EURO-2008. Бронзовая сказка России (fb2)


Настройки текста:



Игорь Рабинер
EURO-2008. Бронзовая сказка России

ВВЕДЕНИЕ ГУС И ЕГО «ГУСЯТА»

«…Они помешаны на футболе. Футбол для них — это трагическая, горькая и великая страсть. Она никак не соотносится с качеством игры национальной сборной, вот уже десятки лет занимающей мазохистскую позицию по отношению к успеху».

Эта эффектная цитата — совсем не о том, о чем Вы, уважаемый читатель, подумали. Приведенные слова принадлежат Каю Штритматеру, автору замечательной, написанной с любовью и юмором книги «Инструкция по применению: Китай». Свой пассаж о безответной страсти китайцев к футболу исследователь завершает так: «Футбол в Китае разделяет с буддизмом высшую истину, гласящую, что жизнь есть страдание».

Спроси российских болельщиков еще в конце мая, испытывают ли они в отношении своей футбольной сборной схожие с китайскими товарищами страдальческие чувства — и подавляющее большинство, даже не имея никакого понятия о буддизме, ответило бы безоговорочным «да». Прошлогодняя победа в Лужниках над Англией казалась тогда единичным — и во многом случайным — моментом просвета во тьме уныния, бесперспективности и той самой «мазохистской позиции по отношению к успеху». Факт выхода в финальную часть Euro-2008, состоявшийся во многом благодаря героической сборной Хорватии, нашу публику, конечно, порадовал — но никаким поводом для эйфории не стал. От нее нас отучали долго и кропотливо. А тут, когда еще не был забыт прошлогодний израильский стыд, 27 марта мы получили 0:3 в товарищеском матче с Румынией. Тогда, меньше чем за два с половиной месяца до старта чемпионата Европы-2008, на душе у многих стало совсем муторно. Выхода из тупика не видел почти никто.

Кроме Гуса Хиддинка. Человека, который на мой вопрос о своей репутации счастливчика отреагировал так: «Я по натуре — позитивный человек, который ищет удачу. Ее надо искать! Есть пессимисты, которые воспринимают жизнь в черных тонах, постоянно на нее жалуются. Я же, будучи оптимистом, стараюсь вложить всю свою энергию в поиск путей, способных привести к победе».

Тренер мирового уровня, да еще и оптимист — это все, конечно, здорово. И все же до начала Ешо-2008 у нас, признаемся, было мало сомнений в том, что с нашими футболистами каши не сварит даже знаменитый голландец.

Как же мы ошибались! Первенство Европы подарило для России первые бронзовые медали в ее футбольной истории и, что еще важнее, чувство гордости за игроков, тренеров и страну. Мы стали свидетелями становления прекрасной остро атакующей команды, которая одержала три победы и подарила нам один поистине исторический матч — в четвертьфинале против Голландии. После победы над главным фаворитом первенства со счетом 3:1 о нашей сборной в восторженных тонах заговорила вся мировая пресса, в адрес российских игроков не жалели эпитетов такие футбольные легенды, как, например, Зинедин Зидан. А внутри страны и вовсе происходило форменное сумасшествие. Феноменальное число — 700 000 (!) человек, на радостях перекрывших в тот вечер весь центр Москвы, — исчерпывающе говорит о том, что значат для России футбольная сборная и ее долгожданные успехи. Дошло до того, что молодые родители начали называть своих сыновей Гусами…

Великолепные испанцы в полуфинале оказались нам все же не по зубам. Но не стоит огорчаться и тем более злиться — потому что, ни в футболе, ни в жизни не бывает всего и сразу. Гус и его «гусята» превзошли самые смелые ожидания, завоевали уважение футбольных специалистов и болельщиков по всему миру. Фамилии Аршавин, Жирков, Павлюченко, Зырянов, Акинфеев, Семак теперь выучили все — от албанских крестьян до итальянских мафиози. Хиддинк открыл нам глаза на возможности собственных футболистов. А Россия получила такую международную рекламу, о какой на любой другой сцене — политической, научной и даже культурной — не могла и мечтать. Ибо ничто так не объединяет современный мир, как футбол.

Хроника того, как это происходило, — перед вами. Весь месяц Euro-2008 я провел рядом с командой, которая на моих глазах превращалась из Золушки в принцессу. Три очень подробных и откровенных интервью Гуса Хиддинка, беседы с капитаном команды Сергеем Семаком и ее лучшим бомбардиром Романом Павлюченко, мнения знаменитых болельщиков калибра Александра Розенбаума, эмоциональные репортажи «с колес» и аналитические материалы после каждого матча… Прочитав все это и многое другое, вы вновь окунетесь в волшебный мир первенства Европы и заново переживете незабываемый июнь 2008-го, после которого наш футбол и наш взгляд на него уже никогда не будут такими, как прежде.

Читайте и гордитесь сборной России!

Глава I ВРЕМЯ РОБКИХ НАДЕЖД

19 мая НАС ЖДЕТ ФУТБОЛ, А НЕ СКЛОКИ

Симидзу, Виламоура, Леоганг. Этим крохотным населенным пунктам Японии, Португалии и Австрии, о которых при иных обстоятельствах мы никогда бы и не узнали, в XXI веке на многие недели суждено было обрести огромную популярность в самой большой стране мира. В первых двух городках сборная России располагалась на чемпионате мира-2002 и первенстве Европы-2004, в третий прибудет 4 июня. В те же дни там окажемся мы, журналисты. И так хочется верить, что наши репортажи из Леоганга продлятся дольше, чем из Симидзу и Виламоуры…

Вопрос о вере и неверии — вообще основной и для тех десятков, кто едет освещать чемпионаты мира и Европы, и для тех миллионов, кто в нетерпении садится перед телевизорами, чтобы их смотреть. «Глупо, пакуя чемоданы на чемпионат, заранее посыпать голову пеплом», — сказал мне недавно поэт Александр Шаганов, детище которого, группа «Любэ», никогда не было замечено в депрессивно — страдальческих настроениях. Нашей бы сборной в Австрии и Швейцарии-2008 — хоть часть той хулиганистой задиристости и уверенности в себе, что сквозит из каждой песни в исполнении Николая Расторгуева и K°!

Вот только слишком давно сборная России не добивалась на мировых и европейских первенствах вообще ничего, чтобы мы ехали в Леоганг, сверкая беззаботной улыбкой. Или щелкая зубами от охотничьего нетерпения, как это делал Илья Ковальчук перед овертаймом финала чемпионата мира по хоккею-2008.

На футбольных ЧМ и Euro мы уже двадцать лет не можем выйти из группы. Двадцать! Настроение болельщиков из раза в раз проходило по одному и тому же кругу, который иронично описал в 2002 году еще один поэт — Тимур Шаов, строки из песни которого «Футбольные страдания» я уже цитировал в своей предыдущей книге «Наша футбольная Russia»:

«Пролетят года проворно,
Словно с белых сакур дым.
Мы, конечно, нашей сборной
Все забудем, все простим.
Снова наш болельщик охнет,
Снова чуда будет ждать.
Вдруг в лесу чего-то сдохнет,
Море Черное усохнет,
Реки повернутся вспять?»

Так все же — можно ли рассчитывать на то, что сейчас «в лесу чего-то сдохнет»? Верить или нет? И как настраивать публику и самих себя?

На мой взгляд, порой мы, журналисты, не совсем правильно понимаем свою миссию накануне таких турниров. В результате чего невольно обманываем и себя, и, как следствие, читателей, делая их последующие чувства вдвойне болезненными.

В том же 2002-м, перед Японией, мы руководствовались ложным посылом, что демонстрация хорошей мины при плохой игре, отсутствие жесткой заслуженной критики поможет команде и тренерскому штабу чувствовать себя на чемпионате мира спокойно и не затравленно. Вокруг национальной команды была создана аура какого-то искусственного, казенного патриотизма. Считалось, что публичный скепсис по отношению к ее перспективам — это признак дурного тона. Не то чтобы мы называли черное белым, но и черным — тоже не называли. Возможно, потому, что на два предыдущих супертурнира, ЧМ-98 и Euro-2000, наша сборная вовсе не выходила, и теперь с нее вроде как полагалось сдувать пылинки…

В результате команда Олега Романцева не вышла из самой легкой группы ЧМ-2002, показав футбол бесхребетный и бессмысленный. А когда журналисты на нее за это набросились, разгневанные читатели обратили часть своего возмущения в адрес журналистов, вполне справедливо замечая: «А почему вы раньше молчали?»

Тот чемпионат убедил всех: не бывает несвоевременной правды. Не бывает лжи во спасение. Есть правда — и есть ложь. И журналистская обязанность — писать то, что мы видим, а не пытаться фальшиво, дружеским молчанием, закрыть глаза на реально существующие беды. В противном случае болезнь будет лишь прогрессировать — что и произошло в 2002 году. А забей пресса во все колокола, когда, к примеру, по демонстративно субъективным причинам были проигнорированы топ — игроки того чемпионата страны Овчинников и Гусев — кто знает, как бы все повернулось?

Euro-2004 был в этом смысле не настолько показательным: в команду Георгия Ярцева, попавшую в группу к Португалии и Испании, никто по большому счету не верил — и она сыграла так, как от нее ждали. Не позорно, но рутинно. А поскольку не было светлых ожиданий, то не обнаружилось и гневных послесловий.

Чемпионат тот запомнился разве что досрочным изгнанием из стана команды Александра Мостового. Причем тяжесть проступка — пары фраз испанским журналистам с констатацией функциональной неготовности команды и сомнениями, что она выйдет из группы — совершенно не соответствовала суровости наказания. Не имея опыта работы на таких турнирах и чувствуя, что теряет контроль над ситуацией, Ярцев нашел козла отпущения. После чего у Мостового сорвался уже готовый было контракт с «Динамо», и спустя полгода он вынужден был закончить карьеру игрока. Футболисты увидели, к чему может привести визит в сборную, — и по странному совпадению косяками стали находить благовидные предлоги для отказа приехать на тот или иной матч…

Вот мы и подошли к моменту, когда можно раскрыть перед читателем карты и признаться: невзирая на все предыдущие неудачи, я верю в эту сборную. Нет, не в то, что она выиграет чемпионат или выйдет в финал (будем все же реалистами) — но в то, что она сыграет лучше своих предшественниц. И будет намного сплоченнее их.

Андрей Аршавин — подчеркну, уже после отстранения от обязанностей капитана сборной — в разговоре со мной подметил очень важную деталь, отличающую Хиддинка от большинства его предшественников: «У него, как и у Дика Адвоката, в команде все вместе. Каждый резервист может обратиться к тренеру с житейской просьбой, и к нему отнесутся, как к ведущему игроку. Поэтому сейчас в сборную все хотят ехать».

Атмосфера, сложившаяся в команде Хиддинка, сломала извечный российский стереотип — о необходимости знания тренером сборной местного языка. Да не в языке и национальности дело, а в нормальном справедливом подходе к игрокам! Видят они такое отношение — и платят тренеру сторицей. Зато, если ощущают, что для него одни «равнее» других — тут же начинаются обиды и скандалы.

На таких соревнованиях, как чемпионаты мира и Европы, нервы у каждого их участника натянуты, подобно струне — любая мелочь, на которую в другой ситуации никто не обратил бы внимания, способна привести к взрыву. Жизнь показала, что Хиддинк, как никто из отечественных специалистов, умеет владеть собой и не срываться на окружающих. Это вообще, признаем, положительное отличие западной культуры от нашей. Уровень своего самоконтроля голландец доказывал на трех чемпионатах мира подряд, когда каждая из его команд — Голландия, Корея, Австралия — выходила в плей — офф и увлеченно играла в футбол, а не занималась междоусобицами. Почему, спрашивается, Россия должна стать исключением? Что мы, совсем неизлечимы?

Так выходило, что каждое появление российской сборной на ЧМ и Euro оборачивалось скандалами и обнажало не лучшие, а худшие качества многих футболистов и тренеров. Залогом того, что теперь это не произойдет, является огромный опыт тренера и ощущение единства между игроками и штабом, понимание, что все они плывут в одной лодке. Твердое обещание Хиддинка продолжить работу с командой до ЧМ-2010 тоже дает надежду на отсутствие скандалов: никому не захочется в Австрии и Швейцарии явить свое эго и оказаться отсеченным от сборной на два следующих года.

Есть и еще один дополнительный повод для надежды. Успехи России в командных видах спорта последнее время все больше потрясают воображение. Началось все, кстати, с победы Сочи в борьбе за право проведения Зимней Олимпиады 2014 года. И словно прорвало!

Вскоре громыхнула мужская баскетбольная сборная, на которой все уже давно поставили крест — на Олимпиаду-2004 в Афины она даже не пробилась. Цель на первенстве Европы-2007 в Испании, соответственно, была приземленной — попасть в семерку лучших команд, чтобы получить право участвовать в пекинской Олимпиаде. А вместо этого команда под руководством американца с израильским паспортом Дэвида Блатта стала чемпионом континента. Это вообще был черный день для русских ксенофобов, причем в прямом смысле: золотой бросок в корзину хозяев-испанцев сделал натурализованный чернокожий американец Джон Роберт Холден. Через пару недель успех мужчин повторили на таком же турнире и российские баскетболистки.

А в мае 2008-го наши и вовсе как с цепи сорвались. На хоккейном чемпионате мира в Канаде блистательно выступила сборная России, завоевавшая золото впервые за 15 лет и обыгравшая в финале не кого-нибудь, а хозяев, родоначальников хоккея, принимавших мировое первенство впервые за 100 лет существования Международной федерации хоккея. Спустя несколько дней, 14 мая, в дело включились и футболисты. «Зенит» выиграл Кубок УЕФА, причем в полуфинале турнира была разгромлена мюнхенская «Бавария» — 4:0.

На таком вот позитивном фоне сборная России начала готовиться к чемпионату Европы. Может, и она, эта аура, как-то ей подсобит?

Заслуженный мастер спорта по хоккею, двукратный олимпийский чемпион Алексей Касатонов, проживающий ныне в Северной Америке, сказал мне:

— Обычно перед такими турнирами желают удачи. Сделаю это и я, заметив, однако, что, судя по отборочному циклу Euro-2008, удача у нашей сборной уже есть. Осталось найти игру. Полагаю, если Хиддинку удастся нащупать оптимальный вариант состава, шансы у нас будут. Никак не обойтись и без командного духа, сплоченности — то есть того, что было у сборной России на недавнем чемпионате мира по хоккею.

Что касается задач, то их в современном спорте, где уровень многих команд примерно равный, всегда нужно ставить поэтапно. Смотреть далеко вперед, провозглашать: «Будем бороться за золото» — полагаю, неграмотно. Нужно готовиться к каждому последующему сопернику.

Победа «Зенита» из моего родного Питера в Кубке УЕФА подтвердила, что наш футбол на подъеме. И в питерском клубе и в сборной работают тренеры, которые знают, как готовить команды на самом высоком международном уровне. Я смотрел финал в одном из нью-йоркских ресторанов и могу сказать: все русские районы Бруклина в те часы словно вымерли. Все болели за «Зенит»! Тогда же мне из Санкт-Петербурга позвонила мама, которой 72 года. Она — далекий от футбола человек и, тем не менее, оказалась в курсе событий. Пропаганда футбола в стране сейчас такова, что о финале Кубка УЕФА знали, по-моему, все — и кто живет в самой России, и кто оказался за ее пределами.

Точно так же, как и «Зенит», сборная России обладает огромным материальным потенциалом. Финансирование и обслуживание спорта в стране сейчас вообще таково, что и тренеров мирового уровня мы приглашать можем, и идеальные условия для работы создавать. Достаточно вспомнить, как в Сочи сборная по первому ее требованию переехала из одного отеля в другой, а в Москве перебралась с базы в Бору в пятизвездные столичные гостиницы. А учитывая еще и контракты футболистов, болельщики имеют право требовать результат. Все ждут выхода команды в плей — офф, и это — задача-минимум.

Еду на Euro-2008 с уверенностью, что наша сборная выступит лучше, чем прежде, еще и из-за признанного всем миром мастерства Хиддинка по части физподготовки к подобным турнирам. Конечно, и у мэтров по этой части случаются проколы — как у Валерия Лобановского в 90-м. Но в любом случае гарантий, что после бежавших как антилопы, корейцев и австралийцев у Хиддинка побегут и россияне, куда больше, чем было бы при любом российском специалисте. Не в обиду им будет сказано.

Все сказанное не отменяет того факта, что сборной России даже с Хиддинком до совершенства очень далеко. «Уэмбли», Израиль, Андорра, Румыния — все это не в палеозойскую эру было, а в последние девять месяцев. И нет у нас, к сожалению, искусников мирового масштаба — и даже таких же работяг-стахановцев вроде Тимощука. Или вы можете представить, чтобы кто-то из наших игроков занял первое место на чемпионате мира по количеству отборов, как капитан «Зенита» в Германии-2006?

Но не было игроков мирового уровня четыре года назад и у ныне действующего чемпиона Европы, который последний раз перед тем выступал на Euro в 1980 году. А потому соглашусь с Андреем Канчельскисом, сказавшим мне в интервью для книги «Наша футбольная Russia»: «Невозможных целей на чемпионате Европы нет. Это четыре года назад своей победой доказала Греция».

Греки поехали в Португалию-2004 с большим тренером Отто Рехагелем. Мы едем в Австрию и Швейцарию с большим тренером Гусом Хиддинком. Конечно, это ничего не гарантирует. Кроме одного. Того, что на Euro-2008 мы впервые за много лет будем писать только о футболе сборной России, а не с отвращением препарировать внутрикомандные склоки и интриги. В этом, пакуя чемоданы, я уверен на сто процентов.


21 мая ПРЕВРАТИТСЯ ЛИ КОМАНДА ХИДДИНКА В «ПАРЯЩИХ ОРЛОВ»?

«Габул! Flying Eagle!»

Гус Хиддинк в свойственной ему эмоционально-образной манере — вспомнить хотя бы «спящего гиганта» Романа Павлюченко — назвал Владимира Габулова «парящим орлом». Очередной всплеск художественного мышления главного тренера сборной России случился во время сегодняшнего утреннего занятия, большую часть которого команда играла в теннисбол. Партнер отдал голкиперу неудобный пас, и шансов не просто достать мяч на лету, но еще и оставить его в игре у Габулова, по сути, не было. Тем не менее, он сделал какой-то головокружительный воздушный подкат, сохранив мяч для команды и удостоившись вышеуказанной похвалы от Хиддинка.

А я, услышав ее, подумал: чтобы добиться хоть какого-то успеха на Euro-2008, нашей сборной нужно в полном составе превратиться в «парящих орлов». То есть на таком уровне подготовиться к турниру физически, чтобы у соперников рано или поздно иссякали силы. С Кореей и Австралией Хиддинку это удавалось. Впишется ли Россия в сей симпатичный ряд или у нее, как всегда, окажется особый гибельный путь?

Тему физподготовки в нашей небольшой беседе, состоявшейся сразу после тренировки, мы с Хиддинком затронули. Равно как и наиболее болезненный вопрос последних дней — ситуацию вокруг полузащитника «Зенита» Игоря Денисова, отказавшегося приезжать в сборную, а также ряд других актуальных тем. Но вначале пара ремарок о самой тренировке, носившей разгрузочный характер, и всем, что с ней было связано.

Занятия на отличном поле стадиона имени Эдуарда Стрельцова — открытые. На трибунах арены может расположиться любой рядовой болельщик, и никто его оттуда не прогонит. В канун отъезда на чемпионат Европы, когда в стране началась сильнейшая футбольная лихорадка, следовало ожидать немалого интереса болельщиков к тренировкам кумиров. Разве не интересно посмотреть на них не только в главном континентальном бою, но и в учениях, к нему готовящих?

Наверняка интересно. Вот только люди наши к такому подходу совсем не привыкли. За долгие годы они твердо заучили: сборная наглухо закрывается в Бору (Тарасовке, Новогорске и далее по списку), и на ее занятиях не то что болельщики, но и журналисты присутствовать не могут. И в умах большинства любителей футбола попросту не укладывается, что за две с копейками недели до старта чемпионата Европы на тренировки национальной команды могут пускать всех без ограничений! Оттого мне и не составило большого труда пересчитать всех болельщиков, посетивших занятие на Восточной. Их было ровно двадцать.

Эти два десятка фанов теперь знают, что во время работы Хиддинк охотно пользуется русскими словами. Счет в моменты теннисбольных баталий, к примеру, объявляет именно по-нашенски: «Два-ноль!» Будучи довольным каким-то фрагментом, кричит: «Здорово!» или «Хорошо!» И лишь когда надо сказать что-то более премудрое, переходит на английский. Ударил, к примеру, Быстрое «ножницами» через себя, упал на спину — и голландец откликнулся репликой: «Ты же три месяца из-за травмы спины не играл! Теперь ноу проблем?»

Проблем было действительно — ноу. Не только у Быстрова. С каждой минутой тренировки игроки становились все более активными, веселыми и раскрепощенными. Теннисбол постепенно превратил их в совершеннейших детей, и с поля то и дело доносились реплики: «Нечестно!», «Мочи!», «Нас засуживают!» Раскрепощенность — и со стороны тренерского штаба (экспрессивные реплики Игоря Корнеева, например, зачастую было слышно лучше, чем фразы Хиддинка и Александра Бородюка вместе взятых), и со стороны игроков — бросалась в глаза. К чему это приведет, нам только предстоит узнать. Но хочется верить: тот, кто не трепещет перед собственным начальством, не затрясется и перед соперниками.

Кстати, тот же Корнеев в обиду себя не дает. Когда помощник главного тренера объяснял нюансы теннисбольных правил, Андрей Аршавин прервал его спич, чтобы уточнить какую-то деталь. Но бывший полузащитник «Барселоны», заметив: «Подожди, я не закончил», продолжил объяснения. И лишь затем ответил на аршавинский вопрос. По-моему, занятная деталь, свидетельствующая о самоуважении ассистентов главного. Демократия демократией, но и о субординации забывать нельзя.

Параллельно росту эмоционального накала по ходу тренировки увеличивался и темп, что Хиддинка очень радовало. После трех пропущенных мячей он менял проигравшую мини-команду на другую, победители при этом оставались на месте. И, мало того, были обязаны ввести мяч в игру сразу, вне зависимости от того, успел ли новый соперник заступить на место старого или нет. В конце концов, игроки поняли: замены должны быть не просто быстрыми, а молниеносными — равно как и ввод мяча в игру. Вроде бы скорее восстановительное упражнение, а на уровне рефлекса футболистам вдалбливается: все надо делать мгновенно, ни на секунду не теряя концентрации!

Наиболее успешной теннисбольной «бригадой», как показалось, стала четверка бывших и нынешних спартаковцев — Павлюченко, Павленко, Погребняк и Торбинский. Однажды они проявили поистине выдающуюся волю к победе: уступали Аршавину, Сычеву, Анюкову и Быстрову -1:5, а затем забили пять безответных мячей. Чаще всего их комбинации заканчивались тем, что мяч гвоздем вбивал в чужую половину «корта» Погребняк. Так бы и в Австрии!

Если же возвращаться к теме болельщиков, то явно не будет лишним, если они заполнят стадион «Локомотив» на товарищеском матче с Казахстаном. Команде, для которой этот поединок станет последним на данном этапе на родной земле, необходимо видеть и чувствовать людскую поддержку — не в последнюю очередь именно с этой целью Хиддинк решил первую неделю подготовительного периода к Euro-2008 тренироваться в Москве. Если 23 мая на трибунах в Черкизове будут заметны проплешины, боевому духу сборников это явно не поспособствует. Как, например, произошло в 2002 году, когда Кубок LG, во время которого сборная России встречалась с Белоруссией и Югославией, собрал на «Динамо» весьма скромную аудиторию. О том, что было потом на чемпионате мира в Корее и Японии, не хочется даже вспоминать.

А уж повторять — тем более.

Первым моим собеседником после тренировки стал лучший футболист России 2007 года, автор второго гола в финале Кубка УЕФА-2008 Константин Зырянов.

— Вас не удивляет, что на открытые тренировки сборной ходит так мало народа?

— Так ведь будний день. Наверное, все учатся и работают. Поэтому о каком-то удивлении говорить не приходится.

— А хочется, чтобы ходили? Или рабочий процесс, наоборот, не терпит чужих глаз?

— Мне, признаюсь, без разницы, есть народ или нет. Я на это не отвлекаюсь.

— Судя по атмосфере на тренировке, предощущение Euro игроков ничуть не сковывает, так?

— Да, такого нет. Пока мы спокойны и раскрепощены.

— Верно впечатление, что по ходу занятия команда «просыпалась» постепенно?

— Дело в том, что во вторник у нас были большие нагрузки. Поэтому сегодня занятие носило восстановительный характер, и все действительно «проснулись» только под конец тренировки.

— Насколько серьезными вам кажутся нагрузки на этом этапе подготовки?

— Считаю, что они приличные. А в Германии, сказали, еще больше будут.

— Готовы к этому?

— Готовимся потихоньку. К таким нагрузкам полностью подготовиться невозможно.

— После победы «Зенита» в Кубке УЕФА легко было эмоционально перестроиться на сборную?

— Для меня — достаточно легко. Нельзя жить прошлым, надо двигаться дальше. А Кубок УЕФА — уже прошлое.

— Вашу вторую половинку, которая ждет ребенка, тяжело будет оставлять на столь длительное время без внимания?

— Она приедет на Euro и будет за нас болеть. Как в Манчестере.

— Там вы поблагодарили ее за поддержку, после своего гола поместив мяч под футболку. Задумали этот жест заранее?

— Нет, он был спонтанным. Я же не знал, что забью!

— Что скажете об истории с вашим одноклубником Денисовым?

— Без комментариев. Не зная ситуации, нельзя делать выводы.

— Сколько раз сборная России ни выходила в финальные стадии чемпионатов мира и Европы, неизменно это оборачивалось какими-то скандалами. Теперь подобное исключено?

— Не знаю. Всякое может случиться. Может, приедем, и опять скандал будет.

— От чего это зависит?

— От работы всех служб сборной. Администрации, тренеров, игроков. Пока все нормально.

— Финал хоккейного чемпионата мира смотрели?

— Частично. При счете 2:3 заснул, в овертайме — проснулся. И победный гол видел.

— Такие победы могут психологически воздействовать на футболистов сборной?

— Думаю, не только на футболистов. Такие победы воздействуют на всю нашу страну.

— С какими ожиданиями идете на московский финал Лиги чемпионов?

— Интересно посмотреть на возможных соперников «Зенита» в матче за Суперкубок. Ну и на две лучшие команды Европы, конечно.

Последний ответ Зырянова, по-моему, показателен. «Манчестер Юнайтед» и «Челси» — теперь не недосягаемые гранды, а «возможные соперники по Суперкубку». Зная серьезность отношения полузащитника к футболу, можно быть уверенным: его фраза — не пижонство, а появившаяся уверенность, что на равных можно играть с кем угодно. Перенеслась бы она на Euro!

Разговор с Хиддинком я тоже начал с малого числа болельщиков на тренировке. И ответил голландец точно так же, как Зырянов:

— У всех болельщиков есть работа, на которую они обязаны ходить, даже если хотели бы в это время посетить тренировку сборной. Но вот накануне, к примеру, на занятии было много журналистов. Это говорит о большом внимании, которое уделяется сборной. И мне это нравится.

— Почему вы решили провести первую неделю подготовки в Москве?

— Это хорошо и для игроков, и для болельщиков. Тем самым мы показываем им, что команде нравится готовиться к чемпионату Европы дома. Что касается повышенного внимания СМИ, то мы должны осознавать ответственность перед страной. Сборная представляет не саму себя, а Россию. Значит, мы должны быть каждый день доступны для журналистов, через которых информация о команде доносится до ее многочисленных поклонников. У нас нет от них никаких секретов.

— Обращает на себя внимание раскованная атмосфера на тренировках.

— В то же время игроки работают очень напряженно. Сегодняшняя утренняя тренировка носила восстановительный характер, потому что предыдущее занятие было очень тяжелым. Если вы спросите игроков, они, не сомневаюсь, ответят, что чувствуют сейчас боль в каждой мышце. Но это нормально. Целый ряд игроков должны выйти на другой уровень физической подготовки. Это один из вопросов, которые сейчас меня тревожат.

В современном футболе топ-уровня необходимо как можно более быстрое восстановление организма после работы на максимуме возможностей. Здесь нам нужно здорово прибавлять. Пока у немалого числа игроков наблюдается тенденция: после напряженной работы им требуется существенное время, чтобы прийти в себя. На высоком международном уровне это невозможно. Именно по этой причине мы в Москве подвергаем игроков очень серьезным физическим нагрузкам. Сейчас они испытывают боль, но это даст плоды уже через неделю. Могу с уверенностью сказать, что в игре с Казахстаном футболисты с самого начала будут чувствовать себя уставшими. Но это не более чем контрольный матч, который вполне можно провести на фоне усталости. Со следующей недели самочувствие футболистов будет все лучше.

— Стартовый состав в матче с Казахстаном будет приближен к тому, который вы хотите видеть в поединке Euroс Испанией?

— Нет. В матче с Казахстаном примет участие очень большое количество игроков. На данном этапе о наигрывании стартового состава речи не идет.

— Вы используете абсолютно те же методы подготовки к чемпионату, как в сборных Кореи и Австралии?

— Да. Корейские футболисты чрезвычайно трудолюбивы, в их менталитете заложена готовность к страданиям во имя большой цели. И это дало эффект на ЧМ-2002. Российские игроки тоже должны учиться страдать, и мы говорим с ними об этом. Мы хотим вести активный, наступательный футбол, а это возможно только при идеальном уровне физподготовки. Тогда и результаты придут автоматически. Вижу, что игроки начали понимать: дабы многого добиться, надо много и вложить. Наши требования, не скрою, весьма высоки. Я очень люблю этих парней, но и требую с них. Ни о какой жалости, стремлении облегчить их участь не может быть и речи. Работа есть и будет очень тяжелой. Только за день-два до официальных матчей первенства нагрузки будут снижены.

— После поражения от Румынии со счетом 0:3 один известный тренер, хорошо знающий методы вашей работы, в неформальной беседе обронил: «Не обращайте внимания на товарищеские матчи команд Хиддинка. Настанет время первой игры чемпионата — и на поле появится команда, которую не узнает никто». Как прокомментируете?

— Хороший комментарий, верный анализ моей работы. Для меня поединок в Румынии был не более чем тренировочным. Но он принес немало пользы. Такие ошибки, какие мы совершали в той игре, на высоком уровне делать нельзя. Хорошо, что они произошли в контрольном матче, а значит, можно их проанализировать и исправить. Вот только учиться надо очень быстро. Важно понимать, что эти ошибки были невынужденными. Мы не подвергались давлению и допускали оплошности сами. Когда соперник заставляет ошибаться — одно дело. Но в Румынии был другой случай, и он многому нас научил.

— На данный момент физическое состояние игроков сборной России аналогично, хуже или лучше корейского или австралийского на тот же период времени до турнира?

— Не могу сказать, что мы на том же уровне, что корейцы или австралийцы. Но есть еще время улучшить ситуацию. В моем распоряжении есть конкретные цифры, свидетельствующие о функциональном состоянии всех сборных, работавших под моим руководством. О голландской в том числе. Словом, в ближайшие десять дней нам предстоит очень серьезно потрудиться.

— В Германии игрокам придется еще сложнее?

— Нет. Уровень нагрузок окажется таким же, как в Москве. Поэтому контрольные игры там при всей их значимости не будут иметь наиважнейшего значения. Главным будет подойти в оптимальных кондициях к началу чемпионата Европы.

— Можете окончательно прояснить ситуацию по поводу Денисова?

— Конечно.

— Вам не кажется, что обе стороны не обошлись в этой истории без ошибок?

— Нет. Очень хорошо, что Денисов позвонил и проявил желание встретиться с нами. Но никаких ошибок, считаю, мы не сделали. Единственной причиной поговорить с нами футболист назвал сожаление о принятом ранее решении.

Каждый человек волен принимать решение, которое может мне не нравиться, но на которое он имеет полное право. Однако если ты озвучил решение, а затем пожалел о нем, сказав самому себе: «Господи, что я наделал!» — ты позвонишь спустя полдня или, по крайней мере, день. Денисов с агентом позвонили через пять дней. В таких обстоятельствах я не могу поменять стратегию отбора заявки на чемпионат, которую уже принял. Поэтому я рассудил: последняя реакция Денисова на случившееся пусть хороша, но запоздала, чтобы он мог принять участие в Euro. Я уже не мог сделать шаг назад.

Мне рассказали, что критикуют в связи с этой историей Бородюка. Но он сделал то, что должен был. У него состоялся короткий разговор с Денисовым. Мой помощник поздравил игрока с победой в Кубке УЕФА и пригласил в сборную. Ответ был таким: «Нет, спасибо». Тогда Бородюк поинтересовался, почему, и футболист сказал: «Не хочу» и положил трубку. Так что тренера винить не за что.

— То есть слухи о фразе Бородюка: «Да ты вообще должен быть счастлив, что тебя позвали в сборную!» — неверны?

— Неверны. Рядом с Бородюком находились люди, которые слышали разговор. Они были удивлены, что беседа получилась такой короткой. Тем не менее важно, что спустя пять дней Денисов все-таки сам проявил инициативу пообщаться с нами. Уже в ближайшем будущем этот футболист, несомненно, резко прибавляющий, команде пригодится.

— Имело ли смысл объявлять «список 25» в день финала Кубка УЕФА -14 мая? Почему нельзя было сделать это, скажем, на сутки позже?

— Пресса ждала список еще 12-го. А команда собиралась уже 18-го. Тянуть дальше было никак нельзя.

— Первое за 15 лет золото сборной России на чемпионате мира по хоккею способно вдохновить футбольных коллег?

— Финал смотрели очень многие игроки, и их эмоции после золотого гола были очень бурными. Безусловно, эта победа подняла дух нашей команды. Поздравляю тренеров, а также менеджеров — господ Третьяка и Фетисова. Они проделали великолепную работу. Помимо всего прочего отстояли тренера, который не добился победы на предыдущем первенстве.

— Нет ли смысла устроить встречу футбольной и хоккейной сборных?

— У нас свой график подготовки. Поэтому просто от всей души поздравляем хоккеистов.


23 мая ЗАБИЛИ — И ЗАБЫЛИ

Товарищеский матч. Россия — Казахстан — 6:0 (после первого тайма — 2:0). 23 мая. Москва. Стадион «Локомотив». 9 500 зрителей.

Голы: Погребняк — с пенальти, 26 (1:0). Быстрое (Погребняк, Зырянов), 45+1 (2:0). Зырянов, 59 (3:0). Билялетдинов — с пенальти, 85 (4:0). Торбинский (Сычев, Павлюченко), 89 (5:0). Сычев (Жирков), 90+2 (6:0).

Россия: Акинфеев, Анюков (Саенко, 46), Колодин (В. Березуцкий, 56), Широков (Игнашевич, 62), Жирков, Быстрое (Сычев, 46), Семак, Семшов (Торбинский, 46), Зьфянов, Билялетдинов, Погребняк (Павлюченко, 46).

Казахстан: Лория, Нурдаулетов, Кучма, Смаков, Ирисметов, Аширбеков (Кукуев, 78), Скорых, Карпович (Хохлов, 58), Алиев (Логвиненко, 44) (Ибраев, 80), Жу-маскалиев, Суюмагамбетов (Остапенко, 46).

Судья: Орехов (Украина).

Наказания: Колодин, 12 (предупреждение).

«Могу с уверенностью сказать, что в игре с Казахстаном футболисты с самого начала будут чувствовать себя

уставшими». Эти слова Гус Хиддинк сказал мне за два дня до матча. Получается, главный тренер сборной заранее предупредил: чего-то экстраординарного в Черкизове ждать не следует.

Те, кто относится к Хиддинку негативно, могли воспринять это как попытку заранее найти оправдание на случай плохой игры и любого результата, кроме победы. Я же убежден: подобные вещи иностранному тренеру даже в голову не приходят. Главное для Хиддинка — конечная цель: контрольные матчи он рассматривает как полигон для отработки своих идей — и не более того. И просто называет вещи своими именами. Если сборная «переваривает» серьезные нагрузки, если «футболисты с самого начала будут чувствовать себя уставшими» — значит, ожидать красивой игры как минимум наивно. Эффекта надо ждать в официальных матчах.

Коллега по «Спорт-Экспрессу» Евгений Дзичковский заметил по этому поводу: какому-нибудь Стиву Макларену, скажи он нечто подобное перед последним контрольным матчем на «Уэмбли», в английской Футбольной ассоциации задали бы жару — потому что подобными заявлениями можно снизить посещаемость. Но в том-то и штука, что наследнику Макларена в сборной — итальянцу Фабио Капелло — в той же FA такого никогда не скажут, как и Хиддинку в РФС! Тренер-иностранец волен говорить и делать все, что считает нужным, не будучи стреноженным запретами и обязательствами. Оттого свободный Хиддинк готовится с Россией к Euro-2008, а трясущийся Макларен комментирует футбольные события английским газетам.

Сборная Казахстана — разумеется, соперник не уровня Euro, но для начального периода подготовки, возможно, такой и нужен. К тому же в отборочном цикле команда Арно Пайперса обыграла Сербию, а крупное поражение потерпела только одно — в гостях от Португалии. И то лишь 0:3, а не 1:7, как некоторые. Так что совсем уж мальчиком для битья вчерашнего оппонента назвать было никак нельзя.

По всем этим причинам никаких 6:0 я не ожидал. Можно сколько угодно говорить, что такой счет станет поводом для переоценки своих сил, но давайте все-таки будем теми, для кого стакан наполовину полон, а не наполовину пуст. И понадеемся, что эти 6:0 сработают на уверенность футболистов в себе. Хотя прав Хиддинк, сказавший: «Когда на табло такой результат, надо задаться вопросом: мы были сильны или соперник слаб?» А также строго заметивший, что ряд ошибок в обороне, допущенных в Черкизове, категорически недопустим.

На самом деле, чистоты эксперимента не получилось. По этому поводу хотелось бы посетовать на некоторое низкопоклонство украинского арбитра Орехова перед нашей командой. Игра рукой, за которую он назначил первый пенальти, мало чем отличалась от аналогичного фола на исходе матча «Спартак» — «Сатурн», после которого судья Николаев публично извинялся перед подмосковной командой. Первый гол нашей сборной арбитр, по сути, подарил — а ведь очень хотелось поглядеть, как команда добьется этого гола своими усилиями. На Euro таких 11-метровых в нашу пользу точно не будет. Плюс к этому в комбинации, приведшей ко второму голу, Погребняк, получая пас от Зырянова, находился в офсайде.

Конечно, россияне выиграли бы и без судейской доброты. Но по-настоящему объективная оценка состояния сборной возможна только при полной беспристрастности рефери.

Теперь — игровые наблюдения.

Первое: все 90 минут сборная России провела по схеме 4-5-1. Даже Сычев, вышедший во втором тайме, исполнял обязанности правого хавбека. И, кстати, набрал вистов, отдав голевой пас Торбинскому и забив прекрасный гол. По поводу позиции Сычева на Euro говорить рано, а вот на предмет модели почти уверен: с учетом обилия полузащитников и неважной формы большинства нападающих на чемпионате Европы мы будем играть с одним мощным «наконечником копья». Похоже и на то что, в отличие от отборочного цикла на Euro россияне выйдут с четырьмя защитниками.

Второе: очень многие вчера сыграли на необычных для себя позициях. Жирков был левым защитником, Саенко — правым защитником, Семак, как в «Москве», действовал опорным хавбеком, о Сычеве уже сказано выше. Также обратило на себя внимание, что Широков, как в «Зените», играл в центре обороны. Последнее, полагаю, всерьез и надолго — тем более что сыграл зенитовец очень прилично. Остальное — жизнь покажет.

Третье: так и не вышли на поле Иванов, Павленко, Адамов, Янбаев, Алексей Березуцкий и два запасных вратаря. Первые четверо, похоже, — главные кандидаты на две «черных метки». С учетом дефицита защитников Янбаев, вероятно, в заявку все-таки попадет. Значит, в Москву вернутся двое из первых троих?

Четвертое: капитанство Семака и 90 минут, проведенные им на поле. Говорит ли это о том, что игрок «Рубина» вернулся не просто в сборную, а сразу в ее стартовый состав? Весь матч также отыграли Акинфеев, Билялетдинов, Жирков и Зырянов. Является ли это стечением обстоятельств или свидетельством того, что они в этой команде — незаменимые?

Завтра Гус Хиддинк и его команда покидают Россию. До первого матча Euro против испанцев — 16 дней. 6:0 у Казахстана — это, конечно, хорошо, но ничего, по большому счету, не меняет. Вопросов пока больше, чем ответов.


27 мая ДВАДЦАТЬ ТРИ ИЗБРАННЫХ

Сегодня был назван состав сборной России на Euro-2008. В число 23 футболистов вошли вратари: 1. Игорь Акинфеев (ЦСКА), 12. Владимир Габулов («Амкар»/«Динамо»), 16. Вячеслав Малафеев («Зенит»); защитники: 4. Сергей Игнашевич, 5. Алексей Березуцкий, 2. Василий Березуцкий (все ЦСКА), 22. Александр Анюков, 14. Роман Широков (оба «Зенит»), 8. Денис Колодин («Динамо»), 3. Ренат Янбаев («Локомотив»); полузащитники: 23. Владимир Быстрое («Спартак»), 15. Динияр Билялетдинов, 7. Дмитрий Торбинский (оба — «Локомотив»), 17. Константин Зырянов («Зенит»), 20. Игорь Семшов («Динамо»), 18. Юрий Жирков (ЦСКА), 11. Сергей Семак («Рубин»), 9. Иван Саенко («Нюрнберг» Германия); нападающие: 10. Андрей Аршавин, 13. Павел Погребняк (оба — «Зенит»), 21. Дмитрий Сычев («Локомотив»), 19. Роман Павлюченко («Спартак»), 6. Роман Адамов («Москва»). В заявку не попали тренировавшиеся с командой полузащитники Александр Павленко («Спартак») и Олег Иванов («Крылья Советов»).

Самое неожиданное в решении главного тренера сборной России — не фамилии «отверженных», а сам факт оглашения вердикта за день до первоначальной даты объявления заявки. Похоже, Хиддинк почувствовал, что многочисленные разговоры о том, кто покинет сборную, стали мешать нормальной ее работе, — и, все для себя решив, сыграл на опережение. Иванов и Павленко стали жертвами своего амплуа: в Германии до полудня вторника работали три вратаря, семь защитников, десять хавбеков и пять форвардов. Этот перекос в первую очередь и заставил голландца расстаться с двумя игроками средней линии. Причем именно центральной зоны, с представителями которой в команде был особенный перебор. Ничего неожиданного, словом, не произошло.

В любом случае общественный резонанс от этого решения, кто бы ни пал его жертвой — эти ли футболисты либо Адамов, Янбаев или Саенко, — был заведомо несопоставим с коллективным шоком по поводу невключения в число 25 кандидатов Александра Кержакова или удивлением в случае с Игорем Денисовым. Хавбек «Зенита» забил победный гол в Кубке УЕФА, форвард «Динамо» стал лучшим снайпером сборной в отборочном цикле Euro-2008 — тогда как ни один из пятерых «висевших» игроков не входил в ее стартовый состав. Так что ничего судьбоносного в этом событии не усматривается: речь шла о тех, у кого все равно не было почти никаких шансов выйти в матчах чемпионата Европы с первых минут.

Очевидно, для себя Хиддинк определился гораздо раньше вчерашнего дня. Если бы у него были хоть какие-то сомнения, он дал бы шанс Иванову или Павленко в матче с Казахстаном. Благо и соперник, и счет позволяли это сделать. Правда, точно так же не вышли на поле ни Адамов, ни Янбаев — но этих двоих (особенно в случае с защитником «Локо») выручил дефицит исполнителей на их позициях. Применительно к Адамову это означает, что любовь голландца к крупногабаритным форвардам-«столбам» не ржавеет: у Австралии на ЧМ-2006 их в «пожарных» ситуациях на поле бывало даже трое, и иметь в заявке только Погребняка да Павлюченко тренер счел слишком рискованным. Хотя для игрока «Москвы» поездка на Euro, полагаю, — серьезный и ко многому обязывающий аванс. К тому, например, чтобы более бережно относиться к голевым моментам.

Вряд ли кому-то придет в голову яростно оспаривать выбор Хиддинка. Слишком весомы на мировом уровне достижения этого тренера и слишком скромны — освобожденных им футболистов, чтобы не принять решение тренера как должное. Молодые игроки поварились в атмосфере сборной, причем в очень важный момент, — и после Euro, если потребность в их услугах возникнет, придут в команду более зрелыми.

Допускаю, что двум одаренным полузащитникам-созидателям в глазах тренера не хватило важного качества, о котором он говорил в книге «Хиддинк: это мой мир», — «ментальной жесткости». Предельная боевитость, умение пробить лбом стену к достоинствам этих футболистов, насколько помню, никогда не относились. Да и сам стиль игры как большого Иванова, так и маленького Павленко техничен, мягковат и сравнительно нетороплив, тогда как Хиддинк не раз подчеркивал, что его приоритет — скорость. Убрав этих футболистов, тренер, мне кажется, лишний раз дал понять, что сделает ставку не на позиционное наступление, а на атаки с ходу.

И все же лично мне досадно, что в число 23 счастливчиков не попал Павленко. В его игре есть изюминка, которой в российском футболе могут похвастать очень немногие. Филигранная тонкость последнего паса, стремление обострять ситуацию, а не осторожничать, игровое чутье, да и умение забить обводящим ударом со штрафного (помните, к примеру, игру с «Динамо»?) — все это, допускаю, могло бы пригодиться на первенстве Европы, особенно в первых двух матчах, в отсутствие обладающего схожими качествами Аршавина. Но точно с той же вероятностью весь этот «товар» спартаковца мог оказаться пока еще не экспортного качества. Хотя с «Марселем» — то в ответном матче 1/16 финала Кубка УЕФА Павленко был у «Спартака» лучшим…

Впрочем, теперь нет смысла сетовать — выбор сделан. Ровно за две недели до первого матча с Испанией страна получила заявочный список на Euro-2008. Иванову и Павленко пожелаем не вешать нос (как не повесил его в свое время Аршавин, дважды отцепленный с больших турниров в последний момент) и доказывать свое право на место в сборной новыми достижениями. А тем, кто остался, — удачной командировки в Австрию и Швейцарию.


28 мая 61 ДЕНЬ ПРЕОДОЛЕНИЯ

Товарищеский матч. Россия — Сербия — 2:1 (1:1). 28 мая. Бургхаузен (Германия). Стадион «Вакер-Шпорт-парк». 7 000 зрителей.

Голы: Погребняк (штрафной), 12 (1:0). Пантелич, 40 (1:1). Павлюченко (Сычев, Колодин), 48 (2:1).

Россия: Акинфеев, Анюков (В. Березуцкий, 46), Широков, Колодин, Жирков (Янбаев, 80), Сычев (Быстрое, 66), Семак, Зырянов, Семшов (Саенко, 82), Билялетдинов (Торбинский, 71), Погребняк (Павлюченко, 15).

Сербия: Дышльенкович, Нинков (Рукавина, 69), Видич (Иванович, 46), Райкович, Коларов, Деспотович (Янкович, 46), Качар, Ковачевич (Кузманович, 59), Милованович (Илич, 76), Тошич, Пантелич (Жигич, 46).

Судья: Штарк (Германия).

Наказания: Янкович, 78. Жирков, 79 (предупреждения).

На последних минутах матча с Сербией, когда наша сборная имела гораздо больше шансов увеличить счет, нежели упустить победу, я, сжав кулаки, глядел в телеэкран и молил наших футболистов: «Только не пропустите!»

Испытывать такие ощущения в товарищеской игре заставляли воспоминания о 2004 годе.

В тот сезон команда Георгия Ярцева вступила в отличном психологическом состоянии: победа над Уэльсом стала первым успехом в новейшей истории сборной, достигнутым в ситуации, когда отступать было некуда. И вот в марте настал черед товарищеского матча в Болгарии. Россияне играли весело, забили два красивых мяча. Все давалось так легко и приятно, что команду охватило легкомыслие, и она любезно позволила болгарам сравнять счет.

А потом выяснилось, что с победой была упущена и победная аура, которая окружала ту сборную. Игра россиян становилась все натужнее — и к Euro-2004 они подошли с тоскливым эмоциональным фоном, не предвещавшим ничего хорошего. Кардиффский «Миллениум» воспринимался как что-то бесконечно далекое.

То же самое было и перед ЧМ-2002. За полгода, которые прошли после разгрома Швейцарии в последнем отборочном матче — 4:0, сборная Олега Романцева не одержала ни единой победы. Проигрыш Эстонии, домашнюю ничью с Белоруссией объясняли экспериментами, поиском сочетаний — но из команды уходила вера в то, что она вообще может выигрывать.

Что же получается? В 2002-м и 2004-м мы за полгода, предшествовавшие большим турнирам, не выиграли ни разу. В 1998-м, 2000-м и 2006-м мы на эти турниры и вовсе не попадали. А значит, последнюю победу в контрольном матче в год перед ЧМ или Euro сборная России одержала… 12 лет назад, 2 июня 1996-го над Польшей — 2:0!

Тогда, правда, не помогло и это. Но у сборных нынешнего поколения и тех времен — совсем разные проблемы. В 90-е команду мастеров, выступавших в основном за границей, обуревали нефутбольные проблемы. Взаимоотношения с РФС, который «на берегу» обещал одни премиальные, а потом вдруг всплывали другие цифры; отсутствие контакта с нервными тренерами, которые и по методике работы, и по отношению к игрокам были" так не похожи на специалистов, с которыми те привыкли работать в зарубежных клубах; неприязненное отношение кое к кому из партнеров по мотивам печально знаменитого «письма 14-ти», о котором я подробно писал в книге «Наша футбольная Russia»… Тогда у нас не было недостатка в классных игроках. Их просто не удавалось слепить в коллектив.

Теперь проблем с микроклиматом нет. Контакт игроков с Гусом Хиддинком таков, что можно было только мечтать. РФС еще с 2002 года не замечен в невыполнении обещаний.

Вот только в больших европейских клубах у нас никто не играет. А сборная уже 20 лет не выходит в плей-офф. И рефрен в последние годы один и тот же: да на что они, дескать, вообще годны? Стоило посмотреть в среду на ошарашенного Погребняка после его великолепного гола со штрафного, чтобы понять, какой груз самоуничижения людям сейчас приходится сбрасывать. Такую реакцию подделать невозможно!

Потому-то так и нужны сегодня нашей команде победы в контрольных матчах. И 6:0 над Казахстаном, и 2:1 над Сербией под водительством маэстро Неманьи Видича из «Манчестер Юнайтед». Вот почему в концовке матча я у телеэкрана до боли сжал кулаки. И сборная выиграла, не заставив трястись в концовке, — что тоже ценно.

Конечно, шероховатостей еще полно. Скажем, гол, какой мы пропустили, уступая мяч друг другу, на Euro просто невообразим. Впрочем, может, оно и к лучшему, что допустили эту нелепость сейчас — игроки уже не забудут, чем способна обернуться потеря концентрации?

Зато даже под прессом тяжелых нагрузок сборная сумела создать намного больше моментов, чем крепкий, злой соперник. Что очень важно, у нее прорисовался скелет. Еще до Казахстана мы вообще не понимали, куда идем, а теперь уже и схема очевидна, и ротация стартового состава минимальна, и с капитаном, ситуация вокруг которого до недавних пор казалась патовой, все, по сути, ясно и логично: им будет самый опытный футболист — Семак. И даже «спящий гигант» Павлюченко проснулся, забив по доброй традиции при счете 1:1 победный гол. Это чрезвычайно важно — по той хотя бы причине, что из-за травмы, едва забив гол, был заменен Погребняк, и насколько серьезным окажется повреждение лучшего снайпера Кубка УЕФА, только предстоит выяснить.

Сравните ощущения 27 марта, когда Россия была разбита Румынией, и сейчас — и сразу почувствуете, что за 61 день (а на самом деле за 10 — с начала подготовки в Москве) сделано уже немало.

Но остается — еще больше. Сдвинутые брови Хиддинка после финального свистка дали понять: тренер это прекрасно сознает.


2 июня «НАДЕЖДА — НА ГОСПОДА БОГА И ЕГО ИЗБРАННИКА ХИДДИНКА»

За несколько дней до старта Euro-2008 на мои вопросы, касавшиеся в основном сборной России, ответили четыре известных представителя творческой интеллигенции.

— Почему наша сборная уже 20 лет не может выйти из группы на чемпионатах мира и Европы? И есть ли предпосылки, что сейчас эта печальная традиция будет нарушена?

Михаил Ефремов, актер:

— Предпосылки есть. Это иностранный тренер, высокая цена на нефть и на газ. А не выходили потому, что не было иностранных тренеров, поменялась общественно-политическая формация, в стране был переходный период.

Сергей Мигицко, актер:

— Я не исследую футбол, а просто смотрю и люблю его, поэтому категоричные выводы делать не хочу. Мне кажется, нашему футболу была нанесена психологическая травма, когда распался Союз. В сборной СССР значительную часть всегда составляли киевляне, тбилисцы, пара-тройка минчан… А когда российский футбол стал автономным, все сразу перестало получаться. И, полагаю, самое главное, что наших хлопцев перестали настраивать на победу. Футбол — игра, и в этом схожесть наших профессий.

Так вот, игра без настроения, без заряда всегда обернется неудачей. Мы же в какой-то момент стали заведомо довольствоваться малым.

Но сейчас, при всем неубедительном выходе из отборочной группы, что-то изменилось. Да, был Израиль, были 0:3 на «Уэмбли» и в Румынии. Но у нас за спиной уже есть победа над Англией в Москве! Мне кажется, нынешний тренерский штаб может настроить ребят на позитивную игру. Какое-то чутьишко подсказывает мне, что с настроением у команды все будет более или менее прилично. Да и группа у нас не самая сильная, если сравнивать, например, с «группой смерти».

Александр Розенбаум, музыкант, поэт:

— Во-первых, на это оказал влияние развал страны и всего, что в ней находится, — включая футбол. Это основное. У спорта не было поддержки страны. Все делали бизнес, и очень мало кто заботился о стране, о звучании России в мире. Не было ни полей, ни мячей, ни формы, а о детях вообще забыли…

Могу сказать и о генетическом аспекте. В сборной Советского Союза российских игроков было совсем немного. А все остальные — это украинцы, армяне, грузины, белорусы. По-настоящему русской школы футбола последние десятилетия фактически не было, была — советская.

Сегодня, как ни старайся избегать патетических слов, страна встает с колен. Об этом нужно говорить спокойно, без истерики, без смешивания в одну кучу побед сборной России на чемпионате мира по хоккею и Димы Билона на «Евровидении». Но страна на самом деле сегодня полна самосознанием, и прежде всего спортивные успехи очень этому помогают.

Немного отвлекусь. Знаю, что эмигранты 70-х, 80-х были в 90-е бесконечно расстроены тем, что за их спиной нет сильной родины, хотя они ее покинули. Сегодня обстановка меняется, и у русскоязычных людей по всему миру, и россиян прежде всего, появляется сильная родина. И есть желание за нее сражаться! За слабаков иногда не очень хочется, разве не так? А когда за спиной — сильная, «пропиаренная», извините за сленг, держава, то за нее и играется по-другому. Очень знаковая, по-моему, победа хоккеистов — тому доказательство. Они бились не только за собственное реноме или какие-то гонорары, но, в первую очередь, за сильную, уважающую себя родину. За нее сегодня есть кайф сражаться. Не знаю лично Маню Шарапову, но как доктор могу гарантировать, что ее отношение к игре за Россию пятъ-семъ лет назад и сегодня — совершенно разное. Потому что сегодня ей морально интересно играть за мощную Россию — даже учитывая, что всю свою жизнь она проводит в США.

На чемпионате Европы, думаю, сборная в том числе и по этой причине будет сражаться лучше, чем на турнирах четырех-, восьмилетней давности. А дальше уже встают чисто профессиональные вопросы — травма Погребняка, дисквалификация Аршавина. Их требуется решать нашему штабу. А еще — уповать на везунчика Хиддинка. В том, что он — везунчик, нет ни малейших сомнений.

Александр Шаганов, поэт:

— Нашим футболом в последние 20 лет был утерян дух победителя. Сборная выходила на матчи нескольких предыдущих турниров с ощущением: сыграем вничью — уже хорошо, гол забили — уже прекрасно. А стремления выиграть во что бы то ни стало — не было. Возможно, это связано с тем, что те 20 сложных лет вообще были временем посыпания головы пеплом, в том числе и в спорте. Кроме всего прочего, после распада страны из 240 миллионов жителей осталось 140. Потеря ста миллионов не могла пройти бесследно. Города, которые не обладали какой-либо футбольной историей, стали выступать в высшей лиге. Через это надо было пройти.

Будет подниматься страна — будет подниматься и спорт. Сейчас, особенно после победы «Зенита», его настрой должен передаться и сборной. Может, я наивен, но невозможно ехать на большой турнир и держать в голове одно: только бы не опростоволоситься. Пора начинать строить историю команды, которая хочет и умеет побеждать.

— Как вы отнеслись к приходу Гуса Хиддинка, и изменилось ли ваше отношение к нему за те два года, что он руководит сборной?

Ефремов:

— Хиддинк — хороший дядька, поэтому, конечно, отнесся положительно. Отношение же никак не изменилось, потому что каким он был в момент прихода в сборную, таким и остался. За это время он не проявил какие-то неожиданно противные или, наоборот, сверхгениальные качества. Он абсолютно реальный человек, и в этом его сила! Почему Гус сейчас, перед Euro, развивал у команды «физику»? Потому что сборная СССР всегда славилась физической подготовкой! В футбол и так играть умеют все, а вот быть хорошо подготовленными к таким турнирам удается далеко не каждому.

Мигицко:

— У меня к Гусу двоякое отношение. В первую очередь, конечно, позитивное. Я видел все его команды, и они, включая Австралию, показывали хорошую игру. Австралийцы на ЧМ-2006 были серьезной атлетической командой, и только волею случая в виде пенальти на последней минуте они вылетели в 1/8 финала от будущих чемпионов мира. В моем любимом «Зените» вместе с Диком Адвокатом, как и в сборной, работает голландский тренер по физподготовке — и команда «летает»! Гус сказал, что команда к 10 июня выйдет на пик формы — и я ему верю! «Физика» в футболе, убежден, решает очень многое.

Кроме того, Хиддинк — очень обаятельный, позитивный мужик. Он не надутый, за ним стоит какой-то оптимизм человеческий. И мне это качество в людях всегда нравилось. Мы не слишком хорошо знакомы — пару раз пожимали друг другу руки. Но интуитивно чувствую, что этот позитив, который исходит от него, может помочь сборной.

Что же смущает? То, что за два года сборная не очень сильно прибавила в игре. Тем не менее знаю одно: мы должны уметь ждать. С годами — в спорте ли, в искусстве ли — я все больше понимаю, что скоропалительного результата не бывает нигде. Нужно потерпеть!

Хиддинк понимает в футболе побольше нас с вами, что не раз доказывал своими результатами. Во время Euro-2004 в Португалии Сколари адресовали какую-то очередную претензию, и он отреагировал на нее так: «Кто тут чемпион мира — я или вы?» Так и здесь — как я могу рассуждать, правильно ли поступает Хиддинк?!

Розенбаум:

— У меня нет персонального отношения к Хиддинку, потому что я не вижу никаких кардинальных изменений. Сегодня во всех клубах в мире много иностранных игроков и тренеров, так что мы пытаемся играть по международным правилам. Поэтому сам факт прихода иностранного тренера в сборную России меня совершенно не расстраивает: без разницы, откуда он — главное, чтобы работал хорошо. И вот, посмотрев на Адвоката (а до того — на Петржелу в начальной стадии его деятельности), я увидел явный прогресс «Зенита». В игре сборной не вижу ничего, резко отличающегося от прошлого. Единственное — моральное состояние, которое у нынешней сборной гораздо лучше. Но это обеспечил не Хиддинк, а Россия. Адвокат живет командой, работает с ней каждый день. Хиддинк же в России бывает наездами.

Его успехи в прежних командах — Корее, Австралии — конечно, вызывают уважение. Но на Euro-2008 мы вышли только благодаря Господу Богу. Что будет на самом первенстве? Надежда — опять же на Господа Бога и его избранника Хиддинка. Потому что ничего конкретного и сильного в профессиональном плане я пока у него не увидел.

Шаганов:

— У меня к нему ровное отношение. Его появление хорошо с той точки зрения, что в сборной должны работать специалисты, которые по-настоящему проявили себя на международном уровне. Еще Петр Iучился у голландских и немецких мастеров. В концовке отборочного цикла Хиддинк доказал, что ему действительно везет, и надеюсь, что на Euro-2008 это везение голландцу не откажет. А не забей хорваты третий мяч, может, он бы уже со сборной и не работал. Хотелось бы, чтобы задел прочности был у него более основательный. Хотя зависит это не только от него, но и от игроков.

— Перевернула ли победа «Зенита» в Кубке УЕФА ваши представления о возможностях российских футболистов, и способна ли она как-то повлиять на выступление сборной?

Ефремов:

— Не скажу, что так уж перевернула. Мне было очень радостно, как и после победы ЦСКА, а в свое время — выходов «Спартака» в полуфиналы всех трех еврокубков. А на сборную победа «Зенита», несомненно, повлияла: у футболистов появилось больше уверенности в своих силах, они доказали прежде всего самим себе, что тоже не лыком шиты. Шесть зенитовцев разговор проходил до травмы Погребняка. — Прим. И. Р.), пять армейцев — целая команда из победителей Кубка УЕФА!

Мигицко:

— В том-то и дело, что перевернула! Вы верно, на мой взгляд, писали о том, что «Зенит» можно сделать базовой командой сборной. Надеялся до последнего, что и Фазика (Виктора Файззулина. -Прим. И. Р.) возьмут, и Игорька Денисова. Не забывайте, что Кубок УЕФА завоевали восемь россиян! Такого не припомнить. И, конечно, такая победа меняет представление о возможностях игроков. Я радовался успеху ЦСКА в Кубке УЕФА, но нельзя забывать, что основу той армейской команды составляли блестящие бразильские мастера. Теперь же первыми скрипками были наши мальчишки.

Может ли победа в еврокубке повлиять на сборную? Считаю — может. Вот мне — 50 с гаком лет. Но я не устал играть хорошие спектакли. Мне хочется, чтобы так же было и у футболистов. Да, за их спинами — выигранные чемпионаты страны, Кубки УЕФА. Но Euro — это совсем другое дело. Вспомните, ребята, греков, на которых четыре года назад никто не ставил! Ну вспомните!

Я настраивал своих знакомых игроков особенным образом. У меня было пари с Андреем Сергеевичем Аршавиным, что, если «Зенит» выиграет Кубок УЕФА, я избавлюсь от своей длинной шевелюры и постригусь под «ежик». Я сделал это и даже приезжал в Москву к Андрею Сергеичу, когда национальная команда сидела там на сборе, чтобы показать новый вариант прически. Может, теперь и на сборную какое-нибудь пари заключить?…

На спор о стрижке он, правда, сам меня спровоцировал. Когда у меня был день рождения, он прислал мне в виде поздравления пять остроумных вопросов. И последним был такой: «Готов ли ты состричь свои патлы, если мы выиграем Кубок УЕФА?» Я верил в свою команду, но не настолько. Это было еще до «Баварии». И сказал: готов!

Розенбаум:

— Горжусь тем, что в «Зените» — восемь россиян, часть которых — воспитанники питерских школ. Конечно, эта победа очень вдохновляет наш город, и она полезна с точки зрения прогресса именно российского футбола. Поможет ли она сборной? Не знаю, потому что законы существования клубов и сборных, мне кажется, достаточно сильно различаются. В национальной команде нужно преодолеть какие-то местнические настроения, создать единый кулак. Российскому тренеру Быкову в хоккейной сборной это удалось. Сможет ли Хиддинк — не знаю. К демонстрации оптимизма пока не готов.

Что же касается высокого уровня игры, который продемонстрировал «Зенит» в Кубке УЕФА, то даже при восьми россиянах без Тимощука команде пришлось бы очень сложно. В этом надо отдавать себе отчет.

Шаганов:

— Да, перевернула. Особенна та чудесная игра, которую команда провела в ответной игре с «Баварией». Этот невероятный счет — 4:0, этот Кан с грустной беспомощной улыбкой после матча… Если посмотреть на Адвоката — насколько же этот человек переживает во время каждой игры, поглощен ею! Кулаки у него не разжимаются!

Эти успехи — а особенно уверенность, с которой они были достигнуты — настраивают на то, что мы все-таки можем, когда захотим. Костю Зырянова и его партнеров по «Зениту» мы скоро увидим в Австрии, и они должны передать этот настрой остальным. К тому же у нас чемпионат в разгаре, а соперники приехали после окончания своих первенств. Поэтому надо верить в себя.

— Как отнеслись к ситуации вокруг отказа выступать на Euro-2008 Игоря Денисова?

Ефремов:

— Возможно, у молодого игрока взыграл юношеский максимализм, возможно, возникла какая-то неразбериха, злую шутку сыграл извечный российский испорченный телефон. Но раз Хиддинк «отцепил» его — значит, правильно сделал.

Мигицко:

— Не возьмусь дать оценку произошедшему. Это слишком частный вопрос. Игорек, к которому я очень тепло отношусь, в этом сезоне показывает блестящую игру. В прошлом году что-то у него не складывалось, но тут он был просто потрясающ и, конечно, заслуживал поездки в Австрию. А что произошло за кулисами, почему он отказался — ей-богу, не знаю.

Розенбаум:

— У каждого болельщика, конечно, есть свой состав сборной, но лично мне очень жалко, что Денисова нет. Это набравший силу игрок. Но, конечно, он в этой истории, мягко выражаясь, не совсем прав. Что ж, будет наука на будущее. Хотя, может, тренеру стоило пренебречь личным ради общественного, забыть о воспитательных мерах во имя победы страны — если этот футболист, конечно, был ему нужен. Впрочем, у Хиддинка есть свои принципы, и он от них не отступил.

Шаганов:

— Думаю, у парня просто взыграли эмоции. Может, он в эйфории после победы в Кубке УЕФА сказал что-то не то. Или он настолько выложился в финале и вообще в весеннем цикле, что на ту секунду не видел себя в сборной. Он молодец, но эта не та позиция в сборной, по поводу которой мы должны сокрушаться.

— Влияет ли на выступление футбольной сборной такое понятие, как патриотизм? Или все дело исключительно в мастерстве и уровне готовности футболистов и тренеров, взаимоотношениях в коллективе?

Ефремов:

— Думаю, что, скорее, во втором. А что такое «патриотизм», я, честно говоря, не очень понимаю. Намой взгляд, это опасная абстракция.

Мигицко:

— На мой взгляд, эмоции и патриотизм очень сильно связаны друг с другом. Я ходил на матч Россия — Англия, и в Лужниках была потрясающая атмосфера! При всеобщем братании всем было совершенно наплевать, откуда ты — из Питера, из Москвы… И ребята подарили нам такой отрезок между первым и вторым голом, о котором я и мечтать не мог. Как назвать те обалденные чувства, которые мы переживали тогда на стадионе — не знаю.

Ничего не могу сказать насчет патриотизма у нынешней сборной, а вот то, что ребята в ней очень честолюбивы, могу сказать точно, потому что знаю по крайней мере наших питерских мальчишек и люблю их чуть-чуть больше всех. Саша Анюков, Слава Малафеев… А Костя Зырянов — боец до мозга костей! Да и не только зенитовцы. А братья Березуцкие? Богатыри! Знаете, все возможно!

Розенбаум:

— В обязательном порядке влияет. Без патриотизма в сборной нечего делать вообще. Сегодня у футболистов его больше, чем вчера.

