КулЛиб - Классная библиотека! Скачать книги бесплатно  

Чудесные превращения Счастливчика-далматинца (fb2)


Настройки текста:



Лиза Адамс - Чудесные превращения Счастливчика-далматинца

Литературно-художественное издание

Для младшего и среднего школьного возраста


Лиза Адамс


ЧУДЕСНЫЕ ПРЕВРАЩЕНИЯ СЧАСТЛИВЧИКА ДАЛМАТИНЦА


Повесть-сказка


Ответственный за выпуск Т. Г. Ничипорович

Редактор Ю. Н. Кулешова

Корректор Т. Э. Ясонова

Глава первая ЗНАКОМСТВО

Разве мог когда-нибудь подумать далматинец по имени Счастливчик, что все удивительные происшествия и чудесные превращения произойдут с ним только оттого, что в одно беззаботное солнечное утро он легкомысленно устремится в погоню за рыжим соседским котом?

Ни о чем таком Счастливчик совершенно не подозревал, а потому расправа над его давним недругом была им назначена именно на это утро. Не сказать, чтобы кот как-то особенно докучал далматинцу, однако, как известно, неприязнь к кошачьему племени в крови у всего собачьего рода, а наш герой был самым что ни на есть настоящим псом.

В этот день рыжий имел наглость улечься прямо на любимом местечке Счастливчика – в тени раскидистого старого дерева, где всегда было так здорово поваляться и помечтать о каких-нибудь замечательно приятных вещах.

Ну, конечно, Счастливчик не смог этого стерпеть, и участь кота была решена. Для начала нужно было тихонечко подкрасться и исхитриться схватить наглеца прямо за роскошный рыжий хвост – предмет его особой гордости. Этот план Счастливчику вполне бы удался, и наша история, наверное, закончилась бы обычной кошачьей трепкой, если бы не роковая неуклюжесть далматинца.

Когда Счастливчик уже был абсолютно готов к решительному броску, задней лапой он неловко зацепился за корень старого дерева, торчащий из-под земли. Счастливчик, облюбовав это местечко для отдыха, конечно же, хорошенько его изучил и знал расположение и характер не только могучего исполина, но и даже самого маленького цветка, самой неприметной травинки. Но теперь, увлеченный мыслями о предстоящей победе и громкой славе, просто позабыл обо всем на свете.

А потому вместо того, чтобы, как и планировалось заранее, устроить рыжему отменную взбучку, Счастливчик позорно растянулся перед торжествующим противником, зарывшись носом в траву и нелепо раскинув лапы. Ну, а кот поспешил воспользоваться представившимся случаем, и полоснул когтистой лапой Счастливчика по носу.

После этого в высшей степени позорного и неожиданного поражения далматинцу ничего больше не оставалось, как броситься вслед удирающему рыжему подлецу, на ходу зализывая пострадавший нос и придумывая для кота новые муки – одну страшнее другой.

Сначала кота нужно было догнать, а для этого Счастливчик решил не жалеть своих собачьих лап. И не зря, потому что кот показывал чудеса проворства и изворотливости. На какие только ухищрения он не пускался, лишь бы избежать собачьего гнева и острых клыков!

Ловко перескочив через ограду усадьбы, кот, не обращая ровным счетом никакого внимания на мчащиеся автомобили, ринулся прямо через проезжую часть. Это нисколько не охладило пыл далматинца, и улица наполнилась визгом тормозов и криками рассерженных водителей.

Видя, что пес не отстает от него ни на шаг, рыжий разбойник предпринял иную тактику. Он стрелой взлетел на дерево, стоявшее у обочины, и дальнейший свой путь продолжал, перепрыгивая с ветки на ветку. Счастливчика это не смутило, хоть, конечно, доставило немало неудобств. Приходилось не только бежать, но и постоянно задирать голову, чтобы не упустить кота из виду. Пару раз Счастливчик довольно неудачно налетал прямо на стволы деревьев, но это, как ни странно, лишь придавало ему решимости.

Коту погоня стала порядком надоедать. Он никогда не считал себя отменным спортсменом, да и, по правде сказать, был уже не так молод. Поэтому он поспешил спрыгнуть с дерева и подвергнуть далматинца испытанию мусорными корзинами.

Со стороны это выглядело форменным хулиганством.

Коварный котище исключительно грациозно вспрыгивал на край корзины и с хитрющим видом поджидал, пока запыхавшийся далматинец до нее доберется. Счастливчик, разумеется, не успевал вовремя затормозить, и корзина с грохотом опрокидывалась на землю, во все стороны разбрасывая свое содержимое. Кот между тем вынуждал пса проделывать то же самое со следующей.

По всей улице кружились обрывки оберточной бумаги и валялись шуршащие пакетики. Ко всему прочему Счастливчик непрестанно сотрясал воздух отчаянным лаем, который, по его представлению, был ни чем иным, как воинственным кличем и вызовом кота на бой.

Словом, в это солнечное мирное утро покой тихого предместья был нарушен окончательно. Раздосадованные жители выбегали из своих домов и с удивлением замечали, что причиной этого тарарама были всего лишь очаровательный с виду пушистый рыжий кот и не менее очаровательный молодой далматинец.

Впрочем, к тому моменту, как удавалось это разглядеть, непримиримые враги уже сворачивали за угол, и теперь уже несчастные обитатели следующей улочки становились свидетелями этой вызывающей веселый смех и вполне понятное возмущение нелепой гонки.


Неизвестно, сколько времени это все продолжалось бы и кто бы, в конце концов, одержал верх, да только кот окончательно подустал и, чтобы не попасть в зубы к неутомимому далматинцу, шмыгнул в первую попавшуюся приоткрытую дверь.

А надо сказать, что в пылу погони ни рыжий кот, ни тем более Счастливчик совершенно не обращали внимания на то, куда они мчатся и в каком направлении удаляются от дома. Разве можно было думать о каких-то мелочах, если решался вопрос куда более важный?

Поэтому ни тот, ни другой не заметили, как знакомые приветливые и ухоженные улочки сменились сумрачными и не слишком чистыми закоулками с приземистыми обшарпанными домами и затхлым воздухом. Шум и возня, производимые недругами, тут, похоже, никого не смущали – ставни на окнах были плотно закрыты, и никто не спешил выбежать на улицу, чтобы разобраться в происходящем. Словом, место это казалось не только странным, но и чуточку зловещим.

Однако вернемся к нашему герою, который, конечно же, не успел все это хорошенько обдумать, занятый одной, уже известной нам, мыслью, – поскорее бы расправиться с котом. Победа показалась ему как никогда близкой, и Счастливчик без колебаний ринулся вслед за котом в приоткрытую дверь.

Хотя в переулках было довольно душно и сумрачно, все же солнечные лучи находили туда дорогу. А вот помещение, в которое вслед за котом попал Счастливчик, сразу оглушило его темнотой. Кот будто сквозь землю провалился, и далматинец в растерянности принялся озираться по сторонам.

Нос его мгновенно учуял запах свежего мяса, и догадливый пес подумал, что, наверное, он попал в мясной магазин. Догадки его подтвердились, когда, сумев привыкнуть к темноте, Счастливчик разглядел что-то вроде небольшого прилавка и развешанные возле стены копченые окорока и аппетитные колбасы.

Вот только магазин этот довольно сильно отличался от привычных супермаркетов с высокими аккуратными стеллажами и сверкающими витринами. Не было тут и приветливо улыбающихся продавщиц. Вместо них за прилавком стоял тщедушный человечек в не слишком опрятном фартуке и подобострастно предлагал что-то ворчащей и явно недовольной старухе.

– Сколько раз я вас просила, мистер Сток, оставлять моей кошечке только самые свежие куски печенки! А вы мне пытаетесь подсунуть вчерашнюю! – Голос старухи был похож на скрип старой садовой скамейки, а вид она имела суровый и даже чуточку угрожающий.

Человек, стоявший за прилавком, был явно не храброго десятка. А потому в ответ только растерянно разводил руками и натянуто улыбался.

Старуха же, видя, что возражать ей не собираются, напустилась на бедного продавца пуще прежнего:

– В последний раз предупреждаю вас, уважаемый мистер Сток, если эти безобразия еще когда-нибудь повторятся, я обращусь в полицию и вас заставят-таки закрыть эту паршивую мясную лавчонку!

– Но миссис Крукст, – тщетно пытался оправдаться вконец запуганный мистер Сток. Казалось, что угроза лишиться мясной лавки, которая, вероятно, кормит всю его семью, довела его до полного отчаяния, а отчаяние придало ему сил. – Сегодня вы пришли слишком рано, и мой сынишка еще не успел привезти свежий товар. К тому же то, что я вам предлагаю, – это вполне приличная печенка, и, уверяю вас, ваша кошечка будет в полном восторге...

– Я ничего больше не желаю слушать! – проскрипела противная старуха прямо в лицо угодливому продавцу. – Пусть ваш сын-бездельник принесет мне все домой, и имейте в виду, что больше, чем на половину стоимости, вам на этот раз рассчитывать нечего, иначе вы лишитесь лучшей из своих покупательниц! – отрезала она и решительно двинулась в сторону выхода.

– А это что еще такое?! – завизжала сварливая старуха.

До сих пор, увлеченные разговором, ни разгневанная миссис Крукст, ни несчастный изруганный Сток в полумраке лавки не замечали Счастливчика, который оглядывал это место в поисках кота, а потом стал невольно прислушиваться к разговору. Он как-то сразу очень пожалел хозяина заведения, который хоть и был несколько неряшлив, но, похоже, был человеком честным и трудолюбивым.

А вот зато старуха произвела на Счастливчика самое отталкивающее впечатление. Ему страшно не понравился ее скрипучий голос, нападки на маленького человека, а главное – этот крючковатый палец, которым она сейчас так бесцеремонно тыкала в его сторону.

– Так вот кому вы скармливаете лучшие куски печенки! – не унималась миссис Крукст. – Из-за этого собачьего отродья должна страдать моя бедная кошечка! Какая подлость – завести в мясной лавке собаку!

Выкрикивая эти обидные слова, старуха черной тенью надвигалась на Счастливчика, а вконец растерявшийся хозяин лавки был не в силах промолвить ни слова, чтобы отвести от себя несправедливые обвинения.

Тут бы Счастливчику и смекнуть, что ничего хорошего от разгневанной старой миссис ему не дождаться, да попытаться выбраться из негостеприимного заведения. Но не таков был наш герой.

К тому же старуха, неловко замахнувшись, опрокинула свою корзину со снедью. Из корзины выпал отличнейший кусок мяса, и Счастливчик, отчасти, чтобы досадить сварливой старухе, но главным образом потому, что во время безуспешной погони за котом он изрядно проголодался, схватил мясо и мгновенно его проглотил.

В лавке воцарилась пугающая тишина. Хозяин, зная скверный характер своей покупательницы, поспешил спрятаться за прилавок, а у старухи от возмущения буквально заняло дух.

Один Счастливчик, похоже, чувствовал себя вполне комфортно. Мясо пришлось ему по вкусу, а от разбушевавшейся фурии всегда была возможность убежать, проскользнув в приоткрытую дверь. Словом, он невозмутимо сидел на том же месте и немножко нахально наблюдал за тем, как отреагирует старуха.

Придя в себя, к удивлению далматинца, старуха не разразилась ворохом проклятий, а только тихо, но угрожающе сказала:

– Ну погоди же, мерзкое отродье! Ты запомнишь этот злосчастный кусок мяса на всю свою собачью жизнь.

Произнеся эти зловещие слова, старая миссис принялась сначала медленно, а затем все быстрее и быстрее крутиться вокруг собственной оси, нашептывая какие-то странные слова на непонятном языке. Счастливчик же, который в эти минуты почувствовал надвигающуюся опасность, вместо того, чтобы поскорее уносить ноги, словно остолбенел и, как завороженный, смотрел на старуху. Он не мог даже залаять от безысходности – казалось, язык прилип к гортани, а челюсти как будто стискивала чья-то невидимая сильная рука.

«Похоже, я влип», – только и смог подумать Счастливчик, благо на раздумья сил пока хватало.

Внезапно старуха остановилась.

«Надо же, и ведь голова у нее совсем не закружилась», – эта мысль была последней. Счастливчик вдруг почувствовал, что засыпает, и он уже не сумел разобрать, на самом ли деле старуха выкрикнула «Прочь!» и залилась чудовищным каркающим смехом или это ему приснилось.

Что же касается смертельно перепуганного хозяина мясной лавки, то он, выглядывая в щель из-под прилавка, успел заметить, что на том месте, где сидел пес, взвилось легкое белое облачко и, повисев немного в воздухе, бесследно исчезло.

– А г-где же собака? – заикаясь, спросил он.

– Она отправилась искать другого хозяина! – мгновенно нашлась старуха, и лицо ее расплылось в самодовольной ухмылке. – Все- таки я была хорошей ученицей своей прабабки, – обращаясь скорее к самой себе, добавила она.

– Что вы говорите? – спросил не расслышавший мистер Сток.

– Вас это не касается! – прикрикнула старуха. – Лучше как следует занимайтесь своим делом и постарайтесь меня не злить! Да, кстати, не забудьте прислать с вашим мальчишкой отменный кусок мяса взамен того, что украл у меня этот наглец.

Хозяин и не пытался спорить с разгневанной клиенткой. Он только облегченно вздохнул, когда миссис Крукст наконец покинула пределы мясной лавки. Сейчас, как, впрочем, и всякий раз после общения с миссис Крукст, ему хотелось закрыть лавку и принять что-нибудь успокоительное.

И когда уже совершенно нечему было смущать покой обессиленного мистера Стока и он собрался запирать двери, из-под стула у кассового аппарата вылез рыжий кот. Он лениво потянулся, сладко зевнул и, сверкнув глазом, с самодовольным и важным видом медленно вышел из лавки.

Мистер Сток поспешил поскорее захлопнуть дверь, закрыл ее на засов и со словами: «Нет, сегодня положительно самое неприятное утро» отправился за успокоительными каплями.


Как только Счастливчик очнулся, он сразу постарался припомнить неприятный сон, который ему привиделся. Во сне этом был рыжий кот, незнакомая мясная лавка, злющая старуха, которая так и норовила проткнуть его своим длинным крючковатым пальцем.

«Странно, – подумал, Счастливчик, – и как при этом мне удалось уснуть? И почему так мучительно болит голова? И откуда взялся лес?»

Действительно, вокруг далматинца раскинулся густой и угрюмый лес.

Немножко привыкнув к легкому шуму в голове, Счастливчик встал на лапы и попробовал осмотреться кругом. В погоне за котом он не мог сюда попасть – это было ясно.

Может, злобная старуха как-то помогла ему тут очутиться?

«Так вот что означало ее пришептывание и кружение волчком», – мелькнуло в голове у Счастливчика. Однако эта догадка никак не облегчила положения. Хорошо, что он остался жив и, если не считать неприятного шума в голове, вполне невредим. Пора было подумать, как выбраться из этой скверной истории.

Лес, в котором очутился наш герой, казался не совсем таким, к какому он привык. Деревья были высокими, могучими и верхушками словно упирались в самое небо. А такой травы, густой и ярко-зеленой, Счастливчик отродясь не видывал. К тому же в лесу этом витал какой-то странный незнакомый запах. Счастливчик мог поклясться, что именно этот запах, хоть и не был особенно неприятным, вызывал неясное чувство страха.

И еще было ощущение, что за ним кто-то подглядывает.

Как же неуютно почувствовал себя Счастливчик, когда на него разом свалилась куча таких непонятных вещей!

Правда, одна из них разъяснилась почти сразу.

Колючие ветки ближайшего куста раздвинулись, и оттуда выглянуло чье-то лицо. Впрочем, лицом это было назвать довольно трудно – до того оно было перепачкано в грязи. Но оно явно принадлежало человеческому существу.

Счастливчик настороженно зарычал. Он, конечно, понимал, что поступает крайне невежливо, но сразу же утешил себя тем, что в этой ситуации ему скорее следует заботиться о собственной безопасности, чем о правилах этикета.

Мордашка быстро спряталась за кустом, но, вероятно, существо, которому она принадлежала, оказалось не робкого десятка, а потому через мгновение показалось полностью. От изумления Счастливчик даже перестал рычать.

Перед ним стояла маленькая девочка – буквально с него ростом – однако весь облик ее был до того странен, что Счастливчик всерьез засомневался, не снится ли ему все это. Девчонка была до того чумазой, что скорее напоминала зеленого чертика с умными злыми глазками, чем благовоспитанную английскую девочку, какими их привык видеть Счастливчик.

– Если ты еще вздумаешь на меня рычать, я превращу тебя в лягушку, – очень серьезно проговорила девчонка. Язык ее показался Счастливчику странным, хотя он понял все вполне.

– А если ты станешь грозиться, я мигом выволоку тебя из этого леса и за волосы притащу в школу, если, конечно, там станут терпеть такую грязнулю. – Поскольку девчонка даже не поздоровалась, далматинец тоже не спешил ее приветствовать.

Та, очевидно, не ожидала услышать подобной дерзости, и, похоже, ее это даже позабавило.

– А что такое школа? – поинтересовалась она.

Ее вопрос немного озадачил Счастливчика. Не то чтобы он не знал, как объяснить значение этого слова. Далматинца заинтересовало другое – как может ребенок не знать, что такое школа?

«Наверное, бедняжку бросили родители – не иначе за то, что она была скверной и непослушной, и теперь девочка живет в лесу», – предположил Счастливчик и, позабыв о собственных неприятностях, решил во что бы то ни стало наставить заблудшего ребенка на путь истинный. Далматинец был совершенно уверен, что ему это непременно удастся.

– Видишь ли, – начал он очень обстоятельно, – школа – это такое место, где таких малышей, как ты, взрослые люди учат разным премудростям...

– Нет! – прервала его девчонка. – К сестрицам-ведьмам я больше не пойду!

– Как тебе не стыдно! – вскричал хорошо воспитанный Счастливчик. – Разве можно так называть учителей?

– А как же прикажешь их называть, если они и есть самые настоящие ведьмы? – съехидничала девчонка.

– Пожалуй, самая настоящая ведьма – это ты и есть. До того ты злющая и гадкая. Ты просто маленькая ведьмочка! – Далматинец давно не помнил себя таким сердитым. Ну и, конечно, он справедливо полагал, что столь обидные слова окажут свое благотворное действие на распоясавшуюся девчонку. Но то, что произошло на самом деле, превзошло все его ожидания.

– Так ты меня знаешь? – вскричала девчонка, и лицо ее впервые озарилось симпатичной ребячьей улыбкой. – Вот здорово, значит, я тоже становлюсь знаменитой! – И от переполнявших ее чувств, девчонка заскакала на одной ножке – ну, точь-в-точь первоклассница, получившая заветную пятерку.

– Да я тебя впервые вижу! – воскликнул Счастливчик. Но чтобы унять веселый девчоночий танец, пришлось не только прокричать эти слова ей прямо в чумазое ушко, но и дернуть за подол ветхого зеленого платья. – Я тебя впервые вижу, – повторил Счастливчик, который потихоньку начинал понимать, что все не так-то просто.

– Как же так, – растерялась девчонка, и лицо ее вновь приняло по-взрослому серьезное и немножко злое выражение. – Ты ведь только что назвал меня маленькой ведьмочкой. Так или нет?

– Ну да, – вынужден был согласиться Счастливчик. – И я даже готов извиниться перед тобой, потому что знаю, что нехорошо обижать маленьких. Но поверь, в тот момент ты действительно была похожа на маленькую злобную ведьму.

Девчонка озадаченно взглянула на Счастливчика.

– Послушай, но ведь я и есть самая настоящая маленькая ведьма. И я не понимаю, как ты можешь меня этим обидеть.

Видя, что Счастливчик ошеломлен и не в силах вымолвить ни слова, маленькая ведьмочка вспылила:

– Да что ты молчишь, словно в рот воды набрал? Ты что, ведьм никогда не видел?

В ответ на это Счастливчик смог только отрицательно мотнуть головой. Маленькую ведь-мочку это слегка насторожило.

– Послушай, а из чьей псарни ты сбежал? – Она с возросшим интересом стала разглядывать Счастливчика. – У лорда Айрона таких собак нет – это я знаю от призрака, который живет на тамошней псарне, у сэра Гарбиджа все собаки черные, а бедняк сэр Артур не найдет лишнего гроша, чтобы купить самого завалящего пса, не то что такого красавца! Откуда же ты взялся?

– Я... я... – только и смог произнести вконец растерянный Счастливчик. Слыша эти странные громкие имена, он начинал догадываться, что, если это только не досужие выдумки взбалмошной девчонки, место, куда он попал, ой как далеко от родного дома.

– Ну ладно, – прервала его мысли девчонка. – Не хочешь рассказывать, не надо. В конце концов, у каждого могут быть маленькие тайны, – мудро рассудила она. – Но хоть имя-то свое ты можешь мне назвать? Надеюсь, среди собак еще не завелись безымянные странствующие рыцари. – Чего-чего, а уж ехидства у этой малышки было хоть отбавляй.

Не обращая на это внимания, Счастливчик смиренно ответил:

– Меня зовут Счастливчик.

– Странное имя, но мне нравится, – попыталась ободрить его ведьмочка. – А я – Крошка Лори. Еще ведьмы называют меня кто грязнулей, кто замарашкой. Но предупреждаю, если ты хочешь стать моим другом, зови меня Лори, – серьезно сказала она. – К тому же не такая я и грязная, – проворчала малышка и утерла нос рукавом платья.

– Ты хочешь, чтобы я стал твоим другом? – осторожно спросил Счастливчик. Он все еще никак не мог поверить в реальность происходящего, но возможность дружбы с ведьмой его позабавила.

– Мне все равно, – вызывающе ответила Крошка Лори, хотя на самом деле ей очень хотелось завести друга, а этот странный пес ей сразу чем-то очень понравился. Но такой уж был у нее скверный ведьминский характер.

Счастливчик, впрочем, угадал, о чем умолчала маленькая ведьмочка. А потому он просто подошел и предложил строптивице свою лапу, за что тут же был вознагражден самым крепким пожатием и самым искрящимся взглядом.

Счастливчик до того был растроган этим искренним проявлением признательности, да еще от такой жутко своенравной девчонки, какой была Крошка Лори, что новыми глазами взглянул на своего нового друга.

Это была, как мы уже знаем, небольшая девочка с умным и немного злым личиком. Самым ее любимым цветом, а скорее всего единственным цветом, который она признавала среди всего разнообразия красок, был зеленый.

Старенькое ветхое платье и короткий плащ были зелеными, спутанная лохматая шевелюра – тоже изумрудно-зеленая – даже слой грязи и пыли не мог упрятать этот цвет. И прищуренные злые глазки казались осколками малахита. В довершение всего на шее у малютки Лори висело с десяток ниток диковинных зеленых камней разных форм и оттенков. Эти бусы были особенно дороги Крошке Лори. Она не хотела расставаться с ними даже тогда, когда отправлялась спать, а мыться не желала, боясь повредить хоть одну бусинку из роскошного ожерелья.

Вот таким занятным другом обзавелся Счастливчик в этом диковинном лесу. И уж совсем по дружбе решил спросить:

– Крошка Лори, а ты и впрямь настоящая ведьма?

Этот вопрос почему-то рассердил ведьмочку.

– Ну сколько можно твердить одно и то же! – вспыхнула она. – Знаешь, если бы ты не был таким симпатичным, да еще вдобавок и моим другом, я бы, пожалуй, действительно превратила тебя в лягушку и отдала бы сестрицам Крукст и Хукст – то-то они позабавились бы!

– Как ты сказала? – насторожился Счастливчик. – Миссис Крукст? – Это имя как-то само собой всплыло в его памяти.

– Да какая она миссис?! Вот умора! – Крошка Лори так и покатилась со смеху. – Ты с ума сошел! Разве ведьм так называют?

– Выходит, она тоже ведьма?

– Как ты мне надоел со своими расспросами! – разозлилась маленькая ведьмочка. – Да ведь самый маленький щенок знает то, о чем ты меня расспрашиваешь битый час! – Заметив, как смущен Счастливчик, маленькая ведьмочка немного смягчилась.

– Ну хорошо, хорошо! Я тебе все расскажу. Но имей в виду, что сделаю я это только ради того, чтобы мы с тобой могли болтать и о чем-нибудь другом кроме ведьм. – И Крошка Лори терпеливо начала:

– Видишь вон ту гору, из которой постоянно вырываются клубы дыма?

К этому времени друзья вышли на большую поляну, и теперь кроны деревьев не мешали Счастливчику рассмотреть то, на что показывала пальчиком с зеленым ноготком Крошка Лори. Гора была абсолютно правильной формы, склоны ее – настолько гладкими, что казались отполированными рукой великана. Из жерла то и дело вырывались клубы темно-серого, почти черного дыма.

– Это и есть жилище ведьм, – объяснила Крошка Лори, – вот только не знаю, почему я тебе должна рассказывать то, что знает даже каждая букашка.

Счастливчик укоризненно взглянул на свою спутницу, и та смиренно продолжала:

– Там живут всякие ведьмы – лесные, болотные, полевые. Но самая главная ведьма живет не там. Ее зовут Болотница, и хоронится она в своем подземелье – под зловонными лесными болотами. Она всем нам приходится троюродной теткой, но не дай бог кому-нибудь попасть к ней на воспитание. Она не то что человека или, к примеру, собаку со свету сживет, а и самую зловредную ведьму замучит.

– Так это и твой дом тоже? – спросил Счастливчик.

– Теперь уже нет, – хмуро ответила Крошка Лори.

Казалось, Крошка Лори хмурится не из-за того, что больше не живет в доме своих сестер- ведьм, а совсем по другой причине. Но Счастливчик решил потерпеть с расспросами. Он вовремя вспомнил сказанное час назад его подружкой – всякий имеет право на свою маленькую тайну.

Внезапно новоиспеченные друзья услышали далекий звук трубы. Призывно прозвучав один раз, он повторялся снова и снова.

– Это что, концерт начинается? – спросил Счастливчик и по выражению мордашки Лори понял, что поторопился с вопросом.

– Да ты, я вижу, из совсем дальних мест к нам прибыл. Только на этот раз ты из меня и слова не вытянешь. На эту превеликую забаву нужно посмотреть собственными глазами! Летим! – И маленькая ведьмочка, раскинув полы своего зеленого плаща, взмыла вверх.

Счастливчику ничего не оставалось, как поверить своим глазам и перестать сомневаться в том, что рассказала ему ведьмочка. Ни минуты не раздумывая, далматинец бросился в том направлении, куда с веселыми криками неслась его необыкновенная маленькая подружка.

Глава вторая РЫЦАРСКИЙ ТУРНИР

Вы уже, наверное, догадались о том, что пока только начал смутно подозревать Счастливчик? На самом деле произошло вот что. Миссис Крукст, та самая сварливая старуха в мясной лавке, которую очень сильно разгневала дерзость Счастливчика, была праправнучкой самой настоящей ведьмы – одной из тех ведьм, что жили в Ведьминой горе. Разозлившись на далматинца, старуха отправила нашего героя в прошлое, во времена отважных рыцарей и прекрасных дам, в надежде, что там, столкнувшись с трудностями и опасностями, Счастливчик хлебнет лиха, а потому сама миссис Крукст будет отмщена.

Впрочем, не станем забегать вперед. Лучше вернемся к друзьям, тем более, что они уже приближаются к тому месту, с которого все и начнется.


Да, длинный путь был проделан далматинцем и его неугомонной подружкой, прежде чем они добрались до нужного места. Особенно нелегко он дался Счастливчику. Пес и так был здорово утомлен кошачьим марафоном. К тому же бежать, задрав голову, в лесу было намного труднее, чем вдоль дороги. Если и тогда деревья попадались на пути чертовски часто, то можно представить себе, что же было в лесу. Нет, этого Счастливчик вынести не мог! Он решительно улегся на землю и сказал, что дальше не пойдет.

Однако маленькая ведьмочка, вероятно, почувствовала, что в обязанности друга входит не только болтать и выслушивать болтовню другого, но и в чем-то уступать. А потому она, правда, крайне неохотно, опустилась на землю и продолжала дальнейший путь пешком. Впрочем, она ни на минуту не переставала ворчать, что так они непременно опоздают. Но это Счастливчик готов был терпеть куда охотнее, чем непрерывные столкновения с деревянными исполинами.

Когда Крошке Лори, наконец, надоело ворчать, она не удержалась и рассказала Счастливчику, куда они направляются. Оказывается, путь их лежал прямиком в замок сэра Айрона, первого лорда королевства. На нынешний день был назначен рыцарский турнир, который должен решить, кому достанется рука и сердце прелестной леди Бьянки, дочери грозного лорда. Единственное, о чем Крошка Лори упрямо помалкивала, было то, что же такого интересное и ужасно забавное должно произойти во время турнира.

– Вот только я боюсь, что из-за того, что кое-кто ленится быстро бегать, мы обязательно опоздаем, – язвительно бросила она в сторону Счастливчика.

Ах, как хотелось далматинцу своими глазами взглянуть на то, о чем когда-то ему читали в книжках. Счастливчик даже подумал, что и сам он не прочь сразиться за честь какой-нибудь распрекрасной собачки, если такая, конечно, найдется. От желания поскорее попасть на настоящий рыцарский турнир далматинец припустил так, что теперь Крошка Лори едва могла за ним угнаться.

– Да погоди же ты! Вот ненормальный! Сначала еле плетется, а сейчас и поспеть за ним невозможно. Вот увидишь, на самое интересное мы обязательно попадем.

Но это маленькая ведьмочка кричала уже в спину удаляющемуся далматинцу. Звук труб был слышен совсем рядом, и никакая сила не могла заставить Счастливчика умерить бег.


И вот, кто бегом, а кто по воздуху – ибо именно так маленькой ведьмочке пришлось догонять далматинца, – друзья добрались до стен замка. Теперь надо было как-то исхитриться и попасть за крепостную стену.

Впрочем, с этим никаких трудностей не возникло. В тот день все подъемные мосты над глубоким рвом с водой, окружавшим огромный замок, были опущены, а ворота – гостеприимно распахнуты. Сделано это было ради того, чтобы каждый – даже самый бедный крестьянин, самый последний нищий – мог прийти на ристалище и своими глазами увидеть, кто станет победителем и женихом всеобщей любимицы – леди Бьянки.

А потому странная мурзатая девочка в зеленом платье и кучей побрякушек на шее вызвала у стражников только легкую улыбку. А Счастливчик, сам того не ведая, был негласно признан самой красивой собакой в окрестных местах. Все сразу же принялись гадать, из чьей псарни этот изумительный пес? В конце концов все решили, что эта собака принадлежит не иначе как самой леди Бьянке. А потому относиться к ней стали с должным почтением.

Пока Счастливчик осваивался в незнакомой обстановке, не переставая удивляться, до чего приветливы с ним все эти люди в замысловатых одеждах, Крошка Лори отправилась куда- то по своим ведьминским делам – так она сказала. А еще малютка строго-настрого велела Счастливчику не отлучаться отсюда ни на минуту.

Кстати, это предупреждение оказалось вовсе излишним. Счастливчик был до того занят разглядыванием замка и людей вокруг, что смог бы просидеть тут целую вечность.

Замок был просто исполинских размеров. Кирпичные стены его выглядели очень старыми – кое-где их даже покрывали целые заросли мха. Казалось, замок был специально создан для того, чтобы в нем можно было надежно укрыться и от самой яростной непогоды, и от самого свирепого врага.

Перед замком на огромной площадке расположилось поле, где проводились рыцарские бои. Счастливчик догадался об этом по тому, сколько людей – и простые, и знатные – сидели и стояли вокруг него. А по самому полю разъезжали на больших, одетых в металлический панцирь конях закованные в железо рыцари.

Сначала такое облачение показалось Счастливчику довольно странным и даже забавным, но он вовремя вспомнил изображение точно таких же людей на картинке в книжке о средневековье.

«Так вот, значит, куда я попал», – осенило его. Тут прибежала запыхавшаяся Крошка Лори и довольно бесцеремонно сначала растолкала задумавшегося далматинца, а затем потащила его за собой.

– Вот расселся! – ворчала она, совершенно, казалось, забыв, что совсем недавно сама же велела Счастливчику сидеть и не двигаться с места. – А я тут бегай одна, ищи местечко поудобнее. Ну идем же, идем скорей.

Хорошо еще, что Крошка Лори была действительно крохой, да и Счастливчик не был самой большой собакой на свете, а то, пожалуй, немало роскошных дамских кринолинов, да и простых крестьянских юбок оказалось бы безнадежно испорчено, ну, а мужчины, наверное, просто взяли бы да и отшлепали дерзкую девчонку и красавца-пса за то, что они бесцеремонно расталкивали всех.

Как раз совсем скоро должен был начаться последний, решающий поединок между самыми храбрыми, самыми отважными и самыми сильными рыцарями.

Наконец Крошка Лори привела Счастливчика в облюбованное ею местечко. Это была, несомненно, самая лучшая площадка, с которой можно было наблюдать за ходом поединка, – небольшое возвышение прямо напротив того места, где станут биться рыцари. Прежде на нем стояли трубачи и барабанщики, возвещавшие начало каждого боя торжественными звуками своих инструментов. Теперь же, отрубив и отбарабанив начало последнего поединка, они поспешили присоединиться к своим приятелям, чтобы обсудить с ними каждую деталь.

На возвышении остались только огромные барабаны, среди которых и устроились Крошка Лори и Счастливчик. Лишь двоим зрителям было, пожалуй, еще удобнее наблюдать за ходом событий.

Площадка для турнира была устроена так, что одним своим краем примыкала прямо к могучей стене замка. В стене имелась уютная ниша – нечто вроде лоджии. И там на величественных креслах сидели два человека – седовласый мужчина с суровым взглядом и молодая белокурая девушка.

– Послушай, Лори! А кто эти люди – прямо напротив нас? – Счастливчик уже успел удобно устроиться среди барабанов и, пока не начался поединок, решил кое о чем порасспросить свою спутницу.

– Так ведь это же и есть лорд Айрон и его дочь – леди Бьянка!

