Психология рас (СИ) (fb2)

Возрастное ограничение: 18+


Настройки текста:



========== Часть 1. Давние знакомые и новые друзья. ==========

Ночь только начиналась, когда старинные кованые ворота заскрипели и отворились, пропуская внутрь огромной территории двух совершенно разных девушек. Открывший ворота мужчина с необычной серовато-зеленой кожей поправил очки и дружелюбно улыбнулся.

— Добро пожаловать в Академию Олдерик. Меня зовут профессор Нейтан, с этого дня я ваш классный руководитель. Прошу следовать за мной.

Даже не сомневаясь, что новые ученицы последуют за ним, мужчина развернулся и направился к одному из виднеющихся за деревьями зданий. Вообще учебный год начался еще две недели назад, но эти двое лишь недавно смогли перевестись. Нейтан на ходу пробежался взглядом по личным делам новеньких, заранее понимая, что год обещает быть веселым. Одна из девушек была зомби, что само по себе предвещало проблемы. За всю историю ни один зомби не проходил обучение ни в одной из академий. Интересно, о чем думал директор, принимая девчонку из закрытого города представителей самого низшего класса? Хоть в их учебном заведении официально и не было расовой дискриминации, жизнь её вряд ли будет веселой. Вторая же… Нейтан тяжело вздохнул и закрыл личное дело второй ученицы. Ему хватило всего одной строчки, в которой упоминалось, что девица двоюродная сестра одного из его учеников. А поскольку паршивый характер этой семейки уже стал притчей во языцех, ничего хорошего ждать не придется. Профессор приоткрыл дверь величественного здания главного корпуса, пропуская девушек внутрь и попутно рассказывая о том, что их ждет.

— Итак, это учебный корпус, в котором вы будете проводить большую часть времени. Все классы, а также библиотеку, столовую, медпункт и прочие помещения вам покажут после занятий. Также вас проводят в жилой корпус общежития, где вы будете жить во время прохождения обучения. Наша Академия очень гордится своей многолетней историей и безупречной репутацией. На стенах вы можете увидеть множество известных выпускников, многих из которых, я уверен, вы узнаете, — Нейтан нарочито-небрежным жестом указал на один из портретов, мимо которых они как раз проходили. — Можно даже сказать, что наша Академия лучшая в мире…

— Разве лучшей считается не Элтерно? — насмешливо уточнила невысокая темноволосая девушка, смотря на досадливо поморщившегося преподавателя пронзительными черными глазами.

— Элтерно… Да. Но, во-первых, Элтерно находится на другом континенте, а во-вторых, в нее допускаются лишь представители высших классов, преимущественно русалки и вампиры, — неохотно признался классрук, педантично поправив. — В Академии Олдерик же рады представителям всех рас. Отсутствие расовой дискриминации является основополагающим принципом как для учителей, так и для учеников.

— Извините, — неуверенно подала голос вторая девушка, нервно теребя пальцами край новенькой формы, — а что такое расовая дискриминация?

— Хлоя, верно? — Нейтан припомнил имя кивнувшей миловидной блондиночки с огромными, почти что кукольными глазами и со вздохом пояснил: — Ты жила в закрытом городе зомби, так что не удивительно, что ты не знаешь. В общем, существуют Классы Тьмы, определяющие ранг существа в зависимости от их расы. Чем выше ранг, тем больше привилегий и полномочий у его представителей, в том числе возможность отдавать Приказы стоящим ниже по иерархии. Самая высшая раса — русалки, самая низшая… — учитель слегка помялся и неохотно признался: — зомби. Расовая дискриминация — это притеснение и унижение низких рангов более высокими. Так что, если над тобой будут издеваться или, не приведите боги, используют на тебе Приказ, моментально сообщай об этом мне или другим учителям. Виновные будут жестоко наказаны. Подробнее о рангах и расах ты узнаешь на одном из предметов.

— А как я смогу понять, что на мне применили Приказ? — осторожно уточнила девушка, переводя взгляд со своей будущей одноклассницы на учителя.

— Хм, хочешь попробовать? — мужчина чуть удивленно приподнял брови и, тут же тряхнув головой, коснулся указательным пальцем плеча девушки. — Не двигайся, это Приказ.

Резко замеревшая Хлоя как будто хотела что-то ответить, но вместо этого, сильно побледнев, послушно застыла, не в силах противостоять приказу. В голубых глазах отражался не просто страх, скорее, первобытный ужас, заставляющий её замереть, как кролика перед удавом. Выждав несколько секунд, мужчина хлопнул в ладоши, отчего оттаявшая девушка буквально осела на землю.

— Извини, — чуть виновато улыбнулся Нейтан, помогая своей новой ученице подняться. — Надеюсь, было достаточно наглядно. Если почувствуешь что-то подобное или заметишь, что приказ был применен к кому-либо из учеников, не стесняйся сообщать преподавателям.

— А об этом инциденте кому докладывать? — насмешливо прищурилась молчавшая до этого вторая ученица, с интересом наблюдая за происходящим. — Ну, мне так, просто для справки.

— Кэй, этот инцидент останется нашим маленьким секретом, — невольно улыбнулся мужчина, покачав головой. — Сначала я сомневался, что один из моих учеников твой родственник, но теперь сходство налицо, — заметив слегка удивленный взгляд голубых глаз, преподаватель пояснил, кивнув на брюнетку: — Кстати, вампиры вторые в ранге классов тьмы, так что будь с ними поосторожнее. Выше них только Русалки, но, поскольку уже лет 200 в нашей академии не обучалось ни одной русалки, можно сказать, вампиры тут считаются высшим рангом, из-за чего часто задирают нос.

— Я бы хотела увидеть русалку, — мечтательно улыбнулась Хлоя, отчего Кэй закатила глаза и, промолчав, последовала за продолжившим путь учителем. Спохватившись, девушка побежала следом.

— Возможно, еще увидишь, наша Академия полна сюрпризов, — усмехнулся мужчина, открывая одну из многочисленных дверей. — Итак, прошу вас, девушки, представьтесь своим новым одноклассникам.

— Ух ты, — в наступившей тишине по классу поползли нарастающие шепотки переговаривающихся учеников, — новенькие? В это время года?

— Красивые. Может, нас наконец посетила хоть одна русалка?

— Да брось, максимум медузы…

— Вот черт, — еле слышно выдохнул один из учеников. Высокий блондин с идеально уложенной прической и пронзительными голубыми глазами на точеном, аристократичном лице неверящим взглядом сверлил Кэй, рефлекторно вцепившись в столешницу прикрытыми белоснежными перчатками руками.

— З-здраствуйте, — слегка побледнев, проговорила Хлоя, с трудом перекрыв шум растревоженного класса. — С сегодняшнего дня я буду учиться вместе с вами. Я зомби, меня зовут…

— Зомби?! — пронесся по классу нарастающий гул голосов. — Фу, они же страшные и смердят… Как она вообще сюда попала?

Хлоя стояла, густо покраснев и низко опустив голову. Несмотря на слова учителя об отсутствии загадочной «дискриминации», девушка и без дополнительных пояснений поняла, что это именно она и есть. За её спиной Кэй с тяжелым вздохом оперлась о стену, прикрывая глаза и ожидая конца балагана. Бах! От резкого удара по столу внезапно притихли все. Симпатичный парень спортивного телосложения встал и, тряхнув темно-фиолетовыми волосами, обвел одноклассников недобрым взглядом янтарных глаз с вертикальными зрачками.

— Заткнитесь, придурки! — рявкнул он на весь класс. Лакированную поверхность парты шкрябнули слегка удлинившиеся когти, отчего учитель горестно застонал. — Вы же даже не дали ей договорить!

— Но… Шиба, она же зомби! — наполовину возмущенно, наполовину обиженно пискнула девочка за две парты от него, с опаской смотря на заметно удлиннившиеся клыки одноклассника.

— А ты кто, вампир? Русалка? — огрызнулся оборотень, с вызовом уставившись на стушевавшуюся девицу.

— Не важно, какой они расы, дискриминация запрещена уставом, — мягко напомнил сидящий рядом с Шибой невысокий парнишка. На фоне одноклассников он как будто терялся. Серые волосы, такого же цвета большие глаза и щуплое, скорее мальчишеское телосложение.

— Вот, спасибо, Наги, — моментально преобразившийся Шиба расплылся в улыбке и радостно посмотрел на поддержавшего его юношу.

«И сразу же стал похож на восторженного щенка», - одновременно подумали обе новенькие.

— Плевать. Просто пусть они наконец договорят, — недовольно процедил аристократично выглядевший блондинчик, переводя мрачный взгляд с одной девушки на другую.

— Рэй! — возмущенно насупился Шиба и в поисках поддержки посмотрел на равнодушно наблюдающего за всем этим парня у окна. Из-под одежды и бинтов выглядывало лишь немного алебастровой кожи и откровенно скучающий сине-зеленый глаз. — Натсуме, скажи ему, чтоб прекратил!

— С чего ты взял, что я стану слушать какую-то мумию?! — оскорбленно сверкнул глазами Рэй, а вышеупомянутый мумий лишь тяжело вздохнул и отвернулся, устроив голову на сложенных на парте ладонях.

— Так, стоп! — Учитель громко хлопнул в ладоши и покачал головой. — Я надеялся, что вы будете благоразумны, но, видимо, сильно вас переоценил. Девочки, продолжайте. А если вас кто-то перебьет, — сделав театральную паузу, мужчина обвел притихший класс многообещающим взглядом, — то до конца недели сдаст мне пять рефератов на выбранные мной темы.

— В общем. Я зомби, меня зовут Хлоя, — неловко улыбнувшись, девушка поклонилась и обвела затихших ребят дружелюбным взглядом. — Надеюсь, мы поладим!

— Кэй. Вампир, — коротко представилась вторая ученица и вопросительно посмотрела на учителя. — Мы можем садиться?

— Лаконично, — вздохнул учитель и кивнул. — Да, можете. Только сначала выберите себе напарников.

— Напарников? — девушки удивленно переглянулись. — Зачем?

— Территория Академии огромна, у нас много кампусов и множество опасных мест. Будет лучше, если кто-то из одноклассников покажет вам все нужные аудитории, проведет инструктаж и будет приглядывать, пока не освоитесь…

— Предлагаю свою кандидатуру! — не дав Нейтану договорить, прервала объяснения сидящая рядом с Шибой девушка, с интересом рассматривая новеньких пронзительным взглядом ало-фиолетовых глаз. Красные волосы, убранные в два хвоста, открывали вид на кокетливо торчащие рожки. — Они такие миленькие, думаю, я бы им могла помочь во многих аспектах…

— Эрика, у тебя уйма разных талантов, но, боюсь, те аспекты, в которых ты можешь просветить новичков, не входят в программу занятий, а также вообще не имеют ничего общего с обучением и Академией! — преподаватель мрачно сверлил взглядом строившую из себя святую демонессу, пока та наконец не сдалась.

— Лааадно, тогда просто подружусь с ними, — надув губки, протянула девушка, в чьих глазах танцевали шкодливые бесята.

— Вот и славно, — облегченно выдохнувший учитель обвел класс задумчивым взглядом. — Тогда… хм. Как насчет тебя, Шиба?

— А? Меня? — оборотень, растерявшийся от такого поворота событий, удивленно склонил голову, став чем-то похожим на удивленную овчарку.

— Ну да, — преподаватель воодушевленно посмотрел на него, постепенно входя во вкус, — оборотни очень социальны, и ты легко находишь общий язык со всеми, — переведя на не менее растерянных девушек взгляд, он с азартом продолжил перечислять, — или Наги. Хоть невидимки и низкий класс, он очень умный и ответственный, один из лучших в учебе. Кстати, Рэй тоже мог бы помочь, он отличный студент, очень учтив и обязательно позаботится о девушке, — услышав свое имя, парень хотел было возмутиться, но увлекшийся учитель уже продолжил, — о, или Натсуме. Он не очень общительный, но отлично знает территорию. Плюс, возможно, хотя бы ради напарника научится приходить вовремя и не прогуливать… Так, кто еще…

— Не надо. Я выбираю мумию, — Кэй с интересом рассматривала скривившегося от её слов парня. Услышавший этот вердикт Рэй недовольно нахмурился.

— Ты… уверена? — Нейтан с легким удивлением посмотрел на девушку и тактично кашлянул. — Я думал, ты выберешь Рэя, он же тоже вампир… Да и вампиры любят все красивое.

— Понятие красоты субъективно, — отчеканила вампирша, не сводя взгляд со своего будущего напарника. — Тем более мумия - это практически единственная раса, с которой я раньше никогда не сталкивалась. Мне любопытно.

— Что ж, пусть будет так, — вздохнул учитель и посмотрел на всё ещё сомневающуюся зомби. — А ты, Хлоя, выбрала?

— Д-да, — спохватилась девушка и, густо покраснев, уставилась в пол, едва слышно выдохнув. — Я выбираю Рэя.

— Я отказываюсь, — моментально отреагировал вампир, со злостью смотря на выбравшую его Хлою. — Пусть ты и красивая, но я не опущусь до того, чтобы помогать зомби!

— Рэй! — раздраженно одернул его учитель. — Если ты продолжишь в таком же духе, мне придется отвести тебя к директору, где ты получишь официальный выговор с занесением в личное дело.

— Тц. Ладно, — немного помедлив, процедил сквозь зубы парень, демонстративно отвернув голову.

— Вот и отлично, — облегченно выдохнул учитель и кивнул на свободные парты. — Девочки, присаживайтесь и начнем урок. Территорию школы ваши напарники покажут вам после занятий…

Однако первым делом, как прозвенел звонок с урока, к собирающейся Кэй подошел вовсе не её напарник и, схватив за руку, буквально вытащил из класса, неразборчиво буркнув что-то вроде «надо поговорить».

— Что это с ним? — удивленно посмотрел вслед исчезнувшей за дверью парочке Шиба, вопросительно пихнув Эрику в бок.

— Не знаю, может, старые знакомые, — демонесса пожала плечами и, тряхнув головой, хищно улыбнулась. — Ладно, пока вампиры разбираются между собой, предлагаю получше узнать нашу зомби…

***

— Что ты здесь делаешь? — сурово нахмурился Рэй, заводя новенькую в пустующий класс и аккуратно прикрывая за собой дверь. Голубые глаза метали молнии. — Ты что, не могла меня хотя бы предупредить?!

— Я тоже рада тебя видеть, братишка, — Кэй звонко рассмеялась, с непередаваемым умилением смотря на недовольного родственничка, — и я по тебе скучала.

— Ага, так скучала, что даже ни на одно письмо не ответила, — обиженно посмотрел на неё парень, пристраиваясь на краешке стола.

— Ты мне писал? — озадаченная девушка легко запрыгнула рядом, обеспокоенно вглядываясь в родные черты лица. — Рэй, если бы твои родители узнали, тебе бы не поздоровилось. Они же запретили нам связываться на время моего обучения.

— Подозреваю, что они и так узнали или заранее предупредили директрису, чтобы тебе письма не передавали, — вздохнувший Рэй совсем по-будничному взлохматил собственную челку и грустно посмотрел на сестру. — Рассказывай. Всё от начала и до конца.

— Да было бы что рассказывать, — вампирша пожала плечами, беспечно болтая ногами в воздухе. — Последний год я переписывалась с директором и, нехило так заморочившись с дополнительными экзаменами, всё-таки ухитрилась добиться перевода сюда. Самое главное, что теперь дядя с тётей могут сколько угодно скрипеть клыками, обратно меня уже не переведут. Так что, как я и обещала, отныне учиться мы будем вместе.

— Любишь ты моих родителей, — усмехнулся блондин и, не удержавшись, притянул сестру к себе, обнимая хрупкие плечи и утыкаясь носом в черные волосы. Обычно надменный голос предательски дрогнул. — Знала бы ты, как я скучал. Поверить не могу, что теперь мы будем вместе, как раньше.

— Я тоже чертовски соскучилась, — прижавшаяся к брату Кэй легонько куснула его за плечо, довольно жмурясь и нежась в родных объятиях. Сколько она себя помнила, Рэй всегда был рядом. Именно он помог ей пережить потерю обоих родителей и поддерживал, когда она переехала к ним жить. И, в отличие от других родственников, он никогда не смотрел на неё с ненавистью или затаённым страхом. Вспомнив веселые деньки в особняке, девушка подняла голову, внимательно вглядываясь в изящное лицо. — Кстати, ты что-нибудь узнал? Ну, по нашему вопросу?

— Нет, — Рэй виновато отвел глаза, покусывая губу. — Прости. Я пытался аккуратно расспросить и слуг, и отца с матерью, но все молчат и поспешно меняют тему. Так что сомневаюсь, что мы когда-нибудь узнаем, что случилось с твоими родителями и почему мои тебя так не любят. Да и какая теперь разница?

— Не знаю, просто странно все это, — вампирша вздохнула, устраивая голову на плече братика умиротворенно прикрыв глаза. — Я, пока ждала перевода, прошерстила кучу газет, но там лишь вскользь упоминается о том, что они пропали без вести, а их дочь, то бишь я, отныне будет жить у родственников. Эту историю как будто нарочно пытались замять и даже не расследовали. А что самое подозрительное, так это то, что, насколько хорошо я помню своего отца, настолько же я совершенно не помню свою мать. Её как будто вырезали из моей памяти.

— Хм, я раньше об этом не думал, но теперь, когда ты сказала… — парень призадумался, рассеянно поглаживая сестру по плечу и хмуря брови. — Я тоже прекрасно помню дядю Леонарда. Веселый, классный мужик, с подачи которого я увлекся историей и шахматами. А вот его жену… Хоть убей, не помню даже имя и расу. Однако уверен на все сто, что вы до их исчезновения навещали нас все вместе.

— Вот и я о том же, — уныло вздохнула Кэй и, подняв голову, грустно улыбнулась. — Ладно, всё равно до конца обучения мы вряд ли сумеем что-нибудь выяснить, так что лучше пока расскажи мне…

Не дав девушке договорить, дверь в аудиторию распахнулась, и в неё ввалилась стайка болтающих девчонок, моментально притихших при виде озадаченно уставившихся на них вампиров, застывших в весьма двусмысленной позе. Самая красивая из девушек слегка позеленела и со смесью обиды и недоверия выдохнула:

— Ваше Величество Рэй, прошу прощения…

Кэй с интересом переводила взгляд с явно недовольных девиц на помрачневшего брата, даже не подумавшего отодвинуться. Нет, она, конечно, подозревала, что тот скромностью никогда не страдал, но присваивать себе такой титул? Это уже попахивало манией величия.

— Пошли вон отсюда, — сквозь клыки рыкнул вампир, угрожающе сдвинув брови. Дождавшись, пока девушки поспешно выскользнут за дверь, он настороженно покосился на тихо хихикающую сестру, проворчав: — Хорош ржать. Я не сам это придумал.

— Ага, так я тебе и поверила, — фыркнула девушка, пытаясь не расхохотаться в голос, но, заметив неподдельную обиду в глазах собеседника, всё-таки сдержалась. — А кто это был? Твоя девушка со свитой?

— Тьфу на тебя, сплюнь! Не приведите боги, одна из этих дур станет моей девушкой, — Рэя аж передернуло от такого предположения. — Нет, это просто мои поклонницы, которым я позволяю иногда быть рядом, дабы удовлетворять мои прихоти. И нечего на меня глазами сверкать, как будто сама так никогда не делала.

— Раньше, может, и делала, — неохотно призналась вампирша, забавно сморщив носик, — но, если честно, поучившись в месте, где существование высших рас считается легендой, я как-то попроще стала. Не скажу, что мне прям сильно хотелось подружиться со своими бывшими одноклассниками, но чувствовать себя белой вороной быстро надоело. Так что, можно сказать, эта «ссылка» пошла мне на пользу.

— Поэтому ты и выбрала себе напарника из низших рас? Чтобы подружиться с одноклассниками? — насмешливо хмыкнул Рэй, неодобрительно покачав головой. — Брось. Может, в предыдущей школе тебе и приходилось подстраиваться, чтобы не выделяться, но тут у тебя есть я, и…

— Рэй, прекрати нести чушь, — поморщилась девушка, высвобождаясь из объятий брата и спрыгивая с парты. — Я выбрала мумию по той причине, которую и назвала. Я никогда с ними не сталкивалась, и мне любопытно. И вообще давай лучше не распространяться о том, что мы родственнички. Тебе, может, и нравится, когда на тебя молятся, а мне это уже как-то не интересно.

— Так и знал, что эти плебеи тебя испортят, — со вздохом поднялся вампир и ласково потрепал сестру по макушке. Они вышли в заполненный учениками коридор, возвращаясь обратно в класс и тихо беседуя. — Ладно, дело твое. Когда надоест играть в равенство и благородство, просто скажи, и мы быстренько вернем тебе полагающееся по статусу отношение. Кстати, будь поаккуратней с Натсуме. Не знаю точно, что, но что-то с ним явно не так. Объяснить не могу, просто чувствую.

— Это в тебе комплекс старшего братика говорит, — усмехнулась Кэй, неодобрительно наблюдая, как другие ученики расступаются, окидывая её спутника восхищенными взглядами. Почти у самого класса им навстречу вышел Натсуме и, даже не подумав уступить дорогу, с тяжелым вздохом посмотрел на свою подопечную, которую это ничуть не смутило. — О, погоди немного, я сумку захвачу, и пойдем на экскурсию.

— Эх, не успел, — тоскливо констатировал парень, прислоняясь к стене и терпеливо ожидая шмыгнувшую в класс вампиршу. Рэй мрачно посмотрел на проводника своей сестры, размышляя, какую бы гадость ему сказать. Потомственного аристократа, привыкшего к почтительным взглядам, с первого дня жутко раздражало, что флегматичный мумий был одним из немногих, кто позволял себе не обращать на стоящего выше по иерархии вампира ни малейшего внимания. Натсуме приоткрыл виднеющийся из-за повязок глаз и равнодушно поинтересовался: — Слушай, раз уж вы с новенькой знакомы, может, сам проведешь им обеим экскурсию? Не охота мне всем этим заниматься, если честно…

— А мне как будто охота, — проворчал Рэй, размышляя, что перебинтованный разложенец подал ему неплохую мысль. Действительно, не смыться ли ему, свалив на подвернувшегося мумия еще и свою подопечную? Идея неплохая, однако… Вампир со вздохом поморщился, — но Кэй ни за что не согласится. Хотя тебе-то чего жаловаться, ты будешь выгуливать представителя древней высшей расы. А на меня повесили эту тупую зомбачку, которая всё время будет на меня пялиться с открытым ртом и вряд ли запомнит хоть что-то из того, что я ей расскажу.

— Знаешь, мне как-то плевать, какой расы существо, которое на меня, как ты выразился, «повесили». Самого факта уже достаточно. Хотя и забавно, что на помощь новеньким припахали именно тех, кто меньше всего этого хотел, — Натсуме оторвался от стены, заметив выходящую из аудитории подопечную, за чьей спиной испуганно сверкала глазами Хлоя. Окинув девушку равнодушным взглядом, мумий поинтересовался: — Ну что, идем?

— Идем. Вдвоем пойдем или все вместе? — преувеличенно бодро поинтересовалась вампирша, с любопытством разглядывая скрывающее лицо бинты.

— Вдвоем. Двух вампиров рядом я точно не вынесу, — хмыкнул Натсуме, насмешливо покосившись на скрипнувшего клыками Рэя, — хотя я буду не против, если ты присоединишься к своему сородичу, а меня отпустишь по своим делам.

— Хитрый какой. Размечтался. Если уж я выбрала тебя, то тебе и отдуваться, — весело рассмеялась Кэй. — Тем более моему сородичу будет полезно пообщаться с кем-то, кроме аристократов и подхалимов.

— Что ж, тогда давай начнем с…

Рэй проводил недовольным взглядом удаляющуюся парочку, мысленно пообещав потом высказать сестре всё, что он думает о ней и её понятиях пользы. Ладно, надавать сестре по ушам он еще успеет, а сейчас важнее побыстрее отделаться от этой бестолковой зомби, которая тихо стоит и смотрит на него своими огромными голубыми глазами.

========== Часть 2. Особенности классовых различий. ==========

— Класс рисования, — коротко прокомментировал Натсуме, проходя мимо очередной двери. Кэй со вздохом сверилась с картой, которую держала в руках, и недовольно покосилась на сопровождающего её парня. Все попытки разговорить его нейтральными темами разбивались об односложные ответы, но сдаваться вампирша не привыкла.

— Хм, слушай, а мне показалось или вы с моим сородичем друг друга недолюбливаете? — как бы невзначай поинтересовалась она, решив подойти к диалогу с другой стороны.

— Можно сказать и так, — равнодушно пожал плечами мумий, неспешно продолжая движение. Он уже начинал жалеть, что не договорился с Рэем поменяться подопечными, потому что вряд ли тихоня-зомби сейчас устраивает своему наставнику такой же допрос.

— А почему? — тут же полюбопытствовала Кэй. — Он тебе что-то сделал или ты в принципе вампиров не любишь?

— И то, и другое. Класс музыки, — Натсуме тяжело вздохнул. Нет, эта девушка даже мертвого разговорит. Ладно, остался всего один этаж, и хватит с него на сегодня. Заметив, что спутница уже открыла рот для кучки дополнительных вопросов, парень всё-таки уточнил: — Мне не нравятся надменные снобы, которые смотрят на других сверху вниз только из-за своего происхождения. А вампиры в этом вопросе даже хуже русалок, потому что те прекрасно осведомлены о собственном превосходстве и не пытаются самоутвердиться за счет других. Ну, а Рэй в этом плане самый худший высокомерный засранец из всех, которых я когда-либо видел.

Кэй невольно усмехнулась. Её сородичей многие недолюбливали именно из-за привычки задирать нос и кичиться своим происхождением, но семейство братика в этом вопросе и правда было одним из лидеров. Лишь немногие видели другую сторону воспитанного в соответствии с семейными традициями вампира, и вряд ли он бы обрадовался, если бы она начала рассказывать об этом всем подряд.

— На самом деле, это от воспитания зависит, — пожала плечами вампирша, втайне радуясь, что её собеседник наконец осилил больше трех слов в предложении. — Его просто с детства учили смотреть на других, как на грязь под ногтями, и жестоко наказывали за любые попытки общения на равных с более низкими расами. Так что даже не удивительно, что у него пунктик на эту тему, хотя, если честно, из их семейки он еще самый приличный. Ну, не считая младшей сестры, но там пока непонятно, что из неё вырастет.

— Близко знакома с его семьей? — иронично вскинул бровь Натсуме, с прищуром смотря на отчего-то стушевавшуюся девушку. — Или просто все вампиры очень тесно друг с другом общаются?

— И то, и другое, — усмехнулась Кэй, скопировав его тон и поясняя: — Мы с Рэем друзья детства, хотя вампиры и правда держатся особняком от остального мира. Только не как оборотни, дружным кланом, а, скорее, как клубок диких змей. C виду все такие приличные, а копнешь поглубже, и в каждой семье такие скелеты, что хоть стой, хоть падай. И не приведите боги, кто-то узнает секреты твоей семьи — свои же товарищи сожрут и косточек не оставят.

— А ты не очень-то жалуешь своих собратьев, — хмыкнул мумий, слегка склонив голову и внезапно полюбопытствовав: — И какие же скелеты были в шкафу твоей семьи?

— Я сама один большой скелет, — невесело ухмыльнулась девушка. — Когда я была мелкая, мои родители пропали при странных обстоятельствах, и после этого меня старательно пытались спрятать от широкой общественности, говоря, что бедная девочка просто поехала крышей с горя. Так что, пока мои сверстники учились быть аристократами и торчали на этих дурацких приемах, я сидела в своей комнате и не отсвечивала. А потом меня вообще сослали в захолустную северную школу в надежде больше никогда не увидеть. Так что сам понимаешь, с чего бы мне испытывать пламенную любовь к своим сородичам? Кстати, русалок я недолюбливаю по этой же причине. В нашем мире мало что происходит без их ведома, так что я почти уверена, что они прекрасно знают, куда делись мои предки и что именно с их легкой руки вся аристократичная верхушка свято убеждена, что я полоумная сиротка.

— Столовая. Так ты за этим перевелась в эту Академию? В надежде кому-то что-то доказать? — насмешливо прищурил виднеющийся глаз Натсуме.

— Да нет, причин много было, — отмахнулась Кэй. — Доказывать я никому ничего не собираюсь, но и послушно гнить в забвении тоже. Можешь считать меня чокнутой, но я планирую выяснить, что же всё-таки произошло. Раз уж мне так качественно сломали жизнь, имею же я право хотя бы знать, почему? Но хватит обо мне, давай лучше ты что-нибудь расскажи.

— Например, что? — парень слегка скривился, кивнув на дверь, мимо которой они как раз проходили. — Если тебя и правда так интересуют мумии, то вон как раз библиотека, иди просвещайся. Хотя я всё равно не понимаю, почему ты в прошлой школе все необходимое не узнала.

— Ты что, в школе Морэна же холодно, как у снеговика в заднице, там о мумиях, гулях, джиннах и прочих южных расах даже не слышали. Основную массу учеников представляли фенриры, скальные гоблины, снежные тролли и ледяные драконы, которые по нашим учебникам почему-то считаются вымершими. Кстати, веселые ребята, у меня в классе как раз были драконы-тройняшки, так от их выходок вся школа ходуном ходила. Возвращаясь же к нашей теме, скажу, что ни в одной книге так и не сказано, что же вы всё-таки прячете под бинтами, а мне жутко любопытно. Кстати, это правда, что вы можете насылать проклятия одним взглядом?

— Если не прекратишь меня доставать вопросами, то убедишься в этом на собственном опыте, — проворчал Натсуме и толкнул одну из дверей. Он уже почти привык к нескончаемому трепу своей спутницы, однако откровенничать в ответ совершенно не собирался.

Кэй зашла следом за ним в просторное помещение, с интересом оглядываясь. Среди разделенных перегородками коек царила тишина, свет и навязчивый запах медицинского спирта. Заметив посетителей, сидящий за столом медицинский работник неопределенного пола обернулся и уставился на потревоживших его тихую обитель посетителей. Из-под скрывающих лицо бинтов виднелись лишь любопытные темно-синие глаза да тонкие губы.

— О, привет, Натсуме, — весело поприветствовала вошедших мумия, с любопытством изучая новенькую. Донесшийся из-под повязок голос не оставлял сомнений, что это всё-таки женщина. — Пришел занятия прогуливать или сопровождаешь пациентку? Что-то я её не припомню на медосмотре.

— Не угадали. К нам сегодня две новенькие пришли, и нас с Рэем припахали им все показывать. Мне вот досталась Кэй, а Рэю - зомби Хлоя. Так что они, наверное, сюда потом тоже заглянут, — неодобрительно вздохнул Натсуме, подходя ближе и присаживаясь на свободную кушетку. Кивнув своей спутнице, мумий коротко представил свою знакомую: — Это доктор Робин.

— Приятно познакомиться, — доктор протянула изящную ладонь, пожимая руку вампирши и, дружелюбно улыбаясь, поинтересовалась: — Что, серьезно, зомби к нам поступила? Славненько, славненько. Давно хотела их изучить. Как думаешь, она не будет против пройти несколько тестов на благо науки? А то мы о зомби почти ничего не знаем, а те сведения, что есть, кажутся мне довольно сомнительными.

— Не знаю, я с ней не общался, — Натсуме безразлично прикрыл глаз, украдкой зевнув. — Но, судя по её перепуганному виду и полнейшему отсутствию интеллекта в глазах, её вряд ли придется долго уговаривать. Хотя она и правда сильно отличается от описаний в учебниках.

— Вот как? Отлично, — доброжелательная мумия чуть склонила голову, с веселым прищуром уставившись на прислушивающуюся к их разговору Кэй. — А ты у нас кто, красавица? Русалка?

— Почему сразу русалка? — обиженно насупилась девушка, горделиво вскинув подбородок. — Лучше, я вампир!

— Лучше? — доктор Робин звонко расхохоталась, откинув голову. — Вообще «красивая, как Русалка» это комплимент. Множество нетрезвых мужей избежали избиения скалкой, сказав эту заветную фразу. А ты, значит, гордишься быть вампиром? Хотя… — мумия чуть склонила голову, изучая бледное лицо девушки. — Русалки в твоей родословной точно присутствовали, причем, скорее всего, кто-то из родителей. Уж поверь мне, я по генетике кучу диссертаций написала, особенно по межрасовым связям. Но не буду настаивать, тебе виднее. Лучше расскажи, это у вампиров сейчас модно называть детей такими именами? Рэй, Кэй… Или на вашем поколении у клыкастых просто фантазия закончилась?

— Да я не знаю, — растерянно пробормотала Кэй, пытаясь переварить полученную информацию. Вот как, значит, один из её родителей мог быть русалкой? Точно не отец. То, что он был братом матери Рэя, это стопроцентный факт. Значит, мать. Но как тогда она ухитрилась бесследно пропасть? Высшие расы, тем более русалки, не настолько многочисленны, чтобы пропажу одного из них можно было легко скрыть. Хотя, может, доктор просто ошиблась? Девушка зацепилась взглядом за ехидно наблюдающим за ней Натсуме, явно довольным, что теперь уже её забрасывают бесконечными вопросами и пустой болтовней. Поняв, что пауза затягивается, вампирша со вздохом продолжила. — Ну, то есть насчет других не знаю. А наши с Рэем родители просто дружили, наверное, поэтому и решили, что назвать нас так будет отличной идеей.

— О, так вы с Рэем друзья детства? И почему же ты тогда себе в партнеры не выбрала его? — Кэй тихо застонала, уже жалея, что и вправду не выбрала брата. Чёрт, похоже, этот вопрос теперь будет самым задаваемым в ближайшее время.

— Она у нас любопытная и хотела поближе узнать мумий, — с усмешкой прокомментировал Натсуме, сжалившись над своей подопечной. — В частности, ей жутко интересно, что же мы скрываем под бинтами.

— Тебе правда интересно? — доктор Робин с каким-то нездоровым весельем переводила взгляд с девушки на своего собрата. — А ты что, показать не мог? Хотя согласна, это не то зрелище, с которого надо начинать знакомство с симпатичной девушкой. Что ж, могу удовлетворить твое любопытство. Только при условии не визжать, не блевать и в обморок не падать, идет?

— Идет, — обрадованно вскинулась вампирша, но не успела посмеивающаяся докторша взяться за бинты, как дверь медкабинета шумно распахнулась, как от хорошего пинка, и в проеме возник бледный как смерть Рэй, держащий на руках Хлою.

— Доктор Робин, срочно нужна ваша помощь! — не обращая внимания на удивленные взгляды, вампир торопливо сгрузил свою подопечную на кушетку рядом с Натсуме и поспешно отступил, подпуская доктора поближе.

— Так-так-так, — заинтересованная мумия склонилась над почти бессознательной девушкой, безошибочно определив причину её прискорбного состояния. Парень виновато потупился под укоризненным взглядом темно-синих глаз. — Рэй, ну вот что ты за вредитель такой? И суток не прошло, а ты уже ухитрился покалечить одну из новеньких. Как Нейт вообще тебя к ней подпустил? Тебе же пару мышей доверить нельзя, ты их либо сожрешь, либо сломаешь, а тут представительница малоизученной расы! И нечего на меня глазами сверкать, иди вон директору посверкай, может, он тебя выгонит наконец нафиг. Я уже задолбалась разбираться с последствиями твоей неутолимой жажды. Каждую неделю какую-нибудь девицу откачиваю, надоело! Ты разумное существо или безмозглый комар, которому лишь бы крови насосаться?

— Я не виноват, она сама, — буркнул слегка покрасневший представитель разумных существ, пока читающая ему нотации доктор обрабатывала рану на шее девушки. — И вообще, я же не знал…

— Ага, сама подбежала и насадилась на твои клыки, при этом порвав себе артерию. Видимо, чтобы крови больше было и ты ни в чем себе не отказывал. Что ты мне тут бинты вымачиваешь, я же вижу, что она явно была против… — ворчала доктор, наконец сумев остановить кровь и накладывая повязку на медленно затягивающуюся рану. — Всё, почти готово. Хотя и странно, что так хлестало, обычно же всё без проблем заживает…

— Спасибо, — тихо пробормотала обессилевшая девушка, слабо улыбаясь и неожиданно выдав: — Не ругайте его пожалуйста, я сама виновата, что его толкнула. Я просто испугалась. А он, наверное, не знал, что у зомби проблемы с регенерацией, и любая царапина заживает намного дольше, чем у других.

— Серьезно? Я тоже об этом впервые слышу. Хотя вообще слюна вампира ускоряет восстановление любых тканей, так что всё равно не понятно, почему на тебя это не подействовало. Кстати, ты же не против потом пройти небольшое медицинское обследование в научных целях?

— Хорошо, — покладисто согласилась Хлоя, неуверенно уточнив. — Если это не будет очень больно.

— Что ты, я ж не пытать тебя буду, просто возьму пару анализов и осмотрю. Все равно вам, как новеньким, предстоит пройти медосмотр, так что ничего болезненного и страшного не будет, — женщина рассмеялась, потрепав блондинистую макушку своей пациентки, и с усмешкой понаблюдала, как заметно успокоившийся вампир присаживается рядом с Натсуме. — А этого кровопийцу ты зря выгораживаешь, он совсем уже обнаглел от собственной безнаказанности. Пусть вампиры и высшая раса в нашем заведении, но кто-то определенно уже забыл, что он всего лишь студент, а не правитель вселенной. Кэй, надеюсь, хоть ты умеешь себя сдерживать или мне и твоих жертв придется откачивать через пару дней?

— Нет, я подобным не страдаю, — рассмеялась девушка, хитро посматривая на смутившегося брата. — Видимо, я и правда не чистокровный вампир, потому что вполне могу держать себя в руках и изредка довольствоваться добровольными донорами или животными. Тем более сомневаюсь, что хоть чья-то кровь сравнится по вкусу с кровью ледяных драконов, так что все остальные для меня теперь на один вкус.

— Ты видела ледяных драконов?! — оживленно сверкнула глазами доктор Робин, аж подскочив на месте от возбуждения. — Где? Когда? Расскажешь мне о них?!

— Расскажу, конечно, — охотно кивнула Кэй, весело улыбаясь. — Только Вы мне тоже вроде хотели кое-что показать.

— Ах да, точно. Нас же прервали на самом интересном месте. Что ж, смотри на здоровье, — под непонимающими взглядами Рэя и Хлои женщина не спеша размотала бинты, скрывающие её лицо, наблюдая за реакцией любознательных студентов.

— Ох, — моментально позеленевший Рэй вскочил, зажимая рот рукой и слегка пошатнувшись, а впечатлительная зомби лишь тихо закатила глаза, лишившись чувств.

— Ух ты, — одновременно с этим восхищенно протянула вампирша, во все глаза рассматривая открывшуюся картину и осторожно поинтересовавшись: — Извините, если это покажется бестактным, но… Потрогать можно?

— Можно, только осторожно, — рассмеялась доктор, польщенная такой реакцией, и насмешливо кивнула на мелко подрагивающего Рэя, привалившегося к стеночке. — Только пусть Натсуме сначала выведет эту трепетную лань отсюда, иначе его сейчас стошнит, а мне потом весь кабинет драить.

— Я тогда, наверное, пойду, раз вы все равно тут еще болтать будете, — мумий, не бросивший и взгляда на лицо своей соотечественницы, поднялся и, небрежно подхватив вампира под руку, уточнил: — Ты же сможешь сама до общаги добраться?

— Конечно, ты же мне карту выдал, — беспечно отмахнулась Кэй, кивнув на бессознательную Хлою. — Заодно нашу пострадавшую сопровожу в качестве извинений за поведение своего… друга. Так что не беспокойся, не потеряемся.

— Это радует. Всё-таки хорошо, что мне попалась такая самостоятельная напарница, — усмехнувшийся Натсуме вывел пошатывающегося Рэя за дверь, а переглянувшиеся доктор и вампирша дружно рассмеялись.

— Забавные вы всё-таки, — посмеиваясь, прокомментировала доктор Робин, пока девушка аккуратно трогала пальцами сухую кожу на её ввалившейся щеке. — Кстати, как так получилось, что тебя к нам только сейчас перевели? Обычно детей из одной семьи пытаются пристроить в одну школу, а вы что, нашкодили где-то, что вас разлучили?

— Как Вы…? — рука Кэй замерла в воздухе. Девушка удивленно смотрела на еще больше развеселившуюся женщину.

— Я же говорила, что я генетик, так что, несмотря на ваши различия, прекрасно вижу, что вы родственники и довольно близкие. Не родные брат с сестрой, но что-то очень похожее. Сводные, что ли… А что, это секрет?

— Да нет, не секрет. Мы двоюродные брат и сестра, если Вам интересно, — помрачневшая девушка пробежалась пальцами по смуглой коже изучаемой ей мумии, чуть отодвигая свисающие волосы. — Просто, как я поняла, у моего братца весьма своеобразная репутация, а мне хочется произвести… другое впечатление. Расу, конечно, скрыть не получится, но, может, хоть принадлежность к известной семейке не вскроется.

— Тю, вампиры же все поголовно аристократы, тут уже без разницы, к какому роду ты принадлежишь, желающих задружиться с тобой всегда будет масса. Разве что будешь всем врать, что ты незаконнорожденная и своих вампирьих родичей в глаза не видела. Должно прокатить, потому что дети обычно наследуют высшую, доминирующую расу, а не ту, чьей крови больше. Хотя бывают исключения. Но все равно не советую. Во-первых, твой братец может и обидеться, а во-вторых, если слух выйдет за пределы школы, тебя быстро раскроют. Такой скандал, как внебрачный ребенок, для вашего брата всё равно что кактус в заднице, они твою родословную до десятого колена изучат и выяснят даже, в какой позе была зачата твоя прабабушка, — с усмешкой вздохнула доктор Робин. — Ну что, наизучалась?

— Да, спасибо, — Кэй благодарно улыбнулась, наблюдая, как жизнерадостная мумия аккуратно возвращает на место скрывающие лицо бинты. — И за советы тоже спасибо, Вы даже не представляете, как они мне пригодятся. Не сейчас, но в будущем. Кстати, а почему в разных местах вы разлагаетесь по-разному? И чем вы тогда отличаетесь от тех же зомби?

— От зомби мы отличаемся сроком жизни и способностью насылать проклятия. А в вопросе разложения… Насчет зомби я потом сама у Хлои хочу выведать, а у нас, как ты заметила, тело гниет не всё сразу, а постепенно изменяется. Для нас это лишь переходный этап на пути к полной мумификации тела, после которого наши способности сильно возрастают, — завершившая свою процедуру женщина лукаво улыбнулась, устраиваясь поудобнее в своем кресле и довольно потягиваясь всем телом. — Кстати, отстань от Натсуме с этой темой. Я заметила, он на тебя заинтересованно посматривает иногда, а хоть между собой мы и гордимся своими телами, молодежь часто стесняется показывать такое зрелище понравившимся им представителям других рас. А ты вдобавок еще и вампир, чья маниакальная любовь к красоте уже давно не является ни для кого секретом. Я-то вижу, что ты явно ненормальная и такие вещи тебя скорее привлекают, а вот бедный парень, наверное, готов был сквозь землю провалиться, лишь бы ты его таким не видела. Но это так, просто полезная мысль, а теперь давай рассказывай про ледяных драконов…

Комментарий к Часть 2. Особенности классовых различий.

Не вычитано вообще.)

========== Часть 3. Музыкальные беседы. ==========

— Ого, откуда это у тебя? — любознательная Эрика с интересом потыкала в виднеющийся на шее Хлои пластырь и неодобрительно покосилась на торопливо собирающегося рядом одноклассника. — Опять Рэй клыки распустил?

— Хлоя, Кэй, подойдите, пожалуйста, — позвал новеньких учитель, избавляя моментально покрасневшую до ушей зомби от необходимости отвечать на поставленный вопрос.

— Отстань, — огрызнулся вампир, стараясь игнорировать уничтожающий взгляд уперевшей руки в бока демонессы. — Я не собираюсь перед тобой оправдываться. Тем более ей следовало сразу предупредить меня, что у неё
отвратительная тухлая кровь, тогда бы ничего этого не случилось.

— Ой, вы посмотрите на нашего бедняжечку, кровушки невкусной хлебнул, какая трагедия. А то, что из-за него бедная девушка в первый же день в медпункт попала, это всё мелочи, — язвительно протянула Эрика, борясь с желанием подпортить смазливому блондинчику прическу. Вообще, у них с Рэем были довольно приятельские отношения, насколько это словосочетание вообще применимо к горделивому вампиру, но, когда он начинал такое вытворять, она его просто ненавидела. Так что, даже не собираясь успокаиваться, девушка ехидно уточнила: — А сегодня ты, наверное, покусаешь нашу вторую новенькую? Тоже до медпункта или так, только попробуешь?

— Да как ты посмела даже предположить, что я могу хоть пальцем тронуть Кэй?! — мгновенно ощетинился Рэй, неожиданно зло выщерив клыки на удивленную такой реакцией одноклассницу. — Я никогда в жизни не сделаю ей больно и убью любого, кто посмеет её хоть пальцем тронуть!

— Нифига себе он взбесился, — удивленно присвистнул сидящий на парте Шиба, провожая вылетевшего из класса вампира удивленным взглядом. — Как думаете, между ними что-то есть? С чего бы иначе наш высокомерный кровосос так психанул?

— Не знаю, может, и есть, — тяжело вздохнул не любивший конфликты Наги, втайне радуясь, что веселенького продолжения скандала вроде не предвидится. — Хотя, может, у них это расовые заскоки, и пить кровь у сородичей считается чем-то постыдным?

— Вовсе нет, просто Рэй вчера ухитрился зарисоваться в весьма неприглядном виде, вот теперь и срывается по мелочам, — раздался за спинами ребят веселый голос вернувшейся Кэй. — Не переживайте, за пару дней перебесится, убедится, что никто его в таком виде не засек, и угомонится.

— А, это когда они вчера с Натсуме домиком, что ли, возвращались? — моментально полюбопытствовала Эрика. — А что случилось? Я думала, они просто напились, сойдясь на почве общих проблем, но не думала, что Рэй из-за этого так переживает.

— Нет, они точно не пили, — оборотень задумчиво покачал головой, покусывая губы. — Я вчера тоже эту композицию видел, хотел над ними поиздеваться, но Натсуме ухитрился провести Рэя так, чтобы никто не заметил, а на все вопросы, как всегда, лишь загадочно улыбался. Одно скажу точно — спиртным от него точно не пахло, я бы учуял. Кэй, может, хоть ты просветишь, что там вчера произошло? Или нам Хлою допрашивать?

— Хлоя вам ничего не расскажет, потому как пребывала в обмороке. А я не расскажу просто потому, что не знаю, — не моргнув глазом, соврала вампирша, беспечно улыбаясь и потешно разводя руками, — так что, если уж тебе и правда так интересно, что же вчера произошло, советую пытаться разговорить непосредственно самих участников «домика». Кстати, раз уж об этом зашла речь, кто-нибудь знает, куда смотался мой так называемый напарник? У нас же вроде занятия не закончились, а он свинтил куда-то, даже не попрощавшись. Да и Рэй тоже ушел…

— У нас не закончились, а у них уже на сегодня все, — охотно подсказал Наги, отвлекшись от любования беседующей с учителем зомби. — Сейчас будет «Человековедение», выборочный урок, а они вместо него взяли курс углубленной истории межвидовых отношений, — невидимка взгрустнул и со вздохом добавил: — Я тоже хотел, но оно у меня в расписание не влезло.

— Ты и так набрал себе предметов больше, чем у всех нас вместе взятых, так что неудивительно, — поддела друга Эрика, весело фыркнув. — А ты, Кэй, что выбрала?

— Тоже историю, — припомнила свое расписание девушка, призадумавшись. — Хм, и что мне теперь делать? Возвращаться в общагу?

— Да что хочешь, — клыкасто усмехнулся Шиба, пожав плечами. — Хочешь, иди в библиотеку, хочешь, в общагу домашку делать. Можешь с нами посидеть, поболтать, профессор Гленн всё равно такой рассеянный, что тут по аудитории хоть стадо мамонтов гулять может, он всё равно не заметит.

— Не слушай его, он и сам не учится, и другим не дает, — неодобрительно поджал губы Наги, с упреком смотря на своего друга, — так что, если не хочешь, чтобы над тобой тоже все смеялись, лучше и правда пойти позаниматься.

— Кто это надо мной смеется?! — возмутился оборотень, а стоящая слева от него Эрика незаметно похлопала его по правому плечу, отчего парень моментально завертел головой, вызвав дружный смех. — А?

— Никто, Наги просто пошутил, — поспешно разуверила уже надувшегося юношу отсмеявшаяся первой Кэй. — Кстати, Наги, нам тут с Хлоей в качестве дополнительного задания поручили написать реферат о любой расе на выбор, подскажешь, если что, список литературы? Ты вроде частый гость библиотеки.

— Конечно, помогу, ты только с расой определись и приходи, — добродушно улыбнулся мальчишка и, немного помявшись, спросил. — Кстати, ты не знаешь, о ком будет Хлоя писать? Я мог бы и ей помочь…

— О русалках, наверное, она же с них фанатеет, как не знаю что, — усмехнулась девушка, от которой не ускользнул тот факт, что при упоминании имени второй новенькой щеки невидимки слегка порозовели. — Знаешь, у меня появилась мысль. Давай ты мне поможешь написать реферат о невидимках? Ты же свою расу лучше любых учебников знаешь, так что я быстренько отстреляюсь и оставлю вас разбираться с русалками.

— Хорошо, — Наги густо покраснел, стараясь не смотреть на хитро улыбающихся вампиршу с демонессой, а Шиба озадаченно склонил голову, пытаясь понять, что только что произошло.

— Отлично, тогда завтра после занятий собираемся в библиотеке. А то сегодня у меня что-то настроение совсем не учебное, лучше поброжу и территорию изучу с картой, раз уж мой проводник так невежливо сделал ноги, — Кэй весело махнула рукой и поспешила на выход под трель аккурат в этот момент зазвеневшего звонка.

