Предатель (fb2)


Использовать online-читалку "Книгочей 0.2" (Не работает в Internet Explorer)


Настройки текста:


Историческая справка.

События, описываемые в романе "Предатель", происходили в последний год пятилетней экспедиции "Энтерпрайза".

ПРОЛОГ

Харгемон – он уже свыкся с этим именем – поднял глаза на командира и рассмеялся. Смех прозвучал резко в небольшом компьютерном отсеке с голыми стенами.

– Итак, это крейсер "Энтерпрайз" с капитаном Джеймсом Тибериусом Кирком. – В его тоне сквозил сарказм.

Командир улыбнулся.

– Какая удача. Думаю, ты доволен.

– Этот капитан подходит нам больше всего – он так любит всегда быть первым.

– Тебе придется изменить внешность.

– Это необходимо в любом случае. Все офицеры Звездного Флота помимо прочих достоинств имеют отличную память. Но для Кирка потребуется кое-что добавить к тому, что уже сделала природа.

Он ухмыльнулся и запустил пальцы в свою широкую, аккуратно подстриженную рыжую с проседью бороду, скрывавшую лицо.

Улыбка мгновенно исчезла с лица командира.

– Я буду решать, что потребуется, а что нет. Я не могу допустить провала. Слишком многое поставлено на карту. Слишком много людей долго и упорно работали над этим проектом, чтобы все сорвалось из-за неосторожности одного человека.

Он предупреждающе сощурил глаза и добавил:

– Или из-за его амбиций и личных планов.

– Не беспокойся, – огрызнулся Харгемон, – я не хуже тебя понимаю важность задания.

Он указал на стойки с аппаратурой, заполнившие крошечный отсек.

– Не забывай, что я сам провел тысячи часов около этой рухляди, которую вы называете компьютерами. Кроме того, без меня...

– Без тебя задание не может быть выполнено. Да, я отдаю должное твоим способностям. Я сам нашел тебя и привлек к этой работе. Но если мы потерпим неудачу по твоей вине, тебе не поздоровится. Запомни: у меня будет еще один шанс, а у тебя нет. А теперь займись делом. Я проверю, когда ты закончишь.

– Я не нуждаюсь...

– Я проверю, когда ты закончишь, – ледяным тоном повторил командир, повернулся спиной к Харгемону и вышел через плоскую металлическую дверь, закрывавшую единственный выход из отсека.

"Самоуверенная сволочь! – подумал Харгемон. – Похоже, он такой же деспот, как и Кирк!"

Но он ничего не сказал, а только сердито глянул на захлопнувшуюся дверь, повернулся к пульту управления и глубоко вздохнул. Теперь о Кирке позаботятся – у командира и остальных для этого достаточно времени и возможностей.

Глава 1

Бортовой журнал капитана.

Мы находимся на пути к планете Карелла, чтобы, как выразился бы доктор Маккой, "потушить небольшой пожар".

Впервые контакт с этой цивилизацией был установлен десять лет назад. Тогда они отказались вступить в Федерацию, но во время переговоров капитан "Экзетера" Бриттани Мендес отметил, что история взаимоотношений Кареллы со своей колонией на Ванкадии могла бы служить примером того, как следует основывать колонию и как управлять ею. В отличие от большинства бурно развивающихся технологических цивилизаций, на Карелле всемирное правительство было создано еще до выхода в космос. И как только исследования показали, что биосфера соседней планеты Ванкадия почти полностью идентична их собственной – отсутствовали только высшие формы жизни, – карелланцы последовательно и решительно взялись за основание колонии.

Вначале, пока не изобрели импульсные ракетные двигатели, связь с Ванкадией была односторонней. Космические челноки доставляли колонистов на орбиту вокруг Кареллы, где те пересаживались в построенные на орбитальных станциях межпланетные корабли. На Ванкадию карелланцы спускались в одноразовых капсулах. Понадобилось почти сорок лет, чтобы колонисты смогли самостоятельно строить ракетоносители для выхода на орбиту вокруг планеты.

С самого начала карелланцы планировали предоставить колонии полную независимость, как только она перейдет на самообеспечение. Десять лет назад капитан Мендес пришел к выводу, что Ванка-дия с ее почти восьмимиллионным населением получит независимость уже через несколько лет.

А сейчас карелланцы вдруг обратились к Федерации с просьбой о посредничестве в "усиливающемся конфликте между Кареллой и ее восставшей колонией".


На экране монитора "Энтерпрайза" крупным планом появилось лицо главы правительства Кареллы. У нега была светлая кожа, шапка иссиня-черных вьющихся волос и такого же цвета аккуратная борода. Лица на заднем плане, находящиеся не в фокусе, казались расплывчатыми.

– Добро пожаловать, – произнес он. – Меня зовут Колдрен. Позвольте выразить признательность Федерации, которая без промедления откликнулась на нашу просьбу.

– Благодарю вас, Колдрен, – ответил Кирк. – Премьер-министр Колдрен, не так ли?

Собеседник утвердительно кивнул.

– А вы капитан "Энтерпрайза" Джеймс Кирк?

– Да. Мы подойдем к вашей планете через несколько минут и, как только орбиты наших кораблей выровняются, будем готовы транспортировать вас на борт "Энтерпрайза".

Колдрен протестующе поднял руку.

– Благодарю за предложение, капитан, вы очень добры. Может быть, это и предрассудок, но меня беспокоит перспектива быть разложенным на атомы, перенесенным в пространстве и материализованным в вашем устройстве для транспортации.

– Это вовсе не предрассудок, – сказал Кирк, пряча улыбку, и посмотрел на одобрительную гримасу доктора Маккоя. – Я могу заверить вас, что транспортация абсолютно безопасна. Но если вы предпочитаете...

– Я действительно предпочитаю, капитан, тем более что звездолет способен принять мой корабль. Я не ошибаюсь?

– Вы правы, господин премьер-министр. Размеры вашего судна немного больше, чем у наших челноков, но мы без труда его пришвартуем. Наши механизмы смогут захватить...

– Я предпочитаю, чтобы корабль шел своим ходом, если это возможно.

Кирк подавил недовольство.

– Да, это возможно. Но у вас обычные ракетные двигатели. Их опасно включать в замкнутом пространстве, даже в таком большом, как ангар "Энтерпрайза".

– Мы можем воспользоваться абсолютно безопасными маневровыми двигателями и причалить самостоятельно.

– Только при отсутствии гравитации. Но в ангаре, как и во всем звездолете, поддерживается нормальная сила тяжести.

Премьер-министр на секунду задумался.

– Искусственная гравитация... – наконец произнес он. – Я об этом не подумал. Но разве нельзя временно отключить ее в отдельных отсеках?

– Гораздо проще использовать наш буксир, – ответил Кирк и мысленно добавил: "Или систему транспортации".

– Но это возможно? Это ведь не приведет к повреждению "Энтерпрайза"?

– Да, это возможно. Я отдам соответствующие распоряжения.

"Он не приводит никаких аргументов, – отметил про себя Кирк, – это необходимо иметь в виду, когда начнется диалог между ним и вождем колонистов".

– Спасибо, капитан. С нетерпением жду нашей встречи.

Внезапно изображение премьер-министра пропало.

– Они прервали передачу, командир, – сообщила лейтенант Ухура. – Попытаться восстановить связь?

– Не сейчас, лейтенант. Мистер Зулу, сколько времени осталось до встречи?

– Около пяти минут, капитан.

Кирк нажал на кнопку в ручке своего кресла.

– Мистер Скотт, вы слышали?

– Да, капитан, я слышал. И не могу сказать, что мне это понравилось.

– Согласен с тобой, Скотти, но давай будем в мелочах идти навстречу премьер-министру. Мне кажется, что у нас скоро возникнут более серьезные проблемы.

– Да, капитан. Я понимаю, что вы хотите сказать. Как только створки шлюза откроются, в ангаре выключится гравитация. Надеюсь, вы предупредите команду. Двое из моих людей находятся там. Они проверяют...

– Позаботьтесь о них сами, мистер Скотт, – приказал Кирк, вставая с командирского кресла и направляясь к турболифту.

– Мистер Спок, доктор Маккой? Мне кажется, премьер-министр рассчитывает на торжественную встречу.

Через десять минут они втроем стояли на галерее ангара – Скотти смог оставить нормальную гравитацию в задней трети помещения – и смотрели, как карелланский корабль медленно вплывает внутрь через открытый шлюз. Судно напомнило Кирку маленькую аккуратную копию древнего американского космического челнока, который бережно хранится в музее космонавтики. Похожей была даже эмблема – семь семиконечных звезд на фоне диагональных красно-зеленых полос.

По мере того как корабль приближался в полумраке ангара, створки шлюза начали закрываться. Но судно продолжало двигаться вперед, как будто пилот не замечал или игнорировал причальные ориентиры.

– Что он, черт побери, делает? – пробормотал Маккой, когда корабль проплыл между двумя стойками по направлению к грузовому лифту. – Если он попадет в зону с включенной гравитацией...

– Не волнуйся, Боунз, – успокоил его Кирк, посмотрев на двух техников, стоящих у пульта управления. – Мы готовы к такой ситуации.

Но вмешательства капитана не потребовалось. Кирк было уже решил, что пора дать команду техникам и взять под контроль процесс причаливания, как включились носовые маневровые двигатели. Но корабль не остановился, а продолжал двигаться вбок. Кирк нахмурился и поднял руку, но в этот момент снова включились двигатели, и судно застыло на месте, почти касаясь концом крыла стены ангара прямо перед проходом на галерею. С негромким стуком и скрипом корабль коснулся пола своим шасси, которое слегка прогнулось, когда Скотти включил гравитацию.

Пока Кирк и его спутники спускались с галереи, один из люков корабля медленно открылся и оттуда выдвинулся трап. В темном проеме показался премьер-министр Колдрен, одетый в серый, немного похожий на военный, мундир. Он стоял и молча смотрел на трех приближающихся офицеров. Когда они подошли к трапу, Колдрен быстро спустился вниз, подчеркнуто не держась за поручни, как будто показывая, что легко перенес переход от невесомости к нормальной силе тяжести. Четверо сопровождавших его людей были гладко выбриты и одеты в похожую, но более светлую форму. Они медленнее адаптировались к искусственной гравитации звездолета и при спуске держались за поручни. А один из них, в руке которого был металлический чемоданчик с чем-то вроде старинного кодового замка, чуть не упал при первом же шаге.

– Добро пожаловать на борт "Энтерпрайза", господин премьер-министр, – сказал Кирк, чуть наклонив голову, что считалось обычной формой приветствия. Вместо поклона Колдрен шагнул вперед и протянул руку.

– Мы на корабле Федерации, – торжественно произнес он, – и будем соблюдать установленные здесь правила.

"По нашим правилам следовало бы воспользоваться транспортатором", – подумал Кирк, улыбаясь и пожимая протянутую руку. Рукопожатие премьер-министра оказалось крепким и энергичным. Остальные четверо тоже протянули руки, когда Колдрен, не называя имен, представил их как своих "помощников". Но их рукопожатия были неуверенными, даже неловкими.

– Это старший офицер Спок, – представил Кирк, когда помощники отступили за спину премьер-министра, – и начальник медицинской службы лейтенант Леонард Маккой.

Колдрен по очереди протянул им руку, а затем снова повернулся к Споку.

– Если я не ошибаюсь, вы вулканец?

– Совершенно верно, – подтвердил Спок.

– Это хорошо, – кивнул Колдрен. – Я знаю, что вулканцы славятся своей объективностью и способностью логически мыслить.

– Да, – сказал Кирк, не обращая внимания на недоуменное выражение лица Маккоя. – Вы хорошо информированы, господин премьер-министр.

– Мы приняли решение не присоединяться к федерации, но тем не менее тщательно изучили полученную от вас информацию. Я рад присутствию офицера Спока – логическое мышление и беспристрастность будут нам необходимы.

– Можете рассчитывать на мою помощь, – сказал Спок.

– Благодарю, – ответил Колдрен и повернулся к Кирку. – По моим сведениям, бортовой компьютер "Энтерпрайза" – кажется, он называется "Диотроникс" – способен считывать информацию с наших более простых устройств.

– По всей вероятности, да. "Диотроникс" – очень гибкая система.

Премьер-министр внимательно осмотрел ангар.

– Вероятно, компьютер управляет всеми системами вашего звездолета.

– Под контролем экипажа, – вступил в разговор Маккой.

– Конечно. Ведь компьютер, даже самый совершенный, – это всего лишь машина, за которой требуется постоянный контроль. Так обстоит дело с нашей техникой, и я беру на себя смелость утверждать, что и с вашей.

– Разумеется, – многозначительно произнес Маккой.

Спок недоуменно поднял бровь, а Кирк бросил на доктора быстрый взгляд.

– Отлично, – Колдрен указал на чемоданчик, который держал в руках один из его помощников. – У меня с собой есть видеозапись нескольких террористических актов, совершенных бунтовщиками. Я уверен, что компьютер подтвердит их подлинность.

– Мы в состоянии только определить, является ли это записью реальных событий, или изображение получено при помощи компьютера, – сказал Спок. – Что касается идентификации личностей, то здесь мы вынуждены будем полагаться на ваши слова, господин премьер-министр.

– Вы предполагаете... – раздраженно начал Колдрен.

– Я ничего не предполагаю, а только констатирую факт.

Премьер-министр взял себя в руки.

– Конечно. Примите мои извинения, мистер Спок. Боюсь, что общение с бунтовщиками – некоторые из них до недавнего времени были моими друзьями – сделало меня недоверчивым. Я только прошу выслушать меня и просмотреть видеозаписи.

Вздохнув, Колдрен оглянулся на свой корабль. Оттуда вышел еще один человек и неподвижно застыл прямо перед люком, который мягко закрылся за ним.

– Надеюсь, вы не будете возражать, капитан, если один из моих людей останется на посту, когда мы уйдем из ангара.

– Конечно нет, – сказал Кирк, стараясь скрыть недовольство, – но уверяю вас, в этом нет необходимости.

– Это может показаться странным, но я буду чувствовать себя спокойнее, если мой человек останется здесь.

– Как вам будет угодно. А теперь пойдемте и займемся делом.

"Если от этого будет толк, – скептически подумал Кирк, направляясь к лифту, – когда вы нам так не доверяете".

Через несколько минут они уселись вокруг стола в кают-компании, а Спок подключил принесенное Колдреном устройство к бортовому компьютеру. Пульт управления замигал разноцветными огоньками, когда компьютер начал анализировать кареллианский прибор и настраивать свои входные цепи для приема информации.

– Насколько я знаю, – начал Кирк, пока они ждали перед чистым экраном, – Ванкадия должна была получить независимость только через два года, к сотой годовщине со дня высадки карелланцев на эту планету.

Колдрен усмехнулся:

– Совершенно верно. Но они не захотели ждать – Десять лет назад, когда Звездный Флот впервые вступил с вами в контакт, у вас ведь не было конфликтов с колонией. Во всяком случае, наши представители ничего не заметили.

– Тогда проблем и не было.

– А сейчас они есть. Что произошло за это время, господин премьер-министр? Почему так быстро испортились отношения между вашими планетами?

Колдрен махнул рукой в сторону компьютера который обрабатывал полученную информацию:

– Там все есть: саботаж, убийства, террористические акты.

– Понимаю, – стоял на своем Кирк, – но все это не объясняет, как возник конфликт и из-за чего Ведь должна же быть какая-то причина, и пока мы ее не выясним, вряд ли сможем вам помочь.

Колдрен нахмурился и пожал плечами.

– Если вы обратитесь к "бунтовщикам", то, возможно, они смогут вам объяснить. Для меня это полная загадка. Как вы уже знаете, Ванкадия должна была получить самостоятельность через два года. Но три года назад колонисты неожиданно потребовал немедленной независимости. С заявлением выступил их лидер Делкондрос.

– Они как-нибудь объяснили свое.., нетерпение.

Колдрен снова пожал плечами:

– Я могу только предположить, что им надоело ждать. Или Делкондрос убедил их, что в этом нет нужды. Тогда он был лишь одним из двадцати членов Совета, но самым честолюбивым. А может быть, таким способом он хотел захватить власть. Как бы то ни было, через несколько недель после избрания Делкондроса президентом Совета началась шумная кампания за немедленное провозглашение независимости Ванкадии. Выдвигались оскорбительные обвинения против колониальной администрации. А потом президент перешел к открытому сопротивлению, хотя некоторые более здравомыслящие члены Совета отказались поддержать его. Мы не смогли, урезонить бунтовщиков и были вынуждены объявить вне закона Делкондроса и его сторонников. Тогда они перешли на нелегальное положение и прибегли к тактике террора.

Колдрен прервал рассказ и с нетерпением посмотрел в сторону компьютера.

– Информация обрабатывается, – сообщил Спок. – Похоже, что записи подлинные.

Премьер-министр возмутился:

– Конечно, подлинные! Мы не настолько глупы, чтобы пытаться обмануть компьютер Звездного Флота. Вы готовы показать видеозаписи?

Спок повернул монитор к сидящим за столом. На экране появился стоп-кадр: маленькая комната с заваленным бумагами письменным столом, двумя деревянными стульями. И несколькими старомодными шкафами. Камера, по-видимому, была вмонтирована в стену прямо под потолком. За столом спиной к широкому окну сидел седой мужчина, одетый в темный китель и брюки. Перед ним, наклонившись и положив руки на стол, стоял молодой человек в светлой форме. Они изучали какие-то документы, лежавшие поверх горы других бумаг. Первые несколько секунд изображение оставалось тусклым и размытым, но затем понемногу стало четче.

– Что-нибудь не так? – раздраженно спросил Колдрен. – Почему картинка неподвижна?

– Идет обработка данных, – объяснил Кирк. – Компьютер останавливает первый кадр и добивается наилучшего качества изображения. Как только... – В это время появился звук, и фигуры на экране, монитора пришли в движение.

Колдрен махнул рукой, попросив уменьшить громкость.

– Это первое записанное на пленку преступление. Было совершено несколько террористических актов, прежде чем мы установили видеокамеры в каждом административном здании. Мужчина за столом – глава колониальной администрации северозападного района. Рядом его помощник. Он уроженец колонии, но и его считают врагом за сотрудничество с нами. А может быть, он просто случайная жертва.

Премьер-министр отвел глаза и сглотнул.

– Я уже много раз видел эту запись, капитан Кирк. Компьютер улучшил ее качество, и это будет выглядеть еще ужаснее.

На экране двое мужчин продолжали свой беззвучный разговор. Вдруг окно позади стола разлетелось вдребезги, и осколки стекла усыпали всю комнату. Лицо сидевшего за столом человека исказилось от боли. Какой-то сверток, размерами и формой напоминавший кирпич, упал на пол за его спиной. Собеседники быстро обернулись, а затем, не успев даже рассмотреть влетевший в окно предмет, бросились прочь.

Но спастись было уже невозможно. Молодой человек, стоявший перед столом, успел повернуться и сделать один шаг к двери, а сидевший мужчина быстро вскочил, опрокинув стул, и попытался вскочить на стол.

В этот момент произошел взрыв.

Было видно, как тело прыгнувшего человека подбросило вверх и перевернуло в воздухе, а потом какой-то предмет – возможно, обломок стула – разбил объектив камеры. Через несколько секунд появилось новое изображение. Съемка велась из коридора. Спасатели извлекали тела из-под обломков стола и частично обвалившихся стен и потолка.

– Видите, – сказал Колдрен, вновь переводя взгляд на экран. – Это типичный террористический акт. Они не посылали предупреждения, если не считать, что предыдущие убийства служат предупреждением о следующих. У этих двоих – оба являлись моими друзьями – не было ни малейшего шанса спастись. Их просто хладнокровно убили.

– Все ваши видеозаписи содержат аналогичную информацию? – спросил Кирк.

– Да, это свидетельства жестокости бунтовщиков.

– И это все?

– Если вы сомневаетесь в подлинности...

– У нас нет сомнений в подлинности самих событий, но, как уже отметил мистер Спок, мы не можем идентифицировать личности убийц и их жертв. Демонстрация этих преступлений, какими варварскими бы они ни были, ничего не объясняет. Нам необходимо...

– Но это показывает, с какими людьми мы имеем дело! Вы сами видите.

Кирк подавил вздох, в котором сочувствие смешивалось с раздражением.

– Господин премьер-министр, мы находимся здесь по приглашению вашего правительства, чтобы попытаться установить мир между вами и восставшими колонистами. Первым шагом к достижению этой цели было бы установление скрытых причин конфликта.

– Но мы полагали, что если ознакомить вас с фактами...

– То Федерация станет на вашу сторону? – Колдрен прищурился, отодвинулся от Кирка и с шумом втянул в себя воздух.

– Не собираетесь же вы помогать террористам и убийцам?

– Мистер Колдрен, – капитан жестом попытался успокоить премьер министра. – Пожалуйста, поймите, что мы здесь не для того, чтобы становиться на чью-либо сторону. Инструкции категорически запрещают нам это. Мы прилетели, чтобы выяснить действительное положение дел и использовать полученную информацию для прекращения конфликта.

– Но, капитан Кирк...

– Капитан, – прозвучал по интеркому голос Ухуры, – мы приняли сообщение с Ванкадии.

Кирк взглянул на Колдрена, явно недовольного тем, что его прервали.

– Включите трансляцию, лейтенант.

– Слушаюсь, сэр. – Через мгновение зазвучал гневный мужской голос:

– ..грязной лжи Колдрена, – услышали все окончание фразы.

– Я не лгу! – взорвался премьер-министр. Его возглас заглушил следующие несколько слов, и Кирк взмахом руки заставил его замолчать.

– ..пока еще не поздно! – закончил мужчина и умолк.

– Мы сделали запись, сэр, – быстро сказала Ухура. – Включаю с самого начала.

– Вы не должны слушать Колдрена, – без предисловия начал голос. – Все, что он говорит о так называемом терроризме, – ложь. Я представляю колонистов, и прежде, чем предпринять какие-либо действия, вы обязаны встретиться с нами. Вы должны прилететь на Ванкадию и увидеть все своими глазами. Не верьте грязной лжи Колдрена! Выслушайте нас, пока еще не поздно!

– Вы определили источник радиосигнала, лейтенант? – спросил Кирк.

– Лейтенант Причард ведет поиск, капитан.

– Лейтенант Причард? – обратился Кирк к молодому офицеру, работавшему за компьютером в отсутствие Спока.

– Да, сэр, я засек его. Сообщение поступило с борта небольшого космического корабля, стартовавшего с Ванкадии несколько минут назад. Его двигатели еще включены, и он скоро выйдет на орбиту вокруг планеты.

– Лейтенант Ухура, попробуйте восстановить связь.

– Уже пытаюсь, сэр, но это обычная радиопередача, а не подпространственное сообщение. На таком расстоянии нам придется ждать ответа не менее трех минут.

– Вас понял, лейтенант. Продолжайте попытки, мы попробуем подойти ближе. – Кирк повернулся к Колдрену.

– Если хотите, мы подождем, пока вы вернетесь к себе на корабль.

– Что? – воскликнул Колдрен. – Неужели, капитан, вы собираетесь встретиться с этими варварами?

Кирк решительно кивнул.

– Мы действительно направляемся к Ванкадии. Если вы пожелаете остаться на борту – пожалуйста. Если нет...

– Конечно, я останусь! Могу себе представить, какую новую ложь они там состряпали.

– Отлично, премьер-министр.

Кирк встал и сообщил по интеркому:

– Мы возвращаемся на мостик. Лейтенант Зулу, держите курс на Ванкадию.

– Но у нас есть еще записи, – возмущенно начал Колдрен, указывая жестом на чистый экран компьютера.

– Посмотрим их позже...

– Как хотите, капитан, но...

– Командир! – прервал их голос лейтенанта Причарда. – Корабль, передавший это сообщение, взорвался.

Глава 2

Кирк бросил быстрый взгляд на непроницаемые лица Колдрена и его свиты.

– Подробности, мистер Причард.

– На орбите вокруг Ванкадии уже было несколько больших кораблей, два из которых почти одновременно открыли огонь по стартовавшему с поверхности планеты судну, как только оно вышло за пределы атмосферы.

– Что с экипажем?

– На таком расстоянии наши сенсоры не смогли определить, были ли на борту живые существа и сколько. Но, судя по размерам корабля, там не могло быть более двух человек.

– Отлично. Мистер Зулу, включайте двигатели на полную мощность.

– Слушаюсь, сэр.

Кирк выключил интерком.

– Джентльмены, можете пройти вместе со мной в рубку управления.

Он направился к ближайшему турболифту, за ним последовали Колдрен и его спутники, а замыкали шествие Спок и Маккой.

– Что вы думаете о случившемся, господин премьер-министр? – спросил капитан, когда дверь лифта бесшумно закрылась за ними. – Кажется, вы совсем не удивлены.

– Здесь нечему удивляться. Просто один из наших патрульных кораблей выполнил свою задачу.

– Патрульных кораблей?

– Мы осуществляем постоянное наблюдение за Ванкадией с тех пор, как они попытались перенести свою террористическую деятельность на Кареллу.

– Уничтожение безоружного корабля нельзя назвать наблюдением, господин премьер-министр, – заметил Спок.

Прежде чем Колдрен успел ответить, двери турболифта открылись, и все спустились в рубку. Изображение Ванкадии занимало почти весь носовой экран.

– Уменьшаю мощность двигателей на четверть, – доложил Зулу, – выходим на стандартную орбиту вокруг планеты.

Глаза Колдрена широко раскрылись:

– Мы так быстро достигли Ванкадии?

– Для звездолета межпланетные расстояния невелики.

– Мистер Причард, кто-нибудь уцелел?

– Нет, сэр, – Причард поднял голову, – увидел подошедшего Спока и, закончив рапорт, уступил место за пультом компьютера. – Похоже, что там никого и не было. Анализ массы обломков показал, что сбитый корабль меньше, чем мы предполагали. Скорее всего – это автоматический беспилотный аппарат.

– Если бы судном управлял человек, – вступила в разговор Ухура, – то, получив наш ответ, он успел бы передать подтверждение. Но с корабля повторялось одно и то же сообщение.

– Вы уверены, что времени было достаточно, лейтенант?

– Да, сэр. Его сбили примерно через минуту после того, как до него дошел наш сигнал.

"Что ничего не доказывает, – мрачно подумал Кирк. – Атакованный патрульными кораблями единственный пилот мог быть занят совсем другим".

Командир повернулся к экрану и принялся рассматривать карелланский корабль. Судя по его громадным размерам и угловатой форме, он не был предназначен для полетов в атмосфере Лазерные пушки усеивали его прямоугольную носовую часть подобно россыпи веснушек.

– Какой внушительный корабль, господин премьер-министр, – заключил капитан, – нужно ли нам включать защитный силовой экран?

Колдрен недоуменно пожал плечами.

– Я бы не хотел, чтобы эти сведения стали известны на Ванкадии, – сказал он, подходя к Кирку, – но все лазерные пушки, за исключением трех, не настоящие, а сам корабль почти пустой внутри. Мы считаем, что чем страшнее выглядит оружие, тем меньше вероятность его применения.

– Но это оружие применяется. Мы только что видели результат. Лазеры такой мощности – даже если их три, а не двадцать три – способны уничтожить незащищенный корабль. Я спрашиваю вас, должны ли мы включить защитный экран?

– Вам нет нужды защищаться от нас, – возмущенно ответил Колдрен.

– А от бунтовщиков? Вы это имеете в виду?

– Они вряд ли осмелятся что-то предпринять.

– А что пытался предпринять корабль, который вы только что сбили? – вмешался Маккой.

– Джентльмены, попытайтесь понять ситуацию, с которой мы столкнулись, – убежденно начал Колдрен. – Если бы мы позволили им беспрепятственно выйти в космос...

– Капитан, – раздался голос Ухуры, – мы принимаем сигнал с Ванкадии. Только звук – изображение отсутствует.

– Лейтенант, включите трансляцию к нам и в инженерный отсек. Мистер Скотт, вы там?

– Да, капитан, – ответил Скотт по интеркому.

Через мгновение рубку заполнил уже знакомый взволнованный мужской голос.

– Вызываем корабль Федерации, – это была прямая передача, а не записанное на пленку сообщение. – Вы слышите меня?

– Вас слышу. Я капитан Джеймс Кирк, командир крейсера "Энтерпрайз". Назовите себя.

В динамиках послышался шум других голосов, а затем тот же мужчина спокойно произнес:

– Я Делкондрос, президент Независимого Совета Ванкадии. Бессмысленная и ничем не спровоцированная акция, свидетелем которой вы стали, продемонстрировала истинное лицо карелланцев.

– Вы знали, что корабль будет сбит, – разгневанно прервал его Колдрен. – Вы для этого и запустили его.

– Колдрен? – официальные нотки исчезли из голоса Делкондроса и сменились холодной яростью. – Какую ложь ты выдумал, чтобы попасть на борт корабля Федерации?

– Спросите его, – потребовал Колдрен, – зачем они запускали корабль, заведомо зная, что он будет сбит.

– А спросите его, – парировал Делкондрос, – почему его сбили. Предупреждения не было, это была внезапная, ничем не спровоцированная атака. Ваши роботы-убийцы не знали, был ли на борту экипаж. Они никогда не знают! Вас это не волнует!

– А кто напал первым? – Колдрен уже кричал. – Кто был готов уничтожить тысячи человек, если бы его не остановили? Не сваливайте на Кареллу последствия вашего безумия, Делкондрос!

– Джентльмены, – резко оборвал их Кирк, – мы здесь для того, чтобы попытаться помирить вас, а не судить.

– Но вы видели, что они сделали с кораблем! – запротестовал голос.

– Да, – ответил Кирк. – Но мы также располагаем видеозаписями ваших, по утверждению премьер-министра, преступлений.

– Ложь! Все это ложь! Если Хотите узнать правду, вы должны прибыть на Ванкадию. У нас есть неопровержимые улики – тела убитых членов Совета! Ваши медицинские приборы смогут определить наличие яда в их телах.

– Не слушайте его, – закричал Колдрен. – Даже если яд действительно обнаружен, то это дело их рук, а не наших! Спросите, как он стал президентом и почему его соперник внезапно умер за неделю до выборов!

– Он "умер" потому, что вы считали меня более управляемым. Но вы ошиблись И как только поняли свою ошибку, то приказали марионеткам из колониальной администрации убить меня, а когда это не удалось, попытались уничтожить все правительство!

– Вы сами их убили, а вину пытаетесь свалить на руководство Кареллы!

– Пожалуйста, джентльмены, – перебил Кирк раздраженным тоном, отчаявшись извлечь хоть какую-нибудь информацию из их спора. – Взаимные обвинения нам не помогут. Если у вас есть что-либо, кроме перечня зверств, приписываемых противной стороне...

– Отлично, капитан Кирк, – грубо прервал его Делкондрос. – Если вы не верите мне, пришлите кого-нибудь на Ванкадию. Мы представим доказательства. Пошлите врача. Пусть он обследует оставшихся в живых и скажет, кто из нас прав. Возможно, он даже обнаружит источник отравы и найдет противоядие, которое Колдрен скрывает от нас!

Кирк вопросительно посмотрел на Маккоя.

– Боунз?

– Какие могут быть вопросы, Джим! – отозвался доктор, направляясь к турболифту. – Я только возьму трикодер и медицинские инструменты.

– Президент Делкондрос, мы транспортируем на Ванкадию нашего врача, который.., исследует ваши доказательства. Он попытается найти противоядие или определить возможность его синтезирования. Вы удовлетворены?

– Мы требуем беспристрастного расследования, которое откроет правду и спасет жизни людей.

– А как насчет вулканца? – вставил Колдрен. – Спросите Делкондроса, согласен ли он принять наблюдателя, который будет руководствоваться только логикой, а не эмоциями.

– У вас на борту есть вулканец? – голос президента был приглушен шумом закрывающихся за Маккоем дверей турболифта.

– Мой старший офицер Спок наполовину вулканец, – объяснил Кирк.

– Конечно, мы будем рады принять его. У нас нет причин бояться логики и беспристрастности. Напротив, они сейчас крайне необходимы.

Колдрен нахмурился, но промолчал.

– Мистер Спок! – Кирк повернулся к компьютеру. – Не хотите ли присоединиться к нам с доктором?

– Разумеется, командир.

– Капитан, – запротестовал премьер-министр. – Вы действительно собираетесь на Ванкадию?

Кирк с трудом скрывал свое недовольство.

– Думаю, что я должен сам оценить ситуацию. У вас есть возражения?

– Он, конечно, беспокоится о вашей безопасности, капитан, – раздался полный сарказма голос Делкондроса. – Но, по правде говоря, я тоже предпочитаю, чтобы вы остались на борту "Энтерпрайза" и присмотрели за премьер-министром. Я бы не слишком доверял ему.

– Как хотите, джентльмены, – в голосе Кирка тоже послышались саркастические нотки. – Признайтесь, что это, в сущности, первый с начала разговора случай, когда вы согласились друг с другом. Президент Делкондрос, я соединю вас непосредственно с транспортационным отсеком. Сообщите дежурному офицеру свои координаты.

Кирк кивнул Ухуре, которая щелкнула переключателем на пульте управления.

– А теперь, господин премьер-министр...

– Капитан Кирк, – прервал его Колдрен. – Я категорически возражаю против транспортации ваших людей на Ванкадию.

Нахмурившись, Кирк снова повернулся к карелланцу:

– А почему? Только что вы хотели – даже настаивали, – чтобы туда направился мистер Спок.

– Я ни на секунду не сомневался, что Делкондрос откажется. Если он согласился, значит, это ловушка. Вы еще не сталкивались с этими людьми, капитан, и не знаете, на что они способны. Прошу вас сначала посмотреть все наши видеозаписи, прежде чем отдавать своих людей в руки Делкондроса.

Кирк, покачал головой:

– Они должны понимать бессмысленность любых враждебных акций.

– Их поступки абсолютно иррациональны, – не унимался Колдрен.

Кирк поймал взгляд Спока и прочел в нем отражение своих мыслей:

"Кажется, они друг друга стоят."

Он чуть не рассмеялся, хотя ситуация казалась безнадежной.

– Мистер Колдрен, – начал капитан, но его прервал голос компьютера.

– Тревога, – как всегда бесстрастно сообщил он. – В главном компьютерном зале на восьмой палубе обнаружен неизвестный.

Глава 3

Поворачиваясь к экрану, Кирк бросил взгляд на спутников Колдрена. Все были на месте.

– Заблокировать двери в главный зал, – распорядился капитан и нажал кнопку в ручке кресла. – Служба безопасности, вышлите команду на восьмую палубу. Несанкционированный доступ.

– Служба безопасности. Вас поняли, сэр. – Тут же раздалось приятное контральто лейтенанта Шанти. В ее голосе слышался легкий акцент.

– Мистер Спок, дайте изображение компьютерного зала.

– Пытаюсь, – не поднимая головы отозвался Спок. – Управляющие сигналы не проходят.

– Идентифицировать чужака, – приказал Кирк компьютеру.

– Неизвестный гуманоид, – произнес компьютер и замолчал.

– Компьютер? Машина не отвечала.

Кирк бросил взгляд на Спока, склонившегося над пультом управления.

– Двери заблокированы?

– Показания приборов противоречивы, капитан. – Кирк быстро пересек рубку и оказался рядом со Споком.

– Выключите автоматику, мистер Спок! – Вулканец покачал головой.

– Это невозможно. Ни один из управляющих сигналов... – Спок замолчал. На экране появилось изображение компьютерного зала. Он был пуст. Закрытые створки дверей бесшумно распахнулись.

– Неисправность контрольных цепей, – монотонно произнес компьютер, – обнаружена и устранена.

– Неисправность контрольных цепей? – переспросил Кирк и повернулся к Споку. – Похоже, компьютер считает, что тревога явилась результатом неисправности.

– Подтверждаю, – сообщил компьютер.

– И в компьютерном зале никого не было?

– Подтверждаю. – Кирк нахмурился.

– Лейтенант Шанти, доложите обстановку.

– Вышли из турболифта на восьмой палубе. Направляемся к главному компьютерному залу.

– Возможно, тревога была ложной, но все равно будьте осторожны, лейтенант. Докладывайте обо всем, что покажется вам необычным.

– Слушаюсь, сэр.

– Мистер Спок, вы можете определить причину неисправности?

– Нет, капитан. Записи указывают на несоответствие показаний различных групп датчиков внутри помещения. Попытки компьютера разрешить конфликт привели к временной блокировке контрольных цепей и частичному удалению из памяти показаний датчиков.

Кирк подумал, что доктор Маккой назвал бы это нервным расстройством.

– Какова причина, мистер Спок?

– Неизвестно, капитан. Необходимо запустить программу диагностики, но поскольку произошла частичная потеря данных, вероятность определения конкретной причины неисправности составляет не более десяти процентов. Я разработал специальную программу, позволяющую повысить этот процент, но она еще не проверена...

Кирк кивнул и отвернулся к экрану.

– Используйте все ваши возможности, мистер Спок.

– Конечно, командир.

– Капитан, – раздался голос лейтенанта Шанти. – Компьютерный зал пуст, но один из моих людей слышал шум работающего турболифта.

– Показать кабину турболифта, – скомандовал Кирк компьютеру.

Экран на мгновение моргнул, и вместо компьютерного зала на нем появилось изображение пустой кабины турболифта. Двери кабины закрывались, и все, находящиеся в рубке управления, на мгновение увидели ангар и стоящий там карелланский кораблъ.

– Показать ангар, – приказал Кирк. – Лейтенант Шанти, немедленно направляйтесь туда.

– Слушаюсь, сэр.

На экране появилось изображение ангара. Корабль Колдрена выглядел так же, как и через дверь турболифта. Массивный охранник неподвижно стоял на верхних ступеньках трапа. Его внимательный взгляд медленно скользил по пустому пространству ангара. В кабине управления никого не было, поскольку техники, присланные сюда Кирком, уже вернулись на свои места. Вдруг откуда-то раздался металлический скрежет, заглушенный шумом открывающихся дверей лифта. Показалась миниатюрная фигурка лейтенанта Шанти в сопровождении двух рослых сотрудников службы безопасности. Кирк знал, что ее внешность обманчива – она без труда справится С любым из своих подчиненных.

– Лейтенант Шанти, – начал он, но был прерван Колдреном, который с момента подачи сигнала тревоги не проронил ни слова.

– Что случилось, капитан Кирк? Зачем вы послали этих людей к моему кораблю?

– Лейтенант Шанти, – повторил командир, не обращая внимания на премьер-министра. – Из ангара был слышен металлический скрежет. Вы можете определить источник звука?

– Мы тоже его слышали, капитан, – ответила она, – когда открывались двери лифта. Похоже, он раздавался со стороны чужого корабля.

– Понятно, – Кирк вновь взглянул на Колдрена и повернулся к компьютеру.

– Мистер. Спок, проверьте ангар на наличие живых: существ.

Вулканец склонился над пультом управления.

– Там только сотрудники службы безопасности и охранник.

Кирк несколько минут молча рассматривал изображение ангара.

– Лейтенант Шанти, – наконец произнес он, – возвращайтесь в главный компьютерный зал. Внимательно все осмотрите и попытайтесь определить, действительно ли имела место неисправность.

– Да, сэр, – подтвердила Шанти. – Поискать следы присутствия постороннего, вы это имеете в виду?

– Совершенно верно.

– Капитан Кирк, – внезапно заговорил Колдрен, – вы считаете, что в компьютерном зале на самом деле мог быть чужой?

– Я не должен выпускать из виду любую возможность.

– Из того зала он смог бы получить доступ ко всем компьютерам корабля?

– Конечно, а в чем дело?

– Та информация, которую мы принесли, и которая была загружена в компьютер кают-компании, – не до нее ли этот предполагаемый посетитель хотел добраться?

Кирк с трудом справился с желанием сказать премьер-министру, что чужак – если это был он – мог попасть на борт звездолета только на карелланском корабле.

– Если это действительно чужак, – спокойно начал объяснять капитан, – если он точно знал, что ищет, и если он специалист-компьютерщик высочайшей квалификации, то это теоретически возможно. Но во всем Звездном Флоте наберется не более двух-трех десятков таких специалистов.

– И ни одного на борту "Энтерпрайза"?

– Только один, и уверяю вас, в момент подачи сигнала тревоги он находился далеко от главного компьютерного зала.

– Откуда такая уверенность, капитан?

– Вы сами можете подтвердить, господин премьер-министр, что мистер Спок со времени вашего прибытия на крейсер постоянно находился рядом.

Колдрен взглянул на Спока и, казалось, расслабился.

– Конечно, капитан. Примите мои извинения. Боюсь, за последние несколько месяцев я сделался слишком подозрительным. Но предположение, что враги обладают знаниями и возможностями, позволившими им беспрепятственно проникнуть на корабль Федерации и уничтожить наши записи, ужаснуло меня. Еще раз прошу прощения. Возвращаясь к вопросу отправки ваших людей...

