КулЛиб - Классная библиотека! Скачать книги бесплатно  

Церера (fb2)


Настройки текста:



Кэтрин Рид Церера

Глава 1


В это утро я, как обычно, сидела в своей лаборатории в исследовательском корпусе корпорации БиоНИК, попивая сладкий кофе и листая на планшете рабочий журнал. За спиной шуршали магнитные мешалки и вытяжки, на ампулах с разноцветными растворами играли лучи солнца, беспрепятственно проходящие через панорамные окна здания. Снаружи стоял жаркий июнь, и, так как мой стол стоял у окна, я наслаждалась видом прекрасного парка, раскинувшегося перед входом в здание. Через несколько минут климатическая система затемнит окна и света в лабораториях станет меньше, вид будет уже не тот.

Мне нравилось приходить немного раньше своих коллег и настраиваться на работу, планируя порядок экспериментов. В мыслях я уже составила план на сегодня, оставалось сделать несколько предварительных расчетов по концентрациям реагентов в реакциях. Этот ритуал я проделывала уже в течение двух лет, с тех пор как попала сюда после окончания биологического факультета Гарварда. Мне, можно сказать, повезло, так как немногим выпускникам престижных учебных заведений удавалось устроиться на работу в корпорацию. Однако мои усердные труды во время учебы, позволившие окончить университет с красным дипломом, не пропали даром, и, выдержав огромный конкурс, я была принята в лабораторию первичных исследований биологического материала в качестве стажера-исследователя.

Наша лаборатория занималась изучением свойств веществ, выделенных из растений, собранных на других планетах. Занятие это было увлекательным, так как каждый раз неизвестно было, какое открытие тебя ожидает.

С того момента как я начала работать в корпорации, жизнь моя стала более насыщенной: работы много, она была всегда срочной, плюс необходимо было писать всякие отчеты, готовить материалы к конференциям и статьям. Одним словом, я погрязла в рутине: некогда было пройтись по магазинам или встретиться со старыми друзьями. Одна и та же круговерть каждый день: дом – работа, работа – дом.

Я уже допивала свой кофе, когда услышала за спиной звук хлопнувшей двери: в лабораторию кто-то вошел. Я обернулась и увидела, как от двери, переваливаясь на коротких ножках, ко мне шел доктор Керно. Этот маленький толстый человечек с красными носом в своем белом халате всегда напоминал мне снеговика.

– Доброе утро! – произнес он мягким приятным голосом.

– Здравствуйте, – поздоровалась я, и, думая, что Керно пришел к моему руководителю профессору Рипли, добавила, – профессора пока еще нет. Обычно он приходит на полчаса позже.

– О, я не к нему! – вымолвил доктор и, тяжело вздохнув, присел на краешек табурета, который стоял возле меня.

– Вы ведь Джиллиан Стюарт? – спросил он, вытирая пот со лба носовым платком.

– Да, это я.

– Джиллиан, – продолжил он, заставляя меня все больше нервничать, – я должен сообщить вам неприятную новость. Ваша тетка профессор Элизабет Норд пропала в ходе выполнения миссии на планету Церера. Как единственная ее родственница, вы должны об этом знать.

– Что значит, пропала?! – воскликнула я, вскакивая со стула.

– Присядьте, Джиллиан, я сейчас вам все подробно расскажу! – попытался он меня успокоить.

Я послушно шлепнулась обратно на стул, сокрушенно вздохнув и вся превратившись в слух.

– Они прибыли на планету Церера около четырех суток назад. Всего сорок человек, среди них пять ведущих ученых и три человека командного состава. Через два дня часть группы из десяти человек отправилась в лес для сбора образцов. Элизабет была с ними как руководитель отряда. На основной базе, тем временем, все шло стандартно: были собраны первые образцы растений, началась классификация животного и растительного мира, нам были отправлены первые отчеты о флоре и фауне планеты и ничего опасного, на первый взгляд, там не было. Хотя, следует отметить, что у нас возникло много вопросов о местном эволюционном развитии. И вот почему: планета богата растительностью, много насекомых и птиц, в океане водоросли, однако сухопутных животных по какой-то пока неизвестной нам причине там нет. Через сутки от начала похода Элизабет и часть команды должны были добраться до горного плато и оттуда выйти на связь с основной базой. Однако с этого момента мы потеряли связь и с базой, и с кораблем, который доставил экспедицию к Церере и оставался на орбите. С группой Элизабет выйти на контакт тоже не удалось. Нами был запущен спутник, с помощью которого мы установили, что корабль миссии исчез, на поверхности остался полностью развернутый лагерь без следов жизнедеятельности, а группа, находящаяся в джунглях, пропала без вести. Таково положение вещей на данный момент времени.

– Что делается для спасения людей? – спросила я, нервно ломая руки.

– Сейчас собирается спасательно-исследовательская команда. Старт через две недели, примерно неделю корабль будет в пути.

– Боже, как долго! – вполголоса сказала я, представляя, что может случиться за эти три недели с людьми на планете, полной неизведанных опасностей.

– Что вы, это невероятно быстро! – воскликнул доктор Керно. – Каждая миссия обычно планируется не менее года.

– Какие есть версии о том, что там произошло? – продолжала я допытываться.

– Основная версия одна – нападение пиратского корабля, похищение команды и имущества. Однако требований о выкупе или информации о продаже людей и оборудования пока не поступало.

– Послушайте, доктор Керно, помогите мне! Я должна участвовать в этой миссии! – решительно заявила я, глядя в глаза собеседника. – Элизабет растила меня, и я понимаю ее, как никто другой. Если ее похитили, она точно оставит подсказки, которые команда может и не заметить. Я же, зная ее, как саму себя, замечу их сразу, и это облегчит всем задачу.

Профессор, ошарашенный вначале моим предложением, теперь призадумался. А задуматься было о чем: корпорация занималась исследованиями флоры и фауны других планет, зачастую очень опасных и непредсказуемых, и для этого нужна была соответствующая физическая подготовка и навыки выживания в экстремальных условиях, чем я, конечно, не обладала ни в коей мере. Кроме того, нужно было иметь большой запас знаний, опыт работ, который позволил бы успешно выполнять основные задачи миссии. Все усилия в таких экспедициях были направлены на успешную транспортировку ценных, и, по возможности, живых биологических образцов на Землю. При невозможности их перевозки ученым необходимо было выделить основные компоненты на месте базирования, провести всестороннее исследование собранного материала. Из доставленных на Землю образцов выделяли новые химические соединения, которые находили свое применение во многих отраслях промышленности. Львиную долю этого рынка занимала фармацевтика. Лекарства, незаменимые и необходимые не только для людей, но и для других разумных обитателей нашей Вселенной, производились именно на Земле, и за это нам всегда очень хорошо платили. В миссию отправлялись наиболее опытные сотрудники корпорации, люди с огромным опытом, сумевшие хорошо зарекомендовать себя на Земле. Такая политика корпорации приносила ей огромные доходы, и случайных людей тут быть не могло.

– Я расскажу об этом на совете. Обещать ничего не могу! – коротко сказал Керно, вставая со стула.

Я поблагодарила его за то, что он откликнулся на мою просьбу, и попрощалась. Профессор отправился к двери, а я смотрела ему вслед, и в душе моей с этого момента поселилось отчаянье. Теперь все зависело от решения совета. Вероятность положительного решения моего вопроса была ничтожно мала, но я должна была хоть что-то предпринять. Целый день я не находила себе места. Работа валилась из рук, поэтому, сделав пару стандартных реакций, я уже не пыталась занять мозг серьезной работой и полностью погрузилась в свои мрачные размышления. «Элизабет никогда не опускала руки, даже в самых отчаянных ситуациях спасала себя и других. И в этот раз я не должна в ней сомневаться и в себе тоже», – мысленно подбадривала я сама себя весь день.

С работы я отпросилась пораньше, сославшись на желание отправиться в архив, который был в этом же здании и занимал верхние пять этажей. Там хранилась огромная научная база книг, статей и информация для личного пользования сотрудников корпорации. Меня же больше всех интересовала сейчас информация о пропавших в миссиях людях. Сев за стол, я набрала на его поверхности в поисковой строке: «не вернувшиеся из миссий». И тут же на белом поле столешницы было выброшено примерно тысяча архивных выписок о людях, пропавших в миссиях за все время полетов. Около десяти из них были только для сотрудников с высшим уровнем доступа, к сожалению, их пришлось перенести на край стола. Остальные выписки содержали личные данные людей, краткую информацию о назначении миссии, причину гибели. Проанализировав информацию, я поняла, что около восьмидесяти процентов погибших и пропавших – это военные, основная задача которых заключается в защите имущества и ученых корпорации. Они гибли от нападения диких животных или местных жителей. Среди многих случаев меня поразил один, где вся команда была полностью уничтожена местным смертельным вирусом: заражение произошло в результате первого контакта с местным пламенем аборигенов и выкосило всю команду буквально за час.

Уже было около полуночи, когда я вышла из здания института. Я быстро прошла немноголюдную аллею и вышла на станцию малогабаритных магнитопланов или ММП, как их все называли. Станция была довольно большой и блистала хромированным металлом, на дальнем конце стояли две женщины, ожидая свой транспорт. Я подошла к длинной полосе экрана сервисного компьютера, которая тянулась вдоль станции, и провела над ним ладонью. Компьютер тут же считал информацию с чипа, вживленного мне в ладонь, предложив несколько вариантов маршрутов, которыми я обычно пользуюсь. Я выбрала кротчайший до дома и оплатила поездку. Через пару минут в стеклянном тоннеле, проходящем рядом с платформой, открылась дверь, и я села в четырехместный ММП с большими панорамными окнами. Двери закрылись, и машина понеслась с бешеной скоростью по одним, ей только ведомым, многочисленным разветвленным путям, которые проходили через здания, парки, дома, под землей. Хорошо, что теперь не было асфальтированных дорог, как раньше. Благодаря успешному развитию ММП, работающего на магнитной подушке, старый неэкономичный и неэкологичный транспорт был вытеснен. Теперь на месте асфальта были разбиты скверы, парки. И хотя расстояние от работы до дома было очень приличным – только в одну сторону я преодолевала не менее ста километров, времени на дорогу тратилось не более сорока минут в день. Мой дом или, точнее, моя маленькая однокомнатная квартирка находилась в спальном районе, который представлял собой конгломерат из сотни высотных зданий. В каждом из них была своя станция, находившаяся в центре высотки, на двадцатом этаже, были свои магазины, салоны обслуживания, кафе. Однако находиться одному в позднее время суток в темных коридорах и переходах высоток крайне не рекомендовалось. Выходя из ММП, я огляделась: в правом от меня конце станции стояла группа из трёх людей. Один из них – крупный высокий парень был одет в спортивную куртку и джинсы, и небрежным движением он что-то подбрасывал в руке. Рядом с ним пристроились вызывающе одетые девицы, которые громко хихикали. Это могла быть как загулявшаяся компания, так и местная шайка, подыскивающая свою жертву, поэтому я повернула влево и пошла быстрым шагом к противоположному выходу с платформы. Главная моя задача заключалась в том, чтобы добраться до круглосуточного магазина Шонни, который был выше на пять этажей, а там до дома совсем не далеко. За спиной послышался звук проезжающего мимо ММП, и я свернула в туннель, идущий под станцией к лифтам. Мне оставалось пройти метров сто до лифта, когда из бокового хода появилась компания, которую я видела минутой ранее. Слабый свет осветил высокого парня, и я поняла, что встретила своего старого знакомого Билли. Билли был отъявленным негодяем. Так уж случилась, что я училась с ним в одном классе, и уже в школе он проявлял склонность к своему будущему промыслу – грабежу. Он обирал ребят моложе и слабее, других же, похожих на него, делал своими «шестерками». Уже к концу школы он сколотил свою банду, которая занималась грабежом на станциях ММП в этом районе, и ввел новый метод ведения подобных дел: к одинокому пассажиру перед самым закрытием дверей подсаживался человек из банды, который обирал беднягу до нитки во время поездки. На каждой станции у него были свои люди: обычно это были худосочные школьники, которые сообщали о появлении патруля, поэтому Билли и его компания были неуловимы. Меня же он считал человеком из другого племени, лабораторной крысой, которую надо прихлопнуть ботинком. Я его боялась, хотя и не подавала виду. Стараясь всегда быть на виду, я благополучно избегала общения с ним, и через некоторое время он вроде бы забыл о моем существовании. После школы я пару раз видела его на станциях, однако в толпе он меня не замечал. И вот теперь Билли нависал надо мной, и деваться мне было некуда.

– О, моя старая знакомая, Джиллиан, сколько лет, сколько зим! Привет! Домой идешь?

– Привет, Билли, – как можно, дружелюбнее пискнула я, – давно не виделись. Как дела?


– Дела мои отлично, малышка! А ты обитаешь все так же в компании своих лучших друзей лабораторных крыс? – подзуживал Билли, противно хмыкнув. Две девицы, вторя Билли, захихикали у него за спиной.

– В нашей жизни мало, что меняется к лучшему, – ответила я, начиная продумывать пути к отступлению.

– Знаешь, я вот тут подумал, что ты могла бы мне одолжить немного своих денег. Тебе ведь не жалко для старого знакомого?

Именно этого вопроса я ждала от Билли. Хорошо хоть на основном счете были деньги только на текущие расходы, остальные я хранила на дополнительных закрытых счетах.

– Да, Билли, для старого знакомого мне не жалко денег. Билли небрежно схватил мою ладонь, в которую был внедрен чип, и провел ей над планшетом, который держала одна из девиц.

– Пароль? – коротко спросил он.

– Восемнадцать тридцать шесть.

Девица пару раз щелкнула по экрану, совершая перевод.

– Всего двести пиксов, Билли, – разочарованно сказала она, – даже на хорошую выпивку не хватит.

Отвратительная злобная гримаса исказила его лицо, и он стал наступать, прижимая меня к стене.

– Джиллиан, где остальные деньги? Ты же работаешь в корпорации, неужели там так мало платят?

– Конец месяца, Билли, – произнесла я и пожала плечами, – я поизвелась.

– Хорошо, посмотрим, что ты носишь при себе.

Он вырвал мою сумку и бросил ее девицам. Вот это было совсем плохо! В сумке лежал мой коммуникатор и планшет. Они, конечно, стоили не очень дорого, но расставаться с ними не хотелось: в коммуникаторе были записаны номера всех моих знакомых, а в компьютере несколько подборок научных статей для предстоящих конференций. Однако я решила не накручивать ситуацию и молча смотрела, как девицы роются в моей сумке.

– Стандартный набор: наушники и планшет. Модели старые, много не выручишь.

– Посмотрим, что по карманам, – неприятным хищным голосом сказал Билли.

Он стал деловито шарить по куртке, жестко вдавив меня в стену. Я опустила вниз глаза, понимая, что разговаривать с подобным отрепьем совершенно бесполезно. Оставалось только терпеть и молиться, чтобы он не нашел кулон, висящий на тонком белом шнурке на шее. На самом деле это было самое ценное, что я могла потерять в данной ситуации, так как он достался мне от матери и в нем хранились фотографии моих погибших родителей. «Если он доберется до него, я дам ему между ног, а дальше понесусь на всех парах к лифтам и, если повезёт, улизну», – подумала я, судорожно вздыхая.

Вдруг в туннеле послышались шаги одинокого прохожего.

– Это, наверное, патруль, они часто появляются в это время на станции, я сама видела, – предостерегла я его. Билли даже не удостоверился в правдивости моего предположения, настолько он был уверен в себе и в своих информаторах. В настоящий момент его больше интересовали карманы моих джинсов, в которые я по привычке складывала всякие записки.

– Не может быть, патрульные всегда ходят парами.

– Может, один из них задержался на станции?

Билли ухмыльнулся и, наклоняясь, зловеще прошептал мне в лицо:

– Ты что напугать меня пытаешься?

Перепуганная до смерти, я судорожно сглотнула и замотала головой. В этот момент взгляд Билли скользнул по моей шее – он заметил тонкую веревочку, уходящую под блузку. Протянув руку, он уже был готов схватить тесемку и сорвать с меня кулон. В тот же миг, поняв, что нужно действовать, я резко подняла ногу, стараясь ударить коленом ему в пах. Однако парень был проворнее меня и отскочил назад. Моя атака провалилась. Со словами:

– Ах ты, тварь! – он занес надо мной руку, сжатую в кулак, и я зажмурила глаза, приготовившись к удару. В сознании промелькнули внезапно стихнувшие шаги и испуганный возглас девиц. Удара не последовало. Что-то тяжелое и мягкое бухнулось рядом со мной, и я инстинктивно закрыла ладонями лицо, защищаясь от неведомой мне новой опасности. Потом послышался неистовый топот каблуков бегущих девиц, и только когда все звуки смолкли, я отняла ладони от лица и рискнула приоткрыть один глаз. Передо мной стоял высокий крепко сложенный мужчина, старше меня лет на десять. Весь его вид: армейская тренировочная форма, белая футболка, спортивная сумка – свидетельствовал о его принадлежности к военным. Взгляд холодных светло-серых глаз придирчиво меня осматривал – от этого мне стало не по себе. Я посмотрела вниз и увидела, что рядом с моими ногами, привалившись спиной к стене и разбросав ноги, сидит Билли. Голова его безвольно болталась на груди.

«Боже, похоже, он вырубил его с одного удара» – подумала я, исподлобья посматривая на своего спасителя. Решив поблагодарить его, я сделала шаг навстречу. Однако, похоже, благодарность ему моя была не нужна. Резкость его голоса заставила меня подпрыгнуть на месте, и я еле сдержалась, чтобы не пуститься наутек.

– Джиллиан Стюарт, ты ни черта не смыслишь в самообороне. Ты даже от опасности убежать не сможешь. И я бьюсь об заклад, что если так пойдет дальше, до начала миссии ты не доживешь, – сказал незнакомец раздраженным тоном, глядя прямо мне в глаза.

Я растерянно захлопала ресницами, в то время как мужчина поднял мою сумку.

– Идем домой, надо поговорить, – отчеканил он ледяным голосом и, повернувшись, направился к лифтам.

– Стойте! Подождите, а вы кто? – обратилась я к незнакомцу, вприпрыжку спеша за ним следом.

– Я – Рей Стивенс, командир части, отвечающей за благополучие участников миссий на ряде планет. В ближайший месяц я отправляюсь со своими ребятами в спасательную миссию на планету Церера. Сегодня совет одобрил твое участие в экспедиции, ты летишь и с этого момента во всем, что касается твоей безопасности, будешь слушаться меня.

Он остановился у лифта и нажал на кнопку. От радости я запрыгала вокруг него и захлопала в ладоши.

– Детский сад какой-то! Ты хоть понимаешь, что совершенно не подготовлена к выживанию в экстремальных условиях на другой планете? – спросил он, сурово взглянув на меня.

– Ага, – воскликнула я, продолжая сиять как солнышко, – но вот увидите, мистер Стивенс, я ко всему быстро приспособлюсь!

Он взглянул на меня как на сумасшедшую.

– Воистину говорят, счастье в неведенье. Называй меня Рей, так будет проще, мы будем много времени проводить вместе.

Лифт остановился на тридцатом этаже, и мы подошли к моей квартире, находящейся в конце длинного извилистого коридора. Я достала ключ и повернулась к Рею. Тусклый свет в коридоре смягчили резкие черты его лица, а глаза уже не были такими пронзительными. Несколько прядей непослушных русых волос упали на лоб, и мне захотелось поднять их обратно. «Не пялься!», – мысленно приказала я сама себе.

– Рей, я хочу поблагодарить тебя за спасение и за то, что сообщил поистине замечательную для меня новость! Могу я попросить тебя обсудить детали завтра? Сегодня я просто не в состоянии этого сделать. Я уже хотела повернуться к двери, но он придержал меня за локоть.

– Не спеши, Джиллиан, – остановил меня Рей, – во-первых, сегодня я остаюсь ночевать у тебя, во-вторых, завтра ты переезжаешь жить к моей матери Элис, и в-третьих, твоя подготовка теперь будет проходить с утра до поздней ночи, пока ты сама не будешь валиться с ног.

Кажется, у меня уже не в первый раз сегодня буквально отвалилась челюсть. И, громко щелкнув зубами, я спросила:

– С чего такая честь?

Он усмехнулся в ответ, пояснив:

– Ты правильно все поняла. Обычно мы не несем ответственность за своих подопечных за пределами полигона, однако так сложилась судьба, что твоя тетка в свое время буквально спасла жизни моей матери и мне. Как только Элис узнала о пропаже Элизабет и о твоем намерении отправиться на Цереру, она все уши прожужжала мне про то, что мы должны помочь «храброй девочке». Я же категорически против того, что в экспедицию отправляется совершенно не подготовленный человек. Кроме того, Элис лично хочет присмотреть за тобой до отлета. С учётом того, что я сегодня наблюдал, это имеет смысл. Открывай дверь! – скомандовал он, кивнув головой в сторону двери.

Я послушно открыла дверь, и Рей зашёл в мою крохотную квартирку. Площадь она занимала всего двадцать квадратных метров. Прихожей практически не было, комната была небольшой, а кухня еще меньше.

– Не шикуешь! – заметил Рей, бросив сумку у входа.

– Я всего лишь стажер-исследователь. Мне не на что снимать большую квартиру.

– Надеюсь, холодильник набит едой до отказа?

– Увы, он совсем пуст. Я хотела зайти в местный магазинчик и пополнить запасы провизии, однако совсем забыла. Кажется, у меня был запас вермишели быстрого приготовления, хлопья, яйца и бекон в холодильнике, – припомнила я, раздвигая створки встроенного шкафа, отсекающего одну из стен в комнате.

Из комнаты я услышала, как хлопают дверцы ящиков, похоже, Рей осваивался в моей кухне без лишнего стеснения. Я быстро обошла комнату, собрав разбросанные книги и вещи, и убрала их в шкаф. Достав шорты и потрепанную футболку, я отправилась переодеться в ванной.

«Ого!» – про себя воскликнула я, глядя в зеркало на свои спутавшиеся волосы: непослушные кудрявые рыжие, они доходили мне всего лишь до лопаток, но всегда доставляли кучу проблем своей непокорностью. Кое-как справившись с их расчесыванием, я заплела две косы и умыла лицо, отметив, что на носу и около него появилась пара новых веснушек.

Когда я вошла на кухню, Рей уже вываливал со сковороды вермишель, причем в мою тарелку он положил ее столько, сколько я за три дня не съем. Поблагодарив, я села на один из двух имеющихся у меня стульев. Рей сел напротив.

– Поговорим о сегодняшней ситуации, – начал он свои поучения, принимаясь за ужин. – Во-первых, когда ты пыталась нанести удар тому парню, ты долго собиралась и делала это слишком медленно, время для внезапной атаки было упущено. Во-вторых, глаза закрывать не надо, необходимо было попытаться увернуться от удара или убежать. Все поняла?

– Поняла, – промямлила я, расстроенная воспоминаниями о своем приключении.

– Тот парень знаком тебе?

– Да, мы с ним были одноклассниками, а теперь он со своей бандой обкрадывает пассажиров магнитопланов.

– Понятно, – коротко резюмировал он, кивнув, – теперь он со своими шестерками тебя в покое не оставит.

От перспективы опять попасть в переплет, похожий на сегодняшний, у меня пропал аппетит, но я все-таки не решилась отставить тарелку.

– Что мне теперь делать? – озадачилась я очевидной проблемой. – Мне надо как-то передвигаться в течение двух недель, а без ММП это невозможно.

– Научись анализировать ситуацию вокруг себя, подмечай мелкие детали, не оставайся на станции одна в позднее время суток. Если не можешь защитить себя, просто беги. Надеюсь, ты быстро бегаешь? – спросил Рей, с завидным аппетитом уплетая свой ужин.

– Не очень, – поморщилась я, признавая действительность, – моя физическая подготовка желает лучшего.

– Это я заметил.

Ничего не поделаешь, комплекция у меня была хилая. Я была худощавой, ростом ниже среднего – Рею я и до плеча не доходила. Если приводить себя в форму, то на это потребовался бы год, не меньше, а у меня на все про все было две недели. Я помыла за собой тарелку, отметив про себя, что хотя сегодня глаза мои на пищу даже смотреть не хотели, я съела весь ужин, боясь обидеть моего, как оказалось, заботливого гостя.

Скрестив руки, я отправилась в задумчивости в комнату и, бросив с кровати на пол матрас, начала застилать чистую простыню. В ванной Рей включил душ, и я, решив, что ему будет холодно, положила свое теплое одеяло на матрас, а себе достала плед.

Раскопав в шкафу свежее полотенце, я повесила его на ручку ванной комнаты и крикнула:

– Рей, полотенце на двери, спокойной ночи!

– Ага, спокойной ночи! – послышался его голос, приглушённый шумом воды.

Я оставила свет только в прихожей, легла в кровать и отвернулась к стене. Перебирая события сегодняшнего дня, я думала, что моя жизнь, похоже, сделала резкий поворот, и как бы на этом повороте меня не вынесло с трассы. Я попыталась составить хоть какой-то общий план действий. Первоначально надо было решить текущие проблемы: во-первых, завтра необходимо передать свои неоконченные дела коллегам, во-вторых, освоиться с моими новыми обязанностями, и в-третьих, еще раз проанализировать данные о пропавших в миссиях корпорации сотрудниках. Было что-то в этих списках неуловимое, что могло помочь мне с поисками Элизабет. Я снова начала по памяти перебирать личные дела людей, однако зацепки не было. В это время луч света осветил комнату – это Рей вышел из ванной. Я почувствовала, как он прошел мимо меня и лег на матрас. Его постель была совсем рядом, и уже через пять минут я услышала его равномерное глубокое дыхание, он спал. Мысли мои переключились на моего нового знакомого. Да, конечно, он произвел на меня впечатление не только как человек, способный одним ударом вырубить противника или хорошо подготовленный ко всем неожиданным ситуациям военный, Рей был для меня привлекателен как мужчина. Волевой подбородок, прямой нос, холодные серые глаза выдавали в нем человека, не покоряющегося судьбе. Морщинки и мелкие шрамы на лице говорили, что он прошел немало испытаний в суровых условиях, однако они его не портили, а придавали еще больше привлекательности. Я уж не говорю о его комплекции. Судя по проступающему через футболку рельефу мышц, он был в прекрасной физической форме. «Ладно, – вздохнула я, – это сейчас совсем не важно, надо сосредоточиться на деле. Нужно подумать, какие я завтра возьму с собой вещи. Скорее всего, за следующие две недели мне не удастся заскочить домой». Еще некоторое время я составляла список вещей. Этот процесс успокаивал меня, не давая думать о том, где сейчас Элизабет и как она там, иначе я довела бы себя до истерики. Примерно через час сон все-таки взял верх, и я заснула. Однако облегчения мне это не принесло. Мне снилось, что я плаваю в прекрасном голубом море, вокруг светит солнце. Вдруг поднялся сильный ветер, волны швыряли меня из стороны в сторону и в глубине моря я увидела Элизабет. Она тянула ко мне руки, на лице ее застыла мольба о помощи, и я начала нырять, пытаясь схватить ее за руку, однако дотянуться никак не могла. Набрав полную грудь воздуха, я нырнула и почти достигла цели, но тут Элизабет исчезла, и из морской тьмы на меня стала надвигаться неведомая опасность, что-то жуткое и неосязаемое. Я закричала и стала пытаться выбраться наверх. Тут я почувствовала, что кто-то трясет меня.

– Джиллиан! Джиллиан, проснись! – слышался настойчивый голос Рея.

Открыв глаза, я увидела, что Рей сидит на кровати рядом и держит меня за плечи.

– Джиллиан, это был сон, все в порядке! – низким мягким голосом произнес Рей, вглядываясь с беспокойством в мое лицо.

– В…в порядке, – глубоко вздохнула я, икая и рыдая, одновременно. – Нет, не в порядке! – тут же воскликнула я, противореча сама себе, и ринулась к Рею, крепко прижавшись к нему.

Мне было все равно, что он подумает, пусть считает меня слабохарактерной, глупой. Я не могла сейчас справиться со своими эмоциями. Вдруг я почувствовала робкое неловкое прикосновение большой теплой ладони, он потихоньку стал гладить меня по спине. Через некоторое время он хотел было оторвать мои руки от себя, но я еще крепче вцепилась в его футболку. Вздохнув, он молча лег на кровать на бок, положив меня рядом, и крепко обнял. Через пару минут, согретая теплом и заботой, по сути, чужого мне человека, я заснула, так и не отпустив его уже порядочно намокшую футболку.


Глава 2


Яркое солнце пробивалось через бежевые занавески на моем окне, я услышала, что на кухне Рей гремит посудой и пахнет кофе. Воспоминания нахлынули с новой силой. Я вспомнила, как Элизабет, приезжая погостить, каждое утро готовила наивкуснейший завтрак, и еще до пробуждения меня ждал ароматный горячий кофе. Мы уже давно с ней не жили вместе. Как-то раз, когда Элизабет отправилась в очередной полет на полгода, я поняла, что мне неуютно находиться одной в ее огромной квартире, и, кроме того, за ее обслуживание приходилось прилично платить. Поэтому два года назад я переехала сюда, а Элизабет, во время своих длительных отъездов, стала сдавать свое великолепное жилье за кругленькую сумму. Когда Элизабет была на Земле, она часто приезжала ко мне сюда и говорила, что ей надоела вся эта наука, беготня и суета, и всех больше на свете она хочет побыть со своей любимой девочкой. По вечерам мы лежали вальтом на моей кровати, болтали обо всем на свете, и нам было так хорошо вместе. Во время ее миссий я страшно по ней скучала: и по тому уюту, что она умела создавать, и по ее материнской заботе. От этих воспоминаний мои глаза снова стали влажными, но в этот раз я не дала волю эмоциям. «Хватит ныть, – приказала я себе, – и не имей такой привычки! И так вчера напортачила везде, где могла». Встав с кровати, я пошла на кухню. Рей уже разливал кофе, когда я шлепнулась на стул.

– С добрым утром! – сказала я скрипучим голосом.

– С добрым! – ответил он, поставив передо мной тарелку с яичницей и чашку с кофе. Я подняла глаза и увидела на его футболке разводы от моих слез. Мне стало неловко за свое отвратное поведение и слабость.

– Извини за вчерашнее! Я никогда себе такого не позволяла, и впредь жалоб и слез не будет! – пробурчала я, потупив глаза.

Рей покачал головой и со вздохом сказал:

– Что же мне с тобой делать, ты совсем еще девчонка?

– Мне уже двадцать два, – запротестовала я, – и позаботиться я о себе могу. Я способна со всем справиться! Вот увидишь, я быстро приспособлюсь к ситуации, и со мной проблем не будет.

Рей как-то обреченно поглядел на меня и занялся своим завтраком. Включив телевизор, я стала слушать новости, попивая замечательно сваренный сладкий кофе. В это время как раз обсуждалась недавняя скандальная история о захвате грузового судна пиратами. Это неприятное событие произошло рядом с планетой Катрук. Корабль вез дорогостоящие минералы на Землю. Пираты забрали не только ценный груз, но и разобрали сам корабль просто до винтиков. О судьбе экипажа ничего известно не было. Компания грузоперевозчик получила огромную компенсацию по страховке за груз и корабль, однако родственники пропавших людей не могли рассчитывать на поиск экипажа. Дальше шло обсуждение данной новости с двумя экспертами во внешней политике. Один из них утверждал, что пиратство развелось из-за бедности в старых колониях, в которых ресурсов уже не осталось и местное население перебивалось, как могло. По его мнению, необходимо было обеспечить население заработком, послав туда грамотных управленцев. Другой эксперт утверждал, что все из-за жажды быстрой наживы и уже пора ввести войска на такие планеты и очистить их от бандитского контингента. Обоих экспертов публика забросала вопросами. Ведь в закрытое общество подобных планет не так просто внедриться чужаку, даже если он с Земли, а уж прорваться во власть, тем более. Скорее, этот человек станет не главным управленцем, а основной закуской на ужин. Другому специалисту по отношениям с колониями задали вопрос о бюджете военной компании по наведению порядка в старых колониях. Если во все это ввяжется правительственные войска, то Земля будет разорена.

Рей стоял, прислонившись к кухонному гарнитуру, и слушал, скрестив руки.

– Да, как всегда, вешают лапшу на уши и ничего не понимают в ситуации.

– То есть?

– Я жил когда-то на такой планете. Колония на планете Зевс была огромной, население всего в два раза меньше земного. Там жили не только люди, но и представители других рас. Во времена моего деда дела шли хорошо, растение Арис, произраставшее на ней в изобилии, являлось источником компонентов для многих лекарств и давало огромный доход для нашего населения. Но потом растение, которое спасло немало жизней, самого поразила неизвестная болезнь. У нас была ферма, и за один сезон весь урожай погиб. Больше нигде нельзя было найти Арис, даже в диких условиях он уже не рос. Торговать стало нечем, больше ценных ресурсов на планете не было. Сначала правительство как-то держалось, обещая решить все проблемы, найти выход из ситуации, однако все привело к тому, что оно попало в большую долговую яму. И начались протесты, был совершен переворот. Кому было куда бежать, тот бежал. Остальные около половины от первоначального населения стали живым товаром. Тот, кто был у власти, занялись работорговлей. Моего отца увели из дома за долги, когда мне было десять лет, он был крепким мужчиной и его продали в рабство Керсанам. Эти прилетали тогда по несколько раз за неделю за людьми, для работ на шахтах. Мать собрала все, что есть ценное в доме, и отдала их одному из чиновников, который, используя свои связи, отправил нас на торговом судне на планету Нова. На ней мы имели бы шанс наладить нормальную жизнь. Однако командир корабля тоже хотел получить свою выгоду, и на Нове нас все-таки выставили на продажу как рабов. Тогда нам повезло, что команда Элизабет была на этой планете: что-то пошло не так и они чинили важные узлы корабля. Элизабет прогуливалась по рынку и увидела, как меня и мать вывели для продажи. Она выложила за нас кучу денег, забрала с собой и привезла на Землю. Здесь она устроила маму в корпорацию ботаником. Элис хорошо разбирается в растениях, и под ее руководством урожаи ценных трав возросли, мы встали ноги.

– А что стало с жителями планеты Зевс?

– Через три года планета опустела, исчерпав свой последний полезный ресурс в виде дешевых рабов.

Я сидела в шоке от рассказанного, ведь впервые я встретила человека, который видел такую тяжелую жизнь. Однако потеря родных была мне знакома. Мои родители разбились при перелете на челноке, когда мне было всего три года.

– Рей, твоего отца нашли?

– Нет, к сожалению, после того как его отправили к Керсанам, его личные данные были уничтожены, он стал безымянным рабом. Я до сих пор не теряю надежду увидеть его, но вероятность очень мала.

Он взял пульт и переключил телевизор на спортивный канал.

– У тебя час на то, чтобы собраться, сегодня много дел!

Я резко вскочила и понеслась в ванную умываться. Взглянув на себя в зеркало, я ужаснулась: на меня смотрела девица с опухшими от слез голубыми глазами и всклоченными волосами. «Вот так чучело!» – подумала я и, наспех умывшись, расплела косы и зачесала волосы в высокий хвост. Выбежав из комнаты, я открыла свой шкаф и вытащила большую спортивную сумку, куда положила самую простую повседневную одежду: белье, джинсы, футболки, свитера и куртку. Туда же отправились пара кроссовок, мой старый планшет и средства гигиены. Быстро переодевшись в джинсы и бежевый легкий свитер, я взяла свой рюкзак, набитую сумку и подошла к выходу.

– Я все! – сказала я бодро, радуясь тому, что уложилась в половину отведенного мне времени.

Рей кивнул и, взяв свою сумку, направился к выходу. Мы шли к станции очень быстро, точнее, он шел, а я бежала. На просьбу идти помедленней, Рей сказал, что мне надо тренироваться в выносливости и беге. На станции народу было много, утренний час пик. Одни люди садились в свои ММП, подходили другие. Я бросила сумки перед собой и согнулась в три погибели, пытаясь отдышаться. В это время Рей заказал маршрут до района Эверли, спокойного места, где в частных домах в основном жили люди семейные и богатые. Оплатив наши поездки, он провел рукой по экрану, и я сделала то же самое. Информация об оплате поездки сохранилась на чип, и теперь риска того, что двери ММП захлопнутся перед моим носом, не было. Он встал у двери с номером нашего маршрута в списке. По расчётам компьютера до прихода нашего магнитоплана оставалось пять минут.

– Потихоньку осмотрись, ничего не замечаешь? – вполголоса спросил Рей.

Я долго всматривалась в толпу, пока не заметила одну из вчерашних девушек. Она была одета как служащая компании и не выделялась из толпы. Как будто ожидая свой ММП, она стояла на краю платформы, однако глаза ее не были направлены на информационное окно с номерами прибывающих маршрутов – она всматривалась в толпу, как будто ища кого-то. Никто не догадывался, что она уже на работе. Она была информатором этой станции. Вот ее взгляд остановился на нас, и ее глаза округлились. Она потихоньку стала пробираться в нашу сторону и встала в пяти метрах позади. На двери туннеля около нас высветился наш 405 номер. Я взяла сумки, и мы вошли в двери магнитоплана, сев на два последних свободных места из шести имеющихся. Двери закрылись. Взглянув последний раз на наблюдателя, я увидела, как она с кем-то оживленно говорит в наушник коммуникатора. Определенно теперь Билли узнает маршрут, по которому я следовала. Однако мне повезло, что в ММП не было свободных мест и она не отправилась за нами.

– Теперь он знает, – пробормотала я, переведя взгляд на Рея.

– Да, нам придется предпринять меры, чтобы они до тебя не добрались.

– Но ведь они не знают, куда я следую.

– На этом маршруте в этом направлении есть всего четыре станции. Уже сегодня на всех этих станциях будут дежурить его люди. Как только он заметит тебя, начнется слежка, они будут выжидать нужный момент.

– А как же ты? Это же ты его отрубил, тебе ничего не угрожает? – спросила я, удивляясь хладнокровию Рея и наблюдая, как за окном с бешеной скоростью сменяются пейзажи.

– Нет, во-первых, он и его банда не рискнут связываться с военным, иначе их существование прекратится очень быстро, а во-вторых, я уделаю любого из них за пару секунд.

Подивившись его самонадеянности, я поинтересовалась, что же делать мне в данной ситуации? Может, обратиться в полицию?

– Полиция будет долго раскручивать это дело, до тех пор ты можешь попасться в ловушку Билли. До отлета всего две недели, будешь ездить на полигон со мной. Когда Элизабет вернется, вместе решите, что лучше предпринять, – ответил Рей и направился к выходу, подхватив мою набитую до отказа спортивную сумку.

Мы вышли на небольшой станции, на большом зеленом лугу. В воздухе витал аромат диких цветов, щебетали птицы, небо было голубым, ясным. Вдалеке виднелась небольшая деревушка с домами из тёмного кирпича с темно-бардовыми крышами. Рей сел в один из десяти припаркованных двухместных открытых электромобилей, бросив сумки сзади. По-видимому, местные жители пользовались ими для передвижения в деревне. Я молча забралась на соседнее сиденье, и мы тронулись по узкой асфальтированной дорожке, шедшей через поле к поселению. Сама дорога, петляющая по небольшим неровностям местности среди огромного цветущего луга, доставила мне бесконечное удовольствие. Так и хотелось остановиться и неспешно прогуляться по этому великолепному полю, вдыхая ароматы полевых цветов и наблюдая за беззаботно порхающими бабочками и птицами. Тем временем, мы въехали в деревню, и Рей остановился у небольшого домика в английском стиле, который утопал в зеленом плюще, а вокруг был разбит великолепный сад. Сразу видно, что Элис была садоводом от бога. У меня, например, выживали только кактусы.

Выбравшись из электромобиля, я последовала за Реем к крыльцу. Рей распахнул дверь и громко крикнул:

– Мам, мы приехали!

Из боковой двери практически тут же появилась женщина лет пятидесяти. Она была высокой и довольно худой. Лицо ее было очень миловидным: глаза необычного зеленого цвета как будто смеялись и от них отходили лучики морщинок, в коротко постриженных темно-русых волосах на висках поблескивала седина.

– Ох, наконец-то, я уже заждалась! – воскликнула она, широко улыбаясь. – Здравствуй, Джиллиан, я – Элис.

