КулЛиб - Классная библиотека! Скачать книги бесплатно  

В поиске пропавшей небесной девы [СИ] (fb2)


Настройки текста:



Рис Кларисса В ПОИСКЕ ПРОПАВШЕЙ НЕБЕСНОЙ ДЕВЫ

Пролог

— Гресис Андер, — стройный мужчина строгим взглядом смерил меня, стоящую перед ним по стойке смирно, — вы уже слышали о похищение второй принцессы Анниты Стюат. Небесных дев не так уж и много. Сейчас их на весь союз всего трое, и одна из них похищена.

— Антегрес Моуэ, — я вытянулась, еще сильнее, — вы хотите сказать, что нас волнует не сам факт похищения принцессы, а факт похищения именно девы. Если мне не изменяет память, то из всех троих Аннита считается сильнейшим предсказателем.

— Так точно, — мой командир усмехнулся в усы, — детка, ты как всегда права. Академии, да и всему Анарийскому союзу в целом, плевать на вторую принцессу; но проигнорировать факт похищения предсказательницы, да еще и с сильнейшим даром за последние сто лет, мы уже не можем. Поэтому ректор и проректор академии приняли решение, о назначение, лучшей выпускницы Высшей Военной Пелозии, Гресис Вивьен Андер, позывной «Незнакомка», на квалификационное задание. Приказом номер пятьдесят три, Гресис Андер, назначается на задание, по нахождению, освобождению и возвращению второй принцессы Анниты Стюат, обладающей даром небесной девы, в стены родного дома. На задание отводится два месяца. Началом считается оглашение приказа при Гресис. Всё ясно?

— Так точно, Антегрес, — я отдала честь, — разрешите идти.

— Свободны, — он приветливо мне улыбнулся и отступил к столу.

Покинув, знакомый до боли кабинет, я задумчиво брела, в ставшую уже родной, комнату. Семь лет она заменяла мне дом, и вот через три месяца ее займет новая студентка. Знакомые темные обои и черные шторы, белоснежный ковер, и простыни вечно пахнущие лавандой. Вздыхаю и достаю дорожный клатч. Осматриваю гардероб и машу на глупую затею: собраться самой.

— Маркелия, — негромко говорю в пустоту и жду, когда верная служанка появится передо мной.

— Да, ваше высочество, — девушка как всегда кланяется и ожидает моего приказа.

— Мне необходимо собраться в дорогу, — обвожу бессмысленным взглядом комнату, — а все остальное верни во дворец. К концу дня обо мне ни должно ничего напоминать.

— Хорошо, — она просто кивнула и поспешила выполнить приказ.

Перед глазами одна за одной проносились картинки семилетнего обучения. Память услужливо подкинула эпизоды с Аннитой. В отличие от меня, Дерек, плевать хотел на статус секретности и печать тайн. Он беспрепятственно пользовался популярностью своей сестры и при всех ее так называл. И как вывод, ни звание, ни аттестат выпускника он не получил. Тяжело, очень тяжело, когда в десять лет вдруг к тебе начинают относиться, как к простому человеку.

Я — кронпринцесса могущественной империи, а в стенах этой академии — простая безродная девушка Вивьен Андер, у которой нет ничего. Только комната и сильный дар к некромантии. Меня не считают светочем наук, и на сильный дар смотрят, как на неудачное совпадение.

Мой родной дом — демоническая империя Миртос. И последние пять тысячелетий мы входим в Анарийский союз. Но даже так нас не оставляют в покое. Мы единственная империя, где ветвь власти находится в руках женщин. У нас ни разу не рождался мальчик. И сейчас я изо всех сил пытаюсь доказать, что даже под печатью секретности, я стою больше, чем их хваленые кронпринцы-бабники.

Дискриминация вещь противная и, самое обидное, не убиваемая. Вот и сейчас, как бы они не кичились значимостью выданного мне задания, по факту — это фарс. Анниту уже нашли сто раз, пока я тут сумку жду. Да и как можно потерять провидицу в двадцати мирах?

— Принцесса, все готово, — Маркелия протягивает мне собранный походный клатч.

— В моей комнате, должна быть статуэтка подаренная Аннитой Стюат, мне она сейчас нужна, — киваю я сама себе, — и чем скорее, тем лучше.

Пока моя служанка ищет нужную мне вещь в дворцовых покоях, я отодвигаю ковер в дальний угол комнаты. Достав из ящика рунический мел, я принялась аккуратно перечерчивать из памяти круг поиска по межпространственным потокам. И снова угрюмо улыбнулась, вот как, простите, как это может быть заданием на проверку профпригодности? Такое чувство, что придворный Архимаг Интерии не в состоянии начертить такую же.

Убедившись в правильности линий, села ожидать Маркел. Горничная явно паниковала ища необходимую безделушку. Кольцо связи нагрелось и передавало её эмоции. И вот пол часа спустя, взлохмаченная горничная стояла передо мной, держа злосчастную статуэтку. Взяв хрупкую вещицу в руки, поместила ее в центр нарисованной на полу пентаграммы. Взмахом зажгла свечи и тяжело вздохнула.

— Эквенте лауэр дартертер, — древнеэльфийский заставлял язык закручиваться в трубочку, а мозг вскипать. И всё равно, что я, как проклятая, семь лет его зубрю.

Над полом поднялась полупрозрачная проекция двадцати наших миров. Спираль отделилась от статуэтки, белесой нитью поплыла к одному из миров. Ярко-алый мир приблизился и я с облегчением выдохнула: наш, — не придется строить меж мировой портал. Дымок плыл по империям, минуя одну за другой. Прошел, наши семь, расположенные в центре мира, и поплыл к дальней стороне, четвертая планета, моя собственная империя имела там представительство и департамент контроля смертности, но не могла же я заявиться туда в открытую. Затаив дыхание, я наблюдала к какой из империй протянется дымка и, увидев результат, застонала. Занзед — самая крупная империя четвертой планеты, нашего мира. Мир людей и искусных магов. Именно там располагается Высшая Магическая Пелозия. Дымок же завис над столицей Ангортой и исчез.

Тяжело вздохнув еще пару раз и посетовав на судьбу, я отправилась на стационарный вокзал Ларнарка. Показав сроднившееся со мной за семь лет документы, где красовалась смешная двенадцатилетняя девчонка, приобрела билет и уселась в ожидание поезда, гадая, что ожидает меня в магическом центре двадцати миров. Экспресс встретил меня протяжным свистом, толстым и неприветливым проводником и запахом пота и грязи. Передернув плечами, я заняла купленное у открытого окна место и, прикрыв глаза, помолилась смерти, что бы эта поездка оказалась не напрасной и свой диплом с отличием я всё же получила.

Глава 1

Темный вокзал Ангорта встретил меня удивительным шумом и кучей разодетых барышень, высыпавшихся из вагонов первого класса, и прибывшие на соседних платформах выглядели так же. Я же в строгой военной форме смотрелась неуместно.

Пытаясь избавится от навязчивого раздражения, я поспешила покинуть вокзал и пройти к гостинице, которой всегда пользуются шпионы нашей империи. Невысокое трехэтажное здание, утопающее в пахучих гортензиях, ни у кого не вызывала подозрения. Тоненькая, как травинка, демонесса, выпускница родной академии, вот уже сорок лет была нашим лучшим оперативником в этой империи, дольше неё, не продержался ещё никто. Она успешно отыгрывала придуманную когда-то легенду сиротки дриады. Ее муж, младший конюх при королевском дворце, уже давно помогает жене в ее ремесле. Старший сын у них учится в ВМП, а младший у нас в ВВП.

Спеша по узким улочкам, я все больше впадала в ступор. Девицы всех рас и сословий заполняли улицы, и с каждым мгновением их казалось все больше и больше. Увидев приметные заросли цветов и пеструю вывеску, я прибавила шаг и почти влетела в открытую дверь гостиницы.

Тусклое освещение заставило притормозить и перевести дыхание. Рыжеволосая красавица легко порхала по залу между расставленными столиками. Я наконец-то отмерла и прошла к барной стойке, заменявшей здесь ресепшен.

— Доброго дня, офицер, — невысокий мальчуган, похоже самый младший, обратился ко мне, и зубы свело от простого человеческого звания, — вы, что-то хотели?

— Да, — я нахмурилась еще больше, — комната номер тринадцать под чердаком.

— Аааа, — задумчиво протянул русый паренек и убежал к матери.

— Прошу за мной, — девушка в миг оказалась около меня.

— Мне информацию и ужин, — стянув фуражку, выпутала из волос шпильки и почувствовала блаженство от ощущения рассыпавшихся по плечам волос.

— Темный сохрани, — женщина сзади гулко сглотнула, — ваше королевское высочество кронпринцесса Кастадея.

— Тссс, — зашикала я на присевшую в реверансе демоницу, — я тут, как Гресис Вивьен Андер.

— Как прикажите, принцесса, — она так и не встала из реверанса.

— Да тише ты, — я плюхнулась на кровать.

— Ой, простите, — рыжая подорвалась, — я Ланита Рубьер, соглядатай и информатор в этом мире.

— Вот как раз это мне и надо, — я сняла китель и сапоги, оставаясь в брюках и топе.

— Что угодно? — Ланита присела в кресло. — В этой комнате полная шумоизоляция, не беспокойтесь, госпожа Кастадея.

— Я — Вивьен, — еще раз повторила я. — Что ты знаешь о похищение Анниты Стюат?

— Простите, — женщина потупилась, — она в королевском дворце.

— Чего? — у меня нервно задергался глаз. — Твою всевышнюю, ее ищут всеми империями, а простой информатор в курсе, где она.

— Ну, у меня никто не интересовался, — смутилась она от моего крика, — я и не беспокоила никого.

— Так и дальше: никому ни слова, — я опустилась обратно, — что еще?

— Кронпринц Колин Айор решил женится, — демоница поднялась. — Он устроил смотр невест. Трех из них привезли его люди, в том числе и вторую принцессу Анниту, а трех выберет сам народ на завтрашнем открытом смотре. Дворец охраняется на уровне гоблиновских мировых банков, попасть внутрь можно только в виде слуг или как участница отбора. Вы, леди, увы, не подойдете: по условиям могут участвовать все от вторых принцесс до нищенок.

— Много в империи демонов? — я поняла, девушка знает толк в работе и деньги получает не зря.

— Двое, — Рубьер скривилась, — я и старый хрыч Альзак, припадает древние языки в Высшем Магическом. При дворе не появлялся ни разу.

— Вот и славно, — я потерла ручки, — организуй, я должна стать одной из участниц.

— Но как, вы — кронпринцесса, — девушка удивленно округлила глаза.

— Вивьен Андер, — я усмехнулась, — обычная студентка с первой планеты, решила попробовать себя в качестве будущей принцессы.

— Будет исполнено, — быстро развернувшись, она покинула мою комнату.

Я лежала и думала о кретинизме сложившейся ситуации, вот как можно было не найти девушку, которую даже не прятали. А если бы меня не потянуло провести тот ритуал? Или все считают показания поддельными? Но проверить должны все.

Промучившись еще пару часов, я все же легла спать. Снились мне знакомые кусты черных роз, которые так заботливо разводила маменька, стойки с оружием, которые собирал папенька и так мастерски им всем владел, моя зеленая комната и бал по случаю совершеннолетия. Пронзительно зазвенел будильник и пришлось расставаться с красивой сказкой сна.

Прокрутив в голове еще раз сложившуюся ситуацию, я так и не нашла иного выхода, придется стать участницей балагана на потеху публики. Сердце замирало, выиграть для меня — сродни смерти. Темный упаси. Конечно, все обязательства, взятые на себя Вивьен, спадут, как только с моей руки снимут печать, но даже это мне не улыбается. Всего два месяца и я перестану быть сироткой из приюта. В жизни опять появятся балы, заседания и королевство. Я снова стану собой, как же это греет душу.

Потянувшись я все же встала с кровати и отправилась к ванной. После всех полагающихся процедур, вернувшись в комнату обнаружила сытный завтрак и несколько нарядов. Звякнув в колокольчик, стала дожидаться Ланиту.

— Желаете еще что-то? — девушка появилась незамедлительно.

— Что это? — отрывая от куриной ножки кусочек, кивнула на платья.

— Это старинные национальные костюмы, — рыжая присела в реверансе, — никто из участниц о них не знает. Последний раз такой надевала прошлая королева — бабушка нынешнего кронпринца.

— И на кой-они мне сдались? — философски вопросила я.

— Выбирать будет народ, а по докладам моих людей, — она хитро улыбнулась, — на единственную фабрику в империи, где шьют по спецзаказам данные облачения, заказа не поступало. За ночь наши люди подготовили для вас, леди, все эти варианты. Это поможет выделится из толпы девиц и привлечет к вам внимание не только простых людей, но и знати. Попасть на фабрику к моей подруге практически невозможно, даже для королевы не делают исключений. Магдален знаменита на все двадцать миров. Ваша матушка заказывала у нее платье для вашего совершеннолетия. И ваше платье для бала старшекурсников пошила также она.

— Замечательно, — я улыбнулась, — по окончанию задания, вам будет выписано вознаграждение в размере двухсот тысяч и отписан дом в Адаре на центральной улице.

— Не стоит, — демонесса упала на колени, — я всего лишь выполняю свою работу.

— Я читала ваше досье, — мое лицо ни выражало ничего, — ваша работа восхитительна. Вы хоть и из обедневшего, но все же дворянского рода. Вы знаете, что такое верность короне. Вы это заслужили, Ландлес Ланита.

— Принцесса, — на глазах женщины появились слезы, мое дарование позволяло ей вернуться на Родину в любой момент, не оборванкой, а знатной дамой с титулом, деньгами и имением в столице.

— Не стоит, — я отмахнулась от причитаний, — лучше дальше расскажи, что еще будет на сегодняшнем смотре.

— Он будет проходить в три этапа, — женщина еще раз всхлипнула и постаралась взять себя в руки, — первый — самый массовый. Вас по очереди прогонят по сцене партиями по десять девушек. Из каждой будут выбраны двое. В общей сложности отсеяться почти восемь тысяч девушек. Оставшихся поделят на сотни и проверят магическую составляющую, все у кого меньше шестидесяти — в утиль. Оставшимся дадут слово, и уже из них выберут троих претенденток.

— Ну, ну, — скептически произнесла я, — им бы из десяти тысяч участниц набрать с десяток магичек с таким уровнем, а не отсеивать сразу по внешности.

— Вы правы, все такие девушки уже давно пристроены еще в стенах Высшей Магической Пелозии, а из вашей военной сюда никого не заманишь. Вот они и ввели такое правило.

— Надеются свести весь конкурс до трех похищенных. Кто еще двое? — я подтянула к себе пирожные.

— Ласиста Струкова, — четко начала докладывать информацию связная, — пятый мир, седьмая планета, Герцегство Струково. В семье восемь сыновей и одна дочь. На ее руку претендуют половина наследников пятого, да и не только, мира. Семья знаменита своими виноградниками, доставшимися в приданное ее матери, покойной Герцогини Лалити, и золото-рудными приисками ее отца.

— Ясно, — я потянулась за второй булочкой, — богатенькая, лакомый кусок, увести такой из-под носа. Третья?

— Микэла Адаманс, — Ланита продолжила доклад, — Восемнадцатый мир, первая планета. Третья принцесса Измерии.

— Не продолжай, — я махнула рукой, — я была там на военной практике. Их империя славится своим вооружением и разработками в этой сфере. Оттуда им и девятая принцесса бы сгодилась. Но вот беда, ей всего семь. Вот и пришлось самую истеричную похитить — остальные уже пристроены.

— Проводить конкурс будут двое. Графиня Аннита Цурир, придворная сваха и первая фрейлина королевы, — женщина вернулась в кресло, — Адъютант-фрейлина по-нашему. Заносчивая белобрысая немощь, после смерти мужа, не смогла найти партию. Никто не зарится даже на деньги, вот и пригрелась во дворце при королеве.

— А вторая? — я с любопытством переваривала информацию.

— Второй тогда уж, — хмыкнула моя собеседница, — Маршал Дидрих — Архимаг при королевском дворце. Самый молодой в истории мира. Двадцать один год, уже получает третью специализацию.

— Вот это да, — я присвистнула, — а что из себя представляет принц?

— Взбалмошный мальчишка, — женщина скривилась, — двадцать один год, кое-как закончил экономическую школу Уэлиса. Раздолбай и бабник. Лучше выберите Архимага, все в хозяйстве пригодится.

— Вот уж точно, — я рассмеялась и подавилась чаем.

— Начало через час, — рыжая поднялась с кресла, — вам еще надо подготовится, вы из сто сорок девятой партии. Наши люди уже осведомлены. Вам помочь с подготовкой?

— Нет, не стоит, — я покачала головой, — моя служанка прекрасно справится.

— Как пожелаете, — женщина поклонилась и вышла.

Я еще какое-то время посмотрела на платья и коснулась двух камушков на кольце. Мгновение и пере до мной стоят моя служанка и Адъютант-фрейлина.

— Что желаете, принцесса? — Аксионелла низко присела в реверансе.

— Маркелия, у тебя полчаса, — я кивнула на платья. — Аксионелла, для тебя задание. Мне нужна вся информация по правящей династии Айор, Ласисте Струковой, Микэле Адаманс, Маршале Дидрихе и Анните Цурир.

— Будет исполнено, — белокурая испарилась в мгновение ока.

— Какое платье желаете? — Маркел подошла к разложенным нарядам.

— Давай красно-белое, — критичным взглядом осмотрела я конструкции, разложенные на кровати.

Полчаса пролетели как один миг. Темно-бардовое платье с широкой разлетающейся юбкой и полукорсажем на бретелях обрамляло белое кружево и белая прострочка. Белый накидной воротник напоминал мне моряку и скалывался булавкой с желтым шелковым платком. Выше локтя на руках были завязаны белоснежные нарукавники с красной строчкой. А вот с укладкой пришлось повозится. Длинные черные волосы Маркелия быстро собрала в высокий хвост и зафиксировала заколками, оставляя по бокам две пряди, а вот дальше начался ад. Огромный красно-белый бант напрочь отказывался держаться на волосах, и нам ничего не оставалось, как закрепить его, и боковые заколки на прядях при помощи магии. Надеюсь, нас не станут проверять.

Спустившись вниз, обнаружила пустую таверну и, понимая, что опаздываю, поспешила к площади.

Глава 2

Центральная площадь столицы встретила меня шумом и гомоном многочисленной толпы. Подойдя к смешному дяденьке за писчим столом, представилась и получила на руку номерок. Тысяча четыреста девяноста седьмая, м-да уж. Вздохнула и поплелась искать свою десятку. Краем глаза отметила, что на сцену поднимаются шестисотые. Ничего так, шустренько, опоздала-то всего на пятнадцать минут.

Найдя свою десятку, чуть не выругалась словами, которые воспитанная леди знать не должна, но военный знать обязан. Со мной в группе попались явно аристократки. Все, как одна, в расшитых камнями и золотом платьях, но, как и предполагала Ланита, выглядели они из-за этого одинаково. Отличались только внешние черты, волосы кое у кого и тон платья туда-сюда от золотого.

Встала чуть поодаль и притихла, вслушиваясь в говор диктора. Пошли первые тысячные. Ожидание затянулось еще минут на десять, и наша десятка подплыла к сцене. Запустив барышень согласно их номерам, усатый лакей замер с отсутствующим взглядом. Я же перевела взгляд на толпу, и сердце предательски сжалось. Тут столько опасностей, а я совершенно безоружна, еще и в дурацком платье, двигаться в котором невозможно. Услышав свой номер, сделала шаг вперед и, крутанувшись, присела в реверансе. Толпа напротив заулюлюкала и взорвалась аплодисментами. Тяжелый бархат двухметровым кругом лег около меня, а диктор объявлял о моем безоговорочном лидерстве среди первых полутора тысяч барышень.

Как деревянная спустилась с открытого пространства и проследовала за служанкой в комнату прошедших. Девушки подобрались все, как на подбор. Разодетые в пух и прах красавицы из высших сословий. Из всех пока выбивались двое: я и огненно рыжая девушка, актриса из десятого мира; она известна в нашем очень хорошо и, вроде как, давала концерт в прошлом месяце в Вилерсе. Рекламы и прессы было много, вот она и прошла дальше, даже не блистая богатством и знатностью.

В ожидании прошло часа три и в комнату ввели последних участниц — еще две аристократки в золотых платьях. Два военных вытянулись около двери по стойке смирно. Дверь отворилась, и в комнату торжественно вплыла женщина похожая на крысу, это сходство подтверждал мышиный цвет волос.

— Дамы, поздравляю вас с прохождением первого этапа отбора, — крыска заговорила писклявым, ввинчивающимся в мозг голосом, — приятно с вами познакомится, я — герцогиня Аннита Цурир. Если пройдете дальше, все общение будет происходить через меня. Сейчас вас ожидает второй этап конкурса. Разделитесь на сотни и следуйте за мной во двор.

Девушки сбились в стайки и последовали за дамой. Я пристроилась к последним девушкам, не спеша лезть вперед. Все равно после этого этапа останутся максимум трое. Королевская сваха поднялась на сцену и начала распинаться о важности магии в их королевстве. Так мы и пришли к уже известным мне условиям о высочайшей магической составляющей. Все, близ стоящие, ахнули.

Во всех мирах мало, кто мог похвастаться показателем выше тридцати. Ну, а тех же, у кого обнаруживались хотя бы сорок, тут же забирали в академии и школы магии. Редким исключением являются выпускники моей военной. Среди нас встречались и девяносто, и даже девяносто восемь. Однако и попасть к нам могут только те, кто пройдет не одно испытание и не вылетит на первом курсе или перегорит. Из пяти тысяч моего курса выпускаются сейчас всего шестьдесят.

В то же время на сцене появился второй персонаж. Высокий мужчина с идеально правильными чертами лица. Под тканью черного камзола переливались стальные мышцы. Незаметно вытерла слюну. Я же военная, для меня такое тело, что для быка красная тряпка. Уже мысленно раздев его, принялась исследовать мускулатуру. И тут, как гром среди ясного неба, он встал среди первой сотни и прочел заклинание проверки составляющей. Девушки замерли и застонали. Мужчина же двинулся дальше. Я же, как зачарованная, наблюдала за брюнетом. Он прошел двенадцать сотен, когда вспыхнула первая девушка.

— Шестьдесят процентов ровно, — его голос разнесся над притихшей толпой, — думаю, вы единственная на сегодня.

С неохотой парень пошел дальше. Как он и предполагал, дальше никого не было. Осталась моя двадцатая сотня. Он встал среди нас и его тихий голос заставил внутри все задрожать от силы и власти в нем.

— Ну вот и… — парень замолчал на полуслове и с удивлением уставился на меня. Пламя силы окупало меня черными всполохами не давая различить хозяйку. Защита искрила и потрескивала, не давая пламени вырваться, — мисс?

— Да, — тихо выдохнула я.

— Ваш уровень? — он бесцеремонно расталкивал девиц, пробираясь ко мне.

— Девяносто один, — спрятав лицо за белоснежными рукавами, я выдохнула собираясь с мыслями.

— Почему же я не видел вас раньше в школе? — он все же подошел ко мне. — Вы же алмаз.

— Я студентка Высшей Военной Пелозии, — мои щеки залил румянец, — вы вряд ли там были.

— Почему же вы тут? — он поймал мою ладонь и поднес ее к губам.

— Я только ее окончила, — все больше меня раздирало желание врезать этому нахалу.

— Прошу на сцену, — и, не выпуская моей руки, он потянул меня в оглашенном направлении. — Финальный этап. Леди, у вас по две минуты докажите вашему будущему народу, что вы достойны. Вы — первая, — жест в сторону второй дамы был ироничным.

— Я, — девушка растерялась от резкого перехода, — Я — Летиция Эрдор. Дочь знаменитого музыканта и оперной певицы. Обучалась с детства музицированию и актерскому мастерству.

— Время, — по моему внутреннему хронометру ей и сорока секунд не дали, — теперь вы, леди.

— Гресис Вивьен Андер, — я широко улыбнулась, как учили на тактике и психологии, — выпускница академии военного и тактического искусства Высшей Военной Пелозии, лучшая студентка выпуска, окончила с орденом отличия. Практику проходила во всех горячих точках во всех двадцати мирах. Сирота с рождения, не привязана ни к одному государству и буду верой и правдой служить только своему.

Толпа взорвалась аплодисментами. Сваха скрипнула зубами, маг с интересом присвистнул, а соперница горестно вздохнула.

— По реакции собравшихся видно, что леди Вивьен их впечатлила, а вот леди Летиция ни капли. По итогам голосования в отбор проходит Вивьен Андер, — голос диктора огласил площадь.

Меня взяли под руки с двух сторон и начали подталкивать к выходу со сцены. От такого обращения глаз начал дергаться, а злость закипать с новой силой. Да как они смеют со мной так обращаться? Но выплеснуть все наружу не дает вбитая в академии установка: на задание ты — обличье, а не человек. И сейчас увы я — Вивьен, а не Кастадея.

Мозг уже во всех красках расписывает, что будет с этой парочкой после того, как с моей руки снимут эту треклятую печать. Помещение, в которое меня практически внесли, смутно напоминало дворцовые покои. Безвкусная мебель, слишком тяжелая для небесного цвета стен и выбеленного потолка. На темном дереве были разложены и расстелены васильковые ткани. Мой мозг напрочь отказался воспринимать это, как комнату.

— Аннита, покиньте нас, — строгий взгляд заставил крыску подпрыгнуть на месте и вылететь из комнаты. — Скажите, леди, мы с вами нигде не встречались.

— Нет, господин, — я откровенно изумилась этому вопросу.

— А на балу дебютанток? — он коварно мне улыбнулся.

— Никак нет, — перешла я на военный, — я была на практике.

— А на балу званий? — он, что, под меня копает?

— Тоже нет, сэр, — мне бы еще честь отдать и точно, как в кабинете ректора, — задание в Аолии.

— Бал принятия? — еще один вопрос.

— Нет, — я снова отрицательно покачала головой, — Лирнарк, восстание.

— Неужели я вас пропустил? — он натурально скривился. — Выберите меня, мисс. Зачем вам принц? Да у него три, куда более выгодные, партии, чем сиротка оборванка из военной академии.

— Вот и вам того же, — я зло зыркнула на него, вот каким кретином надо быть, перед ним злая демонесса, а он продолжает нести всякий бред.

— Ну, милая, — он потянулся к моей руке.

— Нет, — взвизгнула я на ультразвуке, и в комнату влетели охранники.

— Свободны, — зло бросил Архимаг, — а с вами мы еще побеседуем.

Оставшись одна в комнате, первым делом наложила весь арсенал чар: от простых бытовых до специализированных военных. Моя комната — моя крепость. И живой я не дамся.

Еще раз прошлась по комнате, сканируя пространство на наличие всякой гадости от прослушки до проклятий. Найдя парочку записывающих и одно подслушивающее, сожгла их и плюхнулась на кровать. И что мы в итоге имеем? А ни чего мы и не имеем.

Похищенная принцесса свободно разгуливает по замку чужой империи, когда весь союз в панике ее ищет; принц — недотепа и бабник; сваха — редкостная сволочь; архимаг — кобель тянущий ко мне свои лапки; дворец наводит тоску и печаль, а первое задание кажется сущим бредом. Королевская семья не прислала даже горничную. Я же все-таки претендентка, хоть и не знатная по их меркам.

Прошло не менее часа, прежде чем в мою дверь постучались. Открыв, увидела на пороге совсем молоденькую девчушку. На вид лет тринадцать не больше. Испуганные льдисто-голубые глаза и пепельно-серые волосы — не человек точно.

— Леди, я — Ара, ваша служанка на время проведения конкурса, — я кивнула.

— Проходи, — и с любопытством наблюдаю, как испуганные глаза становятся еще больше после того, как по ней прокатывается волна моей магии.

— Леди? — удивленный писк приводит меня в умиление.

— Заходи уж, — я присаживаюсь в кресло, — магии на тебе нет, а болтать про меня лишнее не даст заклятье. Рассказывай.

— Мне велено за вами шпионить и докладывать лично господину Дидриху, — девчонка попыталась зажать рот рукой, но связка сковывающего и парализующего заклятий не дали ей это сделать.

— Что конкретно он хочет про меня узнать? — я нахмурилась, очень уж напрягало такое внимание со стороны придворного мага.

— Есть ли у вас тайные или скрытые мотивы, — девчонка дрожала сопротивляясь моей магии, — и есть ли у вас связь с королевской семьей Миртоса.

— Я — сирота, — нервы сдали и я начала беззастенчиво ржать, совсем не по-королевски, а так, как положено курсанту военной академии, где пол не особо играл роль. Заливисто и громко, не стесняясь, и помирала со смеху.

— Простите, — девушка с изумлением таращилась на меня.

— Сперва обозвал оборванкой, — кое-как выдавила я, — а после присылает девчушку шпионить за мной. Что, чудо случится и из сиротки я превращусь в прекрасную принцессу?

— Мне не говорили, что вы — сирота, — брови девушки нахмурились, — Архимаг сказал, что вы — шпион Миртоса.

— Вот чего нет — того нет, — я уткнулась глазами в пол, изображая растерянность и печаль, — я даже не помню, кем были мои родители. Всё, что есть у меня от них, это я. Сколько себя помню, это приют с вечными избиениями и унижениями. Первый магический всплеск, и вот я уже получаю приглашение от господина проректора. Три года более или менее спокойной жизни и семь лет военной казармы. Вот и решила, а вдруг свезет и из обычной оборванки стану принцессой.

— Простите, — девушка ссутулилась в кресле.

— Пустое, — я лениво махнула рукой и посмотрела на нее сквозь ресницы.

— Как же вы там жили? — она поднялась и налила мне воды.

— Тяжело, — только одно слово, но сколько же эмоция я в него вложила, ее должно пробрать.

— Леди, с вами все хорошо? — она заботливо на меня посмотрела.

— Угу, — я кивнула и спрятала лицо в длинные нарукавники.

— Еще раз простите, — она поклонилась, — если желаете что-либо, я к вашим услугам.

— Во что можно переодеться? — я приподняла голову и несчастными глазами посмотрела на служанку, — у меня с собой ничего нет.

— Ах, — она всплеснула руками, — я сейчас же распоряжусь по поводу одежды.

Девушка вылетела из комнаты. Я же задумчиво переваривала полученную информацию. Если верить результатам сканирующей магии, она очень приличный магик. И на этом основание можно сделать вывод, ко мне приставили не горничную, а как минимум младшего магика или такого же выпускника академии, как и я. И вот он вопрос: «Зачем я сдалась придворному Архимагу?». С каждым разом вопросов все больше и больше.

Глава 3

Проснулась я от оглушительного стука в дверь. Нехотя вылезла из кровати и поплелась открывать, охранные чары работали без сбоев. За порогом обнаружилась Ара с широко распахнутыми глазами, она взирала на растрепанную, голую меня.

— Леди, почему вы без ночнушки? — она бочком протиснулась в комнату и оттеснила меня от проема.

— Я не привыкла спать в таких вещах, — честно призналась я, вспоминая шелковый кошмар с рюшами, стойкой-воротником и манжетами на завязочках.

— Но как же? — она в шоке смотрела на меня.

— В приюте не было таких вещей, — с тоской вспомнила свой пеньюар зелененький на тонких лямочках чуть ниже ягодиц, как же первое время бесились парни, да и девушки, когда нас ночью поднимали по тревоге.

— А в академии? — в ее глазах на мгновение мелькнуло и скрылось любопытство, и они вновь стали широко распахнутыми, возмущенными и кристально-честными.

— Мы спали в спецформе, — в ее глазах я тут же поймала недоверие, в магической ее точно не было, — мы же военные, и у нас даже среди ночи подъемы по тревоге. Так что ограничивались мы льняными шортами и майками. Если у вас такое есть, буду благодарна.

— Для вас сделают, — четко ответила девушка, а я поставила себе еще один плюсик.

— С чем же вы пожаловали? — я потупилась и подтянула покрывало повыше.

— Сегодня официальный бал открытия, — она вновь нахмурилась, — а для вас не подготовлено платье. Придется срочно подгонять под вас платье одной из участниц.

— И что в этом сложного? — мое удивление было неподдельным, и я тут же озвучила свои мысли, — Неужели я толще остальных претенденток?

— Нет, нет, — тут же запротестовала Ара, — наоборот, вы слишком миниатюрны для их нарядов, и швеям придется ушивать платье прямо на вас.

— Правда? — попыталась сделать глаза, как можно радостнее.

— Конечно, леди, — она аж засветилась от радости, — кушайте, а я побежала за портными.

Я с любопытством осмотрела завтрак и, дождавшись момента, когда мою крепость покинет постороннее лицо, вызвала свою служанку.

— Ми, проверь еду, — кивнула я на блюдо, — и принеси мне нормальную ночнушку.

— Можете есть, — девушка отправила в рот по маленькому кусочку с каждой тарелки, — еще что-то?

— Нет, — я отмахнулась, — только ночнушка.

Взяв с подноса пирожок, я внимательнее осмотрела комнату уже при дневном свете. Веселее она от этого не стала. По состоянию стен было видно, что года два точно ей никто не пользовался. Значит, поселили меня, даже не в гостевое крыло, а так, на чердак под лесенкой, подальше от чужих глаз.

Ванна и гардеробная были без ежедневных мелочей. Вешалки, полотенца, крючки, салфетки — всё отсутствовало. На мебели были видны белесые разводы от резинок чехлов. С каждой подмеченной мелочью настроение, которого и так не было, катилось все дальше вниз.

— Маркелия, — я обернулась к девушке, — в мое сегодняшнее отсутствие приведите комнату в надлежащий вид.

— Будет исполнено, — с поклоном горничная растворилась в темном блике, а в дверь постучали.

— Кто там? — задала я ненужный вопрос и поправила покрывало на груди.

На пороге моей комнаты стояла Ара и толпа швей. Отойдя в глубь комнаты, пропустила всю эту портняжно-закройщескую братию внутрь. Осмотрев меня, барышни пригорюнились. Из белого чехла было извлечено мое бальное платье. И впервые в жизни мне захотелось грохнуться на пол и зарыдать, как маленькой девочке, требуя себе другое платье. Как, вот как можно к моим антроцитово-черным волосам и бирюзовым глазам подобрать жемчужно-розовый? Такой пастельный и теплый цвет при моей холодной внешности смотрелся куда более вызывающе, нежили просто бирюзовый или любой другой холодный цвет.

Платье же было отдельной историей. Бальное, сразу видно, что дорогое и шикарное, но, увы, абсолютно нелепое. Жесткий тюлевый корсет был отделан стразами и атласной лентой поверху. Огромный камень-сердечко на вырезе дублировался на треугольном атласном поясе. К низу колоколом расходилась рваная тюлевая наслойка, изображая переливы ткани. Нижние юбки напротив были блестящими и атласными. Точно, на заднице этого чуда красовался пятислойный бант с точно такой же приляпанной переливающейся фигнею в центре. От него расходились две узкие атласные ленты, расширяющиеся к низу и превращающиеся в нехилый шлейф. Каким чудом он держится под бантом для меня было загадкой. При своем весе он должен был оторваться при первом же шаге. Неужто магия?

Дополняли платье кружевные перчатки лососевого цвет, непонятный то ли бант, то ли роза из обрезков ткани, крепившийся к волосам, и главный кошмар — туфли-лодочки того же цвета, что и перчатки, расшитые теми же булыжниками, что и лиф платья.

На моем лице отразилась вся гамма переживаемых мною чувств. По кончикам пальцев промелькнули знакомые искорки магического выброса. В глазах вспыхнули черные блики сущности. Лопатки зачесались под воздействием перехода в боевую форму.

— Леди, вы демон? — Ара отшатнулась от меня. Видимо рассологию учила хорошо.

— Нет, вашу всевышнюю, — зла скривилась я, — фейри роз.

— Простите, — пересохшими губами пролепетала девчушка, — что вас так разозлило?

— Что, — голос понизился до ласкового шепота, — поселили меня в забытые всеми комнаты, — шаг в сторону испуганно сжавшихся девиц, — притащили половую тряпку, — еще шаг, — за почти сутки никто так и не представился, кроме белобрысой тетки и вашего озабоченного мага, — третий шаг оказался последним и слова я выплюнула почти в лицо ошарашенной наблюдательнице.

— Вы просто перенервничали, — от испуганной девчушки отделились фиолетовые магические потоки, я чуть не присвистнула: «Менталистка, нехило». Злое раздражение тут же сменилось любопытством.

— Да? — задумчиво спросила я.

— Да, да, — потоки усилились, но похоже магического зрения у Ары не было, и она не видела, что они уперлись в защитный купол, — вы просто боитесь того, что, в отличие от других претенденток, не знаете, как носить такие дорогие вещи, вот и волнуетесь. Сейчас мы все сделаем, и вы будете самой милой и красивой на этом балу. Не переживайте, вы ничем не будите отличаться от выбранных принцем девушек.

Я отошла и села в кресло, лицо осталось абсолютно счастливым, а в голове крутились мысли, кем же является моя служанка? Не человек, уж точно. Среди них нет менталистов, но и не эфира, которым свойственна эта магия. Тех я перевидала много, у нас было целое подразделение, обучавшееся на дознание, а Ара явно напоминала получеловеческую расу. Странные глаза песочного цвета, такие не присущи ни одной из известных мне рас. Кто же ты?

Меня заботливо подняли, поставили в центре комнаты и обрядили в платье. Два часа мучений, и они наконец-то подогнали розовый кошмар под мои размеры. Похоже одна из девушек раза в полтора больше, чем я. С двух сторон выкинули по ребру и только после этого верх сел на меня. Слава темному, при переделке юбки бант и ленты сохранить не удалось, и я с триумфом наблюдала, как портнихи срезают этот кошмар. Удостоверившись, что их жизням ничего не угрожает, Ара покинула комнату и не видела с каким удовольствием я наблюдала за крахом кошмарного платья.

Спустя еще сорок минут, в комнату вплыла сваха, с торжественным видом неся в руках бархатную коробку.

— Принц решил вас облагодетельствовать, — и с торжественным видом распахнула коробку. На темном бархате лежали колье и серьги. Я с изумлением вздохнула, чернейшая платина с розовыми топазами. Обычное плетение переходило в искусно сделанные переплетенные между собой розы, на грудь же свисали драгоценные слезинки на тонких цепочках. Серьги представляли собой розу с такой же тонкой цепочкой и слезинкой на конце.

— Как прекрасно, — протянула руку и тут же отдернула, чужая магия ударила по щиту, — но, пожалуй, воздержусь.

— Неблагодарная мерзавка, — женщина скривилась и выплюнула мне в лицо еще парочку оскорблений.