Шаганов:

— Мне кажется, в сборной патриотизм — важная составляющая. Ребята должны сражаться, отдавая себе отчет, что представляют великую страну. Может, этим 12-м игроком и будет вера в то, что ты представляешь не просто себя, а такое огромное пространство — Россию. Страну с потрясающей историей, традициями, в том числе спортивными. Если эта мысль будет у человека в голове — замечательно. Если ее не будет, но он просто окажется классно подготовлен — тоже хорошо. Но здоровое чувство патриотизма еще никому не мешало, тем более на таких феерических форумах, где у каждой страны — своя прекрасная история. В конечном счете люди едут туда, чтобы отстаивать свою страну.

Игроков должна согревать мысль, что за них будет болеть огромное количество людей. В эти недели даже те, кто далек от футбола, будут за ним следить. За вас болеют 140 миллионов, плюс самые дорогие — жена, мама, дети. Ребята, мы ждем от вас прекрасной игры, и если вы выложитесь без остатка, но что-то не получится, — все поймем. А не поймем только безволия и равнодушия.

— Начиная с завоевания Сочи права провести зимнюю Олимпиаду-2014, на наши командные виды спорта обрушился вал побед. Видите ли вы в этой цепочке какую-то закономерность и вписывается ли в нее футбольная сборная?

Ефремов:

— Закономерность, конечно, есть. Надо же нашим властям чем-то доказывать свою состоятельность! Вот и доказываем — спортом. Есть же какая-то ностальгия по советским временам, и подобные победы способны ее чем-то заменить. Выигрывать всегда приятно — вне зависимости от того, какая погода на дворе и какие у людей проблемы. А то, что все стали побеждать вплоть до Димы Билана — что ж, дай бог!..

Мигицко:

— Есть ли тенденция — не знаю. Я просто счастлив. «Зенит» и сборная России по хоккею подарили мне два дня счастья. И я не хочу сейчас разбираться, откуда это счастье взялось, каковы его глубинные причины. Цена победы в Канаде тех же хоккеистов — просто сумасшедшая. А Кубок УЕФА, выигранный командой, которую еще совсем недавно в Европе никто не знал?! А 4:0 у «Баварии»?! Когда испытываешь это чувство, нет никакого желания анализировать все эти логические цепочки. Хочется просто остановить мгновение.

Розенбаум:

— Конечно, вижу. Все начинается с самоутверждения себя в мире. А спорт — одна из важнейших составляющих имиджа и политики страны.

Шаганов:

— Удача имеет такую особенность — если уж начинает улыбаться, то по-настоящему, во весь рот. Так пускай наши ребята на футбольных полях поддержат тот успех и фантастический дух, который показали хоккеисты. Передаться это, уверен, может. Все футболисты своими глазами видели финал. Видели, какое это было преодоление, как все висело на волоске — и все же они победили.

Пример с хоккеистов стоит взять еще и потому, что те приехали на чемпионат сосредоточенными, не делали никаких громких заявлений, просто работали — а уехали с кубком.

— Кто ваши самые любимые и нелюбимые футболисты в нынешней сборной? От кого ждете на Euro прорыва?

Ефремов:

— О нелюбимых говорить не буду, а любимые — все! А если кого-то выделять — то Рому Павлюченко. Я же «мясной»! Пришел ли он до конца в себя после нестабильной весны? А черт его знает. «Спартак» — малопрогнозируемая команда, и красно-белые — они все такие. Это когда-то мы девять раз были чемпионами России, потому что лучше всех играли. А на самом деле по нервам, по непредсказуемости «Спартак» всегда был на первом месте в стране. Не-ет, лучше, чтобы сейчас в команде было побольше игроков из «Зенита» и ЦСКА — они не такие «валидольные». Впрочем, какие-либо прогнозы давать боюсь, страшновато что-то загадывать. Все зависит от их состояния к 10 июня. А в ситуации возможного прорыва находятся все — даже капитан Семак.

Мигицко:

— Если есть 23 человека в сборной — я люблю всех. Это наш выбор, наши российские игроки. И мы должны быть вместе с ними. Но, конечно, особенно мне близки все питерцы. А также Дима Сычев. Я вообще люблю нападающих. В детстве, которое я провел в Одессе, мы знали и обожали только полузащитников, которые отдавали голевой пас, и форвардов, которые забивали! С годами, общаясь с футболистами разных поколений, я понял, что это такое — не пропустить. И низко кланяюсь защитникам, за которых буду держать кулаки на руках и на ногах. Но особая любовь к нападающим осталась и до сих пор. Сычев нестандартен. Он может сделать результат. Или Павлюченко. Да, говорят, что он нестабильный. Но этот матч с Англией! Вот узнать бы, где эта скважина, открывающая дверь к стабильности? Еще мне нравится изящный и тонкий Билялетдинов. А Широков — абсолютное откровение как игрок и обаятельный, рассудительный парень! Я очень люблю как делать, так и получать комплименты. И если бы знал, что они помогут сборной лучше выступить, готов был бы говорить их часами.

Ну и Аршавин, конечно. Яркий, остроумный человек, который вместе со своей женой Юлей очень любит театр. После его прорыва и гола в Марселе я написал ему сообщение в виде знаменитой фразы из трагедии Пушкина «Моцарт и Сальери»: «Ты, Моцарт, Бог!» И подписался — Сальери.

На днях у Андрея был день рождения, и я написал по этому поводу такие стихи:


Мой друг Андрей по кличке Хитрый Лис
Еще чуть-чуть — и он, ребята, гений.
Игрок, красавец и авантюрист,
Сегодня в бундесе справляет день рожденья.
А я здесь, в Питере, гуляю без волос.
Смотрю по телеку «Манчестер», «Рому», «Лацио».
Желаю я тебе не вешать нос
И ждать, когда пройдет дисквалификация.
И вот, Андрей Сергеич, дорогой!
Мечтаю быть во всем на Вас похожим.
И знайте, забивая мяч ногой,
Что счастлив больше всех ваш друг Сережа.

Для меня стали большим ударом те матчи с Израилем и Андоррой. Когда молодежь израильская побежала атаковать и наши «просели», у меня от ужаса руки-ноги не двигались. А потом- Андорра, потеря Андрея… Трагедия. Перемкнуло. Может быть, это стало платой свыше за наш выход на «Европу». За все ведь надо платить. Вы можете себе представить — Англия не поехала на чемпионат! Какая это трагедия для английского фаната-самого яростного в мире! Законодатели футбольной моды, чьи два клуба только что играли в финале Лиги чемпионов, не едут на европейское первенство! Так что, может, да — это плата.

Розенбаум:

— Хочется, чтобы все сыграли на полную катушку и отдали себя игре полностью. Очень не люблю футболистов, которые свою жизнь строят на самолюбовании и скандалах. Пару фамилий называть не буду, они сами себя узнают. Скандалы и понты — это не помощь команде и имиджу страны. А вот таких работяг, как Зырянов и Жирков, очень люблю. Они тихо и спокойно пашут, выкладываются на сто процентов и честно делают свое дело. Бесконечно жаль, что не сможет сыграть Паша Погребняк, потому что он незаменимый, таранный, абсолютно русский по характеру человек, который может прорубить, прорвать все впереди.

Шаганов:

— К Косте Зырянову я как болельщик «Торпедо» отношусь по-особому, — просто волшебник! Уже второй сезон

он проводит на высочайшем уровне. И главное, что подтверждает свой класс в те минуты, когда это особенно нужно. Может, это лишенный какой-то внешней эффектности, но очень основательный игрок. Давайте ориентироваться на Зырянова — дай бог, чтобы его миновали травмы!

Очень рад, что взяли Семака. Жду многого от Семшова, который прошел школу чемпионатов мира и Европы и за счет опыта может себя проявить. Жаль, что Аршавин сможет сыграть только в одном матче группового турнира.

— Согласны ли с кадровым выборам, который сделал Хиддинк?

Ефремов:

— Да, у меня нет вопросов. Когда мы бурно обсуждаем, к примеру, Денисова, надо помнить, что все равно в команде будут пятъ-шесть человек, которые ни разу на турнире не сыграют — даже если мы выйдем куда-то фантастически далеко.

Появление Семака не стало для меня неожиданностью, хотя я, если честно, ожидал Титова (смеется). Давно шли разговоры, что нам нужен «дядька». Это признал и Хиддинк, показав тем самым, что он реалист. Когда он говорит, что не читает газет — уверен, лукавит. Все он слышит, все знает и понимает. Думаю, от него мы дождемся еще много подарков. Он свободный, веселый человек! А футбол — это игра. Хиддинк — по сути своей мальчишка. Это же клево!

Вот почему у него один из любимых игроков — Семшов? Потому что тот сам пацан. Когда он как-то с фингалом играл, на него вообще любо-дорого было посмотреть! По заднице ногой судье, как он однажды сделал — это, конечно, лишнее, но я представляю, как порой судьи могут достать этих ребят, которые сражаются совсем не по-детски.

Мигицко:

— Мне жаль, что, помимо Денисова, нет Саши Кержакова. Очень его люблю, у нас хорошие приятельские отношения, несмотря на огромную разницу в возрасте. Знаю, что Саша — очень серьезный, не по годам зрелый парень, интересный собеседник и вообще глубокий человек. С момента его прихода в «Динамо» мы еще не созванивались, но обязательно сделаем это, когда начнется вторая половина чемпионата. Давно не разговаривали по душам, и мне очень хочется его поддержать.

Розенбаум:

— Согласных со всем, не может быть в принципе — потому что у каждого любителя футбола в стране свои представления о нем. Мой состав был бы немножко другим, но в принципе почти все хорошо. Не претендую на истину в последней инстанции и не хочу показаться питерским «националистом», однако думаю, что… Нет, пожалуй, промолчу.

Шаганов:

— Это мое личное мнение, но я бы постарался вернуть в сборную Титова. Для кого-то он возрастной, но это мощнейший игрок. Иногда мы очень быстро списываем людей, которые еще способны на многое. Мне кажется, если бы он знал, что впереди для него — Euro, то был бы сейчас в основном составе «Спартака». Хоть я и не болельщик этой команды, Титов для меня — особая категория.

— Будет ли когда-нибудь Россия чемпионом мира или Европы по футболу?

Ефремов:

— Думаю, этого момента ждать осталось недолго. Вряд ли уже сейчас к этому есть готовность, но если на Euro-2008 далеко пройти, то уже на чемпионате мира с таким тренером можно будет смело на многое рассчитывать. В общем, Россия — на подъеме! (игриво). После кровавых 90-х она должна быть на подъеме! Все законы драматургии сохраняются!

Причем — законы российской драматургии. Голландца ведь пригласили, а не кого-нибудь. Люди из Питера — они генетически знают, у кого учиться.

Мигицко:

— Для этого нужно больше футбольных школ, лучше уметь находить и растить таланты. Мне по душе голландский принцип — они по всему миру собирают молодых мальчиков. Несколько лет назад я пришел учиться кататься на коньках, и передо мной катались двести пятилетних детей. Я спросил тренера: «Как тут можно что-то разглядеть? Они же все на одно лицо!» Она говорит: «Серега, отвечаю тебе прямо сейчас: тут три-четыре будущих классных фигуриста». Вот оттуда все надо начинать, от корней.

Пока мне нравится одно. В России обожают футбол. Боже мой, сколько в Питере турниров! Вот это обожание — важнее всего. Рано или поздно оно обязательно даст свои плоды.

Розенбаум:

— Почему бы и нет? Как говорится, никогда не говори «никогда». Если этого очень захотят, положат все силы и средства — то почему бы и нет? Нужно только по-настоящему, яростно захотеть. И сказать себе, что Господь не оставит это желание незамеченным.

Шаганов:

— Будет! Ни первый, ни второй титул от нас не уйдут. Когда — другой вопрос. Хотелось бы, чтобы это произошло еще на нашем веку, когда мы еще сможем разбирать, что происходит там, в телевизоре.

Когда начинаются чемпионаты мира и Европы, повсеместно раздаются вопросы: «Ты за кого будешь болеть? Вначале — понятно, за наших. А потом за кого?» Мне бы хотелось, чтобы ребята своей игрой этот вопрос отвергли. Мы будем болеть за них до конца. А еще мы помним, что чемпионами Европы становились Дания и Греция. Поэтому давайте не вспоминать, как мы туда выходили. Пусть команда готовится и делает свое дело.

— Ваш прогноз: кто станет чемпионом Европы-2008 и как выступит сборная России?

Ефремов:

— Чемпион — Германия или Португалия. Немцы играют почти дома, а к португальцам, к Сколари и Криштиану Роналду, я неравнодушен. Мне кажется, они пока не добивались того, на что способны. При таком мощном составе и сильном тренере, с лучшим игроком Европы они должны показать себя. Впрочем, это я гадаю как на рулетке. Выстрелить может практически любая команда, что чемпионаты континента не раз и доказывали. А о выступлении сборной ничего говорить не буду — очень уж боюсь сглазить. Просто интересно — хотя бы эти три матча посмотреть. Хотя бы на месяц все отвлекутся от повседневности.

Мигицко:

— (Откашливается) Я — оптимист. Сборная России должна выйти из группы, и я надеюсь лично за этим понаблюдать: прилетаю в Австрию 9 июня. А если выйдет в четвертьфинал — там уж смотря на кого попадет. Что же до чемпионства… Мне очень нравятся хорваты. Что-то в этом их поколении игроков есть. Молодость, задор, мастерство, гордость. Какой классный парень Модрич! У хорватских болельщиков есть кричалка: «В бой, в бой — за народ свой!» Представляете, как играет команда, когда слышит такое? К этому добавляется то, что итальянцы, немцы, французы завершили очень серьезный сезон с большими нагрузками. Намек понимаете?…

Розенбаум:

— Прогнозы — дело «глухое». Но думаю, что чемпионом Европы станет одна команда из тех, кто этим титулом уже владела. Сюрпризов ждать не следует. У нашей же команды все будет зависеть от первого матча с испанцами. Если мы сыграем с ними хотя бы вничью, у нас появятся хорошие шансы по крайней мере на выход из группы. Ощущения, выйдем ли мы из группы, у меня нет. Оно появится уже после первого поединка в Инсбруке.

Шаганов:

— Думаю, чемпионом Европы, скорее всего, будет действующий чемпион мира Италия, повторив достижение Франции в 2000 году. А в отношении нашей сборной от прогнозов остерегусь. Очень надеюсь, что произойдет что-то хорошее. И чтобы не спугнуть птицу удачи, ничего пророчить не буду.


4 июня ПРОБУЖДЕНИЕ «СПЯЩЕГО ГИГАНТА»

Товарищеский матч. Россия — Литва — 4:1 (1:1). 4 июня. Бургхаузен (Германия). Стадион «Вакер-Шпорт-парк». 6 880 зрителей.

Голы: Савенас, 24 (0:1). Зырянов, 33 (1:1). Аршавин, 52 (2:1). Павлюченко (Быстрое), 64 (3:1). Быстрое (Торбинский), 80 (4:1).

Нереализованный пенальти: Билялетдинов, 62 (мимо).

Россия: Малафеев, В. Березуцкий, Игнашевич, Кол один (Широков, 46), А. Березуцкий (Янбаев, 14), Сычев (Быстрое, 55), Семак (Семшов, 46), Зырянов (Билялетдинов, 46), Торбинский, Аршавин, Адамов (Павлюченко, 46).

Литва: Карчемарскас, Шемберас (Лабукас, 48), Дедура, Скерла, Жвиргждаускас (Мижигурскис, 46), Савенас (Калонас, 61), Данилявичюс, Миколюнас (Шяр-нас, 76), Папечкис (Видас, 83), Д.Чеснаускис (Скоблас, 69), Пошкус (Бенюшис, 76).

Судья: Зиппель (Германия).

Наказания: Торбинский, 30. Павлюченко, 63. В. Березуцкий, 87 (предупреждения).

То, что никакой генеральной репетицией перед стартовым матчем Euro-2008 против испанцев контрольный поединок с Литвой не является, стало ясно в момент объявления стартового состава. Хиддинк сдержал свое обещание дать поиграть большому числу футболистов — и вовсе не из благотворительных соображений и не из-за присутствия на матче второго тренера сборной Испании, а по одной и весьма логичной причине — во избежание утраты игрового тонуса теми, кто последнее время не проходил в число первых 11-ти.

В результате на поле вышли только четверо из тех, кто начинал встречу с Сербией, — Семак, Зырянов, Сычев и Колодин. Из стопроцентно основных игроков в запасе остались Акинфеев, Жирков и Анюков. Зато получили практику дисквалифицированный на первые два матча Euro Аршавин, Адамов, Малафеев — те, кто 12 июня в Инсбруке с первых минут явно не выйдет. Таким образом, в трех контрольных матчах ни разу в стартовом составе из 23 человек не оказалось только пятерых — Габулова, Павлюченко, Саенко, Быстрова и Янбаева, а вообще не выходил на поле только новый вратарь «Динамо». Но разве придет кому-нибудь в голову сказать, что голландский тренер мечется и паникует?

Схема, между тем, осталась прежней — 4-5-1. Теперь уже нет ни малейших сомнений, что на чемпионате Европы Хиддинк будет использовать именно ее.

Впрочем, содержание игры определяется не схемой, а людьми. И почти весь первый тайм Россия литовского образца мало чем напоминала команду, которая приятно удивила нас уверенной игрой с сербами. Особенно это касается перекроенной обороны, из которой литовцы 45 минут, без преувеличения, вили веревки.

Алексей Березуцкий за 14 минут, проведенные до травмы, успел сделать четыре ошибки. Замена на Янбаева ситуацию не улучшила. Засбоила пара Игнашевич — Колодин. Голевой пас Данилявичюсу разрезал именно центральную зону, да и по отдельности как армеец, так и динамовец были далеко не безупречны. После этой игры убежден: в таком сочетании центра обороны в матче с Испанией мы не увидим. Рискну предположить, что одно место обеспечено Широкову, без которого и начало атаки заметно пострадало, и, как выяснилось, собственно защита стала менее надежной. А вот кто составит зенитовцу компанию, пока сказать трудно.

При всей экспериментальности состава, портить впечатление от первых двух матчей очень не хотелось. Миссию развеять тоску взял на себя тот, от кого этого и следовало ожидать. Блестящий дальний удар Зырянова утвердил меня в ощущении, которое испытываю уже давно: на мой взгляд, именно лучший футболист России 2007 года должен стать ключевой фигурой в полузащите сборной на Euro. Менталитет игрока, проводящего свои лучшие матчи в важнейшие моменты для клуба и сборной, плюс его сегодняшняя форма, подталкивают именно к такому предчувствию.

Но и зыряновский гол не перевернул игру: сборная России в обороне еще успела изрядно начудить — и к перерыву даже не могла, а должна была проигрывать. Тогда-то и последовали четыре замены, сделанные Хиддинком, после которых все встало на свои места.

В контексте травмы Погребняка, которая точно не позволит ему сыграть с Испанией, очень порадовал «спящий гигант». Вернее, уже проснувшийся — будем надеяться, окончательно. Победный гол в ворота Сербии, похоже, вернул Роману Павлюченко ту уверенность, которой ему так не хватало весной. Вчера с первой же его минуты на поле возникло ощущение — он вышел рвать и метать. И вначале последовал мощнейший выстрел, после которого Аршавин добил отскочивший от вратаря мяч, а затем сам спартаковец едва не порвал сетку, забив с лета гол-шедевр, гол-вкуснятину. Таким образом, Павлюченко заявил всем: на матч с Испанией он выйдет не из-за чужой беды, а потому что сам за пару недель у Хиддинка набрал, кажется, приличную форму. Сплюну три раза через левое плечо…

Классный удар с острого угла удался и Быстрову, что может вернуть к жизни уже, казалось, закрытую тему — он или Сычев? Исход борьбы за место в составе между Семшовым и Торбинским также не выглядит очевидным.

После четвертого гола наши болельщики, напряженно молчавшие весь первый тайм, уже не умолкали: «Молодцы!», «Вперед, Россия!», «Нужен пятый гол!» И уже не верилось, что первый тайм игры с Литвой вообще был.

Но забывать о нем не надо. Это был тот самый звоночек, который был нам нужен для возвращения бдительности. Как и еще один — не реализованный Билялетдиновым пенальти. Учитывая, что еще один игрок, привыкший их исполнять, — Погребняк — вне игры, Хиддинку придется искать нового штатного пенальтиста. Впрочем, часто новое — это хорошо забытое старое. Или не так, Роман Павлюченко?…

Сразу после игры болельщики на трибунах фотографировались с Федором Черенковым, который будет присутствовать в Инсбруке на поединке с испанцами. «Как впечатление?» — успел я спросить спартаковскую легенду. «Оптимизм есть», — с улыбкой ответил Черенков.

Так хочется, чтобы Федор Федорович оказался прав…


Федор ЧЕРЕНКОВ: «ОПТИМИЗМА ПРИБАВЛЯЕТСЯ С КАЖДЫМ МАТЧЕМ»

Знаменитый спартаковец 80-х приехал на последний контрольный матч сборной России, а также на первый поединок нашей сборной на Euro-2008 с Испанией вместе со съемочной группой НТВ. Черенкову будет посвящена программа «Специальный репортаж», которая выйдет в эфир уже 7 июня. А пока он поделился со мной своими впечатлениями о матче Россия — Литва.

— Две последние контрольные игры — с сербами и литовцами — меня обнадежили. Уже есть определенная направленность, принципы игры, тактический рисунок, который не поменялся даже после замен. Создается ощущение основательности того, что делается в сборной. Команда играет компактнее, чем раньше, быстро переходит и от обороны к атаке, и от атаки к обороне. То есть не только стремится забить сама, но и знает, как создать максимальные помехи сопернику. Атака же строится ярко выраженным «клином», который сходится на центрфорварде, будь то Погребняк или Павлюченко.

— Павлюченко вторую игру подряд вышел на замену и забил. Его можно считать равноценной заменой Погребняку?

— Мне не хотелось бы переходить на личности. Каждый игрок выходит на поле, чтобы успеха добилась команда.

— Можно ли говорить о том, что Павлюченко, почувствовав, что теперь наверняка станет игроком стартового состава, раскрепостился?

— Хотелось бы, чтобы эффективность его игры была даже большей, чем в прошлом году. Но насколько он готов, только на основании контрольных матчей сказать невозможно. До конца об этом знает лишь он сам.

— Голы двух спартаковцев вас наверняка порадовали?

— Конечно — тем более что они, особенно у Ромы, получились очень красивыми, равно как и гол Зырянова. Кстати, когда Аршавин перебрасывал мяч через вратаря и попал в штангу, это смотрелось тоже весьма изящно.

— Какого вы мнения о переводе Жиркова на место левого защитника?

— Тренеру виднее. Он ближе к команде, знает все возможности и способности игроков. Поэтому критиковать кого-либо в связи с этой ситуацией не собираюсь. Особенно в преддверии чемпионата Европы.

Вообще, оптимизма у меня с каждым матчем прибавляется. Расстраивают только травмы — вначале Погребняка, теперь Алексея Березуцкого. Не хотелось бы перед турниром терять ни одного игрока.

— Насколько рискованна, по-вашему, радикальная перестройка тактической схемы, которую прямо во время подготовки к чемпионату затеял Хиддинк?

— Тренерский состав знает, для чего идет такая перестройка. Круг игроков, которых тренер просматривал в этом матче, настолько широк, что к каким-то конкретным выводам, кто выйдет на ту или иную игру, мне прийти трудно.

— Есть ли какие-то конкретные игроки, от которых вы ждете яркого выступления на чемпионате?

— Не стал бы никого выделять. Жду от каждого игрока на этом чемпионате Европы проявления его самых лучших качеств, и чтобы это первенство стало для них лучшим в карьере — по крайней мере, на данный момент.


5 июня ГОЛЛАНДСКАЯ РЕВОЛЮЦИЯ

До начала Euro-2008 остается два дня. В австрийском Леоганге, как и в немецком Бургхаузене, где команда Хиддинка проводила контрольные игры, льет дождь — а настроение не имеет ничего общего с прежним. Тем, что воцарилось в наших душах после прошлогодних матчей в Израиле и Андорре и укрепилось после 0:3 в контрольном поединке в Румынии. Суровый индустриальный пейзаж Бургхаузена позавчера вечером заметно потеплел от десятков российских триколоров и дружного скандирования: «Молодцы!» и «Россия!», которым сотни болельщиков провожали игроков, направлявшихся в автобус после матча.

Три проверочных матча на заключительном этапе подготовки к турниру сборная России выиграла с общим счетом 12:2. И пока одни наши соперники по группе, греки, завершают нулевой ничьей поединок с Арменией, а другие, шведы, проигрывают второму составу Украины, мы совершенно искренне морщимся из-за целого ряда грубых ляпов в обороне во время встречи с Литвой, завершившейся со счетом 4:1 в нашу пользу. А хмурый Хиддинк бросает в телекамеры и диктофоны: «Мне не понравилось, что допускали много ошибок. Более классные команды нас бы за них обязательно наказали».

Правильно делаем, что морщимся. И тренер прав, что критикует. Но давайте просто задумаемся: насколько же за последние три недели незаметно для нас самих поднялся наш уровень требовательности и ожиданий, если даже крупная победа заставляет больше тревожиться о недостатках, чем аплодировать достоинствам! Раньше многие из нас приняли бы эти 4:1 целиком, не делая попыток разделить их на молекулы. Однако мы слышим Хиддинка, который говорит: «На Euro нельзя будет уступать даже в нюансах». А таких нюансов в матче с литовцами было слишком много.

Но вот что интересно: ворча и критикуя, журналисты в разговорах между собой уже начали обсуждать, кто из соперников в четвертьфинале стал бы для нас наиболее удобным! Одни жалуются, что не успели оформить швейцарскую визу и, займи сборная России второе место в группе, не смогут поехать на игру в Базель; другие еще более нахально отвечают: так ведь можно занять первое место в группе и остаться в Австрии… И это говорят те же люди, которые всего месяц назад не смели рассуждать даже о минимальных шансах нашей команды на выход из группы!

Обо всем этом, когда турнир еще не начался, думать, конечно же, чудовищно рано. Российскому человеку свойственна резкая смена настроения — от беспросветного пессимизма к безудержному оптимизму и обратно. Юрий Семин, с которым мы недавно общались, убежден, что нужно идти шаг за шагом, от игры к игре, ставить и решать задачи постепенно, без крикливых и пафосных деклараций. С ним невозможно не согласиться — особенно после 20 лет отсутствия в плей-офф чемпионатов мира и Европы.

Но уже очевидно одно — за последние недели произошла смена вектора общественного настроения по части перспектив сборной на Euro. Россия провожает ее не на похороны, а на праздник.

После матча с Литвой я, как уже упоминал, подошел к Федору Черенкову. Спросил: «Как теперь думаете — из группы выйдем?»

Ответ маэстро меня, не скрою, поразил.

— А почему мы должны ограничивать себя этой локальной задачей? Считаю, что у нас есть вполне серьезные основания бороться за золото чемпионата Европы. Удавалось же этого добиться таким вроде бы скромным командам, как Дания, Греция! Да и во всех командных видах спорта Россия в последнее время побеждает. Так что надо, как говорится, брать быка за рога. Посмотрев контрольные матчи, я настроен оптимистически!

Если такое говорит не обычный болельщик-оптимист, а великий мастер, которого на мякине не проведешь, — значит, сборная России-2008 действительно дает повод для надежды. Совсем недавно мы уповали только на феноменальную удачливость самого Хиддинка, по большому счету не представляя, в какой форме она в данном случае может воплотиться, — то теперь мы уже, по крайней мере, видим четкие контуры сборной. У нее, бесспорно, есть свои недостатки, и весьма серьезные — но есть и достоинства.

Если, скажем, перед началом ЧМ-2002 и Euro-2004 мы так и не понимали, в какой футбол наша команда собирается играть, то после встреч с Казахстаном, Сербией и Литвой это представление у нас есть.

Показательно, что даже ряд самых жестких критиков Хиддинка за две последние недели стали высказываться по-другому. Помню, например, абсолютно непримиримую позицию бывшего главного тренера сборной Бориса Игнатьева в прошлом августе, после ничьей в товарищеском матче с Польшей. В одной из телепередач он тогда не оставил мокрого места от голландского тренера и его решений! А после Сербии тот же Игнатьев удостоил команду изрядной порции комплиментов и отметил: «Видно, что тренерский штаб сборной проделал очень серьезную работу».

Два аспекта этой работы — физический и психологический — апробированы на прежних сборных Хиддинка. Вспоминаю, к примеру, как защитник «Блэкберна» и сборной Австралии Брэд Эмертон говорил перед началом ЧМ-2006: «Последние три недели мы вкалывали как проклятые!» А спустя неделю известный голландский тренер Мартин Йол, возглавлявший в ту пору «Тоттенхэм», заявлял, что по уровню функциональной готовности равных Австралии на мировом первенстве нет.

Экс-капитан сборной России, а ныне руководитель нашей делегации на Euro Виктор Онопко, по два раза участвовавший в чемпионатах мира и Европы, утверждает: «Таких нагрузок, такого акцента на «физику» в сборной я не припоминаю со времен Лобановского». А Юрий Семин еще в начале мая говорил: «Убежден: исход чемпионата для нашей сборной определит физическое состояние команды. Очень многое будет зависеть от подготовительного сбора. Можно вспомнить Лобановского, который подобные сборы проводил очень продуктивно». Опыт киевского гуру вспоминал в нашем разговоре на тему физподготовки и Сергей Юран.

Тут нелишним будет заметить, что именно при Лобановском у нашей — тогда еще союзной — сборной был последний весомый успех — серебро Euro-88. С тех пор «физика» перед большими турнирами шла прицепом к другим компонентам игры — и сборная ни разу не вышла из группы. Разумеется, это не означает, что всякий тренер, строящий подготовку к соревнованию на функциональной готовности, обречен на успех, а те, что упирают на тактику и технику, — на неудачу. Тем не менее, у нас все было именно так. Сейчас мы и поглядим, присутствует ли здесь какая-то закономерность.

После матча с Литвой Роман Павлюченко в интервью признался: «Еще неделю назад буквально ползал на тренировках, сейчас — бегаю». Это было заметно и по его игре, да и не только по его. Выходит, программа Хиддинка и Раймонда Верхейена пока срабатывает. И мы даже узнаем от последнего крайне любопытные вещи: что, оказывается, базовая физподготовка у россиян очень хороша, а вот взрывную, обеспечивающую способность быстро восстанавливаться после рывков, надо изрядно подтягивать. Откуда бы мы еще такое узнали, если бы не голландцы с их опытом, методикой и новейшими технологиями?

Вопрос по этой части остается один. Мощная программа по выведению команды на пик физической формы к определенному моменту — работа сверхтонкая, ручная. Малейшая ошибка в расчетах — и все может пойти прахом. Классикой в этом смысле является деятельность Лобановского, но ведь и у него были не только достижения — ЧМ-86, Euro-88, но и провал на чемпионате мира-90. «Насколько знаю, тогда ошиблись буквально на день-два», — говорит Сергей Юран, и в это веришь, вспоминая, какими свинцовыми были ноги игроков в матчах с Румынией и Аргентиной и как команда «полетела» в игре с Камеруном. Когда было уже поздно.

Сборная России никогда не любила и не хотела много бегать. А в современном футболе без этого — никак. Пока у Хиддинка игроки в этом компоненте на глазах прибавляют. Но, не будучи специалистами в этой области, мы до последнего будем опасаться: а не оставят ли силы команду в самый важный момент, не произойдет ли такой же сбой, как в 90-м? Ответ на этот вопрос мы начнем узнавать только 10 июня.

Не менее важна для Хиддинка и психология.

Лидер «соккеруз» Харри Кьюэлл в нашем разговоре в Германии отмечал и другое качество тренера: «Хиддинк умеет потрясающе сплачивать команду и заражать ее победным духом». В упомянутом духе нам только предстоит убедиться, а за сплочение уже сейчас говорит все. Я приехал к сборной в среду, и, конечно, не видел многого собственными глазами — но у меня нет оснований не доверять коллегам, общающимся с командой постоянно и утверждающим: обстановка и настрой в ней — невероятные. Очевидно, что огромный и стабильно успешный опыт Хиддинка по работе в финальных стадиях чемпионатов мира и Европы, каким не мог похвастать ни один из его российских предшественников, играет в этом решающую роль. Наши тренеры, оказываясь в условиях максимального нервного напряжения, всегда сопряженного с такими турнирами, не выдерживали его, срывались, паниковали — и это мгновенно передавалось игрокам. Слова же «Хиддинк» и «паника», как я уяснил за два последних года, несовместимы категорически. А если даже в таких ситуациях, как 0:3 в Бухаресте, не трясется и не мечется тренер, то почему это должны делать футболисты?

Нынешней зимой Александр Кержаков, тогда еще не подозревавший о своей участи, говорил о Хиддинке: «От него требуется нечто такое, что очень сложно передать на словах: ему нужно вселить в команду веру. И вот когда смотришь на главного тренера за несколько часов до начала того же матча с Англией, а он ногти не грызет, не старается походить на мрачную тучу, а с кем-то шутит, на какие-то вопросы журналистов отвечает, подмигивает футболистам, — то понимаешь, что тренер может вести себя так раскованно только тогда, когда уверен в своей команде».

Еще в Москве, где сборная занималась на стадионе имени Стрельцова, невозможно было не заметить нехарактерно раскрепощенную для России атмосферу на тренировках, обилие шуток и смеха, которое вполне сочеталось с очень напряженной работой. И вспоминал слова голландца, которые он адресовал нам с коллегой по «Спорт-Экспрессу» Евгением Дзичковским во время презентации своей книги «Хиддинк: это мой мир». Мы преподнесли ему газету с заголовком IN GUUS WE TRUST («Мы верим в Гуса») — а он увидел фотографию братьев Березуцких на тренировке сборной и воскликнул: «Смотрите — они смеются! Это очень важно. Существует дурацкое представление, что если человек во время тренировки смеется, значит, он несерьезно ко всему относится. Ерунда! Я радуюсь, когда люди ведут себя раскрепощенно!»

Хиддинк сам очень непосредствен в своем поведении — он может и игрока под зад легонько пнуть, и во время пресс-конференции взять корреспондентский мобильник, исполняющий роль диктофона, но некстати зазвонивший, — и начать по нему говорить. Футболистов он призывает к тому же — чтобы они были свободными и незажатыми! Потому что незакомплексованность эта из тренировок обязательно перетечет в игры.

Голландец не раз говорил, что больше всего не переносит у своих футболистов страха. А у россиян, более того, он еще и противоречит их натуре: «На мой взгляд, характер русского человека — не «оборонительный». Этот характер — сильный, инициативный, нацеленный на то, чтобы идти вперед и брать все своими руками». Эта цитата — ключ к пониманию того, почему Хиддинк, вопреки ожиданиям, принялся ставить сборной России атакующий, агрессивный футбол. В чем пока еще далек от совершенства, но само такое желание заслуживает безусловной похвалы. Легче всего ведь было рассудить, что с посредственным по европейским меркам составом можно добиться большого успеха только греческим путем — от глухой обороны. Хиддинк же пошел по пути наибольшего сопротивления, который скорее люб для болельщиков, а не для прожженных циничных специалистов. И оттого вдвойне хочется, чтобы он привел к успеху.

Главный тренер «Химок» Сергей Юран на днях сказал мне:

— С бразильцами на ЧМ-94 наша сборная проиграла заранее, еще до матча. На поле выходили зажатыми, не могли себе представить, как можем таких монстров обыграть. Вспоминаю те ощущения — и понимаю, что нашей сборной будет очень важно не проиграть тем же испанцам психологически. Обязательно должна быть спортивная наглость, понимание, что у соперников — те же две ноги и две руки, что и у нас. Этому должны помочь и опыт Хиддинка, и присутствие в команде 11 обладателей Кубка УЕФА. Думаю, что испанцам мы не проиграем. Почему-то мне кажется, что с греками и шведами придется даже посложнее. Если ребята будут думать: а чем мы хуже кого-то? — как минимум из группы мы должны выйти.

Юрана при всем при том, нельзя назвать безоговорочным сторонником всех кадровых решений Хиддинка.

О которых теперь и настало время поговорить. Ведь если с «физикой» и психологией голландцу вполне может хватить прежних наработок, дававших результат всегда и везде, то построение собственно игры команды — процесс уникальный, эксклюзивный. Одинаковых игроков-то в разных сборных нет.

После Румынии стало окончательно ясно: чтобы не оказаться на Euro всеобщим посмешищем, нужно что-то делать. Еще в районе 9 мая телекомментатор Первого канала Виктор Гусев говорил мне: «Надеюсь, на Euro Хиддинк предложит что-то совсем новенькое, свежую идею, которая удивит всех, и в первую очередь соперников. Потому что на багаже отборочного турнира, полагаю, мы вряд ли в Австрии и Швейцарии чего-то добьемся». Не согласиться с коллегой было невозможно.

И вскоре мы дождались даже не «чего-то новенького». За считанные недели до чемпионата Хиддинк устроил форменную революцию. Пошел на немалый риск, которого, убежден, избежал бы любой отечественный тренер — как это произошло в 2002-м и 2004-м. Ни Олегу Романцеву, ни Георгию Ярцеву не удалось в те годы выиграть ни одного контрольного матча — но они побоялись что-либо всерьез менять. Хиддинк же рассудил: «Терять все равно нечего, нас считают аутсайдерами, нас бьют в контрольных матчах с крупным счетом — так какой же это, собственно, риск?» Первый гром прогремел 14 мая. В списке кандидатов в сборную отсутствовал Александр Кержаков.

Честно говоря, мотивов этого решения я тогда не понял. Не могу сказать, что до конца примирился с ними и сейчас — тем более что писал из Петровского парка отчет о майском матче «Динамо» — «Крылья», в котором форвард забил и вообще выглядел весьма достойно. Когда лучшего бомбардира отборочного цикла, который во многом ради Euro предпочел «Динамо» скамейке «Севильи», лишают возможности поехать на такой турнир — в этом ощущается элемент несправедливости. А глядя на игру в контрольных матчах Романа Адамова, это чувство только усиливается.

Но тренерская профессия заставляет мыслить другими категориями. А именно — пригодностью футболиста к манере игры, которую будет исповедовать команда. Не взяв Кержакова, Хиддинк показал, что в извечной дилемме — модель для игроков или игроки для модели — он сделал выбор в пользу второго. Возможно, в сборной Голландии с ее обилием больших талантов он поступал по-другому. В сборной России же, набором гениев не обладающей, он сделал ставку на оптимальный, по его сформировавшемуся за два года мнению, принцип игры. И Кержаков со всеми его заслугами в него просто не вписался.

Контрольные матчи показали, почему. Недаром на пресс-конференции после объявления «списка 25» голландец обмолвился, что Кержаков не может играть на фланге! Схема 4-5-1, на которой остановился Хиддинк, предполагает на острие атаки габаритного нападающего. Олег Романцев на Euro-96 играл по той же схеме, вот только на острие играл у него довольно субтильный Колыванов, в клубах таких функций никогда не выполнявший. Модель эта заточена под большого форварда, которому выигрывать единоборства не менее важно, чем забивать голы. А это — не кержаковская стихия.

Друг и коллега динамовского снайпера по амплуа, Сычев, переместился на позицию правого полузащитника — потому и остался в команде. Что же до Адамова, то травма Погребняка объяснила, зачем нужен сборной этот игрок. Не дай бог, что-то случится с Павлюченко — и тогда без Адамова весь футбол, который Хиддинк ставит сборной, окажется разрушенным! Футболист «Москвы» играет роль третьего, «страховочного» форварда, который сам вряд ли покажет что-то выдающееся, но по крайней мере позволит сохранить наигрываемую все эти недели схему.

— 4-5-1 — моя любимая схема, — говорит Юран. — Подвижная пятерка полузащитников, где даже крайние хавбеки могут меняться местами друг с другом, на мой взгляд, гораздо более непредсказуема для соперника, чем 4-4-2. При той, стандартной модели всегда более-менее ясно, откуда будет исходить угроза. Здесь же на ударной позиции способен оказаться, помимо форварда, любой из пятерки полузащитников. Играть в роли выдвинутого нападающего мне было по вкусу также и во времена игровой карьеры. Поэтому я двумя руками за эту схему.

Казалось, что травма Погребняка, набравшего великолепную форму, может разрушить все замыслы Хиддинка. И тут вдруг проснулся Павлюченко, еще в начале мая игравший настолько плохо, что под угрозой оказалась его поездка на Euro. Каким образом голландцу удалось привести его в норму, да и удалось ли до конца — нам еще предстоит узнать. Но огонь, которым в матче с Литвой буквально пылал Павлюченко, произвел сильное впечатление. Как и его классный, «куражный» гол с лета, какой можно забить только когда испытываешь на поле вдохновение.

«Как бывшему форварду, мне кажется, что гол Сербии может помочь Роману почувствовать прежнюю уверенность», — еще до поединка с Литвой сказал мне Юран. И, кажется, оказался прав.

Есть, правда, один нюанс. Все свои лучшие матчи за сборную Павлюченко провел, выходя на замену. Именно появившись вместо Кержакова на 58-й минуте матча с Англией, «спящий гигант» (это прозвище Хиддинк дал ему в интервью автору этих строк именно перед тем матчем!) забил два исторических гола. Встречу с Сербией, где он стал автором победного мяча, Павлюченко тоже начал на скамейке запасных — равно как и поединок с Литвой. А значит, неизбежен вопрос: способен ли спартаковец так же результативно играть за сборную; выйдя на поле с первых минут?

Кстати, после игры к автобусу сборной, чтобы поздравить и напутствовать своих одноклубников Павлюченко и Быстрова, подошел Федор Черенков. «Немножко поговорили. Неудобно было надолго ребят задерживать — все-таки дождь шел, и им надо было назад ехать», — сказал мне мастер. Эту фразу мог произнести только Черенков. Это ему-то было «неудобно задерживать» Павлюченко с Быстровым, которые не сделали в глазах болельщиков «Спартака» еще сотой доли того, что подарил им Черенков! Да они счастливы должны быть, что перед чемпионатом Европы он уделил им минуты общения! Интересно, понимают они это или нет?…

Еще одним этапом революции Хиддинка стало привлечение в сборную Сергея Семака. Который тут же занял две ниши, по большому счету свободные до того — основного опорного полузащитника сборной и ее капитана.

— На мой взгляд, это очень сильный ход, разумный и правильный — считает Юран. — Да, Хиддинк не привлекал Семака к матчам отборочного цикла, однако сейчас, увидев, как тот играет за «Рубин», взял его в сборную и не побоялся вручить капитанскую повязку. Тренер-догматик решил бы: раз не брал, а мы вышли в финальную часть, значит, и дальше не буду брать. Но Хиддинк показал всем трезвый подход, умение быстро реагировать на сегодняшние реалии.

Любое другое решение капитанского вопроса было бы в той или иной степени искусственным: если уж в Бухаресте дело дошло до Алексея Березуцкого, было видно, что в процессе бесплодного поиска натурального лидера коллектива Хиддинк зашел в тупик. А с ним — и все мы, потому что такого человека уверенно не смог бы назвать никто. И все же выход был найден, а беспрекословный авторитет Семака в российском футболе исключил несогласие с вручением ему капитанской повязки со стороны как игроков, так и общественности. Прошло всего-то две недели с того момента, как Семак впервые вышел в роли капитана — а уже кажется, что это произошло очень давно.

Ну и, наконец, самой важной частью революции стала перестройка обороны.

— Не помню ни одной другой сборной более-менее высокого уровня, да и топ-клуба тоже, которые играли бы сейчас в три защитника, — говорит Юран. — Хиддинк прекрасно понимал, что против тех же испанцев такая схема, пусть и работавшая в отборочном цикле, обречена. Не случайно ведь и Газзаев на Кубке Первого канала пытался перейти на модель с четырьмя защитниками. В Лиге чемпионов прежняя схема доказывала свою бесперспективность. Четыре защитника вышли в составе сборной России уже в Румынии. Анюков тогда действовал справа, Игнашевич и Василий Березуцкий — в центре, Алексей Березуцкий — слева. Ни к чему хорошему все это не привело. Тогда, видимо, голландец и решил, будучи уверенным в правильности самой модели, что нужно поменять исполнителей. В результате в матчах с Казахстаном и Сербией мы наблюдали за небезупречной, но и небезуспешной игрой четверки Анюков — Широков — Колодин — Жирков.

Перевод в оборону Жиркова — едва ли самого острого хавбека в стране — бурно обсуждается и по сей день. Юран, к примеру, является противником этого решения:

— Подчеркну, что это мое личное мнение, но мне этот перевод непонятен, — говорит он. — Меня не убеждает такая смена позиций сформировавшимися игроками. Всегда смотрю на то, где футболист будет наиболее эффективен для команды. Очевидно, что в случае с Жирковым такая позиция — левый полузащитник. Он слишком нестандартен в атаке, чтобы отодвигать его назад. Правда, то, что Жирков сменил позицию без малейших признаков недовольства, говорит и о хорошей атмосфере в команде, и о том, что она управляема тренерами. Значит, Хиддинк, Бородюк и Корнеев находят понимание у футболистов, штаб может объяснить им, что, меняя позиции, ими не затыкают дыры, а делают это в интересах команды. Тем не менее мне не кажется, что это наилучший выход из положения — равно как и перевод Сычева наместо правого полузащитника.

— А кого ставить-то в защиту? Молодого Янбаева?

— Нет, ему пришлось бы сложновато: без опыта в таком пекле, как Euro, можно «поплыть». Лично я бы сделал левым защитником одного из Березуцких — причем без подключения к атакам, с полной концентрацией на прямых обязанностях. Отобрал — отдал. А так получается, что Жирков, который мог бы принести огромную пользу в атаке, будет работать сзади, а при этом Билялетдинов, играющий слева в полузащите, находится сейчас не в лучшей форме. В результате могут пострадать качество и оборонительных, и атакующих действий на этом краю.

Юран поднял одну из самых обсуждаемых ныне тем. Ситуация с левым флангом пока остается патовой. Что есть упорное доверие Хиддинка Билялетдинову, которое влияет и на Жиркова, — тренерская интуиция или ошибка? В том, что Жирков на этом месте не провалится, сомнений нет. Вот только негативные последствия в атаке от его перевода в защиту могут оказаться сильнее, чем позитивные.

В матче с Литвой обратила на себя внимание одна даже не замена, а перестановка. Если до перерыва Янбаев играл слева в защите, а Василий Березуцкий — справа, то на весь второй тайм они поменялись местами. И мне кажется, что не случайно. Из троих столпов армейской обороны, разом выпавших из стартового состава сборной, Василий Березуцкий кажется мне готовым к чемпионату Европы лучше всех. Он и в Румынии-то выглядел намного увереннее брата и Игнашевича, и с Литвой — то же самое. Справа в обороне сборной давно уже царит Анюков, а оттого перевод В. Березуцкого налево (Янбаев, как показалось, очевидно тушевался) выглядел симптоматичным. И на сегодня левое крыло в лице Березуцкого и Жиркова кажется мне более готовым к первому матчу Euro, чем Жирков — Билялетдинов.

Остаются вопросы и по центру обороны. Пара Игнашевич — Колодин в игре с Литвой допустила столько оплошностей, что против Испании не выйдет в таком сочетании ни при каких обстоятельствах. Кто из них составит компанию Широкову? При некотором размышлении голосую за Колодина. Игры с Казахстаном и особенно Сербией позволили им с зенитовцем худо-бедно сыграться, и, если не считать гола-недоразумения, то «пожара» в центре нашей штрафной не было. В самом показательном матче накануне Euro — против Сербии — Игнашевича, заметим, Хиддинк не выпустил даже на замену. Как и Алексея Березуцкого, который не провел ни минуты в первых двух матчах, а в третьем на 15-й минуте разбил бровь и покинул поле.

Проблем в защите, словом, у сборной по-прежнему хватает. И перед Испанией это тревожит. Пока никто не создавал и подобия такого давления на нашу оборону, какое ждет нас со стороны команды с Пиренеев. И как мы с ним справимся, не под силу предсказать никому.

Мне кажется, на сегодня в сборной есть три группы игроков. Одни, по сути, забронировали себе место в стартовом составе на матч с Испанией, другие точно в нем не окажутся, а шансы третьих — «фифти-фифти». Любопытно, что группы эти примерно равны: 7,8 и 8 человек соответственно.

С семью футболистами, которые выйдут с первых минут на стартовый матч Euro-2008, на мой взгляд, все ясно. Позволю себе назвать этот список: Акинфеев, Анюков, Широков, Жирков, Семак, Зырянов, Павлюченко.

В моем понимании, почти нулевые шансы начать игру с испанцами у Малафеева, Габулова, А. Березуцкого, Янбаева, Саенко, Адамова. Нулевые, напомню, — у Погребняка с Аршавиным.

И, наконец, список тех, для кого, видимо, все будет решаться в ближайшие дни, на тренировках: Колодин, Игнашевич, В. Березуцкий, Семшов, Торбинский, Билялетдинов, Быстрое и Сычев. Фаворитами при этом выглядят двое — Колодин и Семшов. Последний — ввиду того, что Торбинский очень удачно входит в игру со скамейки запасных, и Хиддинк это качество ценит. Шансы Быстрова и Сычева, а также Билялетдинова и Березуцкого представляются пока примерно равными.

Впрочем, кто именно окажется в «основе» 10 июня в Инсбруке, по большому счету, не важно.

Куда важнее, чтобы та надежда, которая по-настоящему родилась у нас, пожалуй, во время матча с сербами, не оказалась бесплодной.

И чтобы слоган, который начертан на автобусе сборной России: «Российский футбол, победа за нами. Россия гордится ее игроками!» — стал реальностью. Россия очень хочет гордиться ее игроками. Вот только получалось пока очень редко.

Дай бог, чтобы время пришло.


6 июня СТРАХА НЕ БУДЕТ!

Сегодняшнее утро заставило задуматься о том, что информация о сборной, которая становится достоянием общественности, — лишь верхушка айсберга. Не пугайтесь, уважаемый читатель, ни о каком раздрае в коллективе, неизвестных нам травмах и подводных течениях речи не идет. Разговор о другом — далеко не столь сенсационном, но от того, думается, не менее важном.

Когда сборная днем ранее под проливным дождем проводила вечернюю тренировку, всем журналистам было известно: на следующий день занятие будет всего одно, тоже вечернее. В том же духе высказывались и игроки. Но в районе девяти вечера стало известно, причем из совершенно официальных источников: в 10.30 утра состоится еще одна тренировка. Я спросил Игоря Корнеева о причинах такого решения, и он ответил:

— Существует общая концепция, но вполне логично, что изо дня в день в нее вносятся какие-то оперативные корректировки. Сейчас остается достаточно времени до матча с испанцами, чтобы провести две тренировки. При этом со стопроцентной вероятностью можно сказать, что они не будут тяжелыми. Все основные нагрузки, которые планировалось дать футболистам, пройдены. Сейчас наша задача — поддерживать ту базу, которая уже заложена.

— Каким будет содержание этих двух тренировок?

— Первая, полагаю, послужит эмоциональной подготовке к турниру, а вторая, частично закрытая, будет посвящена тактике.

Казалось бы, все ясно — за исключением разве что любопытного и необычного термина «эмоциональная подготовка», о содержании которого я при случае Гуса Хиддинка обязательно спрошу. Но наутро за завтраком с коллегами-телевизионщиками вдруг выяснилось: утренняя тренировка вновь отменена! По некоторым данным, в полночь главный тренер позвонил организатору сбора, главному туристическому начальнику Леоганга Кристиану Крессе с соответствующим сообщением. А еще позже один из футболистов отправил sms с этой информацией приятелю-журналисту. Интересно, как в такое время суток игроки обо всем узнали?

Работа Хиддинка в Роттах-Эггерне и Леоганге (да и на первом сборе в Москве тоже) характерна тем, что небольшие сдвижки времени начала тренировок происходят почти ежедневно. Но тут занятие было вначале назначено, а затем отменено. Зная, что голландец ничего не делает на ровном месте, и к его размышлениям в любую секунду могут быть приложены цифры и факты по результатам разнообразных компьютерных исследований, понимаешь: что-то за каждым таким решением стоит. Вот только что? Итоги первой тренировки в Леоганге? Наблюдения за поведением игроков в отеле? Результаты каких-то бесед тренерского штаба с футболистами? Это выяснить не представляется возможным, хотя каждая такая вроде бы мелочь на подобном турнире имеет немалое значение. Хиддинк за последние 12 лет с голландцами, корейцами и австралийцами на таких мелочах собаку съел (извините, граждане Страны утренней свежести, за этот каламбур) — и он-то отлично понимает, отчего все эти коррективы вносятся. А нам, в свою очередь, хочется знать все — работа такая.

Да не положено. Звоню днем тому же Корнееву — открытому, самодостаточному человеку — и задаю вопрос: «Почему отменили тренировку?» И слышу:

— Раз такое решение принято — значит, на то были причины. Если Гус захочет, он их озвучит.

Все логично: субординация. Из слов Корнеева очевидно, что решение было принято не с бухты-барахты, а совершенно осознанно. Первого в этот день появления Хиддинка перед журналистами следовало ждать не ранее чем в семь — половине восьмого вечера по местному времени, после окончания тренировки. Близость старта чемпионата сказывается: отель сборной с момента заезда туда команды работает в полузакрытом режиме: туда пропускают только в случае приглашения со стороны кого-то из проживающих. Да и вообще, тревожить голландца по мелочам в такие дни, на мой взгляд, неправильно. Выпадет возможность — спрошу. А пока что просто сделаю пометку в блокноте. Ведь мы, журналисты, как малые дети: самый часто задаваемый нами вопрос: «Почему?» И поди скажи, что, когда дело касается родной футбольной сборной, это неправильно.

Но надо знать и чувствовать меру. Не у каждого из наших коллег она есть, и потому, наверное, принято решение ограничить доступ в отель. Истерия вокруг Euro с каждым днем теперь будет лишь нарастать, а потому понять тех, кто так поступил, можно. В конце концов, по количеству открытых тренировок за все три сбора российской команде, полагаю, найдется немного равных.

Мы нередко критикуем наших футболистов за нежелание общаться с прессой — а через нее, выходит, и с болельщиками. Но замечать в этом смысле нужно не только плохое, но и хорошее — хотя бы для того, чтобы стимулировать игроков для такого общения. А потому считаю своим долгом рассказать: то, что произошло сегодня около семи вечера, меня приятно поразило.

Закончилась тренировка. В Леоганге лило, как из ведра. Журналисты, собравшиеся в смешанной зоне здешнего стадиончика (она здесь располагается на открытом воздухе), были мрачнее тучи: шансов, что в такую погоду кто-либо из игроков ответит хотя бы на один вопрос, стремились к абсолютному нулю.

И тут произошло чудо: по пути к автобусу в ответ на истошные мольбы репортеров остановились аж пятеро! Случай настолько уникален, что этих людей страна должна знать поименно: Сычев, Семак, Семшов, Саенко и единственный в этом ряду, чья фамилия не начинается с буквы «С», Колодин. Ничего плохого в данном случае не хочу сказать об остальных: скверная погода гнала людей прочь от журналистов. Но со стороны этих пятерых было проявлено истинное уважение к чужой профессии. А те, кто уважают других, уважают и самих себя.

Автор этих строк укрыл Сычева зонтом, и он подробно ответил на все мои вопросы:

— Как первые впечатления от Леоганга?

— Отличные. Поле вообще шикарное. Давно таких не было!

Человеку, который регулярно играет на лучшем в 2008 году газоне страны — в Черкизове — можно верить.

— К отелю претензий нет?

— Никаких. Некоторые ее работники даже по-русски разговаривают.

Оставшаяся часть нашей беседы была посвящена физическому состоянию — пожалуй, самой обсуждаемой теме последних недель.

— Как чувствовали себя физически во время матча с Литвой?

— Чуть-чуть подустали, было видно, что где-то силенок не хватило — потому что еще под нагрузками были. За пару дней до матча у нас была чрезвычайно серьезная тренировка, которая отняла много сил. Потому против литовцев не хватило свежести, чтобы показать все, на что способны.

— Нет опасений, что вас перенагрузят?

— Нет и еще раз нет. Пик как раз был перед игрой с Литвой. А сейчас все устаканится, придут легкость и свежесть.

— Теперь у команды будет по одной тренировке?

— Да.

— Тренеры объявили вам о предстоящем снижении нагрузок?

— Да, сказали об этом еще перед Литвой.

— Вы когда-нибудь в сборной с такими нагрузками сталкивались?

— Нет.

— Насколько легко вам работается сейчас по сравнению с началом сборов?

— Все переносится нормально, стойко. Проблем не вижу. Зато вижу реальную пользу. Мы уже начали пожинать плоды этой работы. Ощущаем возросшую мощь, чувствуем себя намного лучше, чем вначале.

Коллега по «Спорт-Экспрессу» Максим Квятковский задал вопрос о сборной Испании, но тут дождь припустил с новой силой — никакой зонт уже не помогал. А увидев, что в автобусе сидела уже почти вся команда, Сычев взмолился: «Давайте потом, мужики!» Давайте, Дмитрий. А за интервью под дождем — отдельное спасибо.

Капитан сборной Сергей Семак тоже искрился положительными эмоциями:

— Условия замечательные — и в Германии, и здесь. И пусть погода приветствует нас таким вот образом, на таком идеальном поле тренироваться приятно.

— Ни по полю, ни по чему-то другому нареканий нет?

— Абсолютно ни по чему.

— Что за рюмку вам поднесли на церемонии встречи сборной с жителями Леоганга?

— Местный напиток, наподобие нашей водки или самогона. Шнапс на основе яблок.

— Крепкий?

— В таких минимальных количествах это вряд ли отразится на здоровье (улыбается).

— Не будет это воспринято Хиддинком, аж крякнувшим от удивления, как нарушение спортивного режима?

— Надеюсь, нет.

— Удивились такому количеству зрителей?

— Конечно. Полагали, конечно, что кому-то из местных жителей наша тренировка будет интересна, но чтобы в таком количестве! Это очень порадовало. Не так часто все-таки гостят футбольные сборные в этом регионе.

Слушая Семака и наблюдая за зрительским ажиотажем на тренировке, трудно было не вспомнить, что на открытые занятия россиян в Москве, на стадионе имени Стрельцова, с трудом набиралось по два-три десятка болельщиков. Российский парадокс: сборную обожают миллионы, а посмотреть на нее хотят единицы. Может, Euro-2008 в этом смысле что-нибудь изменит?

Впрочем, московские тренировки проходили еще до первого контрольного матча — против Казахстана. Мало кто тогда мог предполагать, что три проверочных поединка завершатся тремя победами с общим счетом 12:2. Даже испанцы — и те выигрывают, в том числе у скромных соперников вроде Перу, с разностью в один мяч, а греки со шведами и вовсе играют вничью и проигрывают. На мой взгляд, для команд с не самым устойчивым победным менталитетом — вроде нас, Греции и Швеции — результаты таких поединков имеют большое значение. Побеждая, тем более под воздействием серьезных нагрузок, наши еще недавно рефлексировавшие футболисты все больше проникаются уверенностью, что движутся в правильном направлении и их усилия не пройдут даром.

Согласен с этим и помощник главного тренера Александр Бородюк, который так мне и сказал:

— Товарищеские матчи имеют огромное значение — хотя бы для того, чтобы ребята почувствовали уверенность в себе. Конечно, главная задача — подготовиться к официальным матчам Euro, но контрольные игры и их результаты — неотъемлемая часть этой подготовки.

У другого ассистента, Игоря Корнеева, правда, несколько иная точка зрения на этот счет:

— Контрольные матчи проводятся в первую очередь для того, чтобы попробовать различные игровые варианты. Да, результаты важны, но придавать им слишком большое значение не стоит. Информация для размышления важнее количества забитых голов. С той же Литвой, несмотря на счет 4:1, было немало проблем. Мы же больше смотрим на проблемы, чем на позитивные моменты. Мы и так знаем, что наши ребята умеют играть в футбол. А вот недостатки нужно устранять, потому что на уровне чемпионата Европы они будут жестко наказуемы.

Газон в Леоганге, кстати, Корнеев назвал «обалденным». Сычев, напомню — «шикарным». Бородюк — «прекрасным». Эпитетов русский язык изобрел множество, а суть одна: организационных проблем с подготовкой к Euro у сборной России нет. Даже как-то непривычно, не находите?…

…Посмотрев в теленовостях РТР (этот канал ловится, кстати, и в гостинице сборной) сюжет о торжественной встрече нашей сборной в Леоганге, я, признаться, первый раз ощутил мощную вспышку Euro-лихорадки. Все уже так близко! Игорь Семшов, как выяснилось, тоже ждет не дождется начала чемпионата. И не только он:

— Когда приехали в Австрию, почувствовали приближение первенства Европы. И это радует, поскольку долгое ожидание не то чтобы нервирует, а просто немножко надоедает.

— Нагрузки, похоже, начали снижаться?

— Безусловно. Теперь, насколько знаю, будет по одной тренировке в день. Все нагрузки были в Германии. Словом, все хорошо, кроме погоды. Но и она, может, к лучшему: уезжать и приезжать в дождь — хорошая примета. Надеюсь, она сработает.

— Были удивлены, как тепло вас в Леоганге приняли?

— Принимают-то нас так всегда. Главное — как будут провожать!

Сказано, по-моему, здорово. Добавлю: желательно, чтобы эти проводы максимально затянулись. Надо же, в конце концов, окупить затраты РФС, заказавшего Der Krallerhof до 29 июня!

В связи с этим вспоминаю рассказ помощника президента России Аркадия Дворковича, побывавшего на ЧМ-2002. «Мне очень не понравилось, что уже после матча с Японией Олег Романцев считал ситуацию безнадежной, — рассказал он мне. — Хотя шансы на выход из группы, и большие, оставались, после встречи с японцами были куплены обратные авиабилеты — на следующий день после поединка с Бельгией».

Думаю, что известие о купленных билетах пришлось не по душе не одному Дворковичу, который, кстати, приехал и на Euro-2008. Каждый факт, каждая новость на подобные темы говорит об истинном настрое тренерского штаба. Сейчас все говорит о том, что настрой этот — не упаднический.

Это мне стало окончательно ясно из нашей беседы с Игорем Корнеевым. По-моему, весьма любопытной.

— Как, по-вашему, команда справилась с серьезнейшими нагрузками, которые ей были предложены?

— Начать хотел бы издалека — с ужина, который состоялся у команды в Андорре, после выхода в финальную часть Euro. Гус на нем адресовал игрокам весьма недвусмысленный «месседж», суть которого сводилась к тому, что в конечной стадии подготовки к турниру им придется изрядно страдать. Сказано все это было с улыбкой на лице, но профессионалам не составило труда понять: нагрузки их ждут очень суровые.

Я бы не сказал, что мы были потрясены, — это слишком сильное слово, — но, безусловно, горды отношением к делу, которое футболисты проявили во время этих сборов. У каждого было немало психологически неприятных моментов, когда нужно было перешагивать через себя. Но они с блеском это сделали и заслужили комплименты. И теперь, сравнивая с тренировками в начале подготовки, невозможно не заметить: скорость, интенсивность стала намного выше, времени на раздумья нет вообще, паузы между действиями стали очень короткими, над чем и велась работа все это время. Игроки находятся в таком тонусе, что нам их даже приходится успокаивать, «охлаждать», поскольку все начинает происходить слишком резко. Это говорит об уровне готовности команды.

— После игры с Литвой Роман Павлюченко сказал, что еще неделю назад ползал на тренировках, а теперь — бегает. Как вам кажется, команда с самого начала верила, что тяжелая работа принесет плоды, или это произошло по ходу сборов?

— И то, и другое. Не нужно упрощать ситуацию: когда футболистам предлагаются серьезные нагрузки, автоматически в их правильность верят далеко не всегда. Для этого нужно было проводить работу, и мы ее проводили.

— В смыслебеседовали с игроками, разъясняли суть предстоявших им сверхусилий?

— Да. Важно, чтобы ребята знали, что их ждет. И знали почему. Павлюченко честно говорит о своем состоянии тогда и сейчас, и слышать это приятно. То, как каждый из игроков прибавил физически, подтверждается не только визуальными впечатлениями, но и цифрами, и фактами. И это дает уверенность, что команда проведет игры на хорошем уровне. Результат в футболе гарантировать невозможно, но в том, что команда будет биться до конца и готова к этому, не сомневаюсь.

— Хиддинк сказал, что все футболисты команды за эти три недели сбросили по 2–4 килограмма. Если не секрет — кто больше всех?

— Даже если бы знал — не сказал бы. Но факт, что это действительно произошло. И следует всерьез задуматься, почему.

— Второй тренер сборной Испании, побывавший на поединках с Сербией и Литвой, заявил, что по «физике» сборная России будет одной из сильнейших на чемпионате. Стоит ли принимать это заявление всерьез?

— Каждое мнение надо уважать, оно всегда строится на каком-то опыте. Но если оно исходит от соперников, в нем всегда есть какая-то доля игры. Тем не менее многие моменты в этих играх происходили на больших скоростях. За короткое время сделан большой прогресс.

— Не опасаетесь, что, несмотря на всю эту физподготовку, перед матчем с Испанией команду парализует страх, и вся работа пойдет насмарку?

— Ни на секунду не сомневаюсь, что его не будет. Страх вообще не свойствен русскому менталитету. Ну, испанцы, и что дальше?

— Тем не менее 20 лет сборная не выходит в плей-офф больших турниров.

— Я это понимаю. Но сейчас у нас достаточно собственных качеств, которые мы можем предъявить испанцам и, более того, удивить их. Кроликами перед удавом футболисты чувствовать себя не будут.

— Откуда у вас такая уверенность?

— Во-первых, чувствую, насколько эта команда сплочена. В ней сложилась атмосфера, которая позволяет всем работать и прогрессировать. Во-вторых, игроки чувствуют этот прогресс не только на словах, но и на деле. В-третьих, одним из важнейших событий в плане менталитета стала домашняя победа над Англией. Одно дело, когда ты говоришь игрокам, что они могут больше, чем сами думают — и совсем другое, когда это действительно произошло. Это у них уже никак не отнять. В-четвертых, победа в Кубке УЕФА «Зенита», который широко представлен в сборной. У них еще свежо ощущение: «Да, мы круто заявили о себе в Европе!» Полагаю, сочетание всех этих факторов исключает возможность страха.

— С капитанской повязкой на Euro вопрос, конечно, уже решен — в пользу Семака?

— Последнее слово скажет Гус. Но, судя по последним матчам, мы довольны нашим капитаном. Если проводить параллель с домом, то Семак стал очень большим кирпичом в фундаменте команды.

…Корнеев вместе с Хиддинком свою порцию нагрузки, высвободившуюся в результате отмены вчерашней утренней тренировки, все-таки получили — пошли играть в теннис вместе с тренером по восстановлению Арно Филипсом и менеджером Николаем Игумновым. Игроки же, в свою очередь, днем прослушали выступление главы КФА Сергея Зуева о нюансах того, как будут судить на Euro-2008.

Очень хочется надеяться, что футболисты не восприняли приход Зуева, как студенты советских времен — лекции по истории КПСС. Дисциплина, как известно, — не самая сильная сторона российских игроков. В преддверии старта чемпионата Европы не будем называть их по именам — они и вы, читатели, сами прекрасно это знаете, а в УЕФА еще, не дай бог, прочитают и внесут в «черный список».

Пишу эти строки и чувствую, насколько все-таки во время таких турниров журналистское переплетается с болельщицким. Может, с профессиональной точки зрения это и достойно порицания. Но репортеры — тоже люди. А всем людям в стране сейчас хочется одного: чтобы черная полоса, которая продолжается у нашей сборной ровно два десятилетия, наконец-то закончилась.

Глядя из окна номера гостиницы в Леоганге на идиллический сельский вид пасущихся неподалеку овечек, на облака, которые спускаются ниже верхушек гор, трудно поверить, что чемпионат Европы стартует уже сегодня. И что всего четыре дня осталось до того момента, когда вся Россия приникнет к телеэкранам в ожидании такого долгожданного счастья.