– Доброе утро, у вас великолепный сад! – сказала я, искренне восхищаясь ее талантом.

– Спасибо дорогая! – просияла хозяйка. – Пойдем, я покажу тебе твою комнату. Я стала подниматься за ней вверх по лестнице. Пройдя до конца коридора, мы зашли в небольшую, но очень уютную комнату. Кровать, засланная розовым покрывалом, трельяж в углу, небольшой платяной шкаф из тёмного дерева, занавески цвета шоколада – все это прекрасно сочеталось.

– Вот это да! – удивлялась я, осматриваясь по сторонам. – Как же тут уютно!

– Это замечательно, что тебе нравится! Эти две недели будут для вас с Реем нелегкими, но я надеюсь, что дома вы, все-таки, сможете как следует отдохнуть.

Рей заглянул в комнату и, поставив мою сумку у входа, вышел.

– Вы живете здесь вдвоем?

– Что ты, – отмахнулась рукой Элис, – я уже давно смирилась со своим одиночеством. Рей нечасто у меня гостит и приехал только неделю назад. В последнее время мы очень редко видимся: он то в экспедициях, то на тренировочных базах, – посетовала она, горько усмехнувшись. – Я пойду разогревать обед, а ты пока располагайся тут.

– Спасибо! Элис, не могли бы вы мне одолжить свой наушник? К сожалению, свой я вчера потеряла.

– Да-да, конечно, сейчас принесу.

Через минуту она вручила мне его и ушла на кухню.

Мне необходимо было сделать несколько звонков и первый из них на работу. Я назвала номер телефона лаборатории, который за два года, к счастью, запомнила наизусть. Через несколько секунд мне ответила женщина, работавшая со мной в одной комнате. Она рассказала, что в лаборатории все стоят на ушах. После того как все узнали, что я самая близкая родственница Элизабет и отправляюсь в спасательную миссию на Цереру, похоже, я стала самым обсуждаемым человеком на полгода вперед как минимум. Невольно поежившись от этого, я попросила дать номер профессора Керно, а затем перевести вызов на линию начальника. В отличие от рядовых сотрудников лаборатории, он был не в восторге от моего неожиданного перевода, так как я срывала плановые работы. Наспех разъяснив мне, кому какую работу передать, он холодновато распрощался со мной. Следом я набрала номер профессора Керно.

– Профессор Керно? Добрый день, это Джиллиан.

– А, Джиллиан, привет. Я думаю, ты уже знаешь главную новость.

– Да, большое спасибо, что помогли мне стать участником этой экспедиции, – поспешила я поблагодарить профессора.

– Не за что. Здесь большую роль сыграла позиция доктора Брауна. Именно он теперь будет твоим непосредственным начальником. Он и Элизабет долгое время работали вместе, поэтому он сам вызвался участвовать в этой экспедиции. Первоначально совет был против твоей кандидатуры, но он уговорил их взять тебя, как перспективного сотрудника, хоть и без большого опыта, но чрезвычайно трудолюбивого. Больше всего были недовольны военные. Они не хотели брать ответственность за неподготовленного, согласно их стандартам, человека, и за ними было последнее слово. После полудня они дали положительный ответ, в эту экспедицию полетит один самых опытных командиров Рей Стивенс. Он лично будет присматривать за тобой.

– Да, профессор, я с ним уже вчера познакомилась. Именно он сообщил мне новость о том, что меня берут.

– Ну что же, я тебе желаю достигнуть своей цели и приобрести положительный опыт. Будь осторожна! – предостерег меня профессор Керно.

На этом я распрощалась с ним и отправилась вниз, по запаху блинчиков определив расположение кухни. Рей сидел за столом и рассказывал Элис о нашем вчерашнем приключении. Элис стояла вполоборота у плиты, внимательно его слушая.

– Боже, Джиллиан, ты, наверное, страшно напугана! – взволновано воскликнула Элис, увидев меня. – Что же теперь делать?

– Все нормально, главное – эти две недели быть начеку, и все будет хорошо, – заявила я жизнерадостным голосом, спеша успокоить хозяйку, хотя про себя поежилась от воспоминаний о вчерашнем вечере.

– Садись за стол, все почти готово, сейчас будем завтракать! – засуетилась она и перевернула очередной блинчик.

Я села за круглый стол, стоящий посреди кухни, и через минуту уже уплетала наивкуснейшие блинчики с джемом.

Элис села рядом, присоединившись к нашей трапезе. И как человек, по-видимому, привыкший во всем видеть ясность, уже обратилась к нам обоим: – Джиллиан, я все же очень волнуюсь за тебя! Рей, мы можем что-то предпринять в этой ситуации?

– Не стоит так переживать, – спокойно сказал он, – мы будем ездить всегда вместе, ведь все две недели у нас будут проходить тренировки на полигоне. Вся научная работа будет производиться на корабле в пути, тем белее, что полет займет неделю. Я бы лучше переживал о том, как мы справимся там.

– Не напоминай мне, я даже думать боюсь об этом! – удрученно произнесла она. В глубине души Элис была полностью согласна Реем – я не готова к этому путешествию.

Рей обратился ко мне, разъясняя, что необходимо сделать сегодня. Мой день уже заранее был спланирован.

– После обеда отправляемся в твой научный корпус, там я тебя оставлю. Сегодня тебе необходимо сдать дела в лаборатории, успеть оформить документы о переводе на новую должность и ознакомиться с новыми обязанностями – все за один день. Я за тобой заскочу в восемь часов. Вечером будем заниматься изучением методов первой медицинской помощи. Нам нельзя терять ни минуты. А теперь бегом собираться, выходим через пять минут!

Пока он говорил, я только послушно кивала головой, после чего залпом выпила кофе и пулей побежала наверх за планшетом и своим рюкзаком.

День пролетел незаметно. Наскоро раздав все свои дела сослуживцам и попрощавшись, я отправилась в лабораторию доктора Брауна.

Седовласый высокий мужчина сидел за столом, уткнувшись в компьютер. Я робко постучала по косяку двери.

– Добрый день, я – Джиллиан. Я ищу доктора Брауна! – сказала я, уже догадываясь, что это он и есть.

– Добрый день, Джиллиан. Сэмюель Браун, очень приятно с вами познакомиться! – произнес он, откатывая кресло от компьютера и обходя стол. Спустив очки на нос, он оценивающе посмотрел на меня и протянул руку, чтобы поздороваться.

– Вы пришли как раз вовремя! – заметил доктор, пожимая мою ладонь. – Сейчас вся группа в сборе и вы можете познакомиться с ними. Он вернулся за стол и через коммуникатор пригласил всех сотрудников к себе в комнату.

Первым пришел высокий молодой мужчина лет тридцати и чуть заметно кивнул головой в качестве приветствия, при этом несколько длинных белокурых кудрявых прядей упали ему на лоб, и он привычным движением забрал их назад.

– Знакомьтесь, Джиллиан, это Йен, он ведущий научный сотрудник нашей лаборатории. Когда я отсутствую, он главный. Йен мягко пожал мне руку и, улыбнувшись, поздоровался:

– Добро пожаловать, у нас тут интересно, надеюсь, тебе понравится!

Дверь громко хлопнула, и перед нами появился жизнерадостный мужчина лет тридцати, он с удивлением глянул на меня своими живыми маленькими глазами.

– Это Ронни, – представил его доктор, громко вздохнув, – бесшабашный товарищ, но голова у него варит что надо, особенно когда надо спасать свою задницу. Ронни покраснел от такого замечания и хотел, видимо, уже что-то сказать, но в этот момент в комнату вошли две женщины. Браун представил своих сотрудников: Николь – практически одного возраста с доктором Брауном и Ольга, которой, навскидку, можно дать не больше сорока лет. Дальше он предложил устроить небольшой семинар, на котором каждый мог рассказать о своих исследованиях, что позволило бы мне составить общую картину производимых работ. Мы отправились в небольшой конференц зал, где все сотрудники лаборатории по очереди рассказали о своих исследованиях. После последнего доклада я поняла, что все здесь очень хорошо разбираются в своей работе, кроме того, многие имели дополнительную специализацию, зачастую далекую от основной. Ронни, помимо биологии, хорошо разбирался в механике и мог починить что угодно, Йен был замечательным программистом, Николь и Ольга великолепно знали медицину и ассистировали главному врачу экспедиции. Конечно, многопрофильность моих новых коллег была легко объяснима, ведь, имея одного хорошего специалиста как минимум в двух областях знаний, корпорация хорошо экономила. Мне стало немного не по себе, так как мои знания не были столь многогранными. Дальше профессор предложил выступить мне, и я рассказала о последних исследованиях образцов, доставленных с планеты, колонизированной Нордами, инновационных методах исследования, разработанных в нашей лаборатории, своих интересных результатах. После ознакомления с моими скромными трудами доктор Браен решил, что лучшим решением будет дать мне работу по исследованию образцов пород, воды и растений в пределах полевой лаборатории. Сбор образцов в местах их произрастания я могла производить только в присутствии Ронни, ему же профессор предложил помочь мне в освоении некоторого сложного оборудования. После того как доктор дал необходимые распоряжения, все начали расходиться. Остались только Ронни, доктор Браун и я. Шеф, похоже, был в курсе событий, поэтому пожелал мне постараться как можно лучше подготовиться на полигоне, и попрощался. В целом мне очень понравился новый коллектив, все отнеслись ко мне по-доброму, несмотря на то, что я в профессиональном плане была не ровня им. Ронни вышел со мной из конференц зала, и мы медленно пошли в сторону лифта.

– У тебя довольно интересные результаты, мне понравился твой доклад! – заметил он, улыбаясь.

– Спасибо, мне, конечно, очень далеко до вашего уровня, но я надеюсь, что смогу быть полезной. Ты мне поможешь разобраться в некоторых вопросах?

– Конечно, когда начнется полет, мы начнем изучать аппаратуру, я помогу с освоением новых методов исследования. Обещаю, что ни один твой вопрос не останется без ответа. Я вообще очень начитан во всех областях естественных наук.

Я улыбнулась, думая, что мой знакомый очень самоуверенный человек.

Двери лифта открылись, и я попрощалась с Ронни:

– Увидимся через две недели!

– О нет, намного раньше. Каждый день до обеда мы тренируемся на полигоне, так что до завтра.

Следующим на очереди было оформление бумаг о переводе в другое подразделение. Я провела в административном корпусе около часа и вышла из здания в начале девятого. Рей стоял, скрестив руки на крыльце, и недовольно хмурился.

– Извини, я задержалась в административном корпусе. Там пришлось заполнять множество анкет, я ошибалась раз сто, – попыталась оправдаться я за свое опоздание.

– Ладно, идем домой. Кстати, вот тебе новый наушник, ты всегда должна быть на связи, поняла?

– Да, – ответила я, как всегда догоняя его вприпрыжку и запихивая устройство в рюкзак.

По пути домой мы не разговаривали. Рей, казалось, был полностью погружен в свои мысли, а я, воспользовавшись моментом, задремала, прислонившись виском к прохладному окну.

Дома нас ждал сытный ужин – Элис постаралась на славу. Она задавала мне много вопросов о моих коллегах и новых обязанностях. Забота и неподдельный интерес к моим проблемам подбодрили меня, на душе стало немного теплее. Рей слушал наш разговор с интересом, иногда задавая какой-либо вопрос и попутно уничтожая приличную порцию жареных ребрышек с овощами. Через некоторое время он сказал, что нам пора заниматься, и мы отправились наверх. Я быстро переоделась в свою любимую потрепанную футболку и спортивные штаны и пришла к Рею в комнату.

Комната у него была больше моей, у окна стоял большой стол и кресло. На разложенном диване лежала раскрытая спортивная сумка. Рей что-то раскладывал на столе, стоя ко мне спиной.

– Я пришла, – предупредила я его, рассматривая лежащий на столе набор для оказания первой помощи пострадавшему: несколько медицинских инструментов и дощечек.

Рей взял бинты и дощечки и, кивнув в сторону дивана, коротко объяснил нашу задачу на сегодня:

– Начнем с наложения шины на ногу. Я буду показывать, потом ты будешь повторять до тех пор, пока не получится идеально. Ложись на диван, будешь пострадавшей.

Следующие два часа были нелегкими. Когда Рей показывал, как накладывать шину, все казалось просто, как только я начинала повторять за ним, пытаясь оказать ему первую помощь, все выходило как-то наперекос: бинты с его ноги сползали, дощечки не крепились, как надо. Через два часа я окончательно выбилась из сил, но что-то похожее на правду у меня, по-видимому, получилось, потому что Рей, взглянув на свою перебинтованную ногу, удовлетворительно кивнул.

– Можешь лечь и передохнуть!

Я рухнула на диван и закрыла глаза, слыша, как Рей избавляется от перевязки. Потом я почувствовала, как диван подо мной прогнулся. Открыв глаза, я увидела, что Рей сидит рядом и держит планшет, что-то открывая на нем.

– Команды «отбой» еще не было, курсант! Сейчас будем изучать историю миссий. Ты должна знать хоть примерно, с чем тебе придется столкнуться.

Была уже полночь, хотелось спать, но, увы, времени на подготовку было в обрез. Я села рядом, и он начал зачитывать сводки событий экспедиции на планету с трудно произносимым названием. На этой планете была очень разнообразная флора и фауна, и потому существовало множество опасностей, но самая необычная была связана с хищниками, которые жили под землей. Они просто открывали свои огромные пасти, и все живое, что стояло на земле, оказывалось их закуской. За один раз такая тварь сожрала трёх военных, которые шли впереди. Рей показал фотографию огромного бесформенного существа, лежащего среди деревьев.

– Боже, как они его поймали? – поинтересовалась я, придвинув планшет к себе поближе, чтобы рассмотреть чудовище.

– Мы шибанули его током, когда зверюга пришла за приманкой.

– Ты там был? – удивленно воскликнула я и резко села на диване – в этот момент по описанию данного случая я поняла, что уже читала об этом в архиве день назад.

– Угу.

– Я изучала записи о погибших в миссиях, и в этой экспедиции, насколько помнится, погибло четыре человека, информация об одном из них закрыта, его тоже съело это существо?

– Нет, на предположительном месте гибели доктора Уинслоу мы обнаружили выгоревший дотла округлый участок леса, около полкилометра в диаметре.

– Как ты думаешь, почему информация о гибели этого человека засекречена?

– Не знаю, возможно, пробы, что брали там ученые, показали что-то необычное. Иногда так бывает: не все, что находят ученые, выносится на обсуждение. Продолжим, – предложил он и начал зачитывать дело другой экспедиции, в которой все, слава богу, остались живы. Я продержалась еще около получаса, после чего глаза мои сами собой закрылись, и я заснула сном младенца.

На следующее утро я проснулась, услышав голос Элис:

– Рей, Джиллиан, подъем, завтрак на столе!

Я резко открыла глаза и с удивлением обнаружила, что лежу, прижавшись к спине Рея. Рей помотал головой в разные стороны, разминая шею.

Взглянув на меня через плечо, он заспанным хриплым голосом поторопил меня:

– Джиллиан, нам надо спешить, уже восемь часов.

Я с удивлением посмотрела на свои руки, сжимающие край его задравшейся футболки и оголенный торс. Резко расцепив пальцы, я перескочила через него и пронеслась мимо Элис в свою комнату, по пути протараторив:

– Доброе утро!

Этот день был умопомрачительным. После того как мы добрались до полигона, началось мое истязание. Сначала меня отправили в корпус для экипировки. Там мне должны были через две недели создать скафандр и другую одежду для экспедиции. Сняв необходимые мерки, мне выдали одежду для тренировки: штаны и куртку защитного зеленого цвета, серую футболку, ботинки и кепку. Переодевшись в раздевалке и сложив свои вещи в пустой ящик, я пошла к полосе препятствий – именно там Рей велел найти его, когда мы распрощались у проходной полигона.

О боже, тренировочная полоса была огромной! Чего на ней только не было: и грязные болота, и зоны, покрытые колючей проволокой, отвесные пятиметровые стены, валы, искусственные скалы, и много еще того, названия чего я не знала. Взглянув вправо, я увидела Рея, он стоял около тренировочного поля и говорил с высокой брюнеткой. Подойдя, я тихонько стала позади, не решаясь прервать их разговор. Девушка стояла боком и показалась мне очень красивой: черные волосы были забраны в пучок и накрыты кепкой, темно карие глаза оценивающе смотрели на полосу препятствий, черты лица – очень правильные и женственные, зато тело было поджарым и гибким, как у пантеры. Я невольно залюбовалась ей и тем, как она прекрасно смотрится рядом с Реем.

Между тем, Рей и девушка, как будто не замечая меня, спорили, на чем сделать акцент при обучении группы отстающих в дисциплинах курсантов. Я приблизилась к ним и слегка кашлянула, чтобы обозначить свое присутствие. Они оба тут же повернулись. По выражению их лиц, я поняла, что они явно недовольно моим вмешательством. Рей тут же познакомил меня со своей коллегой:

– Познакомься, Алиса, это Джиллиан, я тебе о ней говорил.

– Привет! – доброжелательно поздоровалась я.

Алиса, хмурясь, глянула на меня, а потом на Рея, слету обозначив свое негативное отношение ко мне:

– Рей, она совсем хилая, разве что на закуску сойдет для монстров. За две недели ты ничего от неё не добьёшься.

Рей пожал плечами и равнодушно констатировал:

– Будем работать с тем, что имеется.

В это время к нам подошла моя группа из лаборатории и еще с дюжину людей, которых я пока не знала. Все были в такой же, как у меня, форме и очень сосредоточены, «Похоже, даже бывалым участникам миссий тренировки давались нелегко», – подумала я, начиная переживать о том, как я справлюсь с предстоящей задачей. К тому же, они слышали замечание Алисы, и мне стало неловко. Ронни вступился за меня:

– Алиса, наша задача как ученых заключается в том, чтобы изучать неизведанные творения природы, а ваша – стрелять по всему, что нас хочет сожрать. Я думаю, Джиллиан, как ученый справится со своей задачей.

Алиса, взбешенная таким видением ситуации, тут же осадила Ронни.

– Ронни, ты последний остолоп! – громко воскликнула она негодующим голосом, – как ты думаешь, почему вы здесь торчите? И тут же сама ответила:

– Потому что, если вас уже некому будет спасать, у вас был хотя бы минимальный шанс выжить, столкнувшись лицом к лицу с опасностью. Эти тренировки и знания не раз спасали ваши шкуры.

Доктор Браун похлопал Ронни по плечу, пытаясь его успокоить и прекратить неизбежную ссору.

– Ну-ну, Ронни, спокойнее, Алиса права. Мы как всегда должны работать в команде и прислушиваться друг к другу.

Но Ронни, уже распалившись, решил запросто решить проблему, заставив меня еще больше испытывать неловкость.

– Я буду всегда рядом с Джиллиан и защищу ее, в конце концов. Вы, доктор, – заметил он, посмотрев на своего руководителя, – поручили мне ей помогать.

Рей же считал этот спор бесполезным и отдал приказ, чтобы все начитали тренироваться на полосе препятствий с канавы. Сказал он это спокойным ровным тоном, не повышая голоса, однако все тут же прекратили разговоры и отправились выполнять приказ. С командиром тут никто не спорил. Алисе он поручил вести группу, сославшись на то, что ему надо оценить мои возможности. И мы начали свое продвижение по полю. Группа ушла уже далеко вперед, скрывшись за валунами в километре от нас, когда я все еще пыталась вскарабкаться по веревочной сетке. Дела шли совсем плохо. Перед каждым новым препятствием Рей объяснял, как его проходить, однако не то, чтобы я не понимала его слов, просто все это было не мое. В канаве я чуть не утонула, наглотавшись грязной воды, и Рей вытащил меня оттуда за подмышки, залезть по канату мне не удалось из-за того, что не хватало сил, спускаясь по отвесной стене, я несколько раз срывалась и висела на страховочной веревке, подергивая руками и ногами в поисках опоры. В конце концов, проползая под колючей проволокой, я запуталась в ней штанами и дергалась, как комар в паутине, пока Рей не увидел мое бедственное положение и не велел мне снимать штаны и выползать из-под проволоки, как можно ниже прижимаясь к земле. Испытание моих ничтожных возможностей длилось три часа и закончилось только благодаря потере штанов. Я стояла перед Реем, и он, похоже, пораженный моей беспомощностью, тер ладонью свое лицо.

– Все плохо? – спросила я, удрученно смотря на него.

Он задумчиво на меня посмотрел, скрестил руки на груди и, помедлив, наконец, ответил:

– Да, все плохо. Нам надо менять систему тренировок.

В это время еще и Алиса со своей группой, как нарочно, уже прошла полосу препятствий и все подошли к нам. Большая часть группы просто хохотала, глядя на меня, а кто-то сравнил с эскимо. Я же про себя подумала, что это самое хорошее сравнение: все, что находилось выше моего пояса, включая волосы и лицо, было черным и громоздким от налипшей грязи, а внизу были остатки шортиков, которое как-то уцелели, и белые тонкие ноги. В общем, я готова была провалиться сквозь землю, однако поразмыслив, мне стало все равно на то, что я стала причиной веселья. Где-то там Элизабет боролась за свою жизнь, а моя проблема на этом фоне была пустяковой.

Я подошла к Рею и спокойно сказала:

– Пойду, переоденусь и после обеда еще раз попробую.

Развернувшись, я опустила голову и побрела по направлению здания, в котором была раздевалка. В таком виде мне предстояло пройти пару сотен метров и развеселить еще кучу народу. Вдруг я почувствовала, как меня кто-то остановил, положив на плечо ладонь. Это был Рей, он обвязал мою талию своей футболкой и спокойно произнес:

– Продолжим после обеда.

Его спокойный тон подбодрил меня. «Значит, несмотря ни на что, он не ставит на мне крест», – подумала я и, выпрямившись, бодро зашагала переодеваться, не обращая внимания на возгласы и смешки встречающихся мне по пути людей.

После того как я с трудом отмыла всю грязь и переоделась в чистую форму, мне стало намного лучше. Распустив чуть влажные волосы, чтобы они быстрее просохли, я отправилась в столовую. Народу в ней было полно, и наша группа уже обедала в дальнем углу у окна. Я взяла стандартный обед и отправилась к Ронни, который подозвал меня жестом, посадив рядом.

– Не расстраивайся! – тут же посочувствовал он мне. – Эти придурки забыли, что сами первое время тоже приходили все изодранные в клочья.

– Спасибо, Ронни! Я бы и сама над собой посмеялась, только вот Рею со мной не сладко приходится.

– Слава богу, я с ним редко летаю, а то его муштра просто до изнеможения доводит.

Я удивилась:

– Разве вы не летаете всегда с одной группой?

– Нет, что ты, военные группы нам постоянно меняют.

Я лихорадочно стала вспоминать засекреченные досье и аббревиатуры планет. Многие из них обозначались просто цифрами и буквами.

– Ты был на планетах РТ-070 или НМ-460? – поинтересовалась я, с нетерпением ожидая его ответ.

– Да, был на РТ-070, а что? – спокойно ответил Ронни, занявшись куриной ножкой.

– Там погиб один человек, как это произошло? Что-то необычное? – допытывалась я, не чувствуя вкуса еды и вся обратившись в слух.

– Как посмотреть, – призадумался Ронни, тут же пояснив, – доктор Елхов отправился на челноке на облет южного континента, чтобы отметить места наибольшего скопления одного ценного дерева. Через час он перестал выходить на связь и пропал с радаров, мы осмотрели область исчезновения сигнала со спутника – на поверхности джунглей была обнаружена черная выгоревшая область и пара крупных обломков корабля.

От азарта у меня загорелись глаза. Картина напоминала ту, что произошла при гибели доктора Уинслоу!

Ронни тем временем продолжал:

– Прибыв на место крушения, мы предположили, что в челнок доктора попал метеорит. Самое необычное, что на планету падает достаточно мало крупных метеоритов, однако именно этот угодил в челнок, который двигался на довольно приличной скорости.

– Тело доктора нашли? – спросила я, затаив дыхание.

– Нет, – покачал головой в ответ Ронни, – все сгорело.

– А спутник зафиксировал столкновение метеора с поверхностью? – не унималась я, пытаясь выяснить как можно больше достоверных фактов.

– Нет, он не был сфокусирован на той области во время происшествия.

– Анализы пораженной почвы брали?

– Эти исследования не имело смысла проводить. А почему ты об этом спрашиваешь? – поинтересовался он, явно удивившись моему интересу к этому происшествию. Я бы с радостью все рассказала Ронни, но время уже поджимало.

– Рей заставляет меня изучать историю полетов, хочет, чтобы я была готова к некоторым опасным ситуациям. Мне захотелось узнать мнение очевидцев.

– А, понятно, нас он тоже заставлял это делать, – успокоился он и уже через мгновение стал мне объяснять, как легче проходить препятствия. Закончив с обедом, все отправились по своим делам. Моя научная группа – обратно в лабораторию, а я – на полосу препятствия, где Рей гонял меня еще четыре часа без передыха. Он сменил тактику, заставляя меня отрабатывать только те навыки, которые, по его мнению, точно понадобятся мне в миссии. Несмотря на то, что я насажала себе кучу синяков и ссадин, некоторые препятствия мне покорились. Например, я могла пробежать по бревну, ни разу не упав, – с чувством равновесия у меня все было хорошо. В силу моей миниатюрной комплекции я с лёгкостью проползала через узкую извилистую трубу. И благодаря стараниям Рея у меня стало получаться проходить вброд канаву.

Вернулись мы домой только в девятом часу. Наспех поужинав, я поспешила наверх, чтобы хоть немного отдохнуть и, рухнув на кровать, провалилась в сон. Рей разбудил меня через час, просто сказав, что ждет меня в своей комнате. Почувствовав себя немного лучше, я отправилась за ним, потирая на ходу болевшие места. В этот раз он учил меня бинтовать голову и ребра, однако вечернюю лекцию отложил, по-видимому, понимая, что я сразу отключусь, стоит мне только положить голову на подушку. Время было около полуночи, когда он пожелал мне спокойной ночи. Я вышла из его комнаты и остановилась, прижавшись головой к холодному косяку двери. «Мне нужна его помощь, только он поможет развеять или подтвердить мои подозрения», – подумала я и, тяжело вздохнув, вернулась обратно. Стоя в темном коридоре у его двери, я еще некоторое время собиралась с духом. «Стоит ли выказывать свои соображения? – размышляла я. – Может, это просто плод моей фантазии и я зря беспокоюсь?» Я нерешительно постучала, и дверь через несколько секунд открылась. Рей стоял без футболки, босиком, в одних джинсах, перекинув через шею полотенце, и я могла оценить без помех его великолепную мускулатуру. «Слюни не пускай», – мысленно приказала я сама себе, часто моргая, чтобы прийти в себя. Пауза затянулась, и Рей, видимо, уже терял терпение:

– Что?

– Рей, мне надо с тобой поговорить. Ты должен мне помочь кое с чем разобраться! – запинаясь, произнесла я, переминаясь с ноги на ногу.

– Проходи! – пригласил он меня в комнату. Я забралась на диван, скрестив ноги, а он надел футболку и сел в кресло.

– Слушаю тебя внимательно.

– Помнишь, ты рассказывал о том, как погиб доктор Уинслоу на планете РС-031?

– Да, помню, непонятное явление уничтожило его и лес вокруг.

– Угу, именно так. Есть еще как минимум один подобный случай. Доктор Елхов погиб на планете РТ-070, и я пересказала Рею о своем разговоре с Ронни в столовой и о засекреченных делах.

Рей сидел на кресле, закинув руки за спину.

– О скольких погибших засекречена информация? – уже с интересом спросил он, глядя мне в глаза.

– О десятерых, – уточнила я. – И все они погибли в течение года. Доктор Елхов, по-видимому, был первым, поэтому пробы с места происшествия не брали. Место гибели Уинслоу уже исследовали. Рей, мне нужно узнать, что было в остальных восьми случаях, и только ты можешь мне помочь. Ты знаешь всех командиров, которые летают в экспедиции, поговори с ними!

– Хорошо, – согласился он, – я попробую осторожно выяснить, не было ли подобных случаев в течение года.

Я поднялась с кровати и пошла к двери, пожелав ему спокойной ночи. Вернувшись к себе, я быстро умылась и, сбросив шорты, забралась под одеяло. Ох, как мне было хорошо! Наконец-то мое измученное тело почувствовало покой и комфорт! Однако лежать на спине было невозможно: очень ныли расцарапанные ноги и спина. Я повернулась на бок и, свернувшись калачиком под одеялом, задремала. Сон мой был беспокойным, мне было то жарко, то холодно, и я металась с одной стороны кровати на другую. Какая-то птица трещала за окном, выводя свою раздражающую однообразную песню. Вдруг все стихло, и я услышала шуршание крыльев беспокойной певуньи, взлетевшей с дерева под окном. Открыв глаза, я увидела на полу дорожку белого света – это свет луны через неплотные занавески проникал в комнату. Я смотрела на нее, и нервы мои стали успокаиваться, а глаза закрываться. Вдруг крупная тень закрыла почти всю лунную дорожку, она шевелилась – это была тень человека! Я подавила панику, хотя хотелось заорать во все горло. Потихоньку соскользнув с кровати на пол, я подсунула под одеяло думки, валявшиеся в кровати, и поползла по полу к двери – славу богу, она была приоткрыта. Мне удалось незаметно проскользнусь в коридор. Я потихоньку приоткрыла дверь в комнату Рея. Он спал, растянувшись на весь диван и положив одну руку под голову.

– Рей, Рей, ты слышишь меня? – шепотом произнесла я, поднимаясь с пола. Он, почувствовав мое присутствие, резко сел на диване.

– Рей, ко мне в комнату кто-то проник через окно, сейчас он там, в моей комнате! – дрожащим голосом тихо произнесла я.

Рей тихо встал с постели, не говоря ни слова, показал мне кивком головы на дверь в ванную. Я кивнула в ответ и зашла в темную комнату. Сердце билось с неимоверной скоростью, и мне стало душно, у меня закружилась голова, и я прислонилась к прохладному кафелю.

«Ох, лишь бы с ним ничего не случилось!» – взмолилась я, представляя, как Рей сейчас крадется через коридор в мою комнату. Вдруг за стеной послышался страшный грохот, заставивший меня подпрыгнуть. В смежную стену моей комнаты и ванной влетело что-то тяжелое, потом послышался звук бьющегося стекла. Я закрыла рот рукой, подавив крик ужаса. Затем все резко стихло, и через минуту дверь в ванную открылась – на пороге стоял Рей, волосы его были взъерошены, и в свете луны, пробивающейся через окно, я видела, как зло блестят его светло серые глаза. Глядя на меня, он раздраженно произнес:

– Ушел гад, удрал через окно. Ты как? – спросил он, заметив мой страх.

Я кинулась к нему, крепко прижавшись, дрожа от пережитого шока.

– С тобой все в порядке? Ты не ранен? – с паникой в голосе расспрашивала я его. – Там был такой грохот! Что произошло?

– Все хорошо, Джиллиан! – сказал он уже тихим спокойным голосом, крепко обняв меня одной рукой, чем сразу подавил нарастающую во мне панику.

Я услышала топот по лестнице и восклицания – это Элис, услышав звуки борьбы, поднималась из своей комнаты на первом этаже к нам.

Он слегка отклонился от меня, не опуская руку с моих плеч, и громко позвал Элис.

– Элис, мы здесь, не включай пока свет!

Элис вошла в комнату и с беспокойством спросила:

– Что здесь произошло?

– В комнату Джиллиан проник человек, мне не удалось его поймать.

– Это был кто-то из банды Билли? – предположила Элис.

– Скорее всего. Спуститесь вниз, мне надо обследовать территорию возле дома.

Он подтолкнул меня по направлению к двери, а сам стал одеваться.

– Как ты, милая, он сильно тебя напугал? – забеспокоилась Элис, заметив мою неуверенную походку.

– Я в порядке, – запинаясь, ответила я. – Теперь все нормально. Элис, я возьму некоторые вещи из своей комнаты и спущусь.

– Я с тобой! – решительно произнесла она, приобняв его за плечи.

Мы зашли в комнату, и я в этот момент была благодарна Элис, что она пошла со мной. Даже в полумраке нетрудно было заметить, что в комнате был неописуемый разгром: дверцы шкафа вынесены и разломаны на куски, стул, стоявший у окна, по-видимому, разлетелся от удара об стену, трельяж разбит и опрокинут, а на моей кровати лежала куча подушек вперемешку с перьями. Я подошла к кровати и сдвинула подушки и одеяло в сторону – в матрасе зияло четыре дыры от лазерного луча бластера. Элис, стоявшая рядом со мной, тоже смотрела на матрас.

– Паразиты! – зло, сквозь зубы, прошипела она, и уже спокойным уверенным тоном человека, повидавшего немало подобного рода вещей, предложила мне постелить на диване в гостиной. Я тут же согласилась, и Элис вышла из комнаты, спеша подготовить мое новое спальное место. Быстро собрав свои вещи и одевшись в спортивный костюм, я спустилась вниз, в гостиную. В комнате было очень уютно: горел только торшер, а на журнальном столике, перед большим диваном, стояли две фарфоровые чашки. Элис уже успела разостлать постель на большом диване темно-зеленого цвета и что-то делала на кухне.

«Похоже, человек, проникнувший в дом, был профессионалом, раз смог уйти от Рея, – рассуждала я, сев на диван и поджав колени к подбородку. – Скорее всего, это не связанно с Билли. Он всего лишь карманник и на убийство не пойдет. Это как-то связано с моим интересом к досье и исчезновением Элизабет. Ох, кто же это сделал и почему? Загадок прибавляется, да к тому же теперь под ударом еще Рей и Элис».

Тут в комнате появилась Элис с подносом, на котором стояли фарфоровый чайник и вазочка со сладостями.

– Давай-ка выпьем зеленого чая, он успокоит наши нервы! – бодро сказала она, ставя все принесенное на стол передо мной.

– Может, Рей зря в одиночку отправился обходить окрестности, – не выдержав напряжения, спросила я. – Похоже, этот человек очень опасен. Наверное, надо было вызвать полицию?

– Не переживай так, дорогая! – подбодрила она меня и похлопала по руке, – доверься ему. Я думаю, он знает, что делает. Когда-то мы жили на Зевсе, нам приходилось несладко, особенно после того как в рабство забрали его отца. Рею тогда было около десяти, на вид это был просто рослый худой мальчуган, а по сути своей, образу мышления и поведению – уже зрелый человек. Рей работал с взрослыми мужчинами на равных, и хоть ему и приходилось в стократ тяжелее, он никогда не жаловался и делал все, чтобы заработать немного больше на самое необходимое для нашей семьи. Так получилось, что с помощью Элизабет мы смогли перебраться на Землю. Здесь он стал навёрстывать своих сверстников по школе, с неимоверной скоростью поглощая одну книгу за другой. Я думала, что он пойдет по моим стопам – будет ученым, но он выбрал свой путь и стал военным. Его чутье и ум никогда не подводили, иначе я бы с ума сошла от волнения за него.

Она поднялась с дивана, подошла к телевизору, который стоял в углу комнаты на полукруглой подставке.

– Я знаю, что точно нас сейчас отвлечет! – заговорческим тоном сказала она, – хорошее кулинарное шоу. Поверь, тебе понравится, это как спортивный канал для мужчин, смотреть можно бесконечно.

Элис включила телевизор на кулинарном канале, где молодой бойкий ведущий показывал, как быстро и легко приготовить шоколадный торт. На первый взгляд, это, как всегда, казалось просто, однако когда я заходила на свою кухню и с воодушевлением начинала готовить какое-нибудь сложное блюдо, все шло не так гладко. В конце концов, у меня получались такие «шедевры», от которых даже бездомные собаки и коты нос воротили. «Вот найду Элизабет и обязательно научусь готовить такой тортик», – пообещала я сама себе, пытаясь запомнить ингредиенты.

Прошло не менее часа, прежде чем Рей вернулся домой.

– Ушел на челноке с поля, в полукилометре отсюда, – сказал он, беря из рук Элис чай и садясь в кресло. – Завтра будет тяжелый день для всех нас, тем более, для тебя, Джиллиан. Думаю, самым лучшим на сегодня будет отправиться спать! – констатировал он, залпом выпив содержимое чашки. – Мам, на дом придется поставить охранную систему. Вызовешь завтра мастеров?

– Да, конечно, я займусь этим! – тут же согласилась с таким решением Элис.

Рей поставил опустевшую чашку на стол и отправился наверх. А Элис потрепала меня по голове и постаралась взбодрить:

– Все будет хорошо. Спокойной ночи!

– Спокойной ночи! – сонным голосом пролепетала я, удобнее устраиваясь на диване. Элис выключила свет и бесшумно вышла из комнаты.

Хоть я и была измучена всеми неприятный событиями дня и ночи, заснуть я не могла. В голове крутилась одна и та же мысль: «Челнок – это ведь дорогое удовольствие! Да и оружие на Земле не так просто получить, значит, за меня взялись всерьез».

Тут я услышала шаги, и через мгновенье в дверном проеме появился Рей.

– Пойдем, – тихо произнес он, – нам надо поговорить наедине, сегодня будешь досыпать у меня.

Дважды приглашать меня было не надо. Я схватила подушку и поспешила за ним. Бросив подушку на его диван, я легла у стены и забралась под одеяло. Рей стянул футболку, оставшись в домашних бриджах, и лег рядом, вальтом, поверх одеяла, предварительно выключив свет.

– Рей, это ведь был не Билли или кто-то из его команды? – собравшись с духом, спросила я, рассматривая в темноте его ногу.

– Нет, человек довольно хорошо знает боевые приемы, скрылся быстро, слившись с естественным ландшафтом. Похоже, он прошёл специальную подготовку, в банде Билли таких людей быть не может. Кто еще, кроме меня, знает о том, что ты интересуешься теми случаями?

Я постаралась припомнить, кто мог слышать наш разговор с Ронни в столовой, но, увы, к моему сожалению, тогда все мое внимание было направлено на собеседника, и я не видела людей вокруг.

– Я говорила об этом с Ронни в столовой, – помедлив, сказала я, – любой, кто был рядом, мог услышать наш разговор.

– Ты должна постараться вспомнить, кто был рядом с вами в тот момент. Завтра я найду Билли, его люди уже ведут тебя, возможно, они заметили, что-то необычное на станции в наше отсутствие. На полигон поедешь с Алисой, там будешь заниматься под ее руководством, я позвоню ей утром, и она заедет за тобой к нам домой.

– Ладно, – уныло согласилась я, – постараюсь припомнить, кто был рядом. Рей, почему нападение произошло в доме, на улице же проще это сделать?

– Я думаю, тебя хотели выставить в качестве жертвы ограбления. Кроме того, только в своей комнате ты находилась одна без защиты. Кстати, как ты узнала, что в комнату хочет кто-то проникнуть?

– А…, я увидела тень. Сегодня очень яркая луна.

Мои глаза сами собой закрылись от усталости, и я провалилась в сон.

Мне казалось, что прошло несколько минут, однако сквозь сон я услышала, как Рей будит меня:

– Джиллиан, пора вставать, уже утро!

Открыв глаза, я осознала, где нахожусь, подумав, что рядом с Реем спится намного лучше, а главное, я ощущала, что нахожусь в полной безопасности. Вдруг я почувствовала мягкое прикосновение к своей ступне, Рей осторожно поднял мою ногу, лежащую у него на груди, и положил ее на постель.

– Я обычно кладу под ногу одеяло или подушку, – попыталась я скрыть свое смущение, – извини, тебе, наверное, было неудобно. Я выбралась из-под одеяла и, встав на четвереньки, перебралась через Рея. Надо было спешить, и я отправилась за вещами, оставленными внизу. Вслед я услышала, как Рей угрюмо пробурчал:

– Еще как удобно…


Глава 3


Всю следующую неделю Рей и Алиса измывались надо мной, как могли: меня учили вязать узлы, делать шалаш из веток, разжигать огонь с помощью доступных средств, делать плот, маскироваться, и все это сопровождалось изнурительной физической подготовкой. Заснув под очередную лекцию о выживании на других планетах, я просыпалась на диване Рея, зачастую в обнимку с его волосатой ногой, при этом тыча ему своей пяткой в нос. От накопившейся усталости мне было все равно, что рядом со мной каждую ночь спал красивый молодой мужчина, и Рей не комментировал мое присутствие в его постели.

