала.

— Думаю, он старается не сталкиваться с Джо.

— Боится, что Джо его арестует? Он спас вам жизнь. И мне, кстати, тоже.

— Джо будет проще, если он исчезнет. Тогда ему не придется принимать решение.

— Долго Тревор здесь не задержится, Он получил все, чего хотел… Но мог бы попрощаться. От него не убыло бы, — добавила Джейн!

— Как знать? — ответил неожиданно появившийся на пороге Бартлет. — Посмотрите на меня, Джейн. Мне очень грустно расставаться с вами. — Он шагнул вперед и взял ее за руку. — Но добрые друзья не расстаются навсегда, правда?

— Вы возвращаетесь в Лондон? — спросила Ева.

— Подумываю над этим. — Он улыбнулся. — А может быть, еще немного поработаю с Тревором. С ним не заскучаешь.

— А куда отправится он? — спросила Джейн.

— Понятия не имею. Спросите его сами. — Он повернулся к Еве. — До свидания. Спасибо за заботу.

Ева обняла его:

— Берегите себя. Если что-нибудь понадобится, звоните. Чем могу — помогу. — Она поцеловала Джейн в лоб. — Заеду за тобой в два часа.

— Я буду готова. Счастливо. — Джейн проводила ее взглядом, а потом повернулась к Бартлету: — Как я могу о чем-то спросить Тревора, если его нет?

— Можете. Хотя, похоже, всем было бы лучше, если бы он растаял в воздухе.

— Где он?

— Он сказал, что вернет скелет в музей Неаполя. А оттуда шестичасовым рейсом улетит в Рим. Что будет потом, не знаю.

— Почему вы говорите это, если считаете, что ему не следует видеть меня?

Бартлет пожал плечами:

— В последнее время мне все твердят, что жизнь коротка, а мудрость и видимость мудрости — совершенно разные вещи. Когда мы с Тревором и со спасателями пробивались через завал, чтобы вытащить вас из того тоннеля, я думал о том, какой замечательной может быть жизнь и как преступно терять время попусту. — Он направился к двери. — Наверное, я все же поеду с Тревором и махну рукой на свою бухгалтерскую карьеру. Джейн, я буду поддерживать с вами связь.

Когда он ушел, Джейн опустила голову на подушку и стала любоваться мирным морским пейзажем, висевшим на противоположной стене. Все в этой палате было ярким и одновременно успокаивающим, помогающим исцелению и убеждающим, что в мире все хорошо и правильно. Палата разительно отличалась от мрачного и темного тоннеля. Казалось, кошмары растаяли и ушли навсегда.

Не могу дышать.

Жарко. Дымно.

Ночь без воздуха.

Может быть, этот сон о Цире тоже ушел навсегда?

Дай-то бог. Она потратила слишком много времени на поиски и размышления, пытаясь найти логичное объяснение совершенно нелогичным явлениям. Следовало отнести сны о Цире к неразгаданным тайнам природы и вернуться к реальности. Да, это было бы разумнее всего.

Логика и рационализм советовали ей поскорее забыть Марка Тревора. Опыт был впечатляющий, она кое-чему научилась. А теперь, когда она поставила себе цель, есть надежда, что через шесть месяцев ей удастся полностью забыть о его существовании. Она начнет новую жизнь и не станет оглядываться назад.

Все кончилось.


Смеркалось. Неаполь, этот суетливый и шумный старый город, пытался не считаться со своим возрастом и думать только о будущем.

Тревор сидел в зале аэропорта и задумчиво смотрел через стекло на темнеющее небо. А Геркуланум жил в прошлом. У города Циры было славное прошлое…

— Вы невоспитанный, бесчувственный, самонадеянный…

Тревор резко обернулся и увидел стоявшую за его спиной Джейн.

— Вот это сюрприз! — Джейн была не в лучшей своей форме — на щеке красовался синяк, лицо было бледным и сердитым.

И все же красивее ее не было никого на свете.

— И для меня тоже. — Джейн шагнула к нему. — Не ожидала, что вы можете быть таким жестоким. Вы могли хотя бы зайти ко мне в больницу и попрощаться. А вместо этого мне пришлось вас разыскивать и тащиться сюда, чтобы…

— Согласен, вам не следовало быть здесь, — перебил ее Тревор. — Как ваша нога?

— Болит. Ничего, переживу. Бартлет ведь сказал вам, что все более-менее в порядке. Кстати, где он? Летит с вами?

Тревор кивнул:

— Он в кафетерии.

— Куда вы летите?

— Для начала в Швейцарию.

— Но там вы не останетесь. Вы продолжите поиски золота Пресепия?

Тревор улыбнулся:

— Это золото Циры. Возможно. По прошествии некоторого времени. Сейчас там для меня жарковато.

— Джо не станет натравливать на вас местную полицию. Обещаю!