Нет, недаром объектив фотокорреспондента «Спорт-Экспресса» Александра Федорова поймал во время первой тренировки сборной в Леоганге Гуса Хиддинка на фоне плаката с огромной надписью: «Respect». Уважение.

Дай бог, чтобы то уважение, которое голландский тренер завоевал у игроков, журналистов, болельщиков за два года работы в России, наряду с огромной работой, проделанной командой, воплотились в результат. От этого зависит будущее нашего футбола.


8 июня Гус ХИДДИНК: «НАМ НЕЧЕГО ТЕРЯТЬ!»

Признаюсь честно: такого волнения, как перед этой беседой, состоявшейся в баре отеля Der Krallerhof поздно вечером 6 июня, не испытывал давно. Вроде бы откуда ему, волнению этому, взяться — интервью у известных людей в мире спорта регулярно беру уже почти 20 лет, с Хиддинком постоянно общаюсь два последних года. Контакт искать не надо, навык, казалось бы, доведен до автоматизма…

Но о каком автоматизме, черт возьми, может идти речь, когда отсчет времени до первого матча сборной России на Euro-2008 идет уже на часы? Вот она, природа этого удивительного для достаточно опытного репортера волнения перед интервью — предвкушение самого турнира, первого за многие годы, на котором, как мне кажется, у нас есть основания на что-то надеяться. Не будь этой забрезжившей в последние недели веры — на разговор я шел бы спокойно, механически, положившись на голый опыт и подготовленный список вопросов. Но это должен, обязан был быть живой, неформальный, настоящий разговор! Способен ли на него человек, который уже погрузился в супертурнир с его безумным давлением и ответственностью? Не выйдет ли подделки, суррогата — вот что беспокоило меня больше всего.

Пресс-конференции и мини-интервью, которых Хиддинк провел в последнее время великое множество, в силу своего сиюминутного характера не способны были дать полного представления о мотивах его решений, которые сейчас обсуждает вся Россия. «Почему?» — этот вопрос был для меня главным. Большинство российских тренеров не привыкли объяснять причины своих поступков: дескать, сделал, потому что сделал. Личности калибра Хиддинка — если, конечно, видят, что разговор пошел серьезный и не поверхностный — такие объяснения дают с удовольствием. Потому что понимают: футбол создан для болельщиков, а не для них самих.

Во всем этом я лишний раз и убедился. Хиддинк удовлетворил интерес болельщиков сполна. Представьте только: беседа меньше чем за сутки до старта Euro-2008 и за четыре дня до первого матча российской сборной, начавшаяся в 23.00, продолжалась 1 час 37 минут! Не было ни одной темы, от которой наш голландец ушел — или же нервно на нее отреагировал. Диалог его увлек, и, выкурив за время разговора две сигары и выпив две чашки капучино, он сделал целый ряд признаний, которых от него слышать еще не доводилось. Причем беседа вышла далеко за пределы одного лишь турнира и коснулась проблем всего российского футбола.

Главное мое впечатление — нашего главного тренера, в отличие от предшественников, ни капли не трясет. При этом в помине нет и синдрома усталого мэтра. С одной стороны, Хиддинк спокоен и уверен в себе. С другой — заряжен эмоциями и готов к Большой Драке.

И уверен, что к ней готова его команда. Наша команда.

— В турнире такого уровня огромную роль играет каждая мелочь. Все ли вас устраивает в том, как организована жизнь сборной в Леоганге? — спрашиваю Хиддинка.

— Да, условия — идеальные. Во время подготовительного периода самое большое значение всегда имеет качество тренировочного газона, и здешние люди проделали очень толковую работу: поле великолепно. То же самое могу сказать и о раздевалке. Очень хорош и отель. Так что в Леоганге для нас создано абсолютно все, что необходимо.

— Можете ли вы сказать, что сборная Россия полностью готова к чемпионату Европы так, как вы планировали — физически и морально?

— Я бы еще добавил — тактически. С точки зрения «физики» мы очень напряженно поработали последние 15 дней. Если сравнивать показатели тестов, которые были проведены в начале подготовки и совсем недавно, футболисты совершили впечатляющий прогресс. Каждый из них потерял от двух до четырех килограммов, и теперь двигается лучше, чем раньше. И, что очень важно, восстанавливается быстрее прежнего. Когда команда находится на турнире такого уровня, она обязана быть на вершине своей функциональной готовности, в противном случае у нее не будет никаких шансов. И теперь я могу сказать, что физически сборная России к Euro-2008 готова.

Морально? Игроки горят желанием сыграть на большом турнире. Для многих игроков это первое такое соревнование.

— Статистика красноречива: в Австрии и Швейцарии российская команда — самая молодая по возрасту и самая неопытная по суммарному количеству игр за сборную.

— Знаю это. И для молодых парней сыграть здесь будет колоссальным опытом. Поэтому мы должны быть очень довольны уже тем, что оказались здесь. У ребят есть возможность показать себя и доказать всем, что они — очень хорошие, талантливые российские футболисты. Конечно, в отсутствии опыта есть и минус — в некоторых игровых моментах можно показать определенную наивность в понимании законов международного футбола, и такую опасность мы должны всегда осознавать. А ведь многие соперники обладают также богатым опытом игры в ведущих клубных лигах мира. Но, несмотря на все это, наши парни очень хотят сыграть здесь. И они просто любят играть. Это очень важно.

— Вы можете что-то пообещать миллионам российских болельщиков?

— Не могу пообещать или гарантировать победу в турнире или какой-то другой результат: это зависит и от игры твоей команды, и от действий соперника, и немного — от удачи. Но что я могу пообещать — эта команда не будет действовать на поле трусливо. Хочу, чтобы она играла инициативно и смело. Да, как я уже сказал, есть опасность демонстрации наивности, но могу гарантировать, что игроки вложат себя в игру полностью, и не будут бояться играть в футбол. А когда ты пытаешься действовать именно так, результат обычно приходит.

— Скажете ли вы игрокам, что цель сборной — завоевать золотые медали, или же достичь полуфинала, или выйти из группы? Говорили ли вы что-то подобное перед началом турнира корейцам и австралийцам?

— Нет, ни в коем случае. Не говорил и не буду говорить. Корейцы в то время были в районе 40-го места в мировой табели о рангах. Австралийцы и россияне — в четвертом десятке. Тем же игрокам сборной Австралии я сказал: «Люди в вашей стране хотят, чтобы на поле вы бились». А это была бескомпромиссная, бьющаяся до последнего мгновения команда. «Если вы будете такими, то люди примут тот результат, который будет — потому что вам предстоит соревноваться с очень сильными соперниками». Так же, как и с Кореей, мы шли шаг за шагом, не вели речь о финале или полуфинале. Мы говорили о первой игре. Потом — о второй. Потом — о третьей. И так далее.

— Австралийцы, чтобы получить признание своих поклонников, должны были биться. А что вы скажете россиянам?

— То же самое! Когда люди видят, что команда отдается игре и борьбе целиком, они признают ее. Чтобы выигрывать, нужно рисковать и воевать! Нельзя ждать, что удача свалится к тебе в руки сама! Такую команду и я буду защищать до конца.

— Лично вы какой результат на Euro-2008 сочтете удовлетворительным и хорошим?

— Если выйдем во второй раунд, это будет очень, очень хороший результат. Изумительный. Об этом можно судить хотя бы по статистике. На этом турнире нет слабых команд — даже по сравнению с чемпионатом мира. Там ряд сборных существенно хуже, чем на Euro.

— Достаточно вспомнить соперников сборной Украины по группе на ЧМ-2006 — Саудовскую Аравию и Тунис. Здесь таких не сыщешь.

— Да, или, допустим, Тринидад и Тобаго, который даже при удачном для себя выступлении вряд ли поднимется выше третьего места в группе. Euro — это совсем другое, более качественное. Если тут нам удастся выйти из группы, это будет великолепный результат. А о том, что дальше, будем говорить после выполнения этой задачи. Повторяю: step by step. Шаг за шагом.

— Кажется ли вам, что с тех пор, как вы приехали работать в Россию, менталитет ее футболистов поменялся?

— Не имею права сравнивать, потому что не работал здесь раньше. Но чего я хочу и на что обращаю внимание — не только на способности, но и на стремление отдавать всего себя команде. Этот фактор я анализирую одним из первых — насколько игрок командный или эгоистичный. К примеру, очень негативно отношусь к тому, что во время игр футболист позволяет себе плохие жесты в адрес партнеров — допустим, если у тех случается неудачное действие. В своем итоговом выборе такие моменты я, безусловно, учитываю.

— Как вы теперь думаете, почему сборная России ни разу в своей 17-летней истории не проходила дальше первого этапа чемпионатов мира и Европы?

— Думаю, что лучше задать этот вопрос людям, которые работали весь этот период в российском футболе. К примеру, моему помощнику Александру Бородюку. Они могут судить об этом лучше меня.

— Можете ли вы сказать, что после подготовительного периода настроены более оптимистично, чем до него?

— Я доволен командой, потому что получил немало положительных сигналов от игроков. Работа, которую мы проделали, была очень тяжелой, и большинство игроков в ее начале страдало. Не на словах, но где-то внутри себя они в то время готовы были меня распять. И все равно вкладывали в этот труд себя целиком. Поэтому и стал возможным серьезный прогресс в их состоянии, в интенсивности занятий.

— Вы ожидали именно такой реакции с их стороны?

— Нет, думал, что будет хуже. Полагал, они не смогут отреагировать на предложенные нагрузки так, как это произошло. Это был серьезный вызов, который, впрочем, абсолютно нормален для подготовки к большому турниру.

— Говорят, впервые вы дали игрокам понять, что их ждет, на ужине в Андорре, после выхода в финальную часть Euro?

— Да. А что я там сказал (хитро улыбается)?

— Поскольку не присутствовал — цитировать не возьмусь. Однако слышал, что ваша речь была с улыбкой на устах, но жесткой по сути.

— В первую очередь мы были довольны, что вышли в финальную часть после очень хорошего матча хорватов в Англии. Чувства же по отношению к собственной игре были противоречивыми: от домашней игры с Англией — удовлетворение от выездного поединка с Израилем — разочарование. В выступлениях команды присутствовала нестабильность. И там, в Андорре, я действительно сказал: если вы хотите быть готовыми к чемпионату Европы физически, морально и тактически, нам не обойтись без тяжелой, интенсивной работы при подготовке к нему. Да, мы праздновали успех — но чтобы не быть на большом турнире просто участниками, мы должны принести кое-что в жертву. Для профессиональных игроков с хорошими контрактами это нормально. Но некоторых пришлось будить. И они проснулись. Реакция была очень позитивной.

— Больше двух недель назад в Москве вы сказали мне, что на тот момент россияне были хуже готовы физически, чем корейцы и австралийцы в аналогичный период. Можно ли говорить, что сейчаснагнали?

— Корейцев — еще нет. Они были исключительны. И обладали к тому оке таким менталитетом, что скорее умрут, чем сдадутся. Это был потрясающий опыт и для меня самого. Но все тесты, все тренировки доказывают, что сейчас мы достигли приемлемого, хорошего уровня. Когда ты проводишь на занятиях интенсивные упражнения, главный показатель — время, требуемое для восстановления. Если сравнить длину такого рода интервалов в Москве и сейчас, все без исключения игроки прибавили чрезвычайно.

— С Австралией был тот оке случай?

— Когда я начал работу с австралийцами, они не были уверены в себе, а оттого не вкладывали себя целиком. У них был пессимистический подход, который мне не нравился: «Да мы не попадали на чемпионат мира 37лет! Вы — тренер с большим именем в Европе, зачем вам это нужно?!» — такой вопрос они мне задавали. Я ответил: «Потому что хочу быть с вами в финальной стадии чемпионата мира!» Они все были профессионалами в Европе, но большинство из них играли в Англии, и не были хорошо натренированными. Я отменил контрольные матчи и серьезно нагрузил команду физически на тренировках. И сказал кое-кому: «Хей, ты, ты, ты и ты должны приехать через четыре недели к следующему подготовительному этапу сбросившими несколько килограммов по сравнению с тем, сколько вы весите сейчас». Марк Видука, один из этих парней, сказал: «Мистер, с нами вы можете потерять имя!» Я ответил: «Мне наплевать на потерю имени. Меня интересуют преданные своему делу молодые люди, которые хотят чего-то достичь. И ты — первый из них. Если ты вернешься похудевшим на три-четыре килограмма, то докажешь мне свою амбициозность». Так к следующему сбору он сбросил три с половиной килограмма! И тогда я сказал: «Вот теперь мы можем начинать по-настоящему готовиться к стыковым матчам с Уругваем.» Из которых мы вышли победителями.

— Вы хотите сказать, что английские тренеры плохо готовят игроков?

— По всей видимости, да! Потому что выглядит невозможным, когда в середине сезона игроки из одного из ведущих чемпионатов в Европе приезжают в национальную команду с лишним весом.

— Означает ли это, что и российские клубные тренеры недорабатывают — раз игроки сейчас у вас изрядно «подсушились»?

— Они нормально тренировались, у них была хорошая подготовка. Но, может быть — я не уверен в этом, и всегда рад поговорить на эти темы с людьми, вовлеченными в этот процесс, причем с позитивным подходом — между турами, в середине недели футболистам было бы неплохо работать более интенсивно. Возможно, в российских клубах применяют какие-то другие методы — не знаю. Во время подготовки к сезону ведется достаточно работы на выносливость. Но, может быть, во время сезона один или два раза в неделю нужно проводить очень интенсивное занятие.

— По словам Дика Адвоката, в российском тренерском корпусе гораздо меньше единства и сотрудничества, чем в голландском. В последнем проводятся регулярные семинары, обмен опытом, о чем в России остается только мечтать.

— Это было бы здорово, если бы российские тренеры премьер-лиги и первого дивизиона могли бы периодически встречаться все вместе, помогать друг другу, учиться друг у друга. И я бы на таких встречах мог учиться у них. Такое есть во Франции, в Голландии, где тренеры собираются и открыто говорят о своей профессии. Конечно, на следующей неделе вы можете быть соперниками, но вы занимаетесь этим делом для того, чтобы приносить пользу российскому футболу, делать его лучше, разве не так?

— Может, вы предложите РФС, чтобы он организовывал такие встречи?

— Почему бы и нет? Мне свойственен очень позитивный подход. Восприятие тренеров других клубов исключительно как конкурентов — это один уровень. Отношение к ним как к коллегам, с которыми необходимо взаимодействовать — уже другой. И неважно, 30 лет тренеру или 61. Сейчас я — старый человек…

— Да из тренеров-участников Euro вы по старшинству только на шестом месте, уступая лидерам, двум соперникам по группе Луису Арагонесу и Отто Рехагелю 8 лет!

— Да, но по меркам российских тренеров, может быть, я стар. Но буду рад чему-то научиться у тех коллег, которым 30. Пусть ты работал во многих странах и выигрывал титулы — это неважно. Все должны стараться помогать друг другу, потому что это способствует общему подъему.

— Со времен Валерия Лобановского ни один советский или российский тренер на сборах перед ЧМ или Euro не уделял такого внимания физподготовке, как вы. Знаете об опыте киевского тренера?

— Не в деталях. Но прекрасно помню, что мы, работавшие тогда в Голландии тренеры, восхищались физической готовностью как киевского «Динамо», так и сборной СССР, направлением ее игры, которая совмещала в себе атлетическое начало и игровой талант. Мой коллега Бородюк имел счастье работать с этим тренером, и он проводил сравнения нашей нынешней работы с той, что он делал как игрок в сборной Лобановского.

— Когда верстался календарь чемпионата России-2008, вы просили, чтобы в вашем распоряжении в мае оказалось на неделю больше времени. Продолжаете утверждать, что она была вам нужна?

— Да, с ней было бы лучше. Потому что нам пришлось за 14 дней проделать объем работы, который при других обстоятельствах можно было бы распределить на четыре недели. Но это предложение не было принято. О'кей. Но, полагаю, сейчас люди, ответственные за российский футбол, будут подходить к таким вопросам более тщательно. Как мы видим, «Зениту» были созданы все условия для того, чтобы он мог подойти к финалу Кубка УЕФА в наилучшем состоянии — несколько матчей было перенесено, и команда имела возможность целенаправленно готовиться к матчу. Думаю, в будущем, когда, надеюсь, мы выйдем на ЧМ-2010 в Южной Африке (и, конечно, я буду разговаривать об этом с президентом РФС), мы сможем получить хороший календарь и время для подготовки. Причем это, без всяких сомнений, должно произойти при взаимодействии с клубами. В идеале хотелось бы, чтобы такая подготовка включала в себя три этапа. Но подробнее об этом можно будет говорить только после переговоров с клубами и руководством РФС.

— Массовые переносы матчей «Зенита» — это, по-вашему, нормально? При всей нашей радости от победы питерского клуба в Кубке УЕФАпо-моему, не очень.

— Если сравнивать с Европой, то ненормально. Все большие клубы играют за неделю, а то и за считанные дни до финала и полуфинала. Но Россия обладает властью для того, чтобы давать клубам — в данном случае «Зениту» — возможность готовиться в комфортных условиях. Поступая так, руководители демонстрируют, что думают о национальных интересах. Конечно, в еврокубковой победе был заинтересован сам «Зенит» — но общероссийский интерес в ней тоже был!

— Потому, что зенитовские игроки сборной в канун Euro получил большой заряд уверенности в себе?

— Они многому за время этого Кубка УЕФА научились, и невозможно этому не радоваться. Когда я работал в ПСВ, и мы участвовали в Лиге чемпионов, то был очень доволен, когда «Аякс», «Твенте», «Херенвен» или «Фейеноорд» выходили в следующий раунд Кубка УЕФА, поскольку чем больше очков в копилке страны, тем больше ее команд могут участвовать в евротурнирах. И тем больше молодых игроков получает неоценимый опыт участия в более сложных матчах, чем в национальном чемпионате. В России — то же самое.

— Но не кажется ли вам, что Погребняк получил свою травму из-за полного отсутствия игровой практики в мае? 1 мая он сыграл дома против «Баварии», в финале не участвовал из-за дисквалификации, а все календарные матчи «Зенита» были перенесены. И, столкнувшись после такого простоя с серьезными нагрузками, его организм дал сбой.

— Нет. Невзирая на паузу, он был хорошо подготовлен и на тренировках справлялся со всеми нагрузками. Просто произошел несчастный случай, у которого не было каких-то глубинных причин, связанных с событиями последних недель. В футболе такое может произойти в любой момент и с каждым — как на тренировке, так и в игре.

— В начале сбора перед Euro вы сказали игрокам, что те скоро начнут ненавидеть тренера по физподготовке Раймонда Верхейена. Но кого сейчас ни спросишь — все отзываются о нем уважительно, а о его работе говорят с пониманием.

— Когда игроки не привыкли вкладывать так много в обретение физических кондиций, им приходится тяжело. Их преследует боль — в мышцах и, что еще важнее, в мозгах. Но потом наступает вторая стадия: игроки осознают, что теперь способны выполнять объем работы, необходимый для того, чтобы быть конкурентоспособными на Euro. И это уже дается легко, и игроки думают: да, а ведь эти нагрузки помогли мне как игроку! А фраза о Верхейене, конечно же, больше была шуткой.

— Игорь Корнеев сказал мне, что гордится реакцией игроков на нагрузки.

— Я — тоже. Причем речь — обо всех футболистах. Без исключения.

— После матча с Литвой Павлюченко сказал, что неделю назад ползал, а теперь бегает.

— Да. Павло прибавил не только физически, но и ментально, и тактически — ведь параллельно с «физикой» мы занимаемся с игроками и тактикой. Теперь он понимает, чего я от него требую. Вижу, как он работает, как двигается на поле — гораздо больше, чем раньше. Павлюченко больше не зритель на поле, каковым он прежде, по моему мнению, при всем его таланте периодически становился! Да, периодически он совершал очень удачные действия, но потом останавливался. А я хотел, чтобы он совершал больше таких действий — и чтобы это происходило каждые несколько минут.

У игроков — хорошая жизнь, серьезные контракты. Но это означает и то, что от их талантов можно больше требовать! При всем уважении, при всех прямых и честных отношениях, которые у нас есть с футболистами, я говорю им: вы можете делать даже не шаг, а на два шага больше, чем привыкли!

— Вы говорите о Павлюченко: «Теперь он понимает, чего я от него требую». Означает ли это, что даже во времена матча с Англией он ваших требований до конца не понимал?

— Да, в той или иной степени это так. В современном футболе после потери командой мяча нападающий должен преследовать центральных защитников соперника, не давать им спокойно дышать и начинать атаки. Павлюченко теперь понимает, что недостаточно просто находиться впереди, ожидая возможности забить, а нужно еще и заставлять оппонентов ошибаться. Все нападающие европейского уровня хорошо готовы физически и на поле «пашут» по полной программе. Они не могут себе позволить быть зависимыми от того, получат хороший пас или нет. Их работа — не только забивать, но еще и участвовать в оборонительных действиях.

— Павлюченко, слышал, по части снижения веса отличился больше всех?

— Я не проверяю вес каждый день. Но он сам пришел к нам и сказал: «Горжусь тем, что сбросил четыре килограмма!»

— Как часто вы ставите игроков на весы?

— Когда начали сбор в Москве; когда приехали в Роттах; теперь, в начале занятий в Леоганге… Мне не нужно знать их каждодневный вес.

— Многие российские тренеры проверяют вес каждый день и штрафуют игроков за лишние полкило. А также каждое утро измеряют футболистам давление, чтобы проверить, не выпивали ли они накануне вечером.

— Не знаю, можно ли это определить по давлению… Понимаете, мы проводим комплексные тренировки, которые все показывают гораздо лучше, чем ежедневные измерения веса или давления. Готовим игроков одновременно физически, технически и тактически, не отделяем одно от другого. А поскольку многого требуем от них, автоматически включается и ментальная работа. Потому что без преодоления себя они не выполнят этого! Но не надо думать, что в этом есть что-то сверхъестественное. Это — обычный международный стандарт, к которому просто надо привыкнуть.

— Каким образом вам удалось разбудить Павлюченко после полугода сна, в который он погрузился после двух голов Англии?

— Я бросил ему вызов. И с ним, и с остальными игроками у нас добрые, прямые отношения. Я не люблю орать на игроков, оскорблять их. Но люблю открывать им глаза на то, на что они способны. Спрашиваю их: «Вы достигли потолка своих возможностей?» Очень многие отвечают: «Да, мы делаем то, что можем». Но большинство людей — не только в футболе, но и в других профессиях — на самом деле занижают планку своих возможностей! Они способны на большее — и иногда ты должен открыть им на это глаза! Это важнее, чем один или два забитых гола! В нашем мире хороших контрактов мы можем делать больше, чем нам кажется, и чем мы привыкли.

— У вас не осталось горьких чувств, связанных с «отцеплением» Кержакова? Или он как раз не смог повысить планку своих возможностей?

— У него действительно сложный период… Нужно различать личностные и игровые качества. Кержаков — очень коммуникабельный человек, с которым мы много и хорошо общались. Но у него было почти два сложных года в «Севилье», где он играл мало, а потом он вернулся в «Динамо». Мы видели много матчей этой команды в этом сезоне — и, со всем уважением к личности форварда, из 11 поединков, с точки зрения качества игры, большинство стали для него трудными. А нам нужно было делать выбор. Мы не можем взять на чемпионат четыре или пять центрфорвардов.

— Вы остановились на схеме 4-5-1, в результате чего Сычев переквалифицировался в правого полузащитника. Кержаков на такую перемену амплуа не был способен?

— Да. Сычев может играть и в центре, и на обоих флангах, а также в роли инсайда.

— В вашем представлении единственный форвард обязательно должен быть рослым?

— Не обязательно. Но он должен постоянно вступать в борьбу с защитниками и выигрывать ее, биться, ассистировать и многое другое. Нам нужно было делать выбор — ведь в нашем распоряжении были Павлюченко, Погребняк и другие.

— Один из ваших незыблемых принципов — вы никогда ни на что не жалуетесь. Не было желания сделать это даже после травмы Погребняка, оставившей и без того не такую звездную команду еще и без лучшего снайпера Кубка УЕФА?

— Бесспорно, это удар. Но я не из тех людей, которые ищут поводы для пессимизма и оправдания, если что-то пойдет не так. Мол, один игрок получил травму, после чего команду покинула энергия — и прочие такие негативные вещи. Что бы ни случилось, мы с командой должны идти дальше! Один игрок травмировался — другой должен его заменить! Если парадная дверь заперта, ты должен найти черный ход. И не впадать в уныние.

— Вам не показалось, что в игре с Литвой Павлюченко вышел с таким энергетическим зарядом, потому что вдруг обнаружил себя форвардом номер один в сборной?

— Не стоит торопиться с выводами, хотя работает он хорошо. Он хороший парень, и тому же Погребняку искренне желал быть здоровым. У него доброе сердце. А все остальное мы увидим на чемпионате.

— У вас еще есть надежда, что Погребняк может выздороветь в нужные сроки (разговор, напомню, проходил 6 июня, когда до объявления об отзаявке нападающего оставалось 17 часов. -Прим. И. Р.)?

— Все зависит от него. Он дважды получил заключения уважаемых докторов в Мюнхене, которые также оперировали Акинфеева. И мы видели отчет нашего врача, в котором со ссылкой на этих специалистов было сказано: непреодолимых преград для того, чтобы Погребняк играл, нет. Он может играть — но все зависит от него самого, и только он сам вправе принимать решение.

С одной стороны, от врачей мы получили «зеленый свет». С другой, меня смущало, что нам необходимо подталкивать игрока бороться за свое участие в Euro. Я никогда не давлю на футболистов и не заставляю их принимать решения, которые потом даже теоретически могут принести их карьере ущерб. В то же время доверяю докторам — а потому, если врач дает добро на участие игрока в турнире, сам ни за что не скажу ему: нет, тебе нужно себя поберечь, ложиться на операцию и т. д. Коль скоро медицинские работники не возражают, окончательное решение остается за игроком.

— Вы хотите сказать, что Погребняк, испытывая боль, сдался ей?

— В момент этого интервью я еще неуверен в том, что произойдет в ближайшие часы или дни. Но пока он не может пересилить себя и взять ту ступеньку, на которую должен шагнуть, чтобы участвовать в Euro.

Решение, останется ли он в списке 23-х, в большей степени зависит от него самого. В таких ситуациях никого и ни за что нельзя осуждать. Лично я бился бы до последнего за свое участие в таком большом турнире. Но в подобных вопросах все очень индивидуально, и каждый имеет право на свое решение.

— В последние три недели, по моему мнению, вы произвели в сборной настоящую революцию. Перестроились со схемы в три защитника на модель с четырьмя игроками обороны. У команды появился новый капитан, который в отборочном турнире не провел за нее ни одного матча. Жирков превратился в левого защитника, Сычев — в правого полузащитника. Сделали ли вы это все по той причине, что поняли: вам нечего терять?

— Да, нам нечего терять. Мы находимся в ситуации, когда нам необходимо модернизировать нашу манеру игры. Да, какое-то время ты вынужден адаптировать систему под возможности и уровень квалификации игроков, которые есть в твоем распоряжении. Но, если хочешь расти, нельзя из года в год придерживаться одной и той же модели.

— То, что без кардинальных изменений не обойтись, вам стало окончательно ясно после Румынии?

— (Пауза) Да. Но это зависело еще от тех футболистов, которые должны были влиться в состав. Тех, кто совсем недавно играл в маленьких клубах и возможности которых мало кто себе представлял. При всем уважении к российской лиге, наиболее реальный путь в сборную для таких игроков — переходить в большие клубы и там доводить себя до уровня национальной команды.

— Намек на Широкова более чем прозрачен.

— Да, к примеру, речь о нем. Ему и сейчас не хватает опыта. Но этот опыт может появиться только когда ты играешь на таком уровне, а не смотришь, как это делают другие. Лишь выходя на поле против команд международного уровня, ты можешь ответить на вопрос: «Способен лия делать это?», «Достаточно ли у меня квалификации?»

Тут же следует сказать и о Жиркове. Многие, в том числе игроки, спрашивают: почему вы используете его в защите? Но в современном футболе все обязаны защищаться. Мы начали говорить о Павлюченко, как он работает сейчас, как понимает свою позиционную роль в обороне команды. А Юрия по стилю игры можно сравнить с Патрисом Эвра из «Манчестер Юнайтед» и Эшли Коулом из «Челси». Например, в игре с Казахстаном Жирков подготовил гол Сычева, будучи в тот момент не защитником, а едва ли не левым нападающим. Такая игра — требование сегодняшнего футбола!

— То есть вы не считаете, что номинальная позиция Жиркова может ударить по атакующему потенциалу сборной?

— Ни в коем случае. Она только поможет.

— Вернемся к Широкову и смене схемы игры. Можно ли говорить о том, что именно увидев прогресс новоиспеченного защитника «Зенита», вы решили, что переход на систему с четырьмя защитниками возможен еще до Euro?

— Да. Сейчас нельзя играть, при всем к ним уважении, с пятью футболистами, ориентированными строго на оборону — да еще и с одним или двумя полузащитниками, наделенными теми же обязанностями. Современный футбол подразумевает, что все игроки должны быть способны участвовать как в обороне, так и в атаке, их задача — единым блоком идти то вперед, то назад. Сейчас невозможно достичь успеха, когда одна группа участвует только в обороне, а другая, в 60 метрах от первой, пытается забивать. Сегодняшние требования подразумевают тот самый тотальный подход к футболу, о котором так много говорится!

— Именно по этой причине, по-вашему, ЦСКА в прошлом году провалился в Лиге чемпионов?

— Не знаю. Не могу судить о ЦСКА, потому что не работаю с ним. Но в сборной каждый игрок, в том числе и из этого клуба, имеет возможность выбрать — играть ему так, как мы требуем, или нет.

— Но как раз по причине их «нетотальности» Игнашевич и братья Березуцкие дружно выбыли из стартового состава?

— На момент интервью мы не делали никаких объявлений о стартовом составе на предстоящий вторник. Но даже если так и произойдет, то, как эти парни работают, вызывает очень большое уважение. Горжусь тем вкладом, который они вносят в команду.

— Поговорим о Семаке. Парадокс заключается в том, что вы используете его не на той позиции атакующего хавбека, на которой он действует в «Рубине», а опорным полузащитником, которым он был в «Москве», когда вы, в свою очередь, его в сборную не вызывали!

— Ты как тренер всегда ищешь баланс в команде. Я внимательно следил за Семаком последние полгода. Едва придя в новую команду, он на глазах превратился в ее лидера. В моем распоряжении есть Семшов, Зырянов, Билялетдинов — но нужен был еще один человек, который сбалансировал, соединил бы их с линией защиты. Семак стал идеальной фигурой для этой роли.

— Во времена выступлений за «Москву» вы даже не рассматривали его кандидатуру?

— Тогда — нет. При том что тактически он всегда был хорошим игроком. Но в этом году он поднялся на ступень выше, чем в прошлом году. Поймите: обойма игроков сборной не может быть раз и навсегда зафиксированной. Селекция должна быть гибкой.

— То есть в ней нет места догматизму: мол, раз одни люди вышли из отборочного турнира — значит, им и играть в финальном?

— Надеюсь, в предстоящие два года мы увидим еще не одного российского игрока, который окажется полезен сборной. Может, это молодые ребята, сейчас находящиеся в своих клубах на скамейке или выходящие на замену. Или необязательно молодые. Футболисты должны понимать: путь, который прошел тот же Широков, реален.

Догматизм при выборе действительно недопустим. Но надо понимать, что средний возраст этой сборной весьма низок. А значит, этим игрокам, чтобы появилась полная сыгранность, надо провести несколько лет вместе. Но это не отменяет той кадровой гибкости, которую нельзя терять.

— Семакветеран. Прежним впечатлениям, что вы осознанно омолаживаете сборную, его привлечение противоречит.

— Мы омолаживаем сборную не для того, чтобы просто ее омолодить. Когда опытные игроки приносят пользу команде, возраста не существует. Но для этого они должны целиком отдаваться игре, быть подкованными тактически и физически хорошо подготовленными. Когда я пришел в ПСВ и начал строить команду, которая по нашему уговору с руководством клуба должна была стать конкурентоспособной в Лиге чемпионов, первым делом пригласил Филиппа Коку из «Барселоны». Ему тогда был, кажется, 31 год. И он провел четыре классных сезона, во время которых ПСВ отлично выступал в Лиге и дошел до полуфинала. Да, он ветеран — но сколько пользы он приносил! Я никогда не следую бессмысленной моде на омоложение вне зависимости от того, кто есть в моем распоряжении.

Нужно осознавать, что футбол далеко не так подвластен влиянию тренеров, как другие виды спорта — волейбол, хоккей, баскетбол. Пять-шесть игроков, возможность действовать руками — все это, при всем уважении к этим видам спорта, делает их менее сложными, а значит, более тренируемыми. В хороший хоккей, бесспорно, играть очень непросто, в чем я убедился, глядя на недавний чемпионат мира. Но у тренера в нем есть гораздо большие возможности для перестроения игры. Он может сделать это во время остановки игры, перетасовать звенья, взять тайм-аут. В футболе, как только начинается игра, тренер может на нее повлиять в гораздо меньшей степени. 11 игроков, 11 соперников, огромное поле, всего три замены…

Поэтому я не преувеличиваю степень влияния тренера на ход матча. Когда тренер кричит все 90 минут, по моему мнению, это не помогает команде. Она должна заранее знать план — в разных игровых ситуациях, при выигрышном и проигрышном счете, в обороне и атаке. Мои игроки — знают, мы говорим об этом и на собраниях, и на тренировках. Идея моих занятий в том, что мы всегда моделируем игру. Только на следующий день после матча проводим сугубо восстановительное занятие, где резвимся, и я сам не отказываю себе в удовольствии поиграть. Но потом вижу это со стороны и говорю: «О, Хиддинк, пожалуйста, остановись!» Но в основном, повторяю, мы моделируем игру. Так вот: мне очень нужны в вертикальной оси, в «позвоночнике» команды такие игроки, как Семак. Те, кто является тренером на поле. Кто обладает игровым интеллектом, кто видит общекомандную картину и может корректироватъ ее по ходу — потому что игроку это сделать легче, чем тренеру. Таким же в ПСВ был Коку.

— Такое впечатление, что в Семаке вы обнаружили то, что хотели, но не смогли обнаружить в Евгении Алдонине. Который на первых порах тоже был у вас капитаном, а потом даже перестал вызываться в сборную.

— Не хочу переходить на личности. Но мне нравятся игроки, которые действуют на стыке обороны и полузащиты и умны в ощущении игровой вертикали. Кто может выбрать верное направление атаки и готов взвалить на себя груз ответственности за командную игру.

— До недавних пор все чувствовали отсутствие натурального капитана в сборной России. Можно ли сказать, что теперь проблема решена?

— По-прежнему не могу сказать, что удовлетворен на все сто процентов. В больших командах на поле есть боссы. Мы же иногда слишком стеснительны, боимся подать голос и «командовать парадом». А это надо.

— Нужен своего рода Рой Кин?

— Да. Или Фердинанд Терри. Причем далеко не всегда они высказывают все партнерам в приятных выражениях. Иногда — в требовательных, иногда — даже в несколько провокационных. Когда игра заканчивается, можно извиниться за резкость, выпить по рюмке — и забыть все разногласия. Но на поле мне хотелось бы видеть больше людей, не боящихся показать себя как личности.

— Приглашая Семака, не боялись внедрять нового человека в уже сложившийся коллектив?

— Это зависит от человека. Семак пришел в команду не как большой начальник, безо всякого высокомерия от того, что ему — больше 30 и его партнеры младше. Он сразу показал себя нормальным человеком и с первого дня рьяно взялся за работу. Не было ни одного эпизода, когда кто-либо спросил бы: что он здесь делает? Он очень предан команде.

— Можно окончательно говорить, что Семак — капитан сборной?

— В тех случаях, когда он будет выходить на поле с начала игры — да.

— Наутро после приезда в Леоганг, во время церемонии приветствия сборной жителями города, ему, как и вам, преподнесли рюмку шнапса — и он запросто ее выпил. Показалось, что вы этому слегка удивились.

— Я пригласил его быть вместе со мной на церемонии. Он — капитан, представитель команды. И люди приветствовали нас очень тепло. Я сам и произнес тост — за здоровье и удачу всех присутствующих. А по российской традиции, не выпить за это нельзя (улыбается)…

— Чья идея была назначить Семака капитаном — ваша или кого-то из помощников?

— Я смотрел на игроков — как они себя ведут, как работают, какую меру ответственности чувствуют. И решил, что он — наилучшая кандидатура для этой роли.

— Вернемся к переходу с системы в три защитника на четыре.

— Внесу поправку — с пяти на четыре! Потому что обоим фланговым игрокам при такой схеме, обороняясь, приходится постоянно «опускаться» до самой лицевой линии.

— Поправка принята. Повлияло ли на ваше решение то, что сейчас почти все ведущие клубы и сборные мира действуют с четырьмя игроками обороны?

— Да, и уже много-много лет. Разве что ряд клубов с юго-востока Европы, из балканского региона продолжают играть с пятью защитниками и двумя опорниками оборонительного плана.

— То, что у сборной нет опорного хавбека класса Тимощука из «Зенита», вас не смущает?

— Нет. Тимощук в «Зените» работает очень хорошо. Но сильной стороной нашего построения полузащиты является то, что хавбеки способны меняться местами. Семак идет вперед — Зырянов или Семшов занимают его позицию, и наоборот.

— Согласны с тем, что Зырянов сейчас выглядит великолепно?

— Да. Для меня это один из самых ярких примеров Профессионала с большой буквы, игрока с замечательным отношением к делу. Вот кто всегда работает на совесть, всегда находится в отличном физическом состоянии, и очень умен на поле. Получаю большое удовольствие, глядя, как Зырянов играет и тренируется.

— Складывается впечатление, что последним, не решенным вопросом перед игрой с Испанией, является позиция правого хавбека — Сычев или Быстрое.

— Я не мыслю такой категорией, как 11 игроков стартового состава. Мне также необходимо заранее знать план замен при любом развитии событий, в зависимости от счета и ситуации на поле. Более того, был бы рад, если бы мог выпустить на замену не трех, а шестерых игроков — увы, это запрещено правилами. В ПСВ, в сборной Австралии футболисты точно знали, как должна перестроиться игра во втором тайме, если счет будет 0:1. Мы тренировали это! Не нужно стесняться, такое может произойти — просто надо четко знать, что делать. И они знали.

— Потому Торбинского и нет в стартовом составе, что он способен усилить игру, выйдя со скамейки?

— Да, может. Он как раз один из тех, кто может повысить резко агрессивность команды, если она проигрывает. Мне Торбинский очень нравится, потому что по своей природе он современный игрок. Быстрый, работящий. Ему еще предстоит вырасти в тактическом подходе к игре. Сейчас это своего рода «молодая собака», которая хочет успеть за всеми. Но мне нравится работать с ним, я вижу, как он растет.

— Насколько легко Сычев адаптируется к новой для себя позиции правого хавбека?

— Нельзя сказать, что он полностью привязан к правому флангу. Не люблю, когда футболисты статичны на своих позициях и предсказуемы в своих перемещениях. Да, это его зона, но он может брать инициативу на себя не только вертикально, но и диагонально, и горизонтально. И это тоже требование современного футбола. Кстати, физически он тоже здорово прибавил.

— Что происходит с Билялетдиновым? Многие отмечают, что его форма не выглядит идеальной, но вы ему доверяете, как прежде.

— Он очень хорош, что бы люди ни говорили. По функциональным показателям, кстати, он один из лучших. Нужно учитывать тип игрока. На глаз, если сравнить Билялетдинова с Торбинским, может показаться, что физически последний готов лучше. А по результатам тестов именно Билялетдинов входит в число сильнейших! Биля — очень творческий игрок. Внешне иногда кажется, что он не принимает активного участия в игре, однако это обманчивое впечатление: он проводит чрезвычайно полезную подготовительную работу для других. Него тактическое обучение тоже проходит темпами, которыми я доволен.

— То есть вы не согласны с тем, что он потерял значительную часть прежней уверенности?

— Нет. Когда я вижу его на тренировках, убеждаюсь в этом. Впрочем, он должен обратить внимание на то, чтобы не совершать невынужденных ошибок, и я подчеркиваю это на занятиях. Иногда тебя заставляет ошибаться соперник, но терять легкие мячи нельзя. У Били — думаю, от недостатка концентрации — такое случалось, и мы работаем над тем, чтобы избавиться от этого.

— РФС на днях объявил, что команда получит 500 тысяч евро за каждую победу и 250 тысяч — за ничью.

— Сколько? 500 тысяч? Точно не знаю, но, по-моему, все-таки меньше. У меня есть контакт с другими федерациями, тренерами и я представляю, какие премиальные у других сборных. Наши суммы, насколько знаю, примерно равны тем, что платят другие страны, никто тут особо не выделяется. Но в любом случае не думаю, что мы должны много говорить о деньгах. Это второстепенный вопрос.

— Хочу спросить о другом. Как будут распределяться премиальные — всем игрокам поровну или в зависимости от проведенного на поле времени?

— Мы говорили с ними об этом некоторое время назад. Игроки, в том числе ключевые, внесли предложение, чтобы премиальные делились поровну между всеми футболистами сборной, потому что каждый внес свою лепту в жизнь команды. Это предложение было принято. Также игроки акцентировали внимание на том, чтобы обслуживающий персонал сборной также не был обделен. Эти люди не выходят на авансцену, не раздают интервью, но очень много работают, и в команде это ценят. Потому игроки и выступили за то, чтобы определенные деньги они тоже получили, что мне чрезвычайно понравилось. Хотя бы по этим признакам можно судить о том, что нынешняя сборная — это единая группа людей.

— Как складывается ваш контакт с руководителем российской делегации в Австрии и Швейцарии Виктором Онопко?

— Это очень скромный, прямой и честный человек. Свою работу он делает хорошо.

— Вы знаете, что он бывший капитан сборной, обладатель рекорда СССР и России по числу сыгранных матчей за национальную команду?

— Знаю. Помню его еще по Испании, когда он играл за «Овьедо», и мои «Валенсия» с «Реалом» не раз играли против него.

— Как вы отнеслись к решению Станислава Черчесова вернуть Александра Павленко в расположение «Спартака» после того, как он не попал в список 23-х?

— С пониманием. Это был пример хорошего общения между тренерами, которое позволило расставить все точки над «i». Мы поговорили с Черчесовым, я предложил, чтобы Павленко остался, потому что опыт пребывания в сборной пошел бы ему на пользу. Сам игрок готов был остаться — так, как это произошло с Ивановым. Но объяснение Черчесова меня полностью удовлетворило. «Спартак» готовился ко второй части чемпионата — здесь же, в Австрии. И Павленко, по словам тренера, необходимо бороться за сохранение и укрепление своей позиции в команде. Если бы игрок остался в сборной и не смог готовиться со «Спартаком», и из-за этого потерял бы свое место в стартовом составе клуба, у него могли бы появиться обиды. Все логично.

— В феврале Черчесов не хотел отпускать Быстрова и Павлюченко на сбор национальной команды в Турцию, но вы с ним поговорили и нашли общий язык.

— Поэтому так важно непосредственное и прямое общение. Оно позволяет понимать и помогать друг другу.

— Периодически вы меняете время начала тренировок, а иногда — как в пятницу утром — и вовсе их отменяете. Почему вы так поступаете?

— Не так уж много я меняю: программа у нас все-таки достаточно четкая. Отмена же пятничной утренней тренировки была обусловлена приездом рефери — как его зовут?

— Сергей Зуев.

— Да. Он выступил перед игроками о том, как будут судить на Euro-2008.

— Внимательно ли футболисты отнеслись к словам Зуева? Есть немало игроков, которые в таких случаях слушают вполуха, а иные и вообще спят.

— Нет, я наблюдал за ними. И, кстати, по этой причине выступление было компактным по времени. И очень дельным. Все рассказывалось раскованно, без официоза. Для наглядности демонстрировались видеоклипы.

— Насколько мне известно, вы жестко отделили команду от всех посторонних. Ест она отдельно, в автобусе лишних людей тоже нет. Это так важно?

— Речь не только об игроках и тренерах, но и о докторе, массажистах, администраторах. Да, это замкнутый круг людей, которых ничто не должно отвлекать от главной цели — выступления на чемпионате Европы. Никакого вмешательства с чьей-либо стороны!

— Получила известность история, когда однажды вы попросили даже легенду советского футбола Никиту Симоняна пересесть на другое место во время обеда сборной. Якобы он сильно обиделся, и потом перед ним извинились.

— Эта история была в прошлом году в Голландии. Он обедал, когда команда приехала в отель и пришла в ресторан. Вместе с Симоняном был еще один представитель федерации. Я действительно в вежливой форме попросил их перейти в соседний ресторан. Я глубоко уважаю Симоняна и знаю многое о его вкладе в историю футбола. Но мне очень хотелось и хочется, чтобы наши игроки шаг за шагом все больше фокусировались на своей профессии. В первое время можно было наблюдать немало случаев вмешательства в жизнь команды со стороны людей, которые не имеют прямого отношения к ее выступлению, и это влияло на футболистов. Но, повторяю, в той ситуации все было сделано с максимальным уважением к заслуженному человеку. Надеюсь, он понял, что подобные просьбы продиктованы только заботой о команде и ее игре.

В то же время наша команда очень открыта — к примеру, для прессы. Игроки — может, не все, но многие — готовы давать интервью, рассказывать о том, что происходит в команде. Не было и нет никаких запретов и ограничений.

— Приятно удивило, что после тренировок некоторые даже под сильным дождем останавливаются, чтобы поговорить с журналистами.

— Они понимают свою ответственность. Конечно, вокруг нас крутится и немало желтой прессы, которая хочет нас каким-то образом спровоцировать. Но мы не обращаем на это внимание. Серьезная же пресса имеет постоянный доступ к команде. Единственное пожелание — это должно происходить в организованных формах. Ходить по номерам игроков — это все-таки слишком. В остальном оке мы открыты для общения.

— Существует ли какой-то жесткий резким на Euro-2008 — послеобеденный сон, четкое время отбоя?

— В этом смысле все не так строго. У каждого игрока — свои привычки. Но в последние две недели, когда игрокам приходилось очень напряженно работать в режиме двухразовых тренировок, мы настоятельно просили футболистов после обеда отдыхать в своих номерах.

— По вечерам никто, как в Советском Союзе, не ходит по номерам проверять, что все легли спать?

— Конечно, таким образом мы игроков не контролируем. В 23.30 я никогда в дверь не постучу. Но я много говорю с ними о чувстве ответственности, которое у них, профессиональных футболистов, должно присутствовать. В конечном счете, если они не будут серьезно относиться к своей профессии, то жизнь накажет в первую очередь их самих.

Конечно, они молодые люди. Я сам был молодым — и знаю, что в таком возрасте порой случается. Но когда вы играете за свою страну на таком турнире, надо понимать, что это означает и для страны, и для вас самих. Если вы отдадите игре все, что у вас есть, никто не упрекнет вас в отсутствии страсти и самоотдачи даже в случае негативного результата. Но очень не хочется услышать обвинения, что игроки не были хорошо подготовлены, что они неправильно себя вели, жили в эти дни не так, как полагается игрокам на таком соревновании. На чемпионате Европы они должны жить серьезно. И они живут.

— Что вас сейчас больше всего беспокоит?

— Чтобы команда осталась на достигнутом уровне физической готовности, и чтобы ее не преследовали новые травмы.

— Достаточно ли футболисты сборной России раскованны и расслабленны, чтобы элементарно не испугаться испанцев?

— «Расслабленны» — не то слово. Они должны быть очень сконцентрированы. Но если игроки получают удовольствие от результатов проделанной работы, как они об этом говорят, значит, эта концентрация уже есть! Не верю, что негативный подход и муштра способны дать результат. Люди должны чувствовать себя комфортно, и тогда они выступят гораздо лучше, потому что по-настоящему, а не из-под палки, преданы работе, которую делают. Только когда у людей есть ощущение внутренней гармонии, от них можно ждать, что они сделают больше, чем сами думают.

Если игроков пугает внимание со стороны публики, прессы, страны, они должны работать над тем, чтобы избавиться от этого. Отсутствие такого страха — одно из ментальных качеств, которые отличают профессионалов высокого класса. Конечно, мы можем делать ошибки. Но мне очень не хочется увидеть испуганных людей, которые из-за внимания к ним выступают ниже своих возможностей.

— Испания — фаворит матча?

— Будем честны: да. Хотя бы потому, что все ее игроки уже много лет играют в Лиге чемпионов и национальных лигах высочайшего уровня — испанской Примере, английской премьер-лиге. Но это не значит, что фаворита нужно бояться. Я всегда старался избавить свои команды от этого чувства, заставить их распрямить плечи.

— Последние матчи — с Перу, США — испанцы провели неуверенно. Это настраивает на оптимистический лад?

— Игроки прошли в этом сезоне через 42–44 труднейших матча в самых сильных лигах мира. Они обладают опытом, который позволяет сразу после этого немного сбросить обороты, но в нужный момент они вновь будут абсолютно конкурентоспособны. Так что они не смогут меня одурачить этими результатами. Их всегда нужно рассматривать сквозь призму того, что они были достигнуты в подготовительный период.

Мы, допустим, одержали три победы. Но нужно учитывать и уровень соперников, и наше собственное поступательное движение. Сербия, допустим, была действительно серьезнейшим тестом, и мы с ним справились. Это позволило прибавить уверенности, но нужно понимать, что уровень предстоящих игр все равно будет другим.

— То есть результаты контрольных матчей нельзя ни недооценивать, ни переоценивать?

— Если бы у нас были плохие результаты с Казахстаном, Сербией и Литвой, конечно, это бы ударило по уверенности игроков в себе. Но игры на Euro-2008 будут в пять, а то и в десять раз сложнее. У испанцев — очень техничная команда, но мои парни должны выйти на поле с чувством: «Хей, ну-ка попробуйте нас обыграть!»

— Мнения в России разделились: одни считают, что от первой игры зависит настроение на весь турнир, другие полагают, что от нее почти ничего не зависит, а все решат поединки с греками и шведами. К какой позиции вы ближе?

— Если мы достигнем хорошего результата с испанцами, это будет идеально. Но даже если этого не произойдет (что я сейчас, конечно, принять не готов), надо помнить, что групповой турнир состоит из трех матчей. Лишь считанные команды наберут девять очков, выйти из группы можно с пятью или даже четырьмя очками. Поэтому нельзя воспринимать один матч как нечто единственное и окончательное. Каждый последующий, а не какой-то один, будет для нас главным.

— Видели свои изображения на рекламных плакатах в Москве?

— Видел. Мне кажется, что они все-таки слишком огромны (улыбается).

У вас огромный опыт участия в финальных турнирах чемпионатов мира и Европы. Вы сейчас нервничаете? Ваши чувства такие оке, как 12 лет назад, когда с голландцами дебютировали на Euro?

— Конечно, при таком опыте ощущения иные, чем тогда. И команда, и я по-спортивному возбуждены. Очень хочу, чтобы футболисты здорово сыграли для России, для самих себя и для всего мира. Но нервозности, которая может лишить меня энергии, не чувствую.

— От имени всех российских болельщиков желаю вам удачи, которая в футболе, как известно, лишней не бывает.

— Спасибо. Но эту удачу нужно заставить повернуться к себе лицом. Мне очень хочется, чтобы вне зависимости от результата российские болельщики гордились своей командой, ее самоотдачей и желанием победить.

После окончания беседы я отдельно задал Хиддинку вопросы, присланные в редакцию «Спорт-Экспресса» читателями. Тренеру и игрокам всегда нужно чувствовать обратную связь — то, что за их команду переживают очень, очень много людей. Оттого и была в газете учреждена рубрика «Спросите у Хиддинка». Первый раз в истории сборной России главный тренер национальной команды согласился один-два раза в неделю отвечать на вопросы болельщиков. Какая же ирония судьбы, что тренером этим оказался иностранец!..

— Если бы вам предложили до начала чемпионата такой вариант: Россия сыграет в финале, но проиграет его 0:5. Скажите честно, вы согласились бы? (Сергей Химичев, 17лет, Орел).

— Наш выход в финал стал бы неожиданным для многих. Но если бы мы сделали это, то никогда не проиграли бы его со счетом 0:5. И вообще бы не проиграли.

— Сильно ли, на ваш взгляд, отличается отношение российского общества к футболу, футболистам и сборной команде страны от аналогичного отношения к своим командам в Европе? Имею в виду уровень ожиданий, болезненность восприятия поражений, отношение к соперникам, судьям. Не кажется ли вам, что российский футбол заранее готов обидеться на несправедливое к себе отношение и списать на это свои слабые места? (Сергей Сафронов, 27 лет, Чебоксары).

— Когда что-то складывается не так, как планировалось, самое легкое — свалить вину на других, критиковать не свое собственное выступление, а кого-то на стороне. Чтобы суметь правильно проанализировать причины происшедшего, нужно быть реалистичным и честным перед самим собой. Не искать оправдания в каких-то внешних факторах — только так можно делать правильные выводы и продолжать идти вперед.

Не думаю, что отношение российского общества к футболу чем-то сильно отличается от того, что происходит в других европейских странах. Мы живем во времена, когда любой чемпионат мира или Европы вызывает в каждой стране-участнице форменный бум, эмоции накаляются до предела. Все, что происходит вокруг футбола, начинает напоминать один колоссальный спектакль. И иногда мы теряем чувство реальности. И говорим: «Мы выиграли музыкальный фестиваль «Евровидение» — значит, должны победить и на чемпионате Европы по футболу». Это сравнение нереалистично.

Тем не менее это показывает, как многого люди ждут от Euro. И как важно для них, чтобы выступление нашей команды имело хороший имидж во всем мире. Хорошо бы еще с осязаемым результатом — потому что это даст толчок развитию всего российского футбола. Клубы уже сейчас строят стадионы, «освежают» методы подготовки детей и юношей. У меня есть ощущение, что менеджмент клубов сменил акцент с сугубо сиюминутных нужд на развитие юных талантов. И когда первая сборная подает хороший пример, это вдохновляет всех без исключения на новые достижения.

У нас есть две задачи — успешное выступление сборной и развитие футбола в стране в целом. Сейчас методы, которыми необходимо готовить молодежь, сильно отличаются от того, что мы делали 10–15 лет назад. Потому что насколько сильно меняется общество, настолько же и юное поколение отличается от своих предшественников. У России, колоссальной страны, есть в этом смысле огромный потенциал, причем это касается не только мальчишек, но и девчонок. Если сборная выступит хорошо — это послужит для них огромным стимулом еще более упорно заниматься футболом и верить, что это приведет к прекрасным результатам. То есть мы — своего рода инструмент для правильного развития футбола в стране.

— Будете ли вы во время чемпионата Европы предоставлять возможность футболистам сборной России видеться со своими женами? (Святослав Иванов, Калуга).

— Да. На Euro-2008 будет так же, как было у сборной Кореи на ЧМ-2002 и команды Австралии на ЧМ-2006, да и у голландской национальной команды тоже. По ходу турнира команде периодически дается либо полдня, либо день, когда игроки могут провести время со своими женами, подругами, а в некоторых случаях и с детьми. С этим не будет никаких проблем. Само собой разумеется, что когда команда столь долгий период находится вместе, необходимы дни для встреч с родными.

— Скажите, вы всегда пытаетесь изменить ситуацию, а не свои принципы? Или были случаи, когда, наступая на горло вашей тренерской песне, давали указание команде «стоять» в своей штрафной и выносить мяч подальше от ворот? (Сергей Семенов, 37лет, Москва).

— Это не тот путь, который мне нравится и является «стартовой площадкой» моего футбола. И не только моего, а нашего, российского. Каждая страна, каждый народ имеет свою натуру, характер. В природе россиян — создавать, атаковать, не бояться и не прижиматься к своим воротам.

Проблема в том, что такой подход к игре имеет и оборотную сторону. Одна из угроз для нашей команды состоит в том, что она всегда стремится найти какое-то творческое игровое решение в ситуации, которая складывается на поле. Но иногда, когда ты находишься, как я выражаюсь, в «красной зоне», на грани риска для своих ворот, нужно действовать проще и не искать красивого выхода. В хоккее с шайбой существует такой метод решения подобных ситуаций, как проброс. В футболе тоже бывают случаи, когда ты, чтобы команде стало легче, должен сделать своего рода «проброс». На таком уровне, как чемпионат Европы, победы легко даться не могут, и периодически нужно так поступать.

В нашей молодой неопытной команде есть игроки, у которых существует тенденция к поиску красивых решений в подобных ситуациях. Когда такое происходит, я злюсь. Нужно читать игру и понимать, откуда исходит угроза, и выбивать мяч либо далеко вперед, либо в аут. Но для моего футбола это исключение, никак не правило. А указания вообще все время играть на отбой я дать не могу. В определенных эпизодах — да, но не постоянно. Потому что ни к чему хорошему это не приведет.

— Есть ли у вас некие атрибуты, которые вы неизменно берёте с собой на матчи? (Александр Митин, 23 года, Москва).

— Нет. Я не являюсь суеверным человеком и никакими талисманами не пользуюсь.

— Хотели бы вы жить в России? (Александр Ефименко, 19 лет, Иркутск).

— А я считаю, что, несмотря на многочисленные поездки по всему миру, живу в России! И мне это очень нравится. У меня и сейчас есть много предложений из зарубежных клубов и сборных, но я говорю категорическое «нет». Потому что, во-первых, мы находимся еще даже не на середине пути в той работе по развитию и переустройству российского футбола, которую хотели бы осуществить. Разумеется, до конца эта работа не завершится никогда. Но я, во-первых, хочу внести свою лепту в выступление национальной сборной. Однако также стремлюсь и приложить свои знания к становлению системы подготовки футболистов в стране.

Убежден, что страна таких размеров, которая постоянно развивается, иногда падает, но затем вновь поднимается с колен, должна быть на первых ролях в футболе. Россия любит футбол, в ней проживает очень много людей — а значит, в ней просто не может не быть огромного количества талантов и потенциала. Наша же задача — направить этот потенциал в нужное русло, сопроводить и не растерять его по пути.

— Как вы думаете, с чем связан спад в игре защитников ЦСКА? С отсутствием конкуренции в сборной в линии обороны или с уровнем подготовки в клубе? (Николай Герм, 23 года, Санкт-Петербург).

— Для меня это трудный вопрос. На него могут ответить только люди, которые работают с этой командой. С моей же стороны высказываться на подобную тему было бы некорректно.

— Вы говорили в интервью, что смотрели хоккей. Смотрители вы теннис? И знаете ли о том, как играют наши теннисисты? (Анна Ганичева, 21 год).

— Моя подруга Элизабет на днях была в Париже на турнире «Ролан Гаррос» и с интересом наблюдала за игрой российских теннисисток. Более того, с одной или двумя она после матчей даже общалась. Она вообще очень интересуется теннисом и близка к этому миру. Признаться честно, сам я за Открытым чемпионатом Франции на сей раз внимательно не следил. Когда я не готовлю команду к турниру такого уровня, как чемпионат Европы, то открыт для подобного рода впечатлений. Но сейчас я настолько сфокусировал себя на Euro, что времени ни на что другое не остается.

…Когда мы за полночь завершали беседу с главным тренером сборной России, до старта чемпионата Европы оставалось менее суток, а до первого поединка нашей команды — четыре дня.

Счет пошел на часы.

Глава II ДВАДЦАТЬ ЛЕТ СПУСТЯ 9 июня ПРИНЕСЕТ ЛИ УДАЧУ «КРЕМЛЬ»?

В трех километрах от Инсбрука вверх по горному серпантину, в крохотном селении под названием Игле, я обнаружил… «Кремль». Так называется кафе-бар (название написано на фасаде как на немецком, так и на русском языках), от которого рукой подать до гостиницы сборной России. Правда, моя версия, что «Кремль» был возведен специально для услаждения взора дорогих гостей, не выдержала проверки на прочность: его построили еще два года назад. И, тем не менее, какая символика — в австрийских Альпах, неподалеку от немецкой и итальянской границ, поселиться рядом с «тезкой» символа российской государственности!

Гостиница сборной, рекомендованная УЕФА для команд, приезжающих на матчи в Инсбрук, называется просто и без затей — Sporthotel. Какова она изнутри, увидеть, естественно, не представлялось возможным: никого, кроме постояльцев, охрана за порог не пускает. Зато генеральный менеджер «Спортивного отеля» Георг Стаднер на интервью автору этой книги согласился без проблем.

— Россияне выбрали нашу гостиницу, во-первых, потому, что она находится близко от стадиона. Мы пошли на все условия, которые они выдвинули. Отель, состоящий

из 74 номеров, ваша сборная выкупила целиком. В нем есть бассейн, кормят замечательно. Кстати, вся пища будет подаваться в точном соответствии с меню, которое нам прислала российская сторона. Это было еще одно ее условие.

— Как организована работа по обеспечению безопасности?

— Полиция патрулирует все подходы к отелю. Вовнутрь, естественно, войти никто, кроме сборной России, не может.

Автобусная поездка команды из Леоганга в Инсбрук заняла больше двух часов. Это объяснялось тем, что на кратчайшем пути одна из дорог ремонтировалась, а объезд предназначался только для легковых автомобилей. Поэтому пришлось выбрать более протяженный маршрут.

В 12.15 автобус с полицейской машиной сопровождения подрулил к отелю. С журналистами игроки только поздоровались, при этом Роман Павлюченко сиял, будто два гола англичанам забил несколькими минутами ранее.

Но уже вскоре настроение у футболистов, по имеющимся сведениям, омрачилось. Номера в Sporthotel, к примеру, оказались тесными — куда меньше, чем в Der Krallerhof.

После тренировки Дмитрий Сычев подтвердил журналистам эту информацию:

— Не будем об отеле.

— Что так?

— Какой-то он… староватый. Если живешь на втором этаже, а кто-то ходит над тобой на третьем, полы скрипят и все слышно.

— Но лучше, чем в сочинской «Зеленой роще»? — Для меня родное — всегда лучше!

Впрочем, Сычев говорил это весьма жизнерадостно. Не было похоже, что неважный отель всерьез досаждает ему и его партнерам.

Беспокоит меня в этом смысле одно. Прямо рядом с гостиницей расположена церковь, из которой каждый час раздается оглушительный колокольный звон. Вопрос в том, в какое время суток он начинается. По опыту Леоганга, где бригада «Спорт-Экспресса» живет как раз в непосредственной близости к церкви, колокола начинают заливаться в семь утра. Не хотелось бы, чтобы сегодня подъем у игроков произошел раньше, чем они планируют.

На 12.45 в пресс-центре стадиона «Тиволи» была назначена пресс-конференция Гуса Хиддинка и Сергея Семака. Перед тем, как главный тренер и капитан на нее поехали, у выхода из отеля произошел показательный для Хиддинка эпизод. Момент выхода нашего дуэта из гостиницы начал снимать фотокор Александр Федоров, но это отчего-то вызвало нервную реакцию охраны, начавшей закрывать объектив ладонью. И тут Хиддинк, хорошо знающий Федорова, счел своим долгом вмешаться, жестко заявив охране: «Что вы делаете! Человек работает, не мешайте ему!» Более того, потом не направился сразу к машине, которая должна была отвезти его на пресс-конференцию, а подошел к главному секьюрити, приставленному к сборной от австрийской стороны, и сделал ему внушение на тот же счет.

Уважение к собственному труду начинается с уважения к труду других людей, и голландец это отлично знает. И пусть до матча с испанцами к тому моменту оставалось чуть больше суток, тренер посчитал нужным обратить внимание на такую, казалось бы, мелочь.

И не только на нее. Появившись в зале для пресс-конференции и заняв свое место, Хиддинк пожаловался организаторам: «Здесь темно, я не вижу людей. А мне всегда нужно видеть лица людей, на вопросы которых отвечаю».

Большей частью голландец отвечал на вопросы серьезно. Но однажды проявил чувство юмора, лишний раз доказав, что ни о какой нервозности в его поведении и речи быть не может. Произошло это после того, как Семак в ответ на вопрос о том, как ему работается с Хиддинком, сказал:

— Надо отдать должное Гусу Хиддинку за тот микроклимат, который царит в команде. Он не зависит ни от каких источников извне, мы не испытываем прессинга, никто со стороны на нас не давит.

Тут тренер под хохот заполненного зала вставил ремарку:

— Хорошо говорит. Завтра будет играть.

В остальном Хиддинк был серьезен. Порой — даже очень. Его спросили:

— Из интервью, которые вы дали российской прессе, следовало: вы хотели, чтобы Погребняк был заявлен на турнир и играл на уколах. Это действительно так?

— Это интересная тема, — ответил Хиддинк. — Довелось прочитать — правда, не в русской прессе, а в некоторых западных источниках, — что, оказывается, я хотел заставить Погребняка играть.

Я первый, кто понимает важность и престижность этого турнира. Но также я первый, кто защищает здоровье своих игроков. После того, как доктора дали добро, чтобы Павел готовился к турниру, решение мог принять только он сам. Никогда никого не заставлял играть в ситуации, когда здоровье находится под угрозой. Но после «зеленого света» на участие в Euro, полученного от врачей, все зависело только от самого Погребняка. Каждый, кто придумывает другие трактовки этой истории, откровенно лжет. Очень хотел бы, чтобы эти люди сделали шаг вперед и посмотрели мне в глаза.

Шаг вперед отчего-то никто не сделал.

Семак, в свою очередь, заявил:

— Мы преодолели очень сложный этап подготовки, но главное только наступает. Завтра — тот день, когда каждый из нас должен показать свою лучшую игру. Тогда, думаю, мы сможем добиться хорошего результата.

После окончания пресс-конференции я спросил Семака:

— Вам не кажется, что все, что с вами сейчас происходит, — какой-то сон? Еще месяц назад вы не провели в сборной Хиддинка ни одного матча и даже ни разу туда не вызывались, а теперь сидите на пресс-конференции в роли капитана сборной на Euro.

— Посмотрим, что будет дальше, — ответил опытнейший футболист. — Вся эта подготовка приятна, но главное лишь наступает. Только сами матчи Euro могут дать ответ, сон это или явь. Жизнь меня научила, что все в любой момент может повернуться как в лучшую, так и в худшую сторону. В моих же силах — сделать все, что от меня зависит, чтобы произошло первое.

А в наших — пожелать вам удачи, Сергей Богданович. Своим многолетним честным трудом в футболе вы, как мало кто другой, заслужили это Euro и эту капитанскую повязку.

Слухи о том, что Дмитрий Сычев получил травму задней поверхности бедра, поползли среди журналистской братии поздно вечером в воскресенье. Ужас, который все мы испытали при этом известии, трудно передать словами. Сборная уже лишилась Погребняка, которого заменил хавбек Иванов, — так еще и без второго форварда (пусть и временно переквалифицированного в хавбека), не дай бог, остаться?!

Хиддинк на пресс-конференции, услышав вопрос о Сычеве, проблемы с его здоровьем отрицал:

— Все игроки здоровы, в том числе и он. Вчера была довольно легкая тренировка, сегодня утром мы проверили всех футболистов, и результатами остались довольны. Во время занятий порой бывают небольшие коллизии, но никакого ущерба здоровью игроков они не нанесли.

Впрочем, нельзя было исключать, что Хиддинк темнит. Оставалось ждать тренировки, которая, впрочем, была открыта для журналистов только в первые 15 минут.

И вот — 16.00 по местному времени. На поле выходит первый футболист, пятый, десятый, пятнадцатый… Словно испытывая наши нервы, Сычев появился последним. Но появился! И вступил в общую работу, во время которой (по крайней мере за тот отрезок, который удалось понаблюдать) оказался даже самым активным: остальные игроки статично перепасовывались, нападающий же «Локо» двигался столько, что успел за 15 минут оказаться, по-моему, на всех участках поля. И в его движениях никакой скованности не обнаружилось.