Однако одно дело сказать и совсем другое сделать. Бодро начав изучение территории кампуса с прилегающему к главному зданию парку, юная вампирша весьма быстро пожалела о своем решении отправиться на прогулку в одиночку. То ли она не туда свернула, то ли, наоборот, пропустила какой-то важный поворот, но тропинка, ведущая её непонятно куда, вызывала всё больше сомнений. Единственное, что останавливало девушку от желания плюнуть на всё, развернуться и уйти — это едва заметная в пыли цепочка свежих следов. Кто-то явно проходил тут незадолго до неё, а это значило, что сдаваться еще рано. Тем более что единственным местом на карте с жизнеутверждающим предупреждением «ни в коем случае не ходить!!!» был загадочный Тёмный Лес, который, если верить карте, находился с другой стороны главного корпуса и был огорожен символической оградой во избежание недоразумений. Очевидно, бесконтрольно шататься по остальной части территорий студентам не возбранялось, а уж на самый крайний случай логика подсказывала, что если долго идти прямо, то можно будет выйти к забору, отгораживающему Академию от остального мира, а от него добрести до ворот. К счастью, этот на ходу придуманный план Б не пригодился. Деревья внезапно расступились, и Кэй оказалась у одноэтажного старинного здания с обшарпанными стенами, окруженного множеством давно не работающих, прикрытых опавшей листвой фонтанов. Судя по царившему вокруг запустению, здание уже давно было выведено из эксплуатации и вряд ли представляло из себя хоть какую-то ценность, кроме исторической. Как ни странно, виднеющаяся цепочка следов вела именно внутрь заброшенного корпуса, давая понять, что кто-то сюда всё-таки ходит. Девушка, отнюдь не страдающая отсутствием нездорового любопытства, осторожно толкнула едва скрипнувшую дверь и с интересом огляделась. Несмотря на свисающую повсюду паутину, внутреннее убранство здания впечатляло роскошью и красотой архитектурного стиля, а особого колорита увиденному придавала тихая мелодия, эхом разливающаяся по всему этажу. Стараясь ступать как можно тише, вампирша направилась к источнику таинственной мелодии, в которую мягко вплелся завораживающий голос неизвестного исполнителя, но, стоило ей заглянуть в кабинет, откуда доносилась песня, как всё моментально стихло.

— Так и знал, что это ты, — невесело усмехнулся Натсуме, окинув прервавшую его девушку укоризненным взглядом сине-зеленого глаза. — Очевидно, было наивным предполагать, что тут ты меня не найдешь.

— Да я тебя и не искала, если честно, — рассмеялась Кэй, с улыбкой смотря на недовольного мумия. — Кто же знал, что, даже отправившись изучать территорию в одиночку, я всё равно на тебя наткнусь? Просто услышала музыку и зашла полюбопытствовать, кто же так красиво поёт. Вот, узнала и могу с чистой совестью идти дальше.

— Да ладно уж, можешь послушать, раз все равно пришла, — внезапно расщедрившийся Натсуме чуть склонил голову, жестом приглашая свою подопечную войти. — Я ещё вчера догадался, что твое любопытство добавит мне хлопот, так что даже не удивлен.

— Брось, какие хлопоты из того, что я услышала твое пение? — подошедшая девушка с сомнением посмотрела на покрытую сантиметровым слоем пыли парту, но присесть так и не рискнула. — Или в этот корпус нельзя заходить, и ты боишься, что я тебя сдам?

— Да нет, почему же, можно. Только сюда никто, кроме меня, не ходит, боятся, — мумий с интересом понаблюдал за попытками девушки расчистить себе хоть немного места и с тихим смешком предложил: — Иди лучше сюда, а то ты сейчас всю вековую пыль на нас соберешь.

— Спасибо, — Кэй пристроилась на узенькой лавочке у рояля, рассчитанной лишь на исполняющего мелодию музыканта, но, к счастью, не сломавшейся под весом их двоих, и не удержалась от очередного вопроса: — А почему сюда боятся приходить? Обычная заброшка, обладающая лишь пугающим слоем пыли, что тут страшного?

— Видишь ли… — проникновенно начал объяснять Натсуме, лукаво сверкнув глазом. — В далекие времена, когда учащихся было куда больше, этот корпус был создан исключительно для русалок. Однако, как ты помнишь, уже пару веков ни одна русалка тут не обучается, так что корпус закрыли за ненадобностью. А несколько лет назад пошел слух, что тут, в актовом зале, завелся призрак русалки, который тоскливо поет о былых временах, и горе тому, кто его потревожит.

— Вот оно как, — вампирша хитро улыбнулась, склонив голову. — Что ж, буду знать. А ты просто слух пустил или тебя банально заметить не успели?

— Второе, — не удержав серьезную мину, фыркнул мумий, вспоминая этот эпизод и забавно морщась. — Я вообще ничего такого не планировал, сидел себе тихо, играл. А тут слышу, как какая-то парочка вваливается с явным намерением устроить тут непотребства сексуального характера, причем прямо на сцене. Ну, я не придумал ничего лучше, как спрятаться за кулисами, а пока дверь вторую искал, чтобы через гримерки смыться, обо что-то споткнулся, и на них вся эта конструкция, что занавес удерживает, каааак рухнет. Визгу было — я чуть не оглох, хорошо, никто не пострадал. С тех пор и пошли байки, что, кто сюда сунется, того призрак накажет. К счастью, народ у нас суеверный, и проверять реальность этих слухов никто не спешит, а то я первое время опасался, что сюда паломничества начнутся желающих поглядеть на паранормальную диковинку.

— Ну ты даешь, — расхохоталась девушка, едва не свалившись с лавочки. — И что, все местные «опасные места» имеют такую же веселенькую историю?

— Ну, за все не ручаюсь, я как-то не особо интересовался местными легендами, — усмехнулся Натсуме, вежливо придержав подопечную за талию. — А вот насчёт Тёмного Леса можешь не сомневаться, соваться туда, особенно в полнолуние — чистое самоубийство. Там на время трансформации оборотни собираются, так что к этому месту даже близко подходить не советую. Они в целом ребята импульсивные, а в полнолуние вообще ничего не соображают.

— Я в курсе, — Кэй, резко переставшая улыбаться, поёжилась от неприятных воспоминаний, в ответ на вопросительно вскинутую бровь собеседника неохотно пояснив: — Там, где я раньше училась, оборотней не было, но были их северные родственнички — Фенриры. По сути, те же оборотни, только раза в три крупнее, злее и вдобавок не имеющие единого вожака. Никакими огороженными территориями их было не удержать, так что на время полнолуния школа полностью консервировалась, находясь фактически на военном положении. Самое стремное начиналось, если они что-то не могли между собой поделить и устраивали свои разборки прямо под окнами. Наблюдать за тем, как твои озверевшие одноклассники в прямом смысле рвут друг другу глотки, удовольствие весьма сомнительное. К счастью, больше пары учеников в год у нас таким образом не «отчислялись», и на том спасибо.

— Ну, у нас всё не настолько плохо, — вздохнул мумий, уже жалея, что затронул эту явно неприятную тему, — но все равно советую быть осторожнее. Кстати, ты играть умеешь? Я вроде слышал, что все вампиры в обязательном порядке получают музыкальное образование.

— Слышал-то ты верно, — невесело усмехнулась девушка, покачав головой, — но я же вроде говорила, что с моим обучением особо не запаривались. К этикету и музицированию это тоже относится. Так что если есть желание сыграть что-нибудь в четыре руки, то лучше к Рэю обратись. Выглядеть вы будете, конечно, весьма интригующе, но ради искусства можете и потерпеть.

— Фу, что за шуточки на уровне Шибы, — поморщился Натсуме, с трудом удержавшись от желания спихнуть захихикавшую девушку на пол, видимо, тоже представившую эту интимную картину. — Я не приверженец хороших манер, но будь добра, демонстрируй их отсутствие каким-нибудь другим образом.

— Ты что, правда обиделся? — с искренним удивлением уставилась на него вампирша. — Брось, я же просто пошутила. Тем более кто ж знал, что ты такой ранимый.

— Я не ранимый, просто как-то настроение, видимо, неподходящее для подобных шуток, — со вздохом признался мумий, рассеянно пробегаясь кончиками пальцев по клавишам. — Я давно ни с кем так долго не разговаривал, вот, видимо, и…

— Тогда давай помолчим, — моментально сориентировалась Кэй, ободряюще улыбнувшись парню и заполняя повисшую паузу. — Или, если хочешь поиграть и попеть, я могу отсесть или вообще уйти. Ты же, наверное, не любишь, когда на тебя пялятся в процессе?

— Мне все равно, тем более что ты мне ничуть не мешаешь, — Натсуме немного подумал и добавил: — Пока молчишь, по крайней мере. Так что, если хочешь, я могу что-нибудь спеть.

— Давай, — обрадованно кивнула девушка, пересаживаясь на пол и в ответ на удивленный взгляд поясняя: — Я лучше сюда пересяду, а то тебе не удобно будет, да и пихать под руку пианиста занятие рисковое. Выгонишь еще или проклянешь сгоряча, нужны мне такие перемены в жизни…

— Как хочешь, — хмыкнул мумий, безразлично пожав плечами. — Главное задницу не застуди.

Клятвенно заверив партнера, что за её задницу можно не волноваться, Кэй притихла, прислушиваясь к неторопливой мелодии и завораживающему голосу музицирующего Натсуме. Парень пел божественно. Пробирающий до самых внутренностей классический баритон как будто обволакивал слушающую его девушку, отзываясь в каждой клеточке тела и согревая душу невидимым светом. Вампирша зачарованно наблюдала за порхающим по клавишам тонким пальцам и невольно вспоминала те самые ненавистные приемы, на которые её никогда не пускали. Она их ненавидела до глубины души, но всё же исправно прокрадывалась подслушивать под дверью, потому что в конце банкета обязательно находилась хоть одна русалка, соглашавшаяся порадовать собравшихся своим исполнением. И точно так же, как сейчас, маленькая Кэй ощущала это сжимающее сердце чувство безграничного восторга от волшебного, ни с чем не сравнимого голоса русалки.

— Ты там еще не уснула? — спустя примерно полчаса поинтересовался мумий, окончивший свой небольшой концерт, у слегка прибалдевшей девушки. Последние аккорды затихли в пустынных коридорах, и Кэй, приходя в себя, тряхнула головой, чуть виновато улыбаясь.

— Нет, что ты. Я просто заслушалась. И задумалась…

— О чем же? — выбравшийся из-за рояля Натсуме вежливо подал руку, помогая своей подопечной подняться.

— О том, где я слышала подобные голоса. У тебя русалок в роду не было? — отряхнувшаяся девушка с неподдельным любопытством уставилась на слегка озадачившегося парня.

— Нет, не было, — немного помедлив, ответил он, едва заметно улыбнувшись краем губ. — Тем более как ты себе это представляешь? Ты же видела, что у нас под бинтами, разве хоть одна русалка в здравом уме влюбится в мумию?

— Ну, в чем-то ты, конечно, прав, — Кэй призадумалась, пытаясь придумать другое оправдание услышанной только что музыкальной магии. Тихо переговариваясь, они с напарником вышли из пыльного корпуса и неспешно побрели по освещенной луной узкой тропинке, — но иного объяснения я не нахожу. Да и, тем более, ничего такого страшного там нет. Хотя, может, я просто чего-то в жизни не понимаю, и внешность действительно имеет большое значение.

— А для тебя, значит, не имеет? — Натсуме хитро прищурился, галантно придержав перегородившую им дорогу ветку, пропуская даму вперед. — Меня еще в классе удивила твоя фраза про субъективность красоты, но я думал, ты это сказала, чтобы вызвать у других симпатию.

— Что ты, пытаться всем понравиться занятие неблагодарное, хотя и не буду отрицать, что видеть перекосившуюся от этих слов морду Рэя мне было приятно, — тихо рассмеялась вампирша, благодарно кивнув. — Но я думаю, что дело в другом. Там, где я раньше училась, красоты не было от слова совсем, ибо в тех суровых условиях куда больше ценились сила, хитрость ну или на худой конец сообразительность. Так что, если разбирать обсуждаемую нами тему с психологической точки зрения, я думаю, что просто научилась слегка иначе воспринимать красоту. Поверь, если тебе кто-то симпатичен как личность, то, будь он даже страшным, как моя жизнь, со временем ты все равно начнешь находить эту непривлекательность крайне очаровательной. И, по моему мнению, это в разы лучше, чем терпеть мерзкий характер ради смазливого личика, ибо личико могут легко подпортить. А тебе потом сидеть голову ломать, как отвязаться от существа, которое тебе противно по всем параметрам.

— Я так понимаю, эти выводы ты сделала, основываясь на личном опыте? — насмешливо хмыкнул мумий, склоняя голову и невольно пристально вглядываясь в лицо беспечно болтающей девушки.

— Ты возмутительно проницателен, — криво усмехнулась Кэй, решительно тряхнув вороной гривой. — Кстати, а сам что думаешь по этому вопросу?

— Я? — Натсуме удивленно расширил виднеющийся глаз и едва не споткнулся от неожиданности. — Хм, хороший вопрос. Если честно, никогда об этом не задумывался. Я довольно рано понял, что никому, кроме себя, доверять нельзя, поэтому быстро потерял интерес к выстраиванию взаимоотношений, как дружеских, так и более близких. Я просто хочу жить, как мне нравится, желательно, чтобы никто мне при этом не мешал.

— Прости, — вампирша остановилась у главного корпуса, грустно осматривая величественное здание, возвышающееся над ними.

— За что? — непонимающе моргнул мумий, озадаченно уставившись на внезапно расстроившуюся девушку. Нет, иногда он её решительно не понимал.

— Да за многое, в общем-то, — вздохнула Кэй, начиная перечислять. — За то, что выбрала тебя, навязывала свое общество, заставляла общаться… Я же не знала, что это у тебя не черта характера, а посттравматический синдром.

— Чего? — убедившийся, что ему не послышалось, Натсуме внезапно откинул голову и звонко рассмеялся. — Боги, ты и правда очень забавная. Как вообще можно было сделать такие безумные выводы из того, что я сказал? Не спорю, может, мои слова и прозвучали довольно категорично, но раз уж ты взялась ставить диагнозы, то должна была бы знать, что если б у меня было ПТСР, то, сколько бы ты меня ни заставляла, общаться бы я с тобой не стал.

— Что ж, хорошо, если так, — неуверенно улыбнулась девушка, — но все равно, если что, то ты сразу говори, я пойму.

— Не сомневайся, скажу не задумываясь, — все ещё посмеивающийся мумий весело потрепал растерявшуюся от этого девушку по голове и махнул рукой на прощание. — Ладно, мне пора, а ты постарайся больше не строить из себя психолога. Это явно не твое.

Проводив развеселившегося Натсуме задумчивым взглядом, Кэй покачала головой и поспешно взбежала по ступенькам здания. Ей срочно надо было отвлечься и крепко подумать о случившемся сегодня. Любопытную вампирскую душу терзали невнятные подозрения, но, как назло, ни одно из них не могло оформиться в конкретную мысль. И с этим надо было что-то делать…

========== Часть 4. Межклассовые тайны. ==========

— Всё равно не понимаю, почему тебя это так волнует, — ворчал Рэй, застегивая рубашку и мрачно поглядывая на сестру. Сидящая в кресле девушка вместо ответа лишь пожала плечами, стараясь скрыть улыбку. Не дождавшийся ответа вампир поправил перчатки и критически осмотрел себя в зеркале, вздохнув. — Мне вообще сложно понять, что ты в него так вцепилась, так что в этом вопросе я тебе не советчик. Никаких описанных тобой странностей я не замечал, но, может, это просто потому, что никогда и не присматривался. Меня как-то парни не волнуют, тем более такие.

— Ага, тебя больше волнуют пустоголовые девицы, по типу той, которая десять минут назад вылетела из твоей комнаты, визжа что-то невразумительное, — ехидно хмыкнула Кэй, поморщившись. — Что ты в них находишь? С ними же общаться невозможно, я вчера как послушала, что они несут, у меня мозг скукожился.

— Я заметил, — не менее ехидно ответил Рэй, причесывая волосы и недовольно посматривая на отражение корчащей мордочки сестры. — Чтоб ты знала, общаюсь я с тобой. Иногда еще с Эрикой и её компанией. А этих девиц, как ты выразилась, я, уж прости за прямоту, просто трахаю. И заодно пью их кровь. Кстати, будь добра, больше не вламывайся ко мне в комнату без стука, а то и не такое увидишь.

— То есть это был еще не предел? — тут же заинтересованно заерзала вампирша, но, напоровшись на уничтожающий взгляд голубых глаз, смущенно фыркнула. — Нечего на меня так смотреть, я же не виновата, что ты разучился комнату запирать.

— Вообще-то я запирался, — со вздохом признался парень, отрываясь от зеркала и накидывая пиджак. — Просто как-то подзабыл, что заклинания крови такого типа с близкими родственниками могут давать сбои. Что, кстати, довольно досадно, я к нему уже привык. А вот от твоих набегов на мою комнату, наоборот, отвык.

— А та полуголая истеричка в курсе, что ты запирался на это заклинание? — забеспокоилась Кэй, поднимаясь с кресла. — Она же, как в себя придет, сразу сообразит, что мы родственники.

— Нет, не в курсе, но меня беспокоит совершенно другое, — Рэй приобнял сестру, легонько коснувшись губами темной макушки. — Я опасаюсь, как бы они тебе какую пакость не устроили, решив, что между нами что-то есть. От Хлои они вроде отстали, а вот то, что ты так спокойно вваливаешься в мои покои, может быть воспринято очень негативно. Они почему-то не воспринимают тебя как вампира и видят исключительно наглую соперницу.

— Хм, сомневаюсь, что они при всём желании смогут мне как-то навредить. А если тебя это и правда так волнует, то просто наведи порядок в своей личной жизни, и проблема будет исчерпана, — вампирша мстительно куснула брата за плечо, хитро улыбаясь.

— Ты что, мало того, что мне придется жениться, на ком скажут, так еще и предлагаешь в процессе обучения отказаться от полагающегося по статусу образа жизни? — вампир невольно улыбнулся. Он и сам не знал, почему, но эта её детская привычка ему безумно нравилась. — Тем более они и сейчас только при мне более или менее прилично себя ведут, а если я выберу одну, то вообще беспредел устроят, прикрываясь моим именем.

— Ну так выбери кого-нибудь поприличнее, не обязательно же из них и выбирать, — Кэй пожала плечами, лукаво прищурившись. — Вон, например, Эрика вроде ничего такая девушка. Или Хлоя…

— Так, во-первых, прекрати сватать мне своих новых подружек. Меня, конечно, радует, что ты быстро нашла себе компашку, но это не повод пытаться меня с ними свести, — поморщился Рэй, отвесив захихикавшей сестрице легкий воспитательный подзатыльник, — а во-вторых, кандидатуры ты подобрала просто убойные. Эрика половой агрессор всея Академии, а Хлоя вообще тихий ужас. До сих пор жалею, что, когда она меня выбрала, я так разозлился, что не смог аргументированно отказаться. Ты вообще видела, как она на меня смотрит? Как на произведение искусства. Вдобавок постоянно так краснеет и стесняется, что мне постоянно кажется, что она еще тупее, чем есть на самом деле.

— Не понимаю, что тебе не нравится, — хмыкнула вампирша, неодобрительно покачав головой. — Ты вроде любишь, когда тобой восхищаются, тем более что ты и правда красивый, это глупо отрицать. К тому же Хлоя не тупая, просто наивная и совершенно не социализированная. Вот увидишь, пообщается годик с Эрикой, подтянет недостающие знания и станет очень даже нормальной девчушкой. Еще и очень красивой, хотя на неё даже сейчас многие засматриваются.

— Под многими ты подразумеваешь Наги? — насмешливо фыркнул Рэй. — Вот уж спасибо за сравнение. Хотя у меня в голове не укладывается, как наш ботаник ухитрился с первого взгляда втрескаться в это ходячее недоразумение. Он, конечно, тоже невысокого класса, но при их разнице в интеллекте это всё равно что я бы влюбился в болонку мисс Паддс. Она, кстати, такая же миленькая, светленькая и голубоглазая. И тоже, как ни странно, постоянно трясется и глазки пучит.

— Фу, Рэй, ну что за привычка про всех гадости говорить? — обидевшись за новую знакомую, Кэй пихнула брата локтем в бок. — Не все же, как вы с твоим батюшкой, при общении с собеседником видят лишь его генеалогическое древо. Кроме этого, вообще-то есть еще и душа. Да и разница в интеллекте, как я уже сказала, явление временное. Пусть она и не супер способная ученица, зато старательная и ответственная.

— Ага, так это ты из-за души третьи сутки вокруг Натсуме круги нарезаешь? — хмыкнул вампир и внезапно нахмурился. — К слову, об ответственности. Если ты еще раз с ним сбежишь с занятий, я этому разложенцу ноги бантиком завяжу. Насколько я помню план профессора Нейта, ты его должна была отучить прогуливать, а не радостно составлять компанию.

— Да что ты сегодня бурчишь все время, как старая бабка? Тем более мы же не специально прогуляли, а просто заболтались и не услышали звонок, — отмахнулась вампирша, уже получившая подобную лекцию от упомянутого професора. — А если ты полагаешь, что я в прошлой школе была отличницей, то спешу разочаровать, там я тоже идеальной посещаемостью не блистала. Да и что-то мне не верится, что ты сам никогда не прогуливал.

— Прогуливал, естественно, но не в первую же неделю, — Рэй безнадежно махнул рукой, осознав, что пытаться вразумить сестрицу уже поздно. — Ладно, ты что-то еще хотела? Если нет, то брысь из моей комнаты, мне еще надо найти свою подопечную и напомнить, чтобы с завтрашнего дня и до конца недели близко к Тёмному Лесу не подходила. А то её там загрызут, а с меня потом спросят, почему не уследил.

***

В то же время, когда вампиры весело переругивались в общежитии, в тщательно запертом медкабинете были слышны лишь недовольные шипения, тихая ругань и негромкие смешки. На одной из коек сидел в одних штанах Натсуме и недовольно морщился, пока доктор Робин обрабатывала внушительную рану своего пациента.

— Прекрати ругаться, — фыркнула миловидная докторша, стягивая края раны и осторожно сшивая их медицинской ниткой. Парень в ответ выдал несколько непечатных эпитетов, с трудом удержавшись от вскрика. — И вообще, мог бы попросить свою подружку тебе помочь. Слюна вампиров и правда сильно ускоряет регенерацию, а насколько я понимаю, покалечился ты не без её скромного участия. Кстати, как ты вообще ухитрился так распороть себе руку?

— Она мне не подружка, — сквозь зубы процедил Натсуме, будучи еще бледнее обычного. Стоически выдерживая процесс нанесения целебного бальзама, он вздохнул, припоминая. — А как это вышло… Я и сам не понял. Она такая заразительная девчонка, на любое безобразие способна подбить как бы мимоходом. Вроде вот мы стоим, обсуждаем различия гулей и вампиров, а вот я уже лезу на эту треклятую башню на спор и пытаюсь сообразить, как она меня на это уболтала и в какой момент наш диалог вообще свернул в эту сторону.

— Так это ты позвонил в колокол на полчаса раньше положенного? — темно-синие глаза мумии заинтересованно расширились. — Я слышала, что профессора обещали придушить шутников, которые сорвали уроки, но не думала, что это ваших рук дело. Как вы ухитрились не попасться?

— Кэй отвлекала завхоза, пока я карабкался, и она же потом его увела, чтобы я сумел сбежать, — проворчал парень, накидывая рубашку. — Когда встретились, она тоже предлагала меня подлечить, но не мог же я при ней раздеваться. Она и так что-то заподозрила, а если еще увидит, что я крайне избирательно перебинтован, точно догадается, что тут что-то нечисто. Я и так лоханулся, когда разрешил ей послушать, как я пою. Как-то не подумал, что она до этого слышала пение русалок, думал, просто решит, что у меня красивый голос и не обратит внимания на присутствующую в нем магию.

— А почему бы тебе просто не рассказать ей правду? — пожала плечами закончившая перевязку женщина, сматывая лишние бинты. — Как я поняла, она все равно рано или поздно догадается, так зачем оттягивать неизбежное?

— Доктор Робин, вы правда забыли или издеваетесь? — мрачно посмотрел на неё Натсуме, одной рукой пытаясь натянуть пиджак. — Если станет известно, что я русал, то мне конец. В лучшем случае отправят в закрытую тюрьму на пожизненное, в худшем обо мне никто никогда не вспомнит. А вы предлагаете рассказать об этом неудачливой вампирше, для которой эта тайна может стать отличным способом поправить собственное положение.

— Дело, конечно, твое, но мне кажется, что Кэй не из тех, кто станет поправлять свое положение за чужой счет, — покачала головой доктор, цокнув языком. — И мне решительно не понятно, раз уж ты настолько ей не доверяешь, то зачем подпускаешь?

— Да я сам не знаю, — уныло вздохнул юноша, рассматривая порванный рукав. — Если честно, я даже не думал с ней сближаться, оно само как-то выходит. У неё какая-то удивительная способность втягивать меня в разговоры и подбивать на всякие безобразия. Причем то ли в силу того, что она всё это делает без задней мысли, то ли еще по каким причинам послать её подальше мне даже в голову не приходит. Вернее, приходит, но с запозданием, как сегодня, когда я уже натворил или наговорил глупостей.

— Знаешь, что? Не пристало мне, наверное, говорить такое ученикам, но раз уж эта девица единственная, кто за все время смогла хоть немного тебя растормошить, то настоятельно рекомендую и впредь не посылать её подальше. Чем бы это для тебя ни закончилось, — усмехнулась доктор Робин, — пойми, в нашем мире выжить в одиночку просто невозможно. Не надо так закатывать глаза, я тебе серьезно говорю. Да, директор Фредерик принял тебя в свою Академию и ограничил круг посвященных в твою тайну, но что будет после того, как ты закончишь обучение? Ты не сможешь нормально жить, не имея хотя бы пары друзей, которые тебе помогут, и либо тебя поймают, либо ты свихнешься и опять-таки тебя поймают.

— Я подумаю над этим, — Натсуме упрямо поджал губы, всем своим видом демонстрируя, что прислушиваться к доброму совету не собирается. — Ладно, спасибо за помощь, пойду переоденусь и погуляю немного.

— Иди-иди, — насмешливо фыркнула докторша и, проследив за тем, упрямый ученик скрывается за дверью, со вздохом покачала головой, пробормотав: — Посмотрим, на сколько хватит твоей выдержки.

До общаги притворяющийся мумием русал добрался без проблем и, переодевшись, как и планировал, действительно отправился на прогулку, стараясь привести мысли в порядок. В чем-то доктор Робин была, несомненно, права, но следовать её совету он вполне закономерно опасался. Да, неугомонная вампирша, может, и могла бы стать его первым в мире другом, но сможет ли она сохранить его секрет в тайне? Поймет ли, насколько всё серьезно, и поверит ли вообще в реальное положение вещей в мире? Всё-таки не каждый день узнаешь, что представительницы правящего миром класса на самом деле поголовно безумные, безжалостные стервы. Нет, нельзя сразу вываливать всю правду, надо как-то постепенно, осторожно выяснить, насколько Кэй готова к таким откровениям. И уж тем более сейчас еще рано для подобных разговоров. Они знакомы-то всего ничего, как ему вообще в голову пришла идиотская мысль откровенничать на третий день общения? Побродив еще полчаса, Настуме неохотно, но всё же был вынужден признать, что, пусть для откровений ещё и рановато, но он уже почему-то скучает по этой несносной разговорчивой девице. Вот черт, еще несколько дней назад он и помыслить не смел, что собственного общества ему покажется мало и захочется с кем-то поговорить. Причем не просто с кем-нибудь, а кое с кем конкретным. Мелким, неусидчивым существом с любопытными черными глазами на миловидном личике, клыкастой ухмылкой и… Парень недовольно тряхнул головой, отгоняя лезущие в голову мысли и принимая решение найти свою подопечную.

— Я просто проверю, не творит ли она какую-нибудь глупость. И все, — тихо пробормотал он, сворачивая к главному зданию Академии.

Вопреки ожиданиям, Кэй даже не думала творить глупости, отыскавшись в самом приличном месте Академии — в библиотеке. До появления мумия они с Наги и Хлоей весело над чем-то смеялись, очевидно, дописывая те самые доклады, которыми нагрузил новеньких профессор. Заметив подошедшего Натсуме, вампирша весело помахала ему рукой, подзывая ближе, Наги, как всегда, приветливо улыбнулся, а зомби густо покраснела, уткнувшись красивым личиком в огромный фолиант, который компашка до этого изучала.

— Привет, как рука? — с ходу задала вопрос своему напарнику Кэй, жизнерадостно оскалившись. Невидимка чуть удивленно приподнял брови, невольно покосившись на руки мумия, но, к счастью, ничего не заметив.

— Все нормально, просто царапина, — отмахнулся Натсуме, поспешив сменить тему. Пусть его и не поймали на месте преступления, а сидящие за столом ребята были не из болтливых, ни малейшего желания распространяться о своих сегодняшних подвигах у него не было. — А вы тут чем занимаетесь?

— Спорим, — вампирша весело покосилась на одноклассников, хитро улыбаясь. — Мы тут наткнулись на один забавный факт и теперь дискутируем насчет его достоверности. Хлоя вот только что дописала доклад о русалках, и нам стало любопытно, почему нигде нет упоминания о мужских представителях этой славной расы. Наги притащил какой-то древний фолиант, вышедший из тиража уже несколько веков как, и там говорится, что русалы просто жуткие твари, поэтому их никто никогда и не видел. Хлоя считает, что раз это написано в книге, то иначе и быть не может. Наги думает, что автор преувеличил и что, скорее всего, потомство мужского пола у русалок просто нежизнеспособное, и они погибают в младенчестве. А я ставлю на то, что у русалок просто сбой в ДНК и они не способны рожать мальчиков.

— А я говорю, что, с точки зрения эволюции, это невозможно, потому что, хоть наследование расы и идет в девяноста процентов случаев по принципу доминирования, это может влиять только на способности, но никак не на пол потомства, — пояснил свою позицию невидимка, забавно сморщив нос и вопросительно уставившись на прервавшего их диспут парня. — А ты что думаешь?

— Что вы занимаетесь откровенной фигней, — хмыкнул мумий и, перегнувшись через стол, цапнул отложенный новенькой доклад, бегло пробегаясь глазами по строчкам. — Какая разница, почему их никто не видел? Можно подумать, женских особей нам мало, на которых пускают слюни все представители мужского пола независимо от расы. А вдруг на самом деле русалы еще более прекрасны, чем русалки? И если они объявятся, то не оставят и шансов представителям других рас?

— Ага, ты еще скажи, что они скрываются все это время только из мужской солидарности, — фыркнул Наги, недовольно наблюдая, как посмеивающийся мумий берет перо и дописывает что-то в докладе Хлои. — Что это ты там строчишь?

— То, чего ты о русалках точно не знаешь, просто потому, что никогда с ними не общался, — усмехнулся Натсуме, ставя точку и вручая реферат своей подопечной, с подозрительным прищуром наблюдающей за ним. — Пойдем отнесем ваши доклады да прогуляемся в одно место, пока время есть.

— Отлично, а куда? Надеюсь, ты не планируешь затащить меня куда-нибудь и жестоко отомстить за сегодняшнее? — поднявшаяся вампирша, весело показала клыки, в ответ на что мумий закатил глаз, хмыкнув.

— Следовало бы, но не буду. В конце концов, я сам дурак, что как мальчишка повелся на твои подначки. Но не надейся, больше ты меня на «слабо» не возьмешь.

— Посмотрим, — ехидно показала язык Кэй, обернувшись к ребятам. — Кстати, Наги, может, ты хоть выведешь нашу зомби на прогулку? Я, конечно, понимаю, что Рэй бессовестный упырь, занятый только собой и своими делами, но это же не значит, что Хлоя из-за этого обязана целыми днями торчать в библиотеке. Сходите, проветритесь, а то скоро будете уже более пыльные, чем эти учебники.

— Ну… В принципе, можно, — неуверенно пробормотал парень, мгновенно покраснев до ушей и вопросительно глянув на не менее смущенную Хлою. — Ты как? Не против прогуляться?

— Н-нет, не против, — тихо выдохнула зомби, опуская свои огромные голубые глаза.

Поспешно расставив книги по полкам, ребята все вместе вышли из библиотеки, но не успели они даже дойти до лестницы, как один из проходящей мимо группы учеников намеренно задел плечом невидимку, отчего не удержавшийся на ногах мальчишка упал на пол. Вопреки ожиданиям девушек, вместо извинений толкнувший Наги парень демонстративно огляделся, издевательски протянув:

— Парни, мне показалось, что меня кто-то задел. Вот чудеса, да?

— Что ты, тут совершенно никого нет, тебе почудилось, — паскудно ухмыльнулся еще один юноша, подходя ближе и, будто не заметив, пнул сумку поднимающегося ученика.

— Как вы смеете?! — бросившаяся помогать однокласснику Хлоя неожиданно зло посмотрела на расхохотавшихся ребят.

— Зомбячка тупая, ты думаешь, что можешь нам говорить о том, что мы смеем делать, а что нет? — презрительно скривился первый парень, видимо, являющийся заводилой сей компании. — Такие ничтожества, как ты, должны знать свое место и не высовываться. Давай-ка я тебе об этом напомню, раз ты забыла…

Хлоя зажмурилась, понимая, что не успевает уклониться от удара, но его почему-то не последовало. Вместо этого раздался противный хруст и пронзительный вскрик распустившего руки парня. Приоткрыв глаза, девушка с удивлением увидела, как Натсуме сжимает неестественно вывернутую руку поскуливающего парня, равнодушно смотря на него своим необычным сине-зеленым глазом.

— Проваливайте, — коротко скомандовал он, и, вопреки ожиданиям, его послушались. Да так, что пятки засверкали. Прервав сбивчивые благодарности спасенной, мумий неприязненно покосился на поднимающегося Наги, мрачно хмурясь. — А ты научись уже давать отпор. Из-за твоей слабости чуть не пострадала Хлоя, так что, если тебе не жалко себя, подумай хотя бы о ней. Идем, Кэй.

— Спасибо, — тихо пробормотал невидимка уже в спину удаляющегося парня. Обеспокоенная зомби отряхивала его отлетевшую сумку, а он сам впервые в жизни понял, что, возможно, его тактика избегания конфликтов не такая уж и действенная.

Натсуме размашисто дошагал до лестницы, о чем-то размышляя на ходу и как будто позабыв о своей спутнице, с трудом поспевающей за ним. Вспомнив о первоначальной цели своего похода, мумий вздрогнул и резко обернулся, нос к носу столкнувшись с идущей за ним девушкой. Как ни странно, даже тени недовольства на её лице видно не было, лишь привычное неподдельное любопытство.

— Кхм, прости, — тактично кашлянул парень, чуть виновато улыбнувшись краем губ. — Я просто задумался и слегка выпал из реальности.

— Да ничего страшного, — бодро ответила Кэй, с интересом склонив голову. — Я не против. Хотя, признаюсь, удивлена, что ты влез в чужие разборки, это совершенно не твой стиль.

— Ты права, не мой, — хмыкнул Натсуме, уже более медленным шагом направляясь в сторону учительской и со вздохом признаваясь: — Я просто почувствовал, что если не вмешаюсь, то обязательно влезешь ты. И тогда бы этот придурок вывихнутой кистью не отделался, а мне бы потом пришлось получать выговор вместе с тобой. Я же всё-таки в какой-то мере несу ответственность за то, что ты творишь.

— Ну, в принципе, ты всё правильно подумал, простым вывихом дело бы не обошлось. Я просто, если честно, сначала была немало удивлена подобному отношению. И что, часто Наги так достается?

— Частенько, — поморщившийся парень пожал плечами, пряча руки в карманы. — Ты же сама понимаешь, что, хоть дискриминация и запрещена, над низшими классами издевались и издеваться будут. А Наги почему-то искренне верит, что если всем улыбаться и делать вид, будто ничего не происходит, то со временем от него отстанут. Кстати, мне показалось или ты и правда их с Хлоей пытаешься свести?

— Не показалось, — рассмеялась вампирша, лукаво сверкнув глазами. — Сложно не заметить, что наш ботаник в неё по уши втрескался, а признаться ему в этом духу не хватит. Так что если их обоих не подпинывать друг к дружке, то хрена лысого эти олухи когда-нибудь сойдутся. Вдобавок, хоть Хлоя и выбрала своим партнером Рэя, по моей информации, чем дальше она от него будет, тем меньше проблем в жизни наживет. Он о ней, конечно, невысокого мнения, но и зла не желает. Так что пусть она лучше мирно себе тусуется с Наги и не будоражит женскую часть Академии.

— А тебе, хочешь сказать, с ним «тусоваться» совершенно безопасно? — вскинул бровь Натсуме, чувствуя необъяснимый укол ревности. — Или надеешься, что с вампиршей они связываться побоятся?

— Ну, во-первых, надеюсь, что да, побоятся, а во-вторых, — Кэй отвела глаза, как можно беспечнее пожав плечами, — я сильно подозреваю, что он их всех скорее самолично передушит, нежели позволит как-то мне навредить. Не спрашивай, почему, но поверь, у нас с ним совершенно особенные отношения, так что если встанет выбор между кем-то из нас и остальным миром, то миру придется отойти на второй план. Мы с уважением относимся к личной жизни друг друга, хотя и подкалываем на эту тему, но если кто-то извне попытается влезть между нами, то огребет от обоих. Мы… как семья. А семья превыше всего. В неё можно принять, но разрушить никак. Так, я быстро, погоди пару минут.

— Как семья, говоришь? — задумчиво пробормотал мумий, останавливаясь у дверей
учительской и провожая исчезнувшую за дверью копну черных волос взглядом. Если бы Кэй хоть на секунду обернулась, то заметила бы внезапно возникшее подозрение, вспыхнувшее в глубине сине-зеленого глаза, которым осененный догадкой мумий не собирался ни с кем делиться. Особенно с ней.

========== Часть 5. Найденыш. ==========

На следующий день Натсуме нашел свою подопечную после занятий сидящей на огромном подоконнике у витражного стекла. Девушка задумчиво смотрела вдаль, видимо, о чем-то размышляя, но, несмотря на то, что занятия уже кончились и, по идее, коридор должен был быть полон студентов, вокруг неё образовалась необъяснимая мертвая зона.

— Чего грустишь? — подошедший мумий осторожно примостился с другого края подоконника, на котором могли разместиться еще пять таких, как он. Сквозь огромные окна был виден ухоженный задний двор с садиком, пронизанным тропинками, а еще дальше виднелся бескрайний Тёмный Лес.

— Да я не грущу, просто немного скучаю, — Кэй слабо улыбнулась, обнимая колени и со вздохом поясняя: — Вспомнился мне один план, как наказать вчерашних придурков и навсегда отучить их издеваться над низшими расами. Надежный, блин, как часы на главной площади, и простой, как апельсин. Мы в школе Морэна часто так развлекались, правда, я обычно на подстраховке стояла, а не принимала непосредственного участия. И вот обдумывала я его да постепенно пришла к мысли, что никому это не надо, и мне в том числе. Без своих друзей с той школы проворачивать такое почему-то показалось совершенно не весело и даже глупо. Вот теперь сижу и размышляю, то ли я просто в одиночку ни на что не способна, то ли проблема в чем-то другом.

— Хм, а что за план? — вопросительно вскинул бровь Натсуме, устраиваясь поудобнее и облокачиваясь спиной на стену позади себя.

— Да обычный развод. Двое соблазняют хулиганов, а пока те, окрыленные, ничего не замечают, у них воруют одежду и все вещи и развешивают в месте наибольшего скопления народа. После такой тропы позора доставшие всех задиры еще пару месяцев старались вообще не попадаться другим на глаза, — тихо рассмеялась вампирша, ностальгически улыбаясь.

— И ты, значит, хотела сама кого-то соблазнять? — уголок губ мумия дернулся в неком подобии улыбки, однако смеяться ему совершенно не хотелось. Как и представлять, что какие-то уроды будут пялиться на его подопечную с похотливыми намерениями. Отчего-то от этих мыслей появлялось непреодолимое желание убивать.

— Ну, не одна, а с Эрикой. Она, как я поняла, за любой движ и вообще такие вещи любит. А одежду с вещами легко бы спер Наги, — девушка пожала плечами, даже не замечая, какое неизгладимое впечатление производят её слова на побледневшего напарника. — Но, как я уже сказала, я передумала. Это все глупое ребячество и вообще я, если честно, не уверена, что смогла бы достоверно сыграть пылкую страсть к существам, которых я презираю. Хреновая из меня актриса.

— Ну, оно и к лучшему, — медленно выдохнул Натсуме, стараясь как можно глубже дышать. — У нас народ не привыкший к таким шуткам, так что вряд ли бы оценили. Да и тем более тебя же вчера с нами видели, поэтому не думаю, что повелись бы на этот дурацкий спектакль. А насчет того, что ты ни на что не способна… Если ты думаешь, что потолок твоих способностей — раздевать мужиков по каморкам, то, наверное, я тебя переоценил.

— Что? — Кэй растерянно посмотрела на сидящего с каменным лицом парня, пытаясь понять, откуда в его голосе столько яда. — Знаешь, когда ты так говоришь, это звучит просто ужасно. Пожалуй, надо почаще с тобой советоваться. Я заметила, у тебя отличная способность парой слов опускать ниже уровня мирового океана. Мне даже на секунду стало стыдно, что вообще явление довольно редкое.

— Рад был помочь, — криво усмехнулся мумий и, заметив внизу какое-то движение, тихо выругался. — Вот что с ней не так? Предупреждали же, чтоб не подходила во время полнолуния к лесу…

— Дааа, возможно, зря я её выгораживала перед Рэем, — задумчиво пробормотала вампирша, наблюдая хрупкую фигурку Хлои, торопливо направляющуюся в сторону нерекомендованной для посещения территории. Чем руководствовалась бесстрашная зомби, ей даже в голову прийти не могло, хотя на скудность фантазии Кэй никогда не жаловалась. Ловко спрыгнув с подоконника, она чуть виновато улыбнулась напарнику. — Схожу вправлю ей мозги и верну в общагу. Составишь компанию?

— Еще чего. И сам не пойду, и тебе не советую, хотя и вряд ли ты меня послушаешься. Как по мне, так если её загрызут, это будет очень поучительно для всех, — проворчал Натсуме, тоже слезая со своего насеста и безнадежно махнув рукой. — В общем, ты развлекайся, а я в музыкальный класс пошел. Если понадоблюсь, найдешь там.

Коротко кивнув, Кэй припустила со всех ног на задний двор, буквально скатившись по лестнице и с трудом вписавшись в проем ведущего на улицу входа. Вряд ли бесстрашная зомби сразу ломанется в самую чащу, однако чем быстрее вампирше удастся её перехватить, тем лучше. В саду, как и всегда во время полнолуния, было пустынно, лишь едва ощутимые порывы ветра колыхали светло-зеленую листву кустов и деревьев. Бесшумно проносящаяся по тропинкам девушка даже подумала, что, наверное, неплохо было бы как-нибудь тут посидеть в тишине и покое. Но уж точно не сейчас. К счастью, искомый объект найти не составило особого труда. К огромному облегчению спасательницы, Хлоя даже не пыталась проникнуть в сам лес, присев на корточки на уютной вымощенной мрамором площадочке перед заграждением, вдоль которого стояли очаровательные резные скамеечки.

— Вы с Наги точно два сапога валенки, — облегченно выдохнула Кэй, подходя ближе к испуганно повернувшейся зомби. — Вот скажи мне, это непроходимый идиотизм, глупое кокетство или спонтанные суицидальные наклонности? Если последнее, то поверь, есть масса куда менее болезненных способов окончить свои мирские дела и покинуть грешную землю. И вообще, с твоей стороны свинство так Рэя подставлять. Если с тобой что-то случится, то выговор влепят именно ему, за то, что не уследил.

— Я не хотела никого подставлять, — густо покрасневшая Хлоя подхватила что-то на руки и, поднявшись, обернулась, протянув однокласснице очаровательного щеночка с черно-фиолетовой пушистой шерсткой и задорными янтарными глазами. На шее собакена, по размерам сильно напоминавшего трех-четырехмесячного щенка овчарки, красовался элегантный черный ошейник с шипами, увы, без опознавательных знаков. — Просто заметила, что тут кто-то бегает, а когда подошла, обнаружила его. Это и есть оборотни?

— Разве что дети до тридцати лет. Но таких, насколько я помню, у нас не обучается, их только с шестидесяти лет в академию пускают, — растерянно пробормотала вампирша, беря на руки весело тявкнувшего зверька, тут же моментально попытавшегося тяпнуть её за нос. — Уймись, животное.

— То есть это обычная собака? — со смесью огорчения и облегчения уточнила зомби, поглаживая щенка между трогательно торчащих ушек. — И что нам с ним делать? Как думаешь, ему тут безопасно? Оборотни же, наверное, его обижать будут…

— Что-то вроде того, — хмыкнула Кэй, решив не сообщать впечатлительной подруге, что после встречи с оборотнем от пушистика вряд ли останутся даже косточки. — А что с ним делать… Можно, конечно, за ограду выпустить, только боюсь, что раз он однажды сюда пробрался, то пролезет и дважды. Можно отдать профессорам, но у меня есть кандидатура получше.

— И кто же? — Хлоя с любопытством склонила голову, умиленно разглядывая покусывающего её за палец зверёныша. — Натсуме?

— Нет уж, ему я даже кактус не доверю. Он бессердечный эгоист, еще и страдающий приступами задумчивости. Если у него щенок не сдохнет с голоду, то он на него либо сядет, либо обездвижит и забудет на пару месяцев, — усмехнулась вампирша, покачав головой и разворачиваясь в сторону общежития. — Я его Рэю сплавлю. А он уж пусть сам разбирается, что с этим собакеном делать. Может, себе оставит, может, Шибе отдаст, может, в приют пристроит, всё равно каждые выходные в родовой особняк через город мотается. В любом случае, хоть он и устроит истерику, пёсика не бросит.

— Уверена? — с сомнением уточнила блондиночка, тяжело вздохнув. — Рэй всегда такой категоричный и недобрый, что, если честно, он меня слегка пугает. У него глаза такие… как две льдинки, даже смотреть страшно. Я сегодня потерялась и никак не могла найти лабораторию, так Рэй, когда меня увидел, наорал и несколько раз обозвал тупицей и дурой. Вот как у тебя получается с ним хорошо общаться? Это потому, что ты тоже вампир?

— Ну, и поэтому тоже, — клыкасто ухмыляясь, покачала головой Кэй, поудобнее перехватывая под пузико недовольно пискнувшего щенка, — но вообще не забивай себе голову, на меня он тоже часто ругается, это у него такая манера проявлять заботу. Хуже было бы, если б он на тебя вообще внимания не обращал. А так со временем попривыкнет к тебе и угомонится. Всё равно, кроме нашей компашки, других адекватно воспринимающих его собеседников в Академии нет. Только ему об этом не брякни, а то он устроит мне разнос и из принципа начнет делать все наоборот. Кстати, бесплатный совет — если хочешь добиться от него какого-то дела, то скажи, что он с ним не справится. Только не пользуйся этим слишком часто, а то он не дурак и быстро перестанет на это вестись.

— Хорошо, спасибо, — Хлоя благодарно улыбнулась, притормаживая у главного корпуса и заметно повеселев. — Вряд ли Рэй будет рад меня видеть, так что я лучше в библиотеку к Наги пойду, позанимаюсь. Кстати, как ты думаешь, чем я могу его отблагодарить? Он так сильно мне помогает, что я бы хотела в ответ тоже сделать ему что-нибудь приятное, а идей никаких нет. Я у Эрики спросила, но её способ выражать свою благодарность мне… Эм… Не совсем подходит.

— Догадываюсь, что она могла посоветовать, — тихо прыснула Кэй, за эти дни уже прекрасно ознакомившаяся со стилем мышления похотливой демонессы. Хлоя вновь покрылась пунцовым цветом, видимо, припоминая подробности упомянутого совета. — Хорошо, я подумаю, что можно сделать, не прибегая к столь примитивным методам, которые Наги всё равно вряд ли оценит. Секс, это, конечно, хорошо, но что-то я сомневаюсь, что он придет в восторг от секса в качестве способа сказать «спасибо».

Поспешно распрощавшись с еще больше засмущавшейся от её слов Хлоей, вампирша направилась в общежитие, на ходу рассеянно почесывая щенка и мысленно представляя выражение лица Рэя, когда на него свалится этот жизнерадостный подарочек. Нет, братик, конечно, всегда любил животных, но обрадуется ли он, когда ему и правда придется ухаживать за кем-то, кроме себя? Ох вряд ли. Но, как она уже и сказала, сколько бы он ни противился, все равно, что делать с пёселем, решать только ему. Всё-таки, пока есть небольшая вероятность, что это не обычный щенок, лучше перестраховаться. А ни Хлоя, ни сама Кэй, вряд ли смогут справиться с непредвиденными ситуациями. Врываться в комнату брата еще раз девушка больше не хотела, поэтому тактично постучалась, молясь всем известным богам, чтобы хозяин никуда не свинтил. К счастью, Рэй был в своей комнате, практически сразу же открыв дверь.

— Приветик, — весело поздоровалась Кэй, просачиваясь в комнату и тут же забираясь на свое любимое кресло под удивленным взглядом вампира. — Фига ты шустрый, ждал, что ли, кого-то?

— Нет, как раз планировал сделать себе чаю и посмотреть фильм, — пожал плечами парень, закрывая дверь и с подозрением смотря на зверька в руках сестры. — Может, пояснишь, зачем ты ко мне приперлась с этим блохастым комком шерсти?

— Ну, собственно, из-за него я и пришла, — вампирша как можно более беспечно пожала плечами, почесывая ползающего у неё по коленям щенка между ушками. — Мы с Хлоей нашли его у Тёмного леса и решили спросить твоего совета, что с ним делать дальше. Для оборотня он слишком маленький да и для простой собаки тоже, так что оставлять его там никак нельзя было. Вот я и притащила его к тебе.

— Кхм, позволь уточнить, а почему не к себе? — вкрадчиво поинтересовался вампир, присаживаясь на корточки у кресла и задумчиво изучая животное взглядом. — Всё, что я могу посоветовать — это вернуть его на место, потому что, хоть в общежитии и не запрещено держать домашних животных, лично мне не кажется хорошей идеей заводить что-то прихотливей рыбок и фикусов.

— Сейчас полнолуние, так что вернуть его тоже нельзя. Может, потом, когда оборотни оттуда уйдут, еще можно, но никак не раньше, — возразила Кэй, вручая опешившему брату мгновенно завилявшего хвостиком щенка. — В общем, сам решай, что с ним сделать, хочешь — оставь, хочешь — подари кому-нибудь. Тому же Шибе, будет ему брат по разуму. Ну или, когда в город поедешь, закинь в приют, тебе же не сложно.