— Я не пришла за дорогими побрякушками, — я гордо вздернула подбородок, — я пришла за любовью принца, и жалкие подачки мне не нужны.

— Надеешься победить? — крысиное лицо герцогини вытянулось еще сильнее. — Такая безродная клуша ни на что не способна, всей ценности в тебе — высокий магический уровень. Еще надеешься обскакать отобранных кандидаток? Ты простая оборванка с улицы, хочешь попробовать обыграть знатных дам? Я с упоением посмотрю на твой провал. Дамы, за мной.

Делегация портных удалилась вслед за королевской свахой, а я стояла с блаженной улыбкой по середине комнаты и улыбалась им в спину. Как только дверь захлопнулась, улыбка ичезла с лица, как некачественный грим.

— Маркелия, — зло проорала я в пустоту.

— Да, леди? — блондинка появилась незамедлительно.

— Зови швей, — я резко развернулась к оставленной на столике коробке с украшениями, — у меня три часа переделать этот кошмар в приличное для выхода платье.

— Будет исполнено, — девушка исчезла и минуту спустя появилась в сопровождение пяти королевских швей.

— Приступайте, — сказала я, запустив в украшения сканирующую магию.

Девушки споро принялись за работу, а у меня в это же время медленно вытягивалось лицо. На злосчастной коробке, чего только не обнаружилось. Самым неприятным сюрпризом оказались направленные на первого кавалера по танцам приворотные чары. И по уровню заряда и привязки ставил их никто иной, как Маршал Дидрих. Вот ведь кобелина проклятый. И как только мысль доформировалась в голове, по позвоночнику прошелся табун мурашек, а ведь не только я тут оборванка, остальных похитили из их комнат, они так же, как и я, без вещей, а значит и без украшений. И что-то мне подсказывает, им так же, как и мне, передали комплект от принца, с наложенными на него чарами. Следовательно, первым с нами будет танцевать именно принц.

За моими думами я не заметила, как дамы закончили работу. С цветом, увы, ничего сделать не смогли, зато платье преобразилось до неузнаваемости. С лифа исчезло всё, кроме тюля, розовый атлас был отпорот и осталась только белая нижняя подкладка, при таком виде тюль казалась почти белой с легким отливом жемчуга. Юбка же потеряла свою пышность и лишилась всех слоев ткани кроме нижнего белого и тюлевого розового. Пять клиновидных разрезов позволяли ей легкой волной обнимать мои ноги, разлетаясь при каждом моем шаге. С туфлями же поступили радикальнее — их выкинули. На манер эльфиек из розового банта и шлейфа сделали лантарки, поднимающиеся до самых бедер и закрепленные там милыми бантами. С перчатками поступили так же. От них остались только пальчики, все остальное заменили лентами, обнимающие руки до шеи, где переходили в двухслойный бант.

— Маркелия поищи в замке украшения максимально похожие на те, что в той шкатулке, — я кивнула на синюю коробочку, что гордо возвышалась на кофейном столике.

— Будет исполнено, — девушка растворилась в воздухе, прихватив с собой и королевских швей.

В гордом одиночестве я осталась созерцать свое отражение в мутной поверхности комнатного зеркала. По углам комнаты начали скапливаться темные сгустки теней: верные охранники и мои личные шпионы. В моем же положении они спасали мне жизнь не один десяток раз.

Уютную тишину комнаты разорвал оглушительный стук в дверь.

— Леди, вам пора, — я с опаской посмотрела в зеркало на пустую шею и с еще большей опаской на столик с украшениями.

— Иду, — глубоко вздохнув, направилась в сторону двери.

Моими сопровождающими назначали двух солдат в парадной форме. Они осмотрели меня и скривились. Такого пренебрежения к своей персоне я уже не выдержала.

— Что? — зло зыркнула я на этих индивидов. — Не нравится не смотрите.

— Дура, — солдаты развернулись и, ржа, ушли в темноту коридоров.

Во мне же всё больше нарастал гнев и к королевской семье, и любимому командиру. Что же это за дурдом-то творится? А если бы я на самом деле была шпионкой или засланным убийцей? М-да уж. Я двинулась вслед теням.

Глава 4

Темный, едва освещенный коридор вывел меня к роскошным дубовым дверям. Темное полотно украшала причудливая золотая вязь. Они отделяли коридор от банкетного зала, где в данный момент веселились гости в ожидании невест. Секунда, и зал стихает. Фанфары, и зал снова наполняется гулом голосов. Так происходит и во второй, и в третий раз, а это значит лишь одно — меня оставили напоследок, когда все уже предвкушают веселье и не обратят особого внимания на последнюю участницу. В четвертый раз зал наполняют фанфары, и открывается моя дверь.

Я почувствовала, как в ярком белом свете, льющимся в мою сторону, промелькнула тень. В тот же миг грудь и уши обжег холод металла. Украшения заняли свои места. Глаза привыкли к свету, и я увидела с какой ненавистью и раздражением на меня смотрит королевская чета. Глаза архимага пугали еще сильнее, маниакальное, на грани здоровой психики, обожание. Они пожирали меня с ног до головы. От них хотелось немедленно спрятаться и больше никогда не видеть. Гости напротив с любопытством исследователя рассматривают новый, редкий экземпляр, экзотической зверушки, непонятно как, попавший к ним.

Первое, что бросилось в глаза, огромный белый круг в центре зала, три стула в тон и четвертый черный около. Похоже, организаторы так и не смогли за рекордные сроки изменить расстановку в зале и впихнуть мой стул на сцену.

Задрав повыше голову, я прошествовала к своему стулу. Как иронично, меня обрядили в самое убогое платье, и оно точно не с плеча участниц, все девушки, как на подбор, еще тоньше меня. Мое же нынешнее платье раньше принадлежало барышне явно в два раза больше, чем я. Еще раз придирчиво осмотрела бальную залу. Золотая с темным полированным деревом, с такого ракурса белый круг смотрелся издевательски. Непорочность и невинность. Тьфу, Темный помоги, фарс чистой воды. Все девушки нервно хихикали за моей спиной, я же напротив впадала в некое подобие транса.

Воспоминания далекого детства нахлынули разом. К губам приклеилась милостивая улыбка, глаза заледенели, спина вытянулась, а руки сложились в королевском жесте. Гордая и самоуверенная, как по учебникам этикета. Безразличная и бездушная кукла: такой считают маму и перекладывают ее образ на меня.

Из воспоминаний меня выдернул хриплый голос. Чуть повернув голову, обнаружила принца, который приглашал на танец Ласисту. Миловидная блондинка с темно-синими глазами скромно улыбалась. Платье выгодно оттеняло цвет ее глаз, на этом достоинства девушки заканчивались. Она была точной копией всех тех многочисленных дворянок. «Милая и наивная, — я усмехнулась, — не удивлюсь, если она учится вместе с моей фрейлиной».

Как я и предполагала, к нам так и не приблизились придворные. Струкова была единственная, кто танцевала. Второй танец выпал Анните. Персиковое платье идеально подчеркивала фигуру пропавшей девушки. Третьей была Микэла. Я засмотрелась на струящееся темно-зеленое одеяние девушки. В таком платье она действительно напоминала дриаду, а не грозную дочь войны. Под стихающие звуки картеля, я расправила плечи и приняла скучающий вид.

Начало менуэта застало меня врасплох. Перед моим носом зависла черная перчатка, в то время, как по этикету принц был в белых. Осторожно подняла глаза и подавилась воздухом. Во всем своем мрачном великолепии передо мной стоял Дидрих.

— Леди Вивьен? — он вопросительно приподнял бровь на мою заторможенность.

— Кхм, простите, а разве первый танец с нами не принц танцует? — я все также изображала из себя ледяную статую, дыша через раз и негромко.

— Его высочество согласился уступить его мне, — надменная улыбка расплылась по его лицу, а у меня зачесались кулаки стереть ее обычным мордобоем.

— Кто же я такая, чтобы отказывать в желаниях принцу, — не выходя из образа, я грациозно поднялась и вложила свои пальцы в его протянутую руку, — пошлите, до конца танца я вся ваша.

Дидрих вывел меня в середину зала, где гости давно выводили фигуры танца. Его пальцы коснулись лопатки, а меня прошиб разряд магии. Защита сопротивлялась натиску магического сканирования. Секунду спустя по украшениям прошелся кончик пальца, и карие глаза напротив расширились.

— Вы сняли чары? — голос охрип от напряжения, и от приятного баритона не осталось и следа.

— Позвольте узнать? — я издевательски усмехнулась в лицо мужчине, — Вы полагали, что обученная Гресис не сможет обнаружить магию на вещи?

— Признаться, поражен, — брюнет с интересом всмотрелся в мое лицо, — не думал, что столь юная леди сможет распознать чары архимага с моим уровнем.

— Знаете, господин Дидрих, — я улыбнулась еще шире, — распознавание подчиняющих и любовных чар нам преподавали на двенадцатой неделе первого курса. Стремлюсь вас заверить, я хорошо училась.

— Если я еще правильно помню, — он вернул мне мою же улыбку, — на первом курсе учится неинтересно и скучно.

— Не прибедняйтесь, вам всего двадцать один, — мы разошлись в фигуре танца, сойдясь на моей талии, сомкнулась стальная хватка, — меня уже просветили, что здесь мне ловить нечего. Меня тут не ждали и ждать не собирались. Я отучилась семь лет и все же смогла выпуститься с дипломом, а не со справкой. Признайте, для сироты не плохо.

— Ваш уровень магии девяносто один, так что прибедняетесь здесь вы, — и очередная фигура танца дала мне короткую передышку для приведения мыслей в порядок.

— Я самая слабая выпускница, — потупившись, повернула голову чуть вбок, уходя от прямого контакта глаз, — меня еле допустили до последнего полугодия.

— Какой ваш изначальный уровень, — его руки вернулись на положенное им место.

— О чем вы? — я с неподдельным удивлением посмотрела на мужчину.

— Перед поступлением и каждые полгода должны измерять ПМС, — Дидрих вновь попытался опустить руки мне на талию, но получил по голени и оставил попытки.

— У нас измеряют только раз, — вновь отошла от мага на расстояние и со вздохом подошла обратно, — перед последним полугодием и все, у кого ниже девяноста, получают справку. Остальные проходят последние двадцать предметов и выпускной экзамен.

Музыка стихла. Вбитые привычки взяли верх над мозгом. Тело привычно изобразило реверанс. От ближайших дам послышалось шипение, а от мужчин восхищенные вздохи — клинья юбки разошлись и продемонстрировали ноги затянутые в ленты. Поднявшись, прошагала к своему стулу и снова заледенела статуей имени себя.

Бал подходил к логическому завершению, когда ко мне соизволил приблизиться очередной кавалер — высокий мужчина в военной форме. Темный мундир выгодно подчеркивал стать незнакомца, правильные черты лица намекали на аристократическое положение.

— Гресис, не откажите мне в этом танце? — бархатистый голос привлек мое внимание, и я перевела взгляд на длинные пальцы, затянутые в синюю кожу.

— Соглашусь, — лучезарно улыбнувшись, вложила свои пальцы в протянутую ладонь.

Мужчина вывел меня на середину зала и бережно закружил в рисунке танца. Я все ждала вопросов, но, к моему удивлению, ловила только восхищенный взгляд светло-серых глаз. Музыка кружила в своем плену. Мгновение тишины, и мое тело расслабляется, переставая быть каменным. Незнакомец же только улыбается и продолжает кружить меня в вихре танца. Последние аккорды, и, галантно поцеловав мне на прощание руку, мужчина растворяется в толпе.

Ошарашенная таким поведением я пропустила момент закрытия бала. От досадного промаха спасла только военная подготовка. Заметив движение людей, я на автомате сделала реверанс и пошла за толпой на выход.

Из мыслей я вынырнула, только когда моей руки что-то коснулось. Подняв глаза, обнаружила знакомую парочку охранников. Посмотрела, постояла, хмыкнула и сама двинулась по направлению к спальне. В комнате меня уже ждала Ара.

Девушка удивленно посмотрела на платье и просканировала комнату магией. Я же про себя хмыкнула: «Ну, ну ищи». Пока служанка прибывала в поиске порталов и переходных точек, я скинула платье и распустила ленты. Взяв в руки хлопковые шорты и топ, с непередаваемой радостью потопала в ванную.

Горячая вода расслабляла напряженные мышцы и позволяла расставить мысли по полочкам. Как итог: они были не утешительные. Наличие магии приворота мне подтвердили, принц даже не посмотрел в мою сторону, архимаг наоборот слишком много внимания мне уделил, королевская чета явно не в восторге от моего пребывания в их доме. Еще и личность загадочного кавалера. Он назвал меня званием, а не титулом. И вот это может быть опасным. Шатен был не многим старше меня, а это значит, он мог видеть меня в академии. М-да, не есть хорошо.

Повалявшись в пенной воде еще с полчаса, я все же вылезла из теплой воды и побрела в спальню. Это очень длинный день. Решительно настроенная Ара ждала меня в комнате и не собиралась уходить.

— Ара, можешь быть свободна, — попыталась я использовать хоть какие-то способы, для ее выдворения за приделы выделенной мне жилплощади.

— Леди Андер, — она уперла руки в боки, — что за тряпка была на вас надета? Королева в гневе. Вы испортили лучшее платье леди Вианеты.

— Темный, это еще кто? — с содроганием я вспомнила первоначальный вариант моего бального наряда.

— Первая фаворитка принца, — с потрохами, не моргнув и глазом, магиня сдала принца.

— Какой ужас, — всплеснув руками, картинно опустилась на край кровати, — какой ужасный вкус у принца. Как можно было выбрать в любовницы даму, у которой лучшим нарядом был тот кошмар. Не удивлюсь, если в белье она придерживается розового и оборок.

— Простите, — осознав, что наделала Ара, побледнела и быстренько откланялась.

Оставшись в гордом одиночестве, я сняла чары с кольца. Камень Аксионеллы переливался молочным цветом. На секунду промелькнула мысль плюнуть на все и, получив справку, удалится куда подальше. Загнав оную вглубь сознания, коснулась камня и стала ждать появления девушки.

Фрейлина, как и положено, явилась незамедлительно. Увидев стопку папок в ее руках, я попрощалась с сегодняшним сном.

— Ты как, живая? — белокурая бестия свалила все папки на кровать и плюхнулась рядом.

— Как видишь, пока еще держусь, — откинувшись на подушки, я поймала лукавый взгляд Акси.

— А я тут с информационным выбросом пожаловала, — черные форменные туфли по красивой дуге улетели в портал, — твоя охрана нарыла много чего и не самого позитивного могу заметить.

— А если вкратце? — с надеждой подняла на нее глаза.

— Тогда слушай, — подтянув к себе первую папку, Аксионелла открыла магический доклад.

«Имя: Эдрих Айор.

Описание: двадцать седьмой король Занзеда. Возраст — 48 лет. Рост — средний. Волосы — брюнет. Глаза — карие. Телосложение — крупный.

Семья: в браке состоит один раз. Имеет одного сына — наследника. По неофициальным данным имеет еще семь дочерей и двадцать одного сына. Знатное происхождение имеют только две девочки и шесть мальчиков. Все остальные дети от служанок или куртизанок.

Пристрастия: любит выпить и азартные игры на спор. Проиграл Фельд-Канцлеру Нитса три восточные деревни и сто тысяч. Под воздействием алкоголя перестает себя контролировать.

Заболевания: приступы агрессии, зависимость от алкоголя».

«Имя: Мартелия Айор. В девичестве графиня Элой.

Описание: двадцать седьмая королева Занзеда. Возраст — 37 лет. Рост — высокий. Волосы — брюнетка. Глаза — серые. Телосложение — нормальное.

Семья: в браке состоит один раз. По официальным данным имеет одного сына.

Пристрастия: драгоценности, мода. Половина бюджета уходит на ее содержание. Неразборчивые любовные связи. Послы всех государств, высшие чины военных, некоторые овдовевшие короли и императоры.

Заболевания: бесплодие. Диагностировано в пятнадцать лет. Есть подтверждение лекарей Нарнийского госпиталя».

«Имя: Колин Айор

Описание: двадцать седьмой кронпринц Занзеда. Возраст — 21 лет. Рост — высокий. Волосы — брюнет. Глаза — карие. Телосложение — нормальное.

Семья: Информация отсутствует.

Пристрастия: Любвеобилен.

Заболевания: Информация отсутствует.

Доступные данные: Получил диплом школы экономии при храме Дарея. Сменил более трех тысяч девушек за последние пять лет».

«Имя: Маршал Дидрих

Описание: титул отсутствует. Возраст — 21 лет. Рост — высокий. Волосы — брюнет. Глаза — карие. Телосложение — нормальное.

Семья: Информация отсутствует.

Пристрастия: Работа. Помешан на точности. Любит все контролировать. Собственник.

Заболевания: Информация отсутствует.

Доступные данные: Выпускник ВМП. Закончил с лучшими показателями в истории. По окончанию, два года служил при академии профессором боевой магии. Назначения или запроса из королевского дворца Занзеда не обнаружено».

«Имя: Аннита Цурир

Описание: Графиня Цурир. Возраст — 55 лет. Рост — высокий. Волосы — серые. Глаза — серые. Телосложение — худощавое.

Семья: Вдова. Детей нет. Муж — Граф Эдвард Цурир. Скончался в возрасте 97 лет. Сердечный приступ. Имел семнадцать незаконнорожденных и непризнанных детей.

Пристрастия: слежка за жизнью окружающих. Владеет архивом с компроматом на все ее окружение.

Заболевания: Психологические и нервные расстройства. С десятилетнего возраста наблюдается у психоаналитика».

«Имя: Ласиста Струкова

Описание: Герцогиня Струкова. Возраст — 18 лет. Рост — высокий. Волосы — белые. Глаза — синие. Телосложение — нормальное.

Семья: Отец и восемь братьев. Мать умерла — выстрел в голову на охоте. Мачех не имеет. Любовников и воздыхателей не имеет.

Пристрастия: Набожна. Учится в Институте Благородных Дев имени Анелиты Сакс.

Заболевания: Отсутствуют».

«Имя: Микэла Адаманс

Описание: третья принцесса Измерии. Возраст — 20 лет. Рост — низкий. Волосы — брюнетка. Глаза — карие. Телосложение — склонное к полноте.

Семья: отец, восемь сестер. Мать умерла при родах. Сменила шесть мачех. Состояла в отношениях разной близости с тремя претендентами в мужья. Предложение так и не получила.

Пристрастия: Капризна, взбалмошна, самолюбива. Положительных черт не обнаружено.

Заболевания: Непереносимость глюкозы».

Еще минут десять мы сидели, молча переваривая полученную информацию. Тишина оглушала, и ее в буквальном смысле можно было потрогать.

— Принц не настоящий, — мой голос прозвучал приговором в идеальной тишине.

— Почему? — Акси открыла папку принца.

— На балу был шатен, на пол головы выше меня, достаточно плотного телосложения, — в голове всплыл образ Колина.

— Может тебе показалось? — блондинка недоверчиво на меня покосилась.

— Да нет же, — я покачала головой. — Я тебе больше скажу, мне кажется, принц — это Дидрих.

— Это чушь! — с вызовом воскликнула моя фрейлина.

— А ну-ка, дорогая, колись, — схватив подругу в охапку, я начала ее щекотать.

— Дидрих раз в неделю читает у нас лекции, — она раскраснелась и хохотала.

— Боевик? — вопросительно вскинув бровь, уставилась на нее. — Читает лекции в Институте Благородных Дев?

— Да, — девушка энергично мне закивала, — все наши сходят по нему сума. Он такой сексуальный, у нас он читает не в форме. Ты не представляешь, сколько видят его своим будущим первым и единственным.

— Только не говори, что ты тоже видишь его в таком качестве? — соскользнув с кровати, налила нам попить.

— Я не против, — она весело засмеялась, — вот только можно не ждать еще год. Я согласна и сейчас, а то эти юнцы из медицинской академии уже надоели. Толком ничего не умеют. Зато самомнение, всем бы такого.

— А ты тут меня жалеешь, — вернувшись на кровать, начала вновь перебирать папки, — а тебе каково быть единственной демоницей в академии набожных институток. Не зря говорят, что вся знать покупает ваших выпускниц, как инкубаторы. Они же слова поперек не скажут.

— Вот я и хочу нашего учителя себе в личное пользование на ближайший годик, — Аксионелла забрала папку с досье на Архимага.

— Действуй, — на полном серьезе я посмотрела в глаза девушки.

— Ты шутишь? — блондинка закашлялась и потянулась за стаканом, опрокинув тот на досье.

— Нет, — встав с постели, взмахом руки сожгла все улики, — у тебя неделя. Через выходные Дидрих должен бегать за тобой комнатной собачкой. Хоть в каком углу его зажимай, мне все равно. Попытаются выгнать из Института, мозги им поправлю. Задача ясна?

— Да, — адъютант-фрейлина точно уловила смену моего настроения, — разрешите откланяться?

— Свободна, — в сгустке тьмы белокурая демонесса растворилась за секунду.

Еще раз взглянув на пепел папок, я улыбнулась своим мыслям и отправилась спать. Чувствую ждет меня веселая неделька.

Глава 5

— Дидрих? — в кабинет вошел высокий брюнет.

— Виктор, — Архимаг повернулся к вошедшему, — проходи, садись.

— Чем обязан? — темная бровь взметнулась вверх.

— Не ерничай, — второй брюнет опустился в кресло, — я хотел у тебя узнать по поводу четвертой конкурсантки.

— Какой же позволь уточнить? — гость еле заметно напрягся.

— Вивьен, — Дидрих внимательно наблюдал за реакцией гостя.

— С чего вы взяли, что я могу хоть что-то вам рассказать об этой леди, — лицо мужчины, словно маска, застыла в одном выражение.

— Тебе всего двадцать четыре, ты должен был ее застать в Академии, — маг впился цепким взглядом в лицо собеседника.

— Дидрих, — тяжело вздохнул военный, — сам посчитай, мне было семнадцать, на кой, темный, мне сдалась десятилетняя пигалица. Я в то время думал лишь об экзаменах и хорошенькой эльфийки с параллельного.

— Черт, — Дидрих зло ударил кулаком по столу, — об этой девке нет ни какой информации.

— Этого не может быть, — горячо возразил визитер.

— Мои перерыли все архивы, — второй человек империи нервным движением потер виски, — о ней информации кот наплакал. Ни родителей, ни пассий, ни достижений, ничего. Только приют, учеба и практика.

— Что в этом удивительного? — безразлично пожал плечами брюнет. — Мы по семь лет живем под чужими личинами, о настоящих мало, кто заботится.

— Это все равно подозрительно, — второй брюнет нахмурился.

— Да что ты так к девчонке-то привязался? — военный заметил, как нервно дернулся кадык у собеседника.

— Она мне напоминает одну знакомую незнакомку, — загадочно ответил маг.

— Неужто ты влюблен? — мужчина импульсивно подался вперед, — в кого же?

— В принцессу Миртоса, — тяжело вздохнув признался придворный маг Занзеда.

— Светлый с тобой, — расхохотался вояка, — там сука на стерве, а это — милая девчушка. Если бы это была Кастадея, у нас уже бы замок взлетел на воздух. Кронпринцесса не потерпела бы такого к себе отношения.

— О чем ты Виктор? — Дидрих скривился под ироничным взглядом серых глаз.

— А то я не в курсе, в какую дыру вы засунули девчонку, — Виктор подмигнул собеседнику, — да даже бы я уже взбесился, а она вон ничего, рада. Да и превратить платье Вивьен во что-то пристойное тоже принцессе не по силам. Это надо ручками работать.

— Ладно уж, психолог, иди к себе, — апатично махнул рукой мужчина.

* * *
Очередное безликое утро встречала на подоконнике в выделенной мне комнате. За неделю он полюбился мне больше всего. Блики восходящего светила отражались в серебряной поверхности дворцового пруда, и парк окрашивался в красные оттенки. Парк был поистине великолепен.

Ровные линии деревьев создавали приятный полумрак и защиту от солнца. Белоснежная арка приветливо возвышалась на центральной аллее, и фонила знакомой магией. Чем больше я в нее всматривалась, тем тоскливее мне становилось. «Меньше двух месяцев», — только эта мысль позволяла смирно сидеть на подоконнике.

Красный свет разливался по парку, а я все так же смотрела вдаль. Мысли витали о чем угодно, но только не о спасении принцессы. Перед мысленным взором вновь всплыли страшные для меня строки договора.

«Претендентка в жены обязана соблюдать правила и условия подписываемого договора. Она обязана выполнять задания и конкурсы беспрекословно, отказ несет за собой исключение из числа участниц…

… На момент прохождения испытаний вы соглашаетесь на передачу информации о вас на проверку и обработку…

… Если будет обнаружен обман в предоставленных сведениях, королевская стража имеет полное право на арест и заключение под стражу. Подписав договор вы соглашаетесь на применение к вам норм и порядков империи …

… Подписывая данный договор вы соглашаетесь стать собственностью королевского дворца. Хранить верность короне и принцу».

Мурашки пробежали по спине. Этот проклятый договор рушил все мои планы. Как хорошо было бы, просто похитить принцессу и исчезнуть с нею. Теперь же, пока принц не определится с невестой, мы все будем заложниками этого дворца.

Нарушить или обойти условия из всех четверых, могла только я. Мой экземпляр лежал на журнальном столике. В любой момент я могла отправить его в академию, и пусть профессора с проректором уже решают, как вытащить не только Анниту, но и меня.

Ровно в восемь на столике появился поднос с овсяной кашей, булочкой с джемом и чашкой травяного чая. Апатично осмотрев надоевшую овсянку, уже хотела отвернуться, но тут взгляд зацепился за белый угол торчащий из-под блюдца. Вскочив с насиженного места, подошла и вытянула конверт. Легкий строгий почерк показался до ужаса знакомым. Осторожно просканировала находку на чары и заклятия, и только после того, как магия показала их отсутствие, надломила печать. Внутри обнаружился сложенный в квадрат лист. Сердце на мгновение замерло в груди, а кончики пальцев свело. Этот метод мог знать только выпускник моей академии; на последнем курсе после проверки, первое чему обучали, это так складывать письма. Если бы письмо проверяли, то вряд ли нашли бы хоть что-то интересное, но если загнуть углы по тем же линиям в обратную сторону, то проявится настоящий текст. Эту магию не возможно обнаружить ничем, она встроена в саму структуру чернил.

Пальцы привычно пробежались по бумаге переворачивая углы на другую сторону, я с опаской ждала проявления истинного послания. Проявившийся текст поверг меня в глубокий шок.

«Милая Гресис, согласитесь ли вы со мной пообедать? Надеюсь, милые привычки у вас все так же при вас? Они же не мешают вам ждать окончания отведенного срока? Если мое предложение вам интересно, верните все как было, если нет, то просто сожгите конверт».

Задумавшись на мгновение, хотела зажечь огонь, но любопытство взяло верх над криками разума, вернула все как было. Посозерцав поднос еще пару минут, сожгла, к всевышнему, овсянку и ушла устраиваться обратно на подоконник.

Мне было любопытно, почему уже неделю меня никто не трогал. Даже Ара не появлялась в приделах выделенной мне комнаты, возможности увидеть Анниту тоже не было — всё это сильно осложняло мою задачу. Вот как тут продумывать операцию, если кроме четырех стен ни вижу ничего? По докладам охранников, все остальные девушки размещались в противоположном конце замка. Королевская семья тремя этажами выше. Архимаг же жил рядом с принцем, в крыле претенденток. Рядом со мной находилась только библиотека, чем я бессовестно и пользовалась.

Книги служили источником, таких необходимых сейчас, знаний. Этикет и традиции, незначительно, но отличались. Любая мелочь могла выдать. Теперь придется контролировать любые действия. Те же реверансы, у нас они полагались только в начале вечера и по его окончанию, тут же при любой встрече с королевской семьей и знатью выше по рангу. Я бы так и стояла столбиком.

Историей королевского рода тоже не побрезговала. К своей радости, в потертой толстенной книге обнаружилась карта замка со множеством потайных ходов и помещений. Сравнила все портреты королей и еще раз убедилась в своей догадке, принц — фальшивка.

За размышлениями я не заметила, как стрелки часов подобрались к полудню, отреагировала только на появление подноса и стук в дверь. Оторвавшись от размышлений я пошла открывать.

Чем ближе становилась дверь, тем отчетливее под ложечкой начинало сосать. Любопытство сменил страх, а вдруг за этой дверью стоит враг, а я так бездумно сдала один из самых опасных козырей на себя любимую. Глубоко вздохнув, тяну дверь на себя и застываю в полном шоке, внимательно изучая гостя, по ту сторону порожка.

Мой кавалер по танцам очаровательно мне улыбнулся и просочился в комнату, я же все еще стояла столбом, отходя от шока.

— Ну, Гресис, бросьте, — он присел в кресло, — закройте дверь. Наш разговор более конфиденциален, чем об этом должны подумать.

— Для начала вам надо представиться, — безумно хотелось гвоздануть дверью, но пришлось аккуратно оглядеться и тихо прикрыть ее.

— Витгрес Занзеда, Виктор Камал, — он еще раз мне очаровательно улыбнулся.

— Приятно познакомится, — я скопировала его лыбу, — Гресис Вивьен Андер.

— А мне уж как приятно, — он наклонился ко мне через столик и поймал мою руку, — вы даже не представляете, Леди Кастадея.

— А? — вот в этот момент мозг завис и отказывался подавать хоть какие-то признаки наличия в черепной коробке. — Откуда?

— Честно? — я кивнула, очень уж боялась, что голос подведет. — Маршал натолкнул на эту мысль. Если бы не его влюбленность в вас, леди, то никто бы так и не узнал.

— Он уже в курсе? — с содроганием я слушала негромкий голос мужчины.

— Нет, — брюнет твердо ответил, а мне сразу стало легче, — я не дурак. Каково ваше задание?

— Простите, не могу, — отрицательно покачав головой, тяжело вздохнула.

— Куратор? — серые глаза с интересом меня осмотрели.

— Тоже не могу, — я встретилась с его взглядом и чуть не задохнулась, такое же обожание, что и у Дидриха.

— Спецгруппа? — я легко кивнула, — А какую специальность вы имеете профилирующей?

— Следственно-криминалистическую, — глаза мужчины расширились от удивления.

— Потрясающе, — он с восторгом посмотрел на меня, — вы уже знакомы с моим отцом, значит, он не будет против, если я сделаю вам предложение.

— Отцом? — в мозгу заскрипели шестеренки, и мое лицо вновь вытянулось в немом потрясении, — вы — сын проректора?

— Да, — он только кивнул в ответ.

— Всё, меня отчислят, — я простонала и приложилась лбом об столик, — он же меня терпеть не может, а если еще и узнает о вашем намерение жениться на мне, не светит мне ни диплом, ни справка.

— С удовольствием бы женился на вас, — он лукаво мне подмигнул, — но прежде надо сорвать свадьбу Колина, и, кроме тебя, увы, никто на это на способен.

— Причем тут свадьба твоего Кронпринца? — с удивлением поймала момент, когда серые глаза начали проясняться и стали твердыми, даже жесткими.

— Ты же в курсе Занзед наращивает военную мощь, да и магическую подтягиваю, — аристократические черты заострились и стали резко выделяться на красивом лице, — а любая из трех невест даст еще больше влияния.

— Заговор, — я тихо выдохнула в пустоту.

— Совершенно верно, — брюнет кивнул на мой полупридушенный шепот.

— Как? — я обмякла в кресле и полуприкрыла глаза.

— Колин через год займет трон, — Виктор также откинулся в кресле, — и первое, что он сделает для упрочнения своего положения — объявит войну первой планете. Четыре могущественных империи, как кусок в горле у Занзеда. Остальные две просто не полезут в разборки. Ну, а ваша просто отправит летучий отряд на выкос вражеских армий.

— Перед этим мы пришлем пять официальных и одно поучительное предупреждение, — перед глазами поплыли страницы военных хроник и положений, — все это займет от двух до трех месяцев. Если страна захватчик согласится на переговоры, срок приостановления военных действий может быть продлен до шести месяцев. В отсутствие положительных тенденций в переговорах, на передовую отправляются сорок восемь отрядов военной армии и три отряда регулирования смерти. Если динамика переговоров есть, срок продлевается максимально до полутора лет невмешательства. Если конфликт продлевается еще хоть на день, на передовую отправляется три отряда регулировки, двенадцать карательных и пятьдесят военных. Через двадцать четыре часа операция прекращается в связи с победой и полным разгромом врага, иначе казнь всех ведущих Антегрес и Антегресис.

— Жестко однако, — у мужчины на лице присутствовал шок, видимо он не знал о наших правилах ведения военных действий.

— Так скажите мне, по какой причине меня должна волновать военная операция вашего будущего короля? — я распрямилась, закинула отточенным движением ногу на ногу и посмотрела с высока на сына проректора.

— Ваша мать ни разу не выступала в роли Витгресис, вы еще даже не выпустились, — он так же подобрался и до жути стал похож на Камала-старшего, — у вашей империи нет шансов выстоять против Занзеда под моим руководством.

— С чего такая уверенность в провальности наших операций? — улыбка стала просто запредельной. — Мы с вами еще даже не воевали ни разу.

— Доиграетесь, — мужчина мягко рыкнул, — я не сдержусь и попрошу вашей руки у Королевской четы.

— Вставайте в очередь, — я перекинула ноги и увидела, как серые глаза вновь наполняются беспощадным обожанием и потребностью владеть и обладать, — моего восемнадцатилетние ждут половина влиятельнейших наследников и молодых правителей из всех миров.

— В отличии от них, — Виктор встал и, опершись на стол, приблизился ко мне, — у меня есть приглашение на ваше снятие печати, так что, моя милая, я попрошу вашей руки прямо там. И поверьте мне не откажут.

— Откажут, — рывком поднялась я с кресла, — вы только что пытались угрожать Кронпринцессе Миртоса, а значит, как только эта треклятая печать будет снята с моей кисти, вы получите ноту протеста и радуйтесь, если не военное вторжение в Занзед за неподобающее обращение с наследницей королевского престола. А теперь пошли вон из моей комнаты!

— Я уйду, — он подошел к двери, — вот только в скором времени вам предстоит очень тесно со мной общаться.

Дверь закрылась, а я все также продолжала стоять и переваривать произошедший разговор. Руки немели, как и всегда в стрессовом состоянии, в голове был полный бардак. Буквально упав за секретер, стала строчить письмо матери, она обязана знать обо все, что сейчас произошло. Этот разговор выходил за юрисдикцию контракта на обучение, и, спустя двадцать минут, полный отчет уже переместился на стол маминой гостиной.

Прошло еще около часа прежде чем напряжение стало постепенно сходить, а в голове прояснилось. У Виктора есть зуб на Маршала, или какой-то конфликт. В любовь мужчины я не верила, да и его предположение, на самом деле, было проверкой. Вот я дура, сама и подтвердила догадку, нет бы рассмеяться ему в лицо и сказать, что это бред, нет же согласилась с его выводом.

«Дура!» — ругала я себя. Теперь все становится только сложнее, да и последние слова Виктора не давали мне покоя. Военные не привыкли раскидываться ими на право и налево, а значит он начнет свою игру. Так что придется менять ее правила на удобные мне.

Да и столкнуть лбами двух не последних людей империи тоже дорогого стоит. Кронпринц и Витгрес Занзеда бьются за внимание сиротки оборванки, когда под боком три ослепительных и богатых конкурсантки. Спустя пять минут, я уже задыхалась от смеха, а в глазах горел азарт и предвкушение.

Поиграем, обязательно поиграем мальчики! Только вы оба забыли одну маленькую деталь, я тоже военная, я обучена тому же искусству войны, интриг и пакостей. Да и прибавить к этому мою демоническую натуру. Держись дворец, я выхожу на тропу войны.

— Маркелия, — проорала я в пустоту, — самые развратные платья и наряды из моего гардероба, высокие каблуки, поддерживающие корсеты и украшения к ним.

Убедившись в том, что меня услышали потопала в ванную снимать стресс. Пролежав в горячей воде почти час, сполоснула волосы и закутавшись в полотенце вышла. Осмотрев гардероб удовлетворенно хмыкнула.

Подготовив все, что нужно для моей маленькой пакости, выбрала платье поскромнее, оделась и пошла разгуливать перед кабинетом Архимага, и, благодари его Темный, ждать пришлось не долго.

— Леди Вивьен, — со стороны коридора послышался мягкий баритон.

— О, — притворно всплеснула я руками.

— У вас что-то случилось? — наблюдаю, как взгляд утопает в вырезе моего декольте.

— У меня в комнате, — чуть понизила голос и добавила в него истеричных ноток, — там привидение.

— С чего такие глупости, — брюнет приобнял меня за талию, — у нас в замке такого нет.

— Но, — сделала как можно более растерянное лицо, — двери шкафа сами открываются, в ванной включается вода, а свечи гаснут.

— Пошлите посмотрим, — его карие глаза потемнели и стали почти черными, — не порядок, когда нашу хрупкую гостью кто-то пугает.

Так в обнимку мы и дошли до моей комнаты, я продолжала мелко вздрагивать и испуганно заглядывать в лицо Маршала. Маг отпустил меня и первым вошел в комнату, я же с затаенным злорадством отмечала изменение его реакции.

Губы поджались, а глаза забегали по комнате, цепко ловя все разбросанные по комнате чулки, подвязки, корсеты, нижнее белье и платья. Пропищав из-за двери, что я убежала, как только мой гардероб сам стал летать по комнате, с наслаждением наблюдала злость в карих глазах.

Архимаг просканировал комнату на наличие магии, а я чуть не расхохоталась, но продолжала сдерживать скорбное выражение лица. Он внимательно осматривал сделанные мною маячки, замаскированные под магию Виктора. И это он еще до ванной не дошел, там вообще прямые следилки с трансляцией в комнату моего недавнего гостя. За злорадными мыслями пропустила момент, когда Дидрих скрылся в ванной и выскочил оттуда злой, как Грунбис.

— Леди, прошу прощения, — еще раз зло обведя комнату взглядом, он повернулся ко мне, — вам придется переехать в другую комнату.

— А что с этой? — испуганно пискнула из-за двери.

— Кто-то пытался вас напугать, — маг вышел ко мне, — пойдемте, я вас провожу и распоряжусь переносе ваших вещей.

И вновь мы двинусь по коридорам дворца. Вот вроде симпатичный и неглупый мужчина, а что с ним сделала глупая влюбленность. Он даже не стал напрягать мозг в попытках понять, как я попала под двери его кабинета. Вздохнув то ли грустно, то ли испугано, сама не поняла, как блаженно впала в обморок на руках Дидриха.