– Я даже не мог себе представить, что на свете бывают такие красивые девушки, – восхищенно пробормотал Счастливчик.

– Ну, знаешь, есть и покрасивее, – запальчиво возразила Крошка Лори. – Хотя, конечно, не из-за каждой устраиваются турниры, но, я тебе скажу, эта девчонка всего лишь не дурнушка – вот и все.

Пока друзья препирались, на площадку с разных концов выехали два рыцаря. Оба они были облачены в рыцарские доспехи, принятые в то время. Тела защищали железные панцири, а головы – металлические шлемы с решетчатым забралом. Мощные боевые кони тоже были покрыты кольчугами.

Рыцарь, который выехал справа, имел и одежду и доспехи абсолютно черного цвета, и даже конь под ним был черным, как вороново крыло.

А рыцарь, появившийся слева, одет был почти так же, вот только снаряжение его не выглядело таким роскошным, как у черного рыцаря. И цвет для себя он выбрал другой – ярко-красный.

Оба рыцаря в левой руке держали щит, в правой – копье, а на поясе у каждого висел меч.

– Красный рыцарь – это молодой сэр Артур Шелтер. Он хоть и храбрый рыцарь, да только совсем бедный. Всего-то у него и осталось, что доброе имя и родовой титул, – нашептывала на ухо Счастливчику Крошка Лори. – Совсем другое дело – рыцарь в черном: он, конечно, не так красив, как Артур, да и не так молод, но только он самый богатый вельможа во всей Англии. Он даже богаче лорда Айрона, а теперь хочет стать еще и самым знатным. Спорим, что сегодня выиграет именно он? – В глазах у Крошки Лори заплясали маленькие чертики.

– Нет, – сказал Счастливчик, – к тому же мне почему-то очень хочется, чтобы выиграл красный рыцарь – сэр Артур.

– А вот и не выиграет, а вот и не выиграет! – подзадоривала далматинца его подружка.

– Откуда ты знаешь?

– Да сколько раз тебе говорить! Сейчас сам все увидишь, – наотрез отказалась отвечать Крошка Лори.

Люди, окружавшие турнирное Поле, затаили дыхание: рыцари поприветствовали лорда Айрона и его дочь, склонив головы и опустив копья к земле, и разъехались в разные стороны, чтобы начать поединок.

Счастливчик не представлял себе, что может быть забавного в смертном бое, а Крошка Лори так и ерзала и даже иногда толкала далматинца в бок.

– Не понимаю, отчего тебе так весело, – раздраженно зашептал Счастливчик.

– Ну как же! Разве ты не видишь? Они ведь уже здесь!

– Да кто они? Кроме рыцарей, тут никого нет, а они совершенно не смешные.

Крошка Лори в недоумении уставилась на Счастливчика. А потом досадливо стукнула себя ладошкой по лбу.

– Ах я дурочка! Ну как же я могла забыть?! – И она стала торопливо перебирать свои бусы. – Ну где же он, вот! Нет, не это. Куда же он мог запропаститься?

Наконец она довольно вскрикнула и, хитро распутав и развязав нить, освободила один прозрачный камешек. Собственно, и не камешек вовсе, а словно небольшой осколок бутылочного стекла, конечно же, самого что ни на есть пронзительного зеленого цвета.

– Теперь ты действительно все увидишь и здорово посмеешься! – торжественно провозгласила маленькая ведьмочка.

Счастливчик с недоверием уставился на зеленое стеклышко. Крошке Лори не понравилось, что ее друг не сумел по достоинству оценить предмет ее гордости – хотя бы потому, что эта вещица принадлежит ей. Но малышка уже привыкла, что далматинцу все приходится объяснять, и с удивительным терпением сказала:

– Это – Волшебный Глаз. Если ты смотришь им...

– Ты хотела сказать – смотришь через это зеленое стеклышко, – поправил ее Счастливчик.

– Ну ладно, пусть будет по-твоему. – Крошка Лори сама удивлялась, откуда у нее берется столько терпения и кротости. – Тогда ты можешь видеть то, что для других остается невидимым.

брошка Лори ловко пристроила стеклышко так, чтобы оно стояло устойчиво и Счастливчик мог через него видеть все поле. Далматинец жадно прильнул к Волшебному Глазу и начал нетерпеливо всматриваться.

Стеклышко было не совсем чистым, как, впрочем, и сама малышка, но все-таки, приглядевшись, Счастливчик увидел такое, что с трудом поверил собственным глазам.

По всему полю в разухабистом воздушном хороводе, никому не видимые, кружили ведьмы. Они корчили ужасно комичные рожи, беспрерывно хихикали и по-своему забавлялись.

То присаживались на круп лошади позади рыцаря – и та начинала беспокойно ржать и подрагивать всем телом; то повисали на кончике копья – и тогда рыцарь не мог понять, отчего его верное, привычное руке оружие вдруг становилось таким тяжелым. Все эти штучки ведьмы проделывали только с красным рыцарем, черного же они совсем не трогали. Счастливчику даже показалось, что, пролетая мимо черного рыцаря, ведьмы переставали хихикать и держали себе довольно почтительно.

Но вот прозвучал гонг, и рыцари с копьями наперевес ринулись навстречу друг другу. Поединок будет считаться выигранным, если кому-то из рыцарей удастся выбить соперника из седла, – так объяснила несведущему в рыцарских боях Счастливчику Крошка Лори.

Это было поистине захватывающее дух зрелище. Плащи и перья на шлемах развевались, всадник и конь превратились в одно целое и стрелой неслись навстречу надвигающейся опасности. И в тот момент, когда соперники вот-вот должны были столкнуться, сразу несколько ведьм бросились под ноги гнедому коню красного рыцаря.

Умное животное, чудом почуяв опасность для себя и своего седока, совершило головокружительный прыжок и отскочило в сторону. И хотя благодаря своему чутью конь спас всадника от позорного падения, а может быть, и от смерти, красный рыцарь был возмущен столь странным поступком своего боевого товарища.

К тому же народ, собравшийся поглядеть на поединок, подумал, что рыцарь испугался и сам в последнюю минуту ушел от схватки.

– Да наш красный рыцарь просто трус! – летели обидные слова.

– Сэр Гарбидж победил! – кричали верные вассалы черного рыцаря.

– Нет, пусть поединок продолжается по правилам! – не уступали те, кто были сторонниками сэра Артура.

– Поединок будет продолжаться по всем правилам рыцарского турнира! – вдруг услышали все громовой голос. Это сам лорд Айрон, хозяин замка и первый лорд королевства, решил прекратить бессмысленные споры. Как по мановению волшебной палочки все крики смолкли. Лорд Айрон по праву считался одним из самых уважаемых людей в королевстве, и всякое его слово звучало как закон.

– Ты видел? – восторженно шептала Крошка Лори. – Еще немного, и они бы сделали такую мировую подсечку, что бедный рыцарь и костей бы не собрал. Это все Хукст придумала – она у нас самая изобретательная на такие штучки. Правда, здорово?

– Нет! – серьезно ответил Счастливчик. – Вовсе даже не здорово! Что дурного им сделал этот рыцарь? Почему они не дают ему честно биться?

– Ну, какой же ты глупый! – раздраженно набросилась на далматинца ведьмочка. – Ничего он им не сделал! Просто так надо, – уклончиво закончила она. – Хватит приставать ко мне с дурацкими вопросами, лучше смотри, что будет дальше.

Действительно, после слов лорда Айрона, рыцари вновь разъехались по своим местам, и Счастливчик опять уставился в зеленое стеклышко. Прозвучал удар гонга, после которого рыцари во весь опор устремились вперед. Копье каждого было направлено в щит соперника. И только Счастливчику и его маленькой подружке было видно, что в тот момент, когда рыцари столкнулись, ведьмы отвели в сторону копье красного рыцаря, и он, получив ощутимый удар черного рыцаря, потерял равновесие и едва не вылетел из седла, что считалось бы настоящим поражением.

– Ну вот, опять не повезло! – застонала маленькая ведьмочка. – До чего же все-таки ловок этот сэр Артур!

– Что-то мне совсем это не нравится! – твердо сказал Счастливчик. – Или ты мне сейчас же скажешь, почему происходят эти безобразия, или я перестану быть твоим другом!

Счастливчик, конечно, понимал, что он использует запрещенный прием. Он все еще помнил, какой радостью светились глаза малышки, когда она заручилась его дружбой. Но понял Счастливчик и то, что иным путем вредность и упрямство Крошки Лори ему не одолеть.

Малютка сразу же надула губки и сверкнула на Счастливчика сердитым взглядом.

– Ну хорошо, – недовольно проворчала она, – я все тебе расскажу. Мои сестрицы ведьмы – большие приятельницы сэра Гарбиджа. Это повелось так давно, что никто уже и не помнит, с чего все началось. Поговаривают, когда-то ведьмы помогли предку сэра Гарбиджа приобрести титул и накопить большие богатства. А теперь сэр Гарбидж захотел, чтобы мои сестрицы помогли ему добиться руки этой недотроги. Ну, а для моих сестриц нет ничего веселее, чем кому-нибудь напакостить. И какая разница, кто это будет?

Все это Крошка «Лори говорила с невозмутимым и невинным видом, Счастливчик же просто кипел от негодования.

– Но ведь это подлость! – воскликнул он. – Разве ты не понимаешь?

– Нет, не понимаю, – очень серьезно ответила Крошка «Лори. – Меня этому никто и никогда не учил.

Счастливчик никак не мог понять, действительно ли его подружка серьезна или это просто ее очередная шуточка. Но он привык хорошо думать даже о ведьмах, а потому терпеливо попытался объяснить:

– Подлость – когда кто-то делает другому плохо, когда тот этого совсем не заслуживает. Вот если бы я, твой друг, вдруг укусил бы тебя, когда ты отвернешься, – это тоже было бы подлостью. Или когда кто-то нечестно, с чужой помощью, хочет выиграть справедливый поединок – это тоже самая настоящая подлость, – как смог, объяснил взволнованный далматинец.

Крошка Лори выслушала его очень внимательно – ни тени улыбки не мелькнуло на ее настороженном лице. Потом она медленно произнесла:

– Знаешь, мне не хочется, чтобы ты меня вдруг укусил. – Счастливчику даже показалось, что в глазах маленькой ведьмочки сверкнули набежавшие слезы.

– Надо их остановить! – закричал Счастливчик, обрадованный тем, что Крошка Лори, похоже, все поняла.

– Уже слишком поздно! – сокрушенно промолвила малышка.

И действительно, перекрывая ее слова, прозвучал гонг, и всадники сорвались с мест. Ведьмы, раздосадованные своими прежними двумя неудачами, сейчас были не так игривы, как в самом начале поединка. Теперь они тесно сгрудились, и та, которую Крошка Лори назвала Хукст – упитанная и вертлявая девица с развевающимися черными волосами – что- то неслышно нашептывала своим сестрицам.

И вот опять все замерли в ожидании столкновения. И вдруг у всех на глазах щит красного рыцаря бесследно исчез – буквально растворился в воздухе. В этот самый момент копье черного рыцаря коснулось металлического панциря сэра Артура.

Это толстуха Хукст, видимая только Счастливчику и Крошке Лори, брызнула на щит красного рыцаря какой-то жидкостью, и он рассыпался в прах.

Сэр Артур упал на землю, а из отверстия, пробитого в железном панцире, показалась кровь. Все люди, наблюдавшие за этим, на мгновение в ужасе оцепенели. Уже давно рыцарские поединки не заканчивались столь кровопролитно. Ведь для того, чтобы выиграть, достаточно было выбить соперника из седла, а уж ранить и тем более убивать было вовсе не нужно.

Ну, а черный рыцарь – сэр Гарбидж – вовсю упивался своей неправой победой. Он несколько раз объехал поле боя, не обращая внимания на своего поверженного соперника. Люди вокруг бурно его приветствовали, и даже те, кто совсем недавно надеялся на победу сэра Артура, не решались выказать своего неудовольствия. Они так же, как и все остальные, бросали вверх головные уборы и вовсю кричали:

– Да здравствует отважный рыцарь сэр Гарбидж! Да здравствует отважный жених леди Бьянки – наш обожаемый повелитель!

Но черный рыцарь жестом успокоил толпу и, подъехав к замковой ложе, снял с головы шлем и преклонил копье перед леди Бьянкой.

Как же не понравилось Счастливчику лицо сэра Гарбиджа! Все в нем – и выступающий вперед подбородок с бородкой клинышком, и узкие, как щелочки, злые глазки, и нос, больше похожий на орлиный клюв, – выдавало в нем человека жестокого и властного. Да и голос его походил на скрежет металла.

– И копье свое, и гордую голову я с почтением склоняю перед прекраснейшим цветком Англии – очаровательной леди Бьянкой. Теперь, когда честный и справедливый бой закончен, мне остается смиреннейше просить самую достойную и самую очаровательную из дев назвать ее покорнейшего слугу своим женихом и повелителем!

Леди Бьянка, которая на протяжении всего турнира была бела, как мел, едва слышно, но достаточно твердо произнесла:

– Пристало ли говорить об этом, когда соперник ваш истекает кровью? Не благороднее ли было бы в этот час обратить все помыслы на то, чтобы помочь несчастному рыцарю?

– Стоит ли думать об этом, а особенно вам, о божественная! То, что свершилось, было угодно Господу! К тому же спешить на помощь, увы, незачем. Копье мое бьет без промаха – он мертв!

Услыхав слова черного рыцаря, девушка покачнулась, с губ ее слетел тихий стон, и, лишившись чувств, бедняжка упала наземь. К ней сразу подскочили несколько служанок, чтобы привести в чувство, но обморок был слишком глубок. А потому с помощью слуг девушку унесли в ее замковые покои.

Толпа заволновалась. Всякий старался найти объяснение случившемуся с несчастной девушкой, что за такой недуг внезапно на нее напал. Хотя долго объяснений искать не пришлось, ведь как ни крепки замковые стены, а для слова нет оков. И потому даже самому несмышленому крестьянскому мальчишке-свинопасу была известна грустная история леди Бьянки и сэра Артура.

А история эта такова. Когда Артур и Бьянка были еще совсем детьми, родители их крепко дружили, так что мальчик с девочкой встречались часто и успели нежно привязаться друг к другу. С годами эта привязанность переросла в настоящую светлую и чистую любовь. Артур и Бьянка поклялись, что будут принадлежать лишь друг другу.

Но случилось так, что на головы родителей Артура посыпались всевозможные несчастья. В одно лето случилась засуха, и поля и угодья Шелтеров были сожжены дотла. В другой год волки разогнали и перебили все их стада. В довершение всех бед разбойники напали на сэра Шелтера, когда тот ехал через лес. Будучи настоящим рыцарем, сэр Шелтер вступил в неравный бой и был убит нападавшими. Матушка Артура не смогла перенести этого горя и спустя несколько месяцев сошла в могилу вслед за своим горячо любимым супругом.

Артур остался совсем один, и все его богатство теперь заключалось в добром благородном имени да обветшалой усадьбе в лесу. Став вполне взрослым юношей, Артур не мог запросто видеться с Бьянкой – этого не позволяли приличия. А когда он сделался бедным вельможей, ему очень трудно было добиться руки леди Бьянки. К тому же ее отец, хоть и не был человеком жестокосердным, все-таки желал, чтобы его дочери составил партию человек не только знатный, но и богатый.

Бедная леди Бьянка оставалась верна слову, данному возлюбленному, но пойти против воли грозного отца не смела, а потому единственное, что она могла сделать, – это отказывать всем богатым и знатным женихам, которые за нее сватались. Ну, а сэр Айрон терпел это, потому что, несмотря на свою суровость, очень любил единственную дочь.

Но его терпению пришел конец, и он объявил о турнире. Тот, кто окажется самым сильным, храбрым и отважным, кто сумеет победить всех других рыцарей, тот и станет мужем леди Бьянки и хозяином половины владений лорда Айрона.

Единственной надеждой влюбленных стало то, что сэру Артуру Шелтеру удастся стать победителем турнира, тем более, что он отличался недюжинной силой и ловкостью.

Что из всего этого получилось, нам уже известно. Так вернемся же на площадку возле замка, чтобы увидеть, что происходило дальше.

После того, как несчастную леди Бьянку унесли в замок, лорд Айрон встал со своего места и обратился к сэру Гарбиджу с такими словами:

– Прошу простить слабость моей дочери, доблестный рыцарь! Она переволновалась и позволила чувствам затмить разум. Молодым девицам это свойственно – не так ли? Однако судьба моей дочери решена, и я хочу перед всеми людьми, здесь собравшимися, провозгласить сэра Гарбиджа женихом леди Бьянки и хозяином половины владений рода Айронов! Что же касается недуга леди Бьянки, то он ненадолго отсрочит свадебную церемонию – об этом я берусь позаботиться.

В знак глубокой признательности за эти слова, сэр Гарбидж склонил голову. Немногие заметили, каким дьявольским огнем сверкнули при этом его глаза. Подняв голову, он сказал:

– Достославный сэр Айрон! Смею ли я надеяться, что ваше слово будет законом не только для вашего покорного слуги, – сэр Гарбидж вновь слегка наклонил голову, – но и для прелестной леди Бьянки, всем известной своей гордостью и твердым характером.

– Вы можете быть в этом совершенно уверены, ибо наша дочь славится не только своей гордостью и твердым характером, но и безукоризненным воспитанием, а также уважением к отцу и повиновением! Прощайте, сэр Гарбидж. Завтра я пришлю к вам гонца, который сообщит о дне свадьбы!

Произнеся свою торжественную речь, лорд Айрон с достоинством могущественного властелина удалился в замок.

Едва высокочтимый вельможа удалился, почтительное молчание и неподвижность, сковывавшие людей, прервались. Все как-то разом заговорили, а кое-кто бросился к красному рыцарю. Хотя большинство из присутствующих поверили словам сэра Гарбиджа о смерти Артура, слабая надежда все же теплилась в людских сердцах.

Первым, кто подоспел к несчастному, оказался Счастливчик. Как ни удерживала его Крошка Лори, далматинец, обуреваемый противоречивыми чувствами, не мог оставаться на месте.

А потому он первым убедился, что сэр Артур жив, хотя и ранен довольно тяжело.

Когда красный рыцарь упал на землю, от удара забрало на его шлеме открылось, и подбежавший Счастливчик увидел, что красивое благородное лицо совсем еще молодого человека покрыто бисеринками пота, а темные густые ресницы едва трепещут. Рыцарь тихонько шевелил губами. Далматинец склонился к его лицу и услышал, как Артур, не переставая, произносит одно только слово: «Бьянка!»

Ах, до чего жалко стало Счастливчику несчастного юношу. Но что мог сделать пес, чтобы помочь ему? Он, пожалуй, даже и с места не сдвинул бы рыцаря со всеми его доспехами. А как хотелось спрятать раненого куда-нибудь подальше от этой глупой толпы, которая, ликуя, чествует ненастоящего победителя! Ах, если бы у них были зеленые стеклышки Крошки Лори, тогда бы все узнали, какой ценой досталась ему эта победа!

Не в силах сделать ничего другого, чтобы хоть как-то выразить свое участие, Счастливчик наклонился и лизнул юношу в бледную щеку. Ресницы сэра Артура затрепетали, он приоткрыл глаза и попытался слабо улыбнуться в знак признательности.

К счастью, крестьяне – те немногие, что остались верны своему молодому хозяину и не покинули его в дни лихолетья, а теперь приехали вместе с ним на турнир, – уже спешили к своему хозяину. Как и далматинец, они искренне обрадовались тому, что их хозяин жив, правда, не слишком верили, что тот поправится.

Мужчины поспешили привезти повозку, на которой могли бы увезти сэра Артура в его лесную усадьбу, а женщины отерли его лицо чистыми белыми тряпицами и смочили водою губы.

Стараясь не мешать, счастливчик отошел в сторону. Он уже твердо решил отправиться вместе с сэром Артуром и сделать все возможное, чтобы несчастный поправился.

Совестливый Счастливчик считал и себя повинным в страданиях бедного рыцаря. «Ведь если бы я побыстрее соображал и не пускался в объяснения с Крошкой Лори, то все еще можно было поправить», – сокрушался далматинец. Бедняга даже и не думал, что его появление на поле вызвало бы только смех. И уж никто, конечно, не стал бы слушать пса. Его бы просто выкинули за ворота замка, чтобы не нарушал хода поединка.

Удрученный, Счастливчик не сразу заметил, что рядом с ним стоит смущенная и растерянная маленькая ведьмочка и вопреки своей обычной дерзости терпеливо ждет, когда далматинец обратит на нее внимание. Заметив Крошку Лори, Счастливчик сразу же на нее напустился.

– Теперь ты видишь, что натворили твои подруги-ведьмы! Благородный рыцарь так тяжело ранен, что никто не знает, выживет ли он.

– Они вовсе не мои подруги. У меня нет друзей, кроме тебя. – Было видно, что малютка вот-вот разрыдается.

– Но ведь тебя это так забавляло, так радовало! – Казалось, Счастливчик не слышал ее слов.

– Мне очень совестно, поверь! И ведь ты сам видел, что я в этой затее не участвовала. Я просто привыкла так веселиться – вот и все! Но теперь я все поняла!

Ее слова убедили Счастливчика в том, что Крошка Лори действительно раскаивается. А потому он уже гораздо мягче сказал:

– Крошка Лори, наверное, нам придется расстаться. Я решил последовать за сэром Артуром, вдруг я смогу быть ему полезным?

– Но нам вовсе необязательно расставаться! – с надеждой в голосе воскликнула маленькая ведьмочка. – Я пойду с тобой! Вместе мы будем вдвое полезнее Артуру, чем ты один.

Немного поразмыслив, Счастливчик сказал:

– Хорошо, только ты должна пообещать мне, что исполнишь одну вещь. – И наклонившись к чумазому ушку, далматинец прошептал несколько слов.

Судя по тому, что маленькая ведьмочка насторожилась, а на лице ее явственно отразилась внутренняя борьба, условие было не шуточное. Но маленькой ведьмочке так не хотелось терять своего первого настоящего друга, что, недолго поколебавшись, она наконец согласилась.

Пора было трогаться в путь. Сэра Артура уже положили на простую телегу, и неповоротливые крестьянские лошади медленно потянули ее за собой. Никто из крестьян, сопровождавших повозку, не удивился, что вместе с ними отправились красавец-пес и чумазая девчонка. Простой люд в ту пору не задавал лишних вопросов, тем более, что вовсе не это их теперь волновало. Каждый из этих честных и преданных людей сейчас готов был отдать свою собственную жизнь, лишь бы спасти своего хозяина.

Глава третья ЗЕЛЕНЫЙ ЛЕКАРЬ

Прежде чем мы узнаем, что же дальше происходило с друзьями – исполнила ли Крошка Лори обещание, данное Счастливчику, и что это было за обещание, а также, как шел на поправку красный рыцарь, сэр Артур Шелтер, и еще многое другое – перенесемся ненадолго в другое, не менее интересное место.

Место это – роскошный и мрачный особняк сэра Гарбиджа, нечестного победителя рыцарского турнира.

Заручившись словом лорда Айрона прислать гонца, который сообщит ему о дне свадьбы, сэр Гарбидж отправился домой с видом триумфатора. Теперь, когда его заветная мечта близилась к осуществлению, он чувствовал себя таким могущественным и таким великодушным, что сейчас был готов дать пир в честь своей победы для всего белого света.

Однако прежде его ждал торжественный ужин в другой компании. Потому, не вполне насладившись почестями, которые ему воздавал простой люд, сэр Гарбидж спешно отправился в свое жилище.

Огромный черный замок, стоящий у подножия горы, был выстроен с такой чрезмерной роскошью, что даже по-настоящему красивые его детали казались просто неуместными. Однако сэр Гарбидж этого не замечал и очень гордился своим родовым поместьем.

Тут было все, чему полагалось быть при замке того времени. Могучая крепостная стена, правда, вдвое выше обычной и во сто крат красивее, и островерхие изящные башни по углам замка, да только этих самых углов было так много, что и башни стояли частоколом.

Но больше всего сэр Гарбидж гордился своими темницами, которые, как и полагается темницам, были сработаны безо всяких излишеств – четыре голые сырые стены да зарешеченное окошко под потолком.

Вот таким был дом победителя – черным, нелепым и мрачным, но сам хозяин чувствовал себя там как нельзя лучше.


К пиру, который предстоял нынешним вечером, готовились уже третий день. Слуги ломали головы над тем, отчего их господин так уверен, что турнир выиграет именно он. Единственным существом в доме, которое не задавалось этим вопросом, был карлик Пьютри – маленькое злобное создание, служивший для сэра Гарбиджа наполовину пажом, наполовину любимой игрушкой.

Этот малыш не только догадывался о причине такой уверенности – он единственный в доме знал наверняка, что за этим кроется. Впрочем, маленькому обжоре было абсолютно все равно, что вокруг происходит, лишь бы ему доставались самые лучшие, после хозяина, конечно, куски со стола.

Только одно было не по душе Пьютри. Хозяин зачем-то велел почти во все блюда добавлять крысиные хвосты и жабьи лапки, да вместо отменного эля и сладкого вина велел привезти в замок десять бочек прокисшего пива. Но даже с этим он был готов смириться, лишь бы по-прежнему оставаться любимцем жестокого и своенравного вельможи.


И вот все уже было готово к предстоящему празднеству. Все слуги были отосланы из замка, получив строгий наказ не появляться раньше следующего полудня. Во всем замке остались только сэр Гарбидж, облачившийся в свои лучшие одежды, да карлик Пьютри, который расхаживал, сгорая от нетерпения, по огромному роскошному залу, служившему столовой, – фантазией какого-то сумасшедшего художника он был превращен в настоящий караван-сарай. По всему полу были разбросаны подушечки, о которые малыш то и дело спотыкался, чем неимоверно веселил своего господина, а стены увешаны коврами, невероятно яркими и пестрыми.

Вот только гости покуда не являлись, но ни хозяина, ни его маленького прислужника это нисколько не беспокоило. Казалось, они твердо знали, когда это произойдет, и ждали этого момента.

Едва последний луч солнца блеснул и скрылся за зубчатым краем леса, этот час настал. Во все гостеприимно распахнутые окна обеденного зала стали со свистом и улюлюканьем влетать ведьмы. Появившись в зале, каждая из них, вместо того, чтобы выразить почтительность или хотя бы просто поприветствовать хозяина, принималась кувыркаться и барахтаться на полу среди подушек, и, лишь отведя душу, ведьмы попритихли и чинно расселись вокруг стола.

В любой другой ситуации сэр Гарбидж, известный всем своей гневливостью и постоянным и повсеместным требованием уважения к себе, конечно, не стерпел бы такого, мягко говоря, недостойного поведения. Но сейчас был совершенно особый случай.

Сэр Гарбидж праздновал победу, которая досталась ему исключительно благодаря его тайным приятельницам. А потому он заранее уговорил себя быть покладистым и снисходительным. Сегодня он сам готов был чествовать своих помощниц.

– Вы, я вижу, не ждете от меня церемоний, – прозвучал в тишине голос хозяина. Даже ведьмы, уже, надо сказать, привыкшие к этому скрипучему бесцветному голосу, почувствовали, как у них по коже пробежал холодок. – Так прошу вас, милые мои помощницы, приступать к скромному ужину, который я специально для вас велел приготовить, учитывая ваши вкусы и пристрастия.

– Да уж, подкрепиться не мешало бы, – хихикнула Хукст. – Хорошая еда после хорошей работы – как же может быть иначе?

– А уж на дармовщинку-то я готова и одна все слопать, – вторила Хукст ее неразлучная подружка Крукст. Эти две ведьмы до того привыкли проказить непременно вместе, что даже когда речь заходила о какой-то одной из них, ее все равно называли «Крукст и Хукст».

– Ну, это тебе вряд ли удастся, – прошамкала беззубая старая ведьма Сканки и, чтобы подтвердить сказанное, принялась за еду с таким аппетитом, словно за все свои долгие годы впервые попала за обеденный стол.

Поступок старухи послужил сигналом для того, чтобы ужин мгновенно превратился в самую беспорядочную объедаловку и самое безобразное обжорство, каких и не бывало до сих пор на свете.

Со всех сторон слышалось чавканье и довольное похрюкивание, и, к чести хозяйских поваров, то и дело из жующих ртов вырывались довольные возгласы:

– Ай да жаркое! Даже крысиных хвостов в нем именно столько, сколько нужно!

– Да что жаркое! То ли дело рыба, фаршированная жабьими лапками, – вот это настоящий деликатес!

– Что ни говорите, сестрицы, а это прокисшее пиво разве не так же вкусно и ароматно, как то, что варит нам наша милая отвратительная тетка Болотница?!

Все это время сэр Гарбидж сидел во главе стола и с достоинством, присущим вельможе, вкушал только те блюда, что стояли поближе к нему. Они были приготовлены очень искусно, но, правда, не содержали тех изысканных деликатесов, которыми были начинены яства, предназначавшиеся для его драгоценных гостий.

Для того, чтобы запивать эту отменную еду, у сэра Гарбиджа был припасен бочонок превосходного красного вина, а потому он испытывал от ужина не меньшее наслаждение, чем ведьмы.

Единственный, кому пир не принес никакого удовольствия, был карлик Пьютри. В его обязанности входило развлекать гостей, а потому он был посажен за стол вместе с ними. С отвращением отплевывающийся малыш действительно очень забавлял ведьм, и они то и дело подсовывали ему на пробу очередное лакомство.

Словом, ужин удался на славу. И теперь, насытившись, все были расположены поболтать, развалившись на пушистых коврах и мягких подушках.

– А что, сэр Гарбидж, мы ведь сегодня знатно постарались, – первой начала непринужденную беседу старуха Сканки, которая, хоть и старалась-то меньше всех, но была не прочь под шумок услышать и в свой адрес слова благодарности.

– Что правда, то правда, – подтвердил ее слова сэр Гарбидж. – Здорово вы отделали этого влюбленного глупца. Если этот несчастный даже и выживет после моего великолепного удара, он долго будет помнить, что случается с тем, кто становится на пути у сэра Гарбиджа!

– А разве он не умер на месте? – приподнялась на локотке рыжая Хукст. Толстушка Крукст поспешила сделать то же самое.

– Да, я сказал леди Бьянке, что он мертв, но это не совсем так. Мальчишка жив, хотя и ранен очень тяжело. Но теперь он мне не помеха! Себялюбивый старикашка уже объявил, что свадьба состоится, как только его дочь придет в себя. И эти несколько дней я готов подождать, чтобы наконец приумножить свои владения и богатства, а заодно облагородить свое имя, породнившись со столь знатным родом. Все остальное, включая эту чувствительную овечку Бьянку, мне совершенно безразлично.

Даже ведьмы были несколько ошарашены тем, каким предстал перед ними в этот момент сэр Гарбидж. Его и без того узкие глаза превратились в щелочки, выступающий вперед подбородок заострился, нос вытянулся, и человек вдруг стал очень похож на хищную черную птицу.

– Ха, а я-то думала, что наш сэр Гарбидж влюблен, – первой нарушила молчание Крукст. Ведьмы довольно часто позволяли себе обращаться к вельможе без должного почтения, и он безропотно это терпел. Вот и сейчас вместо того, чтобы разгневаться из-за этой наглой фамильярности, сэр Гарбидж снисходительно расхохотался.

– Я влюблен только в деньги и власть, мои очаровательные помощницы, и я вам обещаю, что когда я стану еще богаче и знатнее, чем сейчас, то непременно поделюсь с вами. Вы, мои красавицы, – да еще вот этот уродец Пьютри – одни готовы служить мне верно и преданно, и я этого вам не забуду. А чтобы доказать, как велика моя привязанность к вам, я, пожалуй, расскажу, отчего весь наш род так добивается приумножения богатств и знатности.

Ведьмы насторожились. Они когда-то проведали о том, что сэр Гарбидж – вельможа очень темного происхождения. Но, от природы не слишком любознательные, ведьмы не стали доискиваться правды. Теперь же, когда эта правда сама плыла им в руки, они были вовсе не прочь выслушать эту занятную историю.

– Так вот, – степенно начал сэр Гарбидж. – Мой несчастный прадед был ни кем иным, как мусорщиком при дворе тогдашнего короля. Правда, мусорщиком не простым, а главным. К нему на досмотр свозился весь дворцовый мусор.

И вот однажды, разбирая очередной пакет королевского мусора, мой прадед, которого тоже звали Гарбидж, просто Гарбидж, нашел – что бы вы думали? – королевскую печать! Как позже выяснилось, наш беспечный король уронил ее в окно, когда сидел на подоконнике, раздумывая над судьбами нашего королевства, да и позабыл про это. Мусор под королевскими окнами собирали особенно тщательно, а потому печать попала к моему прадеду.

Найдя в мусоре странной формы деревяшку с королевским вензелем, Гарбидж быстро смекнул, что, принеси он это обратно королю, ему, наверное, будет полагаться какая-то награда.

Король до того обрадовался, что велел мусорщику просить все, чего тот только пожелает. Мой прадед так растерялся, что тут же выпалил свою заветную мечту – получить титул и родовое поместье. Каковы же были его радость и удивление, когда король немедленно выполнил его просьбу, правда, потребовав обещание, что никто не узнает о том, где по его вине побывала королевская печать.

Так мусорщик превратился в знатного вельможу.

– Вот так история!

– Давно я ничего занятнее не слыхала!

– Вот это повезло так повезло! – разом загалдели ведьмы.

– Да, мой прадед-мусорщик не оплошал! – согласился сэр Гарбидж. – Теперь моя задача – сделать наш род самым богатым и самым могущественным во всем королевстве.

– И тогда мы сможем резвиться и играть и во владениях лорда Айрона? – спросила самая юная ведьма.

– Если вы останетесь такими же преданными моими помощницами, какими были раньше, скоро для ваших проказ будет открыто все Английское Королевство, – уверенно сказал сэр Гарбидж. – А пока готовьтесь к моей свадьбе – она должна быть самой веселой и самой разудалой свадьбой за всю историю страны.