После тренировки Сычев был весьма весел (что явно говорило об облегчении, которое он испытал) и дал нам с коллегами весьма занимательное интервью.

— Как самочувствие? А то вчера слухи нехорошие пошли…

— Да нет, ничего страшного не было. Просто схватило чуть-чуть заднюю. От нагрузок бывает такое.

— Сейчас дискомфорта нет?

— Абсолютно.

— Еще мы испугались, увидев с верхотуры ваше перевязанное бедро. А потом обнаружили, что и второе выглядит так же. У вас подштанники, что ли, такие длинные?

— Нуда.

— Как поле?

— Нормальная поляна, хорошая. Полить бы ее еще… Песка многовато внизу, поэтому поливать надо.

— О чем вам говорил Хиддинк в центре поля, показывая на трибуны? Что будет полный стадион?

— Да.

— Просил относиться к этому спокойно?

— Наоборот, сказал, что будем заряжаться от него энергией и бой дадим.

— Предматчевое волнение уже накатило?

— Как говорится, Колотовкин уже стучится (смеется вместе с журналистами, которые просто дружно согнулись пополам. А защитнику ЦСКА 90 годов Сергею Колотовкину в этот момент наверняка сильно икнулось. — Прим. И. Р.). Шутка.

— Кровь забурлила, только когда в Инсбрук приехали?

— Нет, уже здесь, на стадионе.

— Один вопрос по тактике остается непонятным. Испанцев прессинговать будете?

— Мы сами пока не знаем. Еще не говорили.

— Как сами считаете, прессинговать надо? А то ведь испанцы с их контролем мяча из-под прессинга смогут выходить.

— Физически мы готовы хорошо, так что с тем, чтобы выдержать нагрузку, проблем не будет.

— Стартовый состав объявили уже?

— Еще нет.

— Как впечатления от старта Euro?

— Пока очень много напряга, все волнуются. Первые матчи!..

После этого шутливого разговора репортеры шли из смешанной зоны в пресс-центр в отличном настроении не только из-за того, что Сычев дал нам такое блицинтервью. А еще и потому, что стало ясно: за сутки до игры с Испанией никакой страх наших игроков не обуял. Иначе подобное интервью стало бы решительно невозможным.

Самый трудный этап подготовки сборной России к Euro-2008 пришелся на немецкий Роттах-Эггерн. Но и на юге Германии, как выяснил Игорь Акинфеев, есть русские березки

Голландский тренер по физподготовке Раймонд Верхейен (справа) под руководством Гуса Хидцинка дал футболистам огромные нагрузки. Но все — с улыбкой!

А сам Хиддинк вместе со своим помощником Игорем Корнеевым путь из отеля на тренировочное поле и обратно предпочитали совершать на велосипедах

Сборная поверила в себя после победы в контрольном матче над Сербией — 2:1. Но была в той бочке меда и ложка дегтя: травму колена получил автор первого гола, лучший бомбардир Кубка УЕФА Павел Погребняк. Врач команды Андрей Гришанов (слева) пытается поставить его на ноги

…Но Погребняк, чувствуя сильные боли, сам решает не рисковать своим здоровьем. Так сборная перед началом турнира осталась без своего ведущего форварда

В горном австрийском Леоганге, где наша команда жила во время чемпионата, ей устроили теплую встречу. А капитан Сергей Семак даже осмелился на глазах у Хиддинка выпить рюмку шнапса

На этом автобусе сборная России ездила в течение всего Euro-2008. И никогда не оставалась без поддержки болельщиков

Накануне старта турнира в Зальцбурге был открыт «Русский дом». И в качестве самых почетных гостей президент РФС Виталий Мутко (слева) представил ветеранов сборной СССР — Виктора Царева, Виктора Понедельника, Анатолия Ильина (слева направо). Понедельник — автор первого золотого гола в истории Кубка Европы, выигранного советской командой в 1960 году в Париже

Знаменитый испанский болельщик Маноло (с барабаном) уже десятки лет не пропускает матчей своей команды. На этот раз он будет вознагражден…

Инсбрук. Перед матчем Испания — Россия Каких только болельщиков нашей сборной там не было!

Каждый поддерживал нашу команду как мог

Перед началом первого матча. Гимн России. Игорь Акинфеев, Динияр Билялетдинов, Юрий Жирков, Денис Колодин

В этот вечер пара испанских форвардов — Фернандо Торрес (слева) и Давид Вилья — была неудержима

А с трибуны стадиона «Тиволи-Ной» за этим наблюдал форвард «Динамо» Александр Кержаков, которого Хиддинк неожиданно для всех не включил в состав сборной. На снимке — в среднем ряду, между партнерами по «Динамо» Дмитрием Хохловым и Александром Точилиным

Давид Вилья (№ 7) забил в ворота россиян три гола. Ему потребуется еще всего один, чтобы стать лучшим снайпером Euro-2008

Многие боялись, что после 1:4 в первом матче в нашей сборной начнется раздрай и поиск крайних. Но Хиддинк жестко сказал: «Нет панике!»

Главный тренер разрешил футболистам встретиться с семьями. Сергей Семак был счастлив увидеть сына Семена, которому нет еще и трех лет. Вместе с мамой и пятимесячным братом Иваном он провел весь июнь в Австрии

Атмосферу на тренировках, несмотря на поражение, нельзя было назвать мрачной. Оптимист Хиддинк заставил смеяться даже довольно замкнутого Дмитрия Торбинского, улыбку на устах которого можно увидеть редко

Нашел тренер время и для того, чтобы после одной из тренировок в Леоганге вручить форму сборной России слабовидящему болельщику

А наши болельщики тем временем не теряли веры. И продолжали радоваться жизни

Дебют этого «мишки» состоялся на знаменитом домашнем матче с Англией осенью 2007-го. С тех пор он всегда путешествует со сборной

Зальцбург. В матче с Грецией в стартовый состав триумфально вернулся Сергей Игнашевич, в первой игре оставшийся на скамейке запасных

Оборону соперников с левого края разрывал Юрий Жирков, вошедший по итогам первенства в символическую сборную Euro-2008 вместе с тремя партнерами по сборной — Аршавиным, Зыряновым и Павлюченко

Команду повел за собой капитан. Семак успел опередить вратаря греков Никополидиса и в падении через себя сделал великолепный пас…

…А Константин Зырянов, которому оставалось только попасть в пустые ворота, стал автором первого победного гола сборной России на турнире

И в заключение — несколько цитат. Сегодняшняя — Гуса Хиддинка и чуть более ранние — Романа Широкова и Динияра Билялетдинова.

Хиддинк:

— Российская лига по раскрученности — не испанская, английская или немецкая. Футболистов, выступающих в тех лигах, знают. Наших игроков — нет. Надеюсь, что в ближайшие 24 часа такое положение дел изменится.

Широков:

— Страха перед Испанией не может возникнуть?

— Если мы будем бояться, зачем вообще сюда приезжать?

— Кто станет чемпионом Европы?

— Хотелось бы, чтобы Россия. Билялетдинов:

— На что сборная России претендует на этом турнире?

— Рассчитываем, что 30-го (то есть на следующий день после финала. — Прим. И. Р.) домой поедем.

Конечно, последние 20 лет наших футбольных бед говорят, что футболисты выдают желаемое за действительное. Бравада? А может, уважение к своей команде и вера в собственные силы?

С Богом, Россия!


10 июня КОГДА ИГРА НЕ УТЕШАЕТ

Групповой турнир. Испания — Россия — 4:1 (2:0). 10 июня. Инсбрук. Стадион «Тиволи-Ной». 30 тысяч зрителей.

Голы: Вилья (Фернандо Торрес), 20 (1:0). Вилья (Иньеста), 44 (2:0). Вилья (Фабрегас), 75 (3:0). Павлюченко (Широков, Зырянов, угловой), 86 (3:1). Фабрегас, 90+1 (4:1).

Испания: Касильяс, Серхио Рамос, Пуйоль, Марчена, Капдевила, Иньеста (Касорла, 63), Сенна, Хави, Сильва (Хаби Алонсо, 78), Вилья, Фернандо Торрес (Фабрегас, 54).

Россия: Акинфеев, Анюков, Широков, Колодин, Жирков, Сычев (Быстрое, 46) (Адамов, 70), Зырянов, Семак, Семшов (Торбинский, 57), Билялетдинов, Павлюченко.

Судья: Плауц (Австрия).

Наказания: нет.

Их было море. Человек из Краснодара в казачьей папахе с флагами «Кубани» и «Терека». Екатеринбуржцы почему-то в тельняшках и флотских фуражках. Горланящие в центре Инсбрука гимн России ростовчане с огромным флагом тамошнего СКА. Парни из Новосибирска, которые в прошлом году, невзирая на послеизраильское отчаяние, добрались даже до Андорры. Мужчины и женщины из подмосковного Видного, наряженные в яркие скоморошеские одежды…

За три часа до матча я растворился в этой радостной, доброжелательной толпе, заметно превосходившей в численности испанцев и все время что-то распевавшей — то «День Победы», то еще что-то вдохновляющее. Я с каким-то безумным облегчением вырвался из скорлупы пресс-центра, чтобы почувствовать, какая же огромная у нас все-таки страна и как она верит, ждет и надеется. С каждой секундой градус ожидания повышался и к стартовому свистку Конрада Плауца накалился до предела. Когда капитан Семак, Сычев, Жирков и Билялетдинов пели гимн, а Акинфеев и Павлюченко слушали его с закрытыми глазами, казалось, что всех нас вот-вот разорвет изнутри.

И антураж был соответствующий: за два часа до игры палящее солнце завалилось куда-то за даже не серые, а черные тучи, а в последние 60 минут перед игрой над стадионом «Тиволи-Ной» гремел гром, и сверкали молнии. И думалось — для кого оно зашло, это солнце? На кого гневается Зевс-громовержец?

И были 20 минут сладостной надежды, когда Россия как минимум не уступала Испании ничем. Когда она ухитрилась отнять у пиренейцев их самую любимую игрушку — мяч. Когда наши ни на секунду не прижались к своим воротам. Когда не было ни одного бессмысленного выноса из своей штрафной, а каждая атака была умной и дерзкой. Когда не было даже намека на то, чего мы боялись увидеть у нашей сборной — страх. Обещание Гуса Хиддинка российским болельщикам, что эта сборная не будет играть в трусливый футбол, сбывалось на все сто. Красно-желтые инчас начали возмущенно посвистывать: как так, почему эта Россия не отбивается, а играет, да получше нашего?! А наши радостно заряжали «Катюшу».

Ну а потом порвалось там, где и было тонко. В защите. Колодин опередил было на полшага Фернандо Торреса и посчитал дело сделанным — но ливерпулец проткнул-таки мяч себе на ход, а потом вывел Давида Вилью на пустые ворота. И подумалось: в футбол мы на старте играли не хуже. Но есть Колодин — и есть Торрес. Понятие мастерства в футболе еще никто не отменял.

Но есть ведь и у нас мастера. И, пожалуй, лучший из них в этой сборной, Зырянов, был в миллиметрах от того, чтобы сравнять счет. Ну где же была, Гус Хиддинк, ваша легендарная удачливость, когда лучший игрок России 2007 года попал в штангу? Копилась, чтобы улыбнуться нам в играх с Грецией и Швецией?…

До 45-й минуты все вновь шло недурно. За исключением одного. Наше красивое, отлакированное копье было без наконечника. «Спящий гигант», в последнее время, казалось, проснувшийся, задремал вновь. Первыми же двумя касаниями в матче отдал пас сопернику и навесил за ворота — а когда у Павлюченко что-то не ладится с самого начала, волевым усилием все исправить он не может. Частичное пробуждение произошло только при счете 0:3. И то хлеб: уверенности самого форварда на следующие матчи этот гол должен помочь.

А у Давида Вильи, в отличие от Павлюченко, получалось все. В том числе и открыться, и получить мяч от Хави, и пробить мимо Акинфеева на последних секундах тайма. Знаю массу случаев, когда такой гол убивал, парализовывал, выкорчевывал из команд волю и способность к сопротивлению. Ничего нового не произошло.

Однако это все равно не оправдывает то, во что превратилась сборная России почти на весь второй тайм. Испанцы забили четыре мяча, а могли и шесть, и семь. Командная игра в защите превратилась в руины. Каждый хотел стать героем-спасителем поодиночке, и все разом забыли о тактике, дисциплине, подстраховке… Забыли и о своих собственных, равно как и тренерских, заверениях, что прекрасно готовы физически. Эта готовность во вторых таймах обязательно должна проявляться. Не проявилась — что лишний раз говорит о том, что главные беды идут не от ног и тел, а от головы. Ее-то сборная во втором тайме начисто потеряла.

Хиддинк делал замены, пытался что-то перестроить. Но было поздно: второй гол стал нокаутом. Первый джокер Быстрое совершил почти сто процентов брака и в конце концов уступил место джокеру третьему — Адамову. Тот первым касанием уверенно отпасовал в аут — точно туда, где располагалась скамейка сборной России. А на трибуне «Тиволи-Ной» в это время сидел Кержаков…

За первый тайм, пусть и проигранный со счетом 0:2, у меня не поднимется рука бросить в нашу сборную камень. Она ошибалась, но была командой. После перерыва она ею быть перестала. Такая характеристика, как коллективный паралич, была бы перебором, а вот коллективный хаос — в самый раз. По второму тайму сборная России заслуживала крупного поражения, и даже то, что Фабрегас забил четвертый гол из офсайда, дела не меняет.

Лучший камертон игры — болельщики. В первом тайме они неистово поддерживали сборную. Во втором — бросили. Это, кстати, и в их огород камешек: фаны «Ливерпуля», к примеру, своих в беде не бросают, и именно их пение You'll never walk alone вернуло игроков к жизни после 0:3 в первом тайме финала Лиги чемпионов с «Миланом». Наши болельщики перебороть себя не смогли. Как и команда.

Сегодня наша сборная — а вместе с ней и все мы — испытала большое разочарование. Нам было вдвойне больно оттого, что, наблюдая за ее ростом в последний месяц, ждали мы от нее совсем другого.

Но это — наша сборная. И, невзирая на всю горечь, мы не имеем права хоронить ее до двух матчей с командами, которые слабее испанцев. Футбол, который она показывала до перерыва, дает нам основания для надежды.

В конце концов, два года назад Украина была в первом матче бита Испанией еще крупнее — 0:4. А по игре — несравнимо безнадежнее. Но закончилось все тем, что украинцы прошли на ЧМ-2006 дальше испанцев.

Меня не оставляет надежда, что Хиддинк, который вел себя на пресс-конференции, как всегда, спокойно и достойно, приведет команду в чувство — и она пройдет по пути соседей.


11 июня ОПЯТЬ ВСЕ ТОТ ЖЕ СОН

«Опять все тот же сон!» С этими словами в холодном поту изо дня в день просыпался один из персонажей «Золотого теленка» по фамилии Хворобьев. Как бы ни хотелось ему избавиться от навязчивых сновидений — ничего не выходило.

Вот и 10 июня на стадионе «Тиволи-Ной» мы окунулись все в тот же 20-летний кошмарный сон, за время которого наша сборная забыла, что такое плей-офф больших турниров. Не помогли ни один из самых титулованных тренеров мира, ни портреты ветеранов — победителей первого Euro 1960 года, трогательно вывешенные болельщиками на трибуне перед началом игры. С крупного поражения наша сборная, будь то СССР, СНГ или Россия, финальные стадии чемпионатов мира и Европы не начинала никогда.

И у сборной, и у нас — два пути. Один — заламывать руки, кричать «караул» и включать похоронный марш. Второй — без истерик разбираться, что произошло. Не задаваться самым любимым национальным вопросом: «Кто виноват?», а определяться с другим — «Что делать?»

Хорошо, что у большинства игроков, первым из которых стал Акинфеев, хватило такта поприветствовать трибуну с нашими поклонниками после матча, а Зырянову — в послематчевом интервью извиниться перед ними за такой первый поединок на Euro-2008. Вообще, количество российских игроков, посчитавших необходимым после разгрома отчитаться перед болельщиками, было гораздо большим, чем мы привыкли. С журналистами общались Акинфеев, Жирков, Семак, Широков, Зырянов, Павлюченко, Семшов…

Многие из вас на это раздраженно заметят: «Играть надо, а не в ладоши хлопать и языком болтать». Соглашусь с этим только частично. Играть, безусловно, надо. Но надо также и сознавать свою меру ответственности перед страной, которая в такие минуты ждет и требует объяснений. Надо чувствовать, как сильна боль людей, часть которых приехала сюда, в Австрию — из Мурманска и Хабаровска, Новосибирска и Екатеринбурга, — а остальные рвали на себе волосы у десятков миллионов телеэкранов. После такой неудачи вернуться к жизни можно только — сопереживая. Поведение и слова игроков сборной России-2008, которых Гус Хиддинк всегда учил уважать людской труд и людские эмоции, дают надежду на то, что не все так безнадежно. Как и высказывания главного тренера, который ни одним словом не опустился до поиска крайних.

Сейчас было бы проще простого начать швыряться гневными тирадами и использовать те же портреты великих стариков 60-го (во главе с автором золотого гола Виктором Понедельником, который сейчас здесь, в Австрии) против их непутевых наследников: вас, мол, поставили на одну доску с такими людьми, а вы… Определений в репортерском арсенале на этот случай найдется достаточно. Но правильно ли так поступать в данный момент, вспоминая хотя бы судьбу наших украинских соседей двухлетней давности? Уверен — нет. Тем более что в Инсбруке было не избиение младенцев, а бой на встречных курсах, где просто победил более умелый и искушенный.

Вообще, в публикациях после подобных матчей чрезвычайно важно выбрать правильную интонацию. Наша журналистская мера ответственности тоже ведь велика: не надо, взваливая всю эту ношу на плечи игроков и тренеров, забывать о себе. Как у игроков, так и у болельщиков после 1:4 нервы взвинчены до предела — и любое огульное обвинение, каждый неподтвержденный факт или несправедливый эпитет способны стать спичкой, поднесенной к канистре с бензином. Попавшего в больницу человека можно вылечить, а можно и «залечить». Лечение, правда, — это не наше, а тренерское дело. Но порой сказать больному, что он безнадежен, — значит вогнать его в гроб. А вера иногда лечит лучше всяких лекарств.

Вранья же в такие дни, увы, хватает. Через час после матча мне позвонил друг из Москвы и сказал, что сразу на нескольких российских интернет-сайтах появилась фраза, приписываемая Гусу Хиддинку: «Мы поплатились за недооценку соперника». Логично, что друг негодовал: «Он вообще в своем уме?!»

Этот человек вообще-то внимательно следит за работой Хиддинка, уважает его — а потому мои заверения, что ни единого подобного слова голландец не произнес, его не сразу, но устроили. Спустя два часа, когда бригада «Спорт-Экспресса» добралась до отеля в Леоганге, от этих «цитат» уже и след простыл. Но, как в том анекдоте, осадок остался…

Эта история показывает: в дни, оставшиеся до матча с греками, сборную ждет много шелухи. И теперь мастерство Хиддинка будет выражаться не только в том, насколько он угадает с изменениями в составе, но и как воздействует на умы футболистов. Глава российской делегации на Euro-2008 Виктор Онопко после игры говорил как раз об этом:

— После такого матча главное — это именно психология. Очень важно сейчас будет вернуться на базу, спокойно все разобрать и готовиться к грекам. А Испанию — проанализировать и забыть! С психологической точки зрения надо, чтобы ребята верили в команду, в себя, в партнеров, помогали друг другу на тренировках. В групповом турнире нам осталось провести еще две игры, и все по-прежнему в наших руках.

— А можно забыть такое за три дня?

— Думаю, можно.

В России придерживались двух полярных точек зрения о матче с испанцами. Александр Розенбаум, к примеру, сказал мне, что именно от стартовой встречи будет зависеть выступление команды на чемпионате. Но многие придерживались другого мнения: в конце концов, испанцы с самого начала были явным фаворитом группы, а значит, матч с ними «весил» меньше, чем очные ставки с греками и шведами. Думали так, кстати, и некоторые футболисты сборной.

— От первого матча многое зависит? — спросили за три дня до игры Романа Широкова.

— Ничего от него не зависит, — ответил защитник. — Можно один матч проиграть, потом два выиграть — и выйти из группы.

Только прошу не вписывать задним числом эту фразу в обвинительное заключение Широкову после позавчерашней игры. Матч он действительно провел крайне неудачный, но мыслить сейчас команде надо именно так, как он сказал. В конце концов, самое сложное испытание в группе — позади. Прав Сергей Юран, сказавший мне, что ожидал минимального поражения, но не счета 1:4 (я, признаюсь, во внутреннем конкурсе прогнозов «Спорт-Экспресса» поставил на счет 1:2 в пользу испанцев) — и все же как в одном, так и в другом случае на нашем счету было бы ноль очков. А разыграно будет еще шесть — причем против команд, которые Испании не ровня. И самое время признаться, что на эти два поединка я — повторюсь, еще за неделю до старта Euro — сделал ставки в пользу сборной России: с греками — 2:0, со шведами — 2:1…

Когда проигрываешь с крупным счетом, любые, даже положительные впечатления невольно подгоняются под итоговый результат. Согласитесь: в первом тайме, когда счет был равным или даже 0:1, мы искренне радовались тому, что России удалось отобрать мяч у самих испанцев (которые в этом вопросе — доки), положить его на траву и плести весьма симпатичные кружева. Зато, когда все закончилось, отовсюду только и доводилось слышать — да Испании только это и нужно было!

Может, что-то в этом и есть. Сергей Юран, который надеялся получить от сборной подарок к своему 39-летию, к примеру, считает:

— Полагаю, мы попались на удочку испанцам, которые отдали нам пространство. Это внесло в души игроков успокоение: мол, против испанцев контролируем мяч. Со стороны россиян начался академичный футбол, при котором впереди было много игроков, но мало остроты — а при быстром переходе испанцев от обороны к атаке возвращаться назад мы не успевали. Возникали разрывы между линиями.

— Чего России больше всего не хватило в этой встрече?

— Можно, конечно, говорить об очень слабой игре в центре обороны, и это действительно так. Но если смотреть шире, то нам не хватило злости и агрессии. В матчах подобного уровня нужно каждую секунду проводить на пределе, «на гландах», так, чтобы искры летели. Нельзя упрекнуть футболистов в нежелании играть, но для таких поединков этого мало. На мой взгляд, испанцы сыграли не на сто, а на 75–80 процентов своих возможностей, обыграли нас на классе. Не было ощущения, что им пришлось выложиться до конца. Малое количество фолов, ни одной карточки — все это говорило об отсутствии того уровня борьбы, без которого нам с таким соперником не обойтись. Надо понимать, что Россия может обыграть Испанию, только если у последней земля будет гореть под ногами. Этого я не увидел.

Все это так. Но вернемся все же к тому, сознательно испанцы отдали нам территорию и контроль мяча (по итогам матча у нас — 54 процента владения им) — либо мы сами его отобрали. Предположим даже первое. Но этим предоставленным правом владеть мячом нужно еще уметь воспользоваться! Тот уровень комбинационной игры, который демонстрировала Россия до перерыва, невозможно было показать только ввиду хлебосольства соперника. Никто не переубедит меня, что в первом тайме россияне играли в футбол. Не мучили себя и болельщиков, не заставляли краснеть от предъявления всему миру собственной беспомощности — а получали от игры удовольствие. Недаром и Онопко, и Андрей Тихонов не побоялись произнести в отношении игры нашей сборной словосочетание — «хороший футбол». По крайней мере о первом тайме…

— Первый тайм был компактный, цельный, — сказал мне Онопко. — Играли очень достойно. И если бы при счете 0:1 забили, а не попали в штангу, все могло сложиться по-другому. А вот третий гол, мне кажется, надломил ребят. Уже не было видно того азарта, особенно при отборе мяча и командных перестроениях.

В своих словах о первом тайме экс-капитан сборной, убежден, прав. В своей извечной склонности к самобичеванию мы забываем об очень важной вещи. Если, ориентируясь на результат, мазать игру одной черной краской, то вместе с водой можно выплеснуть и ребенка. При всем обилии плохого — об этом мы еще поговорим — в Инсбруке у нашей команды обнаружилось и хорошее. То, чего мы, кстати, не видели у нее уже давно, а именно — умение партнеров связно разговаривать на языке паса. Не отметить это будет несправедливо, и в матче с греками это достоинство надо будет во что бы то ни стало сохранить.

А то, что вышеупомянутое удовольствие не вылилось ни во что осязаемое — совсем другой разговор. Касающийся, в частности, передней линии огня.

— Павлюченко в первом тайме сделал одно-два касания — и те на фланге, — говорит Юран. — Роль Погребняка — продавить центральную зону — надо выполнять по-другому, чем делал это Роман в матче с испанцами.

Сухая статистика говорит о том же: первый свой удар по воротам Павлюченко нанес на 75-й минуте, при счете 0:3 (попадание в перекладину не в счет, потому что перед тем наш форвард толкнул соперника, и уже прозвучал свисток). Концовка спартаковцу вообще удалась, он делал именно то, что должен был делать с первых минут, — и забил. Этот гол важнее для ближайшего будущего, чем для позавчерашнего прошлого.

Но как прикажете оценивать послематчевую фразу Павлюченко: «Ничего страшного не произошло»? Что это — средство психологической самозащиты или непонимание огромной важности Euro для болельщиков и самих игроков? Многие футболисты, завершая карьеру, сетуют: мы-то, мол, думали, что у нас еще много турниров впереди, а этот оказался единственным. Дай бог, конечно, чтобы у Павлюченко — не оказался, но когда всю страну трясет, как электрическим током, произносить подобное, мягко говоря, не очень предусмотрительно. Резкие фразы Игоря Акинфеева, к примеру, свидетельствовали совсем об обратном. Нет, по сути — что ничего еще не потеряно — нападающий прав, но он облек свою мысль в неуклюжую и несвоевременную форму. Болельщиков такие слова могут только разозлить — и если бы их еще сказали Акинфеев, Жирков или Зырянов, сражавшиеся без страха и упрека, на это еще можно было не обратить внимания. Но они бы этого и не сказали…

Последнюю неделю Павлюченко немало хвалили — в том числе и Хиддинк. Комплименты эти были во многом по делу. Но похоже, что голы в ворота Сербии и Литвы заставили склонного к эйфории форварда поверить, что с Испанией все будет даваться так же красиво и легко. «Павлюченко перестал быть зрителем на поле», — говорил мне главный тренер сборной за несколько дней до матча, но началась игра, и наш единственный нападающий этим зрителем вплоть до счета 0:3 вновь стал. Что, считаю, нанесло немалый удар по командной игре.

Но еще больший удар, конечно, нанесла игра центра обороны. Таким образом, революция Хиддинка, решившего за три недели до Euro перестроиться на схему с четырьмя защитниками, на данный момент была подавлена.

Все это совершенно не означает, что революцию эту совершать не стоило. С тремя (а по версии Хиддинка — с пятью) защитниками мы действовали, мягко говоря, не лучше. И, шельмуя главного тренера за то, что Колодина предпочел Игнашевичу (такой критики, уверен, голландцу сейчас достанется с лихвой), не следует забывать: три последних матча за сборную оплот защиты ЦСКА провалил. А именно — поединки в Израиле, Румынии и с Литвой. Добавим к этому последнюю Лигу чемпионов — и получим, что едва ли не все международные матчи за последний год центральный защитник ЦСКА, разжалованный к тому же с поста капитана своего клуба и замененный в финале Кубка России, провел неудачно. Последний его всплеск пришелся на 6 июня прошлого года, когда во многом благодаря героическим действиям Игнашевича россиянам удалось сыграть вничью в Хорватии. Но с тех пор что-то, о чем судить не имею возможности, в нем надломилось.

Или же он все-таки способен вновь стать той скалой, какой был несколько лет кряду? Очень вероятно, что в субботу Игнашевич получит шанс это доказать. Потому что игра пары Колодин — Широков на «Тиволи-Ной» — это был коллапс. И совсем не случайным было появление грустной шутки, что на чемпионат надо срочно дозаявить руководителя российской делегации. Онопко в последние годы его карьеры нередко упрекали в медлительности — но позиционно он играл так, как его преемникам и не снится.

— Все голы были забиты из центральной зоны, — говорит Юран. — При первом голе Колодин, борясь с Фернандо Торресом и чуть-чуть опережая его, должен был без всяких затей выбить мяч на угловой, а не пытаться его сохранить или отправить в аут. Да, Широков в том эпизоде ошибся, отдав неточный продольный пас и тут же получив длинную встречную передачу. Но все равно Колодин должен был сыграть проще, отдавая себе отчет в том, кто ему противостоит.

— По-вашему, Хиддинк в матче с греками поменяет обоих центральных защитников?

— Думаю, одного. Мне кажется, Игнашевич выйдет вместо Колодина.

Онопко, как бывший защитник, индивидуальных претензий к своим коллегам не приемлет, считая, что беда — в коллективных действиях при обороне.

— В защите должна работать подстраховка. У нас Жирков тоже не раз и не два обыгрывал соперников, но это ни к чему не приводило, поскольку защитники сборной Испании сыгранны, и они успевали прийти на помощь партнеру. Уровень Давида Вильи и Фернандо Торреса очень высок, и нет такого защитника в мире, которого они не могли бы обыграть «один в один», тем более в штрафной или около нее, где защитник боится нарушить правила. У нас же защитников не подстраховывали: вспомните эпизоды с первым и третьим голами, когда на помощь Колодину и Широкову не успевал прийти никто.

Еще одно высказывание Юрана, как выяснилось, слово в слово повторяет мысль Акинфеева:

— Два гола — второй и четвертый — испанцы забили, когда их у нашей штрафной было двое, а наших защитников — четверо. Как такое может быть? Считаю, все оке было слишком рискованно выходить на поле с двумя центральными защитниками, которые вместе не провели ни одной официальной игры. Товарищеские в данном случае не в счет: совершенно другой накал.

Что же получается — Хиддинк ошибся, затевая свою оборонительную революцию? Мне кажется, против Испании

любой вариант защиты сборной России сыграл бы так же. Армейское трио еще с прошлой осени на международном уровне выглядит неубедительно, но и альтернатива не выдержала такого сурового экзамена. А других защитников в России, перефразируя товарища Сталина, «у меня для вас нет». И если кто-то после матча с Испанией посетует, что к Euro не привлекли пару из «Амкара» Белоруков — Попов, я лишь посмеюсь. На будущее — может быть, но без какого-либо международного опыта выходить на европейское первенство — смерти подобно. А у Колодина (игравшего, к примеру, дома с Хорватией) и особенно Широкова с этим опытом проблем нет.

Сейчас сразу начали говорить, что номинально Широков — полузащитник. Но почему об этом никто не вспоминал во время последнего Кубка УЕФА, когда бывший химчанин действовал именно в обороне и давал гораздо больше поводов для восторгов, чем для упреков? Почему Дик Адвокат, увидев Широкова в обороне, попросил руководство клуба до лета никого в защиту не покупать?

С той же «Баварией» он был чудо как хорош, и ведь не сказать, что Крижанац как партнер на несколько порядков выше Колодина. И об особой сыгранности в «Зените» говорить не приходилось, поскольку в межсезонье Широкова наигрывали не с сербом, а с Ломбертсом. Тем не менее сбоев новая пара почти не давала.

Неудачные матчи бывают у каждого, но это не повод ставить на футболисте крест. Соответствие Колодина уровню сборной действительно нередко вызывало вопросы — но никак не Широкова, если вспомнить его выступления за «Зенит». И я убежден, что на матч с Грецией Широков выйти должен. Хотя бы потому, что умно и быстро начинать атаки в защите сборной России больше некому, а в игре с соперником, который не будет создавать сверхдавления на наши ворота и сыграет от обороны, это — очень важно.

К тому же в матче с Испанией сказалась еще одна наша извечная головная боль. В сборной России как не было, так и нет своего Тимощука. Семак — игрок другого типа, в любом случае больше «заточенный» на созидание. В ЦСКА он вообще чаще всего был форвардом, в «Рубине» — атакующим полузащитником, в «Москве» хоть и играл в центре поля, но все же за спиной у него был еще один опорник — Ребежа. Изучать новую игровую специальность на 33-м году жизни Хиддинк заставил его скорее от безысходности. От верности идеям атакующего футбола, конечно, тоже — но, уверяю, будь в его распоряжении игрок калибра Тимощука, Семаком не пришлось бы затыкать дыру.

Юран говорит:

— Если в первом тайме Семак еще справлялся с обязанностями опорника, то во втором выявилось: это все же другой уровень. В российском чемпионате он, безусловно, выделяется, но, во-первых, играет на другой позиции, а во-вторых, Euro — это не Россия. Мне кажется, что во втором тайме, когда игра у команды сломалась, от капитана тоже кое-что зависело. Ему нужно было как-то встряхнуть ребят…

Эх, омолодить бы лет на семь Алексея Смертина — как бы он был нужен этой сборной! Будь у сборной свой профессиональный Тимощук — и плотность между защитой и средней линией была бы совсем другой, и пас низом через полполя, который привел к первому голу, был бы в принципе невозможным. «В современном футболе команда должна передвигаться по полю единым блоком — то все вперед, то все назад», — говорил Хиддинк. Но в игре с испанцами этой «блочностью» и не пахло: каждая линия была сама по себе, нападения же долгое время не было вовсе.

Затевая капитальный ремонт в защите, Хиддинк скорее руководствовался соображениями не сегодняшнего, а завтрашнего дня, инвестировал в будущее. По схеме с тремя защитниками и двумя «бровочниками» ни одна серьезная

команда в Европе уже не играет — и России с ней сейчас тоже ничего бы не светило. А новая модель будет наигрываться и отлаживаться и после Euro. На котором, как известно, жизнь не заканчивается. Но, будучи сторонником голландца, я все равно сильно сомневаюсь, что с Колодиным он не ошибся.

Ко всему прочему, каким-то пассивным и потерянным выглядел в Инсбруке один из самых проверенных, казалось бы, людей — Анюков. Хиддинк в предматчевом интервью подчеркивал, что Сычев не должен ограничиваться работой на фланге, ему также необходимо двигаться и горизонтально, и диагонально. Ясно, что в этом случае освободившееся пространство на краю должен был заполнять правый защитник, что Анюков в «Зените» с радостью и делает. Где были его прорывы в чужую штрафную во вторник — оставалось только догадываться.

Единственным защитником, к которому почти не было претензий, был… Жирков. Когда лучший игрок обороны — штатный атакующий хавбек, не знаю, плакать по этому поводу или смеяться. Об игре защиты этот факт говорит исчерпывающе.

Мы исстари мечтаем о светлом будущем, героически принося в жертву настоящее, а потом ничего не получая взамен. Может, хоть с Хиддинком будет по-другому?

Еще перед Euro Юран в разговоре со мной выражал опасение, что слишком многие игроки сборной выступают не на своих позициях, и этот коллективный дискомфорт может сказаться. Жирков, Семак, Сычев, отчасти Широков…

После матча один из самых грозных российских форвардов 90-х развил мысль:

— С Сычевым, при всем к нему уважении, правый край выпал. И это не его вина, он старался. Но у Дмитрия нет навыка игры на этой позиции! Тот же Жирков знает, как играть в обороне, ему «опускаться» в защиту проще, чем форварду, привыкшему действовать по всему фронту атаки, ограничивать себя фланговым «желобом». И мне кажется, что, равно как и в центре защиты, справа нужны изменения.

— Схема, которую Хиддинк наигрывал с 18 мая, по-вашему, не может претерпеть изменений?

— Уверен, что нет. Думаю, появятся два-три новых игрока — Игнашевич, очень прилично вышедший на замену Торбинский, может, справа Саенко. Но модель тренер вряд ли станет менять. Вообще, главное сейчас для Хиддинка — угадать с составом на вторую игру.

На правом фланге, по поводу которого так переживает Юран, постепенно возникает непростая ситуация. Сычев — который, заметим, при всей непривычке отдал оттуда пас Зырянову, едва не ставший голевым — лишь привыкает к этой позиции. Саенко против Казахстана играл правым защитником, против Сербии — левым хавбеком, а против Литвы вообще не играл. Быстрое вышел с испанцами катастрофически и — по-моему, впервые за все время пребывания в России — Хиддинк вынужден был пойти на обратную замену. Недаром, когда команда выходила на предматчевую разминку, Быстрова показали крупным планом — и он был чернее тучи. Даже если тебя не оказалось в стартовом составе, с таким настроением на матч чемпионата Европы не выходят…

— Обратная замена на чемпионате Европы — очень обидная для игрока вещь? — спрашиваю Юрана.

— Конечно. Игру смотрела вся страна, и любой игрок будет недоволен таким решением тренера. Но оно — только в тренерской компетенции. Выход из этой психологически неприятной ситуации один. Хиддинк наверняка побеседует с Быстровым индивидуально и объяснит, почему так поступил. Такие разговоры обычно снимают возникшее напряжение.

Вот красноречивые цифры, доказывающие, что Хиддинк был прав. Быстрое и вышедший вместо него Адамов, вместе взятые, за 45 минут отдали партнерам семь передач, из которых точных было — две. Это худшие показатели матча. А два джокера испанцев, Касорла и Хаби Алонсо, за тот же совместный тайм сделали 26 пасов, 24 из которых достигай цели. И пусть Торбинский вышел на замену гораздо лучше других, о чем тут можно говорить?

О том, что с заменами на сей раз у Хиддинка не заладилось. Возможно, появление второго «столба» как-то очень косвенно и поспособствовало забитому Павлюченко голу — но сам Адамов запомнился только тем, что первым же касанием, по меткому выражению одного известного футболиста, «подключил к атаке Гуса».

Тогда и подумалось: коль скоро Хиддинк иногда все-таки переходит на схему с двумя форвардами, почему он отдал предпочтение Адамову, а не Кержакову? Ведь сам же тренер на мой вопрос, обязательно ли выдвинутый форвард должен быть рослым, ответил отрицательно. Неужели он действительно считает, что нападающий Адамов сильнее нападающего Кержакова? Хиддинк — по сути своей человек очень логичный и понятный, а потому я в это никогда не поверю. Значит, дело в чем-то другом.

Похоже — во фразе, сказанной голландцем в том же интервью: «Очень негативно отношусь к тому, что во время игр футболист позволяет себе плохие жесты в адрес партнеров. В своем итоговом выборе такие моменты я, безусловно, учитываю».

Поговаривают, что еще осенью прошлого года отношения между Хиддинком и Кержаковым заметно ухудшились. Вначале тренер взял на заметку, как во время домашней встречи с македонцами нападающий прямо на поле, агрессивно жестикулируя, выговорил за неудачный пас Семшову. А перед домашним матчем с Англией — когда все внимание было приковано к опоздавшему на сбор Павлюченко, — позднее указанного времени прибыл на первый ужин и Кержаков, после чего Хиддинк имел с ним нелицеприятную беседу. В Лужниках, правда, тренер выпустил тогда еще форварда «Севильи» в стартовом составе — но на исходе часа заменил как раз на Павлюченко. И тот сделал победный дубль…

По имеющимся сведениям, сам Кержаков убежден, что не попал на Euro-2008 по нефутбольным причинам. С другой стороны, что означает слово «футбольные»? Относятся ли к этому понятию бытовая дисциплина, жесты в адрес партнеров? И были ли какие-то еще более глубинные причины, о которых мы пока не знаем — и о чем молчат как Хиддинк, так и Кержаков?

Я бы с большим удовольствием вообще не рассуждал на эту тему, сыграй, во-первых, в Инсбруке в свою истинную силу Павлюченко, а во-вторых, выйди по-другому на замену Адамов. Вот у испанцев полстраны стояло на ушах из-за отсутствия в заявке Рауля — но игра Вильи и Торреса намекнула, что есть в этом решении сермяжная правда. Потому что человек с авторитетом Рауля на скамейке — это мина замедленного действия. А с такими основными форвардами ветерану пришлось бы сидеть на скамейке.

О лучшем же снайпере отборочного цикла Кержакове пришлось вспоминать именно потому, что нападение сборной России 10 июня не убедило.

Впрочем, это, как говорится, разговоры в пользу бедных. Кержакова на Euro все равно уже не будет. А выходить из пике надо сейчас.

Мне кажется, судьба сборной России на Euro-2008 во многом решается в те самые часы, когда я пишу эти строки. В первые день-два после испанского удара происходит то, во что нас никогда до конца не посвятят — разбор полетов. От того, каким он получится и что будет «на выходе», зависит очень многое.

Сразу после игры я спросил Онопко:

— Вы играли на четырех крупнейших турнирах. Чего нужно избежать команде после первой неудачи, чтобы она продолжала бороться за выход из группы?

— Главное — избежать взаимных обид и каких-то персональных обвинений внутри команды. Справедливая критика — это нормально. Но каждый должен понимать, что это общая, а не чья-то конкретная неудача. Самое важное в такой ситуации — сохранить командный моральный дух.

Участнику двух чемпионатов мира и Европы Юрану я задал вопрос:

— Есть, по-вашему, опасность, что в коллективе произойдет раздрай?

— Насколько знаю, коллектив в сборной сейчас хороший. Поэтому они во всем разберутся и сделают выводы. А если начнут выяснять, кто в каком голе виноват, это будет абсурд! Все виноваты! Абсолютно уверен в том, что худшее не случится. После победы Швеции над Грецией каждый понимает: игра с греками — это поединок за возможность остаться на чемпионате. Проигравший будет паковать чемоданы. В этой ситуации футболисты, уверен, объединятся и выйдут на игру в Зальцбурге с другим уровнем настроя и самоотдачи.

…Много раз в новейшей истории мы слышали красивые слова о великолепном микроклимате в нашей сборной. Сейчас они повторялись особенно часто и казались искренними. Что ж — самое время игрокам доказать их на деле. Иначе мы надолго запомним, какова цена этих слов. Если кто из них в силу неопытности не догадывается, сообщу: все, что происходит на чемпионатах мира и Европы, страна запоминает на годы.

Нынешняя Греция — не Испания, с ней можно играть и выигрывать. Подвергать сборную уничижительной критике после не такого уж и провального по содержанию поединка с пиренейцами — значит, неадекватно понимать наше нынешнее место в европейском футболе. А вот проигрыш грекам — совсем другой коленкор.

На послематчевой пресс-конференции Хиддинк говорил, что опыт таких игр для самой молодой команды турнира — бесценен. «Я бы гораздо больше расстроился, если бы за матчами Euro-2008 мы наблюдали по телевизору», — сказал тренер.

Он прав. Вполне возможно, что главный смысл участия нашей не только самой молодой, но и самой неопытной команды чемпионата в нынешнем турнире — закалка игроков с прицелом на ЧМ-2010. Когда по возрасту эти футболисты будут в самом соку, а необходимый опыт участия в больших турнирах у них уже будет.

Но работа на завтра — не причина игнорировать то, что сегодня. Потому что болельщики сборной России по всей стране убивают миллионы нервных клеток здесь и сейчас.

И не только, кстати, в самой России. Вчера я получил на свою электронную почту послание Влада Минакера — болельщика из Австралии. Вот строки из его письма: «Мне 31 год, 18 из которых я прожил в Австралии. Давно уже являюсь болельщиком ее сборной, но Россия всегда в моей душе. Пишу вам, чтобы вы, если есть возможность и желание, донесли до команды, что за нее болеют и переживают по всему миру. В Австралии народ встает в два часа ночи — и все, что хочется видеть, это полную самоотдачу. Только и всего. Никто не спорит с классом испанцев. Но безвольно играть на таком турнире команда просто не имеет права. Один лишь Жирков полполя перепахал — плюс у меня в принципе нет претензий к Зырянову, Акинфееву и Торбинскому. Остальные просто отбывали номер».

Думаю, излишне даже спрашивать, приятно ли футболистам читать такие оценки их игры с другого края света.

Каждый раз болельщики со всего мира ждут и надеются. Продолжают ждать и сейчас.


Виктор ОНОПКО: «ПЕРЕД EURO ХИДДИНК ПРОИГРАЛ… БУТЫЛКУ ВИНА»

Непривычно видеть Виктора Онопко в строгом костюме и галстуке, как это было на контрольном матче Россия — Литва в немецком Бургхаузене, а потом и на поединке россиян с испанцами. Непривычно брать у него интервью, в основном посвященное не футболу, а чему-то около. Непривычно само сочетание слов: «Онопко» — «функционер».

Многолетний капитан сборной, рекордсмен национальных команд СССР, СНГ и России по числу проведенных матчей оказался востребован на родине. И слава богу, потому что о людях, столько отдавших стране и ее футболу, этот самый футбол не имеет права забывать. И вот на Euro-2008 Виктор Савельевич, заместитель руководителя спортивного департамента РФС, исполняет обязанности главы российской делегации. А Гус Хиддинк так отозвался о нем: «Это очень скромный, прямой и честный человек. Помню его еще по Испании, когда он выступал за «Овьедо», а мои «Валенсия» с «Реалом» не раз выступали против него. Свою нынешнюю работу он делает хорошо».

Разговор с Онопко мы начали до старта Euro, а продолжили его после первого матча с Испанией.

— В чем заключаются функции руководителя делегации? Какие проблемы приходится решать?

— Когда речь идет о турнире уровня чемпионата Европы, мелочей быть не может. По идее все основные вопросы с размещением команды, организацией ее пребывания сначала в Германии, а потом в Австрии решили еще в Москве. Но после прилета в Роттах-Эггерн мы. с коллегой Николаем Игумновым съездили и в Леоганг, и в трансферные отели в Инсбруке и Зальцбурге, где наша сборная будет останавливаться на дни матчей. Списки нужно все время подтверждать, и вообще делать все, чтобы не было никаких проколов. На то он и Euro. В течение месяца мы регулярно созванивались и договаривались по каждой детали — вплоть до того, сколько должно быть в раздевалках на контрольных матчах бутылок воды, простыней. Форма, транспорт — все было в нашем ведении. Массу анкет присылали из УЕФА, просили сообщить, какие тренировки будут открытыми, в какое время они начнутся.

— И как с проколами?

— К счастью, все пока идет гладко. Единственная проблема в Германии заключалась в том, что стадион, где мы проводили контрольные матчи, находился далеко от отеля. Но там не было никаких иных вариантов. Отель и тренировочное поле — оба великолепные-находились рядом друг с другом. Играть предлагали в Мюнхене, но там и газон, и стадиончик, которые нам давали, были гораздо хуже, чем в Бургхаузене. Той праздничной атмосферы с обилием наших болельщиков и отличной поддержкой, какая была на матчах с Сербией и Литвой, в Мюнхене не получилось бы. К тому же Бургхаузен находится на полпути от Роттаха в Леоганг.

— Правда, что отель Der Krallerhof в последний момент увели у испанцев?

— То ли у испанцев, то ли у шведов: точно сказать не могу, поскольку в тот момент этим вопросом не занимался. Сам по себе Леоганг — место идеальное: посередине между Зальцбургом и Инсбруком, в которых мы проведем все матчи группового турнира. Разговаривал с ребятами, условиями они довольны. Мини-стадиончик, который построили специально для нас, просто отличный — и поле, и раздевалки.

— Скажите честно: вам интересно заниматься всеми этими «земными» вопросами?

— Со многими моментами я раньше не был знаком, сейчас вникаю. Может быть, в дальнейшем я не буду работать на этой должности, а займусь тренерской деятельностью или чем-то другим. Но уверен: любая работа, которую ты делаешь, даром не проходит. Тем более, когда эта работа связана с футболом. Даже став тренером, буду лучше разбираться в каких-то организационных вопросах, которыми занимаюсь сейчас.

— Наверняка в пору игровой карьеры у вас были свои требования к бытовым условиям, о чем вы не забываете и сейчас

— Будучи футболистом, я любил спать один. Если же пребывание в одноместном номере было невозможным, мне хотелось, чтобы кровати обязательно были большие и отдельные.

— Что значитотдельные?

— Когда я играл в «Овьедо», у нас в двухместных гостиничных номерах две «полуторные» кровати были объединены: с партнером по команде ты вынужден был спать рядом, как с женой. Мне это очень не нравилось. Я всегда заходил в номер и первым делом раздвигал кровати, ставя между ними тумбочку.

Вообще же я, как и мои сверстники, не был привередливым. Мне в том же Бору нравилось, я любил тишину. В московской гостинице, как сейчас, мне три-четыре дня перед матчем было бы тяжело жить. А на базах — в Бору, Новогорске, Тарасовке — меня все устраивало, питание было хорошее. Сейчас, конечно, условия лучше, чем были раньше. И это нормально. Жизнь улучшается, и во всем нужно делать шаги вперед.

— По сравнению с теми временами, когда вы играли, нынешние условия для игроков во время чемпионата Европы на принципиально другом уровне?

— Бывало по-разному. В 92-м, в Швеции, условия тоже очень хорошие были: гостиница в деревушке только для нас, номера одноместные, рядом — поле великолепное. Но это не удивляло: у Бышовца организация процесса всегда была на высоком уровне. Он любил, чтобы все было, как швейцарские часы, и это правильно. Я-то сам не могу назвать себя в этом смысле требовательным, хорошего питания и поля для меня было достаточно. А за 300 евро гостиничный номер или за 600, из золота ли в нем интерьер, сумасшедший ли сервис — меня это не интересовало. В Японии в 2002-м, к примеру, номера были маленькие, и жили мы в них по двое. Но никто не жаловался.

— В 90-е во время ЧМ и Euro в сборной постоянно возникали скандалы вокруг денег. Сейчас это невозможно?

— Конечно. Все было решено и подписано РФС и от имени команды ее капитаном Семаком еще во время сбора в Германии. Проблем и не могло быть: футбольный союз сейчас что сборной обещает, то и делает.

— Ваши отношения с Хиддинком, насколько знаю, стали гладкими не сразу?

— Сейчас они, безусловно, лучше, чем были. Раньше первой сборной от РФС занимался Евгений Калакуцкий (бывший генеральный секретарь РФС. — Прим. И. Р.), после его ухода Виталий Мутко поручил заниматься ею мне. Стал вникать, подходить к Гусу. Могу его понять: он уже было привык к Калакуцкому, а тут пришел новый человек. Он здоровался, отвечал на мои вопросы, но я видел, что главный тренер сборной держал дистанцию, не мог понять круг моих обязанностей. Сам я тоже не люблю надоедать, навязывать себя кому-либо. Словом, на первых порах было немного тяжело. Но уже когда приехали на сбор в Роттах, стали больше общаться — пусть по-прежнему в основном по работе. И теперь наше общение проходит нормально и доброжелательно.

— С Хиддинком вы, по крайней мере, можете говорить на одном языке — испанском.

— Да, хоть есть с кем в испанском попрактиковаться, а то совсем не с кем говорить было.

— Он в курсе, что вы были капитаном сборной?

— Не знаю. Думаю, он знает, что я был футболистом. Раз стоял в спортивных трусах в Германии, и он заметил: «О, какие у тебя ноги мощные!» А нашему менеджеру Николаю Игумнову, наоборот, сказал, что у того ноги худые. Николай Михайлович за словом в карман не полез: мол, худые-то худые, но человек я выносливый и пробегу тысячу метров за три минуты. Гус не поверил, они поспорили. И Игумнов пробежал.

— На что спорили-то?

— На бутылку — то ли шампанского, то ли красного вина. Журналисты это видели, кто-то даже на камеру снимал.

— Не жалеете, что вам как игроку не довелось поработать с главным тренером сборной — иностранцем?

— Никогда ни о чем не жалею. За исключением одного — того, что в 93-м подписал письмо против Павла Садырина. Вообще же в моей карьере было больше хорошего.

— Работа сборной с Хиддинком чем-то принципиально отличается от того, что было во времена вашей игровой карьеры?

— Специального тренера по физподготовке, работы с датчиками — у нас такого не было. Чтобы игроки безропотно переносили такие нагрузки, большую роль играют беседы тренера с футболистами, и, похоже, ребята Хиддинку поверили. Молодежь сейчас другая: живут, думают по-другому, увлекаются другими вещами. Тренера-иностранца надо было попробовать — и он уже оправдал ожидания.

Интересно будет проанализировать ту работу, которая сейчас проводится, для чего приехал человек из научно-методического отдела РФС. Такой опыт не должен уйти в песок. Мы ведь тоже хорошо бегали, готовились — но в финальных турнирах нам все время чего-то не хватало.

— Мне кажется очень важным, что от Хиддинка не исходит флюид нервозности, что порой имело место быть раньше.

— Может быть. Он человек в годах, с опытом. И его спокойствие, наверное, передается ребятам.

— Семак подчеркнул, что Хиддинк оградил команду от любых воздействий извне.

— Да, это важно. Помню, как в 2004-м мне не понравилась одна история. Тогда знаменитый хирург Сергей Миронов сказал, что мне можно ехать и играть на Euro, a руководство и медперсонал сборной придерживались другого мнения. Тогда в Бор пригласили независимых врачей, и под это дело пригласили журналистов. Мало того, из этого устроили какое-то шоу: в номере поставили кушетку, доктора начали меня ощупывать — и все это снималось на телекамеры. Это было, мягко говоря, неправильно. Я не выдержал и попросил, чтобы камеры убрали и журналисты вышли. Кстати, те врачи дали прогноз, который полностью оправдался — что на первую игру я выйти не смогу, а ко второй буду уже готов. Так и оказалось: в тот день, когда играли с португальцами, я провел 90 минут в контрольном матче за «Сатурн».

— На Ярцева до сих пор обижены?

— Нет. Время лечит. Мы сейчас нормально общаемся — с тех пор, как я начал играть за спартаковских ветеранов. Очень обидно было первый месяц. Спасибо семье, «Сатурну», Борису Игнатьеву, которые меня тогда поддержали. Осталось лишь сожаление: мог сыграть и на третьем своем чемпионате Европы. Тем более что прошел весь отборочный цикл, где, кстати, играл в паре с Игнашевичем. Вдвоем мы с ним тогда и не поехали на Euro.

— С кем-то из футболистов нынешней сборной регулярно общаетесь?

— С Семаком, братьями Березуцкими, Семшовым — словом, теми, с кем играл за сборную. С Игнашевичем поменьше, он закрытый человек.

— Вы ведь теперь дипломированный тренер, закончили ВШТ. Надолго стали функционером?

— Даже не знаю. Были предложения тренировать — главным в первом дивизионе, помощником в премьер-лиге. Один из клубов премьер-лиги даже собирался завести разговор насчет должности главного тренера, ноя сразу сказал, что пока не готов. Равно как и принять все остальные предложения.

— Почему?

— Хочу набраться опыта — в той же сборной. Сейчас во время тренировок нахожусь вместе с командой, на поле. Мне очень важно понаблюдать, как и чем занимаются помощники главного тренера, тренер по физподготовке, как налаживается контакт с игроками. Многого, конечно, не вижу — собраний команды, того, что происходит в раздевалке, — но и видимая мне часть ее жизни очень познавательна.

А главное — у меня семья в Испании живет. Сейчас в РФС у меня график работы «плавающий» — и я слетать туда могу, и жена ко мне. Когда нужно, могу выходить на работу утром, когда нужно — вечером, некоторые дни вообще пропускать. А когда ты тренер, такой возможности уже не будет. Возвращаться же в Москву жена не хочет — дети уже почти взрослые, они выросли там, и для них здесь уже другая жизнь. Как в профессиональном смысле выйду из этой ситуации — пока загадывать не хочу.

После матча Испания — Россия Онопко дал свой комментарий к происшедшему.

— В первом тайме игра была равная, испанцы даже немного нас боялись. Судя по испанской прессе, которую я читал, соперник опасался наших быстрых контратак. А в перерыве показали процент владения мячом, и у нас он был — 52. Как и в контрольных матчах, наша команда очень хорошо играла низом, в комбинационный футбол. Но после наших ошибок во втором тайме испанцы уже начали играть в свое удовольствие.

— Как оцените состав защитной линии сборной? И стоило ли вообще переходить на схему в четыре защитника перед самым первенством?

— Ребята хорошо играли в товарищеских матчах. Стой же Сербией была одна ошибка, которая привела к голу, но в целом защита выглядела убедительно. Я видел все тренировки, игроки готовились очень серьезно. После поражения все крепки задним умом, и теперь, не сомневаюсь, мы услышим много мнений, что надо было играть в три защитника…

— После второго гола команда рассыпалась морально?

— Думаю, руки она опустила все же после третьего. Но когда забил Павлюченко, мы опять воспрянули духом. Испанцы занервничали, и если бы смог использовать свой шанс

Сережа Семак, и счет стал 3:2, неизвестно, чем бы все закончилось. Но вместо этого четвертый забили испанцы.

— Кто-то лично стал для вас разочарованием?

— Нет. Не могу сказать, что кто-то не выкладывался. Старались все. Но сыграли… как сыграли.

— Крупное поражение от Испании не сломает команду? — В ней сложилась хорошая атмосфера, и не думаю, что поражение в одном матче способно ее нарушить. Может, в стартовой игре молодой команде не хватило опыта. Думаю, что второй матч, с греками, мы проведем совсем по-другому.


12 июня «В БОЙ! В БОЙ! ЗА НАРОД СВОЙ!»

Пока между матчами сборной России возникла пауза, я отправился в Клагенфурт, где в интереснейшем поединке встретились сборные Хорватии и Германии.

Групповой турнир. Хорватия — Германия — 2:1 (1:0). 12 июня. Клагенфурт. Голы: Срна, Олич — Подольски.

Высоченный молодой хорват общался с приятелями на центральной площади Клагенфурта — Нойерплатц — и держал в руках кубок, который вручается чемпионам Европы. Изготовлен он был, правда, не из металла, а из фольги — но об уровне притязаний наших спасителей на Euro-2008 говорил вполне внятно. Я подошел к нему и пожелал реализовать свою мечту. Добавив: «Я из России. Спасибо за "Уэмбли"!»

Болельщик просиял. «"Уэмбли"? — переспросил он. — Тогда смотрите!»

На его поясе был повязан шарф с того самого матча Англия — Хорватия, благодаря которому мы не чувствуем себя в Австрии и Германии лишними. Парень в красно-белую шашечку пояснил: ну и что, что тот матч не имел турнирного значения? Для хорватов гордость — превыше любых очков и подсчетов!

Это я уже знал. Потому что утром в день игры меня, поселившегося в отеле на Нойерплатц, разбудили самой знаменитой из всех хорватских кричалок. Ее мне с восхищением пару недель назад продекламировал замечательный актер Сергей Мигицко: «В бой! В бой! За народ свой!»

Призыв этот звучал не только в городе, но и каждые минут десять (!) во время самой игры.

Такого уровня национальной гордости из участников Euro, пожалуй, нет ни у кого. И одна свежая история из лагеря команды Славена Билича подтвердила, что касается эта гордость не только болельщиков, но и игроков.

Перед матчем с Австрией Стипе Плетикоса все время слушал в плейере какой-то компакт-диск. В перерыве — тоже. После игры Билич заинтересовался, что же это слушает его основной вратарь, и включил CD на всю раздевалку. Это была рок-музыка с патриотическими текстами. Таким образом спартаковский голкипер настраивал себя на игру за команду своей страны. И вроде как главный тренер решил, что теперь эти песни будут заряжать боевым духом всю команду.

Впрочем, чтобы зарядиться им, футболистам достаточно было показать центр Клагенфурта — самого маленького из восьми городов-хозяев Euro-2008 — вчера днем. Его лозунгом было: по хорвату на квадратный метр.

Из киосков с хотдогами звучал хорватский рок, а рядом раздавали ежедневную бесплатную газету на английском и хорватском языках, которую на время Euro издают здесь, в Клагенфурте. Со всеми желающими фотографировался человек с плюшевым кенгуру (интересно, какое отношение они имеют к балканской стране?), одетым в футболку известной вам расцветки. На каждом углу красовались хорваты в шапочках для… водного поло, сборная по которому безумно популярна в этой стране. Клагерфуртские массовики-затейники запустили в фан-зону духовой оркестр, наряженный в поварскую одежду и колпаки — так под музыку этого оркестра обворожительно танцевали хорватские красотки, и этот танец крупным планом демонстрировался на большом экране. Не сомневаюсь, что символ города — памятник дракону, некогда, по легенде, поедавшему местных жителей, а также герою с палицей, этого дракона в конце концов «замочившего», — тоже был бы укрыт красно-белой шашечкой, кабы устроители первенства не предусмотрели такого развития событий и не поместили дракона в стеклянный куб.

За три с половиной часа до матча хорватские фаны наглухо заблокировали Улицу 10 октября, которая вела к стадиону, и пришлось искать обходные пути. В результате путь к стадиону вместо обещанных местными полицейскими 20 минут занял в два с половиной раза больше. Немцами на фоне красно-белого океана, кстати, практически не пахло. Откуда их взялось полторы трибуны на стадионе, я, признаться, так и не понял. В городе их было не видно и не слышно.

Первые, победные матчи команд на чемпионате Европы вызвали в двух странах разные эмоции. У немцев настроение было — на «пятерку». Единственное, что могло его немного испортить автору обоих германских голов в ворота Польши Лукасу Подольски — бурные обсуждения в польском парламенте. У форварда — два гражданства, немецкое и польское, и лидер одной из партий на полном серьезе предложил лишить Подольски паспорта Польши. Вот какие страсти способен вызвать футбол!

Разумеется, предложение это принято не было. Но сам Подольски — возможно, чтобы успокоить соотечественников — сказал: «Надеюсь, что мы еще встретимся с польской сборной на этом чемпионате. В плей-офф. Следующие матчи группового турнира я буду играть не только за Германию, но и за Польшу».

В Хорватии же игрой против хозяев-австрийцев остались недовольны. Пресса пока критикует Билича умеренно — дескать, победа есть победа, — но неубедительность, с которой она была одержана, также не осталась незамеченной. Сам тренер сказал, что следующие матчи на таком уровне проводить нельзя. Но при этом заметил: «Если мы обыграем Германию, то с полным на то основанием можем считаться претендентами на чемпионский титул». Вот так, ни много ни мало. Но зачем стесняться, если действительно рассчитываешь на многое?

И пресса, и сам Билич остались недовольны действиями в первом матче форварда Младена Петрича — того самого, чей убийственный удар стал роковым для англичан на «Уэмбли». Футбол не стоит на месте — и сегодня Петрич уже не герой, а почти изгой. Учитывая, что немцы — соперники гораздо серьезнее хорватов, никто не сомневался, что Билич усадит Петрича в запас и выпустит пятого полузащитника. Так, собственно, и получилось. Единственным игроком на острие хорватской атаки стал наш добрый знакомый Ивица Олич. Это расчистило место в средней линии талантливому молодому Ивану Ракитичу. Немцы же вышли в точно таком же составе, как и против поляков — что лишний раз говорило об удовлетворенности Иоахима Лева действиями команды в стартовом поединке.

Любопытно, что на этом матче присутствовали не один Билич, а сразу два тренера, с помощью которых сборная России вышла на чемпионат Европы. Один из моих коллег узрел в мужском туалете пресс-центра не кого иного, как… Стива Макларена. Что означает его присутствие на поединке хорватской сборной? Поразительный мазохизм? Или стремление поучиться у тренера и команды, которые из благотворительных соображений помогли России и лишили его работы, а Англию — места на Euro?

Минут 15 потребовалось хорватам, чтобы сдвинуть игру к чужой штрафной. Чем дальше — тем увереннее, быстрее, злее и умнее играли они, и тем больше тускнела немецкая сборная. Похоже, Германию ввела в заблуждение невзрачная игра хорватов в стартовом поединке, и она забыла, что Хорватия представляет собой на самом деле. А Модричу, Срне, Оличу и K° только это и надо было.

До поры до времени немцы справлялись с атаками команды, официальное прозвище которой, кстати, — не «клетчатые», а «огненные». На 20-й минуте Метцельдеру лишь в последний момент удалось выбить мяч из-под ног Олича после тонкого паса Модрича. Но это совсем ненадолго оттянуло то, что назревало с каждым мгновением.

На 23-й минуте левый защитник Праньич, позиции которого в стартовом составе перед матчем ставились хорватскими журналистами под сомнение, великолепно подал справа — а на дальнем углу вратарской Срна, пулей выскочив из-за спины зазевавшегося Янсена, в одно касание вколотил мяч в ворота Леманна. Подумалось: если уж из этого защитника «Баварии» в полуфинале Кубка УЕФА вил веревки Анюков, то на уровне чемпионата Европы, да еще такому классному «бровочнику», как Срна, делать это сам бог велел!

Хорватские болельщики отреагировали на гол с издевкой, практически тут же начав скандировать: «Deutchland, Deutchland, Auf Viedersehen!» И немцы едва действительно не сказали «до свидания» интриге этого матча: на 30-й минуте они должны были пропустить вновь. Полезный Ракитич слева аккуратно навесил в штрафную, Оличу удался роскошный сброс на Кранчара — но тот с убойной позиции произвел холостой выстрел. Выше ворот. Леманн обрушился потоком ругательств на собственных защитников, видимо, понимая, что это — не последний их ляп. А у Билича, сорвавшегося со своего места в ожидании гола, из кармана выпал какой-то талисман, который тренер, впрочем, тут же нашел и подобрал.

В этот момент, правда, немцы ожили, понимая, что если так пойдет и дальше, то они разделят судьбу Италии и России в первом туре. Пушечный удар Баллака с огромным трудом исхитрился парировать Плетикоса, вызвав скандирование хорватских фанов: «Стипе! Стиле!» Тут же он отбил два несильных, но наносившихся с близкого расстояния полуудара-полутычка.

Но этот немецкий всплеск продолжался недолго. На 42-й минуте Хорватия вновь обязана была забивать. Чорлука совершил стремительный рывок через полполя, оббежав Янсена, как «Мерседес» — «Запорожец». Пас Оличу, скидка под удар тому же Кранчару, что не реализовал первый шанс — и теперь уже Леманн успевает среагировать на точный и довольно сильный удар.

До конца тайма немцы затолкали Плетикосу и отправили мяч в сетку, однако Франк де Блекере без колебаний гол не засчитал, что наверняка положительно оценил делегат УЕФА на этом поединке россиянин Сергей Зуев. Не вызывала сомнений и желтая карточка Шимуничу, перед самым перерывом зачем-то выбившему мяч на трибуну после свистка.

Ясно было и другое: по первому тайму Хорватия сильнее Германии. И если что-то радикально не изменится, она победит.

В перерыве Лев усилил атаку, выпустив Одонкора вместо Янсена — кого же еще? Тот отправился на правый край полузащиты, а Фритц отошел на тот же край обороны. Немцы действительно прибавили в активности. Однажды Плетикоса кулаками выбил мяч к линии штрафной, откуда его неудачно пытался перекинуть Баллак. А ошибка Шимунича, проскочившего мимо мяча и позволившего Гомесу в одиночестве ворваться в штрафную, обернулась лишь пасом немецкого форварда… Праньичу. Молодой талант Гомес вообще весь матч выглядел даже не плохо, а нелепо, вызывая удивление фактом своего присутствия в такой сильной сборной, как Германия.

Хорваты, перешедшие на игру «вторым номером», оказались более эффективны. Теперь они избрали своим оружием дальние удары. На выстрел Модрича с 30 метров Леманн среагировал, но едва не выпустил мяч за линию ворот. Вторая же попытка — теперь Ракитича — привела к успеху. Он неожиданно нанес удар с острейшего угла, а немецкий голкипер-ветеран в этот момент, видимо, досматривал какой-то сон. Мяч ударился в ближнюю от Леманна штангу, и Оличу оставалось лишь добить его в пустые ворота. Так на 63-й минуте вновь зазвучало знакомое: «Deutchland, Deutchland, Auf Wiedersehen!» На стадионном экране показывали Франца Беккенбауэра…

Запахло разгромом. То есть — повторением сенсационных 3:0 в пользу хорватов в четвертьфинале ЧМ-98. Любопытно, что Билич провел в той игре все 90 минут, а единственным игроком нынешней сборной, вышедшим на поле, был нынешний запасной Шимич.