— Вот почему каждый раз, что бы ты ни натворила, с последствиями приходится разбираться мне?! — возмущенно посмотрел на девушку Рэй, пытаясь отодвинуть от себя подальше счастливого пёсика, уже не раз порывавшегося обслюнявить ему всё лицо.

— Потому что я несерьезная и безответственная? — со смехом предположила вампирша, рассматривая эту умилительную картину. — Тем более ты ему явно больше понравился, нас с Хлоей он просто погрызть пытался, а тебя вон, видишь, вылизывает.

— Ладно, я придумал, что с ним сделаю, — тяжело вздохнул Рэй, опуская собакена на пол и неодобрительно наблюдая, как тот моментально помчался изучать новые просторы. — Сара давно мечтает о собаке, так что будет ей подарочек. Отец, конечно, не будет в восторге, но вряд ли выскажется против, он её вообще в последнее время разбаловал до ужаса.

— Кстати, как она там вообще? — Кэй, уже взявшаяся за ручку двери, невольно остановилась, вопросительно смотря на усмехнувшегося парня.

— Скучает по тебе, конечно, — вампир грустно улыбнулся, неловко отводя глаза. — Мама сказала, когда ты уехала, она закатила грандиозную истерику и месяц с отцом не разговаривала. Ей-то не объяснишь, почему её любимая сестричка больше не сможет с ней играть. Она думала, что раз я почти каждые выходные их навещаю, то и ты будешь. Кэй, может, плюнешь на всё и как-нибудь съездишь со мной домой? Всё равно мои родители когда-нибудь узнают, что ты перевелась, а Сара правда будет рада тебя видеть.

— Может, и съезжу. Когда-нибудь, — помрачневшая вампирша пожала плечами. — Сам понимаешь, ни малейшего желания общаться с дядей и тётей у меня нет. Пусть я и совершеннолетняя, у меня нет ни малейших сомнений в том, что мне скажут за моё своеволие. Обратно, конечно, не отправят, это уже не в их юрисдикции, а вот настроение испортят профессионально. Так что я буду иметь в виду твое предложение, но поеду только, когда пойму, что готова вытерпеть несколько часов размазывания меня по стенке и обливания грязью.

— Я понимаю, — поднявшийся Рэй приобнял сестру и мягко поцеловал её в макушку. — Знаешь, иногда меня жутко вымораживает тот факт, что, несмотря на внешнюю благопристойность, семейка у нас та ещё. Вы с моими родителями друг друга не перевариваете, Сара слишком мала, чтобы вообще понимать, что происходит, а я вынужден разрываться между ролью любящего брата и примерного сына. Хотя я бы предпочел эти две вещи совмещать.

— Так совмещай, кто тебе мешает? Можно подумать, тебя заставлять выбирают, — Кэй, крепко обнявшая брата, уткнулась носом в его грудь, вдыхая знакомый запах. — Нам с ними просто следует как можно меньше пересекаться, и тогда проблем не будет.

— Знаю, но что-то мне подсказывает, что когда-нибудь отец всё-таки поставит меня перед выбором, и вот тогда я точно пожалею, что не умер в младенчестве, ибо ни бросать семью, ни тем более предавать тебя в мои планы не входит, — вампир, со вздохом опустивший руки, мягко улыбнулся. — Ладно, что-то я расхандрился. Давай, беги по своим делам, а я пока буду разбираться, что делать с твоим «подарочком».

— Хорошо, — девушка звонко чмокнула брата в щеку и весело махнула рукой, — а ты лучше наслаждайся тем, что сейчас все хорошо, чем терзать себя мыслями о том, чего может никогда и не случиться.

Несмотря на то, что эпопея с найденным щенком заняла у неё примерно час, Кэй все равно решила навестить заброшенный корпус русалок, в надежде, что Натсуме всё еще там. И, как оказалось, не прогадала. По пустынным коридорам эхом разливалась чарующая, бесконечно печальная песня, причем в этот раз даже без привычного музыкального сопровождения. Вампирша не была сильна в официальном языке, на котором исполнял песню таинственный мумий, но, судя по словам, которые она смогла разобрать, текст был довольно пугающим. Дождавшись, пока парень закончит исполнение, девушка осторожно приоткрыла дверь.

— Можно? — дождавшись пригласительного кивка, она, как и в прошлый раз, подошла ближе к о чем-то задумавшемуся напарнику. — Что-то случилось? Ты какой-то пришибленный.

— Нет, просто размышлял о всяком, — тряхнувший головой Натсуме вымученно улыбнулся и посмотрел на подопечную снизу вверх. — Ты что-то хотела? Кстати, что там с Хлоей в итоге? Успела её оттащить от леса?

— Да, ничего интересного, с ней все в порядке, — отмахнулась Кэй, слегка нахмуриваясь. — А вот ты мне чего-то не нравишься сегодня. Весь из себя какой-то задумчивый и печальный… Точно все в норме?

— Точно. Просто, наверное, полнолуние так влияет. Сама же знаешь, многие расы подвержены его воздействию, даже если не обрастают шерстью, — мумий тихо рассмеялся, чуть склонив голову. — Разве вампиры этого не чувствуют?

— Чувствуют. Мы тоже начинаем слегка хандрить, тосковать и вообще становимся более умиротворенными, — не стала спорить девушка, — но некоторым это даже на пользу идет. Вон, Рэй на меня, например, сегодня даже ни разу не наорал, хотя, в общем-то, было за что.

— Знаешь, я вот несколько дней за вами наблюдаю и никак в толк взять не могу, что же между вам происходит, — невесело усмехнулся Натсуме, едва заметно поморщившись. — То вы грызетесь на переменах, то обжимаетесь по пустым аудиториям. Причем он, как и раньше, вечно в окружении девушек, а тебя это как будто не волнует, и на парней ты вообще не смотришь. Вам что, по какой-то причине нельзя афишировать свои отношения? Или у вампиров это считается нормальным?

— Да с чего ты вообще взял, что между нами что-то есть? Мы и правда просто очень близкие друзья, поэтому мне и наплевать, с кем он там кувыркается. А твоя теория насчет моих парней вообще не выдерживает никакой критики. Если Рэй переимел половину Академии, это не значит, что я планирую повторить его подвиг с другой половиной. Мне больше по душе долгосрочные отношения, а не мимолетные связи со всеми подряд, — скривившись, проворчала Кэй, у которой уже в клыках ломило от постоянного обсуждения их с братиком отношений.

— И как, уже подобрала себе кандидата на роль спутника в Академии? — насмешливо склонил голову мумий, наблюдая за раздраженной вампиршей и невольно удивляясь, насколько она всё-таки отличается от своего собрата.

— У меня есть ты, и этого пока вполне хватает, — ехидно ответила девушка, недобро прищурившись. — И вообще, с чего это ты сегодня такой любопытный? Обычно из тебя слова не вытащишь, а тут нате вам, устроил допрос с пристрастием…

— Может, это из-за полнолуния. А может, от тебя любопытства понахватался, не всё же тебе меня доставать вопросами, — тихо рассмеялся Натсуме, махнув рукой, — но не хочешь — не отвечай, в конце концов, если ты себе кого-нибудь найдешь, то мне же будет лучше.

— Ну ты нахал. Хренушки, так просто ты от меня не отделаешься. Мне нравится с тобой общаться, так что, пока ты меня прямым текстом не пошлешь, придется терпеть мое общество, — расхохоталась Кэй, подавив желание щелкнуть насмешника по носу.

— Эх, а я-то надеялся, — притворно расстроился парень, но, не удержав серьезную мину, тоже рассмеялся. — Что ж, буду иметь в виду на случай, если когда-нибудь твои вопросы меня окончательно доконают.

— Вот и славненько, — вампирша потянулась всем телом, клыкасто зевнув и бодро поинтересовавшись: — Ну что, порадуешь меня еще песенками или пойдем погуляем где-нибудь? Кстати, что за песню ты пел перед моим приходом? Я не совсем разобрала текст, но то, что поняла, вызывает немало вопросов. Где ты её услышал?

— Можно я не буду отвечать на этот вопрос..? — с тоскливым вздохом поморщился мумий, досадуя на свою беспечность. Можно же было догадаться, что его подопечная в силу происхождения несомненно будет знать официальный язык на достаточно приличном уровне. Хорошо еще, что учили её из рук вон плохо, а то она бы не задавалась вопросом, где он её услышал. Однако врать девушке почему-то не хотелось. — Может, когда-нибудь я тебе и расскажу, но не сейчас, хорошо?

— Хорошо, — помедлив, ответила Кэй, внимательно вглядываясь в перебинтованное лицо напарника и каким-то шестым чувством поняв, что дальнейшими расспросами лишь оттолкнет его, — но на вопрос «чем займемся?» ты же можешь ответить?

— Могу. Только… Можно я кое-что сделаю? — тихо спросил парень и, дождавшись растерянного кивка, обнял вампиршу за плечи, крепко прижимая к себе. Напарница, слегка обалдевшая от такого поворота, неуверенно подняла руки, не решаясь обнимать его в ответ.

— Н-Натсуме? — осторожно позвала застывшего мумия Кэй, всё-таки аккуратно обхватив его за пояс. — Все хорошо?

— Не знаю… Наверное. Не спрашивай. Ничего не спрашивай. Давай просто помолчим, — шумно выдохнул Натсуме, прикрывая глаза и удерживая в объятиях понятливо затихшую девушку.

Они стояли посреди пыльного класса и просто молчали, думая каждый о своем. Почему-то им обоим было очень грустно и тоскливо. Но, если Кэй больше печалило непонимание, чем можно помочь этому странному парню, который до сих пор для неё был непостижимой тайной, то Натсуме скорее размышлял, как бы сложилась его судьба, родись он кем-нибудь другим. И не поторопился ли он, поставив крест на себе и на своей жизни? Почему-то с появлением в его жизни этой забавной девицы ему впервые показалось, что, быть может, еще не все так безнадежно.

========== Часть 6. Утро добрым не бывает. ==========

Рано утром в комнату Кэй тактично постучались. Девушка, только начавшая собираться на учебу, подивилась, кому это она могла понадобиться еще даже до начала занятий и, поспешно приведя творившийся на голове хаос в хотя бы относительный порядок, дабы не испугать раннего гостя, открыла дверь.

— Ой, привет, — растерянно улыбнулась она, моментально пожалев, что заранее не уточнила, кого это к ней принесло в такую рань. Сине-зеленый глаз Натсуме удивленно расширился, оглядывая своеобразный наряд недавно проснувшейся вампирши, состоящий из безразмерной футболки явно с мужского плеча и едва виднеющихся из-под неё неподобающе коротеньких шортиков. — Проходи быстрей. Что-то случилось?

— Что-то вроде того, — мумий послушно прошел в небольшую уютную комнатку, аккуратно прикрыв за собой дверь и с непонятным ехидством уточнив: — Ты всегда гостей встречаешь в таком виде?

— Ну, я же не по Академии так разгуливаю, а в моей комнате зрителей обычно не бывает. Собственно, ты первый, кто сюда зашел, так что, можно сказать, с дебютом, — рассмеялась Кэй, усаживаясь перед зеркалом и начиная укладывать волосы в незатейливую прическу, — но ты же не с этим вопросом прибежал спозаранку, прекрасно зная, что через час мы все равно пересечемся на уроке?

— Не с этим, — вздохнул парень, пристраиваясь на диване и невольно оглядываясь.

Комната его подопечной полностью отражала характер хозяйки, будучи такой же бестолковой и хаотичной, как и она сама. Везде царил своеобразный беспорядок, но не в виде мусора, а в плане разбросанных повсюду вещей. Перед кроватью высилась баррикада из книг, на полу и диване виднелись неизвестные тетрадки и листы, а одежда и вовсе была равномерно распределена по всей площади комнаты, включая стол. «Хорошо хоть, нижнего белья не видно», облегченно подумал мумий, подумав, что этого бы зрелища он точно не перенес. За последние три дня они с Кэй стали еще ближе, но это явно был бы перебор. К счастью, девушка ни словом, ни жестом не напоминала о его слабости, проявленной в музыкальном классе, хотя по задумчивому взгляду черных глаз иногда было видно, как ей хочется ухватить его за шкирку и задать с полсотни уточняющих вопросов из серии «Что это было?» и «Какого хрена?!». К её чести, желания свои она сдерживала. Пока.

— Тогда в чем дело? — заметив, что пауза затянулась, поторопила его вампирша, вопросительно покосившись на отражение разглядывающего её комнату парня.

— Тут такое дело… Давай я тебе расскажу с самого начала, а там уже сама решишь, насколько это тянет на глобальную катастрофу, — со вздохом предложил Натсуме и, дождавшись торопливого кивка, начал рассказывать. — Примерно полчаса назад ко мне в панике примчался Наги, весь какой-то взъерошенный и явно чем-то пришибленный. И с ходу спрашивает, знаешь ли ты, что за щенка вы с Хлоей нашли недавно у Тёмного леса и правда ли, что вы его Рэю отдали. Мне ты ничего подобного не рассказывала, поэтому я честно расписался в собственном неведении и планировал уже идти спать, но потом понял, о чем идет речь и отчего у нашего ботаника такая морда перекошенная. Кэй, успокой меня, скажи, что твой собрат не оставил щеночка себе и отнес обратно в лес.

— Да нет, он его себе пока оставил, а на выходных хотел своей младшей сестре передарить, та как раз о собачке мечтала, — удивленно вскинула брови девушка, с подозрением смотря на своего напарника. — А в чем дело? Мы подумали, что вряд ли он оборотень, они же такими маленькими бывают только в детстве.

— Понятно, значит, Рэй тоже не в курсе, — усмехнулся мумий, тактично кашлянувВ — в общем, об этом мало кто знает, но это один из наших учеников, просто так вот вышло, что у него не получается превратиться в полноценного волка, и он вынужден тусоваться у входа, иначе свои же сородичи сожрут. Но, в принципе, это неудивительно, мозгов у него как у малолетки…

— Ой ё, — в ужасе выдохнула Кэй, моментально представив реакцию братика на незнакомого парня в своей постели. Хотя хорошо еще, что полнолуние случилось в начале недели, если бы бедный парнишка проснулся в вампирском особняке с маленькой девочкой, проблем было бы гораздо больше. Подорвавшаяся Кэй заметалась по комнате, торопливо разыскивая детали своей формы и поспешно пытаясь соображать. — И что же нам делать? Почему вы раньше не сказали?!

— Ну, меня ты в это не посвятила, а Наги узнал только вчера от Хлои, полночи думал, как тебе об этом сказать, и в итоге пришел ко мне. Так вышло, что и я, и он прекрасно знаем о ситуации, но почему-то он решил, что мне с тобой поговорить будет проще. А что делать… Не знаю, скорее всего, уже ничего, потому что полнолуние закончилось, а как незаметно пробраться в комнату Рэя и вытащить оттуда спящего парня, чтоб они оба не проснулись, я понятия не имею.

— Идиоты! — взвыла вампирша, скрываясь в ванной, и, как можно быстрее переодеваясь, оттуда уже крикнула: — Ты же знаешь, кто это?

— Ну, знаю, а что? Ты что-то придумала? — с интересом уточнил Натсуме, подумав, что с этими двумя новенькими жизнь в Академии приобрела явственный оттенок дурдома.

— Единственный доступный нам вариант, как хоть немного исправить ситуацию, — проворчала девушка, выскакивая из ванной и на ходу застёгивая верхние пуговицы рубашки. — Сходим, возьмем его одежду и передадим Рэю. Я этого упыря знаю, он скорее удавится, чем допустит, чтобы кто-нибудь увидел, как из его комнаты поутру выскакивает голый мужик. Он, конечно, и с парнями раньше мог, если они красивые, но тут, как я поняла, ему никто не понравился, так что такое событие произведет эффект разорвавшейся бомбы. Подай пиджак.

— А где он?

— Ты на нем сидишь, — вздохнула Кэй и, получив от слегка смутившегося мумия последнюю деталь гардероба, подхватила сумку. — Всё, пошли. А то я боюсь, что, если Рэй не придумает, как незаметно выгнать парня из своей комнаты, он его попросту убьет и вынесет как-нибудь по частям…

***

Как ни странно, Рэя последнее время тоже не покидало ощущение, что его мозги потихонечку сползают набекрень. То ли на него полнолуние влияло сильнее, чем он думал, то ли вспомнилось суровое детство, в период которого ему не разрешалось заводить животных. Какими бы ни были причины, вампир и правда почему-то совершенно не был против забавного комка шерсти, поселившегося у него в комнате с легкой подачи сестры. Вооружившись необходимой литературой, вампир так увлекся дрессировкой своего нового питомца, что с трудом мог дождаться окончания занятий, чтобы поскорее вернуться к третьему по счету существу, которое любило его просто так, без привязки к расе и положению. Пустоголовые девицы, по поводу которых нередко ехидно прохаживалась Кэй, отошли на второй план, и уже третьи сутки служили лишь торопливым перекусом потерявшему к ним интерес парню. Притаскивать их к себе Рэй закономерно опасался, во-первых, не будучи уверенным, как на незнакомых девушек отреагирует прижившийся собакен, а во-вторых, не желая показывать свои слабости к милым и пушистым вещам другим. Всё-таки он гордый вампир, а не восторженная первокурсница. Это породило пару конфузов, когда не вовремя зашедшая в библиотеку Хлоя застукала его в весьма интригующей позе со своим «полдником», но её мнение, как и мнение разозлившихся девушек, его волновало в последнюю очередь. Все эти вещи меркли в сравнении с тем, что окрещенный Шибой щенок, возможно, в этот момент хочет гулять, кушать или просто играть, так что оба раза вампир, даже снизошедший до объяснений, поспешно сбегал, торопясь вернуться в свою комнату.

Имечко найденному девушками щенку было выбрано далеко не случайно. Как бы Рэя ни раздражал шумный, бестолковый и глуповатый одноклассник, вверенная ему животинка чем-то неуловимо напоминала именно его. И дело не только в цвете шерсти и глаз, но и в общности характеров. Иногда казалось, что собакен намеренно пытается вывести своего новообретенного хозяина, но у того это почему-то вызывало необъяснимое умиление. Впрочем, были и положительные моменты. Например, когда Рэй приучился не закрывать дверь в ванную, не желая, чтобы по жалобному скулежу всё общежитие было в курсе о его питомце. Обрадованная животинка моментально прорвалась в вожделенную ванную комнату и с восторженным тявканьем с разбегу плюхнулась в воду, одним могучим прыжком преодолев бортик роскошного водного резервуара. Вампир сначала хотел выкинуть обнаглевшую псину в окно, но потом передумал. В конце концов, пёсик, наверное, тоже должен купаться, и с его стороны грех его в этом упрекать. К тому же, он сам любил чистоту и порядок, так что, пожалуй, даже хорошо, что насильно купать зверюшку не пришлось. Помимо этого, пёсель с первой же ночи заимел дурную привычку спать вместе с хозяином, внаглую развалившись у него в ногах. Все попытки спихнуть его на пол или на кресло успехом не увенчались, ибо, помимо уже знакомых поскуливаний, добавился скорбный взгляд янтарных глаз, на котором даже каменное сердце сурового вампира дрогнуло, и собакену было разрешено вернуться на кровать.

Впоследствии, вспоминая это утро, Рэй неизменно плевался, ругался и даже не брезговал непереводимыми заковыристыми ругательствами, интригующе завернутыми в многоэтажные конструкции. Тем не менее, о последствиях никогда не жалел. Но это уже в будущем. В настоящем же вампир мирно спал в своей кровати, даже не предполагая, что всего через несколько минут его жизнь кардинально изменится, безвозвратно и навсегда. Сквозь крепкий сон он даже не придал значения тому, что внезапно что-то большое и тёплое завозилось рядом, лишь автоматически крепче прижимая к себе неизвестный раздражитель. За последние дни он уже выяснил, что Шиба всегда просыпается раньше него и, если гиперактивного собакена не обнять, то он обязательно начнет радостно скакать по своему хозяину, вылизывая тому лицо и активно пытаясь разбудить на учебу на полчаса раньше положенного. А вставать пораньше Рэй не любил, с трудом успевая быстренько выгулять и покормить своего питомца до занятий и уже задумываясь, а не оставить ли его себе. Всё-таки, пусть он и не одобрял домашнюю живность в общежитии, да и ранний подъем настроения не добавлял, в остальном их сосуществование было крайне мирным. Особенно приятно было развалиться вечером с книжкой и лениво почесывать устроившего у него на ногах голову пёсика, радующегося, что хозяин наконец угомонился. Однако проснувшийся рядом с Рэем парень его умиротворения не разделял. Правда, в отличие от вампира, он это утро вообще старался не вспоминать, до глубокой старости стыдясь признаться, что запомнил из всех событий лишь панический страх и пронзительные голубые глаза цвета безоблачного неба. Неба, как на картинках из человеческого мира, конечно, ибо в мире Тьмы солнце отсутствовало, а была лишь луна, освещавшая мир куда менее ярким светом.

Как бы то ни было, едва не разбудивший Рэя парень слегка удивился, когда вместо обычной прохлады леса почувствовал мягкую кровать и крепкие руки, прижимающие его к себе. Вообще перед трансформацией оборотни прятали свою одежду неподалеку от выхода из леса и лишь потом, превратившись, сбивались в стаю, на трое-четверо суток выпадая из жизни Академии и учёбы. Сама трансформация была процессом весьма интимным, так что никто даже краем глаза не мог увидеть вторую форму обращающегося. Это и спасало до этого дня невезучего парня, который, как ни старался, не достигал подобающей формы и размеров, соответствующих статусу грозного безжалостного волка. Просыпаться голым в холодном лесу, разыскивать свою одежду, а потом отправляться на занятия оборотни уже привыкли, так что тепло и мягкая кровать вызывали немало вопросов. Приоткрыв глаза, юноша едва не заорал, в ужасе смотря на беспечно спящего вампира, чья рука крепко обнимала его за пояс, прижимая к себе. Одеяло, видимо, во время сна сползшее до бедер, не оставляло сомнений, что забравший его из леса упырь имеет дурную привычку спать совершенно голым. И что в этот самый момент он своим голым телом тесно прижимается к своему невольному соседу в самых интересных местах. А самым ужасным было то, что парень прекрасно знал этого извращенца, потому как на многих уроках они сидели рядом, да и вообще вряд ли в Академии нашелся бы хоть кто-нибудь, кто не знал вампира Рэя, рокового красавчика, похитителя женских сердец и высокомерного засранца по совместительству. Не менее ужасающим фактом было то, что, стоит этому гаду открыть глаза, как он тут же догадается о самой страшной тайне невезучего оборотня, и одним только богам известно, как поступит с полученной информацией. Хорошо, если просто наорет и выгонит, а если в качестве мести расскажет об этом всем другим? Это ж такое позорище на всю Академию…

— Ммм, — бывший собакен, попытавшийся незаметно выбраться, моментально замер в панике, услышав недовольное бурчание вампира и тревожно вглядываясь в правильные черты идеального лица, будто вычерченные каким-то художником-перфекционистом. Зрачки янтарных глаз расширились от ужаса, когда их обладатель почувствовал, как наглая вампирская ручонка скользит по его боку, опускаясь все ниже, и ниже, и…

—…! — очевидно, тоже проснувшийся Рэй резко распахнул глаза, наконец осознав, что вместо мягкой шерстки своего питомца он гладит нежную кожу. Оборотня же как будто приковало уничтожающим взглядом голубых глаз, в глубине которых зарождалась буря, не сулившая ему ничего хорошего. Видимо, справившись с потрясением вампир, еще не до конца пришедший в себя, угрожающе зашипел. — Что ты тут делаешь?

— Это ты мне объясни! — не сразу нашелся, что ответить Шиба, сбрасывая руку одноклассника и кубарем скатываясь с кровати, не забыв при этом захватить одеяло, которое поспешно обернул вокруг бедер. Обнаженный вампир торопливо рванул одну из подушек, также прикрываясь и садясь на кровати. — Какого хрена я проснулся у тебя в комнате?! Ты что, забрал меня из леса, извращенец?!

— Да на кой хрен ты мне нужен?! — вознегодовал Рэй и тут же осекся, начиная понимать, что происходит. В этот момент впервые в истории был озвучен цветистый непечатный монолог, итогом которого стала фраза: — Я её убью!

— Кого? — осторожно поинтересовался оборотень, втайне радуясь, что все шишки за это утро вроде как достанутся не ему. Насколько он знал Рэя, излишним гуманизмом тот не страдал, и за такое пробуждение вполне мог приказать незадачливому ликану выйти в окно, дабы его бесценная репутация не пострадала.

— Кэй! И Хлою заодно! Идиотки сердобольные, приволокли мне не пойми что, а я теперь разбирайся с последствиями. Руки им оторвать, чтоб не тащили всякую дрянь в общагу. А ты тоже хорош, чего тебе в лесу не сиделось?! Добегался по кампусу, псина безмозглая?! Теперь сам придумывай, как отсюда выбраться. Только сразу предупреждаю, если кто-нибудь увидит, как ты выходишь, я с тебя шкуру сниму и вместо коврика постелю!

— Прекрати орать! — взвился обиженный Шиба, подхватывая сползающее одеяло и борясь с желанием набить морду распсиховавшемуся вампиру. — Я что ли виноват, что здесь оказался?! И уж тем более я не виноват, что в волчьем обличье не могу далеко в лес заходить! На кой вы меня вообще оттуда забрали, сами что ли догадаться не могли?! Что вас вообще понесло к Лесу в полнолуние?!

— Я тут ни при чем, это наши новенькие, экстремалки бесстрашные. Вернее, Хлоя тебя нашла, а Кэй не придумала ничего лучше, как отдать мне, — сквозь клыки яростно процедил вампир, неохотно признавая, что его гость, в общем-то, и правда ни в чем не виноват. А так же мимоходом невольно подмечая, что закутавшийся в одеяло парень возмутительно хорош собой, несмотря на невзрачный рост, на голову ниже его самого. Вдобавок, в пику вампирской аристократичной бледности он был довольно смуглым, обладал спортивным телосложением, приятно пах… И это при том, что он только что проснулся, был встрепан и растерян. Рэй торопливо тряхнул головой, отгоняя идиотские мысли и невольно вспоминая, что он уже трое суток ни с кем не спал, что за последние несколько лет тянуло на рекорд. Выбравшись из кровати, он, прикрываясь подушкой, добрался до шкафа и, отгородившись дверцей, принялся одеваться, проворчав: — Ладно посидишь тут до начала занятий, а потом добежишь до своей комнаты.

— А ты… никому не расскажешь обо мне? — с сомнением уточнил оборотень, поспешно отворачиваясь и неуверенно предположив: — Может, проще будет, если я что-то из твоей одежды возьму и так добегу? А потом постираю и верну?

— Не скажу. А вот насчёт одежды… Еще чего, не хватало мне свои вещи каждой шавке отдавать, — возмутился вампир, натягивая трусы. — Мне и так придется всё постельное бельё выбрасывать вместе с подушками и одеялом и заказывать чистку ванной. Это я уж молчу о том, что ты мне ножки кресла погрыз в первый день, а твою шерсть я ещё долго буду находить по всей комнате. Вы всегда так линяете или ты какой-то больной вдобавок?

— Ничего я не больной! — вспыхнул Шиба, возмущенно оборачиваясь и натыкаясь на ехидный взгляд застегивающего штаны Рэя. И вот после этого его терпение лопнуло. — Знаешь, что? Пошел ты со своей репутацией. Раз уж одеяло ты все равно выбрасывать планируешь, то считай, я сделаю это за тебя.

— Не смей! — невообразимым прыжком преодолев разделяющее их расстояние, Рэй одной рукой захлопнул уже открывающуюся дверь, второй отшвырнув оборотня на кровать. Тот невольно вздрогнул, впервые увидев одноклассника в таком состоянии, но вида не подал, моментально подскочив.

— С чего это ты решил, что можешь мне приказывать?! — зарычал он, готовясь броситься на доставшего его упыря. Нет, ну серьезно, мало того, что он узнал его тайну, так еще и смеет издеваться?!

— С того, что я выше тебя по статусу, интеллекту и прочим параметрам, которые твой компактный мозг вместить не в состоянии! И если тебе, псина драная, не знакомо понятие «репутация», то просто заткнись и слушайся меня! — рявкнул Рэй, толкнув одноклассника в грудь и пытаясь усадить обратно на кровать.

— Да пошел ты! — не остался в долгу Шиба, толкнув вампира в ответ и с ненавистью смотря в горящие голубые глаза. Клыки у обоих участников конфликта удлинились, явно давая понять, что миром всё не закончится.

Вторая попытка прорваться к двери оказалась еще более безуспешной. Стоило оборотню толкнуть Рэя в плечо с явным намерением отодвинуть со своего пути и выйти отсюда хоть в чем мать родила, лишь бы подальше от него, как в запястье будто вонзилась сотня иголок. Следующее же, что Шиба увидел, была знакомая белоснежная простыня, в которую его невежливо ткнули носом, профессионально заломив руку за спину. Не согласившись с язвительным заявлением вампира, что лучшим выходом будет оставить его в таком виде до начала уроков, парень вывернулся, удачно пнув противника в голень, и рычащая клыкастая парочка покатилась по кровати, одаривая друг друга тумаками и ссадинами. Неизвестно, кто бы в результате победил, но короткий стук в дверь заставил обоих драчунов застыть в интересной позе, прислушиваясь к шорохам за дверью.

— Рэй, это я! — после еще одной барабанной серии подала голос Кэй, догадываясь, что, возможно, без дополнительных пояснений её не впустят. — Это срочно!

— Прячься! — моментально скатился с почти побежденного противника Рэй и, пригладив волосы, проследил, как тот поспешно скрывается в ванной.

Как бы Шиба ни злился, дураком он не был и, если в коридоре его хоть и ждал позор, мало бы кто узнал, откуда он в таком виде вышел, то тут уже двух вариантов не было. Любопытная вампирша, притащившая его в этот ад, несомненно поймет, что голый парень в комнате собрата после полнолуния и есть тот самый очаровательный щеночек, которого она притащила ему три дня назад. Конечно, не исключено, что ей и так придется рассказать правду, дабы она и сама больше его не трогала, и Хлою отговаривала, но не сейчас же. И не в таком же виде!

— Ох ты ж божечки-носфератушки, кто это тебя так? — сочувственно посмотрела на брата Кэй, разглядывая помятого парня, открывшего дверь. Губа его была разбита, на скуле виднелся синяк, а плечи украшали неглубокие царапины, оставленные не контролирующим себя в ярости оборотнем.

— Об этом мы потом поговорим отдельно, — сдержанно ответил вампир, мрачно посмотрев на молча возвышающегося за спиной сестры Натсуме. — Что ты хотела?

— Шиба еще здесь? Мы его одежду просто принесли, чтоб он от тебя голышом не выбегал, — девушка жалобно заломила бровки, умоляюще смотря на вампира и торопливо зашептав. — Рэй, умоляю, прости, я правда не знала! Мне Натсуме только полчаса назад сказал, а ему Наги не намного раньше. Хлоя ничего не знает, но… Правда, прости. Я же не знала.

— Спасибо, —
коротко выдохнул сквозь клыки вампир, холодно посмотрев на виновато опустившую глаза девушку и, забрав из её рук одежду, молча захлопнул дверь.

— Надеюсь, они там друг друга не поубивают, — грустно вздохнула вампирша. Нет, определенно, это утро было самым суматошным для неё за последние полгода.

— Не переживай, всё будет в порядке. Пойдем лучше на занятия, — тихо усмехнулся Натсуме, уже понимая, что оба находящихся в комнате парня непременно захотят с ним сегодня поговорить. Однако, как бы ему ни хотелось свинтить с уроков, Кэй вряд ли согласится прогулять целый день, так что придется терпеть. С тех пор, как они познакомились, сматываться с уроков стало в разы проблематичней, причем мумий до сир пор понятия не имел, как к этому относиться. Радовало одно: у высокомерного вампира сегодня утро не задалось еще сильнее, чем у него…

========== Часть 7. Навязчивая забота. ==========

— Надо поговорить, отойдем?

Натсуме неохотно приоткрыл глаз, рассматривая подошедшего к нему вампира, тщательно старающегося делать вид, что этот разговор нужен не ему, а собеседнику. Со вздохом оторвав голову от сложенных на парте рук, мумий выпрямился и, демонстративно зевнув, лениво поинтересовался:

— Только с тобой? — как уже говорилось, он не сомневался, что оба придурка захотят с ним поговорить, но всё-таки надеялся, что они догадаются сделать это вдвоем, не тратя на персональные разговоры бесценное время, которое с куда большей пользой можно было потратить на сон.

— Только со мной, — сквозь клыки процедил Рэй и, не дожидаясь ответа, направился к выходу из класса. Пришлось тащиться следом, благо, пустая аудитория отыскалась довольно быстро.

— Слушай, давай не будем тратить время на идиотские вопли на тему того, что ты попытаешься со мной сделать, если я кому-то об этом расскажу? — едва прикрыв дверь, с тоской предложил Натсуме. — Тем более, что Кэй меня уже об этом попросила.

— Дело не в этом. Вернее, не только в этом, — вампир задумчиво покусал губу, хмуря тонкие брови и подбирая слова. — Я знаю, что ты ни с кем почти не общаешься и вообще не особо разговорчивый тип. Да и на статус тебе плевать, как на свой, так и на чужой. Так что я даже не особо переживал, что ты начнешь трепать языком об увиденном. Но спасибо, что сказал. Меня беспокоит кое-что другое.

— И что же? — устало поинтересовался мумий, опираясь на парту и скрещивая руки на груди. Поведение одноклассника его уже слегка настораживало. Они всегда испытывали друг к другу взаимную неприязнь, и лично он не собирался ничего менять. Хотя вернее будет сказать, что это Рэй злобно на него зыркал, фыркал и вообще смотрел свысока. Самому же Натсуме на всё это было глубоко плевать, пусть он и находил это забавным.

— Какие у тебя отношения с Кэй? — так и не придумав, как смягчить формулировку, в лоб спросил вампир, с откровенной неприязнью смотря на опешившего от такого вопроса мумия.

— Кхм. Внезапно. А тебе, собственно, какая печаль? Имеешь на неё виды? — не сразу нашелся, что ответить Натсуме, с прищуром изучая собеседника.

— Нет, но поверь, мне есть до этого дело. Не в плане того, что у меня к ней интерес, а просто… Есть причины, — уклончиво хмыкнул Рэй, которого безумно раздражал сам факт необходимости проводить подобные беседы. Увы, сама увлеченная сестричка вряд ли способна оценить все риски собственного бедственного положения, так что ему придется сцепить клыки и пережить это унижение. Ради неё. — Так что?

— А я вот не вижу ни одной, по которой я должен отвечать на этот идиотский вопрос, — безразлично пожал плечами мумий, недовольно поморщившись. — Если у тебя всё, то я пошел.

— Стой, — окликнул уже направившегося к выходу одноклассника заботливый братец, в ответ на вопросительный взгляд нехотя признавшись: — Я не могу рассказать, почему это для меня важно, иначе Кэй на меня обидится, но… Ладно, скажу как есть. Ты мне не нравишься, и я тебе не доверяю. Не знаю, что ты скрываешь, да и мне, если честно, плевать, но я не хочу, чтобы ты сделал ей больно. Она, наверное, рассказывала про свое невеселое детство? Хотя бы в общих чертах? Ну так вот, дальнейшая её жизнь в перспективе будет не лучше. И, как её близкий друг, я не могу допустить, чтобы к своим уже имеющимся проблемам она добавила еще и твои. Поэтому я… Прошу тебя. Пожалуйста, если есть хоть малейший шанс, что из-за тебя она пострадает, прекрати поощрять её в попытках сблизиться.

— Вау, Его Величество Рэй снизошел до просьб? Жаль, нет свидетелей, чтобы запечатлеть этот исторический момент, — презрительно хмыкнул Натсуме, скривившись. — А почему ты просишь об этом меня? Сам видишь, я к ней с задушевными беседами не лезу. Хочешь, чтобы мы перестали общаться — поговори об этом с ней.

— С ней это обсуждать бесполезно, — поморщился Рэй, взлохматив собственную золотистую челку. — Она упрямая как стадо осликов, и, стоит мне только об этом заикнуться, как она из принципа сделает все наоборот. Поэтому я и пришел с этим вопросом к тебе.

— Хорошо. Я приму твои слова к сведению и прерву с ней всякое общение, если оно станет ей чем-то угрожать. Но при одном условии, — немного поразмыслив, медленно ответил мумий, — ты сейчас расскажешь мне правду о том, почему тебя так волнует её судьба. И не надо меня лечить баснями о детской привязанности, эти сказки можете оба рассказывать другим. Я вижу, что вы не просто друзья, и, если честно, меня жутко раздражает тот факт, что я не могу понять, что происходит. Насчет сохранения тайны не переживай, как ты правильно подметил, я не особо разговорчив и ничего не скажу. Даже Кэй.

— Особенно Кэй, — ворчливо поправил вампир, задумчиво закусив губу. С одной стороны, негоже выдавать то, о чем его настоятельно просили помолчать, но, раз уж без этого не обойтись… — Вообще ты мог бы и сам догадаться, но, так уж и быть, скажу. Она моя кузина. По матери. Мы действительно выросли вместе, потому что после исчезновения её родителей она переехала к нам. Мы с ней очень близки, но, когда она перевелась, не захотела это афишировать, опасаясь, что из-за моей репутации к ней будут относиться соответственно. А она этого не хочет. Сейчас, конечно, все уже поняли, что мы сильно различаемся, но теперь уже и я не особо хочу всё это демонстрировать. Не потому, что стесняюсь, а потому, что так будет для неё безопасней. Я ответил на твой вопрос?

— Вполне, — Натсуме задумчиво потер виднеющийся из-под бинтов подбородок, задумчиво смотря на собеседника. — Если ты еще мне объяснишь, почему ей так нежелательно появляться в вашем высшем обществе, то я даже решу, что последние пятнадцать минут провел не зря.

— А вот ответ на этот вопрос мы сами хотим узнать, — невесело усмехнулся Рэй, снисходительно поясняя: — Полагаю, что это как-то связано с её родителями, но доступа к нужной информации у нас пока нет. И до окончания Академии вряд ли будет. Так что пока остается это принимать как факт.

— А не может так быть, что её родители были обычными преступниками, и ваш аристократический серпентарий просто боится дурной наследственности? — вкрадчиво поинтересовался мумий, озвучив пришедшую ему в голову мысль.

— Сомнительная теория, — подумав, отрицательно мотнул головой Рэй. — Нет, среди нас тоже бывают преступники, но, во-первых, хоть это и ложится несмываемым пятном на весь род, обвинять детей в грехах родителей не станет даже такой поборник семейной чести, как мой отец. Кровь не вода, а внутри нашего класса эта фраза является чуть ли не девизом. Во-вторых, это, конечно, обеспечило бы нам скандал в прессе, но я почему-то уверен, что нам с сестрой память бы стирать из-за этого не стали. Русалки даже не против лишний раз напомнить мировой общественности, что они — единственная избранная и непорочная раса. Так что, хоть у них с нами и весьма тесные взаимоотношения, действовать такими методами они бы стали, только если бы что-то грозило именно их репутации.

— Справедливо. И вполне в их стиле. М-да, даже мне теперь уже интересно, в чём же там всё-таки дело, — протянул Натсуме и тряхнул головой. — Ладно, пойдем обратно в класс. Просьбу я твою понял, и даю слово, что из-за меня твоя сестра не пострадает.

— Рад это слышать, — выдохнул вампир, откровенно радуясь, что неприятный разговор наконец можно считать завершенным и, поспешно пригладив волосы, вышел вслед за одноклассником. Что ж, всё оказалось не так плохо, как он думал. Может, выбранный сестрой парень и был загадочным, эгоистичным молчуном но, если он не соврал, то Кэй с его стороны ничего не угрожает. Знать бы еще, воспринимает ли эта взбалмошная девица своего партнера только как знакомого или испытывает более глубокие чувства, и вообще жить бы стало намного проще.

До конца перемены оставалось минут пять, когда наговорившиеся парни подошли к аудитории. Рэй едва успел затормозить, когда идущий впереди Натсуме резко остановился, видимо, прислушиваясь к доносящемуся из класса разговору. «Вот ведь шпала безобразная», подумал вампир, недовольно покосившись на замеревшего парня. На самом деле, тот был ненамного выше него, но Рэя, и так не испытывающего к нему пламенной любви, раздражала в нем каждая мелочь, включая внешность.

— Да брось, будет весело! — донесся до вампира веселый голос того, кого он бы с радостью самолично похоронил за стеной кампуса, даже не побрезговав ради этого замарать руки низменным физическим трудом. — Хлоя с Наги точно идут, Эрика еще под вопросом, но она вроде тоже согласна. Поедим мороженого, сходим в киношку, я тебе пару лавочек с магическими приколами покажу, тебе понравится. Соглашайся!

— Ну не знаю, — неуверенно выдохнула Кэй. — а Натсуме с Рэем тоже пойдут? Они же тоже мои друзья, будет некрасиво отправиться развлекаться без них.

— Ну, можешь им, конечно, предложить, — моментально скис Шиба, а Рэй с немалым удовольствием представил, как при этом его перекосило, — но я тебе и так могу сказать, что они тебе на это ответят. Они оба вообще не компанейские ребята, и, если даже согласятся, то всю поездку нам испортят своими кислыми рожами. Особенно Рэй. Как же его бесценная репутация перенесет нахождение в нашем обществе?

— Да брось, то, что у вас сегодня произошло не делает его плохим. Подумаешь, небольшое недоразумение вышло, по сути, если тебе и стоит на кого-то злиться, то на меня, — отмахнулась вампирша. — Знаешь, я, конечно, солидарна с тобой, вряд ли они согласятся, но предложить всё равно стоит.

Невольно подслушавший разговор вампир с немалым удивлением покосился на напряженную спину Натсуме, который внезапно резко развернулся и зашагал прочь.

— Эй, занятия вообще-то сейчас начнутся, — слегка удивленно напомнил Рэй проходящему мимо него парню. Странно, что его так выбило из привычного состояния равновесия? Даже бинты, занимающие семьдесят процентов бледного лица, не могли скрыть того факта, что мумий явно не в себе.

— Я не пойду, — даже не остановившись, коротко бросил Натсуме и торопливым шагом скрылся за углом.

Оставшийся в одиночестве вампир лишь пожал плечами. Ладно, это не его дело. Сейчас есть вопросы поважнее. Например, что ответить сестре на предложение, которое в ближайшем времени непременно будет озвучено. Судя по разговору, компания намылилась в город на выходных, что, конечно, похвально, но оптимизма не внушает. С одной стороны, ему будет куда спокойней, если он поедет с ней, да и провести время вместе было бы неплохо. Плюс, приятно будет посмотреть, как эта шавка бесится от одного его вида. Но стоит ли всё это того, что ему придется весь день общаться с плебеями и выслушивать их глупые разговоры? Вот это уже другой вопрос, к решению которого надо подходить со всей серьезностью. Вздохнув, Рэй зашел в класс и практически сразу же наткнулся на болтающих ребят.

— О, мы как раз тебя вспоминали, — рассмеялась Кэй, радостно махнув брату рукой. — Слушай, Шиба тут предложил в город смотаться, ты как, с нами? Он говорит, будет весело, значит, тебе точно нельзя такое пропускать.

— Хм, дай подумать, — вампир с прищуром посмотрел на замеревшего оборотня, в чьих янтарных глазах смешались животный страх и какое-то еще непонятное ему чувство. Рэю стало даже смешно от этого и он, поддавшись внезапному веселью, принял решение. — Знаешь, хоть я и подозреваю, что чувство юмора у этой псины весьма убогое, я, так и быть, согласен поехать. Просто чтобы убедиться в правильности своих подозрений и не дать тебе с ним заскучать.

— Не обижайся, но ты куда милее, когда не пытаешься всех оскорблять, — укоризненно улыбнулась вампирша, покачав головой, — так что постарайся хотя бы во время поездки сдерживаться, а то я тебя покусаю. Но вообще хорошо, что ты согласился, осталось еще Натсуме уболтать, а этот квест, наверное, будет в разы сложнее. Кстати, ты его не видел?

— Видел, — пожал плечами Рэй и, услышав звон колокола, направился к своему месту. — Он куда-то свалил, так что на урок не придет. Не переживай, у тебя еще есть пара дней, чтобы его спросить. А если ты сейчас попытаешься улизнуть из класса, то уже я тебя покусаю.

— Ладно, ладно, сижу на попе ровно и впитываю знания, — проворчала слегка покрасневшая девушка, усаживаясь на свое место и обеспокоенно покосившись на пустую парту своего напарника. Хоть у него и была слава заядлого лентяя и прогульщика, в последнее время они, если и пропускали занятия, то вместе. И тот факт, что он сбежал один и даже не соизволил предупредить, навевал нехорошие мысли. Ладно, если она ему просто надоела, а если что-то произошло?

***

— Ого, что-то случилось? — зашедшая в кабинет доктор Робин слегка удивленно вскинула бровь, увидев на койке знакомый силуэт лежащего парня. — Чего это ты вновь решил тут обосноваться? С Кэй что ли поругался?

— Да нет, с чего Вы взяли? С ней-то как раз всё в порядке, — мумий, даже не повернувший головы, продолжил унылое изучение потолка, тихо вздохнув: — А вот у меня, похоже, проблемы.

— Проблемы по медицинской части? Или просто такие, что ни с кем, кроме меня, их обсудить нельзя? — бодро поинтересовалась миловидная докторша, присаживаясь на стул и подъезжая на нем поближе к пациенту.

— Второе, скорее, — подумав резюмировал Натсуме, скосив глаз на заинтересованную женщину, поощрительно ему кивнувшую. Немного помявшись, юноша со вздохом признался: — Это насчёт Кэй. Мне кажется, она начинает мне нравиться.

— И что же в этом плохого? — вскинула брови доктор Робин, озадаченно склонив голову. — Боишься, что это не взаимно? Или тебя пугает перспектива открыть ей свою тайну, которую при подобном типе отношений скрывать будет невозможно?

— Если бы дело было только в этом, я бы сюда не пришел. Тут намечаются проблемы посерьезней, — парень задумчиво закусил губу, начиная рассказывать. — Во-первых, сегодня меня отловил её сволочной братец и прямым текстом заявил, что у неё в жизни и без меня проблем хватает, так что будет лучше, если я с ней общаться перестану. Собственно, плевать я на его мнение хотел, но пока сюда шел, подумал об этом и пришел к выводу, что, как ни крути, он прав. Если меня поймают, то она тоже попадет под суд за укрывательство государственного преступника. А поскольку, как я понял, русалки и так на неё имеют зуб, то лишний повод посадить её или казнить будет им только на руку. Вряд ли кто-нибудь поверит, что, находясь со мной в отношениях, она ни разу не видела меня без бинтов и не задалась вопросом, почему это я их наматываю, хотя никаких причин для этого нет.

— Занятно. А почему это они её так активно не любят? — женщина побарабанила пальцами по подлокотнику кресла, размышляя. — Кстати, как ты узнал, что Рэй её брат? Сам вычислил или кто разболтал?

— Ну не Кэй же призналась. Я Рэя прижал тем, что без понимания того, с чего это он за неё так волнуется, я и слушать ничего не стану. Вот он всё и выложил, — мумий укоризненно посмотрел на доктора. — А Вы, значит, всё знали и ничего мне не сказали?

— Я умиляюсь твоей логике, — рассмеялась женщина, пожав плечами. — То есть, по-твоему, твою тайну я хранить должна, а чужие нет? Кэй попросила меня об этом не распространяться, я и не говорила. Не понимаю, почему тебя это так удивляет.

— Хм, согласен, вопрос снимается как дурацкий, — неохотно признал Натсуме. — Возвращаясь же к Вашему второму вопросу… Не любят её, как мне сказали, пассивно. Причем причину они оба не знают, но очень хотят выяснить. А всё, что связано с этим делом, почему-то хранится в секрете.

— Что ж, не буду спорить, это веская причина, чтобы держаться от девушки подальше. Для тебя это ведь тоже дополнительный риск. Если наш правящий класс заметит, что она ищет закрытую информацию, то это привлечет к ней нездоровое внимание. И ко всем, кто будет рядом, тоже, — медленно кивнула доктор Робин, откидываясь на кресле. — А еще какие причины?

— А вот вторая причина беспокоит меня куда сильнее, как минимум потому, что предыдущие актуальны уже после выпуска, до которого мы, как студенты, находимся в относительной безопасности, — мумий рывком сел и, как будто с трудом выговаривая слова, глухо произнес: — Сегодня случилось кое-что, что меня, мягко говоря, слегка напугало. Я услышал, как наш одноклассник зовёт её на выходные в город. Вроде ничего особенного, тем более что они собираются группой, и Кэй вроде даже хотела меня позвать, но… Я внезапно почувствовал безумное желание разорвать его пополам, а ей сломать ноги и запереть в своей комнате, чтобы даже не думала ни с кем никуда ходить. С желанием этим я справился, но теперь мне не по себе, если честно. Боюсь представить, что будет, если в следующий раз я не смогу сдержаться и натворю глупостей? Как-то не хочется, чтобы она пострадала из-за моих… Особенностей.

— Мда, беда, — почесала в затылке докторша, с жалостью посмотрев на пришедшего к ней парня. — И что, хочешь сказать, ты это совсем контролировать не в состоянии?

— Ну, раз я пришел один, а Академия не стоит на ушах, пытаясь понять, куда девать труп, значит, всё-таки в состоянии, — язвительно ответил Натсуме, горько усмехнувшись. — Но я начинаю подозревать, что был несправедлив к маме. Если, когда она пыталась меня убить, чувствовала то же самое, то, в принципе, её понять можно.

— Тут ты, конечно, загнул, но твои опасения вполне рациональны. Я, правда, всё равно никак в толк взять не могу, чего ты от меня-то хочешь? Волшебной таблетки, способной вернуть твою взлетающую кукуху на место или доброго совета? Насчет первого сразу разочарую — такого у меня в кабинете не водится. Максимум могу прописать успокоительное, хотя, боюсь, после него ты вообще будешь представлять из себя кубометр дров. Ты и так парень довольно флегматичный, так что как бы от таких препаратов вообще в анабиоз не впал. А совет могу дать только один — поговори с Кэй. Честно и откровенно, ничего не скрывая и не утаивая. Девушка она рассудительная, несмотря на внешнюю беспечность, так что будет лучше, если она о таком узнает сразу и от тебя, нежели окольными путями и собственными силами. А там уже пусть сама решает, нужен ты ей такой проблемный, или проще держаться от тебя подальше. Тем более, что к тайне твоей она подобралась почти вплотную. Не хотела разносить сплетни, но она ко мне на днях забегала, ненавязчиво о тебе выспрашивала и даже высказала предположение, что, возможно, ты и не мумия вовсе. Я тебя не сдала, но имею все основания подозревать, что в ближайшие дни этот вопрос будет задан уже тебе, причем в такой форме, что после этого ты будешь морально унижен и бит сковородкой по лицу. Как я поняла, у этой откровенной девочки любая ложь вызывает обиду и агрессию. А к тебе она уже привязалась и подобное недоверие воспримет как личностное оскорбление.