После ночного происшествия ничего экстраординарного не происходило. Рей заставил наблюдателя, дежурившего на нашей станции, привести его к Билли. Оказалось, люди Билли ничего подозрительного не видели и не слышали, что говорило об осведомленности нападавшего о моем пребывании в доме Рея. Однако на расспросах Рей не остановился, и в этот же день банда Билли прекратила свое существование навсегда. Вечером по местным новостям рассказывали, что в Восточном районе на пустыре произошла массовая драка. Около сорока человек из банды Быстрого Билли и он сам серьезно пострадали и отправились в больницу. На вопрос журналистов, что здесь произошло, потерпевшие отмалчивались, боязливо отворачивая глаза. По мнению Алисы, Рей хорошо повеселился, и жалко, что ее там не было. Я же долго вспоминала тех, кто был рядом со мной в столовой, однако, кроме нескольких фамилий, назвать никого не смогла. Особенно меня интересовали те, кто сидел сзади нас. А там сидела незнакомая мне военная группа, и я никого не могла вспомнить.

У Рея дела продвигались тоже не очень успешно, все командиры, участвующие в интересующих нас миссиях, отсутствовали на базе: одни были в экспедициях, другие готовили свои группы на других полигонах. Зацепиться было не за что.

За три дня до полета в кафе, в центре города, в парке на Грин Сквер был устроен званый вечер, на котором должны были собраться участники как минимум трех экспедиций, отправляющихся в скором времени на различные планеты. «Ребята должны спустить пар перед отлетом», – так сказал Рей. Сначала я не хотела идти, однако он настоял на моем присутствии, мотивируя это тем, что так я смогу лучше поладить с командой. В тот день мы пришли домой пораньше, в шесть вечера. Выдвигаться в центр надо было через час. Я отправилась в ванную, приняла душ, свои вечно зачесанные в хвост рыжие волосы распустила и постаралась уложить их так, чтобы они спадали плавной волной. Немного черной туши прибавило выразительности голубым глазам, а нежно розовый блеск завершил мои прихорашивания. Благодаря Элис мне было, что надеть: она купила для меня темно синее платье – короткое, облегающее и элегантное, оно подчеркивало достоинства фигуры. Туфли и сумочку черного цвета она выбрала из своего гардероба. Спустившись вниз, я увидела Рея, стоявшего внизу в сером костюме, который на нем великолепно сидел. Он осмотрел меня и, почему-то хмурясь, отметил:

– Ты прекрасно выглядишь! Наши ребята обрадуются, будь начеку!

– Что за ребята? И почему они обрадуются? – поинтересовалась я, не понимая, о ком идет речь.

– Почти все парни не женаты, а эта вечеринка – последняя возможность подцепить хорошенькую девчонку и весело провести с ней ночь, – пояснил Рей, широко открывая передо мной входную дверь.

На Грин сквер, как всегда, было многолюдно, по улице, вдоль светящихся вывесок магазинов и кафе, сновали толпы любителей повеселиться и туристов. Отовсюду звучала музыка, красивые девушки зазывали людей в ночные клубы. Пробираясь по оживленной улице через плотный поток прохожих, мы наконец добрались до входа в кафе «Рузанна». Вход был оформлен более чем скромно, а лестница уводила в подвал.

Я дёрнула Рея за рукав, поинтересовавшись таким странным выбором заведения:

– Неужели у такой богатой компании нет денег, чтобы снять приличное заведение для сотрудников?

Рей усмехнулся в ответ:

– Так оно и было раньше. Однако после каждой такой вечеринки корпорации выставляли огромный счет за испорченное имущество. Ученые – народ скромный, до тех пор, пока не выпьет и им не сорвет башню. А уж когда рядом отрываются военные, взаимных стычек не избежать. И хотя люди стараются друг друга не калечить перед миссией, все вокруг они просто уничтожают. Вот увидишь, там весело! И Рей, улыбнувшись, смело вошел в клуб.

– Весело! – повторила я и нахмурилась. – Что я тут делаю? Это все точно не для меня.

Спустившись вниз, я попала в огромный зал. Музыка просто оглушала, лучи света под бешеный ритм выхватывали силуэты разгоряченных человеческих тел на танцполе. По бокам зала стояли столики, над которыми клубился сигаретный дым – некоторые предпочитали просто хорошо выпить и покурить. Я внутренне съежилась, пытаясь преодолеть стеснительность и привыкнуть к атмосфере общего веселья. В дальнем углу за столом я увидела Ронни, он оживленно говорил с крупным бородатым мужчиной. Щеки его раскраснелись, и он больше, чем прежде, жестикулировал руками, что говорило об изрядном подпитии. Я подошла к ним, в то время как Ронни что-то доказывал.

– Вот если бы тогда я не нашел выхода из ситуации, мы бы никогда не получили такие замечательные результаты в миссии! – кричал Ронни через стол бородачу.

– Как сказать, – басил в ответ бородач, затягиваясь сигарой, – если бы ты тогда не напортачил, то да, мы бы улетели без особых приключений.

– Нет уж, я тут вообще не при чем, я просто пытался ускорить процесс.

– О чем спорите? – спросила я и села рядом с Ронни. Ронни обрадовался тому, что я присоединилась к разговору, в надежде, что я приму его сторону в споре. Он начал рассказывать мне о миссии на планету ЗР-276, где произрастало редкое растение Резу. Нет, конечно, на всей плане его было полно, как у нас яблок на Земле. Однако один единственный сорт был пригоден для производства вещества, за день заживляющего любые раны на кожных покровах, и этот сорт произрастал на плантациях только одного из 1500 племен, живущих на этой планете. Это племя – Трех Звезд, названное в честь трех самых ярких звезд на небосводе, никак не хотело делиться секретами, которые позволяли им разводить это растение в неимоверных количествах, в то время как на базе все образцы гибли. Во время периодических вылазок в поселение Ронни подружился с Цу, любознательной дочерью вождя, они много гуляли по садам, в которых росли плодовитые деревья. Несмотря на языковой барьер, Ронни нашёл способ общения с Цу. Он показывал ей на планшете свой мир – города, в которых небоскребы соседствовали с лесами и полями, богатыми флорой и фауной. Он включал ей прекрасную музыку и звуки щебечущих птиц леса. Она показывала ему свой мир: обряды поклонения трём звездам, истуканов богов плодородия, животных ее мира. В один прекрасный вечер Цу дотронулась своей трехпалой рукой до плеча Ронни и показала на маленькое насекомое, вьющееся около листиков Резу. Ронни сразу все понял – Цу показала, в чем их ошибка. Поймав насекомое, команда выяснила, что оно обитает около растения, делая в его коре, своего рода, ходы. При этом насекомые выделяли жидкость, защищающую дерево от болезней, свойственных данному сорту. Такой симбиоз изменил Резу: наделил его лекарственными свойствами, которое успешно использовало племя. После доставки на корабль деревья обрабатывали средством от насекомых. Лишившись своей защиты, растение моментально погибало. Команда ученых за месяц синтезировала аналог вещества, защищающего растение, и, перетащив пару десятков растений на борт, уже собралась стартовать, как вдруг обнаружилась неполадка в системе охлаждения. Начали разбираться и обнаружили, что из корабля, просто-напросто был выдран очень важный блок. Решив, что это рук племени «Трех звезд», капитан отправился в поселение. Вождь с враждебностью сказал лишь одно слово.

– Цу! – и развел руками. Он провел длинным пальцем по своей кривой серой шее, указав на местное солнце, и это означало, что если любимая дочурка не вернется до конца дня, всей команде придет конец. Весь экипаж был поднят по тревоге. Оказалось, что дочка вождя, желая увидеть новый необычный мир, проникла на корабль. Цу чудом нашли в огромном грузовом отсеке. Ее отвели в поселение, расстроенную, голодную, и отдали на суд соплеменников. А сами, забрав выкраденные детали корабля, быстрее улетели с планеты.

– Я думаю, самую ценную информацию мы все-таки получили, – завершил свой рассказ Ронни.

Бородач сокрушенно покачал головой и, отпив пива из высокого стакана, сделал другое заключение:

– Ронни, боюсь, что твоя чрезмерная общительность привела к негативным результатам. Мало того что мы чуть не стали обильным ужином для дикарей, так еще и с тех пор с жителями планеты невозможно наладить контакт, а потому ценные знания о местной флоре и фауне, которыми обладают племена, потеряны.

– Джон, да ведь за три месяца, проведенных там, мы не получили ни толики полезной для нас информации! – воскликнул громко Ронни, пытаясь отстоять свою точку зрения. – Они бы ни за что не пошли на контакт с нами. Цу хотела посмотреть наш мир, она выдала секрет, хранившийся веками для того, чтобы мы быстрее отправились на Землю. Она хотела увидеть другой мир. Это было ее право. У народа ее племени просто нет фантазии.

– С тобой бесполезно спорить! – махнул в сторону Ронни Джон. – Ты никогда ни с кем не советуешься, поэтому экспедиция с твоим участием когда-нибудь закончится катастрофой. Хорошо, что я перевелся в другую группу. Пойду я к своим ребятам. Приятно вам отдохнуть! – кинул раздраженно бородатый Джон и, прихватив свое пиво, отправился через танцпол, на другую сторону зала. «Похоже, Ронни имеет определенную, не очень завидную репутацию среди коллег», – подумала я, оценивая рассказ Ронни.

– Знаешь, больше всего я сожалею, что не мог тогда помочь Цу защитить ее от гнева соплеменников. Я до сих пор считаю ее моим дорогим другом. Надеюсь, она тоже меня вспоминает. После этих слов Ронни осушил бокал с коктейлем до дна.

Я посочувствовала моему новому знакомому, ведь у него было доброе сердце.

– Я уверена, Ронни, что Цу не держит на тебя зла. Если бы не языковой барьер, вы могли с ней прояснить ситуацию, и ничего бы не случилось! – озвучила я свое видение ситуации.

Он немного воодушевился.

– Ты, правда, так думаешь?

Я кивнула головой и стала разглядывать людей в зале, пытаясь найти Рея. Скользя взглядом по танцполу, я увидела Йена, который прижимал к себе высокую брюнетку в коротеньком черном платье. Он с нежностью придерживал девушку за талию, поглаживая ее спину. Я невольно залюбовалась парой, было что-то очень личное в том, как они танцевали, как девушка, положив голову на плечо своему партнеру, обвивала руками его шею, и как он, наклонившись к ней, прижался к ее виску щекой. Как будто для этой пары никого в целом мире сейчас не существовало. Однако мое умиротворение от созерцаемой картины сменилось шоком, когда яркий свет прожектора прошел через лицо девушки – это была Алиса!

Я нервно задергала Ронни за рукав пиджака, засыпая его вопросами.

– Ронни, Алиса и Йен встречаются? Я думала они на ножах? Она же его постоянно гнобит на тренировках.

Ронни мельком и без особого интереса взглянул на парочку и, подняв палец вверх, сообщил поистине шокирующую новость.

– Бери выше, Джиллиан! – сказал он, хватая у проходящего официанта очередной коктейль с подноса, – они женаты уже около трёх лет.

У меня челюсть отвисла и все-таки я уточнила:

– Как так вышло, они такие разные?

– О, это точно, но, как говорят, противоположности сходятся, и они обожают друг друга. На полигоне Алиса гоняет Йена, как черт в аду. Однако это и понятно, она хочет быть уверена, что он сможет сам себя защитить. Зато уж дома Йен за главного: он прекрасно готовит и справляется с остальными бытовыми проблемами. Раньше она жила в маленькой съемной квартире на окраине города. По слухам, там был страшный бардак. Кроме того, она постоянно забывала платить по счетам, поэтому пару раз ее хотели выгнать оттуда. Как-то раз Йен заскочил к ней домой, чтобы передать какие-то документы, и, увидев, в каком бардаке она живет, взбесился. Ведь он у нас перфекционист и во всем любит порядок. Убирались они сутки, наверное, но после этого в квартире Алисы воцарился порядок, доселе никогда не видимый. Не знаю, как она этого добилась, но через месяц они начали встречаться, а еще через три мы уже погуляли на их свадьбе.

Я все еще удивленно хлопала глазами, когда Йен и Алиса, держась за руки, подошли к нам. Алиса коротко кивнула.

– Привет, Джиллиан, как тебе вечеринка? – спросил Йен, галантно отодвинув для Алисы стул из-за стола и усадив ее напротив Ронни.

– Привет. Все замечательно, мне нравится! – оживленно ответила я, все еще отходя от нового открытия. Йен тем временем заказал для себя и жены мартини с водкой через электронное меню, валяющееся на столе.

– С кем-нибудь успела познакомиться? Здесь много интересных людей, можно сказать, звезд мировой науки, – отметил Йен, взглядом осматривая гостей вечеринки.

– Она еще ни с кем не общалась, Йен, – весело заметил Ронни, – сейчас Джиллиан отходит от новости, что вы женаты. Йен и Ронни захохотали, и даже вечно суровая Алиса улыбнулась. Мне стало немного неудобно, и я решила направить разговор в безопасное русло, попросив Йена и Ронни рассказать о присутствующих на вечеринке знаменитых учёных. В середине разговора к нам присоединился Рей и, потеснив меня и Ронни, заказал себе виски. Йен перечислил не меньше десятка ученых, кратко описав их заслуги, и в конце указал на столик в углу зала.

– Вон, видишь, там, где наш шеф сидит, – сказал он, кивнув с трону столика, за которым действительно сидели доктор Браун и еще двое мужчин. – Мужчина в красном галстуке – это член верховного совета Рекс Вайнштейн, самая большая шишка на этой вечеринке.

Я посмотрела на высокого полного седовласого мужчину, который, развалившись в кресле, курил сигарету и с вниманием слушал своих собеседников. «Вот, кто знает все о десяти пропавших!» – подумала я. Взяв себе безалкогольный коктейль «Голубая лагуна», я, уже не слушая, как Ронни и Йен пустились в очередной научный спор, стала размышлять, как бы мне выведать нужную информацию. Через несколько минут у меня созрел план. План, который помогут осуществить мне Йен, Алиса, Ронни и Рей. Я набрала текстом на своем планшете описание того, что я хочу сделать, добавив пару слов о важности информации, которая окажется у нас в руках.

– Посмотри, я тут статейку интересную нашла, хочу поставить этот эксперимент, как думаешь, получится? – поинтересовалась я, передавая планшет Йену.

Йен прочитал то, что я набрала, и нахмурился.

– Я думаю, такой эксперимент поставить можно, однако он очень опасен.

– Что за эксперимент? – заинтересовалась Алиса, через плечо Йена изучая мой безумный план.

– Тебе стоит взвесить все за и против. Ты ставишь под удар, прежде всего, себя, да и нас всех тоже, – заключила она, взглянув на меня, хмурясь.

Ронни и Рей ознакомились с последовательностью действий, после чего Ронни ладонями потер глаза и, подперев рукой голову, устало произнес:

– Ладно, давайте попробуем. Я, когда пьяный, либо сонный, либо смелый. Сегодня, видать, второе.

– Ты сильно рискуешь, я категорически против этого! – возразил Рей, смотря мне в глаза.

– Да, но риск того стоит. Я все-таки попробую.

Я удалила текст, положила планшет на стол, заказала два стакана виски и молча выпила их залпом один за другим. Закашлявшись от крепкого напитка и окосев от градуса, я встала и с размаху зарядила Ронни пощечину. От удара голова его отклонилась в сторону. Люди за ближайшими столиками повернулись, с интересом смотря в нашу сторону.

– Ронни, ты подлец! Если у меня меньше опыта, чем у тебя, это не значит, что я не справлюсь со своими задачами! – кричала я на Ронни, который ошарашенно смотрел на меня, по-видимому, не рассчитывая получить такую крепкую оплеуху и сразу протрезвев от этого. Я резко развернулась и пошла в сторону своего шефа, который наблюдал с собеседниками за нами. Доктор Браун, по сути своей, сердобольный человек, остановил меня, схватив за руку.

– Джиллиан, присядь, поговорим! – обеспокоенным голосом сказал он, уступая место рядом с собой.

Я села и, шмыгая носом, начала выкладывать все, что накопилось у меня на душе.

– Доктор Браун, Ронни считает, что я обладаю недостаточно обширными знаниями для того, чтобы получить эту работу, – жаловалась я, то и дело всхлипывая. Доктор Браун сочувственно похлопал меня по плечу и по-отечески попытался успокоить.

– Джиллиан, я изучил твое личное дело. Красный диплом Гарвардского университета уже о чем-то говорит. Твой предыдущий научный руководитель очень хорошо о тебе отзывался и совсем не хотел терять такое прекрасное приобретение для своей лаборатории. Я думаю, Ронни со временем поймет, что ошибался. Расслабься сегодня, Джиллиан, все образуется!

– Спасибо большое, доктор Браун! – с благодарностью ответила я ему. – Я постараюсь сработаться с Ронни. Надеюсь, он со временем действительно поймет, что ошибался в своих суждениях. Доктор Браун подвинул мне большой бокал с каким-то красным напитком, и я сделала большой глоток. Коктейль оказался достаточно крепким, но очень приятным на вкус.

– Познакомься, Джиллиан – это Рекс Вайнштейн, член высшего совета, а это – доктор Смит, он тоже летит с нами.

Я мило улыбнулась мужчинам, сидевшим напротив.

– Мистер Вайнштейн, доктор Смит. Для меня большая честь с вами познакомиться! – поздоровалась я.

– Доктор Браун, – обратилась я к своему руководителю с просьбой, – не могли бы вы мне хотя бы кратко рассказать о том, как происходит переход в гиперпространство?

– О, Джиллиан, тут все просто, – будничным тоном сказал он, – челнок с Земли доставит вас на орбиту Земли, после чего вы перейдете на основной корабль и пройдете через гиперврата. Вы будете двигаться в гиперпространстве около недели и затем, выйдя из таких же врат около Цереры, окажетесь на ее орбите.

– А как работают гиперврата? – и я тут же уточнила свой вопрос. – То есть я, конечно, понимаю, на чем основан принцип их действия, однако никогда не видела их вживую. Нам этого никогда не показывали в школе или институте!

– Конечно! Их месторасположение на орбите и устройство – секрет корпорации. Если бы его знали обыватели, то тут бы таких дел наворотили, – присвистнул доктор, – Это как ядерная бомба – все знают, что она может делать, но, славу богу, собрать ее могут только некоторые.

– Да, действительно, если эта технология так опасна, хорошо, что ее держат в тайне, – тут же согласилась я, потягивая свой коктейль через трубочку. – А как происходит проход корабля через гиперврата, сам процесс?

– Рекс, ты можешь показать Джиллиан, как происходит перенос корабля? Я знаю, что это секретно, но через три дня она все равно все увидит, – обратился он к тучному седовласому мужчине, вызывая в моей душе ликование от маленькой победы. Вайнштейн достал планшет, набрал на нем индивидуальный код доступа и открыл файл.

– Съемка не детализирована, – пояснил он, протягивая мне свой очень дорогой на вид планшет. – Ничего важного вы на ней не увидите.

Я аккуратно положила планшет перед собой и стала смотреть, как на экране огромный корабль постепенно входит в туманность, его очертания становятся размытыми, и он как будто растворяется. До конца видеозаписи оставалось пять минут. Я еще раз отпила из стакана большой глоток напитка и поближе наклонилась к экрану, как будто стараясь разглядеть картинку. Наступила самая важная часть нашей операции. Резко упав на планшет руками и головой, я застонала.

– О боже, – пьяно простонала я, – как же меня мутит! Кажется, этот коктейль был слишком крепким для меня!

– Что? – вскричал Вайнштейн, подскочив на своем месте. – Немедленно отдайте планшет, вы его испортите!

– Ох, – простонала я и, еле проговаривая слова, предупредила, – если вы мне не дадите пять минут покоя, я испорчу его и все, что находится в полуметре вокруг меня. Это несколько поумерило пыл владельца, и он сел, продолжая раздраженно сверлить меня взглядом, который я чувствовала даже затылком. Я зажмурилась, пытаясь не думать о том, что творю, и про себя стала отсчитывать секунды. В это время компьютерный гений Йен, взломав с моего планшета через внешнюю сеть систему Рекса Вайнштейна, за время моего внезапного недомогания должен был войти в доступный теперь архив, скачать десять засекреченных досье и убрать все признаки своего вторжения.

Прошло около пяти минут, и Вайнштейн рявкнул на меня:

– Долго вы еще собираетесь разлеживаться на моем планшете? Доктор Браун, помогите мне передвинуть вашу подопечную!

В это время к столику подошел Рей. Он поздоровался с мужчинами, которые на несколько секунд забыли обо мне.

– Я заберу ее. Девушка не привыкла пить и перебрала! – предложил он мужчинам, аккуратно приподняв меня и поставив на ноги. Я повисла на нем, словно мартышка, ужасаясь от мысли о том, как выгляжу со стороны.

– Прошу прощения! – пробормотала я, прикрыв ладонью рот, и мы двинулись к выходу. Протащив меня мимо столика с Ронни, Йеном и Алисой, которые оживленно обсуждали последний боксерский матч, Рей вывел меня на улицу и оттащил в сторону от входа под тень лиственниц, подальше от фонарей и любопытных взглядов. Свежий ночной воздух ударил в лицо, и мне стало холодно.

Рей развернул меня к себе и, держа за плечи, слегка встряхнул.

– Идти сама можешь? – сухо спросил он меня. Я посмотрела на него окосевшими от алкоголя глазами и помотала головой в разные стороны.

– Не могу, – пробурчала я пьяным голосом, – голова кружится.

Устало закрыв глаза, я прислонилась к его груди лбом. От него пахло мужчиной, алкоголем и сигаретным дымом. Этот запах, ощущение сильного мужского тела сводили меня с ума. Я обхватила его за талию, крепко прижалась и поерзала носом по рубашке.

– Что ты, ради бога, делаешь? – спросил он, склонившись надо мной.

– Дай пожалеться. Это моя награда! – фыркнула я, уткнувшись лицом в его грудь и еще крепче стиснув его талию.

– Понятно, – тихо произнес он, и я почувствовала, как его горячие руки с моих плеч проскользнули по холодной от ночного воздуха спине, и он обнял меня. Так мы простояли несколько минут, и, казалось, я могу обнимать его хоть до утра, но вдруг из бара вывалилась толпа пьяных орущих парней.

Рей слегка отстранился, и мне опять стало холодно.

– Нам пора возвращаться домой, Джиллиан! – настойчивым голосом произнес он.

– Не хочу, не пойду, мне и тут нравится! – нараспев произнося слова, закапризничала я.

– Джиллиан, посмотри на меня!

Я резко подняла голову, при этом все еще больше закружилось. Я закрыла глаза, чтобы круговерть закончилась, и сосредоточилась на легком ночном ветерке, который слегка разметал мои волосы. Вдруг я почувствовала легкое прикосновение к губам, поцелуй был легким, Рей как будто давал мне время отказаться от него, но уже через мгновение стал требовательным и жадным. Я робко ответила ему, вторя ласкам, и услышала, как из его груди послышалось рычание. Он одной рукой приподнял меня над землей, а другую запустил в волосы. «Все прекрасно, волшебно и все плохо!» – подумала я, окончательно обезумев от его чувственного напора, – теперь я точно знаю, что влюбилась в него без памяти и навсегда».

Мне казалось, что время остановилось, этот вещественный, материальный мир перестал существовать, был только он. Когда же Рей все-таки оторвался от меня, я разочарованно простонала. И он нежно поцеловал меня в лоб и краешек губ. Кажется, это был бонус, после чего плавно опустил на землю. Дав мне некоторое время, чтобы прийти в себя, он осторожно разжал руки.

– Нам лучше идти домой, завтра будет трудный день, Джиллиан! – вернул он меня к реальности. Я чувствовала, как он поправляет пряди волос, выбившиеся из моей прически, и мне с сожалением в голосе пришлось согласиться с ним:

– Хорошо, только ты домой езжай, а меня оставь в ближайшем отеле! Не хочу позориться перед Элис.

Рей посмотрел на меня, видимо, оценивая мое состояние.

– Ладно, пойдем. Тут через пару сотен метров есть отель.

Мы шли вдоль витрин уже закрывшихся магазинов. Перед глазами все кружилось. Из-за неудобных туфель на высоких каблуках ноги подкашивались. В конце концов, я сбросила их и пошла босиком. Рей поднял туфли и, придерживая меня за плечи одной рукой, завел в здание недорого отеля. В ярко освещенном фойе стоял терминал обслуживания, где он заказал номер на двоих. Через мгновение на экране появился номер комнаты и указание, как пройти к ней. Поднявшись на лифте на третий этаж, мы нашли 306 номер, Рей провел рукой около замка и открыл дверь. Свет автоматически зажегся и осветил бедно обставленную комнату, главным атрибутом которой была огромная кровать. Я по стенке заползла в номер и рухнула на койку.

– Как же плохо, кажется, это называется вертолет! – тихо простонала я, стараясь не шевелиться. Я приоткрыла один глаз, наблюдая как Рей снял пиджак и рубашку и повесил их на стул.

– Похоже, ты не часто выпиваешь! – заметил он, садясь рядом со мной на кровать. – Сама раздеться сможешь?

– О! Ты издеваешься! Время подвигов закончено, я и так еле сюда доползла! Отстань! – захныкала я и отвернулась.

Но Рей был настойчив и помог мне снять платье и чулки. Я все побросала на пол, оставшись только в нижнем белье, после чего рухнула на постель лицом вниз. Рей перевернул меня на спину, приподнял на подушки, и от этого стало совсем дурно.

– Оставь меня и дай спокойно умереть! – взмолилась я, прикрывая рукой глаза.

– Спи! – приказал он спокойным тоном, накрывая меня одеялом. – Я пока изучу то, что нам удалось сегодня раздобыть. Он достал мой планшет из кармана своего пиджака и, выключив свет, лег рядом поверх одеяла.

Через мгновение я уже спала как убитая.


Глава 4


Утреннее солнце пробивалось через тонкие шторы и светило в глаза. Я медленно приоткрыла их, щурясь, и изучила обстановку. Рей спал рядом, спиной ко мне, так и не раздевшись до конца. В комнате было очень светло и серо от белесых обоев и белой мебели. Мои вещи аккуратно висели на стуле. «Хорошо, что он заставил меня раздеться, иначе вид сегодня у меня был бы помятый», – подумала я, представив свое возвращение домой в помятом платье. Несмотря на страшную слабость и головную боль, я медленно села и увидела на тумбочке воду и таблетку обезболивающего. «Как нельзя кстати!» – с облегчением вздохнула я и проглотила таблетку, осушив весь стакан. Зайдя в ванную и оценив свой ужасный вид, я быстро начала приводить себя в порядок. Прохладный душ придал мне бодрости. Почистив зубы и расчесав спутанные волосы, я завернулась в белый халат и почувствовала себя намного лучше. Когда я вышла из ванной комнаты, Рей все еще спал. Я решила хоть как-то отблагодарить его за заботу и заказала плотный завтрак, выбрав на планшете обслуживания несколько блюд. Через минут десять в стене пропищал датчик, и я, открыв небольшую дверку в стене, достала из лифта, идущего из зоны обслуживания, два подноса с едой. Рей от громкого звонка проснулся.

– Привет, я заказала нам завтрак! – улыбнувшись, сказала я и поставила поднос на стол около окна.

– Привет! Как ты?

– О! Сейчас все нормально. Я, кажется, вчера сплоховала, – продолжала я, переставляя еду на стол. – Те два бокала виски, которые я выпила вначале, были необходимы для этого представления: я бы не смогла убедительно сыграть роль подвыпившей девушки, будь трезвой. Однако доктор Браун предложил слишком крепкий коктейль, и это выбило меня из колеи. Извини, со мной вчера пришлось повозиться!

Рей махнул рукой и сказал, что это пустяк, тем более что он тоже получил свою награду. При этом он слегка улыбнулся, смотря на мою краснеющую физиономию. Да и добытая информация показалась ему более чем интересной.

Быстро умывшись, он накинул рубашку и сел за стол.

– Приступим, – присоединился он ко мне и стал наворачивать макароны на вилку. – Пока ты вчера спала, я изучил досье погибших людей. И хочу тебе сказать, теперь загадок стало еще больше.

– Вот как? – воскликнула я, заерзав на кресле от нетерпения. – Расскажи, у нас осталось около трёх часов до начала предполетной подготовки. Прочитать все я не смогу, а удалить информацию необходимо сегодня же.

– Ничего, я все помню дословно. Могу все воспроизвести.

– Все десять досье?

– Все десять – от слова до слова.

– Ничего себе! – присвистнула я, пораженная его способностями. – Это редкий талант. Если у тебя абсолютная память, почему ты не стал ученым? Там риска меньше.

– Я не люблю долго находиться в четырех стенах, на одном месте. Мне становится скучно, – улыбнулся он, продолжив. – Итак, вот основные моменты. О двух схожих случаях мы уже оба знаем. Было еще семь. По описанию места происшествия все они идентичны. Во всех случаях пропадал только один член команды, и появлялась выжженная область всегда примерно одинаковой площади. Первое происшествие произошло на плане РТ-070.

– Это планета, куда летал Ронни! – воскликнула я, предвкушая разгадку.

– Да, совершенно верно, поэтому там образцы не брали. На четырех планетах спутник был направлен на место событий и зафиксировал вспышку и выброс огромного количества энергии. Но самое интересное было выявлено при исследовании самих поврежденных областей на поверхности: все они имели форму чаши, и, кроме того, проанализировав навигационные данные, было определено, что погибшие всегда находились в самом центре этой области.

– Ничего себе! – перебила я его и, отпив кофе, попросила продолжить. – Что еще интересного?

– Один случай был необычным, если можно так сказать. На планете РЗ– 2312 так пропала профессор Рене Корн, она была скафандре – на этой планете без него никак. Взрыв отбросил скафандр, оставив его неповрежденным, однако в нем не было ни профессора, ни каких-либо останков, даже горстки пепла не было. Он был герметично закрыт и функционировал. От удивления я захлопала глазами.

Рей замолчал, но было видно, что ему еще есть, что рассказать.

– Что-то еще есть?

– Да, одно дело составлено на целую группу ученых, имеющих огромный опыт в самых различных областях фармацевтики. Около пятидесяти человек, по мнению экспертов, было похищено в течение сорока лет неизвестной хорошо организованной группой. Все похищения проходили при разных обстоятельствах и в разных местах: в колониях, в портах, куда залетали корабли миссий, чтобы пополнить запасы, и даже на Земле. Предполагается, что похищенных ученых продают за баснословные деньги Керсанам, Флоксам и другим. Понятно, что знания и опыт, которыми обладают эти люди, бесценны, и они находят свое применение в иноземных лабораториях.

– Но ведь путь следования исследовательских кораблей засекречен. Как похитители обнаружили эти корабли? Да и охраняются они неплохо, ведь это не было случайностью?

Рей покачал головой.

– Нет, конечно. Все это – спланированные операции. В корпорации есть предатели, и эта группа из высшего эшелона. Есть еще кое-что…

Рей посмотрел мне в глаза, и я поежилась от этого взгляда, который не предвещал ничего хорошего.

– На планете Церера тоже есть сферически выжженная область, и она в десять раз больше, чем в других случаях.

– О боже! – прошептала я, и глаза мои наполнились слезами. Переведя дыхание, я запретила себе плакать и стала считать до десяти, уставившись на свою чашку с кофе. Руки мои дрожали. «К черту, соберись, Джиллиан. Сейчас не до соплей!» – приказала я сама себе.

– Почему нашей команде не сообщили?

Рей, внимательно наблюдавший за мной, кивнул, видимо, довольный тем, что я смогла сдержать свои эмоции.

– Я думаю, это сделано для того, чтобы не поднимать шумихи на Земле, ведь некоторые люди из корпорации уже сталкивались с этим явлением, и повтор события сразу вызовет ненужные вопросы и может привести к утечке информации в прессу. Пока они во всем не разберутся, дело будет держаться в строжайшей тайне. Ведь узнай об этом в правительстве, работа по изучению других планет будет ограничена, а это значит, что корпорация потеряет огромные деньги.

«Да уж, накопленные знания по биологии и медицине позволили когда-то сторговаться людям с Нордами, прибывшими первыми на Землю. В обмен на новое революционное для Нордов лекарство, спасшее их от вымирания, людям была дарована технология перемещения в гиперпространстве. Около Земли были построены гиперврата, открывшие людям новые горизонты. И человечество, быстро заняв свою нишу в торговле лекарственными средствами, занялось биологическими исследованиями на других планетах, накапливая все больше знаний в этой области. Знания и секреты производства медицинских препаратов и химических веществ, приносящие Земле огромный доход, запрещалось передавать внеземным расам. Ученые были кладезем знаний и опыта, накопленного за сотни лет работ, так почему же вместо того, чтобы платить деньги за дорогие лекарства, не украсть нескольких ведущих ученых и не заставить их работать на себя».

Мои размышления прервал Рей.

– У тебя есть еще около часа на ознакомление с информацией, – вывел он меня из задумчивости, – связи с сетью на планшете нет. Если кто-то будет спрашивать насчет него, скажешь, что его украли на вечеринке. Именно там Йен отрубил его из общей сети, как будто это сделал кто-то для перепрошивки.

Следующий час я провела лежа в кровати, тщательно изучая материалы. Перечитав несколько папок с досье, я поняла, что Рей очень хорошо обобщил информацию. Найти что-то нового и интересного для себя я не смогла. Корпорация понятия не имеет о том, что происходит на этих планетах с людьми. Разочарованию моему не было конца и края.

Рей дремал рядом, когда я бесцеремонно толкнула его в бок и с разочарованием произнесла:

– Можно удалять информацию.

Он взял планшет и голыми руками раскрошил его на мелкие детали, даже не боясь пораниться, через минуту обломки были смыты в унитаз.

– Ладно, я одеваюсь. Заедем домой за вещами? – спросила я, отправляясь в ванную комнату с платьем в руке наперевес.

– Да, конечно.

Быстро переодевшись и собрав еще влажные волосы в пучок, я вышла из ванной. Рей сидел на кровати, что-то читая на планшете и хмурясь.

– Рей, идем? – окликнула я его и, повернувшись к выходу, вдруг поняла, что это, скорее всего, последняя возможность пообщаться с ним в неформальной обстановке. Последние три дня мы проведем на базе, там будет не до задушевных разговоров.

Я резко повернулась и, покраснев, произнесла, дивясь своей смелости:

– Рей, я должна сказать тебе кое-что, пока есть возможность. Переведя дыхание, я посмотрела ему в глаза, чтобы сказать самое главное:

– Я влюбилась в тебя. Дело не только во вчерашнем поцелуе, чувство симпатии зародилось во мне еще при первой встречи и с каждым днем все росло. Теперь я уже ничего не могу с этим поделать или что-то изменить для себя. Рей, для меня все серьёзно, как никогда, ты просто должен это знать, даже если не испытываешь ко мне подобных чувств.

– Я понял тебя, Джиллиан, – помедлив, ответил он твердым голосом, давая понять, что воспринял мое внезапное признание серьёзно, – давай повторим этот разговор, когда вернемся из миссии.

Я коротко кивнула, расстроенная таким холодным ответом, и, поскорее повернувшись, уже хотела открыть дверь, но Рей резко прижал ее рукой, не дав мне выйти.

– Я не договорил. Я очень ценю твои чувства ко мне, малышка! – услышала я низкий голос над собой. Упираясь подбородком в мою макушку, он крепко прижал меня спиной к своей груди.

– Джиллиан, уже через час мы будем на базе, и с того момента у нас будут другие заботы. Сосредоточься на подготовке, самое главное для меня сейчас – чтобы ты была в безопасности и думала только об этом.

– Угу! – уныло ответила я, потершись затылком об его грудь. – Только можно по пути домой я буду держать тебя за руку?

– Джиллиан, Джиллиан, мой отважный человечек, – прошептал он, прильнув к моей голове щекой и еще крепче обняв. – Конечно, можно. А теперь давай быстрее уберемся из этого чертова номера.


Глава 5


Уже через два часа, забежав домой и подхватив накануне тщательно собранные вещи, мы прибыли на базу, с которой на челноке нас отправили к предстартовому комплексу. Там началась изнурительная подготовка к полету. Для меня как для новичка это было все просто убийственно: центрифуга, тренировки в скафандре, в имитаторе полета, бесконечные инструкции. Конечно, специалисты не ждали, что я вот так запросто освою всю программу предполетной подготовки, которая обычно растягивается года на два. Однако хоть один раз, но я должна была испытать на себе перегрузки. По современным меркам они были небольшие, так как их большая часть при стартах и посадках компенсировалась технологическими особенностями кораблей и челноков Нордов. Кроме того, в медчасти мне сделали еще целую кучу анализов и зашили в плечо датчик, по которому легко было отследить мое местоположение.

По вечерам я валилась с ног и, не раздеваясь, шлепалась на кровать в своей крохотной комнате в общежитии при стартовом комплексе. Остальным ребятам было еще хуже: они все это время сдавали экзамены на знание всего на свете. Вечером через три дня была подтверждена информация, что старт состоится следующим утром, и всех отпустили пораньше, около шести часов вечера. Я же больше всего боялась того, что напортачу и неправильно воспроизведу протокол действий при старте или что-нибудь перепутаю при обращении с приборами. Горячий душ несколько успокоил мои нервы, после чего я залезла в кровать и с головой укрылась одеялом, однако отдохнуть мне не дали – кто-то забарабанил в дверь.

– Иду, иду! – крикнула я, со вздохом выползая из-под одеяла.

На пороге стояли Рей и Алиса, в одной руке у него был стакан с каким-то горячим напитком, а в другой – сверток.

– Привет! – поздоровался Рей и, ничего не объясняя, вручил мне сверток и стакан.

Алиса по привычке кивнула мне.

– Привет! – просияла я, обрадовавшись возможности поговорить с Реем. – Я-то думала, что не увижу вас до самого старта!

– Мне тут один сплетник рассказал, что ты все эти дни пропускаешь и завтрак и ужин. Почему? – строго спросил меня Рей.

– Да, утром я отсыпаюсь, а вечером сил на поход в столовую нет, но обеда мне вполне хватало, – оправдывалась я, с интересом заглядывая в пакет. Там была вкусная горячая китайская лапша, несколько кусков пиццы и еще какой-то небольшой сверток.

– Ух ты, спасибо! Может, зайдете? Тут на всех хватит! – предложила я, надеясь еще хоть немного времени провести с Реем.

– Сегодня последний день перед отлетом. Посиделки запрещены! – заметила скучающим тоном Алиса.

Рей махнул рукой и пожелал мне спокойной ночи.

– Спокойной ночи! – попрощалась я, чуть не заплакав. Закрыв дверь, я отправилась к столу и выложила содержимое пакета. Все было теплым и вкусно пахло. Но самым приятным и неожиданным оказалось содержимое небольшого свертка – маленький букетик разноцветных незабудок, явно собранных в саду Элис. Цветы были перевязаны обычной ниткой. По комнате разнесся нежный аромат цветов, и мне стало так хорошо на душе, что захотелось петь.

– Юхууу! – воскликнула я, запрыгав по комнате. – Что там завтрашний старт? Я ничего не боюсь! Мне море по колено!!!

Поставив цветы в стакан с водой, я принялась за ужин. Через полчаса, наконец, осилив часть меню и отложив кое–что на завтрак, я почувствовала, что напряжение отступает. В этот вечер, несмотря ни на что, заснула я быстро.

На следующий день рано утром все двадцать человек собрались в ангаре. Командир корабля Джейн Лесли начала проводить предполетный инструктаж. Ее команда, осуществляющая пилотирование корабля, включала пять хорошо подготовленных пилотов. Все они прекрасно знали свое дело и, кроме основной задачи, выполняли некоторые функции и на поверхности планеты: например, круглосуточно отслеживали наше местоположение и биометрические данные, осуществляли установку различных датчиков по периметру лагеря и следили, чтобы вся техника и программное обеспечение компьютеров были в полном порядке. Кроме того, вся команда, за исключением меня, могли справиться с взлетом и маневрированием челнока. Доктор Смит, отвечавший за здоровье всех членов экипажа, был очень хорошим хирургом, способным проводить сложнейшие операции в полевых условиях. У него в помощниках были Ольга и Николь. Хоть женщины и состояли в команде ученых, однако при первой потребности помогали доктору Смиту. Команда Рея – самая многочисленная, и, кроме Алисы, в ней женщин не было. Все шесть мужчин из его команды были молодыми – от тридцати до сорока лет. С некоторыми я уже познакомилась во время предполетной подготовки: Ноа, с такими же рыжими волосами, как у меня, любил подраться и затевал спор по любому поводу. Всех больше он задирал Джека – серьезного парня, который всегда был мрачен и, мягко говоря, неразговорчив. Зак был самым молодым, и именно ему Рей получил научить меня пользоваться основными видами оружия, то есть разбирать и собирать его, кроме того стрелять из всего арсенала. Хотя настоящая боевая подготовка была доступна только на Земле, на корабле так же был виртуальный тренажер, помогающий бойцам не потерять сноровку в их деле. Троих других я еще ни разу не видела.