Эти слова послужили сигналом к тому, что пора отправляться на отдых. Отяжелевшие ведьмы лениво расправляли свои плащи и, с трудом оторвавшись от земли, грузно улетали в ночь. Некоторые из них даже попросили сэра Гарбиджа открыть им ворота замка, чтобы вопреки обыкновению отправиться к Ведьминой Горе пешком.

Карлик Пьютри уже давно похрапывал, зарывшись в подушки, и сэр Гарбидж, оставшись в полном одиночестве, присел к растворенному окну и, наблюдая за удаляющейся стайкой ведьм, принялся обдумывать свои новые, не менее коварные, планы. Теперь ему думалось, что весь его дальнейший путь должен быть усыпан только славными победами.


Однако оставим черного рыцаря вместе с его коварными замыслами, чтобы из нелепого в своей беспредельной роскоши дворца перенестись в скромный лесной замок сэра Артура Шелтера.

Собственно, и замком-то это сооружение назвать было довольно трудно. Не было тут ни рва, заполненного водой, ни устрашающей крепостной стены, ни сторожевых башенок, ни тем более темниц в подвале.

Жилище сэра Артура Шелтера было добротным и просторным охотничьим домиком, небольшой усадьбой, где его родители любили пожить летом, когда Артур был совсем маленьким. После смерти родителей Артур больше не хотел оставаться в родовом замке, да и содержание слуг было теперь не по карману обедневшему дворянину.

А потому, недолго думая, сэр Артур собрал свои нехитрые пожитки, которые в большинстве своем были книгами об отважных рыцарях и их подвигах во имя прекрасных дам, доспехи, оставшиеся ему в наследство от отца, и отправился в лесной дом, где и поселился вместе со своей старенькой кормилицей да ее мужем-конюхом.

Вот в эту лесную усадьбу и попали Счастливчик и Крошка Лори, когда последовали за раненным рыцарем.

Старики, которые были привязаны к сэру Артуру, словно к родному сыну, залились горькими слезами, увидев, каким возвратился домой их господин.

Пока длилась дорога, сэр Артур почти не приходил в себя. Лицо его было бледным, губы бескровными, и только из раненной груди вырывались хрипы – признак того, что бедный юноша все еще жив. Его аккуратно перенесли в дом и тут же послали за лекарем, который жил неподалеку.

Приехав, лекарь промыл раны, сделал целебные примочки, а потом долго качал головой и разводил руками. Даже этот ученый муж не был уверен, что сэр Артур выздоровеет.

– Ваш господин потерял слишком много крови. К тому же какая-то печаль гложет его сердце.

Потолковав немного с кормилицей и дав ей наставления по уходу за больным, доктор сел в свою повозку и уехал в город, где его ждали другие больные.

– Что же делать, Крошка Лори? – волновался Счастливчик, который тоже слышал слова доктора.

– Не суетись, – попыталась успокоить его маленькая ведьмочка. – Мне кажется, мы справимся. Если, конечно, тебя не подведет твой нюх.

– О чем это ты говоришь?

– Сейчас мы с тобой отправимся в лес. Я знаю место, где растет целебная трава, которая может залечивать раны. Что делать с душевными ранами Артура, я не знаю, а тело его я смогу вылечить, это я тебе обещаю.

– Ну так бежим скорее, дорога каждая минута!

– Не спеши! Эта трава приобретает свои целебные свойства только ночью, когда на ней распускаются цветы. Сорванная ночью, она лечит раны, а если ты соберешь ее днем, то толку от нее будет, как от обыкновенного одуванчика.

– Но ведь ночью в лесу совсем темно, – обеспокоенно заметил Счастливчик, – как же мы сможем отличить эту траву от любой другой?

– Вот для этого и понадобится твой собачий нос. Эта трава пахнет точно так же, как один из камешков на моем ожерелье. – Крошка Лори принялась перебирать бусины в поисках нужного камня. Это длилось так долго, что Счастливчик начал терять терпение.

– Да погоди ты волноваться, – одернула его маленькая ведьмочка, – все равно до ночи еще далеко, так что ты успеешь нанюхаться и хорошенько запомнить этот запах.

Наконец, нужный камешек отыскался. Он был совсем не похож на Волшебный Глаз, хотя, конечно, тоже был зеленого цвета. Этот камешек по форме напоминал ягоду ежевики – такой же пупырчатый – ив отличие от волшебного стеклышка был совсем мутный, то ли от дорожной пыли, то ли сам по себе.

Далматинцу не понадобилось слишком тщательно принюхиваться, чтобы ощутить его аромат. Запах был удивительно приятный, свежий и чуть-чуть напоминал Счастливчику аромат мяты. Во всяком случае пес был абсолютно уверен, что теперь этот запах ему не забыть.

До вечера оставалось еще много времени, и, чтобы как-то себя занять, беспокойный Счастливчик постоянно забегал в скромные покои рыцаря, чтобы самому убедиться, что юноше не стало хуже.

Все домашние как-то сразу приняли далматинца за своего. Может быть, кто-то рассказал, что пес первым бросился к раненному Артуру, когда тот был выбит из седла и остался беспомощно лежать на поле боя. А возможно, в дороге, когда Артур еще не потерял сознания, он успел шепнуть кому-то из слуг, чтобы собака могла свободно приходить к нему, когда ей это вздумается.

Счастливчик этого не знал, однако с радостью пользовался привилегией, предоставленной ему. Что же касается Крошки Лори, то она предпочитала находиться подальше от людей и соорудила себе уютное гнездышко в дровяном сарае.

То, что увидел далматинец в покоях рыцаря, его нисколько не обрадовало. Юноша по- прежнему не приходил в себя, и бледное его лицо выглядело изможденным и несчастным.

«Дорогой сэр Артур, – беззвучно, одними глазами уговаривал его Счастливчик, – потерпите до следующего утра, и все непременно образуется».

Наверное, рыцарь почувствовал, что рядом с ним находится кто-то, от всей души желающий ему добра. И ресницы его затрепетали, а губы тронула легкая, едва заметная улыбка, которая тотчас сменилась гримасой боли. Кормилица сразу же засуетилась, стала менять примочки и прикладывать их к голове и груди юноши.

– Иди, иди, милый, – ласково выпроводила она далматинца, – видишь, совсем нашему мальчику нездоровится.

Раздосадованный тем, что в этот момент он действительно ничем не может помочь Артуру, Счастливчик опрометью выскочил из дома и побежал к дровяному сараю.

Маленькая ведьмочка сидела на поленнице и тихонько распевала нехитрую песенку. Ей было гораздо проще справляться с собственным волнением просто-напросто потому, что она его почти не испытывала.

– Тебе что, так трудно найти занятие до вечера? – беспечно спросила она. – Пока мы ничем не можем помочь рыцарю, так что твои волнения ни к чему не приведут и не заставят ночь прийти раньше времени. – В ее словах, несомненно, был резон.

Счастливчик почувствовал это и сразу же придумал, чем он займет себя в ближайшие часы.

– Крошка Лори, ты случайно не забыла о своем обещании? – лукаво спросил он маленькую ведьмочку.

– О каком таком обещании? – насторожилась она.

– О том, которое дала мне перед тем, как отправиться в путь, – напомнил Счастливчик.

Крошка Лори нахохлилась, как маленькая сова, надула губки и попыталась изобразить обиду на чумазом личике. Только эти ее ухищрения не дали ровным счетом никакого результата. Далматинец был непреклонен, и маленькая ведьмочка поняла, что ей придется сдержать слово, данное другу.

– Ладно, идем, где тут ручей? – проворчала она и спрыгнула с насиженного местечка.

Что же за обещание с такой настойчивостью вытягивал из малышки Счастливчик?

Да просто далматинец был первым, кому удалось таким не совсем честным образом добиться того, чтобы Крошка Лори, известная грязнуля, наконец умылась.

– Имей в виду, что я согласилась на это умывание только потому, что у меня теперь есть друг, – бурчала маленькая ведьмочка по дороге к ручью.

– Но при чем тут я? – искренне удивился Счастливчик.

– Ну как же ты не понимаешь! – возмутилась Крошка. – Теперь у меня есть кому доверить мое чудесное ожерелье. Раньше-то я никому не верила и всегда боялась, что его у меня стащат, ведь это считается самой смешной ведьминской шуткой. А мне вовсе не хотелось с ним расставаться!

–Так вот, оказывается, в чем дело! – расхохотался Счастливчик. – Ну что ж, обещаю, что я буду самым лучшим сторожем твоего ожерелья и, уж поверь, ни в коем случае над тобой не подшучу.

– Брр, вода-то, наверное, холодная, – буркнула маленькая ведьмочка. Она все никак не могла свыкнуться с мыслью, что придется окунуться в воду с головой. – А может, перенесем все на завтра, когда солнце будет повыше и мне не будет так боязно? – с надеждой в голосе обратилась она к Счастливчику.

Но далматинец был непреклонен. Маленькая ведьмочка вздохнула и стала аккуратно снимать нитки бус со своей шеи и надевать их на шею Счастливчика. Когда последняя нитка перекочевала к далматинцу, он здорово удивился, как такое маленькое существо таскает на шее эту тяжесть, да еще не желает расстаться с ней ни на минуту.

– Теперь отправляйся вон за те кусты и береги ожерелье!

– А ты умывайся как следует.

Так, обменявшись наставлениями, друзья разошлись в разные стороны.

Сначала все было тихо. «Не вздумала ли меня провести эта проказница?» – подумал Счастливчик. Но шумные всплески и пронзительный визг убедили далматинца в том, что маленькая ведьмочка исключительно тщательно выполняет свою часть договора.

Еще на удивление долго Крошка Лори пугала окрестных птиц и зверей своими воплями. И, может быть, это казалось Счастливчику, но с каждой минутой крики становились все радостнее.

В результате перед далматинцем предстала очаровательная девочка с мокрыми волосами и в мокром платье и плаще. В башмачках Крошки Лори тоже что-то хлюпало, и Счастливчик догадался, что даже с ними ведьмочка не пожелала расстаться перед купанием. А может, таким образом она решила постирать свою одежду?

Как бы там ни было, но теперь малютка имела потрясающе мокрый, но гордый и довольный вид.

– Никогда не думала, что мне до того может понравиться купаться! – воскликнула она.

– Но, скажи на милость, отчего ты полезла в воду прямо в одежде? – недоумевал Счастливчик.

– Да потому что я боялась замерзнуть, разве непонятно? – удивилась Крошка Лори.

– Ну так ты рискуешь не только замерзнуть, но и простудиться, если мы сейчас же не высушим тебя и твою одежду. Но как нам развести огонь?

– Я все время думаю, откуда ты такой взялся? – в очередной раз критически посмотрела на Счастливчика Крошка Лори. – Это ж надо – не знать, как в лесу развести огонь! Ладно, отдавай ожерелье и отправляйся собирать хворост, – сказала малышка тоном, не терпящим возражений. – Да гляди, бери ветки посуше, – уточнила она на всякий случай.

Сама же Крошка Лори отыскала две сухие, но крепкие палочки, вставила одну из них в другую, и принялась тереть их друг о дружку. Она так славно постаралась, что когда вернулся Счастливчик, неся в пасти ворох хвороста, стоило только поднести палочки к сложенным кучкой веткам, как тут же вспыхнул веселый костер.

Умытая и обогревшаяся Крошка Лори теперь походила на хорошенькую девочку. Пушистые волосы завивались в колечки, а платье и плащ выглядели как новые. Сидя у костра, маленькая ведьмочка аккуратно вытерла листиком, сорванным с ближайшего куста, каждый камешек своего драгоценного ожерелья, и сейчас оно так и искрилось в отблесках костра. Словом, Крошка Лори превратилась в настоящую светскую красавицу.

– Я теперь, наверное, больше похожа на фарфоровую куклу, чем на настоящую ведьму, – стараясь казаться недовольной, сказала она.

– Ты выглядишь просто потрясающе! – честно признался Счастливчик.

– Так уж и потрясающе. – Маленькой ведьмочке было безумно приятно слышать комплименты из уст своего друга, и как самой обыкновенной девчонке ей обязательно нужно было пококетничать.

Однако впереди их ждало очень важное дело. Сумерки уже сгустились, и пора было отправляться на поиски целебной травы. Счастливчик еще раз поглубже вдохнул запах камешка, похожего на ягоду ежевики, и маленькая ведьмочка повела далматинца к известному ей месту.

Счастливчик просто диву давался, как уверенно чувствовала себя его спутница в темном лесу. Ей удавалось обходить самые маленькие коряжки, самые незаметные камни и лужицы, в то время как сам Счастливчик то и дело спотыкался, а дважды или трижды даже чуть не упал и не расквасил свой драгоценный нос. После этого он стал осторожнее и постарался след в след идти за Крошкой Лори.

Наконец они вышли на небольшую полянку, и маленькая ведьмочка сказала:

– Ну, теперь твоя очередь, если, конечно, твой нос все еще в порядке.

Счастливчик поспешил доказать благополучие своего носа на деле. Он опустил голову пониже к земле и стал принюхиваться. Как только далматинец услышал знакомый аромат, то едва утерпел, чтобы не продемонстрировать свою радость веселым лаем, но вовремя сдержался, резонно предположив, что так он, наверняка, может разбудить кого-нибудь из недоброжелателей. А Лютому Счастливчик ограничился тем, что просто с очень гордым и довольным видом аккуратно сорвал цветок и отдал его маленькой ведьмочке.

–    Этого мало, – предупредила его Крошка, – для того, чтобы сделать отвар, нам нужна целая охапка цветов.

Счастливчик вновь принялся за работу, и через час в руках маленькой ведьмочки была огромная охапка благоухающей целебной травы. Друзья поспешили обратно.

Еще не забрезжил рассвет, а далматинец и его подружка уже подходили к дому сэра Артура.

– Послушай, Крошка Лори, а что, если нам не дожидаться утра, а прямо сейчас приготовить целебный отвар? – предложил Счастливчик.

– Ах, я так устала! – захныкала маленькая ведьмочка.

Но ведь бедному сэру Артуру еще хуже, чем тебе! А может, ты забыла, что только благодаря твоим сестрицам-ведьмам ему теперь так плохо? – Счастливчик понимал, что нехорошо постоянно напоминать об этом Крошке Лори, но иным способом эту ленивицу нельзя было расшевелить.

В ответ маленькая ведьмочка только сверкнула на пса глазами и коротко бросила:

– Идем на кухню.

К счастью, огонь там все еще горел, потому что кормилица постоянно готовила теплую воду, чтобы промывать рану сэра Артура и делать ему примочки. И теперь добрая женщина была там, но, намаявшись за день, она так и уснула перед плитой и стоящим на ней котелком.

Вот это была удача! Крошке Лори оставалось только бросить траву в котелок, поварить ее совсем немного – и целебное питье готово!

Вдвоем друзья с трудом дотащили котелок в покои рыцаря. Юноша как раз пришел в себя, но не мог пока вымолвить ни слова. Однако он почему-то настолько доверял Счастливчику и его странного вида подружке, что без лишних вопросов принял отвар, который Крошка Лори по капле влила в его приоткрытые губы.

Питье подействовало сразу. На щеках Артура появился легкий румянец, и юноша наконец погрузился в крепкий целительный сон.

– Все, – с облегчением проговорила Крошка Лори, – теперь до полудня нам тут больше делать нечего! Надеюсь, мой великодушный друг разрешит и мне немножко поспать? – язвительно спросила она Счастливчика.

– Крошка Лори! Ты просто замечательно хорошо все устроила. Не сердись на меня, что я просил тебя поторопиться, – тон Счастливчика был почти умоляющим.

– Ладно! Если честно, ты был не так уж и не прав, – миролюбиво сказала она и отправилась к дровяному сараю.

– Спокойной ночи, – прошептал ей вслед Счастливчик, который решил прикорнуть тут же, на коврике у постели Артура.

В ответ он услышал только вялое «Угу» и понял, что дальше вести какие-то разговоры с засыпающей на ходу Крошкой Лори нет смысла.


Проснулся Счастливчик оттого, что кто-то ласково трепал его за холку.

«Неужели Крошке Лори все-таки удалось встать раньше меня? – пронеслось у него в голове. – Если это действительно так, то, наверное, какой-то злодей поджег дровяной сарай.»

Но, открыв глаза, Счастливчик сразу же увидел склоненное над ним лицо сэра Артура. Молодой человек был все еще немного бледен, но только это да то, что он по-прежнему находился в постели, напоминало о его вчерашнем смертельном недуге.

– Здравствуй, друг! – услышал далматинец ясный, чистый голос юноши. – Я очень рад, что теперь могу разговаривать и, значит, могу поблагодарить тебя за вчерашнюю поддержку. К тому же, если это только не сон и не бред, мне кажется, что ты и еще какая-то странная маленькая девочка с огромным ожерельем на шее напоили меня удивительным снадобьем.

– Да, сэр Артур! Это были мы. А странную маленькую девочку... – Счастливчик на секунду задумался, решая, стоит ли рассказывать рыцарю всю правду про ведьмочку или пока повременить. Остановившись на последнем, далматинец продолжил: – Зовите ее просто Крошка Лори. Она мой большой друг и именно ее стараниями был приготовлен этот чудодейственный отвар.

– Много я повидал на свете, но такого со мной еще не случалось, – честно признался Артур. – Чтобы пес и маленькая девочка смогли вылечить человека после таких ран – это просто настоящее чудо!

В это время в покои рыцаря вошла его кормилица, да так и осталась стоять -в дверях. С трудом поверив собственным глазам, старушка от счастья ударилась в такие слезы, что сэру Артуру и Счастливчику пришлось ее долго успокаивать.

Тут же весь дом с его немногочисленными домочадцами узнал, что хозяину гораздо лучше и скоро он совсем выздоровеет. Усадьба наполнилась радостью, и каждый спешил попасть в покои хозяина, чтобы сказать ему, как он счастлив видеть сэра Артура таким здоровым и красивым. Стало до того шумно и суетно, что молодой человек, еще не окрепший, немного устал и попросил всех оставить его, чтобы он смог еще немного поспать.

И только Счастливчик заметил: вчерашние слова доктора о том, будто Артура гложет какая-то сердечная мука, на самом деле не далеки от истины.


Как бы там ни было, сэр Артур Шелтер неуклонно шел на поправку. Уже через пару дней он смог вставать с постели и проводил долгие вечера в разговорах со Счастливчиком и Крошкой Лори, сидя на лужайке перед домом. Маленькая ведьмочка сначала сторонилась молодого Шелтера, но в конце концов и она присоединилась к приятному обществу – главным образом, чтобы не скучать одной, сидя в дровяном сарае.

За эти дни Артур успел так привязаться к Счастливчику, что сам того не заметил, как, смущаясь и краснея, рассказал историю их несчастной любви с леди Бьянкой. Счастливчик, который уже кое-что слыхал об этом от Крошки Лори, был в ярости и еще больше злился на сэра Гарбиджа и его помощниц.

А потому в один из таких вечеров, сговорившись с маленькой ведьмочкой, далматинец рассказал сэру Артуру, что на самом деле произошло во время турнира.

– Теперь я понимаю, почему так странно вел себя мой боевой конь. И куда исчез щит, – лицо молодого человека побледнело от гнева. – И этот негодяй станет мужем моей прекрасной гордой Бьянки. Ну, отчего я не погиб прямо на бранном поле? Если я не смогу вырвать Бьянку из рук этого нечестивца, я умру от горя. – Губы юноши дрогнули, и только невероятным усилием воли ему удалось сдержать слезы.

Друзья тотчас бросились утешать бедного юношу. И даже Крошка Лори, которая совсем не привыкла к изъявлениям нежных чувств, неловко обхватила Артура за шею и прильнула кудрявой зеленой головкой к его груди.

Но, несмотря на это, а может быть, и благодаря этому, чудесный план, о котором речь пойдет дальше, придумала именно маленькая ведьмочка. План был настолько хорош, что, обсудив все детали, друзья единодушно его приняли. Оставалось только дождаться назначенного дня. Ну, а день этот был днем предстоящей свадьбы Сэра Гарбиджа и леди Бьянки.

Глава четвертая ПОБЕГ

А теперь узнаем, что же все это время происходило в замке лорда Айрона, где все без исключения, кто с любопытством, кто с радостью, а кто с ужасом, ждали предстоящего дня свадьбы.

Лишь только придя в себя, несчастная леди Бьянка с горечью осознала, что произошло на турнире. Все это время девушка, затаив дыхание, следила за происходящим, ведь это была ее последняя и единственная надежда связать судьбу с любимым человеком. Сердце ее то сжималось от горя, то ликовало от радости, но теперь, когда все закончилось, бедняжка горько жалела, что оно не разорвалось на куски, лишь бы не терпеть сейчас этой невыносимой муки.

Сэр Гарбидж давно оказывал ей знаки внимания. И отец, ослепленный богатством и властью этого вельможи, готов был даже закрыть глаза на его темное происхождение и отдавал ему явное предпочтение перед другими женихами, которым леди Бьянка отказывала одному за другим.

Теперь девушка вспоминала, каким страшным взглядом окинул ее сэр Гарбидж, когда она и ему с присущим ей кротким и гордым видом сказала свое твердое «Нет». Взгляд этот, казалось, не сулил ничего хорошего, но что он значил для Бьянки, которая тогда была окрылена надеждой!

И вот теперь этот злой человек, чья гордость когда-то была смертельно уязвлена отказом и от руки которого пал возлюбленный, должен стать ее мужем. Как же было перенести это несчастной одинокой красавице!

Но в душе Бьянки все еще теплилась надежда, что она сможет уговорить отца не отдавать ее замуж за этого злого рыцаря, ведь, в конце концов, она его любимая и единственная дочь и, может быть, в память о рано умершей матушке суровый отец внемлет ее мольбам.

Такие мысли стайкой взвились в бедной девичьей головке, лишь только леди Бьянка пришла в себя. Как раз в этот момент двери отворились, и в покои леди Бьянки вошел лорд Айрон.

– Тебе уже лучше, дитя мое? – Суровый голос первого лорда королевства сейчас был мягок и нежен.

– Да, отец, – кротко отвечала Бьянка.

– Прости меня, Бьянка, это я виноват. Не стоило позволять тебе присутствовать на турнире. Негоже молодой девице, да еще такой нежной, как ты, глядеть на битву мужчин. Однако не спеши покидать свои покои. Тебе нужно как следует отдохнуть, чтобы на свадьбе моя дочь была краше любой королевны.

– Отец! – вскрикнула Бьянка и бросилась к ногам лорда Айрона. – Отец, я молю вас, отмените свадьбу. Я не хочу быть женой этого злого и жестокого человека. Разве вы сами не видите, что у него нет ни капли любви ко мне, а единственное, что его волнует, это ваши угодья и сокровища?

– Ты говоришь глупости, Бьянка! Разве сэр Гарбидж не осыпал тебя подарками и драгоценными украшениями, когда в числе других славных рыцарей сватался за тебя?

– Но все эти подарки лишь свидетельство того, как страстно ему хочется заполучить богатства несравненно большие. Я не притронулась к этим драгоценностям, и, бог свидетель, это вы, мой отец, запретили мне отослать все дары обратно сэру Гарбиджу.

– Конечно, дочь моя, ведь этим мы оскорбили бы знатного и почтенного человека. К чему все эти разговоры, леди Бьянка, когда все уже решено? – Голос лорда Айрона посуровел, и теперь лорд стал похож скорее на властного и гордого господина, чем на любящего отца. – Ты хотела, чтобы я устроил честный турнир, и тот, кто победит всех остальных, станет твоим мужем, не так ли?

Бедная девушка опустила глаза. Что она могла сказать разгневанному отцу, если все, что он говорил, было правдой? Ведь действительно, это именно она уговорила отца организовать ристалище, но ведь она надеялась, что победа достанется вовсе не сэру Гарбиджу. Бьянка, конечно же, ничего не знала о проделках ведьм, но она сердцем чувствовала, что произошла какая-то чудовищная ошибка и вины за поражение на возлюбленном нет.

Но как она могла объяснить это суровому отцу, когда и сама не понимала, что произошло на самом деле, а только чувствовала неладное любящим сердцем.

Тогда она обратилась к отцу с последней просьбой, которую она приберегла на тот случай, если иное ей не поможет.

– Отец мой, – сказала молодая девушка, и голос ее дрогнул. – Позвольте мне все же не выходить замуж за сэра Гарбиджа. Я не стану больше ничьей женой. Не боясь вашего гнева, я готова признаться, что, теперь, когда мой бедный возлюбленный, сэр Артур Шел- тер, мертв, лучшей участью для меня будет стать монахиней и служить Богу и добрым людям. Отец, повелитель мой, позвольте мне сделать это!

Но сэр Айрон оставался непреклонным.

– Дочь моя, леди Бьянка, ты видишь, я не гневаюсь на тебя за это признание, мне жаль тебя. Но теперь слово, которое ты дала мне, скреплено моим словом, данным мною сэру Гарбиджу перед всем народом. И ни я, ни ты не можем разрушить этот уговор, дочка, это – твоя судьба. Единственное, что я могу для тебя сделать, это назначить день свадьбы не раньше, чем через пять дней. За это время тебе, Бьянка, нужно свыкнуться с мыслью, что ты должна стать достойной и верной женой сэра Гарбиджа.

С этими словами лорд Айрон вышел из покоев дочери, а несчастная леди Бьянка бросилась на ложе и залилась горючими слезами. Кому, как не ей, было знать, что слово отца тверже камня и, как он сказал, так тому и быть!


Так, в тоске и печали, заливая ночью подушку слезами, провела Бьянка последние пять дней своей девичьей жизни перед предстоящей свадьбой. Вокруг нее суетились всевозможные портнихи и прислужницы – лорд Айрон дал им строгий наказ, чтобы леди Бьянка была так прекрасна, что все, кто в тот день увидит ее, были бы просто ослеплены ее красотой и блеском.

Дабы не прогневить сурового хозяина, девицы так и вились вокруг несчастной Бьянки, ни на минуту не оставляя ее наедине с печальными мыслями. Они то прикладывали к припухшему от ночных слез прекрасному лицу целебные освежающие компрессы, то натирали все тело леди Бьянки какими-то ароматными мазями, то принимались нежно расчесывать льняные вьющиеся локоны.

Но все, что когда-то доставляло удовольствие, теперь потеряло для Бьянки всякую привлекательность. Ко всему прочему из горы шелка, кружев и жемчужин ловкие пальцы портних соорудили невиданной красоты подвенечное платье и фату, и теперь наряд этот, повешенный в изголовье кровати, только лишний раз напоминал, какая мука ее ждет впереди.

Порой горькие мысли о будущем сменялись милыми воспоминаниями о том, как когда-то были счастливы Бьянка и Артур, юные и беспечные, полные надежд на то, что их будущее светло и безоблачно. Сердце девушки жило слабой надеждой, что сэр Артур все-таки жив и в один из ближайших дней непременно даст о себе знать.

Но дни таяли один за другим, а вестей не было. Последнего источника, откуда можно было ждать помощи и поддержки, больше не существовало. Леди Бьянке оставалось лишь смириться со своей участью и надеяться, что судьба сжалится над ней и пошлет скорую и легкую смерть. Вот такие горькие мысли рождались в голове несчастной леди Бьянки накануне дня, который всякая девушка почитает самым прекрасным, самым радостным днем своей жизни и которого ждет, пожалуй, больше всего на свете.


И вот день свадьбы настал.

Нетерпеливое ожидание и веселая суета в замке достигли неописуемых размеров. Все, начиная от строгого хозяина и заканчивая самым младшим поваренком на кухне, ожидали, что свадьба будет пышной и радостной. Конечно, печальный вид невесты не мог укрыться ни от чьего глаза, да только все думали, что девушка грустит так оттого, что ей придется расстаться с отчим домом и своей беспечной девичьей жизнью.

В этот день даже суровые стражники на замковых башнях и у ворот были в самом приподнятом расположении духа.

– Эй, Джон! А не видать ли еще сэра Гарбиджа со свитой?

– Что ты, Уильям! Или позабыл, что он прибудет только к полудню?

– А хоть бы и так! Да только ты уж все равно гляди в оба. Надо встретить жениха нашей госпожи, как и подобает встречать настоящего вельможу, а то видал, как он расправляется с теми, кто стоит у него на пути? О нас с тобой он руки марать не станет, дело ясное, а вот хозяину, коли что не так сделаем, пожалуется обязательно, и тогда не сносить нам головы!

– Да что ты, Уильям, ты своей пустой болтовней еще беду накличешь. Уж лучше помалкивай, а я со своей работой всегда справлялся и теперь справлюсь – не оплошаю.

Так, скорее от скуки, чем по необходимости, перебрасывались словами два стражника: Джон – сторож правой башни и Уильям, что стоял на воротах. Оба были приятелями и любили поболтать вот так, ни о чем, когда несли долгую вахту каждый на своем месте. Ну а сейчас они, конечно, надеялись, что если смогут как-то особенно услужить будущему супругу их госпожи, то в такой день можно рассчитывать и на какую-то награду. А потому постоянно одергивали друг друга, чтоб ненароком не задремать и не отвлечься какими-нибудь своими делами.

– Эй, Джон! – вновь подал голос тот, что стоял внизу, у ворот. – А вот скажи-ка, тебе, верно, так же, как и мне, жалко расставаться с нашей доброй и красивой госпожой?

– Как же не жалко! Понятно, жалко, – честно признался Джон.

– Такой доброй хозяйки и во всей Англии не сыскать. Помнишь, как она заступилась за нас перед лордом Айроном, когда тот уж было совсем велел избить нас палками за то, что мы с тобой заигрались в кости и повозка с провизией целый час не могла попасть в замок?

– Да разве такое забудешь! Ну и страху же мы тогда натерпелись! А леди Бьянка тогда только расхохоталась, как малое дитя, да попросила отца отпустить нас. Ну, чистый ангел, а не девушка!

– Это ты верно сказал, ангел и есть! – подтвердил Уильям слова приятеля. – Сказать по чести, я бы за нашу госпожу и собственной головы не пожалел, да только что ей моя голова, когда за нее сражались такие славные рыцари.

– Не знаю, Уильям, как насчет головы, – сказал честный Джон, – а вот службу я ей точно сослужил бы какую-нибудь, коли была б для меня такая служба, – вздохнул стражник.

– Да ты не об этом мечтай, а поглядывай на дорогу. – Уильям решил, что пора заканчивать разговор, а то как бы не повторилась старая история и им опять не пригрозили палками.

– Эй, Уильям! – вновь услышал привратник голос своего приятеля.

– Ты опять за свое? – рассердился он, совершенно позабыв, что до этого именно он начинал болтать о пустяках.

– Да погоди ты! Лучше погляди, какая милая крестьянка ходит за воротами. Ведь она сюда и идет!

Пока Уильям соображал, о какой крестьянке толкует его неугомонный приятель, в ворота постучали, и, открыв смотровое окошко, привратник действительно увидал прелестную молодую девицу в одежде крестьянки.

– Чего тебе? – неприветливо бросил он, хотя про себя отметил, что Джон прав: девушка и вправду была страсть какой миленькой.

– Здравствуйте, господин стражник, – весело защебетала крестьяночка. – Я слыхала, что ваша госпожа сегодня выходит замуж за славного рыцаря.

– Ну, об этом-то все королевство, поди, знает, – смягчился Уильям, – а чего тебе тут надо? Свадьба еще не начиналась, а коли ты замешкаешься, то не успеешь попасть к церкви, где уже, видать, полным полно людей – каждому хочется поглядеть на красавицу-невесту и отведать угощенья!

– А я как раз и хотела, чтобы ваша госпожа была еще краше, – поспешила объяснить девица. – В моем саду цветут самые нежные, самые прекрасные лилии во всем нашем королевстве. Сегодня утром я срезала их, чтобы леди Бьянка могла украсить ими свой подвенечный убор. – И девушка аккуратно сняла легкую тряпицу, которой была прикрыта ее корзинка, и даже через узкое окошко Уильям смог увидеть, каким светом сияют удивительно красивые белоснежные цветы.

– Не стану спорить, таких цветов я сроду не видал. Да только на что они леди Бьянке, когда ее бриллианты да жемчуга сияют так же, а стоят гораздо дороже?

– Это не простые цветы, – возразила девушка. – Невеста, которая приколет их к платью или вплетет в волосы, всю свою жизнь будет счастлива и не прольет ни слезинки.

– Ну что, Уильям? Вот и пришла пора сослужить службу для нашей доброй госпожи, – крикнул Джон, который внимательно прислушивался к разговору. – Коли девица говорит правду, это будет хороший подарок для леди Бьянки, а то уж больно много слез она пролила за последние дни.

– Ладно, Джон, быть посему, – согласился Уильям и отпер ворота.

Девица легко впорхнула во двор и, расспросив стражников, как попасть в покои леди Бьянки, готова была уже оставить стражников, но Уильям придержал ее за локоток и еще раз потихоньку предупредил:

– Так не забудь! Личико прикрой покрывалом, чтоб ненароком никто не прознал, что ты не из замка. А как отдашь леди Бьянке свой подарок, так уж непременно скажи, что это стражники Уильям и Джон, те самые, которых она спасла от палок, низко ей кланяются и молятся о ее счастье, поняла?

– Все поняла, – бойко кивнула девушка, легче легкого взлетела по ступеням и скрылась в замке.

– Эй, Уильям, а если девицу все-таки встретят в замке?

– Не трусь, Джон. Да коли нас и накажут, так за доброе дело, а от этого и на душе не так грустно будет, когда палка запляшет по спине, верно я говорю?

– Да уж, куда вернее, – согласился Джон, и опять, позевывая, уставился на дорогу.


Тем временем девице почти совершенно незамеченной удалось проскользнуть к покоям невесты. Леди Бьянка, облаченная в свадебный убор, была прекрасна как никогда. И только лицо ее было бледным, а глаза усталыми.

В эти минуты все служанки и горничные с молчаливого позволения своей госпожи отправились на кухню. Уж больно им хотелось посмотреть, что за удивительные яства будут на свадебном пиру, и потому леди Бьянка совсем одна сидела возле окошка и невидящими глазами глядела на расстилающуюся за окном красоту. Она даже не заметила, как дверь отворилась и в ее покои вошла незнакомая крестьянская девушка в наброшенном на самые глаза тонком полупрозрачном покрывале.