— Я тоже это заметил, — тяжело вздохнул Натсуме, — но, если честно, понятия не имею, как ей обо всем рассказать. И стоит ли вообще. Мне кажется, я правда с ума схожу. В голове не укладывается, что я столько лет хранил свою тайну, а тут появилась какая-то вампирша, и я на вторую неделю знакомства уже задумываюсь о том, а не рассказать ли ей главный секрет своей жизни, от которого, собственно, эта жизнь и зависит. И ведь, как назло, никакие доводы разума не помогают. Может, я заболел? От чего там у нас резко тупеют?

— От влюбленности, но тут медицина бессильна, — звонко рассмеялась доктор Робин, тепло улыбаясь. — Ты что, правда никогда не влюблялся?

— Никогда, — печально признался мумий, устало растирая ноющую голову. — Ну, то есть, девушки, у меня, конечно, были, против физиологии не попрешь. Но чувств я к ним не испытывал, с чистой совестью стирая память о проведенной ночи и отправляя их восвояси. А тут дело даже не в половом влечении, а в том факте, что я не хочу её никуда отпускать от себя, и чем дальше, тем хуже.

— Тогда с диагнозом я не ошиблась, осталось только придумать, как минимизировать последствия. Как я поняла, твоя раса весьма разрушительна в любви, так что без жертв точно не обойдется, — женщина протянула руку и, весело растрепав жемчужные волосы парня, усмехнулась. — Ладно, давай завязывать с душеспасительными беседами. Ваши подростковые проблемы, конечно, очаровательны, но у меня, помимо них, еще работа есть.

— Хорошо, давайте тогда сюда свое успокоительное, да я пойду, — Натсуме поднялся, размышляя, куда бы он мог пойти, чтобы Кэй его не нашла. Как назло, за время, что они общались, он сдуру ухитрился показать ей все свои основные места, в которых проходил время, так что если девушка действительно задастся целью его найти, то обязательно все их обежит.

— Держи. По три капли каждый день, не больше. Иначе ты вообще в овощ превратишься, — доктор Робин вручила студенту требуемый пузырек и с интересом подняла на него пронзительные синие глаза. — Извини за любопытство, но что ты всё-таки решил? Поговоришь с ней?

— Возможно. Но не сейчас. Сначала, пожалуй, попробую удержать все под контролем, поменьше с ней общаться и вернуть себе душевное равновесие. А там уже посмотрим, если совсем ничего не выйдет, придется рассказать, — криво усмехнулся мумий, подбросив на ладони бутылочку с лекарством и коротко кивнув, — но всё равно спасибо. И за успокоительное, и за совет. Хорошо всё-таки, что хоть с кем-то я могу об этом поговорить. Один я бы уже, наверное, натворил дел.

— Не за что. В конце концов, это моя работа, помогать студентам, пусть даже и не только по медицинским вопросам, — отмахнулась женщина отъезжая обратно к столу, — всё, брысь, мне еще до вечера надо кучу отчетов написать.

Молча кивнув, Натсуме вышел из медпункта и медленно побрел по пустынным коридорам. После разговора с докторшей ему хоть и полегчало, но что-то ему подсказывало, что достигнутого спокойствия надолго не хватит. А еще что выбранный им план действий всё равно провалится. Но попробовать его воплотить обязательно стоит, хотя бы ради того, чтобы потом с чистой совестью скинуть все на вынужденные обстоятельства, а не на собственную дурость.

========== Часть 8. Поездка с последствиями. ==========

— Может, всё же передумаешь? — грустно спросила Кэй, пробегаясь кончиками пальцев по водной глади, большую часть которой покрывал толстый слой ряски.

Они сидели у заброшенного пруда в самом дальнем конце кампуса. Накануне девушке и в голову не пришло продираться сюда сквозь колючие кусты и густые деревья в поисках своего напарника, так что прихваченную сумку сбежавшего парня пришлось отдавать уже перед сном, когда тот соизволил наконец вернуться в общежитие. Причем, с ним явно творилось что-то неладное, потому как, холодно поблагодарив её, он поспешно смылся в свою комнату, не дав вампирше даже задать пару вопросов. А сегодня вообще на занятия не пришел и, если бы она тщательно не обшарила весь кампус, вплоть до этого жутковатого местечка, так бы и сидел тут один.

— Не передумаю, — тяжело вздохнул развалившийся на берегу Натсуме, рассеянно смотря в закрытое переплетающимися ветвями небо. Да уж, вот и как от такой держаться подальше? Она даже здесь его нашла, хотя уж, казалось бы, это место, с первого взгляда, отделено от остальной части территории непроходимой стеной, сквозь которую пронырливая вампирша каким-то образом ухитрилась просочиться, даже не запачкавшись.

— Слушай, извини за вопрос, но… Я тебя чем-то обидела? — в наступившей тишине осторожно поинтересовалась девушка. — Если это так, то прости, пожалуйста, я не хотела. А если просто надоела, то почему бы тебе не сказать этого прямо, без таких вот финтов ушами? Я же говорила, что не обидчивая и, если что, пойму. А вот с чего ты вдруг второй день от меня бегаешь, я не понимаю, хоть убей.

— Да с чего ты взяла, что дело вообще в тебе? — досадливо поморщился мумий, упорно не желая открывать истинные причины своего поведения. — Я вроде сразу предупреждал, что я мрачный, неразговорчивый тип и ни малейшего желания заводить друзей у меня нет. Всё, что мог, я тебе показал-рассказал, на территории ты уже не хуже меня ориентируешься, с учебой у тебя вроде проблем нет, да и друзья, если что, помогут. Так что я просто с чистой совестью вернулся к тому состоянию, в котором пребывал до того, как ты выбрала меня своим напарником. В этом нет ничего сверхъестественного, подозрительного и всего того, что ты уже успела себе напридумывать. Я просто такой и есть.

— Может, ты и прав. Когда ты так объясняешь, вроде всё складно выходит, но меня всё равно не покидает ощущение того, что где-то ты мне врешь. Ну или что-то недоговариваешь, — вздохнула Кэй, поднимаясь и отряхивая руки. — Ладно, дело твое. Раз уж ты так настаиваешь на неприкосновенности своего личностного пространства, то не буду больше навязываться. Я и так себя уже дурой чувствую.

— Кэй, не передергивай, — поджал губы Натсуме, укоризненно скосив на неё глаз. — Я же не сказал, что вообще общаться не хочу, иногда мне даже нравится с тобой поговорить. Но иногда хочется и одному побыть. Ты и так ворвалась в мою скромную отшельническую жизнь, как пьяный тролль в алхимическую лабораторию. Ничего удивительного, что мне сложно быстро перестроиться на новый темп жизни. Хотя это всё равно не значит, что, если я общаюсь с тобой, то горю желанием вливаться в вашу дружную компашку.

— У меня от тебя уже мозг вскипает, — ворчливо пожаловалась вампирша, присаживаясь рядом с лежащим парнем. — То ты хочешь, чтобы я была рядом, то чтобы оставила в покое. Ты уж определись со своими желаниями, а то, может, в твоей голове всё и удачно складывается, а вот в моей от такой болтанки происходит разрыв шаблона.

— Скажем так, я предпочитаю быть один, но, когда ты меня находишь, я почему-то совершенно не против побыть вдвоем, что для меня самого тот еще шок. Только, пожалуйста, давай не будем это больше обсуждать, а то наши разговоры в последнее время начинают напоминать выяснения отношений давно женатой пары, — тихо рассмеялся мумий и переполз поближе, устраивая голову на коленях слегка опешившей девушки. — Давай ты мне лучше что-нибудь расскажешь, а я просто полежу и послушаю.

— Например, что? — помедлив, уточнила Кэй и осторожно провела пальцами по шевелюре прикрывшего глаз напарника. Тот не протестовал, лишь едва заметно вздрогнув, и тут же расслабился.

— Не знаю, о чем угодно. Сам я говорить не особо люблю, но слушать тебя мне уже даже нравится, — умиротворенно выдохнул Натсуме, чувствуя, как его ненавязчиво поглаживают по голове, и неохотно признавая, что ему это возмутительно приятно. — Например, о своей прошлой школе или о том, что ты планируешь делать после выпуска. Что в голову придет.

— Ну, насчет того, что делать после выпуска, я еще сама не придумала, а про школу, — вампирша призадумалась, рассеянно пропуская между пальцев мягкие прядки жемчужного цвета волос. — Что ж, раз ты попросил, то слушай…

***

На следующее утро, едва только луна показалась на горизонте, у ворот Академии уже стояли все ребята, собравшиеся в город. Вернее, почти все. Не хватало только зачинщика всего этого мероприятия, которого все терпеливо ждали уже минут десять.

— А он нам вообще нужен? — ворчливо поинтересовался Рэй без своей привычной, идеально выглаженной формы выглядевший довольно необычно. Особенно с простой растянутой водолазкой и потертыми джинсами контрастировали неизменные белоснежные перчатки, с которыми вампир никогда не расставался. — Может, он вообще не придет, а мы только время теряем?

— Он придет, Наги к нему с утра заскакивал и специально разбудил, — усмехнулась Эрика, с лукавым прищуром склонив голову. — Чего ты вечно на него ругаешься? Можно подумать, ты развалишься, если подождешь несколько минут.

— Я не ругаюсь, — фыркнул парень, недовольно поджав губы. — Я просто не понимаю, как он ухитряется всегда опаздывать. Неужели так сложно научиться пользоваться таким простым изобретением, как часы?

— Да брось, мы же никуда не торопимся, — отмахнулась демонесса и переключилась на задумчиво изучающую ворота Кэй. — А ты что такая пришибленная? Жалеешь, что не смогла уболтать своего перебинтованного друга поехать с нами?

— Да нет, просто задумалась и немного не выспалась, — тихо рассмеялась вампирша, покачав головой, — хотя, слушая ваши разговоры, начинаю понимать, почему он отказался ехать. Вы с Рэем и поодиночке те еще ехидны, а вдвоем так вообще атас.

— Как будто сама не такая, — заливисто расхохоталась Эрика, с интересом подавшись вперед. — Кстати, открой страшную тайну, о чем с Натсуме вообще можно столько времени разговаривать? Он же за всё обучение в Академии сказал максимум пару тысяч слов. Ты его чем-то околдовала или просто работаешь в режиме монолога?

— Что за глупости? Да, он не особо общительный, но иногда рассказывает очень интересные вещи. А в целом я даже затрудняюсь ответить, о чем конкретно мы болтаем, просто обо всем на свете наверное… — пожала плечами Кэй и, прищуриваясь, всмотрелась в сторону главного здания, расплываясь в улыбке. — О, а вон и Шиба бежит.

— Извините, я совершенно забыл, в какие штаны положил кошелек, так что пришлось аж до самого леса пробежаться, — скороговоркой выпалил запыхавшийся оборотень, подбегая к ожидающим его ребятам и стараясь отдышаться.

— Ты что, трансформироваться с кошельком ходишь? — моментально заинтересовалась любопытная демоница. — И как ты ухитрился вернуться в Академию без штанов?

— Эм… Ну… — моментально покрасневший до ушей Шиба опасливо покосился на застывшего каменным изваянием вампира и неумело соврал: — Я, наверное, просто в чужих ушел. У нас иногда такое бывает, тем более я тогда торопился…

— Плевать, — оборвал его сбивчивые объяснения Рэй, сверля втянувшего голову в плечи парня уничтожающим взглядом. — Давайте уже выдвигаться, мы всё-таки собрались на прогулку, а не на семинар о подробностях жизни самых бестолковых существ на планете.

— Поддерживаю, — торопливо вставила Кэй, не дав еще более заинтересовавшейся такой реакцией подруге и рта раскрыть. — Кстати, может меня кто-нибудь просветит, какая у нас программа на этот день, и есть ли она вообще?

— Ну, я предлагаю прогуляться по городу, Эрика хочет пройтись по магазинам, да и я хочу кое-чего прикупить. Можем в кино сходить, а ближе к вечеру в баре посидим, отметим, наконец, пополнение в наших стройных рядах, — беспечно отмахнулся оборотень, направляясь к станции. — Короче, по ходу что-нибудь придумаем.

— А в баре… Мы будем пить алкоголь? — впервые за все утро подала настороженный голос Хлоя. — Я просто никогда не пробовала, и не уверена, что мне стоит…

— Не переживай, мы с тобой совсем чуть-чуть выпьем, просто чтобы попробовать, — ободряюще улыбнулся ей Наги. — Я тоже никогда не пил, но мне кажется, что это будет интересный опыт.

— Не бойтесь, даже если вы напьётесь в сопли, мы с Шибой в самом невменяемом состоянии всегда добирались до Академии, ни разу никого не потеряв, — рассмеялась демонесса. — А вампиры что скажут? Учтите, отказ не принимается.

— Тогда зачем было спрашивать? — философски пожал плечами Рэй, усмехнувшись. — Но, в целом, я не против. Если в этом вашем баре подают хорошее вино или хотя бы средней паршивости портвейн, то я в деле.

— А мне все равно, — безразлично призналась вампирша, пытаясь представить, как себя будет вести её захмелевший братец, — но, раз пошла такая история, то сидеть единственной трезвой в вашем зоопарке я не хочу, так что присоединяюсь.

— Вот и славно, — хлопнул в ладоши Шиба, расплывшись в клыкастой улыбке. — Тогда сначала культурная программа, а потом в бар!

Как ни странно, первая поездка в город для обеих новеньких оказалась воистину полной веселья и новых впечатлений. Хлоя невольно прижималась к Наги, с восторгом рассматривая оживленные улочки выходного города, а менее пугливая Кэй весело болтала с Эрикой, Шибой и Рэем, который сегодня даже воздерживался от прямых оскорблений своих спутников. Правда, он неоднократно ехидно прохаживался по интеллекту оборотня, но, благодаря девушкам, эти комментарии оставались без ответа, и поездки они не испортили. Спустя несколько часов после приезда ребята наконец добрались до кинотеатра, в котором, несмотря на середину выходного дня, на удивление было не так уж много народу. И вот тут как раз мнения разделились.

— Я пас, — сразу категорично заявил Рэй, едва увидев афишу заинтересовавшего остальных фильма. — Я лучше вас в ближайшей кафешке подожду, чем буду засорять свой мозг подобной ерундой.

— Я, наверное, тоже воздержусь, — поддакнула его сестрица, забавно сморщив носик. — Не люблю я такие заезженные темы, тем более от всей этой романтики у меня всё чесаться начинает. Неужели за всю историю кинематографа не смогли придумать любовной линии поинтересней, чем сопливая драма о высоких отношениях вампира и русалки? Это же уже сто раз обсосанная тема, неужели кто-то из вас верит, что там покажут что-то новое?

— Ну не знаю, мне нравятся романтичные фильмы, — пожала плечами Эрика. — В них есть что-то такое, чего в нашем мире катастрофически не хватает. Ладно, вы просто зануды, с вами всё понятно. Наги с Хлоей точно идут, они, собственно, ради этого сюда, в основном, и приехали, а ты, Шиба? Пойдешь с нами?

— Хм, пожалуй, нет, — оборотень настороженно покосился на кассира, будто опасаясь, что тот сейчас выпрыгнет из своего окошечка и насильно затащит его в кинотеатр. — Я как-то на подобный фильм с бывшей девчонкой пошел, так меня через десять минут выгнали за то, что я храпел на весь зал. Повторять эксперимент как-то не хочется, так что лучше я пока в магазин волшебных фокусов наведаюсь.

— Кошмар! Меня окружают исключительно бесчувственные, циничные вампиры… и оборотни! Ну и оставайтесь тут, черствые создания, а мы пойдем окунемся в мир романтики и нежности без вас! — топнула ножкой демонесса и, схватив за руки невидимку с зомби, потащила их в конец очереди.

— Как думаете, она догадается взять билет подальше от них или нет? — задумчиво поинтересовалась у спутников Кэй, провожая удалившуюся троицу взглядом. — Она ж им всё свидание испортит…

— Эрика-то? — хмыкнул Рэй, паскудно ухмыляясь. — Поверь, она туда пошла вовсе не ради фильма. Сейчас она охмурит кого-нибудь в очереди или в холле и весь сеанс проведет, увлеченно целуясь на задних рядах с каким-нибудь бедолагой. Так что не сомневайся, наша невинная парочка следующие два часа будет предоставлена исключительно самой себе.

— Это если она не отколется от них еще раньше, совратив какого-нибудь продавца попкорна, — фыркнул Шиба. — Ладно, давайте лучше думать, как убить два часа до их возвращения.

— А что тут думать? — пожала плечами вампирша. — Кто-то обещал мне мороженое и магазины, вот с этого и начнем.

Последующие пару часов и правда пролетели незаметно. Ребята, вдоволь налакомившись волшебным, переливающимся всеми цветами радуги мороженым, устроили девушке незабываемую экскурсию по всевозможным лавочкам и магазинам, попутно затариваясь заинтересовавшими их вещами. Причем, поскольку у обоих парней были диаметрально противоположные вкусы, прогулка оказалась необычайно интересной и разнообразной. Увлекшаяся компашка едва не пропустила условленное время, добежав до кинотеатра, когда большая часть посетителей уже вышла. Выслушав ехидные комментарии Эрики, почти полностью повторяющие утренние высказывания Рэя по поводу неумения пользоваться часами, ребята, как и планировали, направились в сторону бара, выбранного оборотнем и демонессой как наиболее нейтральное для предстоящих посиделок место. Спорить никто не стал, потому как из всех них у этих двоих был наибольший опыт по посещению подобных заведений. И, как ни странно, они не прогадали. Даже придирчивый Рэй был вынужден признать, что, хоть выбранный барчик и не блистал изысканной роскошью привычных ему ресторанов, находиться в нем было одно удовольствие. Да и ассортимент не подкачал. Самые сдержанные Наги и Хлоя по совету Эрики взяли себе какие-то мудреные сладкие коктейли, более привыкшие к алкоголю Эрика с Шибой мгновенно заказали себе огромную батарею небольших шотов крепкого алкоголя, для вампира в закромах заведения нашлось дорогущее вино, очевидно, в силу впечатляющего ценника до сих пор никем не выпитое, а его любопытная сестра заказала себе какую-то непонятную ядрёную смесь, персонально продиктовав озадаченному бармену, что и в каких пропорциях смешивать. И понеслось…

В общежитие ребята добрались, когда луна уже давно скрылась с небосвода, с трудом отыскав в темноте знакомые ворота Академии. Самый трезвый из всех Наги откровенно опасался, что их шумную компанию вообще не пустят на территорию, оставив до утра трезветь снаружи. Но, к счастью, пронесло. Тем более, что, судя по шуму, доносящемуся со стороны общежития профессоров, они тоже были не дураки весело отметить конец недели. Так что пьяные вокальные упражнения расшалившихся вампирши и демонессы вроде даже прошли не замеченными. Но больше всего радовало невидимку то, что в его руке покоилась узкая ладошка хихикающей Хлои, наблюдающей за тем, как впереди идет забавная конструкция из оборотня и вампира, поминутно пошатывающаяся и спотыкающаяся через шаг. Вернее, на ногах с трудом удерживался лишь один участник этого тандема, а второй с несвойственным ему терпением буксировал пьяное тело, борясь с желанием закинуть его в ближайшие кусты и с чистой душой отправиться спать.

— Слуууушайте, а давайте тут посидим, чего мы в этой душной общаге вообще забыли? — заплетающимся языком предложила Эрика, плюхаясь на стоящие у общаги скамеечки и довольно улыбаясь. — Давно я так хорошо не отдыхала.

— А давай, я спать все равно не хочу, — менее пьяная, но не менее довольная Кэй примостилась рядом, с наслаждением вытянув гудящие после целого дня ходьбы ноги.

— Нет, мы, наверное, всё-таки спать пойдем, — вежливо улыбнулся невидимка, подозревая, что на простых посиделках фантазия нетрезвых девиц вряд ли остановится. Заметив, что от его слов сжимающая его руку зомби густо покраснела, парень поспешно пояснил: — Ну, в плане, я Хлою провожу и сам спать пойду. В смысле.

— Да мы поняли. А ты шалууун, — протянула демонесса, огласив окрестности громогласным хохотом, — а с виду такой приличный-приличный…

— Эрика, заткнись, — устало огрызнулся Рэй, с трудом удерживая Шибу в вертикальном положении и смотря, как укоризненно покачавший головой Наги уводит Хлою внутрь здания. — Кэй, тебе я тоже настоятельно рекомендую отправляться спать.

— Все нормально, мы немного посидим и тоже спать пойдем, — успокаивающе улыбнулась девушка брату, весело подмигнув и кивая на силящегося сфокусировать взгляд оборотня. — Ты это тело-то хоть до комнаты дотащишь? Или тебе помочь?

— Справлюсь как-нибудь, — вздохнул вампир и направился к дверям, напомнив: — Вы тоже не засиживайтесь. И постарайтесь не перебудить весь кампус своими воплями.

Однако, зайдя в корпус под заливистый смех подружек, Рэй задумался о том, а не переоценил ли он свои силы. На ходу засыпающий Шиба был явно не в состоянии подниматься по лестнице, даже с чужой помощью. Немного поразмыслив, вампир попрощался с остатками репутации и подхватил оборотня на руки, молясь, чтобы никто не увидел его позора. Как назло, из холла на этаже его одноклассника доносился не менее пьяный, чем снаружи смех, разве что мужской кампании. Мысленно обругав несчастных алкашей, не умеющего пить оборотня, общительную сестрицу и собственную дурость, Рэй почти бегом поднялся на этаж выше и, прислонив свою ношу к стенке, ухватился за ручку двери в собственную комнату, но открыть её не успел.

— Не надо, — раздался рядом хрипловатый глухой голос, и обалдевший от такого поворота вампир, почувствовал, как его ухватили за ворот водолазки, припечатав лопатками к спасительной двери. С трудом удерживающий равновесие оборотень внимательно смотрел на него совершенно отсутствующим взглядом.

— Не надо, так не надо, — покладисто согласился вампир, размышляя, а не сломать ли ему обнаглевшую руку, прижимающую его к двери, — только воротник мой отпусти, и я спать пойду. А ты делай, что хочешь.

— Не надо… — уже совсем с другой, какой-то жалобной интонацией повторил Шиба и, внезапно подавшись вперед, впился поцелуем в губы выпучившего глаза парня. Рэй даже не сопротивлялся, в панике уставившись на озабоченного одноклассника, который, быстро потеряв к нему интерес, невозмутимо развернулся и, пошатываясь, побрел прочь.

— В задницу такие приключения, — сдавленно выдохнул Рэй, нашаривая за спиной ручку двери и поспешно захлопывая её за собой с твердым намерением больше никогда не покидать безопасную комнатку. Хоть он и прожил немало, даже в страшном сне ему в голову не могло прийти, что самым страшным в его жизни может оказаться пьяный оборотень. А бояться там было чего…

========== Часть 9. Незнание - сила. ==========

Следующее утро для Кэй оказалось полно сюрпризов, перемешанных с последствиями бурно проведенной ночи и неизменным похмельным синдромом, сопровождающим любого нетрезво отдохнувшего студента. Как она добралась до своей комнаты, помылась и переоделась, девушка уже не помнила, запечатлев в памяти лишь удаляющуюся спину брата и заливистый хохот Эрики. С трудом приведя себя в порядок, вампирша прихватила сумку с учебниками и, немного подумав, направилась сперва в столовую, дабы хоть немного перекусить и избавиться от отупляющей боли, плотным кольцом опоясывающей голову. К её неудовольствию, там уже расположилась часть её вчерашних собутыльников, весело что-то обсуждающих. Немного помедлив, девушка взяла себе легкий завтрак и подсела к друзьям, с трудом удержавшись от желания моментально заткнуть уши.

— Ну ты, подруга, даешь! — чуть ли не на весь кампус восхищенно заорала Эрика, крепко обнимая подругу за плечи. Впрочем, возможно, она говорила, лишь
едва повышая голос, но Кэй в этот момент казалось, что она слышит даже топот муравьев, снующих снаружи Академии. Проигнорировав кислую морду похмельной подруги, демонесса торопливо продолжила мысль. — Беру свои слова назад, Натсуме у тебя, конечно, парень что надо, даже обидно, что я его не разглядела, а вот ты как-то смогла. А жаль…

— Это да, — мягко улыбнулась мечтательно вздохнувшая Хлоя. — Я даже не знала, что он такой сильный и романтичный… Потрясающий парень.

— Вы вообще о чем? — закашлялась Кэй, поспешно отставляя стакан с соком и торопливо пытаясь припомнить, когда это в их вчерашние приключения успел вписаться вышеупомянутый мумий.

— Полагаю, о том, — непривычно ехидно пояснил Наги, недовольно покосившись на смутившуюся зомби, — как он вчера избил трех парней у общаги.

— Ну уж прям-таки избил, — фыркнула Эрика, поморщившись и, заметив ошарашенно вытянувшееся лицо подруги, поспешила её успокоить: — Да ты не переживай, ему за это ничего не будет. Все же видели, что они первые начали, тем более, что он, в отличие от них, был трезвый. Да и, если что, мы сами подтвердим, что они к нам приставали, а Натсуме нас как бы спас.

— Но я… ничего подобного не помню, — в ужасе выдохнула вампирша, мысленно зарекаясь вообще когда-либо пить. — И все это видели?!

— Ну, не все, но те, кто не спал, точно это шоу не пропустили, — даже не подумав как-то пощадить чувства девушки, кивнула демоница. — Ещё бы, выходит наш молчаливый роковой красавец из здания, с легкостью раскидывает этих трех придурков, как в дешевых боевиках, и уносит тебя на руках в общагу. Сценаристы всех любовных фильмов обрыдались бы от такого сюжета, а ты, значит, даже ничего не помнишь? А я-то надеялась выспросить у тебя подробности продолжения этой истории…

— Ой, мамочки, — Кэй горестно обхватила голову руками, тихо застонав. — Он меня убьет…

— Что-то я в этом сомневаюсь, — хитро усмехнулась Эрика, — если бы он хотел тебя убить, то сделал бы это сразу, так сказать, не отходя от кассы. И уж точно не вписался бы во всю эту авантюру, больше напоминающую бульварный роман.

— Да я не об этом, — девушка поспешно взялась за бутерброд, заранее пытаясь подобрать слова для предстоящей сцены раскаяния. — Он же терпеть не может, когда к нему приковано внимание, а тут такое… Блин, надо поскорее его найти и извиниться. Вряд ли, конечно, поможет, но вдруг он мне хотя бы не с ходу голову оторвет…

— Кстати, как ты всегда ухитряешься его находить? — не удержавшись, полюбопытствовала Хлоя. — Эрика говорит, Натсуме как таракан, всегда забивается в самые необычные места, и только ты его можешь разыскать.

— В этом и весь смысл. Надо просто представить место, куда никто в здравом уме не пойдет, и поискать там, — дожевывая, проворчала Кэй, подрываясь с места. — Всё, я побежала, если завтра на занятия не приду, то ищите мой труп за пределами кампуса.

Вопреки собственным словам, первым делом вампирша направилась вовсе не в потаенные уголки кампуса, а начала свои поиски с самой банальной комнаты в общежитии. Отчасти потому, что уж там её напарника никому не придет в голову искать, а отчасти потому, что в глубине души она невольно пыталась оттянуть момент встречи. Да, ей и правда чертовски хотелось увидеть привычную жемчужную шевелюру, насмешливый прищур сине-зеленого глаза, виднеющегося из-под бинтов, и кривую улыбку, играющую на изящных губах, но все это меркло в сравнении с тем, что ей предстояло выслушать после подобной выходки. Ей ещё сильно повезет, если после всего этого мумий вообще согласится с ней когда-нибудь разговаривать.

— Кэй! — донесся до несущейся по коридорам мужской половины общежития вампирши обрадованный вопль, и кто-то резко схватил её за руку, затащив за раскидистый фикус. — Хвала богам, ты сюда пришла!

— Тьфу ты, Шиба, напугал, — девушка тихо выругалась, с облегчением смотря на помятого, но вполне живого участника вчерашней попойки. — Ты чего тут по кустам партизанишь?

— Я вчера такого натворил, что даже признаваться стыдно, не то чтобы из корпуса выходить, — со вздохом признался сникший оборотень, внимательно вглядываясь в лицо собеседницы. — Ты с Наги сегодня виделась?

— Да, они с Эрикой и Хлоей в столовой сидят, — удивленно вскинула брови Кэй, с подозрением уточнив. — А что?

— Да я такую глупость совершил, что Наги меня теперь, наверное, ненавидит, — Шиба, шкодливо втянувший голову в плечи, слегка замялся и неохотно признался: — Я, кажись, того… Хлою поцеловал…

— Чего?! — с трудом подобрала отпавшую челюсть вампирша, ошарашенно расширив глаза. — Ты в своем уме? Когда ты вообще успел? Они же с Наги ушли раньше, чем тебя Рэй до комнаты дотащил. Ты что, пьянь бессовестная, потом еще по женской части общаги поперся бродить?!

— Да вроде нет… — неуверенно выдохнул парень, нахмурив лоб и усиленно пытаясь сложить воедино ускользающие воспоминания прошедшей ночи. — Стоп, если они ушли раньше, то с кем же я тогда целовался?! Я подумал на Хлою, потому что все, что запомнил, это испуганные голубые глаза, мягкие губы и… В общем-то всё. Ну, и ту часть, как я по лестнице скатился, но это уже отношения к делу не имеет. Поцелуй точно был раньше.

— Вот я в этом вопросе тебе точно не помощник, — цокнула языком девушка, покачав головой. — Это лучше вообще у Рэя спрашивать. Мало ли он, пока тебя до комнаты тащил, отвлекся на что-то… Не знаю, короче, все вопросы к нему.

— Слушай, а может, лучше ты у него спросишь? — с надеждой воззрился на девушку страдающий провалами в памяти Шиба, умоляюще сложив руки. — Ну пожалуйста, он меня и так терпеть не может, а я еще вчера ему проблем доставил, так он меня как только увидит, морально уничтожит. И даже может в голову дать, а она у меня и так после вчерашнего экстремального спуска не особо хорошо соображает. Тебе же ничего не стоит с ним поговорить и аккуратно выспросить, перед кем, кроме него, мне стоит извиняться за учиненное безобразие.

— Хорошо, я у него спрошу, — закатила глаза Кэй, втайне радуясь, что разговор с напарником можно с чистой совестью отложить. — Кстати, ты Натсуме не видел?

— Видел, — охотно поделился имеющейся информацией оборотень. — Он примерно час назад куда-то ушел и до сих пор не возвращался. Но, если я его еще встречу, то обязательно передам, что ты его искала.

— Знаешь… Лучше не стоит, — подумав, отрицательно мотнула головой девушка. — Боюсь, если он узнает, что я его ищу, то вообще исключится из Академии, и больше мы никогда его не увидим. Ладно, стой здесь, я быстренько сбегаю к Рэю и вернусь.

Оставив сокрушающегося парня страдать под фикусом, Кэй торопливо взлетела по лестнице и настойчиво забарабанила в дверь брата. Как ни странно, в этот раз Рэй не торопился отпираться, лишь спустя минуты три наконец распахнув дверь и представ во всем великолепии похмельного синдрома.

— А, это ты, — хрипло пробормотал он, пропуская сестру внутрь комнаты и все еще нетрезвым шагом добредая до кровати, на которую рухнул плашмя, тут же закрывая глаза. — Что-то срочное?

— Да не очень, — растерянно выдохнула вампирша, оглядывая непривычный интерьер обычно идеально прибранной комнаты. Судя по всему, вчерашнего Рэю показалось мало, о чем свидетельствовали две недопитые бутылки вина на столе и треснутый бокал. — Ты что, вчера еще и в одиночку догонялся?

— Сложный вопрос, — заторможенно ответил вампир и, поморщившись, перевернулся на спину, растирая виски. — Отчасти вчера, отчасти сегодня. Я просто никак не мог уснуть, размышлял… о всяком… В общем, я так толком и не поспал, так что, если хочешь что-то обсудить, то давай лучше завтра. Что-то мне совсем нехорошо…

— Еще бы, столько в одно жало выпить, конечно, плохо будет, — вздохнула девушка, проворно прибираясь на столе и с сочувствием поглядывая на бледно-зеленого родственничка, оттенком лица напоминающего свежий салат. — Ты вчерашнюю ночь помнишь вообще?

— Такое забудешь, — еле слышно проворчал Рэй, с опаской скосив глаза на сестрицу. — Ну помню, а что?

— Тогда, может, расскажешь, с кем вчера Шиба ухитрился засосаться, пока ты его вел до комнаты? — полюбопытствовала Кэй, убрав мусор и присаживаясь у кровати больного. — А то у этого пьяного склеротика в воспоминаниях только прекрасные голубые глаза, мягкие губы и неистребимое чувство вины. А под такие параметры четверть Академии подходит, не извиняться же ему перед всеми голубоглазыми студентками. Тем более, что ты-то уж должен знать, кто из девчонок вчера на мужской половине тусовался.

— Не должен, — неожиданно резко огрызнулся вампир, отворачиваясь. — И ничего я не знаю, отстань. Мало ли где эта псина отметиться успела, я ему не нянька.

— Но это же ты вчера его до комнаты дотаскивал, значит… — и тут в голове девушки что-то щелкнуло, и она осеклась на полуслове, расплывшись в ухмылке. — Рэээээй. А я, кажется, догадалась, кого это такого голубоглазого Шиба вчера поцеловал, и твоя реакция косвенно это подтверждает. Признавайся, это то, о чем я думаю?

— Понятия не имею, о чем ты думаешь, у тебя в голове вечно демоны совокупляются, так что это наверняка опять какие-нибудь глупости, — буркнул Рэй, чувствуя, как к щекам приливает кровь, и мысленно расчленяя не умеющего пить одноклассника на тысячу маленьких оборотней. Вот ведь шавка тупая, он тут, значит, всю ночь не спит, пытается понять, как ему теперь в глаза смотреть, а этот гад даже ничего не помнит, еще и плещет языком на каждом углу, что с кем-то целовался?! Убил бы!

— Вовсе не демоны, а очень даже миленькие вампир и оборотень. И не совокупляются пока что, а просто целуются, — потыкав брата в плечо, весело рассмеялась Кэй. — Ну давай, признавайся. Очисти, так сказать, совесть. Ты же из-за этого всю ночь не спал и пьянствовал в одиночку?

— Да, из-за этого! — вампир зло обернулся, краснея еще сильнее. — Кто же знал, что эта пьянь ничего не помнит?!

— М-да, беда. Он же теперь не угомонится, пока не выяснит, а когда окажется, что все опрошенные девушки к этому отношения не имеют, то быстро догадается, к кому на самом деле приставал, — тихо усмехнулась вампирша, ласково погладив брата по золотистым волосам. — Только объясни, пожалуйста, почему тебя это настолько выбило из равновесия? Насколько я помню, с парнями ты тоже мутил, но никогда из-за этого так не страдал. Тем более из-за мимолетного поцелуя по-пьяни. Или это опять мифические переживания по поводу загубленной репутации?

— На репутации моей уже давно можно крест ставить, начиная с того момента, как ты сюда перевелась. С того дня всё и пошло по наклонной. Я из-за этого уже даже не особо переживаю и принимаю с философским смирением, — грустно вздохнул Рэй, растирая припухшее лицо. — Если честно, я и сам не могу понять, в чем дело. Вот вроде я знаю, что он конченый идиот и придурок с глупыми шутками, но с того утра никак не могу выбросить его из головы. А после вчерашнего так вообще только о нём и думаю. Причем исключительно о том, какая он сволочь, но самого факта это не отменяет. А еще меня жутко напрягает то, что, если бы он вчера сам всё не прекратил и не ушел, то не исключаю, что я бы одним поцелуем не ограничился, и сегодня он бы проснулся у меня в комнате по куда более прозаическим причинам. И вот это уже тянет на небольшой конец света, потому что нам потом еще вместе учиться, а традиционно переспать с ним и с чистой совестью отправить восвояси вряд ли получится.

— Да уж, он не твои пустоголовые фанатки, и на подобное обращение отреагирует, скорее всего, крайне негативно. Тем более, что, как я поняла, он-то парней в таком плане не рассматривает, — задумчиво почесала подбородок Кэй, размышляя, что же можно посоветовать в такой ситуации. — Прости за вопрос, но у тебя к нему просто неконтролируемое половое влечение, или… Кхм. Более глубокие чувства?

— Какая разница? Я об этом как раз всю ночь и думал. Хотя значения это не имеет, сама понимаешь, при моем положении даже сама мысль о чем-то подобном с каким-то низкоклассовым оборотнем полнейший абсурд.

— Тем не менее ты эту абсурдную мысль уже не первый день думаешь, — резонно возразила сестра страдающего морально и физически вампира. — Не знаю, может, я, конечно, сейчас полную глупость скажу, но я бы на твоем месте попробовала. Хотя бы просто присмотреться к нему поближе, пообщаться. Возможно, раз уж он тебя так раздражает, то после этого ты и вовсе к нему интерес потеряешь?

— Ага, а если наоборот? Я же не переживу такого позора, — Рэй зажмурился и тихо застонал, схватившись за лоб, в середину которого девушка прописала ему звонкий щелбан.

— Во-первых, ничего позорного в том, что тебе кто-то понравился, я не вижу. Даже с учетом того, что это парень низкого класса. Во-вторых, до конца обучения ты спокойно можешь встречаться с тем, с кем захочешь, а там уже мало ли что может случиться. А, в-третьих, — Кэй ехидно усмехнулась и поднялась с кровати, — я бы на твоем месте беспокоилась совсем о другом. Например, о том, что будет, если Шиба тебя банально отошьет. И вот это уже действительно будет позорище. Ладно, мне пора. Твоему объекту роковой страсти я передам, чтобы перестал будоражить общественность дурацкими вопросами и вечером заглянул к тебе. Надеюсь, ты до вечера приведешь себя в нормальное состояние? А то на всех свысока смотришь, а сейчас выглядишь как распоследний подзаборный алкаш, даром что аристократ. Проспись, проветри комнату, переоденься и заканчивай хандрить. Не знаю, как Шиба, но я бы от поклонника в таком виде, как ты сейчас, убежала бы после первых же слов, сопровождающихся сногсшибательным перегаром. Хотя и забавно, даже не знала, что для того, чтобы смыть с тебя весь великосветский лоск, достаточно простой легкой влюбленности. Всё, до завтра, Шибу пришлю часам к девяти.

Поспешно шмыгнувшая за дверь девушка даже не стала слушать ворчливых оправданий и споров, грозивших затянуться до вечера. Да уж, кто же знал, что вчерашняя прогулочка обернется такими последствиями для всех её участников? Ну ладно, не для всех, но для половины точно. Эрику вообще сложно чем-то пронять, а Наги с Хлоей вроде выглядят вполне счастливыми. Зато остальные погуляли, так сказать, с размахом. И это она здесь еще и месяца не проучилась, что же будет дальше? Неторопливо размышляя на эту тему, Кэй спустилась на этаж ниже и, без труда отыскав всё так же сидящего за фикусом оборотня, честно передала ему всё, что требовалось. Обрадованный парень, конечно, слегка удивился тому, что Рэй соизволил сам снизойти до диалога, но спорить не стал. Всё равно перед ним тоже следовало бы извиниться. К счастью, занятый своими проблемами, он не забыл упомянуть о том, что Натсуме пять минут назад вернулся и вроде как больше из своей комнаты не выходил. Поблагодарив одноклассника за информацию, вампирша с тяжелым сердцем направилась в сторону подсказанной двери, даже приблизительно не представляя, с чего можно начать диалог. С благодарностей за защиту или всё-таки с извинений? Или ей вообще и слова сказать не дадут, захлопнув дверь перед самым носом, едва завидев, кто стоит на пороге? Особо неприятно было то, что изредка проходящие по коридорам парни как-то подозрительно на неё косились и спешили убраться с дороги. К счастью, это была наименьшая из терзающих её проблем. С трудом заставив себя постучаться в заветную комнату, девушка слегка струхнула, когда почти сразу же открывший дверь напарник вопросительно вскинул бровь, изучая пришедшую к нему подопечную подозрительно спокойным взглядом.

— Что-то случилось? — нарушив повисшую неловкую паузу, поинтересовался он, скрестив руки на груди и опираясь плечом на косяк. Судя по виду, он на неё ничуть не злился, но, зная, как мумий умеет держать лицо, это ещё ни о чем не говорило.

— Нет. То есть да. То есть… Мы можем поговорить? — неразборчиво промямлила девушка, виновато опуская глаза. Пусть даже она ничего не помнила, судя по рассказанному, случилось и еще как. — Только не здесь. А то тут на нас все пялятся, и меня это немного напрягает.

— Ночью тебя это почему-то не смущало, — хмыкнул Натсуме и, бегло оглядев несколько и правда заинтересованно посматривающих на них парней, чуть отодвинулся, жестом приглашая девушку внутрь. — Что ж, проходи, рассказывай, зачем пришла.

— Ну, в общем… — Кэй слегка замялась, невольно вздрогнув, когда за её спиной захлопнулась дверь, а сам хозяин комнаты, невозмутимо её обогнув, направился к дивану. Застывшая вампирша неуверенно переступила с ноги на ногу и сдавленно выдохнула: — Я просто хотела сказать спасибо и извиниться за вчерашнее. Эрика мне рассказала, что случилось, и мне правда очень стыдно. Прости, пожалуйста. Этого больше не повторится. Я понимаю, что ты злишься и имеешь полное на это право, но прошу, дай мне еще один шанс. Да, я сглупила, но я не хочу, чтобы из-за этого мы переставали общаться.

— Хорошо, — немного подумав, пожал плечами Натсуме. — Это всё или есть еще что-то, что ты хочешь сказать?

— Да всё, наверное, — растерянно пробормотала вампирша, с подозрением смотря на парня. — Ты что, даже ругаться не будешь? И мне не придется валяться у тебя в ногах, вымаливая прощение?

— Нет, не придется, — мумий спокойно смотрел на неё своим сине-зеленым глазом, отчего становилось не по себе. — Кэй, давай начистоту. Вчера ты сделала то, что считала правильным. Я тоже сделал то, что считал правильным. Не стану отрицать, что увиденное ночью меня сильно разозлило, но беспокоиться тебе надо совершенно не об этом. А о том, что было бы, если б я не вмешался. Эрике-то всё равно, повышенное либидо и неразборчивость в связях являются особенностью всей её расы, так что тут ничего удивительного. Но ты, мне помнится, несколько дней назад говорила, что подобное тебя не интересует. А после этого не проходит и недели, как ты упиваешься до такого состояния, что тобой может воспользоваться кто угодно, причем вряд ли бы ты от этого даже проснулась. И как это называется?

— Прогрессирующая умственная деградация, — уныло признала девушка, ковыряя ножкой пол. — Я же не знала… В предыдущей школе у нас подобных кадров не было, и там можно было напиваться хоть до коматозного состояния, не беспокоясь, что кто-то тобой воспользуется…

— Ну вот спешу огорчить, у нас такие кадры есть. Тем более ты вообще-то здесь представитель наивысшего класса, так что переспать с тобой, даже беспробудно спящей, для многих парней верный способ повысить собственный престиж за счет твоего. А алкоголь в крови напрочь отбивает размышления о последствиях, если подобное обращение тебе не понравится. Впрочем, если я ошибся, и тебе такое по душе, то прошу прощения, в следующий раз вмешиваться не буду.

— Следующего раза и не будет. Я всё поняла и впредь буду осторожней, — виновато улыбнулась Кэй, в душе радуясь, что легко отделалась. Как ни странно, даже перспектива быть изнасилованной ей казалась сущей мелочью в сравнении с тем, что Натсуме мог на неё обидеться. — Мир?

— Мир. Хотя, собственно, мы и не ссорились, — усмехнулся Натсуме. — Чай будешь?

— Буду, — облегченно выдохнула девушка, осторожно присаживаясь на диванчик, с которого как раз поднялся отправившийся ставить чайник напарник. — Кстати, извини, что поднимаю эту тему, но… Объясни, пожалуйста, если я вчера была в состоянии бревна, то каким образом ухитрилась помыться и переодеться?

— Не без моей помощи, но ухитрилась, — слегка напряженно ответил мумий, едва не сыпанув сахар мимо чашки. — Не переживай, ты всё сделала сама, а мне только пришлось устранять последствия устроенного тобой потопа, когда ты уже спала праведным сном, едва не упав мимо кровати.

— Знаешь, я не понимаю, как ты со мной после такого еще общаешься, — вздохнула Кэй, представив описанное безобразие. — Ты случаем не святой?

— Как ни странно, нет, — усмехнулся Натсуме, возвращаясь с двумя ароматно пахнущими кружками. — Я бы даже сказал, наоборот, но ты все равно мне не поверишь.

— Почему это не поверю? Я вообще доверчивая, — тихо рассмеялась вампирша, отпивая чай. — Тем более, несмотря на все твои секреты, ты довольно честный парень, и никаких поводов не доверять тебе у меня нет.

— Даже если я скажу, что всё время нашего общения я врал тебе в глаза и утаивал важные вещи? — тихо спросил парень, внимательно вглядываясь в лицо собеседницы. В последние сутки он тщательно обдумывал слова доктора Робин и почти решился последовать её совету. А лучшего момента для этого может и не представиться. Хотя, даже если на открывшуюся информацию девушка отреагирует неадекватно, всегда можно будет приказать ей забыть обо всем и жить дальше. Только уже не повторяя подобных ошибок.

— Даже если так, — помедлив ответила Кэй, подняв на напарника спокойный взгляд ясных глаз. — Натсуме, как ты думаешь, почему я перестала пытаться узнать, что ты скрываешь? Потому что внезапно у меня пропал интерес? Нет, такого со мной никогда не случается. Я просто поняла, что рано или поздно ты сам мне обо всем расскажешь. Когда будешь готов. Я верю, что у тебя есть веские причины для подобного поведения, и слишком дорожу нашим общением, чтобы насильно заставлять передо мной раскрываться. Если ты до сих пор мне не доверяешь, ничего страшного, я подожду, жизнь у меня длинная. Хотя, если я правильно угадала, то твоя еще длинней.

— Вот что меня в тебе умиляет, так это полнейшее неумение пользоваться тонкими намеками. И давно ты догадалась? — невесело ухмыльнулся Натсуме, задумчиво изучая взглядом свою нетронутую чашку.

— Подозревать стала давно, но почти убедилась в этом пару дней назад. Хоть ты и говоришь, что это тайна, ума не приложу, как тебя до сих пор не разоблачили. Ты что, серьезно думал, что твоя выходка с докладом Хлои пройдет незамеченной? Она, конечно, ни о чем не догадалась, но очень расстроилась за такую подставу. А вот если бы она еще слышала, как ты поешь, и была бы более наблюдательной, то у неё бы, скорее всего, тоже не осталось сомнений, к какой расе ты принадлежишь. Об этом довольно нетрудно догадаться, если отбросить описанные в книгах стереотипы. Только обиженный на сородичей русал мог написать, что женщины его расы просто жестокие твари, которые не могут вынести того, что их сыновья гораздо красивее и способнее них самих. Я только одного понять не могу, если это правда, то как ты ухитрился в таком случае выжить?

— Очень просто. Убил свою мать, когда она попыталась сделать то же самое со мной. Потом сбежал и долгое время скрывался, пока меня не нашел один полубезумный колдун, который оказался давним знакомым местного директора. Под мумию меня замаскировали просто потому, что это практически единственная раса, которая, не вызывая вопросов, может скрывать свое лицо, а прятаться мне приходится не по собственной прихоти. Во-первых, как ты помнишь, убийство русалки считается самым тяжелым преступлением, карающимся смертью, поэтому я числюсь государственным преступником. Во-вторых, само мое существование является прямым доказательством того, что они много лет скрывали собственное безумие. Сама понимаешь, если всплывет история о том, что они в порыве психического припадка убивают своих сыновей, а выживших отправляют в закрытую тюрьму, пряча от всего мира, дабы не разрушать придуманную ими же легенду, то эта новость всколыхнет весь мир. Находиться под властью лживых сумасшедших тёток не захотят даже вампиры. Кстати, это не единственное их отличие. Поэтому обо мне и знают только сам директор, доктор Робин и пара преподавателей. Ну и вот теперь ты, — внезапно оборвал свою исповедь Натсуме, искоса наблюдая за реакцией собеседницы.

— М-да, и что, ты планируешь всю жизнь скрываться? — задумчиво поинтересовалась вампирша, барабаня пальцами по опустевшей кружке. — Пусть у нас и не южные широты, настоящие мумии всё же встречаются почти во всех профессиях, а они тебя вычислят довольно быстро.

— Я пока еще не придумал, что буду делать после выпуска, — парень недоверчиво уставился на закусившую губу Кэй, с подозрением уточнив: — Это что, вся твоя реакция? Ты даже не усомнишься в том, что я тебе рассказал?

— А что, ты ждал, что я проникнусь праведным негодованием и откажусь верить во вполне себе складную историю? Я и сама не сомневаюсь, что русалки многое скрывают от остального мира. Тем более, что, если бы это было выдумкой, то директор посоветовал бы тебе придумать что-то менее провокационное для высшей расы, дабы, если история всплывет, ему не прилетело по шапке не только за укрывательство, но и за оскорбление правящего класса, — пожала плечами девушка, мягко улыбнувшись. — Брось, мы же, можно сказать, друзья, а друзья должны доверять друг другу. Так что не переживай, твою тайну я сохраню как собственную и, даже если мы разругаемся, никому ничего не скажу. Не представляю, что ты мне можешь сделать такого, чтобы я пришла к мысли, что это стоит твоей жизни.

— Спасибо. Я никогда никому об этом не рассказывал, но, если ты не врешь, то рад, что наконец смог хоть кому-то открыться, — тяжело вздохнул Натсуме, нервно покусывая губы. — Только знаешь… Раз уж у нас сегодня день откровений, то, наверное, мне стоит еще кое в чем признаться. Так сказать, комплексно, чтобы не оттягивать неприятный момент.