Глаза я открыла уже лежа на широкой кровати под золотым балдахином. При ближайшем осмотре комната вся оказалась в золотых тонах и красном дереве. Удовлетворенно хмыкнула и уже хотела дальше спать, как одна из охранных теней скользнула к столику и привлекла мое внимание к двум конвертам. Один знакомый, от мамы, второй просто голубой. Не раздумывая, тут же разорвала послание от мамы.

«Милая моя не волнуйся, все будет хорошо. Мои ребята уже работают по этому Виктору. Биография Маршала и Колина также проверяются. Бенет отозван, на его место я направила Кайла, так что не пугайся сменой главного охранника, он действует по моему приказу. Писец уже зарисовывает карту дворца, послезавтра она будет у тебя. Можешь делать все, что только твоей душе угодно. Я тоже считаю, что у этих двоих личные счеты. Попробуй манипулировать, вдруг выгорит. Акси так же рассказала о твоем приказе, я его поддержала. Не дай темный, но вдруг, если будет повод объявить, что вы вдвоем скомпрометированные, это будет лучше, чем по одиночке. Коф уже у тебя».

Перечитав письмо раз двадцать, я успокоилась, самое главное из моего сумбурного письма, это радовало. Теперь я не одна, за мной стоит моя семья и вся демоническая империя. Оторвавшись от своих мыслей, взглянула на второй конверт и надорвала послание.

«Вивьен, я позволил себе вольность. С этого дня вы живете на главном этаже. Слева через дверь моя комната. Не стесняйтесь и обращайтесь по любому интересующему вас вопросу. Отдыхайте, на завтра назначен второй этап отбора, который перетечет в третий. Так что отдыхайте, моя драгоценная гостья. Маршал Дидрих».

Вот это меня переселили из подвала под бок к Архимагу. Я нервно хихикнула и уничтожила первое послание и убрала второе в стеклянный коф, стоящий на прикроватной тумбе. На вид это была маленькая шкатулка размером с пудреницу, а наделе составной артефакт пространственного хранения. Главная часть стояла в королевской комнате дома.

С чистой совестью и чувством выполненного долга, отправилась спать. Надев полупрозрачную кружевную сорочку, с головой накрылась одеялом, и помолилась, чтобы с утра не приперся Маршал. С такими мыслями и провалилась в сон.

Глава 6

Проснулась я, мягко говоря, не в самом радужном настроение. Полночи в голову лез всякий бред и снилось не пойми что. Разлепив глаза и протопав в ванную, выпала в культурный шок, золотой гор… в смысле все из золота. Я, конечно, много всего видела, но не до такой же степени. Даже интересно, а королевские покои тогда из чего. Еще посозерцав чудо архитектурного кретинизма, вздохнула и пошла мыться. Вылезать из пенной воды не хотелось ни в какую, но настойчивый стук заставил пойти на такие жертвы. Привычно уже завернувшись в банное полотенце, потопала открывать.

За дверью комнаты обнаружилась ошарашенная Ара. Я даже не берусь судить из-за чего девушка в таком состоянии. Махнув ей рукой, пошла приводить волосы в порядок. Интересно, а недельное отсутствие горничной — это тоже испытание или лично мое наказание. Припомнив о загадочном испытании, уже более заинтересованно посмотрела на девушку позади себя.

— Леди Вивьен, вам срочно нужно собираться, — служанка всплеснула руками.

— Куда? — апатично ответила я.

— Сегодня второй отборочный этап, — служанка сверкнула на меня своими светло-карими глазами и скрылась в недрах шкафа.

— А я уж подумала твое отсутствие это и есть второе испытание, — все также проводя щеткой по волосам, я наблюдала за копошением горничной.

— Леди, немедленно перестаньте вести себя, как маленький ребенок! — воскликнул из шкафа раздраженный голос.

— Я? Как ребенок? — натурально округлила глаза.

— Вы — будущая королева! — Ара вынырнула из недр шкафа.

Взглянула на разозленную служанку, и по спине прошелся холодок. Я сидела и чувствовала, как в голове поворачиваются и складываются кусочки пазла. Сердце на мгновение сжалось, а руки заученным жестом вывели на голом колене руну тайных знаний. В мозгу проскочила вспышка боли, показав, что заклинание активировалось. Девушка передо мной ничего не заметила, и я еле слышно выдохнула.

Помянув Маршала добрым словом еще пару раз, начала вспоминать уроки расологии. И чем больше я погружалась в глубины памяти, тем хреновей становилось мое предчувствие. Ара была не просто магиком, она была — эклиной.

Эклин: место обитания двадцатый мир, пятая планета. Мир льда и ветра Винис. Население сосредоточено в основном в центральной части. Город Марп — столица и основная военная крепость народа. Патриархальный строй во главе с высшим Эклином — Императорский строй управления.

Основной развитый тип магии — ментальные воздействия. Побочные магические ветви прослеживаются в боевых, медицинских, архитектурных и исследовательских отраслях магнаук.

Особенности восприятия магии: полное отторжение подчиняющих и обязывающих плетений. Ментальное проникновение невозможно. Зелья и сыворотки по направлениям подчинения, принятия, изменения эмоций и правды не действительны.

Отличительные черты: несмотря на родной цвет глаз при использование врожденной магии или магии ментального воздействия глаза у любого представителя данной расы меняются на льдисто-голубой цвет. Скрыть или замаскировать данную особенность невозможно.

При столкновении с представителями данной расы немедленная активация защитного контура и руны памяти, для надежности использовать руну принятия. Все данные действия позволят запомнить информацию в натуральном виде, а не искаженную ментальным воздействием.

Вынырнув из водоворота лекции, тут же наношу на кожу все три названные когда-то профессором плетения. Поднимаю взгляд на Ару и начинаю слушать. Магия не позволяет ментальному воздействию повлиять на смысл сказанного моей служанкой. Волосы на голове встают дыбом.

Маршал, будущая жена, будущая королева, трон, сын, дети, верность, честь, подчинение, доверие — все эти слова повторялись многократно. Программная установка, по-видимому, шла уже не первый раз. Я с трудом выдохнула сквозь сжатые зубы. Три раза я уже точно находилась под такой мантрой, а, следовательно, еще семь и меня можно было не искать. Я бы была овощем для Архимага. Милая, любящая и покладистая, инкубатор для его детей.

Мое смазанное движение слилось с поворотом служанки. Мгновение, и она распластана подо мной. Кто-то из невидимой охраны, правильно понял, мое намерение или выражение лица, уж не знаю что, но в руке у меня был зажат тяжелый черный военный нож.

Злость все сильнее разливалась по венам, и мне уже было плевать узнает она оружие или нет, до дрожи кончиков пальцев хотелось прирезать мерзавку. С упоением смотрю, как голубые глаза широко раскрываются и испуганно смотрят в мои. Я криво усмехаюсь, понимая ее. Черные без зрачков бездны — такими глазами обладали все высшие демоны. И сейчас именно такие смотрят на нее.

— Имя! — рычу и плотнее приставляю к ее горлу нож.

— Ара, — подает полузадушенный писк моя служанка.

— Имя, третий раз повторять не буду, — нож чертит тонкую полоску по горлу девушки.

— Элинаэтта, — по ее телу проходит дрожь магии.

Я же усмехаюсь собственным мыслям, вот так вот. Даже не печать тайны, а простой договор о неразглашении. Ха-ха, господин Архимаг, он рушится с первой же опасностью, а ваша мышка под острием ножа. Кстати, надеюсь не отравленного, а то всё, можно допрос с пристрастием начинать, все равно не жилец.

— Клятву, — опять рычу я на нее и чуть отодвигаю нож, — полную, рода.

— Я — Элинаэтта Разур, клянусь с этого мига служить вам госпожа и род мой будет обязан вам, как я, — сквозь зубы процедила блондинка, и с полным ужасом стала наблюдать за моими действиями.

— Я — Кастадея Эбирфайр, — на моей ладони появился неглубокий разрез, — принимаю клятву рода твоего, да будет она на роду вашем, да будет род ваш служить моему. Правом крови и рода, перед магией первозданной, подтверждаю волю свою кровью своей. Отныне и вовек, пока хоть капля крови существует, род сей не сможет пойти против рода моего.

Вся гамма ужаса отразилась на лице моей служанки. Она даже не поняла кто я, она осознавала только наличие на ней клятвы вечного слуги. Голубые глаза начали блекнуть и проявился истинный цвет. Светло-карие с испугом, неверием и страхом смотрели на меня.

— А теперь рассказывай, — я села обратно в кресло, — или нужно приказать?

— Так вы, на самом деле — шпион? — девушка даже не думала вставать с пола.

— Если ты слышала мое имя, — я усмехнулась. — Маркелия, завтрак и подготовь платье. Ах, ты его похоже не слышала. Увы, повторить не смогу, печать знаешь ли. Но нет я не шпион, он теперь ты.

— Я не придам Архимага, — зло прошипела моя служанка.

— Поздно, — пожав плечами, я перевела заинтересованный взгляд на поднос с едой, — ты под действием рабской клятвы. Ты и Дидрих можете хоть упрыгаться, она нерушима, пока жива хоть капля схожей с моей крови. Именем моим приказываю, расскажи все о своем задании.

— Мне было приказано следить за вами и подвергать постоянному ментальному воздействию, направленное на господина Маршала. Вы должны были стать идеальной женой и проживать только на территории дворца, без мысли о том, чтобы оставить мужа дольше, чем на сутки. Вы должны были стать идеальной женой для его высочества.

— Вот и узнали правду, — я тяжело вздохнула и закатила глаза, — тебе самой не противно превращать живых людей в овощи?

— Скажите еще, что вы благородная и не будите пользоваться моей силой, — издевательски усмехнулась девушка.

— Кайл, доложи о попытки нападения, — я заметила, как тень смазано исчезла, — мне не нужна твоя сила. Я привыкла действовать более изящно. Мне по душе шантаж и интриги. Гипноз свой засунь себе, сама знаешь куда.

— Вы не шутите? — на лице девчушки было удивление.

— Сколько тебе лет? — наконец-то задала волнующий меня вопрос.

— Двадцать девять, — я присвистнула от услышанного.

— Ты на одиннадцать лет меня старше, — расхохотавшись, чуть не подавилась, — а задаешь такие детские вопросы. Милая, я — демон, высший демон. Для нас писаны другие правила. Так что Архимагу можешь плести любую чушь, мне фиолетово, а вот одеваться на конкурс я думаю пора.

— Как к вам обращаться? — она поднялась с пола и пошла за платьем, которое принесла Мар.

— Как и всегда, потом узнаешь, как на самом деле, — она встряхнула платье и направилась ко мне.

— Вы же смогли заблокировать мои чары? — она сноровисто шнуровала низкий корсет платья.

— Да, — посмотрев в зеркало, поправила верхние девяносто с чем-то.

— Почему вы не убили меня сразу? — затянув последние петли, она начала расправлять юбки.

— Запрещено, — придирчиво осмотрела себя в зеркало.

— А ваша охрана? — девушка нервно покосилась по сторонам.

— К чему эти вопросы? — мои глаза вопросительно блеснули.

— Вы — теперь мой хозяин, и не убили за попытку загипнотизировать. Вы можете отыграться на моей семье, вы сами сказали: «Шантаж», — она отошла в сторону, позволяя мне рассмотреть себя.

— Прическу повыше, — усевшись за столик, взялась за кисти для макияжа. — Ты будешь рассказывать о всех планах Архимага на меня, большего от тебя не требуется. Как ты вообще сюда угодила?

— На шестом курсе угораздило поддаться на чары смазливого мажонка, — она зло прошипела. — Кто же знал, что эта скотина несовершеннолетний еще. Платой за неразглашение был договор принадлежности.

— Я так понимаю это был многоуважаемый Маршал Дидрих? — накрашенная бровь взлетела вверх.

— Нет, он еще и в академию не поступил, — Ара скривилась, — это был Герцог Вилор. Вы его видели, лучший друг Архимага.

— Тогда, как ты оказалась в такой ситуации? — я выпрямилась и пошла рассматривать себя в большое зеркало.

— Он проиграл мой контракт Дидриху в карты, — возмущенно фыркнула моя служанка.

— Что, прости? — я сбилась с шага и обернулась на служанку.

— Вы все правильно услышали, — она едва заметно покраснела, — такие, как я, редко приезжают учиться в академии или школы. Вот они и решили воспользоваться случаем и получить себе в личное пользование эклину.

— Ты примерно помнишь контракт? — я сдвинула брови на переносице, даже у варварских племен не было распространено невольное и необоснованное принижение и ущемление в правах.

— У меня есть копия, — девушка вздрогнула, когда тень прошла по ней рукой.

— Кайл! — закатив глаза, протянула руку для ответа. — Тебе семью давно пора, а не моих служанок пугать.

— Действуй, — он поклонился и тень вновь стала неосязаемой.

— Принесешь контракт, положишь на столик, если в течение пяти минут он не исчезнет, уберешь в стеклянную шкатулку на столике, мои люди посмотрят, что и как, — я обулась и последний раз придирчиво себя осмотрела. — Алвер, проследишь.

— Вам в тронный зал, — девушка впервые присела в реверансе.

— Не забудь, — и выйдя из комнаты, я вновь последовала за охраной в указанном направление.

Перестук моих каблучков отражался от стен и вибрировал в тишине пустого коридора. Мысли все дальше и дальше уходили в дебри всего, что творится в этом замке. Похищения, незаконные контракты, наглые маги, подставные принцы и еще миллион вопросов почему. Мозг пытался анализировать и составлять определенные картинки, немногие, но сложились, а вот загнать их в общую пока не получалось.

Одна из теней метнулась сквозь стену. Я истуканом замерла под дверьми, похоже опоздала к началу очередного фарса под названием «отбор». Мгновение, и охранник возвращается, докладывая, что всё уже в самом разгаре. Глубоко вздохнув, закрываю глаза и представляю, как растворяюсь. Без постоянной тренировки превращаться в тень давалось все тяжелее. Теневой мир скрыл краски и материальные объекты, оставляя только свет и тьму. Тут не было преград или зданий, были только световые полосы. Когда-то это завораживало и потрясало, сейчас, почти пятнадцать лет спустя, оставляло только гулкую боль в голове от перехода.

Проплыв сквозь стену, осмотрелась в тронном зале и, выбрав угол потемнее, вновь появилась в материальном мире. Гул голосов, торжественные речи и звуки резко обрушились на слух, приглушенно вскрикнула и постаралась успокоиться. Выходило из рук вон плохо.

Пара мужчин прошла вдоль моего угла, и я незаметно выскользнула за их спинами, потихоньку пробираясь в центр зала. Правила и условия второго этапа я бессовестно пропустила и теперь пыталась вникнуть, а в чем вообще смысл.

— Приступим к жеребьевке, — мужчина с пышными импозантными усами смешно причмокнул. — Леди Ласиста, вы первая.

Взглянув на блондинку, чуть не поперхнулась. Она стояла в школьной форме. Глухое черное платье под подбородок. Открытыми оставались только лицо и кончики пальцев. Она засунула руку в черный мешочек и вытащила клочок бумаги.

— Предвыходной вечер, — объявил ведущий, и девушка спустилась с подиума. — Леди Микэла.

Вторая девушка была одета чуть откровеннее: не было стойки воротника и юбки отличались большей пышностью. Та же манипуляция с мешочком, и девушка расплывается в улыбке.

— Предпраздничный вечер, — мужчина забирает белую полоску. — Леди Аннита, ваша очередь.

Вот на Стюат мой глаз начал дергаться. Темно-синее платье под подбородок; да это что, у них сегодня вечер скромности и целомудрия? Похоже меня-то об этом предупредить забыли. Аннита тянет бумажку и тоже улыбается. И где подвох?

— Выходной вечер, — мужчина объявляет вечер, я же, пониже одергивая шнуровку на спине и повыше поднимаю голову. — Леди Вивьен, вам достался праздничный вечер.

— Извините, — с настойчивостью поезда я иду на нашего ведущего, — а по какому поводу праздник.

— Э, — мужчина замирает, падая взглядом в мое декольте, — день рождения ее Величества.

— О, — я складываю ручки на груди, — какая прелесть.

— Да, — разворачиваюсь к нему спиной и слышу не менее восхищенный вздох.

Спустившись со сцены, полюбовалась произведенным эффектом и утопала в облюбованный угол. Сердце нервно отстукивало рваный ритм в груди. День рождения королевы не сулил ничего хорошего. Просто из этого уже можно было сделать логичный вывод, мы должны подготовить праздник.

И, если верить Маршалу, второй этап перетечет в третий, а это значит на подготовку неделя. Вот как за неделю можно подготовить сносный день рождения, а для королевы? Вспомнила последний мамин день рождения и вздохнула еще тяжелее. Месяц штат из пятисот сотрудников готовили это мероприятие, а тут я одна и на этом все.

Да самое обычное платье сшить займет две недели, а подгон и примерки еще столько же. Поздравляю, я попала. За не очень радужными мыслями, пропустила момент появления рядом с собой Виктора.

— Моя прекрасная леди, — он промурлыкал мне в ухо, а меня передернуло, — что же вы грустите тут в одиночестве?

— Благодарю покорнейше, — я отодвинулась, — но меня вполне все устраивает.

— Как же так? — он присел на соседний стул и поймал мою руку. — Столь очаровательная фея должна порхать и веселиться, а не сидеть в темном углу.

— Эта леди делает абсолютно правильно, — из-за спины раздался голос Архимага. — Леди ждет меня.

— Леди думает, — я вставила свою реплику.

— Вот видишь, Маршал, леди просто задумалась, — рука Виктора поднялась до моего локтя.

— Это ни чуть не мешает ей ждать меня, — Архимаг взял мою вторую руку.

— Маршал, тебя там три любовницы ждут, — мило улыбаясь, сказал военный.

— Тебя не ждут что ли? — издевательски проговорил придворный маг и потянул на себя.

— К счастью, меня ждет только моя очаровательная Вивьен, — сын проректора и не думал сдаваться.

— Достали! — во всю доступную мощь легких проорала я. — Я вам кукла что ли? Перетягивать они меня собрались! Я — невеста Принца Колина, с какой стати, вы меня тут вообще делите? Два придурка!

Закончив отповеди и завладев вниманием почти всего зала, поспешила скрыться с глаз долой. Как только двери тронного зала захлопнулись, туфли оказались у меня в руках, и я помчалась к себе в комнату.

Переведя дыхание и отдышавшись, растянула губы в лукавой улыбки. Начало положено. Все придворные к окончанию сегодняшнего дня будут в курсе нашего неясного многоугольника.

Подцепила ленту шнуровки и распустила платье. Найдя в гардеробе ночнушку, переоделась и завалилась на кровать с очередным томиком из библиотеки. Интереснейшее чтиво про свадебные обычаи захватил настолько, что я даже не услышала вопль из коридора.

Только после того, как почти вся моя охрана выскочила за пределы моей комнаты, я отложила книгу и, накинув короткий легкий халат, решила высунуть свой любопытный носик. Лучше бы я этого не делала. На полу около эркера, освещенный заходящими лучами светила, лежал принц или фальшивый принц, уже было не важно. Молодой мужчина был безнадежно мертв. Осторожно приблизилась и осмотрела тело.

— Вайтекс, — заклинание рефлекторно слетело с губ. — Протокол номер три тысячи девяносто шесть. Личный код доступа — семь, восемь, пять, четыре, семь. Личная подпись — Незнакомка. Порядковый и архивный номер совпадают. Запротоколировать место смерти. Смерть подтверждена. Причина смерти — рана головы, пришедшаяся на левую затылочную долю. Работа некромантов невозможна, отсеки мозга повреждены. Смерть мгновенна. Видимых следов магического воздействия нет. Смерть наступила не более двадцати минут назад, кровь имеет жидкое состояние, свертывание не наступило. Били тонким стилетом или оружием подобного типа, заклятий наносящие такие раны семь. Протокол, внимание, перенести все заклинания из архивариуса. Протокол, внимание, снять магические слепки. Протокол, внимание, фиксация подошедших. Протокол, внимание, перепись характеристики погибшего Колина Айора из архивариуса. Что значит последний запрос неверен?

— Это не Колин, — я резко обернулась на звук.

— Что простите? — я внимательно посмотрела на Архимага.

— Это не Кронпринц, — мужчина попытался взять лист протокола, но только зашипел получив разряд тока.

— Тогда, кто? — я еще раз перечитала документ.

— Фридрих Ганс, личный помощник Короля, — брюнет поднял на меня взгляд, — отдайте протокол.

— Не пытайся Колин, — со стороны спален приближался Виктор, — протокол, записанный следователем-криминалистом, автоматически архивируется. Можно не ждать твоих следователей, всё, что надо, мы уже имеем. Леди Вивьен, вы сможете сделать копии или надо обращаться в главный архив следствия и дознания?

— Смогу, — я кивнула, подтверждая.

— Тогда заканчивайте, — он оттащил Архимага от меня.

— Протокол, внимание, перепись характеристики погибшего Фридриха Ганса из архивариуса. Полное перенесение ауры. Назначение медикаментозного анализа крови. Назначение снятия строения ранения. Если в ходе расследования будет выявлена возможность поднятия погибшего, выписать ордер автоматически. Назначить полный диагностический анализ тела. Завершить протокол. Число, подпись. Снять копии, отправить всем заинтересованным в расследовании лицам. Протоколу занять архивное место.

Пергамент моргнул зеленым цветом, показывая, что все заполнено верно, и исчез. Я же перевела взгляд на застывших около противоположной стены мужчин.

— На этом все, возможные первичные действия завершены, — я поклонилась Виктору. — Рапорт вместе с протоколом ожидают вас. Витгрес Камал, разрешите идти.

— Свободны, — мужчина кивнул на дверь моей комнаты.

Войдя, обнаружила на столике отчеты моей охраны. Пробежавшись по ним, сожгла от греха подальше. Впервые захотелось напиться, чтобы не помнить и забыть. Если бы у меня не была права на составление протоколов смерти, меня бы обвинили в убийстве принца. Точно к таким же выводам пришла и охрана. Ребята успели затереть кусочки демонической стали, но от этого было не легче. Промучившись еще с полчаса, все же легла и неожиданно даже для себя провалилась в сон.

Глава 7

Утро нового дня не принесло абсолютно никаких положительных эмоций. На столике, как никогда, скопилась горка записок. Открывать и читать их не было никакого желания, но пришлось волевым усилием стаскивать себя с кровати и идти смотреть макулатуру.

Конверт от мамы сразу отложила в сторону, письмо от архивариуса отправила туда же. Голубой конверт от Архимага и зеленый от Виктора отбросила, куда подальше. Розовый надушенный конверт заинтриговал, но мужественно отправила его в первую стопку. Дальше шло послание от Акси, его тоже отправила в первую. И в конце сортировки оставался только черный конверт от службы королевского сыска. Его и распечатала первым.

«Леди Кастадея, документ, который был предоставлен на наше изучение, рассмотрен и по нему сделаны следующие выводы:

1. Нарушение личностного пространства.

2. Нарушение чести и достоинств неприкосновенности лица.

3. Морально-этические нормы.

4. Свобода выбора и передвижения.

Для решения сложившейся ситуации мы выделили несколько пунктов:

1. Снятия запрета на неразглашение (с этим вы, похоже, уже справились, раз данный документ у нас).

2. Взятие леди под нормы и юрисдикции нашего государства.

3. Обращение в суд.

4. Сопровождение судебного процесса людьми из коллегии особых отношений.

5. Нота протеста от лица общества „Девушки Иштха“.

6. Судебное взыскание от лица этих же леди.

Данные действия позволят не только выиграть дело, но и привести к тюремному сроку. Если же присутствуют критерии, способствующие ужесточению судопроизводства, просьба предоставить оные в течение трех дней, пока готовятся документы.

С уважение Магистр юридических и судебных наук,

Глава службы Королевского сыска, следствия и дознания,

Кавалер ордена смерти третьей степени

Герцог Эрнест Фрихт».

После прочитанного я впала в ступор. Я даже представить не могла, что простой договор, хоть и не законный, может повлечь за собой такие последствия. Если я правильно помню, прецеденты из юридической истории, то даже принц или король не могут избежать суда по таким делам. На стол нашей воображаемой партии мне был сдан еще один козырь. Нежданный и негаданный, но очень весомый. На волне таких мыслей потянулась за маминым посланием.

«Документы проверены и проанализированы. Разведка доложила, настоящее имя мужчины, выдающего себя за принца — Фридрих Ганс. На протяжение последних десяти лет он — личный слуга нынешнего короля. Четыре с половиной года назад стал исполнять роль принца Колина. Сходств с таковым не имеет, но на данный момент на это не обращают внимания. Предположительно, магическое воздействие или артефакт. Как ты и предполагала, Маршала Дидриха в природе не существует. Это учебная личина принца Колина на время обучения в ВМП. Один из самых молодых специалистов в области артефактологии и чар иллюзий. Позывной „Чародей“. Любые документы с такой подписью должны быть переданы в королевский сыск. Будь осторожнее».

Ну все, как и положено. Сперва королева, а потом уже мать. Наверное, должно быть обидно или печально, но нет. Воспитание играет свою роль, давно перестало быть обидно. Семья — это ты и народ. Тут не может быть мужа или дочери, ты отвечаешь за целую многомиллионную империю, какие обиженные дочки. Ее люди нашли для меня информацию, это уже о многом говорит. Это — ее забота. Вздыхаю и подтягиваю к себе письмо от фрейлины.

«Кас, приветик. Ты там еще не померла от счастья или горя? Не поверишь, все, как ты и сказала. Зажала Маршала в углу потемнее, и он сдался. Темный, какой же он ненасытный, моя сущность полностью довольна. Вот только теперь за место лекций вспоминаю его тело. Он жутко бесится, когда я начинаю его дразнить прямо на лекции. Не переживай, все документы, какие попадаются отправляются в каф. Будет что-то интересное или скандальное, напишу».

В груди разлилось тепло. Моя дорогая Акси веселилась во всю. Вот теперь все точно складывается, как надо. Даже не верится столько хороших новостей за одно утро. Решив не нарушать тенденцию, вскрываю конверт от архивариуса.

«Незнакомка, доброго времени суток. Твоим последним протоколом интересовалось уже двенадцать человек. Во что ты опять вляпалась, мелкая? Не расстраивай старика, у меня сердце слабое. Будь осторожнее, девочка».

А вот это послание уже встревожило. Нездоровый интерес к смерти подставного принца напрягал. Не прошло еще и двенадцати часов. Не думаю, что королевский дворец уже объявил об этом происшествии. С большей заинтересованностью посмотрела на конверт от Виктора. Подтянула его к себе и сломала печать.

«Кастадея, будь аккуратнее. Я думаю, ты уже поняла, что подставить хотели исключительно тебя. Маршал рвет и мечет. До оригинала твоего протокола добраться невозможно. Я и не представлял, что счет твоим делам перевалил за три тысячи. Но так даже лучше. Ты и сама знаешь, как только номер переваливает отметку тысяча, следователь считается опытным и оригиналы ваших протоколов выдаются только по судебному ордену или следователю, ведущему на данный момент связанное с ним дело. Увы, выхода на главного Архивариуса у меня нет, и я не могу сказать были запросы или нет. Будь аккуратней, сильно не светись».

Меня даже на нервный смех пробило. Вот тебе новость, «не светись». Куда уж сильнее? И так первый следователь-криминалист на месте убийства фальшивого принца. Скоро репортеры интервью брать начнут. И, решив оставить приятное на конец, вскрыла знакомый голубой конверт.

«Леди Вивьен, доброго утра, надеюсь, мое послание не побеспокоит вас никоим образом. Не сообщайте журналистам о произошедшим ночью, не предоставляйте оригинал протокола никому и, самое главное, не говорите ни одной живой душе о том, что принц не настоящий. Надеюсь, на ваше благоразумие и честь».

Неприятная волна магии прошлась по телу. Ага, значит решил подстраховаться. Вот только поздно, все, кто надо, уже в курсе и, если что, через них правда всплывет наружу. Рыцаря и благодетеля он из себя строит, нет, чтобы бедным девочкам правду поведать, мы договор тайны накладываем. Подумав еще с минуту, подзываю Кайла, тому хватило секунды на понимание. К горлу прикасается холодный металл и письмо в моих руках осыпается пеплом. Печать снята, а я сдуваю пепел с пальцев. Оставался последний конверт. Взяла в руки и принюхалась, пахло розами и гибискусом. Сломала королевскую печать и развернула бледно-розовый пергамент.

«Не скажу, что я в восторге от того, что мой день рождения будете организовывать именно вы, но все же соглашусь, не самый кошмарный выбор. Я бы, наверное, не пережила, если его организовывала набожная крестьянка из захолустья или помешанная на войне спартанка. Вы тоже, вроде, военная? Но как мне рассказали из приличной академии. Да и, посмотрев на ваши наряды, не скажу, что вы страдаете скромностью и провинциальностью взглядов. Сегодня в одиннадцать приглашаю вас в розовый женский зал на чаепитие и обсуждение моего праздника. Не опаздывайте».

Вот это я понимаю новость. Взглянула на часы и поняла — бессовестно опаздываю. Половина десятого, а я еще не умыта. Сорвалась с места и крикнула, чтобы кто-нибудь нашел мою служанку. Минут через десять, выскочив из ванной, обнаружила Ару, или как ее там, уже в комнате. Быстро ввожу ее в курс дела, и по комнате мы начинаем метаться уже вдвоем.

Без пятнадцати одиннадцать я, идеально собранная, стою перед зеркалом, и сама себе киваю. Темно-зеленое платье с завышенной талией и без кринолина и нижних юбок, выгодно подчеркивало груди и обрисовывало фигуру. Еще раз удовлетворенно хмыкнула и направилась на аудиенцию с Королевой.

Коридоры дворца по традиции были пусты. Я даже удивилась этому факту, ни слуг, ни гостей — никого. Вспомнила бедлам родного замка и загрустила. Как же я хочу домой, в бесконечную суету и гомон. Хождение по мрачным коридорам навивало только грусть и непрошеные мысли. Остановившись перед розовыми дверями, поморщилась, ну, не думала я, что все будет настолько буквально. Вежливо постучав, распахиваю двери, осматриваю комнату и приседаю в реверансе.

— Поднимайся, — королева обнаружилась на мягком диванчике.

— Доброго вам дня, светлейшая Королева, — поднявшись из реверанса, еще раз кланяюсь.

— О, — она удивленно поднимает на меня глаза, — вы ознакомились с традициями нашего рода? Похвально.

— Ваша похвала для меня честь, — прохожу и встаю рядом с креслом.

— Присаживайся, — она кивнула.

— Вы хотели меня видеть? — элегантно присаживаюсь в кресло.

— Тебе выпала доля организовывать мой день рождения, — королева наморщила носик.

— Я все понимаю, Ваше Королевское Величество, — всеми силами показываю, что манеры у меня на месте, — и мне хотелось бы для начала спросить, какие цвета и ткани вы предпочитаете?

— Замечательно, — она хлопнула в ладошки, — вы хоть что-то в этом смыслите. Розовый, красный, золотой и фуксия. Из тканей бархат, органза и шелк. Еще хочу, чтоб везде были розы и гортензии, и по залу плавали эти, как их там, вестники любви.

— Амуры, — сдержанно ответила я.

— Да, они самые, — радостно взвизгнула Мартелия.

— Еще пожелания? — я уже скептически воспринимала вкус королевы.

— Платья у всех дам должны быть по последнему писку моды, — она в предвкушение закатила глаза.

— Позвольте уточнить, — я тяжело вздохнула, — последнему писку конкретно чего?

— Миртоса, — я подавилась воздухом.

— Ваше Величество, — мой глаз нервно дернулся, — но та страна демонов, и на моду у них другие взгляды.

— Зато какие у них балы, — она впала в воспоминания, — последнее день рождения Кронпринцессы отмечали просто божественно.

— Я вас поняла, — резко вскочила с кресла, — позволите идти? Времени не так и много.

— Да, можешь быть свободна, — и она уплыла в воспоминания о моем дне рождение.

— Всего вам наилучшего, — и поспешно выскользнула за дверь.

Пока проделывала обратный путь до своей комнаты, чуть не взвыла в голос. Это же надо было так вляпаться? Мое день рождения отмечали в зелено-черных тонах и готовили его почти два месяца. Да на пошив платья тогда ушли пять недель и это, не беря в расчет, что черные розы просто были обкромсаны с маменькиных кустов в саду.

Если к убранству дворца свою руку приложила именно Мартелия, то я даже не удивлена такой безвкусице. Это же просто бред, а не сочетание цветов. Ладно красный с золотым и розовый с фуксией сочетаются попарно, но вот вместе, упаси Темнейший.

В не самом радужном расположение духа влетела в комнату и впала в ступор, на столике лежал скромный букетик из маминых черных роз. Подхожу и вижу прикрепленную черную записку. С интересом тянусь к ней, но не дотронувшись отдергиваю руку и запускаю сканирующие чары. Мгновение и магии на ней обнаружено не было. На черной лакированной бумаге были выведены ровные темно-синие строчки цвета нашего факультета.

«Незнакомка, здравствуй. Надеюсь, охрана пропустит этот букет. Он слегка нелегальный. Но как только я увидел эти цветы, я вспомнил о тебе. Ты такая же красивая, необычная и безумно запретная. Семь лет для меня были сном и явью. Ты такая красивая, популярная и недоступная. Ты всегда была окружена людьми. Я даже не знаю из какого ты сословия. Надменная и холодная аристократка в тебе за секунду становится обычной дворовой девчонкой. С каким ты упоением отрывала куски от шевелюры Нимфы. Или вместе с нами ночами ходила на охоту. Ты для меня сон и наваждение. Я осознаю, что через месяц с небольшим нас может развести судьба навечно. Я не знаю, какая ты без маски, но я знаю, что сейчас, нося ее, ты настоящая, живая и такая любима. Моя незабываемая Незнакомка».

В полнейшем шоке я смотрела на записку. Я и представить не могла, что среди нашей группы у меня есть поклонник. Незамысловатые слова, так сильно отличающиеся от обычных чопорных записок, грели, что-то внутри. Любовь слишком сильное слово для демона, но все же это не слепое обожание, как у Маршала, Виктора, Эрнста и многих других. Я чувствовала сквозь записку, как кто-то неведомый мне, во тьме ночной потрошит мамины драгоценные кусты роз. Как на утро садовник впадает в ступор от вида поруганной красоты, как маменька яростно обещает оторвать подлецу все, что можно и нельзя.

Умиленно вдыхаю аромат роз. В голове всплывает мысль написать маме, кого к ним направили на практику. На параллели осталось всего шестьдесят людей и сорок восемь из них парни. А из них только с шестью мы постоянно сбегали в эльфийские леса на охоту, но, запихнув их куда подальше, пошла придумывать план дня рождения. Окрестив его про себя, «Цффета Катастроффа».

Отогнав все непрошеные мысли подальше, взялась за бумагу и неудобное перо. Они что не могли пару сотен писцов закупить, нет ломай пальцы о перо. Промучившись с полчаса, но, так и не придумав ничего дельного, потопала к кафу. Опустив записку с просьбой выслать документы по организации, села ждать.

Час я просидела, как на иголках, прекрасно понимая, что без готовой базы я точно ничего не сделаю. Но на мою радость, шкатулка вспыхнула красным, сообщая о доставленной почте. Откинув крышку, наблюдаю, как на журнальный столик падает увесистая папка. Прописная ажурная надпись гласила «Кастадея № 17081». Я даже присвистнула от удивления. Оказывается, розовый цвет моего праздника был запланирован, но, к счастью, только, как восемьдесят первый вариант оформления.

Пролистав бумаги удовлетворенно выдохнула, тут было все, от дизайна платья, до меню. Ну, королева, хотели праздник в стиле демонов, получите, распишитесь. От злорадствования меня отвлек стук в дверь. Взмах рукой и створка приоткрывается.

— Добрый вечер, — моя служанка присела в реверансе.

— Проходи, — я кивнула на соседнее кресло, — новости?

— Еще какие, — женщина, хотя язык не поворачивался так ее назвать, озорно хихикнула, — Архимаг подрался с Витгресом.

— Да ладно?! — я тут же забыла про документы.

— Ага, — она еще раз хихикнула, — катались по полу, как два дитя не поделивших игрушку, так еще и орали: «Она моя, не трогай». Повеселился весь дворец и все это на глазах королевской четы и послов.

— Я даже не ожидала такого эффекта, — я довольно откинулась на спинку стула, — по твоим бумагам у меня тоже есть новости.

Протянув Аре письмо от Герцога Фрихта, откинулась на спинку кресла и задумалась о драке. Это уже попахивает полноценной ненавистью друг к другу, а не конфликтом мелкого масштаба. С Маршалам я живу через комнату, а вот Виктор теперь сделает все, чтобы, как можно чаще, я привлекалась к расследованию убийства. В этой сфере ему даже Король не сможет сказать что-либо поперек.

— Воспоминания и приказы подойдут? — из размышлений меня выдернул голос служанки.

— Воспоминания нет, — я отрицательно мотнула головой, — их можно скомпрометировать, а вот приказы на бумаге, да.

— Тогда ложитесь спать, леди, — она мельком взглянула на часы, — уже полночь. Завтра все, что имеется я принесу.

— Ара? — в дверях окликнула ее. — Про Колина что-нибудь слышно?

— Не волнуйтесь, — она мне улыбнулась, — он всего лишь уехал в крайние земли на рассуд местной знати.

— Вот же! — ругнулась сквозь зубы я.

— Что-то случилось? — девушка напряглась.

— Все завтра, — я махнула рукой, — иди отдыхай.

Девушка скрылась за дверью, а я еще полночи сидела и думала о сложившейся ситуации. Смерть не объявили, праздник продолжили, и с каждой новой мыслью, становилось все более жутко. Самые честные и идеальные маги — одно гнилье. С такими мыслями не заметила, как уснула прямо в кресле.

Глава 8

Неделя растворялась в череде подготовительных мероприятий. Первые два дня пролетели почти мгновенно. Мой персональный ад закручивался все сильнее. Вереница горничных, портных, придворных, декораторов и прочих, и прочих. С пеной у рта почти шесть часов я стояла над душой у королевского портного, контролируя работу над платьем, когда первая основа была готова, продемонстрировала Королеве, та пришла в восторг. После сорока минут восторженных воплей, смогла, наконец-то, покинуть затхлые мастерские.

Декораторы тоже не горели желанием сдаваться без боя, и почти двое суток шла негласная война между ними и мной. На их мелкие пакости, я отвечала со всей доступной мне магической мощью, на третьи сутки они смирились, но охрану с зала я все же не сняла. Мало ли!

Третий день так же ознаменовался походом к Виктору. К моему глубокому удивлению, весь разговор прошел только в разрезе военного рапорта, ни заигрываний, ни шуток, только сухая речь и деревянные движения. Раскланявшись и распрощавшись, я в полном смятении покинула его кабинет.