В этот момент открылись двери турболифта, оттуда вышел доктор Маккой и огляделся.

– Я вижу, вы с вулканцем еще здесь копаетесь. Вы что, передумали? Я отправляюсь один?

– В компьютерном зале была ложная тревога, – объяснил Кирк, – но неполадки уже устранены. Так, мистер Спок?

– Все параметры теперь в норме, капитан, но... – старший офицер наморщил лоб. – Я не в состоянии определить точную причину или хотя бы природу неисправности.

Доктор коротко рассмеялся.

– И это я слышу от тебя, Спок? Разве существует что-то, чего ты не можешь? Особенно в отношении компьютера. Извини, но я отказываюсь этому верить. Ты готов, или я отправлюсь один?

– Спок готов, Боунз, – сказал Кирк и сделал знак лейтенанту Причарду, чтобы тот занял место за пультом компьютера, – но я останусь на борту "Энтерпрайза" по просьбе нашего гостя и его противника с Ванкадии.

– Капитан, Кирк! – беспокойство, Колдрена усиливалось. – Я считаю своим долгом еще раз предупредить, что вы не должны верить этим людям – бунтовщикам и террористам. Лучше пригласите Делкондроса сюда.

– Ваше предостережение будет принято во внимание, – ответил Кирк. – Мистер Спок и доктор Маккой, если у вас есть какие-либо возражения...

– После того как тот корабль был сбит, нет, – бросил Маккой. – Так ты идешь, Спок?

– Иду, доктор, – отозвался вулканец, перебрасывая через плечо ремень своего трикодера и направляясь к турболифту, чтобы присоединиться к Маккою.

Когда двери закрылись за ними, Кирк повернулся к переговорному устройству.

– Лейтенант Ухура, вы можете связаться с Делкондросом?

– Да, сэр. – Ее пальцы быстро забегали по клавишам пульта. – Говорите, капитан.

– Президент Делкондрос, – сказал Кирк, – двое моих людей – начальник медицинской службы лейтенант Маккой и старший офицер Спок – готовы к транспортации.

– Я полностью удовлетворен, – отозвался Делкондрос, – уверен, что как только они познакомятся с нашими доказательствами...

– Уверен, что они внимательно все исследуют, – сказал капитан.

– Конечно, это все, о чем мы просим.

Колдрен недовольно поморщился, но промолчал.

Через минуту включилась связь с транспортационным отсеком. Кирк улыбнулся, услышав сердитый голос Маккоя, что-то объяснявшего Споку. Внезапно связь прервалась.

– Мы готовы, капитан, – отрапортовал дежурный по транспортационному отсеку.

– Начинайте, мистер Кайл, – скомандовал Кирк, откинувшись на спинку кресла. – Будьте готовы немедленно вернуть их назад при первых признаках опасности. Непрерывно поддерживайте с ними связь.

– Слушаюсь, сэр, – и после паузы:

– Включаю подачу энергии.

В рубке воцарилось молчание. Кирк снова взглянул на Колдрена, пытаясь понять выражение его лица. Страх? Гнев?

– Они внизу, сэр, – сообщил лейтенант Причард, – в точке с указанными координатами.

– Лейтенант Ухура, вы поддерживаете контакт с Делкондросом?

– Нет, сэр. Он прервал передачу, как только мистер Спок и доктор Маккой оказались внизу.

Кирк нахмурился.

– Восстановите связь.

– Слушаюсь, сэр, – ответила Ухура, нажимая на клавиши.

– Я предупреждал вас, капитан, – начал Колдрен, но Кирк жестом остановил его, повернувшись к Причарду.

– Лейтенант...

– Какое-то защитное поле, капитан. Наши сенсоры заблокированы.

– Радиосигналы тоже блокированы, – сказала Ухура с беспокойством.

– Транспортационный отсек, – крикнул Кирк, – немедленно верните их!

"Это невероятно! – пронеслось у него в голове. – По нашим данным, они только лет через пятьдесят смогут подойти к созданию защитных полей!"

– Пытаюсь, сэр, но их коммуникаторы не отвечают на запрос и...

– Это силовое поле. Будьте готовы, если оно внезапно исчезнет. Мистер Причард, проанализируйте возможность нейтрализовать или преодолеть защиту.

– Для нашего оружия это не препятствие. Похоже, что в основном блокируется прохождение электромагнитных волн в обычном пространстве. Поле окажет некоторое сопротивление материальным объектам, таким, как фотонная торпеда или луч фазера, но не сможет задержать их. Даже импульс небольшого фазера способен...

– А транспортатор?

– Если повысить мощность...

– Я бы не стал рисковать, – прервал Скотт, пересекая рубку управления и останавливаясь около Ухуры. – Только в крайнем случае. Это опасно.

– Понятно, мистер Скотт. Лейтенант Причард, вы сказали, что сенсоры тоже заблокированы. Это означает, что у поля есть подпространственная составляющая.

– Есть, но я бы назвал ее случайной, она больше похожа на побочный эффект самого поля.

– Тогда сенсоры не должны блокироваться.

– Не в полной мере, сэр. Это похоже на помехи. Многие детали не просматриваются, а остальное изображение сильно искажено.

– Откуда мне знать об этом? Я не ученый. Но я предупреждал вас о вероломстве Делкондроса. Я...

– Но не об этом поле. Оно новое?

– Я не знал о его существовании, если вы это имеете в виду. Насколько мне известно, они никогда раньше не использовали его. Но все это совсем не удивляет меня.

– Почему? Они и раньше делали подобные вещи?

Колдрен утвердительно кивнул:

– Поэтому мы вынуждены держать планету под постоянным наблюдением. Их космические корабли, хотя и гораздо меньше моего, способны не только выходить на орбиту вокруг Ванкадии, но и совершать перелеты к Карелле – и возвращаться обратно. Энергетические установки...

– Капитан, – внезапно прервал его Причард, – интенсивность защитного поля быстро уменьшается!

Кирк бросился к экрану. Изображение Ванкадии дрожало. Затем искажения пропали, и поверхность планеты стала видна абсолютно отчетливо. В то же мгновение в рубке раздался голос Делкондроса. В его тоне слышалась угроза.

– Любая попытка транспортации ваших людей приведет к их немедленной гибели.

Глаза Кирка широко раскрылись от удивления. Подавив желание спросить президента, не сошел ли тот с ума, капитан махнул рукой Ухуре, чтобы она выключила передатчик "Энтерпрайза".

– Транспортационный отсек, – скомандовал Кирк, – включите автоматическое сопровождение их коммуникаторов. Источник питания активизировать только по моей команде.

– Захват целей выполнен, сэр. Ждем вашей команды.

– Лейтенант Причард, установите максимальную чувствительность сенсоров и исследуйте весь район.

– В непосредственной близости от коммуникаторов находятся одиннадцать гуманоидов. Идентифицировать их на таком расстоянии невозможно. Не обнаружено никакого мощного энергетического оружия.

– Капитан Кирк, – снова послышался голос Делкондроса. – Я знаю, что вы слышите меня. Вы хорошо меня поняли?

– Транспортационный отсек, будьте наготове, – скомандовал Кирк и подал знак Ухуре вновь включить передатчик.

– Я слышу вас, Делкондрос, – продолжал он, – но надеюсь что не совсем правильно вас понял; Вы хотите сказать, что мои люди взяты в заложники?

– По существу, да. Это единственный способ...

– Это самый быстрый способ, – перебил его Кирк, – убедиться в правоте Колдрена. Вы это понимаете?

– Возможно, это и так, капитан, но у нас нет выбора, особенно после того, как вы приняли Колдрена на борту своего корабля. Он сумасшедший! Вы должны верить мне!

– Мне было бы легче поверить вам, Делкондрос, если бы вы не захватили офицеров. Отпустите их, и мы сможем поговорить. Мы согласны, если хотите, транспортировать вас на борт "Энтерпрайза". Мы готовы выслушать все, что вы скажете, и рассмотреть все представленные доказательства. Именно для этого к вам прибыли мои люди. Отпустите их, и они займутся изучением ваших аргументов.

– Именно это я и собираюсь сделать, только в другой последовательности.

– Я хочу поговорить с ними, – твердо сказал Кирк.

– Извините, но это невозможно. У меня нет намерения причинить им вред, поверьте. Только если вы вынудите нас...

– Сумасшедший! – воскликнул Колдрен. – Я предупреждал вас, этот человек абсолютно невменяем.

– Служба безопасности! – приказал Кирк. – Будьте готовы по моей команде удалить премьер-министра и его людей из рубки управления.

Два офицера, стоявшие рядом с турболифтом, двинулись вперед.

– Я не сошел с ума, капитан, – закричал Делкондрос, – а просто доведен до отчаяния. Я не могу вести себя иначе, когда этот негодяй находится на борту вашего корабля. Он лжет...

Вдруг из динамиков раздались звуки других голосов, кричавших одновременно и заглушавших друг друга.

– Что случилось? – крикнул Кирк.

Но не получил вразумительного ответа. Слышались громкие крики, шум падающих и разбивающихся предметов. Внезапно связь с коммуникаторами восстановилась, но те же звуки здесь были приглушены, как будто доносились из другого конца комнаты. Шум то усиливался, то ослабевал, как если бы антенна вращалась, настраиваясь на сигнал. Вдруг раздался скрежет, неслышный в обычном канале связи, а затем голос Спока. Он был не громче шепота, но вулканец отчетливо выговаривал слова и полностью владел собой.

– Транспортационный отсек, немедленно верните нас.

– Начинайте транспортацию, – приказал Кирк и повернулся к компьютеру. – Лейтенант Причард, отслеживайте ситуацию сенсорами.

– Слушаюсь, сэр. Включается питание...

Шум голосов, слышный по обычному каналу связи, перекрыл шипящий звук выстрела из лучевого оружия. Тот же звук через коммуникаторы передался еще громче, но затем все смолкло.

– Лазерное оружие! – крикнул Причард прерывающимся голосом. – Оба человека... Сенсоры больше не регистрируют их присутствия. Наверное, в них попали.

– Транспортируйте их прямо в лазарет. Готовьтесь принять раненых Маккоя и Спока. Характер повреждений неизвестен.

– Капитан, автоматическое сопровождение не работает, – сообщили из транспортационного отсека.

– Это коммуникаторы, – сказал Причард.. – Они выведены из строя взрывом, или что там это было.

– Расширьте зону захвата транспортатора, – приказал Кирк. – Верните их.

– Пытаемся, но что-то...

– Опять включилось защитное силовое поле, – объявил Причард.

– Увеличить мощность транспортатора!

– Бесполезно, капитан, – отозвались из транспортационного отсека. – При большой зоне захвата мы не можем сконцентрировать...

– Интенсивность силового поля возрастает! – сообщил Причард. – Мощности транспортатора недостаточно, чтобы преодолеть его, даже с работающими коммуникаторами. Пока мы не найдем способ нейтрализовать поле...

– Вы можете обнаружить источник антиматерии, необходимой для генерации такого поля? – спросил Кирк.

Причард быстро нажал на несколько кнопок и посмотрел на показания приборов.

– Нет, сэр. Подпространственная компонента поля значительно усилилась. Похоже, что показания датчиков абсолютно ненадежны.

– Когда поле было выключено, ваши сенсоры что-нибудь обнаружили?

– Нет, капитан. Если источник энергии использует антиматерию, то у него должно быть собственное защитное поле.

Кирк бессильно уронил руки на подлокотники кресла.

– Ухура...

– Связь прервалась, когда вышли из строя коммуникаторы. Ничего нет ни в подпространстве, ни на обычных волнах.

Кирк надолго замолчал, повернувшись к экрану и рассматривая расплывчатый круг диаметром сотни километров, который указывал на защитное поле, накрывшее этот район. Оно было более интенсивным, а в некоторых местах помехи были такими сильными, что изображение казалось полупрозрачным. В горле у него пересохло, в желудке ощущалась пустота.

"Бесполезно, – подумал он, сжимая кулаки, – мы беспомощны, несмотря ни на что. Мы можем уничтожить планету, но не в состоянии спасти Боунза и Спока. Мы даже не можем вернуть их тела..."

Глава 4

– Ты веришь этому мошеннику? – проворчал Маккой, качая головой, когда двери турболифта закрылись, заслонив оставшегося в рубке Колдрена и его молчаливых спутников.

– Если ты, спрашиваешь, доктор, верю ли я, что утверждения Колдрена полностью правдивы, то нет. Но мы не имеем возможности проверить их истинность.

– И что из этого?

– Я считаю, что было бы нелогично игнорировать их.

– Для тебя, возможно. Но меня больше бы беспокоила перспектива отправиться на его планету, особенно вместе с ним. Премьер внушает мне гораздо меньше доверия, чем так называемые террористы.

– Не могу не согласиться, доктор. Объективности премьер-министра Колдрена сильно мешают эмоции. Как бы то ни было, нельзя не принимать во внимание его предупреждения. Как ты сам часто говоришь, наличие эмоций не обязательно сводит на нет...

– Если ты так волнуешься, Спок, тебе вовсе не обязательно отправляться со мной, Я сам справлюсь!

– Я не волнуюсь, доктор, а просто не отбрасываю сразу утверждения Колдрена и советовал бы тебе быть объективным в этом вопросе.

– Куда мне до "объективной" логики вулканца, – пробормотал Маккой. Двери лифта открылись, и они вышли в коридор, ведущий к транспортационному отсеку.

– Но он старается запутать нас. Ты сам мог убедиться в этом, Спок. Мы оба видели, что его "наблюдатели" сделали с кораблем, пытавшимся прорваться к нам. Даже если Делкондрос послал его, заранее зная, что тот будет сбит, они ведь действительно его уничтожили, и Делкондрос оказался прав. Тот, кто стрелял, не мог знать, не имея сенсоров, были ли люди на борту атакованного корабля.

– Конечно, доктор, – подтвердил Спок, входя в транспортационный отсек, – но доказательства премьер-министра относительно действий колонистов... – Мы вынуждены принимать на веру его слова. Ты сам говорил, что у нас нет возможности идентифицировать личности тех людей. Кто знает, а вдруг преступления, которые он нам демонстрировал, – дело рук его людей, а не наоборот?

– Неизвестно, доктор. Когда существуют две взаимоисключающие возможности, логика подсказывает, что для окончательных выводов необходимы доказательства.

– К черту логику, Спок! – Маккой остановился у края платформы транспортатора и хмуро посмотрел на вулканца, который уже занял место в центре одного из кругов. – Достаточно просто иметь хоть каплю здравого смысла, чтобы видеть этого Колдрена насквозь. Разве ты не заметил, что у него совершенно не правильные представления о Федерации? Премьер-министр считает нас такими же агрессивными, как и он сам, и хочет, чтобы мы поступали с колонистами так же, как, по его утверждению, они поступают с ним. Он не позволит, чтобы такая незначительная вещь, как правда, стояла на его пути.

– Не могу не согласиться с сутью твоих рассуждений, доктор, – спокойно произнес Спок.

– У тебя оригинальная манера соглашаться с людьми! Если...

Маккой замолчал, услышав, как кто-то осторожно кашлянул за его спиной. Это был Кайл, командир службы транспортации.

– Готовы, джентльмены?

Маккой еще раз недовольно взглянул на Спока, поднялся на платформу, стал в центр соседнего крут га и кивнул Кайлу.

– Мы готовы, капитан.

– Начинайте, мистер Кайл, – отдал команду капитан. – Будьте готовы вернуть их назад при первых признаках опасности. Непрерывно поддерживайте с ними связь.

– Слушаюсь, сэр, – ответил Кайл.

Маккой посмотрел на Спока, тряхнул головой и вздохнул. Вулканец не отрываясь смотрел на свой трикодер, готовый прочитать показания прибора сразу же после материализации на поверхности планеты.

– Обычная предосторожность, Спок? – спросил Маккой. Его слова утонули в знакомом жужжании силового поля транспортатора, и доктор сосредоточился на своих ощущениях.

"По правде говоря, – подумал Маккой, чувствуя внутреннюю дрожь, – перемещение в пространстве при помощи этой проклятой машины беспокоит меня больше, чем возможные опасности, исходящие от колонистов и даже от Колдрена".

Это единственное, в чем он был согласен с премьер-министром. Он никогда не привыкнет к транспортатору, сколько бы раз ни пользовался им. Сама мысль о том, что на несколько секунд он перестанет существовать, а будет лишь пучком энергии, вызывала в нем чувство беспомощности. А он ненавидел беспомощность, особенно по отношению к машине.

Маккой заскрежетал зубами, когда силовое поле транспортатора окутало его, а изображение комнаты медленно растаяло.

Когда после материализации к нему снова вернулась способность двигаться, доктор расслабил напряженные мускулы лица и облегченно вздохнул. Он стоял рядом со Споком на голом бетонном полу большого помещения, приспособленного под конференцзал, с двумя столами посредине. Стулья, среди которых не было двух одинаковых, казалось, были позаимствованы из залов ожидания и кинотеатров.

Около десятка человек стояли позади стола в дальнем левом углу комнаты, как бы стараясь держаться подальше от того места, где материализовались Спок и Маккой. За спинами людей в гладкой бетонной стене виднелась массивная металлическая дверь, вся покрытая ржавчиной, за исключением петель. Прямо перед Споком и Маккоем находилась полуоткрытая, сдвигающаяся в сторону стальная дверь, а позади, примерно вдвое ближе, еще одна закрытая деревянная дверь с облупившейся краской.

На минуту в комнате воцарилось молчание. Краем глаза Маккой заметил, что Спок оторвал взгляд от трикодера и быстро посмотрел на все двери.

– Я Делкондрос, – сказал высокий, мускулистый человек и, обогнув дальний край стола, двинулся к прибывшим. У него была широкая темная борода, скрывавшая нижнюю часть лица, густые брови, нависавшие на глаза, и лысый череп. Все мужчины были одеты в темные китель и брюки, а у Делкондроса и другого, почти такого же высокого человека за поясом виднелось что-то, напоминавшее устаревшее лучевое оружие.

– Все эти люди являются членами Независимого Совета.

Маккой двинулся вперед для приветствия, но Спок протянул руку и удержал его.

– Отложим на некоторое время формальности, президент Делкондрос, – сказал вулканец, не обращая внимания на сердитый взгляд доктора. – Нам приказано поддерживать постоянную связь с "Энтерпрайзом".

– Вы могли бы подождать, пока... – начал Маккой, но Спок неожиданно резко прервал его.

– Я не советовал бы, доктор, обсуждать наши обязанности, – сказал Спок, взяв коммуникатор в руки. – Из того несчастного случая на Ньюреле ты должен был сделать вывод, что капитан не отдает распоряжений без веских на то оснований.

Маккой нахмурился.

– Ньюрел? О чем ты, черт возьми, говоришь, Спок?

– Спок вызывает Энтерпрайз, – проговорил вулканец в коммуникатор, не отвечая доктору.

– Ответа не будет, мистер Спок, – произнес Делкондрос, остановившись в нескольких шагах от офицеров. – Все каналы связи блокированы при помощи силового поля.

Он коснулся рукой оружия, но не вытащил его. То же самое сделал и второй вооруженный член Совета.

Уже не скрываясь, Спок посмотрел на свой трикодер и внимательно огляделся.

– Не делайте глупостей, – предупредил Делкондрос.

– Что вы делаете, – воскликнул Маккой, когда их руки потянулись к оружию. – Ведь мы пришли помочь вам!

– Так говорит ваш капитан, но...

– Но это правда!

– Возможно, – предположил Делкондрос, – но пока Колдрен находится на борту вашего корабля и может влиять на решения капитана, мы должны использовать все возможности. А теперь положите коммуникаторы на стол.

– Зачем? – запротестовал Маккой. – Кажется, вы сказали, что они все равно не будут работать.

– Нет, пока включено защитное поле, – ответил Делкондрос примирительно. – Но мощности наших источников энергии не хватит, чтобы поддерживать его достаточно долго. Пожалуйста джентльмены, вы теряете время. Коммуникаторы будут возвращены вам по окончании вашей миссии.

Маккой еще секунду продолжал смотреть на президента, затем покачал головой и раздраженно вздохнул. У Делкондроса неверные представления о капитане, но и Колдрен хорош. Премьер-министр был из тех людей, которые ни перед чем не остановятся. Конечно, у него ничего не получится ни с Кирком ни с любым другим капитаном Звездного Флота, но Делкондрос не мог об этом знать. И, очевидно, не верил никому на слово, и меньше всего им. Если он и Спок собираются хоть что-то здесь сделать, они просто должны выполнять бессмысленные требования президента.

– Давай, Спок, – сказал он, положив свой коммуникатор на стол. – Покончим с этими глупостями и займемся делом!

Спок еще мгновение колебался, а затем тоже положил свой коммуникатор. Доктор взглянул на Делкондроса.

– А теперь показывайте то, что вы собирались продемонстрировать нам.

Прежде чем президент успел ответить, к нему бросился один из членов Совета – маленький жилистый человек с начинающими седеть волосами и бородой.

– Это безумие! – воскликнул он. – Я не могу этого позволить. Своими действиями вы только ухудшаете положение Ванкадии!

Президент недовольно повернулся к говорящему.

– Мы уже обсуждали это сотни раз, Тилмарек. И мне показалось, что в конце концов вы согласились с моим мнением.

Тилмарек отрицательно покачал головой:

– Разве вы не видите, что делаете, Делкондрос? Вы лишаете нас последнего шанса! Эти люди хотят помочь нам, но если вы не прекратите это безумие, то настроите их против нас. Вы добьетесь, что Федерация откажется разговаривать с нами.

– Он прав, – вмешался Маккой, ободренный неожиданной поддержкой. – Послушайте, я знаю, что вы думаете о Колдрене, но наше похищение ничем не поможет, а только выставит вас в невыгодном свете.

– Именно это я говорил ему! – Тилмарек почти кричал повернувшись к Споку и Маккою. – С самого начала я уговаривал их верить вам. Это единственно верный путь. Нельзя шантажировать Федерацию.

Он замолчал, оглянувшись на неподвижных членов Совета.

– Разве вы не видите? Разве вы не слышали, что они сказали? Даже если они лгут, разве это заставит их изменить свое мнение? А когда они изучат наши материалы и мы отпустим их, как вы собираетесь дальше контролировать их действия? Или вы намерены вечно держать их в заложниках?

Маккой заметил, что во время речи Тилмарека двое членов Совета – молодой безбородый человек лет тридцати и высокий грузный пятидесятилетний мужчина – обошли вокруг стола и направились к двери.

Затем заговорил худой темноволосый человек.

– Тилмарек прав, – нервно произнес он, не глядя в глаза Делкондросу. – Эти люди прибыли сюда по своей собственной воле. Вы говорили нам, что это невозможно. Но вот они здесь и, мне кажется, заслуживают доверия.

– Кроме того, – сказал кто-то сзади, – как говорит Тилмарек, если они лгут, мы не сможем проверить их. Мы должны верить им на слово. У нас просто нет выбора. Это ведь не просто еще одна пара карелланских бандитов.

Делкондрос некоторое время хмуро рассматривал лица членов Совета.

– Тилмарек с вами тоже беседовал? Вы все так думаете?

Сначала все стояли молча и не двигались, а затем один за одним кивком выразили свое согласие. Кроме одного, который был, как и Делкондрос, вооружен. Он искоса взглянул на президента, но промолчал.

– Отлично, – наконец произнес Делкондрос. Если вы все так хотите, пускай. Но отвечать за последствия будете вы, а не я.

– Вы выключите поле, – спросил Спок, – и позволите нам связаться с "Энтерпрайзом"?

– Если вы этого хотите.

– Да.

– Отлично, – утвердительно кивнул Делкондрос. – Я выключу поле.

Он вытащил руку из кармана, извлек оттуда какой-то прибор размером с коммуникатор и нажал кнопку.

– Давно пора! – пробормотал Маккой, направляясь к столу с коммуникаторами, но прежде, чем он успел сделать шаг, дверь позади него и Спока резко распахнулась.

– Какого черта... – начал он, но договорить не успел. Спок без предупреждения бросился к нему, схватил за плечи и буквально нырнул вместе с ним на пол. У доктора перехватило дыхание, когда он увидел, что луч лазера с шипением вырвался из открытой двери и несколько раз прошелся по тому месту, где секунду назад стояли они со Споком. Один из выстрелов попал в плечо вооруженному члену Совета. Оружие, которое он успел вытащить, выскользнуло из его руки. Прежде чем он упал, еще один луч поразил его в грудь.

В комнате воцарился хаос, люди что-то кричали, не слушая друг друга. Некоторые последовали примеру Спока и бросились на пол, другие кинулись к двери, остальные застыли в шоке. Делкондрос, выхватив пистолет из кобуры, прыгнул в сторону, прочь от раненого. Он направил свое оружие на офицеров "Энтерпрайза", но прежде, чем смог выстрелить, в двери показался человек с лазерным пистолетом в руке. Делкондрос повернулся и выстрелил в вошедшего. Звук выстрела оглушительно прогремел в, закрытом помещении. Пуля – это было обычное оружие – сильно отбросила мужчину назад, оружие вылетело из его руки за дверь и со стуком упало на пол.

На минуту все застыли в молчании, даже те, кто бежал к противоположной двери. Спокоен был только Делкондрос, смотревший не на убитого человека, не на раненого члена Совета, а пристально наблюдавший за Споком и Маккоем.

Маккой вскочил на ноги.

– Выключите это проклятое поле! – крикнул он, бросаясь к раненому. – Мы должны немедленно транспортировать этого человека в лазарет! Иначе у него нет шансов выжить.

Доктор встал на колени перед лежащим человеком и стал датчиком своего медицинского трикодера исследовать раны.

– Все еще дышит, – пробормотал он, – но с трудом. Если он впадет в шоковое состояние, прежде чем мы сможем...

Маккой умолк, взглянув на прибор, и его брови от удивления поползли вверх. Показания были необычными даже для такого серьезного ранения. Частота сердечных сокращений, основные показатели метаболизма...

Внезапно он посмотрел на президента.

– Делкондрос, кто этот человек?

– Какая разница, доктор? – вмешался Спок, подходя к столу и подбирая коммуникаторы, и в то же время не спуская глаз с Делкондроса. – Сейчас важнее выключить поле.

– Огромная разница, Спок, – парировал Маккой. – Если мой прибор не сошел с ума, то это вовсе не человек! Это клингон!

– Не говорите глупостей, доктор, – с необычной силой произнес Спок. – Он просто...

– Да хватит вам! – перебил его Делкондрос. – Я понял. Вы обо всем догадались, Спок, не правда ли? Вам уже незачем это скрывать. Я видел, что вы анализировали показания своего трикодера с момента прибытия, и это позволило вам уклониться от выстрела.

Внезапно до Маккоя дошел смысл поведения Спока, его странные намеки на Ньюрел. Вулканец пытался предупредить его, а он был необыкновенно туп, и сейчас...

– Но это неважно, – сказал Делкондрос, притворно вздыхая. – Сейчас вы действительно знаете. Вы все знаете.

Он бросил быстрый взгляд на других членов Совета, одной рукой нажал на кнопку своего прибора, а другой поднял оружие и направил его на Спока. Вскочивший на ноги Маккой увидел, как палец Делкондроса нажимает на спусковой крючок. Но в это мгновение Тилмарек, стоявший в метре от президента, бросился вперед и ударил по запястью Делкондроса.

Пистолет выстрелил, и пуля, пройдя в нескольких дюймах от Спока, сделала выбоину в стене позади вулканца.

Не выпуская оружия, Делкондрос рукой толкнул Тилмарека в грудь. Сильный удар подбросил маленького человека вверх, и тот отлетел назад, хватая ртом воздух. Наполовину оглушенный, он налетел на Маккоя, и они повалились на пол, запутавшись руками и ногами.

Прежде чем Делкондрос снова смог прицелиться, Спок схватил его за руку и отвел дуло пистолета от своей груди. Прозвучали, два оглушительных выстрела. Пули попали в пол, и во все стороны брызнули осколки бетона. Внезапно Делкондрос свободной рукой обхватил шею Спока, так что его предплечье оказалось под подбородком вулканца, и сильно сдавил его горло.

"Господи, ведь он тоже клингон", – запоздало сообразил Маккой, выбираясь из-под обмякшего тела Тилмарека.

Ступни Спока не касались пола, что делало его практически беспомощным в железных объятиях Делкондроса. Маккой наконец вскочил на ноги и раскрыл свой медицинский чемоданчик. Заходя за спину Делкондроса, он вытащил инъектор и разыскал нужный препарат.

Бросившись вперед, Маккой прижал инъектор к мускулистой шее президента и включил его. Раздался шипящий звук. Делкондрос резко повернул голову в сторону Маккоя. От этого движения ноги Спока коснулись пола, и он, почувствовав опору, заставил президента пошатнуться. Клокочущий звук, напоминавший рычание, вырвался из горла Делкондроса, и он на мгновение застыл, дернув рукой вверх, так что голова Спока откинулась далеко назад. Затем руки его бессильно опустились, пистолет упал на пол, а вслед за ним и тело Делкондроса с глухим стуком рухнуло к ногам Маккоя.

– Спасибо, доктор, – поблагодарил Спок, повернулся и подбежал к двери, через которую вошел человек с лазерным пистолетом. Он захлопнул дверь, закрыл замок и вернулся к сбившимся в кучу членам Совета. Маккой поспешил к мужчине, в которого стрелял президент.

– Кто-нибудь может выключить поле, о котором говорил Делкондрос? – спросил Спок охрипшим голосом.

– Он никогда не говорил, нам, где находятся генераторы, – сказал один из присутствующих, и остальные подтвердили его слова. – Мы даже не знали о существовании поля.

– Тогда всем нам необходимо как можно быстрее уйти отсюда.

– Он мертв, – сказал Маккой, поднимаясь после того, как осмотрел лежавшее у дверей тело, – и это человек. Но я не могу бросить другого раненого, даже если он клингон.

– У нас нет выбора, доктор, – быстро сказал Спок. – Нужно спасать самих себя. Двое клингонов, на самом деле стрелявших из лазерного оружия и втолкнувших сюда этого человека, скоро вернутся. Делкондрос сам клингон, и это он вызвал их. Логично было бы предположить, что их следующим действием будет попытка уничтожить всех, находящихся в этом помещении, чтобы скрыть свое пребывание на планете.

Взяв свой коммуникатор, Маккой неохотно последовал за Споком к двери в противоположном углу комнаты.

– Не сюда! Идите за мной!

Тилмарек, еще не совсем оправившийся после удара Делкондроса, поднялся на ноги, указывая на запасный выход. Один из двух членов Совета, ранее отделившихся от остальных, возился с замком. Не отрывая взгляда от трикодера, Спок направил его на указанную дверь, которая в этот момент с громким скрипом открылась.

– Быстрее, доктор! У нас осталось несколько секунд.

Маккой пристегнул свой коммуникатор к ремню и побежал вслед за вулканцем.

– Если мы выпутаемся из этой переделки, Спок, может быть, кто-нибудь объяснит мне, что происходит?

Остальные члены Совета остановились в нерешительности. Тилмарек крикнул им:

– Послушайте меня! Вулканцы никогда не лгут! Вы все читали информацию о Федерации, которую предоставил нам капитан Мендес. Если мистер Спок говорит, что Делкондрос – клингон, то это правда. И если он говорит, что другие клингоны собираются убить нас, то это тоже правда! Хотите спастись, следуйте за мной!

И, как бы в подтверждение его слов, раздались глухие удары в запертую Споком дверь. Шипение лазера вывело из оцепенения и заставило двигаться даже самых скептически настроенных членов Совета. Но, несмотря на призывы Тилмарека, они все направились к другой двери в дальнем конце комнаты. Один из них подобрал оружие Делкондроса и бросил подозрительный, взгляд на Тилмарека.

– Нет! – воскликнул Тилмарек, но ему осталось только проводить гневным взглядом скрывшихся за дверью людей. Он резко повернулся и последовал за Споком, Маккоем и двумя своими товарищами. Пройдя в дверь, он попытался закрыть ее, но тщетно.

Тяжелая металлическая дверь начала поворачиваться на своих покрытых ржавчиной петлях, но зацепилась за неровный бетонный пол. Увидев это, Спок прикрепил свой коммуникатор к ремню, обхватил дверь и приподнял ее. Доносившиеся из зала звуки лазеров, разрезающих другую дверь, становились громче. Затем один из лучей прорвался внутрь комнаты и прожег борозду в полу рядом с неподвижно лежащим Делкондросом. Когда остатки разрезаемой двери с лязгом распахнулись, запасная дверь наконец захлопнулась и Тилмарек задвинул засов.

Они оказались в огромном, плохо освещенном складе, вдоль стен которого стояли разного размера ящики, образуя сеть темных коридоров. Тилмарек нырнул в один из проходов.

– Сюда, – позвал он, махнув им рукой и пустившись бежать. – Мы поговорим, когда будем в безопасности. Нужно выработать какой-нибудь план.

Остальные бросились за ним. Они бежали около минуты, пока Тилмарек не остановился около низкой деревянной платформы. Тилмарек вставил магнитную карточку в электронный замок маленькой двери, открыл ее и вышел наружу. Он быстро оглядел темную пустынную улицу и махнул рукой, указывая на противоположную сторону усеянной выбоинами дороги, где виднелись густые деревья.

Когда он закрывал за собой дверь, из глубины здания послышался слабый вопль, затем приглушенные звуки выстрелов и тихое, но узнаваемое шипение лазеров. Тилмарек вздрогнул и чуть не выронил магнитную карточку, которую собирался положить в карман. Когда он повернулся, чтобы бежать за остальными, лицо его было мрачным.

– Что показывает ваш прибор? – спросил он, когда они пересекали улицу. – Можно ли определить, кого из моих друзей убили?

Вбежав в парк, Спок остановился и посмотрел на трикодер, а затем поднял глаза на Тилмарека и Маккоя, тоже мрачно наблюдавшего за ним.

– Мне очень жаль, но единственные существа, регистрируемые в этом районе, – это клингоны.

Глава 5

"Я должен был быть с ними", – упрекал себя Кирк, не отводя взгляда от монитора, где на поверхности Ванкадии подрагивало расплывчатое пятно площадью десять тысяч квадратных километров.

"Мне не следовало идти на поводу у этих двух повздоривших маньяков. Если бы нас там было трое, а не двое..."

– Я предупреждал вас, – неприятный голос Колдрена разбил оцепенение, в котором пребывал Кирк. – Я говорил вам, что им нельзя верить! Вы наконец поняли, с кем имеете дело? Теперь вы будете слушать меня?

Кирк в гневе скрипнул зубами и повернулся к премьер-министру.

– Я вас слушал, но во всех ваших предупреждениях не было ни слова о существовании этого защитного поля!

Колдрен тряхнул головой. Казалось, он был рассержен не менее, чем Кирк.

– Как мы могли предупредить вас о том, чего сами не знали? Мы узнали о существовании поля одновременно с вами. Но ведь оно не очень сильное – я слышал, как лейтенант Причард сказал, что это не препятствие для вашего оружия.

– Господин Колдрен, – Кирк сделал глубокий вздох и продолжил уже более спокойным тоном, полностью контролируя себя:

– Мы здесь не для того, чтобы становиться на чью-либо сторону. И совсем не для того, чтобы убивать тысячи ни в чем не повинных людей, что несомненно произойдет, если мы вслепую применим оружие.

– Но ведь ваши люди погибли! И вы утверждаете, капитан, что так называемая Основополагающая Директива Федерации запрещает вам даже защищаться?

– Конечно, нет! Но обстрел беспомощного города фотонными торпедами нельзя назвать самозащитой. Это больше похоже на карательные акции клингонов.

– Это не карательная акция, а возмездие за смерть ваших людей. Делкондрос и ему подобные понимают только язык силы.

– Тогда мы должны научить их другому языку, – просто ответил Кирк.

– Капитан, капитан... – покачал головой Колдрен. – Думаю, я напрасно надеялся на немедленные и решительные действия с вашей стороны. И я не могу осуждать вас, поскольку видел отчет об экспедиции "Эльдорадо" и знаю, как ваше командование наказывает малейшее проявление самостоятельности и инициативы. Гейкен, Венцлер, Кармоди...

Кирк моргнул, удивленный словами премьер-министра. Если тот восхищался людьми, подобными Джеймсу Кармоди, то шансы на мирное разрешение конфликта между Кареллой и Ванкадией были невелики. Капитан вспоминал, что незадолго до заключения соглашения о нейтральной зоне Кармоди командовал "Чаффи" – небольшим разведывательным кораблем. Пожертвовав безопасностью своих подчиненных, он в спешке высадился на Деларе-7 – примитивном мире, находящемся всего в нескольких парсеках от зоны активности клингонов, – чтобы проверить оказавшуюся ложной информацию о присутствии на планете дилитиума. Его экипаж оказался в центре ожесточенного сражения между поддерживаемой клингонами группой и их противниками. Когда одного из членов команды ранило, то Кармоди – вопреки здравому смыслу и в нарушение Основополагающей Директивы – не вернулся немедленно на корабль, а выхватил свой лазер и открыл огонь. Он успел убить или ранить несколько десятков человек, прежде чем его удалось разоружить и транспортировать на борт корабля. Позже "Чаффи" вместе со всем экипажем пропал в глубинах космоса.

– Мне жаль, что вы так думаете, Колдрен, – сказал Кирк, – но это не меняет дела.

– Не меняет? Факты свидетельствуют, что Делкондрос только что убил двоих ваших людей, а вы ничего не собираетесь предпринимать!

– Нет, господин премьер-министр, – жестко ответил капитан. – Факты говорят о том, что мы не знаем, кто их убил!

– Но вы слышали Делкондроса! Он сказал, что взял их в заложники. Он даже угрожал сделать то, что сделал, – убить, как только вы попытаетесь вернуть их назад! Вы действительно...

– Все это может быть правдой, – прервал его Кирк, – но я слышал шум сражения. Что, если какая-то другая группа людей – может быть, это даже были ваши люди – напала на Делкондроса? Спок и Маккой могли просто оказаться на линии огня. Или, например, – добавил Кирк, глядя прямо в глаза Колдрену, – я не могу проверить, действительно ли Делкондрос захватил моих людей: откуда я знаю, может, это один из ваших агентов назвался Делкондросом! И все это не более чем гнусная ловушка, чтобы заставить меня стать на вашу сторону и начать военные действия против колонистов.

– Вы действительно верите в эти абсурдные предположения?

"Вполне возможно, если вашими героями являются люди типа Кармоди", – подумал Кирк, отрицательно качая головой.

– Пока нет, но чем настойчивее вы убеждаете меня применить силу против колонистов, тем более правдоподобной кажется эта мысль. Господин премьер-министр, пожалуйста, постарайтесь понять меня. Я не знаю, что вы думали, когда обращались к нам за помощью, но Федерация ни при каких обстоятельствах не имеет права поддерживать ни одну из враждующих сторон во внешних конфликтах. Мы не обвинители и не судьи, как бы вам этого ни хотелось. Мы только посредники, не более!

Внезапно Кирк повернулся к компьютеру.

– Мистер Причард, запустите программу постоянного наблюдения за этим полем и немедленно сообщите мне, а также в транспортационный и инженерный отсеки о малейших признаках его ослабления или просто изменения.

– Слушаюсь, капитан.

– А после запуска программы возобновите сканирование. Я хочу знать обо всех кораблях и источниках энергии в системе Кареллы.

– Вас понял, сэр.

– Лейтенант Ухура, свяжитесь со Звездным Флотом. Необходимо доложить не только о гибели людей, но и о существовании защитного поля.

Ухура принялась нажимать клавиши пульта управления, выполняя приказ, а Кирк откинулся в командирском кресле, стараясь собраться с мыслями.

* * *

Сообщение Спока о том, что там, где должны были находиться несколько членов Совета, обнаружены только клингоны, ошеломило его спутников. Лицо Тилмарека исказила гримаса гнева. Внезапно он повернулся и быстро бросился бежать внутрь густого парка. Остальные без размышлений последовали за ним. Во время бега Маккой снял с ремня свой коммуникатор. О присутствии клингонов необходимо было сообщить на "Энтерпрайз", даже если они сами не смогут туда вернуться. Теперь стало понятно, как могли так сильно испортиться отношения между Кареллой и Ванкадией всего за десять лет. Но неизвестно, почему клингоны здесь и какие цели преследуют. И если они со Споком не сумеют сообщить "Энтерпрайзу" и Федерации о клингонах, те имеют шансы добиться успеха. А этого нельзя допустить. В последний раз один из них, выдавая себя за человека, имел задание отравить груз квадротритикала, который они доставляли на охваченную голодом планету. Невозможно представить, сколько людей могло умереть, если бы их план удался.