— Вся во внимании, — с готовностью отозвалась Кэй, ободряюще кивнув и отставляя кружку.

— Видишь ли, — русал, сообразивший, что тактично выразиться не получится, тяжело вздохнул. — Как я уже говорил, у моей расы крайне неустойчивая психика. Это заключается не только в неконтролируемом страхе перед тем, что кто-то может оказаться лучше, но и в патологической ревности. Мы жуткие собственники и, если что-то считаем своим, то готовы на всё, чтобы это сохранить. Это касается и вещей, и… существ, по отношению к которым мы проявляем симпатию. Раньше у меня не было ни первого, ни второго, так что я даже не понимал, что это такое. А теперь у меня есть ты. И я уже вторые сутки голову ломаю, как держать себя в руках, если меня всего трясти начинает, когда я вижу, что ты с кем-то, кроме меня, даже разговариваешь. Доктор Робин выдала мне успокоительное, но, судя по тому, что я ночью устроил у общежития, помогает оно слабо.

— Эм… И это тебя так плющит от простой дружбы? — со смесью ужаса и жалости уточнила вампирша. — Боги, что ж тогда с вами творится во время влюбленности?!

— Ну, если быть совсем откровенным, то, мне кажется, моя симпатия к тебе слегка выходит за рамки дружеской, — глухо проговорил Натсуме, низко опустив голову и с трудом выговаривая слова. — Я понимаю, что ты любишь свободу и довольно общительная по своей природе, поэтому просто прошу не удивляться, если внезапно я выкину что-нибудь такое… Из ряда вон выходящее. Я стараюсь себя контролировать, но поверь, это куда сложнее, чем может показаться на первый взгляд.

— Я… Даже не знаю, что тебе на это ответить… — нервно хихикнула Кэй, которую второе откровение русала впечатлило куда больше. — Выходит, я тебе нравлюсь как девушка? И ты… Ой ё…

— Прости. Зря я, наверное, рассказал. Забудь, — тряхнув головой, криво усмехнулся парень, резко поднимаясь. — Просто прими к сведению и не обращай внимания.

— Нет, погоди. Стой, — Кэй подорвалась следом и поспешно ухватилась за перебинтованную руку отходящего парня. — Прости за такую реакцию, все просто так неожиданно складывается, что я растерялась. Ты мне тоже нравишься, правда. Я просто не думала, что всё будет… Так. Не обижайся.

— Я и не обижаюсь. Скорее, тоже растерян и не знаю, что делать. Я никого не подпускал так близко и не знаю, что в таких случаях делают другие парни, — не оборачиваясь, тихо признался русал, устало прикрывая глаза.

— Ну, ты не обычный парень, так что придется нам импровизировать, — неловко улыбнулась вампирша, чуть сжимая его ладонь. — Для начала предлагаю не торопиться и всё хорошенько обдумать. Потом сесть и обсудить возможные проблемы и последствия. И только потом выстраивать план действий, что-то решать…

— Или можно сделать всё куда проще, — усмехнулся Натсуме и, обернувшись, неловко склонился, мягко поцеловав в губы растерявшуюся от такого поворота девушку. Примерно через минуту парень слегка отодвинулся, лукаво улыбнувшись. — Полагаю, раз ты меня не наградила оплеухой, то решение уже можно считать принятым.

— Ты наглый и бессовестный гад, и я с тобой не играю. Я вообще-то хотела ко всему подходить с умом, а ты мне весь план испохабил, — невольно рассмеялсь Кэй, чуть склоняя голову. — Ладно, раз уж всё так складывается, то подробности предлагаю обсудить позже, а пока… Снимай бинты. Должна же я хоть твое лицо увидеть или ты даже теперь не покажешь мне свою неописуемую красоту?

— Покажу. Только подожди, хоть дверь запру, а то мало ли… — хмыкнул русал и направился запирать дверь, на ходу размышляя, что, наверное, доктор Робин была всё-таки права, и неплохо было бы её потом за этот совет поблагодарить. И что если всё сложится удачно, то зря он так нервничал и можно было признаваться даже раньше. И еще о многом он думал, правда, по большей части мысли его были довольно непристойные и в историю не попали.

========== Часть 10. Уроки полового воспитания. ==========

— Так, это уже даже не смешно, — топнула ножкой Эрика, грозно смотря на подруг пронзительным взглядом ало-фиолетовых глаз. — Может, вы всё же объясните мне, что тут сегодня происходит? Как-то обидно осознавать, что у нас в классе явно что-то не в порядке, а я впервые понятия не имею, в чем дело.

— Смотря что ты имеешь в виду, — осторожно уточнила Кэй, лениво приоткрывая один глаз. Девушки сидели в парке у Тёмного леса, куда возмущенная демонесса притащила их почти сразу после занятий, вызвав на серьезный разговор, и теперь нависала над ними, как голодный коршун. Невыспавшаяся вампирша отчаянно зевала, а Хлоя лишь непонимающе моргала, беспокоясь совершенно о других вещах.

— То же, что и профессор Нейт сегодня, когда задавался вопросом, какого ляда половина учеников после выходных не пришла на занятия, — внимательно всматривалась в лица подружек Эрика. — Причем я почти уверена, что отсутствие четверых из них вы мне вполне сможете объяснить. Особенно меня интересуют двое. Рэй и Натсуме довольно часто пренебрегают посещаемостью, но чтобы Шиба и уж тем более Наги не пришел, это должно было случиться что-то серьезное. Или никого, кроме меня, это не волнует?!

— Эрика, если я хоть чуточку тебя знаю, то это волнует тебя только с позиции собирания сплетен, — укоризненно посмотрела на девушку зомби. — Тем более, с чего ты решила, что мы с Кэй хоть что-то об этом знаем?

— С того, — усмехнулась демонесса, даже не обидевшись на первую часть фразы, — что ты очень тесно общаешься с Наги, и вчера вы провели вместе вечер в твоей комнате. А Кэй, как днем зашла к Натсуме, так только утром и вышла, разведка мне уже все донесла. А перед этим она разговаривала с Шибой и Рэем, причем первый вечером пошел в комнату второго и тоже там немало просидел. Так что у меня практически нет сомнений в том, что вы, подруженьки, что-то от меня скрываете. Не может такого быть, чтобы у вас даже идей не было, почему наши знакомые парни сегодня дружно не пошли на учебу.

— Ну, насчет последних двоих я правда ничего не знаю, — беспомощно развела руками вампирша, состроив невинную мордочку. — Шиба хотел извиниться перед Рэем за субботу и попросил меня узнать, сильно ли тот злится и когда к нему можно зайти. Я сбегала, уточнила, передала, всё что узнала, и пошла сама извиняться перед Натсуме. Насчёт него точно можешь не беспокоиться, ему просто лень было идти на занятия, как обычно. Если ты ещё раз так похабно ухмыльнёшься, я тебе твой собственный хвост на рога намотаю. Ничего такого, о чем ты, извращенка, подумала, у нас не было. Мы просто до утра болтали, и всё.

— Ладно, допустим, я тебе поверила, — подумав, кивнула Эрика, переключаясь на вторую подругу. — А ты, Хлоя, что скажешь? Что могло произойти такого, чтобы наш идеальный студент сегодня чуть ли не впервые в истории прогулял уроки?

— Я не знаю точно и не уверена, что будет правильным вам рассказывать, но, может, и правда хоть вы мне объясните, что я сделала не так, — грустно вздохнула зомби, нервно теребя пальчиками край юбки. — В общем, вчера и правда кое-что произошло. Несколько студентов начали надо мной издеваться, и Наги меня спас. Я не совсем поняла, как, он стал невидимым и что-то с ними сделал, а потом мы убежали в мою комнату. И все было хорошо, но я, наверное, что-то не то сказала, что он сильно разозлился, расстроился и вскоре ушел. Может, он настолько не хочет меня видеть, что даже решил не идти на занятия? Я на перемене и к нему в комнату бегала, и в библиотеку… Его нигде нет. А самое ужасное, я даже ума не приложу, что я могла ему такого сказать обидного и за что мне надо извиняться.

— Да уж, загадка, — призадумалась Эрика, нервно постукивая туфелькой по земле. — А ты не помнишь, после какой конкретно фразы он так отреагировал? Может, хоть это даст подсказку?

— Точно не помню, — призналась сникшая Хлоя. — Он начал что-то говорить про то, что у нас разная ценность, что я куда важнее него и что он на самом деле совсем не такой, каким все его считают. Я, естественно, попыталась его переубедить, но, видимо, что-то сделала не так…

— Ну, это даже не удивительно, с тобой такое часто бывает, — раздался позади девушек насмешливый голос, и обернувшиеся подружки увидели выходящего из-за деревьев Натсуме. — Сплетничаете, значит?

— Не сплетничаем, а делимся новостями. У нас сегодня половина класса на занятия не пришла, такое событие не каждый день случается, — ехидно поправила его Эрика, с прищуром наблюдая за подходящим парнем. — А ты с чего это вдруг решил с нами заговорить?

— Кэй искал, — равнодушно пожал плечами парень, подходя к сидящей вампирше и даже не обращая внимания на то, какое впечатление производит, не задумываясь, склонился, легко её поцеловав: — Привет. Ты не пришла после занятий, и мне стало интересно, почему. Всё в порядке?

— Да, просто вот сидим обсуждаем сегодняшнюю аномалию, касающуюся наших знакомых, — слегка смутилась Кэй, невольно улыбаясь. — Может, хоть у тебя есть идеи, где может быть исчезнувший Наги? Ты же всегда всё про всех знаешь.

— В библиотеке, — не задумываясь, ответил Натсуме, подавая ей руку и помогая встать. — Если я правильно расслышал ваш разговор, пока сюда шел, то он просто перенервничал и не может обрести видимую форму, но места его обитания вряд ли изменились. Не переживайте, успокоится и вернется.

— А ему можно как-то помочь? Или найти? — жалобно поинтересовалась Хлоя, поднимая на мумия умоляющий взгляд голубых глаз. — Вдруг, если я извинюсь, то он быстрее успокоится?

— Не знаю, попробуй просто прийти в библиотеку и поговорить хотя бы монологом. Может, тебе удастся вывести его на диалог или почувствовать само присутствие, я слышал, некоторые это умеют, — отмахнулся Натсуме, вопросительно посмотрев на Кэй. — Всё, мы можем идти?

— Нет, не можете! — спохватилась отошедшая от шока Эрика, наконец справившаяся с отвисшей челюстью. — Вы что, теперь вместе?! И никому ничего не сказали?!

— А что, мы должны на каждом углу развешивать сводки о переменах в своей личной жизни? — недовольно скривился мумий. — Это только наше дело, и оно никого не касается. Кэй, мы идем или ты останешься этой приставале еще интервью давать?

— Не вредничай, — с упреком посмотрела на него вампирша, чуть сжимая держащую её руку. — Я бы на её месте тоже удивилась, ты же не Рэй, чтобы твой поцелуй с девушкой воспринимался как что-то само собой разумеющееся. Кстати, надо будет, наверное, к нему вечером заскочить… — тряхнув головой, девушка махнула рукой удивленно разглядывающим их парочку подругам. — Ладно, до встречи. Потом расскажете, что там всё-таки с Наги случилось, хорошо?

— Хорошо, — улыбнулась Хлоя, с умилением оглядывая держащихся за руки ребят. Спохватившись, она тоже поспешно поднялась. — Натсуме прав, сбегаю-ка я еще раз в библиотеку. До встречи.

— Тоже себе что ли парня найти? — рассеянно пробормотала Эрика, смотря на удаляющиеся спины друзей. — Так ведь не оценит никто…

Вампирша с русалом, свернувшие к уже знакомому пруду, неспешно прогуливались, продолжая вчерашний, так и не законченный диалог. Как оказалось, в связи с некоторыми вскрывшимися особенностями парня обсуждать приходилось довольно многое, и накануне они смогли осилить лишь малую часть. Ни сама Кэй, ни тем более Натсуме не выдерживали подолгу подробных обсуждений на тему «что делать, если…» и постоянно скатывались на обычную болтовню. Постепенно привыкающий к разговорам русал уже куда реже хотел просто помолчать и уже не так часто уставал от диалогов.

— Ты всё-таки вредина, — тихо рассмеялась Кэй, неспешно шагая рядом со своим напарником. — Вот надо было тебе Эрику обижать? Я же никому ничего не сказала, потому что не знала, захочешь ли ты афишировать наши отношения и, если да, то насколько сильно. А спросить забыла.

— Дело не в том, что я не хочу афишировать, а в том, что мне неприятно, когда это обсуждается. Я же говорил, что ревнивый, так что естественно, что я не собираюсь ничего скрывать. А то кто-то может подумать, что ты свободна, и начать приставать, а мне потом думать, куда девать их трупы, — весело хмыкнул русал. — Но я всё равно не понимаю, почему это нельзя молча принять как факт, и не задавать дурацких вопросов. Я поцеловал тебя у неё на глазах, она что, правда думала, что я мог это сделать по ошибке?

— Нет, но, полагаю, тот факт, что ты вообще можешь хоть кого-то поцеловать, нехило так пошатнул её представления о мире. Как я поняла, репутация у тебя тут молчаливого отшельника, который ни с кем не общается и уж тем более не заводит отношений, — беспечно улыбнулась вампирша, довольно жмурясь. — Хотя мне в это сложновато поверить, со мной ты никогда таким не был.

— Я, конечно, могу пошутить, что, как и Наги, влюбился с первого взгляда, но ты мне всё равно не поверишь, — с усмешкой качнул головой Натсуме. — На самом деле, я таким и был, просто ты это мифическим образом игнорировала. А поскольку я не привык к столь длительной осаде, то довольно быстро сдался, понял, что от тебя мне никуда не деться, а раз так, то и тебе жизнь мёдом казаться не должна.

— То есть, по твоей логике, отношения с тобой — это что-то вроде наказания? — расхохоталась Кэй, вспугнув пару мирно спящих летучих мышей и едва не свалившись в пруд.

— Конечно, — невозмутимо улыбнулся русал, придержав девушку за талию. — Хоть я и прекрасен по всем параметрам, я отлично понимаю, что обладаю весьма непростым характером. Так что тебя ждет довольно тяжелая жизнь с вредным и ревнивым русалом, от которого ты уже никуда не денешься. Можно сказать, вчера ты добровольно подписала себе смертный приговор, ибо, даже если ты передумаешь, я тебя никуда не отпущу. Кстати, подозреваю, что ты и сама это прекрасно понимала, и до сих пор гадаю, почему всё равно согласилась.

— Хороший вопрос, — пожав плечами, вампирша прижалась к парню, так и не убравшему руку с её талии. — Не знаю, ты мне сразу понравился. Сначала просто было интересно, а потом сама не заметила, как привязалась. Правда, я не подозревала, что всё так быстро случится. Думала, может через месяц-два начать тебе намекать на это, но ты всё провернул куда быстрее. А так… Мне нравится, что ты решительный, независимый от чужого мнения, спокойный и какой-то… Мудрый, что ли. У тебя весьма необычное иногда восприятие, но очень правильное. Чувствуется, что ты намного старше и меня, и даже Рэя. Сколько тебе, кстати, лет?

— Двести шестьдесят четыре, — усмехнулся русал, скосив глаз на слегка удивленную напарницу. — С учетом того, что некоторые из нас доживают до двух тысяч лет, я еще подросток.

— Ого, — впечатлённо пробормотала Кэй, переваривая полученную информацию. — Мне всего семьдесят пять, а Рэю девяносто три. Мы в сравнении с тобой совсем дети. Вампиры редко живут больше тысячи двухсот лет, полторы это предел и единичные случаи. Выходит, ты проживешь почти в два раза больше…

— Ну, с учетом моей ситуации, не факт, что я проживу даже еще пятьдесят. Меня, как ты помнишь, разыскивают по обоим континентам, а экстрадиции в Элтерно подвержены все преступники, — криво улыбнулся Натсуме, легко поцеловав вампиршу в середину черной челки, — так что не огорчайся, возможно, я проживу намного меньше тебя.

— Знаешь, я, пожалуй, всё-таки предпочту первый вариант, в котором это тебе придется таскаться ко мне на могилку и облагораживать её различными вениками, — недовольно поджала губы Кэй, легонько пихнув своего спутника в бок. — О, кстати, пока я не забыла, мне тоже тебе кое в чём надо признаться. А то когда вы подерётесь, будет уже поздно. Так что предупреждаю сразу — к Рэю не ревнуй. Он мой брат, так что между нами ничего нет и быть не может, какими бы нездоровыми тебе наши отношения ни казались.

— Я в курсе, он уже мне сообщил. Хотя не скажу, что меня это успокаивает. Инцест, как говорится, дело семейное, — хмыкнул русал, — но я честно постараюсь держать себя в руках. Пусть даже по твоим словам мне, в числе остального мира, придется быть на втором плане.

— Вообще-то я всё же надеюсь, что вы образумитесь и, если не подружитесь, то хотя бы не будете друг другу хамить при каждой встрече, — проворчала вампирша, неодобрительно покачав головой. — А кто тебе об этом рассказал? Доктор Робин?

— Нет, сам Рэй и рассказал.

— Серьезно? Вот упырь болтливый, — тихо выругалась девушка, — хотя, дай угадаю, он тебя просил мне об этом не говорить?

— Считай это маленькой местью за то, что он хотел, чтобы я держался от тебя подальше, — ехидно фыркнул Натсуме, крепче прижимая её к себе. — Может, он и прав в том, что я опасный парень, но ты сама вполне способна решить, стоит ли тебе рисковать или нет.

— Спешу огорчить, месть не удалась, с Рэем я на эту тему ругаться не буду, — тихо рассмеялась Кэй, нежно коснувшись губами виднеющегося из-под бинтов подбородка. — Я прекрасно знаю, что у него комплекс старшего брата в превосходной степени, и он что со мной, что с Сарой носится как с хрустальными. Иногда это жутко раздражает, но, если это именно то, что не позволяет ему оскотиниться и превратиться в своего батюшку, то пусть будет… Хэй, что ты делаешь?

— Целую тебя, разве не заметно? — мурлыкнул Натсуме, и правда покрывая лицо вампирши мягкими поцелуями. — Ты меня целуешь, и я тебя тоже хочу. Мне до вчерашнего вечера вообще в голову не приходило, что этот процесс может быть настолько приятным. Видимо, когда это делаешь с тем, кто тебе нравится, эффект совершенно иной, и на удивление захватывающий.

— Но мне же это нравится! Ты бы хоть руки не распускал… Не здесь же! — неуверенно закусила губу Кэй, прерывисто выдыхая и с трудом удерживаясь от соблазна поддаться
русалу-искусителю.

— Хм, вообще тут нас вряд ли кто-то увидит, но ты права. Пойдем лучше в комнату, — парень, неохотно оторвавшийся от напарницы, с сожалением вздохнул. — Мне, конечно, всё равно, но не хотелось бы, чтобы от нашего первого раза у тебя остались воспоминания о колючих ветках, кустах и позапрошлогодней листве.

— Вот нахал, и ты даже не сомневаешься, что я соглашусь! — рассмеялась Кэй в ответ на скептический взгляд насмешливого сине-зеленого глаза. — Ладно, пошли в комнату, соблазнитель. А там уже посмотрим…

— Странная женщина, — философски пожал плечами русал, перехватывая спутницу за руку и тихо посмеиваясь, — сама ведь этого хочешь, а меня нахалом обзываешь. В таких желаниях нет ничего постыдного, мы же теперь вместе. Так что я решительно не понимаю, зачем себя мучить и откладывать то, что всё равно случится. Вот уж не думал, что вампиры бывают такими стыдливыми.

— Я не стыдливая, просто до этого момента мне никогда не делали неподобающих предложений в столь откровенной форме, — не осталась в долгу вампирша, продираясь за ним сквозь кусты. — Вот скажи, все русалы такие бесстыжие или только ты?

— Не знаю, я с другими не общался, так что не исключаю, что только я, — усмехнулся Натсуме. — А может, это издержки моего возраста. Как никак, мне не тридцать лет, чтобы бояться озвучивать собственные желания, особенно когда я прекрасно вижу, что ты хочешь абсолютно того же.

Вот и как с ним спорить? Хотя, не очень-то и хочется, если честно. Он же и раньше прекрасно угадывал её желания, а если начать отрицать, то еще обидится и сочтет обманщицей. Так что всё, что ей остается, это скрипнуть клыками и, наконец, перестать удивляться тому, насколько быстро всё случается.

***

Весь предыдущий вечер Шиба думал. И ночь думал, и утро… И день бы думал, да спать уж очень хотелось, так что пришлось прерваться. Однако всё, что он понял, это то, что мыслительный процесс весьма сложный и ему явно не нравится. От него жутко болит голова, и с непривычки можно выпасть из жизни практически на сутки. А что самое обидное, так это то, что никаких результатов, кроме вышеупомянутой головной боли, от этого не бывает. По крайней мере, у него. Будь вопрос, поставленный Рэем, менее важным или хотя бы допускающим возможность обнародования, то страдающий мигренью оборотень немедленно спихнул бы его на кого-нибудь из знакомых, более приспособленных к мыслительной деятельности. Но, увы, никто из них даже теоретически не мог подсказать бедному оборотню причины его собственных поступков.

Произошедший накануне разговор вообще был довольно странным и необычным сам по себе. Шиба, пришедший в указанное время, даже опешил, когда его встретил довольно спокойный и пребывающий в весьма благодушном настроении вампир. Он ожидал чего угодно от потока нецензурной брани до примитивного рукоприкладства, но нет. Ему налили чаю, поинтересовались самочувствием и даже развлекли интересной беседой, не замечая, как не готовый к подобному обращению гость неловко тискает фарфоровую кружку и неразборчиво мямлит что-то в ответ, поминутно то краснея, то бледнея. Ему и так было сложновато смотреть на Рэя с того самого дня, как они проснулись голые в одной постели, а тут еще и такое. Причем бесстыжий кровосос и ухом не повел, вежливо улыбаясь на все попытки собеседника отшутиться, на которые раньше шипел и плевался как простуженная гадюка. И смотрел таким изучающе-задумчивым взглядом, от которого несчастного оборотня посещало спонтанное желание поджать хвост и в ужасе забиться под шкаф. Впрочем, когда эта часовая пытка с вежливыми расшаркиваниями за кружечкой чая закончилась, причины такого поведения стали хотя бы относительно понятны. Несчастному оборотню было описано творимое им накануне и задан закономерный вопрос о причинах подобного поведения. Действительно ли ему так нравится собеседник, осознает ли он последствия своих необдуманных действий и чего на самом деле желает. Шиба, ошарашенный открывшимися подробностями, так ничего внятного ответить и не смог, но, к счастью, вампир и не настаивал. Милостиво отпустил его, предложив всё хорошенько обдумать, а потом явиться к нему уже с готовым решением. И вот оборотень ушел думать. Конечно, если бы он был немного сообразительней и наблюдательней, то прекрасно бы заметил и то, что его разводят, как тролля на ярмарке, нарочно описывая ситуацию в выгодном собеседнику свете, и то, как тот заметно нервничает, скрывая сей факт за вежливой клыкастой улыбочкой. Увы, Шиба по своей натуре был парень простодушный, и ни первым, ни вторым похвастаться не мог, так что нехитрая манипуляция голубоглазого упыря осталась незамеченной.

Что же касается самих вопросов, то с ними и вовсе вряд ли бы разобрались даже самые учёные академики мира. Ну действительно, как можно объяснять собственные поступки, которые сделаны в невменяемом состоянии и о которых ты даже не помнишь? Нет, в памяти, конечно, отложились обрывочные воспоминания того вечера, но хотел ли он просто кого-то поцеловать или кого-то конкретного — вопрос, не имеющий ответа. В отличие от самого Рэя, меняющего девушек чуть ли не каждые пару дней и за время обучения уже заходящего на второй, а то и на третий круг, Шиба таким количеством отношений похвастаться не мог. Да, была пара девчонок, пожелавших встречаться с бестолковым, но очень общительным оборотнем, но обе они почему-то очень хотели встречать его после полнолуния у Тёмного леса, а этого он по вполне понятным причинам допустить не мог. Так что, шумно поругавшись, парочки, не провстречавшись и пару недель, поспешно разбегались во взаимном неудовольствии. На мимолетные же связи Шибу не хватало. Не обладал он тем чарующим сексуальным обаянием, исходившим от Рэя и Натсуме, которое заставляло почти любую девчонку падать в его кровать после пары слов. То ли для этого надо было уметь делать морду кирпичом, то ли у него просто класс подкачал, но, пару раз так обломавшись, парень решил не продолжать эксперименты, смирившись с тем, что ловеласом и похитителем сердечек ему не стать.

Вообще, если бы о чем-то подобном заикнулся кто-то его класса, то моментально получил бы в глаз, однако, насколько Шиба знал, высшие расы не видели ничего постыдного в однополой любви. Ещё бы, за тысячу-другую лет наверняка хоть раз хочется попробовать чего-нибудь эдакого. Так что нечего и удивляться, что Рэй придерживался такого же мнения и вместо того, чтобы набить ему морду, воспринял это вполне спокойно. Другой вопрос, почему он отнесся так спокойно именно к его кандидатуре и со всей серьезностью стал рассматривать эту тему? Они же всё время совместного обучения ругались, и вампир нередко очень обидно прохаживался по интеллекту одноклассника, возведя это в разряд ежедневных развлечений. А тут на тебе. Чай, беседы, и вежливая улыбка в комплекте. Шиба невольно поёжился, вспомнив тяжелый, задумчивый взгляд Рэя, которым тот изучал его в памятное утро. Ну, что поделать, каким уж уродился. Да, среднего роста, с простоватым лицом и плебейской смуглостью. Это же не повод на него так смотреть. Ему-то хорошо, он родился вампиром. Неудивительно, что девочки пищат от восторга, будь Шиба девочкой, он бы, наверное, тоже пищал. Куда ему до высокого, худощавого, но на удивление ладного представителя аристократии, чья белоснежная кожа похожа на нежнейший шелк? Даже на ладонях, обычно бережно прикрытых перчатками и совершенно не предназначенных для грубой работы. А уж про идеальное лицо, будто выверенное в каждой черточке, и восхитительно-золотистые волосы, педантично зачесанные назад, и говорить не стоит. Всё-таки не зря вампиры считаются красивейшими после русалок существами, а поскольку мужчин последних никто никогда не видел, то и вовсе самыми прекрасными. Куда уж тут обычному оборотню с его весьма симпатичным по меркам сородичей, но ни в какое сравнение не идущее с вампирьим лицом.

Шибу аж подкинуло на кровати от осознания того, что он на полном серьёзе уже полчаса как думает о несравнимой красоте другого парня. И что лезущие в голову мысли вызывают в его организме определенные реакции, которых по идее быть не должно. «А что я, собственно, думаю? Это и его проблемы тоже», — неожиданно зло решил Шиба и, резким рывком поднявшись с кровати, направился к выходу из комнаты. В конце концов, и правда, почему это он тут должен себе мозг ломать, пока этот наглый кровосос спокойно себе распивает чаи и размышляет о возвышенном? Зачем ему вообще вспоминать, почему он это сделал и что при этом чувствовал, если ответ на этот вопрос можно получить намного проще и быстрее?

К счастью, ломиться в комнату не пришлось. Искомый оборотнем объект вполне себе мирно беседовал с кем-то в коридоре, даже не подозревая, что в ближайшее время его рванет в сторону его же комнаты сильная рука решительно настроенного одноклассника.

— Надо поговорить, — не оставляя возможности запротестовать, на ходу пояснил Шиба, буквально втаскивая свою жертву и по совместительству виновника своей головной боли в комнату.

— Что ты себе позволяешь?! — справившись с удивлением, недовольно зашипел вампир, грозно нахмуриваясь. Вопреки обычному, на оборотня его убийственный взгляд не подействовал.

— Ты сказал мне думать, я придумал. Вернее, я придумал, как всё понять, потому что ничего не помню, — захлопнув дверь, безапелляционно заявил парень, как-то недобро смотря на Рэя. Настолько недобро, что тот невольно попятился.

— Что ты имеешь в виду? — немного нервно уточнил хозяин комнаты, окончательно запутавшись и не зная, чего ожидать от приближающегося непредсказуемого существа.

— Не переживай, сейчас мы всё выясним, — шумно выдохнул Шиба, с обреченностью самоубийцы крепко зажмурился и резко шагнул вперед, впиваясь поцелуем в губы ошарашенного вампира. Как и в прошлый раз, тот даже не отодвинулся, лишь почувствовав, как внутри у него всё перевернулось, едва найдя в себе силы на неуверенные ответные действия. Когда же озадаченный оборотень отодвинулся, Рэй с трудом смог выдохнуть.

— Ну и… что? Чего ты этим добился? — беспокойно поинтересовался он, не зная, злиться ему или радоваться.

— Ну, я выяснил, что ты отвратительно целуешься, — почесав нос, честно признался смущенный экспериментатор, — но мне всё равно это понравилось, так что да, скорее всего, позавчера я поцеловал тебя хоть и неосознанно, но вполне себе по собственному желанию. Ты же это хотел узнать?

— Да ты совсем оборзел?! — поперхнулся возмущением Рэй, задетый такой оценкой своих умений. — Ну держись, псина подзаборная, я тебя сейчас так поцелую…

И, поскольку слово своё он обычно держал, действительно поцеловал, да так, что Шиба резко поменял своё мнение на противоположное. А еще он внезапно осознал, что уже не стоит, а стремительно падает на знакомую кровать, крепко сжимаемый сильными руками оскорбленного в лучших чувствах вампира…

========== Часть 11. Два из трёх. ==========

Последующие пару недель в Академии царило возмутительное спокойствие и умиротворение. Несмотря на то, что до весны было еще далеко, в воздухе буквально витали счастье и любовь. Время тянулось как ириска, оставленная каким-то забывчивым ребенком на солнце, будто позволяя внезапно образовавшимся парочкам насладиться друг другом вместе и по отдельности. И даже комментарии ехидной Эрики были скорее приятным дополнением ко всему, несомненно, отрадному, времяпрепровождению. На самом деле, неугомонная демонесса была чертовски рада за все образовавшиеся союзы, но угомонить свою язвительную натуру была не в силах. К счастью, все это прекрасно понимали и лишь подкалывали её в ответ, закономерно вопрошая, когда же к компании присоединится и её избранник. Эрика от шутников отмахивалась и каждый раз грозилась начать притаскивать всех своих кавалеров на периодические собрания узкого круга друзей. К их неописуемому облегчению, эти угрозы так и оставались невыполненными.

Отношения Наги и Хлои не удивили практически никого. В тот памятный вечер, когда переживающая зомби убежала искать своего рыцаря, она его всё-таки нашла. И не только нашла, но и успокоила, и извинилась, и пожалела. Парень, наконец ставший видимым,

рассказал ей о причинах своего странного поведения, чем растрогал впечатлительную зомби практически до слёз. Как оказалось, прилежный ученик и отличник-промокашка очень переживал из-за своих расовых особенностей, которые при жизни лет в шестьсот позволяли ему быть видимым только первые четыреста, на оставшееся время превращая всех представителей класса в практически бесплотных духов, которые были вынуждены жить одни без надежды на то, что их кто-то услышит, увидит или почувствует. В свою очередь, Хлоя поделилась схожей проблемой. Зомби не просто были самым низким классом, но и продолжительность жизни у них была в разы ниже. Проводя первые двести лет красивыми, хоть и легкоранимыми существами, после этого они переживали период гниения, в процессе которого с костей слезала вся плоть, оставляя лишь голый скелет, еще лет через двести рассыпающийся прахом. Большинство представителей её расы подобного не выдерживали и предпочитали парные самоубийства, стремясь уйти из жизни молодыми и красивыми. Так было и с её родителями, и с их родителями. Одна только прабабушка пожертвовала собственным эгоизмом и выращивала оставшуюся в одиночестве сначала внучку, а затем и правнучку. В связи с малоизученностью зомби об этом тоже никто не знал, так что Наги, шокированный таким откровением, моментально забыл о собственных проблемах и принялся утешать распереживавшуюся девушку. Процесс утешения, как оказалось, весьма способствует уровню взаимопонимания, и на следующий день примерная парочка пришла на занятия уже вместе, отчаянно краснея, но цепко держась за ручки как прилежные школьники. Все поумилялись, но сильно не удивились, ибо и так всё было давно заметно, единственный вопрос был лишь в том «когда?».

Вторая парочка вызвала куда большее оживление в рядах учеников, однако самых внимательных не удивила и она. Роман вампирши с мумием обсуждался примерно дня три, но подходить с вопросами к ним так и не рискнули, на примере пьяных охламонов догадавшись, что злить Натсуме занятие рисковое. Осмелившийся же высказать мнение придурок, прямо заявивший, что мумия ей не пара, таинственным образом исчез на пару суток. А вернувшись, был перебинтован похлеще доктора Робин и ещё месяц падал в обморок при виде Кэй. Что она с ним сделала, достойная сестра Рэя так и не призналась, лишь клыкасто ухмыляясь и отвечая, что просто в доступной форме объяснила нахалу свою жизненную позицию и принцип подбора спутника жизни. Натсуме, очевидно знающий что-то, мечтательно улыбался и крепче обнимал свою девушку. Впрочем, эта парочка, как и раньше, то появлялась на занятиях, то бесследно исчезала, так что обсуждать их было не особо интересно. Разве что тот факт, что обычно необщительный мумий внезапно стал периодически общаться с друзьями своей девушки, вполне благосклонно посматривая на всех собравшихся. Однако, увы, на всех, не имеющих к ней отношения, эта магия не распространялась, так что желающие узнать слегка изменившегося парня поближе были посланы довольно грубо и хором.

Союз же Рэя и Шибы всколыхнул всю Академию, сокрушительным штормом передаваясь из уст в уста и на ходу обрастая подробностями, на сутки почти парализовал весь учебный процесс. Профессора срывали голоса и ломали об парты линейки, пытаясь достучаться до обнаглевших учеников, но восстановить полагающуюся дисциплину так и не смогли. Доктор Робин ругалась на чём свет стоит, от полноты эмоций заворачивая свои впечатления в семиэтажные конструкции, но всё равно была вынуждена откачивать осадивших её обиталище девиц. В первое же утро рассчитанный на год запас успокоительных был разобран, а нашатырём воняло по всему кампусу. К счастью, пары дней хватило, чтобы количество обморочных тел уменьшилось в разы, а по коридорам перестал разноситься тоскливый вой, перемешанный с судорожными рыданиями. Любовнички, с трудом выдержавшие трехдневную осаду, наконец, смогли вернуться к учёбе, но на Шибу с тех пор будто обрушился злой рок. Конечно, никакого отношения к судьбе его несчастия не имели, но всё равно было неприятно. Рэй рвал, метал, скрипел клыками и обещал самолично расчленить тех, кого поймает с поличным, но, к его огромному сожалению, по части пакостей его бывшие любовницы были профессионалками. По крайней мере, поймать хоть одну ему так и не удалось. А поскольку в любовницах у него были практически все девушки приятной наружности, вычислить их не представлялось возможным. Тем более, что ранее исподтишка подгаживая друг другу, ныне они сплотились в единый фронт, так и не смирившись, что Его Величество Рэй променял их на какого-то лоховатого оборотня. Пусть даже веселого и раньше всем помогающего. Вообще они изначально планировали оставить всё в тайне, примерно прикидывая, чем всё обернётся, но день на пятый их всё-таки застукали. Фанатки вампира, обиженные столь долгосрочным игнорированием, проследили за ним и поймали на горяченьком, то есть на млеющем от недвусмысленных ласк оборотне. Рэй, пойманный с поличным, как можно небрежнее выставил их из почему-то полюбившейся им с любовником кладовки и заявил, что отныне не намерен быть ни с одной из них и вообще он занят, и как посмели они его отвлечь? Если он надеялся на то, что оскорбленные девицы после этого молча смирятся с отставкой и оставят его в покое, то он сильно просчитался. Как уже говорилось, эффект оказался весьма далёк от задуманного, и даже Шиба смотрел на своего парня, как на конченого идиота, который нихрена не смыслит в женщинах. К счастью, никак его дурость не комментируя, и на том спасибо. Спустя ещё неделю страсти немного поутихли, но Рэй прекрасно понимал, что это еще не конец, а лишь небольшая передышка.

В общем, жизнь в Академии текла своим чередом, и неизвестно, как долго продолжалась бы эта идиллия, если бы в один из дней порог учебного заведения не переступили они. Время для посещения было выбрано настолько верно, что остаться незамеченными было просто невозможно. Да они и не стремились, с самого детства обожая внимание и эти восхищенные шепотки, сопровождающие их повсюду. Хотя по откровенно скучающим личикам, практически проплывающим мимо учеников, сказать этого было невозможно. Как ни странно, загадочные пришельцы прекрасно знали, куда идут, и даже встреченные ими на пути профессора лишь пораженно распахивали рты, даже не пытаясь остановить встреченное чудо природы. Когда же они возникли на пороге класса, где сидела вся дружная кампания, то повисшую гробовую тишину довольно быстро нарушил восторженный визг Кэй.

— Ален! Алек! — вампирша, мгновенно выпорхнувшая из объятий обалдевшего от такого поворота русала, бросилась к остановившимся парням, обнимая их за тонкие шеи и звонко расцеловав обе слегка порозовевшие щёчки. — Как вы здесь оказались?!

— Кэй, — синхронно, с неописуемой нежностью выдохнули они, в четыре руки обнимая её за тонкую талию. Необычные даже для обитателей тьмы аквамаринового цвета губы обоих расползлись в довольных улыбках, и так же одновременно два звонких, мальчишеских голоса объявили: — Мы пришли за тобой.

— Слушай, а ты их знаешь? — тихо спросил у застывшего от такой наглости мумия, озадаченный Шиба, невольно сжимая покоящиеся на его животе руки любимого и чувствуя лёгкий укол ревности. Даже не оборачиваясь, он уже догадывался, какое выражение лица в этот момент у Рэя, и совершенно не хотел его видеть. Нездоровая, даже маниакальная одержимость вампиров красотой уже давно была притчей во языцех, и стоящий позади оборотня парень исключением из правил не являлся, восхищенным взором оглядывая обнимающих его сестру парней. А посмотреть там явно было на что. Похожие как две капли воды, двое совершенно одинаковых невысоких юношей чуть пониже Шибы, были чертовски хороши. Довольно худые фигурки были восхитительно упакованы в белоснежные костюмчики, подчеркивая полупрозрачную с голубым оттенком кожу, под которой, если присмотреться, были видны не красные, как почти у всех, и даже не чёрные, а синеватые кровеносные сосуды. Два одинаково милых личика могли с уверенностью дать фору кукольности Хлои и красоте Рэя, а прически пришельцев были белее высокогорного снега, на концах приобретая голубоватый оттенок и как будто не заканчиваясь, а просто плавно растворяясь в пространстве. Но больше всего поражали глаза. Огромные, манящие с почти отсутствующими белками и бирюзового цвета радужкой, с хитрыми щёлочками вертикальных зрачков. А еще, едва эти двое вошли, как все моментально почувствовали исходящую от них природную силу и магию, вызывающую спонтанное желание склонить голову и молить о благосклонности.

— Не знаю, но уже хочу больше никогда их не видеть, — сквозь зубы процедил Натсуме, чувствуя зарождающуюся в груди знакомую волну ненависти.

— Я, кажется, догадываюсь, кто это, — справившись с первыми впечатлениями, с трудом выдохнул Рэй, не в силах оторвать взгляда от реликтового чуда.

— Давайте я вас сейчас с ребятами познакомлю, — Кэй, видимо, насмотревшаяся уже на них ранее, даже не задумываясь, схватила ребят за узкие ладошки, подводя к своим друзьям. — Вот Эрика, она демонесса, зомби Хлоя, невидимка Наги, оборотень Шиба, вампир Рэй, ну и мой парень Натсуме, он мумия, — перечислив всех и пальчиком указав на каждого, девушка, всё так же сияя счастливой улыбкой, кивнула на пришельцев: — А это Ален и Алек, они ледяные драконы. Вы их комплексно воспринимайте, различить их всё равно почти невозможно, особенно с первого раза. Кстати, а где Малес?

— Приятно познакомиться, — хором протянули близняшки, отчего у Хлои и Эрики возникло спонтанное желание потрясти головой. Мрачно хмурящийся русал лишь упрямо поджал губы, подметив, что в глазах близняшек не промелькнуло и тени радости. Переглянувшиеся дракончики одинаково сложили губки бантиками и вздохнули. — Мы поэтому и пришли. Здесь есть место, где мы можем поговорить?

— Да, конечно, — слегка растерялась Кэй, обеспокоенно уточнив: — Что-то случилось? С ним всё в порядке?

— Ты никуда с ними не пойдешь, — неожиданно резко отрубил Натсуме, схватив вампиршу за руку и прерывисто дыша. — Я тебя не пущу.

— Натсуме… — слегка ошарашенно пробормотала Кэй, неловко оглядываясь на не менее озадаченных свидетелей этой сцены. — Ты что, ревнуешь? Брось, это же мои друзья, между нами никогда ничего не было даже в…

— Мне плевать. Я запрещаю, — отрезал мумий, сверля хмурящуюся девушку не совсем адекватным взглядом виднеющегося глаза.

— Знаешь, я думаю, он может пойти с нами, — протянул один из переглянувшихся близнецов, впервые за это время заговорив в одиночку.

— Да, он же всё равно об этом узнает, — подхватил второй, ткнув пальцем в Рэя и Шибу. — Вы тоже можете пойти.

— Мы?! — в этот раз уже синхронно выдохнули ребята, непонимающе переглянувшись.

— Да, вампир тоже скоро узнает…

— И приведет с собой оборотня.

— Если не побоится.

— Он не побоится, он же с Кэй.

— Верно, они же…

— Так, стоп! — Кэй поспешно подняла руку, опасаясь, что болтливые близнецы наговорят лишнего. — Всё, мы поняли. Тем более, когда вы начинаете так говорить, у меня мозг плавится, завязывайте, — обернувшись к русалу, девушка укоризненно на него посмотрела. — Ну что, в таком случае ты не против?

— Ладно, не против, — шумно выдохнул парень, не сводя с пришельцев настороженного взгляда. — Пойдемте в гостевую комнату.

Всё ещё не отпуская руку вампирши, он вышел из класса и направился в озвученном направлении. За ними молча потянулись дракоши и Шиба с Рэем. Встреченный в дверях профессор тихо обомлел и даже протестовать не стал, проводив удалившуюся процессию удивленным взглядом и позабыв, что вообще-то урок как раз должен начаться. Ещё бы, не каждый день своими глазами можно увидеть легендарное чудо, еще и в двойном экземпляре.

В уютной гостевой комнате места хватило на всех. На один из удобно расположенных мягких диванчиков плюхнулись оборотень с вампиром, на второй присела Кэй. Натсуме хотел было примоститься рядом, но не успел. Мимо него пронеслись две голубоватые тени, и были бы тут профессора, то явно не обошлось бы без массовых инфарктов. В одно мгновение парни сменили форму, из симпатичных мальчишек превратившись в двух небольших змееподобных дракончиков с умилительными мордашками и переливающейся от почти белого до ярко-бирюзового оттенка чешуёй. Пронесясь мимо русала, они моментально заняли места рядом с девушкой, устроив морды на её коленях.

— Почеши нас… — ностальгически попросил правый, поддевая носом ладонь виновато смотрящей на своего парня вампирши.

— Да, нас давно никто не чесал, — подтвердил левый, проводя такую же манипуляцию с её второй ладонью. Натсуме тяжело вздохнул и, едва заметно кивнув, устроился на единственном оставшемся кресле.

— Мы сюда вроде не чесаться пришли, — недовольно хмыкнул он, с неодобрением смотря, как дракончики блаженно жмурятся от нежных почёсываний, изредка хитро на него поглядывая. Он уже понял, что эти двое скорее мелкие вредители, провоцирующие его на конфликт из природной шкодливости, но все равно было неприятно.

— Кстати, как вы так быстро меняете форму? — не удержался от вопроса любопытный Шиба.

— Мы порождения чистой магии, полностью из неё состоящие, — лениво ответил Ален, едва заметно подергивая кончиком хвоста от удовольствия. — Мы даже не принадлежим классам Тьмы.

— Да, нам не надо раздеваться и выворачиваться наизнанку, как тебе, — подтвердил Алек с едва заметным интересом. — Мы особенные, и на ваши ранги нам плевать.

— Почему же вы тогда чуть не вымерли к хренам, раз вы такие особенные? — ядовито поинтересовался Натсуме, презрительно скривившись. — Вы же по всем учебникам считаетесь исчезнувшим видом.

— Не только люди ненавидят то, чего не понимают и что выходит за рамки их представления о правильном, — слегка помедлив, ответил правый дракончик. — Жители Тьмы ничуть не лучше, уж тебе ли об этом не знать?

— Кстати, Кэй, это и есть твой брат? — чуть склонил голову левый, подставляя для почесывания гребень. — Почему он такой молчаливый? Или ему просто нравится на нас молча пялиться?

— Вы родственники?! — аж подскочил на месте Шиба, будучи единственным, кто не в курсе вампирского секрета.

— Да. Это не то чтобы тайна, но, если не сложно, постарайся об этом не рассказывать, — пожал плечами Рэй, украдкой поглядывая на сестру. — А молчаливый я лишь потому, что вы вроде хотели о чем-то поговорить, но до сих пор об этом и слова не сказали.

— Ах да, — драконья мимика не была особо выразительной, но все прекрасно поняли, что Алек недовольно поморщился. — Через месяц Малес женится.

— На вампирше, — пояснил Ален, тихо вздохнув. — Тебя приглашают на свадьбу. И всех, кого ты пожелаешь с собой взять.

— Включая своего ревнивого парня, — не удержался от колкости Алек, показав насупившемуся русалу длинный раздвоенный язык, — но с ним могут возникнуть проблемы.

— Вернее, у него могут возникнуть проблемы, — поправил близнеца Ален, покосившись на соседний диванчик. — Свадьба состоится в Гелиостате, на юге. Там будет очень много мумий.

— И вампиров…

— Но мумий, наверное, больше…

— Постойте, ребята, — растерянно посмотрела на близнецов Кэй, жалобно заломив бровки, — а как же вы? Вы же всегда были втроём, вы тройняшки. Разве это нормально?

— Рано или поздно это должно было случиться, — неловко отвел глаза Алек, выпуская из ноздрей струйки морозного пара.

— Он всегда слегка от нас отличался, — с обидой фыркнул более вспыльчивый Ален, — как будто всего одна дополнительная буква делает его лучше нас.

— Не говори так, — с упреком покосился на брата левый дракончик. — Мы должны радоваться за него, а не грустить. В конце концов, Эллис его и правда любит, плюс это шанс для мира вспомнить о нашем существовании. Может, они, наконец осознают, что потеряли…

— Этого я и не хочу, — упрямо рыкнул правый дракон, чуть приподнимаясь и зло смотря на брата. — Я не верю, что она его любит, вот ни на капельку! Она просто хочет заполучить себе редкую диковинку и показывать сородичам, как животное в зверинце!

— Погодите, — оборвал его пылкую речь до этого хмурящийся Рэй, усиленно что-то припоминая. — Эллис… Из рода Андерстоунов? Владельцев самых крупных транспортных компаний во всем мире? По-моему, отец мне что-то говорил о какой-то свадьбе, что там соберутся все известные семьи вампиров и русалок, но я как-то пропустил мимо ушей.

— Да, поэтому мы и сказали, что ты всё равно узнаешь. Скорее всего, тебя пригласят. Если не они, то Кэй.

— Стоп, а как вы собираетесь приглашать туда Кэй, если прекрасно знаете, что ей не желательно появляться на официальных мероприятиях? — вкрадчиво поинтересовался Натсуме. Вспомнив недвусмысленный намёк, добавив: — Тем более со мной?

— Вы приглашены как почетные гости жениха, никто вам и слова не посмеет сказать, — отмахнулся Ален, на глазах приобретая антропоморфные черты, отчего вампирша поспешно отдернула руки.

— В любом случае, у нас ещё есть время, чтобы придумать, что мы будем делать. Но она там должна быть обязательно. Ингольф, Рангрид и Кэй не имеют права отказаться от приглашения, — Алек, также сменивший форму, хитро улыбнулся задумавшейся девушке. — Мы здесь задержимся на некоторое время, так что что-нибудь сообразим. А пока что… Может, хочешь выпить моей крови? Я помню, тебе она очень нравится.

— Хэй, почему это именно твоей? — надул губки его близнец, поспешно расстегивая воротничок. — Я тоже хочу, чтобы она выпила моей крови.

— Эм, ребят, мне приятна ваша забота, — пробормотала смущенная вампирша, виновато поглядывая на вновь окаменевшего русала, — но, пожалуй, лучше не стоит. Если уж вам так этого хочется, может, лучше Рэю предложите? Он ни разу не пробовал…

— Ничего страшного, можешь пить, — внезапно оттаявший Натсуме снисходительно улыбнулся, тряхнув головой. — Я тогда просто погорячился от неожиданности, так что всё нормально. Считай это моими извинениями.

— А ты хочешь попробовать? — склонил голову Алек, смотря на Рэя и хитро поблёскивая глазами. — Я два раза предлагать не буду, это уникальный и неповторимый шанс.

— Эм… Ну… — вампир с опаской посмотрел на презрительно скривившегося Шибу, лишь пожавшего плечами, мол, если уж Натсуме не против, то чего ты меня спрашиваешь? — Если можно…

— Можно, если нежно и осторожно, — звонко рассмеялся мелкий провокатор, поглядывая на слегка побледневшего оборотня и, неспешно оголяя шею, внезапно с придыханием попросил: — Пожалуйста, будь со мной аккуратен…

Рэй, моментально вспыхнувший до ушей, поспешно поднялся и склонился над едва слышно застонавшим парнем, осторожно прокусывая тонкую кожу и опасаясь, что еще немного, и его решимость улетучится. Он буквально чувствовал, как наблюдающий за этим безобразием Шиба с ненавистью сверлит его спину ревнивым взглядом, скрипя клыками от ярости. Однако, едва он почувствовал во рту привкус легендарной драконьей крови, как все мысли об остальном мире моментально выпорхнули из его головы. С первого же глотка этой несомненно божественной, тягучей, но невероятно лёгкой жидкости тело будто наполнилось необычайной энергией, а голова закружилась, словно он стоял на краю бездны. Рэй, блаженно закативший глаза, полностью отключился от реальности, желая, чтобы это волшебство никогда не заканчивалось. Его сестра, неодобрительно покачавшая головой, тихо вздохнула, а нетерпеливо ёрзающий Ален весело пояснил тихо психующему Шибе:

— Вместе с кровью мы отдаём частичку своей природной магии. Она быстро рассеивается, но не удивляйся, если он в ближайшее время будет вести себя слегка… необычно, — дернув девушку за рукав, шкодливый дракончик забавно надул губки. — Кэй, ну давай, я тоже хочу!