Четвертый день начался с вечного вопроса: «А что надеть?» Так еще и на четыре праздника подряд. Посидела — подумала, походила — подумала, постояла — подумала, так и ничего не надумала. Пришлось идти опять пытать декораторов на предмет оформления остальных празднеств.

К моему глубокому удивлению, Марк и Дарк встретили меня почти, как родную. Из расспросов через четверть часа удалось выяснилось, я единственная из невест пришла с готовым и четко оформленным планом мероприятия. Сказала еще раз отдельное спасибо, своим оформителям, надо будет по возвращению премию назначить.

Декораторы стонали и заламывали руки, жалуясь на остальных невест. Я же, шалея и не веря в свою удачу, запоминала все детали. Местами к стонам подключалась даже я, слушая гору сомнительных и невыполнимых требований, придуманных к увеселительным мероприятиям.

Взглянув на открытку первого вечера, тихо выругалась сквозь зубы, но к удивлению, это нашло отклик в душах близнецов-декораторов. В результате еще почти час слушала о ходячих куклах и предвзятости к прислуге.

Возвращаясь в комнату, слишком сильно задумалась о выборе нарядов и пропустила момент, когда меня самым наглым образом прижали к стене.

— Почему вы бродите одна? — сфокусировав взгляд, обнаружила около себя Архимага.

— Я от декораторов, — скромно пожала плечами.

— Вы — одна из невест, многие захотят на вас позарится, — глаза мужчины с неприкрытым вожделением смотрели на меня.

— Господин маг, — я легко тряхнула рукой, — я — Гресис, вам абсолютно не стоит волноваться.

— Ум, — его нос прошелся от моего виска до уха.

— Отойдите, или я применю силу, — пальцы сложились в жест активации.

— Я — Архимаг, — его рука поползла по моему боку, — твоя магия не поможет.

Спускаю магию по нитям и окружая меня, словно огромная жемчужина, вспыхивает щит. Маршала или Колина, или кто он там есть на самом деле, откидывает к противоположной стене. Приложившись, как следует головой о стену, он оседает на пол, я же развеиваю щит.

— Что сейчас произошло? — грозный окрик заставил меня подпрыгнуть.

— Ваше Королевское Величество Пресветлый Король Эдрих, — я мгновенно опустилась в глубокий реверанс, — ваш придворный Архимаг пытался покуситься на мою честь и достоинство, тем самым он пытался навредить вам и вашему двору, опорочить честь славной короны. Не внемля моим предупреждениям, был наказан самой богиней Чести.

— Ты же в курсе, что я Принц, — зло прорычали с пола, — какого, демона тебя побери?

— Ты похоже перепутал выпускницу военной академии, — из двери рабочего кабинета на шум вышел Виктор, — с институтками Сакс, у которых преподаешь. И заметь, Колин, приложила она тебя не боевым.

— Виктор? — Король внимательно посмотрел на своего военачальника.

— Эдрих, если судить по остаточной магии в коридоре, — брюнет провел рукой, — вокруг Леди Вивьен стоял щит Чести. Такими пользуются на младших курсах девушки, у которых нет жениха. Он защищает невинных от посягательств на честь и невинность хрупких барышень.

— Не смешите меня, — с пола, пошатываясь, поднялся Кронпринц, — она — демонесса. У меня на потоке учится одна из представительниц той братии, и, уверяю вас, господа, ни одна проверка пока не показала, какая она потаскушка.

— Я стесняюсь спросить, — я выглянула из-за плеча прикрывавшего меня Виктора, — вам-то откуда это известно?

— Хороший вопрос, Леди Андер, — Король с не меньшим интересом уставился на побледневшего сына.

— А что, отказываться от дареного? — пожал плечами Архимаг. — Девчонка сама на меня вешается.

— Надеюсь, проблем это не принесет, — Эдрих вздохнул. — Как звать-то прелестницу, помнишь?

— Аксионелла Вайрор, — брюнет откинулся на стену, держась за пострадавшую голову.

— Обалдеть, — я нервно вцепилась в рукав военного кителя.

— Ты ее знаешь? — Виктор с ехидством посмотрел на меня через плечо.

— Кто же ее не знает, — добавив в голос побольше неверия и трепета, прошептала я.

— Поясните, — Король Занзеда подобрался.

— Аксионелла Вайрор — Адъютант-фрейлина Кронпринцессы Кастадеи Эбирфайр, — прикусив губу, спряталась за мощной спиной.

— Ты пошутила? — Колин побледнел до мелового цвета.

— Нет, что вы, — я все так же отсиживалась за спиной Камала-младшего, — в империи ее знает каждый, такая же холодная и жестокая, главнокомандующая третьим взводом высшей нежити, герцогиня первого круга и Четвертое лицо Миртоса.

— Колин, завтра же прекратил всё общение с этой дамой, — Король, как никогда, стал похожим на Короля, — и так, чтобы это не задело чувств этой самой Дамы. Нам только скандала не хватает. Кастадея Эбирфайр ни отличается здравомыслием и рассудительностью, может и роту выслать, и войну объявить за свою поруганную собачонку.

— И объявлю, — сквозь сжатые зубы прошептала я.

— Поддержу, — также на гране шепота ответил Виктор.

— Виктор, проводи гостью в ее комнаты, а ты, щенок, за мной, — мужчин развернулся, взмахнув полами дорогого плаща, и ушел обратно к себе в кабинет.

Королевская чета удалилась, а мы все также стояли. Виктор молчал, а я не могла разжать сведенные судорогой пальцы. Оскорбление было брошено практически в лицо, изнутри поднималась ярость, по позвоночнику бегали искры трансформации в боевую ипостась, а тени по углам шипели и вздымались; охране тоже не понравилось высказывание Короля.

Кое-как отцепилась от мужчины и нетвердой походкой пошла к покоям. Сильная рука подхватила за талию и практически понесла. Пульс стучал в ушах, иррациональные желания расплакаться и поджечь все к Светлейшему боролись внутри. Хлопок двери я пропустила. Из пелены гнева начала выплывать только тогда, когда оголенной кожи коснулся холод простыней. Серые глаза мужчины с непередаваемой гаммой чувств смотрели в мои. Мы практически не дышали, я от перекрывающей горло ярости, а Виктор не знаю от чего, но не менее яркого и сильного чувства.

Секунда, пять, на десятой не успеваю понять, кто первым, он или я, впивается в губы голодным, на грани боли, поцелуем. Злость нарастает и трансформируется в яркое чувство обладание и вожделения. Разум гаснет, оставляя только инстинкты и какое-то садистское удовольствия от вкуса чужой крови на своих губах.

Сколько так продолжалось сказать была не в состоянии, но мозг вернулся на место резким толчком, когда в бедро упиралось недвусмысленное доказательство нашего сумасшествия.

— Стоп, — я отстранилась, положив подрагивающие руки на грудь лежащего подомной мужчины, — хватит!

— Что случилось? — к моему удивлению серые глаза были кристально-ясными без граммы удушающего возбуждения.

— Не так, и не то, — я скатываюсь и сажусь на край кровати, — я не могу ее контролировать, она тебя выпьет.

— Не бойся, — чувствую, как горячая рука скользит по оголенной спине, — я знаю, как с эти бороться.

— Виктор, ты не понимаешь, — от греха подальше встала и подошла к подоконнику прислонившись разгоряченной кожей к холодному стеклу, — я не просто демон. Я — высшая демоница. Я не посмотрю на руны и амулет, я выпью, а браслет блокировки слишком приметен. Так что уберись по-хорошему, пока в моей постели не обнаружили твой бездыханный труп, ну, а если повезет, то просто человека.

— Все настолько серьезно? — мужчина встал и отсмотрел свой китель, недосчитавшись пары пуговиц счел за лучшее и вовсе снять.

— Да, — я киваю в знак подтверждения.

— Есть еще способы? — Камал с подозрением на меня посмотрел.

— Если и есть, — я впала в апатию от переизбытка эмоций и нестабильного состояния, — они уже давно потеряны в аналогах истории, до нас дошел только браслет.

— Вас с Королевой двое, а браслет один, — он усмехнулся, — неужели секс по расписанию и предварительной записи?

— После родов он уже без надобности, — сочтя за меньшее из зол, организм ушел в глубокую несознанку.

— Я спрошу у отца, — Брюнет направился к двери, — и твоей прелестной заднице лучше приготовится, если это бред твоей фантазии.

Промолчав, наблюдала, как за обломавшимся сыном проректора захлопывается дверь. Не мигая несколько минут, смотрю в одну точку. Вздрогнув всем телом, выхожу из оцепенения, слетаю с подоконника и сдергиваю на половину снятое платье.

Пока переодеваюсь, вызываю Акси. Минута, и в центре комнаты выходит не менее взъерошенная и не более одетая девушка, чем я.

— Вызывали, — все еще хриплым голосом спрашивает фрейлина.

— Дидрих завтра бросит тебя, — в лоб сообщаю приятные новости.

— Что? — вижу, как на голове блондинки появляются рога.

— Король приказал расстаться с тобой, — я упала в кресло, — я наплела бред про твою роль в империи.

— И кем же я стала с вашей легкой руки? — девушка мгновенно успокоилась и с интересом уставилась на меня.

— Главнокомандующей третьим взводом высшей нежити, — я улыбнулась фрейлине.

— А у нас есть такая должность? — девушка растянула губы в лукавой усмешке.

— Они-то про это не знают, — я скопировала выражение моей собеседницы.

— И то верно, — мелодичный смех наполнил спальню, — мое задание?

— Всеми силами не отпускай его от себя еще три недели, — я прикинула в уме, на сколько еще затянется этот фарс.

— А потом? — девушка подобралась и внимательно на меня посмотрела.

— А потом будет скандал, — я кивнула, — Аннита должна лишиться контракта. Как только получишь сигнал, хватаешь в охапку вашу директрису и кричишь на всех углах, как злоупотребляя своей властью, Дидрих тебя изнасиловал, естественно анализ должен подтвердить твои слова. Прибегаете во дворец, устраиваете разборки, а там уже будет мой ход.

— Эм, — она замялась, — а ты не помнишь, как после первого раза должно все выглядеть?

— Кхм, — я аж поперхнулась и глубоко задумалась.

Сидели и релаксировали мы долго, даже охрана собралась в углу и шепталась, похоже решая тот же вопрос. Кто-то из охраны исчез, и минут через пятнадцать раздался стук в дверь. Дождавшись моего разрешения, в комнату прошмыгнула служанка. Карие глаза девушки с удивлением посмотрели на Акси.

— Леди, — она присела в реверансе, — ваша охрана сказала, что я вам срочно нужна.

— Присаживайся третьей будешь, — Аксионелла кивнула на стул.

— А вообще у нас тут ступор в разработке плана, — я почесала макушку.

— Могу чем-то помочь? — Ара во все глаза нас рассматривала.

— Ну если ты знаешь, как после первого секса должно все выглядеть, — моя блондинистая фрейлина скопировала мой жест.

— Вам еще рано о таком думать, — женщина покраснела до кончиков ушей, — вы несовершеннолетние.

— Вообще-то уже, — я откинулась на спинку кресла, — но другим это знать необязательно.

— Что? — девушка с удивлением нас рассматривала.

— А что тут удивительного? — Акси пожала плечами. — Для демонов совершеннолетие наступает в семнадцать, но это строго скрывается из-за договора Союза. Из-за этого все сидят и ждут восемнадцатого дня рождения этого изверга.

— Да и у вас магов, — я звонко хмыкнула, — совершеннолетие наступает в шестнадцать.

— Что? — блондинка вскочила. — В семнадцать он уже совершенно летний?

— Ты про что? — тут уже опешили мы вдвоем.

— Герцог Вилор, когда мы с ним переспали, — она залилась румянцем, — мне было девятнадцать, а ему семнадцать. Маги меня долго уговаривали поехать к ним в Академию, и так вышло, что я поступила в тринадцать. На тот момент я не задумывалась о последствиях, ведь ни ему, ни мне не было двадцати — возраст, в котором у нас становятся совершеннолетними. А на утро он огорошил меня новостью про восемнадцать лет и то, что ему еще семнадцать.

— Это можно классифицировать, как заведомо ложный обман и совращение несовершеннолетней, — Акси накрутила тонкую прядь на палец, — в тот момент он находился под юрисдикцией Занзеда, а вот ты под правами своей страны.

— Контракт — фальшивка, — уверенно ответила я на невысказанный вопрос, — еще и выбитый незаконным способом, я сообщу во дворец, это послужит отягчающими.

— Леди, я узнаю про ваш вопрос, — девушка подскочила и выпорхнула за дверь.

— Ты хоть что-то поняла? — блондинка вопросительно на меня посмотрела.

— Только то, что головной боли нам прибавилось, — тяжело прикрыла веки.

— Кас, — тихо позвала фрейлина, — а ведь она права, мы фактически несовершеннолетние.

— Если ставить вопрос как перед личностью, то да, — я кивнула, — но если вопрос адресован в общем, то нет.

— Это как? — девушка аж рот приоткрыла.

— Если рассматривать нас как Кастадею и Аксионеллу, то мы подпадаем под закон о восемнадцати годах, — я подобрала под себя ноги, — но если рассматривать нас как Кронпринцессу и Адъютант-фрейлину Кронпринцессы, то под него мы уже не попадаем, так как являемся официальными представителями Миртоса и на нас распространяются только его законы и порядки. Проще говоря, пока ты человек — закон восемнадцати, демон — семнадцати. Тут мы в праве применять тот, который нам выгоднее, и даже к ответственности нас привлечь не за что.

— Даже так, — фрейлина поднялась. — Кас, иди спать, с остальным я разберусь. Ты бледная.

— Моя демонесса уже третью неделю без еды, — я отрицательно покачала головой.

— Продержишься? — она обеспокоенно посмотрела на меня.

— Да, — тихое слово, которому даже я не поверила.

Мгновение, и комната опустела. Сущность начинала брать верх, и сегодняшняя ситуация с Виктором была тому подтверждение. Да и Акси я приврала, последний раз я ее кормила почти четыре месяца назад. Вздохнула и начала думать.

Глава 9

Часы показывали шесть утра, а я все также сидела в кресле и прокручивала гору мыслей, собирая и разбирая всплывающие в подсознании таблицы схемы и картины. Вся ночь прошла мимо меня, с каждым вечером информации становилось все больше, а времени меньше. Через полчаса мне нужна абсолютно ясная голова, и трезвое восприятие информации.

Потянувшись, скрываюсь в ванной комнате, где из зеркала на меня смотрит уставшее лицо с едва различимыми кругами под глазами. Холодная вода проясняет мысли и позволяет собраться. В гостиной раздается хлопок. Выхожу и внимательно обвожу взглядом помещение, на столе стоит объемная коробка и открытка, привычная проверка показывает только одноконтурные пространственные чары. Подцепляю крышку ногтем и откидываю, да красном бархате лежит золотой гарнитур, мазнув по нему взглядом теряю всякий интерес.

Плотный картонный квадратик оказался приглашением на первый званый вечер. Вчитываясь в аккуратные строчки, мне становилось только дурнее:

«Одежда леди должна отличаться сдержанностью в цвете: синий, черный, серый и цвет невест. Покрой: платье в пол с полным рукавом и воротником-стойкой выше середины шеи».

Синий и черный отмела сразу же; если первый мне ну никак не шел, делал меня похожей на свежий труп, то второй я надеть не могла, была большая вероятность спалиться перед знатью. Все неторжественные мероприятия мы с мамой посещали в черном. Оставался серый, как не напрягала память из серого вспомнился только брючный костюм и набор для верховой езды.

Промучившись еще минут десять, все же вспомнила единственное белоснежное платье, подходящее к описанию. Надевала я его всего раз, два года назад на бал-маскарад, проводящийся в Академии.

К белоснежным волосам и припудренной до белизны кожи оно подходило безупречно; образ замерзшей красавицы мне тогда удался. Но вот проблема, сейчас всех остальных маскарадных атрибутов не будет.

В спальне послышалась возня, подтверждая, что платье доставили. Ровно в семь в комнату вошла Ара и, застав меня, в кресле сильно удивилась.

— Леди, портные подготовили три варианта наряда на сегодняшний вечер, — вслед девушки вкатили вешалку с платьями.

— Свободны, — портные сильно удивились, но покинули комнату.

— Что скажешь? — киваю на платья.

— Кошмар! — ее аж передернула от вида монашеских мешков, в которые мне предлагали облачиться.

— Пошли покажу, — я лукаво улыбнулась и прошла в спальню.

— Какая красоты, — блондинка разглядывала платье через прозрачный чехол.

— На маскараде оно смотрелось уместно, но тут я сомневаюсь, — поделилась я своими опасениями.

— Вы — невеста принца, — она уверено расчехляла платье, — вам и слова поперек не скажут, когда увидят в белом.

— Тут это вроде как традиционно-свадебный цвет, — сомнения не спешили меня покинуть.

— А может и скажут, — девушка добралась до выреза платья, — это так и надо или его повредили?

— Оно так и было спроектировано, — я кивнула на вырез, — два года назад я была холодной блондинкой с ног до головы в белой пудре.

— Зато какой эффект вы окажите на сегодняшних гостей, — она лукаво на меня посмотрела.

— На каких таких гостей? — я с подозрением посмотрела в карие глаза.

— Все посольство Миртоса приглашено, — Ара покосилась на меня, — об этом весь персонал сплетничает.

— Не критично, — я прикинула во что это выльется.

— Тогда давайте собираться, — и служанка завертелась вокруг меня.

Время летело незаметно, час утекал за часом. Чем ближе стрелки подбирались к шести, тем больше в душе поднималось какое-то неправильное веселье и злорадство. Прическа и макияж с пятого раза были одобрены и пришло время платья.

Белый шелк приятно скользил по телу. По спине пробежали мурашки от соприкосновения с холодной тканью. Подойдя к зеркалу, закусила губу. За два года верхняя часть тела подросла, и цепочка, соединяющая половинки глубокого декольте, была в натяжку, но был и плюс — глубина выреза уменьшилась и если раньше доходил до линии пояса, то теперь на несколько пальцев выше.

Посмотрела на служанку, та уверенно кивнула. Что же выбирать не приходится, не идти же в придуманных Лесистой нарядах. Вот все же интересно неужели никто не задавался вопросом, откуда у сиротки в закрытом замке появляются наряды? Похоже нет. Мужскую половину замка, ясное дело, волновало только декольте этого самого наряда, ну, а слуги или Королева? Эх, да у них тут переворот устроить можно, они не заметят.

В глубине дворца первый раз отбили колокола, оповещая участниц об окончании сборов. Глубоко вздохнув и напялив на лицо самую очаровательную улыбку, вышла в коридор. Неприятный сквозняк гулял по обычно теплым пространствам, похоже двери на распашку.

Подхожу и вижу знакомую пару шутов, которые вроде как, моя охрана. Завидев меня, парни сглотнули и, не поднимая взгляд выше шеи, указали на дверь, я же равнодушно пожала плечами и стала ждать.

Всё повторилось. Вновь три первых всплеска аплодисментов, и монотонные минуты ожидания под дверью. Вот по залу в четвертый раз разносится перезвон инструментов, и с противным скрежетом дверь отворяется. Протиснувшийся в полумрак коридора луч света неприятно резал глаза.

Поднимаю голову повыше и плавно начинаю спускаться по высоким ступеням. Очаровательно улыбаюсь и всем своим видом демонстрирую на сколько я счастлива всех видеть и вообще находится в зале. Король с интересом посматривал на оголенную спину пресс-атташе посольства, Королева с брезгливостью оттягивала ворот платья, Архимаг, тот который Принц, усиленно делал вид, что ему интересен разговор с королевским спикером. Я же только посмеялась про себя на такую идиллию.

Дрекси Вайн мельком взглянула на меня и отвернулась, секундное замешательство и девушка во всю смотрит на меня. Слегка мотаю головой показывая, что я тут вообще не я, да и мимо проходила. Ловлю ответный кивок и быструю смену условных знаков. Пришла моя очередь пялиться на девушку. Оперативно, ничего не скажешь.

Пресс-атташе любого нашего посольства — это до неприличия сногсшибательные девушки, обучаются они в закрытой школе при кураторстве королевского двора. Все они помимо хорошо поставленной речи и красивой внешности, обучены одному из важнейших качеств для службы империи — «постельному шпионажу», как его прозвали в народе. И вот буквально десять минут, как идет прием, а она уже во всю работает, получив шесть или семь приглашений познакомится поближе. Не удивлюсь, если ночевать она сегодня будет с Королем.

Взглядом нахожу нашего посла. В глазах Графа можно прочитать немой вопрос, легко киваю. Седовласый мужчина плавной походкой, нехарактерной для его возраста, приближается ко мне. Церемониальный пеклом в мою сторону, и я быстренько присаживаюсь в самый глубокий реверанс.

— Позволите ли пригласить столь очаровательную леди на танец? — нейтральная фраза меня удивила, но я все же протянула свою руку.

— Как я могу отказать в столь почетной чести, — лукавая улыбка на мгновение тронула губы мужчины.

— Мне даже не выразить словами, насколько мне приятно открывать этот скучный вечер в вашей компании, — я представила, как со стороны выглядит наш диалог, и чуть не рассмеялась, все на грани флирта.

— Я польщена вашими словами, — мы наконец-то вышли на паркет.

— Мне сказочно повезло встретить хоть одну леди, не напоминающую мою почившую жену, — в мыслях всплыла толстая Графиня, вечно скандалящая и разводящая сплетни, и, если память мне не изменяет, то была она пресловутой институткой Сакс.

— Темный с вами, — я заливисто рассмеялась, — как простая девушка может сравниться с сияющей Графиней?

— Эх, — посол тяжело вздохнул, — мои бы годы обратно, и не за какие деньги не женился бы на этой грымзе. Так вы представьте, я за нее еще и денег заплатил. И получил, такое получил! Ни за что не разрешу ни одному из моих сыновей брать в жены институток Сакс. Лучше бы я женился на Магичке или Гресис, но не на набожной дуре.

— Институт Благородных Дев имени Анелиты Сакс считается лучшим, — с сомнением протянула я, отмечая, как танцующая рядом знать прислушивается к нашему диалогу.

— Считаться-то он считается, — кривовато улыбнулся мужчина, закручивая меня в очередном па, — но вот сами выпускницы расстраивают. Ни мозгов, ни чувств, набожные красивые куклы, сгодятся только на поддержание пароды.

— Да полно вам, — мы расходимся в фигуре танца, — вот сегодняшний вечер устроила выпускница этих стен.

— И поверьте мне, леди, он до отвращения скучен, — прижав меня чуть сильнее, мужчина вывел на спине несколько символов.

— Тогда мне стыдно за этот вечер, — я печально потупилась.

— А что закончило столь милое создание? — его пальцы выстукивали фразы на моей ладони.

— Академия военного и тактического искусства Высшая Военная Пелозия, — я скривила губы в чуть недовольной улыбке.

— О, это просто шикарно, — он припал к моей руке с окончанием музыки, — не составите мне компанию?

— Увы, — я горько вздохнула, — мне любопытно пообщаться с другими невестами, мы редко пересекаемся.

— И с кем же позвольте узнать? — замечаю, как к нам теряют интерес.

— С леди Анитой, например, — мужчина возвращает меня на банкетную часть зала.

— Я думаю на северной ложе минут через десять она будет вас ждать, — почти скороговоркой произнес посол и исчез.

Обвожу взглядом всю комнату по кругу. Надо найти место потемнее и побезлюднее. Время подгоняло и, не придумав ни чего лучше, выскакиваю на южный балкон, так как он был самым освященным люди на нем появлялись редко. Еще раз оглядываюсь и перехожу в тень. Головная боль появляется вновь, но к счастью уже не такая сильная, как в первый раз после длительного перерыва.

Аккуратно лавирую между гостями пробираюсь к противоположному, более приватному балкончику. Чары, к моей радости, никак не отреагировали на попадание внутрь тени и не закрыли балкончик заклинанием. Удобно устроившись на низенькой скамейке, всё же не рискнула переходить в мир людей, неизвестно, как отреагируют чары.

Сколько просидела не знаю, но на улице было ощутимо холоднее, чем в замке, и тонкое шелковое платье не самый идеальный вариант для сидения на лавочке. Начала уже потирать плечи, когда дверь наконец открылась и внутрь прошла растерянная Анита в сопровождение Графа.

— Леди Анита, — он придержал ее за руку, — с вами очень хотят поговорить.

— Вы извращенец? — девушка попыталась шарахнуться в сторону.

— Да не я, — Граф привычным жестом сжал переносицу.

— Анита, вам ничего не угрожает со стороны посла, — я, слегка подрагивая, материализовалась на лавочке.

— Замерзли? — посол тут же сдернул с плеч парадный фрак и накинул на меня.

— Вы — четвертая участница, — Стюат вздрогнула и затравленно посмотрела на меня, — вы тоже хотите меня убить?

— Вас пытались убить? — я рывком поднялась с лавочки. — Если да, то я немедленно сообщаю об этом Королю Интерии и вашему придурку-брату. Хоть на решение дипломатических разногласий он должен сгодится, если уж как военный он провалился.

— Он не провалился, — нахмурив брови девушка скривилась. — Он ушел по семейным обстоятельствам. И причем тут мой отец?

— Не стоит, Анита, я знаю с каким скандалом Тень выгнали с четвертого курса, — головная боль все еще не отпускала.

— Вы учились вместе с братом? — девушка оттаяла по отношению ко мне.

— Та еще заноза в заднице, — я вспомнила Дерека и сразу захотелось сбежать куда подальше.

— Вы действительно знакомы с ним, — рассмеялась брюнетка, — все остальные дамы от него без ума.

— Упаси меня Темнейший, от такого счастья, — на моем лице было написано, наверное, все, что я думаю о Кронпринце Интерии.

— Так что там с моим отцом? — девушка прислонилась бедром к парапету.

— Меня послали с миссией вернуть вас в законные стены, — я поклонилась.

— Но я не хочу, — она яростно замахала руками, — я уже люблю Колина!

— Увы, это чары, — я указала на украшения, — в них встроено заклинание подчинения и вызова чувств. Данные комплекты были предоставлены всем участницам.

— Как это можно проверить? — с сомнением Принцесса коснулась бриллиантов.

— Не носите их хотя бы несколько дней и увидите разницу, — я покивала и увидела с каким азартом вспыхнули глаза посла.

— Ну хорошо, — с сомнение отозвалась одна из невест, — но, к примеру, я сама влюбилась, что тогда?

— Тогда я отвечу, что любите вы, к сожалению, фальшивку, — я потупилась, — так еще и труп.

— Что? — девушке стало плохо, но Граф успел вовремя подхватить ее.

— Могу предоставить копию протокола криминалистического заключения, — я призвала из архива документ, — тут все написано.

— Дайте, — трясущимися руками Принцесса развернула свиток и чем дальше она читала, тем темнее становилось ее лицо.

— Леди Вивьен, — Анита протянула мне свиток, — я немедленно хочу вернуться домой.

— Я приложу к этому все усилия, — я поклонилась, — через три недели вы будете дома.

— Они пожалеют, — гневно бросила девушка, — я — желанная невеста во всех домах, а тут такое унижение. Это позор влюбиться в слугу.

— Посол, проводите Леди Аниту обратно на бал, — я сняла теплый фрак. — Анита, надеюсь на ваше благоразумие.

— Буду ждать, — девушка откинула темные пряди за спину и, улыбаясь, пошла под ручку с послом обратно в зал.

Вновь вернулась в состояние тени и, присев на облюбованное место, задумалась. Я прекрасно понимала Аниту, она не являлась важной фигурой для империи, но для Анарийского союза она была одной из важнейших предсказательниц. Титул «Небесная дева» давал гораздо больше привилегий, чем будь она просто Кронпринцессой. И сейчас ее гордость была самым наглым образом растоптана, влюбиться в простого слугу нет большего позора и унижения для королевской крови. А она была готова бросить все ради этой влюбленности. И ответом на ее распахнутые и доверительные объятия стал самый обычный обман.

Многие кричат о том, что ложь бывает во благо, для облегчения и сострадания. Нет! Я считаю ложь делится только на открывшуюся и удавшуюся. Врать во благо невозможно: смерть, предательство, измена и любой другой вид. Проще переболеть сразу, чем многие годы лелеять мечту. Проще убрать из жизни человека, пока все только началось, а не через пять, десять или сто лет. Можно мучиться мыслями — это дело минувших лет. Но вот червяк сомнений никуда не исчезнет, и к обману добавится хроническое недоверие.

Я еще бы долго сидела и релаксировала из-за больной темы, но от грустных мыслей и самобичевания меня отвлек щелчок заклинания. Я уже хотела покинуть балкон, чтобы не подслушивать чужие разговоры, когда поняла кто передо мной. Королева и придворная сваха осмотрели балкон, и только после этого начался их разговор.

— Аннита, — Королева направилась к лавочке, с которой меня тут же сдуло, — меня раздражает эта Вивьен. Она, словно из сказки, вся такая безупречная сиротка, попавшая в сказочный дворец и с первого же взгляда влюбившая в себя принца.

— Вы уверены? — заостренный носик Герцогини задергался. — Перед отъездом его Высочество не показывал никаких особых знаков внимания в сторону этой нищенки.

— Я его мать! — звонко воскликнула королева. — Я сердцем чую.

— По опросам, — Аннита прислонилась к перилам, — она занимает первое место. Ей слишком сильно доверяют. И, как ты сказала, идеальная сказка — принц и нищенка. Аж противно. Но просто так ее из игры не выведешь. Дворец и так весь жужжит о драке Колина с этим простолюдином. И зачем Эдрих его только нанял?

— Лучший выпускник и бла, бла, бла, — Королева передернула плечами, — а с этой надо что-то делать.

— Надо сказать Фридриху, пусть по возвращению, — невыразительные глаза свахи, зло блеснули в свете ранней луны, — позажимает ее в углах.

— От него мы уже ничего не получим, — Мартелия скривилась, — кто же знал, что эта дрянь — следователь-криминалист, а все так удачно начиналось. И знаешь, самое обидное нигде не указано, что он был убит демонической спицей. Элизабес все великолепно рассчитала, и тут на тебе. Марк, к счастью или к горю, не знаю, на девочек вообще не реагирует, а сейчас развлекается у Князя Ван в южных землях.

— Она смогла подделать документы? — глаза Герцогини опасно сузились, а нос задергался. — Сокрытие улик — это статья.

— Может и так, — Королева зло гаркнула на свою фрейлину, — только как ты это сообщишь? Анонимкой? На них уже лет триста никто внимания не обращает. А ВВП за свою стеной встанут.

— А еще одно покушение? — вся напыщенность слезла с серой блондинки.

— Уже думала, — выплюнула брюнетка, — не на кого. Остается только надежда, что она провалит прием.

— Сомневаюсь, — Аннита усмехнулась, — на нее декораторы и прислуга молятся, она даже настоящих Амуров нашла, все ваши желания выполнены.

— Остается только ее саму прикончить, — Королева рывков встала и развернулась к двери, показывая, что балконная аудиенция окончена.

Двери закрылись, а я продолжала стоять, как истукан. В голове было кристально пусто и звенел колокольчик. Перевожу ошарашенный взгляд на пергамент и через несколько мгновений до меня доходит вся подлость ситуации. Протокол, который я призвала из архива, для подтверждения моих слов, все также плавал рядом. А как только речь зашла о его трупе, даже без команды начал записывать показания свидетелей.

Сегодня вечером все заинтересованные стороны получат лист допроса, а я возможность надавить на Короля. В голове с новой силой, как заведенные, начали проноситься мысли, но сложить их в очередную картинку мне не дал звук об окончание бала, уже не таясь, перекидываюсь в нормальную форму и вылетаю с балкона.

Люди уже начали покидать зал и моего явления никто не заметил. Остановилась, расправила складки платья и царственно поплыла на выход, от греха подальше. Но пропустить последнюю сцену нашего спектакля не позволил случай.

— Ваше Величество, — Граф вплотную приблизился к помосту, — я сильно извиняюсь, но все это намеренное оскорбление и разрыв всех дипломатических договоренностей?

— Что? — Король побледнел.

— А как мне еще воспринимать это? — посол усмехнулся, и статное лицо мужчины приняло надменный вид.

— Что вас так смутило Граф Бурн? — Королева пропела высоким мелодичным голосом, аж уши заложило.

— Вы спрашиваете «что?» — Эрик с насмешкой посмотрел на королевскую чету, — я это двести сорок семь лет каждую неделю видел дома. Уже рассказывал об этом единственному спасительному лучику сего мероприятия, но чайный вечер институток Сакс я больше видеть не могу, это до отвращения уже надоело всем. У каждого третьего жена оттуда куплена, и все званые вечера похожи один на другой, и тут вы приглашаете на королевский дипломатический бал. И что я вижу, прием в любом более-менее богатом доме, и это не оскорбление. Вы даже не соизволили потрудиться.

— Ни в коей мере, — Эдрих побледнел еще больше и нервно поправил корону, — это часть Королевского отбора Невест, и сегодняшний вечер устраивала одна из невест — Ласиста Струкова. Мы ни в коем разе не пытались оскорбить вас и вашу Империю. Я официально приглашаю вас на все дальнейшие празднования.

— Молитесь кому только можно, — на пороге посол обернулся, — завтра будет официальная делегация с представителем дворца.

Рысцой понеслась в комнату. Забежав, первым делом настрочила коротенькую записку Акси, только потом уже потопала смывать боевой раскрас с лица и придумывать месть для Королевы. От всего интересного и объемов информации свалившихся на меня, мысли текли вяло. В момент соприкосновения головы и подушки они вообще пропали, и я мгновенно отключилась.

Глава 10

Утро встретило меня ужасной головной болью и очередным желанием взорвать этот гадюшник. Но, увы и ах, релаксировать и заниматься самобичеванием мне время не предоставили. Вся придуманная мною мстя, выходила слабенькой и какой-то невразумительной. Но за неимением другого, пришлось стаскивать себя с кровати и идти реализовывать, хотя бы то, что придумалось.

Выстуженные за вчерашний день коридоры особой радости не добавили, затхлые мастерские тем более. Главный королевский портной встретил меня убийственным взглядом и полным нежеланием показывать наряд Королевы. Пятнадцать минут споров, и платье я все же получаю в свои загребущие ручки. Стремительно бледнею, округляю глазки и по-идиотски заламываю ручки.

— Нас всех казнят, — с дрожью прошептала я.

— Почему? — мастер напрягся, смотря на побелевшую меня.

— Платье похоже на наряды светлых эльфов, — медленно начала оседать на пол.

— Ой, — мужчина отвернулся, — кто там разбираться будет.

— Делегация дроу и консульство демонов, — уже с пола прошептала я.

— Мама, — мужчина подпрыгнул, и затравленно осмотрел платье, — Леди, срочно, как это исправить, вы же демон, вы должны знать различия. Нам всем головы не сносить, если вскроется этот факт.

— Отрезайте, к Светлейшему, рукава фонарики, — я с умным видом уставилась на розово-красное платье, — такие на свадебных одеждах. В районе декольте наложите шесть или лучше девять слоев ткани, так сейчас Королева и Кронпринцесса Миртоса носят. И шнуровку на спине опустите на два, а лучше три, звена, чтобы четко указать демон.

— Храни вас Светлейший, — мужчина резвым козликом помчался переделывать платье.

Я же, поднявшись с холодного пола, потопала узнавать суть второго бала. Месть особо не радовала, выставить Королеву девицей легкого поведения, конечно забавно, но об этом и так всем известно. Единственное опозорится перед многими, но это так на полноценную каверзу не тянет, а придумать, что-то гениальнее я так и не смогла.

Комната встретила меня пустотой и записками на обеденном столике. Первая черная с синим, вторая розовая, и третья бледно-зеленая. Начать решила с записки от Акси.

«Завтра прибуду в положенное время, меня уже проинформировали про вчерашний случай. Информация доставлена Леди Элеоноре».

Значит дворец одобрил мое решение привлечь к делу королевских фрейлин. Моя Акси уже в посольстве. Мамина Эля проинформирована и готова к действиям в любую секунду в качестве тяжелой артиллерии.

Хрупкая Графиня Элеонора Размерд, вдова вице-спикера королевского дворца Графа Мистофа Размерд. Женщина решительная и волевая, при своем росте метр в прыжке и телосложение пятнадцатилетней девушки, одна из опаснейших мечников империи, она и мужа себе заполучила, разнеся в пух и прах первую шпагу империи.

Мысленно похихикав, придумала продолжение своей маленькой пакости. И Леди Элеонора мне в этом поможет. Как я предполагала, мятная записка информирует про сегодняшний наряд.

«…Платье строгого кроя, прямой трапеции. Квадратный вырез декольте. Рукава три четверти или перчатки выше локтя. Цвета: чистый черный, серый, голубой или цвет невест без отлива».

Я поморщилась, у Аниты уже сто процентов было подготовлено восхитительное платье голубого цвета, это цвет королевского двора Интерии. Мне же придется опять как-то выкручиваться. Запас белых платьев, в моем гардеробе, увы, не отличается многообразием. Решила потерпеть с такими мыслями и распечатала последний конверт.

«Ты лучик света, тьмой рожденный,
Ты первозданный, чистый свет.
Не забываемый и прекрасный,
Ты ориентир во тьме ночной.
Сходил с ума я постоянно:
От рук, держащих сталь меча,
От губ, читающих проклятье,
От глаз, что холоднее льда.
И в бессознательных попытках,
Я мучал душу много лет.
Забыть тебя не получалось,
Не перед светом, ни во тьме».
Сердце предательски сжалось на мгновение, и пропустило удар. Нет, нельзя, Кронпринцессы не влюбляются, они выходят замуж по расчету, и только потом после вдовства, выходят по любви. Мозг кричал — нет, сердце вопило — да! Никто ни разу не делал для меня чего-то подобного. Сухие записки, дорогие, но бесполезные безделушки, охапки цветов — было все. Вот так по-простому, всего лишь строки, которые зацепили до глубины души, в наличии которой я сомневалась.

Мысли блуждали стайками взбешенных пикси и переругивались, не давая мозгу покоя, распаляя и так неспокойное состояние. На мое спасение, в дверь протиснулась Ара и очередная вешалка. Словно учуяв мое состояние, служанка выгнала портных и слуг.

— Что случилось, Леди? — она аккуратно присела на корточки около меня.

— Я сама не знаю, что происходит, — одинокая слезинка покатилась по левой щеке.

— Зато я знаю, — Акси появилась в пространстве комнаты, едва заметно подернутой дымкой, — кто он?

— Если бы я знала, — не менее душещипательно вздохнула я.

— Это как? — фрейлина удивилась, — Влюбиться, влюбилась, а в кого не знаешь.