Через час мы уже одевались в костюмы, на которых крепились специальные датчики и камеры. Все другие личные вещи уже были доставлены на корабль «Прометей», дожидающийся нас на орбите. Челнок стоял на забетонированной площадке и напоминал по форме цилиндр со скошенными краями. Мы зашли в него, и каждый расположился на своих местах. Я пристегнулась, а Рей, севший рядом, тщательно проверил, как я это сделала.

К сожалению, в нем было только одно окно – в передней части корабля, там сидел командир и второй пилот, поэтому сам полет наблюдать я не могла. Я глубоко вздохнула, стараясь подавить волнение, ведь я впервые покидала Землю.

– Не переживай, все будет хорошо! – подмигнул мне Ронни, сидевший слева от меня.

Ной в кресле напротив рассмеялся.

– Что, малышка, все же испугалась? А вчера я даже подпрыгнул, когда в соседней комнате услышал, как ты прокричала: «Мне море по колено, я ничего не боюсь!».

Я взглядом испепелила Ноа за то, что он смутил меня перед всеми, и постаралась отвернуться от Рея, покраснев до кончиков волос. Парень, по-видимому, хотел еще что-то сказать, но в это время командир корабля приказала прекратить болтовню. Люки герметично закрылись, и челнок начал плавно набирать высоту. Около часа занял наш путь от старта и до стыковки с базовым кораблем. Сам по себе корабль был прекрасен – огромная махина сложной формы и множеством отсеков, выполняющих разные функции. Ронни проводил меня до моей небольшой комнаты, предварительно предупредив, чтобы я оттуда никуда не уходила: через часа два он за мной заскочит. А сам пошел принимать лабораторию, в которой до нашего прибытия трудилась команда подготовки: не менее полусотни человек, которые доставляли на корабль все необходимое в миссии, а так же проверяли работоспособность всего оборудования, находящегося на борту. Я бросила сумку с вещами под стол и села на койку. Чтобы хоть как-то себя занять, я достала планшет и стала изучать технику работы с пока еще не знакомым мне оборудованием. Прошли не менее трех часов, когда за мной, наконец, зашел Ронни.

– Ну, все, – с облегчением выдохнул он, – команда приняла корабль, теперь идем по графику. Сейчас время обедать, идем, покажу, где мы едим.

Пройдя пару коридоров и поднявшись по крутой лестнице на верхний уровень, мы оказались в довольно просторном помещении, по-видимому, рассчитанном на большее число людей, чем было у нас в команде. Почти все уже сидели за столами и ели свой обед. Ронни подошел к большому ящику и достал из него несколько серебристых пакетов, в которых и содержался весь наш обед.

– Каждое блюдо помещено в свой пакет, названия сама прочитаешь! – проинструктировал он меня. – Корпорация очень гордится разработанным меню, утверждая, что оно очень сбалансировано, хотя по мне это больше напоминает собачий корм.

Он положил пакеты в микроволновку и стал набирать нам одноразовые столовые приборы.

– Когда мы будем проходить порт, в другое измерение? – спросила я, так как этот вопрос меня интересовал с детства. Я всегда мечтала взглянуть на сам процесс.

– Где-то через пару часов, но смотреть там особенно не на что. Все думают, что это что-то красочное, как будто корабль пролетает через какие-то ворота и летит через сверкающий тоннель. На самом деле корабль остается неподвижным, и окруженный несколькими нордовскими устройствами просто весь мгновенно исчезает.

Мы сели за свободный столик. И я, вскрыв пакет, вылила мясной суп в глубокую тарелку. На вкус он был самым обычным, однако мне показалось, что этот – лучше супа из студенческой столовой.

– А что в самом тоннеле? – поинтересовалась я, выкладывая запечённый картофель с мясом в другую тарелку.

– Да ничего, чернота сплошная. Вот и все. Каждый перелет, независимо от расстояния, всегда занимает семь суток.

Покончив с едой, мы отправились в лабораторию, где Ронни начал обучать меня работать с оборудованием. Это увлекло меня настолько, что ему пришлось буквально выгнать меня из лаборатории на ужин.

После ужина я отправилась на тренировку к Заку, который, несмотря на то, что был самым молодым в команде Рея, оказался очень придирчивым наставником. И первым делом он начал меня учить обращаться с бластером, который носили при себе все в команде. Зак предложил наши занятия разделить на две части: сначала он учил меня разбирать, собирать и настраивать оружие, потом мы приступали к боевой подготовке на симуляторе боевых действий. Первая часть мне далась легко, я просто представила, что это очередное оборудование, которое мне необходимо изучить и наладить. Уже через двадцать минут я успешно освоила устройство бластера. Поэтому Зак предложил преступить ко второй части нашего занятия. Тактику боя на корабле осваивали в симуляторе, представляющем собой просторную пустую комнату с высоким потолком. Было только одно «но»: пол и стены этой комнаты были «живыми». Когда испытуемый надевал специальные плотно закрывающие глаза и уши устройство, он оказывался в виртуальном мире, наполненным препятствиями, опасными животными, враждебными сущностями с целым арсеналом оружия. Компьютер считывал положение тела человека в пространстве симулятора по множеству точек на специальном костюме, создавая под ногами поверхность, отвечающую виртуальной реальности. Например, когда я шла по тропе, то пол подо мной двигался, как полотно на беговой дорожке, если я шла по валунам, то пол вырастал вверх, имитируя эту поверхность, и мне реально приходилось карабкаться вверх. Облокачиваясь на дерево, я чувствовала его, так как из пола или стены мгновенно вырастала конструкция, напоминающая часть дерева. Все это было интересно для меня как для ученого, и, зазевавшись в первые минуты, я даже не заметила, как мне нанесли смертельное ранение. Программа тут же вышибла меня обратно. Зак еще несколько раз попытался запустить самые простые симуляции для новиков и давал самые детальные инструкции, звучавшие через наушники. Однако все это не помогало – я заваливала задание на первой минуте. Через полчаса от начала боевой подготовки он сдался и предложил расходиться по комнатам.

На следующее утро в столовой я услышала, как он докладывает положение дел и просит совета у Рея. Рей был мало удивлен моими плачевными результатами, поэтому просто посоветовал нам начать со стрельбы по неподвижной мишени. О-хо-хо, даже стрельба по неподвижным целям у меня начала получаться только к концу нашего путешествия через гиперпорт, до тактической подготовки при проведении боевых действий дело так и не дошло. Зато я освоила почти все простейшие виды имеющегося вооружения и более или менее научилась ими пользоваться.

Вообще, все восемь дней пребывания на корабле присесть было некогда. График был очень насыщенным, и к моему величайшему огорчению за все это время Рея я видела только два раза, когда наш прием пищи совпадал. Однако даже тогда возможности поговорить с ним не было.

Наконец мы прибыли к планете Церера. Первым делом командование корабля отправило на поверхность группу из пяти человек, которой руководил Рей. Они должны были исследовать лагерь и прочесать окружающую территорию. Уже через сутки Рей доложил, что людей в лагере нет, однако следы вторжения присутствуют. Группой была налажена система энергоснабжения, а по периметру расставлены датчики движения и лазерные ловушки, так что лагерь был окружен невидимой защитной стеной. Теперь можно было перебираться остальным. Спуск был тяжелым, челнок то и дело довольно сильно потряхивало. Когда мы оказались на твердой поверхности, большая часть людей и я, в том числе, позеленели. Пилоты открыли шлюз корабля практически сразу по прибытию, и мы выбрались наружу. Там нас ждали ребята Рея – Тео и Ник. Они должны были провести нас в лагерь.

Тео, темнокожий мужчина с автоматом наперевес, был веселым парнем и, заметив, что многим спуск дался нелегко, весело пробасил:

– Зеленые человечки на зеленой планете. Добро пожаловать!

– Заткнись, Тео! – пробурчал Ронни, согнувшись в три погибели у местного растения, напоминающего наш лопух, только высотой около трех метров.

Еле сдерживая приступы дурноты, я стала оглядываться по сторонам. Тео был прав – планета просто изобиловала растительностью. Здесь были тысячи видов трав и растений. Вдали я увидела лес, где исполинского размера деревья раскинули свои шарообразные кроны. Вокруг всего этого растительного разнообразия вились и жужжали миллионы насекомых. Хорошо, что в костюм каждого из нас был встроен небольшой прибор, создающий защитный экран. Маленькие твари, попадавшие в поле его действия, падали замертво.

– А где океан? – спросил доктор Браун, садясь за руль вездехода, на котором за нами приехали из лагеря военные. Ольга и Кларисса залезли в кузов, предварительно закинув свою поклажу. Остальные предпочли пройтись после трудной посадки.

– Там, – коротко ответил Тео и махнул рукой в противоположную от леса сторону. Я оглянулась и увидела, что примерно в километре от нас зеленая растительность постепенно редеет. Вдали на фоне ярко-голубого неба были видны силуэты больших птиц: некоторые парили, другие пикировали в океан. Я еще раз подивилась избирательности местной природы. Так уж получилось, что в такой благоприятной среде развитие получили только четыре эволюционные ветви: растения, водоросли, насекомые и птицы.

Между тем, наш отряд начал пробираться к лагерю по узкой грязной дороге. Через пару сотен метров мы оказались на ровном участке с притоптанной травой, на котором расположилось три модульных корпуса лагеря, каждый состоял из четырех длинных контейнеров, скрепленных в центре. Сооружения стояли на высоких стойках, глубоко врытых в землю – стандартная конструкция, защищающая от опасных наземных существ. Судя по размаху, здесь корпорация планировала задержаться надолго. Доктор Браун с Тео на вездеходе отправились к исследовательскому корпусу, а мы пешком – к жилому. Ронни по ходу рассказывал мне об устройстве лагеря.

– Весь лагерь делится на три корпуса. Жилой – самый компактный: на каждых два человека там выделено по комнате, кстати, профессорам и командирам обычно выделяется отдельная комната. Всего в них обычно тридцать кают. Комнатушки небольшие, и, откровенно говоря, в них тошно. Одна отдушина – в каждой есть небольшое окно.

– Окно? А как же местная живность?

– Вон, видишь, – показал он пальцем на серую коробочку, висящую между окон, напоминающих иллюминаторы, – это прибор, аналогичный тому, что висит у тебя на ремне. Он создает довольно сильное защитное поле в радиусе двух метров от источника, что позволяет использовать его на два окна. Это штука и крупного хищника может хорошо шваркнуть, так что можешь смело открывать окно и наслаждаться свежим воздухом. Идя вдоль корпуса к входу, я увидела несколько мертвых местных птичек, по-видимому, хотевших сесть на здание и поплатившихся за это.

Ронни тем временем продолжал:

– Следующее здание совмещает в себе несколько функций – командный пункт, столовая, она же конференц зал, медпункт и склад.

– Ну и третий модуль – наш научный, там и встретимся, – закончил он краткий экскурс, и мы вошли в жилой корпус. Внутри блока от входной двери шел узкий ярко освещенный коридор, по обе стороны от которого располагались комнаты с именами предыдущих жильцов. Нам давалось десять минут на то, чтобы бросить вещи, после чего все должны были идти разгружать оборудование и организовывать свое рабочее место. Поэтому люди быстро разбрелись по комнатам. Найдя дверь с надписью Элизабет Норд и переведя дыхание, я вошла в отсек. Комната была крошечной и скудно обставленной: узкая койка с помятым бельем, над ней еще одна и раскладной столик у окна. На столе лежал перекидной блокнот, карандаш, и стоял термос с чашкой. На нескольких полках под потолком лежали раскрытые сумки с одеждой – все это, если бы не толстый слой пыли на вещах, было похоже на то, как будто хозяйка покинула свою комнату ненадолго и скоро вернется. Я села на кровать, и подо мной что-то хрустнуло. Просунув руку под одеяло, я обнаружила очки Элизабет.

– Вот блин! Я опять их раздавила! – пробормотала я, рассматривая треснувшее стекло линзы. Это, можно сказать, была у нас общая традиция – Элизабет везде раскладывала свои очки, а я всегда их давила. «Если Элизабет спросит, зачем я прилетела на эту планету, я просто отдам ей эти сломанные очки», – иронизировала я, крутя очки в руках. К сожалению, времени для изучения вещей в комнате совсем не было, поэтому, побросав свою поклажу на кровать и положив очки на стол, я схватила блокнот Элизабет и отправилась к исследовательскому корпусу. А там Йен и еще двое парней Рея уже разгружали оборудование из вездехода.

– Йен, я пришла. Что мне делать? – спросила я, придерживая парням, несущим тяжеленный ящик, дверь. Йен, у которого из-за ящика была видна только белокурая макушка, задыхаясь, пропыхтел, чтобы я шла к Ронни и помогла ему проверить рабочее состояние имеющегося оборудования, и еще надо было изучить рабочие журналы.

Я проскользнула внутрь и пробралась через груду ящиков, наставленных у входа к Ронни, который сосредоточенно ковырялся внутри ИК-спектрометра.

– Ронни, дай мне задание, что делать!

– Там, – указал он пальцем, не поднимая головы, на высокую этажерку, стоящую вдоль короткой стены, – хранятся образцы, собранные предыдущей группой. Я посмотрел, за пару дней они набрали их достаточно много. Тебе надо рассортировать все, проверить по записям в рабочих журналах, какие работы были проведены с ними, а что еще планировалось сделать. Проанализируй полученные данные по образцам и составь по ним краткий отчёт. Так мы быстрее определим основные направления дальнейших исследований. И еще, надо уничтожить испорченные биоматериалы.

Итак, надев белый рабочий халат, я отправилась наводить порядок в царстве хаоса. День подходил к концу, но все трудились не покладая рук, налаживая оборудование и приводя в надлежащий вид лабораторию.

Я тоже углубилась в работу и выбрала уже целый ящик просроченных образцов. Свою работу я прекращала только пару раз для того, чтобы сбегать перекусить в столовую. К концу дня Ронни, жуя бутерброд, подошел ко мне.

– Джиллиан, как твой непосредственный руководитель, предлагаю тебе сделать вылазку к океану и взять образцы местных водорослей, воды и почвы.

– О, здорово! – воскликнула я. – А как же те огромные птицы у океана?

– Не переживай, я перед отлетом изучил отчет группы Элизабет, там сказано, что птицы имеют длинный клюв с зазубринами, которыми они вытаскивают водоросли. И ничего, кроме них, не едят, хотя меню у них странное, на мой взгляд. Гнездятся они в лесу, поэтому нападать на нас, защищая свое потомство, не будут.

– Когда отправляемся?

– Сможешь за полчаса собрать все необходимое для взятия образцов?

– Да, конечно! – обрадовалась я и бросилась к сумке, используемой для переноски образцов, по ходу соображая, что мне нужно взять.

Через полчаса я топталась снаружи с сумкой, полной пробирок, баночек и реактивов. Ронни вывернул из угла жилого комплекса с длинной металлической палкой в руке, к концу которой был приделан крюк.

– Предыдущая группа оставила эту работу на потом, так как у них не было подходящего оборудования. Мы же будем вытаскивать их со дна вот этой замечательной палкой-доставалкой – так более безопасно. Что-то мне не хочется пока лезть в воду, не зная броду, – объяснил он мне, указывая на свое первобытное приспособление, и мы пошли в сторону океана. Дорога оказалась довольно длинной – около километра по луговине, заросшей высокой, с человеческий рост травой. Потом началась широкая прибрежная полоса, на которой растительность постепенно сменялась песками и валунами. Песок, если верить исследованиям группы Элизабет, был по составу аналогичен нашему земному прибрежному желтому песку. Через полчаса мы приблизились к краю валунов и с трудом нашли нормальный спуск к кромке воды. Волны были не очень большими, и в воде были еле заметны очертания прозрачных водорослей, тянущихся откуда-то с глубины и напоминающих лапшу. Наши земные водоросли имеют определенную окраску: зеленую, бурую, красную, в то время как местные подводные растения практически невозможно было разглядеть в воде. Размышляя над этой загадкой, я увидела, как одна из больших птиц, кишащих над всей видимой областью океана и напоминающих чем-то птеродактилей, спикировала вниз и зачерпнула своим огромным с зазубринами клювом кучу водорослей. «Вот еще загадка, – размышляла я про себя, – птицы, питающиеся водорослями, почему не насекомыми, как у нас на Земле?»

– Пойдем к тем большим скалам! – указал он рукой вправо. – Попытаемся взять живой образец водоросли. Пройдя около двадцати метров по скалистому берегу, мы расположились за большим валуном, закрывающим нас от брызг. Я начала доставать контейнеры для образцов.

– Ронни, я возьму сначала пробы воды! – громко сообщила я о своих намерениях, пытаясь перекричать шум океана.

– Хорошо, – согласился он, – а я попытаюсь достать образцы цельной водоросли.

Мы дружно принялись за работу. Я наполнила несколько пробирок водой и завернула их пробками. А Ронни, стоя на большом камне, ловко ворошил палкой по дну, пытаясь соскоблить с подводных камней цельный образец. В конце концов, через полчаса ему это удалось, и он вытащил пучок водорослей около четырех метров в длину. Мы аккуратно поместили его в большой контейнер и залили океанской водой. Когда мы закончили паковать образцы в сумку, солнце уже зашло за горизонт, а со стороны леса взошли две огромных луны. Практически все большие птицы уже улетели в сторону леса. Вдали над морем виднелось только около десятка темных силуэтов их собратьев, спешивших в сторону берега.

– Пора возвращаться! – заторопился Ронни, и мы стали пробираться по валунам вдоль берега. Я шла, смотря на океан, и прибрежный ветерок ласково обдувал лицо. Вдруг я стала замечать, что вода, насколько хватало глаз, стала наполняться желтоватым свечением. Чем темнее становилось, тем сильнее разгорался огонь в океане.

– Похоже, происходит что-то интересное! – с энтузиазмом отметил Ронни, и в его глазах загорелся азарт ученого. Он подошёл ближе к кромке воды и присел на корточки. – Интересно, почему они светятся, зачем им это надо? Мы, впав в задумчивость, уставились в воду, завороженно наблюдая, как течение перебирает светящиеся нити водорослей. Дно в этом месте было неглубокое, и, всмотревшись в хорошо освещенную глубину, я увидела несколько скелетов, и это, судя по зазубренным клювам, были скелеты птиц. По тому, как вскочил Ронни, я поняла, что он тоже их заметил.

– Что-то мне это не нравится, – пробормотала я, вставая с колена вслед за ним.

– Надо возвращаться. Нам нельзя тут больше оставаться ни минуты, – засуетился Ронни, потянувшись за своим щупом. Вдруг над водой недалеко от нас раздался оглушительный крик птицы, мы оба повернулись и увидели, как из воды на высоту около десяти метров взметнулся огромный светящийся столб – это был толстый пучок водорослей, он обхватил птицу, и та, борясь за свою жизнь, судорожно хлопала крыльями. Через секунду жертва обмякла, и светящийся смертоносный канат с тушей рванул стремительно вниз, поднимая столб брызг. Ронни бросил палку и, схватив меня за руку, поволок за ближайший валун. Из своего укрытия мы наблюдали, как из воды то и дело появлялись огненные столбы и хватали не успевших улететь птиц.

– Плохо, – сказал Ронни, – надо отсюда убираться, и чем быстрее, тем лучше! Похоже, водоросли реагируют на движение. Если мы начнем пробираться по валунам, быстро станем закуской. У этих водорослей, образно говоря, длинные руки.

– А если остаться за этим валуном до утра? – предложила я.

– Ммм…, – промычал Ронни, взвешивая про себя все за и против, – нет, я думаю, лучше этого не делать. Скорее всего, основой их рациона являются не птицы, а насекомые, которых они привлекают из прибрежных джунглей свечением, поэтому их сенсоры настроены на минимальное движение. Нас они быстро обнаружат, надо вызывать подмогу.

Ронни нажал кнопку коммуникатора в своем ухе и начал вызывать базу:

– База, прием, вы меня слышите?

Ронни сразу кто-то ответил, и он вкратце описал ситуацию.

– Сказали, что будут в течение пятнадцати минут и чтобы мы готовились со скоростью света подниматься по веревкам на валуны, – поделился он со мной планом нашего спасения.

Я тихонько вздохнула, отведя от Ронни глаза. Вспоминая свои тренировки, я не была уверена, что у меня хватит сноровки быстро карабкаться по этим булыжникам.

– Не переживай, ребята что-нибудь придумают! – подбадривал он, видя мое замешательство.

Мы сидели в своем укрытии около десяти минут и видели, как пространство вокруг нас наполнилось тучами насекомых, а океан начинает бурлить. Вдруг я услышала справа от меня всплеск воды, и со стороны Ронни появился светящийся пучок. Он шлепнул по булыжнику рядом с Ронни, и тот, увернувшись, прижался ближе к валуну. А светящийся щуп, тем временем, ринулся обратно в океан.

– Началось, – пробормотал он. В следующие несколько минут мы стояли, буквально прилипнув к центральной части валуна, защищаясь от учащающихся нападений хищников. Хорошо хоть водоросли не могли огибать большие препятствия, а то бы мы и минуты не продержались. И наконец вдали послышался звук приближающегося вездехода. Ребята спешили, вычислив наше местоположение по навигационным данным с орбитальной станции.

– А вот и кавалерия! – обрадовался Ронни.

Я устремила взгляд наверх и увидела свет от фар вездехода, который остановился на краю скалистой зоны. Через секунду вниз были сброшены веревки и рюкзак. Ронни быстро достал из рюкзака очки и протянул их мне.

– Одевай, они защитят твои глаза от УФ излучения! Йен сообщил, что пока мы будем взбираться наверх, они будут отсекать от нас водоросли прожектором, работающим в УФ спектре. Хорошая идея, похоже, они впадают в некого рода анабиоз, под действием УФ излучения местного солнца. Кстати, где твой коммуникатор? – недовольно заметил он, обвязывая себя веревкой.

– Я забыла его на базе, слишком увлеклась сборами! – виновато оправдывалась я, завязывая узел, которому меня учил Рей.

– Мы готовы! – предупредил через наушник Ронни наших спасателей и подхватил сумку с образцами. Сверху зажегся прожектор, и луч от него проскользнул по камням в нашу сторону. Лебедка натянулась и потихоньку потянула нас вверх, в то время как мы аккуратно шли по отвесным стенам валунов. Расчёт Йена оказался верен: как только очередной светящийся канат рванул в нашу сторону, его нити, достигнув луча прожектора, сразу потухли и безвольно поникли. Взбираться наверх оказалось делом непростым: в темных очках я еле различала силуэты машины наверху, да еще к тому же поспешила и перед нашей вылазкой не стала надевать походные ботинки. Мои лабораторные кроссовки на гладкой поверхности булыжников скользили, и я постоянно с размаху билась боками о камни. Наконец, преодолев последние метры отвесной стены огромного булыжника, мы оказались около вездехода. Йен сидел наверху машины за прожектором, Алиса была за рулем, а Рей стоял на краю скалы с бластером, будучи готовым прикрыть нас огнем. И все они были страшно недовольны. Рей развязал узел на моей веревке и без слов забросил меня на машину, запрыгнув следом. Алиса, резко развернув вездеход, рванула в лагерь.

Первая с упреками на нас напала Алиса.

– Ронни, какого черта происходит, почему ты не сообщил группе поддержки, что вы ушли брать образцы за пределы контролируемой зоны. По правилам с вами должны быть идти как минимум двое из нашей группы! – допрашивала она его.

– Слушай, Алиса, – начал оправдываться Ронни, – я изучил отчеты предыдущей группы. Они уже делали вылазку к океану, там ничего опасного не было, правда, они делали это днем. Вот я и подумал: зачем отвлекать вас от охраны лагеря. Сгоняю с Джиллиан быстро к океану, возьму свежие образцы. Кто ж знал, что эти водоросли по ночам такие прожорливые.

– Ронни, ты должен следовать инструкциям, сколько раз тебе об этом говорить! Ты подвергаешь опасности себя и других. Тем более, что неизвестно, какая судьба постигла предыдущую команду, – наставляла его Алиса, прокладывая маршрут через заросли травы.

Мне досталось уже следом от Рея.

– Почему на тебе не было коммуникатора? Что если ты осталась одна, как бы ты сообщила нам о том, что находишься в опасности? Обувь тоже не годится для такого похода. Как ты вообще додумалась надеть это? – отчитывал он меня, указывая на мои кроссовки, которые я надевала для работы в лаборатории. Рей и Алиса были правы – мы напортачили с Ронни по полной.

– Коммуникатор я забыла, а обувь переодевать было некогда. Мы очень спешили, хотели успеть до заката, – объясняла я, запинаясь и стараясь не смотреть на его разгневанное выражение лица.

– Джиллиан, ты не на прогулку сюда приехала! – продолжал он нравоучения. – Здесь все к нам враждебно!

– Может, нам стоило их оставить там? Протряслись за этим булыжником от страха одну ночку, попрыгали, вот мозгов бы и прибавилось, – злорадно предложила Алиса, уже на въезде в лагерь.

– Завтра, когда им будут давать разнос на утренней летучке, они свое и так получат, – коротко заметил Йен.

На базе никто не спал. Все, кроме дежуривших на посту, встретили нас расспросами о произошедшем. Ронни вкратце описал ситуацию, удовлетворив всеобщее любопытство, после чего командующий миссией доктор Браун и капитан Льюис предложили отложить разговор до утренней летучки и всем разойтись на отдых. Доктор Смит осмотрел мои ушибы и обработал царапины на щеке, а Ронни, порядочно измотавшийся за день, пошел к себе.

Чтобы как-то успокоить свои нервы перед сном, я отправилась в лабораторию разбирать образцы. Несмотря на то, что я переживала из-за нашего промаха, мне было все же интересно – выжил ли тот образец водоросли, который мы вытащили? Достав из сумки цилиндр с морской водой и водорослью, я выключила свет и увидела, что он светится равномерным желтым светом. «Отлично! Хотя бы какой-то положительный результат у нашей вылазки есть», – обрадовалась я нашему маленькому успеху. Включив свет, я достала пробирки с водой и, капнув немного на предметное стекло, стала рассматривать образец под микроскопом. Вода оказалась мертвой: в ней не было вообще никаких микроорганизмов, только несколько крупинок песка. «Странно, очень странно, – размышляла я, – в нашей земной воде полно всяких обитателей микромира, а здесь вообще их нет». Проверив все пробирки с образцами воды, я зафиксировала везде один и тот же результат. Записав свои наблюдения в рабочий журнал и включив УФ лампу в лаборатории для того, чтобы снизить активность хищника, я, наконец, вышла из исследовательского корпуса.

На улице было прохладно, в лесу слышался постоянный треск всевозможных местных птиц. Я зевнула, стянула резинку с волос и побрела в сторону жилого корпуса. Проходя мимо ящиков от оборудования, сложенных около научного корпуса, я услышала тихий голос Рея:

– Джиллиан, иди сюда!

Я осмотрелась и быстро юркнула за груду ящиков.

– Рей?

Он притянул меня к себе, и я, прижавшись к его сильному большому телу, перевела дыхание. «Как же хорошо – он рядом! Я столько раз мечтала об этом за последние две недели», – радовалась я, счастливо улыбаясь. Рей осторожно погладил меня рукой по спине, и я невольно поежилась от боли – под лопаткой у меня был здоровый синяк.

– Очень больно? – спросил он мягким низким голосом.

– Было больно, сейчас лучше.

Я подняла голову и посмотрела в его светло-серые глаза, в свете лун они отблескивали холодным металлическим блеском, и, казалось, смотрели в самую душу. Так хотелось его поцеловать, что я невольно закусила нижнюю губу. Осмелев, я все же провела кончиками пальцев по его колючей щеке от скулы к краешку губ. Рука моя дрожала, и я видела, как зрачки его расширились, глаза стали темными.

– Джиллиан! – хрипло прошептал он. Сев на ящик, он притянул меня к себе. Его грубая на ощупь ладонь прикоснулась к моей щеке, и я потерлась об нее.

– Сильно сегодня напугалась?

– Ага, – промурлыкала я, нежась в его объятьях.

Он осторожно поцеловал мою ладонь, потом краешек глаза и щеку. Я же, прикрыв от удовольствия глаза, с нетерпением ожидала каждого следующего поцелуя. В этот момент рядом послышался насмешливый голос Алисы и покашливание Йена.

– Что, Рей, пустился во все тяжкие? А как же правила, инструкции?

Я вздрогнула от неожиданности и прижалась к Рею, по привычке ища его защиты.

– Как и ты в свое время, я решил немного изменить своим принципам, – спокойно ответил ей Рей, все так же крепко прижимая меня к себе.

– Ладно, тебе же будет хуже, когда ее прихлопнет какая-нибудь местная прожорливая тварь! Я думаю, ты понимаешь меня, – сказала Алиса раздраженно.

– Я бы на твоем месте сто раз подумал, это не легкий путь, – посоветовал следом Йен. Я отошла от Рея и прислонилась спиной к стене.

– Я уже принял решение. А теперь поговорим о деле. Где Ронни?

Из-за угла послышались шаги и уставший голос Ронни:

– Здесь я, что за ночное сборище. Я спать хочу, сегодня был нелегкий день! – пожаловался он, присев на один из ящиков.

– Завтра будет первый сбор, – начал Рей, – помимо того, что Ронни и Джиллиан будет дан устный выговор, командующий миссией, доктор Браен поставит перед нами задачу отправиться в поход вслед за группой Элизабет в джунгли. Сначала пойдем, следуя навигационным данным, по стопам пропавшей группы. В группу войдут десять человек, включая Смита, Браена, Йена и Ронни. Джиллиан пойдет с расчетом на то, что она может по оставленным Элизабет подсказкам помочь нам найти ее группу. Алиса останется на базе. Йен, теперь ты расскажи всем, что ты сегодня нашёл!

– На базе в составе предыдущей команды был предатель. Сегодня, просматривая записи отправленных на Землю отчетов, я обнаружил, что вместе с файлами примерно за два часа до исчезновения людей были переданы геоданные и информация о численности состава. Всего три группы цифр: Координаты, 10, 30. Данные были зашифрованы и, по-видимому, отправлены на неизвестный корабль, находящийся на орбите. На нашем корабле эти цифры воспринялись как просто ошибочный файл, белиберда.

– Тридцать – количество людей оставшиеся на базе. А десять? – уточнил у Йена Ронни.

– Десять человек отправились в поход. По-видимому, похитителями был заранее спланирован захват всей группы, и то, что люди разделились, облегчило задачу. Местоположение базы и так хорошо видно на поверхности планеты, а вот место выхода второй группы было заранее сообщено похитителям.

– Место выхода группы совпадает с координатами выжженной области? – поинтересовалась я.

– Нет, она расположена намного ближе к океану. Группа Элизабет должна была выйти на десять миль дальше от нее, вглубь континента. Вот что еще важно: сегодняшние данные с базы на орбиту так же содержали подобный файл. Я быстро его нашел по названию – 1234. Таким образом, логично предположить, что среди нас тоже есть предатель. Против корпорации работает целая преступная группа.

– Почему информацию не передали по другому каналу? – задал очередной вопрос Ронни.

– Наши сотрудники могли перехватить сигнал, и это вызвало бы нежелательное и несвоевременное для нападающих внимание. А так это просто ошибка программы, мусорный файл, никто его и не заметил. Если бы не сегодняшний повтор, я бы тоже на него не обратил внимания.

– Надо что-то предпринять, предупредить команду, иначе нас постигнет та же участь, что и предыдущую группу! – предложил Ронни.

– Нет, – возразил Рей, разъясняя свою точку зрения, – так мы спугнем тех, кто это все проворачивает, да еще и себя выдадим. Надо выявить человека, работающего на эту группу, он и будет концом, потянув за который мы распутаем весь этот клубок. Я думаю, захват будет происходить после того, как мы вернемся, или, точнее, после того, как мы выясним, где находится группа Элизабет. Возможно, что до ее группы похитители не добрались, и теперь сами хотят выяснить, что пошло не так. В любом случае нам еще необходимо выяснить и причину появления выжженных кругов: группа могла изменить свой маршрут и выйти в том районе. Скорее всего, после того как все разъяснится, наш враг сам себя проявит. В любом случае Йен ты должен отслеживать всю подозрительную информацию, исходящую с базы, и попытаться выяснить, кто это делает. Алиса, необходимо усилить охрану, однако так, чтобы это не бросалось в глаза. Сошлись на инцидент с Ронни и Джиллиан, пусть думают, что мы опасаемся каких-либо внезапных нападений местной живности. Теперь жизнь всей команды зависит от нас.

Алиса кивнула, а Рей тем временем продолжил:

– Джиллиан, ты уже осмотрела комнату Элизабет?

– Не успела, однако в комнате нет никаких признаков обыска.

– Хорошо, сейчас пойдете туда вместе с Алисой и все тщательно переберете. Думаю, пора расходиться!

Рей встал с ящика и исчез в темноте. Ронни спросил меня, как я себя чувствую, и очень удивился, узнав, что все это время я была в лаборатории. На ночь глядя он с Йеном решили еще раз рассмотреть сегодняшние образцы. Мы же с Алисой молча пошагали в сторону жилого корпуса. Хорошо, что она не задавала вопросов о том, что видела сегодня вечером.

Мы вошли в комнату, я включила свет и впустила Алису.

– Я осмотрю вещи на полках, а ты будешь искать внизу! – скомандовала она.

Я стала перебирать постель и книги, которые лежали под кроватью. Алиса же, не церемонясь, начала вываливать из сумок на столик вещи Элизабет. Мы трудились целый час, тщательно изучая каждый предмет в комнате, излазили все стены до потолка, однако ничего так и не нашли. Я обреченно рухнула на койку, заваленную барахлом.

– Черт, кажется ничего! – разочарованно выругалась Алиса, сев рядом со мной.

В это время мне на глаза попались очки Элизабет, и я вспомнила о блокноте.

Быстро вскочив, я начала хлопать по карманам.

– Ой, надо же такому случиться! – тараторила я, суматошно расстегивая молнию нагрудного кармана. – Совсем забыла! Утром я нашла блокнот с записями Элизабет. Я взяла его с собой, чтобы при первой возможности изучить ее записи, однако работы было так много, что я совсем про него забыла!

– Где он, надеюсь, не потеряла? – спросила раздраженно Алиса.

– Нет, – покачала я головой и вынула из кармана небольшой блокнотик в мягком переплете.

Я открыла его – первые десять страниц были исписаны мелким неразборчивым подчерком Элизабет. Там были заметки о местных птицах, насекомых и растениях. Она часто записывала свои мысли перед сном. Несмотря на усталость, в вечернее время ей приходило много интересных мыслей. Быстро прочитав заметки на первых десяти страничках, я нашла их интересными, однако в них не было ничего странного или необычного. Дальше она делала отметки насчет предстоящей экспедиции в джунгли. И вдруг, посреди списка того, что она хотела взять в экспедицию, было написано то, от чего у меня побежали мурашки по коже. Тем же корявым подчерком, но более крупными буквами было написано под пунктом один: «Очки для Джиллиан, по традиции, в ремонт». Следующим пунктом был топорик для взятия образцов древесины, плодов и листьев местных деревьев. И еще следующий пункт: «важная информация, файлы отчетов всегда проверять перед отправкой, обрати внимание на нумерацию». Всего было десять пронумерованных пунктов. Однако только у четырех пунктов у цифр стояли небрежные точки, кроме того цифры немного различались по размеру, сопоставляя их величину, я поняла, что так она пыталась обозначить название файла, переданного с базы. Так самой большой была цифра один, а самой маленькой – четыре. Под самой последней, выделенной точкой цифрой, обозначающей четвертый пункт, было написано – «будь начеку».

– Она ждала меня, – прошептала я, пытаясь скрыть свое волнение.

– Что? Как ты это поняла? Тут, по-моему, полная каша, я даже слов разобрать не могу, – опешила Алиса.

– Да уж, – хмыкнула я, пишет она, как курица лапой.

– Вот здесь, в списке, связанном с вылазкой в джунгли, она пишет: «Очки, для Джиллиан, по традиции, в ремонт».

– И что?

– А то, что Элизабет всегда их раскладывает на диванах, креслах, кровати, то есть везде, где работает. Она-то помнит, где они лежат, а я по незнанию всегда на них сажусь. Угадай, что я сделала первым делом, когда вошла в эту комнату. Таким образом, она хотела мне указать на важность записей именно на этой странице. Даже если бы я не раздавила эти очки, фраза все равно бы бросилась мне в глаза.

Алиса посмотрела на треснувшие очки, лежавшие на столе.

– Понятно, дальше.

– Тут, – я указала на следующий пункт, – она пишет, что необходимо взять топорик для сбора коры, листьев и плодов деревьев. Скорее всего, на пути следования мы обнаружим засечки, они подскажут направление движения. И еще, самое главное. Если ты обратишь внимание на сами цифры, то заметишь только у некоторых точки, кроме того, они немного отличаются по размерам, задавая последовательность и указывая нам на название файла 1234. Под цифрой номер три она пишет: «важная информация, файлы отчетов всегда проверять перед отправкой, обрати внимание на нумерацию». Что уже и сделал скрупулезный Йен, обнаружив файл.

Алиса похлопала меня по плечу.

– Молодец, в самообороне ты, конечно, плоха, но мозги у тебя варят хорошо.

Я зарделась от неожиданной похвалы и продолжила:

– Я думаю, завтра на утренней летучке меня наверняка будут расспрашивать, что я обнаружила в комнате Элизабет. Я расскажу про запись о взятии проб и возможности обнаружения зарубок. Если она оставила нам «следы из хлебных крошек», все и так будут о них вскоре знать. То, что Элизабет знала о предстоящем нападении, надо держать в секрете.

– Я согласна с тобой. Ты спи, а я схожу к Рею и расскажу о наших находках. Алиса накинула куртку и вышла.

Быстро покидав вещи Элизабет в сумки, я кое-как забросила их наверх. Наконец-то этот день закончился. Разостлав постель, я сходила в душ: теплая вода помогла мне прийти в себя и избавиться от тяжелых мыслей и переживаний дня. Намереваясь, как следует, отдохнуть, я выключила свет и приоткрыла окно. Свежий ночной воздух и звуки природы наполнили комнату. «Как хорошо!» – подумала я, сбрасывая одежду и залезая под одеяло. Через окно поддувал прохладный ветерок, и, так как я была только в шортах и футболке, то пришлось залезть под одеяло с головой, оставив открытым только лицо. Несмотря на приток свежего воздуха, заснуть я никак не могла. «Вот бы здесь был Рей, я бы мигом уснула», – мечтала я, съежившись под одеялом. За стеной кто-то смотрел старый боевик, похоже, этому человеку не хватило острых ощущений за сегодняшний день. Мои глаза стали слипаться, и я уже почти заснула, как вдруг услышала раздражающий писк около правого уха. Отмахнувшись от невидимого во тьме насекомого, я решила закрыть окно – похоже, нейтрализатор насекомых, установленный на строении возле окон, вышел из строя. Вдруг я услышала пару сильных ударов об стену в комнате моего соседа, любителя боевиков, и затем один приглушённый удар в коридоре. Не включая свет, я медленно приоткрыла дверь – в освещенном коридоре, вывалившись наполовину из своей комнаты, лежал Тео. Парень не двигался и был весь покрыт огромными пузырями, которые должны были вот-вот лопнуть. Около ламп дневного света под потолком коридора уже вились кучи насекомых. Теперь счет шел на секунды. Я также медленно закрыла дверь и кинулась к своему нейтрализатору насекомых, закрепленному на штанах, висящих в углу на вешалке. Я быстро включила его и, сняв с брюк, закрепила прямо на майке. Закрыв окно и одновременно схватив со стола коммуникатор, я стала в него тараторить: «Всем, кто меня слышит! В жилом корпусе произошло отключение нейтрализатора насекомых. Тео поражен неизвестным заболеванием или токсином и лежит в коридоре жилого корпуса без сознания, скорее всего, он уже мертв. При контакте с пострадавшим возможно заражение. Прошу передать информацию по громкой связи на весь лагерь немедленно!».