Девушка сделала неловкое движение, и, вздрогнув, леди Бьянка обернулась:

– А ты отчего не убежала вместе со всеми? – бесцветным голосом спросила она. – Погоди, да ведь я тебя не знаю, – сказала Бьянка, когда девушка откинула с лица покрывало.

– Вы меня действительно совсем не знаете, – быстро проговорила девушка. – И я вас молю, леди Бьянка, не тратьте времени на то, чтобы во всем разобраться, а лучше поскорее прочитайте вот эту записку. – И девушка торопливо вынула листок бумаги, спрятанный в корзинке среди лилий.

Бьянка, не понимая, отчего вдруг ее охватила какая-то смутная радостная тревога, мгновенно выхватила из рук крестьянки письмо и жадно впилась глазами в те несколько строк, которые были там начертаны.

– Он жив! – едва прочитав письмо, вскрикнула она, и лицо девушки засияло от счастья. – Он жив, он ждет меня, чтобы спасти от этого ненавистного брака! – Казалось, все жизненные силы, которые леди Бьянка растеряла за последние дни, вернулись к ней и теперь она готова была жить и действовать.

– Но как же я смогу выйти отсюда? – вдруг опомнилась она, и прекрасное лицо вновь исказила гримаса боли и отчаяния. – Ведь до полудня осталось меньше получаса, и даже если мне удастся выскользнуть, все это сразу заметят и за мною тотчас будет снаряжена погоня.

– Не тревожьтесь, леди Бьянка. – Крестьянке вновь пришлось напомнить о своем присутствии. – Поглядите на мой скромный наряд. Если вы наденете мое платье, возьмете корзинку, да еще закроете лицо покрывалом, то в замке вас никто не узнает, а стражники, которые меня сюда впустили, так же беспрепятственно выпустят и вас, думая, что это я.

– А как же ты, милая девушка? Я могу и не успеть выйти из замка – меня тотчас хватятся, и тогда все входы и выходы будут перекрыты! – горестно воскликнула леди Бьянка.

– И тут я знаю, как поступить! – уверенно сказала девица. – Я надену ваш роскошный убор и сяду у окна. Ваша подвенечная вуаль довольно плотная, и, если я стану молчать, никому и в голову не придет, что перед ними – простая крестьянская девушка, а не знатная дама.

– Милая моя, ты очень умна и ловка, но как тебе удастся выпутаться, когда сэр Гарбидж увидит твое лицо?

– О, сударыня, об этом не волнуйтесь. Сэр Гарбидж не сможет мне сделать ничего дурного, это я вам обещаю. Если вы согласны с моим планом, нельзя терять ни минуты.

Вместо ответа леди Бьянка резким и уверенным движением сорвала с головы вуаль.

Спустя каких-то пять минут девушки полностью поменяли свои наряды и, глядя друг на друга, не могли удержаться от смеха. Нельзя было медлить ни минуты. Леди Бьянка подхватила корзинку, опустила покрывало пониже на глаза, потом оглянулась, упала на колени перед распятием и, прошептав молитву и бросив благодарный взгляд на свою избавительницу, выбежала из комнаты. А крестьянка в богатом подвенечном уборе села возле окна и стала ждать, когда кто-нибудь появится.


– Ну что, никто тебя ни видал? – настороженно спросил Уильям у выбежавшей из замка крестьяночки.

– Никто, господин стражник, – изменив голос и стараясь выговаривать слова на манер простого люда, ответила леди Бьянка. Про себя она лишь улыбнулась тому, что ей, девушке из знатного рода, довелось назвать обыкновенного стражника господином.

– А обрадовалась ли наша хозяйка твоему подношению? – крикнул сверху Джон.

– Еще как обрадовалась! – честно ответила Бьянка – уж она-то знала, что лучшего подарка ей никто не смог бы сделать.

Болтая со стражниками, она так и норовила выскользнуть за ворота, но Уильям ее остановил:

– Ну, а про то, кто тебя сюда впустил, ты ей сказать не забыла?

– Что вы, господин стражник! Вот увидите, ваша госпожа сама вас отблагодарит, когда ей представится удобный случай, – уверенно сказала леди Бьянка и еще ниже надвинула покрывало на лицо, готовая расхохотаться – такой смешной ей показалась эта ситуация. – А теперь позвольте мне уйти, а то я еще, чего доброго, действительно не смогу отыскать местечка возле церкви и не разгляжу как следует всю свадебную церемонию.

Стражников, которые тоже были не прочь, чтобы крестьянка поскорее покинула замковый двор, не пришлось долго уговаривать. Уильям отодвинул тяжелый засов, и девушка, помахав им на прощание рукой, выпорхнула за ворота и побежала в сторону леса.

Проводив ее взглядом через узкое окошечко, Уильям вновь обратился к своему приятелю:

– Эй, Джон, дружище! Только давай уговоримся: о том, что девица была в замке, никому ни слова!

– Да что ты, Уильям! Коли леди Бьянка, заполучив эти цветы, и вправду станет счастливой, то нас она, наверняка, не забудет, – отозвался Джон.

– Правильно! И если кто другой прослышит, что в день свадьбы никому не известная крестьянка побывала в замке, а впустили ее мы с тобой, то за это нам спасибо не скажут, понятно?

– Понятно, – согласился с привратником Джон. – А пока, Уильям, брось болтать, лучше беги созывать людей да открывай ворота пошире, потому как на пригорке – сэр Гарбидж со свитой!

– Эх, вовремя мы девчонку-то спровадили! – уже на бегу крикнул Уильям своему приятелю.


Гордый и важный, как павлин, входил сэр Гарбидж в дом своей невесты. Для этого случая он разоделся пуще прежнего, и теперь все его облачение так и сверкало драгоценными камнями. Но вся показная роскошь не могла ни облагородить его неприятной физиономии, ни украсить его черную душу.

– Позвольте, о могущественный из вельмож, лорд Айрон, отец моей невесты, выразить вам свое почтение и удовольствие видеть вас в добром здравии! – рассыпался в словах сэр Гарбидж, лишь только переступил порог огромного зала, где в окружении приближенных и слуг восседал на троне первый лорд королевства.

– И я вас приветствую, сэр Гарбидж, сын мой, – вы позволите себя так назвать отцу, который с радостью отдает замуж за вас свою дочь? – не менее любезно отвечал лорд Айрон.

– Я почту за честь стать вашим сыном, – склонил голову в легком поклоне довольный сэр Гарбидж. – И теперь, когда до венчания в церкви осталось совсем немного времени и тот момент, когда я и в самом деле смогу считать себя вашим сыном, скоро настанет, позвольте мне самому привести к отцу его дочь – мою прекраснейшую невесту.

– Хоть это и не совсем отвечает нашим обычаям, но я думаю, вы сэр Гарбидж, заслужили это право. Немного на свете рыцарей, которые завоевывают себе невесту не праздными речами, а в доблестном сражении на турнире. Вы – победитель, сэр Гарбидж, и я даю вам свое позволение самому ввести в эту залу свою невесту, вашу будущую жену.

Прошествовав через зал, сэр Гарбидж в сопровождении одного только карлика Пьютри, проследовал к покоям леди Бьянки. Не так уж и нужно было сэру Гарбиджу идти наперекор традициям, но все же он решил немного поосторожничать. Ведь кому, как не ему, было знать историю любви Бьянки и Артура, а потому сейчас он справедливо опасался, что встретят его не слишком ласково. По этой причине он решил сначала наедине повидаться с леди Бьянкой, чтобы поглядеть, как она себя чувствует и не намерена ли каким-нибудь коварным действием разрушить все именно тогда, когда свадьба так близка.

Что поделаешь, люди с нечистой совестью и злым нравом привыкли судить о других по себе. Сейчас сэр Гарбидж был готов ко всему. «Если не помогут уговоры, то в ход можно будет пустить и угрозы», – думал он по дороге в покои леди Бьянки.

Однако, оставив карлика у двери и войдя туда, сэр Гарбидж не поверил своим глазам. Он не увидел ни ожидаемых слез, ни отчаяния, ни ярости. Леди Бьянка сидела у окна, и вид у нее был самый спокойный и даже кроткий. Вот только вуаль скрывала лицо девушки и мешала сэру Гарбиджу остаться полностью уверенным в своем впечатлении. Не решаясь подойти к своей невесте, сэр Гарбидж попробовал с нею заговорить. И каково же было его удивление, когда на его приветствие девушка ответила не только кивком головы, но и словами:

– Позвольте мне, сэр Гарбидж, задать вам один вопрос, конечно, если вам угодно будет его выслушать.

Сэр Гарбидж, в растерянности от того милого тона, которым с ним ведут разговор, совершенно опешил и лишь кивнул, не в силах произнести ни слова.

Девушка, правильно расценив кивок черного рыцаря, продолжала:

– Будучи девушкой честной, я просто обязана предупредить вас об одном очень важном деле. Видите ли, благородный сэр Гарбидж, с некоторых пор со мной происходят какие-то очень странные вещи. Например, я иногда меняюсь в лице до такой степени, что никто не может узнать во мне прежнюю леди Бьянку.

С этими словами девушка подняла вуаль, и сэр Гарбидж с удивлением уставился на милое и простое личико крестьянки. Не было в нем ни утонченной красоты, ни гордого, полного скрытого достоинства взгляда, ни аристократической белизны. На сэра Гарбиджа лукаво смотрела смуглая и румяная мордашка с курносым носиком и пухлыми щечками.

– А спросить я вас хотела вот о чем. Пожелаете ли вы, зная о моем ужасном недуге, взять меня в жены?

– Это действительно печально, – с трудом овладев собой, промямлил сэр Гарбидж, – но я так люблю вас, вашу душу, – на этих словах сэр Гарбидж запнулся, но, откашлявшись, продолжал, – что готов закрыть глаза на то, как меняется ваша внешность.

– Но это еще не все, – оборвала его девушка. Она взялась за скромное ожерелье, состоявшее лишь из прочной нити и трех зеленых камней, которые совсем не гармонировали с бриллиантами и жемчужинами, и перевернула его вокруг шеи так, что, сделав полный оборот, камни вновь оказались на груди.

Сэр Гарбидж, внимание которого было полностью занято этими манипуляциями, а также мыслями о том, как леди Бьянка могла надеть на себя такую безвкусицу, не успел заметить главного: куда вдруг подевалась девушка и откуда в покоях леди Бьянки взялся этот пес, белый красавец с черными пятнами и ожерельем на шее.

И почему пес так отчаянно и зло на него лает?

И тогда, собрав воедино слова леди Бьянки, ее странный вид и это зеленое ожерелье, сэр Гарбидж не выдержал и от собственной догадки, испустив истошный крик, повалился на пол в глубоком обмороке.

Карлик Пьютри, карауливший под дверью, еще никогда не слышал, чтобы его хозяин так противно вопил, а потому очень испугался и бросился в большую залу, чтобы позвать на помощь. Однако крик сэра Гарбиджа был настолько громок, что его услышали в большом зале.

И огромная процессия во главе с самим лордом Айроном, который был обеспокоен еще и тем, почему жених с невестой так долго не возвращаются, столкнулась с малышом в одном из гулких коридоров.

Счастливчик же, а это был именно он, воспользовался тем, что у дверей несколько минут никого не было, выскочил из покоев леди Бьянки и помчался по извилистым коридорам замка прямо к выходу. Еще будучи крестьянкой, он успел хорошенько изучить все ходы и выходы, а потому теперь ему ничего не стоило остаться никем не замеченным.

Ворота замка тоже оказались открытыми – все готовились к выезду свадебного кортежа – и Счастливчик совершенно беспрепятственно покинул не только замок, но и замковый двор, и теперь во весь опор мчался к лесу, держа в зубах зеленое ожерелье, – как раз в том направлении, в котором полчаса назад скрылась настоящая леди Бьянка.


В замке же тем временем приводили в чувство сэра Гарбиджа. Он сидел на полу в покоях леди Бьянки и, косясь на груду шелка, кружев и драгоценностей – все, что осталось от его невесты, твердил, как заведенный:

– Собака! Поймайте собаку!

Девушки, прислужницы леди Бьянки, которые отпаивали сэра Гарбиджа водой, никак не могли взять в толк, о какой такой собаке толкует важный господин. Но даже эти беспечные создания понимали, что случилось нечто невероятное, а иначе почему сэр Гарбидж, прежде чем упасть в обморок, так истошно кричал, и куда же, в самом деле, исчезла леди Бьянка?

Что же касается лорда Айрона, то он, заподозрив неладное, сразу же велел перекрыть все входы и выходы в замок и не оставлять без внимания ни один клочок земли в замке и во дворе, чтобы отыскать пропавшую леди Бьянку. Он ни в коем случае не принимал всерьез лепет совершенно растерянного сэра Гарбиджа о какой-то собаке и был уверен, что его дочь решилась на побег. Вот только как могла она это сделать, если замковые ворота постоянно оставались на запоре, а слуги, тщательно обшарившие весь замок, сообщили сэру Айрону, что леди Бьянки нет нигде.

– Вот что, сэр Гарбидж! – сказал лорд Айрон пришедшему в себя горе-жениху. – Все, что тут сейчас произошло, касается только вас и меня. Я берусь заставить молчать всех моих людей, и о нашем с вами позоре никто не узнает. Так что именно в ваших интересах поскорее найти беглянку и привести ее к венцу. Я хорошо понимаю, что теперь вас нужно будет вознаградить гораздо больше. Тут присутствует достаточно людей знатного происхождения, чтобы засвидетельствовать мои слова. Итак, сэр Гарбидж, я вам обещаю, что если вы вернете мою недостойную дочь в отчий дом и станете ей мужем, то я отдам вам все мои владения и все мои богатства.

Сэр Гарбидж, которому очень понравилось последнее обещание грозного отца, решил позабыть на время о поруганной чести. Ради того приданого, которое он мог получить за леди Бьянку, он готов был жениться на собаке, не то что на крестьянской девушке.

Слова первого лорда королевства вернули ему боевой дух и даже заставили позабыть о белой собаке с черными пятнами и ожерельем на шее. Сухо кивнув на прощанье лорду Айрону, он решил для начала отправиться к себе в замок, чтобы первым делом переодеться и хорошенько обдумать, как и с чьей помощью он будет искать беглянку.


Пока шли эти тягостные объяснения в замке лорда Айрона, Счастливчик достиг опушки леса, где его нетерпеливо поджидали друзья: Крошка Лори, сэр Артур и леди Бьянка. Не теряя времени, Артур и Бьянка вскочили на взнузданных горячих коней, маленькая ведьмочка расправила плащ, готовая подняться в воздух, и далматинец, переведя дыхание, устремился вслед за ними, словно только что ему и не довелось проделать немалый Путь. Обрадованный удачным завершением всех дел, он испытывал такой прилив сил, что готов был пробежать без устали хоть по всем дорогам Англии.

Глава пятая В ПОДЗЕМЕЛЬЕ БОЛОТНИЦЫ

Ну а теперь пришло время и нам узнать о том, что же на самом деле произошло в замке лорда Айрона. Но для этого надо вернуться немножко назад и послушать, о чем говорили и что задумывали сэр Артур, Счастливчик и Крошка Лори, сидя долгими теплыми вечерами на лужайке перед домом.

Как-то раз Крошка Лори отозвала Счастливчика в сторону, сославшись на один пустяковый, но тем не менее очень важный разговор. Далматинец, заинтересованный таким странным началом и таинственным видом ведьмочки, сразу же отправился вслед за ней в дровяной сарай. Несмотря на то, что Крошка Лори теперь действительно выглядела, как благовоспитанная девочка, привычек своих она не оставляла. За несколько дней она привязалась к сэру Артуру, но ночевать продолжала на своем любимом месте.

– Послушай-ка, Счастливчик, – быстро зашептала она. – Мне кажется, я знаю, как помочь Бьянке и Артуру. У меня родился чудесный план, но тут все будет зависеть от тебя, ну и конечно от того, согласится ли с этим планом сэр Артур.

– Что ж, рассказывай, – попросил ее Счастливчик, честно говоря, не ожидавший услышать ничего путного. – И прежде всего мне хотелось бы узнать, что именно должен буду сделать я.

– Вот какой ты нетерпеливый! – воскликнула Крошка Лори, польщенная все же таким пристальным вниманием. – Я расскажу все по порядку.

Лорд Айрон, как известно, славится характером суровым и твердым, а потому нечего даже надеяться, что леди Бьянка, вздумай она умолять своего отца отменить свадьбу, добьется своего.

– Ты действительно в этом уверена? – насторожился Счастливчик, который втайне надеялся именно на это. – Тогда, может быть, мне, или тебе, или даже сэру Артуру стоит отправиться в замок и рассказать лорду Айрону все как есть? И про ведьм, и про турнир?

Крошка Лори так посмотрела на Счастливчика, что тот искренне пожалел о своих необдуманных словах.

– Нечего сказать, именно нам троим лорд Айрон и поверит! – насмешливо заметила Крошка Лори. – Пес, ведьма и побежденный рыцарь в роли разоблачителей знатного и богатого сэра Гарбиджа. Да нас вытолкают взашей, даже если мы сумеем переступить порог замка.

– Да, это не выход, – вынужден был согласиться посрамленный далматинец.

Удовлетворившись тем, что пес признался в своей глупости, Крошка Лори милостиво продолжала:

– Нам нужно организовать побег леди Бьянки. И сделаешь это ты.

– Но ведь ты только что сама сказала, что меня и за ворота не пропустят, не то что в господские покои!

– А кто тебе сказал, что ты туда пойдешь?

Наверное, на морде у Счастливчика отразилось такое непонимание, что маленькая ведьмочка поспешила объясниться:

– Вернее, пойдешь туда именно ты, но в совершенно другом виде.

– Ты что, намерена повязать мне ленточку на хвост и надеть колпак на голову, чтобы меня приняли за королевского шута? – попытался съязвить Счастливчик. Его все больше и больше начинала сердить манера маленькой ведьмочки вести серьезную беседу.

– Я вижу, тебе нравится прикидываться глупым, – вздохнула Крошка Лори. – Как хорошо, что у меня достаточно терпения, чтобы объяснить все такому упрямцу, как ты.

С этими словами Крошка Лори сняла с шеи самую короткую нитку, на которой каким-то замысловатым образом были привязаны всего лишь три зеленых камня, и надела ее на шею Счастливчику.

– Пока я буду переворачивать ожерелье вокруг твоей шеи, постарайся хорошенько подумать о том, в кого тебе хотелось бы превратиться.

Это предложение застало Счастливчика врасплох. Обычно, когда он на кого-нибудь злился, он обязательно думал о рыжем коте, том самом, из-за которого сюда попал. Вот и сейчас, пока Крошка Лори переворачивала ожерелье, Счастливчик просто не успел сообразить, о ком более приятном можно было бы подумать, чтобы в него превратиться.

Едва Крошка Лори все сделала, она отошла на полшага и с неприязнью сказала:

– Ты что, не мог превратиться в кого-нибудь посимпатичнее? Ничего себе, первый раз в жизни ему удалось сбросить собачью шкуру – и глядите, на кого он стал похож, – сокрушенно проговорила она.

После этих слов Счастливчик, который заподозрил что-то неладное, когда стал гораздо ближе к земле и ему смертельно захотелось печенки, сильно приуныл.

«Неужели, все, что проделала со мной эта девчонка – не шутка, и я, олух этакий, действительно превратился в рыжего?» – с ужасом подумал Счастливчик.

– Знаешь, Крошка Лори, поскорее превращай меня обратно в далматинца, – в ужасе от собственного голоса попросил Счастливчик.

– Да ты и сам сможешь с этим отлично справиться. Нужно только представить себе, что ты опять собака, и перевернуть ожерелье так, чтобы камни, перекрутившись вокруг шеи, вновь оказались у тебя на груди, – сказала маленькая ведьмочка.

После нескольких неудачных попыток Счастливчику удалось-таки справиться с этой задачей. Он с облегчением вздохнул только тогда, когда хорошенько рассмотрел свою пятнистую шкурку. Все пятнышки оказались на месте.

– Ну и напугала ты меня, – укоризненно взглянул он на Крошку Лори.

– Сам виноват. Я ведь не заставляла тебя думать о всякой гадости, – резонно возразила маленькая ведьмочка.

Не желая и на этот раз признаваться, что она полностью права, Счастливчик поспешил перевести разговор на другую тему.

– С превращениями мне все понятно, но что же делать дальше?

– А дальше очень просто. Ты проникаешь в замок, добираешься до леди Бьянки и передаешь ей записку, в которой сэр Артур напишет, где мы будем ее ждать.

– Ну, а как же ей выбраться из замка? Неужели и она станет в кого-нибудь превращаться?

– Нет, – просто ответила маленькая ведьмочка, – людям мои камни не помогут. Что камни! По неписаным ведьминским законам даже я сама не имею права помогать добрым людям. Злым – сколько угодно, а вот добрым – нет.

– Погоди, мне кажется, я придумал, в кого мне можно будет превратиться, – перебил ее Счастливчик.

И он рассказал ведьмочке о своей задумке, которая, как нам уже известно, так удачно осуществилась.

Крошка Лори оценила, какой замечательный план придумал Счастливчик. Друзья тотчас отправились к сэру Артуру, который нетерпеливо поджидал маленьких заговорщиков на лужайке.

Выслушав постоянно перебивающих друг друга ведьмочку и далматинца, сэр Артур сначала очень обрадовался, но потом почему-то приуныл.

– Спасибо вам, друзья мои. Вас так сильно тронуло мое горе, что вы готовы пойти на риск – и все ради того, чтобы мы с Бьянкой были вместе. Но я не могу принять от вас подобной жертвы, тем более, что усилия наши вряд ли к чему-нибудь приведут.

Счастливчик и Крошка Лори в недоумении уставились на своего друга.

– Я вижу, вам не ясны мои речи. Ну, что ж, попытаюсь объяснить. Леди Бьянка, моя возлюбленная – девушка очень гордая и чистая. Но она также покорная и любящая дочь своего отца. К тому же, как знать, быть может, она теперь уже смирилась со своей судьбой. Да и захочет ли она разделить свою жизнь с рыцарем, у которого остались лишь родовой титул да доброе имя, а самое большое богатство, которое я могу отдать ей, – это моя любовь? – сказал сэр Артур и опечалился пуще прежнего.

– Ну, во-первых, я бы не сказала, что это такой уж плохой дар, – поразмыслив, возразила Крошка Лори.

– И ведь никто не станет ее вынуждать, мы просто дадим ей право выбора, – добавил Счастливчик.

– Если кто-то мечтает, чтобы девушка умерла от тоски и печали, выйдя замуж за этого противного сэра Гарбиджа, или ее замучили своими насмешками ведьмы – лучшие подружки ее будущего мужа, то этот кто-то и есть самый глупый, жестокий и злой человек на свете! Идем Счастливчик, нам тут больше делать нечего, – подвела черту Крошка Лори и направилась к дровяному сараю.

– Постойте, друзья! – решительно остановил их сэр Артур. – Вы преподали мне хороший урок и растолковали то, о чем я и боялся подумать. И если вы все еще готовы помочь мне, то я приму вашу помощь с благодарностью! – пылко воскликнул он.

Счастливчик и Крошка Лори переглянулись и радостно бросились к сэру Артуру.

Единственным вопросом, который до сих пор оставался нерешенным, было то, где смогут спрятаться влюбленные после побега, а в том, что он произойдет, уже никто не сомневался.

Но тут на выручку друзьям пришла кормилица сэра Артура. Когда они все вместе обсуждали план, то, не опасаясь чужих ушей, галдели так, что добрая женщина, находясь по своим домашним делам неподалеку, все слышала. Она тоже когда-то всей душой радела за то, чтобы Артур и Бьянка, которую кормилица знала еще маленькой девочкой, когда дети вместе играли в замке Шелтеров, стали мужем и женой. И потому сейчас, обрадовавшись, что может помочь своим любимым детям, как она называла Артура и Бьянку, она сразу же вступила в разговор.

– Сэр Артур, вы знаете, мой малыш умер, когда был еще совсем маленьким. С тех самых пор мы с моим стариком считаем вас за родного сына. Так вот, позвольте мне помочь вам. Я слыхала о том, что вы задумали, и ни минуты не сомневаюсь, что это единственный выход для вас с леди Бьянкой быть счастливыми, и милая Бьянка понимает это не хуже вашего, вы уж поверьте старой женщине.

Мой отец всю жизнь был рыбаком. И хоть семья наша не бедствовала, да только единственное, что мне осталось в наследство от родителей, – старый, но милый и уютный домик в скалах на берегу моря. Он так хорошо спрятан от людского глаза, да и место это до того спокойное и безлюдное, что никому и в голову не придет вас там искать.

Сделайте милость, примите от меня в дар этот маленький домик. И будьте такими же счастливыми, какими прожили до самой смерти мой отец и моя мама.

– Ах, кормилица, как же мне благодарить вас за этот волшебный подарок? Для меня ваш скромный домик на берегу моря сейчас дороже и краше любого самого надежного и самого прекрасного дворца! – воскликнул растроганный сэр Артур.

– Будьте же счастливы, сэр Артур, мальчик мой, – сказала добрая женщина, и глаза ее заискрились от набежавших слез.


Вот так все и решилось. Задуманный друзьями план осуществился как нельзя удачнее. Счастливчик даже подумал, что ему окончательно удалось свести с ума сэра Гарбиджа своими дурачествами, но леди Бьянка и сэр Артур были другого мнения.

Леди Бьянка, которой все рассказали по дороге в Пустынную Бухту, где стоял рыбачий домик, была в восторге от того, что придумали друзья ради ее спасения. Ей сразу очень понравились и Счастливчик, и Крошка Лори. Единственное, чего она не могла понять, это почему маленькая ведьмочка наперекор своим сестрицам занимается совсем иными делами, нежели они. Но, боясь обидеть маленькую ведьмочку неосторожным словом, Бьянка решила повременить с такими вопросами.

Она и не догадывалась, что ни Счастливчик, ни сэр Артур тоже не имеют ни малейшего понятия, откуда в Крошке Лори в отличие от всего ведьминого племени столько доброты и понимания.

Не успели еще улечься в замке переполох и суматоха, вызванные бегством леди Бьянки, а друзья уже были в бухте и знакомились со своим новым жилищем – маленьким домиком, ловко примостившимся между скал. Домик действительно оказался очень маленьким и скромным, но зато в нем было все необходимое: и небольшая кухонька, и зал с камином.

Конечно, Артур и Бьянка не привыкли к домашней работе, а многому им просто-напросто нужно было научиться, но их эти трудности нисколько не пугали, потому что свершилась их давняя мечта – влюбленные наконец были вместе. Пусть безвестные, пусть покинутые и гонимые, но вместе!

К тому же они втайне надеялись, что скоро коварство сэра Гарбиджа раскроется, отец леди Бьянки смягчится и тогда они вновь смогут вернуться к той жизни, к которой привыкли.

А пока Артур и Бьянка были готовы наслаждаться и этим крохотным островком счастья, тем более, что с ними оставались их верные и преданные друзья.

Для Крошки Лори и здесь нашлось уютное местечко – маленький сарайчик, где хранились рыбачьи снасти, а Счастливчик удобно устроился прямо во дворе. Хоть это местечко действительно казалось спокойным и уединенным, все же и его не лишним было охранять, и далматинец, с удовольствием почувствовав себя настоящей сторожевой собакой, принялся нести службу.

Пока влюбленные наслаждались идиллией в рыбацком домике и любовались морскими красотами, сэр Гарбидж бесновался в своем огромном замке. Еще по дороге домой он лихорадочно обдумывал, куда же могла запропаститься леди Бьянка. После того, как осмеяли его «собачий бред», он и сам готов был поверить, что никакого пса не было, а все это ему лишь показалось.

Но, с другой стороны, черный рыцарь был убежден, что без посторонней помощи и без поддержки леди Бьянка не решилась бы на столь отважный шаг. Шутка ли – сбежать из дома родителей почти из-под венца! И единственным человеком, который мог ей в этом помочь, был сэр Артур Шелтер.

«Неужели мальчишка не погиб от моего удара? Что ж, тем хуже для него, потому что, если это именно он повинен в моем позоре, то его ждет смерть куда более ужасная, чем та, которую я уготовил ему с самого начала», – размышлял сэр Гарбидж.

– Эй, ко мне! – внезапно крикнул он, обращаясь к многочисленным слугам, его сопровождавшим. – Немедленно скачите в жалкий домишко Артура Шелтера и живым или мертвым доставьте его ко мне в замок. Да не забудьте хорошенько обыскать его дом!

Отдав эти распоряжения, сэр Гарбидж вновь погрузился в раздумья и к неописуемому удовольствию Пьютри, забившемуся в дальний угол кареты и до сих пор пребывавшему в немом ужасе, не проронил ни слова до самого замка.

Приехав в замок, сэр Гарбидж для начала разогнал всех слуг, безмерно удивленных тем, что их хозяин приехал без молодой жены и в таком скверном расположении духа. Затем, не притронувшись ни к еде, ни к вину, принялся мерить шагами зал, то и дело подходя к окну в ожидании, когда прибудут слуги, посланные в дом сэра Артура Шелтера. И вот, наконец, черный рыцарь радостно вскрикнул, завидев приближающихся к замку всадников.

Но никаких приятных известий слуги не принесли.

Оказалось, в лесном замке нет не только леди Бьянки, но и самого сэра Артура. Едва оправившись от ран, он, как сказала его кормилица, решил стать странником и, взяв посох, отправился бродить по незнакомым местам и дальним странам. Конечно же, слуги в точности выполнили приказ своего господина и, прежде чем удалиться, перевернули весь дом, однако никого не нашли.

– Я так и думал! Я так и думал! – словно разговаривая с самим собой, пробормотал сэр Гарбидж.

О чем думал вельможа, любопытным слугам не пришлось узнать, потому что им в самой грубой форме было приказано убираться вон.

После этого доклада сэр Гарбидж возобновил свои хождения по залу. В один из моментов карлик Пьютри, вынужденный постоянно находиться при своем хозяине, не успел перебежать с места на место, и рыцарь подфутболил вместо подушки ни в чем не повинного беднягу Пьютри.

– И ты, уродец, только путаешься у меня под ногами! Не знаю, право, зачем я тебя держу, все равно от тебя никакой пользы! – Сэр Гарбидж был готов наброситься на любого, кто только имел неосторожность сейчас попасть ему под руку или под ногу.

От боли и обиды малыш осмелел и отчаянно выкрикнул:

– Если так, то берите себе в услужение одну из этих противных крысоедок и пинайте ее, сколько вам вздумается!

Сказав это, Пьютри мигом понял, на какую дерзость осмелился, и поспешил зажмуриться и сжаться в комочек в ожидании нового удара. Но удара не последовало, и малыш, обождав еще чуток для верности, решился приоткрыть глаза.

Сэр Гарбидж стоял посреди зала и смотрел на карлика чуть ли не с восхищением.

– Браво, малыш! Ты и сам, наверное, не догадываешься, на какую великолепную мысль меня натолкнул! Ешь и пей в моем замке до отвала, лишь бы тебе в голову порой приходили такие превосходные мысли. Правда, для этого тебя иногда придется хорошенько пнуть, ну уж на это у меня сил всегда хватит, – расхохотался сэр Гарбидж над собственной шуткой, и смех этот заставил малыша еще сильнее прижаться к полу.

Затем сэр Гарбидж подошел к окну, что выходило в лес, и дважды прокричал совой. Вначале было тихо, потом где-то вдали прозвучали два таких же ответных крика, а еще через несколько минут в зал влетели две ведьмы – Крукст и Хукст.

– Вас никто не видел? – настороженно спросил сэр Гарбидж.

Ведьмы дружно замотали головами.

– Зачем вы нас позвали, сэр Гарбидж? Ведь мы и так собирались явиться ночью на вашу свадьбу. Кстати, сдается мне, как раз теперь вы должны венчаться со своей молодой невестой, а вы сидите в замке, да еще один-одинешенек, – удивилась Крукст.

Пришлось в двух словах рассказать ведьмам, что произошло за последние часы этого злополучного дня.

– Вот так история! – не удержалась Крукст, внимательно выслушав все до конца, а Хукст даже позволила себе утробно хихикнуть.

– Мне необходимо как можно скорее разыскать беглянку и вернуть ее под отчий кров. За это я получу приданое в два раза больше того, что было обещано прежде.

Крукст даже присвистнула от удивления.

– Тогда, стало быть, и наши владения расширятся? – испытующе посмотрела она на сэра Гарбиджа.

– Разумеется, – нетерпеливо ответил тот. – Но все зависит от того, насколько вы сумеете мне помочь. Вы же везде летаете, все видите – что вам стоит разыскать какую-то одну девицу?

– Ну, летаем-то мы далеко не везде, и это вам хорошо известно, – перебила Крукст сэра Гарбиджа. Хукст согласно кивнула. – И даже если бы это было так, нам понадобилось бы немало времени, чтобы обшарить каждый уголок королевства.

– Неужели никто не сумеет мне помочь? – растерялся сэр Гарбидж.

Крукст и Хукст переглянулись. Наконец, решившись, Крукст сказала.

– Нам действительно такое не под силу, зато наша тетка Болотница, пожалуй, возьмется за это дело, вот только...

– Что, говорите же, что? – Сэр Гарбидж буквально сгорал от нетерпения. Не желая его раздражать, Хукст простодушно объяснила:

– Вот только у нашей тетки очень скверный характер. Мы и сами-то порой побаиваемся ее поварешки – уж больно ловко она обхаживает наши спины, если что не так, а человеку станет не по себе от одного тетушкиного вида.

– Да ради такого богатства я на все готов! – уверил ведьм сэр Гарбидж. – Только сведите меня к ней!

Но видя, что ведьмы не торопятся вести его к Болотнице, сэр Гарбидж по-своему расценил эту заминку.

– Неужели вы сомневаетесь, что я сполна расплачусь с вашей теткой? Сколько она скажет, столько я и заплачу – хоть серебром, хоть золотом, а нет – так драгоценных камней отсыплю!