Немцы, однако, не сдавались, и Плетикосе пришлось в шпагате ногой отражать мощный удар в дальний угол Швайнштайгера. А на 79-й минуте мяч заметался в хорватской штрафной, и, отскочив от голов Баллака и Роберта Ковача, приземлился точно на ногу Подольски. Польский же немец, как мы помним, играет теперь не только за Германию, но и за историческую родину. Как он мог промахнуться?

В оставшееся время хорваты с куда большей вероятностью могли увеличить счет, чем немцы — его сравнять. Хуже того, немцы потеряли «немецкого Аршавина» образца Андорры — Швайнштайгера, в добавленное время не сдержавшегося после грубости Леко и получившего красную карточку.

Это была та Хорватия, что била Англию на «Уэмбли», а не та, что вымучила победу у Австрии. Такая Хорватия может добиться на Euro очень многого, и есть основания полагать, что клич «В бой! В бой! За народ свой!» мы услышим здесь еще не раз.


15 июня БЕЗ ЭЙФОРИИ

Групповой турнир. Греция — Россия — 0:1 (0:1). 14 июня. Зальцбург. Стадион «Вальс-Зиценхайм». 30 тысяч зрителей.

Гол: Зырянов (Семак, Билялетдинов), 33.

Греция: Никополидис, Сейтаридис (Карагунис, 40), Деллас, Кириакос, Торосидис, Пацацоглу, Кацуранис, Басинас, Харистеас, Аманатидис (Яннакопулос, 80), Либеропулос (Гекас, 61).

Россия: Акинфеев, Анюков, Игнашевич, Колодин, Жирков (В. Березуцкий, 87), Зырянов, Семак, Семшов, Билялетдинов (Саенко, 70), Торбинский, Павлюченко.

Судья: Розетта (Италия).

Наказания: Карагунис, 42, Либеропулос, 58 — Саенко, 77, Торбинский, 84.

Не надо истерик и экзальтации. Не будем бить себя кулаком в грудь и надрывно объявлять: мол, мы сделали это, и теперь нам море по колено. Такая реакция на одну победу со счетом 1:0 может говорить только об одном — сильно заниженном уровне самооценки. И о неуравновешенности: преждевременная эйфория до добра не доводила еще никогда и никого. Сколько раз мы ее уже проходили — пусть и не в финальных турнирах, а в отборочных! А потом с возведенного нами же бриллиантового пьедестала оказывалось особенно больно падать. У всей страны «сносило крышу» после удачного старта в 2002-м против Ирландии — и следовали унижения в Албании и Грузии; сборную славили, как чемпионов мира, после победы в стыковых матчах Euro-2004 над Уэльсом — и она проваливала сам Euro, а для пущего эффекта выдавала еще и 1:7 в Лиссабоне; Роман Павлюченко и вся сборная начали путешествовать по «фабрикам звезд» после прошлогодней Англии — и это оборачивалось Израилем…

Поэтому давайте усилием воли подавим в себе чрезмерные восторги и уклонимся от воплей с выпученными глазами вроде: «У нас есть сборная!!!»

Есть, но она еще никуда не вышла и ничего выдающегося не достигла. Уверен: чем более здравой и адекватной будет наша с вами, уважаемый читатель, реакция на эту победу — тем больше шансов, что мы не рухнем вновь. В субботу вечером и вы, и я были на грани сердечного приступа от всего, что происходило на стадионе «Вальс-Зиценхайм», а потом делили счастье с родными и друзьями, — но это было в субботу вечером. А уже в среду — решающая игра со шведами, которую Иван Саенко, символично оговорившись, назвал «финалом».

Поэтому давайте лишь сдержанно порадуемся. Локальной победе футбольного прогресса, который олицетворяет собой сегодня в России Гус Хиддинк. Приятной глазу, храброй, атакующей игре. Воле и мужеству игроков, которое позволило главному тренеру с его образным мышлением назвать субботнюю сборную России — «воюющей машиной». Наконец, двум фактам. Во-первых, мы официально свергли с трона действующего чемпиона Европы, что само по себе приятно. Во-вторых, наша национальная команда за свою 17-летнюю историю одержала всего вторую победу в матчах финальных турниров чемпионата мира и Европы, которые имели турнирное значение. Причем, на мой взгляд, первую полновесную. Ибо в 2002 году обыгрывать

Тунис обязана была даже та романцевская сборная эпохи декаданса.

Вот чего решительно не понимаю: так это послематчевых рассуждений ряда коллег и болельщиков, что, мол, по большому счету было все равно, выиграет Россия у Греции или сведет матч вничью: в любом случае для выхода из группы необходима победа над шведами. В цифровом смысле это действительно так. Но верно говорят, что «есть ложь, большая ложь, и статистика». Невозможно переоценить, как сборная России — особенно после 1:4 от испанцев — морально нуждалась именно в победе над греками, а не в ничьей. Как нужна была игрокам та вера, которую могут принести только три очка. Как необходим был этот выигрыш всей стране, которая, как предполагал Константин Зырянов после матча с Испанией, в команду уже не верит.

Теперь эта победа — у нас, и ее никто уже не отнимет. И Греция, «наш клиент» — точно четвертая. А сыграй мы с ней вничью, у испанцев, досрочно занявших первое место, не было бы стимулов выкладываться против эллинов в третьем туре. И даже победы над шведами нам тогда могло бы не хватить…

Пока сборной России по большому счету удалось только одно: слов «провальная» и «позорная» по отношению к ее игре на чемпионате Европы-2008 уже никто не произнесет. Если, конечно, не случится какой-то фатальной катастрофы в игре со шведами. Каторжный труд, которому Хиддинк подверг команду с 18 мая, по крайней мере, не ушел в песок — и это уже приятно, поскольку давний и, как нередко казалось, окончательный диагноз «безнадежны» к отечественным футболистам уже неприменим. Оказывается, они и бегать больше других способны — нужно лишь только правильно их подготовить.

Но необходимо осознавать, что минимальная победа над греками — которая, исходя из игры, должна была получиться гораздо менее нервной, — вовсе не выводит нас на передовые позиции в европейском футболе. Чтобы понять это, было достаточно посмотреть в последние дни матчи сборных Голландии, Португалии, Хорватии…

Уже ясно, что в Австрии и Швейцарии мы получили классный чемпионат Европы: во втором туре группового турнира едва ли не в каждом матче футбол был — пальчики оближешь, он не идет ни в какое сравнение с тусклым и прагматичным ЧМ-2006. Происходит ли это из-за самой прохладной за много последних чемпионатов погоды, или из-за более длительного, чем раньше, периода подготовки, или еще по каким-то причинам — только предстоит разобраться. Но очевидно, что уровень Euro-2008 предъявляет к участникам высочайшие требования.

И коль скоро чемпион Европы Греция с хозяйкой Швейцарией уже за бортом, два финалиста последнего первенства мира, Италия с Францией, на грани краха, а Россия еще вполне жива — значит, мы уже приехали сюда совсем не зря. Но аппетит приходит во время еды.

«Когда нам нужно выигрывать, мы играем лучше, чем когда нас устраивает ничья», — эти слова на очень неплохом английском произнес в смешанной зоне стадиона в Зальцбурге Андрей Аршавин, давая интервью шведскому журналисту. И сразу подумалось: мы все-таки добились того, чтобы лучший футболист страны сыграл в матче, который что-то решает. Как вписать пока еще зенитовца в команду, кого заменить в стартовом составе и заменить ли вообще — решать голландцу. Он разберется. Разобрался же в том, как нужно приводить наших людей в себя после крупного поражения!

Есть информация, что руководители основанного Романом Абрамовичем фонда «Национальная академия футбола», финансирующего контракт главного тренера сборной,

после разгрома от Испании погрузились в серьезные размышления, стоит ли им вкладывать деньги в новое двухлетнее соглашение Хиддинка. Если РФС не испытывает в этом сомнений еще с лета прошлого года, то с НАФ в последнее время далеко не все так просто. Недаром президент фонда Сергей Капков в интервью перед чемпионатом обмолвился, что, прежде чем ставить подпись под новым контрактом с тренером, хочет понаблюдать за игрой и результатом сборной на Euro.

Проиграй мы Греции — и есть основания полагать, что произойти могло, причем в самое ближайшее время, что угодно. Не сказать, правда, что и сейчас такая опасность до конца миновала. Но если теперь сборная России и покинет чемпионат после групповой стадии (а шведы — классная команда, они и испанцам не должны были проигрывать, да и устраивает нас только победа), то в настоящей битве, чего не случалось уже давно. И в том, что Хиддинк на два ближайших года нам нужен позарез, у меня нет ни малейших сомнений. Труднейший процесс возвращения в мировой футбол наша сборная может завершить только с ним. «Мы еще не прошли и половины пути», — сказал мне голландец перед началом чемпионата, подтверждая свое желание работать у нас дальше.

Не скрывают такое желание и сами игроки. Хотя в дни, предшествовавшие матчу с греками, они услышали от своего тренера немало неожиданного…

В день матча с Грецией в лагере российской сборной происходило нечто экстраординарное — об этом теперь можно говорить с полной уверенностью. Первым делом ошарашил журналистов Роман Павлюченко, признанный УЕФА лучшим игроком поединка. В коротеньком флэш-интервью перед тем, как пойти на допинг-контроль, он сказал: «…присутствовали даже нецензурные слова, которые, наверное, задели ребят. Мы хотели показать, что можем, что все-таки у русских есть характер». Начало фразы в эфир вывести не успели, но по контексту было ясно, что речь шла о тренерском штабе сборной.

Дальнейшие беседы это подтвердили. Главный тренер юношеской сборной России Андрей Талалаев, по совместительству комментирующий матчи национальной команды на канале «Россия», подтвердил мне: «Насколько мне известно, на установке Хиддинк матом ругался, чтобы завести футболистов. И это подействовало».

Сам Хиддинк, давая флэш-интервью, не стал отрицать: «Не всегда в последние дни я был с командой вежлив и обходителен, порой даже шел на определенные провокации. Знал, что игроки должны на них среагировать, и ждал этого. Теперь знаю, что российский игрок может завестись, когда это необходимо».

Кто-то из склонных к морализаторству читателей поморщится: мол, чему вы, журналисты, и Хиддинк заодно, учите молодежь? Неужели нельзя было найти литературных слов, чтобы привести футболистов в нужное психологическое состояние?

Давайте не будем ханжами. Мы живем в реальном мире, где далеко не всегда на людей можно подействовать одними только джентльменскими методами. В тренерской работе неизбежны случаи, когда интеллигентно уговаривать бесполезно — нужно наорать.

В первые дни после проигрыша Испании многие наблюдатели замечали, что футболистам не хватает эмоций. Видимо, удар первого тура они, так позитивно настроенные в начале того матча, перенесли очень болезненно, потому что не ожидали его. То есть факт поражения от Испании, может, их и не шокировал, но разгром — причем при неплохой созидательной игре — запросто мог подкосить их неустойчивая еще психология.

В этот момент нужно было проявить незаурядные педагогические способности, чтобы вернуть команде веру в себя. И если судить по той ярости и отваге, которую демонстрировали на «Вальс-Зиценхайме» все без исключения наши футболисты, то Хиддинку это, безусловно, удалось.

И лично мне наплевать, какими выражениями он при этом пользовался. Во-первых, в эфире на всю страну он их не произносил, а во-вторых, наши футболисты тоже отнюдь не выпускники института благородных девиц. Простые ребята, они нередко более восприимчивы к таким выражениям, чем к образцам высокой словесности. Которыми, поверьте мне, умный и образованный голландец владеет в совершенстве.

Быть может, «матотерапия» послужит для кого-то из скептиков доказательством того, что Хиддинк — не высокомерный барин, который свысока посматривает на этих «диких русских», а тренер, который готов вложить в результат всего себя — даже порой идя в противоречие с собственной натурой, которой ругань несвойственна. Важно и то, что главный тренер не оскорблял, не унижал, а мо- (или ма-?) тивировал. Жесткие слова не относились к кому-то конкретно.

«Оживлял» Хиддинк игроков, как выяснилось, не только лексикой, но и действиями. Об этом после матча рассказал Игорь Акинфеев:

— В день игры он нас начал злить с самого утра. Сделал в 9.45 завтрак, не дал поспать. Это разозлило игроков, а он таким образом нас настраивал.

Занятный метод, не правда ли? И ведь сработал! Ранним подъемом он по-футбольному разбудил даже тех игроков, в чьей спортивной злости традиционно возникают сомнения у всех. К примеру, Павлюченко. Да, он не забил, хотя мог сделать это не раз. Но настрой и энергетика центрфорварда были запредельными, он 90 минут дышал огнем, как дракон, и был готов зажарить на этом огне всех греков.

8 ударов, три из которых — в створ, тому доказательство. Как и титул игрока матча по версии УЕФА.

— Бытует мнение, что Павлюченко — «тряпочный» нападающий, — говорит Андрей Талалаев. — В матче с греками он это мнение, безусловно, опроверг. Но хотелось бы, чтобы такая игра стала для него не одноразовым, а постоянным явлением.

— Я преследую этого парня каждый день! — заявил Хиддинк. — Это происходит, разумеется, на базе уважения, которое к нему испытываю. Но постоянно требую от него многого, потому что футболист с таким потенциалом Способен на большее.

Следует напомнить, что Павлюченко вернулся в общую группу лишь на предматчевой тренировке, а до того, получив небольшое повреждение, работал по индивидуальной программе. Что не помешало ему вывернуться в Зальцбурге наизнанку. Это преодоление (помните, как жутко мы все перепугались, узнав о травме Павлюченко?) заслуживает отдельных слов уважения.

— Торбинский тоже пропустил одну тренировку, — говорит Талалаев. — Но перед такими играми все, кто может забыть о травмах, забывают о них.

— А как же Погребняк?

— Не хочу обсуждать слухи. У меня нет никаких оснований упрекать Павла в малодушии. Уверен: если бы он чувствовал, что сможет сыграть на чемпионате, — то сыграл бы.

Впрочем, Погребняк — увы, давно пройденная тема. Как верно замечает Хиддинк, нельзя зацикливаться на потерях и ныть в связи с ними — нужно работать с теми, кто есть.

И в этом смысле дни между матчами с Грецией и Испанией были чрезвычайно важны. Голландцу предстояло определиться, какие перемены в состав нужно внести. А нам — поглядеть, насколько Хиддинк в турнирных условиях упрям или же, напротив, гибок, до какой степени он следует избранному заранее пути, а до какой способен вносить в него корректировки в соответствии с реалиями жизни. И было безумно интересно, чем все это обернется.

В предматчевые дни, думаю, каждый болельщик в России не удержался от соблазна побыть немножко Хиддинком. На бумаге все убирали старых игроков и выставляли новых, меняли тактическую схему… Это и есть — сборная огромной страны и ажиотаж, который вокруг нее творится. Когда у каждого из миллиона — свое мнение, а решение принимать одному тренеру…

Лично мне, признаюсь, казалось наиболее интересным именно на матч с греками вернуться к старой расстановке 3-5-2 — в связи с тем, что соперник держит очень много игроков в обороне. В паре с Павлюченко я видел Сычева, сзади — армейскую тройку в лице Игнашевича и братьев Березуцких. Ко всему прочему, это, по моему разумению, разгрузило бы для большего участия в атакующих действиях «бровочников» Жиркова с Анюковым.

Впрочем, зная последовательность Хиддинка, которого не швыряет то в жар, то в холод, в реальность такого поворота событий я не слишком верил.

Талалаев говорит:

— У меня не было сомнений, что изменений в схему 4-5-1 Хиддинк не внесет. И вообще мне казалось, что он сделает только одну замену, включив в состав Игнашевича. Про Торбинского, честно говоря, не думал.

— Вместо кого, думали, выйдет Игнашевич — Широкова или Колодина?

— Сразу после матча с Испанией полагал, что в резерв отправят Колодина: Но, проанализировав ситуацию, предположил, что все-таки Широкова. Дело в том, что чуть ли не единственный козырь передней линии сборной Греции — мощь, рост, умение вести силовые и верховые единоборства. То есть как раз то, что не является сильной стороной игрока «Зенита», недавно переквалифицировавшегося из хавбеков. При этом и начало атаки не очень пострадало, поскольку Игнашевич обладает хорошим первым пасом. Должны были также сказаться его опыт и умение руководить партнерами. В результате центральные защитники здорово подстраховывали друг друга и взаимодействовали с крайними защитниками — Жирковым и Анюковым.

Итак, в критической ситуации Хиддинк показал, что не «клонен к шараханьям — а значит, к демонстрации несостоятельности того, что он делал до сих пор. Голландцу удалось соблюсти нужную меру: если бы он вообще выпустил на поле тех же 11 игроков, что и против Испании, это было бы всеми расценено, как косность и упрямство, а если бы перетасовал весь состав — как паника и страх (как это произошло, к примеру, с Роберто Донадони, поменявшим больше чем полкоманды). Хиддинк же, сделав всего две перестановки, послал игрокам «месседж»: ни в ком я не разуверился, никуда не мечусь, все мы в целом делаем правильно. Нужна лишь корректировка отдельных деталей. Но не механизма и тем более не всей модели.

И обе перемены сработали на все сто!

Возвращение в состав Игнашевича иначе как победоносным действительно не назовешь. Возможно, оказавшись на скамейке в сборной и отсидев там стартовый матч Euro-2008, он окончательно понял, что незаменимым больше не является. Человеку, без которого несколько лет подряд невозможно было представить оборону как ведущего клуба страны, так и сборной, поверить в реальность такого невозможно до последней минуты.

Но мастерство-то никуда от Игнашевича деться не могло! Окончательно ли он справился со своими психологическими проблемами — покажет только время, но в матче с Грецией мы вновь увидели человека, который вообще не проигрывает «второй этаж» и не уступает ни в одном единоборстве. Думаю, что и тут заслуга Хиддинка — не последняя.

Другое дело, можно ли было ему изначально не обжигаться на несыгранной паре Широков — Колодин и ставить Игнашевича с первого матча? Легче всего тут было бы отговориться банальным «тренеру виднее», «он видит их каждый день на тренировках». Такие фразы — самый легкий способ избежать необходимости высказать собственное мнение. Я же полагаю, что предпочтение Широкову перед Игнашевичем именно по впечатлениям нынешней весны было логичным. Один выиграл Кубок УЕФА в составе «Зенита», другой лишился капитанской повязки, а периодически — и места в стартовом составе ЦСКА. И пусть с Игнашевичем сборная прошла весь отборочный цикл, а Широков вызывался в нее только однажды — один только вызов Семака показывает, что этот фактор не имеет для тренера принципиального значения. Кто сильнее сегодня — тот и будет играть. Ставить же Игнашевича с Широковым вместе было невозможно в силу того, что в обороне оба из-за своей «правоногости» могут играть только на одной позиции — правого центрального защитника. Левее же, как показали тренировки, способен сместиться только Колодин, в «Динамо» играющий все того же правого центрального.

Вот только фактора опыта Хиддинк не учел. Широков был так хорош в Кубке УЕФА не в последнюю очередь потому, что играл за спиной у такого монстра, как Тимощук. В сборной опорника такого уровня и близко нет, а потому на защитников ложится гораздо большая нагрузка. С ней-то Широков с Колодиным в первом матче и не справились.

В субботу Колодин тоже начал крайне нервозно, поскользнувшись и едва не «привезя» гол уже на первой минуте. Но, ощутив флюиды стопроцентной надежности со стороны Игнашевича, его партнер по обороне с каждой минутой все больше взбадривался, и в конце игры был уже, совсем другим — уверенным и сконцентрированным. Вот так, прямо по ходу состязания, рождаются связки и сочетания. А как иначе, если почти все эти люди в больших турнирах на уровне сборных еще не участвовали?…

Что же до Широкова, то у меня есть еще одна версия, почему в опале оказался именно он. Защитник «Зенита» сначала в последние дни перед Испанией, а затем и сразу после стартового матча, наговорил, как показалось, немало лишнего. Причем в довольно развязной манере, явно не соответствовавшей результату поединка и качеству игры самого футболиста.

Кто-то скажет, что я сам себе противоречу. В одном материале поддерживаю тех, кто разговаривает с журналистами после неудачного матча, за чувство ответственности перед поклонниками — а в другом их за то же самое упрекаю.

Не за то же. К моменту публикации о матче Испания — Россия содержание целого ряда высказываний Широкова было мне неизвестно. Первое из которых — признание, что игроки не знали о выходе Давида Вильи в стартовом составе.

Насколько правдивы эти слова — не знаю. По крайней мере, никто другой подобного оправдания не приводил. Но очевидно, что подобные заявления подрывают авторитет тренерского штаба, игрок, по сути, сваливает собственную плохую игру на руководство команды, якобы не давшее ему ценных указаний.

С трудом могу себе представить, чтобы столь опытный специалист, как Хиддинк, убеждал футболистов: мол, Вильи (основного форварда испанцев, на всякий случай!) в составе точно не будет. Зато точно знаю, как поступил бы с автором подобного публичного высказывания любой отечественный специалист. Об этом Широков может при случае справиться у Александра Мостового, который за весьма невинное высказывание на Euro-2004 был досрочно отправлен Георгием Ярцевым восвояси.

К счастью, времена у нас нынче другие, иностранный тренер на большом турнире лучше владеет собой, не собирается ни искать козлов отпущения, ни кого-то куда-то выгонять. Но то, что фразы защитника (в том числе и о болельщиках из Интернета, которых он охарактеризовал, мягко говоря, пренебрежительно) не остались незамеченными — для меня несомненно. И при прочих равных они могли как-то повлиять на субботний выбор Хиддинком стартового состава.

Хочу подчеркнуть, что уважаю откровенных людей, в том числе и Широкова. Но чувство такта и меры — тем более, когда ты живешь в коллективе и играешь на большом турнире, когда у всех нервы на пределе — имеет огромное значение. Видимо, слишком резким вышел скачок у экс-полузащитника «Химок», за считанные месяцы превратившегося в обладателя Кубка УЕФА и участника первенства Европы. Из его высказываний не чувствуется, что он понимает, куда попал.

Говорю все это потому, что в этом сезоне мне вообще-то очень нравится, как играет Широков. Видно и то, что он — незаурядная личность. Возможно, в голове игрока, который полтора года назад выступал за любительский ФК «Истра», просто должны утрястись огромные перемены, которые в его жизни произошли.

После матча с Испанией запомнилось эмоциональное выступление Акинфеева, сказавшего о защите, что «передо мной была какая-то пустота». Все было абсолютно справедливо, но кто-то, наверное, мог расценить эти слова голкипера как не совсем командные. Поэтому считаю необходимым процитировать вратаря (успевшего незадолго до финального свистка взмахами рук завести трибуну с нашими болельщиками) после игры с Грецией:

— Хиддинк говорил нам, что у соперников высокие форварды, будет навал, навесы, сбросы… Нам надо было сдержать это давление. Думаю, что сегодня грамотно сыграла оборона и справилась с ним.

Не знаю, хотел ли вратарь этим высказыванием сгладить впечатление от предыдущего высказывания, но ощущение равновесия и справедливости по итогам двух его цитат возникло.

Если появление в стартовом составе Игнашевича прогнозировали почти все, то выход Дмитрия Торбинского — прежде в глазах Хиддинка первого игрока замены — стал сюрпризом. Тем более — вместо Сычева, то есть, как предполагалось, на правом фланге полузащиты.

Но ни на каком правом краю локомотивская «катапульта» не играла. Самый миниатюрный игрок чемпионата присоединился в центре полузащиты к Зырянову и Семшову, играя даже ближе к атаке. Тем самым Хиддинк усилил кулак в центре поля, тогда как весь правый край оказался отдан на откуп Анюкову.

По итогам первого тура Euro Торбинский продемонстрировал максимальную скорость среди всех участников чемпионата (не наших, а вообще всех) — 31,32 км/ч. А в субботу значительно опередил всех партнеров по объему беговой работы, сделав какое-то «чумовое» количество рывков, отборов, перехватов… Это был заряд тротила, который постоянно перемещался в пространстве и был готов взорвать греков в любой точке поля. Оказалось, что для любимого Хиддинком прессинга Торбинский — фигура совершенно незаменимая. Недаром Талалаев обратил внимание, что, пока в игре команды сохранялась компактность, она совершила много отборов на чужой половине поля. Многие из них — заслуга «молодой собаки», как недавно назвал Торбинского главный тренер.

Правда, извечная оборотная сторона активности Торбинского вновь дала о себе знать. К счастью, судья Розетта либерально среагировал на прыжок полузащитника двумя ногами в соперника, не удостоив его даже желтой карточкой. Зато потом показал ее за затяжку времени. Что ничуть не ухудшило впечатления от игры Торбинского.

Итак, два «джокера» в стартовом составе — два успеха! Но все это было бы невозможно, если бы здорово не сыграли ветераны «испанской кампании».

Вновь бесподобен был Юрий Жирков. Хиддинк вывел его на какой-то невероятный уровень физической готовности, потому что армеец успевает повсюду — и в атаку, и в оборону. И все время — на свежих ногах. Все уже забыли о недавней критике в адрес Хиддинка за перевод Жиркова в защиту — потому что в атаке хавбек появляется точно так же часто и остро, как и при игре за ЦСКА!

Талалаев говорит:

— Пока не видел статистику с процентом выигранных единоборств, но полное ощущение, что в этом компоненте Жирков очень прибавил. Все думали, что игра на позиции левого защитника скроет его лучшие качества — острого атакующего игрока. А оказалось, что этот перевод, наоборот, раскрыл его талант с новой стороны. И позволил футболисту не только помогать команде на нужной ей позиции, но и прогрессировать индивидуально. Не знаю, нашел ли бы такой выход из непростой ситуации с левым защитником какой-либо другой тренер.

На пресс-конференции Хиддинк заявил, что не знает, смогут ли сыграть против Швеции Жирков и Билялетдинов, замененные из-за травм. Впрочем, по имеющейся у меня на данный момент информации, все должно быть нормально. Идентичные удары в область ноги, которые получили наши игроки, очень болезненны в первые часы, но нескольких дней обычно достаточно, чтобы последствия этих ушибов ликвидировать. Впрочем, эти данные — предварительные, которые мне удалось выяснить сразу после матча.

Нельзя не сказать и о том, что отлично провел матч (особенно первый тайм) Билялетдинов. На него, пожалуй, в последние месяцы обрушилось наибольшее давление со стороны журналистов и болельщиков, связанное с тем, что ожидаемой игры капитан «Локо» не показывал. В субботу это произошло, и не сомневаюсь, что Хиддинк, которого со всех сторон «прессинговали» за упорное доверие Билялетдинову, был доволен по этому поводу едва ли не больше всех.

Как раз Билялетдинов и начал атаку, которая завершилась победным голом Зырянова. Впрочем, главную роль в ней сыграл не первый и не второй, а капитан Семак, побежавший за безнадежным мячом на лицевую линию, исхитрившийся опередить Никополидиса и Кириакоса и отдать пас через себя. За Семака, не слишком удачно сыгравшего с Испанией, было очень приятно — как и за сработавшую философию игры сборной России. Поди найди еще одну команду на Euro, где опорный полузащитник побежал бы на линию чужих ворот и сделал голевой пас! Пожалуй, только центральный защитник португальцев Пепе, сыгравший в «стенку» с партнером и забивший гол в ворота турок, перещеголял в этом вопросе Семака.

— Семак в этом матче играл намного строже и ближе к линии обороны, — говорит, тем не менее, Талалаев. — Не в последнюю очередь поэтому подбор мячей в основном оставался за россиянами, они играли плотнее и агрессивнее.

Талалаев полагает:

— Функционально мы были готовы гораздо лучше греков, но шведы — совсем другие. В этом смысле несколько настораживает, что на 90 минут цельной, компактной игры нашей сборной с греками все же не хватило. Шведы тонко чувствуют момент, когда взорваться, а когда контролировать мяч. Они так же мобильны, как мы были в

первом тайме матча с Грецией. Наконец, у них есть такой снайпер, как Ибрагимович. Уже ясно, что наша сильная сторона — созидательная игра, но против Швеции в любом случае придется очень непросто.

Те, кто видел матч Испания — Швеция, наверняка со всеми этими утверждениями согласятся: ведь пиренейцы, забившие нам четыре мяча, выиграли у скандинавов во многом случайно — могли даже и проиграть. Когда Вилья на последней минуте забил победный мяч, мне подумалось: наконец-то чары Хиддинка начали работать и на Euro-2008.

Сработали они и в моменте, когда сердце каждого болельщика сборной России, казалось, готово вылететь за пределы стадиона — на 87-й минуте. Когда Харистеас забил, но итальянский лайнсмен мгновением раньше поднял флажок. На повторе видно: маленький офсайд действительно был. Но окажись помощник рефери хотя бы в чуть-чуть неправильной позиции, и он вполне мог этого не увидеть!

Вот этого-то хождения по лезвию ножа со шведами и не хотелось бы, потому что мастерства у них намного больше, чем у нынешних греков.

Зато со Швецией у нас будет Аршавин. Вот только вопрос — куда его ставить? Слабых-то мест в созидательной части против греков у нас как-то не обнаруживалось…

Вопрос, что и говорить, щекотливый. Впрочем, он таким и виделся еще полгода назад, а значит, Хиддинк, принимая решение взять игрока на Euro, наверняка знает, что предпринять. Тем не менее, когда его спросили о возвращении Аршавина, он ответил крайне лаконично:

— Не знаю, насколько серьезны проблемы с Жирковым и Билялетдиновым, но всегда хорошо иметь в составе на одного игрока больше.

Сам же Аршавин, который в смешанной зоне обычно с журналистами не общается, отличился особым образом. Его попросил об интервью на английском шведский журналист — и зенитовец согласился! Пусть словарный запас

футболиста, готовящегося к отъезду за рубеж, еще не огромен, и отвечал он кратко, зато грамотно и уверенно. И с учетом того, что за границей Андрей прежде не выступал, это вызывало определенное чувство гордости. Ответы, кстати, были очень непосредственными и занятными.

— Что вы знаете о сборной Швеции?

— Знаю нескольких игроков. У вас есть лучший форвард Европы, а может, и мира — Златан.

— Вы это говорите, потому что я из Швеции?

— Нет-нет, я действительно так считаю.

— Он, по-вашему, лучший форвард или лучший игрок?

— Лучший форвард. А лучший игрок — Криштиану Роналду.

— Себя на третье место поставили бы?

— Нет. Я не люблю быть третьим, я люблю быть первым.

— Вас не беспокоит, что целый месяц вы не играли?

— Я провел два матча, в одном из которых меня признали лучшим игроком (Аршавин намекает на финал Кубка УЕФА 14 мая. — Прим. И. Р.).

— Россия традиционно плохо играет в решающих матчах…

— Это была другая команда. Сейчас мы сильнее. У нас есть прекрасный тренер. Разница с тем, что было, очень большая.

— У вас хороший английский.

— Нет, я только учусь. Если бы мой учитель сейчас меня услышал, ему бы не понравилось. Он думает, что мой английский лучше.

— В газетах вас называют «русским Бекхэмом». Как вам такая оценка?

— Я этих газет не читал. Не знаю, что сказать.

— Это позитивная или негативная оценка?

— Смотря, что имелось в виду. Но думаю, что чтение всех этих оценок не стоит моего времени.

— У вас самая неопытная сборная…

— Думаю, нам хватает опыта. Да, мы моложе всех. Но у наемного футболистов выигрывало Кубок УЕФА — в том числе и из ЦСКА. Разве это не опыт?

— Вы хотите переехать в премьер-лигу летом?

Тут Аршавин так выразительно закатил глаза, что засмеялись все, кто стал свидетелями этого забавного диалога. А шведский коллега, которому перепал такой материал, был просто на верху блаженства. Ничего подобного он не ожидал.

Давайте поверим в то, что послезавтра вечером декорации сменятся, и наверху блаженства будет уже Аршавин, а с ним — и все мы.

Конечно, добиться этого будет очень тяжело. Но сегодня веры больше, чем вчера. Правда?…


16 июня ПОДДЕРЖИТ ЛИ РОССИЯ ТУРЦИЮ В «БУНТЕ ЗОЛУШЕК»?

Выигрывая за 16 минут до конца матча у сборной Турции — 2:0, команда Чехии в оставшееся время ухитрилась пропустить три гола и отдала туркам путевку в четвертьфинал Euro.

…Петр Чех сорвал с головы шлем, в котором после тяжелейшей травмы головы выходит на поле всегда, — и что есть силы швырнул его оземь. К счастью, мне никогда не доводилось оказываться в таком положении, какое пережил вечером 15 июня в Женеве один из лучших вратарей мира, — но, по-моему, единственной мыслью человека в подобный момент может быть нечто вроде: «Мама, роди меня обратно!»

Восхищение турками, не сдавшимися даже при счете 0:2, смешивалось с огромной обидой за Чеха. Несколько лет назад мне доводилось общаться с этим воспитанным, вдумчивым человеком, — и я проникся к голкиперу «Челси», у которого в детстве в комнате висел портрет Рината Дасаева, глубокой симпатией. Ни на поле, ни за его пределами вы не обнаружите в нем ни грамма позерства и пренебрежения к окружающим. Даже после турецкой трагедии, как командной, так и личной, он нашел в себе силы подойти к журналистам, хотя те прекрасно поняли бы его, пройди он мимо них, ничего не видя и не слыша. За что ему все это? Я глядел на смесь отчаяния и растерянности на лице Чеха — и из-за его спины явственно выплывала тень Александра Филимонова. После гола Андрея Шевченко 9 октября 1999 года выражение лица у него было точно таким же. Масштаб их диких ошибок был вполне сопоставим. Филимонов так до конца и не оправился от того психологического удара: вскоре его карьера покатилась под гору. У Чеха, помимо воскресной драмы, за спиной еще и московский финал Лиги чемпионов с проигранной ван дер Сару и «МЮ» серией пенальти. И только очень сильный характер поможет ему после всего этого не сломаться. Одну травму головы — физическую — он переборол. Теперь придется залечивать моральную. Дай бог ему удачи.

Если трагедия Чеха навела на ассоциации с нашим недавним прошлым, то подвиг Турции — с настоящим. Потомки янычар во главе с Нихатом, которого пару лет назад молва сватала в ЦСКА и «Спартак», должны стать наглядным примером для сборной России перед ее матчем со шведами. Ситуации-то — весьма схожие!

И турки, и мы — «золушки» из четвертой корзины. Ни на них, ни на нас до начала Euro никто на континенте не ставил. В отборочном турнире мы набирали очко в двух матчах с Израилем — а они выступали еще хлеще, проиграв в Боснии, сведя вничью встречи на Мальте и в Молдавии. И в итоговой таблице уступили семь (!) очков Греции, которая сейчас играет на чемпионате Европы… сами знаете как. Так что, глядя на четвертьфиналистов — турок, нам не стоит рефлексировать по поводу обстоятельств попадания сборной России в Австрию и Швейцарию.

Нужно четко понимать, что квалификация к Euro-2008 — это уже бесконечно далекое и совсем не актуальное прошлое. Можно ли сейчас, например, представить, что Польша в отборочном турнире опередила Португалию, Голландия осталась на втором месте после Румынии, а Германия — после Чехии? В отборочном турнире расхлябанно играют многие фавориты — но в нужный момент их генетическая память позволяет собраться и выдать суперфутбол, который пока, к нашему зрительскому счастью, царит на полях Euro.

В финальном турнире группа у турок подобралась, казалось, безнадежная. Не такая, конечно, как «группа смерти» — но наличие в ней полуфиналиста ЧМ-2006 Португалии, стабильного, хотя и ржавеющего европейского футбольного орудия из Чехии и, наконец, хозяев чемпионата из Швейцарии выход Турции в четвертьфинал делало крайне маловероятным. То, что они опередят в таблице либо Чехию, либо Швейцарию по отдельности, людям с богатым воображением еще можно было предположить. Но чтобы и тех, и других одновременно!..

Так же скептически была настроена Европа и по отношению к России. Так же, как турок, нас толком никто не знал — там-то хоть есть нихаты и алтынтопы, успешно выступающие в Европе, а имена наших игроков помнили разве что по Кубку УЕФА. Теперь же сборную России на страницах La Gazzetta dello Sport хвалит сам Йохан Кройф, которому мы, оказывается, понравились даже в матче с испанцами, а поединок с греками только укрепил это ощущение.

И у турок, и у россиян тренеры в последний момент «отцепили» от чемпионата известных форвардов — могучего старика Хакана Шукюра и молодого рысака Кержакова, к которому потом добавился еще и Погребняк. Многим казалось, что и у них, и у нас некому будет забивать. Но ноль в графе забитых мячей у двух команд вскладчину пока был только однажды — у Турции против Португалии.

Календарь игр на Euro — еще одно сходство. Первый матч — безоговорочный проигрыш фавориту: в нашем случае — Испании, в турецком — Португалии. Причем если у россиян некоторым смягчающим обстоятельством стала симпатичная комбинационная игра, то у Турции и такой «отмазки» не было. На эмоциональной родине команду смешивали с грязью и советовали вернуться домой досрочно, не продлевая народного позора и мучений. Интересно, что сейчас говорят те советчики?…

Второй матч у обеих команд превратился в добивание аутсайдера группы. Каковым в группе А заранее большинство считало именно Турцию. А она, проигрывая в счете хозяевам, на затопленном от дождя поле нашла в себе силы забить победный мяч в добавленное судьей время. Мы же «приговорили» действующего чемпиона континента — пусть и по другому сценарию. Других команд, потерявших все шансы на выход из группы после второго тура, помимо Швейцарии с Грецией, на чемпионате не было.

И, наконец, третий матч — очная сшибка прямых конкурентов за выход в четвертьфинал. Все просто: выиграл — играй дальше, проиграл — пакуй чемоданы. И все зависит только от тебя, а не от параллельного матча. У России, правда, есть нюанс не в нашу пользу: если у турок с чехами в случае ничьей впервые в истории на групповой стадии пробивалась бы серия 11-метровых, то в группе D ничья устраивает Швецию. И как бы наши игроки ни бравировали тем, что для русского человека лучше положение «пан или пропал», исключающее всякие обходные пути, — надо смотреть правде в глаза.

Любопытный и нерадостный для нас факт: и на ЧМ-2006, и на Euro-2004, и на ЧМ-2002 скандинавы пробивались в плей-офф, завершая свой последний матч в группе вничью. Причем если на двух последних турнирах им требовалось лишь «раскатать» устраивающие обе стороны ничейки с Данией и Англией, то в 2002-м все было «по-взрослому»: исход борьбы решался в очной схватке шведов и Аргентины. И выиграла ее не команда Батистуты и Креспо, а парни с нордическим характером, шестеро из которых по сей день в сборной.

Этот гигантский ничейный опыт и заставляет меня дать нашей сборной не более 35–40 процентов шансов. Впрочем, многие ли до игры Чехия — Турция ставили на последних? А где-нибудь минуте на 74-й, когда Коллер и K° еще выигрывали со счетом 2:0?

Но турки во втором матче подряд показали феноменальный характер — без какого завтра не обойтись и нам. Не верь они до последнего момента в свою звезду, разве пришло бы в голову Нихату караулить ошибку железного, казалось бы, Чеха? «Мой главный козырь — не какой-то природный талант, а стопроцентная концентрация», — сказал мне голкипер несколько лет назад. Однако тем, что в решающий момент она дала сбой, надо было еще воспользоваться!

Впрочем, забег нашего капитана Семака к чужой лицевой линии в матче с греками говорит о том, что такой веры и такого характера сборная России тоже не лишена. Какой, казалось, смысл в этом рывке — шансов поспеть к высокому навесу Билялетдинова не было вроде бы никаких?! Но ошибка Никополидиса стала возможной только из-за того, что Семак доработал эпизод до конца, опередив голкипера и сделав Зырянову сумасшедший пас через себя. Да и тот не выключился досрочно, хотя, по собственному признанию, такой позыв у него и был…

Физическое состояние позволяет нам дорабатывать все эпизоды до конца. По всем статистическим данным россияне превосходят турок, бегают они больше, да и просто играют в футбол объективно интереснее парней с Босфора. Недаром Нихат сказал после матча: «Если мы играем плохо и выигрываем, то что произойдет, если мы сыграем хорошо?»

Тренер, при всем уважении к победителю Кубка УЕФА-99/2000 с «Галатасараем» Фатиху Териму, у нас сильнее. Игроки — как минимум не слабее. Да, в решающий момент блеснул дублем Нихат, но у нас против шведов сможет сыграть Аршавин, который на европейском рынке котируется сейчас примерно так же. И — тьфу-тьфу-тьфу — не имеет за спиной и десятой доли тех травм, что перепали на долю лидера турок.

Наконец, мы рассуждаем о чехах как о стареющей команде, то что говорить о шведах, которые превосходят их по среднему возрасту?

Словом, нет никаких объективных причин считать, что пример Турции для России неактуален. А если добавить сюда еще и Румынию с ее очень неплохими шансами выйти из «группы смерти», то на корабле чемпионата Европы назревает «бунт золушек». Первую, турецкую, осадить не удалось. Ее опыт — лишний повод для надежд других. Невозможное — возможно.

Вчера после утренней тренировки я спросил Гуса Хиддинка:

— Можно ли сказать, что Турция подала пример России?

Тренер начал с тонкой ремарки:

— Мы не хотим уступать в счете, тем более в два мяча, и загонять себя в такое положение. Но турки заслуживают огромного уважения за то, что вчера сделали. За то, что сражались до конца.

— Скажете игрокам, что со Швецией нам надо биться, как Турция?

— Нам необязательно брать пример с других. Если мы будем сражаться, как в нашей последней игре с Грецией, это меня устроит.

Намек Хиддинка понятен: не нужно заниматься низкопоклонством перед другими и недооценивать себя. Что ж, завтра, надеюсь, мы получим этому подтверждение.

А может, нам и соперники подсобят? Ведь под конец я припас для вас еще одно почти мистическое совпадение. Голкипер шведов Андерс Исакссон — продукт того же известного в Европе вратарского «питомника», что и Петр Чех. Называется — французский «Ренн». И проследовал швед оттуда тем же путем, в Англию, — правда, не в «основу» «Челси», а в запас «Манчестер Сити». Где пребывает и поныне.

Так тем лучше!..


17 июня Сергей СЕМАК: «МЫ НЕ ХУЖЕ ШВЕДОВ!»

Завтра в 22.45 по московскому времени сборная России выйдет на матч, который может впервые в истории принести ей место в плей-офф чемпионатов мира и Европы. На решающий поединок ее выведет с капитанской повязкой 32-летний полузащитник «Рубина», чей отчаянный рывок к лицевой линии и великолепный пас через себя на Константина Зырянова решил исход встречи Россия — Греция. Чем еще раз доказал справедливость неожиданного выбора Гуса Хиддинка, который ни разу не вызывал Сергея Семака в национальную команду во время отборочного цикла Euro-2008, а затем сразу сделал его капитаном сборной. И теперь уже кажется, что им мог быть только он, один из самых авторитетных и уважаемых людей российского футбола.

Накануне отъезда команды в Инсбрук в холле отеля Der Krallerhof капитан сборной России, одетый в спортивную форму перед выходом на тренировку, дал мне подробное и откровенное интервью.

— Смотрели ли оба матча сборной Швеции?

— Смотрел, конечно.

— По-моему, в поединке с испанцами она не заслуживала поражения.

— Она и с греками действовала очень достойно, ее игра смотрелась здорово. Шведы привыкли играть в силовой манере, но у них есть и индивидуально сильные футболисты — Ларссон, Юнгберг и, конечно, один из лучших нападающих мира Ибрагимович. Это очень дисциплинированная команда, которая прекрасно играет вверху и чувствует себя в единоборствах. Поэтому задача, которая перед нами стоит, довольно сложна. И все же думаю, что мы не хуже шведов.

— Как обезвредить Ибрагимовича?

— Если в обороне мы будем действовать компактно, и как можно меньше станем оставлять его один на один с нашими защитниками, ему будет довольно сложно. Даже неординарный футболист только в исключительных случаях способен справиться с двумя или тремя соперниками, которые страхуют друг друга.

— Кого можно назвать фаворитом матча?

— В данном случае — никого. Шансы абсолютно равны.

— А не боитесь, даже если выиграете, попасть под Голландию, которая проехалась катком по итальянцам и французам?

— Для того, чтобы думать о следующем этапе, нужно сначала обыграть шведов. Вообще же группа и матчи на выбывание — это практически разные турниры.

— Игроки говорят, что на установке перед матчем с Грецией Хиддинк матерился. Правда?

— Матерился — это громко сказано. Я бы сказал так — он высказался в том тоне, который в тот момент нам и нужен был. Не всегда тренеру нужно говорить интеллигентно, вежливо. В разных ситуациях срабатывают разные методы. Хиддинк, как педагог, учитывает разные факторы.

— Не прошу прямых цитат, но в чем был смысл его жестких высказываний?

— Главная идея — в том, что русские сами себе привыкли создавать трудности, а потом пытаться из них выкарабкаться. И полностью отдаваться в борьбе уже в ситуации, когда отступать некуда. Ему об этом говорили друзья, и жизнь полностью это подтвердила. Вывод был сделан такой: отступать некуда уже сегодня, и нужно только выигрывать.

— Не находите, что он почувствовал: после крупного поражения в стартовом матче у игроков снизился эмоциональный фон — и нужно их чем-то взбодрить? Слишком сильное разочарование вызвал сам счет.

— Совершенно верно — такого счета никто не ожидал. Тем более что со стороны болельщиков и специалистов был такой настрой: «сейчас или никогда», теперь-то наша сборная должна, должна, должна… Но если быть объективным, то есть испанцы, которые просто сильнее России. С ними тоже можно играть на равных, но, в отличие от них, мы не входим в число фаворитов турнира.

В связи с этой атмосферой, которая царила вокруг команды до первой игры, считаю, очень хорошо, что мы не просто проиграли, а проиграли крупно. Да, по игре смотрелись неплохо, но ошибки, которые допустили, были вызваны настроением извне, которое на команду воздействовало. Хотя работали на совесть, серьезно готовились на протяжении немалого времени, но те психологические факторы свою роль сыграли. Не нужно играть лучше, чем ты можешь, нужно играть так, как ты умеешь. Главное — не ниже своего уровня. Определенный уровень у сборной России есть, она может действовать достойно, на равных с любой командой Европы. Но только находясь в правильном психологическом состоянии.

Футболисты — такие же люди, как и все остальные, они чутко отзываются на мнения тех же болельщиков и специалистов. Поэтому после игры с испанцами все пребывали в очень расстроенных чувствах. Все понимали, что шансы на выход из группы остаются, и все зависит только от нас, но после такого проигрыша любому спортсмену придется тяжело. Тем более что прежняя поддержка со стороны тут же улетучилась, и тон высказываний сменился радикально: «это не команда», «чего ждали — то и получили». Хотя до этого все говорили, что верят и ждут.

Настроение было не лучшим, и это было видно по тренировкам. Это и Хиддинк чувствовал, понимал, что надо взбодрить команду, найти что-то такое, что действительно «зацепит» ребят и заставит их сыграть не то чтобы лучшую игру — но в ту, в которую они умеют играть. С полной самоотдачей и желанием добиться поставленной цели.

— Выходит, нашел Хиддинк нужную тональность и правильные слова?

— Думаю, да. Ион нашел, и все ребята поняли: у каждого есть имя в футболе, которое он зарабатывает долгие

годы. И нужно не опозорить это имя, не упасть в глазах родных, близких, да и вообще болельщиков в стране. Команда-то может играть. На этом чемпионате стояла задача выхода из группы, и сейчас мы продолжаем эту борьбу. Самое главное, что команда не вылетела с позором после второго тура, и все по-прежнему в наших руках. Очень важно, считаю, не зависеть от результата другого матча.

— Первая тренировка после поражения от Испании была открытой. Но радость от этого факта затмило то, что автографы болельщикам из всей сборной тогда давали только вы. Выговорили молодым партнерам за такое отношение к людям, которые приехали их увидеть и скандировали: «Верим в команду», «Вперед, Россия, мы с тобой»?

— Конечно, высказал им свое мнение. Согласен, что так нельзя. Люди приехали нас поддержать. Мы не должны из-за горстки болельщиков, только и ждущих повода поехидничать над нами, обижать всех остальных. На тренировку приезжали абсолютно нормальные поклонники команды. Может, один с трибуны и выкрикнет что-то обидное, но вешать это на всех — нельзя. Мы должны больше поворачиваться лицом к тем, кто за нас переживает. Независимо от того, как кто реагирует на происшедшее, свою марку мы обязаны держать.

— А почему такое происходит? Элементарного воспитания не хватает?

— Переходный период… Раньше жизнь была одна, сейчас другая. Тут и смена политического строя сказалась, и все катаклизмы, которые были в России. Все это отражается и на футбольной жизни страны, и на воспитании отдельно взятого человека. В плане культурного воспитания наш народ, думаю, только-только начинает движение вперед. Хотелось бы, чтобы с каждым годом оно становилось все более заметным.

Но это был единичный случай. Обычно, когда люди сюда приезжают, никто в автографах не отказывает. Это было исключение, на которое повлияло настроение после крупного поражения.

— После неудачи на старте были опасения, что по нашей старой недоброй традиции начнутся поиски виноватого, и в коллективе наступит раздрай. Вы как капитан приняли какие-то превентивные шаги, чтобы этого не произошло?

— Их и не нужно было предпринимать. Тренер — не сторонник шараханий из стороны в сторону. У него есть план, тактическая модель, от которой он не хочет отступать. Конечно, после каждого матча возможны изменения в составе. Но какая-то резкая смена курса, склонность к срочной замене целой линии или вообще половины команды — у Хиддинка такое невозможно. И это, намой взгляд, один из факторов, который в матче с Грецией дал свои плоды.

— Согласитесь ли с тезисом из моего комментария, что две замены в стартовом составе были оптимальным вариантом? Будь их меньше — это походило бы на упорное нежелание что-либо менять, а намного больше — на панические метания из стороны в сторону.

— Конечно. Это был, считаю, самый верный ход. К сожалению, в России сейчас не так много игроков, способных выступать на той или иной позиции, поэтому тренер не от хорошей жизни пробует того же Диму Сычева справа в полузащите. Будучи форвардом, он привык, что у него руки развязаны, здесь же приходится играть с фланга, что лимитирует его открывания и передвижения. Не секрет, что именно они — одни из его основных достоинств.

В клубе ты играешь одну роль, чувствуешь уверенность. Здесь же тебе дается шанс, и его надо использовать. Хотя ты знаешь, что это не совсем твоя позиция — но это сборная, и здесь очень сложно найти баланс.

— Верно ли, что у Торбинского были другие функции, чем у Сычева в первом матче? Первый стал одним из центральных хавбеков, а весь край был отдан на откуп Лнюкову.

— Да, это так.

— Насколько тяжело Быстрое перенес обратную замену в матче с Испанией? Пришлось ли вам как капитану с ним на эту тему общаться?

— Разговаривал, конечно. Любому футболисту, что ни говори, обидно выходить на замену — а потом по ходу того же матча быть замененным. С психологической точки зрения это большой удар. Но здесь как раз на первый план и выходит умение тренера поговорить с футболистом. Чтобы тренер сумел найти нужные слова и донести до него, что, возможно, при такой игре это была его ошибка, а не Быстрова. Если все это объяснить и аргументировать понятным и ясным языком, любая возможность конфликта снимается сама собой. Все же мы нормальные люди, и если тебе спокойно объяснят, по какой причине все произошло, и ты согласишься с тренером, то, конечно, обида уйдет. Останется, возможно, неприятный осадок, но это уже не столь важно. Думаю, Быстрое замечательный футболист, и у него еще будет возможность себя показать в той игре, которая будет проходить наиболее удобно для его выхода. Нужны будут, намой взгляд, все футболисты. Тем и сильна команда, что в разных матчах и в разных игровых отрезках инициативу может взять в свои руки любой из игроков. Я по-прежнему считаю Быстрова одним из лидеров сборной.

— У Хиддинка с Быстровым была долгая индивидуальная беседа?

— Сколько она продолжалась по времени, точно не знаю — но достаточно долгая. Она была на следующий день после матча.

— Быстров вышел после этого разговора удовлетворенным?

— Мне кажется, да. Поскольку видно, с каким желанием он работает на тренировках и общается в коллективе. Думаю, для него эта ситуация — уже пройденный этап. И если у него будет шанс, не сомневаюсь, что он будет выкладываться на сто процентов и поможет команде.

— Согласны с тем, что, если бы беседа не состоялась, с учетом непростого характера Быстрова это была бы мина замедленного действия?

— Конечно. Коллектив — это живой организм, и даже если из него выпадает одно звено, это влияет на всех остальных. Когда идет равная и тяжелая игра, очень многое определяет то, насколько силен сам коллектив, дух в команде. Это отражается на результате.

— Брожений после игры с Испанией в коллективе не было?

— Абсолютно нет. Виновных никто не искал. Если за пределами команды пытались свалить вину за поражение на одного, другого, третьего, то в команде спокойно проанализировали матч и сошлись на том, что обвинять кого-то одного за поражение — неправильно. Выигрывает и проигрывает вся команда. Заметьте: об ошибках Широкова говорилось много, а вот о его голевой передаче и других моментах, в которых он действовал великолепно, — намного меньше. Статистика после матча показала, что играли-то наши футболисты хорошо, и по движению все было очень прилично. Мы приложили все усилия, чтобы выиграть, и те претензии, что мы не бегали и не выкладывались, совсем необъективны и неправильны.

— После первого матча много шума наделали высказывания Романа Широкова: якобы игроки не знали, что Давид Вилья выйдет в стартовом составе. Неужели Хиддинк действительно такое говорил?

— Может, это была шутка. Конечно, мы прекрасно знали состав испанцев даже не на 99, а на 100 процентов. Они его особо и не скрывали — как и то, что станут играть в два форварда, и кто именно этими форвардами будет. Но дело даже не в Вилъе, хоть тот и замечательный футболист. Любой нападающий забьет, если дать ему такой простор, как это сделали мы. Взять хотя бы первый мяч, который он закатил в пустые ворота, и не только его. Исключением можно считать только второй гол, когда он прекрасно открылся, воспользовавшись нашей разреженностью в обороне, и распорядился своим шансом как надо. В других же случаях любой форвард сыграл бы не хуже, чем Вилья.

— Если возвращаться к Широкову, то даже если это была шутка, то, полагаю, крайне неудачная. Потому что била по авторитету тренерского штаба.

— Конечно, каждый игрок у нас на сто процентов знал состав испанцев.

— По тренировкам уже было видно, что Игнашевич и Торбинский заменят именно Широкова с Сычевым, или команда пребывала в неведении до последнего момента?

— Не до последнего, конечно. Тренер — психолог, и тот состав, который выйдет на матч, он заранее к этому подготавливает. Отсюда и установка на игру, которая проходит не перед началом матча, а в отеле перед обедом. Чтобы каждый мог подготовиться, чтобы внутри это, что называется, осело. Одно дело — когда за полтора часа до матча все еще ходят в сомнениях, играют они или нет, и совсем другое — когда заранее все знают, кто на какой позиции будет играть. Были упражнения, в которых тренер проверял связки тех или иных защитников, что-то смотрел для себя. Но конкретно узнали обо всем перед обедом в день матча.

— Важно ли для игроков, что Россия именно выиграла у Греции, а не сыграла с ней вничью? Судьбоносного турнирного значения победа над эллинами не имела, но вкус победы на Euro — это что-то особенное?

— С турнирной точки зрения и 1:4 от Испании ничем не отличались от 0:1. Но победа имела огромное значение и для команды, и для болельщиков. Все увидели, что мы можем играть и выигрывать. Любая победа придает уверенность в своих силах. При ничейном исходе сейчас в коллективе было бы совсем другое настроение.

— С чем лично вы, как капитан, связываете неудачную игру пары центральных защитников Широков — Колодин в стартовом матче?

— Нельзя отделять одних игроков от других и говорить о центральных защитниках как о виновниках поражения. Защитникам сложно играть, когда происходят серьезные разрывы между линиями и испанцам дается такая свобода. Игрокам обороны надо помогать, подстраховывать их. Нельзя допускать, чтобы испанские форварды с их уровнем оставались с защитниками один на один. Наши оборонительные редуты были настолько растянуты, что помочь им было некому.

Когда в обводке или передаче ошибается форвард или полузащитник, из этой ситуации еще можно выйти. Если же ошибается защитник, сразу возникает голевая ситуация. И с греками кто-то порой ошибался, но тут же другие его страховали. Все играли более компактно, были устремлены не только вперед, но и назад. В обороне постарешись сыграть более надежно. С испанцами была обратная картина: все старались подключиться, забить, создать что-то впереди, и от этого получали очень острые контратаки. Ошибки защитников были от того, что на них шло постоянное давление, они не могли почувствовать уверенность и спокойствие. Сказалось и неудачное стечение обстоятельств: при первом голе мяч отскочил именно куда было нужно Фернандо Торресу, когда у него вытыкал мяч Колодин.

— Надо было выбивать мяч на угловой — и не отскочил бы. Но он решил сыграть покреативнее.

— У каждого бывают ошибки, и гораздо хуже. Поэтому не стоит выделять пару защитников. Обороняется, как и атакует, вся команда. Если не будет компактности — ни одна оборонительная линия, будь то французская или итальянская, не выдержит, даст трещину. В чем мы уже здесь убеждались.

— Свою вину как опорного хавбека в том разрыве между линиями чувствовали?

— Мои функции опорного здесь довольно специфические. Обычно, играя в этом амплуа, ты контролируешь зону перед защитниками, являешься своего рода волнорезом. Хиддинк же требует постоянно брать под свой контроль конкретного футболиста соперников, ответственности за зону я не несу. Мне нужно постоянно искать игрока — то справа, то слева, но при этом, естественно, помогать и другим. Чтобы соответствовать этим требованиям, очень важно, повторяю, чтобы команда играла компактно и не позволяла создавать свободные зоны. С Грецией это удалось.

— Вообще, для вас стало сюрпризом, что Хиддинк увидел Семака в роли опорного полузащитника?

— Нет, конечно. Если использовать, то только на этом месте. На других позициях конкуренция довольно высока. Центральные полузащитники, нацеленные на созидание, у нас в команде есть — Семшов, Зырянов и другие. А мои обязанности видоизменились в сторону обороны. В «Рубине» у меня больше возможностей для подключений в атаку, потому что там есть полузащитник строго оборонительного плана — Сибайя. Здесь же такого человека нет.

— И в «Москве» такой человек был — Ребежа. То есть единственного опорника вы играете чуть ли не впервые в карьере. Насколько уютно чувствуете себя в этой роли?

— Нормально. Конечно, к специфическим требованиям нужно приноровиться, понять их до конца. В остальном же, хоть и не так много, но шансы подключаться есть. Как, впрочем, и у любого защитника.

— Одним из таких шансов вы блистательно воспользовались. Как вы, опорный хавбек, вообще оказались на лицевой линии ворот сборной Греции?

— Любой футболист, когда идет в атаку, действует по той ситуации, которая возникает. В том моменте была передача с фланга (Билялетдинова. — Прим. И. Р.). Все зоны были заняты либо проиграны. И только зона дальней штанги была свободна. Поэтому как игрок я понимал, что необходимо замыкать ее. Если бы сразу последовала другая передача, можно было бы или побороться, или пробить, или сбросить мяч партнеру. То есть сама ситуация требовала подключения. А получилось, что передача была вроде бы не столь направленная. Нужно было постараться…

— Мяч полетел по высокой дуге.

— Да. Никто не успел, и нужно было выжимать из этой ситуации все, что возможно. Или угловой заработать, или попытаться какую-то остроту внести.

— Видели, что Никополидис пошел на тот же мяч?

— Конечно. И чуть-чуть опередил его и защитника. Вратарь чуть-чуть притормозил, поскольку боялся, что сфолит в борьбе за мяч.

— Поздравлений много было?

— Достаточно. И от родителей, и первый тренер написал сообщение… Из «Москвы» поздравляли Стас Иванов, Олег Кузьмин, из «Рубина» — Сергей Козко, Сибайя отправил сообщение на том языке, который он считает русским. Это шутка. С небольшими ошибками, но было очень приятно. Леонид Слуцкий тоже поздравлял, а еще переживал, как моя спина после падения.

— Нормально?

— Конечно.

— Курбан Бердыев не звонил?

— Он пожелал мне удачи перед поездкой на чемпионат. Этого достаточно. У нас еще будет время пообщаться.

— Как проходила процедура вручения вам капитанских полномочий? Хиддинк объявил о своем решении перед командой?

— На установке перед игрой с Казахстаном было сказано: выходит такой-то состав, капитан — Семак. И так происходит перед каждым матчем. Вероятность, конечно, большая, что повязка останется у того же человека, но гарантий нет.

— То есть никакого объявления команде перед началом Euro не делалось?

— Нет.

— Не удивляет? Я ни о чем подобном ни разу не слышал.

— Исхожу из того, что еще нужно было заслужить место в стартовом составе. Тренер, наверное, сам думал, справлюсь ли я, заслужу ли это место. Потому что капитан должен быть лидером команды, который постоянно выходил бы в стартовом составе. А учитывая, что он перед заключительным сбором меня еще не знал и даже не видел на тренировках, я его прекрасно понимаю.

— И все же, согласитесь, ситуация необычная.

— Наверное, да. Но ничего страшного я в ней не вижу.

— Хиддинку наверняка хотелось понять, как вы способны переносить его высоченные нагрузки, которые были в подготовительный период. Каково вам в 32 года было их «переваривать»?

— Не думаю, что возраст здесь имеет какое-то значение. А вот состояние организма — имеет. На данном этапе нагрузки переносятся нормально. Футболистов, которым за 30, на чемпионате Европы огромное количество.

— Хиддинк говорил, что почти все сбросили от двух до четырех килограммов. Вы тоже?

— После нагрузок? Конечно. У нас было взвешивание на следующий день после игры с сербами — и килограмма три точно ушли. Тут и влажность сказалась, и тренировки двухразовые.

— Вообще, насколько неожиданным и комфортным стал для вас крутой поворот в судьбе? Два года при Хиддинке вы вообще не призывались в сборную, а затем — и место в составе, и капитанская повязка.

— Доверие тренера любому футболисту приятно. А вот сам вызов, конечно, был немножко неожиданным. Не призываться в команду весь отборочный цикл и вдруг получить шанс сыграть в финальном — такое, согласитесь, бывает нечасто. Но неожиданность эта — естественно, приятная.

— До того, на протяжении всей весны, никаких звонков из штаба сборной не было?

— Нет.

— Не было опасений, что коллектив, сложившийся за время отборочного цикла, может нового, да еще и опытного, футболиста не принять? Дескать, мы выходили в финальную часть Euro — мы и должны в ней играть.

— Никаких проблем в этом плане я не испытал. В сборной все знают: раз те или иные ребята поехали — значит, они были этого достойны и нужны команде. Но точно так же достойны были и Саша Кержаков, и другие ребята, которые раньше играли в команде. Такова футбольная жизнь, что на этом отрезке тренер посчитал именно так. Он в первую очередь ответствен за результат, с него главный спрос, и он подбирает людей, необходимых для решения задачи.

— Насколько естественно вы чувствуете себя в самой молодой команде на Euro-2008?

— Конечно, интересы со многими ребятами у нас разные, и это естественно. Понятно, что моих ровесников, с которыми я играл и дружил, в команде сейчас нет. Тем не менее приятельские отношения у меня со всеми. Каждого прекрасно знаю, никакого дискомфорта у меня нет.

— Широков рассказывал, что в картежных поединках игроков всегда побеждает Зырянов. Вы в них тоже участвуете?

— Нет. Когда есть свободное время, стараюсь погулять с детьми (в Австрию приехали жена и двое младших сыновей Семака — Семен, которому скоро будет три, и пятимесячный Иван). Это лучшее, что может быть — тем более после того, как долго их не видел. Психологически очень добавляет сил, готовишься в хорошем настроении. Самый старший, 10-летний Илья, правда, остался в Москве, он следит за каждой трансляцией, очень переживает. Я для него уже собрал автографы всей команды.

— Ребенка в пять месяцев не страшно в такие поездки брать?

— Нет, он хорошо переносит перелеты. Если бы мы знали, что он в них плохо себя ведет, то, конечно, не взяли бы. Но парень спокойный.

— Индивидуальные беседы с Хиддинком у вас как капитана часто бывают?

— Нет. Периодически он подходит на поле, пытается что-то объяснить, или в обычной жизни интересуется, как дела и самочувствие. Длинных бесед у нас не было.

— Как у вас с ним вообще сложился контакт? Много ли нового вы, работая с ним, узнали о футболе?

— О футболе — вряд ли. Мне было очень интересно, что он за человек — я же с ним до вызова в сборную не был знаком. По интервью или впечатлениям, которые могли создаться у меня как у болельщика, конечно, невозможно было составить объективное мнение о нем как о личности и специалисте. Сейчас, немножко поработав с ним, могу сказать, что в человеческом плане Хиддинк удивил. Это очень веселый, жизнерадостный, общительный человек, который в нужную минуту может поддержать, но иногда и высказать свою точку зрения построже. Чаще же это происходит мягко, в шутливом тоне.

Он видит и чувствует всю ситуацию, которая складывается в коллективе, и может повлиять на микроклимат в нужную сторону. Могу назвать его хорошим психологом, который не является приверженцем закручивания гаек. У него ребята должны выкладываться на тренировках и в играх, а свободным временем каждый может распоряжаться как угодно. В этом он никак не ущемляет права игроков. Как не ограничивает их каким-то жестким режимом. Есть основные мероприятия, на которых ты обязан быть — тут дисциплина строгая. Но в остальном мы вольны проводить время так, как пожелаем. И команда такое отношение ценит.

— Хиддинк не раз говорил, что любит, когда игроки на тренировках ведут себя раскованно, смеются. Так и происходит?

— В упражнениях и играх, которые он дает, сам тренер тоже постоянно принимает участие, и происходит это с большим количеством шуток. Но смеяться можно на восстановительных тренировках, а есть такие, когда остается время только на работу. На них смех игроков вряд ли был бы адекватен тем нагрузкам, которые они получают. Если бы после них все смеялись, Хиддинк бы этого не понял.

— Когда вы залпом выпили рюмку шнапса на церемонии встречи сборной в Леоганге, Хиддинк сильно удивился?

— Да нет. Он же потихонечку узнает русские традиции (улыбается).

— Отличаются ли чем-то функции капитана в клубе и сборной?

— Нет, ничего нового я не обнаружил. В советское время капитан был, можно сказать, проводником идей тренера в коллективе, то теперь это просто человек, который может и должен в нужную минуту завести команду, подбодрить партнеров. Как и тренер, капитан должен искать ключи к каждому отдельному футболисту — кому-то высказать что-то на повышенных тонах, кого-то, наоборот, успокоить. Футболисты — люди очень разные, психология имеет очень большое значение. Но точно так же должен подсказывать каждый опытный футболист — либо тот, на ком лежат основные функции на поле и кто видит ситуацию лучше других.

— Вы, по сути, говорите языком Хиддинка, который постоянно подчеркивает: он хочет видеть в опытных игроках своего рода тренеров на поле, которые не должны бояться управлять процессом прямо в процессе игры.

— Они нам много об этом говорит. И не только мне. Также это вратарь, поскольку ему видна вся ситуация на поле, и центральные защитники, и игроки средней линии. Их обязанность — подсказывать фланговым футболистам и форвардам, у которых нет возможности увидеть всю картину игры. Эти требования абсолютно справедливы. Чем больше такого рабочего «подсказа» на поле, тем проще.

— При этом Хиддинк уже два года говорит, что сборной России такого «подсказа» не хватает.

— Думаю, так и есть. Происходит это в силу нынешнего подбора игроков сборной. Впрочем, на больших стадионах, при поддержке десятков тысяч болельщиков, подобный обмен репликами практически не слышен уже на расстоянии десяти метров.

— Кого в нынешней сборной на поле слышнее всех?