— Хренушки, меня ты на этом не поймаешь, я не хочу опять три дня как пришибленная ходить, — усмехнулась вампирша, прищуриваясь. — Если и правда хочешь поделиться, то закатывай рукав. Сами же потом признались, что для нас ваша артериальная кровь как хорошая доза наркоты, от которой ещё несколько дней плющит.

— Бука, — вздохнул уличённый дракончик, послушно закатывая рукав. — Ну и ладно, мне всё равно будет приятно. Хотя и обидно, можно было бы так повеселиться…

— Пойдем отсюда, — коротко выдохнул Натсуме оборотню, с отвращением смотря на довольно интимную сцену кровопийства.

К счастью, Ален, целомудренно укушенный за запястье, не стонал, но смотреть на это ему всё равно было противно и почему-то обидно. Шиба молча согласился с ним и тоже вышел за дверь. Оба парня начинали понимать, почему Кэй всегда рассказывала о тройняшках как о самых шкодливых существах, перманентно ставящих вверх дном всю её прошлую школу. И подозревали, что, возможно, их Академию в ближайшее время ждёт то же самое.

========== Часть 12. Трудный выбор. ==========

— Ну и что это вчера было? — угрюмо поинтересовалась Кэй у подсевших к ней за завтраком братьев. Дракончики состроили одинаковые умильные мордочки, всем своим видом давая понять, что совершенно не понимают, о чём речь. Девушка грустно вздохнула.

С тройняшками она познакомилась несколько лет назад, почти сразу же, как поступила в школу Морэна, располагающуюся в самых северных широтах. Оказавшись с ними в одном классе, вампирша, сначала было решила, что они милые, прилежные ученики, слегка не от мира сего, старающиеся держаться исключительно вместе, но как же она ошибалась. Как оказалось, дракончики были жутко шкодливыми созданиями, не гнушающимися как банально измазать стулья клеем, так и изящно опозорить кого-нибудь на всю школу, причём доставалось как ученикам, так и учителям. Но им всегда сходило всё с рук, отчасти потому, что поймать их почти никогда не удавалось, а отчасти из-за того, что, смотря в эти чистые бирюзовые глаза, отражающие всю скорбь почти вымершего народа, никто не смел поднять руку и надлежащим образом их наказать. И даже обижаться на них было практически невозможно, чем засранцы успешно и пользовались.

Несмотря на полнейшую внешнюю идентичность, характеры у братиков были совершенно разные, но различать их, даже когда они дурачились и говорили синхронно, удавалось только двум существам. Фенрир Ингольф каким-то чудом безошибочно определял, кто из них кто, а Кэй скорее чувствовала то же на уровне интуиции. Больше всего ей импонировал Малес, который из трёх шкодников был самым спокойным и рассудительным. Именно он нередко отговаривал братьев от совсем уж злых и жестоких шуток, а также любил порассуждать на философские темы. Вспыльчивый и категоричный Ален, родившийся позже всех, отчаянно старался не только не отставать от других, но и переплюнуть их, что часто приводило к довольно печальным последствиям. Тем не менее в глубине души это был очень добрый и чувствительный парнишка, близко к сердцу принимающий всё, что касалось его друзей. Алек же иногда просто пугал. Несмотря на то, что он любил прикинуться хрупким, трепетным и пугливым, на самом деле это был довольно жестокий и беспощадный игрок, обожающий всевозможные подставы и злые шутки. Пока они были втроем, то весьма гармонично компенсировали особенности друг друга, однако что будет теперь, когда глас разума в виде Малека от них отколется, Кэй боялась даже предположить.

— Смотря что ты имеешь в виду, — хитро улыбнулся Алек, поглядывая на брата. — Вроде вчера мы отлично провели время, познакомились с твоими новыми друзьями, передали приглашение… Не понимаю, что тебе не нравится. Ты что, не рада нашему приезду?

— Рада, конечно, — вздохнула вампирша, рассеянно ковыряясь вилкой в недоеденном салате, — только, как всегда, ваше появление это небольшой армагеддец. Я понятия не имею, что делать с этим приглашением. А вместо того, чтобы размышлять об этом, мне приходится убеждать Натсуме и Шибу в том, что вы на самом деле не сволочи, просто у вас довольно специфическое чувство юмора.

— Ну, первый, как я понял, об этом и сам быстро догадался, так что ничего плохого в нашей невинной шутке я не вижу, — пожал плечами Ален, утаскивая с её тарелки кусочек помидорки, — а второму будет неплохо понять, что твой брат ему не пара. Можно сказать, Алек ради него же старается. Ну и немного ради себя.

— Что?! Ты что, вознамерился отбить парня у моего брата? — возмущенно взвилась Кэй и в ответ на беспечный кивок отвесила легендарному существу крепкий подзатыльник. — И думать забудь! Рэй, может, и высокомерный упырь, но он впервые за долгое время к кому-то так сильно привязался, даже несмотря на класс. Так что, если вы ещё между ними влезете, то получите уже от меня. Лучше бы что-нибудь полезное сделали, чем пакостничать.

— Например, что? — надул губки потирающий затылок Алек, от греха подальше отодвигаясь от недовольной девушки. — Мы тут никого, кроме них, не знаем, а оборотень мне и правда понравился. Он забавный. Я бы хотел ему чем-нибудь помочь.

— Помочь, говоришь? — призадумалась Кэй, постукивая пальцами по столешнице и прикидывая, не будет ли фатальных последствий от посетившей её голову мысли. — Что ж, есть у меня одна идея. Задание как раз в вашем стиле, причем так вы и любимым делом займётесь, и пользу принесёте.

— Рассказывай, — хором протянули заинтересованно переглянувшиеся близнецы, азартно придвигаясь ближе.

— В общем, до Шибы мой братик собирал вокруг себя толпу фанаток, ныне сильно недовольную, что их променяли на какого-то парня. Нынешнюю пассию Рэя уже и с лестницы несколько раз сталкивали, и одежду ему портили, и всякие зелья в еду подсыпали и даже учебники с тетрадками клеем измазывали, короче, всеми способами намекали, что такой расклад их не устраивает. Поймать этих тварей нам никак не удается, а убивать всех подозреваемых подряд этак у нас в Академии вообще одни парни скоро останутся. Так что, если сможете выявить главных участниц и как следует проучить, то и я и Шиба вам только спасибо скажем. Рэй, полагаю, тоже.

— Легко, — моментально кивнул Ален, уже предвкушая предстоящее веселье. — Всё равно, как, или будут какие-нибудь пожелания?

— Способ выбирайте сами, единственные условия — они останутся живы, а вы не пойманы, — усмехнулась вампирша, радуясь, что смогла припахать шкодливых братишек к чему-то по их специальности, но без вреда для своих друзей.

— Как обычно, — отмахнулся Алек и, внезапно став серьёзнее, уставился на подругу своими необычными глазами, — но давай всё же поговорим о действительно важных вещах. Ты хочешь поехать на свадьбу, но закономерно опасаешься и за себя, и за своего возлюбленного. Чего конкретно ты боишься?

— Да я не то, чтобы боюсь, — поморщилась Кэй, на всякий случай оглядываясь и убеждаясь, что братишки не забыли накинуть заклинание от подслушивания, — просто сами знаете, какие у меня отношения с родственниками. Там по-любому будут мои дядя и тётя, которых инфаркт хватит от одного моего вида. А уж что с ними будет, когда они узнают, что их обожаемый сыночек по уши влюбился в какого-то оборотня, я даже представлять боюсь. Да и Натсуме… Без него я ехать не хочу, но ещё больше я не хочу, чтобы с ним что-то случилось. А на свадьбе, скорее всего, будут русалки, которые обязательно что-то заподозрят. Он честно признался, что оба варианта ему не нравятся, сказав, чтоб я решала сама.

— В последнем варианте я сильно сомневаюсь, — хмыкнул Ален, уже внаглую передвинув тарелку девушки поближе к себе и выковыривая из неё обожаемые помидорки. — Русалок там будет мало, климат неподходящий, да и на семьи, не относящиеся к политике, они смотрят свысока. Так что вампиров и других рас там будет намного больше. Тем более, как я понял, твой парень довольно молчалив и вряд ли сболтнёт что-то, чем сможет себя выдать, а видеть истинные сущности дано только таким, как мы. Кстати, твой брат же о нём не знает?

— Натсуме сказал, что, наверное, когда-нибудь Рэю и можно будет об этом рассказать, но не раньше, чем он убедится, что тот его секрет сохранит, — грустно улыбнулась девушка. — И в этом вопросе я его полностью поддерживаю. Рэй хороший парень, но, в отличие от нас, он хочет усидеть одной жопой на двух стульях, пытаясь быть и законопослушным, уважаемым аристократом, и общаться с нами. А это…

— В принципе невозможно, — продолжил за неё Алек, невесело усмехаясь. — Русал правильно опасается, твой брат идеальный подданный для русалок. Достаточно умный и преданный, чтобы занять какую-нибудь высокую должность в соответствии с семейными традициями, но не достаточно любознательный, чтобы лезть в грязные делишки и скрываемые факты. К таким, как он, надо приходить с уже готовой пачкой неопровержимого компромата и давать лично во всём удостовериться, иначе и слушать не станет. Ведь, как я понимаю, даже к твоей истории он серьёзно не относится?

— Он… Как бы это правильнее сказать, — потёрла подбородок вампирша, пытаясь подобрать слова. — Он относится к этому серьёзно, ведь он правда меня очень любит, но, как мне кажется, он не хочет ввязываться в это дело. Ему неприятно даже думать, что всё, чему его с детства учили, это ложь, и что на самом деле русалки не милые и благородные мудрые правительницы, ведущие честную политику, а довольно скрытные и местами даже безумные тётки с кучей скелетов в шкафу. А откуда вы знаете про русалов?

— Как ты помнишь, мы почти бессмертны и живём уже довольно долго в этом мире, — улыбнулся Алек, покачав головой. — Даже наше обучение это просто развлечение, которое мы придумали со скуки, прекрасно понимая, что забывшим даже о самом нашем существовании расам можно насовать чего угодно за уши, и всё сойдёт за правду. Но это не значит, что мы пережидали охоту на наш род, находясь в спячке. Нет, мы путешествовали по миру, знакомились с разными существами, посещали интересные места… И не раз набредали на спрятанные от всего мира закрытые русалочьи тюрьмы. Хоть они и убедили почти весь мир в своей избранности и непорочности, они так же, как и все, совершают преступления и несут за это ответственность. Только их не публично судят и казнят, а по-тихому ссылают в такие вот пансионы, в котором надзирателями работают исключительно Кукловоды. Это почти вымершая раса низкого класса, обладающая способностью управлять чужим сознанием, в том числе и русалочьим. Думаю, ты сама догадываешься, что из-за этого они, собственно, и были почти полностью истреблены еще много веков назад, а в живых остались лишь те, кто согласился на весьма специфическую работёнку без права контакта со внешним миром. Но суть не в этом, а в
том, что мы довольно неплохо подружились с одним из таких надзирателей, и он рассказал нам, что, кроме преступниц, в его ведомстве находятся и русалы, которых матери предпочли не убивать, а попросту сдать под замок. Таких немного, но они всё же есть и живут себе спокойно, никогда не выходя наружу. Может, в мире есть и такие, как твой Натсуме, которые смогли избежать и смерти, и заточения, но не думаю, что их очень много. Русалки очень боятся, что неприглядная правда об обратной стороне их жизни всплывёт, так что я даже восхищён, что этого перебинтованного актёра ещё не поймали, и он даже ухитрился найти тех, кто ему помогает. Хотя, насколько я знаю, ваш директор вообще очень специфическая личность, внаглую нарушающая все мыслимые правила и как-то ухитрющаяся при этом не попадаться.

— Возвращаясь же к твоей дилемме, — Ален с грустью посмотрел на тарелку и с сожалением её отодвинул. — Ты сама вроде не собиралась послушно скрываться до скончания дней, а эта свадьба отличный шанс наконец выйти в свет и завести несколько полезных знакомств. Тем более, что ты идёшь туда не как официальная представительница своей семьи, а как близкая подруга жениха. И твой парень тоже. А все, кто будет рядом с Малесом, автоматически получают иммунитет от навязчивых расспросов. Народ и так до сих пор в шоке, что мы не вымерли, так что основное внимание будет приковано к нам. Подозреваю, что, даже если там и вскроется правда о Натсуме, то на неё никто внимания не обратит. Появление русала в пыль не попадает с самим фактом нашего существования. А твоему брату придётся самому решать, готов ли он к семейному скандалу, или предпочитает лишиться парня во славу родовым традициям.

— Да он и так знал, что когда-нибудь выбирать придётся, но не думал, что этот вопрос встанет так быстро. Да и я хотела сначала Академию закончить перед тем, как начать что-то делать, — вздохнула Кэй, уныло повесив голову и неохотно признаваясь: — Я даже не уверена, что всё это того стоит и что меня не прикопают по-тихому, осознав, что тактика сокрытия пошла прахом. Эта свадьба свалилась нам всем, как птичье дерьмо на голову, и теперь мы вынуждены все в спешке решать вопросы, которые должны были встать ещё очень нескоро.

— Знаешь, то, что я скажу сейчас, прозвучит довольно жестоко, но, может, хватит сиськи мять? — спокойно поинтересовался Алек, игнорируя убийственный взгляд подруги и зло прищуриваясь. — Вы все уже довольно взрослые, чтобы перестать так по-детски бегать от проблем, которые вам не хочется решать. И решить все вопросы сейчас куда лучше, чем построить себе иллюзорную тихую жизнь в надежде, что всё само собой образуется, а потом с болью наблюдать, как всё в одночасье рушится. Никого из вас никогда не оставят в покое. Ни тебя, ни Натсуме, ни Рэя, ни Хлою. В лучшем случае вы всю жизнь проведёте прячась и боясь, а в худшем будете всё равно уничтожены, как и наши собратья, искренне верящие, что, если они забьются в глубокие норы, то русалки оставят их в покое. Вот только плевать они хотели на все расы, кроме своей. Когда мы возвращались, то были готовы давать отпор и отстаивать своё право на жизнь. И нам показалось, что ты такая, же как мы, готовая на всё и жаждущая справедливости. И что теперь? Стоило тебе перевестись, как ты за пару месяцев превратилась в размазню, готовую сидеть в углу и жевать сопли, лишь бы подольше оставаться в безопасности. Да у твоего парня больше решимости и понимания, что когда-нибудь эта счастливая жизнь кончится.

— Прекрати, она поняла, — прервал на глазах распаляющегося брата Ален, обеспокоенно смотря на бледную как мел вампиршу. Алек шумно выдохнул и отвернулся, пытаясь восстановить дыхание, а его близнец приобнял девушку за плечи, чуть виновато заглядывая в глаза. — Кэй, извини. Я понимаю, что ты сама должна выбирать, каким путём ты хочешь пойти, но подумай вот о чём. Если ты всё-таки хочешь узнать правду о себе, позволить Натсуме жить открыто и убедить своего брата, что совершенно не обязательно подстраиваться под традиции в пику собственным желаниям, то лучшего шанса тебе может и не представиться. Мы не хотели этого говорить без Малеса, но, возможно, мир скоро сильно изменится. Эта свадьба, как бы я к ней ни относился, знаменательное событие, после которого русалки довольно быстро пожалеют о том, что не истребили нас полностью. Им уже довольно трудно сдерживать плотину нагроможденной ими лжи, а недовольных нынешним положением дел изо дня в день становится всё больше, даже среди якобы преданных им вампиров. А союз существа, находящегося вне классовой системы, с одной из вампирш это, считай, готовая провокация. Не знаю, понимает ли это сама Элли, но уж её отец точно прекрасно в курсе, что после этого бракосочетания его семья взлетит до небес. Народ начнет больше прислушиваться именно к ним, а сам Малес получит небывалое влияние в обществе, как, собственно, и мы. Наш план состоит именно в том, чтобы расшатать ныне существующую систему и установить новые порядки, в которых одна раса не будет безнаказанно притеснять других только на основании того, что они, видите ли, самого высокого ранга. Но это пока что только планы, причем, сама понимаешь, на ближайшие пару сотен лет, не раньше.

— Так вот что вы на самом деле задумали, — задумчиво пробормотала более или менее пришедшая в себя Кэй. — Размах впечатляет, признаю. Я, конечно, догадывалась, что ваше ребячество всего лишь маска, но не подозревала, что за ней прячется… такое.

— Ну, не такая уж и маска, мы и правда любим пошалить, — тихо рассмеялся Ален, нежно лизнув щёчку подруги, — но это не делает нас беспечными вредителями, которыми ты привыкла нас видеть. Просто, пока есть время, мы развлекаемся, это и приятно, и даёт надежду, что русалки тоже будут нас недооценивать до последнего момента.

— И вы даже не боитесь о таком мне рассказывать? — тихо усмехнулась девушка. — Это же заговор и восстание. Такого в истории ещё никогда не было, а вы доверяете эту тайну какой-то соплячке?

— Плохо ты знаешь историю, — звонко рассмеялся дракончик, хитро улыбаясь, — хотя оно и неудивительно, её обычно пишут победители. А насчёт доверия… Ты с нами если не в одной лодке, то в соседней точно, как и половина твоих друзей. Ещё мы в это посвятим Ингольфа и Рангрид, но позже. Как показала практика, нам всё равно понадобятся верные друзья и соратники, а ты их знаешь, эти двое в принципе не способны на предательство. За несколько лет дружбы они не раз доказали, что им можно верить.

— Это да, уж они точно за любой движ, кроме голодовки, а за друзей любому глотку порвут… В прямом смысле этого слова, — хмыкнула Кэй, наморщив лоб и припоминая, что же ещё её озадачило в словах затихшего Алека. — А, кстати. Почему в список неугодных русалкам попала наша милашка Хлоя? Она же вообще зомби и никакого отношения ко всему этому не имеет.

— Подозреваю, что имеет, — подал наконец голос успокоившийся Алек, поведя плечиками. — Вчера мы наткнулись на них с невидимкой в коридоре и решили немного поболтать, раз уж с ними ты тоже дружишь. Наги жутко любопытный и всё выспрашивал о нас, так что, поскольку разговор грозил затянуться, мы пошли к Хлое, где она вспомнила, что чуть не забыла принять свои лекарства. Ну, те, которые по официальной версии предотвращают заражение других рас синдромом зомби.

— Ну и что? — непонимающе моргнула вампирша. — Она их всегда вроде пьёт, её на этих условиях из города выпустили.

— А то, что во-первых, мы этим заинтересовались и магически прощупали эти её пилюли. Не знаю, от чего они помогают, но явно не от того, что написано на упаковке. Чтобы сказать точнее, это долго в лаборатории разбираться надо, но могу с уверенностью сказать, к её зомбизму это не имеет никакого отношения. Тем более сама голову включи, как вообще расой можно заразиться? Это же не простуда. Да и, по её словам, они принимают эти таблетки, даже находясь в периметре города, а это само по себе вызывает вопросы. Если даже предположить, что это и правда болезнь, присущая её виду, то зачем принимать лекарства в месте, где все уже заражены? Чтоб ненароком не заразить других зомби вирусом… зомби? Это же бред.

— Однако логично, мы об этом даже не подумали, — озадаченно потёрла лоб Кэй, признавая возмутительную правоту наблюдательных дракончиков. — И что, вы полагаете, что ей что-то грозит, если кто-то заинтересуется составом сего чудного лекарства?

— Мы полагаем, что, поскольку таблетки эти предоставляет правительство, то им страшно не захочется, чтобы кто-нибудь начал задаваться теми же вопросами, которые я только что озвучил. А вопросы эти рано или поздно встанут, так что, как только информация о её зачислении дойдёт до русалок, твою наивную подружку, скорее всего, либо отчислят за неуспеваемость, надавив на директора, который при всех своих тараканах на открытый конфликт не отважится, либо банально подставят и с полным на то правом депортируют обратно в её загончик. Мы ей обо всём этом, конечно, рассказывать не стали, потому что это не наше дело, но, похоже, из-за наших расспросов её парень подумал о том же самом и поспешно куда-то смылся, прихватив с собой одну из таблеток.

— Да уж, — тяжело вздохнула вампирша. — А ведь всё так хорошо шло. Только мне показалось, что можно расслабиться и несколько лет провести в виде беззаботной студентки, как снова появляетесь вы и ставите всё с ног на голову. Причем в этот раз участие в ваших авантюрах может закончиться куда печальнее, чем банальный выговор с занесением в личное дело. И вот кто вы после этого?

— Гады, — хором объявили самодовольно заулыбавшиеся дракончики и, переглянувшись, звонко рассмеялись, — но с нами же веселее?

— Без вас спокойнее, — поправила посмеивающаяся девушка, щёлкнув их по очаровательным носикам. — Что ж, убедили, я в деле. Кстати, а кто из вас будет шафером на этом эпохальном событии? Или вы и здесь пойдёте против традиций, исполняя эту роль вдвоем?

— Нет, мы отдали эту честь Ингольфу, — усмехнулся Алек. — Мы весьма далеки от этих ваших обрядов, так что пусть он со всем разбирается, а мы вызвались донести до тебя приглашение.

— Малес сначала предлагал назначить шафером Рангрид, но она шутки не оценила и полчаса гоняла его по школе с копьём наперевес, — хихикнул Ален. — Потом они, конечно, помирились, но успели нанести несколько непоправимых разрушений.

— Это она может, — улыбнулась Кэй, вспоминая горячий нрав подруги-валькирии. — Ладно, мне пора. Пойду проводить просветительские беседы, раз уж половину занятий сегодня мы благополучно проболтали.

— Хорошо, — кивнули братья, наблюдая, как поднявшаяся вампирша собирает посуду. А Ален добавил: — И Кэй. Спасибо тебе. Ты даже не представляешь, как для нас важно, чтобы все друзья были на нашей стороне. Мы несколько веков провели лишь втроём, и нам очень не хотелось бы вновь рассчитывать только друг на друга. И это не только я так думаю, Алек и Малес тоже, просто стесняются в этом признаться.

— Я всё понимаю и тоже вас очень люблю, — мягко улыбнулась девушка и, по очереди поцеловав засмущавшихся ребят в белоснежные макушки, направилась к выходу из столовой. Ей предстоял сложный день с кучей разговоров и разъяснений и нелёгкая задача подготовить своих друзей к предстоящим трудностям, не открывая им истинное положение вещей. Радовало одно. Если всё получится, то они все смогут жить спокойно.

========== Часть 13. Слова, меняющие жизнь. ==========

— Кэй! Ты-то мне и нужна! — вампирша слегка удивленно посмотрела на подбежавшего к ней Наги, вопросительно вскинув бровь. Обычно спокойный и уравновешенный невидимка был явно чем-то взбудоражен. — Пойдем скорее, нам надо кое-что обсудить.

— Нам это кому? — вкрадчиво уточнила девушка, слегка опешив, когда всегда сдержанный отличник схватил её за руку и потащил по коридорам. — И что именно мы будем обсуждать такого, что ты из-за этого даже занятия пропускаешь?

— Не здесь, — отрицательно мотнул головой Наги, прерывая расспросы и направляясь по подозрительно знакомому маршруту. Дойдя до комнаты Натсуме, парень толкнул дверь, пропуская спутницу внутрь, где уже сидел на кровати безучастный хозяин комнаты. В ответ на вопросительно вскинутую бровь он лишь едва заметно улыбнулся и отложил книгу.

— Привет, — кивнул русал, похлопав по покрывалу рядом с собой. — Что-то тебя подозрительно быстро нашли, тоже прогуливала что ли?

— И не только я, — усмехнулась Кэй, охотно забираясь на кровать рядом с ним и моментально оказываясь в уютных объятиях. Натсуме легко коснулся губами её макушки, чувствуя, как непонятная тревога, не покидающая его со вчерашнего дня, потихоньку начинает отступать, — но об этом я тебе потом расскажу, там многое надо обсудить. А у вас чего случилось, что Наги такой взъерошенный?

— Твои друзья… Ален и Алек, — тихо начал невидимка после одобрительного кивка русала, присаживаясь на диван и нервно перебирая пальцами, — вчера они сказали кое-что насчет Хлои и её лекарств, о чем я никогда не задумывался…

— Про то, что эти таблетки могут быть от чего угодно, но только не от зомбизма? — искривила губы в улыбке вампирша, упираясь лопатками в широкую грудь своего парня. — Я в курсе, они мне рассказали, причем даже более подробно, чем вам. Ребята не любят лезть в чужие дела, если это не касается розыгрышей, так что не были уверены, что их размышления вам нужны.

— Да, речь пойдет именно об этом, — вздохнул Наги, низко опустив голову и покусывая губы, будто через силу стал рассказывать. — Я сначала не понял, к чему они ведут, но засомневался и, взяв у Хлои одну таблетку, отнес к доктору Робин на анализ. Всё-таки она врач, так что должна смыслить в этом куда больше. А поскольку там сидел Натсуме, то его этот вопрос тоже заинтересовал…

— Опять жаловался на меня? — откинувшая голову девушка недовольно посмотрела на совершенно спокойного русала, очевидно, ничуть не раскаивающегося в этом поступке.

— Извини, но ни с кем другим обсуждать проблемы с тобой я не могу. А если совсем не буду обсуждать, то точно свихнусь и кого-нибудь убью. Доктор Робин для меня ум, честь и совесть, когда своих явно не хватает, — хмыкнул Натсуме и нежно поцеловал любимую в носик. — Не злись. Кстати, я рассказал заодно Наги о своем секрете… Полагаю, он сможет его сохранить. Не знаю, почему, но мне кажется, что скоро нам очень понадобится ограниченный круг лиц, которому мы сможем доверять.

— Твоя интуиция тебя не подводит, но об этом позже, — мгновенно растаяла Кэй, сразу же расхотев ругаться. И вообще присутствие третьего лишнего в комнате ей моментально показалось совершенно излишним, однако, взяв себя в руки, она всё-таки нашла в себе силы вернуться к обсуждаемому вопросу. — Кхм, так что там с таблетками? Доктор что-то выяснила?

— Да, — невидимка, дождавшийся, пока парочка намилуется, тряхнул пепельными волосами. — Она сама была очень удивлена, когда не смогла сразу определить химический состав препарата, но после поверхностного изучения с точностью смогла сказать, что эти лекарства… Как бы сказать… Ускоряют разложение организма и сдерживают некоторые естественные процессы и, возможно, способности. Точнее сказать нельзя, для этого нужно больше исследований и, возможно, тестов на зомби. Но мне не нравится идея делать из Хлои подопытную крысу, поэтому мы с Натсуме поговорили и решили посоветоваться с тобой. Может, твои друзья-драконы знают об этом немного больше и могут чем-то помочь?

— Нет, но они подумали о том же самом, — вздохнула вампирша, пожав плечами и осторожно уточнив: — Наги, а ты вообще как всю эту ситуацию видишь? Ну, в плане, ты же понимаешь, что эти таблетки независимо от других эффектов убивают твою девушку. Какие у тебя мысли по этому поводу возникают?

— Я понял твой вопрос, — жестом попросил прекратить вопросы парень, зябко поёжившись. — Что ж, отвечу честно. Я никогда даже в самых ужасных мыслях не мог представить, что влезу во что-то подобное. Из всего увиденного я уже понял, что русалки вовсе не добрые мудрые правительницы мира, но что мы можем сделать? Мы всего лишь кучка студентов, у нас нет ни власти, ни денег для каких-то действий. Мы даже не можем задавать вопросы или обнародовать имеющиеся подозрения. В лучшем случае нам никто не поверит, в худшем посадят или казнят.

— Но, если будет возможность получить ответы на свои вопросы и хотя бы попытаться добиться справедливости, то ты готов рискнуть или предпочтешь отсидеться в овраге, не рискуя своей жизнью? — вкрадчиво поинтересовалась Кэй.

— Не знаю, — Наги запустил пальцы в волосы, с отчаянием смотря перед собой. — У меня низкий класс, я ничего не стою по сути и ради себя я бы в это точно не полез. Но ради Хлои… Наверное, я способен рискнуть. Я хочу, чтобы она была свободна, счастлива и прожила не двести лет, а намного больше.

— Насчёт намного я не гарантирую, но, если ты готов, то этот вопрос мы тоже решим, — кивнула девушка, внимательно изучая фигурку парнишки спокойным взглядом черных глаз. — Вы поедете с нами на свадьбу. Подробности расскажут там, когда соберутся все заинтересованные лица. Хлое пока ничего не говори. Она замечательная девушка, но, боюсь, её наивность и простодушность может похерить нам все планы. Таблетки пусть пока пьёт, мы не знаем, чем грозит ей временное прекращение приема лекарств, так что лучше будет, если все останется как есть. Не умрет она за три недели, зато вопросов будет вызывать и задавать меньше. Ты согласен с таким планом?

— Да, — помедлив, выдохнул Наги, сжимая руки в кулаки, — я согласен. Я верю вам и надеюсь, что вы сможете все изменить.

— Не вы, а мы. Ты теперь тоже с нами повязан. Тем более, что конкретно для тебя и нашей зомби риски минимальны. В худшем случае для вас ничего не изменится, в лучшем…

Кэй внезапно замолчала, прислушиваясь к воплям, доносившимся из коридора. Два подозрительно знакомых голоса орали друг на друга, на три этажа выясняя отношения. Русал и невидимка тоже невольно прислушались, хотя слов с такого расстояния было не разобрать. Обменявшись взглядами, троица заговорщиков наперегонки рванулась к двери, торопясь узнать, что же в этот раз не поделили вампир и оборотень. Увы, когда они добрались до лестницы, то концерт уже был окончен.

— Да пошел ты! — донесся до них громкий, звенящий от злости голос Шибы. С грохотом хлопнула дверь, раздались торопливые шаги, и мимо них по лестнице поспешно сбежал один из участников конфликта. Вампирша моментально дорисовала в голове картинку, как в этот момент её брат падает на кровать, в бессильной ярости скрипя клыками и борясь с желанием что-нибудь разнести.

— Я схожу к Рэю, — виновато посмотрела она на Натсуме, слегка сжимая его руку. Русал понятливо кивнул и ободряюще улыбнулся, — мало ли что там у них произошло.

— Конечно, — парень легко коснулся губами вороной челки и качнул головой в сторону своей комнаты. — Если что, я буду у себя. Потом поговорим, сейчас ты ему нужнее.

— Ты лучший! — просияла девушка и, привстав на цыпочки, поцеловала перебинтованную щеку. Хоть Натсуме и был ревнивым, у него всё лучше получалось держать себя в руках и не позволять своим особенностям влиять на их отношения, за что она была ему безмерно благодарна.

Вопреки ожиданиям, никакого хаоса в комнате Рэя ни обнаружилось. Впустивший сестрицу вампир безучастно кивнул, вернувшись на кровать и моментально зарываясь носом в подушки.

— Что случилось? — с сочувствием поинтересовалась девушка, облегченно подмечая отсутствие перевернутой мебели и битой посуды. Рэй вообще был довольно спокойным парнем, но, стоило ему разозлиться, как аристократичное воспитание слетало с него, как шелуха с перезревшей луковицы. — Вы так орали на всю общагу… Неужели это из-за вчерашнего?

— Нет, — дрогнувшим голосом признался вампир, глухо выдохнув. — То есть и из-за этого тоже, но не из-за того, что ты думаешь. Я идиот. Конченый беспросветный дебил хуже Хлои. Я такого ему наговорил, что вспоминать страшно. Он наверняка меня теперь ненавидит и даже разговаривать не станет…

— Рэй, что случилось? — обеспокоенная Кэй примостилась рядом с братом, осторожно тряхнув его за плечо. — Если не хочешь, не рассказывай, но ты же знаешь, я не стану трепаться об этом на каждом углу.

— Знаю, поэтому и впустил тебя, — бесцветным голосом выдохнул Рэй, а его сестра впервые услышала, как его голос дрожит, причем совсем не от злости. — Я хотел, чтобы ты пришла… Кэй, я сказал ему, что он меня не достоин. Что он глупая шавка, которую даже оборотнем назвать нельзя. Что он неполноценный урод, ошибка природы, которую никогда не примет нормальное общество. Что нам никогда не быть вместе из-за нашей разницы. На меня будто что-то нашло, и слова сами вылетали, хотя я никогда так не считал. Да, он придурок и недооборотень, но он сводит меня с ума даже таким. Бестолковым, нелепым со своими раздражающими шутками и остальными недостатками. Я знаю, что меня выгонят из семьи, если узнают про нас, что я лишусь положения, наследства и прочего, но я просто не могу… Не могу от него отказаться, понимаешь?! Он лучшее, что было со мной за эти девяносто три года. Ты же знаешь, я всегда жил по правилам. Неужели я настолько привык к этому, что даже в мыслях не могу пожертвовать всем ради того, кто делает меня счастливым?

— Рэй… — вампирша с тяжелым вздохом опустилась рядом, приобнимая брата за пояс и пытаясь хоть немного успокоить. Чуть повернувшийся парень мгновенно повернулся, обхватывая её руками за плечи и крепко прижимая к себе, не давая взглянуть на свое лицо. Но она и так знала, как он сейчас выглядит. Рэй почти никогда не плакал, с детства привыкнув держать морду кирпичом, так что она, наверное, была единственной, кто видел его подрагивающие губы и горячие слёзы, катящиеся из зажмуренных глаз. Поглаживая слегка подрагивающую спину вампира, она прислушивалась к прерывистому дыханию, подбирая слова для утешения. Пусть это будет неправдой, но видеть, как сильный, ни перед чем не сгибающийся братик находится в таком состоянии, ей было невыносимо больно. — Всё будет хорошо. Дай ему время остыть, а завтра объяснишься, извинишься и все будет как раньше. Ты правда готов рассориться с семьёй ради него?

— Да, — тихо выдохнул парень, зарываясь носом в родные черные волосы. — Я люблю его, хоть и вряд ли когда-нибудь смогу в этом признаться. Знаю, звучит как бред, но я никогда не был так счастлив как за последние пару недель с ним. Я долго об этом думал и пришел к выводу, что даже без поддержки семьи я всегда смогу стать актером или основать собственный бизнес. Все это время я тщательно изучал подобные случаи в истории и убедился, что даже без родового имени вампиры могут оставаться успешными. Поэтому я и не понимаю, почему, держа в голове эти сведения, я начал нести совершенно противоположное и теперь даже не знаю, смогу ли заставить Шибу выслушать мои извинения. А завтра как назло полнолуние, так что я его еще дня три не увижу, и от этого становится еще гаже.

— Хм, возможно, это побочные эффекты от крови драконов? — неуверенно предположила Кэй, покусывая губу. — Меня, например, накрыло эйфорией, а в тебе вызвало паранойю и агрессию. Я могу спросить у ребят, может это как-то связано. А по поводу Шибы… Попробуй разыскать его и извиниться сегодня, а если не получится, завтра подберешь у леса, запрешь в комнате, когда обратно превратится, и не выпустишь, пока он тебя не выслушает. План, конечно, не ахти какой порядочный, зато за это время ты точно придешь в себя и сможешь поговорить с ним адекватно, высказав всё то же, что и мне сейчас. Шиба вроде парень отходчивый, тем более про побочки такого кровопийства слышал, может, и простит на первый раз?

— Надеюсь, спасибо, — чуть отстранившийся Рэй слабо улыбнулся, мягко погладив сестру по голове. — Знаешь, иногда мне кажется, что мы и без ритуалов олицетворяем сэй’тэнн. По крайней мере, у меня от одного твоего присутствия мозги встают на место.

— У меня с тобой так же, — тихо рассмеялась вампирша, с нежностью смотря на оживающего братика и вспоминая древний ритуал, который они еще в детстве вычитали в книге и попробовали воплотить в жизнь. Тогда им знатно досталось от родителей, пришедших в ужас от одного осознания того, что их дитятки в буквальном смысле чуть не стали «разделившими жизнь на двоих». Они тогда по малолетству не поняли всей важности подобного ритуала, но теперь, став взрослее, даже радовались, что их вовремя поймали за шкодливые ручки. Всё-таки иметь одни чувства на двоих это был явный перебор даже для них. — Вообще я хотела с тобой поговорить кое о чем важном, но сейчас, наверное, момент неподходящий.

— Наверное, да, — согласился вампир, ласково поцеловав сестру в лобик и растягивая губы в вымученной улыбке. — Я сейчас ни о чем другом думать не в состоянии. Хотя, если вопрос серьезный, то могу попытаться собраться и выслушать.

— Да нет, не горит, — Кэй взъерошила его золотистые волосы, тихо посмеиваясь и поднимаясь. — Всё будет хорошо, не переживай. Лучше разберись поскорее со своими моральными терзаниями, и потом уже я посвящу тебя в наш злодейский план. Полагаю, теперь он тебе понравится.

— Ты планируешь влезть во что-то опасное? — моментально догадался Рэй, садясь на кровати и нахмуриваясь. — Кэй, это плохая идея. Я не хочу, чтобы ты пострадала.

— Во-первых, это не тебе решать, — упрямо поджала губы девушка, — во-вторых, можешь не участвовать. А в-третьих, если тебя всё устраивает, то будь хотя бы добр, не мешай мне поступать так, как я считаю правильным. Грядут большие перемены, Рэй. Я не осужу тебя, если ты предпочтешь ни вот что не вмешиваться. Но, если ты всё-таки примешь такое решение, то надеюсь, что мы не окажемся по разные стороны баррикад. Я не требую ответа прямо сейчас, но и затягивать с этим вопросом не стоит. Я хочу точно знать, поддержишь ли ты меня в любом случае или будет проще тебя просто не посвящать во все это.

— Ты даже не рассматриваешь вариант, что я могу тебя предать? — грустно улыбнулся парень, чуть склонив голову набок.

— Ты? Нет, — вампирша, уже взявшаяся за ручку двери, обернулась, серьезно смотря в в голубые глаза, — ты можешь быть трусом, заносчивым придурком, эгоистичным хамом, кем угодно, но точно не предателем. Я знаю тебя с детства, а ты знаешь меня. И пусть весь мир катится к чертям…

— Пока мы вместе, нам ничего не страшно, — продолжил за сестру Рэй, медленно кивнув. Эта фраза, придуманная ещё в детстве, позволяла им всегда чувствовать незримую связь, соединяющую души. — Я тебя понял. И намек тоже уловил. Сколько у меня времени?

— Две недели. Прости, я не хотела тебя в это ввязывать, но сам видишь, что происходит. Эта свадьба многим спутала все планы, — вздохнула Кэй, покачав головой.

— Хорошо, — вампир потер лицо и устало посмотрел на сестру, тихо выдохнув: — Только обещай, что это в любом случае не встанет между нами. Ни Натсуме, ни драконы, ни русалки с вампирами… Дай мне слово, что ничто из этого не изменит нас. Что в случае чего мы сбежим хоть на край мира, как и хотели, вдвоем, чтобы никто и ничто не могло нас потревожить.

— Слово? Если тебя так волнует этот вопрос… — девушка, не задумываясь, резанула удлинившимся ногтем собственную ладонь и подошла к брату, протягивая ему руку. — Я даю слово, что с моей стороны никто и ничто не станет для меня важнее тебя. Я клянусь, что ты, мой брат, всегда будешь для меня на первом месте, пока не предашь или не поставишь свои интересы выше наших общих.

— Всё настолько серьезно? — вскинул бровь Рэй и, зеркально повторив жест сестры, медленно проговорил, взявшись за её ладошку: — Даю слово, что с моей стороны никто и ничто не станет для меня важнее тебя. Клянусь, что ты, моя сестра, всегда будешь для меня на первом месте, пока не предашь или не поставишь свои интересы выше наших общих, — руки вампиров соприкоснулись и багрово засветились, скрепляя кровавую клятву. Вздрогнувший парень первый отдернул руку, рассматривая на глазах затягивающийся шрам. — Что ж, ты меня немного успокоила. Или втянула в свои планы, я пока не могу понять.

— Но теперь ты хотя бы не сомневаешься в моей честности? — ехидно уточнила Кэй, слизывая кровь с руки и ухмыляясь. — Я и не планировала ничего скрывать от тебя, если быть уж совсем откровенной. Просто, как мне кажется, ты слишком цепляешься за прошлую жизнь, а я не могу подвергать такому риску других, пока не смогу убедиться в твоей безоговорочной лояльности.

— Ты права, наверное, я и правда слишком цеплялся за свое положение, — усмехнулся вампир, неловко отводя глаза, — но все меняется. С каждым днем я все больше понимаю, что, что бы ты ни задумала, это будет… Правильнее того, что есть сейчас. Считай меня эгоистом, но я хочу верить во все эти сказки. В мир, где я, ты, Шиба и все остальные смогут быть счастливы. Я не верю в других, я верю в нас. В конце концов, погибнуть со своим сэй’тэнн тоже весьма неплохая идея.

— Мы не погибнем. Мы победим и обязательно выживем, — девушка непривычно величественно склонила голову и едва заметно улыбнулась, — у тебя еще есть время на подумать, братишка. Я приму любое твое решение, но буду рада, если со временем смогу без оглядки посвящать тебя во все подробности своих планов.

— Хорошо, через неделю я смогу дать тебе ответ, — Рэй печально улыбнулся, прикрыв глаза руками. — Спасибо, что пришла. Это много для меня значит.

— Понимаю, — девушка, вновь коснувшаяся дверной ручки, с необъяснимой нежностью посмотрела на брата, приподняв уголки губ. — Может, тогда наш ритуал и не сработал, но мне всё равно иногда кажется, что я чувствую то же, что и ты. И я просто не могу стоять в стороне, когда знаю, что с тобой такое творится… Хорошего вечера, Рэй.

— Хорошего, Кэй, — на грани слышимости выдохнул парень, проследив, как за дверью исчезла вороная грива сестрицы. Откинувшись на кровати, он тоскливо уставился в потолок, пытаясь отогнать нехорошие мысли. Все планы неуемной девицы можно отложить минимум на неделю, а вот сейчас куда важнее исправлять собственные ошибки. И молить всех известных богов, чтобы его хотя бы выслушали…

========== Часть 14. Слишком глубокая рана. ==========

Время тянулось медленно. Так медленно, что хмуро смотрящий в окно Рэй уже начал подозревать его заговоре против своей персоны. С виду никто не мог упрекнуть бы его в нетипичном поведении, но парочка одноклассников всё-таки знала, что за этим бесстрастным, непроницаемым лицом с едва заметно нахмуренными бровями сейчас скрывается безысходная тоска и невыносимая боль. Вампир как обычно отлично отвечал на занятиях, но мысли его были совершенно не здесь, а там, за окном, где чернел жуткий Тёмный Лес. С утра он уже ходил на вымощенную площадку у входа, но Шибу там, к своему огорчению, не обнаружил. Впрочем, паниковать было рано, возможно, гиперактивный собакен просто носился по окрестностям и на свое любимое место придет чуть позже. Если понадобится, Рэй был готов ждать его там хоть до вечера.

— Ууу, пакость какая, — вампир едва заметно вздрогнул от раздавшегося над ухом жизнерадостного голоса демонессы, запоздало осознавая, что наконец прозвенел звонок с урока, и у его парты потихоньку начали собираться всевозможные сочувствующие. — С самого утра тучи бродят, я надеялась, хоть немного распогодится, а сейчас вон уже и дождик начинает накрапывать.

— Это да, — невпопад ответил парень, лишь сильнее помрачнев и отгоняя прочь неприятные мысли о том, что где-то там, под дождем, сейчас мокнет одна маленькая глупая псина.

— Кстати, что у вас вчера произошло? — всё же не удержалась от любопытства девушка, с интересом склоняя голову. — Я вчера Шибу нашла в парке, он был непотребно пьян и нёс такую пургу, что у меня чуть рога бантиком не завязались. Поругались что ли?

— Что-то вроде того, — уклончиво пожал плечами вампир и внезапно с подозрением уставился на бесценный источник информации. — Стой, какую пургу он вчера нёс? Про меня?

— Нет, что-то про то, что он еще всем покажет, что собирается бросить кому-то там какой-то вызов, — беспечно отмахнулась Эрика, сморщив носик. — Я почти ничего не поняла из его невнятного ворчания. Может, он уже до галлюцинаций допился просто? Если так, то советую тебе, как этот алкоголик вернется, вправить ему мозги. Что за манера чуть что сразу хвататься за бутылку…

— Вызов вожаку стаи? — обеспокоенно уточнила сидящая рядом Кэй, переглянувшись с Натсуме. Русал лишь нахмурился, внимательно вглядываясь в то, как и без того бледное лицо вампира стало белее снега. Тоже это заметив, девушка отрицательно мотнула головой. — Рэй, нет. Даже не думай. Это самоубийство. Ты же знаешь, что во время полнолуния оборотни загрызут любого, кто сунется на их территорию, а приказы на них в этой форме не действуют. Может, всё еще обойдется? Мали ли что там решила человеческая половина Шибы, волчья-то плевать хотела на его планы.

— Ты не понимаешь, это же моя вина, — убитым голосом, с ужасом выдохнул её брат. — Если он специально пошел в самую глубь леса, где охотится стая, то ему просто не дадут выбраться. Я должен срочно забрать его оттуда.

— Ты спятил?! Вы просто погибнете вдвоем! Чёрт! — не успев поймав за рукав рванувшегося к выходу брата, Кэй торопливо побежала за ним. Слегка замешкавшийся Натсуме отставал от неё лишь на пару шагов. — Рэй, не смей! Остановись!

Но вампир её не слушал, безмолвным привидением несясь по коридору и стараясь не думать о том, что, скорее всего, он уже безнадёжно опоздал. Как назло, дождь только усиливался, а плотные тучи скрывали и без того не особо яркую луну. Фонари в парке светили как положено, но на их контрасте Тёмный лес полностью оправдывал своё название, казалось бы, выглядя ещё более зловещим, чем обычно. Даже не притормозив у ворот, Рэй с разбегу перемахнул через ограду, моментально растворившись среди деревьев и желая лишь одного — успеть. Подбежавшую к ограде Кэй, вознамерившуюся во что бы то ни стало догнать брата, резко остановили сильные руки, перехватившие вырывающуюся девушку за талию.

— Кэй, нет, — твердо произнёс Натсуме, лишая неблагозвучно ругающуюся вампиршу возможности выбраться из его хватки. — Ты ничем ему там не поможешь. У него ещё есть шансы там выжить, а у тебя нет, так что уж извини, но я тебя туда не пущу.

— Какие шансы, ты что, сдурел?! — взвыла девушка, отчаянно дёргаясь и не оставляя надежды всё-таки догнать Рэя. — Его там убьют!

— И поэтому ты хочешь составить ему компанию, бесславно погибнув рядом? — не поддавшийся на провокацию русал вопросительно вскинул бровь, оставаясь возмутительно спокойным. — Этим ты ему не поможешь. Если ему повезет, то Шиба его узнает и сможет защитить, а вот от тебя оборотни даже косточек не оставят.

— Ты дурак или прикалываешься? — огрызнулась Кэй, постепенно успокаиваясь и осознавая тщетность своих попыток. — Ты Шибу вообще видел? Его барсуки отпинают в его волчьей форме, а своим сородичам эта шавка бестолковая и вовсе на один укус.

— Забавно, впервые слышу, чтобы ты о нём так негативно отзывалась, — усмехнулся Натсуме, ослабляя хватку, но всё-таки не рискуя разжимать руки, — однако я не прикалывался и говорил совершенно серьезно. Причина задержки в развитии Шибы в том, что он до сих пор восторженный, инфантильный щенок, поэтому так и выглядит. Если же он ещё жив, то у него есть все шансы резко повзрослеть.

— С чего ты это взял? — устало выдохнула вампирша, с тоской вглядываясь в непроглядную черноту леса.

— С того, что, как бы он ни злился на твоего брата, он всё равно его любит. Ты сама рассказывала, что первой Рэя приняла именно волчья часть Шибы, так что, если всё сложится удачно, то у него не будет иного выбора, кроме как взять на себя ответственность и изо всех сил стараться защитить то, что стало дорого. Это мотивация покруче любых вызовов. А вот если он и при таких раскладах останется мелкой бестолковой псиной, то больше мы их никогда не увидим.

— Охренеть как оптимистично звучит, — проворчала девушка, потирая лицо и чувствуя, как с неба всё чаще падают прохладные капли. — Вот не было мне печали доверять жизнь любимого братика призрачному шансу, что у нашего оборотня внезапно прорежется желание его защитить любой ценой.

— Понимаю, ты у нас мисс командор и привыкла всё контролировать, — тихо рассмеялся русал, потихоньку увлекая вампиршу в сторону здания Академии, — но всё же попытайся смириться, что некоторые вещи могут никак от тебя не зависеть и даже самым возмутительным образом происходить вопреки твоим желаниям.

— Кто бы говорил, мистер всезнайка, — фыркнула Кэй, смиряясь со сложившейся ситуацией. — Сам же до истерики доходишь, если не можешь меня контролировать.

— Ну, я это другое дело. Мои психозы распространяются только на тебя, потому что я тебя люблю. И то половина из них обусловлена расовыми особенностями, — хмыкнул Натсуме, — хотя я до сих пор иногда обалдеваю от того, что из всех возможных девушек выбрал именно ту, которой невозможно ничего запретить. Ну, то есть попробовать-то можно, но, скорее всего, я за это буду бит сковородкой по лицу.

— Ну, в этом есть свои плюсы. Если бы на моем месте была какая-нибудь послушная милашка, то она бы потакала твоей прогрессирующей шизофрении, а со мной тебе приходится с ней бороться, — рассмеялась вампирша, легонько пихнув парня в бок. Они как раз дошли до дверей и она, не удержавшись, вновь обернулась на виднеющийся лес. На сердце скреблись кошки, но, как правильно сказал русал, от неё там уже ничего не зависело. Они либо выйдут из леса вместе, либо не вернутся вообще.