– Да нет же! Наша тетушка и без того богаче любого короля на свете – на что ей сдались ваши побрякушки? Тут такое дело: если тетушка Болотница захочет вам помочь, то сделает это, а не захочет – тут уж берегись, видно, очень ей такой человек не понравится. Тогда не каждому удается ноги унести. Если все это вас не пугает, что ж, идемте, сэр Гарбидж! Только еще раз подумайте, потому как нам тоже не хочется лишаться такого гостеприимного хозяина.

– И минуты думать не стану! – воскликнул сэр Гарбидж. – Что-то мне подсказывает, что мы с вашей тетушкой непременно поладим!


Нимало немедля, сэр Гарбидж вместе с ведьмами Крукст и Хукст отправились к ведь- минской тетке Болотнице. Сэру Гарбиджу до того не терпелось поскорее завладеть богатством, которое посулил ему лорд Айрон, что черный рыцарь даже не стал дожидаться темноты и, рискуя быть замеченным челядью в столь сомнительной компании, поспешил к лесным болотам. Путь предстоял неблизкий, и сэр Гарбидж, как никогда, был полон терпения и решимости.

Он ни слова не проронил, когда его роскошный плащ оставлял на колючих кустах целые клочья материи. Хранил молчание и в те минуты, когда чуть ли не по пояс проваливался в вязкую болотную жижу, и наконец страдания его были вознаграждены.

– Погодите, сэр Гарбидж! Мы уже почти на месте! – крикнули сверху ведьмы, которые, конечно, выбрали свой любимый способ передвижения. Они тоже были крайне удивлены той выдержке и стойкости, с какой сэр Гарбидж переносил самые неприятные моменты пути. Ведьмы поспешно спустились на землю.

– Теперь нам всем троим нужно стать вон на ту кочку, только прошу вас, ничего не бойтесь и не пытайтесь сойти с кочки, иначе вы погибнете в болоте, и мы ничем не поможем вам, – сказала Крукст и первой взобралась на самую обыкновенную с виду, похожую на все остальные, замшелую кочку. Хукст и сэр Гарбидж последовали ее примеру.

И вот, лишь только все трое разместились на небольшой болотной кочке, Крукст прошептала несколько непонятных слов, и кочка начала уходить у них из-под ног. В первое мгновение сэр Гарбидж, готовый ко всему, все же до того испугался, что чуть было не спрыгнул с кочки, чтобы перебраться на другую – более надежную, но Хукст вовремя его удержала.

Кочка медленно опускалась, но к удивлению сэра Гарбиджа болотная жижа, лишь только подобравшись к его сапогам, вдруг словно от-ступила, и дальше они продолжали спускаться как бы по тоннелю с невидимыми стенками. Даже тогда, когда поверхность болота оказалась у них над головой, дышать можно было без особого труда, хотя воздух тут был затхлым и тяжелым.

И вот казавшийся бесконечным спуск наконец кончился, и под ногами у сэра Гарбиджа и его приятельниц вместо зыбкой и неустойчивой кочки очутился твердый каменный пол.

– Вот мы и на месте, – полушепотом сказала толстушка Крукст.

Хукст потянула носом воздух и удовлетворенно заметила:

– Похоже, тетка Болотница варит для нас свежую порцию пива!

– О чем это вы шепчетесь? – вдруг послышался неприятный старческий голос. – И почему, скажите на милость, в моем подземелье вдруг так невыносимо запахло человеческим духом?

Глаза сэра Гарбиджа еще не успели как следует привыкнуть к темноте подземелья, но, прищурившись, он все же сумел разглядеть, как в дальнем углу, среди огромных котлов, копошится что-то маленькое и скрюченное»

– Идемте, – подтолкнула Хукст растерявшегося сэра Гарбиджа. – Тетушка Болотница вас уже заметила, и она очень рассердится, если вы не поспешите с ней поздороваться.

Когда черный рыцарь попал в подземелье, уверенности и прыти в нем заметно поубавилось. Но он постарался сбросить с себя оцепенение и решительно направился в ту сторону, куда его подталкивали ведьмы.

Подойдя к котлам, сэр Гарбидж смог получше разглядеть могущественную ведьму, от которой теперь зависел его предстоящий успех. Это была самая отвратительная старуха, какую могло только нарисовать воображение.

Костлявое тело было скрючено старостью и украшено безобразным горбом на спине. Оттого казалось, что руки Болотницы спускаются чуть ли не до самой земли. В правой руке у нее была большая поварешка, которой ведьма непрерывно помешивала какую-то зловонную жидкость в котле. Жиденькие, давно не мытые волосы цвета плесени хоть и находились в полном беспорядке, но нисколько не скрывали морщинистого, словно печеное яблоко, лица с маленькими прищуренными злыми глазками и крючковатым носом с огромной щетинистой бородавкой на самом кончике.

«Вот это да! – промелькнуло в голове сэра Гарбиджа. – По сравнению с тетушкой племянницы выглядят просто писаными красотками.» Хотя на самом деле Крукст и Хукст были самыми обыкновенными страшненькими ведьмами.

– Ах, дорогая наша тетка, у тебя по сей день самый зоркий взгляд и самый острый нюх, – стараясь казаться любезными, но труся до дрожи в голосе, защебетали толстая Крукст и рыжая Хукст.

– Вы мне зубы не заговаривайте! – очень медленно, но от того не менее грозно проговорила старуха, не отрываясь от своего занятия. – Или уже забыли, что у меня самое хорошее чутье? И сейчас я чувствую, что у человека, которого вы так дерзко осмелились притащить с собой, есть ко мне дело.

– Ты, как всегда, права, тетка Болотница, – закивали ведьмы, боясь, как бы ведьма не разозлилась.

– Сегодня именно тот день, когда не слишком сильно болят мои старые кости, а то бы ни вам, ни ему несдобровать, – проскрипела старуха, подбрасывая в котел связку чего-то, очень похожего на сушеные крысиные хвосты.

Старуха вдохнула отвратительный запах, который исходил из котла, и по лицу ее пробежала довольная ухмылка.

– Ну, что ж, человек, если тебе посчастливилось застать меня в таком приятном расположении духа, пусть тебе повезет и в остальном, а потому говори, что за дело привело тебя ко мне.

С трудом справившись с волнением, сэр Гарбидж постарался подробно рассказать Болотнице, что с ним приключилось за последний день. Рыцарь догадывался, что от старухи ничего нельзя скрывать, а потому не постеснялся поведать даже о своем недостойном поведении, когда упал в обморок при виде лающего пса.

Пока сэр Гарбидж рассказывал эту историю, ведьма очень внимательно слушала, а когда он наконец поведал, чего, собственно, хочет от Болотницы, на ее безобразном лице отразилась целая буря чувств.

– Так ты говоришь, твоя сбежавшая невеста удивительно хороша собой и молода? – заинтересованно переспросила ведьма.

– Моя невеста – одна из самых прекрасных девиц королевства! – гордо ответил сэр Гарбидж.

Старуха погрузилась в раздумья. Казалось даже, что она уснула над кипящим котлом и с поварешкой в руках, но неожиданно ведьма вновь заговорила.

– Ну что ж, я и вправду могу тебе помочь. Вот только что ты станешь делать с девушкой, которая не хочет выходить за тебя замуж и однажды уже доказала это, сбежав с другим?

– Я... я постараюсь уговорить ее. Или пригрозить... – этот вопрос явно озадачил сэра Гарбиджа.

– До чего же люди глупы и самоуверенны! – зло проговорила старуха. – Да ведь девица скорее бросится с замковой башни, чем послушается твоих уговоров и угроз. И не видать тебе тогда богатства лорда Айрона.

– Что же мне делать? – наверное, впервые в жизни сэр Гарбидж почувствовал себя столь неуверенно – до того правдиво звучали слова ведьмы.

– А вот что. Я скажу тебе, где находится беглянка, и ты сможешь ее оттуда забрать. Но вместо того, чтобы везти ее обратно к отцу, ты привезешь девицу ко мне. А уж я сумею научить ее быть послушной, верной и безропотной женой. Но такой ты получишь ее ровно через три месяца, три недели и три дня, а до истечения срока чтоб и духу твоего близко не было, иначе ни тебе, ни ей не поздоровится, понял?

– Да, но... – сэр Гарбидж до того любил торговаться, что и сейчас едва удержался от того, чтобы ввязаться в спор с теткой Болотницей.

– Никаких «но»! – грубо прервала его ведьма. – Коли хочешь заполучить невесту и богатства, соглашайся с тем, что я тебе говорю. Если нет – убирайся отсюда подобру-поздорову, а то я что-то злиться начинаю!

По тому, как съежились от страха его приятельницы, сэр Гарбидж мгновенно поспешил со всем согласиться. «Ну и что, если придется подождать какие-то три недели, зато я наверняка заполучу то, о чем так долго мечтал», – рассудил он.

– Ну то-то же, – смягчилась Болотница. – Значит, так, завтра, лишь только рассветет, бери побольше слуг и отправляйся в Пустынную Бухту, ту, что расположена как раз на границе владений Айронов и Шелтеров. Там в скалах стоит хижина, в ней и найдешь беглянку. Да только сильно не шуми. Есть там какая-то сила, мне пока неизвестная, которая может тебе помешать.

– А что это за сила? – не на шутку забеспокоился сэр Гарбидж.

– Да если б знала, то сказала бы! Я все знаю в нашем королевстве и за его пределами, но эта сила неведома даже мне. А потому больше ни о чем не спрашивай, лучше оставь меня в покое и снаряжайся в путь. Да помни, теперь тебе с молодой невестой иной дороги, как сюда, нет, – зловеще предупредила Болотница и вновь отвернулась к своему вареву, словно говоря, что разговор окончен.

Сэру Гарбиджу ничего больше не оставалось, как вместе со своими спутницами вновь взойти на кочку в дальнем конце подземного зала и уже привычным путем выбраться наружу.

– Ух, и до чего строга наша старая тетка! – сказала Крукст, переведя дыхание.

– И страху же я натерпелась, – поддакнула ей Хукст.

– Ну что ж, за эту помощь я перед вами в долгу не останусь, – прервал их сэр Гарбидж, и, наскоро попрощавшись, побыстрее отправился в замок – он хотел отправиться в путь еще засветло, как и советовала Болотница. И теперь его больше всего заботила та неведомая сила, которая могла разрушить его планы и о которой ничего не знала даже ужасная ведьма.

Ну, а счастливые влюбленные и не подозревали, какая беда им грозит. Скрытые от людских глаз высокими скалами, в этом позабытом, но удивительно прекрасном месте они чувствовали себя в полной безопасности. Солнце дарило им тепло, море – свежесть, а их маленькие друзья – уверенность и спокойствие.

В то раннее утро, намаявшиеся за день и утомленные собственным счастьем, Артур и Бьянка крепко и безмятежно спали. А Счастливчика, прикорнувшего прямо возле дома, разбудила маленькая ведьмочка.

– Проснись! Ну проснись же! – настойчиво тормошила она далматинца.

И когда Счастливчик наконец с трудом открыл глаза, маленькая ведьмочка 4 кокетливо спросила:

– Ты не находишь, что я уже достаточно вымазалась в этом пыльном сарае?

Когда Счастливчик окончательно проснулся и понял, на что намекает Крошка Лори, он от души расхохотался.

– Не хочешь ли ты сказать, что тебе опять пора искупаться?

– Именно! – довольно подтвердила ведь-мочка. – Общаясь со мной, ты становишься гораздо догадливее! Ну что, бежим?

Как мог далматинец отказаться от почетной миссии быть сторожем зеленого ожерелья! Правда, какая-то смутная тревога кольнула его сердце. Но он тут же отмел в сторону все предчувствия, решив, что столь ранним утром проснуться под силу только непоседе-ведьмочке и никто другой в это время не станет беспокоить спящих Бьянку и Артура.

А потому он весело устремился вниз по тропинке, ведущей к морю, вслед за вопящей и улюлюкающей Крошкой Лори.


Лишь только далматинец скрылся из виду, на небольшой площадке перед домиком появились слуги сэра Гарбиджа. Крадучись, они подобрались к дому, и по знаку своего хозяина, находившегося неподалеку, распахнули двери и ворвались в дом.

Что за переполох начался в маленьком домике! Сэр Артур проснулся оттого, что кто-то грубо выволок его из постели. Он тотчас схватился за свой рыцарский меч, который на случай какой-нибудь опасности оставил возле постели, но что мог поделать едва оправившийся от ран юноша против шестерых до зубов вооруженных и готовых к схватке слуг сэра Гарбиджа! Его тут же связали по рукам и ногам и вынесли во двор домика.

Какое же наслаждение доставила сэру Гарбиджу эта сцена! Но он не мог и не желал терять времени, а потому сам бросился в дом, чтобы его слуги, не дай бог, не обошлись с Бьянкой слишком невежливо. Однако, опасения его были напрасны. Леди Бьянка, едва увидев чужих людей и узнав в них слуг сэра Гарбиджа по черному цвету одежды и каким-то особенно свирепым лицам, мгновенно лишилась чувств.

Сэр Гарбидж велел тут же перенести леди Бьянку в карету, а сэра Артура, избитого и связанного, было приказано уложить и привязать поперек одной из лошадей, чтобы он в таком мучительном положении продолжал путь.

Осуществив свой коварный замысел, сэр Гарбидж, памятуя слова Болотницы о неведомой силе, которая может внезапно помешать ему, приказал тотчас отправляться в путь.

Как раз в этот момент, умытые и довольные, Счастливчик и Крошка Лори поднимались вверх по тропинке. Крошка Лори, чтобы побыстрее согреться, все время бежала впереди, а потому она первая заметила то, что творилось на площадке перед домом, где в это время сэр Гарбидж отдавал последние распоряжения.

– Стой, – полушепотом крикнула она Счастливчику и тихонько рассказала, что происходит наверху. – Только не вздумай выскочить сейчас! – строго предупредила она Счастливчика. – Так ты и себя погубишь, и им не поможешь.

Далматинцу с трудом удавалось усидеть на месте. Но в словах маленькой ведьмочки действительно был смысл, и потому Счастливчик стерпел и даже прикусил язык, чтобы не залаять от отчаяния.

«Ну откуда же этот человек мог узнать о месте, где мы прячемся?» – думал Счастливчик. Но сколько он ни ломал голову, так и не смог найти ответ.

– Они уезжают! – вновь зашептала в самое ухо Счастливчику Крошка Лори. – Леди Бьянка сейчас находится в карете, а вон тот огромный тюк на спине лошади – это и есть наш бедный сэр Артур.

– Но куда, куда они собираются ехать? – нетерпеливо дергал ее Счастливчик.

– Да ты и сам можешь все отлично услышать, если перестанешь нервничать, как барышня, и хорошенько прислушаешься! – не выдержала Крошка Лори.

И действительно, с трудом успокоившись, Счастливчик совершенно отчетливо услышал слова сэра Гарбиджа, который отдавал последние распоряжения:

– Этого негодяя и вора немедленно доставить в замок и бросить в темницу северной башни. А с девицей я управлюсь сам. И советую вам забыть, что вы вообще ее здесь видели, понятно?

– Понятно, – послышался нестройный хор голосов. Слуги привыкли к тому, что любое, даже самый нелепое повеление их господина должно исполняться неукоснительно и без лишних вопросов.

– В путь! – приказал сэр Гарбидж, и каменистая дорога запылилась под копытами лошадей.

– Бежим! – крикнул Счастливчик маленькой ведьмочке, уже не опасаясь, что из-за топота его кто-нибудь услышит.

– Позволь спросить, куда ты собрался бежать? – остановила его Крошка Лори.

– Как – куда! За теми, кто увозит сэра Артура! Ведь ему сейчас хуже некуда!

– Погоди! Куда везут сэра Артура, нам известно. Его темницу мы отыщем в любой момент. А вот что станет с леди Бьянкой?

– Да разве сэр Гарбидж везет ее не в замок лорда Айрона? – удивился Счастливчик.

– А для чего тогда такая таинственность? И почему он приказывал слугам, чтоб они позабыли, что видели тут леди Бьянку? Ой, Счастливчик, поверь моему ведьминскому чутью, замышляется какое-то очень недоброе дело!

– Чего же мы рассиживаемся! – встрепенулся далматинец. – Скорее бежим за каретой!

– Вот теперь – действительно бежим! – крикнула маленькая ведьмочка и привычным жестом расправила за спиной зеленый плащ.

Глава шестая В ПЛЕНУ

Сэру Гарбиджу очень хотелось нарушить договор с Болотницей и доставить Бьянку прямо в замок лорда Айрона, чтобы поскорее получить богатое приданое. Однако за то время, пока он находился у старой ведьмы, рыцарь понял, что та не любит шуток, а желающий посмеяться над теткой Болотницей может поплатиться и собственной жизнью. И потому сэр Гарбидж решил, что его жизнь все-таки дороже любых богатств. К тому же в одном Болотница была абсолютно права. Теперь, когда стало ясно, что леди Бьянка ради своего возлюбленного не побоялась ни гнева отца, ни недоброжелательства света, Сэр Гарбидж сильно засомневался в том, что эта гордая девушка добровольно захочет стать его женой.

Словом, на развилке двух дорог, одна из которых вела к его замку, а другая терялась в глубине леса, сэр Гарбидж велел всем остановиться.

– Вы, надеюсь, хорошо помните мое приказание? – грозно обратился он к слугам. И, не дожидаясь ответа, в котором был уверен заранее, сэр Гарбидж прогнал кучера, уселся сам на его место и стегнул лошадей, быстро понесших карету по лесной дороге.

Слуги же направили своих лошадей в сторону замка, все время поглядывая за сэром Артуром, который все видел и слышал, но не мог ни пошевелиться из-за туго стягивающих все его тело веревок, ни вымолвить и слова из-за кляпа во рту. Сердце плененного рыцаря разрывалось от боли, но не за себя, хотя он и понимал, на какие мучения обречен в замке сэра Гарбиджа, а за свою несчастную подругу.

Сэр Артур, как и маленькая ведьмочка, почувствовал, что сэр Гарбидж готовит для леди Бьянки ужасную участь.


Крошка Лори и Счастливчик, спрятавшись за кустами, внимательно следили за происходящим на развилке двух дорог.

– Послушай, а куда ведет эта лесная дорога? – спросил Счастливчик Крошку Лори.

– Когда-то она вела через болота, а теперь там и заканчивается, – ответила маленькая ведьмочка. Похоже, что-то не на шутку беспокоило ее.

– Не понимаю, – озадаченно проговорил далматинец, – зачем сэр Гарбидж везет леди Бьянку именно туда?

– Знаешь, Счастливчик, мне кажется, все гораздо хуже, чем я предполагала. Там, куда направляется сэр Гарбидж, живет только одно существо – наша тетка Болотница.

– Тоже ведьма? – испугался Счастливчик.

– Если бы она была обыкновенной ведьмой, я бы так не дрожала за бедняжку Бьянку. Но тетка Болотница без труда наводит страх даже на самих ведьм!

– Похоже, ты и сама ее боишься? – попробовал пошутить Счастливчик.

– Да, боюсь, – серьезно ответила Крошка Лори. – А если тебе доведется с ней встретиться, то и тебе будет не до шуток.

Счастливчик еще никогда не видел Крошку Лори такой серьезной и озабоченной.

Но карета тронулась в путь, и друзья не стали больше тратить времени на разговоры. Ведь еще нужно было убедиться в правоте маленькой ведьмочки, хотя сама она уже почти не сомневалась в собственных предположениях, и от этого ей становилось невыносимо жутко.


Ну, а сэр Гарбидж в это время нервничал и чертыхался. Карету пришлось бросить на полдороге, потому что земля становилась все мягче, и лошади отказывались идти дальше. Бедных животных вдруг обуял непонятный страх – они били копытами о землю, поводили глазами и бешено ржали. И сколько ни пытался сэр Гарбидж заставить всегда таких послушный и терпеливых лошадок продолжать путь, ни понукания, ни кнут не помогали.

А ему очень хотелось привезти леди Бьянку к Болотнице до того момента, как девушка придет в себя, поскольку он справедливо полагал, что один может с ней и не справиться, зато в подземелье только вид ужасной старухи должен напугать девушку и заставить ее вести себя смирно.

Поэтому, решив проучить капризных животных по возвращении, черный рыцарь взял леди Бьянку на руки и дальше пошел пешком.

По мере того, как сэр Гарбидж со своей ношей приближался к заветной болотной кочке, уверенность маленькой ведьмочки росла, а когда он, наконец, аккуратно ступил на кочку, Крошка Лори в отчаянии всплеснула руками.

– Бедная леди Бьянка! – воскликнула она. – Сэр Гарбидж действительно несет ее в подземелье тетки Болотницы!

– Но зачем? – негодовал Счастливчик. – Это ты можешь объяснить?

– Откуда мне знать?! – Казалось, отчаяние Крошки Лори выплеснется через край. – И я не могу сейчас к ней заявиться, чтобы все разузнать.

– Но ведь ты – ведьма, Крошка Лори, пусть самая лучшая на свете, но настоящая ведьма, и ты сама недавно сказала, что Болотница – ваша тетка!

– Так-то оно так! Но как только я перестала жить и шалить вместе со своими сестрицами в Ведьминой Горе, тетка Болотница велела и на глаза ей не показываться. Так что я теперь и ведьма-то не настоящая, а вся моя сила – вот в этих зеленых камешках, все, что умеют они, умею делать и я. А попадись я на глаза тетке Болотнице, она и ожерелье мое отберет, да и самой мне не поздоровится.

– Так давай я туда проберусь, – предложил Счастливчик. – Вот превращусь в кого-нибудь и проберусь. Если в первый раз получилось, то и во второй непременно получится.

– Нет, Счастливчик, ничего у тебя не получится, – со вздохом оборвала его Крошка Лори. – Обмануть тетку Болотницу невозможно. Многие пробовали это сделать, да только никто их с тех пор не видал. Говорят, тетка Болотница обманщиков просто съедает на обед – вот так-то.

– Ну тогда я сам пойду к ней и все расскажу! – решительно тявкнул Счастливчик.

– И это исключено, – покачала головой Крошка Лори. – Тетка Болотница терпеть не может собак.

– Погоди, так что же это получается? Ни я, ни ты не можем туда пойти. Тогда кто же спасет леди Бьянку?

– Есть только один человек, которому это под силу, – серьезно и печально проговорила Крошка Лори.

– И кто же это? Не тяни! – оживился далматинец.

– Его не придется долго искать! – сокрушенно проговорила маленькая ведьмочка. – Замок сэра Гарбиджа не слишком далеко отсюда, а темницу северной башни найти и вовсе просто.

– Так ты говоришь о сэре Артуре?! – догадался Счастливчик. – Но он сам в заточении!

– Значит, нужно его освободить! Я думаю, сэра Гарбиджа будет полегче провести, чем мою тетку, как ты полагаешь?

– Я? – Счастливчик на минуту задумался. – Ну, конечно, Крошка Лори. До чего же я недогадливый! Бежим скорее, мне кажется, я знаю, как мы сможем выручить нашего друга. – И, не дожидаясь ответа, далматинец бросился прочь от болота.


Оставим пока друзей за обсуждением спасительного плана, чтобы вновь очутиться в жилище тетки Болотницы.

Сэр Гарбидж с облегчением вздохнул, когда кочка опустилась и под ногами он почувствовал каменный пол подземелья. Леди Бьянка внезапно открыла глаза и поморщилась от затхлого воздуха и неприятного запаха в жилище Болотницы.

Тут она с ужасом обнаружила, что ее держит на руках сэр Гарбидж, и так стремительно вырвалась, что не удержалась на ногах и оступилась, вспугнув летучих мышей под потолком.

– Неужели пожаловал мой старый гость? – послышался старческий голос, от которого Бьянка вздрогнула, а сэр Гарбидж довольно ухмыльнулся. Он рад был видеть, как страшно неуютно чувствует себя в этом зловонном и мрачном подземелье его пленница. Но, чтобы не злить хозяйку, поспешил ее поприветствовать. Он грубо схватил Бьянку за руку и потащил за собой.

Болотница, казалось, не сдвинулась с места с того момента, как черный рыцарь впервые увидел ее. Она все так же стояла над кипящими котлами и помешивала свое варево. И только вид у нее был еще более ужасный от того, что старуха радовалась, как ребенок. Подпрыгивая и кружась, она устроила вокруг котлов нечто вроде безумной ведьминской пляски, да ко всему прочему постоянно корчила отвратительные рожи.

Бьянка до того была напугана, что едва вновь не упала в обморок, но тотчас дала себе слово, что будет непременно держать себя в руках, какие бы испытания ни выпали на ее долю. А потому лишь крайняя бледность выдавала ее истинное волнение.

– Что это ты так развеселилась, тетка Болотница? – Видя, что старуха в хорошем расположении духа, сэр Гарбидж позволил себе говорить довольно развязно.

– Да вот радуюсь твоему успеху, или ты думаешь, что ведьма на это не способна? – вызывающе спросила Болотница, не прекращая своей дикой пляски.

– Ну, так уж и радуешься. Разве ты сомневалась в моих способностях? Напугала меня какой-то неведомой силой, а выходит, сморозила сущую глупость! – расхохотался сэр Гарбидж.

– Ты говори да не заговаривайся! – вдруг резко оборвала его смех старая ведьма. – Я всегда знаю, что говорю, и не тебе меня учить, понял?

Сэр Гарбидж, любивший и сам обращаться к другим в подобном тоне, но не привыкший, чтоб так говорили с ним, несколько опешил. К тому же его одернули в присутствии невесты!

«Ну, ничего, на ней я еще отыграюсь, как только она станет моей женой», – мысленно успокоил он себя, заметив ядовитую усмешку на губах Бьянки.

– Ладно, давайте продолжим наш разговор, госпожа Болотница, – нарочито вежливо сказал он.

– Вот так-то лучше будет, – удовлетворенно хмыкнула старуха, словно и не замечая, что сэр Гарбидж даже покраснел от натуги, стараясь обращаться к ведьме как к равной. – А продолжать разговор с тобой не о чем. Помнишь наш уговор?

– Но, госпожа Болотница, может, удастся побыстрее научить Бьянку быть... – замямлил сэр Гарбидж, не ожидавший, что ведьма обойдется с ним так круто. Но и на сей раз старуха его грубо оборвала:

– Три месяца, три недели и три дня! И ни минутой раньше! До чего же у вельмож короткая память и слабый ум! Если явишься раньше – не сносить тебе головы!

Бьянка чувствовала, что разговор ведется о ней и сейчас решается ее судьба. Она вполне могла понять, зачем сэр Гарбидж добивается ее руки, но зачем она нужна этой отвратительной старухе, да к тому же ведьме, бедная девушка никак не могла взять в толк. Единственным, хоть и слабым, утешением могло служить разве лишь то, как эта женщина разговаривала с гордым и заносчивым сэром Гарбиджем.

Вполне насладившись жалким видом рыцаря, старуха сказала свое обычное:

– Ну, иди, а то я что-то злиться начинаю. Как бы это скверно не сказалось на здоровье твоей невесты. – И опять взялась за поварешку.

Сэр Гарбидж, опустив глаза, чтобы не видеть испепеляющего взгляда Бьянки, отступил в глубь подземелья, взобрался на кочку и исчез.

Наступила тишина. Только в котлах на поверхности варева надувались и лопались пузыри да летучие мыши, растревоженные сэром Гарбиджем, шелестя крыльями, устраивались по своим насиженным местам.

Не решаясь первой нарушить молчание, леди Бьянка ждала, пока заговорит ужасная старуха.

– Правильно делаешь, что молчишь, – словно прочитав ее мысли, не оборачиваясь, сказала ведьма, – не люблю болтливых, вон как этот, – она махнула половником в сторону, кочки. – А тебе, девица, еще долго молчать придется, может быть, и всю жизнь.

Бьянка не поняла, о чем говорит старуха, но слова ее показались девушке полными зловещего смысла, и потому она не удержалась и спросила:

– Зачем я здесь?

– Это тебя не касается. Будешь делать работу, какую велю, да ждать, что случится дальше. По моим подсчетам, очень скоро ты уже дождешься.

– Я вас не понимаю! – в ужасе воскликнула девушка.

– А ты и не трудись, – медленно и скрипуче ответила старуха. – Тебе нужно понять только одно: бежать отсюда не удастся, даже и не думай, работу свою делай хорошо, иначе поколочу или еще чего сделаю, пострашнее, а помощь, которая к тебе придет, будет тебе на погибель!

– Так вы и про помощь, которая ко мне спешит, знаете! – Казалось, до сознания девушки дошли только эти слова, и потому глаза ее засветились надеждой.

– А то как же! Я все знаю, – самодовольно сказала ведьма. – Да только радость твоя по этому поводу напрасна. Помощь обернется тебе погибелью, – прошамкала старуха и тоненько и противно расхохоталась.

– Ах ты, старая уродина! Да никогда не поверю я, что так произойдет. В помощь, которая спешит, верю, и в свободу свою верю, и в счастье! А ты хоть и грозная, и страшная, да только ни одному твоему слову не отравить мою душу! – в отчаянии выкрикнула Бьянка и залилась слезами.

– Старая уродина, говоришь? Я на тебя посмотрю, когда придет час твоей погибели, – словно змея, прошипела Болотница. – А теперь ступай в свои покои, – насмешливо сказала она, – да берись за труды!

Лишь только произнесла она эти слова, одна из стен подземелья отодвинулась, и девушка сквозь пелену слез увидела совсем крохотную пещеру, вырубленную в каменном чреве подземелья.

Бедняжке ничего не оставалось, как под горящим злобой взглядом Болотницы пройти в эту пещеру. Там она нашла узкую каменную плиту с пучком соломы, которая должна была ей служить кроватью, и такой же каменный стул.

– А вот и твоя работа, – с этими словами старуха подала Бьянке корзину с голубоватой шерстью. – Работай аккуратно, чтоб ни одна шерстинка не пропала. И гляди, не совьешь большого мотка пряжи, поколочу, – погрозила ведьма огромной поварешкой. – А чтобы было тебе веселее, да чтоб видела, у кого учиться мастерству, вот тебе учителя! – Ведьма достала из-за пазухи и выпустила в пещеру двух омерзительных толстых пауков, те сразу же расселись по углам и принялись без устали вить свою паутину.

После этого стена стала на свое прежнее место, и Бьянка очутилась почти в полной темноте. Только огарок свечи, милостиво брошенный ей ведьмой, едва освещал голубоватую пряжу в корзинке.


А в это время Счастливчик и Крошка Лори затаились у стен замка сэра Гарбиджа. Они видели, как слуги въехали во двор и за ними закрылся подъемный мост, как спустя полчаса к воротам примчался на выпряженном из кареты коне разъяренный сэр Гарбидж.

По тому, как сэр Гарбидж отдал распоряжение отправляться в лес, чтобы привезти карету и оставшихся лошадей, друзья мгновенно сообразили, что леди Бьянка действительно осталась у Болотницы и поэтому ей грозит большая беда.

– Гляди, как наша тетка подсыпала перцу под хвост этому задаваке Гарбиджу! – злорадствовала Крошка Лори. – Видно, крепко ему досталось, коли он так отыгрывается на слугах.

– Погоди радоваться, – осадил ее Счастливчик, – ты только представь, каково сейчас придется Артуру, раз ни в чем не повинных слуг хозяин одного за другим колотит палкой!

– Ты прав! Ну, выкладывай свой план! – заторопилась маленькая ведьмочка.

– Сначала нужно отыскать северную башню. И это сделаешь ты!

– Вот раскомандовался! – вспылила Крошка Лори. Ей не нравилось, что на этот раз Счастливчик сориентировался быстрее, чем она. И хотя Крошка Лори еще не знала, какой план возник в голове у далматинца, но по блеску его глаз угадывала, что на это раз Счастливчик уверен в своей правоте.

– Лори, пожалуйста, не капризничай. В любой другой момент я охотно выслушаю все твои возражения, но теперь у нас очень мало времени, – умоляюще взглянул на нее Счастливчик.

– В любой другой момент, – в тон ему, однако совсем без злобы ответила Крошка Лори, – я непременно обижусь на такие слова, но теперь у нас и впрямь мало времени. К тому же я знаю, как все сделать.

Счастливчик даже взвизгнул от удовольствия – благо они находились не слишком близко к замку.

– Не удивляйся, пожалуйста, но в замке сэра Гарбиджа у меня есть маленький приятель. Не друг, конечно, – поспешила уверить она Счастливчика, – а просто приятель. Он такой же маленький, как и я, но, правда, не такой симпатичный.

– Кто же это, Крошка Лори? – Далматинец не мог себе представить, как это в таком ужасном замке у его подружки может найтись приятель.

– Не торопись, Счастливчик. Я мигом обернусь, и тогда расскажу все, что тебя интересует. Только, пожалуйста, никуда не отлучайся, я буду очень за тебя волноваться. – В устах маленькой ведьмочки это прозвучало как-то особенно трогательно, и Счастливчик пообещал набраться терпения и ждать ее, не сходя с места.

Маленькая ведьмочка тотчас взмыла вверх и пропала из виду. Далматинец даже не успел заметить, то ли она так быстро улетела, то ли превратилась в невидимку.


Маленького приятеля Крошки Лори звали, как вы уже, наверное, догадались, Пьютри, и это был любимый карлик сэра Гарбиджа.

В эти дни малыш пребывал не в лучшем расположении духа. Для начала он был лишен свадебного угощения, что уже само по себе являлось большой неприятностью, затем – это ужасное происшествие в замке лорда Айрона, вопли хозяина и всеобщая беготня! И наконец кто-то до того разозлил сэра Гарбиджа, что тот, не в силах с собой совладать, пару раз хорошенько пнул карлика, отчего бедняга до сих пор потирал ушибленные места и клал на них грелочки.

И вот опять Пьютри, ожидавший хозяина, который еще засветло умчался куда-то, услышал шум и крики внизу. По опыту карлик знал: все это не предвещало ничего хорошего. И потому он даже немного испугался, когда над ухом у него прозвучал знакомый голос:

– Привет, Пьютри! Как поживаешь?

Малыш обернулся, и лицо его расплылось в улыбке:

– А это ты, Крошка Лори! До чего ты меня напугала.