— Ярко выраженного лидера в этом смысле нет. Благодаря же своей позиции на поле это Акинфеев, Игнашевич, Колодин, Широков, Зырянов, Семшов. Это люди, которые играют в центральной оси. В меньшей степени это касается Жиркова и Анюкова.

— А вы сами?

— В матчах говорю довольно много. Гораздо больше, чем на тренировках и в обычной жизни.

— Как относитесь к спорной ситуации вокруг отъезда из сборной Павла Погребняка? Хиддинк в интервью говорил, что врачи давали добро на его участие в чемпионате.

— Я безоговорочно за то решение, которое принял Паша. За то время, которое знаю его и я, и болельщики, Погребняк всегда проявлял лучшие футбольные и человеческие качества. Никогда он не делал того, что шло во вред команде и ставило его личные интересы выше коллективных.

Тем более он сделал так, как ему сказал доктор. Выждал время, воспаление спало, он вышел тренироваться — и понял, что не может даже ходить. Какой смысл ждать неизвестно чего, когда не то что бегать, а ходить нормально нельзя? Думаю, он поступил правильно по всем причинам. Даже если бы он очень захотел, то не смог бы сыграть.

— Но у Хиддинка, данные которому предоставили врачи, в том числе доктор Айхорн из-под Мюнхена, была другая информация.

— Намой взгляд, этот врач до некоторой степени снял ответственность с себя. Сейчас, мол, оперировать не обязательно, а вот когда «доломается» полностью… Но травма после может быть гораздо тяжелее, чем сейчас. Любой здравомыслящий человек сделал бы так, как Паша. У него даже не было выбора. Шансов сыграть у него не было совершенно точно.

— Хиддинк рассказал мне, что по инициативе игроков премиальные за каждую победу поровну делятся между всеми 23 футболистами. У вас были какие-то собрания по этому поводу?

— Да, были. Все ребята решили, что тренируемся мы вместе. Дело тренера — вписывается или не вписывается игрок в тактическую схему, но все выполняют одну и ту же работу, одинаково стараются. А там уж — кому повезет. С точки зрения коллектива и психологической атмосферы в нем это гораздо лучше, нежели кто-то будет получать больше, а кто-то — меньше.

— Поделить премиальные поровну первым предложили именно вы?

— Вместе. И Андрей Аршавин, с которым мы это обсуждали, и другие ребята — все приняли такое решение. И тренерский штаб с ним полностью согласился.

— Когда это было?

— Еще на сборах. Виталий Мутко поднял вопрос о премиальных, ему нужно было понять нашу позицию. Объяснили ее Хиддинку, Мутко — и они полностью согласились. Никаких проблем не возникло.

— Желаю вам решить и другую, более актуальную проблему — выиграть у шведов и выйти в четвертьфинал Euro-2008. Уверен, что к этому пожеланию присоединится вся Россия.

— Спасибо! Мы сделаем все от нас зависящее, чтобы это произошло.


ХИДДИНК НЕ ГАРАНТИРУЕТ ВЫХОДА АРШАВИНА В СТАРТОВОМ СОСТАВЕ

Сразу же после прибытия в Инсбрук Гус Хиддинк отправился на стадион «Тиволи-Ной», где состоялась его пресс-конференция. Любопытно, что, в отличие от поединков с Испанией и Грецией, где компанию голландцу составляли сначала Сергей Семак, а затем Игорь Акинфеев, на сей раз Хиддинк вышел к журналистам один. Причина официально не афишировалась (в противном случае могло бы последовать наказание), но для российских журналистов она быстро стала секретом Полишинеля: тренер видел, что игроку на пресс-конференции задают для проформы один-два вопроса, а потому счет неправильным ради очевидной формальности отвлекать кого-либо из своих футболистов от подготовки к матчу.

— Инсбрук является особым городом для российских спортсменов: в 1964 и в 1976 годах здесь проводились зимние Олимпиады, которые сборная СССР по хоккею выигрывала. Более того, в 64-м эта команда обыграла шведскую сборную. Можно ли в связи с этим сказать, что аура Инсбрука — дополнительный козырь россиян? — спросили Хиддинка.

— Давайте не будем сейчас вспоминать историю, хотя это и очень приятно. Тем более что в этом году россияне вернули себе звание чемпионов мира по хоккею, а также достигли успехов в других видах спорта. Основываясь только на таких «аргументах», можно с легкостью утверждать, что сборная России выиграет чемпионат Европы. Меня же куда больше радует, что по сравнению с матчем против Испании команда изменилась. Футболисты очень достойно отреагировали на стартовое поражение. Во многом благодаря этой реакции команда по-прежнему претендует на выход из группы.

— Насколько хорошо вы знаете сборную Швеции?

— Если говорить откровенно, то считаю ее фаворитом предстоящего матча. Одна из причин этого — клубы и чемпионаты, в которых выступают многие шведские футболисты.

Однако надеюсь, что мои игроки не просто сделают шаг вперед по сравнению с поединком против греков, но и смогут продемонстрировать по-настоящему зрелую игру. Им придется не только атаковать, но и отрабатывать в обороне. Это будет трудная работа. Трудная из-за того, что нужно будет играть без фолов, не поддаваться на провокации, умело и грамотно защищаться. Еще очень постараюсь сделать так, чтобы игроки не растерялись и не запаниковали по ходу игры.

— Вы дали полтора дня отдыха команде, во время которого игроки могли забыть о футболе и пообщаться со своими родными…

— Вы не совсем правы. Да, каждый день у футболистов есть свободное время, которое они могут провести с родственниками, потому что всегда нужно находить баланс между работой и отдыхом. Но я бы не хотел, чтобы они забывали о футболе.

— Будут ли изменения в составе?

— В моем распоряжении 23 очень хороших футболиста. Но я не могу внести много изменений в состав, который выпустил на матч против Греции. Так что особых перемен не будет.

— Появится ли в стартовом составе Аршавин?

— Аршавин, конечно же, может играть. Но при этом у него нет игрового ритма этого чемпионата, ведь последний раз он выходил на поле в товарищеском матче против сборной Литвы. Так что поглядим.

— Ваш план на игру будет зависеть от того, примет ли в ней участие Ибрагимович?

— Он, конечно, очень важный для своей команды игрок. Но не надо недооценивать и других форвардов — таких как Ларссон или Розенберг. У главного тренера сборной Швеции есть несколько кандидатов на замену Ибрагимовича. План на игру в зависимости от его присутствия или отсутствия существенно менять не буду.

— Хотите ли сыграть против родной Голландии в четвертьфинале?

— Да, буду рад такой возможности. Но пока об этом думать рано. Вначале нам предстоит сыграть против шведов.

— Если бы вы знали заранее, как будет развиваться ситуация на чемпионате, то хотели бы перенести игру со Швецией на 10 июня, на первый тур?

— Сложный вопрос. Конечно, хорошо было бы перед решающим матчем иметь в своем активе четыре или шесть очков. Но так думать неправильно. Правильнее будет констатировать, что нам только предстоит решающий матч — в то время как многие сборные уже едут домой.

— Сожалеете, что Россия не может позволить себе сыграть вничью?

— Напротив, рад этому. Для российских футболистов куда лучше думать только о победе.

— Во время ЧМ-2006, после ничьей в матче Швеция — Тринидад и Тобаго, тренировавший в то время тринидадцев Лео Бенхаккер заявил, что шведский стиль игры легко читаем. Согласны?

— Читать его надо легко, но с уважением. Эта сборная едва ли не последовательнее всех на континенте следует своему игровому стилю и системе. Да, они понятны, но приносят стабильный результат. Шведы при населении страны в 7–8 миллионов всегда участвуют в больших турнирах и выходят в кубковую стадию. Россия со 140 миллионами жителей — лишь на пути к этому. Если хорошо организовать всю футбольную инфраструктуру, через несколько лет Россия должна стать большой футбольной страной. А успехи сборной этот процесс должны ускорить.


Фредерик ЮНГБЕРГ: «РОССИЯ БУДЕТ АТАКОВАТЬ. НАС ЭТО УСТРАИВАЕТ»

В зал для пресс-конференций стадиона «Тиволи-Ной» главный тренер сборной Швеции Ларе Лагербек пришел в компании с капитаном сборной Фредриком Юнгбергом. Бывший хавбек «Арсенала» ежился от проливного дождя, который с яростью обрушился на стадион едва ли не в момент приезда шведов. К чему бы это?

Право задать первый вопрос получил автор этой книги.

— Вопрос и тренеру, и игроку. Какие сильные и слабые стороны вы видите у сборной России и кого из ее футболистов опасаетесь больше других?

Юнгберг:

— Никогда не говорю о слабостях команды, с которой нам предстоит сыграть завтра. Даже если я о них знаю, лучше сейчас промолчу, а завтра мы ими воспользуемся. Тем не менее одно знаю точно: Россия — отличная команда. На этом чемпионате стало понятно, за счет чего она выбила с Euro такую мощную сборную, как Англия. Россияне играют в тотальный футбол, техничный и построенный на постоянном движении. Что оке касается отдельных ее игроков, то перед игрой никогда их не выделяю.

Лагербек:

— У российской команды отличная группа атаки. Также нельзя не отметить очень сильный левый фланг.

— В каком состоянии находятся Златан Ибрагимович и Никлое Александерссон?

— С Ибрагимовичем ситуация точно такая же, как перед предыдущими матчами. Что касается Александерссона, то неизвестно, сможет ли он сегодня тренироваться. Пока полноценно работать с командой ему не удавалось.

— Златан сегодня будет вновь тренироваться по индивидуальной программе?

— Да.

— Но ведь последнюю тренировку перед встречами с Грецией и Испанией он проводил в общей группе!

— Это решение наших врачей и самого Златана. Решили, что лучше ему позаниматься в тренажерном зале по специальной программе, при помощи которой можно укрепить колено, усилить приток крови к нему. Тем не менее повторяю: по сравнению с предыдущими матчами Ибрагимович чувствует себя так же, и это дает основания рассчитывать, что на поле он выйдет. Впрочем, говорю об этом с надеждой, но без стопроцентной уверенности.

— Правда ли, что «Интер» звонил вам и даже оказывал давление с той целью, чтобы Ибрагимовича поберегли?

— Это все выдумки.

— Как прокомментируете возможное возвращение в стартовый состав россиян Андрея Аршавина?

— Это один из их ведущих игроков, и мы хорошо его знаем. Следили, в частности, за его выступлениями за клуб. Наши игроки в курсе, кто такой Аршавин и какую роль играет.

— Идет много разговоров, что из-за отсутствия игровой практики он не сможет провести все 90 минут. А то и вовсе выйдет на замену.

— Трудно сказать, какое решение примут наши соперники. Мы максимально готовы к тому, что Аршавин будет играть в стартовом составе. Но в матче с Грецией его успешно заменил игрок под номером 7 (Торбинский. -Прим. И. Р.), который справился со своей задачей. Словом, мы готовы к обоим вариантам.

— У сборной Швеции меньше всех ударов в створ ворот на Euro. Как вы можете это объяснить?

— Проблемы с количеством ударов в створ касаются не только нас — посмотрите, к примеру, на греков. Не стоит забывать, что на этом турнире играют сильнейшие команды континента. Тем не менее, если мы хотим войти в число ведущих команд в Европе, работу в атаке нам надо улучшать обязательно.

— Фредрик, каким вам видится сценарий завтрашнего матча?

Юнгберг:

— Игра, мне кажется, будет достаточно открытой. У нас сложилось впечатление, что россияне будут очень много атаковать. Нас это устраивает. Испанцы заставили нас много бегать, максимально организованно играть в защите. Может, поэтому не очень получилось с игрой в атаке. Думаю, завтра будет равная игра, в которой, возможно, мы сможем больше атаковать, чем в поединке с Испанией. Это будет интересное столкновение двух стилей, и наша главная цель — чтобы игра шла не по российскому, а по нашему сценарию.

— Сильный дождь может повлиять на ход игры?

— Не знаю футболиста, которому такая погода может понравиться. Но, увы, организовать нужную нам погоду — не в нашей компетенции. Играть и выигрывать надо при той, что есть. Мы в течение долгого времени не добивались по-настоящему больших успехов (и это — при трех выходах из группы кряду! — Прим. И. Р.).

— Гус Хиддинк заявил, что в этом матче фаворит -Ш веция. А что думаете вы, Ларе?

Лагербек:

— Считаю, что на данный момент расклад сил — 50 на 50. Может, опыт наряду с возможностью играть вничью и делают наши шансы чуть-чуть выше, но однозначным фаворитом поединка я нас не считаю.


Виктор ОНОПКО: «УВЕРЕННОСТЬ В КОМАНДЕ У МЕНЯ ЕСТЬ»

Карьера участника четырех чемпионатов мира и Европы в составе сборных СНГ и России Виктора Онопко пришлась на времена, когда нашей национальной команде ни разу не удалось выйти из группы. Соответственно, ему четырежды довелось участвовать в матчах аналогичных тому, что ждет нас сегодня на стадионе «Тиволи-Ной». Вчера в инсбрукском отеле Hilton, за несколько минут до заселения туда нашей команды, многолетний капитан сборной России, а ныне руководитель российской делегации на Euro-2008 поделился со мной воспоминаниями о тех поединках и мыслях о нынешнем.

— Какие третьи матчи на турнирах, в которых вы участвовали как игрок, запомнились вам больше всего?

— На Euro-92, после двух ничьих с Германией и Голландией, встречались с Шотландией, которая уже потеряла шансы на выход из группы. Может быть, поэтому и настроились не так, как надо. А ведь, как выяснилось уже после матча, нас устроила бы и ничья! Но, возможно, был просто не наш день — такие голы в той игре мы пропускали. То мяч попадал в штангу, потом в спину Харина и в ворота, то был рикошет от «стенки» после штрафного… Готовились вроде бы не хуже, чем всегда, изучали соперника. Но получили 0:3.

— Анатолий Бышовец позже говорил, что команду развратили разговоры, что, дескать, с шотландцами уже договорились. Прямо как в прошлом году в Израиле…

— Это был мой первый турнир, и ни о каких разговорах я даже не знал. Услышал о них уже потом. Говорю за себя: готовился, настраивался и ни о каких слухах не думал. А еще потом говорили, что шотландцы якобы пьяными с нами играли. Это все бред. В футбол на таком уровне пьяным играть нельзя. Физически невозможно.

В 94-м году в третьей игре после двух поражений от Бразилии и Швеции обыграли Камерун — 6:1. Тогда из групп выходил ряд третьих мест, и мы ждали, что хоть какие-то из пяти игр закончатся так, как нам нужно. Но этого не произошло. Надеялись на соперников, но нужно было все решать самим.

В 96-м игра с чехами, которая закончилась со счетом 3:3, уже ничего не решала — мы уступили Италии и Германии в первых двух матчах и лишились всяких шансов. А вот в 2002-м игра с бельгийцами решала все. Нас устраивала даже ничья. Не хочу искать оправданий тому, что ни ее, ни победы не добились. Мы виноваты сами.

— Если бы Россию в том матче не устраивала ничья, могло бы все сложиться по-другому?

— Вполне возможно. Когда в подсознании футболистов сидит только необходимость победы, они настраиваются на игру несколько по-другому.

— У нынешнего поколения вы видите больше шансов, чтобы прервать эту роковую 20-летнюю полосу?

— В эмоциональном плане после победы над греками мы поднялись. Это была хорошая победа и хорошая игра. Очень важно, что именно победили, почувствовали, что мы — можем. Считаю, что обыграть шведов нам по силам.

— Но у техгораздо больше опыта.

— Посмотрим еще, что важнее — шведский опыт или российская молодость. Загадывать и прогнозировать ничего не буду, но уверенность в команде у меня есть.

— Перед Испанией команда жила в гостинице Sporthotel и проиграла — 1:4. Теперь вы в Hilton. Смена дислокации психологически поможет?

— Конечно, поможет. Тот отель оказался для нас несчастливым. Этот — ближе к стадиону. Будем надеяться, что он принесет нам удачу.

— Игроки выражали недовольство Sporthotel

— Его нам предложила УЕФА. Они все примерно одного уровня — четырехзвездные. Говорить, что он был плохой, все же не стоит. Я жил в этой гостинице и чувствовал себя нормально. Единственным неудобством было то, что громко бил колокол из соседней церкви. Но каждый такой нюанс предусмотреть невозможно. Зато весь отель был наш. С греками — нет. В Hilton, который ближе к стадиону, нашими будут два этажа. По-моему, не стоит говорить, что если была бы другая гостиница, мы бы выиграли.

— То, что сборную России тренирует человек, выводивший свои команды из группы все четыре раза, которые участвовал в больших турнирах, воздействует на игроков?

— Конечно, ребята знают о достижениях этого тренера, и это есть в их подсознании. Конечно, такое помогает и в подготовке, и во время игр.

— Как бы расценили шансы в процентном соотношении?

— Никогда не любил давать прогнозы. Просто хотел бы пожелать сборной удачи.


18 июня ФРАНЦИЯ — ГЛАВНОЕ РАЗОЧАРОВАНИЕ EURO

За день до матча Россия — Швеция стало ясно, что чемпионат Европы остался без одного из. своих фаворитов — французов. Проиграв Италии — 0:2, финалисты ЧМ-2006 в трех матчах набрали всего одно очко, забили лишь один гол и бесславно отправились домой.

…Кажется, что это было не 737 дней назад, а в другом тысячелетии. 9 июля 2006 года, «Олимпиаштадион» в Берлине, финал чемпионата мира. При счете 1:1 автор французского гола Зинедин Зидан в овертайме бьет головой в солнечное сплетение автора гола итальянского Марко Маттерацци — и, получив красную карточку, со слезами на глазах уходит с поля и из футбола. А минуты спустя Давид Трезеге промахивается в серии послематчевых пенальти — и сходит с ума Италия, чья ненаглядная «скуадра адзурра» стала четырехкратным чемпионом планеты. А капитан команды Фабио Каннаваро, который позже получит «Золотой мяч», поднимает над головой Кубок мира, и мудрой улыбкой озаряется интеллигентное лицо главного тренера итальянцев Марчелло Липпи.

…Зидан вот уже два года играет только в благотворительных матчах. Стабильно забивающего за «Ювентус» Трезеге мстительный тренер Доменек, и тогда-то ему не больно доверявший, вообще не взял в сборную, предпочтя ему некое патлатое чудище по фамилии Гомис, а также Анелька, из которого давно уже песок сыплется. Или французский тренер решил, что в команде должно быть не больше одного игрока, не реализовавшего в каком-то большом турнире решающий пенальти (Анелька, если помните, запорол последний 11-метровый в московском финале Лиги чемпионов «МЮ» — «Челси»)?

Липпи с момента своего триумфа отдыхает. Каннаваро получил серьезную травму на тренировке перед самым Euro.

Маттерацци, видимо, смертельно заскучал оттого, что некого больше провоцировать на поле гадостями на семейную тему — и сыграл в первом матче Euro-2008 настолько неубедительно, что потерял место в составе. Было отказано в доверии и Малуда, заработавшему в начале финала ЧМ-2006 пенальти. Хавбек «Челси» полировал французскую лавку.

Короче, меньше двух лет спустя «сиквел» финала Франция — Италия прошел без всех его главных героев. Хоть и оказалось среди 22 участников поединка в Цюрихе 12 финалистов первенства мира: семь у итальянцев и пять у французов.

Но то, что тогда было драмой, теперь стало фарсом. Если финал чемпионата мира — главный матч мирового футбола за четыре года, то перед началом поединка на цюрихском стадионе «Летцигрунд» было вообще непонятно, есть ли смысл его проводить. Победа румын над вторым составом сборной Голландии разом оставила бы за бортом и чемпионов, и вице-чемпионов мира. Как во Франции, так и в Италии все были уверены, что голландцы не упустят возможности отцепить разом и одних возможных соперников по полуфиналу, и других…

Но Голландия оказалась выше мелочных расчетов, и оттого за нее, представшую пока на Euro в каком-то нереальном для футбола 2000-х блеске, хочется переживать еще больше. Как и за хорватов, которые, как и на «Уэмбли», вновь победили в совершенно не нужном им матче мотивированного соперника — на сей раз поляков. Вообще, встреча двух этих красивых и бескомпромиссных сборных, Голландии и Хорватии, представляется мне идеальным финалом Euro-2008. Впрочем, и от Голландии — Португалии я бы не отказался…

Впрочем, мы отвлеклись. Крайне непривычно было смотреть на поединок Франции и Италии как на матч не двух мировых футбольных сверхдержав, а на встречу лузеров, лишь одному из которых может по счастливой случайности повезти остаться на турнире. А ведь автор этих строк в «угадайке», которую по традиции проводит редакция «Спорт-Экспресса», вывел обе эти команды в четверку лучших. Французов же и вовсе «сделал» чемпионами Европы. А они, французы, в итоге стали главным разочарованием Euro.

Впрочем, все это было сделано мною скорее в силу привычки, а не восторга от французских и итальянских умельцев. Ни финал ЧМ-2006, на котором мне довелось (не могу сказать — посчастливилось) присутствовать, ни уровень игры обеих команд на том первенстве в целом не произвели какого-то сногсшибательного впечатления. В подтверждение — цитата из моего материала в «Спорт-Экспрессе», посвященного той игре:

«В какой-то момент я поймал себя на циничном ощущении, что удаление Зидана — единственный эпизод, который придает этому матчу оттенок величия».

Главная причина, по которой я вновь видел Италию и Францию среди главных претендентов на титул, заключалась в огромном опыте и прагматизме обеих сборных. Это были самые ходовые «валюты» на мировом первенстве, которое получилось самым незрелищным, пожалуй, с 1990 года. Ни одного матча-шедевра, где блистали бы обе команды-участницы (а не одна, как, к примеру, в поединке Франция — Бразилия), мы не получили. Создавалось ощущение, что чемпионом сподручнее всех становиться тому, кто лучше всех умеет засушить игру, разбить ее на эпизоды — и в силу своего индивидуального мастерства этими эпизодами воспользоваться. Мировой футбол, казалось, скучнеет на глазах.

В итоговом материале я тогда задавался вопросами, как следует менять правила, чтобы футбол не умер у нас на глазах. Правил не изменили. Но вдруг на Euro-2008 мы получили суперзрелищный турнир, где каждый матч другого краше. И есть такие праздники души, как та же Голландия, какими в Германии и не пахло.

Как все могло столь радикально измениться за каких-то два года, нам только предстоит понять. Да и вообще, впереди плей-офф, где все может опять «засохнуть». Но факт налицо: того футбола, который демонстрировали Франция с Италией на чемпионате мира, теперь оказалось недостаточно.

Тут подмывает сделать вывод, что и те, и другие оказались к этому не готовы. Но, по моему глубокому убеждению, это две совершенно разные истории.

У сборной Италии после ЧМ-2006 сменился тренер. Опытнейшего Липпи заменил молодой, хоть и рано поседевший Роберто Донадони. Бывший яркий атакующий хавбек «Милана» не изменил своему стилю и, вопреки всем историческим апеннинским установкам, провозгласил свою философию: итальянская команда достаточно талантлива, чтобы позволить себе сделать ставку на атаку. Для «скуадры адзурры», для которой испокон веку главной задачей было не пропустить (за что я ее, честно говоря, и недолюбливал), это была настоящая революция.

А революция не может быть безболезненной. Трудно перестроить игру, но еще труднее — собственный менталитет. Тем более когда у тренера нет пока такого авторитета среди футболистов, таких достижений за спиной (как у того же Липпи, например), что они будут верить ему безоговорочно. Такая вера — один из важнейших атрибутов победы. Ее-то французам, чьи ветераны весьма скептически относились к Доменеку, возможно, и не хватило. Но к этой теме мы еще вернемся.

Когда игра перестраивается на атакующий лад, крайне необходимо иметь в команде надежнейшую линию обороны, которая смикширует первоначальный негативный эффект подобных перемен. И тут — катастрофа: травма Каннаваро накануне первенства. Можно сколько угодно рассуждать, что сейчас лучший футболист Европы 2006 года не в такой форме, как раньше — но гигантский опыт и мастерство все равно никуда от него не делись. Если Маттерацци брал больше нахрапом, наглостью и физическим устрашением, то для Каннаваро, а также ушедшего из сборной Несты, на первом плане была идеальная тактическая выучка. И если рядом с Каннаваро шероховатости того же Маттерацци не выглядели столь серьезными, то дуэт Маттерацци и Барцальи в стартовом матче с Голландией — это было нечто.

И все равно ведь не скажешь, что Италия в той игре была «никакой»! Команда Марко ван Бастена, бесспорно, ее переиграла — но Донадони делал все, чтобы его парни старались играть не вторым, а первым номером.

Другое дело, что складывалось впечатление: итальянцы не готовы физически. Уже к концу первого тайма, к примеру, лицо Пирло было покрыто таким слоем пота и выражало столь адскую степень мучения, что вывод о проблемах с функциональной подготовкой напрашивался сам собой.

Теперь же, после того как большую часть матча с Францией «скуадра адзурра» просто летала, появилась версия: Донадони подводил команду к идеальному уровню готовности отнюдь не к старту турнира. Если Голландия сделала ставку именно на начало битв в «группе смерти» (пока я с трудом могу себе представить, что так можно отыграть весь Euro), то у Италии, допускаю, пик формы заведомо должен был прийтись на плей-офф.

Это рискованный путь. Дважды его проходил со сборной СССР очень уважаемый на Апеннинах Валерий Лобановский — и достигал противоположного эффекта. На Euro-88 наши футболисты в стартовых матчах с Голландией и Ирландией выглядели совсем не монстрами физподготовки — но за счет дисциплины и удачи один из этих поединков выиграли, а другой свели вничью. А вот с третьей игры против Англии команда Лобановского понеслась так, что только пятки сверкали. В 1990-м же году, на чемпионате мира в Италии, в двух стартовых поединках против Румынии и Аргентины у сборной СССР на ногах висели пудовые гири. Два поражения — и третий матч против Камеруна, когда появилась легкость, оказался уже бессмысленным. Лобановский потом говорил, что с расчетами выхода на пик формы ошиблись буквально на два дня…

Италия очень сильно рисковала повторить этот путь — и хоть против Румынии выглядела уже куда свежее, чем в стартовом матче, от поражения ее спас Буффон, отразивший пенальти. Не яви героизма голкипер «Ювентуса» — и матч с Францией был бы уже никому в Риме, Милане и Флоренции не интересен. Вот что это такое — роль личности в истории.

После первой игры Донадони пошел сразу на пять перестановок в стартовом составе. Мне это казалось проявлением слабости и неуверенности тренера в себе: тем самым он, выходило, показал, что все его действия до чемпионата были неправильными. В третьем матче он вернет в стартовый состав Гаттузо, признав, что с одной из перестановок все же был перебор. А вот пара Барцальи — Маттерацци, а также хавбек Амброзини и форвард Ди Натале амнистии так и не получили. Есть и соображение мистического порядка: убрав из состава Маттерацци, Донадони, полагаю, привлек на свою сторону и футбольного бога, который вряд ли простил итальянцу подлость двухлетней давности.

Но вернемся к реальности. Одна сторона неопытности Донадони — ошибки в начале чемпионата, но другая — отсутствие упрямства и желание их исправлять. Если тренерам, которые уже многое доказали, порой свойственна косность и вера в собственное величие, то перетряска итальянского состава свидетельствовала о том, что молодой специалист ищет.

Матч с Францией показал, что, похоже, нашел. С каждой игрой Италия прибавляет: это, пожалуй, главное на сегодня впечатление от динамики ее выступлений на турнире. От «трехцветных» она не оставила камня на камне, и не стоит приводить в качестве контрдовода раннее удаление Абидаля. Во-первых, оно было абсолютно справедливым, а во-вторых, к нему — равно как и к пенальти — привело мощнейшее давление, которое итальянцы обрушили на французские ворота с первых же минут. Его-то в какой-то момент оборона «трехцветных» и не выдержала.

В четвертьфинальной паре Испания — Италия фаворитом мне кажутся именно чемпионы мира. Во-первых, известно, насколько стремительно «сдувается» команда с Пиренеев, когда дело доходит до кубковой стадии. Во-вторых, против Швеции испанцы выглядели очень натужно и победы, по большому счету, не заслуживали. В-третьих, у итальянцев вот-вот должно выстрелить главное ударное орудие — Тони, который играет хорошо (какой был удар с лета пяткой — пальчики оближешь!), но в ворота фатально попасть не может. Стоит ему разок это сделать — и, боюсь, мало не покажется никому.

Подпортить ситуацию для итальянцев могут только дисквалификации Пирло и Гаттузо. И вот тут-то может сказаться неопытность Донадони, для которого плей-офф-2008 станет первым подобным опытом. Сможет ли он безболезненно заменить ключевых полузащитников, узнаем в ближайшие дни.

У французов — совсем другая история. И отличается она от итальянской в той же мере, в какой застой отличается от перестройки.

На ЧМ-2006 я общался с французскими специалистами и журналистами, и их мнение было единым: выход команды в финал в наименьшей степени связан с фигурой главного тренера. Арсен Венгер, не озвучив этого тезиса впрямую, обмолвился, что сборная Франции с 98-го по 2006-й трижды выходила в финалы мировых и европейских первенств с тремя разными тренерами. Звездное поколение игроков во главе с Зиданом сыграло тут куда большую роль.

Вспомним: в том же 2006-м именно блеск Зизу, забившего в 1/8 финала ключевой гол испанцам и блиставшего в четвертьфинале с Бразилией, обеспечил «трехцветным» успех. Пока великий футболист молчал, французы с огромным трудом выползли из группы, сведя два первых матча — с Швейцарией и Кореей — вничью. «Зиданозависимость», которая стала для всех очевидна еще в 2002 году, когда он пропустил два первых матча из-за травмы и Франция не вышла из группы, так никуда и не делась.

Почему же, спросите, я поставил на Францию как на чемпиона Европы-2008? Потому что предполагал: молодой французский лидер, Франк Рибери, созрел для роли вожака. Той, которую он играет в «Баварии».

Оказалось — рано. А в игре с итальянцами еще и не повезло: в самом начале матча он на ровном месте получил травму. Более того, Рибери был виноват в этом эпизоде сам, агрессивно пойдя на Дзамбротту и толкнув его двумя руками. Падая, тот шипами угодил шрамоносцу в бедро…

Вместо Рибери Доменек выпустил талантливого, но тоже пока еще сыроватого для такого уровня Насри. А когда вскоре Абидаль получил красную карточку, убрал его с поля и выпустил защитника Бумсонга. На мой взгляд, именно в этот момент Доменек совершил главную свою ошибку в этом матче. При двух опорных полузащитниках разрушительного плана — Макелеле и Тулалане — Насри был единственной пуповиной, связывавшей группу обороны и переднюю линию — Анри, Бензема и Гову. С его уходом доставлять мяч форвардам стало некому. Однажды это удалось Тулалану, отправившему Анри на свидание с Буффоном — но это было исключением из правила. Замени Доменек одного из опорников либо, скорее, кого-то из трех нападающих, — у французов сохранился бы хоть какой-то баланс.

А то, что Абидаль, чистый левый защитник, в решающем матче вдруг оказался игроком центра обороны, и в результате «привез» пенальти, удаление и решающий гол — разве не грубейшая ошибка Доменека? Очевидно, что после слабой игры капитана Тюрама в поединке с Голландией тренер вспылил и убрал «французского Онопко» (он — рекордсмен по числу сыгранных матчей за сборную) в запас. Но все говорит за то, что замена ветерану заранее подготовлена не была.

Как и вообще команда не была обновлена к чемпионату так, как должна была. Вместо давно назревшей смены поколений Доменек занялся выяснением личных отношений, мелко отомстив находящемуся в самом соку Трезеге, который не забил решающий пенальти в финале ЧМ-2006. Но ведь почему тогда не забил нападающий «Ювентуса»? Потому что тренер из раза в раз оставлял его на скамейке, предпочитая в качестве первого запасного форварда Луи Саа. Планомерно уничтожив в Трезеге всякую уверенность в себе, Доменек вдруг выпустил его на исходе финала — и получил то, что должен был получить.

Такая зарекомендовавшая себя на международном уровне молодежь, как блестящий крайний хавбек Вальбуэна (которого все мы помним по играм «Зенита» с «Марселем»), места на чемпионате Европы вообще не получила, а те, кого взяли — вроде Насри — так и не получили настоящего шанса. Зато непонятно откуда возникли запасной «Челси» Анелька, а также Гомис из заштатного «Сент-Этьена», которому Доменек доверял, как Ярцев — Булыкину. Но Булыкин-то хоть тремя голами Швейцарии помог той сборной России выйти на Euro-2004, а все заслуги Гомиса сводились к тому, что в контрольном матче он забил два мяча Эквадору. Но в глазах Доменека их оказалось больше, чем у автора золотого гола Euro-2000, более чем дееспособного по сей день Трезеге!

Ибрагимович с травмой колена тем не менее выходит за шведов на каждый матч, а микротравма Анри побудила Доменека в стартовом матче не выпустить его даже на замену. Это — еще один из многочисленных вопросов, которые вызвала провальная, на мой взгляд, работа главного тренера французской сборной.

Светлое будущее команды, в отборочном турнире, к слову дважды проигравшей Шотландии (не уступи та в решающий момент Украине, не видать французам чемпионата Европы вообще), возможно только при условии ставки на новое поколение. У них есть группа одаренных игроков — Рибери, Эвра, Насри, Вальбуэна, Бензема, Абидаль. Но нужна тренерская воля, чтобы эти люди почувствовали ответственность за результат. Предыдущее поколение все равно никогда не изживет из себя комплекс зависимости от Зидана. У новых же звездочек такой шанс есть.

Французская история 2008 года чем-то напомнила мне российскую 2002-го. Команда Олега Романцева была самой старой на том чемпионате — и оказалась неспособна поддерживать те скорости, которые требовал мировой футбол. «Трехцветные» спели ту же заунывную песню, ограничившись одной безликой ничьей с румынами и получив по итогам трех матчей разность мячей 1–6. Других комментариев она не требует.


ХИДДИНК ВОСКРЕСИЛ ФУТБОЛЬНУЮ РОССИЮ

Групповой турнир. Россия — Швеция — 2:0 (1:0). 18 июня. Инсбрук. Стадион «Тиволи-Ной». 30 тысяч зрителей.

Голы: Павлюченко (Анюков, Зырянов, Аршавин), 24 (1:0). Аршавин (Жирков, Билялетдинов), 50 (2:0).

Россия: Акинфеев, Анюков, Игнашевич, Колодин, Жирков, Зырянов, Семак, Семшов, Билялетдинов (Саенко, 66), Аршавин, Павлюченко (Быстров, 90).

Швеция: Исакссон, Стоор, Мельберг, Ханссон, Нильссон (Альбек, 79), Элымандер, Андерссон (Чельстрем, 56), Свенссон, Юнгберг, X. Ларссон, Ибрагимович.

Судья: де Блекере (Бельгия).

Наказания: Исакссон, 10. Эльмандер, 49. Семак, 57. Аршавин, 65. Колодин, 76 (предупреждения).

За несколько часов до матча Россия — Греция возле «Русского дома» в Зальцбурге я услышал поразительный диалог. Мальчик лет двенадцати спросил отца: «Папа, а когда сборная России выиграет чемпионат мира или Европы?» «Не на нашем веку, сынок, — вздохнув, ответил отец. — Ни на моем, ни на твоем».

Продолжения разговора я не услышал. Вероятно, оно было таким: «Папа, тогда зачем мы сюда приехали?!» Детям — им ведь невдомек, что можно, а что нельзя, на что мы способны, а на что — нет, футбольная страна Россия или не совсем, кто три раза подряд выходил в плей-офф больших турниров, а кто не делал этого уже 20 лет.

В последние дни мы, давно во всем разуверившиеся, с огромным скрипом, но начали превращаться в этих самых детей. В том числе профессионалы. Вы не поверите, но Владислав Радимов, которому я позвонил за час до матча, сказал: «Не вижу я в шведах ничего, что нашим с такой игрой, как против греков, было бы невозможно преодолеть. Думаю, в первом тайме забьем один, после перерыва шведы полезут вперед, получат второй, а может, и третий. Мой прогноз — 2:0 или 3:0».

Признаюсь честно: я не был столь оптимистичен. И, чтобы зарядиться энергетикой предстоящего матча, за несколько часов до его начала отправился гулять по Инсбруку. Право, более ошеломляющей эмоциональной подпитки получить невозможно! На месте Гуса Хиддинка я бы хотя бы на пару минут в день игры выводил сборную — под охраной, естественно — на улицу. Просто показать, что там творится. Как люди поют и скандируют. Как ждут и верят. Как смеются и плачут. Да после этого невозможно не пропитаться бешеным желанием выйти и осчастливить этих людей!

Впрочем, у Хиддинка есть свои способы настроить команду. Два года он твердил, что у русских в крови — жажда атаки, наступления, агрессии, стремление творить все самим, а не подстраиваться под других. Мы — или я не прав? — не верили. Мы думали, что кровь в наших жилах давно уже не бурлит, а стоит на месте и почти замерзает.

И вот наступил момент истины. День, когда не проходили объяснения — перегорели, мол, переволновались, кочка помешала, судья набедокурил. День, когда все должно было встать на свои места. Потому что именно в такой день выясняется, кто ты такой.

Во время прогулки по Инсбруку я заглянул в отель Hilton, где жила сборная. И увидел в холле Романа Павлюченко. Он разговаривал с другом — известным спартаковским болельщиком, улыбался, и на его лице не читалось ни капли волнения и страха. Я просто подошел к нашему форварду, пожал ему руку и пожелал удачи. В такие часы — не до журналистских вопросов.

А вопросы ведь были. Выйдет ли, например, в стартовом составе Аршавин. Не стану скрывать: после предыгровой тренировки среди журналистской братии прошел слух, что Хиддинк сенсационно решил сохранить состав предыдущего поединка. Мы сомневались, до хрипоты спорили, вникали в тренерскую логику. Но на скамейке оказался Торбинский. А Аршавин вышел на поле. И как вышел!

Человек, которого не было в официальных матчах с 14 мая — дня финала Кубка УЕФА — не может так играть. Но когда на 3-й минуте первым же касанием он сделал шикарный пас на 60 метров Павлюченко, подумалось: это будет его игра. Невзирая на всех Ибрагимовичей и юнгбергов, невзирая на шведский суперопыт по выходу из группы, невзирая на наше многолетнее футбольное лузерство.

Аршавин, начавший первую голевую атаку и завершивший вторую, был бесподобен. И не только в атаке. В концовке матча, когда нужно было терпеть, терпеть и терпеть, он в последний момент выбил мяч в нашей штрафной (!) у Ибрагимовича. И, как того просит у игроков Хиддинк, активно подсказывал партнерам, жестикулировал и кричал, где и кому какую позицию нужно занять. Это был настоящий лидер, и не зря днем ранее шведские журналисты только и спрашивали: «Выйдет? Не выйдет?»

Но блистал не только он. Уже минуте к 20-й стало ясно: эта сборная вышла на поле стадиона «Тиволи-Ной» не на трясущихся ногах, в надежде забить какой-нибудь случайный гол. Эта сборная вышла рвать соперника на части. Каждый игрок был готов вырвать из груди сердце и положить его на алтарь победы. Когда Аршавин едва не перебросил по дуге Исакссона, когда могучий удар Жиркова с лета после углового на какие-то сантиметры разминулся со штангой, захотелось повторить вслед за Александром Сергеевичем: «Ура! Мы ломим! Гнутся шведы!» Кстати, именно эти слова великого поэта распевали наши болельщики в центре Инсбрука…

А потом был гол. Головокружительный, забитый в результате потрясающей комбинации Анюков — Аршавин — Зырянов — Анюков — Павлюченко. Перечисляю каждого, потому что хочется всем этим парням поклониться в ноги. И всем остальным — тоже. Бог ты мой, как рулил серединой поля Семак! Была ли точка на поле, куда не успевал семижильный Жирков? Как разлетались в стороны соперники от Игнашевича! И какая дьявольская у них была подстраховка, когда кого-то соперникам все-таки удавалось пройти!

Нет, соперник был совсем не прост — и напомнил об этом сначала перекладиной Ларссона, а потом ударом Юнгберга, парированным Акинфеевым. Последние пять минут первого тайма получились для нас худшими в этом матче: это был единственный фрагмент, когда мы отошли от своей игры. Той, в которую Хиддинк научил играть сборную России. Игры-вихря, игры-радости, игры-куража. Но невозможно же молодой и неопытной (как-то уже не хочется произносить эти слова, не правда ли?) команде быть неуязвимой все 90 минут! Она же еще только учится быть самой собой!

Период нашего недолгого страха, что все это — чудесный сон, прекратил Аршавин. А с ним — и Жирков, разыгравший с зенитовцем точно такую же классную, как при первом голе, атаку с ходу. Но и при 2:0 глубоко окопавшийся в нас червь сомнений заставлял вспомнить Чехию трехдневной давности. Я не мог поверить, что наши даже при самой блестящей игре способны не организовать себе хотя бы минимальную головную боль.

Но ничего не случилось. Напротив — сборная России могла и должна была реализовать прогноз Радимова и забить третий мяч. И это в гораздо большей степени отражало бы соотношение сил в матче. Лучшем на сегодня в 17-летней истории нашей национальной команды. И даже победы во Франции 99-го и над Англией 2007-го не идут с ней в сравнение — потому что то была квалификация, а это — решающий матч группового турнира финальной части Euro. Где вопрос стоял ребром: победа или смерть.

Теперь нас ждет Голландия. Могучая, сделавшая отбивную из итальянцев с французами и вторым составом не оставившая шанса очень крепким румынам (вы верите, что 0:3 в Бухаресте в конце марта этого года — были?). Несмотря на выход из группы, по классу мы объективно слабее ее.

Но сборная России 18 июня не имеет ничего общего со сборной России даже недельной давности — когда она играла с Испанией. Эта команда поверила, что нет в этой

жизни недостижимых вещей. Эти игроки поняли, что все, абсолютно все — в их руках, точнее, ногах. А главное, головах.

И самое важное. Сегодня, думаю, все до единого в России поняли, что в футболе означают два простых слова. Великий тренер. Все оценили, на какое сказочное преображение еще недавно аморфной, ленивой, неуверенной в себе команды он способен.

Спасибо вам, Гус Хиддинк. Вы сделали то, во что не верил практически никто. Вы воскресили футбольную Россию.

И теперь мы с нетерпением ждем, что будет дальше. Потому что эта сборная больше никого не испугается. Она может проиграть, но она никогда не сдастся. Тем более — стране, которая родила человека, подарившего нам волшебный вчерашний вечер. И, надеюсь, подарит их еще много.


19 июня МЫ ПОНЯЛИ, ЧТО УМЕЕМ ИГРАТЬ В ФУТБОЛ

…Прошло пару часов после матча. Чуть-чуть схлынула необузданная, совсем не репортерская, а абсолютно болельщицкая радость. Позади остались огромный портрет Петра I на нашей трибуне перед стартовым свистком; объятия с коллегами в ложе прессы и с сидевшими поблизости болельщиками; ощущение нереальности происходящего и страх, что пробьет полночь, и принцесса вновь станет Золушкой; растерянное лицо наглухо прикрытого Златана Ибрагимовича и Гус Хиддинк, утешающий его после игры; гимн России, который распираемая от гордости трибуна с нашими болельщиками пела a capella по ходу второго тайма; прощальный взгляд на поле «Тиволи-Ной» с одной-единственной мечтой — остановить мгновение… Все это навсегда запечатлелось в истории — не только нашего футбола, но и страны. А главное, в наших душах и сердцах, из которых ослепительные чувства от этой победы уже никогда не стереть.

Но, когда первые эмоции осели, я вдруг подумал: как же мы не привыкли к счастью! Насколько же не знаем, что с ним делать, как к нему правильно относиться! Будучи планомерно унижаемы в футболе на протяжении десятилетий, мы с непривычки озираемся в поисках подсказки — может, надо быть посдержаннее, посолиднее? Не перехваливать, чтобы не зазнались, поворчать для профилактики? Да и вообще, что такое выход из группы по сравнению с чемпионским титулом?

Нет! Мы должны быть критически мыслящими людьми, но не имеем права становиться брюзгами и мизантропами. Одно из главных качеств здорового человека и здоровой страны — умение радоваться. Разумеется, не заранее (если помните, после матча с греками тональность была умышленно сдержанной), а когда к тому есть настоящий повод. Сейчас же этот повод заключается даже не в самом факте первого за 20 лет выхода из" группы на мировых и европейских первенствах — хотя и в нем, конечно, тоже. «Это будет изумительный результат», — прав был Хиддинк в нашем предтурнирном интервью.

Но еще важнее другое. В среду мы поняли, что умеем играть в футбол.

Не приманивать удачу, не забивать шальной гол, не заниматься трусливо-оборонительной партизанщиной — а именно играть. Красиво и самозабвенно. Так, что от гордости и восторга колотится сердце и кровь приливает к вискам. И хочется кричать на весь мир: «Это наша, наша сборная! Смотрите на нее!»

Страна вообще многое поняла поздно вечером в среду. Надеюсь, например, что в эти часы был вбит последний гвоздь в гроб квасного патриотизма. Все, кто не понимал

до этого, поняли: можно быть иностранцем, почти не говорить по-русски — и при этом сделать для нашего футбола больше любого россиянина. Да и только ли для футбола? Каждый наш соотечественник, который смотрел матч Россия — Швеция, стал после него не только больше гордиться Россией, но и ощущать ее частью мира, а себя — человеком мира. Потому что Гус Хиддинк доказал: главное — не язык и паспорт, а настоящий профессионализм и высокие человеческие качества. И то, и другое притянуло к нему игроков — людей с непростыми характерами, молодых, обеспеченных и самодостаточных. Я и сам не раз удивлялся, что общий язык с Хиддинком нахожу намного легче, чем со многими соотечественниками. А потому игроков сборной России прекрасно понимаю.

А вот чего мы никогда до конца не поймем — так это того, каким образом Хиддинку удалось превратить набор рядовых, как нам казалось, футболистов в коллективный ураган, который снес сильную сборную Швеции с лица Euro-2008. Это знают только он и они — тренер и игроки. Да и те вряд ли до конца отдают себе отчет, как голландцу все это — уже с третьей командой подряд! — удается.

Они просто ему верят. И делают то, что он говорит. И все отчего-то выходит именно по-хиддинковски.

И пусть теперь кто-нибудь назовет его обычным везунчиком. Где оно было в матче со Швецией, это везение? В перекладине Павлюченко и штанге Зырянова? И к матчу со скандинавами, и вообще к выходу России в четвертьфинал Euro фактор удачи не имеет вообще никакого отношения. А имеет — фактор колоссальной и умной работы, задуманной тренером и старательно, не по-нашему терпеливо и педантично проделанной игроками.

После каждого очередного поражения мы уныло скулили: «Дело не в тренере». Нет, господа, дело — как раз в тренере, которому самой сутью футбола дано быть главной фигурой в этой игре. Точно так же, как Вторую мировую

невозможно было выиграть только миллионами героических солдат. Не обойтись было без маршалов Жуковых.

Если продолжить аналогию, то пока наш голландский маршал только перешел в контрнаступление. Враг выдавлен с нашей территории. Но нужно стать еще вдвое сильнее, чтобы стать хозяином Европы. Впереди-то — голландцы, о которых мы еще вчера говорили: «Это — другая планета».

Сегодня мы уже не столь категоричны. И вполне всерьез воспринимаем слова капитана шведов Фредрика Юнгберга, который на вопрос: «Есть ли у России шансы против Голландии?» тут же отвечает: «Безусловно». А когда я спрашиваю суперветерана сборной Швеции Хенрика Ларссона, чего Россия может достичь на Euro-2008, то слышу в ответ: «Теперь это зависит от нее самой».

Давно мы слышали от именитых иностранцев что-то подобное? В 17-летней российской истории — никогда. Хиддинк пишет ее с чистого листа.

Главное, чтобы писал и два последующих года. В связи с этим меня немного насторожило его высказывание на пресс-конференции. На вопрос шведского журналиста: «Не хотите ли вы тренировать сборную Швеции?», вызвавший дружный смех зала, Хиддинк ответил: «С удовольствием посещу ее как турист. А если серьезно, то это хорошая страна для жизни и работы. Но сначала я посмотрю, что произойдет после этого чемпионата».

Похоже, голландец намекнул на так пока и не подписанный новый контракт. Не исключаю, что его задела пауза, взятая фондом «Национальная академия футбола», заявившим о желании вначале поглядеть на игру и результаты сборной России на Euro-2008.

Не нужно думать, что мы разорвали Швецию — и теперь автоматически будем так играть всегда. Процесс учебы нашей сборной большому футболу находится, конечно, не в зачаточной, но и не в завершающей стадии. И если прервать этот процесс на полпути, мы довольно скоро вновь съедем на старые ржавые рельсы. Не дай бог!

…Это было в немецком городе Кайзерслаутерн 26 июня 2006 года. Вроде бы совсем недавно — без восьми дней два года назад.

Но на самом деле — бесконечно давно. В другой жизни. Когда мы еще не знали, что умеем играть в футбол.

Человек, который позавчера нам это объяснил, давал свою последнюю пресс-конференцию в качестве главного тренера сборной Австралии. Он держался достойно, хотя как сложно ему было не сорваться — даже представить себе не могу. Минутами ранее его команду уничтожил испанский судья Медина Канталехо, при счете 0:0 выдумавший пенальти в пользу Италии на последней минуте матча 1/8 финала ЧМ-2006.

Встрять в скороговорку коллег с Апеннин со своим вопросом было, казалось, невозможно. И все же мне это удалось. Я спросил: «У вас есть уверенность, что со сборной России вы сможете повторить то, что вам удавалось с командами Кореи и Австралии?»

Лаконичный ответ Гуса Хиддинка поразил меня своей откровенностью.

«Такой уверенности у меня нет», — признался тренер.

Когда все закончилось, я подошел к единственному российскому коллеге, с которым мы присутствовали на той пресс-конференции, корреспонденту «Советского спорта» Олегу Соколу. Поскольку оба на чемпионате мира «отвечали» за австралийцев, нам к тому моменту хватило времени понять, что в безоговорочной поддержке Хиддинка и уважении к нему мы — едины. Иначе я бы и подходить в тот момент не стал. Спустя несколько минут, передавая репортажи в свои газеты, мы пошли на грубейшее нарушение формальных норм нашей профессии, которым тем не менее я по сей день немножко горжусь. Фраза, которая могла бы стать хитом следующего дня, в обоих изданиях так и не появилась. И в России о ней тогда не узнал никто. Признаюсь в этом, уважаемые читатели, только сейчас.

Мы видели, какая в тренерском корпусе страны нагнетается истерия вокруг назначения Хиддинка. Мы читали десятки высказываний вроде: «Категорически против того, чтобы сборной руководил иностранец. Во главе ее должен стоять патриот, досконально понимающий национальный колорит, характер, традиции». И ведь говорил эти дикие, неандертальские слова не какой-нибудь кликуша-депутат, а ведущий тренер страны. Кто именно — догадайтесь сами. В день большого праздника не стоит вспоминать авторов таких речей (интересно, какое у них сейчас настроение?) поименно. Хочется, наоборот, объявить всеобщую амнистию…

Мы понимали, что честную фразу Хиддинка его многочисленные недоброжелатели используют в своих целях. И решили не доставлять им такого удовольствия, не лить воду на их инквизиторскую мельницу.

Теперь, когда Хиддинк сделал нечто абсолютно невозможное, я с легкостью на душе раскрываю вам эту тайну. Потому что есть слово — и есть дело. Голландец не бил себя кулаком в грудь и не обещал молочных рек с кисельными берегами. Он и теперь, на Euro-2008, перед той же Швецией называл соперника фаворитом, давая ура-патриотам повод для возмущения. А потом размазал эту Швецию, как черную икру по бутерброду.

Не знаю, для кого как, но для меня это еще и глубоко личная победа. И победа «Спорт-Экспресса», который в самых сложных ситуациях Хиддинка всегда поддерживал. Потому что мы отделяли зерна от плевел, понимая: голландец может заблуждаться в какой-то кадровой детали или не обеспечить сиюминутный результат, но только ему под силу пересадить наш футбол с ветхой отечественной развалюхи на новехонькую иномарку. Но для этого нужно терпеть и ждать.

Качественный скачок произошел после того, как у Хиддинка первый раз за все его два года в России появилось время. Три недели подготовки — и вот результат. Получите и распишитесь. Все, что было до того, не могло быть иначе чем быстрыми, не проработанными тщательно эскизами. А на Euro мы увидели портрет. И если он не снял у кого-то все вопросы, то я просто не знаю, чем вообще таким людям можно угодить.

Стараясь понять, как Хиддинку удалось все это, я обратил внимание на цитату из его интервью перед началом Euro: «Я не люблю орать на игроков, оскорблять их. Но люблю открывать им глаза, на что они способны. Спрашиваю их: "Вы достигли потолка своих возможностей?" Очень многие отвечают: "Да, мы делаем то, что можем". Но большинство людей — не только в футболе, но и в других профессиях — на самом деле занижают планку своих возможностей! Они способны на большее — и иногда ты должен открыть им на это глаза! Это важнее, чем один или два забитых гола! В нашем мире хороших контрактов мы можем делать больше, чем нам кажется, и чем мы привыкли».

Нет сомнений, что футболисты сборной России думают теперь о самих себе совсем иначе. Спустя десятки лет они будут говорить Хиддинку спасибо за то, что голландец раскрыл им глаза на их истинные возможности. Безумно интересно все-таки, почему на это не способны российские тренеры. Или — пока неспособны?

Вместо того чтобы завидовать Хиддинку, им надо у него учиться. Многие это уже понимают. И в ближайшие два года, если все, конечно, будет нормально, необходим как можно более тесный контакт главного тренера сборной со своими клубными коллегами. Чтобы они могли брать у него уроки не только на расстоянии, но и очно.

С одним из коллег голландца, жаждущим общения с ним, мы обсудили детали матча со шведами. Нужно ведь не только восхищаться, но и проанализировать, что и почему сделал Хиддинк. В этом мне помог разобраться главный тренер юношеской сборной России Андрей Талалаев — оговорившись, что истинные намерения голландца знает только он сам и его игроки. Но некоторые наблюдения Талалаева кажутся очень интересными.

— Почему, по-вашему, Аршавин заменил в стартовом составе именно Торбинского, а не, к примеру, Семшова?

— Мне кажется, если у тренера и был выбор, то между Торбинским и Билялетдиновым. Семшова он вряд ли посадил бы в запас, поскольку у него наладилось отличное взаимодействие с Семаком. Когда капитан выдвигается вперед, Семшов тут же закрывает его зону. Убрав Игоря, Хиддинк лишился бы этой очень важной связки в центре поля.

— Пребывание в запасе Торбинского обусловлено, полагаете, тем, что он «висел» на желтой карточке?

— Думаю, это одна из причин. Еще одну вижу в том, что при большом объеме работы в матче с Грецией Торбинский не нанес по чужим воротам ни одного удара. А против Швеции нам нужно было не только играть агрессивно, но забивать и выигрывать. Аршавин же, по сути, выполнял функции второго нападающего, — и, самое важное, забил гол. Кстати, я обратил внимание, что он выиграл несколько верховых единоборств, и это новое в его игре. Раньше он бы в эти единоборства вовсе бы не вступал.

— Каким образом удалось нейтрализовать Ибрагимовича?

— Все — и не только защитники — очень хорошо страховали друг друга. Семок «прилип» к обороне, успевая, по сути,

и выступать в роли пятого защитника, и отлично начинать атаки. Капитан отобрал у соперников, в том числе и Ибрагимовича, немало мячей, а однажды до того расстарался, что пошел на один мяч с Колодиным, и тот ему за это выговаривал. Благодаря Семаку у нас в центре поля нет пустот, зато есть организованность и стабильность. Очень понравилось и взаимодействие пары Колодин — Игнашевич, которая обошлась без ошибок и помогала друг другу. В целом же Ибрагимовича удалось остановить за счет командной игры.

— Какова природа неудачного отрезка в конце первого тайма?

— Там вижу сразу несколько причин. Понять нашу сборную можно: минут 10–15 перед тем она провела в высочайшем темпе, который долго поддерживать невозможно. И я даже слышал крик Корнеева: «Пауза! Пауза!» А шведы как раз в этот момент, проигрывая — 0:1, прибавили в агрессивности. Если до того на нашей половине поля российских футболистов пытались «накрывать» только два соперника, то после гола Лагербек дал подсказку Ларссону, тот — Юнгбергу, — и прессинговать на нашей половине поля стало уже четверо. К счастью, наша команда сумела не пропустить до конца тайма, а перерыв, как я и предполагал, пошел ей на пользу.

Сборная очень грамотно соблюдала игровую аритмию. Когда надо — взвинтили темп, когда надо — успокоили игру, спокойно контролируя мяч. С каждой игрой у команды появляется уверенность в действиях, собственный почерк. Помните, как Семак в конце матча боролся с Юнгбергом, чуть ли не метров 30 пытаясь отобрать у него мяч? Раньше он бы в одно касание ударил бы по облакам. А теперь появилась уверенность, что мы никому не уступаем в мастерстве.

— Вас не поражает работоспособность Жиркова, успевающего везде? Так ведь его солидные европейские клубы и захотят купить как атакующего левого защитника!

— Особенно впечатлило единоборство в конце матча, когда Эльмандер был впереди на корпус и фактически выходил с угла один на один с Акинфеевым. Но Жирков его все же догнал и выбил мяч на угловой. Тем самым показав потрясающую выносливость и силу для человека, который проделал в матче такой объем работы.

Кстати, оба гола показали, что команда приняла требования Хиддинка, у которого одним из главных видится активная фланговая игра. Первый мяч был забит после прохода и передачи Анюкова, второй — Жиркова. Весь матч работали оба края, не было перекоса в какую-то одну сторону, который сделал бы нашу игру предсказуемой для соперника.

— Когда вы поняли, что Россия выиграет этот матч?

— Когда Аршавин забил второй гол.

— Вызывает ли что-нибудь опасения накануне матча с Голландией?

— Команде надо восстановиться. У голландцев на это больше времени. Думаю, что за три дня силы к игрокам вернутся. Но не надо забывать об эмоциях.

— Зато есть уверенность, что эта Россия голландцев не испугается.

— Да. Не сомневаюсь, что мы будем играть в футбол, а не закрываться и пытаться отбиться.

К словам Талалаева хочется добавить одну деталь. За футболистов, имеющих в пассиве по одной желтой карточке, теперь беспокоиться не стоит. На майском исполкоме УЕФА в Москве было принято правило, согласно которому после четвертьфиналов все предупреждения (но не удаления) «сгорают». Сделано это для того, чтобы в финале могли принять участие все лучшие футболисты.

Впрочем, при всех восторгах от матча со Швецией финал для нас — это пока так далеко…

Вдумываешься в то преображение, которое произошло с нашей сборной, — и дух захватывает. Вскоре после матча со Швецией, находясь в состоянии абсолютного счастья, я вдруг мысленно перенесся на семь месяцев назад. В Израиль. И вспомнил, как Мне было плохо после игры, какое подступило отчаяние, которое вот-вот должно было перейти в равнодушие. Но тут в дело вмешались чудо — хорваты. А теперь ни один человек в Европе не скажет, что мы заняли на Euro-2008 место англичан…

Эмоции после домашней Англии, Израиля, Швеции — какая, согласитесь, амплитуда! Ощущаешь себя как на американских горках. И уже страшно хочешь узнать, что будет дальше.

Дальше будет Голландия, о матче с которой Хиддинк сказал: «У них на подготовку на пять дней больше, чем у нас». И вправду, основной состав «оранжевых» в матче третьего тура с румынами отдыхал — а значит, последний раз выходил на поле 13 июня против Франции. Мы же — 18-го.

Но от 13-го до 21-го — восемь дней. За это время игровой тонус можно растерять. К тому же есть подозрение, что голландцы специально готовились так, чтобы выйти на пик физической формы к первым двум турам группового турнира. В противном случае сладить с Италией и Францией, как виделось до чемпионата, было бы крайне трудно.

Для прибавки оптимизма вспомним 1986 год. Сборная СССР под руководством Валерия Лобановского прибыла на турнир сверхготовой — и начала с разгрома Венгрии -6:0. Красивая ничья с французами обеспечила ей выход из группы, и на третий матч против Канады вышел второй состав. Тем временем скромные бельгийцы пробились в плей-офф в последний момент, и в 1/8 финала им отводилась роль жертвенного ягненка. Но застоявшаяся «основа» советской сборной вышла на матч какой-то разболтанной, и все закончилось со счетом 3:4 в пользу Бельгии. На что в начале ЧМ-86 не поставил бы ни один здравомыслящий человек.

Проводить все матчи Euro-2008 на таком уровне, как два первых голландских поединка, вряд ли возможно. А значит, есть надежда, что исключительные кондиции сборной Голландии пойдут на спад. И тогда…

Нет, об этом мы пока ничего не знаем. И очень не хочется повторения истории сборной Югославии на Euro-2000, когда из группы она вышла, но в четвертьфинале была расстреляна хозяевами того турнира голландцами со счетом 1:6. О подробностях того разгрома можно узнать у автора единственного югославского гола, лучшего снайпера того Euro Саво Милошевича.

Но, уверен, с командой его одноклубника по «Рубину» Сергея Семака этого не произойдет. Проиграть мы, конечно, можем — класс у голландцев, как ни крути, выше. Но далеко не всегда выигрывает более мастеровитый. Поверженные нами нынче греки четыре года назад доказали это как никто другой.

Очень надеюсь, что в Базель сборная России поедет без своего багажа. Взятые с собой вещи будут означать одно: в счастливый теперь Леоганг команда возвращаться не планирует. Психологически такое способно очень плохо воздействовать на игроков. Впрочем, в нынешней сборной работают слишком здравомыслящие люди, чтобы они не предусмотрели такого важнейшего нюанса.

А нам остается за нее держать кулаки. С каждым днем на этом чемпионате мы становимся все более суеверными. И замечаем, что предматчевая тренировка шведов проходила в проливной дождь, а к началу нашей засияло солнце…

У всех членов бригады «Спорт-Экспресса» появилась счастливая и несчастливая одежда. На матч с Испанией автор этой книги надел футболку с эмблемой финала Кубка УЕФА «Зенит» — «Рейнджере», которая, по моей логике, должна была перенести удачу из Манчестера в Инсбрук. Не вышло. И на встречу с греками я надел футболку с логотипом «Ювентуса» и надписью, очень актуальной для сборной России в тот момент: «What doesn't kill us make us stronger». «Все, что нас не убивает, делает нас сильнее».

Само собой, что позавчера на мне была та же футболка. И на игре с Голландией, конечно, будет тоже.

Глава III В ГОСТЯХ У СКАЗКИ

20 июня Гус ХИДДИНК: «В РОССИИ НЕ ЧУВСТВУЮ СЕБЯ ИНОСТРАНЦЕМ»

Сегодня утром наша сборная попрощалась с Леогангом — местечком, которое стало для нее счастливым. Не знаю, как футболисты и тренеры, а я буду по нему скучать. По облакам, цепляющимся за горы. По гостеприимным людям, которые сделали все, чтобы россияне не чувствовали себя чужими. По 40-минутным неспешным ночным прогулкам от отеля сборной «Der Krallerhof» до гостиницы, где квартировала бригада «Спорт-Экспресса», во время которых ты жадно дышал горным воздухом и переваривал только что услышанное и увиденное.

Но главное, конечно же, по сладостному ощущению побед. Лучшее — уже сейчас! — достижение в 17-летней истории сборной России ковалось именно здесь, в Леоганге. Шаг за шагом строилась команда, о которой даже пару месяцев назад мы и не мечтали. На наших глазах она наливалась силой, проходила через тяжелую испанскую неудачу — но потом доказывала верность истины, гласящей: «Все, что нас не убивает, делает нас сильнее». И теперь даже французская L'Equipe подает матч Голландия — Россия как поединок двух самых зрелищных команд Euro-2008. И жалеет, что он состоится на столь ранней стадии.

О том, как сборная на наших глазах меняла свое лицо, поздно вечером в канун отъезда в Базель мне в течение почти двух часов рассказывал Гус Хиддинк. Беседу за чашкой капучино в баре отеля «Der Krallerhofo мы начали вскоре после финального свистка в матче Португалия — Германия, а завершили ее далеко за полночь по местному времени. Невозможно не отдать должное тренеру, у которого в этот день были встречи с десятками журналистов — голландских, немецких и т. д., — но понимавшему, насколько жгуч интерес в России к своей сборной и ее волшебному преображению. На мой взгляд, любопытство читателей Хиддинк удовлетворил сполна.

— Перед матчем со Швецией у вас были хорошие предчувствия?

— Были. В день игры смотришь в глаза игроков, наблюдаешь за поведением — и многое понимаешь. Здесь они начисто отключились от всего постороннего. А когда футболисты ведут себя слишком расслабленно, балагурят, приходится приводить их в чувство, как я сделал это перед игрой с Грецией. Перед Швецией в этом необходимости не было — концентрация была видна сразу. Это был хороший знак.

Теперь можно рассказать об одной вещи. Я вывесил в отеле расписание жизни команды на неделю. На следующий день после матча со Швецией в 16.00 значилась восстановительная тренировка, а наутро 20 июня — отъезд в Базель. Они были запланированы. Мы были уверены, что это будет наша игра.

— Понимали, что такое расписание подействует на подсознание игроков?

— Да. Отъезд в Базель значился уже на следующей странице, а на той, что видели игроки — восстановительное занятие в четверг. Это означало, что мы не уезжаем домой, а остаемся на турнире. В день матча я был уверен, что так и произойдет, и заострил внимание игроков на этом графике.

— Победа над шведами принесла вам большое творческое удовлетворение?

— Безусловно. Тактически игроки выполнили все то, о чем мы говорили не только на тренировках, но и на теоретическом занятии. Мы тщательно разобрали сильные и слабые места соперников. Вот один пример. Оба их центральных защитника — Ханссон и Мельберг — любят играть против двух физически мощных форвардов, которых они могли бы обезвредить с помощью единоборств. Они любят битвы «один в один», лоб в лоб.

Что мы сделали? Павлюченко все время располагался не прямо по центру, а между левым защитником Нильссоном и левым центральным — Ханссоном. Последний не любит, когда не может понять — где этот парень, откуда он берется? Роман выполнил все от и до, он обучаем. И это не раз сбивало защиту шведов с толку.

Далее. Между двумя центральными защитниками сборной Швеции и двумя центральными хавбеками — Андерссоном и Свенссоном — всегда существует достаточно большой зазор, этакая площадка. Поэтому я не хотел, чтобы Аршавин играл на передней линии, против Мельберга. Я хотел, чтобы он маневрировал на этой самой площадке, посередине между полузащитой и защитой соперника. Там они с Семаком, Зыряновым, Семшовым, Билялетдиновым они могли играть в короткий пас. Что и было сделано.

— Как вам удалось обезвредить Ибрагимовича?

— К его опеке можно подходить по-разному. С одной стороны, он мощный парень, который любит вступать в физический контакт. Именно так он продавил Серхио Рамоса. Поэтому, чем ближе к воротам он находится, тем в более выигрышном положении оказывается. Нашей целью было заставить его отходить от наших ворот как можно дальше — метров на 30–40. Игнашевич с Колодиным сработали отлично — они начинали бороться с ним не у нашей штрафной, а у центрального круга.

— Можно ли говорить о том, что главная задача сборной России на Euro-2008 выполнена?

— С одной стороны, да. Но далее следует не точка, а запятая. Утверждая, что одно дело сделано, я продолжаю фразу и говорю: «А теперь надо перейти на новый уровень, на следующую ступень». Не хочу, чтобы наша команда, добившись первой цели, затормозила и расслабилась. Теперь перед нами стоит новая цель. Команда должна биться за каждый свой шанс в игре с Голландией. Хотя, безусловно, если бы до того, как мы начали отборочный турнир в группе с Хорватией, Англией, Израилем, Македонией и другими, кто-то сказал: «Парни, я могу видеть будущее. Вы будете в четвертьфинале Euro-2008!» — иными словами, попадете в число восьми сильнейших команд Европы — я бы согласился на это в ту же секунду.