— Вот так, — я протянула записку, — и так не первый раз, уже происходит, а в прошлый еще и маменькины кусты были ободраны.

— Я узнаю, — девушка поклонилась.

— Акси, стой, — я отрицательно помотала головой, — не надо, я не хочу. Так проще, любить строки, а не человека.

— Хорошо, с этим разобрались, — блондинка тряхнула головой, — тогда объясните мне, что это за тряпки половые.

— Платья, на сегодняшний вечер, — я протянула ей очередную записку. — Фантазию Аниты похоже тоже заклинило.

— Если в такое предлагает вырядиться Стюат, — Аксионелла обошла вешалку по кругу, — то первым делом я предлагаю проверить ее на травмы головы. Это половые тряпки, а не платья.

— Тут дело не в ней, — отрицательно помотала головой и взяла с поданного служанкой подноса чай, — тут дело в придворном портном, я с ним до кровавой пены ругалась, за платья на мой бал. А он упирался всеми конечностями, пока не вмешалась Королева. Вот и с ними я думаю также.

— Тогда весь прием — это полный фарс, — фрейлина возмущенно фыркнула, — Стюат отличалась изящнейшей подачей и декорированием.

— Вот для этого ты тут и нужна, — Ара начала укладывать волосы в крупный локон, — ты единственная видела, что такое бал в Интерии, и единственная, кто сможет возмутится. Основная и первоначальная задача попасть на завтрашний бал всей делегацией, а на мой вечер еще и с Леди Элеонор.

— Будет исполнено, — она присела в неглубоком реверансе, — а что вы все же намерены делать с этими тряпками?

— Не знаю, — я пожала плечами запаса белых платьев у меня нет, идти в черном опасно, серого не ношу принципиально, а вот из голубого нет ничего подходящего требованием.

— У меня есть темно-сапфировое платье, почти черное, — блондинка задумалась, — я в нем была на благословение племянницы. Сейчас вернусь.

— С вами точно все в порядке? — эклина с тревогой смотрела на меня.

— Любить мне нельзя к сожалению, — еще раз грустно вздохнула, — а так да, все замечательно.

— А почему нельзя? — девушка с непониманием смотрела своими светло-карими глазами.

— За мою ручку будет устроено что-то на подобие происходящего сейчас фарса, — я обвела рукой вокруг, — первые трое, кто успеет попросить, будут удостоены милости, за мной ухаживать, и я сомневаюсь, что автор этих строк успеет. Поэтому глупо любить того, с кем вряд ли будешь. Это маменьке повезло, хотя до сих пор спорят, а причастна ли она к смерти своего первого мужа, или он сам, от счастья, в первую брачную ночь умер.

— Не весело вам, — служанка воткнула последнюю шпильку.

— Кто бы сомневался, — Акси снова появилась, держа в руках объемный чехол, — вот платье.

Ара тут же бросилась извлекать из чехла роскошное бархатное платье. Прямой расшитый корсаж перетекал в пересобранную с одной стороны юбку. Легкие воланы колыхались от малейшего движения, стразы переливались всеми цветами радуги.

— Все замечательно только нам, увы, не подходит, — Ара скептически посмотрела на платье, — это явно от голубого цвет далеко.

— Да какая по сути разница, — фрейлина отмахнулась от служанки, — голубой или синий, они из одного спектра.

— Королева может возразить, — блондинки сверлили друг друга взглядом, — ей и так наша Леди поперек души.

— Девочки, стучат, — я с какой-то отстраненностью наблюдала за творящимся беспорядком.

— Подарок от Графа Эрика Бурн, очаровательнейшему созданию в этом замке Леди Вивьен Андер, — в руки служанки впихнули чехол, и посыльный, явно из теней, мгновенно растворился.

— Открывай, — кивнула я на чехол.

Несколько мгновений и служанка извлекает на свет белоснежное платье. Прямой белый лиф, без декора и лишних деталей. Белая юбка, сверху покрытая прозрачной органзой, расшитой шелковыми голубыми цветами. Шелковый пояс, точно такого же голубого цвета, обхватывал талию, разделяя корсаж и юбку. Вместо перчаток, огромная шаль, повторяющая декор юбки.

— Обалдеть, — Аксионелла с интересом осмотрела платье, — спорим, выбирал Фердинанд?

— Да, что тут спорить, — я также с интересом взирала на наряд, — и так ясно, что это дело рук младшего Бурн.

— И все-таки, он волшебник, — Вайрор мечтательно прикрыла глаза.

— Никто и не спорит, только ему уже почти сто сорок, — я скептически посмотрела на порозовевшую девушку, — и бегать за едва перешедшими порог совершеннолетия старлетками он не будет. Так что сядь на попу ровно и хоти дальше Дидриха.

— Служанка, — блондинка запнулась, — не знаю, как тебя, где покои Архимага?

— Ара, — девушка сдержанно поклонилась, — через дверь слева.

— Даже так, — на губах моей фрейлины растеклась кровожадная улыбка, — Кас, я потопала собираться.

— Платье прихвати, — я кивнула на чехол, с наполовину распакованным нарядом.

— С Маркелией передай Фини, — мгновение и девушка растворилась в тенях помещения.

— Ара, пора собираться, — я поднялась из кресла и, встряхнув головой, выкинула из нее все лишние мысли и ненужные сейчас переживания.

И снова те же двери, те же стражники и тот же порядок участниц. Двери открываются, и моему взору предстает бальный зал, серый и безликий. Кругом одно дерево и больше ничего. Даже шторы, скатерти и фарфор темного оттенка. Единственным ярким пятном служил помост королевской семьи, оббитый темно-синим бархатом.

Нахожу в толпе гостей Аниту. По лицу девушки видно, что такой декор ее вечера не впечатляет. Протискиваюсь сквозь толпу.

— Леди Анита, — касаюсь ее локтя, — у вас ужасно испортился вкус с последнего зимнего бала.

— То ли к счастью, то ли к горю, — не оборачиваясь, тихо произносит девушка, — это не мой вкус, и к этому убожеству я ни каким боком не причастна.

— Радует, — я отхожу на шаг, не отнимая руки, — не придется тащить вас первым делом на медицинское освидетельствование.

— Поверьте, моя психика в полном порядке, — мне в ладонь ложится крохотная записка, — в отличие от этого дурдома. Пойду-ка, я разбираться с закусками, пока всю делегацию демонов во главе с Адъютант-фрейлиной Кронпринцессы не перетравили.

Усмехаюсь про себя, Акси им устроит веселую жизнь в таком случае. И нотой протеста они не отделаются. Послонявшись по залу еще с полчаса, как положено снова потанцевала с Графом Бурн, поулыбалась Архимагу и Виктору. К моей несказанной радости, на этих балах им запрещено ко мне подходить, так как являются советниками Короля, и по этикету не имеют права мешать гостям знакомится с невестами принца. Все же библиотека — сила!

Записка жгла через подкладку лифа, до одурения хотелось развернуть и прочитать, что же такое потревожило Небесную деву, что она решилась передать мне записку. Поблуждав еще среди гостей, выхожу на южный балкон. Аккуратно осмотревшись достаю клочок бумаги.

«Меня пытались опоить, как только я сняла украшения».

Он тут же сгорает в пламене ближайшего факела. А я с задумчивостью смотрю на сад. Значит, мои догадки верны, им нужна влюбленная до чертиков дура. Если о происходящем здесь узнают, может разразиться межмировой скандал. Всё же Струкова, Стюат и Адаманс — не последние фамилии в пространстве. А тут такая подстава.

В голове назойливо завибрировало и перед глазами, накладываясь на мое мировосприятие, всплыла вторая картинка.

«— Что случилось? — в богато обставленный кабинет вошел Колин. — К чему такая срочность?

— Ты хоть представляешь, какой дипломатический скандал может начаться? — Король зло шипел на сына. — Твоя бывшая любовница приехала, как официальный представитель дворца и империи Миртос.

— Я с ней еще не успел расстаться, — Архимаг передернул плечами. — У меня не было пар у ее курса.

— Хоть в чем-то твоя бестолковость помогла, — Эдрих стер пот со лба, — хоть на задних лапках прыгай, а то у нас и так после вчерашнего вечера дипотношения по швам трещат. Может, хоть это поможет их наладить.

— Не поможет, — в кабинет вошел злой до чертиков Виктор, — стоит молиться, что Леди Андер не видела протокол допроса.

— Какой? — в один голос вскрикнули отец и сын.

— В котором твоя жена, Эдрих, признается в убийстве Фридриха и попытке подставить Гресис Андер, — сын проректора протянул листок.

— Это конец, — Король посерел, — ты знаешь, какой это козырь в руках демонов. Это сейчас Леди Андер попадает под законы и юрисдикции нашей страны, а как только отбор закончится, она снова станет подданной демонической империи. Любой, вплоть до Королевской семьи, сможет ознакомиться с результатами ее работы.

— Я слышал девушку приглашают в консульство, — Виктор недовольно поморщился. — Граф Эрик Бурн предоставил ей платье на сегодняшний вечер, они заинтересовались в девушке.

— Почему она его вообще взяла? — Колин подорвался и навис над Камалом.

— А ты хотел скандала? — брюнет вопросительно изогнул бровь.

— Виктор прав, — Эдрих ударил кулаком по столу, — если бы подарок не приняли, это было бы оскорбление, а так ничего страшного.

— Точно? — с подозрением откликнулся придворный маг.

— Точно, точно, — Витгрес Занзеда отмахнулся от Кронпринца, — лучше думай, как замять тупость своей матери, я думаю девушка не простит, если узнает. И сделает все, чтобы проиграть и вернувшись на родину подать в суд.

— Кстати про суд, — Король поднялся и подошел к зеркалу, — Виктор, мои осведомители передали сведения, что адвокаты Миртоса готовят иск к нам. Узнай.

— Хорошо, — мужчина так же поднялся.

— Все в зал, а то и так задержались слишком на долго, — Король Занзеда первым покинул комнату».

Зрение пришло в норму, а я мысленно улыбнулась, как все удачно складывается. Да и адвокаты молодцы, уже оказывается даже первичное подали, я даже не знала. Значит надо предупредить Ару, что она скоро уезжает.

Вернувшись в бальный зал, застала восхитительную картину, Акси вовсю высказывала королеве свое фи. Судя по виду придворных, высказывалось оно уже не пять минут. И во всех красках, подробностях и последствиях.

Представители многих делегаций что-то поспешно записывали. Северные народы, с которыми у нас была активная торговля и замечательные отношения, поддакивали в нужных местах и с умным видом кивали. Сама знаю, с Интерией у них отношений нет, от слова совсем, а пройти мимо халявного скандала не смогли. Я только похихикала над всем происходящим спектаклям.

Эту же картину застала и троица, вернувшаяся из кабинета. Король и Принц на мой взгляд побелели на пару тонов. Эдрих ткнул сына вбок и кивнул на мою, вошедшую в раж, фрейлину. Тот с понурившим видом пошел к Аксионелле, и вид имел явно приговоренного к смертной казни, а не человека, увидевшего свою любовницу. Явление Кронпринца под ясные очи Акси роли не сыграло, та самозабвенно продолжала обвинять всех и вся в оскорблении лучших чувств всей делегации и ее лично. Гром и молнии сыпались на головы всей Королевской четы, и Кронпринца в частности, который даже не удосужился по этикету поприветствовать четвертое лицо демонической империи. И что бы было, если как и положено приехала Леди Элеонора, третье лицо и доверенная Адъютант-фрейлина Ее Королевского Величества Королевы Сисилии Эбирфайр.

На этой торжественной ноте бал и был окончен. Вечер в комнате я встречала в компании чая и присланных на подпись документов по военному диплому. Моя работа набрала наивысший бал среди независимых профессоров и военачальников. Сейчас же у меня просили разрешение на размещение моей квалификационной работы в официальных сборниках и учебниках. Такая честь льстила, но все же останавливала практика по передачи прав на интеллектуальную собственность, в дар Академии.

Перечитывая документы и попивая чай, я как-то выпала из реальности. Мозг расслабился, и сознание вернулось обратно в рабочий кабинет, прилегающий к королевским покоям. В нем всегда пахло книгами и цитрусами, горел камин, и мерно поскрипывали старинные часы над ним. В таком состоянии не заметила, как перед глазами появилась вторая картинка.

«— Почему ты весь вечер меня игнорировал? — блондинка стояла в одной сорочке и дула губки.

— Акси, — Кронпринц нервно сжал переносицу, — ты же понимаешь, если тебя застанут в моем обществе, будет скандал.

— Он в любом случае будет, — девушка притопнула ножкой, — или ты делаешь, как я хочу или придворным Архимагом тебе не быть.

— Не стоит опускаться до угроз, — зло выплюнул брюнет.

— Я не опускаюсь, — Акси весело усмехнулась, — одно мое слово, и завтра ты будешь моим мужем. Поверь, Король Эдрих пойдет на такой обмен. Ты — муж Адъютант-фрейлины Кронпринцессы, им — гарант вечного мира.

— А этот вариант мне куда больше нравится, — черные глаза остались злыми.

— Тогда хватит стоять передо мной, как истукан».

Картинка из покоев Колина пропала, я же усмехнулась, похоже сама того не зная, Акси нашла еще один рычаг давления на его королевскую сволочь. Ведь и правда, он не может жениться на моей фрейлине, так как их статусы практически равносильны. До пятисот лет, она не имеет права разорвать контракт придворной дамы. А если еще брать в расчет ее положение при дворе, она должна будет подготовить идеальную замену, это тоже не простое дельце.

Придется пересмотреть некоторые моменты плана и переделать их. Останется только придумать, куда спрятаться до момента снятия печати тайны. Пока что на меня распространяются обязательства взятые на себя Вивьен Андер, а значит придется оттягивать фарс с выбором невест до последнего момента.

Глава 11

Утро перед третьим балом встретило головной болью и нежеланием вылазить из теплой постельки. Вся подлость состояла в том, что по сути сегодня должно пройти третье испытание. Вот только ни единого намека на него не было.

Соскребя себя с прохладных простыней, поплелась в ванную, хоть я и проспала почти всю ночь, выглядела я похуже покойников из студенческого морга. Едва заметные круги под глазами уже четко наметились. Кожа стала отливать серым цветом. Из всего набора меня любимой радовали только волосы и глаза, они продолжали излучать неописуемый восторг от всего происходящего.

Наверное, и Колина, и Виктора хватил бы сейчас инфаркт, если бы я предстала перед ними в истинном своем виде. При мысли о мужчинах в груди что-то шевельнулось, а во рту появилась слюна и клыки. Волевым усилием загнала свое желание, куда подальше, нельзя, еще полтора месяца нельзя. Темный помоги, я же сдохну быстрее.

Увы и ах, на мои страдания выпускной комиссии было глубоко начхать, очередным условием на профпригодности, читай «не получить диплом», являлась та самая пресловутая голодовка. В течение полугода я должна соблюдать ее и «никого не покусать», как они выразились.

Мысленно представила нашего проректора, узнай он, что покусать я собиралась как раз его сына. Мда, мне бы даже справки не отдали, так за ворота выкинули. Хотя вторая сущность заурчала глубоко в душе и согласилась, Виктор не самый плохой вариант для нашего перекуса.

Тряхнула головой и отогнала плотоядные мысли подальше, поплескав в лицо обжигающей, ледяной водой. Подняв взгляд в зеркало, подумала, что пора заказывать гроб, еще полтора месяца я точно не продержусь. Кожа едва заметно порозовела, а вот пресловутые круги никуда не делись.

Пришлось идти и заниматься легким макияжем. К концу этого проклятого мероприятия мне, похоже, придется заниматься полноценным гримом. Да, и послезавтра Ары уже тут не будет. Надо будет узнать, куда ее прячут. Вроде как ее согласны приютить Баронет Сворд с супругой, но что-то мне все равно неспокойно.

Когда же я вернулась в реальность, перед носом стояла чашечка с кофе, дожили, даже охрана начала подрабатывать моими служанками. Кивнув теням, продолжила релаксировать и вспоминать информацию об этой супружеской паре.

Мне понравилось все, кроме маленького такого факта, у них двенадцать детей! Ни два, ни пять, а двенадцать сыновей и ни одной дочери. На фоне этого Баронета и захотела приютить беглянку. Надо будет предупредить, чтобы не позволяла распускать сыновьям лапы. Эклина — ценный приз! Но это моя эклина, не отдам. По окончанию всего этого бедлама, надо будет сделать ее третьей фрейлиной, а то из двенадцати положенных у меня в наличии только две.

В груди сжался маленький комочек, до звездочек перед зажмуренными глазами. Хотелось домой, прижаться к маме и папе; выслушать очередную лекцию от Леди Элеоноры, причитания слуг о Принцессе, которая забывает о своем здоровье; вечерние чаепития с фрейлинами в уютной северной гостиной; великолепный вид на алеющий в лучах заката сад. И еще тысяча и одна причина, почему я хочу домой.

Мысленно надавала себе тумаков и пошла собираться на сегодняшний бал. Настроения нет, сил нет, платья тоже нет. Весело, однако, все, господа, тушите свет, спектакль окончен.

Ровно по расписанию на столе появилась черно-красная записка. Я даже удивилась таким темным цветам. Глубоко вдохнув, и с видом великого мученика, развернула бумажку.

«Классическое бальное платье. Вырез не глубже трех пальцев от места соединения ключиц. Перчатки и палантин не предусмотрены, исключения меховые накидки и воротники. Длина в пол, объемом не меньше трех колец. Цвета: черный, бордовый, винный, зеленый и цвет невест».

Вот это поворот. Военный мир, и этим все сказано. Если я правильно помню, а я помню все точно, то черно-красное сочетание является гербовым для правящего дома Измерии. Понятное дело, что большинство гостей будут в красном, так как слава рода Адаманс выходит далеко за пределы восьмого мира.

По непонятным мне причинам, вновь остается белый, который начинает уже раздражать, да и будет уже перебором пойти на третий бал подряд в белом платье. Классическое белое платье можно было позаимствовать у мамы, у нее-то они точно есть, но, как я уже признала, это чересчур кричащее заявление на три чужих бала заявиться в белом, а на свой в красном.

Мысленно перебирая гардероб уже по третьему кругу, вдруг вспомнила платье, которое для меня три года назад сшил Маркиз Фердинанд Бурн, я его так и не надела ни разу. Оно спокойно покоится в дальнем отсеке гардеробной с невостребованными нарядами. Сейчас оно пригодится. Подскакиваю и мысленно отправляю приказ гардеробной подготовить платье. За такие милые шалости мы с мамой просто обожаем папу. Он оставил работу известного артефактора ради нас. И сейчас весь королевский дворец наполнен маленькими или не очень артефактами. Радости, вроде разумной гардеробной или точечного не отслеживающегося телепорта, это то, ради чего папа готов сутками просиживать у себя в лаборатории. И весь дворец в курсе, что в такие минуты он опаснее нас с мамой вместе взятых.

Пока доставляли мое платье, в комнату явились слуги с очередной вешалкой. Три платья были похожи друг на друга, в игре найди два отличия проиграли бы все. Оно было только одно, а именно цвет. Черное, красное и винное. Прямой лиф и юбка из атласа без украшений и заморочек. Все строго и официально.

Проскользнувшая в комнату Ара, выгнала слуг и, посмеявшись над моим дергающимся глазом, пошла в комнату за чехлом с бальным платьем.

— Леди, оно восхитительно, — девушка показалась из спальни.

— Ара, присядь, — кивком я указала на соседнее кресло.

— Что-то случилось? — с обеспокоенным лицом служанка опустилась в кресло.

— После завтра ты уезжаешь, — я потерла ноющий висок, — в четверг назначено первое слушанье по твоему иску. К сожалению, шпионы и информаторы тут тоже работают. Вчера Королю доложили о готовящемся судебном разбирательстве. К счастью, что сегодня выходной, а значит какую-либо информацию они смогут получить только завтра. Но завтра день рождение Королевы, и устраивать представление для высокородных гостей они не будут. Ночью же, после бала, ты уже будешь на территории королевского дворца Миртоса. Оттуда тебя заберут экипажем к Баронету Алексу Сворду и его супруге Мирте.

— Это точно нужно? — блондинка с едва уловимым испугом смотрела на меня.

— К моему недовольству, да, — я скривилась. — У них двенадцать сыновей, и отправлять тебя туда даже на две недели, мне не хочется. Но, увы, придется пойти на такие жертвы.

— А после двух недель? — светло-карие глаза блеснули голубым отливом.

— А после мы уже будем прятаться вместе, — улыбка у меня была то ли вымученная, то ли клинического психопата.

— Почему? — на лбу моей служанки большими буквами было написано непонимание.

— Ты серьезно полагаешь, — вопросительно изогнула бровь, — что я намерена выйти замуж за это недоразумение человеческого происхождения?

— Я вас не понимаю, — грустно вздохнула девушка.

— Привыкай обращаться на ты, — я махнула на нее рукой, — а во-вторых тебе скоро тоже будут положены слуги по статусу. И извини меня, но на родину ты вряд ли вернешься.

— Я так понимаю, — она встала и взяла в руки щетку для волос, — всего вы мне сейчас всё равно не расскажите. Касательно родины, я не стремлюсь туда. Стоит мне перешагнуть порог родного дома, как меня выдадут замуж за овдовевшего уже сорок четыре раза Графа.

— Вот это поворот, — мои глаза расширились, — я думала у меня все плохо, ан нет, у меня еще терпимо. Ладно, через две недели сможешь спокойно посетить родных, любые обязательства с тебя снимет контракт придворной дамы.

— Вы шутите? — шпилька больно воткнулась в голову. — Ой, простите.

— Нет, — почесав пострадавший участок кожи, с облегчением улыбнулась, — у меня вообще с чувством юмора проблемы. Все отставить болтовню, — я бросила взгляд на часы, — до бала два часа.

Из чехла было извлечено ярко салатовое платье, как сказала вчера Акси, они одного спектра. Прямое атласное платье-футляр на груди было расшито маленькими переливающимися камушками. Поверх на бедра крепилась пышная многослойная юбка. Атласный пояс юбки переходил в рваные клочки ткани, которые образовывали переливчатый водопад органзы. Все это великолепие держалось на инкрустированной полудрагоценными камнями броши.

Назойливая мысль скреблась на задворках сознания, пока окончательно не превратилась в очередной бредовый и в принципе опасный план. Настрочив по-быстрому два конверта, один обычный, второй с королевским тиснением, бросила их в каф. Бой колокола я встречала уже довольная и счастливая, как стадо пухов.

Двери и стражи не отличались разнообразием. Зато зал был чем-то новеньким. Черно-красная гамма, как я и предполагала. Девяносто процентов гостей в красном или черном. Некоторые в темно-зеленом, редко в смешанных цветах. Я же на их фоне опять выделялась, и куда больше, чем в белом платье.

Бальная часть была урезана почти вдвое. Половину зала занимала сцена и мягкие диванчики. Отбору все же жить. Мелькнула даже мысль, а что такого нам зададут? Но задержаться ей было не суждено, мое внимание привлекла одна пара. Пожилой мужчина в темном костюме и его молодая супруга. Седьмой Принц гномов со своей супругой четвертой Принцессой льда. Ни с одной из стран у нас не было нормальных отношений. И жертву на сегодняшнюю выходку я нашла.

Начало торжественной части я, как обычно, пропустила и отвлеклась только на черную перчатку, появившуюся перед моим носом.

— Леди позволит пригласить ее на танец? — голос мужчины пробирал до копчика и основания крыльев.

— Простите не знаю, — я слегка покраснела, — уместно ли это по-местному этикету.

— В моем случае вполне, — и не дожидаясь дальнейших возражений, меня выдернули на паркет.

— Я даже не знаю кто вы? — возмутилась я, но вырываться на глазах всего зала все же не рискнула.

— Михаэль, — фиолетовые глаза затягивали все дальше в омут.

— И все? — я с глупой улыбкой пялилась на кавалера по танцам.

— Вам этого мало? — его глаза блеснули и заворожили.

— Нет, — где-то глубоко в мозгу звякнул колокольчик.

Танец давно окончился, а я все также стояла и таяла в руках блондина. Его глаза, голос и запах не давали сосредоточится, хотелось тут же набросится и укусить в изгиб шеи, навсегда оставив там, четыре аккуратные точки, отпечаток клыков.

Спас меня от этого помешательства придворный церемониймейстер, объявивший начало конкурса. Один из слуг ловко подхватил меня под локоть и отбуксировал к диванчику, на котором уже сидели три остальные невесты. Усадив меня рядом с Анитой, парень растворился в людской толпе.

— Дамы и господа, — высокий мужчина вещал со сцены, — королевский дворец рад объявить о начале третьего этапа отбора невест. Сегодня претендентки на сердце нашего Принца Колина проявят себя в своей творческой стезе. Победителя этого этапа определите вы. У каждого присутствующего здесь есть карточка для голосования, по окончанию вечера впишите на нее имя девушки, голос автоматически зачтется. И так первая участница Ласиста Струкова.

Такой подлянки похоже не ожидал никто из участниц. Ошарашенная девушка пошла к сцене, по пути что-то быстро обсуждая со слугой. Не прошло и пары минут, как на сцену подняли чайный набор. При виде данного девайса взвыла половина зала, включая меня и сидящую рядом Аниту. Чайная церемония в исполнении выпускницы Институт Благородных Дев имени Анелиты Сакс. Темнейший, убейте меня кто-нибудь.

Король и Королева Занзеда похоже были не в курсе данного действа и с интересом наблюдали за приготовлением. Часовая пытка началась! Меня хватило только на пятнадцать минут, потом сон взял свое, и я, удобно устроившись на плече посапывавшей Стюат, вырубилась. Из сна меня выдернул резкий возглас.

— Я требую подушки и пледы, — проморгавши со сна, мутным взглядом посмотрела на красного, как рак, посла, — вы только посмотрите на это безобразие, три невесты спят, половина послов и представителей тоже спят, ее Придворное высочество норовит упасть во сне с вашего диванчика, это возмутительно!

— Остановитесь, — за парадными дверьми раздался почти нечеловеческий вой, — туда нельзя.

— Вас забыла спросить, — двери распахнулись, а я расплылась в улыбке.

Высокая стройная женщина, непринужденной походкой пресекала зал. Рыжие волосы весело переливались, создавая ощущение горящего пламени. Кроваво-красные глаза и выделяющиеся из-под верхней губы клыки, четко указывали — Вампир. Незваная гостья приблизилась к опустившимся в реверансы и поклоны демонам.

— Акси, хорош дрыхнуть, подъем! — рыжая склонилась над Адъютант-фрейлиной.

— А, — блондинка подорвалась, — Жанетт, какого Светлого.

— Личный приказ Кастадеи, — красные глаза озорно блеснули.

— Я все поняла, — гербовая печать за секунду рассыпалась в руках Аксионеллы, — передай ее Высочеству все будет выполнено в лучшем виде.

— Тогда до встречи, — девушка кивнула и пошла на выход.

Но покинуть комнату ей было не суждено. Из толпы гостей раздался вопль. Кричала присмотренная мной женщина, в ее светлых глазах плескался ужас. Она склонялась над телом упавшего мужа, пытаясь привести его в сознание.

— Отойдите, — я на ходу скинула юбку платья, оставаясь в коротком футляре, — я некромант, я смогу помочь быстрее, чем прибудут лекари.

— С дороги, — Жанетта кинулась к нам, — я поддержу, знаешь, как работать в связке с магом крови?

— Да, — я просто кивнула.

— Тогда входишь, я поддерживаю сердце, — красноглазая уже собрала волосы в хвост.

— Амиар, — между пальцами протянулись тонкие черные нити, показывая, что связь установлена.

Дождавшись момента, когда нити перестанут искрить, погрузила сперва кончики пальцев, а потом и все кисти в грудную клетку пострадавшего. Сделала умное лицо и по возможности скидывала магический резерв в накопители. Грудь начала сокращаться, и мужчина захрипел, я чуть ослабила поток влияния, и грудь вновь вернулась в норму.

— Он чист, — я подняла глаза на вампиршу, — дальше работать нельзя.

— Что, что это значит, — пепельноволосая девушка в панике смотрела на нас.

— Дальше ни один некромант не может работать без разрешения родственников на вторжение в мозг, — Акси подошла практически бесшумно, — Леди Вивьен не сможет дальше работать.

— Какое разрешение, — блондинка взвизгнула, — я все дам, только спасите моего мужа.

— Вам этого достаточно? — мы синхронно кивнули. — Свидетели слышали?

Пока в зале улаживали формальности я погрузила руки в голову гнома. Продолжая сливать магию в накопитель, пропустила момент, когда перед глазами начало плыть. Вопль Аксионеллы тоже пропустила. Ощутила только как по лицу начинает скатываться первая капля крови. От нехватки магии, начали лопаться сосуды.

— Что происходит? — четвертая Принцесса Льда с округлившимися глазами смотрела на происходящее.

— Что-то очень затратное, — фрейлина всплеснула руками, — им не хватает магии. Она все же не Кастадея, а Жанетт привыкла просто страховать Кронпринцессу.

— Что делать? — Архимаг подлетел стремглав.

— Тебе ничего, — блондинка уверенной рукой отстранила любовника.

— Почему? — мужчина от такой наглости даже растерялся.

— У тебя светлый вектор магии, — Акси указала на нити, — а у них темный. Ты можешь только поджарить всех троих.

— У меня первоначальный темный, — Виктор появился за спиной девушки.

— Переучка? — вся компания стремительно бледнела.

— Да, — по-военному четко ответил мужчина и начал снимать мундир.

— Как через темную работать, знаешь? — Акси пристально посмотрела в серые глаза.

— Что? — брюнет развернулся.

— Тогда отойди и не мешайся, — девушка закусила губу.

— Что надо делать? — блондин с фиолетовыми глазами подошел и встал рядом с нами.

— А, — фрейлина успела только открыть рот.

— Вектор темный, как работать знаю, силы хватит, — мужчина закатал рукава, демонстрируя тонкие линии татуировок, опоясывающие руки, — так что делать?

— Сможешь подключится к их фону? — блондинка указала на нас, — Медленно начинаешь вливать магию в рыжую, а она уже будет распределенными потоками передавать ее Леди Вивьен.

— Ясно, — в зале заметно похолодало.

Стоя голыми коленями на полу, я ощущала изменения в комнате острее, чем все остальные. Холод расходился от фигуры моего загадочного кавалера. Прошло не больше минуты, когда до меня начала доходить чужая магия. Сила лилась двумя потоками. Первый шел от самого спасителя, широкий и неконтролируемый, сырая магия. Второй от Жанетт, тонкий и изящный, полностью контролируемый и дозированный под меня. Не теряясь, начинаю сливать поток чужой магии в третий оставшийся пустым накопитель. Жанетт, мгновенно понимая, меняет структуру канала, теперь ее поток кольцуется только во мне, а поток блондина активно уходит в медный диск на серьге.

Медленно вытаскиваю руки из головы гнома. Мужчина открывает глаза и начинает громко и надсадно кашлять. Я же оседаю рядом прямо на пол. Его жена раненым кузнечиком начинает прыгать вокруг нас. И уже перед тем как потерять сознание, слышу недовольное бормотание загадочного кавалера, дальше же только темнота.

Сознание возвращалось толчками. Медленно, словно сквозь огромную ватную прослойку, до слуха долетали отрывки слов. Попытка открыть глаза вызвала сильную резь и слезы. Тело не слушалось и представляло собой свинцовые конечности. Я пыталась вспомнить от чего такое отвратительное самочувствие.

— Леди, вы очнулись? — ко мне подскочила Ара. — Вот, попейте.

— Кас, ты как? — взволнованная Жанетт суетилась рядом, а я не могла оторваться от холодного бока стакана.

— С тобой все хорошо? — с другой стороны на кровати примостилась Акси.

— Вроде, — смогла я просипеть, горло ужасно жгло.

— Что вообще произошло? — эклина с тревогой трогала мой лоб.

— Такое не должно было произойти, — рыжая перехватила мою кисть, — я тебя не первый раз страхую, и ты сливала куда больше в накопители. Сегодня же ты отрубилась после двух, и это еще с подпиткой. Точно, Акси, что за парень делился силой?

— Мне тоже интересно? — с подушек просипела я.

— Михаэль Ротье, — блондинка передернула плечами и подтащила к себе одну из подушек, — третий принц дроу.

— Да, ладно? — мы втроем с недоверием смотрели на Адъютант-фрейлину.

— Его мать пробыла королевой ровно десять месяцев, — тонкая белая прядь механически накручивалась на палец, — Кармела Дюэр, скандал был знатный, даже сейчас еще слышны отголоски, хоть и прошло почти двести лет.

— Убийство маминой седьмой фрейлины, — я вспомнила фотографию зала советов, — после той истории и изменили контракты фрейлин. Теперь вы должны отслужить пятьсот лет при дворе и подготовить приемника перед уходом в отставку.

— Многие до сих пор считают, — Жанетта поднялась, — что дроу нужна была информация, которой обладала министр военного сектора.

— Не доказано, — я приподнялась на подушках, — а без этого нет и дела.

— Отдыхай, мы разберемся со всем, — мои фрейлины растворились в мире теней.

— С тобой точно все хорошо? — Ара подала еще один стакан с водой.

— Со мной да, — я отхлебнула ледяную воду, — что произошло в зале?

— Шуму вы наделали много, — девушка улыбнулась, — после вашего обморока господин Виктор лично отнес вас в комнату, аргументируя тем, что вам опасно находится среди скопления народа, мог произойти эффект затягивания магии. Зал же успокаивали почти полчаса, после чего, конкурс продолжали. Досматривать чайную церемонию не пожелал, к счастью, никто. Леди Анита выступала с традиционным танцем небесного бога. Микэла фехтовала на рапирах. Вас же пытались снять с этого этапа и не присуждать балов. Тут уж возмутились гости. Спасенный вами принц заявил, что его жизнь вполне достаточный показатель таланта и мастерства. Точно, а что все же с ним случилось?

— Жанетт перекрыла ему сонную артерию, — я невинно похлопала глазами, — он просто спал, а все остальное представление. Правда я не рассчитывала на такой расход. Обычно моей магии хватало на шесть накопителей, а тут после двух стало плохо. На подобный эффект я не надеялась. Чем этап-то закончился?

— Вы победили в третьем туре, — служанка опустилась на кровать.

— А второй, когда был? — я напрягла извилины и вспомнила только этап с балом.

— Как раз завтра ваш последний бал и будет завершающей частью второго этапа, — девушка с интересом всмотрелась мне в лицо.

— А почему я первый не помню? — задала я вытекающий из всего этого вопрос.

— Вас оценивали во время первого представления, — блондинка отмахнулась, — выиграла тогда Струкова. Вы же заняли третье место. Правда, после этого среди слуг вы получили прозвище «отмороженная», просидеть весь бал ледяной статуей это еще уметь надо. А теперь спите, вы и так много сил потратили сегодня.

Элинаэтта, надо привыкать называть ее настоящим именем, поднялась и потушила в комнате весь свет. На пороге комнаты она еще раз обернулась, всмотрелась в меня и все же, плотно прикрыв дверь, ушла.

Я же вслушивалась в ночную темноту. Тишина убаюкивала и дарила некий покой. Продолжать участвовать в отборе не хотелось, было большое желание плюнуть на все и сбежать. Домой к семье. Я не хотела и не планировала быть здесь. Я не собиралась быть невестой и биться за сердце принца. Ни страна, ни корона мне не нужны. Зачем я вообще все это прохожу. Нелепые конкурсы.

Ни одна девушка с бухты-барахты не сможет идеально воспроизвести этикет чужой страны. Да, к Королеве никто и не будет придираться. Бал и проверка способностей еще один фарс. Этим занимается армия профессионально обученных придворных. Талант? Королева должна уметь все и еще немного, а не петь, танцевать и развлекать гостей. Еще два этапа, и что-то мне подсказывает более толковыми они не будут.

— Кайл, — произношу я в темноту, — приказ, непосредственная слежка и выяснение настоящих причин данного мероприятия. Разрешаю использовать любые методы и ресурсы. Завтра доставь записку Профессору Ленглу.

«Профессор, доброго времени, пусть Тьма благоволит вам. Есть ли способ выслать фальшивый лист допроса. Нужно для следственных мероприятий. Под воздействием написанного человек должен произнести признание. Можно ли его зафиксировать? Незнакомка».

Тень дрогнула, и записка растворилась в ночи. Я же медленно, словно нехотя, погрузилась в тревожный сон.

Глава 12

Утро я встречала в постели, тело ломало нещадно. Последний раз я ощущала такое лет пять назад, когда принимала вторую сущность, и тело впервые превращалось в демона. Сейчас было что-то похожее только сразу и везде. Сил не хватало даже на поход в ванную, не говоря уже о срыве отбора. Пошевелив рукой, призвала к себе записки со столика. Первая ярко-желтая бросилась в глаза, и решила начать с нее.

«Кастадея! Где твои мозги? Ты что вчера устроила? Ты решила убиться? Так обратись ко мне, я найду более гуманный способ лишить империю Кронпринцессы. Я рассчитываю, что к моему приезду ты будешь в надлежащем виде. Если это будет не так, ты немедленно покидаешь Занзед и возвращаешься в Миртос.

Леди Элеонора».
Глаз нервно дернулся, у Эли слова с делом не расходились никогда. Она же на самом деле скрутит меня и притащит под ясные маменькины очи, а взгляда ее золотых глаз боятся все, включая меня. Суровая Королева редко вспоминает о наличии меня, но, если это происходит, Темный сохрани.

Пятая точка почувствовала приближение неприятностей, и ей это не понравилось. Мозг похоже был с ней солидарен, и, пять минут спустя, все мое тельце стояло под ледяными струями. Стуча зубами и ругаясь сквозь зубы, я рассматривала себя в зеркало. Темные круги никуда не делись, но в остальном я выглядела вполне прилично. На труп была не сильно похожа и на том спасибо.

Волосы пришлось просушивать магией, на часах оказался обед, а не ранее утро, как я предполагала изначально. Странно меня никто не тревожил. Элинаэтта появилась только после обеда с моим платьем в руках. Я же читала вторую записку.

«Я даже представить не мог, что на квалификационном задание тебе такое потребуется. Подделать можно не сам протокол, а текст на нем. Задаешь вектор сокрытия, поверх наносишь маскирующие и уже после надиктовываешь нужный для работы текст. С твоим запасом магии должно сработать, все же затратная работка. С протоколом сработает единожды, с листами допроса, пока силы есть, с заключениями экспертиз, как постараешься. Данным видом работ не злоупотребляй, особенно если не твой отчет.