Из коммуникатора послышался крайне взволнованный голос Ронни.

– Джиллиан, все понял, держись!

И тут же на всю базу раздался голос Йена, который приказал всем находиться в своих комнатах, закрыть окна, надеть нейтрализатор насекомых и защитную маску с фильтром на себя. Он кратко обрисовал ситуацию. После чего объявление автоматически повторилось три раза.

Через десять минут около корпуса появились четыре человека в белых костюмах, полностью защищавших их внешней среды. Они везли тележку с несколькими баллонами, по-видимому, это было дезинфицирующее средство. Через несколько минут из коридора послышался шум, работа закипела. Я сидела в маске, с нетерпением ожидая момента, когда же нам разрешат выйти. Очень хотелось убедиться, что больше никто не пострадал.

Наконец через час дверь в мою комнату открылась, у входа стоял Йен, все так же одетый в белый костюм.

– Выходи быстрее, сейчас будем дезинфицировать комнаты и вентиляцию.

– Кроме Тео никто больше не пострадал?

– Нет, обошлось. Прибор, защищающий от насекомых, сломался только у ваших окон. У Тео работал монитор компьютера – вот светолюбивые твари и налетели к нему. К тому же он был в наушниках, поэтому не слышал жужжания насекомых. Тебе повезло, однако расслабляться не советую. Есть вероятность того, что произошедшее – не случайность.

Я взяла блокнотик Элизабет и быстро вышла на улицу, в чем есть, – шортах и майке. Одеться теплее возможности не было, ведь в вещах могли быть опасные насекомые.

Рей стоял у входа в жилой комплекс.

– Пойдем в базовый корпус, все там перекусывают, несколько часов Йен и Ронни будут заниматься дезинфекцией, так что только там мы можем передохнуть, – произнес он напряженным голосом.

Пока я шла каких-то пятьдесят метров, меня начал пробирать до мурашек холодный воздух или это был шок от слов Йена и вообще от всего, что со мной произошло.

Мы вошли в базовый корпус, в котором обычно располагался дежурный. Кроме того, здесь же располагалась небольшая столовая, которая также служила конференц залом. Отдельный контейнер занимал склад оружия и расходных вещей. Рей снял с себя куртку и свитер. Повернув меня к себе, он ловко надел на меня свитер, доходящий мне почти до колен, и завернул висящие рукава.

– Так сойдет, – кивнул он, удовлетворенный результатом моего вида.

В зале собралась дюжина человек – все были крайне возбуждены. Кларисса и доктор Браен обсуждали вопрос о том, что могло повредить прибор и как в следующий раз предотвратить такое происшествие. Йен посадил меня за стол и пошел разогревать картофель с мясом и готовить кофе. Есть не хотелось, однако когда он поставил передо мной еду, я не решилась отказаться. Пока я ем, по крайней мере, никто не будет приставать ко мне с расспросами.

– Сегодня будешь ночевать у меня. Твоя комната пока будет опечатана. Все необходимое для личной гигиены и одежду сейчас возьмем на складе, – произнес он тоном, не терпящим возражений, и вышел из зала.

Съев около половины порции и запив кофе, я положила голову на скрещенные ладони и задремала.

Не знаю, сколько прошло времени, однако через некоторое время Рей потряс меня за плечо. Я оглянулась по сторонам – в столовой уже никого не было.

– Пойдем, дезинфекция закончена. Я взял тебе кое-какие вещи со склада.

Я, не говоря ни слова, встала и поплелась вслед за Реем. Состояние было никакое, все болело, и от усталости в голове была пустота, глаза слипались.

Рей выделил мне кровать внизу, а себе постелил на верхней лежанке. Остальные вещи он забросил на полку под потолком. Я сбросила свитер и моментально забылась под теплым одеялом.


Глава 6


Противная трель на наручных часах возвестила о наступлении утра. Я потянулась: теплая удобная кровать вернула мне силы, и я решила, что, пожалуй, сегодня я все-таки наподдам какой-нибудь местной твари.

– Подъём, соня! – прозвучал сверху голос Рея, который, видимо, справедливо предполагал, что разбудить меня сегодня будет трудно.

Я так и замерла с вытянутыми вперед руками, только сейчас вспомнив, что я сплю в его комнате. Разлепив заспанные веки, я посмотрела наверх: Рей свесил голову с верхней полки, его взгляд пробежал по мне, и он поднял одну бровь.

«Вот косяк», – подумала я, осознав, что футболка на мне задралась до груди. Быстро поправив одежду, я вскочила и стала забирать разметавшиеся волосы в хвост, за стремительными действиями скрывая свое смущение. Неожиданно Рей схватил меня в охапку и затащил на верхнюю полку, уложив на себя сверху. Он придавил меня, положа одну руку на талию, и я замерла, опершись локтями на его грудь. Мои любимые серые глаза были сейчас темными, Рей смотрел на мои губы, побуждая к действиям. Я медленно приблизилась к его рту и осторожно поцеловала. Некоторое время он, как будто наслаждался этим моментом, возвращая нежные поцелуи, однако спустя уже минуту полностью завладел ситуацией, и, зачерпнув мои волосы рукой, впился в губы страстным поцелуем, от которого у меня тут же сбилось дыхание. Я почувствовала, как его вторая рука согнула мою ногу, и, проведя теплой ладонью по бедру, он еще теснее прижал мои бедра к своим, заставив почувствовать его желание. Его прикосновения были обжигающими, сводящими с ума, и, ощутив себя желанной, я стала ласкать его лицо, плечи. Из моего горла непроизвольно вырвался тихий стон удовольствия, я потерлась об его бедра и провела ладонью от его скулы к груди, а потом спустилась ниже к мускулистому прессу. Каждая его мышца под ладонью откликалась на прикосновение, и это приводило меня в неописуемый восторг.

Вдруг Рей резко перекатил меня на кровать и заломил руки за голову.

Он пару раз судорожно вздохнул, закрыв глаза.

– Если так пойдет, я тебя вообще сегодня не выпущу из этой комнаты.

Я тихо лежала рядом, пытаясь восстановить дыхание. Рей был прав: через пятнадцать минут в административном корпусе начнется совещание, пора возвращаться в реальность.

– Джиллиан, посмотри на меня!

Я подняла все еще опьяненный взгляд, посмотрев в его светло-серые глаза, теперь отблескивающие холодным металлом. Он как-то обреченно вздохнул и продолжил:

– Джиллиан, завтра мы отправимся в джунгли. Пока мы не выясним, кто тебя пытается убить и почему, ты никогда не должна находиться одна. Ронни и Йен присмотрят за тобой в лаборатории. В остальное время будешь со мной или Алисой. Ты поняла меня, любимая?

От последних слов, произнесенных совершенно будничным тоном, на лице моем сама по себе появилась улыбка.

– Ага, – весело пропела я, – и, молниеносно поцеловав Рея в губы, резко встала на четвереньки и спрыгнула на пол.

Позавтракав, мы сели в дальнем углу комнаты. Через некоторое время собрались почти все, только пять человек оставались на дежурстве охранять лагерь. Алиса вошла в зал и, взглянув в нашу сторону, нахмурилась. Она села рядом с Реем, прошептав ему слова, заставившие меня покраснеть до кончиков волос.

– Рей, ты что творишь, по девчонке сразу видно, что ты время не терял.

Рея, похоже, это замечание нисколько не смутило.

– Да, именно поэтому у меня есть к тебе просьба, – сказал он ровным тоном, – и она личная.

– Нет, только не это! – эмоционально прошептала Алиса.

– Сегодня ночью и до конца миссии ночевать с ней будешь ты, иначе я за себя не ручаюсь.

– Черт, пусть Ронни с ней ночует, он за нее отвечает. Я одна привыкла жить, в своем бардаке.

– Нет! – коротко отрезал Рей.

– Ну, хорошо, – вздохнула она обреченно, но только с одним условием. Она переберется ко мне сама, я к ней не пойду.

– Хорошо, заметано.

Я весь их разговор сидела, как потерянная. Конечно, Алиса имеет право на уединение, и я не хотела ей мешаться, но, похоже, не мне это решать.

Тут еще и Ронни, увидев нас с входа, радостно поспешил к нам.

– Джиллиан, с тобой все в порядке? У тебя нет температуры? – поинтересовался он с беспокойством в голосе.

– Нет, я нормально себя чувствую, – как можно непринуждённее ответил я.

– У тебя красные щеки и губы, глаза блестят, так как будто ты заболела.

Я небрежно отмахнулась.

– Вчера на береге дул сильный ветер, у меня кожа и губы заветрились, а в глаза попал песок.

– А, понятно, у меня тоже иногда такое бывает, – сочувственно протянул он.

Тут доктор Браун встал в центре комнаты.

– Как вы все знаете, за последние сутки у нас произошло два серьезных происшествия. Научный сотрудник Ронни Маккейн и стажер Джиллиан Стюарт наперекор всем инструкциям отправились к берегу океана одни, без группы сопровождения, не согласовав свою вылазку с руководством. В связи с этим им объявляется выговор, и они лишаются пяти процентов премии.

Ронни при этом издал неопределенный звук разочарования и весь поник. Мне же было совершенно все равно – денежный аспект меня не интересовал. Доктор Браен продолжал:

– Кроме того, на жилом корпусе вышел из строя один из нейтрализаторов насекомых, что привело к гибели сержанта Тео. Поэтому с этого момента окна жилого корпуса открывать запрещено. Кроме того, каждый должен иметь при себе запасной портативный нейтрализатор насекомых. Теперь перейдем к следующей повестке дня. Командованием корабля было решено провести вылазку в джунгли. Мы повторим путь группы Элизабет, по крайней мере, будем придерживаться заранее запланированного ими маршрута. В целом будем действовать по обстоятельствам.

Я подняла руку, и доктор Браун дал мне слово.

– Я осмотрела комнату Элизабет. Там я нашла ее блокнот с рабочими заметками. Она собиралась брать образцы коры, плодов, листьев деревьев, поэтому в лесу мы можем найти зарубки, которые будут подтверждать правильность направления движения нашей группы. Это пока все.

– Хорошо, это может нам помочь, – согласился доктор Браен. Теперь предлагаю кратко доложить о результатах работы руководителей подразделений.

Первым встал Йен.

– Ну что же, вчерашняя вылазка к океану с научной точки зрения была очень полезна. Ронни и Джиллиан был взят ценный живой образец, так называемых водорослей. На самом деле это не водоросли, а живые существа, хищники. Они имеют тонкие щупальца, состоящие из мышечной ткани. Эти щупальца крепятся к общему центру, который координирует их движение при нападении. На каждом отростке существа есть множество ультразвуковых сенсоров, которые позволяют определять положение жертвы. Кроме того, животные выделяют токсин, который позволяет нейтрализовать насекомых и птиц, составляющих основной их рацион. Днем хищники находятся в анабиозе, накапливая энергию солнца, а ночью начинают выделять энергию в виде света, таким образом, привлекая насекомых из прибрежных джунглей. Мы предполагаем, что эволюция на данной планете на начальном этапе была аналогична Земной, поэтому здесь обитают птицы и насекомые. Однако новый совершенный хищник уничтожил все живое в океане. Мы не обнаружили в образцах воды даже простейших животных, планктона или бактерий. Однако даже у этих хищников есть враги: несколько видов птиц питаются ими в течение дня, вылавливая их большими крючковатыми зубами с поверхности океана, регулируя численность этих животных. Однако до сих пор остается непонятным, почему в местной экосистеме полностью отсутствуют сухопутные животные, и это наводит на мысль, что существует неизвестный нам вид, который не позволил развиться этой ветви эволюции, и с этой опасностью мы еще не сталкивались. На этом все.

Дальше Йену было задано несколько вопросов о новом открытии, и следующая наступила очередь Рея.

– В связи с тем, что нами еще не уставлен вид животных, представляющий опасность на суше, будут предприняты дополнительные меры по защите лагеря. Теперь сонары будут сканировать воздушное пространство и все вокруг в радиусе километра. Все системы корабля должны быть наготове для экстренной эвакуации людей. Кроме того, группа поддержки, согласовав свое решение с руководством миссии, определила, что численный состав военных при вылазке в джунгли будет шесть человек на четверых ученых. Выход группы произойдет завтра рано утром, попрошу тщательнее собирать вещи. На этом все.

Все поднялись и стали расходиться по своим рабочим местам. Я, Ронни, Йен и еще пять человек из нашей научной группы поспешили в лабораторию. Необходимо было срочно придумать, чем кормить нашего хищника в отсутствии привычных для него насекомых и птиц. Кроме того, Йен распорядился собрать образцы местных растений, расположенных на поле между нашим лагерем и океаном. Туда отправились Ольга, Ронни и Николь. Погрузив на вездеход большие ящики для пересадки в них растений и лопаты, группа ученых под руководством Ронни двинулись в поле.

Я и Йен выкатили банку с водорослями на солнце, чтобы животное жило привычным образом. Долго ломая голову над тем, чем же его кормить, мы все-таки решили выставить аквариум поближе к лесу, чтобы оно само себя кормило по ночам.

День прошёл суматошно, но без происшествий. К вечеру Рей, проверив перед выходом на дежурство, как я собрала рюкзак, отправил меня к Алисе ночевать. В ее комнате творился кромешный бардак. Алиса без слов показала мне на верхнюю полку. Я быстро, застелив постель, забралась туда и моментально заснула.

Утром я проснулась от того, что Алиса тормошила меня, недовольно бурча под нос.

– Подъем, десять минут на сборы, идем завтракать, и я тебя сдаю Рею и Йену.

Чтобы не раздражать Алису, я решила собраться раньше выделенного мне времени, хорошо хоть спать я легла, не раздеваясь.

После плотного завтрака и последних инструкций на утренней летучке наша группа из десяти человек выдвинулась вперед. Впереди шли трое военных, потом я, Йен, Браун и Смит, группу замыкали Рей и его товарищи. Пройдя около двух километров по полю, мы, наконец, достигли леса. Деревья в нем поражали своим огромным размером, каждый ствол был диаметром около трёх метров. Внизу деревьев листьев и ветвей практически не было, все они находились где-то там, на огромной высоте, образуя густую шапку, через которую почти не проникал свет. Из одного центра росло по несколько стволов, которые, образуя веер, опирались на соседнюю группу деревьев, переплетаясь и поддерживая друг друга. Наверху этих гигантов кипела жизнь: гнездилось огромное разнообразие птиц, вились кучи насекомых. Несколько раз с деревьев падали крупные сочные плоды размером с футбольный мяч и мелкие ветки. Я подобрала один из таких круглых красных шарообразных плодов и положила в пластиковую корзину для проб – надо было исследовать его строение, когда будет остановка. Остальные тоже собирали образцы – свежие листья, кору, ветки. Идти было довольно легко, так как растительности под ногами не было вообще, кругом была голая почва, засыпанная полусгнившими листьями, плодами и мелкими ветками. Упавших стволов практически не было, так как все они застревали между других деревьев. Мы сделали около пяти километров, как вдруг над нами послышался треск веток и крик уже знакомой мне птицы с океана. Быстро отскочив к стволам ближайших деревьев, мы наблюдали, как она упала на землю: глаз ее горел красным, она клацнула пару раз своим клювом и резко рванула вверх, однако, запутавшись в ветвях, рухнула обратно. Так она повторила еще пять попыток, но все они оказались безрезультатными. Мы поняли, что животное оказалось в западне и выход у него только один – добраться до кромки леса. Рей сделал знак обойти животное стороной, и мы, сделав небольшой крюк, отправились дальше. Шли мы еще около пяти часов, повторяя путь Элизабет. Иногда мы находили высохшие останки различных птиц, которые провалились в лесную ловушку и так и не выбрались. Я шла, осматриваясь вокруг и пытаясь найти зарубки Элизабет, однако за весь путь на глаза ничего похожего не попадалось. Вдруг около одного из стволов сбоку я увидела очертания человека, точнее, скелета в оборванных лохмотьях. Я резко остановилась, указав Рею на свою находку. Он нахмурился и, сделав знак двум свои подчиненным, направился к трупу, мы же остались его ждать. Через пару минут он сделал нам знак, что можно приближаться, и остаток группы подтянулся к дереву, на котором приколотый несколькими ножами висел человек, сейчас больше напоминавший мумию. На шее мертвеца Рей нашёл жетон, на котором было выгравировано имя несчастного – лейтенант Сэм О'Нил.

– Я знал его, этот человек работал в группах сопровождения уже десять лет. Он был очень опытным. Даже не знаю, какая напасть могла застать его врасплох. Что думаете, доктор Смит? – спросил Рей, осматривая труп.

Доктор подошел поближе и, одев перчатки, тщательно осмотрел мумию.

– На теле много ран, нанесенных острым колющим предметом. Одежды почти нет, она сорвана, по-видимому, здесь постарались уже знакомые нам птицы. Однако раны нанесены уже после смерти, так как кровоподтеков около них нет.

Доктор достал лупу и осмотрел кожу мумии.

– На коже ладоней видны следы множественных укусов, похожих на комариные. Из этого человека просто-напросто высосали все жидкости. Возможно, у него сломался нейтрализатор, и он пострадал от каких-то неизвестных нам насекомых. Все это выглядит как предупреждение о грозящей опасности.

– Какое-то кощунственное предупреждение. Хотя сигнал здесь глушится. Возможно, не имея способа связаться с базой, таким способом они попытались нас предупредить, – предположил мистер Браун.

– Есть еще кое-что интересное, – сказал Рей, указывая бластером на соседний ствол дерева. Все повернулись и увидели зарубку на стволе дерева, на высоте около полутора метров от почвы.

– Зарубка! – воскликнула я. – Это про них она писала. Поищем еще?

Рей кивнул и приказал троим из его группы разойтись по округе в поисках меток. Через пару минут мы услышали громкий голос Ноа, который ушел на восток от нас.

– Я нашел еще две, они идут с интервалом в двадцать метров. Расположены высоко – так, чтобы от предыдущей зарубки было хорошо видно следующую.

Вскоре подошел Джек, осматривавший местность западнее.

– Рей, я нашёл место их стоянки, кострище засыпано землей, брошенных вещей нет, значит, лагерь они покидали не спеша.

Решив пройти еще около пяти километров от места происшествия по зарубкам, мы отправились в дальнейший путь. День шел к концу, когда Рей, выбрав подходящий участок для лагеря, окруженный плотным кольцом стволов, приказал делать привал. Все выдохнули с облегчением и сбросили тяжелые рюкзаки. Джек и Росс, два молчаливых здоровяка, достали из одного из рюкзаков три свертка, напоминающих пленку. Другие пошли устанавливать датчики слежения по периметру лагеря.

– Что это? – поинтересовалась я у Рея, наблюдая за работой мужчин.

– Палатки, купленные у Нордов. Смотри, на Земле ты такого не увидишь! – ответил он, собирая ветки в кучу для костра. В это время мужчины разложили на земле три больших круглых полотна, каждый около пяти метров в диаметре. Дальше Джек взял какое-то плоское устройство размером со спичечный коробок и нажал невидимую кнопку. Ткань медленно из плоского круга стала обретать форму полусферы.

– Ух ты? Как это работает? – воскликнула я, удивляясь, что тонкая ткань превращается в объемную конструкцию.

– Такая технология пока нам недоступна, – пояснил доктор Смит, стоявший рядом. – В самой ткани, сделанной из очень прочного материала, проложены жилы. В этих жилах находятся нанороботы, которые по команде с пульта или сенсора на самой палатке превращаются в очень прочные стропы и заставляют ее принимать эту форму. Жалко, что пока мы не обладаем секретами технологий Нордов. Ты бы видела их планету – там огромные здания, небоскребы строятся за несколько минут!

Рей разжег небольшой костер из веток и всем по очереди раздал нехитрый ужин. Пока мы ужинали, он определил порядок дежурства между военными и время обходов. Как и у военных, у нас тоже были свои дежурства: мы должны были изучить и описать собранные нами образцы плодов, листьев, коры, стволов и приготовить микропрепараты, которые будут потом тщательно исследованы в лаборатории. Поэтому каждый из четверых ученых должен был отработать по очереди еще около двух часов. Первой на дежурство заступила я, забравшись в одну из палаток, выполнявшую роль полевой лаборатории. Я надела халат, перчатки, достала чистую клеенку и застелила ей один из углов палатки. Достав подобранный мною плод, я взвесила его на весах, измерила внешние параметры и сфотографировала под разными углами. Разрезав пополам образец, я обнаружила крупную кость. Дальше мне необходимо было приготовить несколько микропрепаратов и исследовать их под микроскопом. Все необходимо было сфотографировать, а также записать на диктофон свои комментарии. После двух с половиной часов работы я все-таки закончила и, помяв уставшие от рюкзака плечи, отправилась будить Йена. Ночь была тихая и очень темная. Если бы не костер в лесу, была бы абсолютная тьма. Даже свет от двух ярких лун не пробивался через густые кроны деревьев. Растолкав Йена, я присела у костра, где Рей пил кофе, проверяя через планшет данные, поступающие с датчиков движения. Расположившись рядом на его спальном мешке, я заметила, что трое военных спят не в палатках, а на улице прямо в спальных мешках.

– Почему они не разбили палатку для себя? – как можно тише прошептала я.

– Не положено, – ответил он, передавая мне свой кофе, – при возникновении опасности они должны как можно быстрее одновременно отразить атаку. Находясь в палатке, они не могут сразу оценить опасность и быстро среагировать.

– Понятно, – задумчиво произнесла я, засмотревшись на пламя костра. Оно было не таким, как на Земле, желтовато-белым. Огонь здесь окрашивался в фиолетовый и зеленый цвета. С другой стороны костра спал Джек. Парень имел сравнительно небольшой опыт и работал в группе поддержки всего три года. Он лежал сверху на своем спальном мешке, разбросав руки и ноги по земле. Лицо он закрыл своей черной кепкой. И даже во сне он не расставался со своим оружием, держа одну из рук на бластере. На руку ложилась какая-то тень, я стала думать о том, чем же она отбрасывается. Однако уже через пару минут я поняла, что это не игра теней, а изменение цвета кожных покровов. Присмотревшись, я поняла, что тёмно-синие пятна появились везде, где кожа Джека соприкасалось с землёй.

Я выронила стакан и вскочила.

– Рей, будим всех, сейчас же! Все объясню потом.

Я обежала костер и стала тормошить Джека, убрав его руки на спальный мешок. Парень очнулся минут через двадцать, однако встать не мог, так как испытывал страшную слабость. Я подала ему стакан с водой, и он с жадностью ее выпил.

К тому моменту, как Джек очнулся, все уже собрались вокруг костра.

– Что происходит? – все еще не отойдя от сна, спросил доктор Браен, протирая очки.

Я повернула руку Джека так, чтобы был виден пораженный участок кожи.

– Обратите внимание на крошечные ранки на коже! Кто-то находится в почве, это существо при соприкосновении с кожными покровами отнимает силы у живых существ, вытягивает жидкости и органические вещества. По-видимому, это и убивает птиц, попавших в сети леса. Заметили, что гниющих останков нет. Спорим, что под оперением мертвых птичек жидкостей в тканях тоже нет.

– Надо сегодня же выяснить, что происходит. Йен и я будем работать в лаборатории. Исследуем часть грунта. Джиллиан и доктор Браен пока пусть отдыхают, – предложил доктор Смит и, не ожидая чьего-либо согласия, направился в полевую лабораторию.

Чтобы исключить риск соприкосновения с почвой, Рей предложил сделать из спальной палатки гамаки и закрепить их на стволах деревьев. Сами палатки были сделаны из очень прочной ткани, которую обычным охотничьим ножом невозможно было разрезать. Однако нам помог лазерный резак Нордов: используя его, ребята быстро управились с тканью и закрепили сымпровизированные гамаки с помощью веревок и колышков на соседствующие стволы деревьев. В это время доктор Смит взял у Джека кровь на анализ и поставил ему капельницу с глюкозой. Уже через полчаса наш лагерь был переделан, и я, бросив свой спальный мешок на один из гамаков, попыталась забраться на свой лежак. Однако ребята закрепили гамак высоковато для моего роста, и первая попытка закончилась тем, что я шлепнулась на землю. Выручил, как всегда, Рей, он забросил меня в гамак и быстро запаковал в спальный мешок. После изматывающего перехода заснула я за секунду.


Глава 7


– Джиллиан, подъем! – свозь сон услышала я голос Джека. Я разлепила отекшие веки и, осмотревшись, увидела, что все потихоньку собираются у костра на завтрак. Рей спрыгнул с соседнего гамака, молча вытащил меня из спального мешка, высоко подняв подмышки вверх, и поставил на землю. Я достала из рюкзака пайку риса с мясом и, распаковав ее, устроилась под деревом рядом с Йеном. Доктор Смит поднялся и подошел к костру, похоже, он был готов дать некоторые разъяснения по поводу вчерашнего происшествия.

– Итак, мы исследовали образец почвы, взятый с места, где спал Джек. И, кроме корней деревьев, к величайшему нашему удивлению, ничего не обнаружили. Но! Поразмыслив немного, я и Йен решили устроить эксперимент, – при этом Смит поднял руку, на которой был след от множественных микроскопических уколов, издали напоминающих обычную ссадину. – Я приложил ладонь к почве, и мы стали ждать, в течение четверти часа я почувствовал слабость, а подняв руку, обнаружил уже знакомые нам следы. Тогда мы решили исследовать корни прямо в почве. Аккуратно выкопав тонкий пучок корней и не отрывая его корневой системы дерева, мы поместили их под микроскоп, и я плотно прислонил к ним свой палец. Каково же было наше удивление, когда мы увидели, что корни тут же выпустили мелкие острые трубочки, которые буквально впиваются в тело жертвы! Именно через них растение впрыскивает вещество, усыпляющее жертву, и одновременно буквально высасывает из нее питательные вещества. Скорее всего, у корней также есть рецепторы, которые реагируют на тепло, исходящее от теплокровных животных. Исходя из того, что этими лесами покрыто почти восемьдесят процентов суши, а их разветвленная корневая система покрывает почти всю почву, вероятность встретить наземных обитателей очень мала. Именно оно убило Сэма, по-видимому, он так же, как и Джек, во сне соприкасался с почвой. Хочу отметить, что это первое за всю историю путешествий встреченное нами дерево-хищник, которое питается таким образом. И оно нуждается во всестороннем изучении в земных условиях. Теперь перейдем к другому вопросу. Йен, слушаем тебя!

– За вчерашний день мы хорошо продвинулись. Однако путь по зарубкам ведет нас совершенно в другом направлении, чем был изначально заявлен группой Элизабет. Следуя по нему, кромки леса мы достигнем намного раньше, чем планировалось, то есть в течение получаса. И самое главное, – помедлил Йен, прежде чем сообщить самую главную новость, – со вчерашнего вечера к нам на радары стал прорываться сигнал SOS от неопознанного источника, который расположен ближе к океану.

«Ох, – подумала я с замиранием сердца, – неужели сигнал приходит из района выжженной области?» Йен, тем временем, поставил нас перед нелегким выбором:

– Перед нами встает выбор: либо мы идем по зарубкам, либо меняем направление и выходим ближе к океану.

– Сколько времени займет путь до источника сигнала? – задал вопрос Джек.

– По моим расчетам где-то около трех часов пешего хода.

Тут встал доктор Смит, который предложил свое решение этой дилеммы:

– Я предлагаю идти в сторону сигнала. Возможно, что там потерпел бедствие челнок или корабль, и его пассажиры нуждаются в нашей помощи. А может, этот сигнал передает кто-то из пропавшей группы. В любом случае, времени это много не займет, и вернуться сюда мы сможем сегодня же.

Решение было принято единогласно, и, свернув лагерь, через час мы отправились в сторону источника сигнала на плоскогорье к океану. Приближаясь к кромке леса, мы стали замечать, что на некоторых деревьях до трех метров в высоту была содрана кора, как будто какой-то гигантский кролик сгрыз ее, группа стала продвигаться более осторожно. Открытой местности мы достигли через два часа, лес резко уступил место лугу, заросшему местными травами. Все они выглядели совсем иначе, чем наши земные растения, и это навевало некоторую тоску. Среди поля стали попадаться камни, и с каждой милей их становилось все больше и больше, в конце концов, поле перешло в плоскогорье, и мы ускорились, шагая по ровной каменистой поверхности. Вскоре мы достигли выжженной области, которая охватывала территорию настолько, насколько хватало глаз.

Доктор Браун присел и, пощупав камни, задумчиво произнес:

– Расплавились, возможно, здесь произошла крупная катастрофа.

– Ладно, давайте прочешем здесь все. Йен, откуда идет сигнал, можешь сказать точнее? – уточнил Рей наш дальнейший путь.

Йен на некоторое время уткнулся в свой планшет, и, указав направление рукой, пояснил:

– Надо пройти полмили вперед. Под нами разветвленная сеть пещер, а впереди провал, необходимо быть осторожнее.

Мы растянулись цепочкой друг за другом, предварительно прицепившись к страховочной веревке карабинами, и пошли в направлении, указанном Йеном. Вскоре Рей, шедший впереди, остановился, и все, догнав его, встали рядом. Перед нами раскинулась огромная пещера, часть свода которой провалилась из-за взрыва. Диаметр дыры составлял не менее десяти метров. Внизу, на глубине как минимум двадцати метров, лежали валуны, упавшие сверху и обломки каких-то неизвестных больших белых кристаллов. Там, где свод остался целым, пятиметровые кристаллы торчали прямо из скалы, образуя сросшиеся агломераты.

– Йен где? – коротко спросил Рей.

– Где-то внизу, сигнал глушится сводами пещеры, поэтому мы его не смогли обнаружить с базы, слишком далеко.

– Придется спускаться! – констатировал Рей.

Рей еще раз внимательно осмотрел пещеру, взвешивая все за и против.

– Хорошо, я спущусь туда один и просканирую ее внизу!

Он снял с рюкзака альпинистскую веревку и стал делать крепление на краю свода. Бросив ее вниз и закрепив карабином у себя на поясе, он начал спускаться. Уже через минуту он достиг дна и, включив радар, стал продвигаться к противоположной стороне пещеры.

– Сигнал идет со стороны уцелевших кристаллов, я направляюсь туда, – услышала я голос в наушнике.

Он быстро продвигался, с легкостью преодолевая завалы. Когда Рей оказался около кристаллов, ему еще раз пришлось свериться с данными радара. В этот момент по пещере разнесся оглушительный визг. Я вздрогнула, и сердце мое, замерев, тут же пустилось в бешеный галоп. Рей сразу повернулся на источник звука, который находился где-то под нами. Он достал бластер и приготовился стрелять. Раздался еще один крик, но уже на тон выше, и на обрушенную часть свода выползли два существа, похожие на огромных черных змей. Длинной они были не меньше десяти метров и около двух метров толщиной. Они были покрыты чем-то, что напоминало перья. Одна из тварей раскрыла пасть и завизжала в нашу сторону. Рей выстрелил в нее, но луч просто отскочил от брони из перьев и ударился в скалу, отколов несколько больших кусков породы. Одна из тварей разинула большой красный рот, и в нем показался ряд острых зубов. Рей, не медля ни секунды, выстрелил ей в пасть, отчего существо рухнуло на камни, истекая черной кровью. К двум уже имеющимся тварям присоединились еще как минимум пятеро, они извивались и шуршали своими перьями, прячась за кристаллами. Рей сосредоточенно оглядывался, выбирая следующую мишень.

– Надо бежать на другой конец ямы и спускать ему трос, он не протянет долго! Джек, иди! – скомандовал Ноа. Джек, не проронив ни слова, понесся по краю, однако, когда он сделал только четверть своего пути, одна из змей вдруг неожиданно дёрнула своим хвостом, и из пучка перьев на его конце выстрелил огромный шип. Он отбросил Рея к одному из кристаллов, пронзив его плечо. Рей выстрелил в орущую тварь, ранив ее, и та быстро ретировалась. Я увидела, как по его куртке струится кровь, и во мне все затряслось от паники. В это время Джек достиг своей цели: стоя на краю обрыва, он быстро закрепил трос и сбросил веревку вниз, готовясь подтянуть Рея наверх.

– Рей, – предупредил Ноа, – Джек спустил трос, он в двадцати метрах впереди тебя.

Было видно, как Рей потихоньку стал продвигаться в сторону троса, вперед. Спасение было близко, однако в это время откуда-то сверху на него свалилась очередная чёрная змея и придавила его своим телом, тут же на него бросились другие хищники, ждущие своего часа. Он уже был без сознания, когда твари, передравшись между собой, подкидывали его окровавленное тело в воздухе.

Я ничего не могла сказать, по моим щекам текли слезы.

– Все кончено, – сокрушённо произнес Ноа и рукой подал Джеку знак, чтобы он возвращался назад. Тот тут же сорвался с места.

– Что кончено? Помогите ему! – прокричала я сквозь слезы.

– Мы не можем ставить на кон жизнь команды из-за одного человека, даже если этот человек наш командир, таковы инструкции, – жестким голосом отрезал Ноа, отводя от меня взгляд.

И тут в моем мозгу что-то щелкнуло. Я отстегнула свой карабин от связывающего группу троса, выхватила у Ноа с пояса гарпун и со словами: «Вертела я ваши инструкции на большом андронном коллайдере», – выстрелила вперед. Веревка с крюком описала широкую дугу и врезалась в породу на противоположной стороне ямы. Через секунду я, не задумываясь о последствиях своих безумных действий, прыгнула в пропасть. Несясь на бешеной скорости над пещерой, я видела, что твари, заметив новую добычу, на некоторое время оставили Рея. Я же, словно маятник, пару раз качнулась над их головами, отпустила веревку и, кувыркнувшись через голову, упала почти рядом Реем. Теперь счет шел на секунды. Подбежав к нему, я перевалила его за валун и, настроив свой бластер на максимальную мощность, выстрелила в каменный свод, служивший мне ранее местом крепления. Послышался страшный грохот и визг тварей – огромные каменные глыбы обрушились на них. Я, насколько это было возможно, закрыла голову и грудь Рея свои телом, принимая удары сыпавшихся на нас булыжников. Через несколько минут обвал прекратился. Стряхнув с себя гору камней и песка, я зажгла световую трубку и осмотрелась. Было очень пыльно, перед нами лежала гора камней, преградившая путь к выходу, однако змеюк было не видно и не слышно. Прощупав шею Рея, я почувствовала пульс и оживилась. «Отлично, теперь необходимо найти безопасное место», – подбодрила я сама себя. Проблема была в том, что я не могла тащить Рея далеко, он был попросту слишком тяжел для меня, поэтому я решила сначала обойти оставшуюся часть пещеры и поискать укромный уголок. Я шла вдоль отвесной стены, переступая и огибая прозрачные кристаллы, и тут до моего слуха донеслись звуки капающей воды. Я прислушалась и прошла еще метров десять. Теперь звук усилился, а кристаллов стало больше, они врезались друг в друга, образуя запутанную структуру. За очередным кристальным кластером я увидела зеркальную поверхность воды, а в ней уже знакомые мне водоросли.

Посветив в разные стороны трубкой, я выделила для себя пару подходящих кристаллических агломератов, которые защищали бы нас от водорослей с одной стороны и были достаточно близко к водоему, чтобы змеюки не решились напасть на нас, опасаясь тех же самых водорослей. Делать было нечего, это было самое безопасное место. Быстро перескакивая через камни, я за пару минут проделала свой обратный путь. Рей лежал все там же, я, схватив края куртки, начала потихоньку волочить его в сторону подземного озера, стараясь избегать острых уступов и крупных препятствий. Позже я сама не раз удивлялась, как мне удалось это сделать. Вся операция, преодоление около пятнадцати метров, заняла у меня не меньше часа. Наконец, достигнув своей цели – ниши из сросшихся кристаллов, я рухнула рядом с Реем. Кажется, мне было плохо с сердцем, руки отнимались, дрожали, и я на пару минут закрыла глаза, пытаясь восстановить дыхание. Но расслабляться было некогда. Расстегнув куртку Рея, я начала его осматривать: рана в области левого плеча была не так страшна, как казалась мне сначала; она была неглубокой и крупные сосуды были не задеты. Беда была в другом: обе руки Рея были сломаны – одна ниже локтевого сустава, а другая – выше, и переломы, похоже, были сложными. Одна нога лежала в неестественном положении, а на виске кровоточила рана, и я надеялась, что кости черепа остались целы. Осмотревшись вокруг, я стала высматривать материал, который мог бы подойти мне в качестве шины, но подходящего ничего не находилось. Внутри все дрожало от паники. Уставившись в одну точку на скопление кристаллов возле нас, я постаралась очистить свои мысли от ненужной паники. И тут я вспомнила, что обвал повредил несколько кристаллических образований, разбросав мелкие осколки в разные стороны. Некоторые из них были подходящей формы. Я кинулась к обвалу и стала вытаскивать доступные для меня продолговатые кристаллы.

«Отлично, теперь за работу!» – прошептала я, подбадривая саму себя и таща кучу сверкающих брусочков. Сняв с себя всю одежду, за исключением нижнего белья и ботинок, я нарезала ножом штаны и куртку на полоски. Благодаря бога, что Рей без сознания и не почувствует боли, я стала накладывать шины. Хорошо, что он не пожалел времени на тщательную муштру по оказанию первой помощи, теперь мне эти знания показались бесценными. Через некоторое время я зафиксировала последнюю шину и принялась за голову и плечо, используя в качестве бинта полоски, сделанные из моей майки. Закончив с перевязкой, я достала фляжку воды со своего пояса и смочила его мертвенно бледные губы.

– Перерыв, – устало выдохнула я и присела рядом с Реем, продолжив про себя размышлять. – Итак, нам надо было как-то выбираться. Но как, мы под завалом, нас, скорее всего, уже не ищут, выхода нет, или… или…есть.

Я подошла к озеру, всматриваясь в колышущиеся водоросли. «Похоже, этот водоем соединяется с океаном, можно попробовать найти проход под водой, главное – успеть до заката», – подумав так, я сняла с себя остатки одежды и осторожно спустилась в ледяную воду. Меня тут же затрясло от холода, но самое страшное было впереди – надо было проплыть несколько метров в окружении склизкой лапши, а потом нырнуть под воду. Меня пару раз передернуло, и я, чтобы не растерять остатки своего самообладания, усердно погребла в сторону стены и, глубоко вздохнув, нырнула. Под водой скала уходила вниз еще на пару-тройку метров. Перебирая руками по ней, я почувствовала, что течение справа от меня более сильное, и направилась туда. Водоросли колыхались в невероятном танце, в одном месте их отбрасывало от стены особенно интенсивно – там и был проход. Всего полметра в диаметре он был весь забит хищниками. Я еще раз глубоко вздохнула и, нырнув, начала пробираться через туннель. Это было не так просто: он был узким, пару раз я чуть не запуталась в прозрачных нитях, но мне все-таки удалось выбраться наружу. Хорошо, что поверхность была недалеко. Я вынырнула и начала отфыркиваться, попутно оценивая обстановку. С одной стороны от меня был бесконечный океан, а с другой – отвесная стена. «Значит, мы не можем выбраться на поверхность, – огорчилась я и тут же стала рассматривать другие варианты спасения. – Остался последний вариант: я должна извлечь биометрический датчик, вживленный в плечо и передающий сигнал о моем месте нахождении, и закрепить его над подводным входом в пещеру». Еще раз вздохнув, я нырнула, и течение втолкнуло меня обратно в тоннель. Оказавшись на берегу, я вылезла, поспешив обратно к Рею. Наскоро проверив его пульс, я достала нож и, собравшись с духом, сделала глубокий надрез на плече – от неимоверной боли у меня потемнело в глазах. Стиснув зубы, я начала глубоко дышать, ожидая момента, когда боль немного утихнет. Наконец, нащупав пальцами в ране маленький датчик, я резко выдернула его из моей плоти, не сдержав при этом громкого крика.