Мы этого добились. Нельзя забывать о трудностях, которые были у нас в отборочном турнире, а также об удаче, которая нам там сопутствовала. Я реалист и понимаю это. Но потом был тяжелый подготовительный период в Москве, Германии, здесь, в Австрии. И если сравнить команду до этой подготовки и после нее, то прогресс — чрезвычаен. Ив командном плане, и в индивидуальном, и в физическом, и в тактическом, а также в стратегическом — то есть в осознании как собственных достоинств и недостатков, так и сильных и слабых сторон соперников. Когда прогресс идет такими темпами, ты понимаешь, что можно и нужно сделать следующий шаг. Конечно, мы довольны и результатом, и атмосферой среди всех 23 игроков команды, которая позволила добиться этого результата. Это очень профессиональная атмосфера. Все это позволяет перейти на новый уровень.

— Признаюсь честно: никогда не мог подумать, что российская сборная способна действовать в такой атакующей, зрелищной, агрессивной манере. Играть в футбол с позиции силы и в то же время с таким удовольствием. Мне кажется, что и сами игроки раньше в это не верили.

— У многих людей уверенность в себе не дотягивает до реального уровня их возможностей. Виной тому — пессимистические черты характера, от которых нужно избавляться. Не хочу произносить словосочетание «пессимистическая натура», потому что человек с нею не рождается! Но, возможно, какие-то жизненные обстоятельства, о которых вы, как россиянин, можете судить в десять раз лучше меня, заставляют людей воспринимать себя хуже, чем они есть на самом деле. Возможности человека всегда как минимум на 10, а то и на 20 процентов больше, чем он об этом думает. Над реализацией этих возможностей мы и работаем.

— Полагаете ли вы, что возможности этой команды даже выше, чем показал матч со Швецией?

— Каждую игру надо рассматривать в отдельности. В матче могут произойти любые вещи, многое зависит не только от тебя, но и от соперника. Поэтому прогнозировать, как все сложится, невозможно — это не наука, не математика. Но рост возможен всегда. И индивидуально, и по линиям, и в игре в целом.

— В 2000 году сборная Югославии вышла из группы, но потом была сокрушена хозяевами-голландцами -1:6. Не опасаетесь чего-то подобного?

— В футболе ничего нельзя предсказать. Если Голландия станет играть как в предыдущих матчах, будет очень тяжело. Но мы будем искать свой шанс. Не случайно игра сборной России получила огромный резонанс во всем мире.

Мы выйдем побеждать. Конечно, не исключено, что проиграем. Но я хочу быть на сто процентов горд тем, как команда проявит себя в этом матче.

— Не кажется ли вам, что психологическая ситуация перед игрой с Голландией та же, что у «Зенита» — перед полуфиналом Кубка УЕФА с «Баварией»? Нам терять нечего, основная задача выполнена, в то время как фавориту сложнее — от него непременно ждут победы.

— Тяжело сравнивать клуб и сборную. Я с огромным уважением отношусь к тому, чего достиг «Зенит». Это хорошо не только для него, но и для имиджа российского футбола в Европе. Но первенство континента — это все же другой уровень. Он даже выше, чем Лига чемпионов. И надо понимать, что в сравнении с Голландией мы по-прежнему аутсайдеры.

— Весь чемпионат вы называете свою команду аутсайдером, а чужие — фаворитами. В этом видится явная психологическая игра, рассчитанная на то, чтобы разозлить футболистов.

— Если игроки реагируют на это именно так — это великолепно! Но не ставлю себе такую задачу специально. У нас с футболистами очень прямые отношения. На самом деле мои слова о фаворитах и аутсайдерах в каждом отдельном случае реалистичны. Если же они служат дополнительной мотивацией — тем лучше. Если посмотреть на игроков других сборных, то они каждый год играют в Лиге чемпионов, в больших европейских чемпионатах. Мы всем этим похвастать можем далеко не в такой степени. Поэтому я и называю нас аутсайдерами. Но это не значит, что у аутсайдеров нет шансов.

— В какой момент у вас появилась настоящая вера, что эта команда может достигнуть четвертьфинала?

— По ходу самого чемпионата — в игре с Грецией, когда команда начала биться не на жизнь, а на смерть. Она делала это в рамках футбольных правил — но степень желания победить и пройти дальше была такой, что мы поверили: эта команда способна на гораздо большее.

А до начала чемпионата на оптимистический лад настроили некоторые отрезки контрольного матча с Сербией. Это была наиболее серьезная подготовительная игра, и, увидев определенные ее фрагменты, мы сказали себе: хей, если мы сможем эти намечающиеся достоинства развить, и сделать подобные отрезки длиннее, команда заиграет.

— Это был поворотный момент?

— Да. Я могу спокойно пережить поражение, когда команда сделала все, что от нее зависело. Но никогда не восприму как должное, если моя команда лишь присутствует на поле, отбывает на нем номер. Если она полностью не отдается борьбе, я не могу ассоциировать себя с такой командой. И тогда говорю: «Миссия невыполнима».

Российская сборная необходимую самоотдачу показывает. В том числе и в стартовом матче Euro-2008. Проблемы там были связаны с тактической грамотностью, недостатком опыта, который приводит к отсутствию здорового инстинкта самосохранения. Мы не чувствовали, откуда ждать опасности, и расплачивались за это. Но никаких претензий к команде по части ее желания играть и побеждать не было.

— Йохан Кройф даже после матча наговорил в адрес сборной России немало комплиментов.

— Он сделал это, потому что мы играли в хороший футбол. А проиграли потому, что сами вручили свой «кошелек» оппоненту. Испанцы даже не ограбили нас, мы вытащили его из кармана и подарили им. И это, конечно, мне не понравилось.

— После матча со шведамиХенрик Ларссон сказал, что Россия играет в типично голландский футбол. Согласны?

— Да. Ларссон в свое время был одним из лучших игроков чемпионата Голландии, выступая за «Фейеноорд», и знаem, о чем говорит. Ему известно, что такое голландский подход к футболу. Суть его в том, что болельщикам должно нравиться смотреть на то, что происходит на поле. Безусловно, футболисты играют для самих себя и своей команды. Но не менее важно то, что они играют для публики. А публика может принять поражение — но только в том случае, если игроки целиком вложили в игру свои сердца и души.

— Кстати, об отношениях между командой и болельщиками. В начале чемпионата произошла ситуация, оставившая ряд поклонников сборной России недовольными. После матча с Испанией прошла открытая тренировка, по завершении которой лишь Сергей Семак остановился, чтобы дать автографы. В дальнейшем это не повторилось, но как вы вообще относитесь к подобному поведению игроков?

— Нельзя не учитывать, что игроки были расстроены поражением, а с трибуны трое или четверо фанатов выкрикивали в их адрес грубости. Мне это не нравится. Убежден: нельзя адресовать оскорбительные слова конкретным игрокам. Мы всегда рады гостям, они имеют право быть недовольными игрой, но у них должно срабатывать чувство меры. Все это повлияло на реакцию футболистов после той тренировки. Что касается Семака, то он — капитан команды, ее лицо.

Чему наши игроки пока только учатся — это пониманию своей ответственности перед очень многими людьми. Они должны понимать, что являются образцами для подражания в своей стране. Игра в сборной — это не только сам футбол, она накладывает обязанности, в число которых входит уважение к болельщикам, а также к прессе. Думаю, никто не сможет пожаловаться, как сборная в последние три недели развивалась и в этом направлении. Игроки открыты для общения.

— Вы верите, что эта команда способна обыграть Голландию и даже выиграть чемпионат Европы? После того, как всего неделю назад все говорили, что мы и «оранжевые» — это разные планеты?

— Нет, это не разные планеты. Мне довелось работать с рядом игроков сборной Голландии, и я знаю, что они такие же живые люди, как и мы. И мы должны играть с той же степенью уверенности, как в двух предыдущих матчах. Конечно, эту команду трудно обыграть, но я хочу увидеть на поле мужественную и смелую сборную России. Это главное.

— Так как же все-таки насчет способности выиграть Euro?

— До разговора на эту тему осталось еще два шага. Каждый раз мы концентрируемся только на одном, следующем матче. Так же и сейчас. На повестке дня — Голландия и только она.

— В газете L Equipe написали, что матч Голландия — Р оссия состоится слишком рано, поскольку встречаются две самые яркие атакующие команды чемпионата.

— Да, знаю, что обе команды произвели на людей по всему миру сильное впечатление именно с точки зрения концепции игры. Могу судить об этом, потому что общаюсь с серьезными футбольными людьми в мире. Я получил, может, сотню sms-сообщений из Аргентины, Бразилии, Австралии, Азии, Европы со словами удовольствия от того, как Россия играет. Это были частные сообщения, но там были очень влиятельные люди.

— Нужно ли вам что-нибудь доказывать Голландии?

— Нет. Но мне хочется преподнести Голландии сюрприз.

— Что скажете о ван Бастене как тренере? После ЧМ-2006 к нему было много вопросов. Сейчас же у него совершенно другая команда.

— Во-первых, он набрался опыта. Во-вторых, не так давно был момент, когда, по-моему, семь игроков подошли к тренеру и сказали: «Коуч, мы хотим с вами поговорить. На наш взгляд, нужно немного изменить модель нашей игры». Когда тренер упрям, он скажет: «Ничего не хочу слушать. Я тренер, и я лучше знаю, как нам играть». Но вон Бастен выслушал футболистов и действительно несколько все видоизменил. Проявить такую гибкость тренеру совсем не легко. Но это привело к тому, что, во-первых, команда усовершенствовала игру, а во-вторых, стала более единой.

— С кем именно из голландцев вы работали? — Дебют вон дер Сара в сборной состоялся при мне — в 95-м или 96-м против Белоруссии. Ван Бронкхорста я взял на чемпионат мира-98 во Франции. Оэйер был у меня в ПСВ и в национальной команде. Также в ПСВ — Баума, Роббен. Хорошо знаком и с вон дер Вартом, и со Снейдером, и с другими.

— С кем-то из футболистов сборной Голландии регулярно общаетесь?

— Иногда беседуем по мобильному телефону с Оэйером. Афеллай иногда звонит и посылает сообщения. Ван Бастен поздравил меня с обеими победами. Равно как и менеджер сборной, который уже 10 лет обеспечивает команде прекрасную организацию всей ее жизни. Ей не нужно заботиться о билетах, гостиницах и прочем — все на высшем уровне. Остается думать только о футболе. Нам в этом отношении еще нужно прибавлять.

— Говорят, вы были недовольны отелем Hilton в Инсбруке, в котором наша сборная жила перед поединком со Швецией.

— Все наши базовые отели — будь то в Германии или в Леоганге — были великолепными, все ответственные за это люди сделали свою работу на «отлично». Прекрасным было и тренировочное поле. Гостиницы же перед матчами рекомендованы УЕФА, поэтому тут никаких претензий к российской стороне быть не может. Не собираюсь жаловаться, тем более что игроки восприняли это очень профессионально — просто расскажу, как это было. Честно говоря, не понимаю, чем руководствовалась УЕФА, выбирая гостиницу с таким расположением.

Мы приехали в отель, расположенный в центре Инсбрука, около полудня. С часа дня и до часа ночи на площади рядом с гостиницей проводился поп- и рок-марафон! Стоял непрекращающийся шум и грохот, который было прекрасно слышно в отеле. У игроков не было никакой возможности хорошо отдохнуть. А когда в час ночи концерт закончился, прямо перед входом в отель началась «тусовка» болельщиков, где шведы и русские братались и хорошо проводили время. Проблема была в том, что все это было слишком громко. И продолжалось до четырех-пяти утра в день игры. Лично я не мог нормально спать, и игроки тоже.

Но и этим все не закончилось. Я веду подробный дневник, куда записываю все вплоть до минуты, чем мы занимались на чемпионате. Так вот: в день игры, ровно в 13.00, начался очередной поп-концерт, который продолжался вплоть до нашего отъезда на матч. В общем, подготовку нашей команды к игре попросту игнорировали.

— Сам матч показал, что для русских чем хуже, тем лучше.

— Спасибо игрокам за то, что так отреагировали на эту ситуацию. Но нормой это все равно считаться не может.

— Вернемся к Голландии. Удивило ли вас, как она стартовала? Общий счет 7:1 в матчах с Италией и Францией потрясли, по-моему, всех.

— А они и сами не ожидали таких результатов! Стиль своей игры их, конечно, не удивил, но сам счет стал сюрпризом. И дал серьезный прилив уверенности в себе.

— Вы не думаете, что они могут быть напуганы последней игрой россиян?

— О нашей команде в Голландии много пишут и говорят — пресса, тренеры, сама команда. Но она прекрасно осведомлена и о собственных достоинствах.

— Вам не кажется, что ван Бастен подводил команду к пику физической формы к первым матчам в «группе смерти»?

— К таким турнирам без оптимального уровня физической готовности подходить нельзя. Российская команда, к примеру, готова именно так. Только когда ты находишься в идеальном физическом состоянии, можно проявить свой футбольный талант. Иногда игроки думают, что способны показать свои навыки в любом состоянии, но на уровне чемпионата Европы это не проходит. Ты опаздываешь с принятием решений, замедляешь темп — и ничего не получается.

Но причина успехов голландской сборной — далеко не только «физика». С 15-летнего возраста там игроки идеально образованы тактически. Им не нужно разжевывать, скажем, простые вещи о зонной и персональной опеке при игре в обороне, они уже твердо знают все это, будучи тинейджерами. И в этом их преимущество.

— У нас приходилось объяснять игрокам элементарные постулаты?

— Поначалу. И далеко не всем, а лишь некоторым. Но для того мы и тренируемся, и беседуем за пределами поля, чтобы ситуация менялась. Российские игроки оказались обучаемыми. Если этого нет, то «потолок» футболиста можно увидеть легко. А вот если есть — и они показали это в последние недели — то где этот самый «потолок», не знаю и я сам. Подход россиян был позитивным и открытым с самого начала, они хотели учиться тому, как надо играть в соответствии с международными стандартами.

Нервное напряжение вплоть до финального свистка было огромным. Эмоции тренеров Александра Бородюка, Гуса Хиддинка и Игоря Корнеева (слева направо) в комментариях не нуждаются

Но итальянец Роберто Розетта, которому будет доверена честь обслуживать финальный матч Германия — Испания, наконец-то дал финальный свисток. Первая победа!

После нее чемпионы предыдущего Euro греки и их немецкий тренер Отто Рехагель потеряли даже теоретические шансы на выход из группы. Таким образом, для начала Россия сняла корону с действующего обладателя титула

Настроение у Константина Зырянова, Вячеслав; Малафеева и их партнеров заметно улучшилось

Сборную России приехали поддержать даже из самых отдаленных уголков страны

Инсбрук. На решающий матч группового турнира со шведами болельщики решили вдохновить команду портретом Петра I — в качестве напоминания о битве под Полтавой 10*

После двухматчевой дисквалификации впервые на турнире на поле вышел лидер россиян Андрей Аршавин. О его настрое лучше всего говорят глаза

Только что первый гол забил Роман Павлюченко

…А второй — Аршавин, по традиции прикладывающий палец к губам. Молчите, шведы!

После матча Хиддинк утешает главную звезду соперников — форварда миланского «Интера» Златана Ибрагимовича

Базель. Роман Павлюченко открывает счет в четвертьфинале с Голландией

Игорь Акинфеев предельно сосредоточен. Но за несколько минут до конца основного времени Руд ван Нистелрой все же сравняет счет

Перед дополнительным временем Хиддинк успокаивает расстроенных футболистов. И возвращает им веру в успешный исход матча

Решающий гениальный пас Аршавина…

…который вызвал удивление даже у него самого

Этот пас превратил в гол Дмитрий Торбинский, так вовремя выпущенный Хиддинком на замену. После финального свистка автор победного гола оказался на плечах у Олега Иванова

Аршавин производит третий, контрольный выстрел…

…И не может сдержать слез счастья перед телекамерой

Главный тренер голландцев Марко ван Бастен проявит благородство, зайдя после матча в раздевалку сборной России и поздравив ее с заслуженной победой

Сборная России празднует выход в полуфинал. Впервые в своей 17-летней истории она обеспечивает себе медали чемпионата мира или Европы!

Главный творец бронзовой сказки — Гус Хиддинк

Сил и эмоций на полуфинал с Испанией нашей сборной не хватило. Нулевая ничья после первого тайма обернулась тремя пропущенными мячами во втором

Несмотря на поражение, Хиддинк благодарит Семака за прекрасный турнир

А несколько часов спустя в гостинице NH Danube в Вене президент РФС Виталий Мутко повесил на шею тренера медаль

Вена. Сборная России уезжает в аэропорт. К Хиддинку тянутся сотни рук болельщиков

В финале у немцев не было ни единого шанса. Мы поняли, что Россия проиграла абсолютно лучшей команде турнира. Капитан сборной Испании Икер Касильяс и его партнеры — чемпионы Европы. Впервые за 44 года!

А их главный тренер Луис Арагонес в 70 лет пережил звездый час своей карьеры

Вот они, великолепные чемпионы. Слева направо: Касильяс, Серхис Рамос, Фернандо Торрес, Хави, Иньеста. Марчена. Пуйоль, Давид Вилья, Капдевила, Сенна, Сильва

Браво, сборная России! Верхний ряд (слева направо; — Акинфеев, Пав люченко, Колодин, Жирков, Игнашевич, Саенко. Нижний ряд (слевс направо) Семак, Семшов, Анюков, Зырянов, Аршавин. Спасибо вам и вашим партнерам! Удачи в ЮАР-2010!!!

— Насчет отсутствия какого-либо «потолка» — это, по-моему, особенно применимо к Жиркову. Согласны, что, если исходить из трех прошедших матчей, армеец способен играть в основном составе любого мирового суперклуба?

— Безусловно. Никаких сомнений.

— Поразительно, как у него хватает энергии 90 минут сновать по всей бровке.

— Замечу, что нынешняя система игры позволяет ему пробегать меньшее расстояние, чем это было бы при прежней схеме, когда Жирков был вынужден закрывать всю бровку в одиночку. Но в любом случае он прогрессирует огромными темпами.

— На пресс-конференции после матча со Швецией вы сказали, что у голландцев — на пять дней отдыха больше, чем у россиян. Но не может ли 8-дневный простой стартового состава «оранжевых» привести к потере ими игрового тонуса?

— Не думаю. Если вы вспомните «Зенит», то руководство российского футбола отменило ему четыре или пять игр, чтобы он мог спокойно подготовиться к финалу Кубка УЕФА. Был только контрольный матч против A3. И с «Рейнджере» команда сыграла отлично. То есть отсутствие игровой практики на протяжении такого периода совершенно необязательно приводит к тому, что команда становится хуже.

— Но вот португальцы, также давшие стартовому составу отдохнуть в игре со Швейцарией, в четвертьфинале с Германией выглядели совсем не так, как в первых двух турах.

— В подобных играх многое решают небольшие детали. Португалия проигрывала 0:2, один мяч отыграла, владела преимуществом, и тут немцы забили третий гол с очевидным для всех фолом, когда Баллак толкнул соперника. Рефери допустил грубую ошибку, которая повлияла на ход матча. Так что многое тут решил субъективный фактор, никак не связанный с тем, что стартовый состав португальцев пропускал третью игру в группе.

— Но вы согласны с тем, что Португалия играла медленнее и тяжелее обычного?

— Да, но большинство таких случаев связано не с физическим состоянием. Германия — очень непростой и неприятный соперник. Ее нельзя назвать особенно зрелищной и атакующей, но они пашут на каждом метре поля. Их крайне тяжело обыграть «один в один». Отсюда — и результат первого четвертьфинала.

— Ключевым моментом для нашей сборной на этом турнире, мне кажется, были дни между испанским и греческим матчами.В российской сборной с 90-х годов сформировалась дурная традиция — после первого оке поражения начинался поиск крайних, раздрай между тренерами и футболистами, разногласия внутри коллектива. Как вам удалось добиться того, чтобы после стартовых 1:4 не началось ничего подобного?

— Во-первых, 1:4 — это был перебор, потому что последний гол был забит из офсайда. Впрочем, не в этом дело. Страха, что то, о чем вы сказали, произойдет сейчас, у меня не было никакого. Одним из главных критериев подбора команды был сильный менталитет каждого игрока. Я, в свою очередь, очень не люблю политики обвинений и поисков крайних, свойственной некоторым тренерам. Это не означает, что мы не можем критиковать отдельных игроков и самих себя. Критика есть. Но в первую очередь есть уважение.

Мы не ищем игроков, которых нужно казнить. Те тренеры, которые так поступают, таким образом обеляют самих себя. Легче всего обвинить в неудаче кого-то другого, представив себя «чистеньким». Критика должна быть конструктивной. Обвинять буду только того, кто не отдается игре без остатка. Таким с нами не по пути.

— В сборной России такие есть?

— Нет. Ни одного. Даже парни, которые не провели на поле ни одной минуты — а это очень тяжело. Все до единого вносят огромный вклад в командную атмосферу, поддерживая тех, кто выходит в стартовом составе. Это для меня чрезвычайно важно.

— Тут напрашивается разговор о Быстрове, которому вы устроили такое тяжкое испытание, как обратная замена в матче с Испанией.

— На следующий день мы поговорили с футболистом. Я мог проигнорировать этот разговор, сказать: «Ты профессионал, молчи и работай. Когда ты мне понадобишься, я тебя позову». Это тоже подход. Но не наш. Мы поговорили с ним, подробно объяснив, почему так поступили. Игрок должен знать причины. Очень важен прямой контакт, когда и ты все объяснишь, и у игрока есть возможность высказаться о том, что он чувствует. Я же, в свою очередь, несу полную ответственность за результат и должен принимать какие-то решения. Порой они бывают неправильными. Боссы — не боги, они тоже могут заблуждаться.

— Не имеете ли вы в виду, что ваше решение об обратной замене Быстрова было ошибкой?

— Нет. Мы ожидали от него несколько большего, и это была одна из причин замены: он не играл на своем уровне. Это международный уровень, и игроки должны понимать, что здесь снисходительным быть нельзя. Такая замена — не унижение, не позор, не попытка найти крайнего. Это мера в поисках усиления игры.

— Но очень болезненная для игрока мера.

— Да, но это топ-уровень, которому он на тот момент не соответствовал. Это мое мнение. Он может думать иначе.

Но мы смотрим с игроком DVD и наглядно показываем: вот этого от тебя ожидали, вот это ты делал. Речь идет об игровом задании, а не о человеке — вот что очень важно!

— Разговор с футболистом у вас был один на один?

— Также при нем присутствовали мои помощники, которые переводили.

— В России все знают, что характер у Быстрова — не сахар. И много кто ожидал взрыва: моментального сбора вещей, отъезда из гостиницы, объявления об уходе из сборной и так далее. Но не случилось ничего.

— За все время, что Быстрое провел в национальной команде, у нас с ним не было ни единой проблемы, связанной с плохим поведением. Он работает хорошо, помогает партнерам, и я доволен его вкладом в жизнь коллектива.

Одна ремарка — в данном случае имею в виду не Быстрова. Никогда не восприму нормально, если игрок сорвет майку национальной сборной, швырнет ее на землю или сделает что-то подобное. Футболисты должны знать: пока я — главный тренер, игрок должен знать, что представлять свою страну, тем более на таком турнире — большая честь.

— Вернемся к Быстрову. Семак сказал, что после разговора с вами полузащитник «Спартака» не обиделся, а начал рьяно тренироваться.

— Так и есть. Это единственно правильная реакция на подобные вещи.

— На пресс-конференции после матча с греками вы обмолвились, что пошли на ряд «провокаций», чтобы вернуть команде эмоции после поражения от Испании. Можете конкретизировать?

— «Провокации» — неправильное слово. Но мы действительно бросили игрокам вызов, чтобы они в матче с Грецией шагнули на ступень вверх. Причем это касается не только меня, но и моих помощников — Саши и Игоря (Бородюка и Корнеева. — Прим. И. Р.). Они сыграли в этом процессе большую роль. Мы обсуждали, как привести команду в боевое эмоциональное состояние, я сказал им: если вы чувствуете, что надо что-то сказать или сделать — говорите и делайте. Что и произошло, причем каждый использовал свои подходы к игрокам. Настроение команды после матча с испанцами оставляло желать лучшего, и надо было предпринимать какие-то меры.

— Павлюченко сказал, что на установке тренерский штаб даже использовал нецензурную лексику…

— Таких слов на русском языке я не знаю. Точнее, кое-что знаю, но не употребляю. Мы никогда не орем на игроков, не оскорбляем их. Однако мы делаем все, чтобы они играли не только умом, но и сердцем.

— Акинфеев также рассказал…

— А они много вам рассказывают (смеется)

— …что вы несколько разозлили игроков, рано разбудив их в день матча с Грецией и устроив коллективный завтрак в 9.45.

— Для нормального рабочего дня это довольно поздно. И завтракают обычные люди гораздо раньше. Но, конечно, я не сравниваю. На самом деле главной причиной этого было то, что игроки должны стать профессионалами и по части питания. Если тебе нужно сегодня отыграть трудный матч, твой организм должен быть к этому готов. Он должен быть «заправлен» правильной едой, которая дает тебе энергию.

Поэтому в день игры у нас проводятся совместный завтрак, обед, а также предыгровой прием пищи. «Танк» должен быть полностью готов к битве. Когда я приехал в Россию два года назад и просмотрел несколько матчей, то обратил внимание на важнейшую деталь. Команда играла 55–60 минут — потом же резко «сдувалась». Естественно, это вызвало вопросы.

И я узнал, почему это происходит. К примеру, игра начинается в 8 вечера. Пообедала команда в час дня. А потом — к моему огромному удивлению — она ничего не ела! Может, пару бисквитов — и все.

Через три часа после обеда ты можешь сыграть очень хорошо. Но если проходит больше времени, энергия начинает тебя покидать. К семи-восьми часам она оказывалась на низком уровне. Они не привыкли есть за три — три с половиной часа до начала матча. К примеру, очень помогают спагетти, насыщенные большим количеством углеводов. Если же подойти к игре голодным, то никакая физподготовка не поможет. Это важнейшая часть понятия «профессионализм».

— Что игрокам нельзя есть и пить во время Euro?

— Никаких алкогольных напитков. Никакого мороженого. Поменьше сладкого. Никакой бесполезной с точки зрения химического состава еды! К примеру, чипсов или шоколада. Особенно в день матча.

— Игроки могут себе позволить кружку пива или бокал вина после матча?

— Во время турнира — нет. Может быть, небольшой бокал вина. Но не более.

— Вернемся к отрезку между матчами с Испанией и Грецией. Насколько велика была роль капитана Семака в объединении коллектива в непростой момент?

— Как капитан он нес ответственность за это — и справился с нею. Но большой необходимости в его вмешательстве не было. Все игроки отреагировали на то, что произошло, с умом.

— Анализируя игру с испанцами, вы пришли к выводу о каких-то собственных ошибках — в определении стартового состава, например?

— Разумеется, после матчей мы подвергаем критическому анализу каждое свое действие. Вы видели: на матч с Грецией вышел несколько иной состав, чем на поединок с Испанией. Но не надо забывать, что при определении тех, кто начнет первую встречу, мы руководствовались и выводами из контрольных матчей против в меньшей степени Казахстана, в большей — Сербии и Литвы. Ряд игроков, особенно в последнем матче, действовали не на уровне своего мастерства. И это повлияло на состав, который вышел против Испании.

Честно скажу, что два игрока, не вышедшие в стартовом составе на стартовый матч, но оказавшиеся в нем против Греции (Игнашевич и Торбинский. — Прим. И. Р.), проявили себя как настоящие профессионалы, показав прекрасную игру.

— Сычев так до конца и не адаптировался к позиции правого полузащитника?

— Я бы все-таки сказал — правого инсайда. Против Сербии он провел очень хороший матч, отдав отличный голевой пас Павлюченко. Но после поражения от испанцев какие-то изменения в составе должны были произойти. Поэтому я и люблю повторять, что мы оперируем не десятью полевыми игроками, а гораздо большим их числом.

— На мой взгляд, число изменений в стартовом составе после первого матча — два — было оптимальным. Оставьте вы «испанский» вариант в нетронутом виде, игроки и болельщики заподозрили бы вас в упрямстве, а сделай множество изменений — в панике. Здесь же получилась золотая середина.

— Вы правы. Я и хотел внести новый импульс с помощью одного-двух игроков, не более.

— Почему вы не выпустили Игнашевича с первого же матча?

— Спору нет: Игнашевич провел против Греции (как и против Швеции) очень хороший поединок. Но в заключительной части российских соревнований весной оборона ЦСКА пропустила немало голов и испытывала довольно большие трудности. Достаточно вспомнить матч чемпионата с «Химками» (4:3) и финал Кубка с «Амкаром» (2:2). Игроки должны давать нам уверенность в том, что у них все в порядке. Кубок страны команда выиграла, но оставалось ощущение, что ее оборона может играть куда сильнее.

Кроме того, тот же Колодин в «Динамо» играет по схеме с двумя центральными защитниками, а Игнашевич в ЦСКА — с тремя, и ему нужно было время, чтобы перестроиться. Но тем большее уважение вызывает то, как Игнашевич влился в чемпионат Европы и адаптировался к новой модели.

Колодин два последних матча тоже провел очень хорошо. И не надо забывать о Широкове. Он еще в прошлом году играл в «Химках» — и попав оттуда в сборную, оказался затем в «Зените». Игрок совершил огромный скачок в своей карьере. Но первенство Европы — еще на ступень выше. Это не просто высокий, это высший международный уровень. Во многом это для него в новинку, но он очень быстро учится. На тренировках Широков работает в высшей степени профессионально. У него в любом случае яркое будущее.

— Сыграло ли роль в первоначальной резервной позиции Игнашевича, что последние три свои матча за сборную — с Израилем, Румынией и Литвой — он неизменно ошибался?

— Мы учитывали и это, и выступления за клуб. Но с первого же дня он, как опытный профессионал, выкладывался на сто процентов и привел себя в лучшее состояние, чем было у него до того. Нет, он был не в плохой, а в нормальной форме, но уровень его готовности стал выше. Своим шансом во втором матче он воспользовался.

— Если бы у вас был шанс провести матч с Испанией заново, вы бы поставили Игнашевича с первых минут?

— Исходя из того, как он выступает сейчас, — конечно. Но говорю это задним числом. Тогда мы исходили из объективных показателей — игры в контрольных матчах за сборную и в официальных — за клуб.

— Верно ли наблюдение, что Колодин чувствовал себя все увереннее и увереннее, глядя на Игнашевича, у которого нервозности не ощущалось вообще?

— Верно. Колодин очень прибавил. Объясняется это и тем, что он, как и Павлюченко, сбросил немало килограммов.

— Не объяснялось ли то, что именно Широков отправился в резерв, в том числе его неоднозначными высказываниями в печати?

— Что вы имеете в виду?

— К примеру, что он не знал о предстоящем выходе Давида Вильи в стартовом составе сборной Испании.

— Игорь Корнеев может показать вам бумагу, с которой мы утром в день матча зачитывали игрокам стартовый состав испанцев, который мы угадали на сто процентов. Если Широков это действительно сказал, то, значит, на том утреннем собрании он спал. Но никакого влияния на определение состава его высказывания в любом случае не оказали, потому что я первый раз услышал о них только что от вас. Не читаю прессу и не знаю, что говорят игроки. Обращаю внимание только на то, как они ведут себя на тренировках и в играх.

— В матче с Испанией неудачным получился и выход на замену Адамова.

— С одной стороны, да. Первым касанием он отдал хороший пас мне, но я не играю. Но, с другой стороны, своим старанием он во многом обеспечил тот угловой, после которого Широков отдал голевой пас, а Павлюченко забил.

Так что он внес свой положительный вклад. Выход на замену в такой ситуации, как тогда, всегда сложен.

— Следующий вопрос может показаться немного бестактным, но его часто задают болельщики. Вы действительно считаете, что форвард Адамов сильнее форварда Кержакова?

— Их сложно сравнивать. Адамов — игрок, который отдает всего себя игре на команду. Он ошибается, но он бьется. Кержаков провел несколько хороших матчей в отборочном цикле. Хеттрик Андорре, безусловно, важен. Третий гол Македонии — тоже. Но твой настоящий уровень выявляется в больших матчах.

— Как с Англией?

— И в других. Если брать его игру в Испании, то начал он хорошо, но потом долгое время не выступал. И мы сказали ему: «Парень, начинай где-нибудь играть!» Он перешел в «Динамо». Мы видели почти каждый матч этой команды, и, будем откровенны, он не мог быть доволен собственной игрой в этом сезоне. Он старался, но в этих 11 матчах по-настоящему себя не проявил.

Тут, как и в случае с Игнашевичем и его весенними выступлениями, нужно подразделять две вещи — человека и его игру. Когда игрок честен с самим собой — а я думаю, что тот же Игнашевич честен — он не может быть доволен такой игрой. То же и с Кержаковым. Мы должны были принимать какое-то решение. Ведь существовала немалая конкуренция. Павлюченко, Сычев, Погребняк, Адамов… Мы не можем брать пять игроков на одну позицию.

— И все оке по-человечески обидно, когда футболист ради чемпионата Европы переезжает из Испании в Россию, а в результате не попадает в заявку.

— Это спорт высшего уровня. Если ты находишься в отличной форме и делаешь все, что должен делать центрфорвард — это одно. Но мы смотрели на его голы, на передачи, на тактические действия, на жажду борьбы. Потом сравнивали — и вынуждены были принять трудное решение. Если бы мы взяли пять форвардов, это внесло бы дисбаланс в команду. Нам нужны 6–7 полузащитников, три центрфорварда, по два игрока на каждую фланговую позицию.

— Возможно возвращение Кержакова в сборную после Euro?

— Каждый, кто настроен на игру в национальной команде, будет нами рассматриваться. Состав сборной — вещь гибкая. Если вы сравните список тех, кого мы вызвали на самый первый сбор два года назад, с нынешней заявкой на Euro, то обнаружите большую разницу. Это не та же группа футболистов.

— После предыгровой тренировки перед Швецией пошли активные слухи, что вы оставите Аршавина на скамейке запасных. Вы действительно рассматривали такую возможность?

— Нет. Это была всего лишь небольшая дурацкая тренерская манипуляция, какие иногда случаются перед играми (улыбается).

— Хотели таким образом дезориентировать соперников?

— Да. Мы взяли Аршавина, потому что все знают, что он — игрок, который может сделать что-то особое. Аршавин, по моему мнению, забил один из самых важных голов «Зенита» в Кубке УЕФА, когда клуб проигрывал со счетом 0:3 в Марселе. Совершив сольный проход и отквитав один мяч на 87-й минуте, он внес тот самый перелом, без которого «Зениту» было бы невозможно пройти дальше. Мы внесли его в заявку в надежде, что к матчу со шведами у нас по-прежнему будет шанс выйти из группы. И не прогадали. Когда же я говорил, что не знаю, будет ли он в стартовом составе — конечно, это была игра.

— Соответствует ли истине информация, что во время закрытой предматчевой тренировки в двустороннем матче Аршавин…

— Знаю, о чем вы хотите спросить (речь о том, что он якобы вышел во втором составе. — Прим. И. Р.). Да, это правда. Игру мы начали несколько в другом составе.

— Вас удивило, насколько хорош оказался Аршавин, несмотря на месячное отсутствие игровой практики?

— Мне очень нравится его характер. У него есть чувство ответственности не только за тебя, но и за всю команду. Когда он был дисквалифицирован, он очень поддерживал других. Я наблюдал за ним на тренировках, в играх и в быту, и он оказал очень позитивное воздействие на партнеров. Когда он проведет несколько матчей, то будет играть еще сильнее, но пока я очень доволен тем, как он вошел в игру сборной.

— Было несколько версий, почему вы убрали в резерв Торбинского. Первая — то, что он «висел» на желтой карточке. Вторая — в матче с Грецией, несмотря на огромную активность, не нанес ни одного удара, а со шведами надо было забивать.

— Вторая версия наиболее верна. Этот игрок мне очень нравится своим отношением к футболу. Он совершает массу беговой работы, вступает в единоборства, отбирает мячи. Но он молод и еще многому должен научиться. Играя на этой позиции, ты должен хотя бы пытаться отдать последний пас и выходить на ударную позицию. Он очень работоспособен, однако в атаке не так эффективен, как хотелось бы. Мы ему поможем.

— Часть болельщиков желает его выхода против Голландии вместо Билялетдинова, который, по их мнению, несколько выпал из темпа игры со Швецией.

— Биля иногда совершает небольшие ошибки, но на левом фланге он очень хорошо сработался с Жирковым. Когда Юра идет в атаку, Билялетдинов занимает правильную позицию и берет на себя немалую долю ответственности. Другое дело, что в нескольких эпизодах на Euro он мог забивать — но он сам критически относится к себе и знает об этом. У нас есть выбор — с этой стороны могут играть и Семшов, и Зырянов. Надо, кстати, отдать должное Жиркову: он успевает не только совершать острейшие проходы по флангу, но и вовремя вернуться в оборону.

— Дважды на замены удачно выходил Саенко. Можно ли сказать, что теперь у вас есть два футболиста, которые точно могут усилить игру, выйдя со скамейки — он и Торбинский?

— Да. Добавлю к ним Сычева. Он не вышел на замену в конце матча со Швецией, поскольку соперник пошел ва-банк, а это идеальная ситуация для выхода Быстрова. Он может убежать как стрела, и его не поймаешь.

— Довольны ли Семаком?

— Да. Во-первых, он тактически силен. Во-вторых, не люблю, когда на этой позиции играет чистый разрушитель. Мне не нравится деструктивный футбол.

— То есть игрок вроде Клода Макелеле — не ваш типаж?

— Нет. Макелеле хорош в оборонительной работе, но созидание не относится к числу его достоинств. Семок в этом смысле — более умный игрок.

— Какова ситуация с вашим новым контрактом? Спрашиваю потому, что несколько дней назад в одном из журналов было опубликовано интервью главы «Национальной академии футбола» Сергея Капкова со следующими словами: «После матча против Швеции НАФ примет решение о новом контракте Хиддинка. Хочется посмотреть на итоговый результат. По двум играм я не увидел сильной сборной России. Игра наивная, волнообразная… То есть нет пока какого-то объективного показателя работы Хиддинка».

— Думаю, главная цель существования НАФ — развитие футбольной инфраструктуры страны. Там должны быть больше озабочены улучшением работы детских тренеров в стране, чем результатами матчей с Грецией и Швецией, к которым не имеют прямого отношения. Каждый должен заниматься своим делом. И демонстрировать стратегическое, системное мышление. Когда же люди начинают мыслить иными категориями и обсуждать, достаточно ли убедительно мы выиграли у Греции, это не помогает развитию молодых российских игроков и тренеров. Если наши позиции на этот счет расходятся — что ж, они могут избавиться от меня.

— Что изменилось в ваших отношениях со структурой, образованной Романом Абрамовичем — который, собственно, и приглашал вас в Россию?

— Отношения нормальные, одно из поздравительных sms-сообщений я получил как раз от Романа. Речь о другом. Первая сборная — это краткосрочное развитие футбола в стране. НАФ отвечает за развитие долгосрочное. В которое я тоже готов вкладывать весь свой опыт и знания. И ездить в другие города, как я ездил в этом году в Самару и Ярославль. С 3 июля в детской академии «Шинника» приступает к работе рекомендованный мною специалист очень высокого уровня, который поможет им поставить работу с детьми на современные рельсы. Более того, я написал план на 3–4 страницы, как улучшить детский футбол в России, и передал его в РФС и НАФ. На мой взгляд, реализовать его можно достаточно быстро.

Я свободный человек, могу работать в той стране мира, в которой пожелаю. Но хочу остаться в России!

Мне нравится здесь, потому что, несмотря на различные политические и бюрократические препоны, я вижу у футбола и людей этой страны огромный потенциал. Президент РФС (Виталий Мутко. — Прим. И. Р.) гарантировал, что мы продолжим нашу совместную работу, и никаких контрактных проблем не будет. Отвечает за футбол в России именно он, поэтому для меня подписание нового контракта сегодня не является животрепещущей темой. Не ощущаю себя в России иностранцем, считаю себя человеком, полноценно интегрировавшимся в ее футбол. И надеюсь, что за два ближайших года еще успею помочь ему своими знаниями.


22 июня ЗАПАХ КРОВИ

1/4 финала. Голландия — Россия — 1:3 (0:0, 1:1). 21 июня. Базель. Стадион «Санкт-Якоб Парк». 40 тысяч зрителей.

Голы: Павлюченко (Семак, Аршавин), 56 (0:1). Ван Нистелрой (Снайдер, штрафной), 86 (1:1). Торбинский (Аршавин), 112 (1:2). Аршавин (Анюков, аут), 116 (1:3).

Голландия: Ван дер Сар, Булахруз (Хейтинга, 54), Оэйер, Матайсен, ван Бронкхорст, де Йонг, Энгелар (Афеллай, 62), Кюйт (ван Перси, 46), ван дер Варт, Снайдер, ван Нистелрой.

Россия: Акинфеев, Анюков, Игнашевич, Кол один, Жирков, Саенко (Торбинский, 81), Семшов (Билялетдинов, 69), Семак, Зырянов, Аршавин, Павлюченко (Сычев, 115).

Судья: Михел (Словакия).

Наказания: Булахруз, 50, ван Перси, 55, ван дер Варт, 60 — Колодин, 71, Жирков, 103, Торбинский, 111 (предупреждения).

Начинаю писать эти строки, когда на дворе — пять утра. За окном светает, но ни о каком сне не может быть и речи. Не только потому, что надо передавать материалы в редакцию — а их, материалов этих, в такой день сами понимаете сколько. В такую ночь не пересиливаешь естественное человеческое желание заснуть, а просто не хочешь спать.

Какой к чертовой матери сон, когда сегодня у всех нас и у нашего футбола началась новая жизнь?…

За окном только что прекратили галдеть несчастные голландцы, коих в этот день в небольшой Базель набилась добрая сотня тысяч. Они кричали и плакали. А когда видели людей с российской символикой — аплодировали им. Потому что в Голландии знают цену классному футболу. А наши, растрогавшись, хлопали в ответ. И начиналось братание. Для «оранжевых» — горестное. Для нас — пьянящее.

Но больше всего меня растрогало, когда несколько фанов из Страны тюльпанов нетвердыми голосами запели. Вы знаете, что они пели? «You'll never walk alone». Ее самую, ливерпульскую. С диким голландским акцентом и не лучшими вокальными данными. Но с таким надрывом, что не узнать ее было невозможно.

Их преданностью своей сборной можно было только восхищаться. Но еще большего восхищения заслуживали четыре (а то и меньше) тысячи болельщиков сборной России, которые сумели почти полностью голландский стадион перекричать. Доказательством тому — звонок моего приятеля, артиста цирка из Лас-Вегаса Антона Куникеева, который отлично слышал заряды «Рос-си-я! Рос-си-я!» на протяжении всей телетрансляции. Ему, в свою очередь, после игры звонил друг-россиянин из провинциального американского города Шарлотт — и натурально плакал от счастья…

…За окном — один из центральных районов Базеля. В пяти минутах ходьбы — отель Ramada, в котором последние дни жила и теперь останется до 24 июня сборная России. А напротив него, через усеянную слоями газет и битых бутылок площадь, — Swissotel, откуда уже, понурив головы, съехали орлы Марко ван Бастена — великого человека, который после субботнего поражения нашел в себе силы прийти в раздевалку сборной России, поздравить ее с заслуженной победой и пожелать дальнейших успехов. Этим красавцам-орлам после разгромов Италии и Франции на старте Euro-2008 с общим счетом 7:1 все предрекали золото. Но мы подрезали им крылья.

И впервые в истории российского футбола обеспечили себе как минимум бронзовые медали чемпионата Европы, поскольку матча за третье место на Euro, как известно, не существует. Вы только вспомните, откуда мы пришли, и подумайте: мы — медалисты!

Но не только в том дело, что мы в четвертьфинале чемпионата Европы обыграли эту великолепную Голландию со счетом 3:1. А еще и в том, что мы сделали это не по-гречески образца 2004 года, а по-российски образца 2008-го. То есть — с позиции силы.

Мы лучше, красивее и вдохновеннее Голландии сыграли в футбол. Что после матча признал абсолютно каждый из наших субботних соперников.

Так не бывает!

Я до сих пор не в состоянии переварить и осознать увиденное на «Санкт-Якоб Парке». И еще долго, наверное, не смогу — потому что словно очутился в телепрограмме «В гостях у сказки».

Кто он, этот Гус Хиддинк, вприпрыжку поскакавший вместе с Игорем Корнеевым на поле после финального свистка? Как такое возможно — за месяц буквально с нуля создать команду, способную в четвертьфиналах крушить европейских грандов? Что он такое сделал с этими парнями, на которых у нас уже бог знает сколько лет как наклеили ярлык безнадежных? Откуда в них все это взялось и где раньше не дремало даже, а спало мертвым сном? И что им делать дальше — заманчивые предложения-то теперь посыплются со всех сторон?

Старушка Европа сейчас смотрит на сборную России округлившимися глазами. В европейской прессе Аршавина нынче называют «маленьким царем». На газетной полосе рядом помещены фотографии улыбающихся до ушей Павлюченко и актрисы Кэмерон Диаз — по той причине, что репортеры обнаружили у них поразительно схожие черты лица. У автора этих строк берет — и почти тут же выдает в эфир — довольно обширное интервью о сборной России английская версия телеканала Eurosport, а моего коллегу Бориса Левина, как одного из очень немногих журналистов, имеющих постоянный контакт с Аршавиным, осаждают представители десятков европейских изданий с просьбой поделиться цитатами. А уж о том, что творится вокруг Хиддинка, и говорить не приходится. Журналистов даже на предматчевые пресс-конференции главного тренера сборной России набивается как сельдей в бочке, и голландцу то и дело приходится перескакивать с языка на язык — английский, немецкий, испанский, родной голландский…

И после матча Хиддинк говорит, что по всем параметрам — тактически, физически, технически — сборная России сейчас сильнее сборной Голландии. И все с ним соглашаются — в том числе собственно голландские журналисты. Фантастика какая-то! Сюрреализм!

На наших глазах планка возможностей отечественных футболистов поднялась в десятки раз. Нам только предстоит понять, как со всем этим жить.

Чуть меньше двух лет назад, после домашних ничьих с Хорватией и Израилем, мы не верили, что они выйдут из отборочной группы. После победы в «Лужниках» над Англией было поверили — но получили такой ледяной душ в Израиле, что многим захотелось отменить в нашей стране футбол как таковой. И когда хорваты за уши — что там скрывать, об этом и Хиддинк теперь прямо говорит! — втащили нас на Euro-2008, куча нашего же народу воротила нос и говорила: да что нам там делать, только лишили чемпионат английских звезд.

А в ночь с субботы на воскресенье около отеля Ramada я встретил наших болельщиков, которые возвращались с матча в центр Базеля вместе с англичанами. И те лишь руками разводили: да, ребята, теперь нам не жалко, что вы нас с Euro с помощью хорватских «бодигардов» вытолкали. Хорватов-то тех на чемпионате уже нет, а мы — в полуфинале. Такова жизнь.

Мы же еще долго продолжали не верить. После Израиля с Андоррой, а потом еще и Румынии (то есть не далее как в конце марта 2008-го) не ставили и ломаного гроша, что эта сборная на Euro выйдет из группы. Потом, после контрольного матча с Сербией, появилась какая-то надежда.

Но после 1:4 от Испании она рухнула. Ну, была игра — и, казалось, ну и что? В 96-м, в стартовом матче с Италией, она тоже была, и очень симпатичная. Но у нас Цымбаларь забил один мяч, а у «скуадры адзурры» Казираги — два. И тут же начались склоки, скандалы, поиск врагов, после чего чемпионат для той команды был закончен. Казалось, что и теперь результат первого матча уложит в гроб даже тех, кто из него, казалось, привстал.

Не уложил. Есть такой человек, фамилия — Хиддинк. Благодаря ему мы за считанные недели вдребезги разнесли десятки собственных комплексов и стереотипов. После победы над Грецией мы по инерции продолжали не верить вплоть до Швеции. Нет, в самого Гуса-то наша газета верила все эти два года, но на поле-то, как нам казалось, выходит не Гус!

Но это не так. Хиддинк выходит на каждый матч в душах своих игроков. Хиддинк — это синоним свободы и бесстрашия.

И после блестящего матча со Швецией мы наконец поверили. Вместе с самой сборной. И перед Голландией уже не было ни малейшего страха, что эта команда потеряет едва обретенное лицо.

А еще Хиддинк — это сплоченность. Он никогда не ищет внутренних врагов — как, впрочем, и внешних. Он управляет, не разделяя и властвуя, а объединяя. И в матче с Голландией я увидел символ этого объединения.

После окончания основного времени к Сергею Игнашевичу, — который на мгновение выпустил из-под своего контроля ван Нистелроя, и тот забил ответный гол, — подошел Роман Широков. Обнял его и о чем-то душевно поговорил. И это при том, что именно Широкова вытеснил Игнашевич из стартового состава.

А Саенко, будучи замененным, реагировал на каждый игровой эпизод так, будто его ударило электрическим током. Однажды он был так недоволен решением судьи Михела, что от его удара кулаком заходила ходуном скамейка запасных сборной России.

Это и есть коллектив-монолит, который выпестовал Хиддинк. И который значит в нынешних успехах не меньше, чем блистательная физподготовка и тактическая выучка.

После яркой победы Хорватии над Германией во втором туре группового турнира познакомился я с одним волонтером из-под Загреба. И он рассказал, что в его стране все помнят, где были в день четвертьфинальной победы хорватов над теми немцами на ЧМ-98 — 3:0. Он сам, например, будучи еще совсем юным, смотрел тот футбол на горе, в доме каких-то близких людей. После того, как Роберт Ярни забил первый мяч, кто-то из наиболее эмоциональных посетителей дома стукнул от радости кулаком по телевизору. «Ящик» упал — и больше не включался. Интернета и мобильных телефонов тогда еще не было, телефон домашний на горе отсутствовал. Ожидание результата было долгим и мучительным…

В Стране кленового листа точно так же помнят, кто и где находился в тот день московской части суперсерии 1972 года СССР — Канада, когда Пол Хендерсон забросил решающую шайбу в ворота советских «любителей». А во Франции — конечно же, в день финала ЧМ-98.

Думаю, матч Голландия — Россия будет восприниматься в нашей стране именно так. Он будет канонизирован. Правда, до какой степени, зависит от дальнейших событий на Euro. Потому что теперь я не исключаю в Австрии и Швейцарии вообще ничего. Даже… Нет, об этом не будем. Об этом даже страшно подумать, да и вообще давайте не заглядывать далеко вперед, а радоваться каждому шажку. Тем более что сейчас это не шажок, а — шажище.

А еще страшно подумать, на сколько стран сейчас прославляют себя наши футболисты. Стоило, к примеру, мне после матча с Испанией опубликовать фрагмент письма одного болельщика из Австралии — как в заочную полемику с ним посредством моей электронной почты вступил… другой наш соотечественник с Зеленого континента! А весь израильский Ашкелон, где много эмигрантов из России, в дни матчей, по сообщению нашего корреспондента Эли Швидлера, завешан российскими триколорами.

В США Euro-2008 транслируется в полном объеме по популярнейшему кабельному каналу ESPN, а, к примеру, матч Россия — Швеция показали даже по общедоступной национальной ABC. Тогда как 12 лет назад матчи Euro-96 мне приходилось ранним калифорнийским утром ездить смотреть в английский паб Britania Arms. И мы, собравшиеся там, чувствовали себя крохотным островком в океане американского равнодушия к игре миллионов. А теперь все иначе. И после каждого матча сборной идут звонки из Америки, письма из Австралии, развеваются флаги в Израиле. За эту команду болеют во всем мире!

И наконец-то нам есть за кого болеть. И кем гордиться. Той командой, которая играла против Швеции и Голландии, не гордиться было невозможно. Мы все хотим в жизни быть такими, какими в те дни были российские парни на полях стадионов Инсбрука и Базеля.

Даже если бы гол Руда ван Нистелроя на исходе основного времени поединка с Голландией их надломил, и они проиграли в овертайме — я бы не сказал в их адрес ни одного дурного слова. Потому что они самоотреченно бились и красиво играли.

Честно говоря, я уже по привычке был готов к подобному повороту событий. Полагал, что команде в решающий момент не хватит опыта, и она поддастся влиянию эмоций. Но то, что я увидел, меня поразило. Если в основное время игра все же была более или менее равной, в овертайме наша команда просто разорвала голландцев. И Павлюченко в перекладину попал, и на Жиркове пенальти в общем-то можно было назначать, и еще куча моментов была…

Мы их по привычке не реализовывали. Но все-таки дожали — с помощью гениального паса Аршавина и стремления Торбинского дорабатывать каждый эпизод до конца. А потом еще и сам Аршавин, получив мяч из аута от Анюкова, ускользнул от Оэйера и пустил мяч между ногами ван дер Сара. Пропускал ли знаменитый вратарь, действующий победитель Лиги чемпионов, когда-нибудь подобные голы?…

Написал это и вспомнил: пропускал. Весной 98-го, будучи вратарем амстердамского «Аякса». Полузащитник «Спартака» Валерий Кечинов в четвертьфинале Кубка УЕФА на стадионе «Арена» в Амстердаме ложным замахом посадил ван дер Сара на «пятую точку» и издевательски тихо катнул мяч мимо голкипера в ближний угол. Десять лет спустя Аршавин забил действующему победителю Лиги чемпионов в составе «Манчестер Юнайтед» нечто очень похожее…

С одним из главных творцов «русско-голландского чуда» — тренером по физподготовке Раймондом Верхейеном — мы побеседовали в смешанной зоне «Санкт-Якоб Парка».

— Вы сегодня один из главных героев: физически Россия сегодня вчистую переиграла Голландию, особенно в овертайме.

— Не только физически. Конечно, люди говорят о «физике», и это нормально, потому что разница в уровне готовности действительно была велика. Но главная причина, почему мы их обыграли, относится к тактике. Наша организация игры была блестящей — так сказал мистер Хиддинк в перерыве. А если с выполнением тактического задания все в порядке, тебе приходится проделывать на поле меньше работы.

С другой стороны, после 90 минут физподготовка становится очень важным элементом. Я был очень удивлен гигантской разнице в функциональной подготовке между двумя командами. Да, у нас была идеальная программа, и когда мы делали тесты во время тренировок, то поняли, что осуществлен не просто существенный, а огромный скачок. Ноя не представлял себе, что этот скачок настолько велик. Я действительно горд. У меня был подобный опыт со сборной Кореи, но тогда у нас было три периода по три недели — то есть почти десять недель подготовки. Теперь у нас таких недель было только три. И игроки достигли такого результата! Им можно только гордиться, и это даже большее достижение, чем у Кореи — из-за меньшего времени на подготовку.

— Футболисты сборной России будут на таком же уровне готовности и дальше?

— Скажу вам одно. Мы играли в среду, а голландцы — неделю назад. Мы были уставшими, а у них было семь дней отдыха. И тем не менее мы были готовы гораздо лучше. Думаю, они должны задаться некоторыми вопросами.

— Может, они потеряли свою «физику» за неделю простоя?

— Это надо спрашивать у них. Я видел, что в овертайме у всех голландцев хватало сил только на то, чтобы ходить пешком.

— Самый большой сюрприз заключался в том, что у Аршавина после месяца отсутствия игровой практики хватило сил, чтобы сыграть все 120 минут.

— Мы разработали для него индивидуальную программу на период первых двух матчей группового турнира. И она сработала. Тем не менее для меня стало большим откровением, что он смог выдержать все 120 минут. Я был удовлетворен уже тем фактом, что он сыграл 90 минут. Получается, что после месяца без футбола он в течение четырех дней провел 210 минут. Но даже в овертайме сыграл потрясающе.

— Сможет ли команда удержаться на таком же уровне готовности к полуфиналу?

— Мы играем только в четверг. Поэтому у нас будет два выходных. Четыре дня — это и немаленький, и не большой период времени. Так что посмотрим.

— А уровень подготовки Жиркова удивляет?

— Тот объем работы, который он совершает, — фантастика. Вообще, по уровню физподготовки Россия приблизилась к Корее. Давайте будем честны. Я тоже смотрел игру. Ив дополнительное время спрашивал себя: «Что происходит? I» Потому что мы просто прошлись по ним паровым катком. Такого ожидать было невозможно.

Думаю, будет очень сложно объяснить, почему разница была такой большой.

— Глядя на голландскую сборную в двух первых матчах, вы верили, что такое возможно?

— В первых двух матчах сборная Голландии была абсолютно блестяща. Я послал sms-сообщение Марко вон Бастену после второго матча, написав: «Марко, поздравляю с таким выступлением. Мы, голландцы из сборной России, наблюдаем за вашими матчами с гордостью. Ничего не может быть таким блестящим, как эта сборная Голландии». Смотреть на нее было огромным удовольствием…

О том, как Хиддинк с Верхейеном физически готовили хилых, как еще недавно считалось, россиян к чемпионату Европы, наверняка еще будет написано очень много. Это станет классикой жанра — как стала ею физподготовка имени Валерия Лобановского в серебряном 1988-м. «Скоро вы будете его ненавидеть», — так представил главный тренер игрокам нового специалиста. А этот специалист сделал так, что россияне в четвертьфинале загоняли до кругов перед глазами его же соотечественников. Удивительная все же штука — жизнь.

Но не только в идеально подготовленных телах я вижу природу того, что даже сам Хиддинк в послематчевом интервью назвал «почти чудом». Хотя, если вспоминать многочисленные единоборства, которые регулярно выигрывал у оппонентов даже технарь Аршавин, мне сразу в голову приходят оригинальные тренировочные упражнения, которое я видел во время открытого занятия на благословенной базе в Леоганге.

Проводил их как раз Верхейен — могучий человек, рядом с которым большинство футболистов выглядят детьми среднего школьного возраста. Вначале игроки с четырех сторон совершали рывки в одну точку, а потом, на высокой скорости огибая друг друга, меняли направление движения на 45 градусов. Целью ставилось научить футболистов избегать ненужных столкновений. А вот второе и третье упражнения, напротив, способствовали укреплению мощи игроков в единоборствах. Вначале по два игрока, бежавшие с разных сторон, должны были на полном ходу столкнуться друг с другом грудью, а затем — плечом. Причем Верхейен с Хиддинком явно запретили футболистам жалеть друг друга: столкновения совершались со всей силы и на полном ходу. Самым оригинальным оказался поступок Романа Адамова, крушившего все, что оказывалось на его пути: в одном из эпизодов он толкнул плечом не кого-нибудь, а… самого Верхейена. Впрочем, голландскому богатырю, сложенному из одних мышц, демарш форварда «Москвы» оказался нипочем.

Глубокой ночью мне из Волгограда позвонил абсолютно счастливый Рохус Шох — один из создателей «Ротора» 90-х, затем некоторое время возглавлявший «Ростов». Именно этот человек когда-то обратил внимание на 14-летнего ставропольчанина Рому Павлюченко и пригласил его в спортинтернат «Ротора». И из года в год убеждал меня, что по природному таланту теперь уже не спящий гигант не уступает Андрею Шевченко…

«Всю весну, которая у Павлюченко не заладилась, я отправлял ему sms-ки со словами поддержки, — говорил Шох. — Писал ему: "Рома, это твой чемпионат Европы!" Я счастлив, и что он забил уже третий мяч на Euro, и что сборная показывает что-то невероятное. Вы не представляете, что творится в Волгограде. Люди вышли в центр города, перекрыли движение машин и гуляли до четырех ночи! И это в городе, который уже столько лет не видел большого футбола! Милиция, к счастью, отнеслась с пониманием. И так везде — я видел по телевидению кадры, как на крыше милицейской машины танцуют болельщики, и на это с улыбкой смотрят милиционеры. Какая же великая все-таки игра футбол!»

Коль скоро речь зашла о Павлюченко — одна маленькая, но красноречивая деталь. После матча с Грецией в смешанной зоне базы в Леоганге коллеги попросили форварда об интервью. Спартаковец с широченной улыбкой, которая на Euro-2008 вообще не сползает с его уст, помотал головой: «Нет, не сейчас». — «А когда?» Павлюченко задумался. И через секунду заявил: «После полуфинала!» И пошел в автобус.

Возникла немая сцена. После матча с Грецией полуфинал еще казался чем-то абсолютно далеким и почти нереальным. И только сами игроки, разок выиграв, поверили в то, что возможно все. До победы над Голландией я не хотел писать об этом эпизоде: если бы проиграли, у болельщиков-ворчунов появился бы повод обвинить нападающего в самоуверенности. Но теперь, когда он после прекрасного прострела Семака (капитан, кстати, проводил свой 50-й матч за сборную) забил ван дер Сару важнейший первый гол, этот мини-секрет раскрыть уже можно. Потому что теперь перед нами — не «спящий гигант», а второй снайпер чемпионата Европы. Дай бог ему стать первым…

А ведь кто знает — не забей Павлюченко вроде бы лишенный особого смысла гол на исходе матча с Испанией, смог бы он открыть счет в поединках со Швецией и Голландией? Появилась бы у него та уверенность, что на Euro тоже не боги горшки обжигают, которую мы видим сейчас? Каждый успех складывается из маленьких, незаметных миру кирпичиков.

Насколько многое все-таки решает вдруг открывшаяся у людей вера в себя! Вроде бы все объективные показатели одинаковые — но можно выплыть на игру акулой, а можно — ее жертвой. Как Хиддинку за считанные недели удалось превратить вторых в первых, ведомо только ему.

До конца понять этот феномен невозможно. Недаром за день до матча с Россией один из лучших игроков сборной Голландии полузащитник «Реала» Уэсли Снайдер сказал:

— Мы не можем позволить себе недооценить русских хотя бы из-за «фактора Хиддинка». Матч со Швецией показал, какой длинный путь они с ним проделали. У них есть великолепные форварды и неутомимые вингеры, которые покрывают все пространство поля. Играть с еще одним оппонентом топ-класса после Италии и Франции — это здорово. Это серьезнейший вызов, а я такие вещи люблю. Хиддинк делает что-то удивительное со всеми клубами и сборными, за которые берется. Без исключения. Он знает, как выжимать все лучшее из своих игроков. Яне понимаю, как у него каждый раз это получается. Рад за Гуса, у него с Россией уже столько получилось! Как и вон Бастен у нас, он сделал там полностью новую команду. Если они будут играть, как со Швецией, нам для победы потребуется быть на вершине своей игры. Думаю, это будет прекрасный матч!

Монолог автора двух роскошных голов в ворота Италии и Франции исчерпывающе говорит: ни о какой недооценке сборной России у «Оранжевых» не было и близко. Вряд ли мы сами после Швеции могли назвать себя «оппонентом топ-класса». Снайдер — назвал. Они все видели и все понимали. Но ничего не смогли сделать. И это до сих пор не укладывается в сознании.

Как не укладывается и тенденция, которая началась с первого же четвертьфинала. Пишу эти строки, когда еще неизвестен результат матча Испания — Италия, но все идет к тому, что дальше пройдет «скуадра адзурра». Хотя бы потому, что в первых трех парах победители групп неизменно проигрывали. И когда Турция совершила чудо во встрече с хорватами, отыгравшись на 120-й минуте и победив в серии пенальти, и истошно загудел клаксонами весь Базель (вдруг выяснилось, что, наверное, треть жителей этого города — турки), мне подумалось: а тенденция-то для нас хороша. Что на следующий день и получило свое подтверждение.

Каждая такая деталь способна придать людям уверенности. Если смогли турки — почему не сможем и мы?

Шох сказал: «Теперь я совсем не удивлюсь, если они выйдут в финал. Потому что ребята почувствовали запах крови».

Настроение команды перед Голландией очень напомнило мне то, что происходило с «Зенитом» перед полуфиналом Кубка УЕФА. Серьезные задачи уже выполнены. Терять нечего. Предстоит встреча с оппонентом высшего разряда, где последний является фаворитом и все ждут от него победы. А у нас, уже кое-что выигравших, появились раскрепощенность и азарт.

Что же до предматчевой обстановки в городе, то она напомнила мне уже финал Кубка УЕФА против «Рейнджере». Соотношение наших болельщиков (большинство туров, что показательно, было рассчитано только на групповой турнир, и фаны были вынуждены улететь домой) к поклонникам соперника было в лучшем случае один к двадцати пяти. Такого беспредела, какой творили шотландцы в Манчестере, в Базеле не было — но абсолютно неизгладимое впечатление произвел мост (весьма напоминающий Аничков в Питере), который превратился в одно сплошное оранжевое море. Смотрел на него с другого моста — и становилось как-то не по себе. Как и на центральной площади города, где голландцы, снабженные духовыми инструментами, оккупировали балкон на уровне второго этажа, и, казалось, захватили город.

Их в Базеле было 120 тысяч! И почти весь стадион — то есть матч, по сути, был выездной. Не случайно Аршавин, забив, изобразил свой любимый «гостевой» жест — прижатый к губам палец. И они послушались, замолчали. Слышно стало только наших.

Раньше многие игроки в России «косили» от сборной, изображая травмы. Теперь ситуация обратная. Насколько слышал, игроки даже скрывают болячки от руководства, потому что страшно боятся потерять место в составе. То, о чем десятилетиями твердили все тренеры и руководители, — что выступления за сборную являются честью — по-настоящему сбылось при тренере-иностранце. Ну не парадокс ли?

Мы очень мало знаем, чего на самом деле стоят парням их победы. Поздно вечером после Голландии в гостинице Ramada я увидел ноги Билялетдинова, поскольку он вышел в холл в шлепанцах. Может, конечно, я, не будучи профессиональным футболистом, несколько сгущаю краски, но, по-моему, на них не было живого места. На правой до сих пор алеет след от удара, полученного в стартовом поединке с Испанией. Сбоку на левом голеностопе едва ли не в первую же секунду после выхода на замену поставил «печать» своими шипами ван дер Варт. Не сомневаюсь, что так же или почти так же выглядят ноги и у партнеров Динияра. Красивый футбол требует жертв.

И ведь хорошо вышел хавбек на замену: английские коллеги, наблюдавшие за матчем, естественно, без наших эмоций, сказали, что именно с появлением Билялетдинова россияне полностью взяли мяч под свой контроль!

А Торбинский?! Не знаю, читает ли полузащитник прессу — но Хиддинк дал понять: главным мотивом того, что именно Торбинского в составе на матч со шведами заменил Аршавин, стало отсутствие остроты в завершающей стадии его игры. Против греков он проделал огромный объем полезной работы, но не нанес ни одного удара по воротам и не сделал ни одного потенциально голевого паса, что его позиция на поле предполагала. В матче со шведами нужно было забивать и выигрывать, а потому Хиддинк не мог себе позволить выпустить полузащитника атакующего плана, который много работает, но ничего ощутимо голевого не создает.

В субботу Торбинский вышел на замену — и ответил на критику Хиддинка голом. Победным. Главная заслуга в этом, конечно, принадлежит Аршавину, пас которого наиболее восторженные люди сравнивали с легендарным ударом ван Бастена в ворота Дасаева в финале Euro-88. Но выскочить из-за спины ван Бронкхорста и замкнуть дальнюю штангу надо было еще успеть! К тому же изловчиться сделать это так, как Торбинский — каким-то каратистским приемом.

К сожалению, на Торбинского, как и на Колодина, мы в полуфинале рассчитывать не сможем. Честно говоря, для меня стала сюрпризом трактовка нового правила, которое УЕФА приняла на майском исполкоме в Москве. Оказалось, что после четвертьфиналов аннулируются только одиночные желтые карточки, полученные в этих самых четвертьфиналах. Если же на них накладываются прежние предупреждения, дисквалификация остается в силе. Иными словами, сделано все только для того, чтобы все игроки участвовали в финале. На полуфинал эти привилегии не распространяются.