Наложить фиксирование признательных или уточняющих допросов можно даже без твоего непосредственного присутствия. Достаточно, чтобы основной лист всегда находился около тебя в активном режиме. Он сам запишет все, что связано с твоим делом. Ты же понимаешь, это большой секрет нашей академии. Профессор Зюльстберштрамирг, фух, еле написал, потратил почти семьсот лет на изучение таких возможностей. Сейчас вся информация является собственностью академии.

P.S. Девочка, не огорчай меня, и докажи этим старым пердунам, что следователи-криминалисты в своих не ошибаются.

Профессор графологических и протоколоведчиских наук,
Лауреат премий за магический вклад в наукоемкие отросли,
Кавалер ордена Вербиры высшей степени,
Третий ректор Академия военного и тактического искусства Высшая Военная Пелозия,
Заведующий кафедры „Следствия и Дознания“
Агуст Ленгл, Барон Фильдшьен».
Закончив читать, от радости в кресле чуть не подпрыгивала. Завтра можно будет подменить допросный лист на другой и посмотреть на реакцию не особо уважаемых мною людей.

Перевожу внимание на почти бывшую служанку, под объемным чехлом платья обнаружилась небольшая дорожная сумка. Руки девушки едва заметно подрагивали, она с каким-то непонятным для меня отчаянием смотрела на комнату и меня.

— Может не стоит? — светлые глаза смотрели с такой преданностью.

— Поздно, — я спрятала в складках платья мелко подрагивающие руки, — сегодня ночью тебя попытаются по-тихому убрать, а ты мне нравишься, и я этого не хочу.

— Как только я покину территорию людей, меня попытаются схватить, — глубокий вдох застрял в легких.

— Не смогут, — уверенно встала я, — тебя перенесут во дворец вместе с фрейлинами. Отследить такую массу разно-векторной и разно-профильной магии одновременно очень сложно. Это могут всего с пару сотен специально обученных ищеек, а их услуги стоят немало. Да и в королевский дворец пробраться рискнут еще меньше. Его стены ты покинешь уже в обычном экипаже, дорога до убежища займет около пяти дней. Поверь сделано все, чтобы тебя спрятать. Только обещай слушаться сопровождающего и не пытаться сбежать. Ко мне ты все равно вернешься, но за твое состояние мне боязно. Прости, но всего рассказать пока не могу. Чуть больше месяца, и поверь, с дурными намереньями приблизится к тебе, только смертник.

— Я уже поняла, что при дворе нынешнего правящего рода вы имеете хорошее влияние, — она присела на корточки перед креслом, — только, как я не старалась, я не могу понять, кто вы. Вся ваша личность как будто скрыта.

— Так и есть, — почти согнувшись пополам, я обняла эклину.

— Тогда сейчас я должна сделать все идеально, — ее тонкие пальцы погладили меня по спине, — вы будите лучшей сегодня.

— Кайл? — заметив шевеление тени в углу, вопросительно изогнула бровь.

— Позволите? — перед моими глазами встала неприличная картинка.

— Тебе жениться пора, — в голос взвыла я, — а не за девицами подсматривать, если мать разрешит, я не против. Планов задерживаться здесь дольше двух, максимум трех недель, у меня нет. Элинаэтта, с тобой отправится Кайл, он за тебя отвечает головой. Любой вопрос, проблему, да хоть палец уколола, сразу к нему.

— А это уместно? — она ловко собирала локоны на моей голове.

— Не бойся, — я улыбнулась в зеркало, — меня уж точно не собираются убивать и похищать.

За разговорами и спорами пролетело все отведенное время на сборы. Мы обе с глупыми улыбками смотрели на присланное Михаэлем платье. Я нервно посмеивалась, а Элин доводила до сознания посыльного, куда он может катиться со своим ворохом прозрачной ткани. На вид это было килограммов пять полупрозрачного шелка веселенькой розовенькой расцветочки. От обилия данного, конкретно этого оттенка прошло все: и голова, и руки, и тельце в целом — захотелось сбежать, куда подальше.

Спустя минут двадцать, когда меня уже упаковывали в бальное платье в комнату влетели два амбала. Один представлял собой негодующего третьего принца дроу, а вторым был злой Колин. Оба с неприкрытой ненавистью смотрели друг на друга, и только ядом не плевались. Смотрелось это забавно, но грозило затянуться на долгие часы. Мне же еще предстояло проверить работу слуг и оформление зала.

— Я извиняюсь, — Элин сильнее затянула шнуровки, — но какого Светлого вам двоим понадобилось в моей гостиной?

— О, вы прекрасны, — блондин попытался приблизиться ко мне, но, смотря на улыбку Колина, наткнется он явно на преграду, — вы разбили мне сердце, променяв мой дар на это убогое платье.

— Кстати про платье, — я нахмурилась, — Ара, где юбка, ее надо вернуть Леди Аксионелле?

— Не волнуйтесь, — она наконец-то завязала шнуровку, — все уже возвращено, а это платье вы сможете оставить себе. Так было написано в записке присланной Кронпринцессой Кастадеей.

— Если уж ставить вопрос таким боком, — в разговор наконец-то вмешался Архимаг, — то выбор невесты Кронпринца Колина я одобряю. С вашим отцом, Михаэль, у нас теплые дружеские отношения, а вот с Миртосом их вообще нет. Даже платье значит для нас многое, да и представительница из их страны — это почетно.

— Михаэль, позвольте дать вам совет, — я нагнулась и подхватила со столика перчатки, — держитесь подальше от посольства и королевских представительниц.

— С чего такие бредовые советы, — на лице обоих мужчин отразилось непонимание.

— Ни вашему отцу, ни вам лично, — я тыкнула пальчиком в блондина, — не простили смерти королевской фрейлины.

— Мы никого не убивали, — фиолетовые глаза расширились от удивления.

— Кармела Дюэр, — я последний раз взглянула на себя в зеркало, — одна из двенадцати фрейлин Королевы Сисилии.

— Мать умерла при родах, — в отчаянном крике слышалась попытка доказать и самому себе эти слова.

— Я посмотрю, — приблизившись вплотную к мужчине, подняла лицо вверх, заглядывая ему в глаза, — как тоже самое вы будите доказывать ее королевскому представителю, Адъютант-фрейлине королевы, и по совместительству лучшей подруге вашей матери, Графине Элеоноре Размер. Не верите мне, спросите у любого демона. И если вам еще не отомстили, то сохрани вас Темнейший.

— Она тут? — губы принца побледнели.

— А теперь прошу меня простить, — я взмахнула перчатками, — мне еще предстоит посмотреть готовность к балу.

— Я ничего не слышал, — в спину мне понеслось оправдание, — я хотел бы встретиться с вами и услышать версию демонов.

— Все вопросы к господину Архимагу, — указала на стоящего столбом брюнета, — а я — королевская невеста, я тут ничего не решаю.

Тяжелое платье не позволяло бежать по коридорам замка, на голых лопатках я чувствовала обжигающий взгляд двух принцев. Жесткий атласный корсет с золотой вышивкой не давал свернуться в комочек. Многослойная тюлевая юбка сверху прикрывалась жестким ассиметричным продолжением верха, который создавал ощущение второй юбки. В гардеробе Жанетт висело точно такое же только традиционного алого цвета. Мое же было более насыщенного красного.

За суматохой последних приготовлений я окончательно выкинула из головы все, что связано с принцами и им подобными. Этот этап я обязана выиграть во чтобы то ни стало. Если опозорюсь, оправдания мне не найти.

Зал был украшен идеально, амуры проинструктированы, а слуги при моем приближение начали дышать через раз. Еще раз критично осмотрела весь зал, и удовлетворенно вздохнула. Голова начала немного кружиться, но сделав палу глотков легкого вина, взяла себя в руки. Прозвучал колокол, и я поспешила скрыться за своими дверьми.

Через закрытые створки было слышно, как гости наполняют просторное помещение. Посмотрев на затянутые в красное руки с ужасом осознала, я не контролирую их. Пальцы мелко подрагивали, а ладони свело иголками. Еще немного и я второй раз свалюсь в обморок. С не меньшим удивлением обнаружила, что форму военных вижу коричневой, а синие гобелены серыми. Побледнев, наконец-то поняла, мое состояние не связано с магией, вторая сущность начала тянуть уже мои силы. Еще неделя, край две, и она возьмет верх, над моей разумной половиной.

Двери распахнулись, и я с приклеенной улыбкой начала спускаться по ступеням. Гости зашушукались по углам. Да, мой вечер отличался от первых трех, в одежде и гардеробе не было ограничений. Зал же был окутан туманной дымкой и завораживал магическими переливами тканей и текстур. Именно так выглядели дворцы джинов. Сейчас же все это было перенесено сюда, в большой бальный зал.

Королева светилась, как полночная звезда, и рассекала зал в откровенном платье. Гости тихо ржали в кулак. Король не знал на что ему смотреть на голую спину жены или в декольте приглашенных гостей. Виктор и Колин опять волком смотрели на меня из дальнего угла. Музыка и оркестр я подбирала лично, наверное, это единственное, что я умею делать превосходно. Как хозяйка вечера, я могла отказываться от танцев и, не стесняясь, пользовалась этим.

Дабы не искушать судьбу, посольство я обходила по широкой дуге. Горящие глаза Леди Элеоноры ничего хорошего не предвещали. Привлекать лишнее внимание тоже не хотелось. Да и состояние, откровенно говоря, было не из лучших.

Когда без проблем прошла большая половина вечера, я поняла, что влипла. Руки начали трястись так, что верхний, жесткий слой юбки уже не спасал. Быстро оглядевшись, почти бегом сбежала на северный балкон, и только в момент, когда магия щелкнула показывая, что полог встал, взвыла. Болело все: от кончиков ногтей, до корней волос.

Тихие шаги за спиной я не услышала, пока обжигающе ледяные руки не коснулись обнаженных плеч. Холод одновременно дарил покой и острое желание впиться клыками в шею его обладателя. Одна из ладоней закрыла мои распахнутые глаза.

— Положи руки на перила, — обладатель голоса точно знал, как обращаться с демоном, у которого начинает ехать крыша.

— Ррр, — вместо внятной речи получалось рычание, а руки словно примерзли к поручню.

— Очень жаль, — руки провели по моему телу, распространяя холод, — очень жаль, что на тебе это платье, а не мое. Я же видел, сил в тебе было на двух меня, а вот эмоций совсем не было. Увидев тебя с утра, подумал, что ошибся. Но нет, я был прав. У тебя начинает сносить крышу. Сколько тебя не кормили, неделю, две?

— Отойди от нее, — за нашими спинами раздался оглушительный рык Виктора.

— Ты сможешь справится с демоном? — по моим зубам скользнул наглый палец. — У нее уже крыша от голода едет.

— Твою же, — брюнет выругался сквозь зубы, — кого звать, Аксионеллу?

— Нет, — сквозь зубы с истеричными и рычащими нотами просипела я.

— Почему? — вот тут они удивились уже оба, кто и чему, я не вникала.

— Печать, — не думала, что в двух таких коротких словах можно столько рычать и шипеть.

— Какого ты молчала? — послышалась возня и по спине прошлась магия, вытаскивая наружу печать запрета.

— Что это? — первый голос с интересом осматривал меня.

— Большие проблемы, — зло прошептал Камал, — она не сможет сомкнуть зубы, печать не даст. Готовься, через пару минут у нас будет невменяемый демон.

— Есть способ, держи ее крепче, а лучше запрокинь голову на плечо и зафиксируй, — дальше я расслышала только шорох моих юбок.

— Что ты задумал, — Виктор сделал все, как и сказал первый.

— Просто держи, — из-под ткани последовал приглушенный ответ.

Демонесса боролась и билась. Сознание балансировало на гране, грозя сорваться в черную пропасть и выпустить наружу мою вторую половину. Еще мгновение и я раскрываю в немом крике рот. По телу прошли первые искорки. В сознание ворвались вспышки болезненного удовольствия. Тело скрутило в тугую спираль и, как взведенная пружина, тряслось от нетерпения и ощущений. Умелые движения, и оголодавшая по эмоциям я. Долгого и упорного процесса не потребовалось. Пара минут и я уже кричу и плачу от пронизывающего все тело блаженства. Лишь мимолетно отмечаю, как меня усаживают на лавочку.

Сердце медленно успокаивалось и в голове начало проясняться. Мутным взглядом обведя балкон, обнаружила спорящих Виктора и Михаэля. Хотела сказать и возмутиться, но потом просто решила расслабиться и ждать, когда разберутся сами. Минут через двадцать, я уже вполне осознано ржала над спорщиками.

— Как давно ты под печатью? — Виктор посмотрел на меня в упор.

— Без нее меня не допускали до последней сессии, — флегматично пожала плечами.

— Идея отца? — парень опустился на корточки передо мной.

— Нет, — отрицательно покачала головой, — профессора Изтер. Она с первого курса меня недолюбливала, а потом ей пришла в голову столь замечательная мысль. Продержусь ли я полгода.

— Сколько еще осталось? — с другой стороны присел блондин.

— Чуть меньше месяца, — я прикинула, а сколько действительно осталось.

— Ты не продержишься, — брюнет притянул мою кисть к себе, — я поговорю с отцом.

— Не надо, — я скривилась, — а то еще найдут к чему придраться.

На балконе мы просидели еще почти час. Пока парни не решили, что угрозы я больше не представляю и меня можно выпускать к народу. За время отсутствия обстановка сильно не изменилась, ну разве только Леди Элеонора под громкие аплодисменты отпускала комментарии про королеву.

Когда до моего блаженной встречи с постелькой оставался всего один танец, меня все-таки отловили.

— Леди, так не честно, — мужчина приятной наружности, в котором я с ужасом вспомнила своего первого учителя и отца Жанетт, выдернул меня на танцпол.

— Я вынуждена следить, — в мозгу тут же промчались все уроки Сая Виар, — за всем происходящим, и на танцы времени совсем не осталось.

— Вы изумительно выглядите, — промурлыкали мне на ухо, — я рад, что вы знакомы с миром вампиров.

— Про что вы, темнейший Сая? — слава вырвались прежде, чем я успела подумать.

— Кас, — хитро прищурились красные глаза, — даже если тебя скрывает печать, по запаху я тебя всегда найду. Ты плохо выглядишь, все в порядке?

— Не волнуйтесь, — я расслабленно улыбнулась, — вот получу диплом и на неделю к морю.

Музыка стихла, я же чуть ли не первой рванула на выход, наплевав и на этикет, и на традиции. Комната, как и предполагала, была пуста. Элин с моими фрейлинами должна сейчас перемещаться в Миртос.

Кое-как стянув платье, сразу рухнула в кровать. Сил хватило только отметить угол записки, торчащий из-под подушки. Дальше сознание просто выключилось.

Глава 13

К моему несказанному удивлению, утро встретило меня приятной расслабленностью и нежеланием вылазить из-под теплого одеяла. Тело было наполнено мягкой истомой, хотелось окончательно раствориться в перинах и забыть про весь внешний мир. Краем бокового зрения зацепилась за уголок конверта и, перевернувшись на живот, решила распечатать прям так.

«Моя Леди, я с грустью расстаюсь с вами. Кайл сказал, что встретимся мы теперь только после разрешения королевского дворца. Я знаю, что из меня сделают ценный приз в какой-нибудь игре. Но знайте, те недели рядом с вами дали мне надежду. Ты сказала, что путь займет около пяти дней, а через три недели я снова окажусь около тебя. Всеми силами я постараюсь затянуть поездку. Мои предположения похожи на бред сумасшедшего, но я молюсь всем известным мне богам. Я хочу быть при тебе, ты единственная, кто сдержала слово и не стала пользоваться своей властью. Ты дала мне свободу, мизерную, но свободу. Рядом с тобой, я наконец-то смогла дышать. Ради тебя, я откажусь и отрекусь от всего, моя Леди!».

В горле встал комок. На глазах навернулись слезы. И, не сдерживаясь, я разрыдалась, уткнувшись в пахнущую лавандой подушку. Зубы клацали от подвывания и тоски. Не отдам, моя фрейлина. Проплакав с полчаса, все же успокоилась и начала релаксировать. С горем пополам это помогло отвлечься и уже более осознано смотреть в потолок. Поднявшись, обнаружила еще один конверт.

«Пробьют часы, что молвят раз в столетье,
Закружат в зале, словно в танце: свет и тьма.
Растает в прошлом память о тебе самой,
Сокроет тьма, потухнет свет, придет конец.
Играя честно, невозможно победить,
Играя подло, невозможно проиграть.
Сама себе ловушкой в прошлом станешь,
Спасет лишь тот, кто знает настоящей.
Из вариантов бесконечных предложений,
Одно спасет, а остальные приведут к концу.
Коварству смертных — нет предела,
Коварству мертвых — нет преград».
По спине пробежал табун мурашек. Странное послание заставило подобраться и утереть сопли. На пророчество похоже не было, слишком уж нескладно. Больше напоминало угрозу или предупреждение. Письмо заставило не на шутку встревожиться, Кайл уехал вместе с Элианеттой. Конечно, рядом всегда находилась дюжина охраны, но, по-моему же приказу, пятеро сейчас следили за происходящем в замке.

Глубоко вздохнув, успокоилась, сожгла к Светлому записку, откинула спутанные волосы за спину и гордо пошла издеваться над протоколом. Часа два мучений увенчались успехом, передо мной лежал готовый лист с поддельными показаниями. От лица Мартелии там рассказывалось и о завоевательных планах сына, и о факте распутства Короля, что она бесплодна, а Колин бастард. Бумажка получилась замечательная, а самое главное совесть была со мной солидарна.

Закончив с приготовлениями, улеглась вновь. Мысли лениво блуждали в голове, плавно перетекая с одной темы на другую. Думать о чем-то серьезном и возвышенном не хотелось. Состояние было приближено к полной отключке. В нем я и пробыла до вечера, пока один из охранников не отвлек меня, настойчивым указанием поесть.

Лениво ковыряясь в овощном салате, дико зевала. Поскорее хотелось вернуться в кровать и продолжить ничего не делать. Лень подкралась незаметно, сама про себя улыбнулась глупой мысли. Запихнув в себя пару листиков, вернулась в объятия перин. Минут сорок спустя, я уже бессовестно дрыхла.

Очередное утро я встретила уже в обед. Запах клубничного шоколада стоял такой, что проснулся бы даже мертвый. Сладко потянувшись, выбралась из мягкого и теплого плена. Насладившись любимым напитком, задумалась, когда появится моя служанка. Арабелла опаздывала, сегодня должны были подвести итоги за второй этап.

Нахмурившись, посмотрела в зеркало, почему я не помню оценки за третий этап. Прочитав легкое заклинание, проверила мозг и тело на наличие заклятий и проклятий. Магия показала полную целостность магического контура, значит на мне ничего нет. Тогда откуда такие провалы в памяти? Неужели из-за долгого отсутствия подпитки начала страдать память?

Записка, обнаруженная под подушкой, вызвала вопросы, я не помнила, кто ее написал, хотя отчетливо помню, как вчера читала ее и еще одну. Убедившись, что даже моя укрепленная на первом курсе парой не совсем легальных ритуалов память меня подводит, быстренько села писать письмо профессору ментальных наук.

«Профессор Эвердор, во время выполнения задания, моя память была изменена. Заклинание не выявлено, проклятий тоже. Нарушена только мелкая целостность. Даже четко сформировать проблему не могу, последствия ритуала, цепляют обрывки, но даже их мощи не хватает, для обнаружения причины. Незнакомка».

Отправив записку, стала ожидать ответа. Профессор ментальной магии отличался щепетильностью к своей сфере, и факт того, что на его студентку смогли оказать воздействие пожилой эклин, не мог допустить. Память опять царапнула — эклин? Что меня связывало во дворце с представителем такого редкого и малочисленного народа? Откинулась на спинку кресла и прикрыла глаза.

Память услужливо показывала всю цепочку моего пребывания во дворце, но на каких-то моментах, возникало ощущение разбитого осколка. Из лекций я знала, что такое происходит от чистки памяти, но проверка не выявила ничего, а я все же не менталист, я некромант. Как я и предполагала, ответ пришел через час.

«Я доложил о твоем случае в администрацию, многие профессора согласились, с тобой поработал маг с уровнем не меньше Старшего Магистра, а в моей отросли таких всего пятеро, в ближайшее время я свяжусь с ними, и доведу до их мозгов, что трогать моих выпускниц не очень правильно для жизни.

По твоему возвращению, я лично займусь твоей памятью, сейчас постарайся нагружать ее как можно меньше, чем меньше склеек, тем проще будет ее восстановить. По твоему описанию, я могу заключить, что это была — сшивка. Неприятная вещь, но снимается быстро.

Профессор ментальных наук,
Лауреат межконфессиональной премии за вклад в маг. Науки,
Старший преподаватель кафедры „Следствия и Дознания“,
Генрих Эвердор, Граф Эшли».
Нахмурившись отложила письмо, странно это все, кому вообще понадобилось тратить столько сил на столь аккуратное подчищение памяти. Да, и что такого могли зачистить? Информацию по делу не тронули, мои, скажем так, похождения тоже, и тут в мозгу щелкнуло, человек не видел, что он корректирует. Мне откорректировали не память, мне стерли что-то конкретное, не затрагивая все в целом. Быстро накидала догадки на лист бумаги, и отправила их профессору.

Полученный ответ, подтвердил мои опасения. Из памяти стерли определенные обстоятельства, а не копались в голове. Снять это было уже сложнее, но при этом воздействие все, что я до этого знала, сохранялось в первозданном виде. Сознание как бы само накладывало картинки друг на друга. И только проведенные ритуалы позволяли чувствовать несостыковки в памяти.

Из размышлений меня отвлек перезвон упавших на стол пластин. Ребята вернулись с патрулирования, и теперь три переливающихся автоматических стеков. Внимательно осмотрела их и, убедившись в целостности, провела по гладкой поверхности. Первое воспоминание затянуло внутрь.

«— Я вас спрашиваю, кто разрешил этой дуре открывать свой рот! — злой Виктор орал на охранный взвод. — Вы понимаете, что будет, если информация с этого листа всплывет. Вы, уроды, даже за бабой проследить не могли нормально. Теперь вы, кретины пустоголовые, от нее не отходите ни на шаг. Ясно?

— Так точно, — высокий блондин отдал честь, — но что такого в этих листах, прижать следователя как обычно, да и все дела.

— Придурок, — сквозь зубы прошипел разгневанный брюнет, — попробуй прижать к стенке демонессу, я посмотрю на сколько тебя хватит и через сколько ты будешь трупом.

— Невеста? — по рядам пошли пересуды.

— Она выпускница ВВП, — Виктор устало потер глаза, — Гресис просто так не дастся, и демоническая кровь сыграет свое, в момент опасности вы сами развяжите ей руки. Любой суд признает защитой. Даже Дидрих не решился подавать жалобу Королю после того, как она его об стенку приложила.

— Приказ, — тот же блондин взревел во всю мощь легких, — Леди не трогать, если допросные бланки появляются, лист около нее, найти! Королеву под замок в ее комнатах, с момента поступления данного документа, все ее действия рассматриваются, как диверсия и предательство. Со всех невест не спускать глаз. Все действия только с моего разрешения. Выполнять!

— Не перестарайся, — Виктор бросил вояке лишь отрывистую фразу, — это становиться опасным».

Пластинка рассыпалась в мелкую пыль. Я же улыбнулась, задуманное удалось, правда признаний и нужной информации еще не поступило, но это пустяк. Две недели, я подожду. Подтянула к себе второй стек и погрузилась в воспоминания.

«— Эдрих, — брюнет влетел в королевский кабинет, — ты видел, что наделала твоя курица?

— Виктор? — Архимаг вопросительно поднял бровь.

— Молчи, — зло шикнул Камал, — тебя вообще не спрашивают.

— Не забывайся, — на лице Короля заходили желваки.

— Он бастард, — кивнув на Кронпринца, мужчина упал в кресло, — и благодаря твоей дражайшей супруге любой, кто займется убийством Фридриха, сможет об этом узнать.

— Что? — два одинаковых возгласа и шокированных взгляда.

— Она растрезвонила об этом, — и на стол полетел поддельный лист допроса.

— Вот же идиотка, — Айор-старший поднялся и отыскал в книжном шкафу бутылку виски.

— Это не смешно, — схватив со стола документы Колин принялся жадно их читать.

— А никто и не смеется, — Витгрес Занзеда приложился к бутылке.

— Если эта информация просочится, — Эдрих вытер стекающие по подбородку капли, — ты никогда не займешь трон.

— На следующие сутки, — Виктор подпер голову кулаком, — любая страна, узнавшая об этом, объявит нам войну. Нас просто разорвут на части. Если же Вивьен сообщит об этом дворцу, молиться нам только за упокой в небесных твердях. Миртос ни остановится, Интерия им поможет, да и Измерия не простит попытку выдать, хоть и гулящую, но принцессу за бастарда.

— Виктор, работай, — Король суровым взглядом посмотрел на парня.

— Хорошо, — все поднялись».

Воспоминание исчезло, я же грустно вздохнула. Ничего толкового и нужного. Прикусив губу, стала прикидывать, а вообще выгорит хоть, что из этой авантюру. Пока единственная полезная информация, что они признали бастардство Колина. Размяв затекшие мысли, потянулась за третьим запоминателем.

«— Колин, — мужчины были в незнакомой мне комнате, — где твоя эклина? Пусть заставит отдать оригинала записей, а девчонку убьет.

— Ара сбежала, — парень прикрыл глаза, — эта мерзавка подала на нас в суд. Не знаю как, но за ней теперь стоит сама Кастадея, у нас больше нет эклины.

— Ты хочешь сказать, мы просто так угрохали все эти годы? — зло произнес старший мужчина, — Ты хоть знаешь сколько сил ушло на то, чтобы поймать такую дуру, она добровольно подписала рабский контракт. Она служила бы до конца своей никчемной жизни. Герцогу Вилору пришлось пожертвовать для этого репутацией, он как слюнявый щенок таскался за этой замухрышкой. Он уложил ее в кровать и заставил подписать бумаги. А сейчас ты говоришь мне, что, обойдя контракт, она перешла под защиту Миртоса?

— Мои люди перерывают все документы, — Айор-младший свернулся, — прямых доказательств нет. Единственная связь, это Вивьен. Ее уже раз сто проверили, даже память подчистили, она ее не вспомнит. Суд мы проиграем, адвокаты сказали, что у обвинения есть все документы. На них нет ни грамма магии, ощущение, что были переданы простым человеком. Мне тяжело это говорить отец, но во дворце шпион, и он работает на демонов.

— Ты уверен в Вивьен? — Эдрих нахмурился, — Она первая подозреваемая.

— Уверен, — парень кивнул, — с ее магии еще во время убийства Фридриха сняли оттиски. Есть предположение, что на первом балу он ей сообщил некую информацию, опять же прямых доказательств нет. Фридриха, к сожалению, убили по приказу матери, а память девушки зачистили сразу, на балу.

— Свяжись с магом, — Король стал серьезным, — пусть он откроет ее память.

— Он полчаса назад прислал записку, — Кронпринц нервно прошелся по кабинету, — он больше не будет с нами работать. Причин он не назвал, в письме был только отказ.

— Да что такое происходит! — Эдрих врезал по столу. — Назначь шпионов, пусть отслеживают невест и Виктора.

— Хорошо, отец, — парень поклонился.

— И знай, если про тебя станет известно, — Айор-старший нахмурил брови, — я немедленно отрекусь от тебя, Кронпринцем станет Айлик.

— Я понимаю, — лицо развернувшегося Кронпринца потемнело, — правда, если доживет».

Тихий шепот в конце заставил рассмеяться. Вот так номер. Значит Колин не желает делиться нагретым местом. Этим вполне можно было воспользоваться, а вот информация про два затертых момента насторожила. Я не сильно горела желанием становиться пешкой в этой игре. Медленно стряхнула с рук оставшуюся пыль и перевела взгляд на вошедшую русоволосую девушку с невыразительными серыми глазами. Мозг тут же сообщил, что это моя служанка, но охрана дернулась, показывая, что ее, в отличии от меня, видят впервые. Получается первый затертый фрагмент — моя служанка. А вторая разговор на балу с убитым мужчиной.

Виктор попал в немилость, это тоже порадовало, но почему письмо с отказом мага пришло так быстро? С учителем я связалась только утром, а письмо по моим подсчетом пришло полтора часа назад. Разница меньше часа.

— Как тебя там, — махнула я на девушку, — когда уже результаты?

— Леди, простите, — голос служанки дрогнул, — но я сообщила вам их еще вчера, после оглашения.

— Издеваешься? — под моим ледяным взглядом она съежилась.

— Нет, нет, — девчонка активна затрясла головой, — вы выиграли второй этап, у вас уже две победы.

— Хм, — я просверлила ее взглядом, — свободна.

Служанка вылетела из комнаты, как ошпаренная, я же глубоко задумалась, я потеряла целый день воспоминаний. Что же вчера было? Как не напрягала память, так и не вспомнила.

Часы отбили ужин, с ненавистью посмотрела на появившейся салат. Захотелось взвыть от тоски и разочарования. Радовало только одно, больше мою память не тронут. Да, и такими темпами до четвертого этапа осталось всего два дня. Поковырявшись вилкой в салате, отодвинула надоевшие овощи, такими темпами я с голода быстрее помру, чем от неудовлетворенности.

Прислушавшись к себе, заметила маленькую такую деталь, на которую до этого не обратила внимания. Я сытая! Что б их всех, моя вторая сущность от пережора впала в транс, и сейчас никак не отзывалась на призыв. Я не могла принять боевую форма, она просто выключилась. Такое открытие меня не порадовало, захотелось тут же пойти и набить Колину рожу.

Но планы так и остались планами. Единственная информация, что мне оказалась доступна, что Виктор вчера приходил ко мне, и ушел только утром. Это сняло вопрос моего объевшегося состояния, но вызывало другой. Кому понадобилось стирать этот эпизод из моего мозга?

С такими нелегкими мыслями я и провалилась в сон.

Глава 14

Утро четвертого этапа я встречала на подоконнике библиотеки. Меня жутко раздражала сама мысль о журналистах, а если верить полученным сведениям, то именно общение с ними мне и предстоит. Интервью всегда было больной темой для меня. Я не умела строить заумные и красивые фразы, которые отвечали бы на вопрос, ни раскрыв информации. Даже профессора в один голос заявили, что сочинять я не умею. Поэзия была не моей стезей. Вдохновенно врать могла, а вот напускать туман и интриговать словами — нет.

Из-за этой причины я сейчас сидела и изучала записи по старым отборам. Их набралось не так много и больше половины проходили еще до великой войны. Мне же она была жизненно необходима. Я не верила, что спрашивать нас будут о фасонах платьев и трендовом сезоне этой годовой трети.

Отобрав документы и записи по последним двум отборам, с задумчивостью погрузилась в них. Первый проходил почти семьсот лет назад, второй же около пятисот, и он был последним, если не считать сегодняшний фарс. Оба проходили в пять этапов. Первый совпадал — представление участниц и оценка их поведения. Перечитав листы критериев, нашла сильные отличия. Фраза: «Дама должна явить собой благородие королевской стати», — порадовала несказанно. Особенно, если взять во внимание такие критерия на нашем отборе. У нас их не было. Только фраза: «Все решает Кронпринц».

Второй этап представлял собой изучение заранее подготовленных домовых книг и документов. Побеждала та, кто выполнял работу правильно, четко и с наименьшими огрехами. Попыталась сопоставить наш этап и документы. Нет, конечно, если брать во внимание только суть, то делали мы то же самое: показывали свои знания в управлении и ведении дворцового хозяйства. Но вот если углубляться в детали, занимались мы не пойми чем. Это даже близко не тянуло на проверку знаний по экономике, финансовому движению, денежному обороту, документальной грамотности и остальным сорока восьми пунктам, прописанным в документах.

Третье испытание должно было показать знание придворной жизни, этикета и традиций. Как я поняла, девушки собственноручно готовили подношение богам, причем всем, а не только своему. Это позволяло выявить все вышеперечисленные навыки. А что делали мы? Да ничего мы не делали, поработали шутами на потеху послам и знати. Ни один из навыков, перечисленных в документах, это точно не проверяло.

Четвертое конкурсное испытание выявляло способности девушек к мотивированию и побуждению народа, их манере общения и таланту управления. В течение недели, каждая из участниц руководила небольшой группой незнакомых людей. За это время они должны были выполнить задания по сбору ресурсов, провизии, изготовлению оружия и все в том же духе. Можно сказать, их проверяли, смогут ли они организовать оборону замка, если мужа не будет. «Что проверяют у нас?» — тот еще вопрос, но чувствую, не эти качества уж точно. Максимум — это наличие мозга на его законном месте.

Пятое задание везде отличалось, но смысл оставался один: проверка благородства и благочестивости. Вот тут у меня нервно дернулся глаз и вырвался смешок, как интересно это будут проверять у нас? В более ранних записях проверяли на камне богини дев. Чем ближе к нам, тем чаще проверяли маги. В последнем отборе использовали ритуал невесты. Чувствую, у нас будет веселее.

Отложив бумаги, я перевела взгляд на опустившийся рядом стек. Пластинка поблескивала в лучах полуденного солнца. Протянув руку к холодному стеклу, погрузилась в воспоминания.

«— Эванеска, — брюнет поднялся при виде гостьи, — как давно тебя не было видно.

— Дидрих, — с жаром проворковала миниатюрная шатенка, водя пальчиком по камзолу мага, — ты совсем меня забыл, я уже мечтательно примеряла чулочки для нашей встречи, когда меня так жестко разочаровали. Я всего лишь должна взять интервью у ваших куриц. Милый, я и так знаю, победит Анита, таким даром не разбрасываются. Тогда к чему такие трудности? Мы куда продуктивнее проведем время в твоей спальне.

— Эва, — мужская рука жестко перехватила волосы, — не забывайся. Тебе сказано, ты сделала. Я второй раз повторять не собираюсь.

— Я поняла, — сдавленно пропищала красотка.

— Тогда запомни, — Колин приблизился к губам девушки, — ты задаешь только те вопросы, которые тебе предоставили в королевской канцелярии, или я обещаю следующие наши развлечения будут проходить в пыточной.

— Хорошо, — глаза шатенки были распахнуты, — я поняла.

— И запомни, выиграет не Стюат, — развернув девушку к себе спиной, — выиграет та, которую выберет Принц.

— Я запомню, — Эванеска провокационно качнула бедрами.

— Ну, а теперь к твоим чулкам, — Айор-младший нагнул девушку над столом».

Стекло рассыпалось у меня в руках, я же усмехнулась своим мыслям. Переведя взгляд на мельтешащую рядом тень, протянула руку, на которую тут же лег скомканный лист. По моему довольному лицу расцвела самая кровожадная улыбка. Слуги, пришедшие в обед, услышав, что интервью состоится не в беседке, зале или еще Светлый знает где, а в библиотеке, чуть не лишились жизни. По их восковому лицу было понятно, что такого никто не ожидал. Следовательно, сделать подлянку в комнате, которую я не покидала, не представлялось возможным.

Слуги удалились за репортерами, я же щелчком пальцев приоделась. Свое платье я выбрала еще вчера, в нем мама выступала перед собрание совета союзных стран, оно как ни одно другое символизировало для меня ее талант и успех. Идеальный белоснежный корсет, по низу украшенный искусной кроваво-красной вышивкой роз. Полная асимметрия юбки. Мятая ткань сзади, впереди собранная в жесткие воланы. Юбка прикрывала ноги только до середины бедер, что позволяло продемонстрировать белоснежные туфли на шпильке. Образ довершала красная шляпка с сеточкой прикрывающей глаза.

Вернувшись на подоконник, расправила хвост платья, придала позе расслабленность и легкий намек на флирт, призвала томик по некромантии и стала ожидать гостей. От такого сидения ноги начало сводить уже минут через семь, а гостей все не было. Что-то не торопится госпожа журналистка за моей головой. Охрана заволновалась, а я с умным видом уткнулась в строчки старой книги.

Как я и ожидала дверь распахнулась, в комнату без предупреждения влетел съемочный шар, и вбежала знакомая мне журналистка. Хитрый прищур сменился обиженной мордашкой. Она не ожидала, что конкурсантка с упоением будет зачитываться пыльной книжицей.

— Ой, простите, — я скинула ноги с подоконника и плавно встала, — я так увлеклась трудами Лу Шардельенда, что совсем забыла про вас. Вы не представляете, это такая удача, его рукописи на вес золота. Он выдающийся маг ушедшей эпохи, он создал столько революционных методов, которые изменили всю нашу жизнь, что просто не перечесть. Это несказанное счастье прочитать оригинал его трудов.

— Я поняла, — шатенка брезгливо от меня отодвинулась. — С кем имею честь разговаривать?

— Ох, еще раз прошу прощения, — поднимаю короткий подол платья еще выше, присаживаясь в реверансе, — Гресис Вивьен Андер, претендентка. А вы?

— Эванеска Грин, — и тут у меня в мозгу щелкнуло, я же ее знаю.

— Не может быть? — я всплеснула руками.

— Да, да, — девушка гордо расправила спинку, не подозревая о моих планах, — меня все узнают.

— Вы же та самая Гортензия, — я умиленно сложила ручки, — вас же вышвырнули из Академии за сексуальные связи с профессорами, да что там, вы же прославились своей ненасытностью, что похлеще демонической.

— Что? — девушка сперва побледнела, потом заалела и в конце пошла некрасивыми пятнами.

— Я разве ошиблась? — с ангельской улыбкой смотрю на нее. — Неужели вы так похожи? Прошу прощение за неуместное сравнение.

— Приступим к интервью, — зло прошипела девушка и отошла от маячившего перед нами шарика.

— Конечно, — я улыбнулась еще шире, — как скажите.

— Чем вы планировали заняться до отбора? — первый из туманных вопросов.

— Я хотела поступить в регулярную армию, — задумчиво прикрыла глаза, — и попытаться дослужиться до Антегресис.

— Если вы станете невестой Его Королевского Высочества Кронпринца Колина, что нового вы принесете в страну? — коварно улыбнулась собеседница.

— Как я могу что-то без спросу сделать? — я картинно заломила руки. — Если Его Высочеству что-то понадобится, я сделаю все, что он попросит. В ином же случае, я буду слушать его.

— Вы мечтали стать Королевой? — девушка недовольно стрельнула в меня глазами.

— Нет, совсем нет, — замахала перед собой руками, — самой большой моей мечтой было новое платье, а не приютская одежда.

— Как вы охарактеризуете Принца Колина? — улыбочка стала коварной.

— О, — умиленно вздохнула и прибавила во взгляде слепой верности, — он идеален, лучше него мужчин на свете не бывает. Он такой, что никакие слова в мире не смогут полностью отразить все, что присуще Принцу Колину.

— Приведите пример, почему вы идеальная кандидатка? — на журналистку уже было страшно смотреть, в ней закипал гнев.