– Это я-то напугала? – искренне удивилась маленькая ведьмочка. – Да ты только погляди на меня, разве я могу кого-нибудь напугать?

– Ну ты действительно стала красавицей! – приглядевшись к ведьмочке, галантно сказал Пьютри. – И, конечно, вовсе не ты меня напугала. Я в последнее время сделался какой-то нервный, – доверительно сообщил он. – С моим хозяином после этого проклятого турнира постоянно происходят разные неприятные вещи. Ну, а когда он злится, то, конечно, больше всего достается мне, – горько вздохнул бедняжка.

– Да, вид у тебя, прямо скажу, не цветущий, – не слишком деликатно заметила Крошка Лори.

– Вот-вот, – согласился Пьютри и тут же спросил: – Почему так долго не появлялась? Ты ведь прекрасно знаешь, что с твоими сестрицами мне никак не найти общего языка. Только ты меня всегда жалела и болтала со мной, когда была не занята своими бусинами.

– Сейчас, Пьютри, я очень-очень занята и не могу с тобой долго болтать. Мне тут нужно спас... – Маленькая ведьмочка вовремя поняла, что чуть не проговорилась. Конечно, Пьютри был к ней очень привязан. Но малыш вряд ли умел держать язык за зубами, и потому не стоило ему доверять тайны.

– Что ты говоришь? – переспросил карлик.

– Ничего, – как ни в чем не бывало ответила Крошка Лори и посмотрела на Пьютри такими невинными глазами, что карлик в самом деле решил, что все ему только послышалось.

– И вообще, Пьютри, я к тебе прилетела по делу, а там внизу твой хозяин, поэтому у нас с тобой очень мало времени.

– Он собирался подняться наверх? – в ужасе спросил Пьютри.

– Да-да, он сказал, что скоро придет в свою любимую залу, – уверила маленькая ведьмочка.

– Милая Крошка Лори, ты знаешь, я не могу тебе отказать, поэтому скорей выкладывай свое дело и улетай, а то, боюсь, сейчас тут такое начнется!

– Вот и я об этом! – воспользовалась предложением Крошка Лори. – Пьютри, скажи, ты бывал когда-нибудь в башне северной стороны?

– Ну, конечно, Лори. Хозяин любит показывать свои темницы гостям, а я, само собой, должен ходить вместе с ними, хотя мне это вовсе не по душе.

– Это вон та, что ли, башня? – Крошка Лори ткнула пальцем в первую попавшуюся башню.

– Да нет. Вон она.

Башня северной стороны скорее напоминала склеп – до того она была невысокая и неказистая. Крошка Лори поспешила поделиться с карликом своими соображениями на этот счет.

– Зато знаешь, какие там ужасные темницы – самые страшные во всем замке! – перебил ее карлик. Скажу тебе по секрету, как раз сейчас туда поволокли какого-то человека, и, по-моему, сэр Гарбидж этого человека очень не любит.

– Послушай, Пьютри, а если этот человек сбежит, ведь твой хозяин разозлится пуще прежнего, верно? – Вопрос звучал столь легкомысленно, что Пьютри не заподозрил в нем ничего, кроме шутки. И потому попытался так же весело ответить:

– Попробовал бы он только сбежать! В башне полно стражников, а наружу выходит только небольшое окно, да и то под самым потолком. А темница знаешь, какая глубокая, – словно яма!

Вот это была удача так Удача! Малыш сам не ведал, что рассказал Крошке Лори план побега из темницы. В это время по длинной лестнице застучали кованные дорожные сапоги сэра Гарбиджа.

– Все, мне пора! – только и успела крикнуть маленькая ведьмочка и вылетела в окно.

– Погоди, а что за дело у тебя ко мне? – спросил недоуменно Пьютри.

– Потом! – только и услышал он в ответ. Малыш пожал плечами и приготовился встречать хозяина.


– Ты действительно быстро справилась! – восхищенно встретил маленькую ведьмочку Счастливчик.

– Да только попробуй я замешкаться, и пришлось бы вести премилую беседу с сэром Гарбиджем, а для этого у меня сегодня не то настроение, – кокетливо объяснила Крошка Лори.

– Ну ладно, рассказывай, что тебе поведал твой приятель.

Маленькая ведьмочка подробно рассказала все, что узнала от Пьютри, и показала башню с приплюснутой крышей.

– Так ты говоришь, там есть окно? – переспросил Счастливчик.

– Да, под самым потолком, – кивнула ведьмочка.

– Это просто здорово, – воскликнул далматинец. – Ну-ка дай мне свое ожерелье из трех волшебных камней!

Маленькая ведьмочка безропотно сняла нитку с тремя камнями, любовно отерла их рукой и надела на шею Счастливчику. Тот натренированным движением перекрутил ожерелье так, чтобы камни вновь оказались на груди, и теперь перед маленькой ведьмочкой вместо далматинца была огромная длинная змея зеленого цвета с такими же, только потемнее, зелеными пятнышками.

– Цвет ты выбрал действительно очень красивый, – немного отступая, опасливо сказала Крошка Лори.

– Глупышка! Я понимаю, что в таком виде я тебе не очень-то нравлюсь, зато представь себе, как сэру Артуру будет удобно взбираться по этому длинному гибкому телу! – прошипела змея, шевеля узким, раздвоенным на конце язычком.

– Это действительно здорово придумано, – борясь с собственной неприязнью, сказала Крошка Лори, – но, знаешь, ты все-таки быстрее отправляйся туда, а то мне что-то уж больно хочется или убежать куда-нибудь, или бросить в тебя камнем.

– Хорошо, я бегу, то есть ползу. Не беспокойся, все будет хорошо! – с этими словами змея скрылась в густой траве.


Только очутившись в темнице, сэр Артур наконец смог размять онемевшие руки и ноги. Всю дорогу стражники боялись не только развязать веревки, но и вытащить кляп. Впрочем, уже подтаскивая Артура к темнице, эти простые люди сжалились над пленником.

В ту пору каждый мужчина мечтал о том, чтобы стать рыцарем, и каждый человек уважал доброго рыцаря. И потому стражники, которые несколько дней назад побывали на турнире, видели, как храбро дрался этот юноша. Им и самим было жаль, что единственное, чем они могут помочь Артуру, это ослабить его путы, да и то лишь до того момента, как их господин сам пожелает спуститься в темницу.

Но для Артура и это было немалым облегчением. Втайне молодой человек надеялся, что отдохнувшими руками он сумеет в нужный момент окончательно разорвать путы и справиться с сэром Гарбиджем. К тому же, как ни худо приходилось сейчас ему, а его нежной возлюбленной, вероятно, было еще горше.

Погруженный в печальные мысли, сэр Артур не заметил, как из окна, расположенного столь высоко, что даже солнечный свет через него не добирался до каменного пола темницы, осторожно и бесшумно спускается огромная змея. Но едва прохладное тело коснулось его плеча, рыцарь мгновенно отреагировал и, схватив лежащий рядом камень, хотел было размозжить змее голову, как вдруг услышал голос, который был ему слегка знаком:

– И вы, сэр Артур, туда же. Сегодня я уже один раз чудом спасся от камня, который готов был полететь в меня, пущенный рукой Крошкой Лори. Да только она оказалась добрее, хоть и ведьма. Так неужели же вы, добрый рыцарь, станете убивать бедное, ни в чем не повинное животное?

Змея еще не успела закончить свою неспешную речь, а сэр Артур уже все понял.

– Счастливчик! – приглушенно воскликнул он. – Брось паясничать, лучше скажи, милый мой друг, как мне отсюда выбраться и где Бьянка?

– Сначала выберитесь отсюда, – зашептал Счастливчик, – а потом мы все вам расскажем. Скорее цепляйтесь за мое тело и взбирайтесь по нему, как по веревке. Да не бойтесь, я хорошенько уцепился за дерево, что растет прямо возле окна.

Желание поскорее выбраться на волю утроило силы сэра Артура, и он, разорвав путы, буквально стрелой взлетел по необычной живой веревке и сквозь окно вылез наружу.

На счастье беглеца, как раз в это время сэр Гарбидж отчитывал беднягу Пьютри за какую- то очередную несущественную провинность, а все слуги попрятались кто куда, чтобы не попасть под горячую руку. Поэтому бежавшему пленнику, а уж тем более змее, легко удалось незамеченными пробраться через замковый двор, а затем перебраться и через высокую крепостную стену.

Ну, а дальше их путь лежал через лес, и маленькая ведьмочка, все это время зорко следившая за замковой стеной, теперь тоже была с ними.

Не выдержав, Крошка Лори попросила Счастливчика принять наконец-то свой нормальный далматинский вид. Счастливчик с большой охотой выполнил просьбу маленькой ведьмочки. Крошка Лори внимательно посмотрела на далматинца, затем удовлетворенно кивнула и сказала:

– Знаешь, иногда я жалею, что позволяю тебе пользоваться моим ожерельем. Тебе приходят в голову до того странные фантазии, что я серьезно опасаюсь за твой разум. Сначала кот, потом змея. Мне даже кажется, что ты специально превращаешься в какую-нибудь гадость, чтобы только меня позлить!

– Ну что ты, Крошка Лори, – на этот раз в разговор вмешался сэр Артур. – Замечательная выдумка Счастливчика сегодня спасла мне жизнь. Вместе с твоим ожерельем, конечно, – поспешил добавить сэр Артур, догадываясь, почему ворчит Крошка Лори.

– Ладно, раз так, пусть превращается в кого хочет. – С этими словами маленькая ведьмочка вновь сняла с себя нить, которую уже успела повесить на шею. – Теперь это ожерелье твое! – торжественно заявила она. – И только попробуй сказать, что когда-нибудь кто-нибудь делал тебе подарки лучшие, чем...

– Чем тот, который мне сделал мой лучший друг, – так же торжественно закончил Счастливчик.

Глава седьмая ВОЛШЕБНЫЙ ЛАРЕЦ

Лишь только опасность вновь очутиться в руках сэра Гарбиджа миновала, Счастливчик и Крошка Лори рассказали сэру Артуру, что им теперь предстоит сделать. Артур ужаснулся, узнав где теперь находится его возлюбленная. Но друзей по-прежнему занимал главный вопрос: для чего сэр Гарбидж оставил Бьянку у Болотницы?

Одолеваемый самыми немыслимыми предположениями, сэр Артур приготовился отправиться в подземелье к Болотнице. Крошка Лори строго-настрого велела ему держаться со старой ведьмой почтительно, но ни в коем случае не пугаться ее ужасного вида. Ну, а главное – не пытаться утаить никакой мелочи.

– Наша тетка обладает удивительным чутьем распознавать правду и ложь. К тому же она так стара, что, кажется, знает все на свете! – рассказывала она Артуру дорогой. – И еще, бежать из подземелья или пытаться кого-нибудь спасти против воли Болотницы невозможно, даже не пытайся – до того в ее подземелье все перепутано. Даже стены подчиняются только голосу ведьмы.

– Неужели ты думаешь, старая карга сама отпустит леди Бьянку, едва сэр Артур расскажет, как сильно ее любит? – вмешался в разговор Счастливчик.

– Конечно, нет! – раздраженно ответила Крошка Лори. – Она, наверняка, придумает для него какую-нибудь службу, а взамен этого пообещает отпустить Бьянку.

– А она не обманет? – недоверчиво спросил далматинец.

– Не знаю, – вздохнула маленькая ведьмочка. – Но разве у нас есть другой выход?

Крошка Лори была права. Другого выхода у друзей не было. Да и времени на разговоры у них тоже почти не осталось – перед ними расстилалось лесное болото. Крошка Лори показала сэру Артуру кочку, став на которую, он окажется в подземелье Болотницы.

Помахав на прощанье рукой, Счастливчик и маленькая ведьмочка уселись неподалеку на островке твердой и сухой земли и стали ждать возвращения своего друга.


Очутившись в полутемном и душном подземелье, сэр Артур сначала ничего не мог разглядеть. Но как только его глаза привыкли к сумраку, он увидел Болотницу, которая на этот раз, отвлекшись от своего любимого занятия, внимательно разглядывала незваного гостя.

– Ну что ж, коли сумел сюда пробраться, так уж проходи, – проскрипела она. – Сам дорогу нашел или надоумил кто?

Помня слова маленькой ведьмочки, что ложь Болотница распознает в мгновение ока, сэр Артур постарался ответить по возможности кратко:

– Надоумил.

– Ну то-то же, если б солгал, так не видать бы тебе твоей Бьянки!

– Значит, она здесь! – вырвался у сэра Артура крик радости.

– А то где же! Хочешь взглянуть? – И, не дожидаясь ответа, тетка Болотница прошептала что-то себе под нос, и стена, закрывающая вход в пещеру, где находилась Бьянка, мгновенно стала прозрачной.

То, что увидел Артур, заставило его сердце сжаться от боли.

Его несчастная возлюбленная сидела на каменном табурете и при скудном свете свечного огарка свивала в нити голубоватую пряжу. Из глаз девушки катились слезы, которые то и дело падали на ее работу.

– Видишь, как старается! – довольно заметила Болотница. Было видно, что страдания девушки доставляют ей большую радость.

Сэр Артур, не помня себя от боли, сковавшей сердце, бросился на прозрачную стену и, что было сил, принялся колотить по ней кулаками. Но леди Бьянка не только не увидела его, но даже не услышала никакого шума за стеной.

Зато ведьму этот отчаянный порыв изрядно развеселил.

– Ай да молодец! Да у тебя действительно чистое, доброе и любящее сердце! – воскликнула старуха. – Ты-то мне и нужен, – потише проговорила она.

Поняв, что Бьянка его не видит и не слышит, а сам он не в силах разрушить чары ведьмы, молодой человек совершенно отчаялся.

– Я смотрю, тебе очень хочется освободить девицу, – вволю насмеявшись, сказала Болотница.

– Я жизнь свою готов отдать, лишь бы Бьянка не томилась в этой страшной темнице, – с дрожью в голосе проговорил юноша.

– Так и быть! Вот только жизнь твоя мне ни к чему. А если сослужишь мне службу, которую я для тебя приготовила, то освобожу Бьянку. И достанется она тебе, а не этому невеже Гарбиджу.

– Я на все согласен. – К юноше вновь вернулась надежда.

– Ну так слушай. В заоблачном царстве, в королевстве птиц есть волшебный ларец. Вот он-то мне и нужен. Если сумеешь его добыть и принести мне, взамен получишь свою Бьянку. Если она все еще будет тебе нужна, – чуть слышно добавила Болотница.

– Я добуду этот ларец, – твердо пообещал Артур. – Только уж и ты сдержи свое слово!

– Будет ларец – и Бьянка мне станет совершенно не нужна, – пообещала старуха и расхохоталась в ответ каким-то своим мыслям.

– Но как я туда попаду?

– А это уже не моя забота! – беспечно ответила старая ведьма. – Только помни, или ты достанешь волшебный ларец, или не видать тебе твоей любимой Бьянки, даю тебе слово Болотницы. Да не пытайся меня обмануть. А теперь иди. Сдается мне, Бьянке тут не слишком нравится. Так не заставляй ее долго ждать!

В последний раз взглянув на прозрачную стену, за которой сидела его возлюбленная, сэр Артур взобрался на кочку и через каких-то несколько секунд уже был наверху.

Удостоверившись в том, что юноша покинул подземелье, Болотница подошла к стене, и та, сначала вновь став видимой, затем полностью исчезла. Бьянка зажмурилась, потому что даже этот тусклый свет после скупого огонька свечи резал ей глаза. Взглянув заплаканными глазами на ведьму, она молча подала ей корзинку, где вместо пряжи теперь лежал моток голубоватых ниток, скрученных и свитых нежными девичьими пальцами.

– Ай да молодец! – уже во второй раз за день похвалила девушку старуха. – Ловко ты справилась с работой.

Но Бьянка никак не откликнулась на похвалы Болотницы. Однако ведьма пребывала в исключительно замечательном расположении духа, и ей ужасно хотелось поболтать, тем более, что сейчас у нее был отличный повод для этого.

– Ну-ка, угадай, кто только что побывал у меня в подземелье? – лукаво спросила она.

– Какое мне дело до злодеев, которые к тебе ходят, – вздохнула девушка, и с отвращением поглядела на старуху.

– Да что ты! А я и не знала, что сэр Артур Шелтер злодей! Спасибо, милая, что предупредила! – притворно ужаснулась ведьма. – Я-то, дура, подумала, что он честный человек.

– Как, Артур был тут?! – воскликнула девушка. – А я все не могла понять, отчего так сильно бьется сердце! Но неужели он ушел, даже не пытаясь увидеть меня?

– Что ты! Он и слезы твои видел, и тебя саму. А уж как он кидался на прозрачную стену – ну, настоящий лев. Да только где ему, бедному, справиться с моим колдовством! Он ведь всего лишь человек, а я самая могущественная ведьма!

– Где же он сейчас? Не поверю, чтоб ты могла погубить такого славного рыцаря, как сэр Артур!

– Как – где! Само собой, отправился выручать тебя!

– Куда отправился? – ужаснулась Бьянка. – Ведь я здесь, и он меня видел! Ну-ка отвечай, скверная старуха, что ты сделала с Артуром!

– Да ничего я с ним не сделала. А ты бы не кипятилась да не обзывала меня теми словами, которыми скоро станут называть тебя! – злобно рявкнула ведьма.

– Что ты говоришь? – от ужасного предчувствия сердце Бьянки сжалось.

– То и говорю. Как только Артур сослужит мне службу, за которую я обещала тебя отпустить на волю, ты, заносчивая и гордая девица, прекрасная Бьянка, одна из самых красивых девушек королевства, превратишься в жалкую, сгорбленную старуху. Видишь вот эти нитки, свитые твоими руками? Так вот, когда твой возлюбленный Артур принесет мне волшебный ларец и я положу туда все эти нитки, вся твоя красота и молодость перейдут ко мне, ну, а тебе достанутся лишь эта гадкая морщинистая кожа, скрюченное старостью тело да горб в придачу! – Старуха залилась таким отвратительным каркающим смехом, что стая перепуганных летучих мышей разом взлетела со своих насиженных мест и в ужасе заметалась по всему подземелью.

– Ну, теперь ты понимаешь, что я имела в виду, когда говорила, что помощь, которая к тебе спешит, обернется твоей же погибелью? – насмешливо спросила ведьма. – Да ты станешь не нужна ни твоему Артуру, ни даже Гарбиджу, а отец просто прогонит тебя с порога твоего родного дома!

Бьянка застыла в ужасе. Она просто не могла поверить, что замысел Болотницы настолько коварен.

– А теперь отправляйся в свою келью, и можешь прихватить с собой осколок зеркала, что валяется в углу. Так уж и быть, попользуйся моей добротой, полюбуйся на себя, пока еще есть, на что любоваться! – выкрикнув эти злобные слова, ведьма прошептала что-то себе под нос, и стена вновь очутилась на своем месте, скрыв пещеру, словно ее никогда и не было в этом месте.

– Вот так-то. А то – старая уродина! Ишь ты! – хмыкнула старуха и принялась энергично размешивать зелье в котле.


Лишь только сэр Артур оказался на земле, Счастливчик и Крошка Лори сразу бросились к нему и принялись расспрашивать, что все это время происходило в подземелье Болотницы.

– Ах, друзья мои, у меня до сих пор сердце кровью обливается, а то, что я там увидел, так и стоит перед глазами.

– Значит, Бьянка действительно там? – спросила Крошка Лори.

– Да, я даже видел бедняжку. И за что только на нашу с ней долю свалилось столько бед!

– Артур, скорее все расскажи! – потребовал Счастливчик.

Рассказ юноши не занял слишком много времени, и теперь друзья тоже все знали.

– Ума не приложу, – удивлялась маленькая ведьмочка. – Зачем тетке Болотнице понадобился какой-то ларец? Так понадобился, что она готова не сдержать слово, данное Гарбиджу, и не сберечь для него Бьянку. В этом кроется какая-то тайна.

– Как бы там ни было, а я во что бы то ни стало должен раздобыть волшебный ларец, иначе я не сумею помочь моей бедной возлюбленной, – прервал ее сэр Артур. – Вот только как добраться до птичьего царства?

– Не горюй, сэр Артур! – успокоил его Счастливчик. – По крайней мере двое из нас умеют летать – значит, мы непременно туда попадем!

– К сожалению, на этот раз мое умение летать не сослужит вам службу, – сказала Крошка Лори. – Птицы никогда не станут делать добра для ведьмы. Уж слишком много гадостей и хлопот им наделала наша сестра. А я, как ни крути, все-таки ведьма, – вздохнула она. – Придется тебе, Счастливчик, опять воспользоваться зеленым ожерельем, тем более, что теперь оно твое.

– Ну что ж, если так, то я с удовольствием помогу нашей милой Бьянке, – согласился далматинец.

– Зато я знаю, откуда, с какого именно места можно попасть в самое сердце птичьего королевства. Видите вон ту гору, совсем недалеко от Ведьминой горы, но гораздо выше и с виду неприступнее?

Сэр Артур и Счастливчик кивнули.

– Нам нужно непременно туда попасть, – коротко сказала Крошка Лори. – А поэтому – в путь!

Не теряя времени и решив, что все детали можно обсудить по дороге, друзья двинулись в путь.


Тем временем в замке сэра Гарбиджа поднялся страшный переполох. Слыханное ли дело, чтобы из лучшей темницы – самой прочной и надежной, вдруг ни с того, ни с сего сбежал пленник. Сэр Гарбидж тут же бросился подозревать своих слуг и пригрозил им страшным наказанием, если они не признаются, кто помог Артуру сбежать из темницы.

Слуги до того перетрусили, что каждый стал кивать на другого, в надежде, что так сумеет избежать тяжелой руки господина. И в результате оказалось, что виноваты все без исключения, никто из слуг не остался не оклеветанным своими же товарищами.

Это еще больше разозлило сэра Гарбиджа, потому что не давало возможности хорошенько наказать кого-то одного – ведь не лишаться же всех слуг сразу. А потому он, разогнав их по своим местам и велев не показываться ему на глаза, вымещал всю свою злость на подушках, раскиданных по полу в любимом зале.

Крайне неприятные мысли роились в его голове. Бегство сэра Артура не сулило ему ничего хорошего.

«Неужели в силу вступает то неведомое, что способно мне помешать? – в ужасе предположил сэр Гарбидж. – Ведь одному человеку никак невозможно покинуть темницу. Кто же ему помогал?» И почему-то в голове сэра Гарбиджа возникла картина его пребывания в замке лорда Айрона в день свадьбы, которая так и не состоялась.

«А что, если собака, которая так меня тогда напугала, вовсе не была плодом моего бедного расстроенного воображения? »

Что и говорить, сэр Гарбидж вовсе не был глупцом и, по капле собирая все, что случилось за последнее время, он начинал кое о чем смутно догадываться. Но что он мог предпринять?!

Сэр Гарбидж, конечно, отправил отряд стражников на поиски беглеца, но, откровенно говоря, не ждал от своих недалеких слуг никакого результата.

– Болотница! – вдруг выкрикнул он. – Вот кто поможет мне во всем разобраться. Ведь, как ни крути, а в уме старой карге не откажешь. К тому же куда, как не к ней, поспешит Артур, очутившись на свободе.

Сэр Гарбидж, конечно, не знал наверняка, но чувствовал, что Артуру уже известно, где находится Бьянка, и первым делом его враг попробует ее освободить. Черный рыцарь уже вскочил, чтобы отдать распоряжение немедленно седлать ему коня, чтобы ехать на болота, но тут же в отчаянии опустился прямо на пол.

Он вдруг вспомнил, чем грозила ему старая ведьма в случае, если он нарушит договор и явится раньше назначенного срока. А потому сэр Гарбидж постарался взять себя в руки и справедливо рассудил, что собственная голова на плечах ему все-таки дороже. Он решил не трогаться с места и дождаться, когда явятся его верные приятельницы и помощницы, чтобы все с ними обсудить.


Однако ведьмы не торопились посетить сэра Гарбиджа. Сказать по чести, этот капризный и беспокойный вельможа им порядком надоел. И всегда-то у него находилась для них работа. А давеча Крукст и Хукст и вовсе чуть не отведали поварешки своей милой вздорной тетушки Болотницы, опять же по милости черного рыцаря.

Поэтому ведьмы решили устроить себе небольшой отдых и не отзывались даже на совиный крик, то и дело раздававшийся из замковых окон.

– Ничего, – говорила Крукст своей неразлучной подружке, греясь на покатом склоне Ведьминой горы-вулкана, – ведь надо и нам отдохнуть от работы, верно, Хукст?

– И то правда, сестрица! И всегда-то у этого господина есть, чем нас занять. Хоть, по правде сказать, и обеды у него отменные, но что-то последнее время обедов все меньше, а работы все больше.

– Погоди-ка! – прервала Хукст толстушка. – Ну-ка, погляди, кто это там взбирается на гору, да так ловко!

– Ты что, ослепла разве? Это же сэр Артур!

– Да я не о нем говорю. Ни он, ни эта пятнистая собака меня не интересуют. А вот что тут делает Крошка Лори, я никак не могу взять в толк.

– Гляди-ка, и впрямь наша Замарашка зачем-то лезет в гору. Она что, летать разучилась? – приглядевшись, расхохоталась Хукст.

– Что-то мне это не нравится, Хукст. И прекрати скалить зубы, тут дело серьезное.

Хукст, которая забыла уже, когда Крукст последний раз разговаривала с ней в таком тоне, надулась и пообещала не произносить больше ни слова, раз любимая подружка столь неделикатно обращается к ней.

– Ладно, прекрати дуться, – смягчилась Крукст. – Лучше давай вместе подумаем, что бы это значило.

– Давай, – согласилась отходчивая и незлобивая Хукст и наморщила лоб под рыжей челкой.

– Ты не припоминаешь, когда это Крошка Лори ушла из дома?

– Да как раз накануне турнира. Мы в этот день особенно здорово над ней подшутили, а она, глупышка, обиделась и сказала, что больше к нам не вернется. Наверное, зря мы так поступили? – заискивающе глядя на толстуху Крукст, спросила Хукст.

– И вовсе даже не зря. Если хочешь знать, мне никогда наша малютка не нравилась. Какая-то она – не злая, что ли. Нет, скорее небезразличная. До всего ей, понимаешь ли, есть дело! В наши веселые игры не играла...

– Не проказничала вместе с нами, – поддакнула Хукст.

– И ко всему прочему мечтала о каком-то друге! Это же надо! Разве настоящим ведьмам нужны друзья!

– И то верно! – опять не удержалась Хукст. – Главное – веселье, проказы да гадости. А друзья нам ни к чему!

– Гляди, гляди! Они уже взобрались на самый верх, скоро их совсем не будет видно. – Прикрывая ладошкой глаза, чтобы не слепило солнце, ведьмы принялись пристально разглядывать высокую гору.

– Ну что, может быть, проучим Крошку Лори, а заодно и человека с собакой? – предложила Хукст.

– Не торопись, – остановила ее Крукст, которая считалась более рассудительной, – давай-ка дождемся их возвращения. Все равно с горы другой дороги нет, так что останемся тут да не будем глаз с горы спускать. Авось, и разглядим что-нибудь интересное, а уж тогда и будем действовать.


Ни Крошка Лори, ни Счастливчик, ни сэр Артур не заметили, что за ними пристально наблюдают ведьмы. Уж слишком они были заняты своими мыслями. К тому же всем им хотелось поскорее попасть на вершину горы, ведь от этого зависело, как долго бедняжка Бьянка еще будет находиться в заточении.

Но вот наконец цель была достигнута. На вершине горы была совсем маленькая площадочка, на которой с трудом смогли разместиться человек, собака и ведьма.

– Ну что, Счастливчик, опять ты меня выручаешь, – сказал сэр Артур. – Но скажи-ка, ты уже решил, в какую птицу превратишься?

– В том-то и дело, что не совсем, – озадаченно проговорил далматинец. – Лучше всего я могу представить себе курицу, но, боюсь, это не подойдет.

– Конечно, нет, – ответ Счастливчика развеселил Артура, и он впервые за последнее время улыбнулся. – Ты лучше представь себе сокола, который живет у меня на конюшне.

– Эта та небольшая шустрая птица с острым загнутым клювом? – переспросил пес.

– Да, это он, мой добрый старый ловчий сокол. Когда-то, когда я был совсем маленьким, отец брал меня с собой на охоту. Так вот эта птица была нам самым верным помощником. К тому же сокол очень быстрая, ловкая и сильная птица. Наверняка, в таком виде тебе будет не страшно, даже если примут тебя не слишком ласково.

– Ну, что ж. Человеком я уже успел побывать, и змеей тоже. Теперь попробую полетать. Крошка Лори, как ты думаешь, получится у меня?

– Честно говоря, сомневаюсь. Но берусь научить, – гордая ощущением собственной важности, пообещала маленькая ведьмочка.

– Давай, Счастливчик, начинай, – подбодрил далматинца сэр Артур.

Счастливчик закрыл глаза, чтобы лучше представить птицу, что жила на конюшне у сэра Артура, ловким движением перекрутил ожерелье, и... перед Крошкой Лори и сэром Артуром, нахохлившись, возник молодой соколенок.

– Ну, получилось у меня? – взволнованно спросил Счастливчик.

– Еще как получилось! – не смогли сдержать восхищения Артур и Лори. – Теперь бы еще взлететь!

Сокол расправил крылья – точь-в-точь, как обходилась со своим плащом маленькая ведь-мочка, присел на мохнатых когтистых лапах, взмахнул крыльями и взлетел.

Крошка Лори, боясь, как бы Счастливчик не разбился, полетела вместе с ним, но вскоре поняла, что это лишнее, – соколенок удивительно здорово держался в воздухе.

– Теперь лети туда, к облакам, – что было сил крикнула Крошка Лори удаляющейся птице, – удачи тебе, Счастливчик!

– Возвращайся скорее! – попросил сэр Артур, и им показалось, что Счастливчик тоже крикнул им на прощание что-то ободряющее, но вот что, они уже не расслышали – сокол приближался к груде пушистых белых облаков – там и находился дворец птичьего царя.


Ощущение полета настолько понравилось Счастливчику, что он чуть не позабыл, какая важная задача стоит перед ним. Честно говоря, он даже и не думал о том, как раздобыть волшебный ларец. Не зная истинной ценности этой вещицы, далматинец просто не представлял себе, что могут запросить за нее птицы.

«Делать нечего, – подумал Счастливчик, – чем искать самому, лучше честно рассказать обо всем птицам, может статься, они сами отдадут мне волшебный ларец». Решив, что поступить следует именно так, Счастливчик отправился прямиком во дворец птичьего царя.

Жилище птичьего царя нисколько не напоминало обыкновенный дворец. Все оно состояло из легких, как пух, облаков, нежно раскрашенных в голубые, желтые и розовые краски. И это тоже очень понравилось Счастливчику.

«Не могут существа, которые живут в таком прекрасном доме, да еще каждый день испытывают такие потрясающе красивые чувства, стоит им только расправить крылья, оказаться злыми и непонимающими чужое горе», – думал далматинец, разглядывая дворец.

И действительно, птицы встретили его очень приветливо и, узнав, какое дело привело сюда красавца-сокола, тотчас же представили его птичьему царю.

В те времена над всеми птицами, большими и маленькими, царствовал старый орел. Его перья совсем поседели, но взгляд орла был по-прежнему зорок и проницателен, а осанка гордая – истинно царская.

– Мне сказали, что за дело привело тебя сюда, о незнакомец, – начал он важно, но вместе с тем безо всякой угрозы. – Тебе нужен волшебный ларец, не так ли?

– Да, птичий царь. Мне нужен этот ларец для того, чтобы спасти друга из рук злой ведьмы, – честно сказал Счастливчик. – Если я доставлю волшебный ларец злой Болотнице, она отпустит из плена прекрасную Бьянку, дочь первого лорда королевства и невесту моего друга сэра Артура.

После этих слов орел подозвал к себе придворных ласточек, и те что-то защебетали ему на ухо.

– Мои подданные говорят, что те, кому ты хочешь помочь, действительно люди добрые и достойные, и птичий народ никогда не знал от них обиды. Ну, а Болотница своими гнусными подземными делами прославилась и здесь, на небе. Хорошо, ты получишь ларец...

Обрадованный Счастливчик даже не ожидал, что все так быстро и здорово закончится, однако орел продолжал:

– Ты получишь ларец, но сперва сослужи мне одну службу.

Далматинец насторожился.

– Приятель Болотницы, черный ворон, хоть и сам птица, да только ненавидит наш род до смерти. Этот разбойник до того дошел, что взялся разорять птичьи гнезда и губить молодых птенцов. Сколько ни бились с ним наши воины, все без толку. Уж больно ловок черный ворон. Так вот, если сумеешь с ним справиться, мы отдадим тебе ларец. Только не думай, что птичий народ такой уж корыстный. Мы просим тебя спасти нас от ворона-разбойника скорее не в службу, а в дружбу.

Растроганный таким доверием и добрым отношением со стороны самого птичьего царя, Счастливчик сразу же согласился выполнить эту просьбу. Разузнав, где искать черного ворона, сокол вновь расправил крылья и полетел к ближайшей скале – там-то и устроил себе логово черный бандит.


Как раз в то время, когда Счастливчика принимали во дворце птичьего царя, ворон возвратился после очередного своего разбойничьего налета. Он был сыт и доволен – только что он разорил гнездо лесного соловья и съел все яйца, которые отложила бедная соловьиха в ожидании потомства.

Огорчало ворона лишь одно: соловьихе удалось-таки спастись от его кровожадного клюва. Ко всему прочему эта истеричка умудрилась пребольно клюнуть его в бок. Но ворон пригрозил подстеречь ее во время ночной песни в лесу и непременно отомстить.

Ну, а этот день он решил провести, спокойно отдыхая в своем гнезде, где повсюду были разбросаны яичная скорлупа и перья съеденных им птиц. Живот его был полон, а сознание того, как он здорово навредил сегодня птичьему народцу, доставляло ему невыразимое наслаждение.