Интереснейший, конечно, эпизод произошел с Колодиным, которого Любош Михел сначала удалил с поля, но после отмашки лайнсмена (мяч к тому моменту пересек лицевую линию, а значит, находился не в игре) отменил свое решение. Эдвин ван дер Сар, сетуя на это решение, сослался на удаление турецкого голкипера Волкана, которое тоже произошло, когда мяч не был в игре.

По этому поводу у меня возникла вот какая мысль. Репутация Хиддинка косвенно помогает нам и в вопросах судейства. В «пограничных» ситуациях Россию, по крайней мере, не «убивают» и даже относятся к ней с симпатией. Из ошибок против нас на Euro-2008 можно пока вспомнить только четвертый гол испанцев из офсайда — но он уже, по сути, ни на что не влиял. Нет, нам особо ничем не помогают — однако засудить Хиддинка арбитру психологически гораздо сложнее, чем, к примеру… Нет, примеры мы в праздничный день приводить не будем.

Зато отметим стычку на 112-й минуте двух одноклубников — Акинфеева и Игнашевича. И отметим, как ни удивительно, с положительной стороны! Хиддинк не устает повторять, что на поле игроки должны вести себя жестко, стремиться командовать парадом и порой даже делать это в непарламентских выражениях. И когда вратарь кричит: «Я!», а центральный защитник не уступает ему мяч и едва не переправляет его в противоход голкиперу в собственные ворота — обсуждение на повышенных тонах неизбежно. И говорит только о том, что его участники — не «мягкие игрушки», и результат команды им небезразличен. Показательно, что меньше чем через минуту после этого мини-инцидента состоялся теперь уже легендарный проход и навес Аршавина, завершившийся голом Торбинского…

Только с диагональными навесами голландцев со штрафных мы в этом матче так и не разобрались. При первых трех попытках в нашей штрафной был «пожар», четвертая завершилась голом. Его автор, без малого 32-летний ван Нистелрой после матча подтвердил журналистам (общался он, кстати, почему-то только с испанцами): этот матч стал для него в национальной сборной последним. Не случайно после финального свистка он безжизненно лежал на базельской траве…

Спустя 20 лет после поражения от голландцев в финале Euro-88 мы взяли у них реванш. Полноценный и красивый.

Может, даже и к лучшему, что Михел в овертайме не назначил пенальти, когда единоборство Хейтинги и Жиркова к тому подталкивало. Забей Россия решающий гол с не стопроцентного и метрового, разговоров была бы уйма. А так — какие вопросы?

Проигранным Голландии финалом чемпионата Европы-88 закончилась золотая эра советского футбола. Безумно хочется надеяться, что выигранным у Голландии четвертьфиналом чемпионата Европы-2008 начинается золотая эра футбола российского. Которую еще месяц назад, признаемся честно, мы никак не ждали.

А теперь, уважаемые болельщики, давайте расслабимся. Эта команда уже вошла в историю. Все остальное будем воспринимать как бонус. Не надо ничего от нее требовать. Надо просто получать удовольствие от того, куда мы нежданно для всех забрались. Этих дней мы не забудем никогда.

P. S. Вчера утром Александр Бородюк долго искал парикмахерскую, а потом появился в холле отеля Ramada коротко подстриженным, с юношеским пробором. Как выяснилось, это стало результатом его спора с Константином Зыряновым. Тренер пообещал полузащитнику укоротить волосы, если сборная выйдет в полуфинал Euro. И незамедлительно выполнил обещание.


Андрей АРШАВИН: «ОДИН ОЧЕНЬ ХОРОШИЙ ТРЕНЕР ОБЫГРАЛ 11 ТАЛАНТЛИВЫХ ГОЛЛАНДЦЕВ»

Автора третьего гола в ворота голландцев УЕФА второй раз кряду признала лучшим игроком матча.

— Вы верите в случившееся? — спросили Аршавина в телевизионном экспресс-интервью сразу после матча. — Для многих это словно сон.

— Это большое счастье — для меня и моей команды. Для моих близких и для всей России. Честно говоря, мало что могу сейчас сказать. Знаю, что мы просто выиграли сегодня. И все.

— Что произошло в овертайме, когда российская сборная владела подавляющим преимуществом?

— Честно говоря, я ожидал от Голландии, что она в дополнительное время будет играть в агрессивный футбол. Но показалось, что у голландцев закончились силы раньше, чему нас. И один очень хороший тренер обыграл 11 талантливых голландцев.

— А как насчет одиннадцати талантливых россиян?

— Под руководством очень мудрого тренера они играли в совсем другой футбол.

— В футбол, который, кажется, вам самим нравится.

— По-моему, он всем нравится.


Константин ЗЫРЯНОВ: «ВАН БАСТЕН ПОКАЗАЛ СЕБЯ ЧЕЛОВЕКОМ С БОЛЬШОЙ БУКВЫ»

Один из ключевых полузащитников сборной России дал интервью автору этой книги в смешанной зоне стадиона «Санкт-Якоб».

— До игры вы верили, что такое в принципе возможно?

— После победы над Швецией нам, конечно, хотелось задержаться здесь подольше. Что мы и сделали. Эмоции переполняют нас, хотя стараемся быть спокойными — потому что впереди на турнире нас еще ждут игры. Нам не надо впадать в эйфорию. Пусть это лучше сделает наша большая страна, все-таки до недавнего времени мы очень редко ее радовали. Надеюсь, по крайней мере, что это не последний наш успех на этом европейском чемпионате, а затем нас ждет следующий отборочный цикл.

— После гола ван Нистелрояруки ни на секунду не опустились, не было моральной подавленности?

— Была, конечно. Потому что в самой концовке пропустить гол было очень обидно. После матча мы уже смеялись, шутили: голландцев жалко, что они играли последние 30 минут. Закончили бы все в основное время — и спокойно поехали домой.

— Что говорил Хиддинк перед овертаймом?

— Не слышал. Я в этот момент восстанавливался и не обращал внимание, кто что говорил. Было тяжело.

— Акинфеев рассказывал, что перед матчем с Грецией Хиддинк разбудил команду раньше времени, устроив коллективный завтрак в 9.45. Теперь какие-то новые меры по эмоциональной подготовке сборной были?

— Не знаю, как Акинфеев, но я обычно тоже рано встаю, и для меня в этом проблемы не было. А сейчас, наверное, уже наудачу будят нас в это время. Мы его не меняем.

— В раздевалку, говорят, к вам приходил Марко ван Бастен?

— Да, приходил. Он показал себя человеком с большой буквы. Поздравил нас с победой и пожелал успеха на этом турнире.

— К другой половине турнирной сетки присматриваетесь?

— Присматриваемся. Я считаю, что там вылетели две очень сильные команды (Зырянов имеет в виду Португалию и Хорватию. — Прим. И. Р.). Если мы выиграем полуфинал, это повышает наши шансы.

— А в полуфинале вы предпочли бы играть с Италией или Испанией?

— Я бы хотел испанцев. По теории вероятности два матча на одном турнире очень тяжело выиграть у одной команды.

— Просматривается закономерность: три первых места в группах, как только дело дошло до плей-офф, проиграли. Не означает ли это, что подготовка сборной России строилась так, чтобы ее пик пришелся на кубковую стадию?

— Не скажу, что матч с испанцами мы провалили. Допустили детские ошибки — причем вся команда. Потом исправили их — хорошо, что очень быстро.

— Вас самого не поражает факт того, что мы не просто обыграли голландцев, но и — имели над ними заметное игровое преимущество?

— Мне так не показалось. Считаю, что игра была равная — может, у нас было чуть-чуть больше моментов.

— Сил-то откуда столько осталось?

— По себе скажу, что в этой игре очень сильно устал. На овертайм меня фактически не хватило. Там Жирков бегал впереди, а я в защите отрабатывал.

— Жарко было?

— Душно. Влажность большая.

— Вы играли на третий день после предыдущего матча, соперник — на восьмой. И тем не менее…

— Я уже говорил, что это может не пойти на пользу их основному составу, поскольку они могли выбиться из тонуса. Наверное, так и произошло.

— У нас же дала свои плоды работа Раймонда Верхейена?

— Думаю, дала плоды работа всей сборной — причем не только тренеров и игроков, но и всех людей, кто так или иначе участвовал в этом процессе. Все сработали хорошо, без накладок. Как видите, никаких скандалов в нашей сборной нет. Считаю это большим плюсом.

— После победы над таким соперником цель одна-чемпионство?

— Мы потихоньку идем вперед. Сейчас мы вышли в полуфинал, и будем думать о нем. Завтра посмотрим матч,

узнаем, кто выиграет, и станем к нему планомерно готовиться. Цели надо ставить постепенно.

— В Хиддинка теперь верите, как в бога?

— При чем тут вера? Хороший тренер, сильный специалист. Просто раньше считалось, что у нас нет футболистов, а тренеры все хорошие, но сейчас, думаю, Euro-2008 доказал, что и хорошие футболисты в нашей стране есть. Еще раз хочу поздравить всю нашу страну, весь народ, который за нас сегодня переживал.

— Что Хиддинк сделал такого, что позволило игрокам так раскрыться?

— Может, менталитет чуть-чуть поменял. Никто не напрягается.

— Вы стали уверены в себе?

— После этой победы — да. После испанцев — нет.

— Голландцы утверждают, что сборная России играет по-голландски.

— Им виднее. Но мы не используем голландскую тактику 4-3-3. Мы играем иначе.

— Кто, помимо вон Бастена, приходил в раздевалку?

— Виталий Мутко и Сергей Прядкин.

— Что скажете о российских болельщиках на стадионе в Базеле?

— Очень хотел бы их отметить. Их сегодня было намного меньше, чем голландцев, но они здорово нас поддерживали, и в конце матча голландских поклонников просто не было слышно.


ГОЛЛАНДЦЫ ПРИЗНАЮТ СПРАВЕДЛИВОСТЬ ПОБЕДЫ РОССИИ

Ни один из футболистов сборной Голландии, с которыми я поговорил после матча, не назвал победу россиян несправедливой.

— Вас удивило качество игры сборной России, ее уровень физической готовности? — спросил я нападающего Робина ван Перси.

— Ни о каком удивлении не может быть и речи. Мы знали, что это хорошая команда. И сегодня они играли лучше нас и заслужили победу.

— Что Хиддинк сказал вам, когда команды направлялись на перерыв?

— Честно говоря, уже не помню.

— Кто-то из игроков российской команды вам запомнился?

— По правде сказать, меня это сейчас совсем не волнует. Они сыграли здорово как команда. Они были лучше нас. Почему, пока объяснить для себя не могу.

— Каковы шансы сборной России на победу в турнире?

— Пока ничего по этому поводу сказать не могу. Поглядим, как она сыграет в полуфинале.

Опытнейшего защитника Джованни ван Бронкхорста, с которым я поговорил в смешанной зоне стадиона «Санкт-Якоб Парк», особенно впечатлил Андрей Аршавин.

— Российская команда, по-вашему, заслужила победу?

— Сегодня — да. Они играли действительно хорошо, мы же не смогли показать свою лучшую игру. Россия полностью заслужила выхода в полуфинал.

— Чем вы это объясняете — тактикой, «физикой», еще чем-то?

— Не знаю. Такие вещи очень тяжело объяснить. Когда ты на поле, то просто чувствуешь, что все складывается не очень хорошо. Это футбол, а в нем случается всякое. Мы провели прекрасные матчи против Италии и Франции, но в этот раз по каким-то неизвестным мне причинам оказались не способны продемонстрировать тот же уровень игры.

— Каким было ваше физическое состояние в дополнительное время?

— Нам не хватило сил для того, чтобы при счете 2:1 перейти в наступление и сравнять счет. Наоборот, мы получили третий гол. Думаю, вы заметили, что игроки устали.

— Кто-то из россиян произвел на вас впечатление?

— Конечно, Аршавин. Он здорово играл, забил гол, отдал голевую передачу.

Голкипер Эдвин ван дер Сар остался недовольным решением судьи Любоша Михела об отмене красной карточки Денису Колодину, — но и у него закономерность исхода игры не вызвала никаких сомнений.

— Насколько велик, по-вашему, оказался вклад Гуса Хиддинка в эту победу?

— Очень велик. Конечно, он знает о наших игроках и нашей команде все. Наши же знания о его молодой сборной не могли быть так велики. Так или иначе, мы неубедительно выглядели в начале встречи, не вошли в игру, и так и не смогли полностью перехватить у соперника инициативу.

— Россияне вас удивили — тем хотя бы, что не боялись постоянно идти в атаку?

— Конечно. Впрочем, точно в такой же манере сборная России играла в предыдущем матче со Швецией. Эта команда совсем не из тех, кто не хочет играть и отряжает в оборону по девять человек.

— Вы чувствуете, что упустили прекрасный шанс выиграть Euro?

— Да, сегодня мы упустили отличный шанс выйти в полуфинал. Но это хотя бы произошло в поединке с быстрой и хорошо пасующей командой. Мы уже давно не добивались на крупных турнирах тех результатов, на которые способны. Мы очень хотели выиграть этот чемпионат Европы.

— Что скажете о навесе Аршавина, после которого Торбинский забил второй гол?

— Игрок успел подать внутренней стороной стопы практически от самой линии, и высокая траектория полета мяча не позволила мне перевести его на угловой. Мяч по дуге перелетел через меня, и у соперника было мгновение, чтобы переправить мяч в ворота. Он этим мгновением воспользовался.

— По-вашему, все в этом матче по делу?

— У меня вызывает вопросы эпизод со второй желтой карточкой центральному защитнику россиян (Колодину. — Прим. И. Р.), которую в конце основного времени отменил боковой арбитр.

— Он просигнализировал, что мяч от Снайдера вышел за пределы поля.

— Да, это так. Но это не означает, что ты имеешь право грубо атаковать соперника (на самом деле нарушения правил при контакте Колодина и Снайдера не было вовсе. — Прим. И. Р.). У меня возникает вопрос — почему тогда предъявили красную карточку вратарю сборной Турции в матче с Чехией? Ведь в тот момент игра тоже была остановлена, и он кого-то толкнул. Здесь было то же самое. Играй мы в большинстве, все могло быть по-другому. Впрочем, поздно на все это сетовать. Мы проиграли.

— Россия заслуженно победила?

— Да. Она была сильнее.

— Сказалось ли давление, которое вы ощущали как фаворит матча?

— Нет, мы его не чувствовали. Нам просто не удалось сделать то, что мы задумывали. Не могу сказать, что были так уж сильно удивлены. Мы знаем, кто такой Гус Хиддинк, мы видели предыдущие матчи этой команды. Со шведами они сыграли очень хорошо. Так что мы представляли, чего от них ждать. Я разочарован тем, что это был не наш день.


ЕВРОПА В ВОСТОРГЕ

Средства массовой информации всей Европы после матча Голландия — Россия не жалели эпитетов для характеристики игры нашей сборной. Такого не бывало еще никогда.

Магса, Испания:

«В безусловно лучшем на сегодня матче чемпионата великолепная российская команда полностью превзошла голландцев, которые после группового этапа считались главными претендентами на золото. За короткий срок Хиддинк превратил сборную России в одну из самых зрелищных на континенте. Лучший ее игрок, Аршавин, демонстрирует феноменальный футбол и наверняка представляет желанную добычу для сильнейших клубов Европы».

The Times, Великобритания: «Невероятно энергичная и мотивированная команда Гуса Хиддинка послала голландцев в глубокий нокаут. Берегитесь, Италия и Испания: русские идут».

The Independent, Великобритания: «Сборную Хиддинка часто сравнивают со сборной Голландии времен Михелса. В матче с «Оранжевыми» она скорее напоминала великую сборную СССР времен Лобановского. Те самые голландцы, которые на групповом этапе разгромили обоих финалистов прошедшего чемпионата мира, были полностью переиграны русскими. Сборная России провела фантастический матч, о котором будут вспоминать последующие поколения».

Sueddeutsche Zeitung, Германия: «Необъяснимо, почему русские, у которых было меньше времени на восстановление, чем у голландцев, бегали больше и быстрее. В то время как первые изо всех сил пытались добиться победы, не доводя дело до послематчевых пенальти, вторые напоминали 11 боксеров, ожидающих удара гонга. Русские играли в более голландский футбол, чем сами голландцы. Копия оказалась искуснее оригинала».

Sportal.de, Германия: «Русский медведь оказался слишком быстрым для «Оранжевых». Если бы сборная России обладала чуть более классными форвардами, то считалась бы безоговорочным фаворитом на титул. На протяжении трех игр голландцы поражали мир искрометным футболом. Подопечные ван Бастена покидают турнир, но болельщики не грустят: их сердца покорила уже другая команда. И тренер этой команды также говорит на голландском».

Die Welt, Германия: «Аршавин — настоящий ураган, мотор команды. Торбинский — один из самых скоростных игроков на нынешнем Euro. Жирков доказал, что он сильнейший левый защитник на турнире. Безусловно, эти трое — лучшие игроки встречи».

Het Parool, Германия: «Молодая, дерзкая, сенсационная команда Хиддинка, царя среди тренеров, господствовала на поле в течение всех 120 минут матча».

После поражения «Оранжевых» от России можно было ожидать, что голландская пресса обрушится с критикой на свою сборную, как было после неудачи на ЧМ-2006. Но вместо этого Страна тюльпанов, как свидетельствует находившийся там мой коллега Максим Ляпин, восхитилась игрой подопечных Гуса Хиддинка.

На телеканале Nederland все присутствовавшие аналитики единодушно признали, что русские больше заслуживали победы, а великий Йохан Кройф, выступая в роли эксперта, и вовсе рассыпался комплиментами в адрес нашей команды. «Русские смотрелись гораздо свежее игроков ван Бастена, — сказал, в частности, один из лучших футболистов всех времен. — Возможно, потому что у них чемпионат в самом разгаре. Россия смотрелась очень здорово, демонстрируя красивейший быстрый футбол».

В послематчевом интервью тому же телеканалу полузащитник Рафаэль ван дер Варт признался, что ждал такой игры от русских, но не может объяснить причины поражения: «Сейчас сваливать на кого-то вину неправильно. Просто сегодня был день русских, у которых получалось буквально все, тогда как у нас возникли сложности».

Примерно того же мнения придерживается и голкипер Эдвин ван дер Сар, для которого матч против нашей команды стал последним в составе сборной: «Русские — молодцы, постоянно прессинговали. Мне удалось в нескольких моментах выручить, но, увы, этого не хватило для победы».

К слову, за субботней игрой в Базеле по Nederland следили 7,5 миллиона жителей Голландии, что для канала рекордный показатель в этом году.

Журналисты ANP с некоей растерянностью вспоминают слова Хиддинка перед игрой: «Гус твердил, что наша сборная превосходна в тактическом плане, неподражаема в технике, обладает колоссальным опытом выступлений на подобных турнирах. "Разница между Голландией и нами огромна", — не уставал повторять Хиддинк. Но по ходу игры казалось, что Гус поменял сборные местами. Русские на протяжении почти всего матча доминировали, плели красивейшие комбинации. Аршавин поражал индивидуальным мастерством, тогда как наши не отходили от своих ворот и совершали немало ошибок».

Самая крупная газета Голландии De Telegraaf вышла с «шапкой»: «Нас лишили европейской мечты». «Русские полностью переиграли наших футболистов, сомневаться в заслуженности их победы нельзя, — пишет издание. — Команда же ван Бастена после блистательной игры в группе создавала опасные моменты лишь со стандартных положений». Не менее громкий заголовок в De Standaard — «Русские заставили наших фанатов молчать».

Болельщики, как ни странно, тоже не обрушились с критикой на свою сборную. На самом популярном интернет-портале Нидерландов после игры довелось прочитать такие, например, комментарии.

«Мы недооценили соперника, за что и поплатились. Перед игрой комментатор Nederland говорил о легкой победе, однако русские заставили его молчать на протяжении почти всего матча. Команда Гуса на сто процентов заслуженно прошла дальше».

«Хиддинк знает, как играть с нами. Именно поэтому мы и уступили. Русские не дали нам сделать почти ничего. Ван Бастену не удалось удивить Гуса, потому мы и смотрелись жалко на фоне соперника».

«Невероятно. Будь россияне чуть поточнее, мы могли проиграть и с более крупным счетом. Гус, возвращайся домой!!!»


23 июня ПОТОК ТОСКИ НА НАШУ МЕЛЬНИЦУ

22 июня. 1/4 финала. Вена. Испания — Италия — 0:0, по пенальти4:2

В конце основного времени матча Испания — Италия телекамера выхватила в VIP-ложе венского стадиона «Эрнст Хаппель» лицо Мишеля Платини. Великий футболист, а ныне президент УЕФА испытывал к происходящему почти физическое отвращение, которое не стеснялся демонстрировать на публике. За несколько секунд, что мы видели Платини, он успел поморщить нос, зевнуть и закрыть лицо руками: глаза бы мои, мол, всего этого не видели!

Очень хорошо, что глава европейского футбола — не безжизненный истукан, у которого в любой ситуации не меняется выражение лица, а эмоциональный человек, отлично знающий цену красоте футбола. Мало было в мире игроков столь творческих, как Платини, по пальцам можно пересчитать в истории такие зрелищные и «вкусные» команды, как его сборная Франции 82-го, 84-го, 86-го годов. В 84-м она заслуженно стала чемпионом Европы. И нет сомнений: такому человеку всегда хочется, чтобы соревнования выигрывал не самый прагматичный и расчетливый, а самый яркий и талантливый.

Во время поединка соседей по югу Европы автор этих строк испытывал те же гадливые чувства, что и Платини. После 120 минут анестезии серия пенальти не вызвала ровно никаких чувств: это была какая-то стерилизованная драма. Глядя на матч в номере своей гостиницы в Базеле, я с каждой минутой все чаще переключал внимание с телевизора на экран ноутбука, где интернет выдавал куда более интересные новости и цитаты, чем антизрелище из столицы Австрии. Это ровно ничем не грозило. С «Эрнста Хаппеля» звучал не венский вальс, а похоронный марш.

Почему это происходило — из-за жары ли, установившейся в последние дни в центральной Европе, или в связи с осознанием командами ответственности происходящего — не знаю и знать не желаю. Днем ранее на базельском «Санкт-Якоб Парке» ответственность была не меньше. Но сборная России, презрев пресловутое «внутреннее напряжение» (как я ненавижу этот эвфемизм скуки и трусости!) плей-офф, подарила нам спектакль, которого не забыть никогда. Может, она сделала это именно потому, что 20 лет не бывала в кубковых стадиях и не знала, как там полагается напрягаться?

Послушайте, что написал на своем официальном сайте один из самых популярных игроков сборной Голландии Рафаэль ван дер Варт: «У русских — фантастическая команда. Они заслужили от нас самых щедрых комплиментов. Учитывая количество шансов, которое у них было, они полностью заслужили победу. До того мы проводили великолепный турнир, но тут нас просто взяли и переиграли».

Ловите момент, уважаемые российские болельщики! Когда такое было, чтобы Европа восхищалась не чьей-нибудь, а именно нашей игрой? Когда нам повсюду желали победы на чемпионате, потому что в футбол лучше нас не играет никто? Честно говоря, я до сих пор в реальность этого верю с трудом. Чудесный сон, да и только.

Гарантированная уже бронза — это, конечно, здорово. Но в тысячу раз важнее другое. То, что Россией — восхищаются. То, что выигрываем мы — не по-гречески.

Да, команда Отто Рехагеля стала чемпионом Европы, а нам для этого нужно сделать еще два шага — и далеко не факт, что это произойдет. Но мы не вспомним ни одного восторженного слова по отношению к греческому достижению. Уважение — да, признание — да. Но футбол — это в первую очередь игра, а игрой у эллинов четырехлетней давности и не пахло. Разве мог кто-то из них удостоиться такой фразы, какую после матча с Голландией произнес Зинедин Зидан об Андрее Аршавине: «Я в восторге от десятого номера русских. У него волшебные ноги!»?

Это состояние общего изумления останется с нами навсегда. Вне зависимости от дальнейших результатов. В нашей раздевалке со словами признания был ван Бастен. Точка.

Кстати, у Аршавина, не игравшего в первом матче с Испанией, будет в полуфинале дополнительная мотивация. Он не раз признавался, что мечтает попасть в «Барселону». Теперь его мечта — в его руках. Третий кряду спектакль, да еще и против Испании, — и никуда эти каталонцы не денутся.

Кошмарная тягомотина в матче Испания — Италия окончательно переместила в нашу сторону симпатии нейтральных людей. Убедился в этом, пообщавшись в пресс-центре с журналистами самых разных стран. По итогам группового этапа эти симпатии были на стороне голландцев, но когда нашлись те, кто смог в открытом бою их переиграть, — Европа стала болеть за Россию. А окончательно убедил ее в этом могильный холод, которым веяло от испано-итальянских мучений.

Но это — сегодняшние эмоции. На чемпионате Европы, как мы видим, все меняется стремительно. Три первых места в группах из четырех уже разъехались по домам, а четвертое втащил в полуфинал Касильяс. Каждый матч — это новая маленькая жизнь, в которой нужно забыть о предыдущих.

А потому главное, чтобы у наших игроков сейчас не закружилась голова от того водопада комплиментов, к которому они не привыкли. Футболисты — живые люди, они заходят в Интернет, все читают и все знают. И главное сейчас для Гуса Хиддинка — не допустить того, чтобы они посчитали себя фаворитами турнира. Нашим такое категорически противопоказано.

То, что Испания выиграла у Италии в незрелищной манере, ни о чем не говорит. Нас она, если кто забыл, поколотила со счетом 4:1. В этом, пожалуй, и заключается плюс того, что в полуфинале мы встретимся именно с ней. У России — супермотивация для реванша. У Испании — подсознательное неверие, что команда, битая ею здесь же с крупным счетом, может за 16 дней до неузнаваемости измениться.

«По теории вероятности два матча у одной команды на одном турнире выиграть тяжело», — объяснил мне в смешанной зоне «Санкт-Якоб Парка» Константин Зырянов свое желание видеть соперником по полуфиналу именно испанцев. А у меня в голове возникла эффектная хоккейная аналогия.

На Кубке Канады 1981 года сборная СССР в группе уступила хозяевам с разгромным счетом — 3:7. В финале они встретились вновь. И команда Виктора Тихонова провела, как многие считают, лучший матч в истории советского хоккея, уничтожив родоначальников игры со счетом 8:1!

Голландцы в 88-м также победили нас в финале, проиграв в группе. Но есть и исключение: греки в 2004-м обыграли хозяев-португальцев на Euro оба раза. Так что тешить себя иллюзиями не стоит. Уж в финале-то, разок грекам уже уступив, Португалия точно не могла соперника недооценить.

…Когда основное время в матче Испания — Италия подходило к юнцу, я молил футбольного бога только об одном — чтобы он продлил эту агонию еще на полчаса. 120 минут на жаре, плюс выход эмоций в серии пенальти, множим на лишний день подготовки, который у нас на сей раз есть, — все это льет воду на нашу мельницу. Вместе с осознанием, что на Euro-2008 мы играем в футбол лучше других. И за нас теперь болеет не только сходящая с ума Россия, но и все поборники красивой игры на планете. С ума сойти: мы — флагманы мирового футбольного прогресса!

А выиграть у Испании нашим футболистам нужно еще и ради Хиддинка, которого они так любят. До полуфиналов он со сборными уже доходил — на ЧМ-98 с Голландией и на ЧМ-2002 с Кореей. Вот только этот рубеж пока голландцу не покорялся.

Именно Хиддинк с помощью каких-то своих чар заставил российских футболистов посмотреть на себя совсем другими глазами. Как высказался в разговоре со мной один из ведущих австрийских журналистов: «Это человек, который умеет двигать горы».

Было бы здорово, если бы 26 июня в Вене «горы» ответили этому человеку взаимностью. Хиддинк, как никто другой, заслужил своего первого финала.


ХИДДИНК ХОТЕЛ БЫ ПРИГЛАСИТЬ НА ФУТБОЛ ДИРИЖЕРА ГЕРГИЕВА

В разговоре со мной главный тренер сборной России ответил на очередную порцию вопросов, присланных читателями «Спорт-Экспресса».

— Вы упомянули о программе реформирования детского футбола, которую представили в РФС и НАФ. Можете рассказать о ее сути? (Александр Зундер, Лос-Анджелес)

— Всегда говорю о двух слоях задач, которые стоят перед российским футболом, в том числе и лично передо мной. Первый слой — выступление национальной сборной. Оно, в свою очередь, должно вдохновить ответственных людей в клубах, менеджеров и президентов на то, чтобы улучшить обучение детей футболу. Пока оно, будем объективны, далеко от идеала. Если с таким потенциалом страны — 140 миллионов жителей! — мы будем обучать детей согласно современным методикам и подходам, если прекратим растить их в обстановке страха, подозрительности и поиска виноватых — это даст колоссальный эффект.

На мой взгляд, нужно видоизменить наше мышление, касающееся основных принципов существования детского футбола в стране. Знаю, что тренеров в России клубный менеджмент поощряет в первую очередь за места, которые они занимают в чемпионатах своих возрастов. Это, дескать, создает престиж школы. Конечно, команды 12-, 14-, 16-летних должны бороться за победу в своих соревнованиях. Но, намой взгляд, есть более важная вещь — индивидуальное развитие талантов. И награждать детских тренеров нужно за каждого игрока, который попадает в первую команду. Практика показывает, что в каждой команде 16-летних есть как минимум три футболиста, способных дотянуться до основного состава.

Также хочу поговорить с федерацией и клубами, чтобы на регулярной основе проводились соревнования 18-19-летних игроков — сначала, возможно, на базе нескольких регионов, а потом сделать их общенациональными. Сейчас у меня создается впечатление, что в этом возрасте юным игрокам приходится преодолевать слишком высокий барьер — из школы сразу в турнир молодежных составов клубов премьер-лиги, где им приходится конкурировать с 21- и 22-летними, а порой и более опытными футболистами. В результате многие юные таланты оказываются потерянными для футбола. Нужно создать турнир, где 18-летние игроки могли бы проводить по 40 матчей за сезон, и это было бы бесценно для их развития.

Невозможно стать большой футбольной нацией по мановению волшебной палочки. Но можно использовать благоприятную ситуацию с точки зрения популярности футбола, которая сейчас сложилась, и создать классную инфраструктуру, систему подготовки молодых игроков, построить новые стадионы и базы. Деньги в России — не проблема. Нужен правильный план развития. Посмотрите на Голландию с населением в 16 миллионов человек. Все без исключения дети с 6-летнего возраста тщательно просеиваются на предмет футбольных способностей! При этом они получают нормальное школьное образование. Клубы и фонд «Национальная академия футбола» должны взять на себя за это ответственность.

— Должны ли футболисты обладать интеллектом «выше среднего» или это совсем не обязательный атрибут для игрока? Помогают ли игрокам лучше понимать игру занятия, например, шахматами? (Дмитрий Иванов, 31 год, г. Миасс)

— Надо разделять две вещи — интеллект житейский и футбольный. Когда игрок читает книги Чехова, Толстого или Достоевского или хорошо играет в шахматы, это замечательно, потому что развивает его как личность. Но футбольный ум — это все же нечто иное. Почему я говорю о том, что игрок должен быть обучаем? Потому что умение извлекать уроки — скажем, из того, что происходит на чемпионате Европы — должно делать его сильнее, поспособствовать его развитию. Футболисты сборной России показали это умение.

Влияет ли общий интеллект на футбольный? Наверное, он ему помогает. Быть гармонично развитой личностью никому еще не мешало. Но сказать, что для игрока это обязательно, значит несколько преувеличить. Большинство футболистов не настолько образованны, чтобы прочитать все знаменитые книги великих русских писателей. Однако нельзя сказать, что если они их не читали, то не могут играть в интеллектуальный, умный футбол.

— Есть ли у вас время читать литературу, и если да, то какие книги предпочитаете? (Георгард Толкачёв, 34 года, г. Озёрск, Челябинская область)

— Недавно начал читать книгу о Чехове и Достоевском. Кстати, ценю общение с людьми искусства и наблюдаю за их работой. Порой она очень близка к тому, что делаем в футболе мы. У меня есть близкий друг в Голландии, дирижер в филармонии, его считают за честь пригласить все большие оркестры. Когда он работает с музыкантами, ему удается извлечь лучшее из каждого. Когда вижу, как он не просто выжимает из каждого максимум, а поднимает их на новый уровень, я восхищаюсь и понимаю, что мы, тренеры, должны ставить перед собой те же задачи. То же самое касается великолепного российского дирижера Валерия Гергиева, за работой которого я наблюдал в Голландии. Насколько знаю, он большой футбольный болельщик, и я рад был бы пригласить его на наши матчи.

— Существуй сейчас сборная СССР с Шевченко, Тимощуком, Глебом, Каладзе и другими, на что она могла бы рассчитывать под руководством сильного специалиста, например, вашим? (Элиа Нолеро)

— Конечно, никаких гарантий результата не было бы, поскольку в каждой серьезной футбольной стране много больших игроков. Но то, что с ними можно было бы ставить цель играть в финале, — несомненно.

— Скажите пожалуйста, какие слова вы напеваете во время исполнения российского гимна? (Эдуард Евстигнеев, 21 год, г. Смоленск)

— Мне очень нравится мелодия гимна России. Честно говоря, не знаю текста, но он очень приятен для пения. И, глядя на то, как игроки поют, иногда я без слов просто подпеваю этой мелодии.

— Вы тренировали разные сборные, почти всегда добивались определенного успеха, в том числе и теперь с Россией. Хотелось бы знать, какие критерии для вас являются определяющими при выборе места работы? Ведь предложения наверняка поступают отовсюду. (Михаил Зайков, 26 лет, г. Челябинск)

— Главный критерий — это работа с серьезными руководителями, которые не являются излишне эмоциональными людьми и не позволяют себе зависеть от случайных обстоятельств в формировании стратегии и философии развития футбола. Она, эта философия, не должна радикально меняться в зависимости от того, попал в конкретном эпизоде мяч в штангу или в угол ворот. Есть боссы, которые любят просто производить много шума и бурно реагировать на события, но не представляют, как в действительности помогать футболу. Нельзя зависеть от гола. Нужно иметь более высокий уровень мышления. Если я людей с таким уровнем не нахожу, работать мне тяжело.

— Можно ли стать тренером сборной, если ранее не являлся профессиональным игроком? (Ильвир Илаев, 21 год, Казань)

— Это возможно, поскольку примеров очень много. Игровая карьера на хорошем уровне в Европе, конечно, дает большое преимущество. Но этого недостаточно. Тренер должен постоянно заниматься самообразованием. Нельзя полагаться только на опыт игрока, каким бы богатым и успешным он ни был. Большой футболист и большой тренер — совершенно разные вещи. В первом случае ты отвечаешь только за себя. Во втором — за всех игроков, находящихся в заявке, а также за эффективные контакты с менеджментом, селекционным отделом, системой подготовки молодежи. Это неизмеримо сложнее и требует совсем другого уровня знаний.

— Рассмотрели бы вы возможность работы в одном из клубов РФПЛ, если бы поступило предложение? (Руслан Концов, 28 лет, Люберцы)

— Очень доволен своей нынешней работой. Поэтому сейчас ни о чем другом не думаю.

— Вы гражданин мира. Но все же есть ли место, где вам комфортнее всего? В какой обстановке хотели бы жить, когда отойдете от дел: в большом городе или где-нибудь в глуши? (Элиа Нолеро)

— Сейчас я в основном живу в Москве, и мне очень нравится, так оке как и совершать визиты за ее пределы. Иногда езжу в Амстердам. Но я не зациклен на каком-то одном месте. Я жил в Сан-Франциско, Вашингтоне, Сиднее, Сеуле, испанских городах. Для меня главное в жизни — общаться с хорошими людьми, где бы это ни происходило.


ПРОСНУВШИСЬ ЗНАМЕНИТЫМИ…

С маленького стадиончика «Спортцентр Ранкхоф», где вчера сборная России провела первую тренировку после голландского триумфа, виден холм с телевизионной вышкой. Это уже Германия.

Этот холм — напоминание о мечте, которую мы пока еще боимся произносить вслух. Уже завтра здесь, в Базеле, немцы встретятся в первом полуфинале с обескровленной девятью (!) потерями (во главе с лидером — Нихатом) Турцией. А потом, 29-го… Нет, об этом — пока ни-ни.

Проснувшись в воскресенье знаменитой, сборная полтора дня имела возможность переваривать свой новый статус. Команду никто не трогал: тренеры прекрасно понимают, что уже 37 дней она живет единой жизнью, накапливается моральная усталость — и надо оставить людей в покое.

Все вместе собирались только на ужине в воскресенье и на обеде вчера. Завтрак сделали факультативным — и все спали настолько крепко, что явилось туда лишь трое.

— Кто-нибудь из тренеров российских клубов лично вам с поздравлениями звонил? — спросил я Игоря Корнеева.

— Станислав Черчесов. Йелле Гус, возглавляющий детскую академию ЦСКА. Ряд президентов клубов. Поздравлений было много.

— После отвратительных условий в отеле Инсбрука в Базеле у вас есть какие-то организационные проблемы?

— Нет. С Инсбруком даже сравнивать невозможно.

— Матч Испания — Италия уже успели проанализировать?

— В воскресенье посмотрели его в прямом эфире, сегодня — тренерским штабом — еще раз. К определенным выводам, конечно, пришли.

— Не существует ли опасности, что комплименты со всех сторон вскружат футболистам голову?

— Не существует. Все ребята твердо стоят на ногах, понимают, что сделано только полдела. Одни и те же люди три недели назад отзывались о нас негативно, а сейчас — более чем позитивно. Поэтому расслабляться рано.

— Какие-то профилактические меры от головокружения штаб провел?

— Меры проводятся только в том случае, если в коллективе чувствуется что-то не то. Сейчас же все продолжается в прежнем ритме и духе.

Дай-то бог. Пообщавшись перед отъездом на вечернюю тренировку с Иваном Саенко и Сергеем Семаком, я не увидел в их поведении ни малейших, извините, понтов.

— Эмоции уже спали? — спрашиваю Саенко.

— Да. День порадовались, а теперь уже полностью сконцентрированы на Испании.

— Силы уже вернулись?

— Думаю, да. Тем более что есть еще два дня.

— Команду не может захлестнуть эйфория?

— Мы очень рады, что подарили России такой праздник. Знаю, что в Москве все вышли на улицы, то же самое творилось и в моем Воронеже, и в родных городах всех остальных ребят. А эйфории не будет. Во-первых, все ребята — профессионалы, а во-вторых, у нас есть тренер, который в случае чего поставит всех на место.

— 1:4 от испанцев в первом матче придают дополнительной мотивации?

— Это уже история. Мотивацию придает то, что мы — в полуфинале.

— Сами в это верите?

— (Смеется) Не совсем. Но думаю, что это — не предел.

— Матч с Голландией вы начали в стартовом составе. Как отнесетесь, если в полуфинале окажетесь на скамейке?

— Не думаю об этом. Рад, что Россия выиграла. А личные амбиции здесь неуместны.

— Теперь цель — золото чемпионата Европы?

— Не надо так далеко смотреть. Сейчас у нас матч с Испанией — о победе в нем и надо думать.

Капитан сборной Семак, жена и двое сыновей которого, кстати, по-прежнему живут в Леоганге, тоже не считает, что команда может зазнаться. Хотя и признает:

— За последние дни было сказано много хорошего, все говорят о том, в каком порядке сборная. На мой взгляд, это не идет на пользу. Сейчас нужно все выбросить из головы и просто нормально подготовиться к полуфиналу. Но не думаю, что кто-то может задрать нос.

— Разгром от испанцев придает особый смысл предстоящей игре?

— Для нас самая большая мотивация — это полуфинал. Да, после победных игр есть большая радость, но уже на следующее утро просыпаешься и все забываешь. И ждешь следующего матча.

— Силы вернулись?

— Время еще есть…

К шести вечера команда отправилась на тренировку. Арену руководитель российской делегации Виктор Онопко и его коллеги ездили проверять дважды, и она их устроила. «Газон не такой идеальный, как в Леоганге, но хороший», — констатировал Онопко.

Корнеев заметил, что тренировка будет носить сугубо восстановительный характер — и почти все ее время футболисты играли в теннисбол. Саенко участия в тренировке вообще не принимал. По индивидуальной программе вместе с физиотерапевтом Арно Филипсом занимались Динияр Билялетдинов и Александр Анюков, которые получили болезненные удары в матче с Голландией. Впрочем, Билялетдинов на мой вопрос: «Как нога?» после занятия ответил: «В порядке».

После занятия с сотнями (!) журналистов из разных стран, заполонившими стадиончик, общался только Хиддинк.

— Что с Саенко?

— У него небольшая проблема со стопой. Полечим его в отеле.

— Он будет готов к игре?

— У нас есть еще пара дней. Небольшие проблемы есть у Билялетдинова и Анюкова. С остальными все нормально.

— Президент России Дмитрий Медведев заявил о готовности предоставить вам российское гражданство.

— Этим можно гордиться. Россия — огромная прекрасная страна с большой историей и великой культурой. Поглядим, что будет дальше. Я могу жить в любой стране мира.

Стало известно, что на полуфинал Россия получила четыре тысячи билетов. Сегодня в 11.00 сборная вылетает в Вену, где остановится в отеле NH Danube. Вечерняя тренировка, по всей видимости, состоится на домашнем стадионе венской «Аустрии».

Вечером 23 июня я набрал номер президента фонда «Национальная академия футбола» Сергея Капкова и спросил:

— Готов ли НАФ теперь, после выдающегося матча с Голландией, к финансированию нового контракта с Гусом Хиддинком?

— Готов. Причем это будет другой контракт, чем в предыдущие два года, касающийся не только национальной сборной. Речь пойдет о более амбициозных проектах в России, связанных с программой модернизации и развития футбола в стране. Своей работой Гус сломал стереотип, связанный с негативным отношением к иностранным тренерам. Коэффициент доверия к нему сейчас необычайно высок, и этим необходимо воспользоваться для нашего общего блага. Главное — воздействовать на всю нашу футбольную пирамиду.

— Когда контракт будет подписан?

— Чтобы ответить на этот вопрос, надо встретиться с Хиддинком, потому что мы не знаем, каковы его планы на этот счет.

— Он четко сказал, что хочет продолжить работу в России. И, более того, готов предложить программу развития детского футбола в стране.

— В любом случае нам необходимо встретиться, чтобы обговорить условия контракта, а также большую национальную программу закрепления достигнутых на Euro-2008 успехов. Могу сказать, что после чемпионата Европы вас ожидает много приятных сюрпризов. НАФ будет ходатайствовать перед РФС о наделении Хиддинка дополнительными полномочиями — чтобы он имел возможность требовать не только с игроков первой сборной России.


24 июня Гус ХИДДИНК: «НЕ ВЕРИЛ, ЧТО МЫ СМОЖЕМ ИГРАТЬ В ТАКОЙ ФУТБОЛ»

…Третий этаж базельского отеля Ramada, вечер 23 июня. Мы с главным тренером сборной России выходим из лифта — и тут же видим Андрея Аршавина, с которым фотографируются зарубежные болельщики и болельщицы. Шутник Хиддинк, ни секунды не раздумывая, с неповторимым выражением лица просовывает голову между лидером нашей сборной и одной из болельщиц. Та вначале недовольно оглядывается: кто это тут нам мешает? Но увидев — кто, взвизгивает от восторга и умоляет голландца присоединиться к процессу. Но Хиддинк, улыбнувшись, мотает головой и кивает на Аршавина: вот, мол, с кем надо фотографироваться, это их чемпионат и их звездный час…

А мы на два часа садимся с тренерским штабом сборной в баре отеля. Под занавес интервью обсуждаем новую короткую стрижку Александра Бородюка, родившуюся в результате спора с Константином Зыряновым. Помощник главного тренера проявил себя как человек слова: обещал в случае выхода в полуфинал прибегнуть к услугам парикмахера — и тут же сделал это, что вызвало явное одобрение игроков. Я же не упустил возможность спросить Хиддинка:

— А вам приходилось когда-нибудь менять детали своей внешности вот так, на спор?

— Да, причем дважды. Вначале — в 1988-м, когда мы с ПСВ выиграли Кубок чемпионов. Тогда я постригся почти наголо — длина волос составила всего один сантиметр. Причем это произошло на публике. Мы отмечали победу с командой, был вызван парикмахер — и процесс стрижки происходил прилюдно. Видели бы вы реакцию футболистов!

Второй раз был в декабре 98-го, когда мадридский «Реал» в Токио выиграл Межконтинентальный кубок у бразильского «Васку да Гама». Тогда перед игрой лидеры «Королевского клуба»-Йерро, Санчис, Редондо и другие — предложили мне в случае победы сбрить усы, которые я в ту пору носил. Что и было сделано.

Хиддинк выдержал небольшую паузу и сказал, словно читая репортерские мысли:

— Догадываюсь, каким будет следующий вопрос.

— Каким же?

— Не собираюсь ли я повторить то же самое теперь. Так вот: подобные вещи можно делать только один раз в жизни. Повторяться нельзя, потому что это будет уже искусственно…

— Скажите, не кривя душой, Гус: когда вы только начинали работать со сборной России — верили, что такой матч, как против Голландии, окажется возможен?

— Всегда стараюсь отвечать честно, поэтому признаюсь: нет. Я не верил, что мы сможем сыграть так, как в четвертьфинале Euro-2008. В предыдущем матче со шведами — тоже, а тут, против одной из сильнейших команд мира, — в особенности. То, что у нас будут подобные фрагменты, представить себе мог, но чтобы контролировать почти всю игру, доминировать в ней, играть так, чтобы постоянно доставлять удовольствие и самим себе, и болельщикам…

Перед тем, как начать подготовку к финальному турниру, в квалификации, мы чередовали неплохие матчи с невыразительными. То же происходило и с результатами. Сейчас команда находится вместе больше месяца — с 18 мая. Но все равно я не ожидал, что ее прогресс будет таким стремительным. Причем во всех элементах — ив физической подготовке, и в тактике, и в менталитете. А также в стратегии каждой конкретной игры, в умении использовать слабые места соперников, на которые мы указываем. Тренеры могут говорить что угодно — но если игроки не могут это реализовать, либо если они не принимают концепцию, которую вы им предлагаете, ничего не выйдет. Просто потрясающе, насколько восприимчивой и гибкой в этом смысле оказалась вся молодая российская команда.

— Футбол, который показывает сборная России, оказался полнейшей неожиданностью и для болельщиков, и для журналистов — да для всех в стране! За последние 20 лет люди постепенно стали воспринимать наших игроков как хронических неудачников, или, как теперь модно выражаться, лузеров. И вдруг — такое.

— Теперь, думаю, всем очевидно, что никакими неудачниками они не являются. А значит, необходимо задаться вопросом: почему вы их так воспринимали? Это очень интересная тема. Но я не работал в России до 2006 года, и у меня ответа на этот вопрос нет. Знаю одно: когда что-то складывается неудачно, мы больше всего любим обвинять. Навешивать ярлыки. И это не тот подход, который может привести к успеху.

— По-вашему, существует ли взаимосвязь между выступлениями футбольной сборной и общественной жизнью страны? Поэт и музыкант Александр Розенбаум сформулировал эту мысль так: «У россиян появляется сильная родина, и возникает желание за нее сражаться!» Именно этим он и многие другие объясняют последние успехи России в хоккее, баскетболе, теннисе и других видах спорта. Согласны или нет?

— Футбол и общество, безусловно, очень взаимосвязаны, причем влияние идет как в одну, так и в другую сторону. Однажды еще в те времена, когда Пеле был действующим игроком, в Нигерии шла жестокая гражданская война. И сборную Бразилии пригласили туда сыграть товарищеский матч. Бразильцы поставили условие: на четыре дня прекратить все боевые действия. И что вы думаете — это произошло! Все воюющие стороны пошли на футбол! Вот что такое влияние этой игры на людей.

Что же касается желания сражаться за сильную страну, то одной из причин успеха можно назвать и это. Когда ты оказываешься в составе сборной, ты должен гордиться этим. Но в первую очередь, считаю, игроки все равно бьются за свою собственную честь. И не только бьются, а, что очень важно, получают удовольствие. Удовольствие от того, чем занимаешься — непременная составляющая успеха. Ты приходишь в футбол, потому что тебе нравится сам процесс игры. Без этого ощущения радости никакого результата добиться невозможно.

— Вы не любите произносить громкие слова, но на пресс-конференции после матча с Голландией заявили, что случившееся — «почти чудо». С чудом понятно. Но почему — «почти»?

— Потому что чудес не бывает (улыбается/ А бывает тяжелая, напряженная работа. Что и доказала эта история. То, что произошло, не имеет никакого отношения к везению. Мы не выигрывали матчи потому, что мяч пролетел на метр правее или левее штанги. Без элемента удачи, конечно, не обойтись, но это лишь надстройка над фундаментом ~ той подготовкой, которая у нас была. Да еще и в такой короткий период времени! Не нужно забывать, что мы играем с лучшими командами мира. Чемпионат Европы — с точки зрения качества самый качественный турнир на планете.

— По-моему, больше никто в России не упирает на вашу везучесть, что до Euro-2008 случалось сплошь и рядом.

— Удачу надо заставлять повернуться к нам лицом. Все той же работой. Все тем же убеждением игроков, что эта концепция — правильная, и в нее надо поверить. То, что произошло, — результат не стечения обстоятельств, а нормального, хотя и тяжелого, труда.

— Знаете, что творится в России? После победы над Голландией 700 000 москвичей вышли на улицы, перекрыв весь центр столицы, на памятник Пушкину повесили шарф сборной. В других городах — то же самое.

— Да, мои коллеги (кивает на Бородюка и Корнеева. — Прим. И. Р.) кое-что об этом мне рассказали. Мне очень радостно за людей, для которых это стало таким праздником. Я и моя подруга Элизабет разговаривали по телефону с нашими друзьями в Москве прямо той ночью, когда шли гуляния. Они взахлеб рассказывали о том, что происходит. Но лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать: по возвращении в Россию я бы с удовольствием посмотрел фотографии и видеозапись этого празднования.

— Вы хоть понимаете, что сделали со страной? Она парализована, никто не может работать!

— Хочу попросить прощения у тех, кому это нанесло ущерб (смеется). Но такая реакция лишний раз говорит о степени влияния футбола на умы людей. Еще до чемпионата я сказал: если команда сыграет, отдавая себя целиком, публика это обязательно оценит. И если гарантировать результат и даже хорошую игру я тогда не мог, то был уверен в одном: сражаться эта сборная будет до конца. И люди в России почувствовали это, оценивая таким образом не только качество игры, но и то, что каждый футболист играет сердцем.

— Вы представляли, что Россия — настолько футбольная страна? Даже нам такое в голову не могло прийти!

— С таким невероятным потенциалом, какой есть у России, нельзя зацикливаться на том, кто является главным тренером сборной. Надо иметь четкую политику и стратегию, какой должна быть вертикаль футбола в этой стране. И, как я уже говорил, я передал такой план и в РФС и в НАФ.

Знаете, что замедляет развитие футбола в России? Когда выходишь с какими-то реальными предложениями, начинаются сомнения. «Не знаем, возможно ли», «Мы не способны»… Почему не способны? Если во что-то не верить, думать, что нам это не под силу — ничего и не сбудется.

— Сегодня (во вторник. — Прим. И. Р.) я разговаривал с главой НАФ Сергеем Капковым, и он объявил, что его фонд готов финансировать новый контракт с вами. Причем речь пойдет не только о первой сборной, но и о более глобальных проектах реорганизации всего российского футбола и наделении вас дополнительными полномочиями.

— Одно «но». Это никак не должно зависеть от побед над Грецией, Швецией, Голландией… Хотя прекрасно понимаю: в нашем современном мире сложно мыслить такой категорией, как «вне зависимости от результата». С удовольствием помогу в развитии инфраструктуры, потому что сейчас для этого настал идеальный момент. Национальная сборная играет великолепно, и это создает почву для обновления и модернизации всего футбольного хозяйства. Если это окажется в рамках моих полномочий, я привезу сюда людей, которые смогут многое сделать.

— Контактировали ли с вами Роман Абрамович и Сергей Капков в последние дни?

— Они оба посылали мне sms с поздравлениями.

— С президентом России Дмитрием Медведевым общаться во время Euro пока не доводилось?

— Лично — нет. Он занятой человек, не правда ли? Но я слышал, что он поздравил команду. Это означает, что для всех в стране, включая президента, успехи сборной важны. И они являются частью достижений России как страны. Нельзя недооценивать то, что эти успехи получили широкое признание во всем мире. Безусловно, я получил поздравления от многих людей футбола из России — президентов, тренеров, спортивных директоров. Но сколько было поздравлений из-за рубежа! Южная Америка — Аргентина, Бразилия, Чили. Австралия. Корея. Япония. Европейские страны. География поздравлений, которые мы в эти дни получили, абсолютно уникальна!

— Кто самые знаменитые люди из тех, что вас поздравили?

— А-а, какая разница! Это хорошие люди. Умные люди.

— А кто из российских тренеров и руководителей клубов адресовал вам теплые слова?

— Многие. Кто-то отправил sms-сообщение лично мне, кто-то — Саше и Игорю. Президент ЦСКА Евгений Гинер, президент «Сатурна» Борис Жиганов, спортивный директор «Амкара» Хасан Биджиев — очень толковый и хороший парень. Главные тренеры «Крыльев Советов» и «Спартака» Леонид Слуцкий и Станислав Черчесов. Бывший президент «Москвы» Юрий Белоус. Председатель совета директоров «Локомотива» Сергей Липатов.

— Вы не упомянули чемпионов России и обладателей Кубка УЕФА — «Зенит».

— Со стороны тренеров «Зенита» пока не было никакой реакции.

— Даже от вашего соотечественника Дика Адвоката?

— Ни от него, ни от кого-то другого. Когда «Зенит» завоевал Кубок УЕФА, мы отправили поздравление — как это, на мой взгляд, и должно быть, когда команда твоей страны достигает большого успеха. Впрочем, если в клубе придерживаются иного мнения — это их право.

— К слову, в журналистских кругах получила ход версия, что Павел Погребняк покинул расположение сборной под давлением клуба. Она имеет под собой какие-то основания?

— Да, это правда. Еще находясь в расположении сборной, Погребняк получил письмо из «Зенита», в котором было сказано: «Мы хотим прооперировать игрока как можно быстрее». Мои коллеги по сборной видели его собственными глазами, как и доктор. Возможно, это повлияло на его решение. Как я уже говорил, мне было жаль, что игрок его принял, потому что доктора давали «зеленый свет» на участие Погребняка в Euro. Тот же Ибрагимович в сборной Швеции повел себя как настоящий профессионал, несмотря на травму колена, делая все возможное для своей команды и страны. Решение, которое принял Павел, было его личным выбором либо выбором его клуба, я не имел к этому никакого отношения. Врачи заверили меня, что никакой опасности для его здоровья нет. Но игрок сказал: «Нет, я не хочу».

— Знаю, что после операции Погребняк вернулся в Австрию. Он не приезжал в сборную?

— Нет. И будет лучше, если он в ней и не появится. Если принято решение — значит, надо ехать в клуб и проходить реабилитацию там. Какое отношение он сейчас имеет к сборной? Думаю, что его появление не оказало бы хорошее влияние на команду. Все игроки работают очень напряженно, им через многое приходится пройти, они испытывают боль и страдают. Он же, с моей сугубо личной точки зрения (поскольку все подобные вещи индивидуальны), слишком легко сказал «Я не поеду».

— Правда ли, что после отзаявки Погребняка вы запретили ему появляться в расположении команды?

— Был вопрос — не прямо от него, а через одного из членов медицинской бригады, — может ли он находиться в сборной? Но что он может ей дать? Когда люди отдают работе себя целиком и рядом видят игрока, который сомневался, стоит ли ему выступать на турнире, какое воздействие это на них окажет? Что скажут футболисты? Отмечу, что эта ситуация стала разочарованием и лично для меня.

— У Погребняка будет шанс вернуться в сборную после чемпионата Европы?

— Команда в ее нынешнем составе стремительно прогрессирует, в том числе и нападающие — Павлюченко, Сычев… Посмотрим, что будет в августе-сентябре. Нам нужна конкуренция.

— В интервью официальной телепрограмме УЕФА Аршавин сказал, что с Погребняком и Денисовым сборная была бы еще сильнее. Это так?

— Не знаю. Реальность такова, что этих футболистов по разным причинам в команде нет. А она, эта команда — хороша.

— Говорят, что ряд игроков не сообщают врачам и тренерам об имеющихся у них небольших травмах, боясь выпасть из состава?

— Наша медицинская бригада — это очень ответственные и компетентные люди. С точки зрения менталитета очень хорошо, что игроки любыми средствами хотят остаться в составе, и это свидетельствует о нынешнем командном духе. После каждого матча, невзирая на неизбежные проблемы, все без исключения хотят выйти на тренировку и работать. В прошлом кое-кто в таких случаях предпочитал отдых, массаж или еще что-то. Тут у нас тоже есть ощутимый прогресс.

Небольшие боли — это для профессионального футбола нормально. Их можно «вытренировать» из организма. Но если речь о более серьезных повреждениях, наши медики не оставляют их без внимания. Сегодня был пример. У Билялетдинова была проблема со стопой, но он очень хотел заниматься в общей группе. Медицинские показатели говорили: нельзя, стопе надо дать отдых. Игрок был заметно разочарован, но я прислушался к рекомендации специалистов.

— После тренировки я спросил его: «Как нога?» и получил ответ: «Все нормально».

— Но все же было не до конца нормально. Для меня это идеальное отношение к делу со стороны игрока.

— Билялетдинов, Анюков и Саенко, не тренировавшиеся в понедельник с основной группой, будут готовы к полуфиналу?

— Их менталитет говорит «да». А тело обычно подчиняется тому, что приказывает мозг. Но если это окажется невозможным, мы примем ситуацию такой, какой она окажется.

— Президент Медведев выражал готовность предоставить вам российское гражданство. Как вам такая перспектива?

— Насколько мне известно, таким образом он ответил на вопрос, что делать Хиддинку, если после победы над сборной Голландии, то есть удара по мечтам и надеждам голландского народа, его не пустят на родину. Президент ответил: «Он может остаться в России!» Что, считаю, весьма почетно.

— Но вы действительно не боитесь лететь в Голландию? Ее сборная провела групповой турнир настолько блистательно, что субботнее разочарование кажется самым большим для голландцев за многие годы.

— Да, таким оно и является на самом деле. В первые дни люди действительно были крайне разочарованы, кричали и ругались. Но когда первые эмоции спали, для 97 процентов из них, по-прежнему сильно расстроенных, все повернулось в сторону глубокого уважения к российской сборной. Все нормальные голландцы говорят теперь: сборная России просто оказалась класснее нашей, наши современные футболисты не смогли справиться с еще более современной игрой, которую показали россияне. Без всяких сомнений скажу: российская команда получила признание в одной из самых серьезных футбольных стран мира.

— Уму непостижимо: Россия не просто выиграла у Голландии, а переиграла ее в футбол! Вы могли себе такое представить?

— Если честно, нет. Я очень хорошо знаю голландскую сборную, в курсе и ее сил, и некоторых слабостей. Но переиграть команду, в которой каждый игрок технически, тактически и стратегически с юного возраста идеально образован… Это стало для меня большим и приятным сюрпризом.

— А приход в раздевалку сборной России Марко ван Бастена оказался для вас неожиданностью?

— Не сказал бы. Ты должен знать, как выигрывать — но в то же время необходимо уметь проигрывать. Реагировать на поражения с честью способен не каждый. Ван Бастен — смог. Я в это время был на пресс-конференции, но, кажется, Саша с Игорем были в раздевалке и переводили то, что он сказал. По всеобщему мнению, ван Бастен вел себя очень достойно. И его появление было очень тепло встречено нашей командой.

— Что он говорил?

— Он спросил Бородюка: «Можно ли с командой поговорить?» Тот ответил положительно. Он сделал игрокам комплимент: «Вы — отличная, классная команда, которая играет в современный футбол. Поздравляю вас с заслуженной победой и желаю дальнейших успехов».

— Гус, вы когда-нибудь поступали схожим образом?

— Было. Дайте вспомнить… На ЧМ-2006 я заходил в раздевалку к итальянцам, после того как моя сборная Австралии проиграла им в 1/8 финала.

— И это после того, как судья Медина Канталехо «убил» вашу команду при помощи крайне сомнительного пенальти в добавленное время?!

— Да. В конечном счете, они победили. Я знаком со многими футболистами — в частности, Гаттузо, Пирло — и посчитал нужным поздравить их с победой. Не люблю, когда люди, проигрывая, начинают визжать, махать руками, впадать в истерику — какие бы обстоятельства поражению ни сопутствовали. Если игроки отдали игре все силы, им не в чем себя упрекнуть. А махать кулаками после драки — этим я никогда не занимался и не буду.

— А игроки голландской сборной вас поздравляли?

— Да, все сделали это в коридоре возле раздевалки. Они признали, что все было справедливо.

— Стал ли матч Голландия — Россия одним из лучших в вашей тренерской карьере?

— Да, равно как и несколько других: стыковой матч ЧМ-2006 Австралия — Уругвай в Сиднее, поединки сборной Голландии против Аргентины и Бразилии на ЧМ-98, полуфинальные матчи Лиги чемпионов ПСВ — «Милан».

— Лично для меня ценность игры сборной России на Euro-2008 вообще и в матче с Голландией в частности не ограничивается только результатом. По-моему, еще важнее, что команда добилась его не греческим путем, а зрелищной атакующей игрой.

— Согласен с вами. У греков был свой путь — крепкая оборона, хороший розыгрыш стандартных положений. Но давайте признаемся, что все мы любим получать от футбола удовольствие. Всегда считал, что если ты ставишь целью показать привлекательную игру, то и результат пусть не автоматически, но придет.

— Вам удалось разрушить незыблемые стереотипы. Мы были убеждены, к примеру, что российские игроки настолько слабо обучены, что просто не могут позволить себе играть в атакующий футбол. А потому ваши попытки поставить такой футбол многие считали обреченными на провал.

— Для того и существует такое понятие, как «селекция», чтобы ты смог подобрать тех игроков, которые подходят под твою концепцию. Ты как тренер должен быть уверен в них. И не бояться провала.

— Аршавина нахваливал даже Зидан. По-вашему, Андрей способен стать суперзвездой мирового масштаба, заиграть в ведущих клубах мира?

— Чтобы быть суперзвездой, надо играть в одной из лучших лиг мира — английской или испанской. Но у него есть для этого все качества. Не только технические, но и тактические, и физические, и ментальные, что очень важно для успеха за рубежом. Аршавин умен, и мне очень нравится с ним работать, потому что он знает, как выигрывать. Заметьте, что он смело берет ответственность не только за себя, но и за команду! Андрей не занимается исключительно демонстрацией своего личного таланта. Он даже организует оборонительные командные действия! Где кому располагаться, куда двигаться, кого «накрывать» — если вы внимательно посмотрите за Аршавиным, то увидите, насколько он все это понимает и умеет донести до партнеров.

Голос тренера при всем нашем энтузиазме не слышен дальше чем в десяти метрах. Мы готовим команду к игре, но уже на самом поле наши подсказки мало на что влияют. Нужны такие игроки, как Аршавин, которые могут организовывать командные действия на поле. Ив этом компоненте нашей команде еще есть куда прибавлять. Но не ему. Он умеет тренировать на поле.

— У всех глаза на лоб полезли, когда мы увидели статистику: в матче с Голландией Аршавин пробежал более 13 километров. Это не Аршавин!

— Да, это не тот Аршавин, который раньше иногда брал паузы. И эти изменения видеть было очень приятно. Мы говорили ему: «Ты способен делать больше». И он доказал это, подтвердил, что способен брать на себя ответственность и держать удар. И делать больше, чем думали люди и, возможно, он сам.

— К комплиментам таких фигур, как Зидан, Кройф или вон Бастен, наши футболисты не привыкли. Не боитесь, что они задерут нос и посчитают себя главными фаворитами чемпионата Европы?

— Фавориты номер один? Не-ет. Это — завышенная оценка. Нам предстоит еще пара игр, и если сравнивать нас с командами, чьи игроки уже имеют богатый опыт выступлений в самых различных турнирах высочайшего уровня, от Лиги чемпионов до сильнейших национальных первенств, то именно эти сборные могут считаться фаворитами.

Не думаю, что наши игроки могут посчитать себя главными. Они просто любят играть в футбол. А теперь они полюбили еще и делать это организованно, и отдаваться игре без остатка. Если мы будем продолжать это, конечный результат может оказаться впечатляющим. Но мы не думаем о высоких материях. Если будем играть в свою игру и побеждать, победы придут к нам сами собой.

— Похоже, на Аршавина, Жиркова, Павлюченко нацелились большие европейские клубы. Они не могут сейчас начать слишком много думать об этом и играть не на команду, а на себя?

— Уверен, что этого не произойдет. Индивидуальные способности игрока ценны только тогда, когда он использует их на пользу команде. Давайте рассуждать логически: интерес, который появился, основан на их сегодняшних выступлениях, а не на каком-то абстрактном потенциале. Значит, чтобы этот интерес укрепился, не нужно придумывать ничего нового, а необходимо продолжать делать то же самое, что и до сих пор.

— Как вам удалось вернуть команду к жизни после ответного гола ван Нистелроя на исходе основного времени? Это же был огромный удар — такой же, какой Турция нанесла Хорватии на 120-й минуте, выиграв затем и серию пенальти!

— Да, это был удар. Причем для всех — игроков, тренеров… Вся опасность, которая возникала у голландцев, создавалась только посредством штрафных и отчасти угловых ударов. Один из них и привел к голу. Сейчас мы заострили внимание на этом элементе, с которым в четвертьфинале справиться не могли. Организация игры при штрафных соперника должна быть лучше.

В паузе, которая была перед началом овертайма, я и мои коллеги говорили с командой. Итак, что делать? Можно отойти назад и играть осторожно, чтобы сохранить ничью и дотянуть до серии пенальти — к которой мы на случай необходимости тоже готовились.

Однако мы сказали: «Парни, мы контролировали игру, если не считать этого ответного гола. Нужно продолжать в том же духе! Вы видите, что голландцы устают все больше. Так что, если вы сможете прийти в себя и в течение первых 10 минут овертайма вернуть себе преимущество, то последние 20 минут будут целиком наши». А потом добавил: «Сейчас, парни, выяснится, кто из вас настоящие мужики». И их реакция была великолепна.

— Можете назвать пятерку пенальтистов сборной России?

— Могу. Но не буду (смеется).

— Вернемся к нашей ахиллесовой пяте — диагональным штрафным сборной Голландии. Почему мы никак не могли с ними справиться? Вы ведь в перерыве даже поменяли опекуна ван Нистелроя — в первом тайме это был Анюков, во втором — Игнашевич. Но и это не помогло.

— Вы очень детально наблюдаете за игрой. Во-первых, некоторых штрафных можно было вообще избежать — соперник находился спиной к нашим воротам, и ситуация не представлялась настолько опасной, что необходимо было фолить. Но наши игроки слишком хотели выиграть то или иное единоборство — из-за чего и допускали нарушения.

Но иногда штрафного избежать нельзя. И тогда наступает следующий этап. Мы здорово организовали персональную опеку при «стандартах», каждый четко знал, за кого отвечает. Но, как мы сегодня убедились при просмотре DVD, некоторые игроки занимали неверную позицию. Всегда есть возможность контролировать «своего» игрока, но в то же время видеть и мяч. У нас же получалось, что кое-кто излишне сближался с опекаемым игроком, в результате чего у того появлялась возможность незаметно для судьи придержать нашего игрока за футболку. Именно так в первом тайме ван Нистелрой, дернув за майку Анюкова, лишил его баланса. Чтобы этого избежать, ты должен до какого-то момента держать определенную