– Маккой вызывает "Энтерпрайз", – прокричал доктор, на бегу включая коммуникатор. – Отзовитесь.

Бежавший впереди Спок обернулся.

– Вероятно, поле еще не выключено и оно закрывает гораздо большую площадь, чем здание, в котором мы находились. Мне кажется, нам нужно приложить все усилия, чтобы оказаться как можно дальше отсюда.

Маккой с досадой выключил, коммуникатор и пристегнул его к ремню, чуть не уронив при этом.

– Черт побери, Спок, я это и делаю. Я врач, а не бегун на длинные дистанции!

Они углубились в темную поросшую деревьями местность. Доктор начал выбиваться из сил.

– Куда мы направляемся? – крикнул он. – Далеко еще?

– Еще метров сто, – ответил Тилмарек, тяжело дыша. – И мы будем у места, где оставили свои машины.

Он горько усмехнулся.

– Мы принимали меры предосторожности на случай, если карелланцы обнаружат нас и нападут, но когда Делкондрос, – или как там его настоящее имя – задумал этот план с заложниками и я не смог отговорить его, мы втроем, – он посмотрел на своих бегущих рядом товарищей, – разработали свой собственный план. Эти двое должны были отвлечь Делкондроса пока я помогу вам скрыться. Я думал, что, покинув здание, мы выйдем за пределы действия защитного поля и вы сможете связаться со своим кораблем. Но, как оказалось, я ошибался.

– Похоже на то, – согласился Маккой, когда Тилмарек замолчал, с трудом переводя дыхание. Через несколько секунд он остановился у какого-то вечнозеленого кустарника. За ним была видна улица, очень похожая на улицу в жилом районе на Земле 21 века: на ней только отсутствовали тротуары и дома были округлой формы. Похожи были даже уличные фонари – круглые яркие колбы. Улица была пуста, несмотря на благоприятную погоду для вечерних прогулок, ясную и сухую. Мимо них почти беззвучно промчался одинокий темно-серый автомобиль на воздушной подушке, и, когда он скрылся из виду, Тилмарек показал им на просвет между кустами.

– Скоро наступит комендантский час, – сказал Тилмарек, немного отдышавшись, – но нет нужды рисковать.

– Но что мы будем делать? – почти жалобно спросил молодой человек. – Одно дело Делкондрос и карелланцы, а другое – клингоны.

– Вот адрес дома, – ответил Тилмарек, отдавая им записку. – Это еще одна предосторожность на случай бегства. Об этом доме никто не знает – ни Делкондрос, ни другие члены Совета. Там мы будем в безопасности, если, только у клингонов нет приборов, похожих на ваши трикодеры.

Он вопросительно посмотрел на Спока.

– Я не могу быть полностью уверенным, но не думаю, что у них есть что-либо подобное. Даже если похожие приборы у них есть, все равно они неспособны определить местоположение и идентифицировать отдельного человека.

– Это утешает, – сказал Тилмарек. – Слушая ваш разговор с Делкондросом, я подумал, что они прямо-таки волшебники, а у нас и без этого забот хватает. И еще: Делкондрос знает наши настоящие имена и адреса.

Он на мгновение умолк, скривившись.

– Я должен был убить его, но уже слишком поздно. Доктор Маккой, когда он очнется от того, что вы с ним сделали?

– Трудно сказать. Я никогда раньше не пробовал это на клингонах. Возможно, он уже пришел в себя, а может быть, будет без сознания еще около часа.

– Тогда нам лучше поторопиться. В этом доме мы будем в безопасности, пока не разработаем план дальнейших действий. Кроме того, – сказал он, обращаясь к своим товарищам, – у нас есть семьи и вы должны позаботиться о них.

Он вновь повернулся к офицерам "Энтерпрайза".

– Вы больше знаете о клингонах.. Я только читал о них в материалах, предоставленных нам Федерацией. Что они будут делать? Попытаются ли они нас выследить и поймать?

– Это зависит от их численности и возможностей, – ответил Спок, – а также от причин их появления здесь. Когда они узнают, что вам удалось скрыться, то я не исключаю возможности, что они будут ждать в засаде у вас дома. Не удивлюсь, если клингоны возьмут в заложники ваши семьи, чтобы заставить вас сдаться.

– А если вы сдадитесь им, – мрачно добавил Маккой, – они убьют вас и ваших близких. Жизнь для них ничего не значит, если это не их собственная жизнь. Их интересует только победа. Победителем считается тот, кто остался в живых.

Двое мужчин побледнели.

– Они действительно это сделают? Будут угрожать нашим семьям? – удивленно выдохнул молодой человек.

– Это вполне возможно, – сказал Спок.

"Более чем возможно", – подумал Маккой, внезапно осознав, что для этих людей клингоны были большими врагами, чем для них со Споком. История Кареллы не богата на таких злодеев, как Гитлер или Чингиз Хан, и поэтому колонисты оказались не подготовленными к встрече с клингонами. На планете уже более двухсот лет не было войн, и даже эти люди, видевшие смерть своих друзей, с трудом могли представить, как далеко могут зайти клингоны, не останавливаясь перед убийством ни в чем не повинных людей.

– На вашем месте, – мягко, но настойчиво проговорил Маккой, я немедленно отправился бы домой и укрыл ваши семьи в том безопасном месте, о котором говорил Тилмарек, пока Делкондрос не очнулся и не сообщил своим сообщникам, где вы живете.

– Он прав, – подтвердил Тилмарек, когда его товарищи в сомнении повернулись к нему. – Поторопитесь, у вас есть еще шанс.

Двое мужчин резко повернулись и бросились бежать в разные стороны..

– Пойдемте, – сказал Тилмарек, переходя улицу. Моя машина за углом. – Он вздрогнул.

– Чем быстрее мы уйдем отсюда, тем лучше буду себя чувствовать.

Когда Спок и Маккой шли за ним вдоль улицы без тротуаров, сзади за квартал от них послышался звук запускаемого мотора, а затем шелест отъезжающей машины. Через некоторое время те же звуки раздались с другой стороны. Тилмарек нажал на кнопки кодового замка в дверце темно-зеленого автомобиля и пригласил их внутрь. Автомобиль, который изнутри оказался еще более бесшумным, чем снаружи, приподнялся на своей воздушной подушке и быстро заскользил по улице. Через некоторое время Тилмарек посмотрел на них, в его глазах Маккой увидел боль и смятение.

– Кажется, я осознал факт присутствия клингонов, – произнес он, качая головой. – Но зачем? Что они здесь делают?

– Очевидно, причиняют неприятности, – усмехнулся Маккой.

– Но что они могут хотеть от нас? Наш технологический уровень не высок, поэтому они не могут охотиться за знаниями. А если они хотят завладеть источниками сырья, то у нас нет даже сторожевых застав на трех четвертях поверхности Ванкадии. Они могли бы приземлиться где угодно, и мы не знали бы об этом, и тем более не смогли бы их остановить.

Он опять покачал головой.

– Но у них должна быть причина, чтобы организовать эти беспорядки, ведь так?

– Вы так думаете, – скривился Маккой, – но я бы не дал голову на отсечение, что это так, по крайней мере, никто из нас пока не догадывается об этой причине. Я уже говорил и могу повторить, что единственная причина всех злодеяний клингонов их необыкновенная жестокость. Я не вижу смысла в той войне, которую другая банда клингонов развязала на Ньюреле. Даже если бы их не обнаружили, что они смогли бы получить, кроме удовольствия наблюдать, как уничтожают друг друга когда-то мирные племена?

– Трудно сказать, доктор, – произнес когда Маккой погрузился в мрачное молчание. – Каковы бы ни были цели клингонов на Ньюреле, но сразу бросается в глаза, что их методы там и здесь, на Ванкадии, очень похожи.

Вкратце вулканец объяснил Тилмареку, как клингоны снабдили усовершенствованным оружием одно из племен, а затем убедили их напасть на соседей.

– Защитное поле, – пробормотал Маккой, когда Спок замолчал, – клингоны дали им поле.

– Совершенно верно, доктор. Тилмарек, что вы знаете об этом поле? Делкондрос говорил что-нибудь о его создании?

Тилмарек оглянулся на вулканца и покачал головой:

– Он ничего конкретного не говорил. Он никому не сказал о нем, даже мне, пока не предложил свой безрассудный план. Но и тогда Делкондрос практически ничего не объяснил, а только сообщил, что поле будет включено, "когда в этом возникнет необходимость".

– Он не предоставил вам никакой подробной информации? Его размеры, мощность? Кто сконструировал генератор? Какой требуется источник энергии? Совсем ничего?

– Совсем. С тех пор как я сказал, что думаю о его намерениях, и пытался помешать их осуществлению, мы перестали доверять друг другу. Я не рассказывал ему о тех мерах предосторожности, которые принимал, а он не посвящал меня в детали своего плана.

– А помните, о чем говорил Делкондрос, когда забрал у нас коммуникаторы? – спросил Маккой. – Что создание поля требует слишком много энергии, и поэтому его скоро придется выключить?

– Я об этом тоже ничего не знаю.

– Похоже, он все время лгал, – прокомментировал Доктор, – что совсем неудивительно.

Пока Маккой разговаривал с Тилмареком, Спок включил свой коммуникатор и попытался снова связаться с "Энтерпрайзом". Ничего не вышло. Но вместо того, чтобы снова повесить коммуникатор на ремень, он перевернул его, открыл заднюю панель, внимательно исследовал прибор, затем закрыл, прикрепил к ремню и переключил свое внимание на трикодер.

– Если я не ошибаюсь, – произнес вулканец, изучив показания, – источником энергии для этого города служит ядерный реактор, расположенный в пятидесяти километрах к северу. Правильно?

Тилмарек удивленно поднял брови, но не оторвал взгляда от улицы.

– Да. Как вы узнали?

– Это зарегистрировал трикодер, – объяснил Спок. – Но странно то, что не заметно присутствия какого-либо энергетического поля.

– Может быть, наконец, его выключили, – с надеждой произнес Маккой, снимая с ремня и включая коммуникатор. – Или произошла авария. Маккой вызывает "Энтерпрайз". Прием.

Но ответа не было. Надежда исчезла так же быстро, как и появилась.

– Может быть, мой коммуникатор неисправен, – предположил он, все еще не сдаваясь. – Спок, а что...

– Трикодер показывает, что он в полном порядке. Очевидно, проблема в чем-то другом, возможно, даже на "Энтерпрайзе". Что там может случиться?

– Пока я здесь, я не могу сказать. – Внезапно доктору в голову пришла новая мысль.

– Если в этом замешаны клингоны... Послушай, Спок, а вдруг у них есть новый тип поля, который не регистрируется трикодером?

– Вполне возможно, ну и что?

– Тогда это означает, что на "Энтерпрайзе" все в порядке. А нам необходимо как можно быстрее уехать отсюда, чтобы оказаться за границей действия этого поля.

– В любом случае придется подождать до завтра, – сказал Тилмарек. – Иначе нас остановят за нарушение комендантского часа.

Ответ Спока был прерван жужжанием зуммера и миганием лампочки на панели управления автомобиля. Тилмарек нахмурился и нажал на клавишу рядом с лампочкой.

– Что там еще? – пробормотал он и объяснил:

– Это правительство – карелланское колониальное правительство – передает экстренное сообщение по всем каналам связи.

Когда Тилмарек закончил говорить, засветились два маленьких экрана – один рядом с мигающей лампочкой, а другой встроенный в спинку переднего сиденья.

– Что-то действительно важное, – сказал Тилмарек. – Обычно они не транслируют изображение на движущиеся автомобили.

На экране появилось изображение остролицего человека в темной форме с красно-зелеными карелланскими нашивками на рукаве.

– Это губернатор колонии, – с неприязнью произнес Тилмарек. – Его зовут Ульмар.

– Граждане Ванкадии, – начал губернатор, и лицо Тилмарека еще более скривилось, как от боли. – У меня есть важное сообщение. Речь идет о самом существовании наших двух планет. И поскольку я прекрасно сознаю, что многие из вас не питают симпатии к колониальной администрации, то сообщу эту информацию не сам. Нельзя допустить, чтобы наши слова были взяты под сомнение из-за недоверия к говорящему. Это слишком важно. Поэтому я пригласил сюда человека, которому у вас нет оснований не доверять.

Губернатор замолчал, глядя в сторону, и впервые с его лица исчезла маска официальной холодности, в глазах промелькнуло выражение крайней растерянности, а губы на мгновение дрогнули. Затем он снова посмотрел в камеру.

– Граждане, перед вами выступит президент Независимого Совета Ванкадии.

Экран мигнул, и появилось изображение Делкондроса.

– Настоятельно прошу всех выслушать меня и поверить мне, – без предисловия начал президент. – Я пожертвовал своей свободой и добровольно сдался колониальным властям, чтобы убедить губернатора выслушать меня и организовать эту передачу. То, что я хочу сказать, жизненно важно.

Он остановился и сглотнул, копируя поведение взволнованного человека.

– Вы знаете, что недавно карелланцы обратились за помощью к Федерации, чтобы погасить конфликт между нашими двумя планетами. Я надеялся, что посланцы Федерации выслушают не только пригласивших их карелланцев, но и нас. Теперь ясно, что мои мысли были наивными, еще более наивными, чем надежды многих из вас на честные и справедливые отношения между Кареллой и Ванкадией. Но мы не единственные жертвы этой наивности.

Он вновь замолчал, как бы собираясь с мыслями после столь длинного отступления.

– Помощь пришла. Корабль Федерации несколько часов назад вышел на орбиту вокруг Кареллы. Мы не знаем их намерений. Всякая связь с Кареллой оборвалась после их прибытия, и ни я, ни губернатор не смогли восстановить ее. В районе Ванкадии тоже находится корабль Федерации, возможно, это тот же самый. Важно то, что совершил экипаж этого корабля. Мы увидели, какого рода "помощь" оказывает нам Федерация.

Внезапно лицо Делкондроса исчезло, и на экране появилось изображение комнаты, откуда удалось уйти Споку и Маккою. Тело члена Совета, оказавшегося клингоном, лежало на том же месте, а человек, которого втолкнули в комнату с лазерным пистолетом в руке, исчез.

Но это было только начало. Семь других членов Совета и еще трое незнакомых Споку и Маккою мужчин лежали на полу. Все были убиты из лазерного оружия.

– Как им это удалось? – Тилмарек чуть не задохнулся от удивления.

– Кто они? – спросил Спок, когда камера остановилась на телах незнакомцев.

– Карелланцы, – все еще не веря, проговорил Тилмарек. – Инспектора колониальной администрации, а двое из них – из администрации губернатора.

– Вот она, "помощь" Федерации, – заключил Делкондрос, – Я уверен, что вы узнали как членов Независимого Совета, так и людей губернатора. Встреча была организована на нейтральной территории. С этими людьми из колониальной администрации мы тайно поддерживали связь с тех пор, как были объявлены вне закона. Это была наша первая встреча, первое перемирие более чем за год, и причиной тому было прибытие посланцев Федерации. Все мы надеялись...

Делкондрос остановился и покачал головой, точно имитируя поведение человека в стрессовой ситуации.

– Не знаю, на что мы надеялись, но Федерация прислала карательный отряд, совершивший это кровавое преступление. Вот эти люди – запомните их лица.

Вместо президента на экране появились два портрета. Они составлялись при помощи компьютера по описаниям Делкондроса, и многие мелкие детали оказались неточными. Очертания носов, подбородков, ушей были немного размытыми, цвета – блеклыми, выражения лиц – механическими. Но по этим портретам можно было безошибочно узнать Спока и Маккоя.

Глава 6

– Может быть, послать другой крейсер, Джим? – Весь экран занимало суровое лицо адмирала Брэди. – Мы сможем сменить вас через двадцать четыре часа.

– Нет, благодарю вас, адмирал. Я предпочитаю остаться.

– Знаю, Джим, но в данных обстоятельствах...

– В данных обстоятельствах, адмирал, – сказал Кирк решительным голосом, – это моя обязанность. Если вы сомневаетесь, что я смогу остаться объективным, то прикажите мне уйти. Я подчинюсь приказу.

Брэди несколько секунд молча смотрел на Кирка, а затем кивнул.

– Хорошо. Поддерживайте с нами связь. Я извещу Сарэка и Аманду. А также дочь доктора Маккоя. Как ее зовут, Джим?

– Джоанна. Не делайте этого пока, адмирал.

– Почему? Ты сам хочешь сообщить им?

– Собственно, да. – По правде говоря, ему не хотелось на кого-нибудь перекладывать эту тяжелую обязанность. Но не только поэтому. – Адмирал...

– Что, Джим? – спросил Брэди, видя, что Кирк замолчал. – Есть какие ни будь сомнения в их гибели?

Кирк сглотнул:

– В общем-то нет, сэр, но...

– Понимаю. Пока не обнаружены тела, всегда остается место сомнению. Ну хорошо. Когда убедишься в их гибели, сам сообщишь родственникам. Тем временем я распоряжусь отыскать в архивах все записи о контактах с мирами, не вошедшими в Федерацию, где содержатся свидетельства о постороннем вмешательстве – клингонов или кого-то еще.

– Здесь есть еще свидетельства, адмирал, – вмешался вынужденно молчавший все это время Колдрен. – Выслушав все, что вы с капитаном Кирком говорили об этих клингонах и их коварных методах, я с уверенностью могу это утверждать.

Кирк быстро повернулся к карелланцу.

– Какие свидетельства, Колдрен? Что-нибудь еще, кроме поля?

Колдрен многозначительно кивнул.

– Вы хотели знать, капитан, каковы в данный момент взаимоотношения между нашими планетами. Хорошо, теперь я скажу вам, что одной из главных причин, приведших к конфликту, явилось изобретение на Ванкадии усовершенствованных ракетных двигателей для межпланетных кораблей.

– Но ведь это должно было привести к обратному результату? – нахмурившись, спросил Кирк. – Упрощается связь между планетами, становится легче поддерживать контакты.

– Если бы мы изобрели двигатель, то так бы и случилось. Но это сделали колонисты. Или получили его от этих ваших клингонов. Как бы то ни было, именно изобретение двигателя вызвало необходимость держать патрульные корабли на орбите вокруг Ванкадии.

– Объясните, господин премьер-министр, – попросил Кирк, когда Колдрен умолк.

– Очень просто. Вы знаете, что для выхода на орбиту мы использовали челноки. Все межпланетные корабли строились на орбитальных, станциях. Так было до тех пор, пока четыре года назад кто-то на Ванкадии не изобрел новый ракетный двигатель. Это позволило им стартовать с поверхности планеты и долетать до Кареллы на одном и том же корабле, по размерам чуть большем, чем наши челноки. Путешествие теперь продолжается несколько часов, а не дней, как на наших кораблях.

– А зачем понадобились патрульные корабли? – нетерпеливо спросил Брэди, когда Колдрен опять замолчал.

– Потому что ванкадийцы пытались использовать свое преимущество, чтобы вообще лишить нас возможности совершать межпланетные перелеты, – гневно ответил Колдрен. – Это произошло в то время, когда Делкондрос начал кампанию за получение немедленной независимости, и я предполагаю, что таким способом он хотел добиться своей цели. Вероятно, он думал, что если бы мы оказались физически отрезанными от Ванкадии, то независимость фактически была бы достигнута. Сначала они атаковали и уничтожили весь наш космический флот. До этого времени мы даже не знали о существовании нового типа двигателей. Второй их корабль напал на орбитальную станцию. По счастливой случайности что-то вышло из строя в новом двигателе, и ванкадийский корабль взорвался, успев причинить лишь небольшие повреждения нашей станции.

– А потом? – спросил Кирк.

– Затем нам снова удалось взять ситуацию под контроль. Мы не смогли избавиться от Делкондроса, но вынудили террористов уйти в подполье. Нам просто повезло. Если бы Делкондрос не поторопился использовать два имеющихся у него корабля, я не знаю, что могло бы произойти. Он был слишком нетерпелив, чтобы десять лет ждать обещанной независимости или чтобы дождаться усовершенствования нового двигателя. Он напал на нас и потерял свои корабли, а прежде чем успел построить новые, мы сумели организовать патрулирование на орбите вокруг Ванкадии и изолировать бунтовщиков на планете. В следующие несколько месяцев они предприняли три попытки запуска кораблей, и не только беспилотных аппаратов, как сегодня. Но мы сбили их прежде, чем они вышли на орбиту. И тогда даже Делкондрос понял, что проиграл, и притих.

– А вы уверены, что сбитые вами корабли имели новый двигатель? И что они были вооружены?

– Конечно, без таких сенсоров, как у вас, мы не могли быть полностью уверены. – Колдрен бросил взгляд на компьютер. – Но мы не имели права рисковать. Если эти корабли так легко преодолевали притяжение Ванкадии, то подобная мощность и маневренность делали их чрезвычайно опасными. Первый корабль сумел уничтожить несколько наших судов, прежде чем был сбит. Мы не могли допустить повторения этого.

– А кто изобрел этот новый двигатель? – спросил Кирк.

Колдрен, нахмурившись, покачал головой.

– Они нам не сообщили. Делкондрос скрывал само его существование не только от нас, но и от жителей Ванкадии. Он говорил, что все это выдумали карелланцы, чтобы иметь повод взять под контроль их полеты в космос и отказать в предоставлении независимости. Однако мы сумели собрать некоторые сведения.

– И эти сведения?..

– По слухам, теоретические основы разработал один из местных ученых, лет десять назад стажировавшийся на Карелле. Но этот так называемый изобретатель якобы погиб во время одного из первых полетов. Говорят, что его записи сохранились, и другие смогли закончить работу. Все это случилось задолго до того, как мы организовали патрулирование Ванкадии, и поэтому не можем сказать, какая часть этой истории является правдой.

– Вы лично знали этого ученого?

– Нет. Сейчас я даже не помню его имени. Но мы подняли архивы того университета на Карелле, где он учился. Он был одним из худших почти по всем дисциплинам. По экзаменационным ведомостям трудно даже предположить, что этот человек оказался способен совершить такое значительное научное открытие.

– Но ему это удалось, – сказал Кирк, когда Колдрен умолк. – И, следовательно, вы предполагаете, что ему помогли.

– Думаю, да. Теперь я знаю, что он имел возможность получить помощь, и это единственное правдоподобное объяснение.

– Вы что-нибудь обнаружили при сканировании их планетной системы, Джим? – спросил Брэди.

– Нет, адмирал. Сенсоры не зафиксировали кораблей с подпространственными двигателями и источников антиматерии.

– А не могут ли они быть скрыты под защитным полем?

– Нет, адмирал. Поле может помешать определить точные координаты и технические характеристики, но уверен, что наши сенсоры не настолько сильно блокированы, чтобы не обнаружить существование аннигиляционной энергетической установки либо подпространственного двигателя. Мы способны, например, указать на наличие ядерного реактора, скрытого под защитным полем, но не можем определить его мощность и местоположение.

– Вас понял, – Брэди на мгновение умолк, а затем почти незаметно кивнул, – значит, по вашему мнению, если в недавнем прошлом клингоны были здесь, то сейчас они ушли?

– Или затаились после нашего прибытия, – подтвердил Кирк. – Мы не имеем возможности определить, присутствуют ли на планете клингоны или другие чужаки.

– Я думаю, это и есть ваша главная задача.

– Конечно, адмирал.

– Хорошо, Джим. Действуйте. И запомни – помощь к тебе прибудет по первому твоему требованию.

– Я понял, адмирал. Благодарю вас.

– Держите нас в курсе событий, – приказал Брэди, и экран погас.

Кирк повернулся к Колдрену.

– Господин Колдрен, – спокойно сказал он. – Если клингоны дали Ванкадии поле и новый ракетный двигатель, то они могут дать еще что-то. Возможно даже оружие, которое позволит с земли сбивать ваши патрульные корабли. Поэтому я прошу предоставить нам всю информацию, а не только о террористических актах, приписываемых колонистам. И если вмешательство клингонов действительно имеет место, то все, что случилось, – это только начало.

* * *

– Вот кто несет ответственность за это кровавое преступление, – жестко повторил Делкондрос, пока изображения Спока и Маккоя оставались на крошечных экранах. Они внезапно появились среди нас и открыли огонь, без предупреждения, без видимой причины. Каким-то образом мне удалось спастись, я и сам все еще не пойму, как.

Делкондрос остановился, как бы для того, чтобы успокоиться и собраться с мыслями Во время этой паузы на экранах появились три других лица. На этот раз это были фотографии, а не компьютерная реконструкция, У управляющего автомобилем Тилмарека перехватило дыхание, когда он узнал себя и своих сумевших спастись товарищей.

– А вот их пособники, – продолжал голос Делкондроса. – Предатели, которые привели убийц к нам. Мы не знаем, как давно эти трое поддерживали контакт с Федерацией, что им было обещано за их предательство и зачем Федерация предприняла такую жестокую акцию. Убийство половины членов Совета и людей из администрации губернатора дает основание предположить, что они планировали уничтожить всех лидеров обеих сторон и посадить на их место марионеток.

Голос Делкондроса умолк, а его лицо снова появилось на экране.

– Очевидно, убийцы не закончили свою работу, – мрачно заключил он. – Я могу только предполагать, сколько еще преступлений планировалось, включая устранение меня и губернатора. Вот почему я предупреждаю вас об этом. Убийцы все еще здесь! Карательный отряд Федерации все еще на Ванкадии, возможно даже в столице, и они готовят новые преступления! Их необходимо остановить!

Пять портретов снова появились на экране.

– Вот они, – повторил Делкондрос. – Будьте готовы к их появлению, но, если вам дорога жизнь, ни в коем случае не вступайте с ними в контакт. Немедленно сообщите властям, и преступников тут же задержат.

Делкондрос умолк, но лица оставались на экране. Через несколько секунд под портретами появились их имена, а потом в верхней части экрана в узкой рамочке – краткое изложение рассказа Делкондроса и призыв ко всем, кто увидит этих людей, немедленно сообщить в резиденцию губернатора. Через минуту на экране вновь появилось изображение губернатора, и вся передача началась с самого начала. Скорее всего, выступление Делкондроса будет повторяться до тех пор, пока Маккой, Спок и их "пособники" не будут пойманы или, что более вероятно, убиты.

– Это все меняет, – тихо произнес Тилмарек. – После такого количества лжи мы уже не будем в безопасности в том доме, куда сейчас направляемся. Кто-нибудь, несомненно, видел меня там, и у них нет оснований не верить...

Он растерянно покачал головой.

– Как сказал Валдресон, я могу иметь дело с карелланцами, но эти... Послушайте, мистер Спок, доктор Маккой, ведь вы уже сталкивались с клингонами раньше, не правда ли? У вас есть какие-нибудь идеи?

– Если вы имеете в виду, – ответил Спок, – есть ли у меня предположения, как нам действовать, чтобы выпутаться из этой ситуации, то нет. У вас больше возможностей, чтобы правильно оценить обстановку, поскольку в данном случае знание местных жителей гораздо важнее опыта столкновений с клингонами. Анализируя сказанное Делкондросом и его настойчивые предупреждения против любых контактов с нами, можно сделать вывод, что его целью является полная наша изоляция, а затем уничтожение. Похоже, он боится, что нам поверят, когда мы расскажем правду.

Лицо Маккоя прояснилось. Он кивнул и повернулся к Тилмареку.

– Я не подумал об этом сразу, но Спок прав. Сейчас главная наша задача – попытаться скрыться и остаться в живых, пока мы не отыщем способ связаться с "Энтерпрайзом" или поговорить с кем-нибудь, не опасаясь быть убитыми.

Он оглядел пустынную улицу. С тех пор как они выехали из парка, он видел всего лишь четыре движущихся автомобиля.

– Трудно оставаться незамеченными, если мы одни на дороге. Здесь везде так?

– Вероятно, – с содроганием подтвердил Тилмарек. – Или будет через несколько минут из-за комендантского часа. Его ввели более месяца после того, как старший сын губернатора был убит бомбой, вероятно, предназначавшейся самому губенатору. Немногие рискуют выходить из дома после наступления темноты. Нам необходимо избегать дорог, или придется прятаться. Иначе нас обнаружит ночной патруль.

Маккой вздохнул и еще раз попробовал воспользоваться коммуникатором.

– Лучше найдите нам укромное место, советник, – сказал он, выключая молчащий прибор. Должен же быть кто-нибудь, кому вы верите.

Тилмарек отрицательно покачал головой.

– Сейчас я ни в чем не уверен. Десять минут? назад я мог назвать сотни имен, но после этой передачи... Вероятно, вы правы, что Делкондрос боится наших возможных контактов с людьми, но я не в состоянии Определить, кому бы мы могли довериться. – Начнем вот с чего, – сказал Спок. – Кто из знакомых вам руководителей планеты наверняка не клингон?

– Откуда я могу знать? Я не подозревал даже Делкондроса, зная его много лет, еще со времени избрания его членом Совета.

– Есть несколько признаков, которые помогут сделать правильные выводы, – продолжал Спок. – Во-первых, есть ли у этого человека семья. Например, есть ли у губернатора еще родственники, кроме недавно убитого сына?

– Еще два сына и дочь. А также жена. Но значит ли это, что он точно не клингон?

– Стопроцентной гарантии нет, но это верный признак. И другой признак – каким образом он был избран.

– Губернатор был не избран, а назначен почти пятнадцать лет назад. Но какое значение имеет то, как был избран тот или иной руководитель?

– Исходя из того, что Колдрен говорил капитану, Делкондрос был избран в Совет после убийства его основного соперника...

– Но это дело рук карелланцев, – возразил Тилмарек. – Они проводили кампанию... – Он замолчал, не договорив.

– Так вот как они это сделали! – воскликнул он. – Они выставили кандидатуру Делкондроса и убили единственного противника, имевшего шансы победить его.

– Возможно, их действия были более изощренными, но по существу это так и происходило. Я могу предположить, что это не единственный случай?

– Их было почти сто за последние пять лет, – кивнул Тилмарек. – Эти смерти – отравления – послужили одной из причин нашего обращения к вам. Мы всегда думали, то есть нам всегда говорили, что это дело рук карелланцев, которые таким образом не допускают избрания неугодных им людей. Теперь ясно, что все убийства совершили клингоны! Если только они не заключили союз с Кареллой и не действовали вместе. Не могла ли быть обманом история о том, что Делкондрос добровольно сдался губернатору?

– Мы не можем исключить такую возможность, – ответил Спок. – Особенно принимая во внимание, с какой быстротой произошла капитуляция Делкондроса.

Тилмарек моргнул.

– Вы правы. Я сам должен был это понять, если бы думал, а не впадал в панику от той лжи, которую говорил о нас Делкондрос. Времени было недостаточно, чтобы...

Глаза его широко раскрылись.

– А может, губернатор Ульмар тоже клингон?

– Все возможно, господин советник, – сказал Спок. – Но скорее всего он, как и вы, просто обманут.

– А как насчет правительства Кареллы? – вдруг спросил Маккой. – И самого Колдрена?

– Возможно, что он тоже клингон, но маловероятно. Присутствие на борту "Энтерпрайза" даже очень похожего на человека клингона было бы безрассудством с его стороны. Достаточно самого примитивного сенсора, чтобы разоблачить его – сущность Делкондроса обнаружилась при помощи обычного трикодера.

– То, что вулканец считает безрассудством, может быть обычным делом для клингона, Спок, – возразил Маккой. – Любая раса, которая считает терроризм допустимым и даже предпочтительным средством достижения цели, утрачивает чувство меры.

– Не могу с вами не согласиться, доктор, – сказал Спок, еще раз взглянув на пустынные улицы, по которым проносилась их машина. – Но это не помогает в решении нашей проблемы. Господин советник, может быть, вы кого-нибудь поищете, кто доверяет вам настолько, чтобы хотя бы выслушать? – Есть несколько человек, которые, я уверен, не клингоны, но после этой передачи... – Он остановился и покачал головой.

– После этой передачи они не поверят мне.

Глава 7

После двухчасового разговора с Колдреном Кирк был уверен, что клингоны несомненно замешаны в событиях на Ванкадии. Но уверенность – это одно дело, а доказательства – совсем другое. Просто наличие необычных технологических скачков, даже очень сильных, не может служить доказательством внешнего воздействия, не говоря о том, что это не может служить доказательством вмешательства клингонов. Ведь бывают и свои гении. И внезапная враждебность между двумя дружественными планетами тоже ничего не доказывает. Несколько тысячелетий истории Земли и десятков других планет класса М знают сотни случаев, когда, казалось бы, разумные существа без всякой посторонней помощи способны развязывать различного масштаба ссоры, как между отдельными людьми, так и между планетами.

И даже если бы доказательства существовали...

Кирк вспомнил, как полным провалом окончилось дело на Ньюреле. Несмотря на благие намерения, Федерации пришлось опуститься до уровня клингонов и снабдить горцев таким же оружием, которое клингоны дали их врагам. Здесь нельзя действовать подобным образом – на таком высоком технологическом уровне это слишком опасно, как бы ни хотел Колдрен получить что-либо сравнимое или даже превосходящее те вещи, которые, возможно, имеются на Ванкадии.

– Вы не обязаны давать нам оружие, – упорствовал Колдрен. – Только информацию. Все остальное мы сможем сделать сами.

– Это невозможно, – спокойно сказал Кирк. -Результат будет тем же.

– В результате, – рассердился Колдрен, – у нас наконец появится шанс выжить! Если вы не помогаете нам даже сейчас, когда эти ваши клингоны дали Ванкадии защитное силовое поде и усовершенствованный ракетный двигатель, то что помешает им дать бунтовщикам фазеры? Или фотонные торпеды?

– Самая малость, – предположил Кирк. – А что, если ванкадийцы не захотят использовать это оружие?

Премьер-министр усмехнулся.

– А почему? Кто, находящийся в здравом уме, отказывается от таких предложений?

– Тот, кому это действительно не нужно.

– Вы предполагаете, капитан, что мы виноваты в создавшейся ситуации? Хочу напомнить вам – первое, что сделали ванкадийцы! получив новый двигатель, атаковали нас! Без всякой на то причины!

– Понимаю. Тем не менее они думали, что причина есть.

– Конечно, есть! Немедленная независимость! Я твержу об этом с момента своего прибытия на борт "Энтерпрайза"! Благодаря этой идее Делкондрос был избран членом Совета, а затем и президентом! Эти ваши клингоны, должно быть, действовали через него. Он не брезговал никакими средствами, чтобы победить! Я нисколько не удивлюсь, если окажется, что он несет ответственность за смерть своего основного соперника на выборах, в чьей гибели он обвинил нас. Делкондрос использовал эту смерть, чтобы настроить людей против карелланцев.

Тяжело дыша, Колдрен на мгновение остановился, чтобы успокоиться, а затем продолжил:

– Если клингоны скрывались где-то рядом и имели возможность прослушивать наши каналы связи, то это все, что им нужно было знать. Они могли понять, что Делкондрос является для них подходящим объектом. Им оставалось лишь предложить ему двигатель. А как только президент заполучил это изобретение, он стал клеветать на нас, обвинив в организации беспорядков, которые сам спровоцировал. Он обвинил колониальную администрацию в им же организованных убийствах. Делкондрос стал распространять слухи, что мы передумали и не собираемся предоставлять независимость Ванкадии. А затем он наладил производство новых ракетных двигателей и сказал: "Вот что дает нам независимость. Не через десять или сто лет, а прямо сейчас!"

– Учитывая то, что произошло, господин премьер-министр, – сказал Кирк, – тем больше у нас оснований не давать вам оружия, каким уже владеют колонисты. Мы обязаны остановить эскалацию конфликта, а не подливать масла в огонь, чтобы не началась полномасштабная война.

– И вы можете так говорить после того, что этот сумасшедший сделал с вашими людьми!

У Кирка сжало горло при воспоминании о Споке и Маккое. Он сглотнул и принялся объяснять:

– Во-первых, мы все еще не знаем, что в действительности произошло: возможны различные объяснения, даже если клингонов там нет. А если клингоны действительно здесь, то они прямо или косвенно несут ответственность за то, что случилось с моими людьми. Даже если согласиться, что Делкондрос подкуплен клингонами, то как быть с остальными людьми? Не хотите ли вы сказать, что все жители Ванкадии – те, кто погибнет, если мы дадим вам оружие – заслуживают смерти?

– Конечно, нет! Но если придется выбирать между их гибелью и нашей, то я, естественно, не выберу нашу. А выбирать придется, если Делкондрос получит фазеры и фотонные торпеды и установит их на своих усовершенствованных кораблях! Имея фазеры, он сможет сбить наши патрульные корабли – единственное, что их пока сдерживает. Одна фотонная торпеда способна вывести из строя орбитальную станцию, а несколько – уничтожить всю планету!

Кирк печально покачал головой.

– Никакая планета не должна быть уничтожена, господин премьер-министр. Вместо того чтобы противопоставлять наше оружие оружию клингонов, мы расскажем людям правду.

– А как вы собираетесь донести эту правду до жителей Ванкадии? Защитное поле все еще включено, и они отказываются вступать с вами в контакт после того, как убили ваших людей!

Внезапно Колдрен встал из-за стола.

– Очевидно, дальнейшая дискуссия не имеет смысла, капитан. Поэтому я настаиваю, чтобы мне разрешили вернуться на Кареллу. Я и так уже достаточно долго не имел связи со своим правительством.

Кирк нахмурился.

– Вы даже не делаете попытки сохранить жизни людей.

– Я сделал попытку. Это вы уже потеряли двух человек. Продолжайте делать свои попытки и жертвовать людьми сколько хотите, но уже без меня. Я требую, чтобы вы вернули меня на Кареллу.

Кирк вздохнул.

– Отлично, господин премьер-министр. Мы без вас продолжим свою посредническую миссию. Наш челнок готов взять на борт вас и ваших спутников, как только вы будете готовы.

– Челнок? А мой собственный корабль...

– Он не способен преодолеть расстояние до Кареллы, а я не намерен уводить "Энтерпрайз" с орбиты вокруг Ванкадии, чтобы отбуксировать его. Мы отдадим его вам позже, когда ситуация здесь прояснится. Вы можете забрать с корабля все, что вам потребуется.

– Капитан, это неприемлемо! Я требую...

– Сожалею, господин Колдрен, но пока "Энтерпрайз" останется на орбите вокруг Ванкадии.

– И как долго вы собираетесь оставаться пассивными наблюдателями? Поскольку вы отказываетесь применить оружие, я не понимаю ваших намерений.

– Мы попытаемся связаться с Делкондросом или еще с кем-нибудь на Ванкадии. Мы также надеемся, что поле выключится или будет найден способ нейтрализовать его, чтобы провести детальное обследование планеты.

Некоторое время Колдрен, сжав кулаки, пристально смотрел в лицо Кирка. Затем он резко повернулся к двери кают-компании и вышел, сопровождаемый своей молчаливой свитой. Капитан сделал знак охраннику, стоявшему возле двери:

– Мичман Карлуччи проводит вас...

– Мы сами можем найти дорогу в ангар, без ваших сопровождающих, – огрызнулся Колдрен.

– Как хотите. – Через мгновение дверь с жужжанием закрылась за ними.

– Охрана ангара, – вызвал Кирк по интеркому.

– Да, капитан, – мгновенно откликнулась лейтенант Шанти.

– Премьер-министр и его люди спускаются вниз. Они возьмут все, что им нужно на своем корабле, и погрузят на наш челнок, который доставит их на Кареллу. Окажите им необходимую помощь.

– Конечно, капитан.

– Лейтенант, отправьте двух человек на челнок – одного пилота и одного наблюдателя.

– Хорошо, сэр. Пойдут Брикстон и Спенсер.

Кирк удовлетворенно кивнул. У Брикстона была фотографическая память, а Спенсер мог легко нейтрализовать массивного охранника Колдрена, который по-прежнему неподвижно, как статуя, стоял на верхних ступеньках трапа.

– Докладывайте мне обстановку, лейтенант. Я иду в рубку управления.

– Слушаюсь, сэр.

Лишь только двери турболифта открылись в рубке, как послышался взволнованный голос лейтенанта Причарда – Капитан, поле выключилось.

– Транспортационный отсек! – немедленно скомандовал Кирк, но, прежде чем он успел закончить фразу, по интеркому отозвался Кайл.

– Мы готовы, капитан, но... – он замолчал и вздохнул, – но сигналы отсутствуют.

– Лейтенант Причард! – крикнул Кирк, торопясь к командирскому креслу. – Сенсоры...

– Сканируем, сэр. Но в указанных координатах вообще нет живых существ. И никаких сигналов от коммуникаторов.

Капитан кивнул и медленно откинулся на спинку кресла, не сводя глаз с неожиданно показавшегося враждебным изображения планеты на экране. До этого момента надежда еще не покидала его. Поэтому он просил адмирала Брали не извещать родственников. Пока защитное поле было включено существовала вероятность, пусть даже очень маленькая, что Спок и Маккой живы. Но теперь надежды не было.