И ворон вовсе не ожидал, что в этот момент его кто-нибудь станет беспокоить. Поэтому черный разбойник очень рассердился, когда вдруг, откуда ни возьмись, в его уютном жилище появился молодой сокол.

– Это кого ко мне занесло? – каркнул он. – В иной день я бы, может, и обрадовался твоему приходу, а сегодня я уже сыт, и потому проваливай-ка подобру-поздорову, – заявил он, не двигаясь с места.

Ворон давно привык, что все птицы боятся одного его вида, не говоря уже об угрозах, которыми он сыпал направо и налево. Вот почему он очень удивился, когда незнакомый соколенок не только не последовал его доброму совету, но совершенно бесстрашно шагнул навстречу хозяину.

– Что? – воскликнул ворон. – Да ты, я вижу, или глух или глуп, раз не слушаешь моих слов.

– Отчего же? – возразил Счастливчик. – Слышу я хорошо, и ума у меня хватает. А уйду я только после того, как ты сделаешь то, что я тебе велю.

– Вот это наглость! – расхохотался черный ворон. – Ладно, пожалуй, я послушаю тебя, надо же мне хорошенько проголодаться, прежде чем приступать к обеду, хоть я его и не ожидал сегодня.

– Я прилетел к тебе, чтобы передать тебе, разбойнику и злодею, волю всего птичьего народа. Я предлагаю тебе побыстрее бросить свое разбойничье логово и убираться подальше от этих мест.

В ответ на эти слова ворон злобно расхохотался:

– Да как ты смеешь говорить такое мне? – Черный ворон не знал, какой козырь есть в запасе у Счастливчика. Ведь он-то думал, что перед ним просто молодая птица. Бедняге и в голову не могло прийти, что с ним случится, лишь только сокол перевернет зеленое ожерелье с тремя камнями, что украшало его шею.

– Ну все, ты мне надоел! Наглецов надо учить, а неисправимых наглецов, таких, как ты, нужно съедать! – С этими словами ворон взлетел, расправил крылья, распушил хвост, клюв его раскрылся, а когти на лапах сверкнули металлическим блеском. Приняв этот боевой и устрашающий вид, ворон бросился на сокола, который, казалось, взирал на него без малейшего страха.

Но, едва ворон оказался в опасной близости, соколенок ловко перевернул ожерелье на шее, и в гнезде вместо молодой беззащитной птицы, твердо стоя на четырех лапах, возник далматинец. Желая показать ворону, что с ним шутки плохи, пес обнажил клыки и вздыбил шерсть на загривке.

Естественно, такого поворота событий ворон не ожидал. Беда заключалась в том, что, разогнавшись, он теперь не мог остановиться...

Схватка была недолгой и закончилась полной победой далматинца. Справедливый гнев прибавил ему сил, и Счастливчик без труда одолел злодея-ворона, который изо всех сил удирал из этих мест, оставив у Счастливчика в зубах клок перьев из хвоста – предмета его особой гордости. На прощание ворон клятвенно пообещал некогда больше не показываться на глаза птицам и жить в изгнании, питаясь лишь травой да мошками.

Далматинец не сомневался, что черный разбойник сдержит свое слово – уж слишком тот перепугался, когда далматинец пообещал достать его хоть из-под земли, едва прослышит о новых вороновых безобразиях.

Отплевываясь от черных перьев, Счастливчик вновь принял образ сокола и поспешил с доброй вестью в птичий дворец. Теперь он был уверен, что получит волшебный ларец и Бьянка будет спасена.


Весть о том, что птичий народ наконец избавился от своего главного врага, мигом разнеслась по всему птичьему царству. Быстрокрылые стрижи, видевшие, как позорно улепетывает ворон, поспешили сообщить об этом царю-орлу. И теперь сокола встречали с птичьими песнями и танцами.

На своем месте, утопая в пуху белоснежного облака, сидел сам царь, который при виде Счастливчика поспешил встать и тоже почтительно поприветствовал героя.

– Птичий царь, – сказал Счастливчик, склонив голову – он твердо усвоил, как нужно разговаривать с важными персонами, пусть это даже просто птица, – я выполнил твою просьбу, а теперь и ты сдержи свое слово – подари мне волшебный ларец?

– Я сделаю это с превеликим удовольствием! – тепло проговорил орел. – Об одном лишь хочу тебя спросить. Знаешь ли ты, для чего Болотнице понадобился волшебный ларец.

– Нет, – простодушно ответил Счастливчик. – Да мне это и не нужно знать. Главное, что старая ведьма пообещала за него отпустить на волю Бьянку. Так пусть же она делает с ларцом все, что хочет, лишь бы Бьянка и Артур были свободны и счастливы.

– Я понимаю, как благороден твой порыв. Но позволь мне задать тебе еще один вопрос. Известно ли тебе, какой силой обладает ларец?

– И этого я тоже не знаю, – уже не так беспечно отвечал Счастливчик. Его начинали настораживать эти вопросы. – Скажите же, наконец, что вас беспокоит?

– Вот именно – беспокоит, мой мальчик. Ты выбрал совершенно правильное слово. Боюсь, как только тебе станет известно то, что знаю я, тебя покинут радость и спокойствие. Выслушай же историю волшебного ларца, и тогда ты все поймешь.

Ларец этот попал к птицам очень давно. Он был отдан нам на хранение могущественной волшебницей Чарой, потому что волшебной силой ларца все чаще стали пользоваться злые люди. А сила эта вот в чем. Если старый человек положит в ларец пряжу, свитую в нити кем-то молодым, то он сразу же получает молодость, здоровье и красоту того, кто свил эти нити.

Слишком часто злые люди и ведьмы начали завладевать молодостью и красотой обманутых ими людей. Обман заключался также и в том, что волшебный ларец приобретал свою силу лишь тогда, когда был получен из рук человека с добрым и чистым сердцем. А теперь сам посуди, зачем старой ведьме Болотнице вдруг понадобился волшебный ларец.

– Да ведь Бьянка действительно сейчас свивает в нити ведьминскую пряжу! – воскликнул Счастливчик. – И что же получается: как только Артур принесет ларец, он сам погубит свою любимую? Что делать?

– Выход есть! Для этого вам нужно обмануть Болотницу.

– Но ее невозможно обмануть, она все знает и чувствует!

– К счастью, Болотница знает не все. Желая помочь людям и отплатить ведьме за то зло, которое она всем приносит, мы сделали еще один ларец.

После этих слов птичьего царя по его молчаливому знаку в небесный зал были внесены два совершенно одинаковых ларца. Счастливчик в недоумении уставился на них, пытаясь найти хоть какое-то отличие. Заметив это, орел с улыбкой сказал:

– Не трудись, внешне ларцы абсолютно одинаковы. Разница заключена в их волшебном действии. Тот, что справа, и есть злополучный ларец, принесший когда-то людям много горя. А ларец слева – творение рук наших мастеров. Лишь только в этот ларец будет положена пряжа, тот, кто это сделает, мгновенно погибнет от собственного коварства. Этот ларец я тебе и отдаю. Пусть злобная Болотница получит по заслугам.

Счастливчик от души поблагодарил доброго птичьего царя и, взяв в клюв ларец, взмахнул крыльями и поспешил к своим друзьям.


Маленькая ведьмочка от волнения и нетерпенья просто не могла усидеть на месте. В то время как Артур сидел на вершине скалы и пристально вглядывался ввысь, она кружила на одном месте, надеясь, что так скорее сможет разглядеть возвращающегося Счастливчика.

Наконец Крошка Лори заметила, как из-за облаков появилась маленькая темная точка, растущая на глазах. Крик радости вырвался из ее уст, и малышка поспешила навстречу соколенку, который, стараясь из всех сил, тащил хрустальный ларец. Она подоспела вовремя, потому что, как ни легок был ларец, сработанный птицами, а все же в клюве нести его было очень неудобно.

Крошка Лори подхватила это произведение птичьего искусства и вместе с соколенком опустилась на вершину горы. До чего же все обрадовались счастливому возвращению далматинца! Однако радость, которая обуяла их после того, как Счастливчик рассказал друзьям, что он принес с собой не только свободу Бьянке, но и избавление от коварной Болотницы, сделалась просто неописуемой!

– Какой же ты все-таки молодец, Счастливчик! – не удержалась Крошка Лори.

– Вот уже в который раз ты спасаешь мою жизнь и счастье, – признался Артур.

Эти слова так тронули далматинца, что он смутился и поспешил заверить Артура и ведь-мочку, что это вовсе не он, а птицы на сей раз так здорово всем помогли.

– В любом случае все трудности у нас еще впереди, – сказал он, – а потому нечего рассиживаться. Скорее – на выручку к Бьянке.


И если во время подъема заботы не дали друзьям заметить двух наблюдавших за ними ведьм, то на этот раз радость и предвкушение близкой победы и вовсе затуманили им глаза. Да и ведьмы теперь спрятались получше.

– Хукст, гляди, что это такое они с собой тащат?

– Не знаю, Крукст, я впервые вижу эту вещицу. Ах, какая она красивая!

– А что это Крошка Лори так радуется? Да и другие чуть не пляшут от счастья, – настороженно проговорила Крукст.

– Да, сестрица, мне это не очень нравится.

– Вот что. Давай-ка пойдем за ними и узнаем, что они задумывают. Смотри, Хукст, похоже, вся компания направляется к болотам.

– Так что же мы сидим?

Ведьмы переглянулись, расправили плащи и бесшумно взлетели.

Глава восьмая ГИБЕЛЬ БОЛОТНИЦЫ

А вот и заветная болотная кочка. Друзья подходили к ней в страшном волнении, ведь теперь все должно было решиться. В душе у каждого все же сохранялось опасение, а вдруг Болотница окажется прозорливее, чем они надеялись. Спору нет, ларец в точности такой же, как тот, что жаждет заполучить ведьма, в этом Счастливчик готов был поклясться. Но что, если обостренное чувство старой ведьмы заставит ее заподозрить неладное? ...

Словом, друзья уговорились: Артур должен быть очень осторожен и не выдавать своих чувств раньше, чем все свершится. Еще раз пожелав рыцарю удачи, Крошка Лори и Счастливчик уселись на уже облюбованном ими раньше островке твердой земли и приготовились ждать.


– О чем это они шепчутся? – заволновалась Крукст.

Ведьмы тоже были неподалеку, но они устроились так, чтобы чуткий нос пса не учуял незнакомого запаха и они не были случайно обнаружены. Однако эта предосторожность не позволяла им слышать, о чем говорят друзья.

– Гляди, Крукст, Артур взбирается на кочку, чтобы попасть в подземелье к тетушке Болотнице, как бы чего скверного из этого не вышло.

– Да еще не родился тот человек, который смог бы навредить нашей тетке. Она слишком умна и хитра для этого. Наверняка, Болотница заставила еще одного простака сослужить ей какую-то службу.

– И все-таки ужасно интересно, что это за служба! – призналась любопытная Хукст.

– Вот потому сиди и помалкивай, а то как бы нам самое интересное из-за твоей болтовни не пропустить! – шикнула на приятельницу Крукст, и они стали молча наблюдать за тем, что будет происходить на болоте.


Старуха Болотница находилась в крайне приподнятом расположении духа. С минуты на минуту она ждала появления сэра Артура с заветным волшебным ларцом. А значит, тот миг, когда она обретет отнятые у Бьянки молодость, здоровье и красоту, был, как никогда, близок.

И вот болотная кочка опустилась, и перед взволнованной и радостной Болотницей предстал сэр Артур, бережно держащий в руке нечто, спрятанное под покрывалом.

– Ну, скорее, скорее отдай мне волшебный ларец. Ты ведь именно его скрываешь под тряпицей? – заверещала старая ведьма, протягивая руки к ларцу.

– Погоди, – остановил ее Артур. – Сперва освободи Бьянку.

– А вот этого не будет, пока я не убежусь, что ларец самый настоящий! – выкрикнула старуха, и у Артура бешено заколотилось сердце.

«Неужели Болотница догадалась о подмене?» – подумал он, а вслух как можно мягче сказал.

– Что ж, будь по-твоему. Но тогда хотя бы покажи мне Бьянку, как ты это сделала в прошлый раз. Я хочу убедиться, что она тут и с ней ничего не случилось.

– Да куда она отсюда денется! – всплеснула руками Болотница. Она тоже решила вести себя немножко миролюбивее. – У меня в подземелье с ней случиться ничего не может... пока не может, – чуть слышно добавила она.

Ведьма опять что-то прошептала, и стена, скрывающая вход в пещеру, вновь сделалась прозрачной. Как и в первый раз, Бьянка сидела на каменном табурете, только руки ее теперь не были заняты работой, а лицо стало каким-то безучастным. Даже слезы не катились по щекам девушки. Казалось, что она молча и скорбно принимает свою страшную долю.

Не в силах долго выдерживать это печальное зрелище, сэр Артур решительно сбросил покрывало, скрывавшее волшебный ларец, и ведьма замерла в немом восторге. Она несколько раз обошла вокруг ларца, любуясь его красотой и совершенством. Даже в этом мрачном подземелье ларец светился и играл всеми красками земли и неба.

– Ну что ж, похоже, это действительно тот самый волшебный ларец!

– Тогда отдай мне Бьянку! – не выдержал Артур.

– Погоди, мне надо проверить его в действии. Уверяю тебя, – ухмыльнулась ведьма, – тебе тоже будет очень занятно за этим понаблюдать!

С этими словами Болотница вытащила из-за пазухи моток голубоватой пряжи и, торжествующе глядя на сэра Артура, аккуратно опустила нитки в волшебный ларец.

В подземелье стало очень тихо. Казалось даже, что вечно кипящая жидкость в котлах успокоилась в немом ожидании. И вдруг яркая вспышка озарила подземелье, и из уст Болотницы вырвался ужасный, нечеловеческий вопль. Глаза ее округлились, тело вытянулось, поварешка выпала из рук, и Болотница стала постепенно делаться прозрачной.

– Обманул... – только и успела прошептать она и в мгновение ока словно растворилась в воздухе. На том месте, где стояла тетка Болотница, теперь была лишь маленькая зловонная лужица, которая тоже вскоре исчезла без следа.

– Артур! – вдруг услышал ошеломленный рыцарь голос Бьянки.

С гибелью Болотницы все ее чары разрушились, и Бьянка наконец увидела своего спасителя. Она вскочила со своего каменного табурета и бросилась в объятия Артура. Но тут же отстранилась и закрыла лицо руками.

– Что с тобой, любимая? – Артур сразу не понял, отчего Бьянка прячет свое лицо.

– Не смотри на меня, я теперь стара и некрасива! – горестно прошептала девушка.

– Что ты, любовь моя! – Бросился к ней Артур, стараясь отвести руки от лица. – Козни злой Болотницы разрушены, и ты осталась такой же прекрасной, какой и была раньше. Посмотри мне в глаза, и в них ты увидишь свое отражение!

Бьянка несмело открыла лицо, провела по нему пальцами и, ощутив под ними упругость и нежность молодой кожи, вдруг опять расплакалась, но на этот раз от переполнявшего ее счастья.

– Тише, Бьянка! – прислушавшись, сэр Артур различил какой-то странный грохот, исходивший, казалось, из недр земли. – Любимая, наберись сил, нам нужно сделать еще один рывок, чтобы выбраться отсюда. Скоро все это подземелье разрушится, поэтому нам нужно быстрее попасть наверх.

Но горести и переживания настолько истощили силы Бьянки, что она не могла ступить и шагу. Тогда рыцарь подхватил ее на руки и, бережно прикрывая от камней, которые уже начали, срываясь, падать со стен, понес к спасительной кочке.

К счастью, болотная кочка не слишком оплакивала гибель своей госпожи, и потому не отказалась сослужить последнюю службу людям, – через какое-то мгновение Артур с Бьянкой на руках уже были наверху. И поспели они как раз вовремя, поскольку в ту же самую минуту каменные своды подземелья обрушились и жилище Болотницы оказалось полностью погребенным под болотной трясиной.

Не успев опомниться от всего того, что произошло, Счастливчик и Крошка Лори присоединились к своим друзьям, и все вместе они стремглав бросились в сторону леса.

Вы, наверное, помните, что за происходящим на болоте внимательно следили еще два существа – Крукст и Хукст. Ведьмы до того были ошеломлены страшным грохотом и вспышками света, которые вырывались прямо из-под земли, что долго не могли вымолвить ни слова. Слышали они и леденящий душу крик Болотницы. Ведьмы уже тогда почувствовали, что с их тетушкой случилось что-то крайне неприятное.

А тут еще в довершение ко всему болотная кочка, подняв наверх Артура и Бьянку, бесследно исчезла, утонув в болотной грязи. Словом, все говорило о том, что тетке Болотнице пришел конец.

– Ты что-нибудь понимаешь? – с трудом нарушила молчание Хукст.

– Единственное, что я понимаю: больше не-кому варить для нас кислое пиво, дающее всем ведьмам силу и волшебную ведьминскую власть, – сурово ответила Крукст.

– Неужели ты думаешь, что наша бедная тетушка...    

– Да, Хукст. И тебе тоже пора это понять! – глаза Крукст наполнились ледяной злобой.

– Теперь я знаю, кто в этом виноват.

– Что же нам делать? – заныла Хукст. Ей не столько было жаль сварливой и капризной тетки Болотницы, сколько смертельно не хотелось расставаться с ведьминскими штучками, кознями и полетами.

– Нам надо отомстить, – страшным низким голосом произнесла Крукст. – И я знаю, кому первому достанется от нас по заслугам. Летим, только тихо! – приказала она рыжей Хукст и уверенным движением расправила темно-лиловый плащ.

Хукст решила, что не время перечить разбушевавшейся приятельнице, и безропотно взмыла в воздух вслед за нею.


Долго бежали друзья по лесу, прочь от проклятого болота. Лишь только когда лес сделался совсем густым, а высокие могучие деревья и твердый дерн под ногами уже совсем не напоминали о болоте, Счастливчик, Крошка Лори и Артур, который по-прежнему держал на руках Бьянку, остановились и в изнеможении упали на землю.

– Давно я так не бегала и даже не летала, – отдышавшись, проговорила Крошка Лори.

– Да, гонка была хоть куда, – согласился Счастливчик. – Сэр Артур, так расскажите же, что произошло в подземелье Болотницы, – попросил он.

– Потерпите немного, друзья. Я вам все обязательно расскажу, вот только дайте поудобней устроить леди Бьянку. Она, бедняжка, так измучилась, томясь в плену у злой ведьмы, что до сих пор, похоже, не верит в свое освобождение, – сказал Артур, с нежностью глядя на девушку.

– Ты прав, любимый, хоть я теперь безумно счастлива, но чувствую себя совершенно слабой. Только не беспокойтесь, – сказала Бьянка, обращаясь ко всем сразу, – я совсем немного отдохну и снова наберусь сил.

Не теряя времени, друзья собрали мягких веток, принесли сухого мха, и вскоре для Бьянки было устроено замечательное ложе, на котором можно было отлично отдохнуть и выспаться. Бьянка склонила белокурую головку, и вскоре глаза ее закрылись, и девушка погрузилась в крепкий, приносящий бодрость и здоровье сон.

Убедившись, что его возлюбленная уснула, сэр Артур поведал Счастливчику и Крошке Лори о том, что произошло в подземелье, о том, как в собственной злобе утонула коварная Болотница.

– Вот и поделом ей, – сказала Крошка Лори, когда рассказ Артура был закончен. – Может, хоть теперь переведутся на земле все ведьмы.

– Как это – переведутся? – не понял Счастливчик.

– А вот так! Знаешь, что было в тех котлах, которые заполняли все подземелье нашей тетки?

Далматинец отрицательно замотал головой. Сэр Артур тоже взглянул на Крошку Лори с живейшим интересом.

– Тетка Болотница варила для ведьм пиво. Да только не простое, а особое, ведьминское пиво, хлебнув которого, все ведьмы получали свою силу и злость.

– И ты тоже пила эту гадость? – не удержался далматинец.

– Ну, конечно! – ничуть не смущаясь неприязнью, написанной на лице Счастливчика, ответила Крошка Лори. – Только те времена давно прошли. Я поссорилась с ведьмами и бросила Ведьмину Гору, чтобы жить в лесу. И вся сила, которая у меня осталась, – это плащ, благодаря которому я летаю, да вот это ожерелье, которое тоже не приносит никакого вреда, а только позволяет мне быть немножко не такой, как все люди. А теперь, Счастливчик, только попробуй скорчить Отвратительную рожу, чтобы показать, как ты меня презираешь! – выкрикнула маленькая ведьмочка со слезами в голосе.

И тут далматинец понял, какую ужасную бестактность он невольно допустил.

– Крошка Лори, прости меня! Я просто болван и тупица и лишь поэтому, зная тебя так хорошо, позволил себе усомниться в твоем настоящем, добром и совсем не ведьминском сердце! – взмолился пристыженный Счастливчик.

– Крошка Лори! Хоть я ничем тебя не обидел, но позволь и мне присоединиться к словам Счастливчика, если это придаст им больше веса и поможет моему другу добиться твоего прощения, – сказал сэр Артур.

– Милая маленькая ведьмочка! – послышался слабый и нежный голосок леди Бьянки. – Не сердись на Счастливчика, он не хотел тебя обидеть и сейчас искренне расстроен твоими словами. Мы все тебя любим и не перестанем любить, кем бы тебе ни вздумалось быть – остаться ли ведьмой или сделаться человеком.

Все это время Крошка Лори стояла, повернувшись ко всем спиной, и поэтому никто не мог видеть, какое впечатление произвели на нее эти искренние дружеские признания. Внезапно маленькая ведьмочка порывисто обернулась, и все увидели, что она счастливо, навзрыд плачет.

Ну как тут было усидеть на месте! Все, даже едва проснувшаяся леди Бьянка, бросились к Крошке Лори и принялись ее утешать. А она, силясь обхватить сразу всех своими маленькими ручонками, едва слышно шептала:

– Друзья, мои друзья!

Этот порыв нежности явился как бы завершающим аккордом: удостоверившись, что между ними установилось полное взаимопонимание, путники улеглись на траву и разом уснули.

Сэр Артур лег рядом с Бьянкой – бедная девушка была так счастлива и так боялась вновь потерять свое счастье, что попросила возлюбленного всю ночь не выпускать из своих рук ее ручку. Далматинец устроился в ногах у Бьянки, поклявшись, что будет всю ночь ее охранять, не отлучаясь ни на минуту, чтобы вдруг не повторилась та история, приключившаяся в домике у моря.

И только Крошке Лори почему-то не спалось. То ли оттого, что она никак не могла найти поблизости ни уютного дупла, ни покинутой каким-нибудь зверьком норки. А может быть, тревоги и волнения, пережитые за день и особенно за последние часы, не давали ей успокоиться. А возможно, ей еще раз хотелось хорошенько и с удовольствием подумать, какие замечательные у нее друзья и как ей повезло, что она их встретила, и как она сама изменилась с тех пор, да мало ли о чем можно было думать в такую тихую, такую теплую и нежную лунную ночь.

А чтобы веселее думалось, маленькая ведь-мочка мурлыкала себе под нос какую-то нехитрую песенку. И, не желая случайно своей песней разбудить друзей, она решила отойти чуть-чуть подальше. Крошка Лори давно научилась не бояться леса, вот и сейчас она чувствовала себя в полной безопасности.

И потому огромной неожиданностью для нее явилось то, что ее вдруг схватили цепкие руки, быстро и ловко связали и накинули на голову ее же собственный зеленый плащ. Все это случилось так быстро, что Крошка Лори не успела даже пикнуть, а уж тем более позвать на помощь. Потом она почувствовала, что ее несут по воздуху, и тогда она обо всем догадалась, но к ужасу своему поняла, что ничем себе помочь уже не в силах.


Первым от какого-то неясного ощущения тревоги проснулся Счастливчик. Утро выдалось на редкость свежим, теплым и солнечным. Где-то высоко в кронах деревьев весело щебетали птицы, невдалеке журчал ручеек, а Артур и Бьянка все еще крепко спали, и на лицах у них светилась улыбка.

«Отчего же мне тогда так неспокойно?» – подумал Счастливчик. И вдруг он совершенно ясно понял, в чем причина его страхов.

– Крошка Лори! – позвал он.

От его зова проснулись Артур и Бьянка. Сначала они ничего не могли понять. Но, увидев, как растревожен Счастливчик, попытались его успокоить.

– Может быть, она все еще спит в каком-нибудь укромном уголке? – предположил Артур. – Она ведь мастер отыскивать самые скрытые и безопасные места.

Но, обойдя весь лес кругом и непрерывно окликая маленькую ведьмочку, друзья вернулись на облюбованную ими полянку ни с чем.

– Куда же она запропастилась? – вот уже в который раз повторял свой вопрос далматинец.

Но в ответ он не мог услышать ровным счетом ничего – его друзья были так же растеряны исчезновением Крошки Лори, как и он сам.

Счастливчику с большим трудом первому удалось взять себя в руки:

– Я считаю, нам нужно поступить вот как, – начал он. – Сперва необходимо доставить леди Бьянку в безопасное место, а потом я отправлюсь на поиски Крошки Лори, тем более, что мне кажется, я знаю, где ее искать.

– Нет, Счастливчик, – возразила леди Бьянка. – Я чувствую себя вполне отдохнувшей и тоже намерена отправиться вместе с тобой на поиски Крошки Лори.

– Об этом не может быть и речи, любимая, – прервал ее сэр Артур. – Твоя свобода далась всем нам слишком дорого, и больше я не намерен тебя потерять. Вот что я решил. Теперь, когда мы прошли через плен, скитания, столкнулись с человеческим и нечеловеческим коварством, нам нужно вернуться к твоему отцу и все ему рассказать. Чем жить в изгнании и молча страдать из-за правого дела, не лучше ли разоблачить негодяев?

– Ты прав, любимый. Мой отец – благородный человек, и он, наверняка, выслушает нас, и наконец все мы будем избавлены не только от Болотницы, но и от человека, который ничуть не лучше ее, а может быть, даже и хуже, ведь она-то была ведьмой, а он все же человек.

– И я пойду с вами, – подхватил Счастливчик. – Каждому из нас есть, что рассказать лорду Айрону. Мне кажется, совместно наши речи прозвучат куда как убедительнее.

– Ты прав, мой маленький друг. А когда лорд Айрон простит нас и избавит от коварного и злого вмешательства сэра Гарбиджа, мы все вместе отправимся на выручку к Крошке Лори. Ты сказал, что догадываешься, где она?

– Да, – ответил Счастливчик. – Вчера весь вечер мне казалось, что за нами кто-то наблюдает. Нет, я не слышал ни шума, ни незнакомого запаха. Просто я постоянно чувствовал угрозу. Тогда я решил, что это мне чудится лишь из-за того, что я слишком сильно взволнован, а может, просто от усталости и раздражения, не знаю. Ах, если бы вчера я не был так беспечен и не отмахнулся от собственных подозрений, сегодня мы шли бы в замок отца леди Бьянки вчетвером, – в отчаянии докончил Счастливчик.

– Не горюй, Счастливчик, мы непременно выручим Крошку Лори, – попыталась успокоить его Бьянка. – К тому же, мне кажется, она не так уж беззащитна. Вот только ты не сказал, где она теперь, по-твоему.

– Я думаю, ведьмам уже стало известно о гибели их тетки Болотницы, и они решили отыграться за это на своей сестрице Крошке Лори. Но откуда им стало известно, что она причастна к этому? Да, вероятно, вчера, когда я ощущал эту смутную тревогу, нас кто-то подслушивал! – осенило Счастливчика.

– Неужели все это время они были совсем рядом с нами? – испугалась леди Бьянка.

– Боюсь, что да, – ответил далматинец. – Но не будем терять времени. Давайте поскорее доберемся до замка лорда Айрона!

Счастливчик был прав. В конечном счете то, насколько скоро удастся вырвать Крошку Лори из лап ее озлобленных сестриц, зависело именно от быстроты, с какой друзья попадут в замок лорда Айрона. Артур, Бьянка и Счастливчик вскочили на ноги и, подстегиваемые тревогой и волнением, пустились в дорогу.

Глава девятая ВОЗВРАЩЕНИЕ

Все те дни, в течение которых с нашими героями произошло столько событий, обитатели родового поместья Айронов находились в полном неведении и постоянном ожидании.

По пять раз на день первый лорд королевства посылал слугу в замок сэра Гарбиджа, но неизменно получал ответ, что сэр Гарбидж в отсутствии.

Надо сказать, черный рыцарь порядком струсил. Он безумно боялся Болотницы, но и лорд Айрон вызывал в нем вполне понятные опасения. Ведь не зря же он был первым лордом королевства, и власть, которой он обладал, и уважение народа, которым он неизменно пользовался, приводили в трепет даже такого наглеца, как сэр Гарбидж.

И сейчас черный рыцарь находился меж двух огней, одинаково для него опасных.

Вот почему посыльный, возвратясь из замка сэра Гарбиджа, из раза в раз отвечал, что рыцаря нет в замке, в то время как Гарбидж трусливо прятался в своем любимом зале.

Вот и в этот день на суровый вопрос лорда Айрона слуга лишь молча пожал плечами – никаких вестей ни о Гарбидже, ни о Бьянке у него не было. Последнее время нетерпение и волнение лорда Айрона за дочь достигло таких размеров, что он спешил встретить своего слугу прямо во дворе замка.

В очередной раз получив молчаливый ответ посыльного, лорд Айрон опустил голову и медленно скрылся в замке. За это время он как-то быстро постарел, осанка его уже не была такой горделивой, а в волосах появилось еще больше седины.

– Эй, Джон, – негромко позвал приятеля наш старый знакомый – привратник Уильям. – Знаешь, мне очень жаль старика. Совсем он плох стал.

– Эх, потерять такую дочь – тут еще не так опечалишься, – понимающе заметил Джон.

– Стэнли, а Стэнли! – позвал он посыльного, который не успел скрыться за дверями конюшни. – Послушай, дружище, а неужто даже слуги сэра Гарбиджа тебе ничего не рассказывают? Где он, когда вернется? Может, он уже напал на след Бьянки, а?

– Да что ты, Джон. Меня даже за ворота не пускают, – уставшим голосом отвечал слуга. – Бросят через окошко – уезжай, мол, нет хозяина дома, – вот и весь разговор.

– Да, вот незадача-то, – покачал головой Уильям.

– Эй, Уильям, – завопил вдруг сверху Джон.

– Да чего ты орешь? – рассердился Уильям, который из-за крика приятеля выронил кисет с табаком.

– Я погляжу, как заорешь ты, когда увидишь в свое окошко, кто идет к замку, – пообещал Джон.

Открыв зарешеченное окошко, привратник был настолько ошеломлен увиденным, что, не в силах вымолвить ни слова, так и сел на землю подле ворот.

– Да отпирай же скорее! – кричал ему более хладнокровный Джон, спускаясь со сторожевой башенки. – А я побегу к лорду Айрону, поскорее успокою старика.

С трудом поднявшись на ноги и все еще не в силах поверить своим глазам, в которых уже появились слезы радости, Уильям едва смог совладать с тяжелыми замковыми воротами. Он до того расчувствовался, что совершенно позабыл, как выполнять такую знакомую ежедневную работу.

А весть, что к замку приближаются сэр Артур и Бьянка, а с ними замечательно красивый пес, которого все помнили еще с того дня, когда он впервые появился на турнире, мгновенно облетела замок – об этом постарался Джон.

Все домочадцы простили Бьянке ее скоропалительное бегство еще тогда, когда почувствовали, как скучают по своей любимице. К тому же Бьянка возвращалась домой не одна, а вместе с сэром Артуром, которого все давным-давно, еще до турнира, прочили ей в супруги.

Челядь, любимые служанки леди и даже несколько знатных персон, особенно преданных первому лорду королевства, высыпали во двор, чтобы приветствовать возвращение своей любимицы. Последним вышел лорд Айрон. С его появлением разговоры мигом смолкли – все с нетерпением ждали, как примет отец возвращение беглянки-дочери.

И вот сэр Артур, Бьянка и Счастливчик вошли во двор замка.

– Лорд Айрон, – первым заговорил Артур, смиренно преклонив колено перед отцом своей возлюбленной. – Позвольте мне просить у вас прощенья за ту дерзость, на которую я осмелился во имя спасения леди Бьянки от той участи, которая ее ожидала.

– Ее ждал брак с одним из самых знатных, богатейших и благороднейших рыцарей королевства, победителем турнира, который был назначен в ее честь, – отвечал лорд Айрон, сурово глядя на молодого человека.

– Все сказанное вами об этом человеке верно, за исключением того, что вы назвали его благородным победителем, – достойно возразил сэр Артур.

– Разве может судить о чужом благородстве человек, решившийся на то, чтобы помочь бежать чужой невесте? – в голосе первого лорда королевства послышались гневные нотки, и все вокруг затаили дыхание.

– Отец! – не выдержала леди Бьянка. – Отец, я причинила вам немало страданий своим бегством, но вините в этом меня – иначе я поступить не могла. Когда вы обо всем узнаете, то, вероятно, пожалеете о том, что сэру Артуру пришлось молить вас о прощении, и даруете его этому благородному юноше сию же минуту.

– Ну, что ж. Я вижу, мне ничего не остается, как выслушать вас и уж тогда принимать решение, – смилостивился суровый вельможа. – Прошу вас пройти в большой зал. Я полагаю, разговор наш предназначен только для наших ушей, – с этими словами лорд Айрон круто повернулся и, гордо неся седую голову, прошествовал в замок.

Сэр Артур, леди Бьянка и ошеломленный подобным величием Счастливчик молча проследовали за ним.

Все собравшиеся во дворе переглянулись, пошептались немного и единодушно решили, что хоть настоящей грозы влюбленным не миновать, но и заслуженное прощение, наверняка, будет ими получено.


Оставим же на некоторое время наших друзей, которые сейчас находятся в безопасности и, конечно, сумеют рассказать лорду Айрону обо всех происшествиях так, чтоб он по достоинству смог о них судить, а сами проследим, что же этой ночью приключилось с Крошкой Лори и куда она так внезапно запропастилась.