– Боже, дай мне сил! – простонала я вслух и заплакала. «Времени, чтобы жаловаться на судьбу не осталось, скоро проснутся водоросли, и до их пробуждения надо оказаться в нише. Кроме того, группа должна засечь мой сигнал до того, как они покинут область его действия», – так я размышляла, сидя на камнях и зажмурив глаза от боли.

– Вот выберемся, психуй, сколько угодно. А сейчас соберись, тряпка! – решительно и громко приказала я сама себе. Перевязав руку остатками футболки, я прыгнула в воду и поплыла к входу в пещеру. Солнце уже клонилось к закату, надо было спешить. На то, чтобы забраться по отвесной скале на пару метров выше воды, у меня ушло не меньше получаса. Но, все же расцарапав в кровь ладони и ноги, мне удалось надежно зацепить датчик. Решив, что на такой высоте волны не смоют его в океан, я оттолкнулась от стены и, шлепнувшись в воду, поспешила назад. Теперь нам могла помочь только удача. Оказавшись на суше, я быстро оделась и поспешила к Рею. Он лежал все в той же позе, что я его оставила. Забравшись в нишу, я смочила его губы водой и села спиной к нему, прислонившись плечом к холодному кристаллу – так можно было быстро среагировать на приближающуюся опасность. Несмотря на то, что меня била крупная дрожь и стучали зубы, через некоторое время глаза мои закрылись сами собой.

Проснулась я от шлепка по кристаллу – это ожившие водоросли начали свою еженочную охоту.

Кристаллы, находящиеся рядом с озером, переливались всеми цветами радуги, смертельная феерия началась. Я сжалась в комочек и схватила бластер, приготовилась защищать себя и Рея. Шлепки по убежищу участились, однако достать нас было невозможно, водоросли не могли обогнуть препятствие. Вдруг мне показалось, что с противоположной от озера стороны пещеры появился еще один источник света. Что-то светилось неярким голубым светом, и это что-то двигалось в нашем направлении. Я настроила бластер на среднюю мощность и приготовилась защищаться от новой неведомой мне опасности. Вот свет уже начал огибать группу кристаллов, расположенную метрах в трех от нашей ниши. Встав на одно колено, я прицелилась, примерно обозначив место появления цели. Свет выплыл из-за кристалла, и в этот момент бластер чуть не выпал из моих рук – передо мной стоял человек! А точнее, невысокий белокурый юноша в сером походном костюме с рюкзаком за плечами, при этом весь он, включая одежду и рюкзак, светился голубым светом. Водоросли в лагуне при его появлении перестали светиться и прекратили свою охоту. «Чертовщина, – пыталась я подавить панику. – Тут две версии: первая – я спятила и теперь вижу заблудившегося бойскаута, второе – я умерла и повстречала ангела».

Настороженно глядя на свое видение, я подумывала, уже было, развеять свои сомнения с помощью бластера, но ангел-бойскаут соизволил все-таки заговорить первым, почувствовав мое замешательство.

– Прости, я напугал тебя! Я Сол и не причиню вам вреда, опусти оружие! – дружелюбно произнес он, подняв ладони вверх. Но я все же держала его на мушке.

– Почему ты светишься? Откуда ты тут? – вопрошающе кивнула я головой в его сторону.

– О, это поле, которое защищает меня от местных хищников. Я прибыл из антивселенной, собственно говоря, это я проделал эту дыру в пещере, провалив свод, ну и сам немного провалился.

– Откуда, откуда ты прибыл? – переспросила я, не веря своим ушам.

– Говорю же, из антивселенной. Послушай, как тебя зовут? – спросил он, снимая рюкзак.

– Джиллиан, – ответила я, поднимаясь с колена, которое изрядно саднило от щебня под ногами.

– Отлично, Джиллиан, давай поможем твоему другу, он и получаса не протянет при таких повреждениях.

Я взглянула через плечо на Рея. Он лежал в нише мертвенно-бледный. Тем временем Сол снял с себя рюкзак и достал из него металлический цилиндр с какой-то прозрачной жидкостью. За цилиндром последовала маленькая черная коробочка с несколькими видами отверстий, Сол поместил цилиндр в отверстие прибора и нажал на дисплее сбоку невидимую кнопку, через мгновение цилиндр выпрыгнул обратно.

– Что это? – поинтересовалась я, опуская оружие.

– Нанороботы, сейчас я их активировал. Я введу их в организм этого человека, и они начнут восстанавливать его ткани.

– Постой, а если они убьют его, если для нашей вселенной они не подходят? – забеспокоилась я, заслоняя Рея. Сол положил свою ладонь на мою руку и произнес, глядя в глаза:

– Верь мне, Джиллиан, и я помогу твоему другу!

Я отошла, а он, присев рядом с Реем, прислонил торец цилиндра к его руке. После того как Сол нажал на какие-то только ему видимые кнопки, жидкость из цилиндра начала уходить. Закончив с этим, он сорвал все мои наложенные шины и, повернувшись, пояснил:

– Через пару часов с ним все будет в порядке.

Я присела рядом с Реем и стерла ладонью с его лба капельки пота.

– Ничего себе у вас технологии! – заметила я, в то время как Сол достал из сумки очередное чудо техники – небольшой квадратный плоский предмет. Положив его на землю и активировав, он сел рядом и скрестил ноги. Из квадрата на высоту ладони поднялся шар, сантиметров пятнадцати в диаметре, и завис в воздухе.

– Иди сюда, погрейся! – позвал меня Сол к шару. Я присела напротив своего нового знакомого, тут же почувствовав тепло от необычного костра.

– Что это?

– А это, своего рода, портативный анигилятор, в нем частицы из нашей вселенной реагируют с вашей материей.

Я подставила ладони и начала согреваться.

– Это вы похищали наших ученых? Зачем вам это было нужно?

– Да, ты правильно догадалась, это мы перемещали их в свою вселенную. Однако и их знаний для решения нашей проблемы оказалось недостаточно, поэтому я здесь.

– Какие у вас могут быть проблемы с такими-то технологиями? – удивилась я.

Он вздохнул и продолжил:

– Наша вселенная очень похожа на вашу. Только у нас свое расположение звезд, несколько отличается ее видовое население. В то время как у вас развитие науки связано с успехами биологии и медицины, у нас большее развитие получила физика и роботостроение. Нанороботы, которые я поместил в этого мужчину, в нашем мире вводятся при рождении, поэтому мы не болеем в привычном понимании этого слова.

– Вы бессмертны?

– Нет, что ты, – отмахнулся он, – с годами ошибки в коде ДНК накапливаются, а нанороботы способны исправлять повреждения тканей организма, но не саму ДНК.

– Ты из-за этого здесь?

– Нет, есть одна серьезная проблема, – собравшись с мыслями, он продолжил свой рассказ. – Мы не можем вводить нанороботов в организм наших женщин, так как при возникновении беременности они уничтожают эмбрион как чужеродное тело. Поэтому наши женщины лет до сорока живут без них. Совсем недавно наш вид поразила страшная болезнь, планомерно уничтожающая женскую часть населения. Это может привести к вымиранию всего нашего вида. Наше правительство решило переместить несколько ученых из вашего мира, для того чтобы они помогли решить проблему. Однако знаний и опыта нескольких специалистов не хватило, поэтому было решено, что к вам отправлюсь я, с образцами бактерий.

– Это вы забрали команду, которая здесь была?

– Нет, не мы, – покачал головой Сол. – Как я уже говорил, когда я сюда прибыл, то попал в эту сеть пещер. Моя задача заключалась в том, чтобы наладить контакт с группой ученых, а потом отправиться на Землю для переговоров.

– Не проще было переместиться сразу на Землю?

Сол усмехнулся, объяснив, почему они этого не сделали:

– Конечно, проще, но я думаю, местные власти вряд ли обрадовались бы тому, что часть поверхности планеты была бы просто уничтожена. В любом случае, судя по данным с наших спутников, которые мы запускаем каждый раз для сбора информации и разведки, команда разделилась на две части и покинула планету в течение часа на двух кораблях. Один ушел из лагеря, другой – из точки в десятке миль отсюда. Это все, что я о них знаю.

– Видимо, и вправду вы хорошо продвинулись в области физики, раз не только определили, что существует антивселенная, но и научились перемещаться между мирами. Мы вот, например, хоть и путешествуем по вселенной с помощью сети тоннелей в гиперпрострастве, но технология это не наша, и мы ей только пользуемся, еще не поняв, как это все работает.

– Да, я знаю, но теперь все немного изменится. Мы поможем вам, а вы нам!

– Как давно вы открыли наш мир? – продолжала допытываться я.

– Мы открыли существование вашего мира очень давно и посылали много раз наши спутники для его изучения. Именно поэтому я так хорошо говорю на вашем языке, меня учили этому с детства.

– А как вы догадались о существовании антивселенной?

– Сначала это была просто теория. Несколько ученых выдвинуло идею о том, что в некоем многомерном пространстве есть мембраны, которые периодически касаются друг друга. При их соприкосновении происходит большой взрыв. На одной мембране происходит выброс материи, а на другой – антиматерии. Потом теория стала подтверждаться экспериментально. Ну а перемещать спутники из нашего мира в ваш мы начали около века назад, когда научились использовать энергию звезд. Кстати, на одно такое перемещение уходит энергия одной звезды в три раза больше вашего солнца. При этом при прохождении через мембрану материя превращается в антиматерию и наоборот. Сол достал плоский круглый предмет, напоминающий наш планшет, и стал быстро водить по нему пальцами. Самое интересное, что на нем совершено ничего не отображалось, экрана не было.

– Согласно данным спутника, твоя группа уже спешит к вам на помощь. Но раньше завтрашнего утра их ждать не придется, они будут пережидать период активности подводных хищников, поэтому лучше немного поспать. Сол достал пакет размером с человеческий рост, расстелил его, выбрав более или менее ровный участок, и нажал невидимую кнопку – пленка тут же надулась, превратившись в матрас.

– На твоем месте я бы был наготове, твой друг проснется в течение часа. Мой собеседник повернулся набок к костру и закрыл глаза.

Я же поспешила к Рею. Дыхание его стало ровнее, было такое ощущение, что он просто спал. Рана на голове перестала кровоточить, поврежденная нога выпрямилась. Я присела рядом на корточки, взяла его за руку и стала считать пульс.

В пещере похолодало, и я стала замерзать, но возвращаться к огненному шару не желала. Хоть тело мое сейчас страдало от ссадин, синяков, порезов, холода, душа была спокойна – Рей поправляется, ребята спешат нас забрать, скоро мы будем на базе.

«Да, за какие-то полчаса я изменила свой взгляд на мироздание, узнала, откуда на планетах образовывались выжженные круги, выяснила местоположение ученых, но так и не поняла, куда же пропала Элизабет и ее группа?» – так, рассуждая о событиях этого сложного дня, я начала засыпать.

Вдруг рука Рея дрогнула, и я, встрепенувшись, погладила его по голове, тихо произнося:

– Рей, это я, все будет хорошо, скоро ты почувствуешь себя лучше.

В подтверждение моих слов, глаза Рея медленно открылись. Сначала в его взгляде было полное спокойствие, потом – замешательство. Он резко вскочил, схватив бластер, который остался лежать рядом с нашим убежищем, и стал напряженно осматриваться, не слыша моих слов. Я повисла на его руке, опасаясь того, что он может ранить Сола.

– Рей, спокойно, опасность миновала. Все в порядке, опусти оружие!

– Джиллиан? – посмотрел он на меня с недоумением и опустил бластер. – Где все?

– Все наверху, на рассвете они до нас доберутся и вытащат.

– Так, как я сюда попал, помню, а что ты тут делаешь?

– Ну, так сложились обстоятельства, – замешкалась я, не желая все выкладывать в настоящий момент. – Как ты себя чувствуешь, ничего не болит?

– Нет, все вроде как в порядке. Кто это? – спросил он, махнув бластером в сторону спящего Сола.

– Это Сол, он из антивселенной, я тебе сейчас все расскажу, – пообещала я, прыгая от холода на месте.

– Почему твоя одежда разорвана? – спросил он, заметив остатки импровизированных бинтов.

– Тебя сильно покалечили те твари, поэтому мне пришлось наложить шины из осколков кристаллов на переломленные конечности. Я закрепила их лентами, сделанными из одежды, – ответила я, встав на цыпочки и стянув у него с головы уже не нужную повязку, – но сейчас все в порядке, Сол ввел в твою кровь нанороботов, они восстановили ткани. Теперь у тебя есть некоторые преимущества перед обычными смертными, только я еще не расспросила, какие.

Он стал досконально осматривать меня, повернув сначала к себе спиной, а потом лицом, внимательно изучив рану на руке.

– Со мной все в порядке, правда, – лепетала я, ежась от холода.

– Похоже, я много пропустил, – резюмировал он крайне недовольным тоном. Рей снял с себя куртку и футболку и сел в нишу. Протянув руки, он молча сгреб меня в охапку и посадил на свои скрещенные ноги.

– Ты совсем ледяная! – проворчал он, прижимая меня к своей горячей груди, сверху накрывая курткой. Футболка была тут же приспособлена в качестве пледа для ног.

– Ну а теперь расскажи, что же всё-таки произошло.

Я начала быстро тараторить, рассказывая о Соле, о том, как появляются выжженные круги пропавших ученых, антивселенной, нанороботах, попутно делилась соображениями о том, куда могла улететь Элизабет. Однако о том, что этому предшествовало: прыжок в пропасть, обвал, плаванье с водорослями, я умолчала, предчувствуя то, что Рей будет крайне недоволен. И еще мне не хотелось расплакаться перед ним, ведь я когда-то пообещала, что буду сильной.

Время шло, болезненное возбуждение сменилось полной разбитостью. Вскоре обессилев от всего пережитого и согретая теплом Рея, я стала засыпать. Слова стали путаться, и, в конце концов, моя голова безвольно упала на его грудь, и тут я услышала, как бьётся сердце Рея – сильное сердце здорового человека. И сейчас лишь в этом монотонном приглушенном звуке было все мое счастье.

Через сон я слышала, как Рей тихо шептал мне нежные успокаивающие слова, его руки крепко и надежно обнимали меня, сдерживая волной проходящие по изможденному телу судороги.

Я все еще спала, когда Рей тихонько произнес:

– Джиллиан, просыпайся, Ронни уже связывался со мной через коммуникатор – они на входе в грот!

Я с трудом разлепила глаза и, осмотревшись, осознала, что Рей все еще держит меня на руках и стоит у светящегося шара. Сол собрал свой лежак и сидел на корточках.

– Привет, – помахал он рукой снизу, – лучше себя чувствуешь? Тебя так трясло и передергивало во время сна, что я уж подумывал и тебе нано роботов ввести.

– Нет уж спасибо, все в порядке. И подтверждение своих слов я сползла с рук Рея и, слегка пошатываясь, встала рядом.

– Через полчаса нам придется преодолевать грот, тебе понадобятся силы, – предупредил меня Рей, прижав к себе спиной.

– Но я уже ныряла в него. Там не глубоко, да и переход короткий. Я справлюсь.

– Хорошо, – кивнул Рей. – Я попросил Сола до прибытия на Землю не раскрывать всех карт. Пусть пока все думают, что его перенесли сюда из антивселенной для переговоров по поводу борьбы с болезнью и какими-то техническими знаниями своего народа, он не обладает. Про то, что он имеет при себе некоторые образцы технологий, тоже умолчим, в том числе и про нанороботов. Скажем, что если он подвергнется опасности, его тут же переместят обратно из любой точки пространства, хотя это и не соответствует действительности. Насколько я понял, он может сделать прыжок, только предварительно сообщив свои точные координаты через их спутник, который вращается вокруг планеты. Именно поэтому он переместился на планету, так как она имеет определенные орбиту и цикл вращения. В то время как траектория движения корабля непредсказуема. Все это даст нам еще некоторое время для поимки предателя и повысит вероятность того, что мы доставим Сола на Землю без приключений. Кстати, Сол, пора бы уже тебе спрятать твои приспособления.

Сол поднялся, нажал на своем планшете пару кнопок, и тут же свет, исходящий от него, померк. Он достал из рюкзака с десяток предметов и, отойдя от нас на пару метров, завалил их камнями.

– Готово, – сказал он, забрасывая почти пустой рюкзак на плечи.

Рей еще несколько минут объяснял Солу, кто есть кто в нашей группе, а так же то, что в корпорации действует группа, которая занимается хищением технологий и ученых. Он предупредил его о том, что в группе может быть предатель и ему надо быть крайне осторожным.

Вдруг лагуна засветилась бледно-желтым цветом, и на поверхность вынырнул человек, облаченный в водолазный костюм и маску. Сняв ее, он стал крутить головой в разные стороны.

– Мы здесь, Джек! – крикнул Рей, заставив мужчину резко оглянуться в нашу сторону. Видно было, что Джек находится в состоянии некоторой растерянности. Подплыв к краю лагуны, он начал выбираться и с удивлением воскликнул:

– Рей, мы думали, что те твари убили тебя, а тебе хоть бы хны!

– Можно сказать, что я отделался легкими ушибами. Где команда?

– Смит и Браен уже на базе. После того как Джиллиан сиганула за тобой в пропасть и обрушила свод, мы решили, что надеяться на ваше спасение уже не стоит.

Рей покосился на меня, но ничего не сказал, а Джек тем временем вытащил из воды сумку и продолжал:

– Добравшись до кромки леса, мы связались с базой и сообщили о том, что у нас чрезвычайная ситуация. Было решено возвращаться, челнок должен был забрать нас в течение суток. Однако уже через четыре часа наш радар обнаружил сигнал от датчика Джиллиан. И хоть надежды уже не было, мы решили его проверить. Когда мы подлетели на челноке к входу в грот, конечно, Джиллиан там не было. И тут на коммуникатор Ронни стали пробиваться твои позывные. Найдя датчик Джиллиан, закрепленный на скале, мы поняли, где находится вход в грот. Кстати, у меня только два гидрокостюма, подогнанных под вас, – сказал Джек, с подозрением покосившись на Сола, – а для этого парнишки ничего подходящего нет. Кстати, кто вы, еще один местный житель или так – проездом?

– Ха, – усмехнулся Сол, – нет уж, увольте меня от совместного проживания с местными обитателями, они мне и так изрядно надоели своими визгом за последний месяц, я, скорее, проездом. Меня зовут Сол, я из антивселенной и очень рад, что, наконец, выберусь из этих пещер. Он протянул Джеку руку, и тот ее пожал.

Одевать гидрокостюм для меня было настоящей пыткой – резина сдавливала тело, и каждый ушиб или ссадина отзывались болью. Сжав зубы, чтобы не застонать, я все-таки справилась с этой задачей, немного отстав от других. Парни уже давно прыгнули в воду, когда я потихоньку начала спускаться по камням. Рей помог мне и, положив мои руки на свои плечи, поплыл в сторону входа.

– Приготовься, сейчас будем нырять.

Я, надев маску, сделала глубокий вдох и ушла под воду, чтобы через пару минут уже вынырнуть снаружи. Посмотрев наверх, я увидела, что над поверхностью воды на высоте пяти метров над нами завис челнок, люк его был открыт, и из его отверстия торчала голова Ронни. Он помахал нам руками, и Джек, подплыв ко мне, предложил подняться первой. Закрепив страховочный трос, он подал знак Ронни, и я взмыла над водой. Оказавшись на борту, я тут же испытала на себе радость команды: Ронни обнял меня, говоря, что за последние сутки он чуть не поседел, Алиса улыбнулась – это я видела вообще не часто, а Ной со всей мочи дружественно пожал мне раненное плечо, отчего я тут же взвыла. От медвежьих ласк Ноа меня спас Рей, который поднялся на борт последним. Быстро раздав распоряжения, он помог мне стащить гидрокостюм и замотал в теплый плед. Солу так же пришлось избавиться от мокрой одежды и воспользоваться одеялом. До прибытия на базу он дремал, полулежа на кресле. Мне стало его жалко, похоже, парень сильно измотался. Еще бы целый месяц прожить в пещере со змеюками и водорослями, то еще удовольствие.

На базу мы прибыли через два часа. То, что все были удивлены нашему спасению, ничего не сказать. Появление Сола, который представился как переговорщик из антивселенной вызвало в команде крайнее изумление и замешательство. Было решено, что на следующий день на общей летучке мы обсудим все подробности вылазки, а сегодня нам предстоял тщательный осмотр доктора Смита, специальное меню для восстановления сил и отдых. По сути, медицинская помощь понадобилась только мне. Доктор провел полную диагностику внутренних органов и, славу богу, повреждений не нашел, зато синяков было полно на всем теле, особенно на спине. Зашив рану, оставшуюся после извлечения датчика, обработав все мои ссадины и сделав укол антибиотика и обезболивающего, Смит отпустил меня восвояси.


Глава 7


Перекусив и приняв душ, я решила восстановить силы и завалилась спать в комнату Рея. Не знаю, сколько прошло времени, но проснулась я, когда уже было темно. Посмотрев на свой наручный коммуникатор, я поняла, что сейчас уже поздняя ночь, и, громко зевнув, села на кровати. Каждое движение отзывалось болью в мышцах: что-то похожее я испытывала, когда в школе на физкультуре нас заставляли пробегать пять километров без какой-либо подготовки. До спины просто невозможно было дотронуться, но все-таки, собравшись с силами, я добрела до туалета в конце коридора, пообещав себе завтра на утреннее собрание всё же сходить. Вернувшись в комнату, я вздрогнула от неожиданности – на кровати сидел Рей.

– Привет! – обрадовалась я и подошла к столу, чтобы положить полотенце.

– Как ты? – спросил он, загородив весь узкий проход между кроватью и столом.

«Похоже, разговор будет серьезным», – размышляла я, оценивая выражение его лица.

– Думаю, через пару дней приду в себя, – протянула я, глупо улыбаясь. Он задумчиво посмотрел на меня и, потянув за руку, посадил на стол, оперевшись руками на столешницу с обеих сторон.

– Джиллиан, я изучил записи с камер видеонаблюдения.

– И…?

– Ты нарушила инструкции и могла погибнуть! – воскликнул он.

– Кажется, я уже высказала своё мнение по поводу этих самых инструкций.

– Да, я заметил, – утвердительно кивнул Рей, – это было до того, как ты сиганула в пропасть и каким-то чудом не разбилась в лепешку. Джиллиан, меня уже было не спасти, травмы были несовместимы с жизнью. Если бы не нанороботы Сола, мы бы не говорили сейчас с тобой. Но его могло там и не быть. Точнее, там никого не должно было быть! Ты не должна впредь так рисковать, несмотря ни на что!

Конечно, Рей был прав, если бы там не было Сола, все бы обернулось плачевно. И я, вспомнив его измученное ранами тело и бледное лицо, непроизвольно шмыгнула носом, пытаясь удержать накатившиеся слезы.

– Я сделала бы это в любом случае, и если того потребуют обстоятельства, я сделаю это снова, даже если у нас будет нулевой шанс на спасение, – прошептала я, судорожно вздохнув, чтобы окончательно не разрыдаться.

Рей опустил голову и покачал ей. По-видимому, этот жест означал, что спорить со мной бесполезно.

– Полежи со мной, пока я не засну, мне так спокойнее! – попросила я жалобным тоном, положив руку на его плечо.

– Ладно, но только часик, я потом пойду посты проверять, сегодня с тобой Алиса ночует.

– Угу, – расстроилась я и забралась к стене, а Рей снял ботинки и лег на бок на краю кровати. Он обнял меня одной рукой и поцеловал в лоб.

Закрыв глаза, я стала думать о том, что неплохо бы завтра сходить на окраину леса и взять несколько свежих образцов плодов деревьев или найти хороший отросток. Если бы возможно было их ростки переместить на Землю, можно узнать больше об их строении, способах питания, обмене веществ.

Я чисто механически, не задумываясь, водила пальцем по груди и животу Рея, очерчивая рельеф его мышц. Мысли мои перешли на инцидент с двумя кораблями, один из которых, очевидно, забрал Элизабет и ее команду. Все указывало на то, что встреча с челноком в лесу была уже запланирована, в то же время на основной лагерь, скорее всего, напали.

Вдруг Рей взял мою руку, чертившую дорожки на его теле, и, поцеловав ее, положил к себе на плечо.

– Ты меня сейчас до греха доведешь! – предупредил он, и я замерла.

– Ой, прости, я не нарочно! – извинилась я, посмотрев ему в глаза, взгляд которых говорил сам за себя.

– Спи! – коротко скомандовал он.

Я потянулась, зевнув и, как обычно, почувствовав рядом с Реем себя в полной безопасности, плотнее к нему прижалась для того, чтобы заснуть, отбросив все тревоги.

На следующее утро я проснулась от шума и возни – это Алиса рылась в своей сумке, периодически выбрасывая некоторые вещи на стол.

– А, вот она! – победно воскликнула Алиса, вытаскивая зубную щетку. Увидев, что я проснулась, она, как обычно, командным голосом сказала:

– Так, у нас полчаса до общего сбора, живо переворачивайся на живот, я должна намазать твою спину вот этим гелем, доктор сказал, что синяки сойдут меньше чем за неделю.

Я перевернулась, предварительно задрав футболку, и через мгновение почувствовала прикосновение холодных рук Алисы.

– Я хочу тебе кое-что сказать насчет твоего недавнего необдуманного поступка, – помедлила она, прежде чем продолжить. – Это было на грани отчаяния – так сделал бы только искренне любящий человек, я тебя понимаю. И еще, если тебе когда-нибудь понадобится моя помощь, можешь на меня рассчитывать и считать своим другом.

Я засмеялась в ответ.

– Спасибо, теперь у меня есть хоть один друг. Когда вернемся, пройдемся как-нибудь по магазинам? Мне всегда хотелось сделать это с подругой! – спросила я, смотря на Алису через плечо.

Ее лицо после этого вопроса приняло серьезное выражение, кажется, ей идея не понравилась. Я отвернулась обратно, не ожидая какого-либо ответа, и легла ровно, в ожидании, когда вся мазь будет втерта в кожу.

– Ладно, – неожиданно ответила она, – так и быть, сходим. Можешь одеваться!

Я поднялась и стала одеваться в свою повседневную одежду, теперь можно было отправляться на утренний сбор.

Почти все уже собрались в командном центре, Сол сидел за столом и уплетал жареную картошку с отбивной. Я и Алиса взяли свои пайки, сели за столом рядом и тоже принялись за завтрак.

– Как же вкусно! – заметил Сол, облизывая ложку и вскрывая следующий пакет. – Я уже третью порцию ем.

Я улыбнулась в ответ, думая, что неплохо бы это услышать от Ронни, который постоянно ругался, критикуя нашу пищу.

Тут на середину комнаты вышел доктор Браун.

– Ну что же, обсудим текущее положение дел. В результате нашего похода мы практически ничего не выяснили относительно судьбы группы Элизабет, зафиксировав лишь гибель одного человека из ее команды от корневой системы деревьев. Также было установлено, что ее группа отклонилась от первоначально заданного курса, оставляя засечки для спасательной команды. С какой целью это было сделано и куда они приведут, мы так и не узнали, поспешив на помощь по сигналу SOS от Сола. Наш новый знакомый прибыл из другого мира, из антивселенной. Сол, можете вы нам рассказать о вашем мире и с какой целью вы прибыли к нам? – обратился доктор Браун к Солу и сел на стул, уступая ему место.

– Привет! – сказал дружелюбно Сол, выйдя на середину комнаты. Сначала я должен вас проинформировать, что группа, которая находилась в десяти милях от места моего появления, покинула планету на корабле примерно в то же время, что и люди с базы. Больше об этом инциденте я ничего не знаю. Теперь немного о моем мире.

Сол начал рассказывать краткую историю технологического развития его мира, повторяя то, о чем я ранее узнала. Доктор Браун, знаток классической и квантовой физики, стал задавать ему вопросы, и каждый ответ Сола настолько его поражал, что, в конце концов, он запустил пальцы в волосы, восклицая: «Какие же мы тут все дураки!». Йен, по-видимому, тоже был в шоке, однако сдержал себя, лишь сняв очки и потерев пальцами переносицу. Ронни растерянно произнес:

– Это ж получается, что все книги по квантовой физике переписывать придется?

А Сол, тем временем, просто снисходительно улыбался. Все остальные слабо разбирались в физике, поэтому просто тихо сидели, понимая, что сейчас в данный момент этот человек перевернул все классические представления человечества об устройстве мира.

Доктор Смит повернул разговор в другое русло:

– Сол, с какой целью вы сюда прибыли?

Сол начал разъяснять суть его проблемы и, объяснив присутствующим, с какой целью они похитили нескольких ученых, он обещал, что их обязательно вернут, только не на эту планету.

– Энергия перехода из одного мира в другой значительна, – объяснял он нам на пальцах, – поэтому путь между мембранами всегда выбирается кратчайший, и сейчас он соответствует другим координатам. Если мы поспешим, то можно успеть к планете, которая расположена в этой же галактике, и нам удастся осуществить переход всех ученых сразу. Через полмесяца такого удачного расположения не будет, придется перемещаться в другую галактику и лететь за ними на противоположную часть вселенной. Сол назвал координаты звездной системы и планеты.

Доктор Смит поднялся:

– Командир, корабль готов осуществить предлагаемые маневры?

– Подождите несколько минут, я сделаю расчеты! – Джейн сидела, сосредоточенно вычисляя с помощью навигационной программы траекторию полета. – Ну, что же, – сказала она, не отрывая взгляда от экрана, – программа расчетов показывает, что ничего нам не мешает это сделать. Рядом с этой звездой находится планета, колонизированная нордами. Скачок к ней займет семь стандартных дней, дальше дозаправка на их станции, от них – к соседней планете, то есть конечного пункта назначения. До нее будем двигаться около четырех суток. Компьютер показывает, что наших запасов топлива, пищи, воды и воздуха хватит до прибытия на Землю.

Я подняла руку, и доктор Браун дал мне слово.

– Хочу напомнить, что мы так и не выяснили судьбу команды Элизабет, что является первоначальной целью нашей экспедиции. Сол сообщил, что он засек два старта с планеты: один из лагеря, а другой к северу от пещер. Возможно, что одну из групп похитили, а может, и обе. Наша команда тоже может подвергнуться нападению, поэтому не лучше бы сначала выяснить все же, что произошло.

– Нет, – сказала Джейн, – сейчас нам придется спешить, если командование корпорации прикажет отправляться за учеными, поиски Элизабет временно придется отложить. Переход между звездами в одной галактике по энергетическим затратам намного экономичнее прыжка через всю вселенную, а энергия, как известно, эквивалент деньгам. Совет почти на сто процентов одобрит вариант с прыжком к соседней звезде.

Я села и обреченно склонила голову, думая, что теперь поиски Элизабет затянутся на неопределенное время.

Тут встал доктор Браун.

– Предлагаю разделить команду. Конечно, мы не выполнили основную задачу, то есть не спасли команду Элизабет, но, по крайней мере, мы хоть примерно знаем, что здесь произошло. Итак, что мы имеем, – попытался он подвести итог. – Команда разделилась на две части. Та группа, что осталась в лагере, подверглась нападению и была похищена, как и корабль с орбиты, на котором прибыла экспедиция. Группа, ушедшая в лес, сменила свой изначальный маршрут, и, судя по тому, что нам были оставлены подсказки и метки, они это сделали неслучайно. По данным Сола, их забрал неизвестный челнок, и, смею предположить, что это не было похищением. Это был побег! Возможно, группа Элизабет по какой-то причине пока скрывает свое местоположение. Я думаю, что в настоящий момент необходимо закончить дела здесь, вернуть как можно быстрее наших ученых из антивселенной и доставить Сола на Землю. Сегодня совет должен получить наши отчеты и сделать выводы о полученной информации, я попрошу их разработать дальнейший план по поиску пропавших людей миссии. Я буду настаивать, чтобы одна часть команды отправилась забирать ученых, а другая – осталась здесь и дожидалась другого корабля с Земли. За это время будут собраны все необходимые образцы, мы определим возможность их транспортировки на Землю и таким образом завершим научную работу в этой миссии.

– Ладно, давайте попробуем сделать так, – сказала со своего места Джейн и отложила планшет в сторону, скрестив руки на груди, – в полет я возьму всех своих пилотов, они мне понадобятся при маневрировании. Здесь же останется один челнок, с его управлением справятся все. Рей, сколько людей ты выделишь нам?

– Я выделяю трех человек. Здесь останутся четверо – я, Алиса, Ноа и Джек.

– Этого хватит? – удивился доктор Смит. – Если что-то случится с Солом, я думаю, нам этого не простит его руководство, да и наше тоже.

Рей задумчиво посмотрел на доктора Смита.

– Ничего страшного, Сол сообщил мне, что если кто-то попытается причинить вред его здоровью, его тут же переместят, при этом за сохранность корабля и команды он не ручается. Кроме того, корабль сам по себе имеет очень хорошую защиту, и в космосе его просто так не захватить.

Доктор Смит, отвечающий за здоровье команды, предложил Клариссе и Ольге отправиться вместе с Солом за учеными и потом на Землю, а сам решил остаться на планете.

– Ну, что же, – громко заключил доктор Браун, оглядев всех нас, – научная группа в практически полном составе остается тут. Нам придется хорошо потрудиться. Теперь прошу всех разойтись. К вечеру всем нам необходимо подготовить отчеты и согласовать свои планы с Землей. Джейн, когда вы будете готовы?

– Примерно через сутки, если с Земли дадут добро сегодня.

– Хорошо, расходимся.

Я поднялась и, опустив голову, побрела в лабораторию. «Ничего не поделаешь, опять тупик. Надо что-то самой придумывать, спасение утопающих – дело самих утопающих», – обдумывала по пути я сложившуюся ситуацию. Я зашла в лабораторию и, засев за компьютер, стала писать отчет и заодно размышлять, что еще можно предпринять для поиска Элизабет.

В лабораторию зашли Йен и Ронни.

Ронни, жуя очередной бутерброд, громко жаловался:

– Йен, они лишили меня десяти процентов премии! Это же несправедливо! У нас тяжелый труд, всякое случается, лучше бы они налоги с нас сняли, вот бы я спасибо сказал.

Я повернулась к Ронни и Йену, уставившись на них, – в моей голове зрел очередной безумный план, и, как обычно, без моих друзей мне не обойтись.

Йен посмотрел на меня и, поняв, что что-то не так, поинтересовался:

– Все нормально, Джиллиан?

Я вздрогнула, выходя из задумчивости, и вполголоса пробормотала:

– Налоги, налоги, налоги….. Йен, налоги за перемещение корабля отчисляются Нордам каждый месяц автоматически?

– Да, это так. Каждый раз, когда любой корабль проходит через врата и выходит с другой стороны, к Нордам приходит информация о его идентификационном номере и пути следовании, ну а потом их система автоматически запрашивает плату за перемещение у его владельца.

– Корабль, на котором сюда прибыла миссия Элизабет, забрали похитители, и он совершил прыжок отсюда через гиперпорт, так? Идентификационный номер его известен, поэтому его мы можем найти легко. Кроме того, те два корабля тоже были зафиксированы системой. Спорим, что за все это время, кроме них и нас, через эти ворота никто не проходил. Узнав номера двух других кораблей, мы сможем отследить все их перемещения через гиперпространство. Кроме того, мы определим их владельцев!

Под конец моих рассуждений Ронни уже забыл о своем бутерброде.

– Информация о перемещениях засекречена, нам ее Норды не дадут.

Я пожала плечами и, смотря на компьютерного гения Йена, предложила:

– Может, взломаем их базу и немножко там покопаемся? Пожалуйста! – протянула я жалобно.

Йен сидел, смотря мне в глаза, было видно, что он взвешивает все за и против.

– Ладно, я согласен на эту авантюру. Но! Несмотря на то, что я могу взломать базу Нордов незаметно для них и добыть необходимые данные, мы не можем их сейчас обнародовать. В наших рядах есть предатель, и если он узнает путь следования корабля, забравшего вторую группу, то их тут же выследят, и тогда Элизабет и все, кто с ней рядом находятся, окажутся в опасности.

– Но все же, если она оставляла мне подсказки, как самому верному ей человеку на всем белом свете, значит, она хочет, чтобы я ее нашла. Возможно, узнав о похищениях ученых и группе предателей, которые этому способствуют, она перестала бы доверять корпорации, совету, и сама взялась за их поимку. Понимая, что вслед за ними отправят спасательную миссию и в ней тоже будет предатель, она оставила нам подсказки, дав возможность подготовиться к нападению.

– Теперь, скорее всего, этот человек отправится на корабле вместе с Солом, – предположил Йен. – Конечно, захватить корабль они не рискнут, ввиду того, что при экстренном перемещении Сола все и вся разлетится по кускам, но информацию от первоисточника об антивселенной попытаются собрать в избытке.

– Йен, сколько займет по времени взлом системы Нордов и поиск данных?

– Придется работать несколько суток без перерыва.

Ронни похлопал его по плечу:

– Я напишу пока твой отчет, друг!

– Хорошо, – пробормотал, поморщившись Йен. – Только, пожалуйста, не включай туда всякие околонаучные идеи, это не в моем стиле!

Ронни поднял указательный палец вверх, несколько торжественно произнеся:

– Факты, только факты, мой друг! Мои гениальные идеи должны находиться только в моих отчетах. И поверь, начальство рано или поздно их оценит!

Мы все принялись за работу. Время летело незаметно. Уже через пару часов пришло одобрение плана доктора Брауна, и часть команды начала готовиться к полету, рассчитывая траекторию корабля на каждом участке пути. Рей со своими ребятами укрепляли оборону лагеря, стараясь нивелировать значительное уменьшение численности состава военных. Он и Алиса знали о нашем безумном плане и тоже с нетерпением ждали результатов поиска.

Ронни и я давали Йену каждые шесть часов немного отдохнуть, дежуря в лаборатории и никого не подпуская к компьютеру, на котором наш гениальный друг постепенно, незаметно для Нордов, взламывал их базу данных по вратам. Ничем, по сути, не в состоянии помочь ему, мы углубились в изучение с помощью спутников кромки леса у пещер. Через некоторое время мы обнаружили, что змеи из пещер периодически выползают к лесу. С закатом солнца они направлялись к лесу, чертя по высокой траве линии своими черными большими туловищами. Сначала мы подумали, что там они охотятся на птиц, но, проанализировав свои наблюдения в походе, мы пришли к поразительным выводам. Так как в лесу и около него не было останков птиц, которые мы могли бы увязать с нападением змей, но были обтесанные деревья, то, возможно, эти змеи питаются, обгладывая кору с деревьев. Громким криком и стреляющими перьями они отпугивают от себя и своего потомства нападающих на них летающих хищников. В следующие два дня Ронни предложил совершить облет прибрежной территории на челноке и сделать более детальные наблюдения.

Наконец, я и Ронни на пятые сутки после отлета части команды, вернувшись после обеда в лабораторию, и нашли Йена в крайне задумчивом и растерянном состоянии. Он сидел, уставившись в компьютер, запустив руки в свою кудрявую белокурую шевелюру, что-то бормоча себе под нос.

– Похоже, дело сдвинулось? – спросил Ронни и подошел к компьютеру, наклоняясь над ним. – Что там?

Я пристроилась рядом. На экране было несколько страниц информации, понятной только Йену.

Йен повернулся к нам на стуле:

– Элизабет действительно ушла от похитителей ученых. Данные, собранные мной, говорят о том, что к этой планете прибыли три корабля. Первый – это Зевс, на котором прибыли ученые, за ними через двое суток – два торговых судна. Все три ушли примерно в одно время с разницей в два часа, и все переместились в разные места. Зевс оказался у одной из планет, давно покинутой обитателями, туда редко кто совершает прыжки, и, скорее всего, его там просто прячут. Второй корабль совершил прыжок к Керсанам и находится возле их планеты уже довольно длительное время. Третий корабль сделал несколько скачков по основным торговым планетам и сейчас находится в гипертоннеле. Пока он из него не выйдет, о его месте положении я ничего сказать не могу.

– И на каком же корабле Элизабет с группой? – спросил Ронни, глядя на Йена. Йен пожал плечами:

– Без понятия, я навел справки о владельцах этих двух кораблей. Кейн Линсейд и Цубер – так их зовут. Судя по их досье, оба имеют большой опыт торговли, однако в работорговле их ни разу не уличали.