– Сэр, – произнесла Ухура прерывающимся голосом, и он, повернувшись, увидел, что в глазах ее стояли слезы. – Никаких сигналов на всех частотах.

Кирк кивнул, стараясь сохранять спокойствие. Сейчас нужно было держать себя в руках. Спок никогда бы не простил ошибок, вызванных человеческими эмоциями, даже если эти эмоции были результатом его собственной смерти, а Маккой...

– Лейтенант Причард, – спросил, откашлявшись, Кирк, – вы обнаружили генератор поля? – Он не узнавал собственного голоса.

– Ничего не обнаружено, сэр.

– Никаких небольших защитных полей? Особенно в центре?

– Нет, сэр, ничего. Никаких указаний на большой расход энергии или на присутствие антиматерии. В этом районе зафиксированы две станции, получающие солнечную энергию со спутников, а также ядерный реактор, находящийся в нескольких километрах к северу от места транспортации, почти в самом центре района.

– Этого достаточно для генерации защитного поля?

– На такое длительное время нет, сэр.

– Вы хотите сказать, лейтенант, что поле, закрывавшее десять тысяч квадратных километров, вовсе не существовало, что это была иллюзия?

– Я... – Причард на мгновение растерялся, но затем взял себя в руки.

Он недоуменно пожал плечами:

– Я хочу сказать, что результаты сканирования не дают этому объяснения.

"Не вымещай все на парне, Джим", – Кирк мысленно услышал упрекающий голос Маккоя. Он выдавил из себя слабую улыбку И кивнул Причарду:

– Продолжайте наблюдение. – Капитан снова откинулся в кресле.

– Лейтенант Ухура, вы фиксируете какие-либо, местные радиопередачи или сообщения на самой Ванкадии?

– Нет, сэр. Я провела тщательный поиск, но похоже, что вся планета погружена в молчание.

"Спок и Маккой как будто провалились в дыру, – подумал Кирк. – А теперь эта дыра засасывает Энтерпрайз.

Он нажал на переключатель в ручке кресла.

– Лейтенант Шанти, Колдрен еще в ангаре?

– Да, сэр. Он и его люди грузятся на челнок.

– Остановите его. Я хочу поговорить с ним.

– Слушаюсь, сэр. – После недолгого молчания послышался раздраженный голос Колдрена:

– Что там еще, капитан? Мы уже лишены права вернуться на свою планету?

– Поле выключилось, – сказал Кирк, не обращая внимания на гневные вопросы премьер-министра. – Поле, которое, если верить нашим сенсорам, Ванкадия не в состоянии создать ни сама, ни с помощью клингонов. Кроме того, не функционируют все системы связи на планете. У вас есть какие-нибудь объяснения этому? Или предположения?

– Ничего такого, что мы бы уже не обсуждали, капитан. Если вы не можете доказать присутствие клингонов, то у меня нет других предположений. Так мне теперь можно вернуться на Кареллу?

– Минуточку, господин премьер-министр. – Кирк отключил связь с челноком. – Лейтенант Ухура, свяжитесь опять со Звездным Флотом...

– Слушаюсь, сэр.

– Инженерный отсек! Скотти, ты слышал?

– Что поле не может существовать? Да, слышал.

– У вас есть какие-нибудь предположения? Или еще информация о поле? Каковы требования к источнику энергии?!

– Его мощность должна быть, по крайней мере, в десять раз больше. Как вы сказали, поле не может существовать, но оно есть.

Кирк прикрыл глаза.

– Что это может означать, Скотта? Действительный источник энергии скрыт другим полем, более сложным, чем поле, которое могут создать клингоны? Полем, которое наши сенсоры даже не могут обнаружить?

Командир задумался. Он вспомнил о не правильных показаниях датчиков, приведших к сбою в работе компьютера и подаче сигнала тревоги. Это произошло сразу же после прибытия Колдрена и его спутников. Спок считал, что этот сбой явился результатом несоответствия показаний разных групп датчиков.

– Мистер Скотт, проверьте работу всех датчиков, – приказал он.

– Сэр? – отозвался Скотти. – Вы уверены? Я проверял...

– Выполняйте, – прервал Кирк.

– Слушаюсь, капитан. Проверю еще раз.

– Лейтенант Ухура, вы связались со Звездным Флотом?

– Нет, капитан, – ответила она с тревогой в голосе. – На стандартных частотах нет ответа. Попробовать аварийный канал?

– Сначала проверьте аппаратуру, – сказал Кирк. Его беспокойство усиливалось.

– Уже проверила, капитан. Неисправностей не обнаружено.

– Понятно, – он взглянул на Причарда и снова повернулся к Ухуре. – Хорошо, попробуйте аварийный канал.

– Слушаюсь, сэр.

– Лейтенант Причард, Спок говорил, что у него есть специальная программа, позволяющая выявить причину сбоя компьютера с вероятностью более десяти процентов, которую обеспечивают, обычные тесты. Найдите и запустите ее.

– Мистер Спок уже запустил эту программу перед уходом, капитан, – Причард замолчал, изучая результаты проверки, – Ничего определенного. Подтвердились выводы обычного тестирования, что сбой явился результатом конфликта между показаниями датчиков. Отсутствует информация о том, что это были за показания или почему они отличались друг от друга.

– Существуют ли еще какие-нибудь тестовые программы?

– Стандартных нет, сэр. – Причард колебался он поднял глаза на Кирка, а затем снова опустил их. – Мне кажется, у мистера Спока были идеи, как модифицировать его программу, чтобы иметь возможность диагностировать подобные сбои, когда утеряна часть данных, вызвавших конфликт. Но эти изменения не были внесены.

"И уже никогда не будут, – подумал Кирк. – Пока мы не получим специалиста, равного Споку. Не очень хорошая перспектива".

– Звездный Флот не отвечает и на аварийном канале, – доложила Ухура. – Продолжаю попытки, связаться с ними.

– Попробуйте установить связь с другими кораблями. Адмирал сказал, что по крайней мере один из них находится всего в дне пути от нас.

– Да, капитан, – ее пальцы быстро забегали по клавиатуре. – Нет ответа.

Кирк еще больше помрачнел.

– Продолжайте попытки. Лейтенант Причард...

– Капитан, – перебила его Ухура со смесью удивления и облегчения в голосе. – Нас вызывает Звездный Флот.

– Включайте трансляцию!

– Слушаюсь, сэр.

Изображение Ванкадии сменилось абстрактной беспорядочной картинкой. Через несколько секунд появилось нечеткое дрожащее изображение адмирала Брэди.

– "Энтерпрайз", – без всякого предисловия начал он. – Это адмирал Брэди из штаб-квартиры Звездного Флота. Мы знаем, что вы пытались связаться с нами, но какие-то помехи накладываются на все попространственные сообщения. Мы использовали резервную мощность, чтобы усилить передаваемый сигнал в надежде, что он дойдет до вас. Пока не представляется возможным определить, являются ли помехи искусственными, или это природное явление. Наш анализ контактов с цивилизациями, находящимися в районе Кареллы и не вошедшими в Федерацию, указывает, на возможность постороннего вмешательства. Ничего определенного, но, исходя из предыдущего опыта, это скорее всего клингоны.

Изображение вдруг стало совсем расплывчатым, затем пропало, а когда оно появилось вновь, Брэди продолжал говорить:

– ., спланированная акция, которую мы не смогли предотвратить, – и после короткой паузы:

– Это означает высокую вероятность присутствия чужаков в солнечной системе Кареллы. Тебе на месте виднее, Джим. И твоя интерпретация Основополагающей Директивы в части, касающейся возможного вторжения клингонов, будет решающей. Я хочу сказать, что мы полностью одобрим принятые тобой решения, какими бы они ни были. Ты знаешь это. Мы не будем контролировать вас, поскольку речь идет о безопасности Федерации.

Изображение опять задрожало.

– Кажется, прдпространственные помехи становятся сильнее. Удачи, Джим.

Лицо адмирала исчезло за разноцветными сполохами на экране.

– Сигнал пропал, капитан, – подтвердила Ухура.

– Попробуйте восстановить связь, – приказал Кирк. – И не прекращайте попыток.

– Слушаюсь, сэр.

Кирк молча наблюдал, как разноцветные помехи исчезли, и появилось изображение Ванкадии прежнему не было заметно никаких признаков защитного поля.

– Мистер Причард, – сказал он, – выполните еще одно сканирование, только снаружи.

– Снаружи, сэр?

– Какие-то помехи проникают в каналы связи со Звездным Флотом. Я хочу знать, действительно ли выключено поле, или его действие охватывает всю планету и "Энтерпрайз". Я понимаю, что это кажется невозможным, – продолжал он, размышляя вслух, – но, судя по показаниям сенсоров, существование поля на поверхности планеты тоже невозможно. И если мы уже столкнулись с одним невероятным явлением, то почему бы нам не проверить наличие второго.

– Хорошо, капитан. – Причард быстро ввел необходимые команды и считал результаты.

– Сенсоры ничего не обнаружили, капитан, – доложил он через несколько секунд. – Никаких энергетических полей, кроме принадлежащих звездам и планетам.

– И ничего необычного во всем диапазоне?

– Нет, сэр, все в норме.

– Капитан Кирк, – раздался по интеркому голос Колдрена. – Мы все еще ждем.

– Думаю, вы все слышали?

– Да, и то, что мы слышали, заставляет нас настаивать на скорейшем возвращении на Кареллу пока неисправность – или диверсия – не затронула двигательные установки и мы не застряли на орбите Ванкадии! Может быть, вы и собираетесь провести здесь остаток дней, а я нет!

Скрипнув зубами, Кирк сдержал гнев.

– Отлично, господин премьер-министр, – произнес он.

Растущая непредсказуемость ситуации не позволяла ему посылать челнок со своими людьми к другой планете.

– Перебирайтесь на борт вашего корабля. Мы вернем вас на орбиту вокруг Кареллы.

Отключив связь с ангаром, он быстро повернулся к пульту управления.

– Курс на Кареллу, мистер Зулу, как можно быстрее, а затем возвращаемся назад.

* * *

Когда машина наконец выехала за пределы города и оказалась на таких же пустынных улицах университетского городка, у доктора Леонарда Маккоя появилась надежда, что они доберутся до места, выбранного Тилмареком.

– На время чрезвычайного положения разрешены только дневные занятия, – нервно объяснил Тилмарек, пока автомобиль бесшумно скользил по ровным площадкам между многоэтажными зданиями. За исключением единственной улицы, ведущей к какому-то административному зданию, в городке не было дорог для колесного транспорта, а только обрамленные кустарником проходы, по которым могли двигаться автомобили на воздушной подушке.

Маккой взглянул на Спока, в очередной раз пытавшегося воспользоваться коммуникатором. Доктор сам пробовал несколько раз – результат был тем же. Тилмарек направил автомобиль на подземную стоянку, простиравшуюся почти под всем городком. Спок умолк и вновь повесил коммуникатор на ремень.

– По-прежнему безрезультатно, Спок?

– Да, доктор, – сказал вулканец и высоко поднял брови, показывая тем самым, что считает вопрос Маккоя не столько риторическим, сколько нелогичным и лишним.

– Нам лучше подняться по ступенькам, – предложил Тилмарек, поставив автомобиль в свободный бокс. – Так меньше шансов кого-нибудь встретить и легче при необходимости спрятаться.

– Минуточку, советник, – остановил его Спок, когда тот открыл дверцу, чтобы выйти из машины.

– Что случилось?

– Два гуманоида приближаются слева, – сообщил Спок, глядя на показания трикодера.

Тилмарек нырнул вниз и нервно посмотрел в указанную сторону.

– Возможно, это просто студенты, – сказал он, после некоторого раздумья. – Половина преподавателей живет в этом здании, и после отмены вечерних занятий некоторые профессора проводят консультации дома. Это единственное свободное время у многих работающих студентов.

В соседнем боксе завелся автомобиль и выехал из гаража. Он работал не так бесшумно, как другие, которые встречались им. Затем наступила, тишина.

– Кто-нибудь еще идет? – спросил Тилмарек неуверенным голосом. – Комендантский час уже действует, поэтому...

– Нет, и кроме того, внутри здания нет клингонов.

– После этой передачи, – поморщившись, произнес Маккой, – нам нужно опасаться не только клингонов. Тилмарек, вы уверены, что профессор Роган – это единственный человек, которому можно доверять? Может быть, есть еще кто-нибудь, живущий в менее людном месте?

– Прошу прощения, – возразил Тилмарек, но я убежден, что это наилучший выбор. Между прочим, пять лет назад он сам находился в таком же положении, как я сейчас.

Маккой подумал, что голос советника звучит неуверенно, и, может быть, тот пытается убедить самого себя, что сделал правильный выбор.

– Он был членом Совета, когда Совет являлся законно избранным органом, – продолжал Тилмарек. – Когда Делкондрос решил добиться немедленной независимости путем уничтожения карелланской орбитальной станции, Роган и еще, несколько человек ушли в отставку. Не знаю, может быть, они даже предупредили карелланцев о готовившемся нападении, поскольку атака не удалась. Дело в том, что Роган раскусил Делкондроса еще пять лет назад. Я не виделся с ним с тех пор, как мы ушли в подполье, но теперь.

Он умолк, опять покачав головой.

– Это только предчувствие, но думаю, что он единственный человек, который выслушает меня, не пытаясь убить или задержать. И который способен пробиться к представителям власти с правдой о Делкондросе, если там остался хоть один не клингон.

Советник снова замолчал, нахмурившись.

– Когда я теперь размышляю, об этом, то удивляюсь, что Делкондрос не включил Рогана в список ваших сообщников. После того как погибли наши космические корабли и Совет объявили вне закона, Делкондрос хотел добиться его казни, но мы сумели не допустить этого.

– Действительно, кандидатура Рогана кажется наиболее подходящей, – сказал Маккой, стараясь подбодрить Тилмарека. – Поторопимся, пока Спок не попытался разубедить нас, или пока нас не поймали.

– Почему я должен отговаривать вас, доктор? Я считаю, что в данных обстоятельствах обращение к профессору Рогану дает нам наилучшие шансы для спасения.

Маккой широко открыл глаза.

– Основываясь на "предчувствии" Тилмарека.

– Конечно нет, доктор. Мое заключение основывается на логическом анализе его сообщения. Но я должен обратить ваше внимание, что "наилучший шансы" – вовсе не означает "хорошие шансы".

– И они с каждой секундой ухудшаются, пока мы сидим здесь и разговариваем, – Маккой открыл дверцу и выбрался наружу.

Спок еще раз быстро взглянул на трикодер, они с Тилмареком последовали за доктором, оказавшись на лестничной площадке всего в нескольких метрах от припаркованного автомобиля.

– В холле никого нет, – сообщил Спок, когда они поднялись на четвертый этаж, и вскоре они уже стояли в спартанского вида коридоре перед гладко коричневой дверью.

– Роган там один, мистер Спок? – спросил Тилмарек.

– Если вы имеете в виду, одно ли живое существо находится за дверью, то да. Но я не имею возможности узнать, является ли этот человек Роганом. Трикодер показывает, что это не клингон, что он весит примерно девяносто килограммов, его физиологическое состояние соответствует шестидесяти годам землянина, и он сильно взволнован.

Тилмарек моргнул и посмотрел на прибор.

– А не может ли он определить, почему профессор взволнован?

– Нет, советник. Но логично было бы предположить, что его эмоциональное состояние вызвано передачей и сообщением Делкондроса, что его планета атакована Федерацией. Вы сами испытываете такие же чувства.

– Может быть, вы закончите обсуждение своих чувств? – перебил их Маккой, указывая на дверь. Тилмарек кивнул и громко постучал.

Дверь открылась почти мгновенно, и они увидели высокого стройного человека с редкими седыми волосами. Он был одет в такую же, как у Тилмарека, блузу и что-то похожее на местную разновидность свитера. При виде Тилмарека глаза его широко раскрылись. Затем он перевел взгляд на Спока и Маккоя и невольно отпрянул.

Маккой напрягся, приготовившись бежать, но на лице пожилого человека вдруг появилась слабая улыбка.

– А, – тихо произнес он, – карательный отряд Федерации вместе с одним из предателей. Входите быстрее, пока вас не увидел кто-нибудь из законопослушных граждан.

Глава 8

– Все сенсоры проверены, капитан, – раздался по интеркому голос Скотти из инженерного отсека, пока Зулу занимался прокладкой курса и подготовкой "Энтерпрайза" к перелету.

– Аппаратура связи тоже исправна, – сообщила Ухура, – но Звездный Флот не отвечает ни на стандартной, ни на аварийной частоте.

Кирк тревожно вздохнул. Количество странных явлений все увеличивалось. По результатам проверки все системы "Энтерпрайза" находились в превосходном состоянии, но с кораблем происходило что-то непонятное. Они не могли связаться со штаб-квартирой Звездного Флота и с другими кораблями Федерации, не принимали телевизионных и радиопрограмм с Кареллы и Ванкадии. Сенсоры фиксировали только помехи от линий электропередач, и никаких модулированных сигналов – ни радиопередач, ни телевизионных программ. Создавалось впечатление, что силовое поле окружало не Ванкадию или всю солнечную систему Кареллы, а сам "Энтерпрайз". Правда, сенсоры регистрировали собственные электромагнитные поля обеих планет и солнца, но не могли обнаружить защитного поля. А если запустить челнок и сравнить показания его сенсоров и сенсоров самого звездолета...

– Капитан! Поле снова появилось!

Голос лейтенанта Причарда отвлек Кирка от размышлений о непонятных явлениях, но как только он перевел взгляд на экран, то обнаружил еще один странный факт. Поле вернулось, но покрывало площадь в два раза большую, чем раньше. И теперь легкая вибрация исчезла, а закрытая полем область была четко очерчена и казалась полупрозрачной.

* * *

Маккой облегченно вздохнул только тогда, когда профессор поспешно закрыл дверь и повернулся к ним. Он уже не улыбался, и лицо его было напряжено.

– Я надеюсь, Тилмарек, – сказал Роган, – что есть правдоподобное объяснение тому, что сейчас сообщил Делкондрос.

– Все это сплошная ложь! – выпалил Тилмарек.

– Наши друзья не погибли? – в глазах профессора мелькнула надежда.

На минуту воцарилось молчание. Тилмарек покачал головой, и Маккой увидел, что подбородок у него дрожит.

– Нет, – произнес советник надломленным голосом. – Их действительно убили.

Он сглотнул и продолжал уже более твердо:

– Я не был свидетелем этому, но видел, как Делкондрос убил человека, не являвшегося членом Совета.

– Вы утверждаете, что Делкондрос убийца? – воскликнул Роган. – Вы уверены? Я не предполагал, что он может зайти так далеко в своем безумстве!

– Он сделал это сам или приказал сделать другим, но он не безумец, – ванкадиец посмотрел на Маккоя и Спока. – Во всяком случае, это не обычный вид сумасшествия.

Затем он начал объяснять. Пока Тилмарек говорил, глаза Рогана широко раскрылись от удивления, а затем превратились в узкие щелочки. Время от времени он бросал взгляды на Спока и Маккоя, как-будто по их лицам мог оценить достоверность сказанного.

Когда Тилмарек закончил, Роган шумно вздохнул.

– Значит, вы считаете, что Делкондрос не амбициозный безумец, как я всегда считал, а жестокий и коварный враг?

– Это кажется невероятным, профессор, – начал Маккой, видя, что Тилмарек замешкался с ответом. – Но...

– Совсем нет, доктор Маккой, так? Напротив, это первое правдоподобное объяснение поведению Делкондроса в течение последних нескольких лет. И хоть какое-то успокоение для моей совести. С момента ухода в отставку меня все время преследовала мысль, что, оставшись членом Совета, я смог бы повлиять на президента и не допустить такого гибельного развития событий. Но теперь ясно, что это было невозможно. Все действия Делкондроса были заранее спланированы, чтобы поссорить наши планеты и внести как можно больше неразберихи. Но зачем? Для чего эти чужаки хотели уничтожить нас?

Маккой сдержанно усмехнулся.

– Это часть их работы. Именно этим они и занимаются.

– Даже тогда... – начал Роган, но не договорил. – Но я теряю драгоценное время.

Он быстро повернулся к Споку, еще раз посмотрел на необычную форму ушей вулканца, на зеленоватый оттенок его кожи и перевел взгляд на висящий на его плече трикодер.

– Этот прибор может обнаружить присутствие чужаков даже на значительном расстоянии? Я правильно понял?

– Клингонов может, – подтвердил Спок.

– А разве здесь есть кто-то еще?

– Мне об этом не известно, профессор.

Роган сделал глубокий вдох.

– Если все, что говорил Тилмарек, правда, то, возможно, я смогу помочь вам связаться со своим кораблем. А может, даже доставить вас туда.

Надежда заставила учащенно забиться сердце Маккоя, но через секунду его охватило подозрение, что этот человек просто пытается тем или иным способом подбодрить их. Это звучало слишком хорошо, чтобы быть правдой. Чтобы первый же человек, к которому обратился Тилмарек, не только не пытался убить или задержать их, но и знал способ связаться с "Энтерпрайзом"?

– Как? – спросил Маккой. – У нас есть коммуникаторы Звездного Флота, но даже они не работают.

– Это длинная история, а у нас мало времени, – ответил Роган. – Достаточно сказать, что существует группа людей, работающих над собственным планом. Сейчас...

Профессор остановился на полуслове, поскольку комнату заполнил громкий, похожий на сирену звук.

– Еще одно сообщение, – сказал Роган чуть дрожащим от внезапного испуга голосом.

Повернувшись, он включил вмонтированный в стену экран, на котором сначала появилось изображение карелланского флага, а затем фотография губернатора. Потом начал говорить голос за кадром, но это был не губернатор Ульмар и не Делкондрос.

– Колониальная администрация с прискорбием сообщает, что губернатор Ульмар и президент Независимого Совета Делкондрос убиты людьми, посланными Федерацией.

Фотография губернатора сменилась на экране изображениями Спока, Маккоя и Тилмарека, уже транслировавшимися раньше.

– Всего несколько минут назад, – продолжал голос, – эти люди при помощи неизвестных нам средств сумели пройти незамеченными через службу безопасности, убить губернатора Ульмара и президента Делкондроса и скрыться. Если кто-нибудь увидит...

Роган выключил изображение. Маккой заметил, что лицо профессора было белым, как мел. Казалось, что он сейчас упадет в обморок, но он быстро повернулся, бросился к двери и распахнул ее.

– Идемте со мной, быстрее! Я все объясню по дороге.

– Подождите профессор.

Эта был Спок. Оглянувшись Маккой увидел, что тот изучает показания трикодера. С тех пор как они вошли в комнату, вулканец каждые несколько минут включал прибор, но сейчас он не отрывался от табло, медленно перемещая трикодер.

– Трое живых существ вошли в здание со стороны подземного гаража, – продолжал Спок, – двое из них люди, третий – клингон. У него с собой лазерное оружие, подобное тому, которое уже применялось против нас.

Маккой бросил подозрительный взгляд на Рогана. Вот так неожиданность!

– Что вы сделали, профессор? – спросил он. – Включили сигнал тревоги, когда мы вошли?

– Нет, доктор, – сказал Спок, не отрывая взгляда от трикодера. – Судя по физиологическим реакциям профессора Рогана, он удивлен не менее вас, а может быть, и более. Но если мы собрались уходить отсюда, джентльмены, то я советую поторопиться. Они уже около лифта.

Роган, застывший на месте после предупреждения Спока, бросился бежать по вестибюлю.

– Мы можем спуститься по лестнице. Мой...

– В лифт вошли клингон и один из людей, – сообщил вулканец. – Второй человек, похоже, возвращается к автомобилю, из которого хорошо видна дверь на лестницу.

Роган остановился на лестничной площадке и посмотрел вниз.

– Значит, мы в ловушке?

– Не обязательно, – отозвался Маккой, вспоминая, как им удалось избавиться от Делкондроса. Он все еще не совсем доверял Рогану и предпочитал иметь дело с теми, кто поднимался в лифте.

– Спок, – сказал он, торопливо роясь в саквояже с медицинскими инструментами. – У меня еще осталось немного препарата в инъекторе.

– Понятно доктор. – Ответил Спок, не отрываясь от трикодера. – Профессор, у нас будет больше шансов., если вы станете прямо напротив двери лифта в дальнем конце вестибюля. Когда дверь откроется, отвлеките их.

– Что...

– Советник, спрячьтесь, – приказал Спок, махнув свободной рукой. – Доктор, клингон находится слева.

Держа в руке инъектор, Маккой стал слева от лифта и прислонился спиной к стене. Спок, перехватив трикодер левой рукой, вжался в стену справа.

– Второй этаж, – считал вулканец, – третий, и...

Жужжание лифта смолкло. Спок выключил и опустил трикодер, который остался висеть на плечевом ремне. На мгновение все стихло, только было слышно, как Роган нервно сглотнул.

Двери лифта открылись.

Человек в лифте удивился, увидев перед собой профессора, и потянулся за висевшим на поясе оружием, которое походило на пистолет Делкондроса.

Клингон, который был очень похож на человека, тоже держал в опущенной руке лазерное оружие. Он на секунду застыл, затем улыбнулся и поднял свой пистолет. Двое прибывших вышли из лифта. Вытянув руку, Спок отделился от стены и шагнул вперед. Человек и клингон боковым зрением заметили движение и начали поворачиваться в сторону вулканца. В этот момент пальцы Спока сомкнулись на шее вышедшего иа лифта человека. Одновременно Маккой бросился на клингона и с силой прижал инъектор к его шее.

Человек упал, как подкошенный, но клингону хватило времени, чтобы узнать вулканца, направить на него лазерный пистолет и выстрелить. Спок сумел уклониться от падавшего на него человека, схватить руку клингона и дернуть вниз, так что выстрел пришелся в пол. Прежде чем ошеломленный клингон сумел справиться со Споком и вновь поднять руку с оружием, инъекция начала действовать. Лицо клингона исказилось от ярости, и он упал. Тилмарек подскочил к нему и выхватил из ослабевших пальцев лазерный пистолет.

– Если бы я сделал это с Делкондросом... – начал он, но Спок сжал его запястье и легко отвернул ствол в сторону от неподвижного тела клингона. Советник попытался оказать сопротивление, но затем сдался, выпустив оружие из рук. Он, казалось, почувствовал облегчение от того, что вулканец остановил его.

– Когда мы вернемся на "Энтерпрайз", то этот индивидуум будет свидетельством присутствия клингонов, – сказал Спок и повернулся к Рогану. – Далеко ли нам добираться, профессор?

– Около двухсот километров, – ответил тот, нервно вздрагивая, и с трудом отвел взгляд от лежащего клингона и оплавленного следа лазерного луча в нескольких сантиметрах от своих ног. – Но я теперь не представляю, как туда добраться. Комендантский час, телепередача с вашими портретами...

– Не лучше ли нам использовать автомобиль, на котором приехали эти двое?

– Возможно, но...

– Тогда мы попробуем воспользоваться им, – Спок повернулся к Маккою. – Доктор, Делкондрос очнулся довольно быстро. У вас есть что-нибудь, чтобы этот клингон подольше оставался без сознания?

Маккой кивнул. Он уже зарядил инъектор новым препаратом.

– Это действует не сразу, – пояснил он, прижав прибор к шее лежащего клингона. – Но он останется в таком состоянии раз в десять дольше.

Спок наклонился, подхватил клингона, легко вскинул его на плечо и кивнул головой в сторону квартиры Рогана.

– Сделайте то же самое с человеком, – сказал он. – Отнесите его туда.

Маккой ловко поменял капсулы инъектора, подбирая подходящий для человека препарат, и впрыснул его. Тилмарек и Роган подняли неподвижное тело и проследовали вслед за Споком в квартиру профессора.

Меньше чем через две минуты они уже спускались в лифте. Клингон лежал на полу кабины, а Тилмарек был одет в серую форму оставшегося наверху человека. Когда лифт остановился на первом этаже, Маккой и Роган вышли, а Спок поднял клингона и опустил его на протянутые руки Тилмарека. Вулканец присоединился к остальным, и они начали спускаться по ступенькам. В гараже Спок открыл тихо скрипнувшую дверь и замер в ожидании. Через несколько секунд послышался звук открывающихся дверей лифта. Оттуда вышел Тилмарек, держа на руках неподвижного клингона и стараясь не поворачивать лицо в сторону автомобиля, где ждал второй человек. Шатаясь под тяжестью безжизненного тела, он сделал несколько шагов и положил клингона на пол. Не поворачивая лица, Тилмарек энергично помахал рукой, призывая на помощь сидящего в машине человека.

После некоторого замешательства дверца автомобиля открылась и сидевший там мужчина бегом бросился к Тилмареку.

– Какого черта... – начал он, пробегая мимо лестничной площадки, но в это время Спок нанес ему сильный удар, от которого тот упал. Маккой бросился вслед за вулканцем и сделал инъекцию, а два ванкадийца уложили потерявшего сознание человека в автомобиль Тилмарека.

– Если кто-нибудь найдет его здесь, – произнес Тилмарек с усталой усмешкой, – то это не причинит мне больше неприятностей, чем у меня уже есть.

Через минуту тело клингона лежало в багажнике его собственной машины, а Роган, стараясь успокоиться, осваивался с управлением. Прошла еще минута, и автомобиль выехал из подземного гаража на пустынную улицу.

– А теперь, – сказал Маккой, когда они возвращались назад той же дорогой, – не потрудитесь ли вы объяснить, как собираетесь доставить нас на "Энтерпрайз"? Насколько я могу судить, автомобиль на воздушной подушке не способен выходить на орбиту?

– Конечно нет, доктор, – ответил Роган, нервно улыбаясь. – Хотя после того, что я узнал сегодня о ваших врагах и их махинациях, я не удивлюсь, если этот автомобиль сможет. Но у нас есть космический корабль.

Маккой скептически сморщился.

– А как насчет Колдрена и его патрульных кораблей?

– Наше судно сможет миновать их, – сказал Роган и сделал глубокий вздох, стараясь сохранить с трудом обретенное спокойствие. – Так меня заверяли. Хотя становится очевидным, что никаких гарантий нет и быть не может. Я не удивлюсь, если устройство, которое позволит нам избежать встречи с кораблями Колдрена, тоже "подарок" этих ваших клингонов.

Маккой скосил глаза на Спока, который выслушал это сообщение с обычной невозмутимостью.

– Вполне правдоподобное предположение, профессор.

– Но в данных обстоятельствах корабль – наш единственный шанс, не правда ли? По моему убеждению, у нас нет другой возможности выйти за границы действия защитного поля – если это действительно оно блокирует коммуникаторы – и связаться с вашим кораблем.

– Возможно, – согласился Маккой, – но вы сказали, что нам нужно проехать еще не одну сотню километров. Почему бы вам не объяснить все: как получилось, что у вас есть единственный на Ванкадии космический корабль, способный миновать патруль Колдрена?

– Да, профессор Роган, – вставил Тилмарек с ноткой сомнения в голосе. – Я тоже хотел бы об этом услышать.

Роган моргнул, недоуменно взглянув на Тилмарека.

"Либо он сильно удивлен таким недоверием, – подумал Маккой. – Либо он прекрасный актер".

Профессор наконец кивнул.

– Очень хорошо, джентльмены. Но это длинная история.

После ухода в отставку с поста члена Совета Роган тайно поддерживал контакт с учеными, работавшими над новым ракетным двигателем. Большинство из них были согласны с профессором и не хотели, чтобы их детище было использовано для нападения на карелланскую орбитальную станцию. Через несколько недель после той неудачной атаки Делкондрос познакомил их с еще одной частью "заметок", якобы оставшихся от того загадочно исчезнувшего гения, чьи открытия привели к созданию двигателя. Теперь в заметках описывалось защитное поле, благодаря которому космический корабль может незамеченным пройти мимо патруля Колдрена. К ужасу ученых, Делкондрос, не только держал в секрете от членов Совета существование защитного поля, но собирался воспользоваться им для осуществления своих планов. Ему удалось спрятать этот корабль, в то время как другие три были уничтожены, и он намеревался с его помощью вывести из строя станцию на Карелле. Вместо того чтобы, как в прошлый раз передать колониальной администрации информацию о готовящемся нападении, Роган, несколько ученых и бывших членов Совета разработали собственный план. Делкондросу предоставлялись фальшивые отчеты, где замедлялись темпы работ. Он должен был думать, что первые испытания защитного поля состоятся не раньше чем через год. На самом деле генераторы были уже построены, установлены на корабль и испытаны.

– Наш план состоял в том, – объяснял Роган, – чтобы захватить корабль, взлететь и, минуя патруль, выйти на орбиту вокруг Кареллы. Там мы намеревались выключить поле, чтобы карелланцы могли видеть нас, и объявить о своих мирных намерениях. Мы хотели убедить их, что не хотим войны, и что нам можно доверять.

Роган умолк и пожал плечами.

– Я знаю, что это выглядит наивно, но для нас это было лучше, чем спланированное Делкондросом убийство тысяч людей на орбитальной станции. Мы надеялись, что карелланцы поверят нам и в ответ поступят так же.

Маккой покачал головой. Он начинал верить этому человеку.

– Многие были такими же наивными, пока не столкнулись с клингонами. Но этот корабль – вы говорите, что он готов к взлету?

Роган кивнул.

– Мы уже почти подготовились к старту, когда узнали о прибытии "Энтерпрайза": это изменило наши планы. Мы знали, что Колдрен не скажет вам правды, поэтому решили поторопиться и стартовать как можно скорее, чтобы сообщить вам то, что раньше собирались сказать карелланцам.

– А потом вы увидели сегодняшнее сообщение Делкондроса, – вставил Маккой.

– Совершенно верно, – согласился Роган. – У нас не было оснований не верить ему. После того, как Делкондрос сообщил о ваших действиях и показал тела людей, которых мы хорошо знали, нам оставалось только согласиться, что либо Федерация – это зло, такое же, как клингоны, либо вы стали на сторону Кареллы. И если мы приблизимся к вашему кораблю, то будем просто уничтожены. Но все, кто собирался лететь, уже собрались на корабле. Старт был назначен на сегодняшний вечер. Поэтому оставшиеся пытались связаться с кораблем, чтобы остановить запуск. Но по неизвестной причине всякая связь прервалась. Некоторые сами попытались добраться до корабля, чтобы предупредить экипаж. Это были те двое, что покидали здание, когда вы приехали. Теперь, когда правда открылась, мы можем взять вас троих на борт и взлететь. Корабль доставит вас за границу действия поля, и вы сможете воспользоваться коммуникаторами, чтобы сообщить о сложившейся здесь ситуации.

Маккой скептически поморщился, когда Роган умолк. Он больше не сомневался, что профессор верит в то, что говорит, и не пытается обмануть их, но даже в этом случае их шансы были ничтожны.

Скорее всего Делкондрос и другие клингоны с самого начала знали о намерениях Рогана и его товарищей. Это означало, что, направляясь к космическому кораблю, он и Спок сами отдают себя в руки врагов.

И все же как он ни старался, но не мог придумать ничего лучшего, что позволило бы снова увидеть "Энтерпрайз".

Глава 9

Кирк мрачно смотрел на экран, где защитное энергетическое поле закрывало площадь в двадцать тысяч квадратных километров.

– Лейтенант Причард, может ли физический объект по-прежнему преодолеть защиту?

– Я не уверен, капитан, поскольку наши сенсоры почти полностью блокированы, но скорее всего может.

Кирк нажал клавишу в ручке своего кресла.

– Мистер Скотт, – сказал он, дождавшись ответа, – я принял решение послать вниз челнок. Возьмите все необходимое и вместе с лейтенантом Причардом рассчитайте курс так, чтобы челнок попал внутрь поля. Попытаемся определить природу этого поля и его источник, а также возможность его нейтрализации.

– Хорошо, капитан. Я встречусь с лейтенантом в ангаре.

– Через пару минут. Он уже в пути.

Все еще хмурясь, Кирк опять повернулся к экрану. Ему показалось, что интенсивность поля увеличилась, пока он отдавал распоряжения.

* * *

Харгемон удовлетворенно улыбнулся, наблюдая на экране за беспомощным "Энтерпрайзом". Небольшой передатчик, прикрепленный к почти километровому причальному устройству звездолета, работал отлично. Если бы он захотел, то мог бы прямо сейчас уничтожить "Энтерпрайз". Для этого в его распоряжении были сотни способов. Ни Кирк, ни Скотт, ни кто-либо другой не смогут остановить его. Только Спок, если бы он находился на борту, имел шанс обнаружить причину неисправностей и предотвратить гибель корабля.

"А может быть, и Спок не смог бы", – подумал он с легким оттенком сожаления. Жаль, что у вулканца не было возможности попробовать. Харгемон хотел дать ему шанс, но командир запретил, и в этот раз он вынужден был подчиниться. Но скоро придет очередь Харгемона.

Командир называл это дело пробным, и проверка проходила успешно, хотя не все шло так, как планировалось. Улыбаясь,. Харгемон подумал о крейсере клингонов, который прибудет за ними после завершения операции на Карелле. Тогда наступит его черед "устраивать проверку". Его бортовой компьютер – детская игрушка по сравнению с компьютером "Энтерпрайза". Он смоделировал бы его на стенде за несколько недель. Даже этот тупица Келгар, которого командир приставил к нему, был способен обмануть такое примитивное устройство. Харгемон вновь переключил свое внимание на экран. Ангар "Энтерпрайза" открывался! Чего же собирался добиться Кирк, посылая челнок? На мгновение он почувствовал неприятную пустоту в желудке. Неужели Кирк догадался? Неужели было недостаточно избавиться от Спока? Но нет, это неважно. Даже, если Кирк и понял, в чем состоит проблема, и послал челнок проверить свои предположения, то все равно он был не в состоянии выявить конкретную причину странного поведения корабля. Только Спок, который, как иногда казалось, составлял единое целое с компьютером, способен сделать это – по крайней мере, за оставшееся время.

Но все равно нельзя давать им ни малейшего шанса. Пальцы Харгемона забегали по спроектированной им самим клавиатуре. Он ввел последовательно несколько команд и наблюдал их отображение в виде бегущей строки в нижней части экрана. Голосовые команды были бы более эффективны, но компьютер клингонов, который он приспособил для собственных целей, не обладал такой возможностью.

Когда последняя команда отобразилась на дисплее, двери ангара начали закрываться. Он рассмеялся, представив себе лицо пилота челнока, а затем и Кирка, когда о случившемся доложат в рубку управления. Капитан будет вне себя от ярости! Он создан для управления – людьми и машинами, – а ситуация вышла из-под его контроля.

Мерцание курсора на экране указывало, что кто-то вручную пытается открыть створки шлюза. Он снова рассмеялся. Плохо, что Кирк должен умереть вместе с остальными. Гораздо приятнее было бы сначала увидеть его и рассказать, что с ним произошло – и почему.

Курсор еще раз мигнул, информируя о второй попытке открыть шлюз при помощи ручного управления. На этот раз это был инженерный отсек вероятно, Скотт. Несколько секунд ничего не происходило. Затем на экране появилась серия команд и откликов на них, легко узнаваемых его натренированным глазом. Потом начала выполняться проверка цепей управления, дублирующих систем и отдельных блоков компьютера. Но, конечно, не тех блоков, которые...

Нахмурившись, он проводил глазами пробегавшую по экрану строку данных. Харгемон не понимал ее смысл. Неужели заменивший Спока человек оказался более квалифицированным, чем они предполагали? Может быть, он обнаружил одну из тестовых программ вулканца и попытался сам запустить ее? Нет, строка не содержала команд тестирования – это была реакция компьютера. Ответ, который компьютер не должен был давать!

Все более мрачнея, он подождал окончания серии команд. Очередная проверка закончилась. Прежде чем они успели запустить новый тест, Харгемон решил выполнить собственную проверку. Он ввел команду, и на экране замелькали строки сообщений. Минут пять он не отрывал взгляда от экрана, изучая появляющиеся на нем данные. Он пропускал узнаваемые строки. Пока...

Что это было? Его охватила дрожь. Неужели он ошибся и после стольких месяцев работы пропустил очевидную вещь? Харгемон хмуро посмотрел на клавиатуру. Если бы команды вводились голосом, такого не могло бы произойти. Неужели вся операция сорвется из-за примитивной технологии клингонов?

Но нет! Еще раз посмотрев на экран монитора, он увидел., что это не могло быть ошибкой. Это слишком сложно для простой опечатки при вводе программы с клавиатуры. Но если не ошибка, то что? И как такое могло произойти? Страх сменился желанием добраться до истины. Может быть, Келгар без разрешения ввел изменения в программу? Если это он...