Пробежав несколько десятков метров, Рэй очутился в почти полной темноте и был вынужден слегка сбавить скорость. Вокруг него угадывались очертания деревьев, а тяжелые капли дождя, падая на листья, заглушали почти все звуки. Вампир досадливо поморщился, сконцентрировавшись и слегка меняясь в попытках облегчить себе поиски. Свою вторую форму вампиры не очень любили, находя её эстетически непривлекательной, поэтому старались ею не пользоваться, хотя в ней зрение и слух обострялись до предела. Рэй представил, как он сейчас выглядит со своими заострившимися ушами и слегка фосфоресцирующими в темноте глазами, и со вздохом продолжил путь. Ладно, тут его точно никто не увидит, зато он наконец может хоть что-то различать в окружающем мире и не бояться навернуться впотьмах. Он медленно брёл к центру леса, внимательно прислушиваясь к каждому шороху и стараясь высматривать среди кустов и деревьев знакомый мелкий силуэт. В ботинках уже давно хлюпало, промокшая насквозь ледяная одежда противно липла к телу, но останавливаться он не собирался, упрямо переставляя деревенеющие ноги. Как назло, ни стаи, ни искомого щенка нигде видно не было.

— Плевать. Если понадобится, я весь лес прочешу, — сквозь стучащие от холода клыки процедил парень, упрямо тряхнув головой. Заметив впереди небольшой просвет между деревьями, он невольно ускорил шаг, издалека расслышав глухое ворчание и тихое поскуливание. — Ох чёрт…

Вылетевший на опушку вампир невольно застыл, напоровшись на тяжелый взгляд множества желтых глаз. Зрелище открывалось явно не для слабонервных. По всей поляне заворочалась примерно дюжина тёмных силуэтов потревоженных оборотней, а в самом центре жутковато подергивалась туша оленя с остекленевшими глазами. Стоящий к пришельцу спиной огромный волк, услышав наглого вторженца, медленно высунул голову из распоротого пуза своей жертвы и неспешно повернулся к Рэю, оскалив окровавленную пасть. Стая недовольно заворчала, постепенно поднимаясь на лапы и будто ожидая команды «фас». Самые нетерпеливые припадали к земле, издавая утробное рычание и ожидая сигнала вожака. «Так, спокойно. Первым всегда нападает вожак, так что остальных пока можно не бояться… Да что я несу, какое не бояться, они от меня даже ботинок не оставят», пронеслось в голове вампира. Бежать было глупо, всё равно догонят, драться ещё глупее. Если даже он сумеет каким-то чудом одолеть вожака, то остальные моментально подключатся к попыткам разнообразить своё меню вампирятинкой. Единственный шанс это…

Додумать ему не дали. Серая тень с горящими глазами необычайно проворно прыгнула вперед, намереваясь повалить самостоятельно объявившийся десерт на землю, но у Рэя были другие планы на свой счёт. Жуткая пасть вхолостую щелкнула клыками под ободряющий вой сородичей, а не желающий просто так сдаваться вампир перекатился по земле и вновь вскочил, попутно цапнув с земли увесистую сучковатую палку. Убить не убьёт, но, может, хоть сможет выиграть время, чтобы залезть на дерево? Несмотря на свои преимущества перед обычными волками, умение лазать по деревьям в способности второй формы метаморфов точно не входило. Промахнувшийся вожак глухо рявкнул в сторону стаи и вновь атаковал. Увернувшийся вампир, ничем не уступающий ему в скорости реакции, от души приложил зверя по лобастой башке своим допотопным оружием и вновь отступил на пару шагов, поспешно пытаясь высмотреть себе место предполагаемого убежища. Вожак, возмущенный подобной наглостью, громко зарычал, обходя несговорчивый обед по кругу и постепенно подбираясь всё ближе. Следующая атака была не менее стремительной, но в разы более эффективной. Уже зная, чего ожидать, оборотень на излёте перехватил зубами занесенную для удара палку и мотнул башкой, вырывая оружие из рук не ожидавшего такой подлости Рэя. Хрустнуло дерево, и на землю упали концы некогда крепкой древесины, раскрошенной острыми клыками. Последним волк демонстративно выплюнул серединку и, как показалось вампиру, злорадно оскалился. Они оказались практически в том же положении, что и в начале схватки, но в этот раз метаморф не собирался давать добыче второго шанса. Стоило вампиру отскочить, пытаясь вновь уйти от страшных челюстей, как на голени будто захлопнулся стальной капкан, едва не раздробивший ему кость. Взвывший от боли Рэй упал на землю, здоровой ногой пытаясь отпихнуть вцепившегося в него зверя, но тот лишь прижал уши, совершенно не намереваясь расставаться с едой и вцепляясь лишь сильнее.

В этот момент из леса, с той стороны, откуда пришел незадачливый спасатель, вылетела маленькая черная тень и, метнувшись к борющимся на краю опушки, вцепилась острыми зубками в мохнатую лапу собрата. Не ожидавший подобного вожак тонко взвизгнул, как последняя шавка, моментально выпуская добычу. Закусивший губу вампир не преминул воспользоваться моментом, поспешно отползая и невольно соглашаясь, что, скорее всего, это было очень больно. Шиба, не обладающий необходимой мощью челюстей, имел дурную привычку вцепляться острыми как иголочки зубками и скорее перепиливать всё, что попадало ему в пасть, из-за чего ножки мебели в комнате его парня больше имели такой вид,
будто он завел себе не щенка, а бригаду трудолюбивых бобров. Увы, радость победы оказалась весьма мимолетной. Всего несколько секунд понадобилось матёрому оборотню, чтобы прийти в себя и одним ударом огромной лапы отшвырнуть от себя мелкого нахального Шибу. Рэй с ужасом увидел, как маленькое тельце пролетело пару метров и, ударившись об ствол дерева, тихо пискнуло и затихло. Даже боль в ноге в этот момент отошла на второй план по сравнению с той, что с головой накрыла потерявшего всякую надежду вампира. Избавившийся от досадной помехи вожак вновь обернулся к нему, понимая, что вожделенный обед, доставивший столько проблем, уже никуда не денется, но завершить начатое не успел. Стая тоже внезапно притихла, услышав странные звуки со стороны мелкого щенка, осмелившегося напасть на их лидера. А с ним и правда творилось что-то странное. Маленькое тельце пытающегося встать Шибы неестественно дергалось под аккомпанемент неприятного хруста выворачивающихся костей и глухого поскуливания, будто происходящая трансформация была безумно болезненной. Рэй с ужасом смотрел, как невнятный щенок медленно увеличивается в размерах, на его глазах из милого пёсика превращаясь в не особо крупного поджарого волка. Вожак, осознавший, что это ещё не конец, торопливо развернулся, настороженно наблюдая за переменившимся соперником, который, едва успев подняться на четыре лапы, пружиной сорвался с места, метя противнику в массивную шею. Привалившийся к стволу дерева вампир даже не мог рассмотреть, кто из этих остервенело грызущихся тварей Шиба, с такой скоростью мелькали серо-чёрные тела дерущихся. Единственное, что радовало — судя по всему, проворная чёрная тень была заметно маневреннее в разы более крупного сородича.

Спустя пару минут всё было кончено. Поскуливающий вожак отполз в сторону, уткнувшись носом в мокрую траву и униженно виляя хвостом, а следом за ним припала к земле и остальная стая, очевидно, признавая превосходство нового лидера. Пошатнувшийся чёрный волк осмотрел их тяжелым взглядом победителя и, задрав голову, переливчато завыл на закрытую тучами луну. Лес наполнился леденящей душу волчьей песней, которую подхватили все остальные, включая поверженного бывшего предводителя. Оборвался многоголосый вой так же резко, как и начался. Коротко рявкнув, Шиба повернулся к завороженному этим зрелищем вампиру и крадучись сделал пару шагов в его сторону.

— Только попробуй, — мрачно предупредил вампир, понимая, что смысл слов озверевший одноклассник сейчас вряд ли поймет, а вот интонацию прекрасно уловит, — я не настолько перед тобой виноват, чтобы позволить тебе меня сожрать.

Шиба укоризненно посмотрел на него и, подволакивая одну лапу, подошел ближе, рухнув рядом и устраивая узкую черную голову на здоровой ноге Рэя. Тот слегка помедлил и осторожно коснулся пальцами мягкой шерстки между ушек, одно из которых сильно пострадало в битве. Оборотень тихо заворчал, но отодвигаться не стал, устало прикрывая глаза. Стая как-то незаметно растворилась в темноте, тактично оставив вожака с бесстрашным вампиром.

— Прости меня, малыш, — тихо выдохнув Рэй, чувствуя, как поврежденная нога медленно регенерирует, доставляя не самые приятные ощущения. Но всё это были сущие мелочи в сравнении с тем, что они оба выжили в этом кошмаре. — Обещаю, больше я никогда не брошу тебя одного. Отныне ты принадлежишь только мне и, как бы ты ни сопротивляся, я ни за что тебя не отпущу, — Шиба заурчал, забавно пофыркивая и тычась мокрым носом в ледяную ладонь вампира. — Да-да, знаю. Я размяк, раскис и посмотри, к чему это привело. Дошло до того, что я самым позорным образом распустил сопли и ударился в меланхолию. Но теперь с этим покончено. В самом деле, я взрослый вампир, а не трепетная студентка консерватории. Хотя я чертовски рад, что благодаря этому ты наконец смог стать полноценным волком. Думаю, когда ты превратишься обратно, то тоже обрадуешься. Ты ведь и в самых смелых мечтах не мог себе представить, что когда-нибудь станешь настоящим вожаком. Тише, малыш, не скули, это не достойно и не подобает твоему новому статусу. Всё будет хорошо. Теперь всё будет хорошо…

Спустя три дня Кэй, уже сходящая с ума от томительного ожидания, наконец тихо вскрикнула и бегом рванулась к выходящей из леса парочки. Составляющие ей компанию русал с драконами переглянулись и поспешили следом.

— Всё в порядке, — устало улыбнулся Шиба, спеша успокоить подбежавшую девушку и сдавая на руки близнецам полуобморочного вампира. — Он просто сильно истощен, так что его срочно надо отогреть, накормить, отвести в медпункт и показать доктору Робин.

— Знаешь, пожалуй, я возьму свои слова назад, — задумчиво протянул Алек, придерживая пошатывающегося Рэя, который по цвету кожи мог составить им с братом достойную конкуренцию. — Может, он и самовлюбленный эгоистичный аристократишка, но то, что он сделал… Даже мы бы на такое не решились, — лазурные глаза не мигая уставились на слегка смутившегося оборотня. — Он и правда любит тебя. И действительно достоин.

— Да знаю я, — буркнул покрасневший парень, с нежностью покосившись на некогда золотистые волосы, ныне покрытые впечатляющим слоем грязи. Впрочем, одежда несчастной жертвы любовных подвигов выглядела и того хуже, благо хоть рана за это время почти успела затянуться. Но живописно разодранная штанина в пятнах засохшей крови всё равно выглядела жутковато. — Понятия не имею, как он выдержал три дня в лесу, раненый, без еды и воды… И главное, ради чего?

— Ради тебя, — усмехнулся Ален, хитро блеснув глазами. — Кстати, прими поздравления. При твоих параметрах просто чудо, что ты ухитрился бросить вызов вожаку стаи и победить.

— Да я сам не понял, как это вышло, я же ничего не помню, кроме обрывочных эмоций, — со вздохом признался Шиба, качнув головой. — Помню, что я вроде наткнулся на след Рэя и пошел за ним. Полагаю, он об этом знает куда больше, так что, как в себя придет, расскажет, как всё было на самом деле. Если честно, ума не приложу, как нас там обоих не разорвали.

— Скорее всего, дело в ваших повадках, — предположил шагающий рядом Натсуме, приобнимающий за плечи притихшую девушку. — В отличие от обычных волков, вожаки оборотней единолично принимают вызов сунувшихся на их территорию, а сообща стая только загоняет дичь. И то право первого удара всегда остаётся за лидером, а нарушивших очередность ждет жестокое наказание. Так что, скорее всего, остальные просто наблюдали, не решаясь вмешиваться. Но всё равно поздравляю.

— Спасибо. Кстати, мне кто-нибудь объяснит, что Рэя вообще понесло в лес? Когда я очнулся, он уже не совсем внятно говорил, только бредил и бормотал какие-то извинения… Я, конечно, помню, что на него перед полнолунием крепко обиделся, но потом вспомнил ваши слова про побочки и планировал поговорить, как всё закончится.

— Потому что пить надо меньше, — раздосадованно буркнула Кэй. — Он дико сожалел о том, что наговорил накануне, хотел извиниться и просто подобрать тебя у леса. А тут Эрика ему рассказала про твои нетрезвые откровения и планы бросить вызов вожаку. Ну Рэй и рванулся тебя спасать от опрометчивых поступков.

— Ой ё… — Шиба в ужасе расширил глаза, схватившись за голову. — Так это, выходит, из-за меня мы оба чуть не закончились?

— Скорее из-за того, что вам с Эрикой надо рты к хренам зашить. Тебе, чтоб не пил, а ей, чтоб не разносила сплетни, — недовольно поджала губы девушка. — Я с вами когда-нибудь с ума сойду.

— Тише, всё же закончилось, причем даже наилучшим для всех образом, — тихо рассмеялся русал, успокаивающе сжимая её плечо.

Вампирша со вздохом осмотрела окружающих парней, почему-то не разделяющих её переживаний и тактично замолчала. Действительно, главное, что всё закончилось хорошо…

========== Часть 15. Этнографические особенности севера и юга. ==========

— Я убью тебя, псина драная! — раздался на всё общежитие грозный рык распахнувшего дверь с ноги вампира. Буквально за минуту до этого выскользнувший из его комнаты Шиба, уже смеясь в голос, ускорился, переходя на бег и проносясь мимо сидящих в гостиной друзей.

— Чего это у них, интересно, опять приключилось? — с любопытством осведомилась Эрика, чуть привставая на кресле, но откровенно ленясь поднимать попу с насиженного места.

— Сейчас узнаем, — флегматично пожал плечами Натсуме, прислушиваясь к тяжелым шагам разъяренного Рэя.

— Где эта тварь?! — рявкнул клыкастый блондинчик, врываясь в гостиную и обводя всех присутствующих яростным взглядом голубых глаз. Повисла гробовая тишина. На лицах одноклассников поочередно сменилось недоумение, озарение, и комната наполнилась дружным гоготом компании. Даже обычно непробиваемый Натсуме не сдержал тихого смешка, глядя на раскрасневшееся лицо вампира. — По-вашему, это смешно?! Нам выезжать через три часа, а знаете, сколько длится эффект этой дряни?! Сутки! Как я смогу в таком виде на улицу выходить?!

— Тише, успокойся, — простонала Кэй, утирая выступившие от смеха слёзы. — Тебе, между прочим, очень идёт, тем более теперь вы точно составляете идеальную пару.

— Ага, идеальные кошка с собакой, — провыла демонесса, держась за живот и потихоньку сползая с кресла. Рэй лишь плюнул с досады, разворачиваясь и поспешно возвращаясь в свою комнату, дабы, не приведите боги, его ещё кто-то в таком виде заметил. Хотя сестрица не соврала, аккуратные золотистые ушки, виднеющиеся на голове, пушистые кошачьи усики и длинный подрагивающий хвост ему и правда очень шли. Но не в такой же день!

— Шиба со своими приколами, конечно… — посмеиваясь, покачал головой Наги, крепче прижимая к себе за плечи хихикающую Хлою. — Вечно в самый подходящий момент.

— Меня больше поражает то, что, имея такой опыт близкого общения, Рэй до сих пор, как маленький, доверчиво тянет в рот всё, что Шиба ему подсунет, — усмехнулся русал, покачав головой.

— Полагаю, иногда среди этого всего попадается кое-что достойное внимания, — расплылась в пошлой ухмылке демоница, отчего Натсуме горестно закатил глаза.

— Эрика, твоё чувство юмора и попытки везде впихнуть пошлятину иногда выходят за все рамки разумного, — поморщился он, поднимаясь. — Кэй, пойдём лучше проверим ещё раз, всё ли мы взяли. А потом ещё сходишь, навестишь нашу кисоньку, а то я сильно подозреваю, что он сейчас в такой ярости, что совершенно не в состоянии собраться.

— Хорошо, — послушно кивнула вампирша, поднимаясь и весело махнув рукой оставшейся парочке. — О, а вы тогда поймайте нашего шутника и тоже напомните ему, чтобы на радостях не забыл в свой чемодан хоть пару трусов закинуть, а то сейчас на волне эйфории чего-нибудь забудет и потом будет скулить всю дорогу. Причём вам же, потому что, зная Рэя, предполагаю, что он с ним еще сутки разговаривать не будет…

— Хорошо, мы напомним, — мягко улыбнулась Хлоя и, взяв любимого за руку, тоже поднялась. — За нами же через три часа приедут?

— Да, через три часа всем быть у ворот с вещами. И не забудьте купальники. Там, куда мы едем, будет очень жарко… Во всех смыслах этого слова.

***

— Добро пожаловать в Гелиостат, уважаемые господа. Меня зовут Сехнир, я управляющая этого отеля, — раздался звонкий, преисполненный почтением голос склонившей голову встречающей. Вышедшие из крытой повозки гости с интересом уставились на непривычно одетую для их родины миловидную девушку. Наряд её был вполне подходящим для подобных широт, но впервые увидевшие подобное ребята не смогли скрыть любопытства. Тем более, что из-под весьма фривольного топика и длинной белой юбки с разрезами до самого пояса виднелась необычная кожа, покрытая короткой пушистой шерсткой, а голова у девушки и вовсе была кошачья, что не оставляло сомнений в её расовой принадлежности. Для Гелиостата эта раса была обычным делом, но вот в других широтах почти не встречалась. — Позвольте мне проводить вас в ваши комнаты.

— Ого, это же баст, — с горящими глазами оглядывала спину величаво идущей впереди девушки Кэй, дёргая своего русала за рукав и стараясь не задерживаться взглядом на мелькающем из-под юбки хвосте. — Я их никогда не видела, а ты?

— Я слышал, раньше они были жрицами одной местной богини, но со временем стали осваивать и другие профессии, — не менее возбужденно ответил вместо него Наги, не меньше обожавший изучать редкие расы.

— Служение не приносит большого дохода, им мы занимаемся в свободное время, — прекрасно расслышав за своей спиной перешептывания, пояснила Сехнир, тихо рассмеявшись. — Тем более, наша богиня мудра и великодушна, так что она не настаивает на неустанном поклонении, в большей степени поощряя всевозможные развлечения. Всё-таки наша прародительница Баст, в чью честь наша раса и получила название, в первую очередь богиня радости и веселья. Если хотите, то можете как-нибудь посетить нашу службу. Уверяю, если вы не обременены предрассудками, то вам очень понравится.

— Спасибо за приглашение, мы обязательно об этом подумаем, — поспешно ответил Натсуме, пока загоревшиеся новой идеей спутники не успели дать необдуманного согласия. Он не считал себя обремененным предрассудками, но был достаточно наслышан про жизнерадостные гуляния в храмах этого народа, сопровождающиеся неизменными свальными пьянками и нередко заканчивающимися грандиозными оргиями. Но об этом юным этнографам лучше рассказать как-нибудь потом и наедине. — Кстати, будьте любезны, расскажите, почему этот отель выглядит таким пустым? Остальные гости еще не прибыли?

— Дело не только в этом, хотя сам праздник действительно начнется только через три дня, и тогда же приедет большая часть гостей, — ведя компанию по коридорам, потрясающим своей роскошью восточного стиля, пояснила управляющая. — Наш отель был забронирован семьёй невесты полностью лишь для близких друзей брачующихся, остальных разместят в соседнем. Так что…

— Кэй! Ран, я нашел её! — раздался позади басовитый возглас и девушку, не успевшую обернуться на тяжелые шаги, буквально рвануло в воздух, подбросив на метр. Пискнувшая вампирша едва не поздоровалась головой с потолком и после пары секунд полёта тут же оказалась в могучих объятиях старого друга. Ингольф ничуть не изменился с их последней встречи. Всё те же причудливые татуировки по всему телу и лицу, множество колец и серёжек, украшающих заостренные уши, шикарная грива темно-русых волос чуть ли не до пояса, в которых периодически мелькают различные заколочки в виде оскаленных волчьих морд и маленьких пушистых хвостиков неизвестных животных. Всё те же пронзительно-желтые глаза и широкая улыбка на симметрично проколотых снизу губах. Всё те же кожаные ремешки, обхватывающие шею и запястья, и здоровенный клык в серебряной оправе, покоящийся на груди. Военный трофей с одного из полнолуний. Вот только непривычно видеть его в одних штанах, без форменной мохнатой накидки из шкур. — Мелкая, как я рад тебя видеть! Бросила нас и даже письма не пишешь, засранка. Чего молчишь, стыдно?

— Инги, полагаю, она молчит потому, что ты её стиснул в своих медвежьих объятиях и не даешь вдохнуть, — тихо рассмеялась неспешно подошедшая следом, не менее высокая, чем фенрир девушка, с куда меньшей, но не менее впечатляющей мускулатурой. Поджарая смуглая фигура, состоящая из перекатывающихся под кожей мышц без единого грамма жира, была выставлена на всеобщее обозрение, лишь в самых интересных местах целомудренно перетянутая широкими кожаными ремнями. Непослушные пушистые волосы цвета спелого льна были заплетены в спускающуюся до колен толстенную косу, а выпадающие прядки чёлки прижаты простеньким ремешком-хайратником. — Приветствую всех, меня зовут Рангрид, а этого шумного невежу Ингольф. Мы еще не знакомы, но уверена, Кэй о нас рассказывала.

— Приятно познакомиться, — нестройно поздоровались прибывшие гости, а Шиба нервно сглотнул, не зная, куда деть глаза. Восхитительные округлости валькирии, которой он едва доходил до плеча, грозящие при каждом движении разорвать скрывающие их ремни, притягивали взгляд не меньше, чем широкоплечий фенрир, чью вторую ипостась дальний сородич видел и без полнолуния. Огромный волк трёх метров в холке вызывал у него невольный трепет и прекрасное осознание того, что даже в нынешнем своём обличии мелкий вожак собственной стаи ему на один укус. Рэй, заметивший его лёгкую панику, вынуждено всё еще скрывающий усы платком, а ушки широкополой шляпой, тихо фыркнул, с прищуром оглядывая друзей своей сестры. Застывшая Хлоя, вцепившаяся в руку невидимки, и вовсе потеряла дар речи, теряясь среди более высоких ребят, как блоха в шерсти Ингольфа.

— Ладно, извини, увлёкся. Возвращаю тебя твоему парню, — ухмыляясь во всю пасть, хмыкнул фенрир, опуская старую подругу на пол рядом с недовольно смотрящим на него Натсуме. Он всё понимал, но все равно до сих пор терпеть не мог, когда его девушку тискали другие, особенно мужчины. Потрепав пытающуюся отдышаться Кэй по волосам, Ингольф изучающе уставился на русала своими звериными глазами. — Это же он и есть, тот самый твой ревнивый парень, о котором нам Ален рассказывал?

— Он самый, — холодно ответил русал, с трудом подавив желание поскорее обнять вампиршу и убедиться, что больше на неё никто не посягнёт. Ничуть не смутившийся Ингольф вновь расхохотался и протянул ему руку, но, стоило Натсуме её пожать, как он моментально оказался стиснут сильными руками без малейшей возможности вздохнуть.

— От зараза, заграбастал себе всё-таки мелкую. Поздравляю, — смеясь, фыркнул оборотень, наконец выпуская тихо хрипящего парня и пару раз дружески хлопнув его по спине, чуть не сломав позвоночник. — Ты её береги, мы ж её все любим и ценим. Кстати, а где её братик, о котором она нам все уши прожужжала? Ты что ли?

— Н-нет, — отчаянно замотал головой хрупкий невидимка, невольно отступая и совершенно не желая познакомиться с любителем обнимашек поближе. Ткнув пальцем в Рэя, он поспешно пояснил. — Это вот он, не я!

— Он? — Ингольф слегка прищурился, изучая голубые льдинки глаз вампира, виднеющиеся из-под скрывающего лицо платка. К счастью, с объятиями он к нему не полез, ограничившись скептическим хмыканьем. — А чего у тебя морда закрыта? Жарко же, упаришься.

— На то есть свои причины, чуть позже сниму, — неохотно ответил Рэй. Действие розыгрыша Шибы должно было закончиться в ближайший час, но настроение от этого всё равно не улучшалось.

— Инги, полагаю, ребята хотят отдохнуть с дороги, они почти сутки добирались сюда и сильно устали, — мягко улыбнулась Рангрид, понимающе переведя тему и заполняя повисшую паузу. — Позволь Сехнир проводить их до комнат, а посидим и пообщаемся лучше за ужином. Тем более, что тройняшки, как ты помнишь, хотели нас всех собрать для важного разговора…

— Ну… Ладно, — вздохнул Ингольф, пожимая широкими плечами. — Если кому-то не захочется торчать в душных комнатах и варить мух в чашках, то спускайтесь к бассейну, мы там обычно обитаем. Тройняшки с Эллис и её подругами уехали на какую-то встречу, так что отель полностью в нашем распоряжении.

— Спасибо, мы попозже присоединимся, — с нежностью улыбнулась Кэй, осматривая старых друзей, махнувших ей на прощание и скрывающихся за ближайшим углом. Наткнувшись на укоризненный взгляд сине-зеленого глаза, девушка слегка покраснела. — Прости. Ингольф парень довольно простой в общении и совершенно не знакомый с понятием личного пространства. Но он хороший, правда.

— Я заметил. Правда, от этого мне не начинает нравиться тот факт, что все твои друзья при встрече пытаются тебя облапать, — проворчал русал, недовольно морщась. — Ладно, наверное, я когда-нибудь смирюсь с мыслью, что мне в какой-то степени придется делить тебя со всевозможными друзьями и родственниками до конца жизни. Хотя, если он меня еще раз обнимет, я, наверное, сдохну.

— Да брось, это всего лишь значит, что ты ему понравился, — рассмеялась девушка. — И вообще уверена, вечером вы познакомитесь поближе и проникнетесь симпатией.

— Ну, я и так прониклась к ним симпатией, — подала голос скромно улыбнувшаяся Хлоя, — хотя они меня и немного пугают, такие большие и грозные.

— И очень шумные, — поддакнула Сехнир, посмеиваясь в усы. — За всю историю у нас не было более шумных постояльцев, чем эти. Кстати, мы пришли. Весь этаж в вашем распоряжении. Любой из этих восьми элитных комнат класса люкс вы можете воспользоваться. Если что-то понадобится — просто позвоните в звонок, и наши горничные моментально к вам придут. Можете заказывать в номера еду, напитки, услуги спа и вообще всё, что пожелаете. Или, если будет желание, спускайтесь на первый этаж, там находится полностью оплаченный ресторан, кабинеты для различных процедур, а на цокольном этаже купальня и сауна. Приятного отдыха.

— Ух ты, — простодушно выдохнула вампирша, едва управляющая скрылась из виду, и любопытная девушка толкнула ближайшую к лестнице дверь, восхищенно оглядывая огромное роскошное помещение. — Не удивительно, что тут всего восемь комнат, мы тут вшестером в одной можем поместиться, не напрягаясь и не мешая друг другу.

— Согласен, размах гуляний впечатляет, — удивленно вскинул брови выглянувший из-за её спины невидимка. — Боюсь даже предполагать, сколько обычно стоит одна ночь в этом отеле.

— Лучше и не предполагай, — серьезно кивнула Кэй, следом за оттеснившим её Натсуме неуверенно переступая порог комнаты. — Боюсь, даже если бы мы скинулись со своих стипендий, то не смогли бы арендовать и диванчик в холле. Один на всех.

— Ладно, мы тогда займем комнату с другой половины коридора. Ну, чтоб вам не мешать, — потянувшая Наги за руку Хлоя с горящими глазами направилась изучать остальные помещения, а привыкший к роскоши Рэй лишь фыркнул, проходя дальше, к последней на этаже двери.

— А? Стой, погоди! — спохватился едва не выронивший свой чемодан Шиба, но, стоило ему подбежать к выбранной вампиром комнате, как дверь злорадно захлопнулась у него перед носом, явно давая понять, что его туда пускать не намерены. Едва спасший от перелома нос оборотень обиженно ударил по косяку рукой. — Рэй, ну ты серьёзно?! Я же извинился!

— Как дети малые, — неодобрительно покачал головой Натсуме, уже втащивший свой чемодан и вернувшийся за поклажей вампирши, с интересом застывшей в дверях и наблюдающей за семейной ссорой. — Не стой на пороге, счастье выпустишь. А эти двое всё равно к вечеру помирятся, так что лучше давай вещи разберем побыстрее.

— Знаю. Они никогда надолго не ссорятся, так что, как только Рэй избавится от усов, ушей и хвоста, так сразу подобреет. Если Шиба, конечно, ещё чего-нибудь не выкинет, — послушно кивнула Кэй, запирая дверь и с любопытством оглядываясь. Номер и правда потрясал воображение своей роскошью и просторными помещениями. В огромной гостиной с выходом на балкон было несколько столиков и шкафов, а также необъятный диван, обитый нежнейшим алым бархатом, стоящий прямо напротив телевизора. Дверь слева вела в не менее огромную спальню, большую часть которой занимала шикарная кровать, усыпанная лепестками роз, а справа находились туалет и ванная комната, напоминающая небольшой бассейн. Вдоволь облазив все помещения и заглянув в каждый угол, вампирша подошла к раскладывающему вещи русалу и обняла его за пояс, прижавшись лицом к спине. — Ты как? Совсем запарился, наверное? Может, тебе что-нибудь принести?

— Нет, ничего не надо, — невольно улыбнулся Натсуме, легонько погладив кончиками пальцев её руки. — А ты как? Рада?

— Конечно. Я чертовски рада быть здесь, с тобой, в окружении друзей, да еще и на халяву, — кивнула девушка, позволяя русалу обернуться и приобнять её за плечи. — Правда, я всё равно за тебя очень волнуюсь. Тут жарко, а тебе придется и в бинтах, и в одежде ходить. Плюс я очень боюсь того, что будет, когда мы через пару дней встретимся наконец с почетными гостями. Вдруг они догадаются, кто ты на самом деле?

— Даже если догадаются, то ничего страшного, не думаю, что они рискнут срывать из-за этого мероприятие, вязать меня посреди зала и вообще как-то делать вид, что заметили. Лишние скандалы им ни к чему. А вот когда вернемся в Академию, могут начаться проблемы. Но это ведь произойдет еще не скоро, так что давай пока не будем об этом думать и насладимся внеплановыми каникулами. Но это что касается меня. А вот насчёт вас с братом не уверен, подозреваю, что ваши родственники могут и что-нибудь выкинуть.

— Могут, — тяжело вздохнула вампирша, — но, надеюсь, обойдется без громких скандалов.

— Ты ведь мне расскажешь, что происходит? — вкрадчиво поинтересовался парень, поглаживая черные волосы и внимательно вглядываясь в любимое лицо. — Я уже догадался, что вы что-то замышляете, но хотел бы знать подробности.

— Подробности ты узнаешь, когда мы соберемся все вместе и приступим непосредственно к обсуждению планов и… сопутствующих рисков, — грустно улыбнулась девушка. — Дело не в том, что я тебе не доверяю, просто и сама пока что знаю лишь общую идею, а в подробности близнецы поленились меня посвящать, чтобы не повторять всё по десять раз. Но, если тебе не терпится узнать, то вкратце — мы планируем небольшой заговор с целью слегка улучшить мир.

— Это я уже понял, — усмехнулся Натсуме, чувствуя, как тонкие пальцы пробегаются по его бинтам, ища начало. — Ты же понимаешь, что это опасно? Что, если ты согласишься, то пути назад уже не будет? Что каждого из нас могут посадить в тюрьму или вообще убить?

— Конечно, — спокойно кивнула Кэй, осторожно разматывая скрывающие лицо возлюбленного бинты, — но так же я понимаю, что не хочу всю жизнь прятаться и трястись за наши жизни. Я хочу, чтобы ты был свободен и больше не скрывался за бинтами, опасаясь, как бы кто не узнал твою тайну. Чтобы Хлоя, Рэй и Шиба могли жить спокойно, не боясь осуждения и не подвергаясь гонениям. И если ради этого требуется рисковать, то я не против. Если ты считаешь иначе, то можешь не участвовать. Просто подожди пока всё не закончится, а там уже либо сойдемся обратно, либо… Будешь иногда вспоминать, что была на свете одна самоуверенная вампирша, которая полезла, куда не следует, и на собственном примере доказала, что беспечность наказуема.

— Дурочка, — беззлобно резюмировал русал, прикрывая глаза и чувствуя, как по лицу соскальзывает тонкая ткань повязок. — Конечно, я не останусь в стороне и помогу чем смогу. Я тоже хочу приложить руку к созданию описываемой тобой утопии, а в случае неудачи разделить твою печальную участь. Я же давно уже сказал, что ты никуда от меня не денешься, и все последствия твоих безумных выходок я готов разделить на двоих. Кэй…?

— Что? — тихо поинтересовалась вампирша, любуясь изящным, безупречно красивым лицом с матовой, почти что светящейся кожей. Не удержавшись от искушения, она скользнула пальчиками по жемчужным волосам, убирая упавшие на лоб прядки челки. — Извини, знаю, что ты не любишь, когда я на тебя так смотрю, но удержаться сложно. Ты и правда бесстыже красивый и возмутительно прекрасный. Хотя люблю я тебя, конечно, за твой несносный характер, смотреть на тебя всё равно очень приятно.

— Мне на тебя тоже, — чуть прищурился Натсуме, скользнув ладонями по бокам собеседницы и, рывком подняв её в воздух, понёс в спальню. — Причём я заметил странную закономерность. Чем меньше на тебе одежды, тем приятнее мне на тебя смотреть. Забавное наблюдение, не правда ли?

— Вот нахал, — тихо рассмеялась Кэй, обхватывая его шею руками и с наслаждением касаясь нежным поцелуем любимых губ. Судя по игривому настроению её парня, давние знакомые ещё не скоро увидят её внизу. По крайней мере, до тех пор, пока ревнивый русал точно не удостоверится, что она принадлежит только ему. Причем, возможно, даже не один раз.

========== Часть 16. Отдых для взрослых. ==========

Уважаемые читатели, эта глава будет вынесена в отдельный фик, ибо полностью посвящена довольно откровенному слэшу, рейтинга NC-17. Влияния на сюжет она не имеет, так что её можно смело пропускать.

Поэтому те, кто желают ознакомиться, милости прошу проходить по ссылке:

https://ficbook.net/readfic/8504523

Всем остальным листать дальше и читать следующую главу.

Спасибо, что вы всё ещё со мной!

Всем удачных выходных! =)

========== Часть 17. Ветер откровений. ==========

Жаркое утро в Гелиостате, и так славившемся своей знойной, палящей луной, по описаниям больше похожей на солнце человеческого мира, в этот раз превзошло само себя, будто издеваясь над несчастными студентами, накануне оказавшимися не в состоянии расползтись по номерам. В закутке неподалёку от бассейна на дорогущих коврах и мягких подушках хаотично расположились несколько вусмерть пьяных тел, с размахом отметивших их долгожданное воссоединение и новые знакомства. Вышколенный персонал тактично обходил укрытое от всех глаз пальмами и раскидистыми цветущими кустами место, откуда доносился раскатистый храп разгулявшегося вечером фенрира. В самом центре укромной площадки, специально оборудованной для их посиделок, возлежал на спине необъятный Ингольф, чьи огромные ладони по-хозяйски покоились на бёдрах прильнувших к нему с обеих сторон дракончиков, тихо посапывающих во сне. Чуть подальше, отгородившись от их безобразий подушками, укромно устроились вампирша с русалом, а в тени пальм приютились нежно обнимающиеся зомби с невидимкой. Из-за ещё одной баррикады виднелись смутные очертания властно обхватившего своего оборотня руками Рэя, а рядом с ними свернулась беззащитным калачиком грозная валькирия.

— Ну ни хрена себе мы вчера погуляли, — когда небесное светило стало палить уж совсем нещадно, простонала Кэй, с трудом садясь и оглядываясь в поисках хоть какого-нибудь кувшина с соком. Увы, всю еду и напитки унесли, еще пока они спали, так что спасти девушку от невыносимого сушняка было нечем.

— Знаешь, кажется, я начинаю понимать, почему ты находишь прелесть в подобных пьянках, — хрипловатым голосом глубокомысленно заметил тоже проснувшийся русал, неохотно приоткрывая глаз. — В них действительно что-то есть… По крайней мере, в такой компании.

— Я же говорила, тебе понравится, — усмехнулась перебравшаяся на четвереньки девушка, неуверенно поднимаясь и оглядываясь. — Ой, а где Малес? Он же вчера вроде с нами был или у меня уже с глазами проблемы?

— Нет, с ними у тебя все в порядке, — рассмеялась сладко потянувшаяся всем телом валькирия, нечаянно свалив несколько подушек на спящих за её спиной ребят. — Просто, когда Инги допился до того, чтобы предложить вспомнить былое и уединиться где-нибудь с тройняшками, наш жених поспешно смылся, пока его невеста не устроила грандиозный скандал. Хотя я решительно не понимаю, чего она морду кривила, знает же, что уж кто кто, а наши шкодники точно предрассудками не страдают, а целомудренности в них меньше, чем в жрицах Баст.

— Ей просто не понравилось, что у Ингольфа хватило наглости предлагать им групповой секс прямо при ней, — фыркнул вынырнувший из засады вампир, клыкасто зевая. — Насколько я знаю Эллис, она и сама та ещё штучка, и подруженьки у неё не лучше.

— Тьфу ты, вас послушать, так у нас не компашка, а спецотряд борделя на выезде, — проворчала Кэй, осторожно переступая через фенрира.

— Ну почему же, вон, взгляни под пальмы, там как раз сидят наши примерные детки, которые ничем подобным не страдают, — смеясь, возразила Рангрид, жмурясь от яркого света. — Мне, как ты знаешь, это тоже уже не особо интересно, а ты и твой брат если и склонны к извращениям, то только по отношению к своим постоянным партнерам.

— Позволю себе с тобой не согласиться, как нам вчера рассказали, Рэй раньше тоже был не особо придирчив в выборе грелки для постели, — неожиданно прекративший храпеть Ингольф приоткрыл глаза и забавно сморщил нос, — только я вчера так и не дослушал ту забавную историю, как наши близнецы с его бабами разбирались.

— Да как обычно, — отмахнулась вампирша, уже десять раз эту историю слышавшая и даже частично при ней присутствовавшая. — Заманили их в заброшенный корпус, зачаровали двери и мороков понавешали. Ну и сертанию цветущую там предварительно сожгли. А сами сели снаружи и хомячили чипсы, с удовольствием слушая визги. Как там половина не поседела, я не знаю, но, когда мы их оттуда через пару часов выпустили, две при одном виде Шибы в обморок грохнулись, а одна до сих пор заикается.

— Остальные вроде тоже впечатлились в достаточной мере, чтобы держаться от нас подальше, — клыкасто усмехнулся Рэй, любовно погладив по волосам посапывающего любовника. — Я, конечно, был не в восторге от того, что они их туда заманивали в моем образе, но, поскольку эффект превзошел все ожидания, я не против. По крайней мере, последнюю неделю до отъезда мне не приходилось каждый день таскаться с Шибой по медпунктам или убеждать его, чтобы не расстраивался из-за испорченных вещей.

— Сложные вы, я бы им просто всем руки переломал в воспитательных целях и на этом превентивные меры закончил, — пожал плечами Ингольф, вытягиваясь во весь свой немалый рост.

— Жарко, — видимо, проснувшийся от его движений Ален приподнял лицо, сонно моргая и растирая кулачком глаза.

— Очень. Мне плохо, — зеркально повторил его движение брат, капризно искривив губки.

— А еще вы шумные…

— Очень шумные…

— Идите шуметь в другом месте.

— Или отнесите нас в другое место.

— Так, а ну цыц, — моментально поднявшийся фенрир подхватил бухтящих дракончиков поперек животов и, удерживая их на весу, решительно шагнул в сторону бассейна. — Сейчас мы вас остудим, чтоб не капризничали.

— Что? Нет! — быстрее брата сообразивший, что задумал друг, вскрикнул Алек, пытаясь разжать огромные руки, удерживающие его поперек живота.

— Мда, с вами точно не соскучишься, — усмехнулся Натсуме, прислушиваясь к короткому парному визгу, тут же заглушенному плеском воды и шумом с разбегу прыгнувшего в бассейн Ингольфа, даже не подумавшего отпустить своих жертв экстремального способа побудки. Тряхнув головой, русал вопросительно вскинул бровь, покосившись на довольно улыбающуюся Кэй. — Ну что, еще спать пойдем?

— Нет, пойдем лучше чаю или сока попьем, да, может, погуляем, если Малес до этого времени не освободится, — немного подумав, качнула головой вампирша. — Спать я уже не хочу, да и почти все окна сюда выходят, а раз уж Инги проснулся, то теперь хочешь, не хочешь, а поспать не удастся никому.

Понятливо кивнув, русал взял её за руку и направился в сторону расположенного на первом этаже ресторана. Заказав себе пару стаканов освежающего апельсинового сока, парочка выбралась на просторную веранду с видом на море, отчасти не желая сидеть в душном помещении, отчасти потому, что даже дотуда доносился басовитый хохот расшалившегося оборотня и звонкий смех наблюдающих за ним друзей. Однако побыть вдвоем им всё-таки не удалось. В самом углу увитой плющом веранды уже сидела ослепительно красивая женщина в лёгком платье и непроницаемых темных очках. Заметив, что кто-то прервал её уединение, она приподняла руку, жестом попросив ребят подойти поближе. Вампирша спиной почувствовала, как напрягся при виде загадочной женщины Натсуме, но, немного помедлив, всё же направилась к единственному занятому столику.

— Доброго утра, — обворожительно улыбнулась женщина, снимая очки и с любопытством разглядывая подошедшую парочку. — Кэй и Натсуме, верно?

— Верно, а вы? — с опаской уточнила девушка, почти не сомневаясь в расе пригласившей их присоединиться к себе красотки. Такая же матовая кожа, как у её возлюбленного и чарующий, пропитанный магией голос… — Мы знакомы?

— Нет, но я наслышана про вас обоих. Тройняшки мне вкратце рассказали ваши истории, их обнародование и правда сильно облегчит наше дело. Меня зовут Лерэйя, я русалка. Удивлены? — улыбающаяся какой-то особенной, мистической улыбкой женщина будто притягивала взгляд, завораживая и внешностью и голосом.

— Если вы их знаете даже вкратце, то должны прекрасно понимать, что мы вам не доверяем и не собираемся даже разговаривать, — резко отрубил Натсуме, сверля подозрительную дамочку неприязненным взглядом, полным презрения.

— Что, даже не захотите узнать, почему мне доверяют основные зачинщики нашего маленького заговора? — лукаво сверкнула глазами Лерэйя, чуть склонив голову набок. Затылок русала кольнуло знакомой магией защитного полога. — Я понимаю ваши чувства ко мне и всей моей расе, но уверяю, я на вашей стороне. Тем более что, нравится вам это или нет, но я все равно буду присутствовать на всех наших собраниях. Так зачем же нам порождать внутренние конфликты, если вместо этого можно подружиться?

— Русалки не умеют дружить и любить, — процедил сквозь зубы парень, презрительно скривившись, — зато они умеют прекрасно лгать, притворяться и использовать других в своих целях.

— Вот как? — вскинула бровь красавица, улыбаясь на пару градусов холоднее. В прекрасном голосе моментально послышалось едва заметное ехидство. — То есть свою девушку ты тоже не любишь и своих спутников за друзей не считаешь, лишь обманывая их и желая использовать в своих целях? Малыш, не стоит грести всех под одну гребенку. Ты ничем не лучше меня, и у тебя нет права рассуждать о тех вещах, о которых ты даже понятия не имеешь.

— Я вам не малыш, — огрызнулся русал, невольно сжимая руки в кулаки и едва сдерживаясь, чтобы не наброситься на эту дивную женщину. Грудь сдавило давно забытым кольцом обиды и злости, но ситуацию спасло едва ощутимое касание знакомой прохладной руки.

— Натсуме, — тихо позвала его Кэй, отчего переполняющие парня эмоции почти моментально пошли на спад. — Я понимаю, что ты злишься, но она права. Если ребята решили, что ей можно доверять, то и нам придется… Как минимум, попытаться сотрудничать и мирно сосуществовать.

— Хорошо, — шумно выдохнул Натсуме, на несколько секунд прикрывая глаза и решительно садясь напротив русалки, — но сразу предупреждаю, что бы вы ни сказали, доверять я вам не буду.

— О, на это я даже не рассчитываю, — тихо рассмеялась Лерэйя, чуть откидываясь назад и задумчиво покачивая изящной ножкой виднеющейся из-под платья. — Хм, с чего бы начать…

— Например, с того, как вы вообще оказались здесь и почему драконы вам так доверяют, — вкрадчиво предложила вампирша, действительно совершенно не понимая, что в заговоре против русалок могла забыть русалка.

— Это очень грустная и долгая история, — печально улыбнулась женщина, чей образ моментально окутала незримая тихая грусть. — Впрочем, мы никуда не торопимся, так что, полагаю, я могу её рассказать, — вздохнув, она окинула взглядом бескрайнее море и негромко начала рассказывать. — Много лет назад у меня была крепкая и, как я полагала, счастливая семья. Я занимала довольно высокое место в правительстве, а мой муж… был выдающимся вампиром и образцовым семьянином. Пока у нас не появился сын. Сначала я была счастлива, будучи уверенной, что сказки о нашем обязательном безумии по отношению к детям это просто байки не умеющих себя контролировать девиц, но со временем стала замечать, что начинаю ревновать мужа к собственному ребенку. Меня сводила с ума одна только мысль, что, возможно, я для него уже не на первом месте, что кто-то занимает в сердце любимого больше места, чем я. Я охладела к собственному сыну, стараясь его не замечать, но иногда всё же срывалась. Я ненавидела его всем сердцем и не раз мечтала убить, останавливаясь лишь от мысли, что мой возлюбленный никогда мне этого не простит. Но со временем я нашла выход…

— Вы сдали его в тюрьму, — криво усмехнулся Натсуме брезгливо искривив губы. — Заперли собственного ребенка в четырех стенах, обрекая никогда не видеть лунного света и всегда находиться под контролем Кукловодов.

— Я этим не горжусь, — вздохнув, едва поморщилась Лерэйя. — Впрочем, ты не совсем прав. Русалов в большинстве своем держат отдельно от преступниц, они свободно гуляют по особняку, заводят друзей… Но речь была совсем не о том. А о том, что я всё равно совершила огромную ошибку. Муж был категорически против моего решения и вскоре после того, как Рион оказался в пансионе, бросил меня, потребовав развод. Я долго не могла понять, что сделала не так, рвала и метала, мучилась вопросами без ответа и в итоге осознала. Мы ужасные беспощадные монстры с прекрасными лицами и чёрными, гнилыми душами. Тысячелетия назад, взяв на себя непосильную ношу править миром, мы давно уже забыли о нуждах других рас и взлелеяли собственное безумие, желая всеми силами удержать власть и даже находя удобные оправдания всем своим самым кошмарным поступкам. Мы забыли о том, что, кроме нас есть и другие, имеющие свой взгляд на то, как будет лучше для общего блага. Я надеялась, что снизошедшее на меня озарение поможет мне исправить всё, что я сделала. Вернуть семью и убедить других в том, что дальше так продолжаться не может. Но я вновь ошиблась. К сыну меня даже не пустили на порог, несмотря на все мои клятвенные просьбы и заверения, что я изменилась. А он не захотел меня даже видеть, впрочем, я его в этом не виню. Но куда хуже оказалось другое. Когда я подготовила доклад и выступила с ним перед сёстрами, меня просто-напросто не поняли. Объявили смутьянкой и психопаткой, заклеймили угрозой для общества и в качестве уважения к моим былым заслугам сослали в такое место, где я в любом случае не могла бы никому навредить. Однако для перестраховки на меня всё же наложили чары забвения, так что следующие несколько лет я провела, присматривая за самым большим в мире закрытым архивом под надзором весьма специфических существ, одного из которых я представлю вам чуть позже. Пока не появились они. Понятия не имею, как они про меня узнали и каким образом нашли, наверное, Эван рассказал, надзиратель пансиона, в котором содержится мой сын. Но факт остаётся фактом. Драконы явились в мою мрачную обитель и, разрушив чары, предложили мне с ними сотрудничать. Естественно, я не могла им отказать и с радостью согласилась помочь. С моей помощью теперь они могут добраться до любой скрытой информации, чтобы в нужный момент сделать её достоянием широкой общественности.

— И Вы полагаете, Вас не устранят, когда увидят на свадьбе в таком обществе? — с сомнением нахмурилась Кэй, размышляя над услышанным. — Они же сразу поймут, что заклятие разрушено и вы на нашей стороне.

— Девочка моя, ты же не думаешь, что ты тут самая умная? — снисходительно улыбнулась русалка, покачав головой. — Моя новая должность и наложенное заклятие никак мне не мешали и раньше посещать различные мероприятия, ведь иначе это вызвало бы много вопросов у журналистов. Как я уже говорила, я была довольно значимой фигурой на политической арене, чтобы меня
можно было незаметно засунуть в пыльной угол так, чтобы ни у кого не возникло вопросов. Поэтому никто не удивится, что я была приглашена четой Андерстоунов на это эпохальное событие. Кстати, я полагаю, что место торжества этот старый кровосос Гейрандо тоже выбрал не случайно. Либо посоветовался с нашими хитрыми друзьями, и те ему подсказали, в каком климате русалкам будет некомфортней всего. Мы не любим жару, больше предпочитая средние широты.

— Мы в курсе, — отмахнулся Натсуме, тоже не испытывающий восторга от местного климата, но отлично понимая, что именно это и уменьшает его риски быть разоблаченным.

— Мисс Лерэйя, — раздался позади уже собиравшегося сказать очередную гадость русала вкрадчивый голос, и подпрыгнувшая от неожиданности Кэй резко обернулась. За ними, слегка склонив голову в почтительном поклоне, стоял высокий стройный юноша с модно подстриженными черными волосами с идеально ровным пробором и равнодушными глазами, поблескивающими из-за стекол прямоугольных очков в тонкой оправе. Несмотря на царившую на улице жару, он был одет в черный костюм, причем каким-то образом ухитрялся при этом не выглядеть вусмерть упарившимся. — Мистер Малес просил меня передать, что Вас и ваших спутников ожидают в малой гостиной для важного обсуждения.