— Я идеальна? — вопросительно заломив бровь, провела пальчикам по губам. — Совсем нет, мы все просто девушки, ни я, ни кто-то другой не сравнится со светлейшей Королевой. Тут и говорить нечего, это сравнимо с богоотказничеством.

— Как вы видите свою жизнь во дворце? — зубы девушки противно клацнули.

— Как повелит муж, так и стоит жить, — не знаю откуда у меня в голове взялась эта фраза, но сейчас она к месту.

— Какой ваш любимый предмет? — второй размытый вопрос, остался еще один.

— Профильная магия, — я с блаженством прикрыла глаза, — я просто обожала занятия в морге, это так волнительно. Как много может рассказать труп о себе, вы не поверите. Мельчайшие детали, способные дать ответ о жизни и смерти. Это так волнительно, от нас зависит судьба этого трупа, его посмертие и наследие.

— Простите, а вы кто? — девушка побледнела.

— Следователь-криминалист, — спокойно ответила я.

— Тогда причем тут труп? — красивое лицо, побелело даже под слоем косметики.

— Я некромант по профилю, — доверительно улыбнувшись, краем глаза отметила, как ржет охрана.

— Светлейший, — Грин побледнела еще больше, хотя мне казалось, больше невозможно, а нет, оказывается вполне можно.

— Вам плохо? — я подскочила, — Водички?

— Нет, — нервно взвизгнула пассия Кронпринца.

— А что тогда? — я еще ближе подошла к собеседнице, с интересом наблюдая за паникой.

— Просто отойдите, — она поморщилась, — и мы закончим интервью.

— Как скажите, — элегантно вернулась в кресло и сложила ручки на коленях.

— Вы готовы отречься от родины? — Эванеска с ухмылкой наблюдала как шар подлетает к моему лицу.

— Я уже тут, — флегматично пожала плечами, — это и есть мой ответ.

— Кого вы хотите девочку или мальчика? — такого вопроса я не помнила в списке.

— Кого боги пошлют, — ну не говорить же, что у меня в роду мальчиков ни рождалось, вообще никогда.

— Если вам придется выбирать между семьей и долгом, в пользу чего окажется ваш выбор? — прям упоминание из клятвенного ритуала.

— У правителей одна семья, и перед нею он отвечает всем собой, — прикрыв глаза, начала вспоминать хроники правления, — семьей той для него является народ. Придав однажды, не вернуть доверия, отказав — уважения, забыв — памяти. И не будет у правителя другой семьи, и не будет у народа другого главы.

— Вы увлекаетесь поэзией? — шатенка в шоке смотрела на меня. — Очень красивые строки.

— Что вы, — я запахала руками, — это же из священного писания «Воцарение на царствие» работы самого Дюльтнера.

— Хм, — девушка вновь пошла красными пятнами, именно по этой работе все студенты, во всех учебных заведениях сдают историю довоенного времени.

— Еще вопросы? — очаровательно улыбнувшись, стрельнула в шар глазками.

— Нет, мы закончили, — секунда, и дверь библиотеки с оглушительным хлопком закрылась.

В замешательстве я смотрела на двери и не понимала, что такое сейчас произошло. Вроде ничего лишнего, я не сказала, была предельно вежлива и наивна. Прям по шаблонам старых записей. А любовница Колина вон как взбесилась, того и смотри пар из ушей повалит. Похоже чего-то я все-таки не знала и это что-то может мне еще аукнуться.

Мысли оптимизма не внушали, и я предпочла оставить их на потом, села дальше разбирать документы отборов. Чем дольше я читала, тем меньше мне нравилось происходящее.

Оказывается, по окончанию отбора, на палец избранницы должны надеть кольцо — обещание. Оно работает по принципу вассальной клятвы. Невеста не могла сбежать и вообще передвигаться без разрешения жениха. Это позволяло избежать попыток убийства и предательства, да и вернуть домой таких девушек семьи уже не могли. Обзаводиться данным девайсом не хотелось. Еще не известно, оно просто привязывает леди или сковывает тело. Если первый вариант еще куда не шло, то от второго надо бежать, куда подальше. Так я и просидела до вечера за изучением рукописей.

* * *
Кронпринц Занзеда с гневом смотрел на любовницу. В его взгляде плескалась ненависть и желание прибить мерзавку. План был идеальным, а эта дура своей трусостью посмела его разрушить. Она не задала два последних вопроса, и просто сбежала от некромантки. А начиналось все просто замечательно, но без последних двух вопросов клятва не действительна.

И опять все пошло кувырком именно на Вивьен. У брюнета складывалось впечатление, что сами прародители боги ее охраняли. Из всех ловушек и подстав девушка выбиралась с грациозной изящностью. И самое досадное к ней тянуло магнитом.

Перед глазами мужчины всплыла картина из комнаты девушки, и непроизвольно он сжал кулаки. Проклятый Виктор, он же сказал, что понятия не имеет, кто она. И в итоге он застал их в одной кровати. Какой же ангельский голос наполнял пространство. В тот момент Колин готов был убить соперника на месте.

К счастью, мужчина смог взять себя в руки и обратился к магу с просьбой стереть из памяти возлюбленной этот эпизод. Теперь же Витгрес был завален по самые уши работой, он не на секунду не мог отлучиться.

Он разрабатывал этот план в тайне от всех, и что в итоге. Вивьен снова ускользнула, словно вода сквозь пальцы. Он же стоит посередине комнаты и может только зло сверкать глазами на дуру любовницу.

Но парень жаждал именно ту, кто был недоступен. Еще с первого бала она не отпускала его, преследуя и днем, и ночью, но на все свои действия он получал только холодное призрение и едва заметное раздражение на дне бирюзовых глаз.

Глава 15

С наслаждением потянувшись, открыла глаза. Наконец-то последняя неделя, и я попаду домой. Осталось только придумать, как спасти Аниту. Акси уже пару раз спрашивала про план, но что-то мне не особо хочется использовать именно его.

Поднявшись, посмотрела на себя в зеркало. Выглядела я куда презентабельнее, спасибо Виктору. Странно служанка появлялась пока только раз и то только для того, чтобы проверить не померла я часом. В голове опять завозились скрытые воспоминания, но, помня указ профессора, не стала их тревожить. В глубине комнаты раздался хлопок, и я поспешила туда. На столике обнаружился подпаленный конверт, неопределенного цвета.

«Леди Вивьен Андер, сообщаем вам, что до подведения итогов осталось всего одно испытание. Состоит оно из четырех этапов, которые пройдут друг за другом и позволят определить, кто из вас достоин называться невестой. По окончанию этой недели Принц подведет итоги и объявит свое решение. Готовьтесь, на отдых вам отпущен весь завтрашний день. Слуги проинформируют вас о начале этапов».

Вот так новость. Похоже мои страдания не пропадут даром. Если Анита завалит эти испытания, Колин не сможет ее выбрать, мне же тоже надо завалить парочку. И все будет, как по маслу. Я дома, Анита спасена, задание выполнено и никаких тебе заморочек с побегом.

Настроение поднялось до отметки «чудесно и восхитительно». От радости хотелось прыгать и вытворять. Но волевым усилием, загнав все радости, куда подальше, отправила охрану выяснять про этапы.

Удобно устроившись в кресле, сняла с протокола чары сокрытия. Лист неплохо так увеличился в размерах. Начала быстро пробегать глазами ровные строчки, и обомлела. Теперь тут было всё: и признание Королевы, и заговор Кронпринца, и подставы, организованные Королем. Одним словом, теперь в отчете было все.

Аккуратно скатала трубочку и отправила в архив, теперь любой, кто возьмется за это дело, получит неплохой пропуск на верх карьерной лестницы. Мне же эти сведения по сути были и ни к чему. Вернувшиеся ребята, передали бланк из канцелярии с очередными описаниями и объяснениями. Вчитавшись в документ поняла — это провал всего моего экзамена.

Вот каким образом они до всего этого бреда додумались? Я, конечно, понимаю, полуголые накаченные мужики — это хорошо, но не в виде испытания и не под носом голодного демона. Прочитав смысл, скатилась на пол и самым бессовестным образом начала ржать, проверка благочестивой дамы, и чем? Мужиками! Успокаивали меня всем составом, кто-то даже за водичкой сбегал, а кто-то сунул нос в документы. В результате полчаса мы ржали уже все вместе.

Накидав быструю записку, отправила одного из вояк к Аните. Предупреждены, следовательно, вооружены. Решив не добивать свою психику окончательно, пошла прогуляться по замку. Пустынные коридоры встретили меня холодом и сквозняками. За этот месяц, я так и не смогла понять, почему в замке все настолько пустынно. Ни слуг, ни придворных, ни привидений на худой конец. Замок навеивал ощущение склепа. Я, конечно, некромант, но даже мне противно находиться долго в таких местах, а тут жить почти в таком же.

Мои шаги отдавались легкой дробью под сводчатым потолком. Бесцельно идя, куда глаза глядят, нашла я все же приключения на свою многострадальную голову. А если быть точнее попала я на ссору и, быстро накинув чары сокрытия, высунулась из-за угла.

— Я последний раз тебя предупреждаю, — Колин держал Виктора за отвороты мундира, — еще хоть раз к ней приблизишься и вылетишь отсюда быстрее, чем сдохнет мой отец.

— Колин, не боишься, что Эдрих узнает о твоих планах? — издевательски ответил спокойный до ужаса брюнет.

— Нет, — противник растянул губы в перекошенной улыбке, — как только я женюсь, ему не жить. А ты скован клятвой. Думаешь я простил этого урода? Он десять лет меня не замечал, пока не обнаружился мой дар. Только в Академии он появился и сказал, что я его сын. Десять лет я жил как скот, моя мать умерла в агонии, а он даже не помог. Он продолжал развлекаться. Его тупая курица хлеще продажных шлюх, а он с ней нянчится, моя же мать до последнего вздоха его боготворила. Где спрашивается справедливость?

— И из-за этого ты хочешь втянуть девчонку в неприятности, — поставленный удар с левой прилетел в челюсть злившемуся парню, — запомни, тронешь ее, я уйду сам. Меня никто не остановит, и Сисилия Эбирфайр будет в восторге от таких новостей.

— Будешь подстилкой? — зло хохотнул Колин, держась за разбитую губу.

— Не забывайся, — военный сапог опустился на грудь Кронпринца, — я следующий проректор Военной Академии, думаешь ссорится со мной хорошая идея?

— Тварь, — выплюнул лежащий на полу Айор.

— Осторожнее Кронпринц, — издевательски произнес Камал, — а то еще раз споткнетесь неудачно.

Я ели успела отпрыгнуть за поворот, чтобы Виктор не налетел на меня. Где-то глубоко внутри зарождался страх, надо срочно отсюда бежать. Не задумываясь, перехожу в тень и на всей скорости лечу в комнату. Прижимая туфли к груди, ощущаю ледяной каменный пол под ногами. Сердце практически выпрыгивает из груди, по телу бегает крупная дрожь. Погуляла называется.

Прислонившись к закрывшейся двери, перевожу дыхание, и в полном шоке распахиваю глаза. По всей комнате мерцают рунические письмена и пентаграммы заклинаний. В немом шоке я пялюсь на всю эту красоту, больше половины я даже в глаза не видела. Вот теперь мне стало не просто страшно, мне стало жутко. В моей охране не было ни одного мага, и сказать сколько я уже нахожусь под таким объемом неизвестных чар, сказать никто не мог.

Помолившись, пошла дезактивировать те, которые знала, с большой надеждой, что письмена являются связанными и при нарушении цепи, разрушится вся сеть плетения. Помучилась я немало, но все-таки смогла найти несколько связанных нитей, и цепь частично потухла. Теперь же по комнате проходили только шесть нитей. Скрупулезно перерисовав их, отправила через коф придворному магу.

Ответ я смогла прочесть только рано утром, когда коф засветился ярким-лиловым светом, оповещая о срочном послание. Подскочив, откинула крышку шкатулки, на колени лег одинокий лист, исписанный мелким почерком.

«Принцесса, ваши стены изрисованы приворотными ритуальными писаниями. Последний раз такие практиковали еще во времена моей молодости. Сейчас о них уже мало, кто знает, и нет ничего удивительного в том, что вы их не узнали. По возвращению покажу вам книги.

Для того, чтобы отменить эту гадость, достаточно стереть линии на указанных ниже пентаграммах. Вторым вариантам может быть ответный отворот, дорисуйте хвост у центральной руны и вязь начнет воздействовать на своего создателя.

Желательно по возращению пройти ритуал очищения в центральном храме Темного, если экстренно, то в храме любого бога полное покаяние, думаю, жрицы не откажут.

Берегите себя, да будет выстлана ваша дорога домой темными звездами».

Не радужные перспективы, однако. Я даже знаю чьей руке принадлежит роспись моих стен. И вновь в памяти что-то цапнуло. Приворот — он уже был, только почему-то я этого не помню. Шестое чувство просто вопит об опасности. Созвав импровизированный военный совет, я и охрана решили: комнату не покидать, есть необходимый минимум, двое всегда со мной, никого не впускать, при первой же возможности — домой.

Достав из-под подушки полностью заряженный накопитель, надела и твердо решила больше не снимать. Если Колина настолько сильно переклинило, неизвестно на какие методы он решится. Весь день я провозилась, изменяя печати и сравнивая их активность с описанной Архимагом. Удостоверившись, что убила выходной не зря, кое-как стащила платье и рухнула под теплое одеяло, тут же проваливаясь в сон.

* * *
Утро началось с визгливого голоса, который требовал от меня практически невозможного: подняться и идти готовится к испытанию. На мое горе, голос так и не заткнулся, пришлось разлеплять слипшиеся от неснятой косметики глаза и топать в ванную.

Сорок минут спустя, уже более адекватная я с интересом рассматривала принесенную служанкой тряпку. Просто по-другому я не могла охарактеризовать платье, находившееся рядом со мной.

— Да, на фоне этого, — скептически вздохнула я, — даже подарок Михаэля смотрелся куда лучше.

— Простите, Леди, я не понимаю о чем вы, — серые глаза с непониманием смотрели на меня, а память показывала картинка, как Арабелла выгоняет слугу с платьем.

— Ара, ты чего? — вопросительно поднимаю бровь. — Ты еще сама смеялась, какое идиотское лицо было у Дидриха, когда он увидел присланное Михаэлем платье.

— Ой, — она тут же забегала глазами по комнате, — я так устала, прям из головы все вылетело.

Вот теперь я поняла, передо мной стояла не моя служанка. Ара знала, откуда берутся мои платья, и даже не утруждала себя приносить мне предоставленные Королевой платья. Девушка, что сейчас стоит в моей комнате, никогда не была моей служанкой. Одно из подставных воспоминаний нашлось.

Как только эта мысль дооформилась в моей голове, мозг будто взорвался мелкими иглами. Кривые линии поддельных воспоминаний начали трескаться и рваться. Череда сцен промчалась перед глазами, и мозаика встала на место. Моя служанка в безопасности, а передо мной стоит очередная фальшивка, присланная Колином.

Перед глазами вспыхнула красная пелена, в комнате пол и стены покрылись тонким слоем льда. Служанка завизжала, охрана кинулась ко мне, но ледяной поток магии отбросил всех к стенам. Сердце бешено колотилось, на руках удлинились ногти, во рту появились клыки.

— Что ты тут делаешь? — мои глаза раздирали жертву на куски, тонкие вертикальные зрачки вытягивали душу.

— Я ваша служанка, — голос девушки был похож на еле различимый шепот.

— Ложь! — подойдя вплотную, провожу острым ногтем по руке и наблюдаю за багровыми капельками, стекающими по сереющей кожи. — Кто ты?

— Арабелла, королевская служанка, которую Господин Архимаг приставил к вам, — девушка всхлипнула.

— Где моя Ара? — почти ласково провожу пальцем по кровоточащей царапине.

— Я не знаю, — ее уже трясло и подступала истерика, — клянусь, я не знаю, куда она исчезла.

— Что тут происходит? — дверь слетела с петель и в комнату ворвался взвод стражи во главе с Виктором и злой Колин.

— Господин, скажите ей, — девушка зарыдала в голос.

— Вивьен, убери боевую форму, — Виктор медленно начал подходить к нам.

— Где моя служанка? — зло прорычала я, еще на сантиметр удлиняя когти.

— Перед вами, — Колин попытался сделать шаг к нам.

— А память тоже она мне поправила, — очередной неконтролируемый поток воздуха, вырвался на свободу, по комнате прошелся ураган.

— Ты про что? — имеющий военную выслугу брюнет успел среагировать и выставить щит, остальным повезло меньше.

— Мою память изменили, — гневно сверкнула глазами, — и вместо моей служанки подсунули эту дрянь.

— Нет! — локоть очередной подставной девчонки треснул под моими пальцами.

— Успокойся, — Камал поймал меня за талию и оттащил подальше от служанки, — Колин какого Темного здесь происходит?

— Да ты, — Кронпринц ощетинился, и его взгляд примерз к удерживающей меня руке.

— Ты подвергаешь весь замок опасности, — в том же тоне ответил мой пленитель, — выводя несовершеннолетнего демона из баланса.

— Как несовершеннолетнего? — Айор замер.

— Леди Вивьен еще нет двадцати пяти, — меня покрепче прижали к широкой груди, — следовательно, второе совершеннолетие она не прошла. Контроль над второй сущностью нестабилен. Это основная причина, почему к ним не применяют заклятия изменения сознания. А вторая, на тебя накладывали ритуалы памяти?

— Да, профессор Эвердор лично проводил оба, — я слегка расслабилась и уже с большим интересом наблюдала за очередной перепалкой двух брюнетов.

— Ее сознание и подсознание, — ткнув мне в лоб пальцем, пояснил сын проректора, — работают несинхронно, что позволяет запоминать максимальное количество информации. Даже если ей изменили сознание, рассинхронизированное подсознание будет показывать места ошибок. Я выпустился семь лет назад, и то у меня до сих пор остаточные признаки сохраняются. У нее еще и года не прошло.

— Я не знал, — ошарашенный взгляд натолкнул на мысль, что за тремя оставшимися скрытыми фрагментами меня ждут не менее яркие события.

— Где моя служанка? — я снова начала закипать. — И какого Светлого я вас спрашиваю мне сдалась та немощная курица?

— Ваша служанка уехала к матери по неотложным делам, — Архимага перекосило, — мы не хотели вас тревожить, и приняли такие меры.

— А просто все объяснить было сложно? — не менее раздраженно отчеканила я.

— Приносим извинения, — Кронпринц вылетел из комнаты.

— Все вон! — громкий голос разнесся над моей макушкой.

Люди начали медленно отходить от шока и расходится. Я же продолжала стоять прижатая к сильной груди.

— Я сказал все! — серые глаза выразительно посмотрели на сгустившиеся по углам тени.

— Все не уйдут, — я пробежалась по теням и кивнула, — у них приказ охранять.

— Для чего ты это устроила? — меня резко развернули, и я уткнулась носом в приятно пахнущий камзол.

— Блок спал, — я едва ощутимо правила носом по ткани, — а дальше сознание просто взорвалось, это на самом деле был неконтролируемый всплеск.

— Будь осторожней, — меня еще сильнее сжали в объятиях.

— Я слышала ваш разговор в коридоре, — тихо прошептала я, но меня услышали.

— Какой именно, их у нас много? — хохотнул вояка.

— Где по окончанию ты ему так не слабо зарядил в челюсть, — подняла на него бесстыжие глаза.

— У меня большое желание, — он провел рукой по распущенным волосам и зарылся в них пальцами, — взять тебя под мышку, выяснить твое задание, выполнить и спрятать тебя в родовом замке.

— Твоего отца удар хватит, — сверкая озорным блеском в глазах, быстро провела языком по пересохшим губам, — и быть тебе проректором.

— О, я не откажусь, — притянув меня еще ближе, он сказал почти в губы, — и будет одна студентка сдавать экзамены в частном порядке на моем рабочем столе.

Губы обожгло горячим дыханием и в следующую секунду мой рот накрыли шершавые губы. Поцелуй отличался от всего, что было раньше. Нежный язык проводил и дразнил, не стараясь проникнуть глубже. Виктор ласкал, вкладывая в этот поцелуй всего себя. Его рука запуталась в моих волосах, нежно перебирая пряди и едва заметно оттягивая их. Сама я уже во всю цеплялась пальцами за сильные плечи. Под ласковыми касаниями тело плавилось и требовало большего.

Секундное замешательство и мой язык втянули в головокружительный танец. Стоя посередине на половину оттаявшей комнаты, мы сходили сума и горели в ласках друг друга. Но как только я потянулась к пуговицам на военной форме, все тут же кончалось.

— Прости, — меня еще раз чмокнули в макушку, — сейчас не время.

— Ты просто уйдешь? — я развернулась к двери.

— Так надо, — спиной ощутила так и не расстегнутые пуговицы, — до присяги меньше месяца. Ты исчезнешь быстрее, чем я придумаю способ уйти. Мне придется найти предлог для поездки в Академию. Да, и ты права, отца удар хватит, твою мать тоже. Это напоминает старый роман. Только героев в нем, увы, не два. У тебя две фрейлины, и помимо меня будут еще двое.

— Трое, — я замерла, наконец-то понимая, как глупо я себя веду, — по возвращению меня ждет третья фрейлина.

— Нашли? — теплые руки покидают мою талию.

— Да, — отхожу к окну как можно дальше, — ты и сам знаешь правила.

— Я приду, — и за спиной хлопает дверь.

— Знаю, — кому я дала этот ответ, ему или себе.

Какая же я дура. Так подставится. А если Виктор такой же, как и многие из… Если я схожу с ума по очередной навязанной и фальшивой любви? Надо брать себя в руки, скоро домой.

Встряхнув головой и отогнав все лишние мысли, пошла собираться на испытание. Пять дней, и я буду дома. Проведя по накопителю, и туман в голове рассеялся. Все лишние мысли потеснило желание оказаться дома.

Глава 16

Со всей этой нервотрепкой собиралась я в рекордные сроки. Пришлось остановится на сером костюме для верховой езды. Если что, скажу, что восприняла слова про испытания очень буквально. Поправив последний локон в прическе, развернулась к двери и чуть с перепугу не подпрыгнула: на столик с оглушительным грохотом рухнул серебряный поднос. Родную утварь я узнала и, плюнув на испытание, полезла под крышку: без меня не начнут.

«Вивьен, я знаю глупо звать тебя вымышленным именем, но хоть так. Я не знаю, как пережить этот месяц. Твои глаза преследуют меня с картин и фотографий, я в королеве тебя вижу. Мне кажется, что я уже схожу с ума.

Наверное, ты сейчас прищуришь глаза и хмыкнешь, подумав „какой дурак“, но даже это в тебе прекрасно. Твои манеры сводят меня с ума, в твоем присутствия я готов пасть к твоим ногам. Уже три года я хожу и не могу сказать тебе, насколько сильно я тебя люблю.

Мне все равно кем ты окажешься: Герцогиней, крестьянкой или дочерью кого угодно, я за тебя пойду в огонь и в воду, я душу Темному продам, готов продать. Твоя улыбка мне дороже всех денег.

Если ты согласишься быть моей, клянусь, я отрекусь от всего тебе в угоду. Прошу, молю, нет жизни мне на свете без тебя. Такой мой крест, мой грех и наказание».

Я в полном шоке стояла и хлопала глазами. На блюде лежали мои любимые пирожные от нашего шеф-повара, а текст письма выбил окончательно из колеи. Еще раз осмотрев поднос, нашла пустой лист и быстро написала.

«Не говорите за судьбу, не все мы за себя в ответе. Не обрывайте больше роз и не подкупайте поваров. Нам жизнь лишь раз дана, не тратьте понапрасну».

Свернув, вложила к нетронутому десерту и закрыла крышку. Ломать очередную судьбу не хотелось. Виктор заставил задуматься о моей судьбе. Я слишком сильно заигралась в Вивьен, пора вспоминать, что зовут меня Кастадея, и я Кронпринцесса, чья судьба давно расписана на столетия вперед.

Не оглядываясь ни на секунду, вышла из комнаты и закрыла поплотнее дверь. Даже отойдя, услышала, как с хлопком исчез поднос. Подходя к залу, почувствовала незнакомую тень, следившую за мной. Не думая, перехожу в тоже состояние.

— Кто ты? — слуга, совсем молоденький мальчишка, лет десять не больше.

— Ой, — мальчишка вжался в стену, — вы тоже так умеете?

— Так умеют все демоны, — с интересом я осмотрела мальчика.

— Но папа говорит, что это грех, и людям это не положено, — серые глаза озорно блеснули из-под челки.

— И кто же твой папа? — я присела на корточки и наши глаза оказались на одном уровне.

— Простите, мисс, — он печально вздохнул, — не могу вам это сказать.

— А имя у тебя есть? — мое любопытство побило все рекорды.

— Айлик, — вежливо шаркнул ножкой малец.

— Маму знаешь? — задала я очередной вопрос.

— Нет, — он погрустнел, — папа сказал, что она нас бросила.

— Беги, пока никто не узнал, — мгновение, и я снова в мире людей.

Интересно получается, второй кандидат на роль Кронпринца, оказался на половину демоном. Эта информация меняла многое и давала огромный простор для действий. Узнай об этом кто-то, и разразится скандал, если Колина еще можно было пропихнуть, как сына Мартелии, то Айлик уже ну ни как. Демоническую кровь можно передать только прямому потомку, она не имеет латентных свойств. Если помирает, то с концами.

Зайдя в комнату, с удовлетворением посмотрела на скривившегося ведущего и откровенно скучающих невест. Значит, я не ошиблась, и у них приказ ждать меня. Хоть в чем-то навязчивое внимание Колина пригодилось.

— Итак, мы наконец-то в сборе, — немолодой мужчина резво подпрыгнул, — давайте начинать. Первое испытание вам устроит сам Темнейший, и пусть боги помогут вам его пройти.

Два звонких фырка было ему ответом, один мой, а второй, как и ожидалось, Микэла. Мы обе скептически отнеслись к мысли о испытание устроенным Темным. В отличии от большинства находящихся здесь, мы имели темный вектор силы, и молились именно ему, а не Светлому.

Перед нами распахнули двери, и в пору было подбирать слюну и челюсти. Четыре красавца мужчины, если бы не знала, сказала, что из первозданных, настолько непередаваемо-прекрасны они были. Краем глаза отмечаю помимо своей руки еще две тянущиеся к полуобнаженным мужикам, или просто обнаженным. Не знаю к чему приписать кожаные штаны с низкой посадкой.

Пара секунд, и мы активно лапаем натренированные тела, это блаженство, так у нас выглядел только тренер по физподготовке — идеально и правильно. Настоящая брутальность. От созерцания и ощупывания нас отвлек писклявый голос Анниты.

— Это безобразие, — вещала придворная сваха, — до чего распущенные девки!

— Да вы посмотрите, — ее почти теска вцепилась в руку своего мужчины, — с них же картины рисовать.

— Не то слово, — Адаманс уже была готова вцепиться в парня зубами, — это же идеальное соотношение: бицепс, трицепс даже полоска между кубиками пресса не превышает идеального значения.

— Где вы прятались, — голодным взглядом я осматривала выпавший мне приз, — вас и дальше прятать надо, и любоваться только лично.

— Светлый помоги, — взвыла блондинка.

— Берите пример с Леди Струковой, — сваха показала на девушку, которая сжалась в комок и закрыла лицо руками.

— Нет, тут интереснее, — вздохнули мы дружно.

— Всем разойтись, — взвизгнула женщина на такое пренебрежение с нашей стороны, — испытание засчитывается только Ласисте Струковой, остальные провалили.

— А можно нам их с собой забрать? — Анита намертво вцепилась в свой трофей.

— Да, как утешительный приз, — у меня тоже не было особого желания отпускать столь ценный приз.

— Вон! — заорала Аннита, и побелевшие парни, быстро сдернув нас с себя, испарились.

— Ну вот, — Леди Адаманс горько проводила их взглядом.

— По комнатам и до второго испытания, чтобы я вас не видела, — Цурир в гневе вышла, наблюдая только масляные взгляды в ответ.

Услышав заветные слава, быстренько смылась под защиту охраны и дверной замок, на магию я уже не полагалась. Мой уровень и знания все же не дотягивают, до уровня человека который учился на это профильно. Единственное, что я могла сделать, это нос не высовывать и сидеть тихо, как мышка. Этим я и планировала заняться до следующего испытания. Мне не верилось, осталось совсем немножко, и я буду дома.

Усевшись в облюбованное кресло, достала спрятанную бумажку, позаимствованную из канцелярии. Условия второго испытания, я зачитывала уже торжественно и в слух.

«Леди претендующая на звание невесты принца, должна отличаться статностью и горделивостью. Для выявления данных качеств, претенденток отправят в босятских одеждах в город. Целью будет добыть десять серебряников. Победит девушка, которая не сможет заработать на этом испытании. Все, кто смогут добыть десять и больше серебряников автоматически не проходят. Королева, должна быть Королевой, а не попрошайничать на улицах».

Смеялась я не просто долго, уже до истерики. Кто пишет у них сценарии к испытаниям? Посмотреть на этого «нелюдя» хотелось безумно. Написала очередную записку для «жертвы похищения» и со спокойной совестью пошла досыпать вчерашнюю ночь.

* * *
Утром я чувствовала себя вполне бодро и даже не хотела никого убить, что на фоне последних нескольких недель сравнимо с чудом. Оставшееся время до испытания я решила потратить с пользой, горячая ванна и вкусный кофе поднимут настроение даже трупу.

Пока плескалась и приводила себя в порядок, задумалась о реализации плана. Из дельных пришла только мысль, вспомнить свое фальшивое прошлое в приюте. Ну, что может делать девочка, выросшая в нищете и без родителей? Правильно она может уметь попрошайничать. Первым делом в городе надо будет найти профессиональных попрошаек и предложить им подзаработать. Из блаженного состояния покоя меня выдернул стук в дверь с воплями о начале испытания. Взглянув на часы обомлела, полседьмого утра. На мое счастье, я хоть выспалась и уже приняла ванну, а как остальным сейчас придется.

Выскакиваю, и магией привожу себя в порядок, надеваю тот же серый костюм и вылетаю в коридор. Немолодой слуга хмуро оглядывает меня и, не пророня ни слова, повел по коридорам. Шли мы долго и по той части замка, которую я не посещала. Насколько я знаю, это должна быть часть слуг. К моему удивлению, вышли мы к черному выходу.

На крыльце, сияя улыбками, стояли Архимаг и сваха. Оба оживленно переговаривались с издевкой осматривая встрепанных и заспанных девушек. На свежую и жизнерадостную меня, обоих перекосило.

— Девушки, сейчас вы переоденетесь в заранее подготовленную для вас одежду, — Колин махнул на бесформенные кучки, — и сразу же начнется ваше испытание. До полудня вы должны будите заработать в городе хотя бы десять серебряных монеток. Та, кто заработает больше остальных и будет победительницей. Магию, угрозы и насилие применять запрещено.

Без особого интереса схватила кучку с моим именем и потопала переодеваться, одежда хоть и была непрезентабельная, но зато новая и чистая. Вздохнув поняла, что в таком виде попрошайничать точно не выйдет.

Во дворе нашла самый пыльный угол и принялась пачкать одежду, десять минут стараний, и я уже чумазая оборванка, а ни невеста принца. Увидев меня в таком виде, поперхнулись все. Нет, ну, а что они хотели? Во мне пропадает великая актриса. Одежда пыльная, местами пришлось порвать, на голове художественный беспорядок. Зачем, спрашивается, мылась?

Стоять и пялится друг на друга было не самой гениальной идеей. Посмотрев на отпавшие челюсти пару минут и сверившись с внутренним компасом, не дожидаясь разрешения, двинулась за пределы дворцовых стен. Задавшись вопросом, где можно найти нужный мне контингент, поняла — на площади при храме.

Поплутав по улочкам, все же смогла найти оную. Скрываясь в тени домов, решила понаблюдать. И действительно, были здесь и беременные, и хромые, и косые, в общем все известные науки мастера попрошайничества и обмана. Мой взгляд остановился на двух парнишках, одному лет семь от силы, второй постарше лет двенадцать-тринадцать. Прикинула, как раз, сгодится.

— Мелкие, сюда идите, — ребята подпрыгнули, — обернитесь.

— Вы кто? — старший настороженно посмотрел на меня.

— Это не важно, — кривовато улыбнулась я, — у меня к вам деловое предложение.

— Слушаем, — старший явно был не промах.

— Я становлюсь вам старшей сестрой до полудня, — указываю на стрелки часов, — взамен из всей заработанной выручки заберу только одиннадцать серебряных.

— Какой от тебя толк? — младший ощетинился.

— Я ваша умирающая старшая сестра, — скопировала я его оскал, — и без меня вы жить, ну никак не сможете. Как я вижу здесь такого сценария еще нет.

— Идет, — внимательно меня осмотрев, старший кивнул.

Накинув согревающие чары на брусчатку, с комфортом улеглась. Лежать мне тут часов пять, не хочется отморозить органы. Пацаны удивленно на меня посмотрели, я же только пожала печами, и представила, как на пальце появляется дешевое кольцо, из подарков.

К моему удивлению, дела наши пошли куда лучше, чем я могла представить. Похоже такого тут раньше не наблюдалось. Да и мелкие, кстати, оказались неглупыми. Лицо мне быстренько оттерли, волосы растащили на всю длину, и они стали полукругом лежать во круг нас. У меня никогда не получалось плакать по желанию, они же уже в три ручья заливаются.

Местные господа и дамы, простые жители, стража и сами храмовники подходили и горестно вздыхали. Чаще всего бубнили, что красоткам трудно жить на улицах и подавали монетки. Кто-то жалел детей, служители твердили про божественное дарование.

В итоге ребятки светились, как праздничные иллюминации. За эти пять часов мы собрали их полугодовой доход. Но когда младший вскрикнул от боли, инстинкт сработал быстрее. Смазанное движение, и нападавший лежит растянувшийся под ногами горожан.

— Леди Андер, простите, — второй голос привлек внимание, и я распознала приставленных ко мне охранников, — полдень, испытание окончено, вы должны вернуться во дворец.

— Ясно, — со всем холодом мира бросила я, — так мои одиннадцать монеток.

— Берите все, — испуганно пареньки прижались к друг другу.

— Мне не нужно, — присев, выловила необходимое количество денег.

— Почему вы помогали нищим? — поднявшийся охранник выплюнул оскорбление.

— Кретин, — зло прошипела я, и охранник улетел в фонтан, — я все детство провела в приюте, я знаю, как им тяжело. Это вам.

Стащив с пальца колечко, кинула ребятам и, гордо вскинув голову, потопала к замку, даже не обращая внимания на шепотки, взгляды и вылавливание моего второго охранника.

На том же дворе я застала просто непередаваемую картину. Ласиста рыдала навзрыд на плече господина Архимага, и ни одна сила не могла ее оттуда отодрать. Довольная Анита прищурено смотрела на всю эту картину и посмеивалась. Микэла стояла и нервничала, похоже не собрала.

— Вот монетки, — я скинула в руку ошарашенной придворной даме, положенные деньги.

— Все в сборе, можем подводить итог, — голос придушенного Принца меня порадовал.

— Леди Стюат — два золотых, Леди Андер — одиннадцать серебряных, Леди Адаманс — восемь серебряных, Леди Струкова — ноль, — сваха пересчитала принесенные нами деньги, — Ласиста, вы вновь победили, Микэла вы заняли второе место, Вивьен, Анита вы не прошли испытание.

— Почему? — вопль Аниты не отличишь от настоящего.

— Королеве не пристало опускаться до такого, — зло процедила Аннита, — вы хоть представляете, какие слухи теперь поползут?

— Ну вы сами сказали это делать, — я потупилась, — как же мы могли ослушаться? Подчинение мужу — это благодетель.

— Все по комнатам, — разгневано прошипела фрейлина Королевы, а вот довольное лицо Колина меня напрягло.

Слуги развели нас по комнатам, и я с непередаваемым облегчением упала в объятия пенной воды. Второй раз за сутки оттерев себя до блеска, уставшая больше, чем от испытаний на выживание, доползла до кресла. Рухнув в его объятия, вытянула все конечности, блаженно прикрыв глаза, почувствовала знакомый аромат кофе и пирожков с корицей.

Память услужливо показала воспоминания почти забытого детства, когда в уютной атмосфере я прижималась к горячему боку папы, а мама читала сказки. Все было так волшебно, рыцари спасали принцесс, маги пленяли колдунов, боги сотворили наш мир. Не было проблем и суеты, было только тепло и покой. Сейчас я вновь перенеслась туда в покой и удовлетворение. Распахнув глаза, оставила прошлое в прошлом и вернулась к настоящему. Развернув свиток, начала вникать в суть третьего испытания.

«Девушка должна быть угодна богам и высшим силам. Если претендентка пройдет испытание и получит благословление в верховном храме, она станет предпочтительнее всех остальных. С первыми рассветными лучами дев направят в храм».

А где пакости и каверзы, ну за исключением того, что мы вторые сутки будем без сна и отдыха? Накидала очередную записку для Анниты и пошла отсыпаться, ночка предстоит еще та. В тот же миг голова коснулась подушки, и я провалилась в объятия сказочного сновидения.

* * *
За пятнадцать минут до полуночи раздался оглушительный стук. Надев легкий халатик до середины бедра и мягкие тапочки, высунула нос за дверь. Хмурые охранники объявили, что скоро начнется третий этап и надо поторапливаться.

По дороге к пункту назначения, мы собрались все вместе, испуганная Анита вцепилась мне в руку, Микэла с подозрение осмотрела нашу живописную парочку, я можно сказать в одном халате, и полуголая Стюат, только в пеньюаре. Сама она была упакована в военные штаны и майку. Последней нам встретилась Струкова, вот тут-то мы все и встали, как вкопанные. На девушке было надето платье. Нет, я ничего не говорю, может быть это и ночнушка, но из плотного материала в пол, с воротником стойкой и полными рукавами. Одним словом — КОШМАР!

Пришли в итоге мы не к главному храму, а к центральному храму Светлейшего бога. Увидев данную постройку, я расслабилась. Ни о каком благословение и речи быть не может. Мой покровитель Темнейший, я даже на порог ступить не смогу. Судя по выражениям лиц собравшихся, Адаманс подумала о том же, а вот Анита вздрогнула и затравленно и обреченно посмотрела на меня.

Пока в голове рождалась мысль почему, я холодела. Темнейший помоги, дар Небесных дев, уже по сути божий дар. Мысли в голове начали лихорадочно носится, по привычке начала шевелить губами, мне всегда так было проще. Со скоростью меж пространственного лайнера перебирала варианты, все оказывались довольно затруднительными.