– Что же теперь делать? Как мы узнаем, кто есть кто, из этих двух? – задалась я вопросом.

– Никак, только арестовав оба корабля, корпорация может выяснить истинные намерения их владельцев. Нам надо как-то передать полученную информацию председателю совета, только в его власти требовать у правительства задержать корабли для досмотра.

Тут в лабораторию вошел Рей и, заметив перемену в обстановке, поинтересовался, как у нас идут дела. Я вкратце обрисовала ситуацию и проблему, которая возникла у нас. Ронни в конце мое рассказа предположил, что корабль, находящийся в гипертоннеле, скорее всего, идет за кораблем с Солом на борту.

Йен тут же начал всматриваться в документ на экране в компьютере.

– Это корабль Цубера, – сообщил он. – Мы должны предупредить «Прометей», несмотря на риск разоблачения.

Рей кивнул в знак согласия.

– Готовь сообщение! Действовать нужно немедленно!

Через час сообщение было готово. В нем мы отобразили всю добытую информацию о Цубере и его корабле, предупреждая их о возможном нападении. Переслав его на Землю и на «Прометей», с чувством выполненного долга мы отправились отдыхать.


Глава 8


Враг пришел, откуда не ждали. Нас усыпили, пустив газ по вентиляции ночью, когда большая часть людей спала. Все системы в лагере внезапно отключились, и дежуривших этой ночью Джека и Ноа, после неравного боя, скрутили. Очнулись мы все уже связанные по рукам и ногам в каком-то незнакомом мне помещении. Я лежала на боку в шортах и майке, и мне было очень холодно. Рядом со мной были Алиса, Йен, Ноа и Джек. Все они уже очнулись и сидели, сосредоточенно смотря на кого-то. Осмотревшись по сторонам, я увидела других членов экипажа: они сидели кучкой поодаль и были окружены людьми в черной форме. Рядом с нами тоже было не менее десяти бойцов.

– А вот и малышка Джиллиан проснулась! – пропел совсем рядом высокий мужской голос. Я потихоньку привстала на колени, чтобы взглянуть на того, кто это произнес: невысокий, седовласый мужчина с козлиной бородкой смотрел на меня из-под круглых очков, слегка улыбаясь.

– Льюис! – крикнул он громко, отойдя немного подальше.

Один из охранников подошел и рывком поднял меня на ноги. Стоя, я еще раз огляделась, наконец, заметив Рея. Он был привязан к шасси истребителя толстыми цепями и сидел, свесив голову на грудь. Около него стояло несколько крепких мужчин. По растерзанному виду некоторых охранников и разорванным цепям наручников, я поняла, что он просто так не сдался, и они его отключили.

Я повернулась к мужчине.

– Кто вы? И что вам от нас нужно? – спросила я, глядя ему в глаза и уже догадываясь, что это тот самый человек, который стоит за похищением людей.

– Меня зовут Цубер. Конечно, ты меня не знаешь, но заочно мы уже знакомы. Как-то я хотел тебе преподнести подарок из четырех пуль вот сюда, – произнес он, показывая пальцем на лоб. – Но, к сожалению, твой защитничек Рей спутал нам все карты. На Церере сама выкрутилась, поздравляю, ты сообразительная девочка! Не скажу, что я так уж рад твоему везению. Но теперь стало даже интереснее – я могу придумать что-нибудь более забавное! – с извращенным восторгом произнес Цубер, и его лицо исказилось в противной усмешке. – И еще, хоть ты со своими дружками и раскрыла мое имя, успев передать информацию корпорации, это нисколько не помешает мне захватить «Прометей» и Сола. На «Прометее» ваше сообщение было удалено моим человеком из технической группы, поэтому нападения они не ожидают. Я получу за них хорошее вознаграждение и уже через месяц буду продолжать свое дело под другим именем на других кораблях. Льюис, окажи малышке Джиллиан теплый прием, она этого заслужила, только не переусердствуй! А их всех по камерам развести! Ее – в отдельную, – указал он на меня кривым пальцем с пожелтевшим длинным ногтем и, развернувшись, вышел из ангара.

Здоровый мужчина, поднявший меня, так же криво, как и его хозяин, усмехнулся и вдруг неожиданно со всего размаху дал мне кулаком в солнечное сплетение. Я упала, согнувшись пополам от боли и жадно ловя воздух открытым ртом. В глазах моих потемнело.

– Чертов ублюдок, я доберусь до тебя и своими руками сверну тебе шею! – яростно закричала Алиса, и я услышала стук цепей.

– Лучше со мной подерись, козлина! – громко пробасил Ной. В этот момент я услышала смех и почувствовала, как меня поднимают над полом и швыряют об стену. Сползая по ней, уже на грани сознания, я слышала звуки борьбы и ругани.

Не знаю, сколько прошло времени, прежде чем я очнулась в темной одиночной камере и, ощутив острую боль во всем теле, застонала.

– Как же больно! – простонала я, и при попытке встать поняла, что грудь моя просто разламывается от боли.

– Боже, помоги, помоги нам всем! – прошептала я, обхватив себя руками и призвав всю волю, чтобы опять не потерять сознание.

Вдруг в комнате зажегся свет, и в нее вошел человек – это был доктор Смит! Доброжелательный человек, доктор, которому мы доверяли свое здоровье, жизни, уважаемый член совета оказался предателем, повинным в гибели людей. Я зло посмотрела на него исподлобья.

– Как спалось, Джиллиан? – совершенно спокойным тоном спросил доктор, как будто это само собой разумеющийся вопрос в данной ситуации.

Я ничего не ответила, продолжая сверлить его ненавидящим взглядом.

– Твой друг Рей вчера не на шутку разбушевался, пришлось его усмирить! Помогла только дюжина бойцов с электрошокерами.

Я резко вскочила с койки и сразу согнулась в три погибели от боли, вымученно проскулив:

– Боже, что вы с ним сделали? Он жив?

– Жив, жив пока, – расслабленным, ленивым тоном произнес он, – поразительный человек – другой уже давно бы умер от такого количества ударов током, а этот до их пор держится!

«Хорошо, хоть он не знает о том, что Рей теперь под защитой нанороботов, иначе его по кускам разобрали бы!» – подумала я, с трудом сев на скамейку.

– Собственно говоря, я пришел, чтобы отвести тебя на казнь, Цубер спрашивает, есть ли у тебя последнее желание? – поинтересовался он безразличным тоном.

– Да, есть. Отпустите команду и меня на свободу! – громко сказала я, хотя каждое слово давалось мне с трудом. Похоже, еще один удар пришелся по челюсти, и она просто адски ныла.

Доктор противно захихикал.

– Ну, ты и юмористка! Других желаний нет?

Единственным моим желанием было увидеть Рея и побыть с ним пять-десять минут наедине напоследок, и еще я хотела быть его навсегда, до самой смерти. Я хотела, чтобы он это знал!

– Перед смертью я хочу выйти замуж! – пробурчала я, исподлобья смотря на доктора. Доктор Смит еще больше рассмеялся.

– Ох уж эти женщины! За кого же, позволите спросить?

– За Рея. Организуйте нам встречу, где мы подпишем документы!

Смит, отсмеявшись, выдохнул.

– Хорошо, Джиллиан, да исполнится твоя последняя воля!

И он вышел из комнаты, сделав знак следовать за ним. Двое наемников тут же пристроились у меня за спиной, как будто я могла сбежать куда-то с этого корабля. Хотя накинуться сзади на Смита очень хотелось – накинуться и перегрызть ему горло!

Меня привели в большую комнату и усадили на стул. Доктор ушел, а два мордоворота остались и стояли позади меня, прислонившись к стене.

Приблизительно через час дверь открылась, и на пороге появился Рей. На нем не было живого места: лицо было разбито, на губе и глазах запеклась кровь. Он, пошатываясь, остановился у порога, после чего двое охранников грубо втолкнули его в комнату.

– Рей, Рей! – закричала я и, вскочив со стула, хотела подбежать к нему, но один из охраны резко откинул меня в сторону, как пушинку. Я пролетела несколько метров, ударилась о стену и сползла вниз, кашляя от боли в груди. В глазах потемнело, и я услышала следы борьбы, потом увидела Рея, лежащего на полу.

– Шон, ты почти ее убил, не лишай меня этого удовольствия! – прицокивая языком, недовольно сказал Цубер. Войдя в комнату, он приказал привести в сознание Рея. И через минуту нас усадили за стол. Кто-то из его команды искал в сети нужные документы. Я же смотрела только на Рея. Смотрела и запоминала его лицо – мое любимое лицо и тело, измученное ранами. Мне хотелось заплакать и кинуться к нему, но я решила, что в последний момент он увидит меня спокойной и непреклонной перед лицом врага. Единственное, что меня утешало, так это то, что нанороботы через несколько часов излечат его, а значит, шанс на спасение все-таки у них есть.

– Вот, – указал на экран через пять минут щуплый мужчина в форме и протянул мне планшет, на котором были выведены бланки с нашими данными.

Я взяла ручку и молча поставила свою подпись.

Планшет положили перед Реем. Он нахмурился, прочитав название бланка, резко поднял голову и посмотрел мне в глаза.

– Да, да, мой мальчик, – веселился Цубер, которому все это казалось забавным, – тебя поймали в сети брака, но не переживай, через два часа ты снова станешь свободным. Рей зло глянул на него, и рука охранника грубо вдавила его в стул. Он подписал документ молча и с болью посмотрел на меня.

– Я буду любить тебя до моего последнего вздоха! – тихо прошептала я, глядя ему в глаза. После этих слов меня рывком подняли со стула, а Рею стукнули по затылку, и он отключился, слабо прохрипев:

– Джиллиан…

– Зачем вы это сделали? Вы его убьете! – закричала я, вырываясь из рук охранника.

– Конечно, убьем! – спокойно отреагировал на мои слова доктор Смит, – но после того, как он сыграет вместе с остальными роль приманки. А пока пусть побудет в отключенном состоянии, он и так уже перекалечил половину нашей команды, и ребята его, мягко сказать, побаиваются.

Меня вытолкали из комнаты, и я поплелась за Смитом и Цубером. Мы шли по коридорам корабля, и я решила не мучить себя мыслью о неизбежном и выяснить судьбу команды.

– Что ждет команду? Вы ведь можете мне это сказать?

Цубер оглянулся. Как я и ожидала, он решил похвастаться своими дьявольскими планами.

– Сначала мы отправимся вслед за «Прометеем». После того как на него из вселенной Сола вернутся все ученые, доктор Смит поможет нам проникнуть на корабль. Он свяжется с командой «Прометея» и сообщит капитану корабля, что команда с Цереры была захвачена пиратами, и теперь их меняют на солидное вознаграждение. Мы возьмем только две трети суммы, как положено в таких случаях, и вышлем челнок с захваченными людьми к Прометею, но вместо ваших людей в этом челноке будет наша группа захвата. Они возьмут под контроль корабль. За ученых и человека из антивселенной мы получим огромное вознаграждение от Керсанов, а военных ликвидируем. Что касается тебя, то твоя тетка, не раз срывавшая поставки рабов, тоже получит несказанное удовольствие, когда будет искать твой окоченевший труп в просторах вселенной.

– Но Сола сразу переместят, к чему эта затея, у вас ничего не получится!

– Еще как получится, поразмыслив как следует, мы заметили, что перемещения происходят только с планет, а это значит, что им необходимы точные координаты.

Тут по виду переборок, связанных со спасательными капсулами, я поняла, что меня хотят выбросить в открытый космос. Запасы в такой капсуле очень ограничены, и протянуть там можно не больше недели. Гиперпрыжки она не совершает, да и радиус полета у неё небольшой. Но самое главное, я не умею ей управлять. Вот тут мне действительно захотелось закричать от ужаса, но реальность оказалась еще хуже.

– Чтобы смерть не показалась тебе скучной, да и Элизабет оценила мои старания, – продолжил он, высокомерно оглядывая меня, – мы посадим тебя в спасательный шаттл с запасом воздуха на два часа и отключенной системой обогрева. С корабля будет идти сигнал SOS – твоя тетка все же должна найти твой хладный труп. Кроме того, скрытая камера будет фиксировать твою гибель, чтобы она могла насладиться этим зрелищем.

Тем временем мы подошли к одному из шлюзов, он открылся, и меня втолкнули в челнок. Я обернулась и увидела довольное лицо Цубера, после чего дверь за мной закрылась. Через две минуты я почувствовала резкий толчок – челнок отстрелили от тела корабля. Он пару раз крутанулся, и через лобовое окно я увидела удаляющийся к гипервратам корабль Цубера. Через десять минут корабль совершил прыжок.

Теперь следовало обдумать свою ситуацию. Я осмотрела челнок: он был ярко освещен, но приборная доска не действовала. Поняв, что не смогу ничего сделать, я решила, по крайней мере, вырубить свет и хоть отчасти нарушить планы Цубера, сделав так, чтобы мои мучения никто не увидел. Я вырвала несколько блоков, с трудом сдерживая крик от боли в груди. Поставив блоки один на другой и добравшись до панелей освещения, я раскурочила их. Меня накрыл мрак. Я села в углу и, облокотившись на колени, стала смотреть в окно на звезды.

«Какие они красивые! – подумала я, утирая непрошеные слезы со щек, и мысли мои перенеслись в глубокое детство. Именно о звездах было мое самое первое воспоминание. Элизабет вынесла меня, тогда еще совсем маленькую трехлетнюю девочку, на улицу, на крыльцо родительского дома. Она завернула меня в одеяло и положила к себе на колени. Я была поражена красотой огромного ночного неба – оно было удивительно, и, глядя на него, я отчего-то поняла, что только здесь в этом одеяле по-настоящему тепло и безопасно. Я повернулась лицом к Элизабет и закрыла глаза. Мне не нужна была эта вселенная, достаточно этого маленького уютного мира. Вдруг Элизабет подняла руку.

– Джиллиан, посмотри на эту звезду! – указала она на тусклую звездочку, находящуюся недалеко от яркого скопления звезд. Я проследила взглядом по направлению ее руки и запомнила расположение звезды. – Я назову ее Джиллиан, и где бы я ни находилась, всегда буду смотреть на нее и думать о тебе.

– Правда, правда? – спросила я, наивно полагая, что у звезд на небе нет имен.

– Да, милая! – улыбнулась она мне в ответ. – Правда, правда.

Между тем в кабине челнока становилось все холоднее. По ощущениям температура уже была минусовая. Легкая одежда совершенно не защищала от холода, и через некоторое время я начала дрожать. Дыхание стало более глубоким, что говорило о начале кислородного голодания.

Я закрыла глаза и вспомнила Рея, его черты лица, смягченные светом двух лун, теплую шершавую ладонь, прикоснувшуюся к моей щеке. Его объятья даровали мне покой, защиту, одобрение, поддержку и, конечно, безграничную любовь. Так было с первой ночи, когда он лег рядом и обнял меня, он как будто говорил: «Эй, теперь я рядом, все будет хорошо, положись на меня!».

Прошло уже больше часа, мысли и воспоминания путались, меня тянуло в сон. «Похоже, это конец», – это была моя последняя мысль, прежде чем я почувствовала резкий толчок и потеряла сознание.

Через веки в глаза бил яркий свет. Потихоньку разлепив их и щурясь, я увидела лампу надо собой.

«Кажется, я все еще жива. Теперь у меня есть второй день рождения», – подумала я и, пошевелив потихоньку руками и ногами, поняла, что с моим телом, в принципе, все в порядке, то есть хотя бы все на месте. Я почувствовала, что лежу голой под простыней с плотно перебинтованной грудной клеткой. Сбоку послышался мужской голос, я резко повернулась, при этом голова пошла кругом, я невольно застонала.

– Уже очнулись? – спросил меня маленький седовласый старичок в белом халате. – Советую вам не совершать резких движений! У вас сотрясение мозга, несколько трещин в ребрах, множественные ушибы, и неизвестно, как еще скажется на организме перенесенная асфиксия.

– Спасибо за совет! Где я? – измученным голосом спросила я.

Доктор сел на стул напротив меня и представился.

– Я доктор Крег. Вы находитесь на корабле-перевозчике «Наутиус». Мы следуем с грузом от Нордов, в сторону колоний Керсанов, но до них нам надо посетить еще с десяток миров, оставив груз, предназначенный для них, и взяв на борт другой товар. Может, и вы представитесь, наконец? Не только же мне отвечать на вопросы!

– Ох, простите, Джиллиан Стюарт – я учёный из корпорации БиоНИК с земли, на нас напали пираты, и волею судеб меня вышвырнули за борт в консервной банке.

– Да уж, похоже, вы им сильно насолили!

– Как долго я была без сознания?

– Около десяти часов. Думаю, вам нужно принести что-нибудь поесть, – засуетился доктор. – Я схожу на кухню.

– Доктор, мне надо срочно встретиться с вашим капитаном. Я должна вовремя сообщить ему важную информацию, которая может спасти жизнь моих товарищей.

– Хорошо, – кивнул доктор. – Я сейчас же найду капитана и передам вашу просьбу! После этого он вышел из лазарета, и я осталась наедине со своими мрачными мыслями. Голова гудела непереносимо, но я все же попыталась сделать хотя бы грубый расчет того, сколько времени у меня уйдет на то, чтобы предпринять решительные действия. «Семь дней – это время, необходимое им для гиперпрыжка, еще пару дней они будут держаться в тени, выжидая момент, когда все ученые будут на борту «Прометея». Значит, получается, что у меня есть около двух дней, чтобы уговорить капитана этого торгового корабля напасть на корабль, полный наемников. На это он вряд ли пойдет. Никакое вознаграждение не восполнит ему потери корабля, приносящего отличный и, главное, постоянный доход. Но, возможно, за вознаграждение он согласится доставить меня на ближайшую планету, колонизированную людьми с достаточно развитой технологией. Можно попробовать собрать команду для штурма, обещая бешеные деньги от совета корпорации. Во всяком случае, необходимо предложить оба варианта», – подумала я, после чего потирая виски и закутываясь в простынь, я села на кушетке.

В этот момент в комнату вошёл доктор и высокий седовласый человек.

– Здравствуйте, я Алекс, капитан Наутилуса. Доктор Крег сказал, что вы хотите со мной поговорить.

Я повернулась – у стола, за которым ранее сидел доктор, стоял человек, внешний вид которого поверг меня в шок. По-моему, я даже рот раскрыла от удивления. На меня смотрели глаза, имеющие до боли знакомый светло-серый цвет, лицо его было точной копией лица Рея, однако время все же наложило на него свои отпечатки, проложив глубокие морщины. Мужчина стоял, скрестив руки, явно не понимая моего замешательства. Я медленно слезла с кушетки и, шатаясь, подошла к нему. Так же, как и сын, Алекс возвышался надо мной, и, чтобы посмотреть ему в глаза, мне пришлось задрать голову.

– Если сейчас же не предпринять решительных действий, то вы навсегда потеряете своего сына Рея! – отчеканила я, решив сразу брать с места в карьер.

Лицо Алекса выразило целую гамму эмоций – замешательство, удивление, радость и настороженность.

– Как? – вырвался у него вопрос, произнесенный хриплым от волнения голосом.

– Вам повезло, он вырос вашей точной копией!

– Боже, я ищу их уже двадцать лет! – практически прошептал он, глядя мне в глаза.

– Кстати, ваша жена Элис тоже жива и невредима! – поспешила я его обрадовать. – Она живет на Земле и работает в корпорации БиоНИК ботаником, а Рей командует группой сопровождения в миссиях. Они долго вас искали и до сих пор надеются на воссоединение.

Я видела, что Алексу с трудом удается бороться с чувствами. Как капитан корабля, он вряд ли когда-либо показывал свои истинные эмоции.

– Спасибо! – горячо поблагодарил он меня, вкладывая в одно слово все свои эмоции.

Он крепко обнял меня, и я вскрикнула от того, что от груди пошла острая боль. Резко отпрянув, он испуганно посмотрел на меня, а потом на доктора.

– У нее ребра почти сломаны, да и вообще ей еще как минимум месяца два поправляться, вы осторожнее! – посоветовал доктор, положив на кушетку чьи-то джинсы и футболку.

– Да, да, – закивал Алекс. – А вы, Джиллиан, я так понимаю, не из группы сопровождения?

– Нет, конечно! – сказала я, улыбнувшись и понимая, что Алекс отметил мою тщедушную комплекцию. – Я из научной группы, мы были с Реем в одной миссии, ну, и еще я, его жена.

Он улыбнулся и уже осторожно прижал меня к себе, поцеловав макушку.

– Теперь у меня и дочка есть!

Я зарделась, почувствовав заботу, к которой не привыкла в жизни, – заботу отца. После этого он и доктор помогли мне одеться, сама я пока не могла и руки поднять. Женщин на корабле не было, поэтому вся одежда была мужской, и, как обычно, мне велика. Хорошо хоть нижнее белье, носки и ботинки остались целыми, остальное доктор разрезал прямо на мне. Футболка висела чуть не до колен. Кроме того, мужчины, посовещавшись между собой, решили надеть на меня еще свитер Алекса, а джинсы не надевать. Что-то мне все это напоминало. Алекс завернул рукава на свитере и, оглядев меня, остался доволен моим нарядом:

– Так пойдет! – хором сказали доктор и Алекс.

На что я беззвучно рассмеялась, постанывая от боли.

– Можно я буду поправляться в другой комнате? Обстановка лазарета на меня давит! – попросила я у мужчин, с мольбой глядя то на Алекса, то на доктора.

– Ладно, – нехотя согласился доктор, – но тогда я установлю на вас биометрический датчик. Так я буду знать об отклонениях в вашем состоянии.

Алекс, в свою очередь, пожертвовал мне свою комнату в качестве временного пристанища.

– Джиллиан, будете ночевать у меня, а во время моих дежурств за вами присмотрит доктор Крег!

– Хорошо, я очень вам благодарна!

Через несколько минут доктор посадил меня на коляску и повез по коридору в сторону жилых отсеков. Судя по размерам жилого модуля, корабль был огромным, намного больше нашего «Прометея» или корабля Цубера. В коридоре было достаточно шумно: кто-то спешил по служебным делам, кто-то отдыхал, и из раскрытых дверей жилых отсеков слышалась музыка, грохот и чисто мужские разговоры. Почти все встретившиеся по пути местные обитатели бросали на меня взгляд, полный любопытства. Наконец мы остановились у одного из отсеков, и капитан провел рукой около замка. Комната была достаточно просторной для корабля: у стены стояла большая кровать, аккуратно заправленная темно-серым одеялом, а на столе, стоящем у противоположной стены, лежала кипа бумаг, сверху брошен планшет и тут же чашка. Похоже, капитан работал и на службе, и вне ее. Алекс осторожно перенес меня с каталки на кровать, поправил подушки и закутал в одеяло.

– Вам надо поесть! – напомнил доктор, измеряя мое давление и пульс.

Алекс нажал несколько кнопок на наручном коммуникаторе.

– Томми, сейчас к тебе подойдет доктор Грег, он скажет, что приготовить для Джиллиан!

Доктор, кивнув, вышел из комнаты, а Алекс сел на кровать.

– Теперь, Джиллиан, мы должны решить, что же делать дальше. Я думаю, ты мне должна рассказать все как можно подробнее!

– Хорошо, – с энтузиазмом согласилась я. – Начну с Цереры. Там произошли все основные события, приведшие волею судеб меня к вам.

И я стала описывать все самые основные события, произошедшие с нами на планете. Вкратце описав цель нашей миссии, я стала вспоминать ход экспедиции, пытаясь не упустить важные моменты и отложив на потом детали. Рассказ о существовании антивселенной, его очень удивил так же, как и новость о том, что его сын теперь практически неуязвим. Однако при этом он нисколько не удивился тому, что в совете был предатель, связанный с работорговцами. Узнав о том, какие планы строят эти нелюди, он пришел в бешенство и тут же отдал приказ о гиперпрыжке, поспешив вслед за Цубером.

Доктор Крег, тем временем, поставил передо мной поднос, на котором стояла тарелка с картофельным пюре, перемолотым с мясом, и большая чашка с теплым чаем.

– Спасибо, доктор, вы очень добры! – поблагодарила я, думая, за что взяться вперед.

– Поправляйтесь, я зайду к вам позже, чтобы сделать укол болеутоляющего!

Уже подняв руку ко рту, я снова испытала боль в груди, а съев немного пюре, поняла, что, пожалуй, мне хватит и одной ложки. Откинувшись на подушки, я собралась с духом, чтобы хоть ради приличия съесть еще немного. «Удивительно, – размышляла я, собираясь с духом, – всего час назад я строила планы по спасению команды, а теперь даже ложку не могу ко рту поднести».

– Джиллиан, давай помогу! – предложил Алекс, беря ложку из моих рук.

– Рей рассказал мне, что вас забрали в рабство. Расскажите, как вы из раба превратились в командира корабля и занялись перевозками? – поинтересовалась я, с трудом глотая еду.

– После того как меня продали Керсанам, я попал на их шахту по добыче минерала, необходимого в больших количествах для работы межзвездных кораблей. Там я работал пять лет. Работа была очень тяжелой: каждые сутки мы работали по четырнадцать часов, поднимая на поверхность из шахты по сто килограмм тяжелого минерала. Камни мы несли на плечах в двух корзинах, прикрепленных к палке. Два часа занимала только одна ходка. Испарения от подземного кислотного озера, рядом с которым происходила добыча, душили нас, многие быстро заболевали и погибали прямо при подъеме в гору. Их тела сбрасывались в озеро. После работы нас отводили в грязные общие камеры. Ты не поверишь, но я не мылся пять лет!

– Сколько там работало людей?

– Тысячи, многие погибали в первый год, но разорившиеся колонии исправно поставляли им живой товар.

– Как же вам удалось оттуда выбраться?

– Как-то раз я написал небольшое письмо, своего рода, резюме для работодателя. Там я описал то, что хорошо умею делать, то есть хорошо разбираюсь в ботанике и могу починить любой, самый разрушенный корабль. Кроме того, за годы работы на шахте я выучил языки Керсанов и Нордов. Когда корабль Нордов приземлился для очередной закупки минерала, я сунул записку в волосатую лапу капитана корабля. Через несколько часов меня забрали. У Нордов работорговля запрещена, и я снова стал свободным человеком. Живя на их планете, я работал в ремонтной бригаде, восстанавливая их транспортные корабли. У меня было неплохое жалование, свой дом. Не было только моей семьи, по которой я скучал. Скопив за три года деньги, я снял напрокат совсем маленький транспортник на четыре контейнера и, нагрузив их, начал прокладывать путь домой. Когда я узнал, что Элис и Рея увезли на планету Нова, то страшно обрадовался, однако, по прибытию на место, меня ждало полное разочарование – семьи я не нашел. С тех пор я скитаюсь по колониям и ищу их всю свою жизнь.

Я взяла его руку в свою.

– Алекс, вам столько пришлось пережить, – посочувствовала я его горьким испытаниям. – Мы обязательно спасем и Рея, и команду, правда, ведь?

– Да, Джиллиан, конечно.

В это время в комнату вошёл доктор с медицинским контейнером. Он сделал мне укол болеутоляющего и успокоительного. И через несколько минут мои веки сомкнулись.

Я проспала примерно двенадцать часов и на сей раз чувствовала себя намного лучше. Доктор, быстро осмотрев меня и сделав все необходимые уколы, сообщил о моем пробуждении капитану. Алекс пришел через несколько минут.

– Джиллиан, как ты себя чувствуешь? – спросил Алекс, садясь на кровать.

– Намного лучше, спасибо! Мы уже в гипертуннеле?

– Да, и за нами движется еще один корабль.

– Кто это?

– Один из моих друзей. За долгое время своих скитаний я обрел новых верных товарищей. Они готовы меня поддержать в трудную минуту, как и я их. Джиллиан, нам необходима твоя помощь, ты сможешь описать корабль, на который вас доставили?

Я задумалась: «Когда нас доставили на корабль Цубера, мы все были без сознания, с другой стороны, после того как меня выбросили в космос в челноке, его развернуто так, что я увидела сначала часть корабля, а потом и его весь, однако он уже был довольно далеко. Детали описать будет сложно».

– Да, возможно, – помедлив, ответила я, – будет проще, если у вас есть база данных по видам кораблей. Я смогу найти похожий. Кроме того, я запомнила расположение некоторых отсеков внутри корабля.

– Отлично, – обрадовался такому ответу он. – Сейчас я распоряжусь, и сюда принесут большой монитор, на нем ты сможешь просмотреть базу по кораблям. На этом сегодня ограничимся.

Но я решила себя не жалеть. Голова у меня уже не болела, а это значит, что я могу принять участие в планировании атаки на корабль Цубера.

– Алекс, я хотела бы принимать участие в разработке плана атаки. Можно я сама сейчас приду туда, где ваша группа соберется для проработки плана? – попросилась я.

Он посмотрел на меня с сомнением, похоже, вид у меня был еще тот.

– Я посоветуюсь с доктором, посмотрим, что он скажет.

Когда доктор Крег узнал о моих намерениях, он был мягко сказать недоволен. Пришлось поклясться, что я буду исполнять все его предписания по первому требованию и придерживаться строгого режима дня. И первым условием его было то, что я съедаю все, что мне приносят, несмотря на то, что есть мне вообще никак не хотелось. Я стоически выдержала завтрак и, потихоньку поднявшись, попросила Алекса проводить меня в командный центр.

Алекс, взяв плед, свой планшет и несколько документов, протянул их мне:

– Джиллиан, я тебя донесу, так будет быстрее! – предупредил он меня, прежде чем поднять на руки.

Когда мы оказались в командном центре, я подумала, что самостоятельный путь занял бы у меня как минимум полчаса – так много в этом корабле было переходов и уровней. Алекс усадил меня на большое кресло перед монитором и, накрыв пледом, представил мне местного компьютерного гения Грега. Парень был немного старше меня и, несмотря на свои обширные знания и опыт в компьютерах, обладал какой-то детской непосредственностью, и сразу мне очень понравился. Похоже, ему очень было интересно послушать о наших открытиях на Церере, а узнав об антивселенной, он не смог сдержать своего восторга. В конце концов, Алексу все-таки пришлось ему напомнить о том, что надо найти тип корабля Цубера в базе данных, и он, бессознательно взлохматив волосы, принялся со скрупулезностью выполнять свою работу. Проблема была в том, что я совершенно не разбиралась в видах кораблей, а их разновидностей оказалось около пары тысяч. Некоторые виды отличались нюансами, что осложняло задачу. Поэтому на то, чтобы определить даже тип корабля и отобрать с десяток более или менее похожих, у нас ушло не меньше трех часов. Однако эти десять кораблей были похожи друг на друга как две капли воды, детали были в нюансах, которые окажутся важны в решающий момент. Дав мне немного время передохнуть, Грег сбегал в столовую за пирожными и чаем. Парень был сластеной, утверждая, что «вкусняшки» помогают его мозгу работать с небывалой эффективностью. Вернувшись с целой тарелкой разнообразных пирожных, он принялся их уплетать, запивая чаем.

– Попробуем по-другому! – изрек он, отставляя тарелку. И начал моделировать мой полет на спасательном челноке и его примерную траекторию относительно корабля. Вот на экране появилась часть корабля, и я стала рассматривать его детали. «Нет, этот не подходит, – подумала я, – там вроде было нагромождение антенн.

– Тут должны быть антенны! – ткнула я в верхний правый угол.

– Так уже лучше. Значит, осталось только четыре.

Тут в командный пункт вошел доктор и напомнил, что пора обедать и делать уколы.

– Хорошо, завтра продолжим. Теперь мы точно его найдем! – решительно сказал Грег. – Будем ориентироваться по внутреннему устройству корабля. Ты отдыхай, а я пока поищу те отличия в конструкциях, на которые нам стоит обратить внимание.

Поиск нужного корабля продолжался еще двое суток, пока я с точностью не смогла сказать, да, это именно этот корабль. Дальше я перечислила имена моих товарищей, и мы, перебрав земную базу данных, нашли их фотографии. Алекс приказал всем, кто будет штурмовать корабль Цубера, запомнить их лица.

Само обсуждение плана штурма иногда шло по несколько часов, сидя в кресле, я пыталась как можно подробнее описать расположение объектов на корабле, количество истребителей, людей, их экипировку. Каждая деталь имела значение. В конце каждого такого заседания я потихоньку брела к себе в каюту, получала свои коктейль уколов и проваливалась в сон.

Наконец наступил день штурма. План был проработан до мелочей: наш корабль выходил из гипепространства около пятой планеты, вращающейся вокруг звезды. «Прометей» по нашим расчетам к этому времени уже должен был забрать ученых, переброшенных из антивселенной. И Цубер, скорее всего, в это время начал переговоры о продаже пленных. Нашим главным оружием была внезапность, как только корабль «Иллиада», идущий вслед за нами, выйдет из гиперврат, мы направимся в сторону корабля Цубера. И вот тут-то мы задействуем наше главное оружие, а именно, мощную электромагнитную пушку, установленную на борту «Иллиады». Она должна отключить не только защитную систему корабля, но и вывести из строя основные его узлы, предотвратив бегство врагов. По закону на торговых судах нельзя было устанавливать мощные лазеры, способные нанести другому кораблю урон. Поэтому дальше надежда была только на ближний бой. Алекс и его группа войдет через свободный люк, который ранее соединялся со спасательным челноком: Цубер, сам того не зная, сделал нам подарок, выбросив меня в космос не просто так, а именно в челноке, сделав брешь в своей защите. Команде с другого корабля придется сложнее, пока Алекс будет зачищать этот уровень, им придется вручную отсоединять спасательный челнок от корабля Цубера. Дальше обе команды будут действовать по ситуации. Моя же задача заключалась лишь в том, чтобы наблюдать за происходящим через камеры на корпусе корабля и формах бойцов. Пожелав Алексу удачи, я села на кресло в командном отсеке, увидев на мониторе, как койтейнеровоз подошел почти вплотную к кораблю Цубера. Через некоторое время на корабле противника погасли маневровые огни.

Группа Алекса начала штурм. Легкий и быстрый челнок пристыковался к кораблю противника. На экране я увидела, как двое мужчин открывают вручную переборки, другие готовятся к перестрелке, занимая огневые позиции и выставляя противолазерные щиты. Алекс приказал всем приготовиться, и дверь резко открылась. Со стороны стыковочного отсека сразу же была открыта активная стрельба. Однако ребята не отступали и уже скоро пошли на прорыв. С противоположной стороны уровня, напоминающего по форме подкову, уже прорывалась другая штурмовая группа Кейна.

– Кейн, – прокричал Алекс в коммуникатор своему напарнику, – смыкаем круг!

Группы стали двигаться в сторону перехода на другой уровень, выжимая противника из отсека. На штурм шли около двадцати человек, однако и этого хватило, чтобы погрузить корабль в полный хаос. Я видела, что в коридоре лежат раненые или убитые люди Цубера, и все было залито кровью.

Судя по приказам Алекса, среди наших бойцов тоже было несколько раненных. Один мужчина уже был доставлен на челнок, и доктор оказывал ему первую помощь.

Зачищая отсек за отсеком, одна из групп Кейна, наконец, захватила Цубера в командном отсеке, о чем тут же сообщили Алексу. Целью же Алекса был тюремный отсек. Как и предполагалось, отключение питания корабля привело к снятию защитного поля с камер. Выглядывая из-за стены, Алекс оценивал ситуацию, и я наблюдала на экране, как ребята с остервенением сражаются практически голыми руками с не менее чем двадцатью превосходно подготовленными бойцами. Израненные и замученные голодом и жаждой, они давали последний бой не на жизнь, а на смерть. Рей, с почерневшими от гнева глазами и остервенелым оскалом, ловко уклонялся от выстрелов лазерных пистолетов и откидывал здоровых мужиков так, как будто это были двухлетние дети. Алиса с грацией пантеры кружилась в своем смертельном танце, орудуя двумя ножами. В куче светлела кучерявая голова Йена, он просто бил со всей мощи, выбирая чувствительные точки на теле противника. Джек, Ноа и Ронни тоже не отставали. У Ронни по левой руке от плеча стекала струя крови, он стоял на скамейке и колошматил людей Цубера отнятой у кого-то каской. Алекс и пара его ребят стали прорежать ряды противника выстрелами из бластеров. Уже через пять минут после начала атаки людям Цубера пришлось отступить. Последние пятеро сдались через минут десять, подняв руки.

Алекс подошел к моим товарищам. Запыхавшись, они измученно смотрели на своих спасителей, на их лицах не было радости. Ронни сполз вниз по стене и, уронив каску, закрыл рану на руке ладонью. Алиса стояла рядом Йеном, поддерживая его, остальные пленные тоже были изрядно покалечены. Рей стоял впереди всех, готовясь закрыть своих товарищей от новой напасти.

– Вы свободны. Мы доставим вас на наш корабль, а затем на Землю! – сказал Алекс, чтобы сразу разрядить обстановку.

– Кто вы? Кого я должен благодарить за наше спасение? – поинтересовался Рей у Алекса.

– Никого, Рей, – ответил Алекс, стягивая защитный шлем, закрывающий его лицо, – как твой отец, я буду защищать тебя до конца дней своих.

На миг повисла гробовая тишина, все сразу заметили явное сходство двух мужчин. Рей пару раз нервно моргнул, по-видимому, оправляясь от шока.

Алекс, одобрительно похлопав Рея по плечу, скоординировал дальнейшие действия группы:

– Я сейчас отправляюсь в командный пункт, работа там еще не закончена. А вы, ребята, идите в стыковочный отсек, там доктор Крег окажет вам первую помощь!

– Тео, – произнес Алекс в наушник, вызывая человека, отвечающего за доставку группы, – доставь ребят на корабль!

С экрана стали исчезать лица Йена, Ронни, Алисы, доктора Браена. Рей остановился напротив отца, спросив:

– Как ты узнал, что мы здесь, на этом корабле?

– Очень просто, – усмехнулся в ответ Алекс, – мне об это сказала твоя жена, Джиллиан. Рей от этих слов побледнел, однако выражение его лица осталось таким же непроницаемым.

– Где она? Она здесь?

– Нет, конечно, когда мы ее нашли, она была в плохом состоянии, но теперь ей гораздо лучше, и она с нетерпением ждет, не дождется, когда всех вас увидит в целости и сохранности. Через мгновение Рей исчез с экрана.

Алекс повернулся и пошёл в сторону переходов на другой уровень. Мелькали лестницы и переходы. В конце концов, он оказался в командном отсеке. Цубер, Смит и еще три офицера сидели в наручниках за столом с озлобленным видом.

– Кто из них Цубер? – прорычал зло Алекс, так что все пленные подпрыгнули на своих местах.

Кейн указал на того, кто был повинен в наших бедах, и пренебрежительно сказал:

– Этот тощий козел.

– Сколько осталось в живых?

– Пятнадцать человек сдалось в плен, остальные сражались до последнего, видимо, не желая растягивать удовольствие до суда и смертельной инъекции. Они хотели уничтожить заложников, как главных свидетелей, однако их план с треском провалился! – все живы.

Цубер, до этого сидевший, отведя взгляд в сторону, перевел его на Алекса. Глаза его пылали ненавистью. Еще до начала штурма он понял, что ему пришел конец, поэтому попытался уничтожить пленников, но те дали отпор, продержавшись до прибытия группы Алекса.

– Скажите мне одно! – процедил он сквозь зубы. – Кто нас сдал, кто из моих союзников мой враг?

– Никто, – спокойно ответил Алекс. – Ты, идиот, сам себе яму вырыл, когда выкинул Джиллиан в открытый космос в корабле, передающем сигнал SOS.

Цубер покраснел и с ненавистью прокричал:

– Я мог бы убить эту букашку голыми руками!

Кейн решил позабавиться, доведя Цубера до белого колени:

– Да, мужик, тут ты жидко обосрался!

Цубер перевел взгляд на Кейна:

– До тебя я тоже доберусь, – зло рявкнул он, – может, и не своими руками, но доберусь!

Кейн в ответ только рассмеялся и уже, не обращая внимания на Цубера, обратился к Алексу:

– Алекс, что дальше, куда этого чудака и всю его компанию?

– Законсервируем корабль, данные с бортовых компьютеров скопируем, а потом разделимся, – распорядился Алекс, – ты отправишься к Земле с заключенными, а я забираю группу Рея и иду за тобой следом.