Харгемон подумал, что теперь, представляется долгожданный случай избавиться от Келгара. Если Келгар, ошибочно полагая, что разобрался во всех хитросплетениях программы, решил самовольно внести изменения, то, скорее всего, он что-то нарушил. И это совсем не понравилось бы командиру, который, подобно Кирку, выходил из себя, когда нарушался установленный порядок. По лицу Харгемона пробежала слабая улыбка. Командир прямо побагровел от ярости, когда с Ванкадии пришло сообщение о том, что Споку и Маккою удалось спастись. Кто-то допустил ошибку и заплатит за это.

Келгар ошибся здесь, с компьютером, и если все сложится удачно, он ответит за свой промах. И наконец Харгемон избавится от некомпетентного помощника и сторожевого пса в одном лице, не спускавшего с него глаз последние шесть месяцев. Его место займет кто-то другой, но не сразу, и у Харгемона будет время реализовать свои собственные планы. Так что же сделал Келгар? Или, правильнее сказать, что он собирался сделать? Продолжая улыбаться, Харгемон начал методично вводить в компьютер команды и запросы.

По мере того как поступали ответы, улыбка медленно сползала с его лица. Какие бы изменения ни внес Келгар, они оказались более изощренными, чем мог предположить Харгемон. Эти изменения были внесены в само ядро программы и затрагивали все ее аспекты.

И все это было хорошо замаскировано. Если бы он случайно не заметил один не правильный параметр в потоке бегущих по экрану данных, то никогда бы ничего не обнаружил. Он вынужден был с неудовольствием признать компетентность Келгара. Это не была работа дилетанта, за которого, он принимал клингона. Тот, кто внес эти изменения в программу, хорошо знал, что делает. Харгемон со страхом понял, что этот человек разбирается в компьютерах не хуже его – по крайней мере, в данном компьютере. Но к чему должны привести эти изменения? Он вводил еще команды и запросы, всматриваясь в бегущие по экрану строки цифр. И вдруг...

– Вот оно! – слова сами слетели с его губ.

Эти изменения в программе не оказывали никакого действия, пока компьютер "Энтерпрайза" работал в обычном режиме. Но как только включался режим экономии энергии – а это скоро должно было произойти – и содержимое памяти перегружалось в другой компьютер...

– Ты все-таки нашел, – раздался откуда-то скрипучий голос Келгара, и его изображение появилось на экране вместо строк данных.

В ту же секунду Харгемон услышал позади себя сначала жужжание, а затем щелчок. Обернувшись, он увидел, что единственная дверь захлопнулась, и он оказался запертым в отсеке.

– Какого черта...

– По правде говоря, Харгемон, – сказал Келгар, не обращая внимания на его восклицание, – я нисколько не удивлен и не разочарован, Я предупреждал командира, что вы, скорее всего, обнаружите изменения.

– Командир знал об этом?

– Конечно. Это была его идея. – Внезапно Харгемон вскочил, повернулся к двери и толкнул ее. Дверь не поддалась.

– Вы не сможете открыть ее, – сказал Келгар.

– Но почему?

– Во-первых, мы не были уверены в вашей реакции. Во-вторых, уничтожение корабля, которым командует ненавидимый вами человек, это одно, а уничтожение всего Звездного Флота – совсем другое. Даже предатель, подобный вам, не способен зайти так далеко.

При взгляде на ухмыляющееся лицо Келгара Харгемон внезапно все понял. Келгар, в худших традициях клингонов, задумал избавиться от своего непосредственного начальника и оклеветал его перед командиром. А затем они избавятся, и от командира, и тогда заслуга уничтожения Звездного Флота будет приписана настоящему клингону.

– Глупец, – крикнул Харгемон. – Если ты думаешь, что достаточно простого переноса моей программы в компьютеры других звездолетов Федерации, то ты больший дилетант, чем я думал!

– Посмотрим, Харгемон, посмотрим. Вернее, я посмотрю. Но сначала дам тебе время оценить мою работу и, возможно, изменить мнение о моих способностях.

В этот момент Харгемон понял, что проиграл. Независимо от того, добьется ли Келгар успеха, он, несомненно, выполнит первую часть своего плана – устранит самого Харгемона. Он также осознал, что единственной надеждой на спасение, хотя и очень слабой, был тот самый звездолет, чье уничтожение он планировал все эти месяцы. Его пальцы быстро забегали по клавиатуре. Он торопился ввести нужные команды, пока Келгар не понял его намерений и не помешал ему. Но компьютер не слушался. На экране по-прежнему было лишь лицо Келгара.

– Убедились? – спросил клингон. – Мы с командиром были правы, не доверяя вам. Если бы я не установил блокировку на команду перезапуска компьютера "Энтерпрайза", то вы провалили бы всю операцию, еще не успевшую начаться.

Внезапно лицо Келгара сменилось изображением ангара "Энтерпрайза" с закрытыми створками шлюза.

Мысль Харгемона заработала быстрее. Меньше чем через минуту клингон будет здесь. Он стал вводить команды, вспоминая состояние экрана в момент запирания дверей. Теперь он был рад, что ввод осуществлялся с клавиатуры, если бы команды компьютеру отдавались голосом, то у него не было бы шансов спастись. Вероятно, сейчас компьютер запрограммирован на распознавание только голосов Келгара и командира. Но вспомнив состояние экрана перед закрытием дверей и вводя команды с клавиатуры, он мог рассчитывать на успех.

По экрану перемещались строки команд и откликов на них, пока... Вот он! Этот фрагмент содержал команду, снимающую блокировку дверей Харгемон ввел ее. Дверь открылась. Он пока еще жив!

Харгемон повернулся к двери, но вдруг остановился. Он, наверное, сумеет добраться до оставшегося челнока и стартовать, пока Келгар не задержал его. Но тогда Келгар просто вернется в рубку управления, направит корабль в погоню за челноком и уничтожит его. Он никогда не достигнет поверхности Ванкадии, разве что распыленный на атомы. Если только...

Он бросился назад к компьютеру и, торопясь, ввел несколько команд. Сердце его забилось быстрее, когда он увидел, что блокировка отсутствовала и доступ к навигационной системе корабля был открыт.

Харгемон быстро набрал на клавиатуре несколько строк и, не дожидаясь их подтверждения, побежал к выходу. Через, несколько секунд он уже стоял у двери маленького ангара, где находился челнок. Он набрал код аварийного открытия шлюза на панели управления, забрался внутрь челнока и закрыл за собой люк. Шлюз открылся, и воздух вышел из ангара. Некоторое время он будет в безопасности. Хорошо, что на этом корабле нет удерживающего атмосферу силового поля, как на "Энтерпрайзе". Келгар не сможет войти в ангар, пока челнок не покинет его и створки шлюза не закроются. Но Келгар вряд ли будет терять время в ожидании. Он, наверное, слышал, как открывались и закрывались двери ангара, и должен уже быть на пути в рубку управления, чтобы попытаться уничтожить челнок, раз ему не удалось убить самого Харгемона в компьютерном отсеке.

Он вывел челнок через шлюз, не дожидаясь, когда тот полностью откроется. Не оглядываясь назад, чтобы определить эффективность последних введенных в компьютер команд, Харгемон включил двигатели на полную мощность и взял курс на ночную сторону планеты. Позже у него будет время, чтобы выбрать место приземления и попытаться разыскать Спока и Маккоя.

А теперь он должен был как можно быстрее оказаться на безопасном расстоянии от Келгара.

Глава 10

"Должно же существовать какое-то объяснение!" – Кирк расстроено оглядел рубку управления. На экране по-прежнему светилось изображение Ванкадии, двадцать тысяч квадратных километров которой были скрыты под защитным полем, значительно усилившимся за последние полчаса. Шлюз ангара упорно игнорировал команды компьютера и попытки ручного управления, даже те, что предпринимал Скотт с пульта в самом ангаре. В рубке связи лейтенант Ухура протестировала аппаратуру всеми известными ей методами, но по-прежнему не могла связаться со штаб-квартирой Звездного Флота или с другим кораблем Федерации.

– Да, капитан, объяснение всегда есть, – отозвался Скотт, отходя от компьютера, где он и лейтенант Причард вместе пытались разобраться в одной из тестовых программ Спока. – Но если вы спросите меня...

– Я спрашиваю тебя, Скотта. И хочу услышать твои предположения.

– Я хотел сказать, капитан, что единственное объяснение, которое приходит в голову, – что мы имеем дело еще с одной Органией.

Кирк внутренне съежился, но внешне остался спокоен. Эта мысль приходила к нему всякий раз, когда появлялся новый необъяснимый факт, но капитан прогонял ее. Это было бы совсем скверно. Если они действительно столкнулись с существами, обладающими разумом и технологией, хотя бы отдаленно приближающимися к органианским, то "Энтерпрайз", по всей вероятности, был беспомощен. Первый – и единственный – раз они имели дело с органианцами во время одного из столкновений с клингонами, грозившего перерасти в полномасштабную войну. Потеряв терпение и ничего не добившись путем переговоров с обеими сторонами, органианцы одновременно во всей галактике вывели из строя оружие Федерации и клингонов. По сравнению с этим блокирование подпространственной связи со штаб-квартирой Звездного Флота – просто детская игра.

Ситуации были явно схожи, но очевидно и то, что при отсутствии доказательств необходимо рассматривать все возможные варианты. Предположение, что ситуация находится под контролем кого-то вроде органианцев, в случае его ошибочности могло стать роковым. Им следовало считать, пока не доказано обратное, что причиной всех неприятностей было либо какое-то неизвестное природное явление, либо вмешательство клингонов и их новых союзников. Чтобы найти путь к спасению, необходимо понять, что происходит. Только узнав истину, можно предпринимать какие-либо действия.

– Все возможно, Скотти, – сказал Кирк. – Но давай не будем опережать события и сдаваться раньше времени, ведь может быть мы имеем дело с чем-то таким, чему способны противостоять. Как у вас с Причардом продвигается анализ программы Спока?

* * *

Но вряд ли он сможет достичь ее. Блокировка навигационной системы корабля не обеспечила ему достаточно времени. Он еще раз недооценил Келгара. Клингон почти сразу же обнаружил сбои в работе системы и быстро догадался об их причине: последние введенные Харгемоном команды. Меньше чем за минуту Келгар сумел выровнять корабль и прицелиться в удаляющийся челнок. Первый выстрел был неточен. Сгусток энергии превратился в яркую вспышку в километре впереди, задев край атмосферы планеты. Харгемон знал, что больше промахов не будет. Навигационная система корабля, которую он сдвинул на девяносто градусов относительно истинной системы координат, еще не закончила коррекцию. Но уже через тридцать секунд ошибка не превысит диаметр челнока. А если ему повезет и через одну-две минуты он будет еще жив, то к этому времени корабль приблизится настолько, что Келгар сможет произвести выстрел вручную.

"Что он и предпочтет сделать", – мрачно подумал Харгемон.

Прямо перед собой он увидел еще одну вспышку. Ошибка теперь составляла не более сотни метров. Это означало, что навигационная система корабля почти перестроилась. Харгемон направил свой челнок вертикально вниз. Он надеялся спуститься хотя бы на сотню километров и войти в атмосферу, прежде чем Келгар сумеет попасть в него. Это был единственный шанс спастись, поскольку корабль клингонов мог передвигаться только в безвоздушном пространстве, а лучи энергетического оружия, предназначенного для вакуума, ослабятся и рассеются в атмосфере.

Но когда Харгемон понял, что даже этот маневр не спасет его, в верхней части экрана появилось изображение огромного патрульного корабля карелланцев. Надежда опять вернулась к нему, и он стал лихорадочно вспоминать коды команд для управления этим кораблем. Однако, когда его пальцы коснулись клавиш, надежда исчезла. Управление могло осуществляться только из основного корабля, в котором находился Келгар. Имея достаточно времени, он, вероятно, смог бы обойти защиту, блокирующую прохождение сигналов от другого источника, взять на себя управление лазерами и направить их на Келгара. Единственное, чего у него не было, – это времени.

Управляющие сигналы челнока были способны лишь привести к детонации зарядов антиматерии, установленных на каждом патрульном корабле. "Это для нашей же безопасности, – говорил командир. – Я не хочу чтобы один из этих кораблей-убийц сбил меня, если там что-то выйдет из строя и он не идентифицирует мои опознавательные сигналы". Вероятно, Келгар презирал эти "человеческие" меры предосторожности, хотя ничего не говорил. А сейчас...

Еще одна вспышка чуть не задела челнок. Без промедления Харгемон бросил челнок в сторону, а затем вверх. Двигатели взвыли, и перегрузка вдавила его в жесткое кресло пилота. Он слышал, как от нагрузки скрипят и скрежещут шпангоуты! Перед, глазами все поплыло, когда он сначала врубил двигатели на полную мощность, а затем выключил их. Челнок опять находился в свободном падении. На экране прямо перед ним виднелся массивный нос патрульного корабля с направленными на него лазерами, Но оружие не выстрелит, пока челнок посылает сигнал опознавания. На секунду ему пришла в голову мысль выключить передатчик. Если Келгар находится позади него, то...

Нет, он должен использовать любую возможность, чтобы спастись, а не погибнуть вместе с Келгаром. Находясь между карелланским кораблем и Келгаром, он получил минутную передышку. Клингон не станет стрелять, пока лазеры патрульного корабля направлены на него. Несмотря на сигналы опознавания, корабль после первого же выстрела откроет огонь.

В последнюю минуту Харгемон рванулся в сторону, пройдя менее чем в сотне метров от патрульного корабля, а затем вернулся на прежний курс. Даже если сенсоры Келгара и обнаружат челнок, его изображение будет закрыто гигантским патрульным судном.

Он послал команду детонации установленных на карелланском корабле зарядов. Силовое поле, удерживавшее антиматерию, выключилось. В течение нескольких миллисекунд произошла аннигиляция, высвободив огромное количество энергии. Яркая вспышка, как при взрыве фотонной торпеды, поглотила корабль. Кормовые сенсоры челнока были ослеплены и вышли из строя, а сам челнок изрядно тряхнуло.

Вновь взяв штурвал, Харгемон опустил нос челнока вниз, направив его прямо в атмосферу планеты. Теперь у него был шанс – даже несколько шансов. Лучше всего, если взрыв произошел, когда Келгар был рядом. Тогда он вместе со своим кораблем просто испарился бы, превратившись в огненный шар с температурой в миллионы градусов. Если взрыв произошел немного раньше, то вышли из строя носовые сенсоры Келгара, как это произошло с кормовыми сенсорами его челнока. Если же корабль клингона вообще не пострадал, то оставалась вероятность того, что Келгар потерял его из виду и считал погибшим.

Через минуту он это узнает, когда челнок войдет в атмосферу – если он вообще войдет в атмосферу.

Глава 11

В городе они встретили только три движущихся автомобиля, и все были правительственными, как и их собственный. В одной машине сидело трое пассажиров, один из которых был клингоном, остальных трикодер Спока идентифицировал как людей. Никто не обращал внимания на беглецов, но Роган заметил, что автомобиль с сидевшим в нем клингоном отъезжал от дома его товарища, тоже бывшего члена Совета.

– Они что-то знают, – нервно сказал Роган, – но, вероятно, не все, поскольку проверяют людей, уже более суток находящихся на корабле.

– Возможно, – заметил Тилмарек, стараясь, чтобы его голос звучал более оптимистично. – Они проверяют всех моих знакомых, к которым я мог бы обратиться за помощью. Может быть, именно поэтому они пришли к тебе.

Роган кивнул:

– Нам остается только надеяться.

Когда они выехали за пределы города, все, кроме Спока, облегченно вздохнули. Маккой хоть и не расслабился полностью, но подумал, что, может быть, команда клингонов и не поджидает их у корабля.

Теперь они мчались по шоссе, еще более пустынному, чем городские улицы. Единственным освещением был слабый рассеянный свет меньшей из двух ванкадийских лун, скрытой за высокими редкими облаками. Нигде не было видно ни одного искусственного огонька. Казалось, вся планета выключилась на ночь.

– Так было не всегда, – сказал Роган, когда последние огни города остались у них за спиной. – Но я надеюсь, что после ухода клингонов жизнь вернется сюда.

Следующие сто километров они ехали среди холмов и возделанных полей, напомнивших Маккою детство, проведенное в Джорджии. Двое ванкадийцев пытались определить, когда клингоны впервые появились в солнечной системе Кареллы. Скорее всего это произошло через несколько месяцев после первого контакта с Федерацией. Примерно в это время появились слухи о том, что правительство Кареллы отодвигает сроки предоставления независимости Ван-кадии. А еще через месяц начались странные смерти политических деятелей. Делкондрос появился примерно через год, и одновременно на Карелле был избран новый, настроенный против Ванкадии премьер-министр Колдрен. Он усилил контроль за колонией, отобрав власть у законно избранного правительства Ванкадии и предоставив широкие полномочия своим наместникам, таким, как губернатор Ульмар.

Затем начались террористические акты – видеозапись одного из них Колдрен доставил на "Энтерпрайз". Карелланцы ответили массовыми арестами.

– Иногда они фабриковали улики, – горько сказал Тилмарек. – А иногда и нет. Последней каплей стала неудачная попытка Делкондроса не только уничтожить космический флот карелланцев, но и лишить их возможности построить новый. С этого момента карелланцы стали вести себя как оккупанты, несмотря на то, что абсолютное большинство жителей Ванкадии, подобно Рогану, не одобряли нападения на космические корабли и убийства карелланцев. Совершенно ясно, что все эти преступления совершила небольшая группа абсолютно безжалостных людей, не останавливающихся ни перед чем для достижения своих целей. Мы – я имею в виду ванкадийцев и карелланцев – не могли бы действовать подобным образом. На Карелле не было войн более двух сотен лет, и они сформировали всемирное правительство задолго до начала колонизации Ванкадии. Но эти годы мира сделали нас наивными. Мы верили в то, что говорили Делкондрос и его сообщники. Мы просто не могли предположить...

Он вздохнул и замолчал, и следующие несколько километров никто не произнес ни слова.

Вскоре дорога резко свернула влево, и они почувствовали запах соленого морского воздуха, этот запах был похож на земной, но более резкий и чистый. Через минуту впереди показались первые огни и несколько десятков отдельно стоящих домов. Над всеми строениями возвышались устремленные в ночное небо ажурные конструкции, похожие на миниатюрные копии стартовых комплексов, выставленных в музее космонавтики. Трикодер Спока фиксировал большое количество живых существ в радиусе нескольких километров, более ста человек находились в непосредственной близости от одной из конструкций.

– Теперь это наш единственный космопорт, – объяснил Тилмарек. – Он усиленно охраняется и, по достоверным сведениям, будет использоваться для эвакуации карелланцев и высадки войск. Десять лет назад у нас практически не было армий, зато мы имели несколько подобных космопортов, принимавших в день сотни новых колонистов и даже небольшое количество туристов. Делкондрос и клингоны все это разрушили.

– Ваш корабль где-то здесь? – спросил Маккой с тревогой в голосе.

Роган отрицательно покачал головой:

– Это комплексы для запуска обычных челноков. Наш корабль не нуждается в них. Его двигатель позволяет стартовать практически с любого места.

Затормозив, Роган повернул направо в просвет между кустами, которые росли по обеим сторонам дороги. Одновременно он увеличил мощность двигателя, и Маккой услышал, что приглушенное шипение усилилось. Аппарат еще больше приподнялся над землей, двигаясь по бездорожью. Несколько минут они ехали по местности, напоминавшей дикий парк с высокой травой, густыми деревьями и заросшими тропинками. Осторожно маневрируя между деревьями, машина приближалась к вершине холма, когда Спок поднял взгляд от трикодера.

– Думаю, профессор, что ваш корабль находится справа, азимут пятьдесят семь градусов. – Роган посмотрел на вулканца.

– Как вы узнали?

– В этом месте регистрируется концентрация антиматерии. Вероятно, это энергетическая установка вашего корабля. Все челноки, которые мы проехали, снабжены обычными ядерными реакторами небольшой мощности.

– Антиматерия? – воскликнул Маккой. – Это доказывает, что новый двигатель, как и все остальное, не был изобретением ванкадийцев. Несомненно, что антиматерию предоставили клингоны.

Он посмотрел на Рогана и Телмарека.

– Если только Ванкадия сама не способна производить достаточно большое количество антиматерии.

Роган опять покачал головой:

– У меня нет таких сведений. Я знаю, что небольшое ее количество вырабатывается в лабораториях Кареллы для научных экспериментов, но Делкондрос никогда не посвящал меня в детали этих "изобретений".

– Я тоже ничего не знаю, – добавил Тилмарек. – На мои вопросы...

"Номер семнадцатый, – раздался из динамиков приглушенный помехами голос, – Пожалуйста, ответьте".

Спок сразу же посмотрел на трикодер.

– Источник сигнала находится в городе, – сообщил он.

– Кажется, наш автомобиль и есть номер семнадцатый, – сказал Маккой после того, как вызов повторился, и посмотрел на двух ванкадийцев. – Вы можете ответить?

– Не думаю, джентльмены, – вмешался Спок. – Поскольку вы не знаете имен сидевших в машине людей.

– Но если мы не ответим... – начал Маккой.

– Если мы не ответим, доктор, то у них возникнут подозрения. Если же мы ответим не правильно, то они будут уверены.

Вызов повторялся в течение нескольких минут, но Спок продолжал изучать показания трикодера и после того, как голос умолк.

Через несколько секунд он поднял глаза на Рогана.

– Остановите машину, профессор.

– Что? Почему я должен...

– Наша уловка оказалась бесполезной. Через пять секунд после того, как прекратились попытки связаться с этим автомобилем, включилось электронное устройство, излучающее сигналы опознавания. Вероятно, его назначение – идентифицировать автомобиль.

Маккой поморщился, когда машина остановилась и опустилась на землю. Они были уже около вершины холма, поросшей редкими деревьями.

– Ты можешь обнаружить это устройство и извлечь его, Спок? – спросил доктор.

– Я уже определил его местонахождение, но сомневаюсь, что мы сможем без специальных инструментов вытащить его. Передатчик находится в двадцати пяти сантиметрах за коммуникационной панелью, и трикодер не показывает, как нам до него добраться. Это очень удачная конструкция противоугонного устройства.

– Чертовы клингоны, – пробормотал Маккой. – Они все предусмотрели.

– Мы уже рядом с кораблем, – сказал Роган, – и если поторопимся, то сумеем добраться до него прежде, чем они вышлют погоню. Ведь мы находимся в двухстах километрах от города.

Спок несколько минут изучал показания трикодера, сканируя пространство впереди них.

– Возможно, профессор, – наконец произнес он. – Но боюсь, что у нас, возникнут некоторые трудности при попытке проникнуть внутрь корабля.

– Что? Почему мы должны...

– На таком расстоянии я уже могу идентифицировать отдельных живых существ, и двое из них в непосредственной близости от источника антиматерии – клингоны.

* * *

Ему удалось это! Все-таки он спасется! Челнок вошел в атмосферу под большим углом, чем нужно, поэтому его оболочка сильно нагрелась от трения, и вышли из строя носовые сенсоры. Пока не остынет раскаленное облако воздуха вокруг челнока, он будет практически слепым, но даже после этого сможет рассчитывать только на такой несовершенный, но надежный прибор, как собственные глаза.

Но он все еще был жив!

Облако раскаленных газов наконец исчезло, и он увидел поверхность планеты, слабо освещенную единственной луной. Спуск был все еще слишком крутым. Он приподнял нос челнока на несколько градусов и приник к иллюминатору, стараясь расширить поле обзора.

Сердце его радостно забилось, когда в нескольких километрах справа показались огни космопорта. Удача сопутствовала ему. Другой корабль, до которого он должен был добраться, чтобы иметь шанс улететь с этой планеты и отомстить командиру, находился немного южнее, в десятке километров от побережья. Удивительно, как при таком спуске он сумел попасть в нужный район. Но до цели было еще далеко. Тот корабль не будет так ярко освещен, а сенсоры его челнока вышли из строя и не могли ориентироваться на источник антиматерии. Но Харгемон все равно не стал бы садиться на совсем разбитую посадочную полосу, построенную более ста лет назад. Возможно, постоянно дежурившим здесь клингонам еще не успели сообщить, что произошло между ним и Келгаром, но даже в этом случае их врожденной подозрительности было более чем достаточно, чтобы сообщить командиру о странном и неожиданном приземлении челнока, из которого, пошатываясь, вышел человек, являвшийся правой рукой командира и обязанный находиться за тысячи километров отсюда. И еще существовала вероятность, что он опоздал и корабль уже взлетел. Но не было смысла обдумывать эту жуткую возможность. Если он не успел к старту, то навсегда застрянет на этой...

Челнок накренился, и Харгемон чуть не вылетел из кресла. Теперь его мысли сосредоточились только на поиске путей спасения. Что еще, черт побери, могло отказать? Глянув на показания приборов, он увидел, что произошло. При прохождении верхних слоев атмосферы от перегрева вышли из строя не только сенсоры, но и небольшой бортовой компьютер. Вероятно, произошла перегрузка некоторых цепей обратной связи, прежде чем сгорели сами сенсоры. Черт бы побрал эту клингонскую аппаратуру!

Перейдя на ручное управление, он понял, что с этой техникой ему не справиться. Рычаги управления были рассчитаны на силу клингонов, а не человека. Он мог перемещать рукоятки, но не так быстро и точно, как требовалось в данной ситуации, когда разница между жизнью и смертью измерялась долями секунды. Чертыхаясь про себя, он сражался с рукоятками управления и напрягал зрение, чтобы в слабом лунном свете различить ориентиры на местности. Минутой позже земля как будто подпрыгнула навстречу челноку, и тот рухнул на нее, ударившись о свисающие ветви огромного, похожего на иву, дерева.

Глава 12

Все подозрения Маккоя вернулись после сообщения Спока о находившихся вблизи корабля клингонах. Если Роган и не действовал заодно с Делкондросом и клингонами, то был просто обманут ими. В любом случае, деятельность этой группы ученых и бывших членов Совета не являлась тайной для Делкондроса, и у них со Споком не было шансов на спасение.

– Не очень-то хорошо вы соблюдали конспирацию, профессор Роган, – произнес он, нахмурившись.

– В данных обстоятельствах, – тихо возразил Спок, – это не удивительно и не заслуживает порицания. В любом случае, полезнее было бы сосредоточить наши усилия на выработке плана действий, а не на обвинениях в совершенных ранее ошибках.

Маккой перевел мрачный взгляд на Спока и кивнул.

– Логично. Думаю, ты прав, но у меня нет никаких идей. И почти закончился препарат для нейтрализации клингонов, – добавил он, роясь в своей аптечке.

– Если бы нам удалось найти другой автомобиль без радиомаяка... – начал Роган.

– Вы сами предложили воспользоваться этим, – возразил Тилмарек. – Если бы мы поехали на моей машине...

– Профессор Роган, – прервал Спок. – Вы хорошо ориентируетесь в расположении стартового комплекса?

Роган немного помолчал, а затем повернулся к Споку.

– Более или менее.

– Если я укажу местонахождение клингонов, вы сможете провести нас мимо них прямо к кораблю?

– Думаю, да.

– Есть ли на корабле люди, которым вы доверяете, и которые не поднимут тревогу при нашем появлении?

– Несколько человек, в ком я не сомневаюсь. Но, наверное, лучше, если у меня будет минута, чтобы поговорить с ними до того, как они увидят вас.

– Конечно, профессор. Но у нас может не быть такой возможности Если...

Вдруг в ночном небе что-то вспыхнуло. Яркое пятно, подобно маленькому солнцу, сразу затмило луну.

– Корабль! – воскликнул Роган, резко обернувшись и следя глазами за угасающей вспышкой. – Они сбили космический корабль!

– Нет, профессор, – сразу же отозвался Спок, – ваш корабль все еще на земле. Источником взрыва является...

Он замолчал, изучая показания трикодера.

– Этот прибор не в состоянии точно определить, но характер излучения указывает на аннигиляционный взрыв.

– Фотонная торпеда? – с тревогой спросил Маккой.

– Нет, доктор. Оружие "Энтерпрайза" гораздо мощнее.

– но судно клингонов...

– Возможно, доктор, – Спок продолжал смотреть на табло трикодера, – небольшой корабль спускается на поверхность планеты, и его траектория начинается в непосредственной близости от места взрыва.

– Клингон?

– Судно изготовлено по технологии клингонов, но внутри находится человек. – Маккой покачал головой.

– Что здесь, черт побери, происходит? Тилмарек? Профессор Роган?

– Поскольку это связано с клингонами, – ответил Роган, – то вы должны представлять себе ситуацию гораздо лучше, чем любой из нас.

– Если его траектория не изменится, – сообщил Спок, – то он приземлится неподалеку отсюда.

– Приземлится? – Маккой посмотрел на вулканца. – Или разобьется?

– Пока невозможно определить. Похоже, пилот в какой-то степени управляет им, но неизвестно, достаточно ли этого для безопасного приземления. В любом случае нам следует это выяснить, прежде чем мы предпримем попытку подойти к кораблю.

– Ты сошел с ума, Спок? Мы должны как можно быстрее бежать к кораблю. Если эта штука упадет поблизости, то отвлечет внимание клингонов! Нам нужно использовать то благоприятное обстоятельство, что взрыв уже отвлек их.

– Вовсе не обязательно, доктор. Во-первых, взрыв мог не отвлечь, а еще больше насторожить клингонов и их союзников. Во-вторых, вполне вероятно, что они знают причину взрыва и поэтому не сбиты с толку. И наконец, поговорив с пилотом или, если это будет невозможно, исследовав приземлившийся корабль или его обломки, мы можем получить жизненно важную информацию.

Маккой закатил глаза.

– Тебе всегда не хватает информации, Спок! Но бывают моменты, когда необходимо перестать собирать информацию и начинать действовать!

– Конечно, доктор, и мы будем действовать, как только ситуация прояснится.

Он снова взглянул на трикодер.

– Профессор Роган, держите курс градусов на десять вправо от стартовой площадки.

– К месту возможного приземления?

– Судя по траектории корабля, хотя она немного неустойчива, он приземлится там. Думаю, профессор, мы больше не можем тратить время на разговоры.

– С чем, кажется, все согласны, – пробормотал Маккой, когда Роган повел машину в указанном Споком направлении.

Через пять минут, когда они поднимались на вершину следующего холма, в небе, примерно в километре над ними, появился огонек, подтверждая показания трикодера.

– Это нельзя назвать идеальным приземлением, – поморщился Маккой, когда огонек скрылся за другим холмом.

– Возможно и нет, доктор, – сказал Спок через несколько секунд, – но пилот жив, хотя и ранен.

Корабль, который они увидели спустя пять минут, оказался маленьким и примитивным челноком, в нем мог поместиться только один человек. Челнок врезался в ветви огромного дерева на склоне холма, что спасло его от еще более сильного удара о землю. Единственный люк был немного сдвинут в сторону.

– Пилот без сознания, – сообщил Спок, когда Роган остановил автомобиль в нескольких метрах от корабля.

Маккой, выходя из машины, покосился в сторону стартовой площадки.

– А как насчет обнаруженных вами клингонов? Они тоже направляются сюда?

– Похоже, что нет, доктор. Судя по показаниям трикодера, они с тех пор не двигались.

Следуя за Маккоем, Спок не спускал глаз с прибора, проверяя, не собирается ли взорваться двигатель или энергетическая установка приземлившегося корабля, Маккой добежал первым и, взяв в руку медицинский трикодер, заглянул внутрь. И замер.

– Черт побери... – он просунул в щель свой трикодер, но не мог так вытянуть шею, чтобы разглядеть его показания.

– Спок! Помоги мне! Этот человек из Звездного Флота!

– Звездного Флота?

– На нем форма мичмана! Помоги мне, скорее! Необходимо вытащить его, чтобы я мог оказать помощь.

Пока Спок пытался шире открыть люк, Маккой старался разобрать показания своего трикодера. Наконец люк сдвинулся настолько, что можно было пробраться внутрь. Отстранив Маккоя, вулканец принялся освобождать пилота, который сильно наклонился вперед, хотя и остался пристегнут к креслу ремнями. Половина его лица была залита кровью.

Когда Спок приподнял пилота, тот тихо застонал.

– Выглядит слишком старым для мичмана, – пробормотал Маккой, рассматривая его коротко подстриженную седую бороду, пока Спок укладывал человека на неровную землю в нескольких шагах от разбитого корабля. Присев на корточки, доктор принялся обследовать раненого.

– Это потому, что когда то он был лейтенантом, – тихо произнес Спок.

– Что? – удивленно поднял голову Маккой. – О чем ты, черт возьми, говоришь?

– Это длинная история, доктор. Сейчас важно его состояние. Он серьезно ранен?

Все еще хмурясь, Маккой повернулся к лежащему на земле человеку.

– Удивительно, но ничего не сломано, – сказал он через несколько секунд. – Множество ушибов, несколько ран на голове и небольшое сотрясение мозга.

– Как скоро он придет в сознание, доктор?

– Если бы я поместил его в лазарет "Энтерпрайза", то это произошло бы довольно быстро. Но в этих условиях при ограниченном наборе лекарств было бы гораздо безопаснее подождать, пока он сам очнется. Применение наркотиков при сотрясении мозга и отсутствии медицинского оборудования...

– Я понял, доктор, но полагаю, что этот человек знает ответы на многие важные для нас вопросы. Ответы, которые существенно повлияют на возможность нашего успешного возвращения на "Энтерпрайз".

Маккой некоторое время молчал, переводя взгляд со своего медицинского трикодера на Спока и обратно. Несмотря на их вечные разногласия, Маккой даже в пылу самых горячих споров никогда не сомневался в знаниях, уме и намерениях вулканца.

– Хорошо, Спок, – наконец произнес он. – Я знаю, что ты никогда не настаиваешь без причины. Дай мне минуту – я посмотрю, что можно сделать.

Оя достал из аптечки губку и обтер засохшую кровь с головы пилота, а затем покрыл раны бактерицидным составом, образующим защитную пленку и ускоряющим свертывание крови.

Спок оторвал взгляд от трикодера и быстро оглянулся.

– Он транспортабелен, доктор?

– Да, если беречь его голову. Но ты хотел, чтобы я привел его в чувство?

– Сейчас есть более срочное дело. Сюда в двух автомобилях направляются клингоны из стартового комплекса. У каждого из них лучевое оружие и трое сопровождающих живых существ, идентифицируемых как люди.

Маккой не удивился. Это было еще одним доказательством того, что клингоны гораздо лучше информированы и организованы, чем думал Роган. Когда радиомаяк в похищенной машине замолчал, оставшиеся в городе клингоны поняли, что беглецы находятся вблизи стартовой площадки, и послали дежуривших там соплеменников, чтобы задержать похитителей. Или, более вероятно, убить их.

– Сколько у нас времени? – быстро спросил Маккой.

– При их нынешней скорости – примерно три с половиной минуты.

Маккой поморщился, закончил обрабатывать раны и спрятал инструменты в чемоданчик. Когда он поднялся, Спок снял с плеча ремень трикодера и передал прибор доктору.

– Я отнесу его в машину, – сказал вулканец наклоняясь и просовывая руки под спину и ноги лежавшего человека.

Без видимых усилий Спок выпрямился, осторожно положив голову раненого на свое плечо. Он посадил пилота на середину заднего сиденья, сам устроился рядом и махнул Маккою, чтобы тот сел с другой стороны – так она вдвоем смогут поддерживать беспомощного человека. Роган и Тилмарек уже сидели впереди, тревожно глядя на Спока.

Маккой забрался внутрь, следя по трикодеру за передвижением клингонов.

– Похоже, они пытаются окружить нас, – произнес он, отдавая прибор Споку. – Они разделились и заходят с двух сторон.

Вулканец на секунду задержал взгляд на трикодере.

– Профессор Роган, – спросил он, – сколько времени потребуется для подготовки и взлета корабля?

– Обычная процедура займет...

– Ограничьте подготовку только необходимыми для аварийного старта операциями. – Глаза Рогана широко раскрылись.

– Думаю, на это уйдет минута или чуть меньше. – Спок, еще раз посмотрел на трикодер затем оглянулся.

– Примерно через минуту автомобили покажутся из-за этого холма, – указал он, – и той рощи. Мне кажется, профессор, нам нужно кратчайшей дорогой двигаться к кораблю – если вы уверены, что доверяете большинству своих товарищей.

– Я уже не знаю, что думать, – ответил Роган, нервно облизывая губы. Он смотрел в ту сторону, откуда, по утверждению Спока, должны были появиться клингоны. – Но, похоже, у нас нет выбора.

Автомобиль, взвыл и резко приподнялся над землей. Маккой придерживал беспомощного пилота. Машина сначала завибрировала, затем выровнялась и начала двигаться к вершине холма.

– Оба клингона изменили курс, чтобы перехватить нас, – сообщил Спок. – Вероятно, они следят за нашими передвижениями при помощи маяка.

– Не могу сказать, что сильно удивлен, – пробормотал Маккой, но вулканец не обратил внимания на его слова, сканируя трикодером местность.

– Каковы размеры вашего корабля, профессор? – через несколько мгновений спросил Спок. – Сколько пассажиров он может взять на борт?

– Точно не знаю. Его переделали из стандартного челнока, рассчитанного на сорок человек. Но кресла полностью пришли в негодность, и пришлось снять их, уложив мягкое покрытие на пол и стены. Так мне говорили. Мне также сообщили, что нас должно быть более двадцати человек на борту.

Они перевалили через вершину холма и помчались вниз. Маккой удивленно раскрыл глаза при виде открывающейся картины. В неярком лунном свете он увидел прямую, как стрела, долину шириной примерно в километр и длиной в десять километров с практически плоским дном. По центру долины была проложена заброшенная взлетно-посадочная полоса, похожая на ту, которую использовали первые земные челноки. По обеим ее сторонам располагались сотни полуразрушенных домов сборной конструкции, протянувшихся цепочкой от огромных ангаров и заводских цехов. На холме с противоположного конца долины был виден целый комплекс из нескольких десятков приемных антенн, каждая из которых достигала десяти метров в диаметре. Все они предназначались для приема лучевой энергии от спутников, запущенных на экваториальную орбиту и аккумулирующих солнечную энергию. Но сейчас только несколько антенн были направлены в ту сторону. Все они были погнуты, покрыты ржавчиной, а некоторые полностью разрушены.

Прямо впереди них на краю полосы стоял корабль, напоминавший большую и неточную копию древнего земного челнока, только реактивные двигатели были заменены импульсными. Один из люков был открыт, и к нему вел импровизированный трап, по которому взбирались люди.

– Господи, – выдохнул Роган. – У нас нет ни секунды! Они готовы к старту.

Он недоуменно пожал плечами.

– Но они не должны были... Если люди, посланные предупредить их после сообщения Делкондроса...

– Внутри корабля и в непосредственной близости от него находятся пятьдесят живых существ, и все они люди, – сообщил Спок, посмотрев на табло трикодера.

– Здесь собрались все, включая тех, кто был послан с предупреждением, – сказал Роган. – Что же, черт побери, происходит?

– Мне тоже хотелось бы знать, – раздраженно отозвался Маккой.

Оглянувшись, он увидел, как два автомобиля появились на вершине холма и стали спускаться в долину.

– Но что бы ни случилось, выглядит это скверно.

Роган прибавил скорость, и они еще быстрее понеслись вниз. Независимо от намерений клингонов, корабль оставался для беглецов единственной надеждой. Радиомаяк делал невозможным передвижение в автомобиле, но если они выйдут из машины, то клингоны через несколько секунд догонят их, а у них нет даже фазера, чтобы защищаться. Внезапно они оказались среди зданий. Роган направил автомобиль между двумя разрушенными ангарами. Впереди последний пассажир уже поднялся по трапу Он остановился перед люком и оглянулся, услышав шум приближающегося автомобили. Машины с клингонами, казалось, отстали, двигаясь по широким улицам, а не по, узкому проходу, где проехал Роган.

Машина резко остановилась и опустилась на землю в нескольких метрах от трапа. Роган и Тилмарек сразу же выскочили наружу. Профессор помахал рукой человеку, стоявшему у люка.

– Это Джерлок! – объяснил он Маккою и остальным. – Один из тех, кого мы послали с предупреждением.

– Роган! – крикнул вниз мужчина. – Что вы здесь делаете? Последнее посланное вами сообщение...

– Было фальшивкой! – закричал в ответ Роган. – Я не посылал никаких сообщений с тех пор, как вы покинули мою квартиру! Я все объясню позже! Теперь, пожалуйста, доверьтесь мне. Нам необходимо попасть на борт корабля и немедленно взлететь!

– Но в официальном сообщении говорилось, что Тилмарек... – начал Джерлок, но тут же умолк, увидев, как из машины выходят Спок и Маккой. Спок нес раненого человека, а доктор держал в руках трикодер. – Вы их пленник?