Бедняжка уже спустя несколько минут после того, как почувствовала себя пленницей, безошибочно поняла, кто этому виной. Пока она, связанная по рукам и ногам и накрытая собственным плащом, неслась по воздуху, увлекаемая чьими-то сильными руками, она все время слышала один и тот же звук, который порой сливался с завыванием ветра. И этот звук был очень хорошо знаком Крошке Лори – так хлопали на ветру ведьминские плащи.

«Похоже, я действительно серьезно влипла, – думала маленькая ведьмочка. – Но как сестрицам так быстро удалось разведать, кто виноват в гибели тетки Болотницы?» На этот вопрос ответ почему-то не находился. Но в любом случае сейчас следовало хорошенько подготовиться ко встрече с разъяренными сестрицами.

Крошка Лори почувствовала, что они, наконец, прилетели в жилище ведьм, – она пребольно ударилась, когда ее тащили через тоннель в жерле огромной горы-вулкана. Полет закончился, и маленькую ведьмочку совсем не деликатно бросили на пол и сорвали с нее ее плащ.

Крошка Лори увидела, что в нее буквально впились две пары глаз – темно-лиловых и огненно-рыжих, – и тут же поймала себя на мысли, что меньше всего ей хотелось попасться в руки Крукст и Хукст.

– Погоди, Грязнуля, – услышала Крошка Лори уже позабытое ею прозвище, – вот сейчас вернутся сестрицы, и ты всем нам расскажешь, как благодаря твоей милости мы лишились нашей дорогой трудолюбивой тетушки, а заодно и ведьминской силы, – прошипела Крукст в самое лицо малышки, а Хукст больно ущипнула ее за плечо.

– А гляди-ка, Крукст! Наша замарашка решила стать чистюлей – до того ей хотелось понравиться этому псу и противным людишкам! Давай-ка приведем ее в божеский вид, чтобы она снова стала похожа на ведьму!

И ведьмы принялись носиться по жилищу в поисках грязи. Крукст повыгребала со всех углов пыль и паутину, а Хукст соскребла с печных стенок сажу. Вооружившись таким образом, они двинулись прямо на Крошку Лори. И настолько были страшны их лица, что маленькая ведьмочка, поклявшаяся самой себе, что ни в коем случае не выдаст собственного страха перед ведьмами, в ужасе попыталась спрятать лицо. Но руки малышки были связаны, и, как она ни извивалась всем телом, Крукст и Хукст все-таки удалось вымазать ее с ног до головы.

– Вот сейчас ты действительно страсть как хороша! – довольные своей работой, ведьмы буйно расхохотались.

– А давай-ка ко всему прочему снимем с нее ее любимые побрякушки. Раз уж нашей сестрице хочется стать обыкновенной девчонкой, надо ей помочь, – не унималась подленькая Хукст.

Как могла воспротивиться этому обессилевшая, связанная Крошка Лори? Она лишь покрепче закрыла глаза, чтобы никто не увидел ее слез, когда Крукст решительно бросила зеленое ожерелье в огонь.

И потому маленькая ведьмочка даже не увидела, как в последний раз волшебным зеленым огнем вспыхнули ее любимые зеленые камни, чтобы погаснуть навек.

– Вот то-то же! Такой ты нам нравишься гораздо больше! – расхохоталась Крукст. – А то уж больно веселой ты была в последнее время, когда водилась с этими людишками и собакой. Кстати, а собака-то откуда взялась?

Но маленькая ведьмочка решила, что с этого момента ведьмы не услышат от нее ни единого слова.

Как раз в эту минуту в трубе послышалось хлопанье сотен ведьминских плащей – сестрицы- ведьмы возвращались после ночных проделок.


В замке лорда Айрона все ходили на цыпочках. Вот уже больше часа длился разговор в большом зале, и до сих пор никому из домочадцев не удалось подслушать ни слова, произнесенного участниками разговора. Все двери плотно заперли, а страже было приказано удалиться. Несмотря на то, что все надеялись на лучшее, крутой нрав лорда Айрона был широко известен, и это затянувшееся безвестие всех немножко настораживало.

И вот наконец двери распахнулись, и на пороге появился лорд Айрон. Лицо его пылало негодованием, было видно, что он едва сдерживает гнев. Все затаили дыхание – неужто лорд Айрон вопреки голосу сердца и разума все же изгонит дочь из замка, неужели бедняжке так и не удалось вымолить прощение?

Но первый лорд королевства произнес совсем не те слова, которые от него ждали и которых так боялись.

– Приказываю немедленно снарядить отряд стражников, да пусть в него входят только самые лучшие, самые стойкие и храбрые бойцы. Они должны отправиться и передать сэру Гарбиджу мою настоятельную просьбу немедленно прибыть ко мне в замок. В случае отказа я от своего имени даю вам право и обязываю вступить в бой с его охраной и во что бы то ни стало привезти этого вельможу в наш замок.

Люди, собравшиеся выслушать лорда Айрона, опешили от неожиданности. Но, помедлив всего какое-то мгновение, бросились выполнять не понятный пока им приказ.

Лишь только отряд был собран, лорд Айрон сам благословил молодцов – а подобного не могли припомнить даже старожилы замка.

Отдав распоряжения, лорд Айрон вновь возвратился в большой зал, где его ждали Бьянка, Артур и Счастливчик. Только теперь на лицах их не было тех опасений и тревог, которые они испытывали, когда переступили порог замка.

– Ну вот, дети мои, – обратился к ним лорд Айрон, – надеюсь, вы понимаете, что иначе я поступить не мог.

– Конечно, отец, – отозвалась Бьянка. – Не тревожься, на этот раз, я надеюсь, ничто не помешает Артуру отстоять свою славу доброго рыцаря.

– Да, дочь моя. Я думаю, мы вместе приняли справедливое решение!

– Несомненно, лорд Айрон! Я очень благодарен вам, что получил возможность в честном поединке сразиться с сэром Гарбиджем. Вот только хватит ли у него смелости после всего того, что произошло, вновь явиться к вам в замок и принять участие в поединке?

– Ах, сэр Артур, смелости у него, быть может, и недостаточно, – вновь вступила в разговор леди Бьянка, – а вот в самоуверенности, бахвальстве и алчности у этого вельможи недостатка нет.

– Ну до чего же я был глух и слеп, когда не понял, что из себя представляет этот человек! – воскликнул лорд Айрон. – И почему я не внял твоим мольбам, моя милая, храбрая дочь, когда еще можно было все предотвратить и не обрекать вас на такие мучения!

– Да, отец! Но и я вполне могу понять вас, – постаралась утешить Бьянка кающегося лорда Айрона. – Уж так повелось в нашем королевстве, что слово, данное вельможей перед всем народом, часто заставляет его творить вред самому тебе.

– Ты права! – согласился лорд Айрон. – Но надеюсь, поединок, который сэр Артур просто обязан выиграть, – а я верю, что так оно и будет, – освободит меня от слова, столь неосторожно данного.

– Не кручиньтесь, лорд Айрон! Все будет именно так, как вы говорите, – впервые подал голос Счастливчик.

Лорд Айрон с легкой улыбкой взглянул на отважного пса:

– Ну, а чем же я смогу отблагодарить тебя, Счастливчик? Бьянка и Артур будут, наконец, вместе, и для них, я думаю, это лучший подарок. А что нужно для счастья тебе, отважный пес?

– Позвольте мне не присутствовать на поединке – вот и все, что мне теперь нужно больше всего, – ответил Счастливчик.

– Ну, об этом ты мог бы меня и не спрашивать! После того, что ты сделал ради спасения Бьянки и Артура, ты не просто гость в моем замке. Я просил бы тебя чувствовать себя здесь полноправным хозяином, – учтиво обратился к далматинцу вельможа. – Однако почему ты хочешь покинуть замок как раз тогда, когда все так чудесно разрешается в пользу твоих друзей, ведь Бьянка и Артур – твои добрые друзья, не так ли?

– Безусловно, лорд Айрон, – заверил его далматинец. – Вот только есть у меня еще один друг, которому сейчас очень нужна моя помощь, а потому я просто не могу оставаться там, где все и так благополучно разрешится без меня, верно, сэр Артур?

– Да, – просто ответил рыцарь. – Ты очень нам помог, ну, а теперь настала моя очередь показать, на что я способен ради моей прекрасной возлюбленной. Но, Счастливчик, ты уверен, что тебе удастся одолеть ведьм, ведь там их будет великое множество? Быть может, тебе лучше дождаться моей победы над черным рыцарем, и тогда мы вместе отправились бы выручать Крошку Лори?

– Я уверен в этом так же, как вы справедливо уверены в своей победе над Гарбиджем, – твердо ответил Счастливчик. – К тому же зелье, которое давало ведьмам и силу, и нечеловеческую злость, исчезло вместе с Болотницей, поэтому они мне сейчас совсем не страшны.

– Что ж, тогда беги, Счастливчик. Но поскорее возвращайся, – легонько потрепал далматинца по холке сэр Артур.

– Счастливчик, мы будем очень за тебя волноваться, – пообещала леди Бьянка.

А лорд Айрон очень серьезно сказал:

– Обещаю, что без тебя и Крошки Лори свадьбу мы не начнем.

Счастливчик был безумно тронут этими заверениями в дружбе и искренними пожеланиями удачи, но умиляться было некогда, и, пообещав вернуться, как только он расправится с ведьмами, далматинец выбежал из замка.

Глава десятая ПОЕДИНОК

В жилище ведьм царила паника.

Возвратившись с ночной охоты за проказами и приключениями, ведьмы были ошарашены страшным известием о гибели Болотницы.

– А это все она, она, проклятая, – бесновалась Крукст, тыча пальцем в забившуюся в угол Крошку Лори. – Она, да еще какой-то пес, ее дружок, погубили нашу тетку.

Бедная маленькая ведьмочка, сидя в углу, только испуганно стреляла глазами, по сторонам и не произносила ни слова. Крошка Лори понимала, что помощи ждать неоткуда. Разве сможет кто-нибудь догадаться, в какую беду она попала! А ведьмы все яростнее, все неистовее на нее нападали.

Но бедняжка готова была снести и щипки, и тычки, и укусы, которыми щедро награждали ее сестрицы-ведьмы, лишь только бы при ней оставалось ее любимое ожерелье. Но оно сгорело в печи, и это настолько подорвало ее силы, что их теперь хватало лишь на то, чтобы стиснуть зубы и не радовать беспощадных ведьм горючими слезами.

Наконец, устав издеваться над Крошкой Лори, ведьмы успокоились, расселись по своим местам и принялись думать, что же им делать дальше. Руки и ноги Крошки Лори теперь были свободны. Вместо этого ведьмы привязали к ее ноге длинную цепь, которая позволяла маленькой ведьмочке передвигаться только в пределах кухни.

Это придумала Хукст, изобретательностью которой еще совсем недавно так восхищалась Крошка Лори.

– А что это она будет сидеть просто так да нежиться себе в уголке, пока мы трудимся, обдумывая план мести? Пусть и она поработает! – завопила Хукст, увидев, что Крошка Лори облегченно вздохнула, когда прекратился град ударов, обрушившийся на нее со всех сторон. – Хорошо, что у нас еще осталось немного пива, вот пусть она его разогреет в котле, да повычищает всю грязь. Ведь теперь она, кажется, полюбила чистоту. – И Ведьмина Гора ходуном заходила от смеха – до того пришлась эта шутка по душе всем ведьмам.

– Молодец, Хукст, – сказала Крукст, когда ведьмы сделали то, что она придумала. – Теперь Крошка Лори похожа не только на самую большую чистюлю в мире, но еще чуть- чуть смахивает на собаку, а это ей тоже должно понравиться! – И опять ведьмы разразились неистовым хохотом.

Пока Крошка Лори под угрозой вновь быть нещадно поколоченной выполняла порученную ей работу, ведьмы принялись рьяно обсуждать план мести, как назвала это Хукст.

– Не забывайте, что нашего питья нам хватит ненадолго, – сразу предупредила Крукст.

Было видно, что, несмотря на свою молодость, толстуха пользуется в семье ведьм большим уважением. К тому же она в числе первых узнала о всех бедах, свалившихся на ведь- минские головы, и даже была почти что свидетельницей гибели тетки Болотницы. И потому ведьмы негласно решили, что станут слушаться Крукст и делать то, что она предложит.

– Питья у нас немного, а отомстить мы должны не только вот этой предательнице, – бросила она в сторону Крошки Лори, – но и тем, кому она помогала. Особенно, надо сказать, меня раздражает тот пятнистый пес – наверное, мне по наследству от нашей тетки передалась эта ненависть ко всему собачьему роду. К тому же не стоит забывать и о людях, об этих противных добрых людях, которые умеют приносить зло только нам, ведьмам.

Но тут умная и стройная речь толстухи Крукст была прервана тем, что в трубу, ведущую в гору ведьм, просто-напросто ввалилась старушка Сканки, которая неизвестно где пропадала все это время. Не удержавшись на ногах, она так и покатилась по полу, сбив с ног нерасторопную Крукст.

– Да ты что, старуха, ополоумела, что ли? – заверещала Крукст.

– Погоди ты ругаться, – с трудом вставая на старые негнущиеся ноги, заголосила Сканки. – Я вам сейчас такое расскажу, что вы и в самом деле потеряете разум!

– И что же сверх того, что нам известно, кроме той ужасной новости, ты можешь рассказать? Мы тут сидим, думаем, одна ты, старая дура, где-то шляешься да собираешь никому не нужные сплетни, – накинулась на старуху Хукст.

– Погоди ругаться, – переведя дух, сказала Сканки. – Не знаю, что известно вам, а вот, бьюсь об заклад, вы не знаете, что Бьянка на свободе и сейчас находится в доме лорда Айрона.

– Ну, это-то как раз нам известно, – насмешливо перебила ее Крукст. – Что еще нам поведает наша всезнайка?

– Известно? – озадаченно переспросила старая ведьма. – Ну, тогда, может быть, вы мне скажете, куда под конвоем стражников лорда Айрона только что отправился наш приятель сэр Гарбидж?

– А вот это уже интересно, – насторожилась Крукст. – Ну-ка, старуха, рассказывай все по порядку. 

Рассказ Сканки был довольно краток, но только потому, что Крукст ее постоянно подстегивала и угрожающе покрикивала.

Сканки, которую уже давно не интересовали ночные забавы и проказы ведьм, устроилась поспать на крыше замка сэра Гарбиджа да так разоспалась, что проснулась только к полудню – и то из-за шума, поднявшегося во дворе замка. Отряд вооруженных людей буквально штурмовал крепостную стену.

Неизвестно, чем бы все это закончилось, если бы им навстречу не выбежал разгневанный сэр Гарбидж. Тут старухе Сканки стало до смерти любопытно, что это за люди и почему они позволяют себе так дерзко обходиться с сэром Гарбиджем.

И вот оказалось, что люди эти – слуги лорда Айрона, которые прибыли затем, чтобы настоятельно просить – именно так они выразились – сэра Гарбиджа от лица первого лорда королевства явиться в полном рыцарском облачении и доспехах в замок лорда Айрона. Там будет проводиться поединок между ним и сэром Артуром. И если сэру Гарбиджу дороги его честь и имя, он обязан принять это приглашение – так сказали эти люди.

Сэр Гарбидж изменился в лице, но ответил что непременно прибудет в замок. Стражники лорда Айрона велели ему поторапливаться, а сами остались ждать у ворот.

– Ну вот и все, – торжественно закончила Сканки. – А про то, что леди Бьянка в замке, а не у тетки Болотницы, это я уж сама догадалась, – гордо призналась она.

– Так, значит, поединок, – задумчиво проговорила Крукст. – Ну, что ж, это даже лучше. Там мы сумеем сразу всем троим воздать по заслугам, а с этой, – она кивнула в сторону маленькой ведьмочки, – разберемся после.

– Стало быть, так, – продолжала Крукст. – На этот раз Артур не отделается какой-то плёвой раной, от которой ему, наверняка, кое-кто помог быстренько вылечиться. – Опять полный ненависти взгляд на Крошку Лори, копошащуюся среди котлов. – На этот раз копье сэра Гарбиджа будет бить вернее, уж я об этом лично позабочусь!

– А Бьянку нужно превратить в старуху! – предложила Хукст. – Девицы больше всего на свете дорожат своей молодостью и красотой, так пусть же у нее ничего этого не останется!

Крошка Лори, которая жадно ловила каждое слово, в то же время изо всех сил старалась придумать, как помешать ведьмам осуществить их страшный план. Но бедняжка даже не могла предупредить друзей о грозящей им опасности – слишком прочна была ее цепь и слишком слабы усталые руки. А для того, чтобы помочь друзьям, нужно было непременно выбраться наружу.

Но еще большее отчаяние охватило Крошку Лори, когда до ее слуха долетели следующие слова толстухи Крукст:

– А далматинца мы, пожалуй, съедим. Вот будет потеха, верно? Пусть это будет наше последнее злодейство, но зато оно станет самым ведьминским.

В это время маленькая ведьмочка лихорадочно шарила руками вокруг себя – куда только могла дотянуться. Она надеялась найти хоть какой-нибудь предмет, который помог бы ей освободиться от цепи. Это был очень подходящий момент, потому что ведьмы настолько были увлечены продумыванием мельчайших деталей их дьявольского плана, что совсем не обращали на нее внимания.

Уже почти совсем отчаявшись найти что-ни-будь подходящее, чтобы разбить цепь, Крошка Лори едва не перевернула небольшой сосуд, в котором тоже была налита какая-то жидкость. Машинально она поднесла его поближе и чуть не вскрикнула от радости. В небольшом кувшине была обыкновенная чистая родниковая вода.

Нет, эта вода не помогла бы Крошке Лори освободиться от цепей, но зато могла оказать ей другую услугу. Подойдя к котлу с кипящим в нем пивом – последней ведьминской отрадой – малышка, сделав вид, что помешивает его большим черпаком, другой рукой незаметно вылила в котел всю воду без остатка.

Это была почти победа, ведь теперь зелье, дающее ведьмам силу, было безнадежно испорчено, потому что даже капля чистой воды ослабляло действие пива, а тут целый кувшин! Оставалось только надеяться, что волшебное зелье, превратившееся в обыкновенное прокисшее пиво, подействует прежде, чем ведьмы успеют нанести кому-нибудь вред.

О том, что очень скоро ведьмы догадаются, кто в этом виноват, и, вернувшись, предадут ее самым страшным мукам, которые только существуют на свете, малышка старалась не думать. Для нее самым главным стало – пусть в последний раз в жизни – позаботиться не о себе, а о своих настоящих друзьях.

Тем временем ведьмы начали собираться в путь. Им непременно нужно было попасть к самому началу поединка, чтобы беспрепятственно осуществить задуманное. Помня о том, что оставшееся в котле зелье – последнее и его вряд ли хватит еще на один раз, каждая норовила хлебнуть побольше, и скоро котел совсем опустел.

Крошка Лори внимательно следила, чтобы ни одна из ведьм не осталась без своей порции пива, и старалась обслужить каждую, поднося ковш то одной, то другой ведьме.

Расценив это как обыкновенное заискивание, ведьмы только посмеивались, а некоторые даже пообещали не кусать ее больше, а только щипать, но Крошка Лори лишь молчала в ответ.

Наконец она облегченно вздохнула, когда все ведьмы, немного отяжелев от выпитой жидкости, поднялись в воздух и через трубу вылетели наружу.

– Ну, вот и все, – сама себе сказала крошка Лори. – Через какие-нибудь полчаса они обо всем догадаются, вернутся и тогда...

Маленькая ведьмочка, зная ужасный характер своих сестриц, так и не решилась произнести вслух то, что случится тогда.

Вместо этого она вновь стала напевать нехитрую песенку, стараясь таким способом отвлечься от грустных мыслей. Но даже песенку допеть ей не удалось, потому что какой-то уж очень неосторожный и назойливый шмель залетел вдруг в Ведьмину Гору и сейчас без устали жужжал прямо над ухом.

Крошка Лори попыталась вяло отмахнуться от назойливого насекомого, и – надо же! – шмель тотчас свалился на пол и упрямо пополз к замку, которым были скреплены цепи. Удивленная таким непонятным поведением шмеля, маленькая ведьмочка решила понаблюдать за тем, что он станет делать дальше.

Оказавшись рядом с замком, шмель не остановился, а полез прямо в замочную скважину. В механизме что-то щелкнуло, и замок раскрылся.

Замечательная догадка пронзила сердце Крошки Лори. Так и есть! На шее у шмеля было крошечное, едва заметное ожерелье с тремя зелеными камешками!

– Счастливчик! – радостно вскрикнула Крошка Лори. – Ну скорее же прими свой настоящий вид – сил нет, как хочется тебя обнять.

Шмель еще немножко покопошился на полу, пошевелил корявыми лапками, и наконец на его месте оказался далматинец.

Крошка Лори мгновенно осуществила свое желание, едва не задушив Счастливчика в объятиях.

– Не так крепко, Крошка Лори, – взмолился далматинец. – Сначала чуть не пришибла меня, а теперь вздумала задушить! – ласково проворчал он. – Вот и выручай после этого попавших в беду друзей, а они чуть жизни тебя не лишают.

– А зачем ты так противно жужжал у меня над ухом? – принимая свой привычный тон, спросила маленькая ведьмочка.

– Да это я с тобой так здоровался! – объяснил Счастливчик, и друзья весело расхохотались.

– Послушай, а куда улетели все ведьмы? – перейдя на серьезный тон, спросил Счастливчик. – Яс ними едва не столкнулся у самой трубы. Вот уж где не пришлось пожалеть, что превратился в такое крохотное существо. Так куда они полетели?

– На поединок.

– Как, им уже известно о поединке? – удивился Счастливчик.

– Наши сестры быстро узнают все новости, – уклончиво объяснила Крошка Лори.

– Тогда нам нужно поторопиться, ведь они не просто поглазеть туда отправились. Как бы ведьмы опять не учинили какой-нибудь подлости!

– Нам и вправду нужно торопиться. Но на этот раз действительно затем, чтобы поглядеть на превеликую забаву, – сказала маленькая ведьмочка, передразнивая саму себя в день знакомства со Счастливчиком.

– Что ты хочешь этим сказать? – не понял пес беспечности Крошки Лори.

– Только то, что уже сказала, – упрямо повторила малютка. – Ладно, брось дуться, – ласково попросила она Счастливчика. – Лучше превращайся в кого-нибудь летающего, и поспешим на поединок. Я все расскажу по дороге. И она первая взмыла верх.

Отлетев от ненавистной Ведьминой Горы, Крошка Лори удовлетворенно заметила, что и шмель летит рядом.

Маленькая ведьмочка сдержала свое обещание и дорогой рассказала Счастливчику, что произошло в жилище ведьм: и о том, какого страху она натерпелась, и о том, какую участь приготовили ее сестрицы для каждого из друзей, и о том, как ей буквально чудом удалось разрушить ведьминские замыслы, и о том, что ведьмы до сих пор не знают, какой провал их ждет впереди.

Счастливчик так увлекся рассказом маленькой ведьмочки, что несколько раз даже забывал быстро-быстро махать крылышками, и Крошке Лори приходилось ловить его прямо в воздухе, чтобы тот ненароком не разбился.

До замка лорда Айрона лететь оставалось совсем недолго.

Тем временем заканчивались последние приготовления к поединку. Народу стараниями самого лорда Айрона и окрестных вельмож было собрано еще больше прежнего, и все с нетерпением ожидали начала поединка.

И вот, как и в прошлый раз, на площадку перед замком выехали два рыцаря – красный и черный. Народ зашумел, заволновался, но больше всех, пожалуй, были взволнованы всегда такой невозмутимый лорд Айрон и его дочь Бьянка, сидевшие в ложе, да два странных зрителя в первом ряду – маленькая чумазая девчонка и белый с черными пятнами пес.

Во время полета ветер сдул с Крошки Лори пыль и паутину, а сажу она постаралась вытереть с лица ладошкой. Но все равно одежда и плащ ее были в довольно плачевном состоянии. Но, несмотря на это, друзья были, наверное, самыми желанными гостями в замке. Лорд Айрон, не смущаясь неказистым видом маленькой ведьмочки, даже пригласил ее и Счастливчика в свою ложу, однако друзья вежливо отказались и заявили, что им будет гораздо удобнее в первом ряду.

Прежде чем отправиться на свое место, Счастливчик прошептал несколько слов на ухо Бьянке, та сначала немножко испугалась, но далматинец только улыбнулся ей в ответ и сказал так, чтоб его слова услышал и лорд Айрон:

– Ничего не бойся, Бьянка. Все будет хорошо!

После этого далматинец и ведьмочка преспокойно покинули ложу и уселись в первом ряду.

– Знаешь, меня беспокоит, что сестриц до сих пор не видно, – прошептала Крошка Лори, оглядываясь по сторонам. – Ведь могло случиться так, что они во всем разобрались раньше, чем прилетели сюда. В этом, конечно, нет ничего страшного, но все-таки жаль, что они не осрамятся сами и не раскроют настоящее лицо Гарбиджа.

И как бы вопреки ее словам вдруг со всех сторон на площадку слетелись ведьмы. Их было так много и до того они были разноцветные, что все буквально запестрело вокруг.

Зрители лишь в изумлении пораскрывали рты.

Но ведьм это нисколько не насторожило. Будучи абсолютно уверены в том, что они невидимы, ведьмы приняли эту реакцию за восхищение их подопечным, хотя на этот раз сэр Гарбидж даже в доспехах и при закрытом забрале имел весьма поникший вид.

– Глядите-ка, ведьмы! – крикнул кто-то из толпы, и мгновенно поднялся такой шум, что летающие злодейки тотчас кинулись врассыпную. Им ли было не знать, что если кто-то из ведьм попадется людям в руки, разговор будет короткий – слишком много бед и вреда приносили они всем своими проказами!

– Так вот, значит, какие у вас помощницы! – грозно воскликнул лорд Айрон, обращаясь к сэру Гарбиджу. Он все еще с трудом верил собственным глазам, увиденное в точности подтверждало рассказ Счастливчика.

– Я... э... – не в силах вымолвить ни слова, замямлил сэр Гарбидж. – Вы не имеете права так меня оскорблять! – наконец отчаянно выкрикнул он.

– Нет, мошенник! Я имею на это право! – грозно возразил лорд Айрон. – Потому что теперь я знаю все! И не надейся, что на этом поединок будет закончен и тебя всего лишь выставят отсюда с позором. Теперь мы все хотим поглядеть, сможет ли тот, кто привык пользоваться услугами ведьм и, наверное, только так сумел заработать гордое звание рыцаря, решиться на честный бой!

Сэр Гарбидж, которому от этих оскорбительных слов кровь ударила в голову, дерзко ответил:

– Как бы не пришлось вам, первый лорд королевства, поплатиться своим именем за эти лживые слова! Я принимаю бой! – любуясь собственной отвагой, заявил черный рыцарь. – Пусть кровь моего соперника смоет позор, которым меня хотят незаслуженно замарать.

– Ну, что ж, быть посему, – не принимая всерьез кичливого тона сэра Гарбиджа, насмешливо сказал лорд Айрон, и вслед за его словами прозвучал гонг.

Люди, пришедшие поглядеть на поединок, были настолько ошарашены открывшимися перед ними тайнами знатных вельмож, что не знали даже, что и подумать. Несомненно, лорд Айрон пользовался всеобщим почетом и уважением, но сэр Гарбидж с такой пылкой яростью отстаивал собственную честь, что простые люди никак не могли понять, кто же из них прав.

Однако раздумывать над этим не оставалось времени – рыцари пришпорили коней и ринулись друг на друга.

Расчет сэра Гарбиджа был прост: вопреки неписаным правилам рыцарских боев он с самого начала направил свое копье не в щит, как это полагается, а в забрало на шлеме соперника. И теперь, если бы сэру Гарбиджу удалось нанести этот сокрушительный удар, Артура настигла бы неминуемая смерть.

Но юноша, уже хорошо изучивший подлую и низкую душу своего соперника, был готов ко всему. И в тот момент, когда сэр Гарбидж изготовился к удару, Артур быстро пригнулся к шее коня, продолжая твердо держать свое копье и направляя его в щит черного рыцаря.

Не ожидая, что юноша так ловко увернется, сэр Гарбидж растерялся и тут же был выбит из седла ударом, пришедшимся в его щит.

Народ возликовал, шумно приветствуя победителя и осмеивая побежденного. Лорд Айрон и Бьянка стоя отдавали дань уважения ловкости и выдержке Артура, а Счастливчик и Крошка Лори при всех принялись обниматься, а потом устроили пляску.

Сэр Гарбидж, лишь слегка оглушенный падением с коня, теперь мечтал только об одном: как бы поскорее покинуть это место и спрятаться так, чтобы его никто и никогда больше не нашел.

– Ну что, горе-воин! Без помощниц ты и на коне удержаться-то не в силах! – неслись со всех сторон обидные слова.

– Поскорее разыщи ведьм да расспроси у них, как держать копье.

– Тише! – Даже лорд Айрон с трудом смог утихомирить развеселившуюся толпу. – Оставьте его. Сэру Гарбиджу и без того несладко, ведь он хорошо понимает, что во всем королевстве теперь не дадут ему проходу. Везде, где бы он ни появился, люди станут бояться, что рядом с ним по-прежнему его очаровательные помощницы – ненавистные всем ведьмы. А потому пусть поскорее убирается отсюда, уж нам-то ведьмы точно ни к чему.

Сэр Гарбидж и сам понимал, что его ждет впереди. Ему и вправду ничего другого не оставалось, как поскорее покинуть место, где его покрыл несмываемый позор.

– Ну, а теперь, когда в наших землях наконец изжито все зло, – торжественно и серьезно проговорил лорд Айрон, едва посрамленный черный рыцарь удалился за пределы замка, – яс радостью объявляю о предстоящем празднике – свадьбе моей дочери, леди Бьянки, и вот этого храброго рыцаря, сэра Артура Шелтера!

Вот это была новость так новость! Народ загалдел пуще прежнего: ведь теперь история любви леди Бьянки и сэра Артура Шелтера получила самое прекрасное и самое благополучное завершение! Как же тут было не порадоваться от души! Да к тому же угощаться на свадебном пиру у таких замечательных, красивых и безумно счастливых людей – сплошное удовольствие!


Свадьба была действительно очень пышная и хлебосольная. Вот только Бьянка наотрез отказалась рядиться в шелка и кружева, вместо них надев простое белое платье, а в волосы вплела белоснежную лилию, которую опять неизвестно где раздобыла Крошка Лори.

Сама Крошка Лори, которая теперь полюбила умываться по нескольку раз в день, все больше и больше становилась похожа на премиленькую, чуть-чуть проказливую девчушку со странными зелеными волосами.

Когда ей этого хотелось, она даже умела вести себя вполне прилично. До того прилично, что ей доверили нести край фаты невесты, и нужно было видеть, как важно и чинно вышагивала она вслед за Бьянкой. Конечно, порой она грустила о своем зеленом ожерелье, но эти минутки грусти посещали ее все реже и реже.

Пожалуй, самым красивым и самым почетным гостем на этой свадьбе был Счастливчик. Он так же, как и Крошка Лори, во время церемонии шел позади жениха и невесты, заодно присматривая, как бы Крошка Лори ничего не учудила. А на свадебном пиру тоже достойно восседал рядом с Бьянкой и Артуром, милостиво принимая предлагаемые ему лучшие куски мяса и с отвращением отказываясь от великолепной гусиной печенки.

Лорд Айрон тоже за эти дни сильно изменился. Теперь он стал добрым и любящим отцом своих детей. Он почти совсем позабыл, как хмурить взгляд и отдавать строгие приказы. И думал он отныне не о государственных делах, а о том, когда же наконец станет дедом, и потихоньку от Артура и Бьянки стал разучивать по книгам добрые и веселые детские сказки.

Свадьба была шумной и многолюдной. И только одного человека не пригласили на свадьбу – настолько он был всем неприятен. А человек этот, как поговаривали, сразу же после поединка куда-то исчез, покинув свой замок вместе со всеми сокровищами и слугами. И в то же самое время при королевском дворце появился новый мусорщик со звучной фамилией Гарбидж. Правда, на вопрос о том, нет ли у него в родстве богатых вельмож с такой же фамилией, новый мусорщик отчаянно клялся, что никаких вельмож среди его родственников нет и не было.

И только о ведьмах с тех пор не было ни слуху, ни духу. Лишь в отдаленных деревнях вдруг стали появляться женщины, которые, будучи когда-то совсем маленькими девочками, убегали или пропадали из дому. Теперь они были уже взрослыми, а некоторые успели превратиться в старух. Давно повзрослевшие девочки все как одна твердили, что ничего не помнят о происшедшем с ними за долгое время, и все решили, что это какая-то странная, никому не известная болезнь.

К тому же женщины были сварливы, злы и почти ничего не умели делать. За то, что они постоянно ссорились с соседками, какой-то острослов прозвал их ведьмами, так это прозвище по сей день за ними и осталось, хотя бывалые люди порой и задумывались: а вдруг и в этой шутке заключена доля правды?

Вот так закончилась эта история про далматинца по имени Счастливчик, который из обыкновенной мясной лавки благодаря своему исключительному везению сумел попасть в замечательную, полную приключений, превращений и разных загадок историю.

Хотя, почему закончилась? У далматинца по имени Счастливчик самое интересное всегда впереди!

Иллюстрации


Оглавление

  • Литературно-художественное издание
  • Глава первая ЗНАКОМСТВО
  • Глава вторая РЫЦАРСКИЙ ТУРНИР
  • Глава третья ЗЕЛЕНЫЙ ЛЕКАРЬ
  • Глава четвертая ПОБЕГ
  • Глава пятая В ПОДЗЕМЕЛЬЕ БОЛОТНИЦЫ
  • Глава шестая В ПЛЕНУ
  • Глава седьмая ВОЛШЕБНЫЙ ЛАРЕЦ
  • Глава восьмая ГИБЕЛЬ БОЛОТНИЦЫ
  • Глава девятая ВОЗВРАЩЕНИЕ
  • Глава десятая ПОЕДИНОК
  • Иллюстрации



  • MyBook - читай и слушай по одной подписке