Ведущий жрец уже заканчивал распинаться о достоинствах Светлого бога и проклятиях Темного бога. И в тот самый момент в голову не пришло ничего лучше, чем засунуть в декольте девушке, собственное кольцо. Темная аура артефакта, могла помешать в выполнение задания, и мне оставалось только молится, чтобы все получилось.

— Прошу, входите, — знакомый распорядитель подпрыгнул на месте.

— Я даже пытаться не буду, — хмуро ответила я.

— Я тоже, — Микэла бросила презрительный взгляд на организаторов, — мы —

дарования Темнейшего.

— Нас даже на ступени не пустит, — поддержала я соперницу.

— Не будем настаивать, — взгляд полный облегчения не укрылся ни от одной из нас.

— Леди Струкова, Леди Стюат прошу, — галантно оттопырив руку, жрец склонился в поклоне.

Мелко дрожа и постоянно косясь на меня, Анита двинулась к ступеням. Шаг, второй, вот уже и седьмая ступень. Я все сильнее сжимаю кулаки, неужели не сработает? Но нет, на наше счастье, ауры артефакта хватило, девушка не смогла взяться за ручку. После третьей попытки она сбежала вниз и с облегчением выдохнула, вставая рядом со мной.

И уже все вместе мы наблюдали за четвертой девушкой, вот трясущаяся рука тянется к дверной ручке, и та с оглушительным щелчком открывается. Все тут же перевели дыхание, и побежали поздравлять победительницу очередного испытания.

Возвращалась в комнату я с легким сердцем и пустой головушкой, хотелось рухнуть в кроватку и проспать законное время, аж до самого вечера. А по причине отсутствия факторов, противоречащих моим планам, именно это я и сделала.

Реализовать мои планы до конца, увы и ах, но не удалось. Ближе к вечеру из сладкой дремы меня выдернул настойчивый стук в дверь и причитания охраны, или не совсем причитания. Я тут же подорвалась и, выхватив кинжал из-под подушки, пошла открывать.

Удивилась я знатно, за дверью обнаружились заплаканная Анита и встрепанная Микэла. Подняв вопросительно бровь, пропустила девушек в комнаты. Пока прикрывала дверь, каким-то шестым чувством, а точнее инстинктивно, уклонилась от двух метательных ножей, а третий парировала уже кинжалом.

Удивление на лице Адаманс, можно запечатлеть на самых шикарных картинах, достать еще парочку орудий ей уже не дала охрана. Брюнетку просто уткнули носом в ковер, заламывая суставы.

— Глупо, — констатировала я, подбрасывая черную сталь.

— Кто ты, — гневно сверкая глазами, она пыталась мне угрожать.

— Принцесса, с вами все в порядке? — перевела я внимание на объект моей миссии.

— Да, все хорошо, — Анита пыталась держаться.

— Грес, — посмотрела на одну из теней, — горячего вина и карстонские булочки с антарином. Вернемся к вам, Микэла. Что всем этим вы пытались доказать?

— Кто вы, Светлый побери? — она все так же пыталась выбраться из удерживающих ее рук.

— Мне повторить вопрос? — неимоверными усилиями подавила желание пнуть ее, как следует.

— Вы же вдвоем знаете, что за гадость здесь творится, — презрительно выплюнула девушка, — мне нужны такие же сведения.

— С какой башни мы должны свалиться, — присев, подняла ее лицо острием оружия, — вдруг ты шпион или предатель?

— Я не хочу такой участи, — она обмякла и перешла почти на шепот, — каждая невеста произносит клятву верности мужу, она хуже рабского контракта.

— Тогда предлагаю клятвы веры, — подала голос Анита, — я зафиксирую, мой дар позволяет.

— Ой, молчи, — снова ощетинилась Принцесса Измерии, — тебя даже в храм не пустили.

— Точно, — девушка вылавила в недрах выреза мое кольцо, — спасибо за помощь, но почему из-за него меня не пустили?

— Да не за что, это моя работа, — отмахнулась я, — кольцо — сильный темномагический артефакт, хоть и со скрытой аурой, но даже ее хватило, чтобы прикрыть твою. Приступим к клятвам.

— Я, Микэла Адаманс, клянусь не вредить, не лгать и не придавать, — брюнетка уже с большим интересом смотрела на нас.

— Я, Вивьен Андер, клянусь не вредить, не лгать и не придавать, — послушно произнесла я.

— Я, Анита Стюат, силой своей, принимаю клятву, да будет она равносильна божьей, — вихрь белоснежной магии взметнулся и разлетелся на куски, соприкоснувшись с печатью на моей руке.

— Что произошло? — испуганно прошептали два голоса.

— Проклятая печать, — с ненавистью осмотрела руку, — из-за этой пакости не могу дать нормальную клятву, а это имя магия отвергает.

— Я так и знала, — Стюат подпрыгнула, — я тебя видела раньше, только не могу понять когда и где.

— Я под печатью тайны, — устало потерев виски, сделала знак охране.

— Ты еще учишься? — растирая затекшие руки, сказала Адаманс.

— На тебе печать, как и на братике? — девушка с непонятным выражением лица смотрела мне в глаза.

— Да, — и что мне сейчас делать.

— Я, Анита Стюат, волей своей и магией своей повелеваю, как законом божьим, для клятвы, что приносят двое, преградой встанет только воля божья, — очередная вспышка окутала нас.

— Я, Микэла Адаманс, клянусь не вредить, не лгать и не придавать, — второй раз повторила брюнетка.

— Я, Кастадея Эбирфайр, клянусь не вредить, не лгать и не придавать, — слова с неохотой, но все же были произнесены.

— Я, Анита Стюат, силой своей принимаю клятву, да будет она равносильна божьей, — в этот раз белый поток магии никуда не пропадал, а спокойно окутал нас с головы до пят, а после просто впитался в хозяйку, тем самым принимая клятвы.

— Эбирфайр? — шок на лицах девушек меня повеселил.

— Только это секрет, — я подняла руку, на которой сеяла печать тайны.

— Вот почему ты мне так знакома, — Небесная дева расслабилась, а на столике как раз появились сладости и кувшин легкого вина.

— Приступим, — по взмаху руки бокалы наполнили полупрозрачной розовой жидкостью, — клятва невесты в обмен на четвертое испытание.

— Идет, — из-под юбки был извлечен сложенный втрое лис.

По мере прочтения, у меня задергался глаз, а Принцесса Интерии начала выражаться словами, которые знать ей было не положено.

— Убью, нет, кастрирую, — зло сверкнув глазами я представила на месте злосчастного листа голову Колина.

— Я так понимаю, — Микэла отпила из бокала, — вам тоже не много фраз до клятвы осталось.

— Три, — Анита залпом осушила бокал.

— Одна, — замогильным голосом произнесла я.

— Оу, сочувствую, — искренне испугалась брюнетка, — мне две.

— Что с последним испытанием? — Стюат потянулась за следующим бокалом.

— Сейчас, — привычным жестом вылавливаю спрятанный чарами лист.

«Будущая жена должна внушать уважение, быть примером стати и покорности. Леди должны показать готовность к любым неприятностям и испытаниям. Задание будет проходить на срочном балу. Для каждой участницы подготовлено свое действие. Если девушка не отреагирует на провокацию, она будет победителем, в противном случае раунд не засчитан.

Анита Стюат: пролитое вино. Ожидаемое: неконфликтна и извинилась.

Ласиста Струкова: поглаживание фигуры. Ожидаемое: испуг и причитания.

Микэла Адаманс: закуска на голове. Ожидаемое: шок и извинения.

Вивьен Андер: отдавленная нога. Ожидаемое: бездействие и улыбка.

По итогам раунда будет вынесено заключение всех уполномоченных в делах отбора. Мнение дворца дает сорок девять процентов, Король с Королевой еще двадцать пять, Принц — двадцать шесть».

— Волосы что ли завтра выдернуть, — я посмотрела в потолок, — а то развели коровушек во дворце?

— Мама за такое отношение прокляла бы четыре раза, — Анита с не меньшим скептицизмом отнеслась к прочитанному.

— Девоньки, ни одна принцесса не допустит такого отношения к себе, а что говорить про королев? — Микэла задумчиво посмотрела на текст.

— Моя на месте прокляла, — я подтвердила слова Аниты, мама не стала бы такое терпеть, и, в лучшем случае, на всю оставшуюся жизнь ходить такому неудачнику под проклятием.

— А нас пытаются проверить на то, к чему мы просто не способны, — Микэла продолжила, а мы заинтересованно начали слушать, — сами посудите, я и Анита такого не стерпим. Ты большой вопрос, как тебя, военную, переклинит. Остается Струкова, но даже с той я не уверена.

Наш разговор прервал мелодичный перезвон опустившейся на стол пластины памяти. Обе гостьи с интересом на меня посмотрели, и я кивнула. Пластинка вспыхнула, и мы провалились в воспоминания.

«— Я не хочу видеть около себя эту безмозглую курицу, — орал на весь кабинет, молодой брюнет.

— Придется, — Король серьезно смотрел на сына, — ни Андер, ни Стюат, последнее испытание не спасет. Они провалили почти весь отбор. Адаманс вариант средней паршивости, но, как ты и сказал, лучше Струковой. Вот только и тут сынок встают несколько препятствий. Измерия и Миртос, заметь демоническая империя, а не божественная, подали ноту протеста. Интерия даже в нашу сторону не смотрит, что тоже очень подозрительно. Миртос вмешался, только по причине, маленького такого факта, их девка проигрывает. Струкову никто просто не берет в расчет, там кроме денег на самом деле ничего не светит. И в сложившейся ситуации нам остается только выбрать ее. Все остальные опасны и непредсказуемы.

— Это бред! — мужчина не успокаивался. — Я выберу Вивьен.

— Двор проголосует за Струкову, твоя мать тоже, — Эдрих встал, — я же останусь в нейтралитете. Твоего голоса не хватит.

— Не называй эту женщину моей матерью! — Колин в ярости сверкнул глазами. — Она мне никто!

— Молчать! — принца отшвырнуло к стене, — Она — твоя мать, и запомни это, щенок. Еще одно подобное высказывание и в жены тебе будет склеп».

Воспоминание распалось, а мы еще долго сидели в тишине. Первые лучи рассвета застали нас в тех же креслах и с пятым кувшином. Настроение было отвратное, состояние такое же. Даже не говоря, мы понимали, чем нам может все это аукнутся.

Принцессы — это не крестьянки, мы привыкли быть в центре внимания, ослепляя собой и бриллиантами. Мы привыкли играть только по тем правилам, которые устанавливаем сами. Подчиняться не в наших правилах. Ни одна из трех, не сможет вытерпеть оскорбления и пренебрежения к себе любимой. Мы быстрее проклянем, мы так воспитаны. Они же ищут еще одну Ласисту, только с властью и остальными плюсиками в положении. Вот только мы далеко не она.

В дверь постучались и, дождавшись разрешения, вошла запуганная совсем молоденькая девушка. С испугом посмотрев на нашу пылающую гневом и недовольством троицу, она вылетела за дверь.

— Пора, — я встала, — предлагаю устроить им незабываемый бал.

— У нас нет ничего, — Микэла подняла на меня туманные глаза.

— Это легко исправить, — мысленно отбираю три платья, — наряды сейчас прибудут.

— С прическами я справлюсь, — Анита закатала рукава, всем видом показывая, что готова сражаться за возможность сбежать из этого места.

— Приступим, — услышав, как в спальне сработали чары, пошла демонстрировать сегодняшние образы.

Аните досталось молочно-розовое струящееся платье в пол. Мягкая ткань обнимала тело. Вырез на груди был занижен, спина же полностью открыта. Тонкое кружево с россыпью мелких камней, заменяло бретели и бока платья.

Для Микэлы я подобрала, куда более кричащий наряд. Плотный шифон с фиолетового цвета к подолу превращался в персиковый. Верх у платья практически отсутствовал. От завышенной талии поднимались две атласные ленты на круговых лямках, соединяющиеся на спине золотой витой цепочкой. Воздушный шелковый низ, шевелился в такт движения хозяйки.

Мое же платье хоть и было полностью закрыто, вызывало куда больше вопросов. Верх полностью прозрачная ткань с черной гладью вышивки. Жесткая юбка-колокол с переда была до колен, за спиной перетекала в почти метровый шлейф. Чуть плотнее лифа, но даже юбка не оставляла пространства для воображения.

— А ничего так, — рассматривая платье, протянула Принцесса Измерии.

— Нас выгонят, — вздохнув, вторая принцесса подтянула наряд поближе к себе.

— А вы на что рассчитывали, — усмехнувшись, начала переоблачаться.

Два часа спустя, мы полностью собранные гордо входили в зал. Шепотки и косые взгляды были лучшей наградой за мои труды. Выглядели мы чуть приличней дам, которые своей профессией выбрали эскорт.

Все прошло по сценарию: за испорченное платье Анита потребовала почти сто тысяч золотых и прокляла растяпу и весь ее род до десятого потомка на вечную чесотку. Дама, плача и заламывая руки, умоляла отменить проклятье и восстановить платье. А после фразы, что платье принадлежит Леди Эбирфайр упала в обморок. Зал же впал в шок.

Микэла поступила куда радикальнее, заставила высокородного джентльмена сперва съесть закуски с пола, затем вылизать туфли и принести публичные извинения за оскорбление ее Королевского достоинства. Правильно, кто он такой, чтобы есть в присутствие Принцессы, так еще и ронять закуски ей на голову.

Дама, которая решила оттоптать мне ногу, в неравной схватке потеряла все наращенные патлы, лишилась двух зубов и получила перелом той самой конечности. Заставлять извиняться, увы, не могла, все же Вивьен — это не Кастадея.

Отличилась на сей раз даже Ласиста, нахалу, который посмел ее лапать, не слабо так зарядила с левой в глаз. Так еще и потребовала возмещения.

Бал прошел весело, по итоговому объявлению ни одна из нас не достойна поведения королевы. К большому удивлению, мы дружно встали грудью на защиту нашего права на неприкосновенность и честь. Злая Аннита Цурир разогнала нас по комнатам.

С непередаваемым блаженством рухнула на кровать и с надеждой уснула.

Глава 17

Утро я встречала нервно, теребя локон и закусив губу. Сердце в предвкушении отбивало ему одному известный ритм. Мысли метались от одного к другому и не могли сформироваться во что-то понятное. Голова кружилась. Большая часть охраны уже была отослана домой. Еще раз осмотрев комнату, притронулась к кольцу.

— Маркелия, — тихо произнесла я в пустоту, — у вас есть три часа. По истечению отведенного времени, обо мне должны исчезнуть все напоминания.

Поморщившись поняла, что даже нормально говорить не могу, слова перепрыгивают и мысли путаются. Успокаиваясь, надеваю школьную форму и исчезаю в путанных коридорах дворца. Трепет, охвативший меня, невозможно передать словами. Последний раз я иду по этим сырым и неприглядным галереям и переходам. Выйдя на главную террасу, прикрыла глаза от яркого света, который резал глаза, после дворцовой темноты.

Королевская семья со скучающим видом смотрела на собравшуюся перед замком толпу. На нас же они и вовсе не смотрели. Создавалось ощущение, что мы какие-то декорации, а не кандидатки в невесты.

Дело спас глашатай, объявивший начало финального отбора. Пожилой мужчина, поднявшись на сцену, начал расписывать все достоинства и величие страны, важность Королевской династии и самой традиции отбора. Почти два часа мы стояли и слушали этот бред, свернулась эта речь только тогда, когда на троне начал похрапывать король. Распорядитель смешно подпрыгнул и передал слово Придворной свахе.

— Доброго дня, — на сцену выплыла Аннита Цурир, — ни для кого из вас не секрет, Королевский двор жесток и не прощает ошибок. Для нас стало глубоким разочарованием поведение не только безродной солдатки, но и высокородных Принцесс. Девушки, о помоги мне Светлый, обделены всеми понятиями норм и правил. Они не способны отвечать за себя, что уж говорить про других и целую страну. Мы долго спорили и пришли к выводу, что единственной достойной кандидаткой будет — Ласиста Струкова.

Мы дружно перевели задержанное дыхание, кто-то от облегчения, а кто-то от радости. Анита рядом нервно икнула, а я проверила наличие экстренного телепорта в Академию, убедившись в его наличии, тут же слила половину накопителя. Амулет нагрелся, а под нашими ногами развернулась печать переноса, пока бледная и едва различимая, но уже активная.

— Приветствую вас подданные, — Королева царственно и пренебрежительно осмотрела народ, — Боги за что-то гневаются на нас, они послали нам в наказание самых бесперспективных девушек. Я больше пяти недель наблюдала за ними. Они — мое самое глубокое разочарование. Мое сердце обливается кровью и слезами. Но как прописано в законе одна из них станет невестой моего сына. И из всех зол надо выбирать меньшее. Наш выбор — Анита Стюат.

Принцесса Интерии вцепилась мне в руку. У меня же внутри поднялась злая волна раздражения. Очень захотелось поднять ближайшее кладбище и отправить их побегать за венценосной семейкой. Но вбитые в Академии привычки не дали гневу перекрыть трезвый расчет.

— Народ, приветствую тебя, — раздражающий голос Колина разнесся над толпой, — я согласен со многим, что уже было сказано, но я верю, Боги не могли наказать нас, эти дамы, посланные нам — сокровища. Мне грустно от того, что многие это не понимают. И сегодня используя право вето, требую немедленной клятву невест и продления испытаний еще на полгода, как написано в законе.

— Нет, — с одной стороны взвыла Микэла.

— Не хочу, — с другой не менее горестно завыла Анита.

— Да идите вы все, сами знаете куда, — скидываю весь оставшийся накопитель и половину своей магии в печать, — держитесь.

Печать вспыхивает темно-красным, почти черным цветом от переизбытка магии. Обычно она срабатывает на кровь, сейчас я использовала только магию. Вцепившиеся в меня принцессы зажмурились, я же нервно улыбнулась. Ледяная магия начала раскручиваться по спирали, не позволяя к нам подойти. Вихрь сложился в еще одну прозрачную печать и мир взорвался алыми вспышками. Пространство исказилось и нас перетянул телепортационный зал Академии.

— Незнакомка, код доступа семьсот восемь, — стены моргнули и потухли, принимая студентку, — стойте тут, у меня буквально десять минут.

Срываюсь с места и лечу к командиру докладываться. Пустые коридоры встречают приветливо и горделиво. Даже если Колин отследил портал, то на территории Академии трогать гостей запрещено, и он это знает. Найти же меня в запутанных лабиринтах настоящих, иллюзорных и пространственных коридоров может только студент.

— Антегрес Моуэ, квалификационное задание выполнено, — влетаю я в кабинет и начинаю с порога отчет, — похищенная Принцесса Интерии и похищенная Принцесса Измерии находятся в телепортационном зале. Пострадавших нет, войны нет, бунта нет. Разрешите откланяться.

— Прячься получше, — улыбнулся вояка и швырнул в меня заклятьем переноса.

Родная комната встретила небывалым облегчение. Стягиваю форму и откидываюсь в любимое кресло. Огромная картина нашей семьи навивает покой и умиротворение. Просидев так почти полдня, начинаю собираться на обед. Традиционное черное платье, каскад локонов и незатейливый макияж. Все это можно приписать к любой. Вздыхаю и впервые за долгое время прикасаюсь к родовым драгоценностям. Венок привычно сужается под размер головы. Красное золото вьется причудливыми узорами, черные жемчужины и темно-синие капли сапфиров. И уже никто не поспорит, что перед ним Кронпринцесса.

Спускаясь по парадной лестнице, ощущаю себя не в своей тарелке, давно это было. Каблуки легко стучат по полу, вторя моим волнениям. На сегодня был назначен очередной званый ужин, правда вряд ли меня на нем ждут. Перед белыми с позолотой дверьми я замираю и собираюсь с духом. Лицо застывает маской равнодушия, а эмоции запихиваю куда подальше. Распахиваю створки и вхожу.

Мама и папа даже не поменялись в лице. Ледяное спокойствие и уверенность. Чинно всех поприветствовав, прохожу к своему законному месту за столом. Гости с любопытством и страхом косятся на меня, не рискуя посмотреть в открытую. На мое счастье, успела я только на десерт, со всеми переживаниями и пережитым есть не хотелось.

Меланхолично наблюдаю за гостями и окружением. Пока в какой-то момент не замечаю в толпе до боли знакомую пепельную макушку с голубым отливом. Да быть такого не может, гулко сглатываю и продолжаю наблюдать. Обладатель странной шевелюры выныривает около матушки и, склоняясь, начинает о чем-то вещать.

Инстинкт сработал раньше, чем мозг успел подумать. Резко прячу руку с печатью под стол. Для всех жест не вызвал особого интереса, но ярко зеленые глаза внимательно и с каким-то садистским пониманием проследили за исчезнувшей рукой. Внутри все похолодело, быть этого не может!

Вертикальные зрачки парня сузились практически до щелочек, нос втянул воздух и, очаровательно улыбнувшись моей матери, он предложил проводить бледную принцессу до покоев. Отец осмотрел меня, заключил срочно отсыпаться и откинуть в сторону переживания о грядущих экзаменах. Гости загалдели, кто сочувствующе, кто с нездоровым интересом. Гул голосов, приносил с собой зарождающуюся мигрень и подстегивал панику. Мне можно было идти прыгать с самой высокой башни, под завораживающим взглядом волчьих глаз.

Теперь я поняла, почему мой поклонник так и не раскрыл в письмах своего имени. Волк, лучший студент курса и моя вечная заноза в одном месте. Не проходила ни одной учебной недели, чтобы мы не подрались, ни дня без оскорблений. Стойкая антипатия возникла у нас на первой же лекции. Два сильных мага, два избалованных ребенка, оборотень и демон. Нам было мало одной комнаты. Мы пытались сломать друг друга, когда это не получилось, началась настоящая война. Мы готовы были зубами и когтями вцепиться в друг друга. Все успокоилось только в момент принятия второй сущности. Все знали демоны в такие моменты с головой не дружат. А в шестнадцать прекратилось окончательно. Мы все так же зло смотрели друг на друга, но все прямые контакты прекратились.

И вот сейчас, идя по коридорам под перешептывания прислуги и заигрывания придворных, я леденела с каждым новым шагом. В голове не укладывалась сложившаяся ситуация. Он три года меня любил? Да быть этого не может. Мозг отказывался верить. Ну, теперь хотя бы понятно, откуда он знает про наши вылазки, сколько раз он сдавал нас проректору не пересчитать.

Комната приняла жилой вид, в вазах появились цветы, мебель расчехлили, пыль протерли, духами все облили. Пытаюсь закрыть дверь перед носом сокурсника, но здоровенный волчара, которому даже на каблуках едва достою до груди, сделал вид, что не заметил.

— Значит, я выглядел придурком в твоих глазах? — даже не пытаюсь ответить, вопросительно поднимая бровь. — Цветы, вкусняшки, это и так ведешь каждый день.

— Если ты забыл, — пытаюсь голосом приморозить его к полу, — я училась вместе со всеми, и, если не заметил, вернулась только сегодня.

— Ты первая, кого отпустили с практики, — гора мышц, нависающая надо мной, не внушала спокойствия, — это ли не доказательство, что к тебе относятся куда лучше, чем к нам.

— Дурак, — зло фыркнула ему в лицо, — в отличие от вас, на меня скинули самое идиотское задание, навешали кучу ограничений и не дали собрать вещи. Наш проректор, который целует тебя, куда только можно, меня готов придушить собственными руками. Ты это подразумевал под особым отношением?

— Издеваешься? — под ноги попался журнальный столик, и от падения меня спасла только рука, прижавшая к твердой груди.

— Не имею такой привычки, — попыталась выбраться, но хватка стала только сильнее.

— А я уже боятся начал, что схожу с ума, — он плюхнулся в мое любимое кресло, — твой взгляд был везде: и на картинах, и на фотографиях, да даже запах черных роз напоминал о тебе.

— Это мамины цветы, — я попыталась сползти с его колен, но узкое платье это не позволило, значительно урезая маневренность, — мы обе пользуемся духами из них.

— Почему ты сразу не послала меня? — вторая рука пристроилась на моем бедре.

— Я запретила, — попытка скинуть загребущую конечность провалилась с оглушительным треском, — мне хотелось хоть на секунду поверить в то, что меня могут любить.

— Я тебя не просто люблю, — тихий интимный шепот на ушко волновал сильнее, чем все поцелуи Виктора, — я без тебя умру.

— Да, ладно, — саркастически усмехнулась, и совершила роковую ошибку, посмотрела в бездонные зеленые глаза, — а то я не помню, как мы вечно дрались.

— Ты даже не знаешь, — меня практически впечатали в тело, — сколько рож я разбил из-за тебя. Я думал сдохну под дверью твоей комнаты. Для меня стало огромным шоком, когда волк выбрал тебя. Я ревновал тебя к твоим приятелям, вечно вас подставлял и с садистским наслаждением наблюдал, как их гоняли по мирам. Но даже тогда для меня оставалось загадкой, почему не трогают тебя. Мой отец переругался с половиной нашего педагогического состава, но я все так же ходил вечно исцарапанный и с брешами в магии. Сейчас я вижу, ты не та, кого отправят мыть полу, твои родители не те, с кем совладает седьмой клан оборотней, но я не откажусь от тебя, ты будешь моей.

Я хотела возмутится и хоть как-то запротестовать, но бешенный голодный поцелуй заткнул меня куда надежнее, чем все увещевания. Целовали меня грубо и нежно, мягко и настойчиво, кусая и рыча. Контраст ощущений только подливал огонь, вечная борьба перетекла даже сюда, демон возмутился и попытался перехватить бразды правления. Юркий язык заставил выгнать окончательно все мысли и плавиться под напором ощущений. Треск ткани не привел к прояснению мозгов, теплая, шершавая ладонь заставила прогнуться и застонать, хотелось еще больше.

Дверь распахнулась и наше сумасшествие прервал ехидный голос профессора.

— Я же говорил, — начал с порога учитель, — вы или убьете друг друга, или гулять на вашей свадьбе.

— Профессор Эвердор, — мгновение и мы уже стоим, вытянувшись по стойке смирно.

— Расслабитесь, — он махнул на нас рукой, — Леди Вивьен, вернемся к вашей измененной памяти. Не знаю на сколько безопасно снимать за раз все четыре заплатки, но в вашем случае лучше так, чем по одной.

— Одна слетела, — я скромно потупилась, — и скажем так, королевство Занзед еще чудом существует.

— За это, я думаю, стоит сказать спасибо Виктору? — прозрачные глаза весело переливались.

— Да, профессор, — я поклонилась.

— Сирав, свободен, — быстрый взгляд на парня и того сдуло из моей комнаты, — приступим?

— Думаю, да, — я не видела смысла оттягивать неизбежное.

— Тогда ложитесь удобнее и начнем, — плюнув на все приличия, потопала в комнату и улеглась на мягкую кровать.

Магическое воздействие было где-то далеко, я его практически не ощущала. Магия накатывала волнами, размывая границы скрытых воспоминаний. Первая преграда исчезла с легким покалыванием.

Перед глазами всплыл первый бал и мило улыбающийся подставной принц, его руки обнимали мою талию, ласковые слава, мягкий голос и поистине королевское отношение. Вот и подкрался основной момент, приглашение прогуляться и проверить комфортность будущих королевских комнат.

Фрагмент кончился, я же ощутила, как спина коснулась мокрых простыней. Профессор взволнованно наблюдал за мной и моими метаниями. Отдышавшись, кивнула, показывая, что можно продолжать. Второй блок снялся, принеся куда больше боли.

Перед глазами всплыла почти знакомая история из коридора.

«— Почему вы бродите одна? — сфокусировав взгляд, обнаружила около себя Архимага.

— Я от декораторов, — скромно пожала плечами.

— Вы — одна из невест, многие захотят на вас позарится, — глаза мужчины с неприкрытым вожделением смотрели на меня, руки потянулись за спину оглаживая поясницу и все, что пониже оной.

— Господин маг, — зло прошипела я и попыталась отодрать от себя наглые лапищи, — прекратите немедленно или мне придется защищаться.

— Ум, — его нос прошелся от моего виска до уха, еще секунда и губы обжигает поцелуем, ласки в нем не было ни грамма, только неприкрытое желание, развернуть меня и нагнуть.

— Отойдите, или я применю силу, — врезав в голень начинаю формировать на ладони белоснежное пламя истинного света, заклинание хоть и затратное, но против такого скота в самый раз.

— Я — Архимаг, — его рука разрывает ткань платья на спине, — твоя магия не поможет.

Больше не желая терпеть такое унижение швыряю в него почти половиной доступной магии. Кронпринц отлетает и врезается в стену, а в коридоре слышится голос короля».

Из второго воспоминания я выплывала куда дольше, голова болела нещадно, во рту ощущался привкус крови. Профессор с обеспокоенностью смотрел на меня. К сожалению, если сейчас прервем работу, придется ждать неделю, а снимать воспоминание на кануне присяги, желания не было. Всмотревшись в ночную полутьму, перевела взгляд на преподавателя и кивнула, готовясь к последнему витку боли. Голова взорвалась сильнее всего.

«Поздний вечер я встречала с тоской и щемящим сердцем, ужасно хотелось домой. Но я все так же сижу в этих мрачных стенах и наблюдаю за столицей магов. Окна не позволяют увидеть меня, и я этим часто пользуюсь. В противном случае давно бы свихнулась. Дверь негромко открывается и в комнату кошачьей походкой входит Виктор.

— Скучаешь? — губы опаляет его дыхание. — Я — очень.

— Я тоже, — радостно взвизгиваю, когда меня подкидывают на руки и несут в комнату.

— Тогда не будем медлить, — в руках парня появляются наручники против нежити, я с удивлением на них смотрю, — они не позволят тебе выбраться.

Холодная ткань простыней под уже обнаженной и пылающей кожей, как изощренная пытка. Нежные руки и губы ласкают запястья прежде, чем на них смыкается холодная сталь антимагических оков. Нежные и ласковые касания проходят по руке и останавливаются на жилке пульса. Язык проходится по моей шее и губы прихватывают мочку, тихо шиплю от первых волн удовольствия.

С каждой секундой ласки становятся все смелее, импульсы от шеи и груди словно разряды молний сбегают вниз по телу и копятся внутри живота. Виктор с каждой минутой спускается все ниже растягивая наслаждение в неимоверную чувственную пытку. Сильные руки удерживают ноги, а язык творит невообразимые танцы. Я уже не сдерживаюсь, мои стоны слышны, наверное, во всех потаенных уголках замка. Я и демонесса воем в один голос, желая до безумия этого божественного мужчину, но проклятые наручники не позволяют сдвинутся. Еще секунда и мир взрывается разноцветными вспышками и мир гаснет, проваливаясь в темноту.»

На этот раз в себя я приходила еще дольше. Убедившись в моей вменяемости, профессор предпочел уйти. Я же бессмысленным взглядом рассматривала потолок. Зачем было изменять эти воспоминания? Ответа на этот вопрос у меня не было. Чего сверх опасного в них не было, если только Колин хотел остаться белым и пушистым в моих глазах. Тогда, как и сказал Виктор, он сильно облажался.

На улице была глубокая ночь, через пять дней моя третья фрейлина прибудет во дворец, и вскоре состоится снятие печати. От размышлений меня отвлек стук в дверь спальни. Собравшись, приподнялась на подушках и дала согласие.

— Ты как? — мама плавно опустилась на край кровати.

— Все болит, — я сползла обратно под одеяло, — голова будто на части развалится пытается.

— Твой учитель рассказал в чем дело, — она как в далеком детстве легла рядом и окружила теплом, — я знаю сложно пережить и принять вмешательство в мозг, наверное, даже проще не знать о нем. Расскажи, как прошла последняя практика.

Почти до утра мы с мамой провалялись, я рассказывала, она слушала и комментировала. С утра подали завтрак и, озорно переглянувшись, мы стащили подносы в кровать. Так уютно и тепло мне давно не было.

— Милая, меня волнует только одно, — она закусила губу, если сейчас объявить о появление третьей фрейлины, то произойти может все, что угодно, я боюсь даже Анита не сможет предсказать, к чему готовится.

— Не найдется индивида, который по доброй воле полезет к Эклине? — я вопросительно изогнула бровь.

— Может и не найдется, — она усмехнулась, — но всяких хватает, могут и полезть.

— И что вы предлагаете? — я поудобнее взяла теплый бок чашки.

— Думаю с женихами долго ждать не придется, — мама зеркально повторила мой жест, — пусть подпишет договор после официального объявления отбора.

— Ждать почти месяц, — я нахмурилась, — за это время ее могут и увести, а дар у нее один из сильнейших, что мне доводилось видеть.

— Как же месяц, — маман расплылась в довольной улыбке, — не позднее, чем вчера вечером, милый блондинчик просил твоей руки, в таких эпитетах и описаниях, что в свое время даже твой папа на них не расщедривался. Правда, получив свиток с описанием, погрустнел, но рыкнул, что еще вернется.

— Да ладно, — у меня нервно дернулся глаз.

— А еще Виктор Камал связался с Аксионеллой и попросил ее согласия, — мама загнула пальчик, — с Жанетт связались двое Колин Айор и Михаэль Ротье. Остальные пока обходятся записками и официальными прошениями. Вот тебе и причина почему ждать тебе от силы неделю, край две. А теперь рассказывай, кто все эти субъекты.

— С отцом Виктора ты и так знакома, это твой бывший однокурсник, наш нынешний проректор, — я загнула пальчик, — Колин — незаконнорожденный, а по факту просто бастард королевской семьи Занзеда от свадьбы с ним, мы и сбежали. Михаэль Ротье, я думаю ты и так знаешь, не поверю, что ты не следишь за его жизнью, не часто рождаются смески с двумя активными сущностями. А тот, кто приходил к тебе, не знаю, как его зовут по-настоящему, но в школе Волк или Сирав Маукейли, лучший выпускник нашего курса и последнего столетия.

— Кому из них давать согласие? — матушка встала и поправила иссини-фиолетовые волосы.

— Виктору, — я также поднялась, — Колину точно нет, про остальных двух решайте сами, я их не знаю.

— Хорошо, — мама обняла меня, — отдыхай.

Дверь закрылась, а я пошла отсыпаться. Наконец-то!

Эпилог

Безмолвная тишина актового зала пугала, обычно комната наполнена миллионами звуков и тысячами разномастных голосов. Сейчас нас меньше пятидесяти. С первого курса осталось едва ли два процента учащихся. Всех нас по праву будут считать элитой военной службы. Мы прошли всё: и огонь, и воду, и жесткий конкурентный отбор.

В Академии нет запретов на дуэли, яды и подпольные убийства, правило только одно: «Убей или умри». Официально по бумагам все это проходило как несчастные случаи, и так далее, в реальности жесточайшая борьба за власть. Так готовили к жизни, на поле боя никто не будет использовать честные условия и выполнять договора.

И сейчас в последний раз мы видим друг друга за привычными масками, через два часа все вернутся к своим привычным именам. Группа «Алькав» перестанет существовать на долгие сто лет, пока не пройдет новый набор. Последние два часа позывной «Незнакомка» закреплен за мной, в следующем году его займет новая девушка и на долгие годы лишится имени.

Тишина нарушилась спонтанно, Волк зарычал и подгреб меня к себе под бок. Остальные рассмеялись от моего ошарашенного вида, перепуганного Кота и скалящегося на него старосту.

— Когда свадьба? — друг взял себя в руки. — Уже вся Академия сделала на вас ставки. Выиграли, кстати, не многие.

— Да, о чем вы, — выбравшись, отошла подальше, — она мне еще скоро не светит.

— Не отпущу, — рык Волка поднял новый приступ смеха.

Вошел профессор и смех тут же стих. Потянулись мучительные минуты ожидания. Мне предстояло идти последней, на сколько мне удалось узнать, клятву Витгресис приносила только я. Волк с неохотой отлепился от меня и пошел предпоследним. Пока тянулась его клятва меня начало мелко потряхивать. Еще с десяток минут и Вивьен Андер перестанет существовать. Когда провожатый зашел за мной, я уже была на гране истерики.

— Вивьен Андер, — по арене прокатилась волна магии, открывая мне проход.

— Да будет магия в любом ее проявление сопутствовать мне, — встаю на колени в центре круглой печати. Шлейф платья ложится рядом, под оголенными коленями ощущаю холод стали.

— И принесете вы клятву верности, да будет она цепью вашей, да прибудет с нею оковы на сердце.

— Принесу.

— Не будет у вас семьи другой, кроме народа вашего.

— Не будет.

— Не будет у вас страны другой, чем та, которой приклонитесь.

— Не будет.

— Склоните голову до самой земли, отдайте кровь и жизнь свою за страну, на верность которой и честь которой вы рождены были.

В зале поднялся оглушительный шум, все уже не раз за сегодня слышали клятву Антегрес, но вот прозвучала первая строка, отличающаяся по содержанию, и я единственная, кто на самом деле прислоняюсь лбом к холодному металлу. Уложенные в локоны кудри закрывают дальнейшую картину.

— Не придаст тебя сила, народ и воля. Будешь веками стоять на страже. Отдашь всю себя ты стране и народу. Забудь про любовь, верность и честь. Все свои желания станут для тебя второстепенной заботой. Сперва о стране мысли твои.

— Клянусь.

— Дети союза твоего принадлежать будут ни тебе, ни семье, никому из живых. Дети те будут народа, и только первые боги их смогут судить.

— Принимаю.

— Встань, дитя из перворожденных, кровь твоя не вода, не размыта и не сожжена, и будет она таковой, пока клятве богов отдаешь всю себя.

— Да будет.

— Отныне и впредь, пока прах твой не исчезнет, быть тебе гарантом и силой своей страны.

— Принимаю.

— Кастадея Эбирфайр, по последнему слову моему нарекаешься ты Витгресис демонической империи. Вставай на защиту и служи своей стране.

— Отныне и впредь, пока сердце бьется и тело служит, у меня одна семья, и перед нею я отвечаю всей собой, семьей той для меня является мой народ. Придав однажды — не вернуть доверия, отказав — уважения, забыв — памяти. И не будет у меня другой семьи, и не будет у народа другого главы.

— Клятва в силе!

По залу прокатилось громогласное эхо. С этого момента мой отбор вступает в силу. Кронпринцесса Кастадея Эбирфайр официально получила звание наследной принцессы и стража границ.


Оглавление

  • Пролог
  • Глава 1
  • Глава 2
  • Глава 3
  • Глава 4
  • Глава 5
  • Глава 6
  • Глава 7
  • Глава 8
  • Глава 9
  • Глава 10
  • Глава 11
  • Глава 12
  • Глава 13
  • Глава 14
  • Глава 15
  • Глава 16
  • Глава 17
  • Эпилог



  • MyBook - читай и слушай по одной подписке