– Ничего подобного! – Роган и Тилмарек уже поднимались по трапу. – Официальное сообщение – ложь! Все, что вы услышали сегодня – и большая часть того, что нам говорили последние несколько лет, – тоже ложь!

Добравшись до верхних ступенек трапа, Роган схватил мужчину за руку, а Тилмарек остановился ступенькой ниже. Он выглядел еще более взволнованным, чем Джерлок.

– Этому есть объяснение, – настаивал Роган. – Но если мы немедленно не поднимемся, то нас убьют и мы тогда уже ничего не сможем рассказать. Все, что вы сегодня услышали о Федерации, Джерлок, это ложь! Сейчас необходимо – это вопрос жизни и смерти для всех нас – как можно скорее взлететь, пока эти, – он оглянулся на приближающиеся автомобили, – не помешали нам.

– Но подготовка к старту сама...

– Может быть сокращена! – перебил Роган. – Должна быть сокращена!

Несколько долгих секунд Джерлок смотрел в глаза профессору. Затем, когда Спок уже подходил к трапу, отступил назад, повернулся и вошел в корабль. Роган быстро посторонился, пропуская остальных внутрь. Спок, несмотря на свою ношу, шагал через ступеньку. Маккой, бежавший вслед за ним, на мгновение остановился, вспомнив о лежащем в багажнике автомобиля клингоне – "доказательстве" Спока. Но времени вытаскивать его уже не было, и, кроме того, доказательств у них теперь более чем достаточно. Еще раз взглянув на автомобиль, Маккой поспешил внутрь.

Изнутри корабль напоминал сборный домик из гофрированного железа, стены и пол которого были покрыты тонким слоем какого-то мягкого материала. Прямо на полу сидело множество людей. Многие из них держались за импровизированные поручни. Впереди была переборка с открытой дверью, за которой располагалась кабина пилота. Там находился Джерлок. Он что-то убежденно доказывал сидевшему в пилотском кресле человеку.

Когда Спок опустил безжизненное тело на пол, Роган закрыл и запер люк. Люди с нескрываемым удивлением, а некоторые и со страхом смотрели на Спока и Маккоя. Доктор еще раз взглянул на трикодер, поморщился и передал прибор вулканцу. Клингоны больше не преследовали их. Они остановили машины в ста метрах от корабля и остались внутри, вероятно наблюдая и запрашивая новые инструкции.

– Роган! – заговорил один из пассажиров, нервно переводя взгляд от Тилмарека к Рогану и трем, людям, в форме Звездного Флота. – Зачем вы привели этих убийц сюда?

Профессор резко повернулся и отодвинулся от плотно закрытого люка.

– Официальное сообщение было ложью! – громко сказал он. – Тех людей убил сам Делкондрос, а не Тилмарек и так называемый карательный отряд Федерации.

Несколько человек заговорили одновременно, перебивая друг друга. Роган быстро поднял обе руки над головой.

– Подождите минуту. – повторил он три или четыре раза, стараясь перекричать шум голосов, пока все не замолчали. – Вы должны сейчас поверить мне. Я знаю, многим из вас трудно представить, что Делкондрос – убийца, но это правда, и на самом деде ситуация еще хуже, гораздо хуже. Сейчас главное, чтобы мы вместе с этими тремя посланцами Федерации поскорее покинули планету. Если это удастся, то у нас будет достаточно времени, чтобы объяснить...

– Нет, профессор Роган, так дело, не пойдет! – перебил его новый голос. Пилот – худой, как скелет, человек со светлыми волосами – поднялся со своего кресла и встал в проеме двери, мрачно глядя на Рогана.

– За последние несколько часов мы получили много противоречащих друг другу указаний – между прочим, и от вас тоже, – а теперь вы в последнюю минуту врываетесь сюда и приводите с собой троих людей, которых ваши же посланцы называли хладнокровными убийцами! Я не...

– Они не убийцы, – Роган уже почти кричал. – Они сами едва спаслись! Правительственное сообщение было фальшивкой! Пожалуйста, вы должны...

Внезапно корабль вздрогнул, заставив всех замолчать. Пилот повернулся к пульту управления. Его кресло было пустым, но индикация на пульте мерцала. По экрану пробегали цифры, команды и результаты вычислений. Не говоря ни слова, пилот бросился к своему креслу и стал лихорадочно нажимать на клавиши. Индикация по-прежнему мерцала, а сообщения пробегали по экрану компьютера. Корабль продолжал вздрагивать, а затем пришел в движение. Пилот в ярости обернулся и посмотрел на Рогана.

– Еще один ваш сюрприз, профессор? – он почти рычал.

Роган растерянно взглянул на Спока и Маккоя:

– Что происходит? Вы обманули меня?

Как только заработали двигатели корабля, Спок занялся своим трикодером. Теперь он поднял голову и сказал:

– Ваш корабль управляется сигналами из космоса, источник сигналов находится вне пределов досягаемости моего прибора.

Роган и пилот смотрели на вулканца. Корабль быстро набирал скорость, заставляя тех, кто не лежал на полу, держаться за поручни.

– Невозможно! – запротестовал пилот. – На судне не установлен блок дистанционного управления.

– Тем не менее, джентльмены, это происходит.

– Это ваш корабль – "Энтерпрайз" – посылает сигналы.

– Нет, джентльмены, "Энтерпрайз" не имеет такой возможности.

– Но вы бы хотели этого, Спок?

Незнакомый голос заставил всех оглянуться в поисках говорящего, пока кто-то не сообразил, что звук идет от пульта управления.

Пилот повернулся в кресле и попытался отключить голос. В это время корабль оторвался от земли и взмыл вверх.

– Кто вы? – спросил пилот, откидываясь назад. – Что вы с нами делаете?

Спок опять посмотрел на трикодер.

– Голос исходит из того же источника, что и сигналы управления кораблем, – сказал он.

– Отлично, мистер Спок, – насмешливо произнес голос. – Могу ли я предположить, что вы уже идентифицировали меня?

– В вашем теперешнем воплощении – да, премьер-министр Колдрен, – слова вулканца сопровождал всеобщий изумленный вздох. – Но я еще не определил ваше настоящее имя.

– Я бы не хотел, мистер Спок, чтобы вы погибли, так и не узнав его. Меня зовут Кармоди, Джейсон Кармоди.

Спок помолчал.

– Ситуация проясняется, лейтенант Кармоди. В штаб-квартире Звездного Флота считали, что вы либо убиты, либо взяты в плен клингонами.

– Я так и думал, что в вашем банке данных есть эта информация. Все верно. После Делара-7 я вместе со всем экипажем "Чаффи" был взят в плен. Но после того, как я побывал в заключении на звездолете Федерации, клингоны показались мне просто смешными. Мы быстро сговорились. С тех пор я сделал неплохую карьеру, гораздо лучшую, чем ту, на которую мог рассчитывать у вас.

– Вполне логично, что вы нашли философию клингонов подходящей для себя. Насколько я помню, представленные в суде свидетельства очевидцев из вашего экипажа послужили основанием для признания вас виновным в сознательном нарушении Основополагающей Директивы.

– У меня не было сомнений в том, каким будет решение суда, – голос Кармоди стал жестким. – Звездный Флот никогда бы не понял и не принял во внимание мои доводы, но на Деларе-7 я действовал правильно. Сожалею, что не имел возможности официально изложить свою точку зрения.

Он притворно вздохнул.

– Очень плохо, что мои давние друзья из Звездного Флота так никогда и не узнают правду об этом деле. Но это провалило бы всю операцию, не правда ли, мистер Спок? Но тот факт, что вы знаете, кто несет ответственность за вашу приближающуюся смерть, не говоря уже о неминуемой гибели и бесчестии капитана Кирка и уничтожении "Энтерпрайза", а вслед за ним и всей Федерации, поможет мне пережить разочарование.

Вокруг Спока послышались недоуменные и испуганные голоса.

– Вы объясните остальным, мистер Спок, правда? – продолжал Кармоди. – С вашими способностями к логическому мышлению это будет нетрудно. Я бы предпочел сам все рассказать, но, к сожалению, у меня масса других дел, особенно после того, как я избавился от своего помощника – лейтенанта Финнея.

– Финней! – Маккой инстинктивно начал поворачиваться в сторону раненого человека, но тут же почувствовал железную хватку Спока на своей руке, заставившую его остановиться.

– Спок, какого черта...

– По какой причине мистер Финней впал в немилость? – Вулканец говорил неестественно громко, чтобы заглушить восклицание Маккоя.

– Я не знаю подробностей, мистер Спок, – произнес с улыбкой Кармоди. – Но достаточно сказать, что у него не хватило духу, когда пришло время принимать жесткие решения. Если у меня будет возможность еще раз поговорить с вами, что очень сомнительно, я расскажу вам больше. А если нет, то я не буду лгать вам и говорить: "Живите и процветайте". Я просто говорю: "Прощайте". Прощайте, мистер Спок и доктор Маккой. Вы никогда не узнаете, каким удовольствием было иметь дело с вами и вашим самоуверенным капитаном, о котором Финней мне так много рассказывал.

Внезапно голос умолк, и связь прервалась.

– По всей вероятности, теперь можно разговаривать, не опасаясь, что нас услышат, – сказал Спок, взглянув на трикодер.

– Вот что ты имел в виду, – воскликнул Маккой и, придерживаясь за поручни, наклонился над раненым. "Когда-то он был лейтенантом". – Это Финней! Ты сразу узнал его. Конечно, он сбежал, не пройдя полный курс психотерапии. Но что имел в виду Колдрен-Кармоди, когда говорил, что избавился...

Маккоя прервал всеобщий возглас удивления. Он с тревогой поднял глаза и посмотрел на экран в пилотской кабине, куда были обращены взгляды остальных. Бегущие цифры и сообщения исчезли. На их месте Маккой увидел грозный силуэт патрульного корабля с направленными на них рядами лазерных пушек.

Глава 13

– Результаты те же, капитан, – лейтенант Причард поднял глаза от монитора. – Программа подтверждает существование аномальных показаний датчиков, но не в состоянии локализовать неисправность и определить ее причину. Это звучит не правдоподобно, но создается впечатление, что компьютер намеренно скрывает информацию. Если бы мистер Спок был здесь, то смог бы...

– Но его тут нет, мистер Причард, – перебил Кирк. – Лучше скажите, что еще могут предпринять присутствующие здесь?

Причард вспыхнул от обиды, но промолчал. Как и все на борту "Энтерпрайза", он знал, что капитан острее всех переживает потерю Спока, и сейчас Кирк не смог совладать со своими чувствами.

– Я проанализировал программу и могу попробовать модифицировать ее, но не уверен в результат те, поскольку не знаю намерений разработчика. Неизвестно, зачем были написаны те или иные блоки программы и что мистер Спок надеялся получить в результате. Может быть, это даже не окончательный вариант. Он не закончил работу, когда... – голос Причарда прервался.

Кирк немного помолчал, приводя в порядок свои чувства.

– Понятно, мистер Причард, – Сказал он, – делайте все возможное.

Отвернувшись от лейтенанта, он вызвал инженерный отсек.

– Мистер Скотт, вам удалось что-нибудь выяснить про эти датчики?

– Ничего, капитан. Мы извлекли соответствующие блоки и разобрали их почти на молекулы – все в полном порядке. Если неисправность и есть, то дело не в датчиках. По крайней мере, не в этих датчиках.

– А шлюз ангара?

– Двое моих людей изготавливают приспособление, чтобы открыть створки вручную, без гидравлики. Это будет чертовски трудно. Их величина... Они вовсе не предназначались для ручного открывания.

– Понятно, Скотти. Продолжайте. Лейтенант Ухура, что у вас?

– Ничего, капитан. Вся аппаратура полностью проверена, но мы по-прежнему не принимаем никаких сигналов, ни обычных, ни подпространственных.

– Капитан, – перебил лейтенанта Зулу. – Только что с поверхности планеты стартовал корабль.

Кирк повернулся к компьютеру.

– Подробности, мистер Причард! Мощность, экипаж – все!

– Похоже на прототип импульсного двигателя, капитан. Но это невозможно!

– Должно, быть, это тот самый новый двигатель, о котором говорил Колдрен, – Кирк опять помрачнел. – Даже простейший импульсный двигатель значительно мощнее и совершеннее обычного, использующего ядерное топливо. Что является источником энергии, лейтенант?

– Небольшая аннигиляционная установка, сэр.

– Антиматерия? Разве показания ваших сенсоров раньше не указывали на ее отсутствие? – Причард заморгал, вспоминая.

– Да, но такое количество антиматерии должно было быть обнаружено.

Кирк поморщился.

– Еще один странный факт, который можно объяснить только вмешательством извне. Каков его курс, лейтенант?

– Данная траектория выведет его на орбиту чуть выше патрульных кораблей, но с импульсными двигателями он способен достигнуть любого места в пределах солнечной системы.

– Живые существа?

– Примерно... – начал Причард, но тут же умолк, устремив взгляд на экран.

– Что-то не так, лейтенант? – Не знаю, сэр, – помедлив, ответил Причард. Он быстро нажал несколько клавиш, вызвав из памяти компьютера результаты предыдущих измерений.

– Живые существа отсутствуют, – произнес он и нахмурился. – Но я уверен, что самые первые данные, полученные сразу же после обнаружения корабля, указывали на наличие экипажа.

Кирк подошел ближе и остановился позади лейтенанта.

– А теперь ничего?

– Совершенно верно, сэр. А когда я вызвал из памяти результаты предыдущих измерений, показавших, что там обнаружены живые существа, то... – он указал на экран. – Вы сами можете убедиться. Ничего.

– Совсем не так, как с антиматерией, которой сначала не было, а теперь есть. – Причард сглотнул.

– Да, сэр.

– Эти живые существа на борту – люди? Или клингоны?

– Я не уверен. Думаю, люди. Я только на мгновение краем глаза заметил эту информацию, поэтому могу ошибаться. Но какая разница, если их там не было?

– Не знаю, не знаю. Тестовая программа мистера Спока все еще активна?

– Да, сэр. Я модифицировал ее таким образом, чтобы она постоянно проверяла состояние компьютера.

Причард набрал на клавиатуре команду, выводящую на экран результаты проверки.

– Ничего нового, сэр. Зафиксированы аномальные показания сенсоров, но не определена их причина.

– А если компьютер преднамеренно скрывает информацию от диагностической программы – вы, кажется, так выразились, лейтенант?

– Да, сэр, но...

– Если это правда, То он может также скрывать данные о наличии живых существ на борту корабля.

– Возможно, но в этом нет никакого смысла.

– В сущности во всем, что с нами случилось после прибытия в систему Кареллы, нет смысла, лейтенант. Так что это не критерий. Допустим на минуту, что ваше предположение верно. Попытайтесь представить, как это могло быть сделано.

– Необходимо перепрограммировать весь компьютер.

– Но думаю, что после таких манипуляций остаются следы – что-то вроде огромных грязных отпечатков ног.

– Обычно да, сэр, но хороший программист...

– Может практически уничтожить эти отпечатки. Кто-то вроде Спока. Понятно, мистер Причард. И только специалист, подобный мистеру Споку, сможет отыскать оставшиеся следы.

– Да, сэр.

– Делайте все, что можете, в его отсутствие. Кстати, как управляется этот корабль, если там нет пилота? Дистанционное управление?

– Нет, сэр, мы не зафиксировали никаких внешних сигналов. Наверное, он следует заданной на земле программе.

– Оружие?

– Нет, сэр.

– Тогда патрульные корабли непременно уничтожат его.

– Да, если они действуют так, как говорил премьер-министр Колдрен.

Во время разговора Причард продолжал следить за появляющимися на экране результатами сканирования. Вдруг он широко открыл глаза.

– Капитан! На борту есть оружие! Я мог бы поклясться...

– Какое оружие?

– Пять лазерных пушек, сэр. Но раньше их там не было!

– То же самое происходило с регистрацией антиматерии и живых существ?

– Да, сэр, но я мог ошибаться относительно присутствия людей на борту, а такое количество антиматерии могло оказаться недостаточным для более раннего его обнаружения. Но никак невозможно было пропустить информацию о наличии оружия!

– Результат еще одних "аномальных" показаний сенсоров? Вы проверили первоначальные данные?

– Проверяю, сэр, – пальцы лейтенанта забегали по клавиатуре. Когда информация появилась на экране, он покачал головой. – Они совпадают.

– По показаниям компьютера, мистер Причард, по показаниям компьютера, – в голове капитана мелькнула еще не совсем сформировавшаяся идея. – Сосредоточьте усилия на диагностической программе. Вы получите всю необходимую помощь.

Кирк повернулся к аппаратуре связи.

– Лейтенант Ухура, вероятно, этот новый корабль не пытается связаться с нами?

– Никаких радиопередач, сэр, и нет ответа на наши запросы.

– Капитан, – вступил в разговор Зулу. – Кажется, два карелланских патрульных судна обнаружили и пытаются перехватить его.

– Мистер Причард, может ли наше силовое поле противостоять лазерным орудиям патрульных кораблей и пушкам, которые, возможно, имеются на этом новом судне?

– Несомненно, сэр. Если только сенсоры правильно определили мощность этого оружия. – Кирк поморщился.

– Должны же мы хоть чему-нибудь доверять! Включите поле, мистер Зулу, и установите его между приближающимся судном и так называемыми патрульными кораблями. Кроме того, я бы хотел взглянуть поближе на этот космический аппарат.

– Слушаюсь, сэр. Активизирую поле. Включаю двигатели.

"Энтерпрайз" рванулся вперед, войдя в верхние слои атмосферы. Приближающийся корабль увеличивался на экранах мониторов. Находясь прямо над ним, они стремительно набирали скорость и, описав дугу, оказались впереди. Через несколько секунд на экране появился ближайший патрульный корабль, устремившийся прямо на них.

– Сенсоры показывают, что лазеры активизированы и готовы выстрелить, – сообщил Причард, но в это время два лазерных луча вырвались из приближающегося корабля и рассеялись защитным полем "Энтерпрайза", превратившись в сверкающие языки пламени.

– Поле выдержало, капитан, – отрапортовал Зулу. – Но второй патрульный корабль приближается с другой стороны. Нам необходимо вернуться назад, чтобы...

Зулу внезапно замолчал. Почти одновременно оба лазерных луча исчезли, и патрульный корабль на мгновение нырнул вниз, а затем поднял свой нос вверх, видимо намереваясь вернуться на свою орбиту.

– Капитан! – воскликнул Зулу полным удивления голосом. – Корабль исчез!

– Что случилось? Его сбил другой патрульный корабль?

– Нет, сэр, его не сбили. Он просто.., исчез. Пропал.

– Это его собственное силовое поле? Подобное тому, что было на поверхности планеты?

– Нет, сэр. Он просто пропал. Как если... – Зулу бросил быстрый взгляд на Кирка. – Я единственный раз видел что-то подобное, сэр. Так исчезал ромуланский корабль, скрываясь от нас.

У Маккоя сжалось сердце, когда он увидел на экране приближающийся к ним огромный патрульный корабль. Роган стоял за спиной пилота, который вернулся на свое место и пытался взять на себя управление. Все, кроме Спока, продолжали смотреть на табло трикодера, наблюдали за карелланским судном.

– Включено ли защитное устройство? – Пилот покачал головой, не отрываясь от пульта управления.

– Я не знаю. Компьютер не реагирует на мои запросы, поэтому если оно и включено, то это сделал тот, кто управляет кораблем.

Он гневно посмотрел на Спока и Маккоя.

– Вы заодно с Колдреном? Поэтому вы здесь?

– Да, и мне хотелось бы знать! – Роган тоже повернулся к ним. – Я поверил вам, вам и Тилмареку, но сейчас...

Он бросил тревожный взгляд на изображение патрульного корабля.

– Нас сейчас собьют? Именно это имел в виду Колдрен, когда говорил о своей ответственности за нашу смерть?

– Не думаю, – спокойно ответил Спок. – Я предполагаю, что скоро нас уничтожат тем или иным способом, но мы точно не знаем намерения человека, который вам известен под именем Колдрен.

– Кто бы он ни был, – сказал Роган – он считал, что вы обо всем догадались, мистер Спок. И он был доволен этим, а не обеспокоен.

– Я больше предполагаю, чем знаю, – возразил Спок. – Но этого недостаточно, для спасения. Единственным реальным шансом выжить...

Он вдруг замолчал, переводя взгляд с трикодера на экран.

– Корабль, возможно корабль Федерации, возможно "Энтерпрайз", только что вошел в зону действия трикодера, – сообщил он, снимая с ремня свой коммуникатор.

Когда он включил прибор, на экране, половину которого занимал патрульный корабль, появился сам "Энтерпрайз". Маккой взял свой коммуникатор секундой позже, но ни он, ни Спок не получили ответа.

– Что, черт побери, происходит? – раздраженно крикнул доктор, тряся свой прибор и как бы призывая его к ответу. – это поле не может нас теперь блокировать!

– Нет, доктор, – сказал вулканец, вновь взяв в руки трикодер. – Включено силовое поле "Энтерпрайза", но оно не должно...

Он опять замолчал, наблюдая на экране, как лучи лазерного оружия патрульных кораблей рассеялись силовым полем "Энтерпрайза", а затем огонь прекратился.

Через несколько секунд карелланское судно изменило курс и стало возвращаться на более высокую орбиту.

– Может быть, если бы они подошли достаточно близко, – пробормотал Маккой, вновь переключая внимание на коммуникатор.

– Не думаю, что нам следует рассчитывать на это, доктор, – произнес Спок, все еще глядя на экран, где "Энтерпрайз" тоже стремительно удалялся. – Похоже, они сами возвращаются на стандартную орбиту.

– Это безумие! Ведь они только что спасли наши жизни, когда эта штука выстрелила! Ты сам это видел не хуже меня!

– Я видел, что патрульный корабль открыл огонь, и что силовое поле "Энтерпрайза" защитило нас. Но нет оснований полагать, что им известно о нашем присутствии на борту. Их поведение свидетельствует о том, что они не знают об этом.

– Что еще более невероятно, Спок. Они не могут не знать, что мы здесь. Даже если наши коммуникаторы каким-то образом блокированы, то их сенсоры должны обнаружить нас! На таком расстоянии они бы определили, что на борту находится вулканец, и...

Экран озарила яркая вспышка, гораздо более яркая, чем при столкновении лазерных лучей с силовым полем "Энтерпрайза". Раздался всеобщий вздох, и все взгляды устремились на экран.

– Он снова в нас выстрелил, – кто-то почти кричал.

Затем наступила тишина.

– Он не стреляет, – сказал Спок, поднимая глаза от трикодера. – Ближайший патрульный корабль уничтожен в результате аннигиляционного взрыва.

Маккой, отказываясь понимать происходящее, покачал головой. Затем его взгляд упал на лежащего без сознания раненого человека, доставленного ими на борт корабля.

– Похоже на взрыв, который мы наблюдали непосредственно перед приземлением нашего друга? – спросил Маккой, помрачнев. – Кто-то их сбивает, Спок, или что?

– Взрывы очень похожи, доктор, – ответил Спок, вновь изучая показания трикодера. – Но я предполагаю, что они не были сбиты. К нам приближается еще один такой корабль, и на его борту тоже находится небольшое количество антиматерии, хотя источником энергии для его двигателей служит ядерный реактор. Антиматерия не является частью энергетической установки, а просто заключена внутри силового поля. Логично было бы предположить, что первый корабль просто взорвался, когда это силовое поле каким-либо образом отключилось.

– Зачем, черт побери, на корабле нужна антиматерия, если ее не использовать для получения энергии или в качестве оружия?

– У меня недостаточно информации для логического заключения, доктор. Однако... – Спок вновь замолчал, и его брови медленно поползли вверх при появлении на табло новых сообщений. – Теперь я получил дополнительные данные. Патрульный корабль, находившийся позади нас, был уничтожен точно таким же взрывом. Это произошло после получения им сигналов, аналогичных тем, которые используются для дистанционного управления нашим кораблем.

– И что это означает, Спок? – спросил Маккой, когда вулканец опять ненадолго умолк.

– Можно предположить, доктор, что антиматерия используется в, устройстве самоликвидации, срабатывающем от сигналов дистанционного управления.

– Означает ли это, – вмешался Роган, – что на нашем корабле тоже есть заряд антиматерии, который можно привести в действие таким же образом?

– Сомнительно, профессор, хотя и возможно. 3десь антиматерия является частью энергетической установки, а не отдельным устройством неизвестного назначения. Об этом нужно спросить у бывшего офицера Финнея, – и повернувшись к Маккою, Спок продолжал:

– Чем скорее вы сможете привести его в чувство, тем больше у нас шансов на спасение.

– Не хотелось бы, чтобы он умер, придя в сознание, – фыркнул Маккой.

– Будьте осторожны, доктор. Я очень надеюсь на ваше умение.

В течение следующих пяти минут трикодер Спока зарегистрировал еще два взрыва антиматерии, но Маккой не обратил на них внимания, склонившись над раненым.

Колдрен-Кармоди назвал его Финнеем, и сейчас Маккой увидел, что это на самом деле он. Доктор теперь даже понял, как Споку удалось сразу же узнать его, несмотря на внешние изменения. Рыжий оттенок волос сменился на серый. Вся нижняя часть лица была скрыта коротко подстриженной седой бородой. Но глаза не изменились. В них было то же затравленное выражение, как тогда, когда его обнаружили спрятавшимся на "Энтерпрайзе" после неудачной попытки сымитировать собственную смерть и подделать записи в памяти компьютера, чтобы возложить вину за эту смерть на капитана. И даже сейчас, в бессознательном состоянии и с закрытыми глазами, его лицо сохраняло затравленное выражение, являвшееся реакцией на притеснения со стороны начальства, которые, как ему казалось, начались еще во время обучения его в академии. Это выражение, похоже, навсегда отпечаталось на его лице.

Человек, называвший себя Харгемоном, внезапно пришел в себя и невольно вздрогнул, когда в его мозгу промелькнули последние картины падения челнока. С его губ сорвался стон, когда он попытался пошевелить разбитой головой. "Где, черт побери..."

Перед глазами у него прояснилось, и он опять застонал, увидев мрачное лицо склонившегося над ним доктора Леонарда Маккоя. Позади него стоял Спок. И Роган с несколькими людьми, которых они с командиром использовали. А над головой...

Он внезапно понял, где находится. Челнок! И судя по звуку, уже в полете! Если они... Он перевел взгляд на офицеров "Энтерпрайза".

– Как далеко мы удалились от Ванкадии?

– Выходим на орбиту, мистер Финней, – тихо ответил Спок. – Но двигатели еще работают.

Финней облегченно вздохнул и расслабился, откинувшись на мягкое покрытие пола.

– Тогда у нас много времени.

Он опять перевел взгляд на Спока и Маккоя.

– Вы мне, конечно, не поверите, но я рад вас видеть.

– Вот именно, Финней, – сказал Маккой. – Почему я должен верить всему, что вы скажете? Какого черта...

– У нас еще будет возможность вспомнить прошлое, – произнес Финней с горечью в голосе. Поморщившись от боли, он сел, а затем поднялся на ноги. – Если я смогу передать одно сообщение. Доктор, вы не одолжите мне свой коммуникатор?

Маккой еще больше насупился.

– Какого черта я должен это делать? Что... – Финней поднял руку.

– Потому что в противном случае я буду вынужден воспользоваться передатчиком этого корабля, который, без сомнения, заминирован. А если мне не удастся передать это сообщение, то очень скоро наш челнок и все находящиеся на его борту будут уничтожены.

Глава 14

Кирк повернулся к компьютеру.

– Докладывайте, мистер Причард.

– Космический аппарат больше не регистрируется ни одним сенсором, капитан.

– Картина совпадает с той, что была зафиксирована сразу же после исчезновения корабля? Или есть отличия? Мистер Зулу, верните нас на стандартную орбиту. Что бы это ни было, я не хочу случайного столкновения.

– Слушаюсь, сэр.

Пока "Энтерпрайз" возвращался на орбиту, Причард внимательно проанализировал запись результатов сканирования, а затем вызвал из памяти на экран предыдущие показания и отдал команду компьютеру.

– Произвести детальное сравнение результатов.

– Показания идентичны, – монотонным голосом сообщил компьютер через несколько секунд.

Причард посмотрел на капитана и вновь повернулся к дисплею.

– Повторить сравнение, – приказал он. – Поскольку масса и размеры кораблей существенно отличаются, то результаты сканирования просто не могут совпадать!

– Показания идентичны, – повторил компьютер.

Причард повернулся к Кирку.

– Вы слышали, капитан, – с тревогой сказал он. – Сравнивались показания сенсоров во время исчезновения этого космического корабля и старые записи, относящиеся к исчезновению ромуланского судна. Какие-то отличия просто обязаны существовать.

– Согласен, лейтенант, – задумчиво произнес Кирк. – Два различных события не могут давать совершенно одинаковые результаты сканирования. Но следует ли доверять последним полученным данным, если у нас возникли проблемы с сенсорами? – Причард сглотнул.

– Не знаю, капитан, – он нервно посмотрел на экран, а затем снова на Кирка. – Программа мистера Спока обнаруживает только аномальные показания сенсоров, но не может установить истинность тех или иных результатов.

– Понятно, мистер Причард. Мистер Скотт,..

– Капитан! – перебил Зулу. – Патрульный корабль был обстрелян!

Кирк быстро повернулся к экрану.

– Максимальное увеличение!

– Слушаюсь.

На мгновение весь экран заняло изображение одного из патрульных кораблей с оплавленным отверстием на месте одного из лазерных орудий. Затем он исчез в яркой вспышке, и изображение стало уменьшаться, чтобы защитить экран от перегрузки, пока не превратилось в маленькое угасающее пятно в центре экрана.

– Источник выстрела? – спросил Кирк.

– Невозможно определить, капитан, – доложил Зулу. – Но возможно, это были лазерные орудия исчезнувшего корабля.

– Он открыл огонь, не обнаружив себя? Это невозможно!

– Если он похож на ромуланский корабль, – уточнил Зулу. – Но мы не знаем.

– Капитан, – окликнул Причард, – сенсоры вновь обнаружили судно.

– Но его нет на экране, лейтенант, – отозвался Кирк. – Мистер Зулу, уточните координаты.

– Слушаюсь, капитан, – и через мгновение:

– Координаты верные. Но все еще нет...

Внезапно на экране появился исчезнувший корабль, но его очертания не проступали постепенно, как в случае с ромуланским судном, а появились внезапно, как будто кто-то резко поднял занавес.

– Он вернулся, – хмуро сообщил Зулу. – Похоже, что его курс пересекается с курсом второго патрульного корабля.

Пока он говорил, судно вновь пропало. Минутой позже оно появилось, но уже позади патрульного корабля и немного выше его. Патрульный корабль стал разворачиваться, направляя свои орудия на цель, но вдруг вспыхнул, превратившись в яркий огненный шар. Через несколько секунд атакованный корабль снова исчез.

Один за другим оставшиеся патрульные корабли разделили судьбу первых двух. Один из них успел выстрелить, но промахнулся примерно на километр. Кирк заметил, что перед тем, как открыть огонь, атакующий корабль каждый раз появлялся в поле зрения. Тот первый раз, когда он оставался невидимым, вероятно, был результатом все еще непонятной неисправности сенсоров, хотя это представлялось почти таким же невероятным, как предположение, что корабль мог выстрелить, не обнаружив себя.

– Капитан, – доложила Ухура, – принимаем радиосигнал. Только звук, изображение отсутствует. Обычный электромагнитный сигнал, не подпространственный.

– Включите трансляцию, лейтенант.

Ее пальцы пробежали по клавиатуре пульта управления, и в рубке раздался слабый, заглушаемый помехами голос Колдрена.

– ..происходит? Повторяю. Капитан Кирк, что происходит? По нашим данным, патрульные корабли атакованы и сбиты кем-то, кого они не могут обнаружить. Это ваша работа, капитан? Вы перешли на сторону террористов? Я требую, чтобы вы объяснили, что происходит?

Кирк подавил вздох.

– Премьер-министр совсем не тот человек, кого бы я хотел услышать в первую очередь, но он, в конце концов, находится вне "Энтерпрайза". Мистер Зулу, переведите звездолет на стандартную орбиту вокруг Кареллы, чтобы мы с Колдреном могли поговорить. Возможно, у него появились какие-нибудь новые идеи.

Поднялся ужасный шум, когда пассажиры челнока услышали сообщение Финнея о том, что скоро должны погибнуть. Пока Роган старался установить хотя бы относительную тишину, Спок попытался еще раз связаться с "Энтерпрайзом" при помощи коммуникатора.

– По-прежнему нет ответа, мистер Финней, – сказал он.

– Конечно нет! – сердито ответил тот. – Вы должны знать пароль – мой пароль.

"Как это похоже на вулканца – он скорее разобьет себе голову о каменную стену, чем попросит помощи", – подумал он.

– Пароль для чего, мистер Финней?

– Дайте мне коммуникатор, и я покажу. – Спок несколько секунд изучающе смотрел на него.

– Мистер Кармоди, – наконец произнес он, – убежден, что избавился от вас. Кажется, я правильно передал его слова.

Финней напрягся. Если командир знает, что он жив...

– Когда вы разговаривали с командиром?

– Незадолго до того, как вы очнулись.

– Вы же не сказали ему, что я жив, правда?

– Нет, лучше не предоставлять ему дополнительной информации.

Финней облегченно вздохнул, а затем слегка улыбнулся.

– Я должен был догадаться, что вы ничего не сказали ему. В противном случае нас бы уже уничтожили. Командир не любит испытывать судьбу. А теперь, пожалуйста, дайте мне коммуникатор. Или, если вы все еще не верите мне, я сообщу пароль и вы все сделаете сами. Но составной частью пароля являются скорость передачи и голос говорящего.

Спок еще несколько минут молчал, разглядывая Финнея, а затем протянул свой коммуникатор.

– Спок! – изумленно воскликнул Маккой. Глаза Финнея широко раскрылись.

– Пожалуйста, мистер Финней, – произнес вулканец.

Финней кивнул.

– Вы всегда точно определяете момент, когда кому-либо можно доверять, – с ноткой враждебности сказал он. – Человеку или компьютеру.

Он включил коммуникатор и начал говорить, медленно и раздельно произнося серии из казавшихся случайными букв и цифр. После, двух десятков серий он остановился, ожидая результата. Внезапно его охватил страх. Не сменил ли Келгар пароль? Но зачем? Разве недостаточно было остальных ловушек? Зачем изменять сам код, если приняты все меры, чтобы предотвратить посылку сигнала? Если только... Десятки вариантов пронеслись в голове Финнея. Возможно, Келгар еще раньше решил нейтрализовать его и сменил пароль. Или командир с самого начала намеревался избавиться от него, когда он станет не нужен, разработав и запустив программу. Или Келгар был обманут взрывом патрульного корабля, но не хотел, чтобы командир узнал, что Финнею удалось скрыться, и поэтому сменил пароль и сообщил командиру, что "избавился" от Финнея. Но не важно, по какой причине... Уняв охватившую его, дрожь, он снова начал передавать серии букв и цифр.

Глава 15

Наконец на экране появилось изображение премьер-министра. Кирк отметил, что его свиты не было видно.

– У вас есть какие-нибудь идеи, господин Колдрен? – спросил Кирк, прежде чем тот успел заговорить. Почему с тех пор, как вы покинули "Энтерпрайз", мы ни с кем не можем связаться, ни на обычных волнах, ни в подпространстве?

Колдрен моргнул.

– Это не удивляет меня, если принять во внимание, с какой быстротой выходила из строя ваша аппаратура, прежде чем мне было разрешено улететь. Но ваши проблемы волнуют меня сейчас меньше всего. По нашим сведениям, все патрульные корабли были уничтожены либо повреждены. Если это не ваших рук дело, то, вероятно, Делкондрос получил новую помощь от этих ваших клингонов и сейчас находится на пути к Карелле, чтобы завершить то, что начал еще четыре года назад. Я хочу знать, что вы собираетесь предпринять!

– Что вы предлагаете?

– Господи, капитан, разве это не очевидно? Что вам еще нужно? Разве так называемая Основополагающая Директива требует, чтобы вы пассивно наблюдали, как убивают тысячи беспомощных людей! Особенно, если в этом замешаны клингоны! Я слышал, как адмирал Брэди говорил, что вы можете предпринимать те действия, которые считаете необходимыми. В первую очередь требуется остановить этот корабль, находящийся сейчас на пути к Карелле! Если его двигатель подобен тому, который был установлен на сбитом нами при первом нападении корабле, то они будут здесь через несколько часов. Их цель – их первая цель – несомненно осталась прежней: орбитальная станция, на которой строятся наши межпланетные корабли. Там находятся тысячи карелланцев – рабочих и их семей, – и все они погибнут, если вы ничего не предпримете!

– Тогда предлагаю вам, не теряя времени, начать эвакуацию.

– Эвакуацию? Это невозможно! С нашими челноками это займет несколько дней, а не часов!

– Мы поможем. Если вы соберете, людей: в небольшие группы, укажете нам их координаты и координаты того места, куда нужно их эвакуировать, то наши транспортаторы выполнят работу за оставшееся время.

– Транспортаторы? Устройства, которые разбирают тебя на атомы, а затем собирают в, другом месте? Я не думаю...

– Лучше пусть они погибнут?

– Я бы предпочел, чтобы вы устранили сам источник опасности.

– Когда другие меры не помогут...

– Если это пример того, как Федерация оказывает помощь своим членам, то я понимаю, почему лишь немногие решили вступить в нее. Даже если эвакуация окажется успешной, орбитальная станция все равно будет уничтожена.

– Сообщите координаты!

– Как вам будет угодно! – лицо Колдрена скривилось в презрительной усмешке и внезапно исчезло, а вместо него появилось изображение одного из молчаливых сопровождающих премьер-министра.

– Я соединяю вас с мистером Бардеком, – официальным тоном произнес он, – это управляющий орбитальной станцией. Сообщите ему все ваши пожелания.

И он исчез почти так же неожиданно, как Колдрен.

* * *

После третьей попытки воспользоваться коммуникатором Финней нервно сглотнул и поднял глаза на Спока.

– Ничего не выходит.

– Возможно, мистер Финней, – сказал Спок, не обращая внимания на ироническую усмешку Маккоя. – Сейчас как раз самое время объяснить нам ситуацию. Если бы мы знали, что вы с бывшим офицером Кармоди и неизвестным количеством клингонов делаете, в системе Кареллы, то, возможно, нашли бы решение той проблемы, с которой вы, очевидно, не можете справиться сами.

– Решения нет, если они сменили пароль, – ответил Финней, качая головой, и в его глазах опять появилось выражение обреченности. – Мы не в состоянии подобрать новый, а без него невозможно остановить то, что должно произойти.

– А что, черт побери, должно произойти, Финней? – грубо спросил Маккой. – И как скоро? А главное, я понятия не имею, почему? Мы все бы хотели знать, почему мы должны умереть?

Финней вздрогнул от слов Маккоя. Через полуоткрытые веки он видел остальных пассажиров, со страхом и гневом смотревших на него. Лица людей поплыли перед его глазами, став вдруг далекими и незнакомыми, даже те, чьи имена он узнал за последние три года. А затем...

К нему вдруг приблизилось одно из нескольких молодых женских лиц. Это было невозможно, но...

– Джейми? – из его внезапно пересохшего горла вырвалось имя дочери. На мгновение ему показалось, что он снова на "Энтерпрайзе", как много лет назад, когда его месть почти свершилась и корабль Кирка начал свое катастрофическое падение с орбиты. Потом он обнаружил, что на борту была Джейми, доставленная на "Энтерпрайз" Кирком. А теперь он каким-то образом взял ее сюда на этот.., этот...

Финней сильно затряс головой, пытаясь отогнать навязчивые образы, и закрыл глаза, почувствовав сильное головокружение. Палуба закачалась у него под ногами. Чьи-то руки схватили его за плечи и не дали упасть.

– Финней, с вами все в порядке? – услышал он хриплый голос Маккоя и со страхом открыл глаза. Хмурое лицо доктора находилось в нескольких сантиметрах от его собственного. Остальные неподвижно стояли поодаль, их лица уже не плыли перед его глазами и не вибрировали, как у призраков. Девушка, которую он принял за Джейми, оказалась совсем не похожей на нее. Он убеждал себя, что все это иллюзия, отголосок никогда не покидавших его навязчивых видений.