Дальше началась рутинная работа, на экране мелькали переходы, отсеки, окровавленные тела, звучали краткие распоряжения Алекса. Не справившись с усталостью, я положила голову на руку, лежащую на подлокотнике, и задремала. Через некоторое время я почувствовала, что парю в воздухе, а потом тепло кровати и большое сильное тело рядом с собой.

– Рей, – прошептала я, приподняв голову, и в ответ услышала голос, который заставил меня мгновенно открыть глаза, несмотря на усталость.

– Я здесь, любимая! – отозвался он, гладя мою щеку кончиками пальцев. Осмотревшись, я поняла, что лежу рядом с ним на кровати в комнате Алекса.

– Рей, Рей, любимый, ты здесь, с тобой все в порядке? – снова и снова повторяла я слова, которые так мечтала произнести последнюю неделю, и из моих глаз полились слезы. Я поняла, что у меня началась истерика, но сделать с собой ничего не могла. Судорожно обнимая и гладя его лицо, я повторяла его имя снова и снова.

– Тише, Джиллиан, – шептал он, обнимая меня и нежно целуя лицо, – тише, я здесь, любимая, с тобой! Все хорошо, теперь все будет хорошо! Я чуть не потерял тебя и почти сошел с ума от горя. Я тебя люблю, люблю всем сердцем и никому тебя больше не отдам. Прости, что я не сказал этого раньше и не смог защитить!

– Рей, – произнесла я шепотом и еще сильнее заплакала, прижавшись к нему всем телом. От этого неловкого движения меня пронзила уже знакомая боль в груди.

– Уууу…, – непроизвольно простонала я, начиная по старой привычке икать от слез.

Рей, судорожно вздохнув, с беспокойством в голосе заметил:

– Кажется, мне надо быть осторожнее, и еще – тебе надо попить воды, чтобы икота прекратилась. Он встал и налил стакан воды из графина.

– Как там ребята? – спросила я, выпив пару глотков воды и опять икнув.

– Идут на поправку. Йен пока плох. Когда на нас напали в камере, он навалился на Алису, прикрывая ее своим телом и принимая все удары на себя. Она от него не отходит. Ронни, похоже, чувствует себя лучше, судя по его зверскому аппетиту и постоянным жалобам на плохое питание в миссиях. Ему больше понравилась стряпня местного повара, чем наши пайки. Ноа и Джек все перебинтованы, но не унывают. Кажется, они уже несколько часов режутся в карты, и Ноа уже проиграл половину своей премии. Доктор Браен отсыпается, ему тоже крепко досталось.

– Что с «Прометеем»?

– Цубер не успел воплотить свой план. Ученые, вернувшиеся из антивселенной, уже находились на корабле, когда Смит связался с капитаном и сообщил, что всех нас взяли в плен. Тут и появилась ваша компания, которая поставила точку во всей этой истории.

– Ох, Рей, они же похитили столько ученых, где теперь эти люди?

– Скорее всего, трудятся в иноземных лабораториях в качестве рабов без прав на свободу и надежды на возращение. Совет попробует выяснить их место расположения во время допросов Цубера и Смита.

Рей посмотрел на наручный коммуникатор.

– Тебе пора делать уколы, да и пообедать не помешает! Доктор Крег очень беспокоился о том, что я тебя переломаю своими лапищами, и пригрозил, что если ты вовремя не будешь являться на уколы, он заберет тебя обратно в лазарет.

– Он очень хороший человек!

Рей потихоньку усадил меня на край кровати и помог обуться.

– Кстати, у меня для тебя есть сюрприз, поверь, он тебе понравится! – пообещал Рей. Мы потихоньку дошли до лазарета, и я, наконец, увидела ребят. Йен выглядел очень плачевно. Так же, как и у меня, у него была перебинтована грудь, а еще одна нога и рука были в гипсе. Алиса, склонив голову на его постель, спала. Доктор Браун крепко спал на своей койке, обе его руки были в гипсе.

Остальные тоже были перебинтованы, кто где, они смотрели какой-то старый приключенческий фильм по телевизору.

Я прислонилась к переборке двери. Рей стоял за мной, придерживая за талию.

– Привет! Как вы себя чувствуете? – поздоровалась я как можно тише, чтобы не разбудить Алису и доктора.

– Привет! – практически хором ответили они. Йен вымученно улыбнулся, прицыкнув на ребят за их шумность.

– Как видишь, нас хоть и потрепали, но благодаря тебе мы живы, – сказал, задыхаясь от боли, Йен.

– Я бы сказала, что мы все живы благодаря счастливому случаю, – тут же поправила я его.

– Ей-богу, Джиллиан, я тебя крепко обниму, вот только поправлюсь немного, – выпалил Ноа, почесывая гипс на ноге.

– Ноа, я и сама бы вас всех обняла, но мои сломанные ребра даже вдохнуть не дают без боли.

Тут встрепенулся Джек, у которого было по огромному лиловому синяку под каждым глазом и голова в бинтах.

– Ноа, с тебя еще двести пиксов, – произнес он воодушевленно.

– Вы что, спорили на мои переломы? – поинтересовалась я у ребят, крайне удивившись такой большой ставке.

– Ох, Джиллиан, они, пошляки, спорили о том, затащит тебя Рей сегодня в постель или нет! – выложил суть спора Ронни. – Я даже не догадывался, что у вас такие серьезные отношения.

– Обломился ты, Ронни, по полной, рыбка выскользнула из рук, – не упустив свою возможность, съязвил Ноа.

– Да иди ты! – обиделся Ронни и, быстро завладев пультом, назло парням включил плаксивую мелодраму.

Те наперебой завыли: «Нууу и фуууу…».

Йен попросил Рея перенести Алису на свободную кушетку. Девушка совсем не спала последние сутки, истощение и переживания за Йена сказались и на ней. Она так крепко спала, что когда Рей переносил ее, даже ни разу не пошевелилась.

– Бедняжка, она совсем измучилась! – переживал Йен, глядя на нее с неимоверной любовью. – Рей, одень ее теплым одеялом, она все время мерзнет, когда спит! Рей вытащил одеяло из-под кушетки и закутал Алису, подоткнув одеяло со всех сторон.

Тут в комнату вошёл доктор Крег, он деловито осмотрел свои владения.

– Так, ребята, пора нам немного полечиться! – решительно произнес он.

– Джиллиан, ты первая, делаем, как обычно, пару уколов, и ты отправляешься обедать. Вам всем сейчас необходимо сбалансированное питание, не забывайте об этом!

– Доктор, да я сейчас быка съесть готов! – пробасил Ноа.

– Сейчас вам наш гений кулинарии принесет обед, конечно, быка не обещаю, но отбивные будут, – пообещал доктор, делая мне угол.

– Идем, перекусим с Алексом! – предложил Рей, помогая мне встать с кушетки. – Я так и не поговорил с ним после нашей первой встречи.

– Да, мы вас еще не поздравили с бракосочетанием, – высказался за всех Джек, – мы все, конечно, в шоке от этой новости, но вы, ребят, несмотря на большую разницу во всем: от комплекции и характера до рода занятий, являетесь прекрасной парой. Так что совет вам да любовь. И еще по прибытию на землю фуршет, выпивка и девочки за вами.

– Ладно, будет вам все, только девочек не обещаю! – усмехнулся в ответ Рей.

– Девочки за Джиллиан, – пояснил Джек, – у неё наверняка есть симпатичные подружки.

Я улыбнулась, про себя припоминая, кого бы я могла пригласить из своих знакомых с работы, и, попрощавшись, пообещала зайти через некоторое время.

Мы пришли в небольшую комнату, служившую местным обитателям столовой. С одной стороны помещения – в небольшой кухне, за перегородкой, в которой было проделано широкое окно, трудился местный «гений кулинарии», как его все тут называли, с другой – вдоль стены стоял большой стол и с дюжину стульев возле него. Алекс занимал дальний конец стола и говорил с какой-то женщиной, сидевшей к нам спиной. «Странно, – подумала я, замерев на входе, – на борту же из женщин не должно быть никого, кроме меня и Алисы».

Рей подтолкнул меня, тихонько прошептав:

– Элизабет была у Кейна на корабле все это время. Это он забрал ее и команду с Цереры. Она хотела как можно скорее увидеть тебя.

Тут Алекс перестал говорить, заметив нас, и Элизабет повернулась. Ох, как же я мечтала увидеть ее лицо, ее добрый взгляд теплых карих глаз, мягкую улыбку.

– Джиллиан, девочка моя! – воскликнула она, и я кинулась к ней, заплакав.

– Элизабет, я так боялась, что потеряла тебя! – делилась я с ней своими переживаниями.

– Ох, милая, это я рисковала всем, зная, что ты кинешься меня искать!

Мужчины решили удалиться и позволить нам излить друг другу душу. Конечно, Элизабет сначала проконтролировала, чтобы я съела весь обед до последней крошки, а потом уже ответила на все мои вопросы.

– Как вы узнали, что на лагерь нападет Цубер?

– Все началось с того, что Норды в обмен на кое-какую полезную для них фармацевтическую информацию сообщили председателю совета Рексу Вайнштейну о том, что они встречали как минимум трех ученых, работающих в рабстве в лабораториях своих компаньонов и числящихся без вести пропавшими в миссиях. Рекс решил, что в совете есть предатель. Он собрал небольшую команду верных людей, чтобы вычислить этого человека. Сначала мы постарались определить количество ученых, которые могли быть похищены. Ведь кто-то пропадал в лесах или тонул, считался погибшим в результате нападения местных животных, исчезал в портах. Мы сделали вывод, что с таким же успехом они могли быть похищены. Всего в этот список было включено около пятидесяти ученых, пропавших за последние двадцать лет, однако до сих пор мы не можем точно установить, кто был похищен, а кто действительно погиб. Надеюсь, допросы Цубера и Смита прояснят ситуацию. Последние десять человек пропали в результате переноса в другую вселенную, их мы тогда тоже отнесли с этот список. Наведя справки среди капитанов торговых кораблей, мы выяснили, что живым товаром больше всех занимается Цубер. Об этом паразите я уже не раз слышала. Он промышлял нападением на бедные колонии людей, выбирая среди них самых сильных и умных, он отнимал их от семей и продавал в рабство. Несколько раз мы срывали его поставки живого товара. За некоторые льготы при покупке лекарств информаторы среди капитанов торговых судов сообщали нам координаты планет и поселений на них, на которые Цубер может напасть. Однако точное время нападения мы не знали, оно могло произойти и через сутки, и через год или вообще никогда, поэтому ожидать его в засаде было бесполезно. На орбитах этих планет мы организовывали специальную систему спутников, которая предупреждала население о приближении опасности, и люди были готовы дать отпор врагу или спрятаться. Так продолжалось пять лет. Решив, что надо ловить его с поличным, мы собрали большую команду известных ученых и отправились на планету Церера, сами выступив приманкой. Конечно, мы знали, что среди нас будет информатор, поэтому на третий день нам пришлось разделить команду на две части. Я и доктор Пирс с еще восьмью людьми отправились в джунгли, там сигнал не ловит, поэтому информатору необходимо было остаться на базе для связи с Цубером.

Мы же, вместо того чтобы идти по утвержденному командованием пути, отправились в сторону скал – там нас должен был подобрать челнок Кейна. Кейн, владелец нескольких торговых грузовых кораблей, тоже раньше был рабом, поэтому терпеть не может таких людей, как Цубер. Он согласился нам помочь без всякого вознаграждения. В назначенный час он подобрал нас по ранее обговоренным координатам. Как и предполагалось, корабль врага появился вскоре после нашего ухода, они захватили лагерь и перевезли людей к себе. Кейн разработал план штурма корабля Цубера, схожий с тем, что был осуществлен с участием штурмовой группы Алекса. Однако, как назло, в это время на звезде произошел мощный выброс электромагнитного излучения, и наши радары и наводчик пушки ослепли. Цубер ускользнул, и мы не знали, куда он отправится дальше. Мы решили сделать скачок к планете Керсанов, предполагая, что именно туда направился этот гад, чтобы продать наших товарищей. Однако их там не было. Я совсем впала в отчаяние, но тут пришло сообщение Алекса. Он просил у Кейна помощи в штурме корабля Цубера. Конечно, мы тут же поспешили к вам. Остальное ты знаешь. Алекс рассказал нам, как он нашел тебя и узнал, что Цубер захватил его сына и еще несколько людей из корпорации. После того как все закончилось, я попросила Кейна выделить мне челнок и перебралась к Алексу на корабль. Ох, когда я увидела тебя, свернувшуюся на кресле в отсеке управления, совсем худенькую, измученную, я стала ругать себя за то, что подвергла тебя такой опасности.

– Не переживай из-за этого, Элизабет, зато я увидела новый мир, познала разнообразие природы, встретила новых друзей и Рея.

Элизабет обняла меня и задумчиво произнесла:

– Этот мужчина тебя очень любит! Несмотря на его внешнюю сдержанность, я видела, как дрожали его руки, когда он убирал волосы с твоего лица и как он бережно взял тебя на руки. Когда мы все вернулись на корабль, Рей попросил Алекса дать ему время, чтобы побыть с тобой наедине. Я и доктор хотели возразить, но стоило посмотреть в его глаза, чтобы понять, что наши протесты бесполезны. Только потом я узнала, что моя дорогая Джиллиан успела выскочить замуж, а я так хотела погулять на твоей свадьбе! – произнесла она со вздохом.

– Ничего, Элизабет, – утешила я ее, ребята хотят погулять за наш счет, поэтому что-то похожее на свадьбу будет.

– Ха, представляю выражение лица Элис, когда она, наконец, увидит своего мужа и узнает, что ее сын женился.

Мы еще долго проговорили. Я рассказала обо всех приключениях, прежде чем мы отправились по своим комнатам. Рея еще не было – ему с отцом надо было многое наверстать, вспомнить. Я, забравшись в постель, стала перебирать все события, которые произошли за последние два месяца. «Жаль, что мы не захватили материалы и образцы с планеты Церера. Было бы интересно еще раз внимательно их изучить. А еще хотелось посмотреть на штампы тех микробов, что отправили ученые из антивселенной. Можно было придумать множество предназначений для так называемых водорослей. Корни пожирателей душ также были уникальной находкой: они вырабатывали хорошие снотворные и обезболивающие вещества, раз жертва не ощущала микроуколов на коже», – рассуждала я про себя, все больше углубляясь в свою любимую научную тематику.

В это время вошел Рей. Улыбнувшись, он выключил большой свет, оставив гореть ночник.

– Как ты, девочка? – спросил он, сбрасывая с себя одежду.

– Отлично, думаю о тех открытиях, которые мы сделали в экспедиции.

– Да уж, эта миссия значительным образом изменит ход истории. Чувствуешь себя первооткрывателем, имя которого войдет в учебники по новейшей истории?

– Я чувствую покой. Ты рядом со мной, с Элизабет все в порядке, ребята идут на поправку, нас никто не хочет сожрать и убить – считай день прошёл уже неплохо.

– Ха, это точно! Дай-ка я помогу тебе с одеждой! Он помог мне снять кофту и футболку.

Стараясь скрыть свое смущение, я забралась под одеяло с головой и через минуту почувствовала, как Рей ложится рядом. Он выудил меня из моего убежища, и я, положив, голову на его плечо, прижалась к нему.

– Рей, что нас ждет, когда мы вернемся домой? – поинтересовалась я, вглядываясь в его спокойное лицо.

– Первую неделю или две будем писать отчеты по миссии, нас будут постоянно допрашивать, выясняя все нюансы того, что с нами произошло. Дело Смита и его команды прогремит, словно пушечный выстрел среди ясного неба. Мне же лично все эти приключения надоели в доску, поэтому я хочу перевестись на работу инструктора по подготовке и насладиться тихой семейной жизнью.


Глава 9


Все эти дни на корабле прошли очень спокойно. Удивительно, что рай может быть даже в консервной банке. Со мной были дорогие моему сердцу люди и Рей. Однако все хорошее когда-нибудь кончается, и на седьмые сутки от начала прыжка мы вернулись домой на Землю. И начались бесконечные мытарства в медчасти. Всех нас досконально обследовали, врачи с энтузиазмом взялись за восстановление нашего здоровья. Мне, наконец, сняли повязку с груди и гоняли на всякие оздоровительные процедуры. Хоть мне все это не очень нравилось, но через три дня я довольно хорошо себя чувствовала, и мне разрешили покинуть медчасть. А вот ребятам на базе пришлось задержаться подольше – настолько серьезны были их травмы. Я, Рей и Алекс, сразу после того как нам дали отпуск, отправились к Элис. Алекс молча смотрел в окно ММП, за которым пейзажи сменялись один за другим, от величественных небоскребов до цветущих лугов и перелесков. Вот впереди мелькнула панорама окрестностей Эверли. Картина была прекрасной, как всегда: по обширной луговине гулял легкий ветерок, перекатывая волнами траву. На небе – легкие тучки, тени от которых стелились по полям. Его взгляд, устремленный куда-то вдаль, был тяжелым, задумчивым, как будто он только что еще раз осознал, как долго он был один, какой путь проделал, какие лишения испытал и сколько времени потерял. Я смотрела на Алекса и понимала, что он никогда не расскажет о своих переживаниях никому, кроме Элис. Так мы, молча, и доехали до станции. Выйдя из ММП Рей хотел было пойти взять электромобиль, но Алекс остановил его.

– Пешком до деревни долго идти – час, два? – спросил он, оценивая расстояние до деревни.

– Около часа, прогуляемся? – предложил Рей, догадавшись: отцу необходимо время, чтобы подготовиться к встрече с Элис.

Подойдя к дому, я услышала, что из окна слышен звук телевизора, похоже, Элис смотрела какое-то кулинарное шоу.

Рей остановился у ворот и, положив руку на плечо Алекса, предложил:

– Иди первым!

Он кивнул и зашел в дом. Мы шли за ним и остановились в холле. Из него мы видели, как Элис вытирала полотенцем только что вымытую посуду и смотрела на экран. Алекс вышел на середину комнаты и замер. Элис перевела взгляд на него, потом опять на экран и продолжила вытирать посуду так, как будто она его и не заметила. Она еще раз взглянула на него и, дотерев тарелку, поставила ее на место. Когда она взяла следующую тарелку, Алекс очень мягко произнес:

– Элис, я нашел тебя, я вернулся!

Это произвело на Элис неизгладимое впечатление: она замерла, глаза ее расширились, тарелка вылетела из рук, и она рухнула на пол без сознания. Мы все кинулись к ней. Алекс осторожно поднял ее и понес в гостиную, я убрала лишние подушки с дивана, а Рей рылся в аптечке в поисках нашатыря.

– Ребят, вы можете нам дать немного времени, чтобы прийти в себя и побыть немного наедине? – попросил он, беря из рук Рея нашатырь.

– Да, конечно, – ответил Рей. Он взял свою куртку, и мы вышли из дома.

– Как ты думаешь, с Элис все будет в порядке? – беспокоилась я, идя к калитке у дома.

Рей утвердительно кивнул:

– Мама – очень сильная женщина. Она пережила много испытаний, ни разу не теряя самообладания. Думаю, все будет в порядке, теперь с ней Алекс, они справятся. Пойдем, прогуляемся на озеро, оно тут недалеко!

Мы пошли на противоположную сторону деревни, и, выйдя за ее пределы, свернули на грунтовую дорогу, которая петляла через поле, огибая изредка попадавшиеся высокие дубы. Ветер, между тем, стих, как обычно бывает на закате, небо окрасилось в розовые тона, вокруг трещали цикады и птицы. По пути я собирала ярко-синие и голубые незабудки, то и дело заходя на окраину дороги, чтобы сорвать понравившийся мне цветок. Мы шли молча, и тишина не обременяла меня, так как иногда бывает с другими людьми, когда обязательно хочется что-то сказать, чтобы не чувствовать неловкость. Через полчаса мы подошли к озеру, такому небольшому, что я могла бы переплыть его минут за десять. Мы вышли на пологом берегу водоема, в то время как с другой стороны берег был довольно крутым. Я подошла к дубу, стоящему в метрах десяти от кромки воды, и прислонилась спиной к холодной шершавой коре. Рей остановился рядом, наблюдая, как я перебираю букет, чередуя светлые и темные незабудки.

– Подарю Элис в честь счастливого воссоединения семьи!

– Почему ты собрала только незабудки?

– Потому что с некоторых пор это мои любимые цветы, – пояснила я. – Когда я нашла тот маленький букетик в сумке с ужином, то поняла, что, может, хоть немного, но нравлюсь тебе, и это помогло мне почувствовать себя увереннее и придало сил. Вот, посмотри, – тихо произнесла я и сняла с шеи медальон, в котором были маленькие фотографии моих родителей. Аккуратно открыв его, я достала маленький высушенный цветочек, заламинированный скотчем. Рей склонился надо мной и стал разглядывать мое сокровище.

– Я всегда носила его с собой, как напоминание о том, что в моей жизни есть любимый мужчина. Даже в холодном космосе, на грани отчаяния, я могла смотреть на него, и этот маленький цветок был частью моих воспоминаний о тебе, – призналась я, пряча свое сокровище назад и закрывая медальон.

Я подняла голову, чтобы посмотреть в глаза Рея. Его взгляд, изучающий мое лицо, был теплым, любящим. Он провел кончиками пальцев по моей скуле, и я по привычке потерлась щекой об его шершавую ладонь. Встав на цыпочки, я оперлась ладонями на его грудь, и он, тут же угадав мое желание, наклонился, дав поцеловать себя. С каждым моим легким поцелуем я чувствовала, как его сердце под моей ладонью начинает биться все быстрее и быстрее.

Цветы выпали из моих рук, и я запустила пальцы в его волосы, ощущая нетерпеливые прикосновения любимого. Непроизвольно мои руки, до сих пор нежно перебирающие его волосы, стали дрожать, и я еще больше прижалась к нему, подсознательно ища защиты.

Рей подхватил меня и, нашептывая ласковые слова, зашел в высокую траву. Я же, прижавшись и обвив его торс ногами, закрыла глаза и полностью отдалась ощущению близости. Где-то по пути с моих ног сами по себе свалились босоножки, а ступни стала щекотать высокая трава. Муж поставил меня на землю, сбросил футболку и, взяв мою руку, приложил ее к своей груди. Я ощутила бешеное биение его сердца, в то время как его теплая большая ладонь лежала поверх моей, полностью ее закрывая. Иногда любовь невозможно облечь в слова, но она настолько проникновенна, что существует вне времени, пространства и бытия.

Когда на небе уже взошла молодая луна и светили звезды, я лежала рядом с любимым, прикрытая сверху его футболкой. Прижавшись щекой к его груди, я слышала, как спокойно сейчас бьётся его сердце. Страсть, горящая в нас, была погашена, остался только покой. Одной рукой он обнимал меня, а другой лениво водил по моему плечу кончиками пальцев и слегка улыбался, смотря на звездное небо.

– Как ты себя чувствуешь? – спросил он, взяв мою руку, чтобы мимолетно поцеловать ее.

Я тут же покраснела от воспоминаний и, проклиная свою стеснительность, запинаясь, глухо пробормотала, уткнувшись ему в грудь лицом:

– Все хорошо. Только давай побудем здесь еще немного? – попросила я в надежде, что через некоторое время силы ко мне вернутся.

– Конечно, любимая! Если что, я могу тебя донести до дома! – ответил он, озорно улыбнувшись. Я лишь фыркнула в ответ, дав понять, что этого никогда не случится.

Рей взял свою куртку и набросил ее на меня сверху.

– Вот, интересно, – стала я рассуждать, вернувшись в привычное для себя русло,– как там живут люди в мире Сола, и люди ли они, в смысле внутреннего устройства организма. Вполне вероятно, что они похожи на нас только внешне. Вот бы побывать там, ну или хотя бы поговорить с Солом, хотя вряд ли теперь это будет возможно.

– Я кое-что могу тебе рассказать о планете Сола. Она немного больше нашей и вращается вокруг звезды, похожей на Солнце. В их солнечной системе двенадцать планет, из них три газовых гиганта. Самая близкая планета сопоставима по размерам с нашим Плутоном, а по некоторым характеристикам поверхности и атмосферы схожа с Марсом. Планета Сола – вторая от звезды, на ней больше суши, чем на Земле, но в целом она похожа на нашу планету. Некоторые животные и растения их мира похожи на обитателей Земли, но много и таких видов, которые не поддадутся легкому описанию. В результате стремительного развития физики и технологий межпространсвенного перемещения, их раса основала множество колоний и стала доминирующим видом во вселенной. Они успешно ведут торговлю с другими расами, при этом их планета служит в качестве большого космического порта и площадки для торговли. И да, внутри Сол действительно немного не такой, как люди.

– Ого, сколько ты много узнал! А я так и не успела с ним поговорить, – расстроилась я, закусив нижнюю губу.

– Я тебе еще самого интересного не рассказал. Нанороботы не только дали мне возможность восстанавливаться от некоторых видов повреждений, но и кое-что усовершенствовали. Например, я могу читать мысли на расстоянии, но только мысли Сола или других существ, имеющих таких же нанороботов, а он может читать мои, но не всегда. По сути, только когда я слышу в своем сознании кодовое слово, я сам решаю, устанавливать ли с ним сейчас соединение или нет. Я также получил доступ к базе данных их мира, она похожа на большую библиотеку. Однако моя сила и ловкость остаются в рамках земных стандартов.

– Я, так понимаю, что, кроме меня, об этом пока еще никто не знает?

– Да, совершенно верно. Я и сам об этом только два дня назад узнал. Он сказал, что ты тоже должна знать об этом, поскольку человека отважнее и преданнее он еще не встречал.


Глава 10


Каждый день рано утром Рей уезжал на базу, ему поручили вести допросы Цубера и его подчинённых. Я не могла его расспросить о том, как продвигается допрос, ведь каждый из них подписывал документ о неразглашении информации, связанной с этим делом. Поэтому все новости я узнавала через телевизор. Поимка Цубера широко освещалась, вызвав широкий резонанс в обществе. На улицах многих городов собрались тысячные демонстрации: люди требовали вернуть всех пропавших ученых, провести всестороннее расследование инцидентов, наказать по всей строгости закона виновных. Всем, кто был пойман, грозила либо смертная казнь, либо длительный тюремный срок. Про Сола ничего не сообщалось, похоже, власти Земли решили держать его прибытие втайне от всех. Еще бы, это бы вызвало ненужный интерес других развитых цивилизаций нашей вселенной.

Каждый день, покончив с завтраком и посмотрев новости, я отправлялась в комнату Рея, которая стала теперь нашей комнатой и, благодаря Элис, претерпела некоторые изменения: за время нашего отсутствия она сделала дверь между двумя смежными комнатами. В той, где когда-то на меня пытался напасть наемник Цубера, теперь был небольшой уютный кабинет. Там были полки с книгами, удобное рабочее место и диван, на котором я часто зачитывалась книгами, отдыхая от работы за компьютером. Оказалось, Рей собрал неплохую коллекцию классической литературы, а собрание в электронном виде по естественным наукам вообще поражало своими масштабами. При том, что он имел феноменальную память, трудно было оценить масштабы его знаний. По вечерам я шла его встречать на станцию, и после ужина мы отправлялись в библиотеку, где с тщательной скрупулезностью изучали новый для нас язык антивселенной. Рей переносил информацию из своего сознания на компьютер, составляя первый справочник о языке антивселенной. После того, как он ложился спать, я еще некоторое время трудилась над отчетом.

Один раз, как обычно засидевшись за компьютером допоздна, на следующий день я проснулась ближе к обеду. На улице стоял теплый летний денек. Я, быстро умывшись и одев легкий белый сарафан в красный горошек, выглянула в окно. Обычно в саду в это время работала Элис, я звала ее, и мы шли вместе на кухню. Я – завтракать, а она – обедать. Однако в этот раз в саду ее не было. Около дома я заметила Рея. Вместо того, чтобы быть на базе, он сидел на скамейке, облокотившись на нее. Его взгляд был задумчивым и уставшим.

Я быстро одела шлепки и понеслась вниз в сад.

– Привет, как дела, какие новости? – спросила я, присаживаясь рядом с ним на скамейку.

Рей глубоко вздохнул, как обычно, приобняв меня одной рукой.

– Совет и правительство просят меня возглавить расследование и организовать возвращение ученых на Землю. Цубер так и не выдал места их пребывания. А данные с бортового компьютера они успели уничтожить.

– Что ты решил?

Рей взял мою руку и посмотрел в глаза.

– Теперь решать должны мы вместе.

– Много времени это займёт?

– Один-два года.

– Ты бы хотел этим заняться?

– Я когда-то чуть не стал рабом, мой отец прошел через рабство, и наша семья потеряла так много, когда его забрали. Так что да, я бы хотел помочь пропавшим людям и их семьям!

– Хорошо, я согласна, но у меня есть только одна просьба! – помедлив, я озвучила свое желание, – я хочу сделать это вместе с тобой.

Он минут десять размышлял, про себя взвешивая все за и против, но, увидев непоколебимость в моем взгляде, произнес:

– Пусть будет так!

– Кто еще будет в команде?

– Алиса и Йен согласились, несмотря на то, что их контракт с корпорацией заканчивается, и они могут остаться на Земле. Включая уже тебе знакомых Джека и Ноа, будут еще пятеро проверенных временем и верных мне сослуживцев. Совет настоял на том, чтобы в миссии участвовал доктор Браен и еще несколько ученых. Но самым неожиданным было то, что Сол тоже захотел отправиться с нами, объяснив это тем, что пока ученые работают над вакциной, ему хочется лучше исследовать нашу вселенную. Хотя, мне кажется, что он просто хочет сбежать от досаждающих своими постоянными вопросами любопытных ученых. После того как он передал им целую библиотеку по физике и несколько учебников и словарей для перевода книг, лингвисты, физики и математики попросту не дают ему проходу.

– Бедняга! – искренне посочувствовала я. – Кстати, когда старт?

– Через три месяца. Времени на подготовку, как всегда, в обрез.

Вдруг Рей приподнял руку, закрывая глаза от солнца и смотря на дорогу, ведущую к деревне. Улыбнувшись, он произнес:

– Кажется, у нас гости!

Повторив его движение, я увидела, что вдали, по дороге от станции, несутся несколько электромобилей. Это были ребята, участвовавшие в миссиях доктора Браена и Элизабет. Через несколько минут вся шумная компания уже была на месте. Ронни, сидевший за рулем первой машины, резко затормозил у калитки и, через мгновениет спрыгнув на землю, помахал нам рукой.

– Эй, привет! Мы к вам, надеюсь, вы готовы принять шумную компанию, к вечеру подтянутся остальные. Ребята, выгружаемся! – крикнул Ронни, указывая, какую сумку кому и куда надо нести.

Из дома вышли Элис и Элизабет. Они уже прикидывали, где им всех разместить. Единственное решение, которое пришло им на ум – это поставить столы прямо на улице.

Из другой машины вылез Йен с рукой на перевязи и Алиса. Она, как всегда, выглядела великолепно: темно-зеленое короткое безрукавное платье с воротом под горло идеально подчеркивало ее стройную фигуру, волосы она забрала в высокий хвост, а легкий макияж придавал свежесть лицу и был практически не заметен. В босоножках на высоких каблуках, со множеством тонких ремешков, она выглядела еще стройнее. Йен, несмотря на свои травмы, был, как всегда, элегантен. Я на минуту залюбовалась ими, а Рей, тем временем, пошёл встречать наших гостей. Опомнившись, я вскочила с лавки и понеслась вслед за ним, опередив его у самой калитки. Он протянул руку Йену, а я, налетев на Алису, крепко обняла ее, громко восторгаясь ее красотой:

– Боже, какая ты красивая!

– А ты маленькая и рыжая!– услышала я ее смеющийся голос. – Идем, я кое-что тебе купила, надеюсь, все это тебе подойдет, я ориентировалась по размеру твоей формы.

Я поспешила вперед, показывая дорогу в мою комнату. Йен шел следом и нес несколько объемных сумок. Когда мы пришли, он поставил сумки и удалился.

Алиса достала из большого пакета коробку и, положив ее на середину дивана, присела.

– Ну, чего стоишь, разворачивай! – нетерпеливо поторапливала она меня, заметив мое замешательство. Я сняла крышку и медленно подняла невесомую белую ткань – это было великолепное белое коктейльное платье с пышной легкой юбкой и открытыми плечами. Прямой вырез лифа был украшен тонким кружевом ручной работы, а талию опоясывала широкая лента бледно-розового цвета.

Я на некоторое время потеряла дар речи, а Алиса, вдоволь насмеявшись над моим ошарашенным выражением лица, быстро взяла ситуацию в свои руки.

– Быстро в ванную! Будем приводить тебя в порядок! – скомандовала она, доставая из сумки какие-то баночки, скляночки и гору косметики.

– Сегодня какой-то особый случай?

– Конечно, особый, глупая! Мы нашли Элизабет и Алекса. И хоть свадьба у тебя была так себе и прежнего не вернешь, мы решили сделать все как следует – сегодня будет ваш день. Кстати, неплохо бы предупредить Элис, чтобы она убрала все ценное и бьющееся, ребята любят побуянить!

Через два часа подготовки, благодаря Алисе и Элизабет, которая все-таки справилась с моими непокорными кудрями, я преобразилась: передо мной в зеркале стояла совсем молодая девушка, похожая на хрупкую фарфоровую куклу с волосами, забранными в высокий пучок и перевязанными бледно-розовой лентой под цвет пояса. Голубые глаза в обрамлении черных ресниц выглядели огромными и яркими, на губах посверкивал чуть заметный розовый блеск, а на щеках был легкий румянец. Платье было великолепно в своей простоте и элегантности, делая мою простенькую фигуру намного привлекательнее. Элизабет надела на шею короткую нитку белого жемчуга и прикрепила на ленту в прическе маленький белый цветок, завершив образ.

– Теперь ты настоящая невеста! – воскликнула она, посмотрев на меня в зеркало.

– Еще туфли! – спохватилась Алиса и начала рыться в куче пакетов и вещей, лежащих горой на диване. Она достала пару бледно-розовых туфель на высоких каблуках, и я, одев их, стала немного выше.

– Все! – перевела она дыхание. – Это было сложно, я это сделала, идемте!

– Подождите, подождите! – замахала руками Элизабет, – дайте я выйду первой, хочу сделать хорошие снимки. Элизабет пулей выбежала из комнаты, и мы с Алисой остались наедине.

Я посмотрела в окно. Во дворе вовсю шло застолье: громко играла музыка, слышались разговоры и смех. «Вот и на мою улицу пришел праздник», – подумала я, улыбнувшись. Алиса стояла позади меня, наблюдала за картиной всеобщего веселья и, заметив, что Ронни и Джек о чем-то яростно спорили, наморщив свой аккуратный носик, заметила:

– Придурки, опять подерутся!

Я же поспешила поблагодарить подругу за заботу и решение участвовать в миссии Рея:

– Спасибо тебе за то, что ты и Йен заботитесь обо мне все это время! И еще за то, что вы поддержали Рея в его стремлении помочь пропавшим людям. Я догадываюсь о том, что это решение далось вам непросто.

– Да, непросто, – произнесла она задумчиво, – но он для меня и Йена больше, чем просто друг. Он вытащил меня с самого дна, когда я была обозленным подростком из трущоб, без цели в жизни и гроша за душой. Я тогда воровала, чтобы прокормить себя, и по неосторожности стащила планшет у военного – это и был Рей. Поймал он меня на третьи сутки. Я думала, что меня ждет либо тюрьма, либо порка. Но тогда он лишь приволок меня на базу, устроил в качестве курсанта, снял небольшую квартиру за свой счет и дал денег на пропитание. Ему тогда пришлось хорошо со мной повозиться, но все-таки он смог направить мою энергию в нужное русло, и через некоторое время я стала продвигаться по службе, у меня появился стабильный доход, и я встала на ноги. Он многих выручил, некоторые ребята до сих пор живы только благодаря ему. Он никогда попусту не рискует людьми, стараясь идти впереди, вызывая огонь на себя. Его уверенность и спокойствие даже в самых критических ситуациях передавалась и нам, заставляя действовать слаженно и четко. В предстоящем деле ему нужны надежные люди. Я и Йен были рады, что хоть в чем-то можем ему помочь. Думаю, эту точку зрения разделяют все ребята в команде.

– Нам надо идти! – встрепенулась она, последний раз придирчиво осматривая меня с ног до головы. – Ты пойдешь первой! Хочу, чтобы ты произвела соответствующий твоему образу эффект.

Она подтолкнула меня к выходу из комнаты, и я еще раз оглянулась, улыбнувшись моей единственной верной подруге.

На улице было тепло, как дома, я вышла на крыльцо и опустила взгляд, посмотрев на ступеньки. «Лишь бы не хлопнуться с них, а то эффект будет соответствующим, как заметила Алиса!» – подумала я, представляя картину своего нелепого падения. Я широко улыбнулась и тут поняла, что вокруг меня стоит тишина! Улыбка тут же пропала с моего лица, и я медленно подняла взгляд. Все люди замерли и смотрели в мою сторону. Ронни раскрыл рот и держал кувшин, из которого в стакан тек и перехлестывал через край какой-то напиток. Брови Рея медленно поползли вверх.

Тишину нарушил Ноа. Почесав затылок, он криво усмехнулся и громко воскликнул:

– Рей, она совсем девчонка, тебе не стыдно! Надо было уступить мне! Я моложе!

Такое замечание вызвало волну хохота и разрядило обстановку. Джек хлопнул по челюсти Ронни, вернув его в реальность, и тот, очнувшись, начал суетливо вытирать полотенцем стол. Рей подошел к крыльцу, подал мне руку, помогая спуститься по ступенькам, и, прижав к груди, прошептал:

– Ты выглядишь потрясающе, я готов прямо сейчас утащить тебя в нашу комнату, чтобы никто, кроме меня, не мог на тебя смотреть!

Не привыкшая к всеобщему вниманию, я тоже подумывала о побеге пару минут назад.

– Я бы с радостью на это согласилась. И, честно говоря, я страшно боюсь упасть в этих туфлях, поддержишь меня?

– С удовольствием! – произнес он – Сегодня я не отпущу тебя ни на шаг.

К нам подошел доктор Браун.

– Добрый вечер, Джиллиан! Прекрасно выглядите!

– Спасибо, доктор Браун! Я слышала, вы будете руководить научной программой в миссии Рея. Какие исследования вы наметили?

– Да, это так. Так как основная наша цель заключается в поиске пропавших ученых, исследования будут сопутствовать этой задаче. Я хотел, Джиллиан, чтобы вы тоже поучаствовали в этом, но тут решать Рею.

– Да, она полетит с нами, куда ж мы без нее, – усмехнулся он. – И первая планета, на которую мы отправимся, будет планета Нордов. Там мы хотим договориться о том, чтобы нам предоставили информацию о перемещениях Цубера по сети гипертуннелей за последние двадцать лет. Конечно, переговоры с ними будут не из простых, и они постараются заключить с нами выгодную сделку. Я думаю, у вас будет как минимум неделя для проведения исследований на этой планете.

– Доктор, а что с образцами с планеты Церера, они ведь так и остались там?

– Эта планета настолько уникальна! – с восхищением произнес доктор, – отличное место для революционных открытий в биологии, химии и медицине. Совет решил отправить туда несколько специализированных лабораторий. Они хотят провести всесторонние исследования прямо на месте. Кроме того, необходимо вернуть останки Тео и О' Нила на Землю.

Мы еще некоторое время обсуждали предстоящий полет и подготовку к нему, пока Джек не устроил импровизированные соревнования по лимбо, используя в качестве палки швабру. Все с удовольствием присоединились к развлечению. Команд было, как всегда, две – ученые против военных. Джек и Ноа хотели выставить в качестве основного участника своей группы Алису. Сильная и гибкая, Алиса легко бы справилась с любым присутствующим, но, к сожалению, она куда-то пропала. Йена тоже нигде не было видно, похоже, им было достаточно друг друга.

В этот вечер мы все чувствовали себя немного счастливыми, потому что наперекор судьбе остались живы, а наши открытия перевернули устоявшиеся теории современной науки. Конечно, у нас впереди было трудное дело, но мы смотрели вперед с надеждой на то, что наша сплоченная команда преодолеет предстоящие испытания нелегкого долгого путешествия, и нам удастся вернуть всех пропавших людей в их семьи, домой – на Землю!




MyBook - читай и слушай по одной подписке