— Но у Скотланд-Ярда может быть свое мнение на этот счет. Они не любят тех, кто портит их веб-сайт или вторгается в сайты их клиентов. — Он пожал плечами. — Мало ли что… Я всегда старался избегать неприятностей.

— Лжец. Кого вы хотите обмануть?!

Тревор хмыкнул:

— Ну, если шансы один к одному, можно либо заморочить людям голову, либо откупиться.

Она кивнула:

— Бартлет сказал, что вы уже не можете не ходить по канату. Это тоже глупо. Вам бы следовало повзрослеть.

— Попробую поработать над этим.

— Нет, вы будете делать то же самое год за годом, пока с вами что-нибудь не случится. Именно поэтому я и удивляюсь, что потратила время и прилетела сюда.

— Тогда почему вы это сделали?

— Вы спасли мне жизнь. Спасли Еву и Джо.

— Но именно я подставил вас под удар. — Он заглянул ей в глаза. — Нет, дело не в этом.

— Не в этом. — Джейн подошла к нему еще ближе. — Я прилетела, потому что дело еще не закончено. Я лежала на больничной койке и твердила себе, что должна забыть сны о Цире и выбросить вас из головы. Хотела поставить на всем этом жирную точку.

— Очень разумно.

— Но оказывается, что ничего не закончилось, а я не собираюсь до конца жизни оглядываться на прошлое и спиной чувствовать его дыхание. Это не в моей натуре. На свете нет большего реалиста, чем я, и я не найду покоя, пока не пойму, что связывает меня с Цирой. Сказать вам, что я собираюсь делать?

— Не могу дождаться.

— Не иронизируйте. Я знаю, что вам действительно хочется это знать.

— Ирония — первая линия обороны. Да, черт побери, я хочу знать о вас все. Всегда хотел. — И буду хотеть. Но не вздумай сказать это вслух. Сохраняй дистанцию. Терпи. Осталось немного.

— Вот и хорошо. Тогда вам будет приятно узнать, что я окончу школу и поступлю, в Гарвард. Потом выясню, что случилось с Цирой. Постараюсь окончить курс, а может, и не закончу. Решу позже.

— Вы вернетесь сюда?

— Я объеду все места, где можно найти ответы. Мне плевать на ваше золото, но я должна прочитать те свитки. Понимаете, ничто не закончилось. Я должна узнать, погибла ли Цира во время извержения. Если нет, то я узнаю, что с ней случилось. И пойму наконец, как я узнала о ней, почему мне снились эти сны. Это для меня очень важно.

— Вы сами видели раскопки. На поиски ответа могут уйти долгие годы.

— У меня есть эти годы. Мне всего семнадцать. — Джейн посмотрела ему в глаза. — Как бы вы ни расценивали мой возраст, для меня это плюс. Я собираюсь вернуться домой и жить полной жизнью. Каждый день. Каждую минуту. Собираюсь взрослеть, учиться и копить впечатления и опыт. Собираюсь узнать, смогу ли я найти мужчину, по сравнению с которым вы покажетесь скучным. А вдруг это окажется возможным?! Бог свидетель, я не хочу иметь дела ни с вами, ни с вашими замшелыми взглядами на то, что прилично, а что нет. Не могу понять, как человек, который признается в том, что он преступник и мерзавец, может быть таким идиотом. В один прекрасный день вы пожалеете, что отвернулись от меня.

— Уже жалею.

— Слишком поздно. Вы потеряли свой шанс. — Она отступила на шаг, но помедлила, прежде чем уйти совсем. — Но вам может представиться еще один, если я решу, что вы достойны этого, и не найду никого лучше. Так что постарайтесь выкинуть Циру из головы. Я не люблю соперниц. Она мертвая, а я живая, и к тому времени, когда я стану личностью, которой мне хочется стать, со мной не сравнится никто!

Она не стала ждать ответа. Тревор следил за тем, как она шла по залу. Голова поднята, плечи расправлены. Гордая и неукротимая.

— Мне приходило в голову, что она захочет попрощаться. — Рядом стоял Бартлет и смотрел вслед Джейн. — Или сказать аu revoir. Что это было?

Au revoir. До новой встречи?

— Не знаю. Не уверен. — Джейн была уже далеко, но Тревор продолжал видеть силу и решимость, которые она излучала при каждом движении. Внезапно ему стало весело. — Думаю, это было аu revoir. — Он рассмеялся. — А если это так, то помоги мне бог!


Оглавление

  • ГЛАВА 1
  • ГЛАВА 2
  • ГЛАВА 3
  • ГЛАВА 4
  • ГЛАВА 5
  • ГЛАВА 6
  • ГЛАВА 7
  • ГЛАВА 8
  • ГЛАВА 9
  • ГЛАВА 10
  • ГЛАВА 11
  • ГЛАВА 12
  • ГЛАВА 13
  • ГЛАВА 14
  • ГЛАВА 15
  • ГЛАВА 16
  • ГЛАВА 17
  • ГЛАВА 18
  • ГЛАВА 19