Внезапно он осознал, что она тоже чья-то дочь. И эта мысль вернула его к реальности, подействовав сильнее, чем промелькнувшие в его мозгу образы, чем что-либо другое за последние годы. Находившиеся здесь люди, за неминуемую смерть которых он будет нести ответственность, были чьими-то дочерьми, сыновьями, сестрами или братьями. Все эти лица принадлежали реальным людям. Они больше не были только именами и номерами в плане – операции возмездия, – который разработали они с командиром. За исключением Кирка и других его врагов с "Энтерпрайза", он никогда не встречался лицом к лицу с теми, кто оказался в поставленной им ловушке, не смотрел им в глаза... Он поднял глаза, все еще избегая взгляда Маккоя.

– Так или иначе, в течение нескольких следующих часов "Энтерпрайз" уничтожит этот корабль при помощи фазера либо протонной торпеды.

– Вы с ума сошли! – воскликнул Маккой. – Джим никогда не откроет огонь по безоружному и полному людей кораблю.

– Он не будет знать, что судно безоружно, и что на борту есть экипаж.

– Это еще более абсурдно! Сенсоры "Энтерпрайза" способны обнаружить иголку в стогу сена. Как могут они пропустить... – доктор умолк, вспомнив, что всего несколько минут назад звездолет был совсем рядом, но вел себя так, как будто не видел их.

– Сенсоры ничего не пропустят, – объяснил Финней. – Но компьютер скроет эту информацию от экипажа.

– Как, черт побери... – Маккой опять замолчал, припоминая предыдущий конфликт Финнея с капитаном Кирком.

– Ты перепрограммировал компьютер! Точно так же, как в прошлый раз, когда пытался подвести Джима под трибунал! Но когда? Как?

Финней вытащил прикрепленный к его ремню предмет размером с монету и протянул его Споку.

– Исследуйте это своим трикодером, мистер Спок.

– Он излучает закодированный сигнал, способный восприниматься компьютером, – сказал вулканец через несколько секунд. – Полагаю, программа компьютера была изменена, чтобы иметь возможность распознать этот код.

– Я сделал это всего несколько часов назад, когда Колдрен, то есть Кармоди, – я, наверное, еще некоторое время буду так его называть – когда Кармоди находился на "Энтерпрайзе". Я был на борту его корабля. Вот почему он отказался воспользоваться причальным устройством и настаивал, чтобы челнок двигался своим ходом. Так он имел возможность остановиться у самой стены ангара, чтобы я мог незамеченным выйти из челнока и вернуться обратно. Когда охранник, оставленный Кармоди у корабля, подал мне знак, что путь свободен, я направился прямо в компьютерный зал. Дорога мне была прекрасно знакома. С собой у меня был картридж с программой, загрузить которую в компьютер было делом нескольких секунд. Один из блоков этой программы содержал инструкцию компьютеру не регистрировать людей с устройством, посылающим кодовый сигнал. Сенсоры обнаружат мое присутствие но компьютер, получив сигнал, излучаемый этим прибором, не зарегистрирует его и даже не занесет полученные данные в память.

– А почему компьютер не пропустит информацию о том, что мы находимся на борту этого корабля? – спросил Маккой.

– Этот небольшой прибор был предназначен только для меня, когда я находился в звездолете, и воздействовал только на внутренние датчики. Это позволило мне выйти из компьютерного зала и вернуться на челнок. Информация от внешних сенсоров, оружейных систем, аппаратуры связи – все это контролировалось загруженной мной программой, которая, в свою очередь, управлялась человеком, сидевшим за пультом компьютера в корабле Колдрена-Кармоди. Мы укрепили небольшой передатчик на причальном устройстве "Энтерпрайза", осуществляющий связь между двумя кораблями. Компьютер "Энтерпрайза" предоставлял экипажу только информацию, разрешенную оператором другого компьютера. Компьютер "Энтерпрайза", как обычно, будет фиксировать все, что действительно происходят, например, уничтожение корабля, на котором мы все находимся. Не запишется только информация о передатчике. А когда все закончится, мы сможем – то есть Кармоди сможет – так подправить записи компьютера, чтобы каждому, у кого есть хоть немного мозгов, стало ясно, что убийство двух ближайших друзей и помощников Кирка привело капитана в бешенство и заставило его, ослепленного жаждой мести, нарушить Основополагающую Директиву.

– Мистер Финней, значит, доктор Маккой был прав, – заключил Спок, – предполагая, что вы манипулируете компьютером так же, как в прошлый раз, когда вы симулировали собственную смерть, чтобы обвинить в ней капитана. Не удалили ли нас с доктором Маккоем с корабля еще и для того, чтобы не дать нам возможности обнаружить сходства этих двух случаев?

Финней почти улыбался.

– Вас, мистер Спок, да. Кармоди боялся, что история может повториться, и он оказался прав. Вы единственный на корабле имели хоть какой-то шанс догадаться о причине происходящего.

– Вы недооцениваете капитана, мистер Финней, – сказал Спок.

Финней покачал головой.

– Он, конечно, поймет, что что-то не так, особенно теперь, когда не я сижу за пультом компьютера. Но не сможет ничего сделать. Келгар...

Финней замолчал, поморщившись.

– Теперь всем управляет Келгар. Раньше я недооценивал его просто потому что он клингон, но теперь изменил свое мнение. Ему легко удалось обмануть и оклеветать меня. В любом случае, даже если Кирк и поймет причину происходящего, то ничего не сможет сделать, если только полностью не перепрограммирует компьютер. Или случайно не наткнется на код, запускающий программу возврата компьютера в нормальное состояние. Нет, за оставшееся время он ничего не успеет. Это не просто маленькая программа, как в прошлый раз. Я почти два года работал над ней. И я не уверен, смог ли бы сам обнаружить ее, если бы точно не знал, где и как искать. А если бы и обнаружил, то, не имея кода, не сумел бы за такое короткое время нейтрализовать ее.

– Но зачем, Финней? – выдохнул Маккой. – Но, ради всего святого, чего-вы этим добиваетесь?

Финней опять вздрогнул. Раньше все это казалось ему отличной идеей. Но сейчас, окруженный предполагаемыми жертвами, он уже так не думал. Командир Кармоди – умел быть убедительным и, как теперь стало ясно, лицемерным.

"Кирк – это один из тех, кто избавился от тебя, – говорил Кармоди. – Он, не задумываясь, убил бы твою дочь, чтобы спасти свой любимый "Энтерпрайз". А командование Звездного Флота поддержало и одобрило его действия. Думай о моем плане как о возможности отомстить Кирку и Звездному Флоту, и мы сделаем это при помощи самой святой для них вещи – Основополагающей Директивы".

Того факта, что он будет сотрудничать с клингонами, работать вместе с их учеными и военными, и что Кармоди сам почти превратился в клингона, оказалось недостаточно, чтобы остановить его, особенно в его тогдашнем состоянии.

"Имеют значение только наши возможности, – убеждал Кармоди, – только наши способности и преданность, а не умение подчиняться миллиону дурацких инструкций или так называемой Основополагающей Директиве, связывающих руки капитанам Звездного Флота и не дающих Федерации подняться с колен и стать силой, с которой действительно считаются – подобно Империи Клингонов. И последнее. Что вы получили от Федерации и Звездного Флота, мистер Финней? Вы были лучшим офицером, чем любой из них, но вас выбросили на свалку. Со мной и с клингонами вы наконец получите то, что заслуживаете, а не нервное расстройство и унижение принудительного лечения. Благородные клингоны сделают все, чтобы восстановить справедливость в отношении вас".

После того как его доставили на Кареллу и дали имя Харгемон, он просто работал над программой, общаясь только с Кармоди, Келгаром и еще несколькими клингонами. Он был полностью поглощен разработкой программы, придумывая, совершенствуя, проверяя и перепроверяя, пока...

– Суть плана, – начал объяснять Финней, – заключалась в том, чтобы заставить Кирка – или любого другого капитана звездолета, откликнувшегося на просьбу карелланцев о посредничестве – открыть огонь по безоружному кораблю, тому самому, на котором мы находимся. Все это фиксирует компьютер "Энтерпрайза". Звездный Флот будет дискредитирован, но что более важно, в будущем они станут все время оглядываться назад, стараясь снова не нарушить Основополагающую Директиву. Кармоди считал, что это даст клингонам определенное преимущество, сделав Федерацию еще более осторожной, еще менее склонной рисковать, более уязвимой для вторжения клингонов, – вторжения, которое Кармоди сам рассчитывал возглавить.

– Почему же вы сбежали? – презрительно спросил Маккой. – Вы что, внезапно прозрели? – Финней покачал головой:

– Я мог бы ответить, что да, но...

Поморщившись, он рассказал, как обнаружил изменения в его программе, внесенные Келгаром – или Келгаром и Кармоди.

– Они решили, что больше не нуждаются во мне, что я – отработанный материал. Я понял, что уже почти мертв. И еще мне удалось обнаружить, что изменения в программе приведут к автоматическому переносу самой программы в другой компьютер, когда тот начнет считывать информацию из памяти компьютера "Энтерпрайза". Эта программа будет распространяться, пока не окажется во всех компьютерах Звездного Флота.

– И тогда, – продолжил Спок, когда Финней замолчал, – корабли клингонов смогут напасть на Федерацию и без помех уничтожить Звездный Флот, установив контроль над компьютерами наших звездолетов.

Опустив голову, Финней кивнул.

– Я не знаю что их сейчас может остановить.

Глава 16

На экране "Энтерпрайза" появилась карелланская орбитальная станция, выглядевшая как гигантская колония О'Нейла.

– Сколько их, мистер Причард? – спросил Кирк.

– Примерно девятьсот, капитан. Почти все собрались в указанных местах.

– Мы должны сразу же переправить их на поверхность планеты, поскольку "Энтерпрайз" не вместит такое количество людей. Начинайте транспортацию. Я посмотрю, что можно сделать с теми, кто отказывается.

– Вас понял, капитан, – ответили по интеркому из транспортационного отсека.

– Включите трансляцию, лейтенант.

Через секунду на экране вместо орбитальной станции появилось изображение лысого человека.

– В чем дело, мистер Бардек?

Управляющий нервно сглотнул.

– Извините, капитан, но все еще осталось несколько человек, которых не удалось уговорить. Они утверждают, что лучше иметь дело с террористами, чем с вашими транспортаторами.

Кирк подавил гримасу.

– Мы предполагали, что некоторые будут сопротивляться. Думаю, что они намеренно не явились. Задержите их.

– Да, но вы сможете их переправить?

– Нам нужны точные координаты. Без этого, есть только одна возможность, мистер Бардек. Если бы у нас имелось достаточно времени, можно было бы транспортировать к вам нескольких моих людей с коммуникаторами для уточнения координат. Эти ваши люди окажут физическое сопротивление?

– Не знаю, капитан, но некоторые из них могут. Те, кто согласился на транспортацию, нервничают. Мы слышали о неполадках на вашем корабле, и поэтому даже те из нас, кто в обычных условиях не волновался бы...

– Понимаю, господин управляющий. Но если премьер-министр Колдрен прав, то альтернативой может быть только неизбежная смерть.

– Я знаю. Я объяснял им, но этого оказалось недостаточно.

Кирк вздохнул.

– А как насчет ваших челноков? Когда мы эвакуируем остальных, могут ли они забрать тех, кто отказался?

– Конечно, капитан. Но ждать нет необходимости. Наши челноки...

– Нет, – перебил Кирк. – Как только ваши корабли начнут забирать людей, все без исключения захотят лететь на них, и нам придется начинать все сначала. Держите челноки наготове, пока...

– Капитан! – вмешался командир службы транспортации. – Вы уверены, что нам сообщили правильные координаты для транспортации?

– Они соответствуют показаниям сенсоров – так, мистер Причард?

– Совершенно верно, капитан.

– Тогда что-то случилось с транспортатором. Я не могу выполнить захват целей. В указанных координатах мои приборы фиксируют только пустое пространство.

– Вы проверяли...

– Все, что можно проверить, не разбирая, систему транспортации, проверено, капитан!

– Мистер Скотт!

– Да, капитан, – немедленно отозвался встревоженный голос начальника инженерной службы, – двое моих людей уже в пути.

– Благодарю вас, мистер. Скотт. Доложите мне о состоянии генераторов защитного поля.

– Исправны на все сто процентов. Насколько мне известно.

– Вы не очень-то уверены, Скотти.

– Не очень, капитан. А вы сами? Еще десять часов назад я не поверил бы, что может произойти хотя бы одна из этих странных поломок.

– Понимаю. Надеюсь, что вы окажетесь на высоте.

Кирк опять повернулся к экрану.

– Что происходит, капитан? – спросил управляющий, встретившись взглядом с Кирком. – Я слышал, что координаты...

– Вы могли дать нам неверные координаты?

– Не знаю, я сам дважды проверял их и...

– Сообщите людям, что мы пока не можем транспортировать их. Пусть остаются на месте и ждут, пока мы не устраним неисправности. Тем временем "Энтерпрайз" подойдет ближе и накроет своим защитным полем всю орбитальную станцию.

"Если только система ориентации тоже не вышла из строя, – подумал Кирк, – и мы не столкнемся с ними".

* * *

Когда Финней закончил рассказывать историю своего бегства с корабля Кармоди, несколько секунд все молчали.

– Насколько подробно вы проанализировали свою программу, прежде чем обнаружили внесенные Келгаром изменения? – наконец спросил Спок.

– Очень подробно. Иначе я бы не заметил.

– Если пароль был изменен раньше, то это обстоятельство должно было повлиять на результаты ваших тестов, так?

– Думаю, да, но что...

– И сам пароль можно вычислить по этим данным?

– Вероятно. Если бы у нас была полная запись результатов проверки, – Финней покачал головой, и на его губах появилась мрачная улыбка. – У меня не было времени, чтобы сделать распечатку и взять ее с собой.

– Возможно и нет, мистер Финней, но вы сказали, что внимательно смотрели на экран в течение всей проверки.

– Конечно! Иначе...

– Значит, необходимо только извлечь информацию из вашей памяти.

Финней моргнул, а затем опять покачал головой.

– У меня хорошая память, но не настолько. Это вы обладаете, фотографической памятью, а не я.

– Вы смогли бы вспомнить состояние экрана компьютера, чтобы найти путь к спасению?

– Но тогда прошло всего несколько секунд, а не часов.. И у меня был компьютер, чтобы попробовать различные варианты!

– Вы все это проделали в течение нескольких секунд.

– Но у меня тогда просто не было другого выхода, мистер Спок.

– У вас его и сейчас нет, мистер Финней, если вы хотите выжить, если хотите спасти Федерацию.

– Если вы намерены остаться в живых в течение ближайших тридцати секунд, мистер Финней, или как там вас зовут, – сказал крупный мужчина среднего возраста, угрожающе приближаясь, – вы будете делать то, что вам сказали! Немедленно!

Следующие десять минут Финней напрягал память, но тщетно. Чем сильнее он старался сконцентрироваться, чем упорнее пытался задержать ускользающие изображения экрана компьютера, тем хуже у него выходило.

– Ничего не получается, – безнадежно произнес он. – Я не могу вспомнить.

– Я предупреждал... – начал тот же самый мужчина, но, прежде чем он успел закончить фразу, Спок встал между ними, легко отстранив его.

– Есть другая возможность, – сказал Спок, поворачиваясь к Финнею. – Мистер Финней, вы знакомы с достижениями вулканцев в области изучения мозга?

– Я слышал о них, но точно не знаю, что они из себя представляют. Я не сумею познакомиться с ними за оставшиеся два часа, даже если они и помогли бы мне все вспомнить.

– Я не предлагаю вам это, мистер Финней. Если вы мне поможете, то ваша память станет мне доступна. Вместе мы добьемся успеха.

Маккой повернулся к Споку.

– Ты говоришь о телепатическом контакте – с ним?

– Вы же не откажете ему в медицинской помощи, доктор?

– Конечно нет, хоть это и соблазнительно, но...

– Не беспокойтесь, доктор. Это всегда неприятно, поэтому личность моего партнера не имеет значения и в любом случае не сможет помешать моим усилиям в таком срочном и важном деле.

Спок повернулся к Финнею.

– Я попрошу вас не сопротивляться мне. – Финней отпрянул.

– Я слышал об этих ваших телепатических трюках. Вы что, хотите проникнуть в мой мозг?

– Это более сложный процесс, мистер Финней, но вы можете оперировать теми терминами, к которым привыкли. Если у меня получится, наши разумы проникнут друг в друга. Наши мысли станут общими, как будто у нас один мозг.

Голос Спока был как всегда спокоен и бесстрастен, но когда Маккой взглянул в его лицо, то заметил в глазах вулканца – ему показалось, что заметил – тень приближающейся боли. Телепатический контакт предполагает полное слияние личностей двух людей, крушение всех тех барьеров, которые воздвигались ими всю жизнь.

Финней громко сглотнул.

– Может быть, попробуем что-нибудь другое?

– Если бы существовал другой способ, мы бы попробовали!. – раздраженно ответил Маккой, а затем махнул рукой крупному мужчине, который угрожал Финнею. Они вдвоем стали по бокам Финнея, который растерянно посмотрел на них, а затем глубоко вздохнул, закрыл глаза и замер в ожидании. Его вспотевшая кожа вдруг приобрела необычайную чувствительность, так что ткань одежды стала казаться ему наждачной бумагой. Не в силах унять дрожь в своем сопротивляющемся теле, Финней беспомощно ждал, когда посторонний вторгнется в его мозг. Все звуки перестали существовать для него, кроме шуршания ботинок приближающегося Спока, дыхания вулканца, стоящего всего в нескольких сантиметрах, и ударов собственного сердца, которое, казалось, готово было выскочить из груди. Звук дыхания Спока на секунду прервался, затем послышался глубокий вдох, и Финней почувствовал прикосновение ладони к своему лбу, и затем пальцы вулканца крепко сжали его виски и затылок.

Сначала он ничего не почувствовал, кроме прикосновения, и подумал: "Не получается. Я спасен. Мы все умрем, но я спасен". Долгие мгновения, показавшиеся ему часами, эта мысль повторялась в его мозгу, словно молитва, сердце продолжало колотиться, а прикосновение одежды к коже вызывало боль. А затем его внезапно захлестнула волна тоски, такой сильной, что слезы брызнули из-под плотно сжатых век.

"Не мой! – пронеслось у него в мозгу. – Не мой". Но в то же мгновение он понял, что это его боль, его разум. Это то, с чем он жил, что носил в себе всю сознательную жизнь, и он не понимал, как до сих пор еще не сошел с ума. Но его разум не выдержал еще тогда, когда дочь...

Нет, это уже был кто-то другой, другая боль, которую он не мог вместить и которой он не мог управлять, хотя понимал, что она как-то связана с той, другой тоской, пришедшей неизвестно откуда и терзавшей его, а затем они стали неразличимы, подобно тому, как вероломство Кирка становилось давней дружбой и преданностью и спустя долю секунды снова превращалось в измену, а лицо его врага-друга – один и тот же образ для обоих мучительных воспоминаний – кружилось перед ним, заставляя его мысли меняться, как в калейдоскопе, от ненависти к преданности, не задерживаясь ни на чем, пока ему не показалось, что Кирк сам стоит перед ним, готовый снова предать или помочь.

Отпрянув, он почувствовал, как пальцы Спока впились в его виски. Не в силах освободиться, он мог только стоять, изумляться и покоряться силе нахлынувших чувств, как вдруг... Голос. Сквозь двойную боль пробился голос. Он говорил медленно и отчетливо, приглушая ее и поднимаясь над ней, хотя и рождался в ней самой. С необычайной настойчивостью и осторожностью голос повел его от настоящего к прошлому через его внезапный приход в сознание, через падение челнока, взрыв патрульного судна, бегство с корабля Кармоди, обнаружение...

"Вот здесь! – беззвучно произнес голос, когда из океана боли всплыло изображение экрана компьютера. – Вот что мы ищем".

Глава 17

Посещение каюты Спока было подобно транспортации в другой мир. От внезапной жары, как в пустыне, у Кирка перехватило дыхание, а мрачный красный свет на мгновение вызвал ощущение, что глаза его застилает кровавая пелена. Обычно Спок поддерживал в своей каюте условия, более сходные с земными, но последние несколько дней он пытался прорастить семена какого-то напоминающего кактус растения с родной планеты...

Когда дверь закрылась за ним, Кирк вдруг понял, что эта обстановка может больше рассказать о Споке, чем что-либо другое. Больше, чем его логическое мышление, чем способность спать с открытыми глазами, даже больше, чем заостренные уши и зеленая кровь. Комната напоминала Кирку об инопланетном происхождении его первого помощника. Все это также свидетельствовало о силе духа вулканца и его преданности не только Джиму Кирку, но Звездному Флоту и Федерации. Для Спока рубка управления и весь "Энтерпрайз", за исключением этого редко используемого убежища, были чужим миром, со слишком ярким и резким светом, низкой температурой и лишенными логики, а часто и бессмысленно жестокими обитателями. Но даже предвидя то физическое и психологическое давление, которое ему приходилось выносить, вулканец выбрал свою судьбу. Он остался верен своему выбору и себе, несмотря на постоянный соблазн "быть более человеком", к чему Кирк сам его часто подталкивал, несмотря на упорное, хотя и не высказываемое годами желание Сарэка, чтобы их с Амандой единственный сын пошел естественным для вулканца путем, что было бы намного проще, менее болезненно эмоционально и физически. Но он выбрал Звездный Флот, чтобы бесчисленное количество раз подвергать свою жизнь опасности. Он даже рисковал своей честью, которая была для него важнее жизни, но все же менее важной, чем преданность тем, кто ему доверял. И он доказывал это не один раз, особенно в том, последнем путешествии на Талос-4 со своим другом и наставником Кристофером Пайком.

Поморщившись, Кирк вытер струившийся по лицу пот. Какого черта он пришел сюда? Здесь нет ничего такого, что могло бы помочь в сложившейся ситуации. Те диагностические программы, над которыми мог у себя в каюте работать Спок, были доступны с любого из сотен терминалов корабля, а знания Спока, его почти симбиотическая связь с компьютером – этого здесь нет. Это ушло, ушло вместе со Споком. Это не то, что могло остаться в окружавшей человека обстановке, как бы ни хотел Кирк, чтобы такое было возможно. Это то, что Спок десятилетиями воспитывал в себе, десятилетиями дисциплины и самоотречения. Это нельзя было передать кому-то другому, этому нельзя даже научить, разве что в самой зачаточной форме. Нет, ему нужно возвращаться в рубку управления, где на экранах отражалось и анализировалось все, происходящее с кораблем. Не было смысла больше оставаться здесь, предаваясь раскаянию и казня себя за то, что не смог верно оценить ситуацию, прежде чем разрешить Споку и Маккою отправиться на Ванкадию. Необходимо было лишь задать несколько очевидных вопросов. Возможно, он и не узнал бы о существовании защитного поля, но получил бы информацию о других изобретениях и догадался о возможности постороннего вмешательства.

– Капитан! – вызов по интеркому прервал течение его мыслей..

– Кирк слушает, – отозвался он, – в чем дело?

– Корабль колонистов только что снова появился, – послышался голос Зулу, – и он держит курс на орбитальную станцию! Примерно через тридцать минут станция окажется в пределах досягаемости лазерных пушек корабля!

– Установите максимальную мощность защитных полей, мистер Зулу. Мистер Причард, еще раз проверьте информацию о вооружении корабля – нет ли каких-нибудь изменений по сравнению с предыдущими данными.

– Уже проверил, сэр, – без промедления отозвался Причард. – Показания не изменились. И по-прежнему не регистрируется никаких живых существ.

– Исчезнувший экипаж... Продолжайте проверку, лейтенант. И не прекращайте выполнение диагностической программы Спока.

– Слушаюсь, сэр.

– Капитан, – послышался голос Ухуры, – премьер-министр...

– Хочет опять мне посоветовать разнести этот корабль на мелкие кусочки, – усмехнулся Кирк. – Скажите ему, что если у него нет новой информации, то я поговорю с ним позже.

Не дослушав ответ Ухуры, капитан отпустил кнопку интеркома. Он зажмурился, когда дверь открылась и поток яркого света из коридора на мгновение почти ослепил его. По пути к лифту Кирк почувствовал легкий озноб, когда прохладный воздух высушил влагу с его покрытой потом кожи.

* * *

– Что происходит, доктор? – спросил Роган.

Он стоял рядом со Споком и Финнеем, которые, расслабившись, сидели в двух пилотских креслах, молчаливые и безразличные. Они оставались в таком положении уже почта час, руки вулканца обхватывали голову Финнея.

– Когда мы узнаем результат?

В голосе Рогана прозвучала скрытая тревога, не понравившаяся Маккою. Если профессор потеряет контроль над собой и поддастся своим чувствам, то паника может стать всеобщей. А это им меньше всего сейчас нужно.

– Теперь, профессор, – сказал Маккой, взяв его под руку и уводя от двух неподвижно сидящих людей, – Спок получит необходимую нам информацию, просто глубокое проникновение в мозг человека требует много времени. Главная наша задача сейчас, – он приложил палец к губам и понизил голос не помешать контакту.

"Конечно, – подумал Маккой, – никакие громкие звуки не могут им помешать, но это поможет Рогану сохранить спокойствие".

Роган кивнул.

– Я понимаю, доктор. Но просто невыносимо сидеть здесь беспомощными и ничего не делать.

Маккой почувствовал симпатию к этому человеку. Он много раз за свою жизнь был вынужден ждать подобным образом, и, по правде говоря, в данном случае он в равной степени надеялся на Джима и на Спока. Он никогда раньше не слышал, чтобы вулканец мог извлечь из чужого мозга такую информацию при помощи телепатического контакта.

– Мы не можем сидеть здесь и просто ждать своей смерти! – вдруг закричала одна из пассажирок челнока – маленькая плотная женщина. – Мы должны взять на себя управление кораблем, развернуть его...

– Со всеми ловушками, которые, вероятно, установили клингоны? – перебил ее Маккой. – Это бесполезно. Мы просто умрем раньше.

– Но хоть что-нибудь мы должны сделать! – раздраженно воскликнул другой пассажир.

– Вы слышали, что говорил доктор Маккой, – попытался успокоить их Роган. – Наш единственный шанс – ждать, когда мистер Спок получит нужную информацию.

– Я считаю, что надо рискнуть и установить контроль над кораблем! – настаивала женщина. – Откуда мы знаем, что этим людям Федерации вообще можно, верить?

– Разве у нас есть выбор? – спросил профессор, выходя вперед и становясь лицом к лицу с мятежными пассажирами. – Послушайте! Неужели вы забыли, что мы все ученые, и что сама цель постройки этого корабля – предотвратить подобные конфликты?

Женщина некоторое время молчала, разглядывая офицеров "Энтерпрайза". Наконец, кивнув головой, она отступила вместе с группой стоявших позади нее пассажиров.

Маккой благодарно посмотрел на Рогана.

– Спасибо. Думаю, вы только что еще раз спасли мне жизнь.

– Вас ждут, доктор, – сказал Роган, кивнув в сторону Спока и Финнея. Он уже не пытался скрыть волнение. – Надеюсь, у них все получится.

Финнею казалось, что экран компьютера уже несколько часов плавает у него перед глазами. Изображение было нечетким, но не исчезало, удерживаемое другим разумом, который при более близком рассмотрении тоже оказался его собственным. В голове проносились обрывки программ, извлекаемые из дальних закоулков его мозга: воспоминания о похожих проектах, работы столетней давности...

Все это время голос неотступно следовал за ним, помогая преодолевать боль, сконцентрировать внимание на изображении и вспомнить, что оно означает. Последовательно и безжалостно, не умолкая и не останавливаясь, он снова и снова заставлял его сосредоточиться. Пока...

Вдруг изображение прояснилось. Какая-то часть его мозга – их мозга – смогла наконец-то сфокусироваться на нем, вспомнив, что если он не сможет сосредоточиться и понять смысл мерцающих на экране символов, то умрет вместе со всеми находящимися на борту людьми. Ему стало ясно, что на экране информация о последних стадиях проверки, а данные об измененном пароле, если их вообще можно извлечь, находятся где-то в самом начале.

Перед его глазами возник предыдущий образ экрана, тот самый, в котором он обнаружил суть внесенных Келгаром изменений, и он почувствовал, что другая половина его мозга согласилась с ним, как будто заглядывала ему через плечо. Медленно, образ за образом, они двигались назад, и каждое следующее изображение было отчетливей предыдущего. Здесь измененный фрагмент, там строка – Келгар хорошо замаскировал изменения, сделав их как можно проще, чтобы случайный взгляд на программу не обнаружил бы никаких различий. Наконец они отыскали всю необходимую информацию. Но ее еще нужно было извлечь, интерпретировать и восстановить. Это напоминало поиск нескольких слов на листе бумаги, когда само значение слов являлось лишь одним из многих сотен анализируемых элементов: химического состава чернил каждой буквы, как эти чернила взаимодействуют с бумагой, толщины и качества бумаги, и еще множества других признаков.

Но информация была здесь, должна была быть здесь. Медленно, скрупулезно он – они – начали извлекать ее.

Глава 18

Проверив все, что можно было проверить, Кирк сделал знак Ухуре, чтобы она включила связь с Колдреном.

– Ради бога, капитан, чего вы ждете?

– Мы заключили орбитальную станцию внутрь нашего силового поля, господин премьер-министр. Это защитит ее от лазерных пушек приближающегося корабля.

– А если это поле выйдет из строя? Ваши так называемые транспортаторы уже не работают! Ваша подпространственная связь не действует! Бог знает, что еще у вас могло сломаться, о чем вы мне не сообщили! Если вы хотите рисковать своей жизнью, полагаясь на очевидно ненадежную технику Федерации – то это ваше право, но сейчас вы приносите в жертву наши жизни. Капитан, на станции больше девяти сотен мужчин, женщин и детей! И вы сами сказали, что на этом корабле нет ничего, кроме оружия, – оружия, которое унесет жизни людей, если вы не воспрепятствуете этому.

– Мы будем иметь это в виду, господин премьер-министр.

– Сделайте же что-нибудь, капитан! Пока не поздно!

– Я сделаю все, что смогу, – сказал Кирк и махнул Ухуре, чтобы та отключила связь. Затем Кирк вызвал инженерный отсек.

– Мистер Скотт, доложите обстановку.

– Ничего утешительного, капитан, – ответил явно встревоженный голос Скотта. – Мы разобрали еще десяток сенсоров, но не обнаружили в них никакой неисправности! Мои люди проверили транспортатор, насколько это возможно было сделать, не разбирая его, и тоже ничего не нашли. Единственное, что там не в порядке, – это то, что он ничего не может транспортировать.

Кирк немного помолчал.

– Пока не начинайте разборку транспортатора, Скотти. И больше не меняйте сенсоры.

– Хорошо, капитан, но что...

– Мы ничего не можем обнаружить, проверяя аппаратуру после того, как она вышла из строя, поэтому давай начнем проверку до того, как что-нибудь сломается. Протестируйте все, что только возможно: силовые поля, импульсные двигатели, швартовочный механизм – все. Если еще какой-нибудь блок выйдет из строя и вы будете наблюдать этот процесс, возможно, вам удастся что-либо выяснить.

– Слушаюсь, капитан, но я не очень-то надеюсь на это.

"Он все еще думает, что это могут быть органианцы", – подумал Кирк, но вслух сказал.

– Скотти, вы единственный, кто способен выяснить, что происходит.

Повернувшись к экрану, Кирк увидел в его центре приближающийся ванкадийский корабль.

– Мистер Причард, почему они решили обнаружить себя сейчас, не дожидаясь, пока приблизятся к орбитальной станции на расстояние выстрела? Нехватка энергии? Какая-либо неисправность?

– Ничего, капитан. Показания сенсоров полностью совпадают с предыдущими и идентичны информации о поведении ромуланского корабля, записанной много лет назад.

– А диагностическая программа мистера Спока? Она по-прежнему фиксирует только неопределенные и нелокализуемые аномалии?

– Да, сэр, – Причард наклонился вперед, изучая появившиеся на экране результаты проверки. – Ее выполнение не прерывается. Я внес некоторые небольшие изменения, но...

Причард вдруг замер.

– Капитан! Целая серия... Они везде!

– Аномальные показания сенсоров?

– Да, сэр, несколько десятков! Но программа по-прежнему не может...

– Капитан, – перебил Зулу, – защитное поле ослабевает!

Кирк вновь повернулся к экрану.

– Что произошло, мистер Зулу? Это вызвано действиями приближающегося корабля?

– Никакой связи, сэр, – пальцы Зулу нажимали клавиши пульта управления, а глаза следили за результатами действий, отражающимися на экране. – Оно просто ослабевает! Независимо от того, какую мощность я подаю на генераторы, оно продолжает ослабевать!

– Скотти! Защитное поле...

– Вижу, капитан. Энергия подается на генераторы. Я не могу определить, что с ними происходит, но поле выключается!

– Как скоро оно совсем исчезнет?

– Не позже, чем через пять минут.

– Делайте все возможное, мистер Скотт. Мистер Причард, появление аномальных показаний сенсоров совпадает с началом выключения защитного поля?

– Это выглядело очень похоже, но теперь сенсоры не регистрируют, ничего необычного.

– Вы можете предположить хоть какое-то объяснение?

– Сначала аномальных показаний было очень много. А когда программа вернулась для их просмотра... – Причард недоуменно развел руками. – Мы уже говорили об этом, сэр. Как будто компьютер намеренно прячет информацию от программы. А в данном случае – я понимаю, что это весьма приблизительная аналогия – как будто программа, занятая чем-то другим, краем глаза заметила новые аномалии, а когда вернулась для детального анализа показаний сенсоров, эти не правильные данные исчезли. Проверка показывает, что все в полном порядке.

– Не считая того, что защитное поле выключается.

– Так точно, сэр, поле ослабевает.

– Это не может быть совпадением! – воскликнул Кирк. – Мистер Скотт, инженерная служба зафиксировала что-нибудь, когда это началось?

– Нет, капитан. Наши мониторы даже не моргнули. И сейчас ничего необычного не регистрируется. Я только вижу, что мощность генераторов поля не уменьшилась. Даже увеличилась, поскольку мистер Зулу пытался скомпенсировать ослабление поля.

Кирк в растерянности покачал головой.

– Ваши слова, мистер Скотт, перекликаются с тем, что докладывал мистер Причард, – это невозможно, но это все равно происходит.

– Да, капитан, я не смог бы выразиться точнее.

"Невозможно, – повторялось в голове Кирка. – Но все равно, это происходит!" А затем появилась другая мысль: "Все это так же невероятно, как в тот раз, когда записи в памяти компьютера показывали, что я отделил отсек Финнея после того, как загорелся желтый сигнал тревоги, хотя я точно знал, что сделал это после включения красного сигнала".

Внезапно все стало на свои места.

– Капитан? – Зулу повернулся и вопросительно посмотрел на него. – Вы что-то сказали?

Кирк взглянул на обзорный экран и компьютерные дисплеи рубки управления, отображавшие информацию о состоянии всех систем "Энтерпрайза". Информацию, которой теперь нельзя верить.

– Черт побери, вы правы, мистер Зулу, – сказал он, поднимаясь с командирского кресла.

Это единственно возможное разумное объяснение происходящему, если не считать органианцев Скотти. Силовое поле на планете, не прекращающиеся сбои аппаратуры, аномальные показания датчиков, которые регистрировала, но не могла локализовать программа Спока, – все эти "галлюцинации" были результатом того, что происходило с компьютером. И продолжает происходить.

Показания сенсоров при исчезновении корабля полностью совпадали с данными, записанными во время инцидента с ромуланским судном, потому что это просто были те же самые показания, скопированные из памяти компьютера. Исчезнувшая информация о наличии живых существ и об отсутствии оружия на борту корабля – это просто "ошибки", которые Причард сумел заметить, прежде чем они были исправлены. Даже последнее странное и заглушаемое помехами сообщение от адмирала. Брэди, возможно, сфабриковано компьютером. Блокировка шлюза только подтверждала правильность выводов. Сенсоры челноков дали бы реальную картину происходящего, чего кто-то не мог допустить. Но кто?

Все началось с якобы ложного сигнала тревоги в компьютерном зале через несколько минут после прибытия корабля с премьер-министром. Но тревога была не ложной. Кто-то, очевидно прибывший вместе с Колдреном, действительно проник в главный машинный зал и перепрограммировал компьютер. Это означало, что не только жители Ванкадии, но и Колдрен с карелланцами были обмануты. Оказалось, что нельзя верить ни сообщениям Делкондроса, ни впечатляющим свидетельствам Колдрена.

– Лейтенант Ухура, – сказал Кирк, направляясь к турболифту, – примите на себя управление. Мистер Зулу, пойдемте со мной.

* * *

Наконец последний фрагмент кода был выделен из массы мерцающих символов, извлеченных из памяти Финнея, и Спок присоединил его к остальным. На вулканца произвела впечатление изощренность тех изменений, которые клингон внес в программу, – при других обстоятельствах он был бы не против обсудить их с Келгаром. Но сейчас у него были более важные дела. Все это время Спок должен был защищать Финнея, предохраняя его – их – разум от разрушения не только неконтролируемыми эмоциями Финнея, но и собственными чувствами, которые он подавлял в течение десятилетий. Освобожденные вторжением Финнея, они представляли еще большую опасность для финнеевской части их общего разума. Спок стал осторожно уводить из чужого мозга, но тут же почувствовал дрожь, охватившую другой разум. Когда исчезла поддержка Спока, его собственные защитные барьеры, с трудом справляющиеся с бременем без помощи иллюзий, могли быть раздавлены, как яичная скорлупа, тяжестью не только проблем, извлеченных из памяти Спока, но из-за объективной оценки, которую Финней вынужден был дать своему иррациональному поведению на протяжении длительного времени. Спок должен был выходить из телепатического контакта очень медленно, блокировав как можно большую часть их общей памяти, чтобы дать Финнею возможность... Только у него не было на это времени. Неважно, что в конце концов станет с Финнеем, но нельзя было терять ни секунды. Взяв себя в руки и пытаясь усилить собственные защитные силы Финнея, Спок приготовился прервать контакт.

Глава 19

Под палубой ангара в механизме для открывания шлюза несколько человек устанавливали принесенные Скоттом временные приспособления. С отключенным компьютером они могли рассчитывать только на свои мускулы и систему рычагов. С задней галереи, расположенной прямо напротив шлюза, Кирк и Скотт молча наблюдали, как медленно, не более сантиметра в секунду, раскрывались створки шлюза. Зулу сидел в кабине одного из челноков, готовый стартовать, как только выход будет свободен. Лейтенант Шанти находилась в другом челноке. Когда Зулу окажется снаружи, лейтенант должна была передвинуться вперед, не выходя за границы силового поля, удерживающего атмосферу, и настроить свой приемник на частоту челнока Зулу. Тот, кто управлял компьютером корабля, вероятно, мог контролировать все переговоры Зулу с "Энтерпрайзом", поэтому они рассчитывали на прямую связь между челноками. Но даже в этом случае Зулу получил инструкции использовать радиосвязь для обычных сообщений. Была обусловлена подача специальных сигналов: о состоянии защитного поля, о наличии живых существ и оружия на борту корабля, о присутствии неподалеку других космических аппаратов, не зарегистрированных сенсорами "Энтерпрайза". Кроме того, если он обнаружит что-либо, имеющее отношение к поведению компьютера, то должен вернуться и доложить лично.

– Мы не знаем, с кем или с чем имеем дело, – говорил Кирк, когда инструктировал Зулу, Шанти и остальных в одном из изолированных отсеков инженерной службы, где они были, по утверждению Скотти, гарантированы от подслушивания, – поэтому допустимо рисковать только в крайнем случае. Не передавайте никаких важных сообщений по радио. Если они узнают, что мы обнаружили их, если получат информацию о наших намерениях, то, возможно, смогут помешать нам.

– Еще десять сантиметров, – сообщил Скотт Зулу. Их коммуникаторы были перестроены на другую частоту.

Челнок, поднялся вверх и оказался прямо в центре шлюза. Внезапно воздух в открывающемся проходе стал мерцать.

– Смотрите, мистер Зулу, – воскликнул Кирк, хотя знал, что тот видит все сам. – Удачи вам!

Глаза Скотта немного расширились. Он взглянул на Кирка, но ничего не сказал. До этой минуты он полностью не осознавал, что все неисправности являются результатом чьих-то преднамеренных действий, но выключение удерживающего воздух силового поля как раз в момент открытия шлюза, очевидно являвшееся последней попыткой помешать им, не могло быть простым совпадением. Они оба отступили назад к расположенной за их спинами двери. Воздух мерцал все сильнее, засияв всеми цветами радуги, как пленка нефти на поверхности воды. Вдруг мерцание прекратилось, и в то же мгновение воздух из ангара со свистом стал выходить в открытый космос, увлекая за собой челнок, который, поворачиваясь, мог удариться о не полностью раскрывшиеся створки шлюза. Отовсюду послышался звук закрывающихся дверей – это автоматически сработала защита от выключения удерживающего воздух силового поля. Кирк и Скотт резко повернулись и, преодолевая сопротивление воздуха, бросились к единственной незапертой двери позади них. Когда они протиснулись внутрь, Кирк выбил клин, не дававший двери закрыться, а Скотт отключил автоматику и запер дверь вручную, чтобы Зулу и Шанти смогли открыть ее со стороны ангара. Его подчиненные делали то же самое с остальными дверьми.

– У него получилось, сэр, – раздался голос с легким акцентом, принадлежавший лейтенанту Шанти. – Он только немного поцарапал обшивку.

– Спасибо, лейтенант, – отозвался Кирк, направляясь вместе со Скоттом к турболифту.

– Капитан Кирк, – сообщила Ухура по интеркому. – Премьер-министр Колдрен хочет поговорить с вами.

Кирк и Скотт переглянулись.

– Какой приятный сюрприз, – пробормотал капитан. – Скажите ему, что я уже на пути к рубке, – добавил он более громко.

Когда Скотт направился в инженерный отсек, Кирк кивнул ему.

– Будь наготове, Скотти.

Экран рубки управления занимало лицо Колдрена. Он был еще более раздражен, и Ухура с облегчением передала управление Кирку, вернувшись к своей аппаратуре связи.

– Где вы были, капитан? – сразу же начал Колдрен, как только Кирк появился в рубке. – Корабль террористов уже через несколько минут приблизится к орбитальной станции!

– Вам не о чем беспокоиться, господин премьер-министр, – резко ответил Кирк. – Наше силовое поле защитит станцию.

Лицо Колдрена на секунду застыло.

– Оно все еще функционирует?

– Конечно.

Премьер-министр немного помолчал.

– Я так понимаю, – наконец произнес он – что вы категорически отказываетесь открыть огонь по приближающемуся кораблю террористов?

– Пока мы не разберемся в некоторых.., противоречиях.

– Противоречиях? Как это понимать, капитан? Или по терминологии Звездного Флота это означает "неисправности"?

– В данном случае, возможно, – как бы вынужденно ответил Кирк. – Но все равно у вас нет причины волноваться, пока...

– Какие противоречия, капитан? Какие неисправности? Я хочу знать! Это не игра! Речь идет о жизни девяти сотен людей! Что вы скрываете?

Кирк посмотрел на Причарда, который вместе с Ухурой, Зулу, Чеховым и десятком других членов экипажа не присутствовал на секретном совещании в инженерном отсеке.

– Есть что-нибудь новое относительно аномальных показаний сенсоров, лейтенант?

– Ничего, сэр.

– Вы уверены в том, что видели в первый раз?

– Да, капитан.

Кирк вновь повернулся к экрану.

– У нас есть основания полагать, – медленно произнес он, – что на борту приближающегося корабля могут находиться пассажиры.

– Вы сказали, что сенсоры никого не обнаружили! Или это и есть то самое "противоречие", которое необходимо устранить?

– Дело в том, господин премьер-министр, что первоначально сенсоры обнаружили на борту корабля несколько десятков живых существ. Последующая проверка этого не подтвердила, но...

– Капитан! На орбитальной станции, которую собирается расстрелять этот корабль, находятся тысячи живых существ! Если на судне кто-либо и есть, то только террористы. Или даже клингоны, скрытые неизвестным вам полем! Вы видели, что они сделали с нашими патрульными кораблями – все уничтожены! А ваши люди – они убили ваших людей!

– Я все понимаю, но пока мы не разберемся в этих противоречиях...

– Вы просто не собираетесь защищать обреченных на гибель людей! Я вас правильно понял, Кирк?

– Конечно, нет. Мы будем держать вашу станцию под защитой силовых полей столько, сколько это потребуется.

Колдрен опять надолго умолк.

– Вы утверждаете, капитан, – наконец сказал он, – что защитное поле в данный момент включено?

– Я уже говорил вам об этом, – холодно ответил Кирк.

Опять воцарилось молчание. Затем внезапно хмурое выражение исчезло с лица Колдрена. Премьер-министр рассмеялся.

– Ладно, Кирк, – произнес он. – Вы знаете больше, чем хотите показать.

– Прошу прощения?

– Давайте закончим наши игры, Кирк.

– Вы только что сами заявили – и достаточно эмоционально, – что это не игра, и на карту поставлены жизни сотен ваших людей.

– Совершенно верно. Я скажу это другими словами, – глаза Колдрена сощурились в снисходительной улыбке. – Защитное поле неисправно, капитан Кирк. Оно отключилось уже довольно давно. Вы знаете это. Я тоже знаю это. Но есть еще кое-что, о чем вы не догадываетесь. Оно не заработает, что бы ни предпринимал ваш начальник инженерной службы со своими неуклюжими подчиненными.

Кирк изобразил изумление.

– О чем вы, черт побери, говорите, господин премьер-министр? Откуда у вас такая информация о состоянии защитного поля?

– Пожалуйста, Кирк, не разыгрывайте из себя идиота. Мы оба понимаем, что это вам не идет. Трудно сказать, о многом ли вы догадались, но вы знаете гораздо больше, чем стараетесь показать. Только этого все равно недостаточно для спасения.

– Для спасения? От чего?

– Во-первых, от позора. И, конечно, от смерти.

– Вы угрожаете нам? Хочу напомнить, что вы имеете дело со звездолетом Федерации.

– Я хорошо знаю, с чем и с кем имею дело, Кирк. Другое дело – вы, хотя мы беседуем уже довольно давно. Позвольте представиться: Джейсон Кармоди, бывший офицер Звездного Флота, находящийся сейчас на службе у более могущественной организации. У клингонов, если быть точным.

Кармоди! Кирк с трудом сдержал свои чувства. До этого момента он считал Колдрена местным жителем, действующим заодно с клингонами. Внезапное открытие того факта, что премьер-министр оказался предателем – бывшим офицером Звездного Флота, – заставило мысль капитана работать быстрее. Вряд ли клингоны сами смогли бы найти способ так повредить компьютер "Энтерпрайза". А вот для Кармоди... Внезапно до него дошел извращенный смысл этой невероятной и тщательно спланированной акции. Кармоди с помощью клингонов хотел отомстить Федерации за свой арест и планируемый трибунал. Он мстил, пытаясь заставить капитана звездолета тоже нарушить Основополагающую Директиву, только в еще большем масштабе. Надеясь, что лицо не выдало его мысли, Кирк как бы в изумлении широко раскрыл глаза.

– Разве вы не карелланец?

– Вы продолжаете валять дурака, Кирк. Я разочарован. Мистер Спок предупреждал, что я могу недооценить вас, но глупые попытки притворяться делают это крайне затруднительным.

На этот раз Кирк и не пытался скрыть свои настоящие чувства.

– Спок? Когда вы видели Спока?

– Я не видел его, а только разговаривал с ним, – Кармоди выдержал паузу. – Это было сразу же после того, как он и доктор Маккой вступили на борт того самого корабля, что я принуждал вас уничтожить и который вы обязательно собьете через несколько минут.

Взяв себя в руки, Кирк нахмурился.

– Теперь я знаю, что вы сумасшедший, Колдрен – или как там ваше настоящее имя! Старший офицер Спок и лейтенант Маккой погибли...

– Таков был замысел, – прервал его Кармоди, – но они оказались слишком осторожными. Хотя это и не спасет их надолго. По правде говоря, я даже обрадовался, когда им удалось уйти, особенно после того, как они оказались – с моей небольшой помощью – на борту этого корабля. И еще большее удовольствие мне доставляет мысль, что именно вы – или на худой конец ваш "Энтерпрайз" – убьете их.

Спок и Маккой живы! Кирк с трудом удержался от улыбки. Но он скрыл свои чувства, чтобы иметь шанс спасти их.

– Скажите мне, Колдрен, – насмешливо спросил капитан, – неужели вы думаете, что после этого сообщения сможете уговорить меня открыть огонь по ванкадийскому кораблю?

– Конечно нет, Кирк, и вы знаете это. В самом деле, ваша притворная тупость уже начинает надоедать мне.

"Так же, как и мне, – подумал Кирк. – Но я должен дать Зулу как можно больше времени и извлечь максимум информации из этого разговора".

– Тогда просветите меня, – продолжал Кирк скептическим тоном. – Я бы очень хотел знать, как вы собираетесь заставить меня убить своих лучших друзей?

Кармоди насмешливо улыбнулся.

– Это и есть ваша игра? Вы думаете, что если я открою свои планы, то сможете придумать что-либо неожиданное и остановить меня. Отлично, я сообщу вам то, о чем вы еще не догадались. Я убью их так же, как выключил защитное поле, как помешал транспортировать людей с орбитальной станции. Короче говоря, капитан Кирк, я управляю вашим компьютером, а значит, и всем звездолетом, и вы абсолютно ничего не можете с этим сделать.

– И не надейтесь! Мистер Скотт! Выключайте!

– Слушаюсь, капитан, – немедленно отозвался Скотт, и в ту же секунду моргнули все экраны в рубке управления. А затем снова засветились.

Раздался громкий смех Кармоди.

После того как его потоком воздуха выбросило из ангара, лейтенант Зулу проверил все системы своего челнока и просканировал пространство вокруг "Энтерпрайза", Защитное поле отсутствовало. И еще...

В тени огромной карелланской орбитальной станции, своими размерами во много раз превосходящей "Энтерпрайз", парил небольшой объект. Он был меньше одноместного челнока и прикреплялся к звездолету при помощи тонкого буксировочного троса. Не эта ли штука управляет компьютером? Точно!

Сканеры челнока зарегистрировали непрерывные потоки данных, которыми он обменивался с "Энтерпрайзом", Сначала Зулу хотел просто протаранить этот объект, даже если это приведет к повреждению челнока. Аварийный костюм с силовым полем защитит его самого, пока "Энтерпрайз", восстановив нормальную работу компьютера, не подберет его. А если и нет, то одна жизнь – совсем небольшая цена за...

Но вдруг приборы зафиксировали еще один поток сообщений, направленный куда-то в сторону, заграницу действия сканеров челнока. Этот крошечный объект представлял собой обычный ретранслятор. Возможно, он был необходим, но скорее всего так оказалось просто удобнее. И даже если удастся уничтожить его, тот, кому предназначалась информация, узнает об этом. И просто подойдет ближе, чтобы передавать команды напрямую, исключая ретранслятор. Тогда Зулу в поврежденном челноке ничем не сможет помочь "Энтерпрайзу". Нет, таран ретранслятора надо приберечь на крайний случай, а сейчас необходимо заняться сбором информации. Корабль, который хотел уничтожить Колдрен, находился в двадцати минутах пути, и следующей задачей было его исследование. Кирк уже знает, что защитное поле "Энтерпрайза" выключено, поскольку лейтенант Шанти не получила соответствующего условного сигнала.

Сначала он должен приблизиться к кораблю, а затем, в зависимости от того, что он там обнаружит, либо вернуться к "Энтерпрайзу", либо проследовать туда, куда направлен сигнал от ретранслятора.

Сориентировав челнок, Зулу включил двигатели на полную мощность.

Глава 20

– У вас в запасе есть еще какие-нибудь трюки, капитан? – спросил Кармоди, высокомерно улыбаясь.

– Уверяю, – огрызнулся Кирк, – вы будете первым, кто об этом узнает.

– Я не сомневаюсь. Но не хотите ли еще что-нибудь узнать? Всего минуту назад у вас была масса вопросов. Не пытайтесь убедить меня, что любопытство так быстро иссякло.

– Вам, очевидно, нравится издеваться над противником? Продолжайте, пока можете. – Кармоди пожал плечами.

– В сущности, да, да и кому бы не понравилось, имей он такую возможность? Единственное, о чем я сожалею, узнав вас получше за последние несколько часов, что у вас осталось так мало времени для оценки ситуации. Но у остального Звездного Флота, уверяю вас, времени будет гораздо больше: возможно, около двух лет. Примерно столько потребуется, чтобы взять под контроль все компьютеры Звездного Флота. И все эти годы о вас будут вспоминать, как о капитане, который опозорил Федерацию, нарушив Основополагающую Директиву еще более грубо, чем я. Вы обстреляете и уничтожите безоружный корабль с посланцами мира.

Кирк перебил его:

– Вы собираетесь проделать это со всем Звездным Флотом? Неужели вы думаете, что эта программа не будет обнаружена и исправлена за такое время и на таком количестве кораблей!

– Конечно, капитан. Ведь это была просто проверка, и она прошла исключительно успешно, не считая нескольких несущественных деталей, которые обязательно будут скорректированы. В будущем даже программы вроде той, что разработал мистер Спок, не обнаружат никаких аномалий. И тогда... – Кармоди сделал паузу, улыбаясь еще шире. – Как говорят на старушке Земле, это будет проще пареной репы.

– Если вы думаете, что выиграете...

– Я знаю это, капитан. Вы сами сможете убедиться буквально через три минуты, когда ваши фазеры откроют огонь. А сейчас прошу извинить – у меня еще масса дел.

Внезапно изображение Кармоди пропало, и вместо него на экране появился приближающийся ванкадийский корабль с хорошо различимыми лазерными орудиями в носовой части. Но уже через несколько секунд лазерные орудия исчезли, и нос судна стал гладким, а затем очертания корабля изменились. Он уменьшился в размерах до примерно четверти своей первоначальной величины. Кирк с трудом верил своим глазам, хотя и Предполагал увидеть нечто подобное. Капитан напрягся, ожидая дальнейшего развития событий. Он не имел права торопиться и раньте времени открывать последнюю оставшуюся у него карту.

– Капитан! – окликнула его мичман Спарер, заменившая Зулу у штурвала. – Фазеры захватывают цель – приближающийся корабль – на автоматическое сопровождение. Я ничего не могу поделать!

– Хорошо, – сказал Кирк и его губы тронула легкая улыбка. – Начинайте, мистер Скотт!

Подтверждения не последовало, но через мгновение, когда Скотти и десяток его людей одновременно начали действовать в различных отсеках корабля все экраны погасли. И на этот раз больше не включались.

Спок, прервав телепатический контакт, снял руку со лба Финнея и покачнулся. Финней с трудом дышал и непременно упал бы, если бы не руки Маккоя, лежавшие на его плечах.

– Информация, Спок – вы добыли ее? – спросил доктор, не отводя взгляда от Финнея.

– Думаю, да.

Вулканец снял коммуникатор с ремня и раскрыл его, пока Маккой опускал Финнея на пол.

– Хорошо, если компьютер не запрограммирован на распознавание определенного голоса при получении пароля, – произнес Спок.

Затем он начал медленно диктовать в коммуникатор цифры извлеченного из памяти Финнея кода. Маккой и остальные замерли в напряженном ожидании. В центре экрана над креслом пилота яркое пятно превратилось в маленький цилиндр – игрушечное изображение карелланской орбитальной станции. Рядом светилась еще одна едва различимая, точка. Все понимали, что это "Энтерпрайз". Наконец Спок, произнеся более двух десятков цифр, умолк. На минуту наступила полная тишина. Слышно было только дыхание пятидесяти человек и поскрипывание переборок корабля, который не был рассчитан на перегрузки, возникающие при работе недавно установленных импульсных двигателей.

– Что-то не так, Спок? – наконец спросил Маккой.

– Компьютер "Энтерпрайза" не отвечает.

– Об этом я уже догадался. А ты можешь сказать, почему он не отвечает? Ты назвал не правильную цифру? Может быть, мы находимся еще слишком далеко?

Спок немного помолчал, глядя на экран с постепенно увеличивающимся изображением.

– Возможно, расстояние еще слишком велико. Я повторю попытку.

Он передал кодовую последовательность еще несколько раз, а изображение на экране продолжало увеличиваться, хотя и не так быстро, как раньше. Движение корабля замедлилось, очевидно, для стыковки с орбитальной станцией.

В это время Маккой привел Финнея в чувство.

– У вас есть какие-нибудь предположения? – хмуро спросил доктор, когда бывший офицер Звездного Флота встал на ноги.

Финней потряс головой, чтобы мысли его прояснились.

– О чем? Что случилось?

– Тот новый код, извлеченный из вашей памяти Споком, не действует.

Финней казался озадаченным, как будто смысл сказанных слов не сразу дошел до него. Затем он поморщился.

– Я боялся, что это произойдет.

– Что? – вспылил Маккой. – Продолжайте, Финней. Если вы с самого начала знали, что пароль неверен...

– Ничего я не знал, – огрызнулся Финней. – Просто если Келгар допускал, что я остался жив после взрыва того патрульного корабля, то мог еще раз сменить пароль. Или если один из вас, – в его голосе послышались обвинительные нотки, – что-то сказал командиру, что позволило ему догадаться о моем присутствии здесь...

– Мы ничего такого не говорили! – воскликнул Маккой.

– Бессмысленно искать виноватого, доктор, – вмешался Спок. – Я предлагаю, чтобы один из нас продолжал передавать сообщение. Не исключено, что есть другое объяснение происходящему, и пароль в конце концов сработает.

Маккой повернулся к вулканцу.

– А ты способен повторить процедуру и проверить еще раз? Может быть, твоя "человеческая" половина что-то пропустила?

– Все возможно, доктор, тем не менее...

– Что это? – плотный мужчина, помогавший доктору держать Финнея, указывал на экран.

Маккой резко обернулся, и его хмурое лицо озарилось внезапной улыбкой, когда он рассмотрел изображение.

– Это челнок! – воскликнул он, бросая презрительный взгляд на Финнея и открывая коммуникатор. – На связи доктор Маккой. Что, черт побери, происходит? Вы можете передать сообщение "Энтерпрайзу"?

Все молчали, наблюдая на экране за приближающимся челноком, который вскоре остановился, почти заслонив орбитальную станцию и звездолет.

– Челнок! – повторил Маккой. – Отвечайте же, черт возьми!

Он повернулся и посмотрел в лицо Финнею.

– Чтобы связаться с челноком, не нужен пароль, так?

Финней покачал головой.

– Нет, он действует только на компьютер "Энтерпрайза". Челнок...

– Доктор Маккой? – из коммуникатора послышался удивленный голос Зулу. – Это действительно вы?

– Конечно я! Это Зулу?

– Да, доктор. А Спок с вами?

– Да, лейтенант! Послушайте, Зулу, если...

– Если вы действительно доктор Маккой, то назовите имя вашей дочери.

– Черт побери, Зулу, вы теряете время...

– Обстоятельства требуют, чтобы я установил вашу личность, доктор. Пожалуйста, как зовут вашу дочь?

– Джоанна! Что теперь?

– Но эту информацию можно извлечь из компьютера "Энтерпрайза", – сказал Зулу, как бы только что сам догадавшись об этом. – Прошу прощения, но мне нужно что-то еще – доктор Маккой, вспомните, в чем вы обвинили мистера Спока, когда на второй базе Звездного Флота вы, Скотти и я учили его старинной игре в шары.

– Как, черт возьми, я могу это помнить? Это было столько лет назад, и я мог обвинить его в чем угодно!

– Если это поможет делу, – сказал Спок в свой коммуникатор, – то это происходило не на второй, а на первой базе, и доктор Маккой обвинил меня в том, что я намеренно хочу усложнить игру. Почему-то вы нашли это обвинение забавным. Теперь, если вы удовлетворены, необходимо передать компьютеру "Энтерпрайза" срочное сообщение. Мы не можем связаться с ним при помощи коммуникаторов.

– Вероятно потому, что компьютер выключен. По крайней мере, я так предполагаю, – в голосе Зулу вместо подозрительности слышалась смесь облегчения и торопливости, – капитан считает, что неисправна вся система.

– Капитан прав, мистер Зулу, – прервал его Спок. – Но у нас есть код, который позволит восстановить работоспособность компьютера сразу же после его включения. Нам необходимо связаться с "Энтерпрайзом" до того, как подать команду компьютеру. Зулу в растерянности замолчал, а затем произнес:

– Сообщите мне код, мистер Спок, и я вернусь на "Энтерпрайз", чтобы передать его капитану.

– А разве нельзя воспользоваться радиосвязью?

– Можно. Но боюсь, что тот, кто контролирует компьютер, перехватит сообщение, несмотря на все наши меры предосторожности. Если они услышат, что мы передали капитану код, то попытаются помешать ему.

– Мистер Финней, – спросил, поворачиваясь, Спок, – это возможно?

Финней нервно сглотнул.

– Да, возможно. Если Кармоди или Келгар будут знать, что компьютер вот-вот включится и в него будет введен пароль, то до окончания передачи кода могут послать команду перезапуска, которую невозможно блокировать. Это не вернет им управление звездолетом, но сделает компьютер бесполезным, стерев всю память и управляющие программы. Если только, – добавил он, отводя взгляд, – Келгар не изменил и это.

– Благодарю, мистер Финней. Мистер Зулу, вы готовы записать пароль?

– Готов, мистер Спок, – ответил Зулу с нервным смешком. – Возможно, это нам удастся.

Глава 21

Монтгомери Скотт выпрямился, оторвавшись от пучка спутанных проводов, торчащего сзади одного из блоков аппаратуры связи, тыльной стороной ладони вытер со лба пот, придерживая другой рукой блок. При отключенном компьютере работали только аварийные автономные системы жизнеобеспечения, поэтому температура во всех помещениях поднялась на три-четыре градуса, а здесь, в узком технологическом отсеке, опоясывавшем рубку управления, было теплее градусов на пятнадцать.

– Вот так, – сказал он. – По крайней мере, вы сможете включить питание, хоть и лишились возможности автоматического перебора частот.

– Спасибо, мистер Скотт, – послышался в ответ заглушенный толстыми панелями голос Ухуры.

– Отличная работа, Скотти, – сказал Кирк, всматриваясь в пространство за снятой панелью обшивки рядом с турболифтом. – Сандерсон только что доложил, что у него успешно идет работа по подключению импульсного двигателя.

– Да, капитан. Но нам придется повозиться с основными двигателями.

Он покачал головой, продвигаясь по отсеку и входя в непривычно тихую рубку. После того как Скотти со своими людьми одновременно оборвали основной и аварийный кабели питания, замолкли все звуки, сопровождавшие работу компьютера, который контролировал состояние всего звездолета.

– Без компьютера удерживать антиматерию...

Внезапно ожили сотни индикаторов и дисплеев. Ухура, как будто обжегшись, отдернула руку от переключателей, при помощи которых она пыталась вручную установить связь со штаб-квартирой Звездного Флота. Остальные застыли на месте, переводя взгляд от дисплея к дисплею и стараясь понять, что произошло.

Скотт рванул свой коммуникатор с ремня и бросился назад в технологический отсек.

– Всем постам! Доложите обстановку!

Когда он наполовину обогнул рубку и стал спускаться по сходням на нижние палубы, то по докладам подчиненных понял, где следует искать.

– Лейтенант Диас, – сказал он одному из членов экипажа, которых они с капитаном расставили по всем палубам, – мистер Клейборн на девятнадцатой палубе не отвечает.

– Уже иду, командир, – прозвучал в ответ низкий голос, когда Скотт, продолжая спуск, миновал третью палубу.

В рубке управления Кирк мог только беспомощно наблюдать за ожившими дисплеями. Его отчаянные попытки вручную отключить компьютер закончились безрезультатно. Единственной надеждой было то, что Скотт со своими людьми за несколько оставшихся минут сможет найти место, где Кармоди удалось восстановить оборванный кабель.

– Капитан, – голос мичмана Спарер перекрыл остальные звуки. – Навигационная система восстанавливается. Через три минуты закончится ориентация и выравнивание. Фазеры аккумулировали почти полный заряд. Сигналы управления не проходят.

– Продолжайте попытки, мичман. Вы должны сделать все возможное и невозможное. Если мы не найдем способ восстановить контроль над кораблем, Спок и Маккой на самом деле умрут!

– Капитан, – из коммуникатора Кирка послышался задыхающийся голос Скотта, заглушаемый звуками лязгающих по ступенькам трапа подошв его ботинок. – Диас докладывает, что отсек, где находился Клейборн, заперт. Он попытается использовать фазер, чтобы взломать дверь. Сколько у нас времени?

– Максимум две с половиной минуты, Скотти. – Коммуникатор отключился, а через мгновение снова ожил.

– Это Шанти, капитан. Сообщение от лейтенанта Зулу. Я соединяю вас напрямую.

Раздался треск, а затем снова голос Шанти:

– Говорите, лейтенант.

– Капитан, – голос Зулу был напряжен. – Нет времени на объяснения. В точности выполняйте то, что я скажу и.., черт побери! Не отключайтесь, я свяжусь с вами, если смогу.

Голос умолк.

– Зулу! Шанти! Что...

Из коммуникатора вырвался громкий скрежет, и "Энтерпрайз" вздрогнул, как будто столкнулся с чем-то. Но без сенсоров никто не мог определить, что произошло.

* * *

Когда его челнок приблизился к "Энтерпрайзу", Зулу понял, что Финней был прав. Второй корабль, явно построенный по технологии клингонов, находился примерно в километре ниже звездолета. Только что там включился маломощный транспортатор, чей луч был направлен внутрь "Энтерпрайза". Кто то – Кармоди или Келгар – должен был находиться внутри крейсера, пытаясь восстановить питание компьютера, чтобы оставшийся на корабле мог взять под контроль "Энтерпрайз".

Зулу почувствовал растерянность. Он никак не успеет добраться до "Энтерпрайза" и сообщить капитану код. Импульсные двигатели челнока и так работают на предельной мощности. У него не было выбора, кроме как воспользоваться радиосвязью.

– Лейтенант Шанти! – вызвал он, включая передатчик. – Соедините меня непосредственно с капитаном. Нет времени объяснять.

– Лейтенант Зулу?

– Да, соединяйте!

– Да, сэр.

Сбросив скорость, Зулу наблюдал, как увеличивалось изображение "Энтерпрайза", заполняя весь обзорный экран челнока...

В наушниках послышались щелчки, а затем голос Шанти:

– Говорите, лейтенант.

– Капитан! Нет времени на объяснения. В точности выполняйте то, что я скажу и...

Зулу умолк на полуслове, увидев на экране, что корабль клингонов стал быстро разворачиваться. Через несколько секунд оружие будет направлено прямо на него.

– Черт побери! Не отключайтесь, я свяжусь с вами, если смогу!

Очевидно, у него не хватит времени, чтобы сообщить код или достичь "Энтерпрайза", особенно если он будет соблюдать осторожность. Зулу направил челнок вверх и вправо, опять включив двигатели на полную мощность. Чужой корабль находился впереди и ниже "Энтерпрайза". Если он сумеет подняться достаточно высоко, то окажется заслоненным корпусом звездолета, что позволит выиграть несколько секунд. Если людям Скотти удалось раздвинуть створки шлюза чуть-чуть шире...

Зулу увидел, что они не смогли этого сделать. Челнок Шанти был пришвартован к палубе ангара прямо напротив открывающегося прохода, ширина которого всего на несколько сантиметров превышала размеры челнока. Зулу направил свой челнок прямо между полуоткрытыми створками шлюза. Не было времени предупреждать Шанти. Он должен был проскочить над ее челноком.

Его на мгновение отвлекла вспышка выстрела, но луч фазера не попал в цель, поскольку атакующий корабль, заслоненный корпусом "Энтерпрайза", не двинулся вдогонку за челноком.

"Он и не будет двигаться, – с надеждой подумал Зулу, – он не должен двигаться, чтобы не потерять связь с тем, кого они транспортировали на "Энтерпрайз". Восстановление связи потребует времени, которого у них так же мало, как и у меня.

Сосредоточившись на быстро приближающемся узком проходе, Зулу включил реверс двигателей, направил нос челнока сначала немного вправо, затем влево и... С ужасным скрежетом, гораздо более сильным, чем пятнадцать минут назад, челнок ворвался внутрь, задев створки шлюза, его двигатель работал толчками, что было самым эффективным способом остановки. Челнок дважды сильно ударялся о палубу и отскакивал. В замкнутом пространстве ангара казалось, что он движется быстрее, чем снаружи. Послышался еще один удар, когда нос челнока врезался, в заднюю стену ангара. Зулу швырнуло вперед на пульт управления. Он услышал шипение воздуха, выходящего из кабины через трещину в обшивке, но не стал искать повреждение.

Сделав глубокий вдох, Зулу включил защитное поле своего костюма, вскочил на ноги и бросился к люку. Светящееся силовое поле костюма делало окружающее видимым как бы сквозь легкую дымку, но давало ему несколько необходимых секунд. Но люк... Он еще раз ударил по замку, но тот не поддавался. Заклинило! Вероятно, весь каркас челнока деформировался от удара. Ударив по замку третий раз, он одновременно надавил плечом на люк, вложив в это движение всю свою силу. Затем ударил еще, и еще раз.

Люк со скрипом открылся, а через секунду распахнулся под давлением потока вырвавшегося наружу воздуха, чуть не сбившего Зулу с ног. Он быстро проскочил в узкое отверстие и бросился к ближайшей двери в задней стене ангара. Если Скотти удалось отключить автоматику и вручную запереть двери, то он сможет открыть их с этой стороны. Если нет...

Ударив по аварийному выключателю, он ухватился за рычаг, который торчал из стены, на уровне верхнего края двери. Зулу нажимал на рычаг, пока между дверью и переборкой не образовалась узкая щель, через которую тут же стал выходить воздух, а затем просунул в эту щель пальцы.

Но дверь не двигалась! Он напрягал все свои силы, многократно увеличенные поступавшим в кровь адреналином, но тщетно. Зулу уже намеревался... Как вдруг еще одна пара рук, окруженная слабым сиянием защитного поля, ухватилась за дверь. Лейтенант Шанти! Он не слышал, как она бежала по палубе ангара, но теперь стояла рядом и помогала ему. Со скрежетом дверь приоткрылась еще на несколько сантиметров. Пока Шанти продолжала сражаться с дверью, Зулу, в клочья изорвав одежду, протиснулся в образовавшуюся щель. Не обращая внимания на выходящий воздух, он бросился к ближайшему интеркому.

Глава 22

– Выравнивание закончится через одну минуту, капитан, – доложила Спарер. – По-прежнему сигналы управления не проходят.

Кирк кивнул, лихорадочно размышляя. За эти две минуты он перебрал сотни вариантов, но каждый из них предполагал, что они смогут взять под контроль хоть какую-нибудь часть компьютера. Единственным реальным шансом было то, что Скотти или лейтенант Диас сумеют проникнуть в запертую часть девятнадцатой палубы и оборвать восстановленный кем-то кабель питания компьютера. Находился ли этот неизвестный все время на борту "Энтерпрайза", или он прибыл вместе с Кармоди и прятался на звездолете, до самого последнего момента?

– Прошел через первую дверь, – послышался доклад Диаса, – но здесь, по крайней мере, еще одна...

– Капитан! – голос Зулу заполнял рубку, но раздался он не из коммуникатора Кирка, а по интеркому – одной из немногих систем корабля, которая сохраняла работоспособность и без компьютера.

– Зулу? Что...

– Нет времени, капитан, – перебил тот звенящим от волнения голосом. – Нет времени! Немедленно введите в компьютер кодовую последовательность, которую я вам продиктую, без ошибок и пауз! Вы готовы?

Поколебавшись долю секунды, Кирк повернулся к компьютеру.

– Вводите, мистер Причард. Начинайте, мистер Зулу.

Зулу немедленно принялся диктовать кодовую, последовательность, остановившись только один раз, когда Причард перестал успевать за его размеренной и четкой, но слишком быстрой речью. Приближающийся ванкадийский корабль на экране с каждой минутой казался все более беззащитным. Спарер продолжала отслеживать выравнивание навигационной системы, шепотом докладывая Кирку. Фазеры были полностью заряжены и направлены на корабль, ожидая только команды, чтобы захватить цель и открыть огонь, как только выравнивание будет закончено. Коммуникатор Кирка вновь включился, передавая сообщение от Диаса или Скотта, но капитан поспешно уменьшил громкость, отвернулся от компьютера и шепотом стал отдавать приказания.

Зулу закончил диктовать.

– Все, – напряжение в его голосе усилилось. – Что происходит?

Не ожидая ответа, он продолжал:

– Включите защитное поле на минимальном расстоянии от "Энтерпрайза". В нескольких сотнях метров ниже нас находится корабль клингонов! Вернее, находился, а сейчас он, возможно, еще ближе. Он транспортировал кого-то на "Энтерпрайз" и...

– Капитан! – прервал его голос Спарер. Ее пальцы забегали по клавиатуре пульта управления. – Мы восстановили контроль! Отменены все команды активизации фазеров, защитное поле включено – расстояние минимальное!

– Скотти! Мистер Диас! – крикнул Кирк в коммуникатор. – Не обрывайте кабель! Мы восстановили управление!

Из крошечного динамика прибора послышался вздох облегчения.

– Да, капитан. Двери только что открылись.

– Не ходите туда. Тот, кто восстановил кабель, может находиться внутри. Он опасен.

– Нет, капитан, – вмешался Причард. – Сенсоры показывают, что живое существо – клингон – только что транспортировано на корабль, о котором говорил мистер Зулу.

– Хорошо, Скотти, взгляните. Но все равно будьте осторожны.

– Слушаюсь, капитан.

– Корабль клингонов уходит, капитан, – доложила Спарер. – На максимальной скорости.

– Не упустите его, мичман. У нас есть много вопросов к Кармоди.

– Хорошо, капитан. Готовлю буксировочный трос.

– У него есть подпространственные двигатели, мистер Причард?

– Неизвестно, капитан, но... – Причард умолк, считывая с экрана новые данные. – Корабль с подпространственным двигателем обнаружен в районе Ванкадии почти на пределе действия наших сенсоров.

– Направление?

– К ближайшей границе Империи Клингонов.

– Лейтенант Ухура, предупредите все корабли Звездного Флота. Если их удастся перехватить на территории Федерации...

– Зафиксирован прдпространственный сигнал, переданный из района, где находится корабль клингонов, – начал Причард, но остановился, его пальцы пробегали по клавиатуре почти так же быстро, как пальцы Спока. – Генератор антиматерии в корабле Кармоди перегружен, капитан. Он может взорваться в любой момент.

Причард не успел закончить предупреждение, как удаляющийся корабль исчез в яркой вспышке, вызвавшей перегрузку экрана. Все молча наблюдали, как изображение восстановилось и на месте судна оказалось облако мелких обломков – все, что осталось от Кармоди и его корабля.

– Думаю, – мрачно произнес Кирк, – они не хотели, чтобы Кармоди попал к нам в руки.

При звуке открывающихся дверей турболифта Кирк отвернулся от экрана с изображением адмирала Брэди. Он не смог сдержать улыбку, когда в рубку быстро вошел Спок в сопровождении хмурого доктора Маккоя.

– Не слишком ли долго вы принимали решение о нашей транспортации с этого... – Маккой умолк, увидев на экране лицо Брэди.

– Я тоже рад тебя видеть, Боунз, – ответил Кирк, пряча улыбку. – Вы знакомы с адмиралом?

– С возвращением, доктор Маккой, мистер Спок, – сказал Брэди и терпеливо добавил примирительным тоном:

– Уверен, что вы понимаете необходимость задержки. Капитан Кирк хотел убедиться, что компьютер в полном порядке, особенно те его блоки, которые управляют процессами транспортации.

– Логичная предосторожность, капитан, – подтвердил Спок, тогда как Маккой не нашел, что ответить. – Но мы не хотели бы своим появлением прерывать вашу беседу.

– Да, конечно, – Брэди казался немного смущенным. – Я уже говорил, что мы не обнаружили следов корабля клингонов. Вероятно, он изменил курс, как только оказался вне зоны досягаемости наших сенсоров, и смог ускользнуть.

Он покачал головой.

– Это было не так уж трудно: в этом районе у нас всего два корабля.

– Вне всякого сомнения, они заранее спланировали отступление, – сказал Кирк. Он посмотрел на Спока с Маккоем и продолжал:

– Похоже, они ждали, пока станет абсолютно ясно, что Кармоди потерпел неудачу. Делкондрос и еще несколько притворявшихся людьми клингонов исчезли с Ванкадии сразу же после уничтожения патрульных кораблей. Мы предполагаем, что это была эвакуация. В любом случае, клингоны, очевидно, не намеревались давать Кармоди еще один шанс, подобно тому, как он сам не собирался предоставлять такую возможность Финнею.

Брэди кивнул.

– Держу пари, что они нашли бы способ избавиться от него даже в случае успеха. Если он с такой легкостью предал Федерацию, как они могли верить, что он не изменит Империи?

– Полностью с вами согласен, – высказался Маккой. – По словам Финнея, Кармоди сам виноват. Он хорошо приспособился к клингонам. Считал превосходным их способ достижения цели, не останавливаясь перед преступлением, и ни секунды не сомневался, прежде чем применить его.

– Поймем ли мы когда-нибудь клингонов? – задумчиво произнес Брэди, качая головой. – Или хотя бы людей вроде Кармоди? Но Джим, какова вероятность, что клингоны сняли копию с программы Финнея?

– Думаю, что почти стопроцентная: не сомневаюсь, что они воспользуются ею. Скорее всего, они до самой последней минуты прослушивали наши переговоры и поэтому знают, что у нас есть защита от этой и других подобных программ. Но даже если они и попытаются, мы будем готовы. Финней осознал свою ошибку и окажет Звездному Флоту всю возможную помощь даже во время необходимого ему курса лечения.

Брэди мрачно кивнул.

– На этот раз охрана наших психиатрических учреждений будет понадежнее. И еще одна вещь, Джим. Прежде чем вы покинете Кареллу, убедитесь, чтобы правда о происшедшем дошла до жителей обеих планет.

– С этим не будет проблем, адмирал, – вступил в разговор Спок. – Пока мы ожидали транспортации на ванкадийском корабле, профессор Роган и советник Тилмарек предложили свое сотрудничество. Они уверяли, что люди правильно воспримут информацию о вторжении клингонов.

– Я в этом уверен, – вставил Маккой. – Когда на ванкадийском корабле узнали правду, все были готовы простить и забыть прошлые обиды. А профессор Роган сказал, что сразу же после возвращения на Ванкадию он начнет кампанию за вступление в Федерацию.

– Очень хорошо, доктор Маккой. Отличная работа, капитан, мистер Спок. Держите меня в курсе событий.

Когда изображение адмирала Брэди исчезло с экрана, Кирк снова повернулся к Споку и Маккою.

– Вы меня до смерти перепугали, – сказал он с легким подобием улыбки. – Я был бы вам чрезвычайно признателен, если бы такое больше не повторялось.

– Мы постараемся избежать повторения подобных инцидентов, – торжественно произнес Спок.

– Не могу сказать, что был бы очень рад еще раз попасть в подобную переделку, – подтвердил Маккой, а затем добавил, покачав головой:

– А знаешь, Джим, что действительно страшно? Эта компания имела хорошие шансы добиться успеха. Если бы только они верили друг другу, а не старались всадить нож в спину другому при каждом удобном случае.

– Маловероятно, доктор, – не согласился Спок, следя глазами за пробегающими по экрану компьютера строками информации.

– С помощью какого магического кристалла ты это узнал, Спок?

– Магический кристалл нужен только шарлатанам, это просто логика. Удивляюсь, как вы сами не видите.

– Для тебя, Спок, решающего в уме уравнение шестой степени, это пример простого логического умозаключения. А как насчет того, чтобы объяснить это нам, обычным людям, которые испытывают затруднения даже с кубическими уравнениями?

– Как пожелаете, доктор, – ответил Спок, поворачиваясь к нему. – Просто у тех, кто доверяет другим людям, нет ни желания, ни причин для подобных действий.

Маккой ухмыльнулся.

– Если бы свиньи имели крылья, они бы летали.

Спок недоуменно приподнял бровь.

– Полагаю, что это один из ваших афоризмов, подразумевающий, что люди по природе своей не заслуживают доверия?

Маккой пожал плечами и обвел взглядом всех находящихся в рубке.

– Думаю, мы исправляемся, мистер Спок, по крайней мере, здесь, – его лицо прояснилось. – Под вашим опытным руководством, конечно.

– Меня радует, что вы в конце концов оценили мое влияние, доктор, – сказал Спок, вновь переключая свое внимание на компьютер.

Кирк рассмеялся, безуспешно пытаясь разглядеть на лице Спока хотя бы тень улыбки.

– Подпространственные двигатели, мистер Зулу, уровень три, – сказал он. – Нам пора.


Оглавление

  • ПРОЛОГ
  • Глава 1
  • Глава 2
  • Глава 3
  • Глава 4
  • Глава 5
  • Глава 6
  • Глава 7
  • Глава 8
  • Глава 9
  • Глава 10
  • Глава 11
  • Глава 12
  • Глава 13
  • Глава 14
  • Глава 15
  • Глава 16
  • Глава 17
  • Глава 18
  • Глава 19
  • Глава 20
  • Глава 21
  • Глава 22