— Как вовремя, — ослепительно улыбнулась красотка, изящно поднимаясь со стула. — Кстати, Кэй, Натсуме, познакомьтесь, это мой надсмотрщик Сагара. Выдающийся юноша, обладающий острым умом и абсолютной памятью. Официально, конечно, я его начальница, для русалок заключенная, а на деле мы с ним уже давно хорошие друзья и союзники.

— Рад знакомству, — едва заметно приподнял уголки губ парень, чуть прикрыв глаза. — Мисс слегка преувеличивает, называя меня своим другом, что мне, несомненно, льстит, но вынуждает пояснить, что я скорее восхищающийся её талантами и добротой протеже.

— Добротой? — не удержался от ехидства Натсуме, почему-то напрягшись, когда на него уставились черные глаза юного протеже.

— Именно, — с едва уловимой угрозой в голосе подтвердил Сагара, не переставая вежливо улыбаться. — Мисс Лерэйя была первой, кто разглядел в нас не ужасных монстров, вынужденных скрываться, а таких же, как вы, разумных существ и отнеслась с теплотой и пониманием. Именно благодаря её заслугам у меня появилась возможность увидеть мир и даже завести друга. Поэтому и я и мои сородичи безмерно ей благодарны и преданы до конца своих дней.

— Ты, как всегда, преувеличиваешь, — смущенно качнула ресницами русалка, но было видно, что подобное отношение ей безумно льстит. В ответ на недоверчивые взгляды ребят она тепло улыбнулась и пояснила: — Сагара арахн. Ещё одна почти уничтоженная моими сёстрами раса, отличающаяся феноменальными вычислительными способностями, неплохими боевыми навыками и аналитическим умом, значительно превосходящим чей-либо в мире Тьмы. Правда, сложно поспорить, они и правда хладнокровные социопаты, склонные к излишней жестокости и интригам. Им запрещено покидать архивы и библиотеки, но мой юный друг, вынужденный присматривать за мной, считается как бы моим секретарём. Правда, ему крайне некомфортно поддерживать такой облик, но что поделать.

— Что Вы, ради общего блага мне совершенно не трудно потерпеть столь незначительный дискомфорт, — подав даме руку, Сагара ещё раз чуть склонил голову и повёл свою сногсшибательную спутницу к выходу.

— Не нравится мне эта парочка, — проворчал Натсуме, залпом допивая забытый сок и мрачно смотря перед собой, — что русалка эта, что её прихвостень очкастый. Скользкие личности.

— Ты только не смейся, но, если честно, Сагара меня почему-то немного пугает. Причем даже больше, чем его роскошная наставница, — неохотно призналась Кэй, закусив губу. — Ты его глаза видел? Чернющие, жуткие, как будто до самых потрохов пробирающие и какие-то… Как будто бы всезнающие. Я не из пугливых, но этот парниша даже меня впечатлил.

— Полагаю, что именно поэтому их и удалили подальше от мира. Если Лерэйя не соврала, то они и правда опасные ребята, в чьих головах содержится больше информации, чем во всей библиотеке Академии. А если к этому добавить упомянутую безжалостность и склонность к интригам, то они вообще воплощение самого страшного кошмара русалок. Хорошо, если он и правда на нашей стороне, а вот если он переметнется, то нашим планам моментально настанет каюк, — русал вздохнул и, поднявшись, протянул призадумавшейся девушке руку. — Ладно, пойдем к остальным, полагаю, это собрание и будет первой вехой в нашем грандиозном мероприятии…

========== Часть 18. Затишье перед свадьбой. ==========

Как и все остальные помещения отеля, малая гостиная впечатляла своей роскошью и богатым убранством. Однако было видно, что данную комнату специально заранее оборудовали для подобных посиделок, очевидно, по личной просьбе жениха и его братьев. Собственно, на трех глубоких мягких креслах и восседали сейчас главные зачинщики планируемого безобразия, а напротив них на двух диванчиках и ещё одном кресле расселись все остальные, в разной степени посвященные в подробности истинных целей дракончиков.

— Приветствую всех прибывших, — звонким голосом начал собрание Малес, когда все гости расселись, а комната была надежно опечатана защитным пологом. Честь открывать и вести это «заседание» выпала ему, потому как именно в его голове родился коварный план и на его же хрупких плечах лежала львиная доля реализации. — Я очень рад видеть всех вас на своей свадьбе…

— Слушай, давай ближе к делу, — поморщился Ингольф, с трудом уместившийся в таком же, как у тройняшек, кресле. — Все эти вежливые расшаркивания оставь для банкета, который будет через пару дней, а нам лучше поведай истинную цель всего этого мероприятия.

— Ты куда-то торопишься? — откинувшийся на спинку дракончик вопросительно вскинул бровь, чуть улыбаясь краешками губ. Он, как и братья, испытывал необъяснимую слабость к этому грубоватому, шумному фенриру, которому всегда позволялось чуть больше, чем другим.

— Тороплюсь, снежок, ой как тороплюсь, — со спокойной ухмылкой развел руками Инги, не сводя с бывшего любовника пристального взгляда. — Я уже три месяца чувствую, что вы втроем что-то крутите, а нам не рассказываете. Мы долго терпели, но каждая лишняя минута промедления вызывает у меня фантомную чесотку и стойкое желание выбить из вас ответы примитивным методом рукоприкладства.

— Ты всегда был нетерпеливым, — тихо рассмеялся Алек, подпирая кукольное личико кулачком и подгибая под себя одну ногу.

— Странно, что ты не высказывался раньше, — поддакнул Ален, зеркально повторяя поведение брата.

— Прошу, имейте терпение и не отвлекайтесь, — поднял ладошки Малес, с лёгким упреком обводя всех присутствующих внимательным взглядом лазурных глаз. — Вопрос, который мы сейчас будем обсуждать, слишком важен, и каждый из вас обладает лишь обрывочными сведениями о задуманном мероприятии, так что попрошу меня не перебивать, — убедившись, что друзья-знакомые в должной степени внимательно прислушались, он тряхнул головой, негромко рассказывая. — Как вы все прекрасно знаете, мы с братьями последние представители своего вида. Тысячелетия назад нынешний правящий класс почти полностью истребил нас, сочтя угрозой своей власти и не желая мириться с существованием хоть кого-то, кто имеет возможность не подчиняться их приказам. Несмотря на всё свое могущество, мы по своей натуре очень миролюбивые существа, так что в возникшем конфликте ничего не смогли противопоставить жадным до власти русалкам. Мы втроем бежали и много веков скитались по миру, ища место, где мы сможем просто жить в свое удовольствие… Но чем больше мы путешествовали, тем чаще натыкались на вопиющую несправедливость. Почти истребленные и угнетенные расы, внешняя благопристойность, за которой скрывались кошмарные вещи, всё это и многое другое вызывало у нас боль и отчаяние. Все, кто хоть немного представлял угрозу русалкам, беспощадно уничтожались или изолировались от общества без шансов когда-либо стать полноценными его членами. И тогда мы пришли к решению, что дальше так продолжаться не может. Мы должны хотя бы попробовать всё изменить. Раскрыть все многовековые нагромождения лжи и дискредитировать тех, кто уже давно не заслуживает своего положения.

— То есть, говоря простыми словами, вы затеяли революцию с целью захвата власти, — задумчиво подвела итог этой речи валькирия, рассеянно барабаня пальцами по подлокотнику дивана. — И кого же вы планируете посадить вместо тех, кого хотите свергнуть? Целая раса правящего класса еще может поддерживать общемировой порядок, но как вы представляете себе подобное осуществлять лишь втроем?

— Мы вообще не планируем править сами, нам это не интересно, — усмехнулся дракончик, качнув головой. — Сейчас наш мир представляет из себя совершенно разные по менталитету и особенностям колонии, полностью подчиняющиеся Элтерно, что в корне неверно. Мы хотим, чтобы каждая страна получила независимость и право самостоятельно решать, как ей жить лучше, с учётом особенностей проживающих в ней рас. Почти везде, где мы были, есть крайне толковые представители других рас, которые способны привести свои страны к процветанию. Далеко за примерами ходить не надо, вчера мы были на приёме у градоправителя Гелиостата, и я не сомневаюсь, что Джамалутдин-ибн-Фейсар способен превратить свою страну в крайне процветающее место, живущее не только за счёт вялого туризма. Джинны вообще очень мудры, а этот вдобавок прекрасно знает, что требуется жителям его города, которые в нём души не чают. Он связан по рукам и ногам законодательством Элтерно, но если будет возможность стать полноценным правителем, то он её не упустит и устроит всё в лучшем виде.

— Ты хочешь сказать, что вы уже потихоньку подобрали тех, кто займёт опустевшие места на тронах разных стран? Впечатляет, — хмыкнул Ингольф, потерев подбородок и озадаченно подвигав могучей челюстью. — Только мы-то тут при чем? Никто из нас в правители не годится.

— С вами ситуация особенная, — сдержанно улыбнулся Малес, смиряясь с тем, что заготовленную речь всё равно никто слушать не станет. — Выбранные нами достойные будущие правители тоже не дураки и просто так рисковать не собираются, зная, чем всего одна ошибка может закончиться для всей их расы. Поэтому они согласились на участие в нашей авантюре лишь при условии, что русалки потеряют свое влияние и в случае чего не дотянутся ни до них, ни до их сородичей. Требование вполне справедливое, однако весьма труднореализуемое. К счастью, мы придумали, как его выполнить. Над этим сейчас ведется работа в двух направлениях. С нашей стороны это укрепление собственных позиций, ради чего, собственно, я и вступаю в брак. Среди высшего общества тоже немало тех, кто недоволен нынешним положением дел, надо только их выявить и переманить на свою сторону. К счастью, это не так уж и сложно, благо, многие знают легенды о нас и испытывают к нам куда большее почтение, чем к русалкам. Тех это, конечно, не радует, но сделать они сейчас ничего не могут. Идти на открытый конфликт или пытаться нас убить в данный момент затея рисковая. У них на нас ничего нет, а журналисты непременно заинтересуются, с чего вдруг на нас открылась охота. С вашей же стороны нам требуется только две вещи — информация и поддержка. Сейчас мы активно набираем компромат на русалок, дабы, когда мы получим необходимое влияние, предоставить его широкой общественности и полностью уничтожить их репутацию. С этим, кстати, нам очень помогают мисс Лерэйя и её спутник. Они имеют доступ ко всем архивам мировой истории, ко всем тайным расследованиям и секретам, ко всем записям преступлений, которые были скрыты от общества на протяжении веков.

— И вы даже не допускаете мысли, что она может вас предать и переметнуться к сородичам, — язвительно фыркнул Натсуме, с момента начала собрания даже не взглянув на красавицу-русалку.

— Допускаем, — спокойно посмотрел на него дракончик, пожав плечиками, — но мы либо участвуем в этом все вместе и доверяем друг другу, либо расходимся и всю оставшуюся жизнь прячемся по норкам, трясясь за свои шкуры. Почти у каждого в этой комнате есть веские причины недолюбливать русалок, и мисс Лерэйя с Сагарой не являются исключениями. На этом я бы предпочёл остановиться и выслушать мнение собравшихся по данному вопросу. Если кто-то захочет уйти, то мы не осудим. Этот план действительно очень опасный и в случае провала всем его участникам грозит смертная казнь. Поэтому если среди вас есть те, кто готов пожертвовать свободой ради сомнительной, но гарантированной жизни, сейчас самое время попрощаться.

— Я не уверен, что хочу во всё это влезать, — в наступившей тишине первый высказался сидящий в уголке дивана Наги, нервно покусывая губу. Хлою он с собой на это мероприятие не брал, до сих пор не будучи уверенным, что она в случае чего сумеет сохранить важные секреты. — Мне всё равно, кто у власти, мою расу никогда особо не притесняли, скорее игнорируя само наше существование… Но если с вашей помощью можно как-то улучшить жизнь Хлои, то я в деле.

— Рад это слышать, твои расовые особенности и правда нам могут пригодиться, — серьезно кивнул Малес. — Что же касается того, что ты хочешь взамен… Мы всё выясним. На торжество приглашен один известный фармацевт, чья компетентность не оставляет сомнений, так что мы вас познакомим, покажешь ему лекарства своей зомби. Даже если он не знает, что это такое, то довольно быстро выяснит. Правда, возможно, вам придется съездить к нему в лабораторию для дополнительных тестов, но ответы на свои вопросы, как и рекомендации специалиста вы точно получите. Что-то ещё?

— Нет, — вздохнул мальчишка, мотнув головой.

— Я, как и Наги, не испытываю восторга от участия во всем этом, но, раз уж мне все равно придется отречься от семьи, помогу чем смогу. Хотя и не знаю, чем, ведь послезавтра я потеряю и влияние, и богатство, и вообще всё, что могло бы помочь, — усмехнулся Рэй, переплетая руки с сидящим рядом Шибой, явно ошарашенным подобными разговорами. Заметив его состояние, вампир чуть виновато заглянул ему в глаза. — А ты что скажешь?

— Я? А что я могу сказать? — чуть нахмурился оборотень, но руку не убрал. — Спасибо, конечно, что наконец поинтересовался моим мнением, но, как я понял, ты уже принял решение, так что моё согласие имеет чисто формальный характер.

— Шиба, не злись, — тихо попросила Кэй, повернув голову и, встречаясь взглядом с братом, грустно уточнила: — Рэй, если ты это делаешь только ради того, чтобы сдержать обещание, то не надо. Мы сами справимся, вам незачем рисковать.

— Всё нормально, — не дав вампиру и рта раскрыть, перебил его парнишка. — Не спорю, я никогда даже не задумывался о том, что вы только что тут обсуждали, но если всё это правда, то я готов помогать. Вы же мои друзья.

— Я участвую, — наконец приняла решение Рангрид, перебирая пальцами свою роскошную косу. — У меня нет ненависти к русалкам, но вас я не брошу, так что можете смело мной располагать.

— Эх, была не была, — безнадёжно махнул рукой Ингольф, тряхнув своей гривой. — Вы ж, придурки непутёвые, без меня пропадёте, так что я тоже в деле.

— Мы не сомневались в вас, — тихо рассмеялся Малес, переводя взгляд на непривычно тихого русала. — Натсуме?

— Что? — холодно вскинул бровь парень. — Я уже сказал, если участвует Кэй, то и я в стороне не останусь. Но Лерэйе и её прихвостню я всё равно не доверяю и доверять не буду.

— В этом вопросе будет достаточно того, что ты доверяешь нам, — усмехнулся Ален. — На этом предлагаю ускоряться с обсуждениями, пока кто-нибудь что-нибудь не заподозрил.

— Хорошо, тогда план на ближайшее время таков, — согласно кивнул его братик, обводя всех цепким взглядом. — Наги и Хлоя выясняют всё, что можно, про её загадочные таблетки, Натсуме с вампирами после свадьбы отправляются с мисс Лерэйей в архивы и ищут всю необходимую информацию по делам русалов и непосредственно нашей дорогой подруги. Сдаётся мне, что её история тоже будет играть немаловажную роль, да и в любом случае мы же обещали, что поможем тебе всё выяснить, так что лучшей возможности и не представится. Ингольф, Шиба и Рангрид, для вас пока указаний нет, разве что по возможности будьте внимательней на свадьбе.

— В каком смысле? — осторожно уточнил Шиба, пытаясь понять, в чём ему надо быть внимательным. Судя по спокойным лицам фенрира и валькирии, они все поняли без пояснений.

— В таком, что, несмотря на наши расчёты, русалки могут всё же попробовать избавиться от нас или попытаться сорвать свадьбу. Они не дуры и как минимум предполагают, что мы не просто так вылезли из своей норы, — скривил губки Алек. — У вас с Ингольфом из нас всех самое лучшее обоняние и слух, а Рангрид способна считывать эмоции других. Так что, если вы заметите, что кто-то ведет себя подозрительно, то сразу сообщайте.

— Об этом мог и не просить, не маленькие, — оскалился Инги, чуть подавшись вперед и чуть расширивишая глаза от любопытства. — Лучше расскажи, вы что, нашли хоть одного русала, который жив и не заточен в тюрьму? Прям живого и достаточно отбитого, чтобы в нужный момент обнародовать свою историю?

— Нашли, — неохотно признался Натсуме, чувствуя на себе вопросительные взгляды всех, кто был осведомлен о его секрете. — Хотя, как по мне, проще провести журналистов в один из пансионов. Уверен, такие русалочьи питомники-тюрьмы произведут на них куда большее впечатление, чем созерцание моей морды.

— Не переживай, «питомники» им тоже обязательно покажут, — успокоил парня Ален, хитро поглядывая на него, — но не забывай, что журналисты хоть и охочи до сенсаций, ухватятся за подобный материал, лишь будучи уверенными в том, что это не подстава и не проверка на вшивость. Так что сначала им всё-таки придется сначала полюбоваться на твою морду, убедиться в расовой принадлежности, выслушать душещипательную историю, и только потом уже они согласятся ехать с нами куда-либо.

— Так и знал, что с тобой что-то не так, — усмехнулся Рэй, прищуривая глаза. — А я всё думал, почему ты единственный, кто, несмотря на низкий класс, ни капли меня не боится.

— Именно потому, что его класс ещё выше твоего, — наконец подала голос Лерэйя, поглаживая изящными пальцами кулон на шее. — Кстати, по поводу Приказов и классового превосходства. Вы, помнится, спрашивали нас, каким образом можно минимизировать риск того, чтобы кто-то из присутствующих попал под действие приказа…

— И что вы придумали? — оживился Малес, переглядываясь с братьями и нетерпеливо заёрзал в кресле. Этот вопрос и правда был большим пробелом во всём их плане, ведь, стоит кому-то из русалок приказать заговорщикам раскрыть их планы, и те не будут иметь шанса отказаться.

— Я могу всем отдать приказ не подчиняться никому, кроме меня, — неуверенно вздохнула русалка, стараясь не смотреть в сторону Натсуме. — Даровать полный иммунитет, к сожалению, оказалось невозможно, мы пробовали, но вот слушаться только кого-то одного вполне возможно.

— Хорошая идея, только полагаю, что большинство предпочтет вручить свое сознание кое-кому другому, — оскалился Ингольф, многозначительно покосившись на Натсуме. — Уж простите, дамочка, но лично я тоже больше доверяю Кэй и её парню, чем вам.

— Тебе это всё равно не понадобится, — тихо напомнила валькирия. — Ты же помнишь, на твою расу Приказы и так действуют хуже, чем на других, а после каждого обращения вообще спадают. Ну, помнишь, как Кэй тебя заставляла бросить пить? Ты неделю до полнолуния держался, а потом ушел в трехдневный запой…

— Хорошо, тогда… — фенрир впервые за все это время поёжился, низко опустив голову и выдохнув сквозь клыки, — тогда тебе придется постоянно быть рядом. Если меня возьмут под контроль, то ты знаешь, что делать, верно?

— Знаю, — помедлив качнула головой Рангрид. — Обещаю, этот способ я использую только в самом крайнем случае, если другого выбора у нас не будет.

— А что за способ? — полюбопытствовал неугомонный Шиба, догадавшись, что все остальные тактично не собираются задавать этот вопрос.

— Это не имеет значения, тебе этот способ все равно не подходит, — поспешил свернуть с явно неприятной темы Малес, выбираясь из кресла. — Что ж, раз основные вопросы мы решили, то на этом предлагаю сегодня закончить. До свадьбы всем советую подойти к мисс Лерэйе или Натсуме за своими Приказами. Кому больше доверяете, выбирайте сами, но советую не затягивать, на торжестве хоть и в небольшом количестве, но русалки присутствовать будут, так что, если они решат опросить ближайшее окружение брачующихся, то лучше нам быть к этому готовыми.

— Кстати, почему тут нет твоей дражайшей невесты? — спросила тоже поднявшаяся Кэй, которую и правда всё это время мучил этот вопрос.

— Потому что ей я не настолько доверяю, — прохладно улыбнулся дракончик. — Всё, всем спасибо, все свободны.

Дождавшись, пока все заговорщики, кроме его братьев, покинут комнату, дракончик вопросительно посмотрел на своих близнецов. Было видно, что они взволнованны не меньше него самого, но точно так же не хотели этого показывать при других.

— Что думаете? — осторожно спросил он, вглядываясь в совершенно одинаковые мордашки, ничем не отличающиеся от его собственной.

— Что мы влезли в самую вонючую кучу обеими ногами, причем совершенно добровольно и без возможности как-то из неё выбраться, — вздохнул Ален, приобнимая Алека за пояс и устраивая подбородок на его плече. — Может, зря мы полезли в политику?

— Может, и зря. Но отступать уже поздно, мы втянули в это слишком многих, в том числе наших друзей, — Алек, протянувший руки к стоящему впереди брату, едва заметно повел плечом. — Иди сюда. Мы соскучились. Тебе надо расслабиться и отвлечься.

— Согласен, ты не был с нами с самой помолвки и нам уже начинает казаться, что Эллис тебе дороже нас… Это ведь неправда? — скосив глаза на Малеса тихо уточнил Ален, легонько куснув Алека за ушко.

— Неправда, я тоже по вам соскучился, просто… — тихо выдохнул замявшийся жених, с опаской покосившись на захлопнувшуюся дверь и неуверенно берясь за протянутые ладони.

— Просто все остальное не важно, — в один голос объявили его шкодливые братики, расплываясь в радостных улыбках и увлекая его на диван. И, как всегда, никаких сил отказать не хватало…

Комментарий к Часть 18. Затишье перед свадьбой.

Прошу прощения, вообще не вычитано, потом исправлюсь.

========== Часть 19. В семье не без урода. ==========

— Прекрати хвататься за галстук, — через плечо бросил Рэй, в отражении зеркала увидев, как неугомонный оборотень в очередной раз потянулся к доставляющему дискомфорт элементу одежды.

— Не могу, он постоянно сползает, — пожаловался Шиба, в сотый раз за утро поправляя проклятую удавку и с нескрываемой завистью смотря на идеально выглядевшего вампира. Проклятье, почему этот упырь всегда выглядит с иголочки, а он даже в дорогущем костюме, пошитом на заказ, похож на чучело? Что за несправедливость?

Рэй, уже успевший навести великосветский лоск, молча развернулся и профессиональным движением палача затянул галстук на шее захрипевшего любовника. С самого утра блондина не покидало противное чувство тревоги, причем, как ни странно, вовсе не за себя. Он-то уже давно смирился с тем, что его ждет грандиозный скандал, отлучение от семьи и прочее, сопутствующее его непростому решению. Но, кроме этого, было что-то ещё. Не сомнения, а скорее липкий страх за тех, кто попадёт под раздачу вместе с ним. За сестру, за её ревнивого русала, но самое главное — за этого непутёвого оборотня, который даже с галстуком справиться не может, не то чтобы с семейством озлобленных вампиров, аристократов в каком-то там колене. Ведь отец наверняка возненавидит того, ради кого его отпрыск решился опозорить семью и пустить под откос девяноста три года родительских нравоучений.

— Теперь не сползёт, — коротко кивнул вампир, невольно всматриваясь в родные черты любимого лица.

Конечно, он недоволен, и руки опять тянутся к ненавистному галстуку. Интересно, почему Шиба, всегда носящий ошейник, испытывает такой дискомфорт от обычной неплотно затянутой ткани? Понятное дело, он бы предпочел заявиться на мероприятие в своей любимой одежде, с которой отлично сочетался подаренный Рэем ошейник. Широкий, из натуральной кожи с небольшой бляхой, на которой с внутренней стороны стоит гравировка, не оставляющая сомнений, кому принадлежит носитель сего подарка. С внешней стороны этого не видно, но, если перевернуть…

— Теперь я задохнусь! — возмутился оборотень, вынужденно опуская руки, по которым только что легонько ударили облаченные в перчатки ладони вампира. — Почему мы вообще должны идти туда в костюмах в такую жару?!

— Потому что так положено. Тем более, что драконы постарались и в банкетном зале обещали установить подходящую температуру. Большинство приглашенных вампиры, так что ничего удивительного. Не будут же представители знати показываться в приличном обществе в таком же виде, как Ингольф или Рангрид, — отмахнулся Рэй и, не удержавшись, легонько поцеловал возлюбленного в кончик носа. — И не ври мне, говорить можешь, значит, не задохнёшься.

— Тебе легко говорить, ты с детства привыкший, — проворчал Шиба, но полученный поцелуй немного утешил его, вынуждая смириться с неизбежным. — А для меня это каторга и кошмарный кошмар.

— Умоляю, если ты познакомишься с моим отцом, то постарайся не открывать рот. Его от твоей речи инфаркт хватит, и вместо свадьбы мы получим похороны, — поморщился вампир, чей слух до сих пор иногда резала простоватая речь собеседника. Хотя за столько лет можно было уже и привыкнуть.

Не слушая дальнейшего бурчания, Рэй покосился на часы и поторопил любимого. Эпохальный момент вот-вот должен был начаться, и пропускать его было бы как минимум невежливо.

Свадьба Малеса и Эллис прошла на удивление спокойно. Происходящее на свежем воздухе торжество, как и рассчитывалось, посетило всего с пяток русалок, зато вампиров и остальных рас было, пожалуй, даже слишком много. Рэй, как и все друзья жениха почти все время проторчавший у алтаря, даже не смог разглядеть в толпе почти из двухсот нелюдей своих родителей, встречи с которыми закономерно опасался. Зато уж в том факте, что они отлично разглядели и его сестру, и то, как он недвусмысленно держал за руку стоящего рядом Шибу, вампир ни чуточки не сомневался. Так будет лучше. Пусть сразу всё поймут, может, за время церемонии немного подостынут и к банкету вспомнят, что ему уже не тридцать и даже не пятьдесят лет, чтобы его поучать. Но это в самом лучшем случае. В худшем скандала всё же не избежать.

Банкетный зал потрясал своим величием и невероятным, хотя и на удивление гармоничным смешением стилей. Отказавшись от идеи классического застолья, новобрачные отдали предпочтение более активным видам отдыха, расположив столы с едой и напитками вдоль стен, куда все желающие могли подойти и угоститься. Там же располагались и стулья для желающих отдохнуть, а совсем уж уставшие могли развалиться в укромных нишах со слабым освещением и уютными диванчиками. Приглашенные музыканты наигрывали мелодии, сподвигая любителей потанцевать выходить в центр зала, а иногда инициативу перехватывала подружка невесты, вытаскивая кого-либо из гостей сказать тост с пожеланиями для молодых. В целом, всё проходило вполне пристойно, за исключением увлекшихся друг другом братишек жениха, на которых жадно поглядывал возвышающийся над прочими гостями Ингольф. Увы, получивший пожелания внимательно прислушиваться к чужим разговорам и частично выполняющий роль телохранителя, фенрир присоединиться к ним не мог и крутился вокруг новобрачных, привычно зубоскаля и заставляя окружающих невольно вздрагивать от его басовитого хохота. Он был единственный, кому было позволено щеголять без костюма, но прикрыть могучий торс рубашкой всё же заставили. На его фоне Рангрид, облаченная в шикарное платье, казалось бы, совсем не выбивается из общей массы приглашенных.

Малес, гуляющий по залу и принимающий поздравления, в какой-то момент с досадой посмотрел на увлеченно целующихся братьев и, догадавшись, что они уже успели напрочь забыть о возложенной на них миссии, нашел взглядом скромно стоящих в уголке невидимку с зомби. Едва с речью пожилой, но всё ещё сохраняющей остатки былой красоты дамы было покончено, дракончик вежливо извинился перед супругой и спросил позволения представить почтенную леди своим друзьям, которые очень уж хотели с ней познакомиться.

— Опять у тебя какие-то проблемы? — негромким голосом, в котором даже не пыталось скрыться проступающее ехидство, поинтересовалась женщина, стоило им удалиться на приличное расстояние от счастливой вампирши. Почти выцветшие от возраста глаза смотрели с лёгкой хитринкой. Немолодая дриада, много веков считавшаяся лучшим медиком, травником и фармацевтом во всем мире, ничуть не была против решать задачки, которые ей периодически подкидывали легендарные драконы, но каждый раз неизменно подкалывала их на эту тему.

— Скорее любопытная загадка, которая может Вас заинтересовать, — отозвался ведущий её под локоток Малес, едва заметно улыбнувшись краешками губ. — Вы же сами пожелали, чтобы мы делились всеми любопытными находками. Вот, сейчас я хотел бы представить Вам одну из них.

Наги лишь вежливо улыбался, рассматривая представленную даму, пока дракон тихо рассказывал краткую суть предстоящей головоломки. Хлоя же, и так чувствующая себя крайне непривычно в длинном тёмно-синем платье и с уложенными в высокую прическу волосами, как всегда потупила взгляд, краснея от подбородка до бровей. Ей было тяжело находиться в столь изысканном обществе, хотя многие присутствующие вампиры и бросали на неё задумчивые, многозначительные взгляды. Несмотря на свое низкое происхождение, она и правда была восхитительно красива и непорочна, что было сразу заметно даже тем, кто просто смотрел на неё со стороны. Естественно, немало молодых аристократов заинтересовались невиданной диковинкой, но, пока рядом стоял недвусмысленно обнимающий её за талию невзрачный парнишка, подходить опасались. На лбу раса не написана, а невысокий, но сегодня тоже крайне представительно выглядящий мальчишка, не способствовал попыткам более тесного знакомства.

— Это и правда любопытно, вы меня заинтересовали, — выслушав историю смущенной зомби, степенно кивнула пожилая дриада. — Малес прав, без дополнительных обследований выявить всю фармакодинамику этих лекарств не представляется возможным. Для полной картины мне придётся обследовать еще и пациентку, дабы выяснить, как препараты влияют конкретно на её организм. Это займет определенное время, но, если молодые люди готовы…

— Я напишу директору сегодня же, — поспешно выпалил Наги, желая как можно скорее всё выяснить и, наконец, успокоить свою душу. — Я знаю учебную программу на пару месяцев вперед и, если понадобится, буду обучать Хлою во время нашего отсутствия. А если понадобится, то и больше.

— Какой горячий молодой человек, — усмехнулась женщина, поправляя спадающий с плеч шелковый платок. — Успокойтесь, юноша, я сама всё улажу. Директор Фредерик мой давний знакомый, тем более, если я правильно понимаю, к конкретной девушке он испытывает крайне тёплые чувства. Я ведь верно понимаю, милая, твою прабабушку зовут Джулия?

— Верно, — Хлоя даже забыла о смущении, удивленно подняв свои огромные голубые глаза. — Откуда Вы знаете?

— Я много чего знаю. Но сейчас неподходящий момент для объяснений, нашего хитрого женишка скоро хватятся, так что лучше обсудим это потом, — едва заметно улыбнулась дриада. — Завтра с утра я отбываю домой, так что будьте готовы к отправке часов в восемь. Мой экипаж заедет за вами примерно в это время, и мы отправимся в клинику решать вашу любопытнейшую загадку. А сейчас позвольте откланяться.

Одарив ребят вежливой улыбкой, выдающаяся женщина неторопливо направилась к увиденному в толпе ещё одному старому знакомому. Следом за ней поспешно смылся и Малес, заметив, как его новоиспеченная супруга гневно сверкает глазами с другого конца зала. На все вопросы озадаченной зомби Наги лишь виновато улыбался и обещал потом всё рассказать, втайне радуясь, что его девушка обладает мягким характером и воистину ангельским терпением. Будь на её месте любознательная Кэй, то из него бы уже всю душу вытрясли вместе с интересующими ответами, а Хлоя лишь грустно вздохнула и понимающе кивнула. Она почти никогда не спорила, приняв за аксиому, что окружающим виднее, что ей стоит знать, а что нет. Но всё равно каждый раз было чертовски обидно, что она, всю жизнь запертая в закрытом городе и ничего не знающая об окружающем мире, не может общаться с ними на равных.

Празднество шло своим чередом, гости веселились, и почти никто не заметил, как в один момент неподалеку от двери на просторный балкон, на который выходили желающие подышать свежим воздухом, атмосфера неуловимо изменилась. Лишь почувствовавший что-то шестым чувством Ингольф невольно вздрогнул и, привыкнув доверять чутью, сместился поближе, даже не сразу осознав, что его напрягло. Стоящие неподалёку мисс Лерэйя со своим секретарём непринуждённо болтали, делая вид, что больше увлечены беседой и закусками, нежели разгорающимся неподалёку семейным скандалом. Однако они тоже невольно напряглись, моментально догадавшись, что, возможно, миром этот диалог не закончится.

— Ты хоть понимаешь, что ты делаешь? — сквозь клыки процедил отец Рэя, не оставляя ни у кого сомнений в том, где его сыночек научился так злобно шипеть. Тактично оставленный в стороне заботливым любовником Шиба изо всех сил напрягал слух, опасаясь пропустить хоть что-то из разговора с потенциальными родственниками. — Ты опозорил не только себя, но и весь наш род. Заявиться в приличное общество с этим… Отбросом?! Разве этому я тебя учил? Ты мой сын, мой наследник. И я просто запрещаю тебе…

— Я уже не в том возрасте, чтобы мне что-то запрещать, отец, — на удивление спокойно прервал гневную речь разозленного родителя непослушный отпрыск. — Я прекрасно осознаю, что ты вправе отречься от меня, лишить наследства, но ты не можешь приказать мне, кого любить. Я осознаю все последствия своего выбора, поверь, он не был сделан на эмоциях. Так что не трать время на попытки меня переубедить или пристыдить. Я принял решение и не отступлюсь от него, что бы ты ни сказал.

— Что за чушь! На кону стоит честь семьи, кого волнуют твои чувства? За одну мысль о том, чтобы притащить сюда эту шавку-переростка, тебя бы следовало выпороть как в детстве, а ты еще и смеешь упорствовать в своих намерениях? Мало нам было позорища с Кэй, так ты тоже решил от неё не отставать? Это она тебя надоумила устроить весь этот цирк с влюбленностью?!

— Это не цирк, я действительно его люблю, и Кэй тут ни при чем, — поморщился Рэй, который хоть и готовился к этому разговору, теперь начинал понимать, почему его сестра так не любила пересекаться со своими родственничками. — Ты можешь сколько угодно винить меня, её, кого угодно, но этим ты всё равно ничего не изменишь. Может, для тебя и является позором не бояться осуждения других, но мне совершенно безразлично, что обо мне подумают. Я вампир, второй в ранге тьмы. Так что я считаю своим правом любить того, кого захочу, а не того, кого сочтет приемлемым наше высшее общество.

— Что ж, очевидно, ты забыл, что бывает, когда ты осмеливаешься мне перечить. Придётся тебе напомнить, — с угрозой рыкнул мужчина, резко разворачиваясь и направляясь к стоящему неподалёку Шибе.

Рэй с тревогой посмотрел на мать, весь их диалог молча простоявшую с непроницаемым лицом рядом с мужем. Она ничего не говорила, с немым укором смотря на своё непослушное чадо, но не желая встревать в разговор отца и сына. Молодой вампир вдруг почувствовал жгучую обиду, причем именно на неё. Она никогда не вмешивалась. Никогда не защищала его и сестру перед отцом, даже если понимала, что тот был не прав. Всегда лишь молча смотрела и утешала потом, вместо того, чтобы действовать именно сейчас. И именно за это он сейчас её практически ненавидел.

Он даже не заметил, как подошедший к его парню отец что-то коротко и зло сказал тому на ухо и, сделав еще пару шагов остановился, оборачиваясь и смотря с презрительной улыбкой на то, как слегка остекленели затуманенные животным страхом золотистые глаза с вертикальными зрачками, как побоявшийся накануне подходить к русалкам оборотень на негнущихся ногах направился к двери на балкон с твёрдым намерением выполнить Приказ и сброситься оттуда вниз головой, что даже при его феноменальной регенерации означало бы верную смерть. Рэй ничего этого не увидел, зато увидели другие. Даже не увидевший, а скорее догадавшийся о том, что произошло, Ингольф, уже какое-то время за ними наблюдающий, рванулся к своему младшему собрату, расталкивая гостей и успев перехватить безвольного Шибу уже за дверным проемом. Тот вяло сопротивлялся, как будто в трансе перебирая ногами и стремясь к вожделенному балкону. Заметивший его манёвр блондин не сразу сообразил, что происходит, пока его не вывел из оцепенения злой низкий голос.

— Рэй, твою ж налево, да сделай ты уже что-нибудь! Он же сейчас сиганёт!

Ближайшие гости с удивлением переглядывались, ничего не понимая, но не желая пропускать интересное шоу, к которому с разных концов зала проталкивались Кэй и Рангрид. Отец Рэя самодовольно скрестил руки на груди, с вызовом смотря на побледневшего сына, который в этот момент поспешно соображал, что можно сделать. Придурок непутёвый, предупреждали же, чтобы подошел к Натсуме, нет, надо было понадеяться на авось. И как теперь разыскивать этого мумия-конспиратора и просить при всей толпе перебить Приказ родителя?! Ведь Шиба с каждой минутой всё сильнее вырывается и, если фенрир хоть на секунду ослабит хватку…

— Прошу Вас, будьте любезны, отмените свой опрометчивый приказ. Не стоит омрачать торжество молодых ненужными смертями.

Наслаждающийся уже своей победой родитель вздрогнул всем телом от этого мягкого, вкрадчивого и крайне вежливого голоса, очень плохо сочетающегося с коснувшейся шеи прохладной полоской стали. Но как?! Он даже заметить не успел, как стоящий довольно далеко секретарь мисс Лерэйи неуловимым движением переместился за его спину и недвусмысленно приставил к горлу нож, намекая о втором способе отменить Приказ. Кто этот парень вообще такой?!

— Хорошо, — невольно сглотнув, хрипло выдохнул сквозь клыки прижатый вампир, медленно подняв руки и громко хлопнув в ладоши. К счастью, для отмены приказа этого хватало, так что беснующийся в руках Ингольфа оборотень моментально угомонился, в ужасе озираясь.

— Благодарю, — всё так же преувеличенно вежливо поблагодарил Сагара, а обычный столовый нож буквально растворился в его руке, как спрятанный коготок заигравшейся кошки. Улыбнувшийся арахн как ни в чём ни бывало почтительно склонил голову и скользящей походкой направился к наставнице.

Тем временем фенрир опустил на мощеный пол балкона пришедшего в себя, но всё ещё дрожащего всем телом Шибу, к которому моментально подбежал Рэй и тяжёлым звериным взглядом уставился на виновника этого безобразия. Оставив вампира приводить в себя насмерть перепуганного оборотня, только что в очередной раз чудом спасшегося от неминуемой гибели, Инги дождался, пока к ним подбегут бледные валькирия с вампиршей, и тяжелой поступью подошел к отцу Рэя.

— Что? — раздраженно спросил почтенный родитель, пытаясь смотреть на возвышающегося над ним на полторы головы Ингольфа с максимальным достоинством. Получалось не очень.

— Ничего, — немного подумав, ответил фенрир и коротко, почти без замаха ударил собеседника в ухо, отчего тот пролетел пару метров и с противным хрустом впечатался в стену, моментально потеряв сознание. В зале раздались испуганные вскрики, но подошедший к бессознательному противнику Инги легко взвалил его на плечо и с максимальной доброжелательностью обратился к ошарашенной супруге своей жертвы справедливости:

— Миледи, не окажете ли мне честь показать номер, где остановился Ваш муж? Боюсь, в дальнейшем торжестве он принять участия не сможет…

Не проронившая ни слова испуганная женщина судорожно кивнула и поспешила к выходу, стараясь не смотреть по сторонам. С интересом наблюдающие за разыгравшейся сценой гости возбужденно перешептывались, смотря то на главу знатнейшего рода, безвольной тушкой болтающейся на плече несущего его фенрира, то на самого Ингольфа, озаряющего мир своей бессменной клыкастой улыбкой.

— Уважаемые гости, прошу прощения за этот инцидент! — усилив свой голос магией, объявила спохватившаяся подружка невесты, отвлекая внимание от скрывшейся за дверями процессии. — Надеюсь, это не испортило вам настроения, так что предлагаю вернуться к тому, ради чего мы здесь и собрались. Давайте же выпьем за здоровье новобрачных!

Стоило напряжению слегка поутихнуть, как не сдвинувшаяся за всё это время с места мисс Лерэйя, неторопливо попивающая вино, едва заметно усмехнулась.

— Ты быстро сориентировался, Сагара, спасибо.

— За что? За то, что Вам не пришлось меня об этом просить? — сдержанно улыбнулся арахн, сверкнув глазами из-за стёкол очков. — Мисс, я прекрасно понял по Вашему лицу, что Вы от меня хотите. И также понял, что Вы не хотите вмешиваться лично. Разве за это меня стоит благодарить?

— Не знаю, наверное. Но одно могу сказать точно. В такие моменты ты пугаешь даже меня.

Сагара промолчал, лишь пожав плечами и осматривая наполненный гостями зал. Себя он не пугался, а к тому, что его боятся все, уже давно привык. Причём боятся совершенно не зря…

========== Часть 20. Послание доброй воли. ==========

Когда Рэй и всё еще дрожащий Шиба скрылись из зала, Рангрид величаво покачала головой и облокотилась на перила балкона. Слегка бледная Кэй, уже успевшая перепугаться и за брата и за его любовника встала рядом, переводя дух. Втайне она радовалась выходке Ингольфа, ибо прекрасно понимала, что за Рэем настанет и её очередь получать причитающуюся за своеволие порцию шипения дядюшки. Тем более, что нахальному фенриру за это ничего не грозило. Высший свет мало интересовался подробностями жизни рас, проживающих на севере и юге, во всех учебниках о них упоминалось лишь вскользь, так что единственное, что все присутствующие знали — ударивший аристократа громила способен с переменным успехом сопротивляться Приказам, а значит наказать его будет не так-то просто. Да и не
любили высшие классы действовать сгоряча. Лучше как обычно все хорошенько обдумать и причинить боль не физическую, зато куда более назидательную, дабы в следующий раз думал перед тем как руки распускать.

— Знаешь, это даже мило, — беспечно поглядывая в темное небо, освещенное яркой луной проговорила валькирия. — Вот уж не думала, что даже свадьба на таком уровне не обойдется без драки. Впрочем, чего я удивляюсь, где Инги, там обязательно будет мордобой. Пусть даже в одностороннем порядке.

— Зря он, наверное, это сделал, — вздохнула вампирша покачав головой. — Нет, очень правильно и справедливо, но, всё же зря. Может, с Сагарой дядюшка и его влиятельные друзья и побоятся связываться, а вот Ингольфу может это и аукнуться.

— Не переживай, он мальчик взрослый, разберется. Друзей его вряд ли тронут, мы теперь вроде как временно неприкасаемые. А через родственников надавить не получится, — Рангрид едва заметно усмехнулась заметив неподдельное любопытство на мордочке подруги и тихо пояснила: — Он не любит об этом рассказывать, но фенриры по жизни одиночки. Они умеют дружить, любить, но в большинстве своём не особо переживают если кого-то теряют. Север довольно жесток и суров сам по себе, так что и нравы у нас, как ты успела убедиться за время совместного обучения, довольно простые. А уж на смерть мы и вовсе смотрим весьма философски. Так что, когда мать Ингольфа в полнолуние разодрала шею его отцу он не сильно расстроился. А после того, как она сдала его в школу они и вовсе ни разу не виделись даже на каникулах. В общем, он со всех сторон защищен и бояться нечего.

— Хотелось бы верить, — потёрла лоб Кэй. Слова валькирии её немного успокоили, но лишь немного. Пока фенрир выносил её родственника, девушка заметила несколько откровенно возмущенных взглядов из серии «что этот дикарь себе позволяет?». Причем сомнительно, что эти же гости с таким же недовольством смотрели на дядюшку, когда тот прилюдно чуть не убил Шибу. На самом деле вампирша подозревала, что даже если бы и убил, то вряд ли кто-нибудь высказался против. Он же вампир, он в своем праве. Впрочем, радовал и процент приглашенных, который на выходку отца Рэя отреагировал негативно, а вот на заслуженное после этого возмездие злорадными ухмылками.

Кэй рассеянно посмотрела на подругу, которая не мигая с настороженным прищуром сверлила взглядом одну точку в толпе. Обернувшись в ту же сторону, девушка чуть склонила голову, рассматривая неспешно приближающегося к ним мужчину весьма запоминающейся внешности. Он был высок, худощав, но на удивление грациозен. Создавалось даже впечатление, что он не идет, а скользит по полу, мягко и плавно как кошка… Хотя нет. Скорее как змея, по ошибке упакованная в дорогущий костюм и отчего-то вооруженная изящной тростью с набалдашником в виде змеиной же головы. Причем он сразу выделялся из толпы, даже странно, что они его до этого не заметили. Гость, направляющийся к ним был практически полностью белым, начиная от кончиков ботинок и заканчивая высоким цилиндром, из-под которого виднелись такого же цвета волосы, спускающиеся до плеч. Даже кожа казалась именно лишенной пигмента, не имея ничего общего с аристократичной бледностью вампиров или матовой, почти светящейся изнутри кожей русалок. Единственное что выделялось на его лице это глаза. Чуть раскосые, хищно прищуренные, с фиолетовой радужкой по краю обведенной золотистой каёмкой. Стоило мужчине приблизиться, как Кэй инстинктивно почувствовала тревогу, несмотря на то, что с первого взгляда в мужчине не было ничего пугающего. Даже легкая полуулыбка на невероятно тонких губах источала несомненное дружелюбие. Но отчего-то становилось не по себе. То ли из-за выражения глаз, то ли картину просто портил непропорционально широкий нос с жадно раздувавшимися тонкими, почти прозрачными ноздрями. Слегка приглядевшись, вампирша обомлела, осознав, что то, что поначалу показалось ей белоснежными, как у её брата, перчатками оказалось мелкой глянцевой чешуей.

— Доброго вечера, дамы, — подошедший мужчина слегка склонил голову, чуть приподняв край своего головного убора и не сводя взгляда с озадаченной вампирши.

— Доброго, — подчеркнуто-вежливо ответила Рангрид, изучая нового знакомого. Как и подругу её напрягал этот гость, но причины для этого были в разы более веские. Как и все свои сородичи, валькирия умела чувствовать и распознавать любой страх, как извечный вроде потери близких или смерти, так и мимолетные. Это же существо не боялось абсолютно ничего. Он чувствовал себя так, будто над ним только небо, а он полноправный повелитель мира, неуязвимый и бессмертный.

— Будет ли мне позволено украсть прекрасную Кэй на десять минут для приватного разговора? — голос у мужчины тоже был необычным. Вкрадчивый, мягкий, но с каким-то непонятным присвистом в конце каждого слова.

— Да, конечно, — Кэй растерянно оглянулась на подругу и, с опаской взявшись за галантно отставленный локоть направилась вместе со спутником к выходу с балкона. Несмотря на интуицию, вовсю бьющую тревогу, девушка почему-то уверяла себя, что скорее всего новый знакомый просто еще один друг тройняшек, который хочет ей что-то сообщить. Несмотря на свою любовь к изучению разумных рас, она даже приблизительно не смогла предположить класс высказавшего желание с ней пообщаться мужчины. Даже про арахнов и кукловодов упоминалось по паре строчек в учебниках, но подобного не было даже в них.

Судя по всему разговор намечался крайне приватный и конфиденциальный, потому как загадочное существо не просто вывело вампиршу в коридор, но и направилось по одному ему известному маршруту. Девушка, сгорающая от нетерпения и любопытства искоса поглядывала на него, гадая что же он хочет и к какой расе принадлежит. Как назло, чешуйчатый гад будто специально скользил неторопливым шагом, беспечно смотря перед собой и сохраняя молчание. Когда, наконец, он открыл одну из дверей, ведущую в небольшую комнатку, Кэй, пропущенная вперед, с трудом удержалась от желания задать свои традиционные пару десятков вопросов, предоставляя ему самому начать диалог. А вопросами можно и потом забросать.

— Благодарю за уделенное мне время, надеюсь я не задержу тебя надолго. Меня зовут Ноикс, меня послали передать тебе небольшое послание…

Плотно прикрывший дверь мужчина неторопясь обернулся и молниеносным движением ударил девушку в солнечное сплетение концом трости. Вампирша, не ожидавшая такой подлости согнулась, хватая ртом воздух и тут же получила ещё один удар в самый низ челюсти, заставивший её повалиться на пол. Посланник, не перестающий беспечно улыбаться, обошел её сбоку и, немного полюбовавшись как пытающаяся восстановить дыхание девушка царапает ногтями пушистый ковер, брезгливо перевернул её носком ботинка на спину. Проморгавшись от выступивших от боли слез, Кэй с трудом сфокусировала взгляд на мерзком лице, почувствовав, как в солнечное сплетение давит тонкий конец трости. Явно упивающийся своей властью гад намекающе сложил ладони на змеиной голове, давая понять что одно неверное движение и её пронзит полированный кусок дерева, нанизав как жука на булавку.

— Итак, раз теперь ты готова слушать, перейдем к сути, — как ни в чем ни бывало произнес Ноикс, откинув за плечо выпавшую белоснежную прядь. — Ты заигралась, сладкая. Тебе позволили жить, а ты возмутительным образом не ценишь этот роскошный подарок. Когда твои родственники брали тебя, то пообещали, что ты не будешь доставлять хлопот, но, похоже, они не в состоянии тебя контролировать. Сперва ты перевелась в Академию Олдерик вопреки запрету, а теперь еще и смеешь появляться в высшем обществе, порождая нездоровые слухи. Вампиры почти все друг друга знают и гости уже начинают шептаться кто же ты такая. А ведь именно от этого мы и хотели тебя оградить. От излишнего внимания общества и прессы. А ты своими действиями вынуждаешь меня делать тебе больно. Зачем? Неужели самого факта существования тебе мало? Да, ты не имеешь права наследования и не получишь титул, но разве само наличие у тебя твоей жалкой жизни ничего не стоит?

— Замри, это Приказ! — прервав мужчину хрипло выдохнула вампирша, наконец сумев набрать в грудь достаточное количество воздуха. Вопреки ожиданиям, её мучитель вовсе не застыл, скованный страхом, а лишь рассмеялся тихим, свистящим смехом.

— Извини, драгоценная, но я тебе не подчиняюсь. Если бы всё было так просто, то меня не отправили бы с тобой разговаривать, не находишь?

— Кто ты? Русал? — сквозь удлинившиеся клыки выдохнула тяжело дышащая девушка, желая добраться до этой чешуйчатой морды и стереть с неё эту паскудную улыбочку.

— Сочту за комплимент, но ты не угадала, — еще больше развеселился Ноикс, качнув головой, — я амфисбен. Наши подруги любезно убрали нас из учебников, ибо нам нечасто приходится появляться в обществе. Мы предпочитаем работать из тени. Но, за столь приятные слова, я всё жё вознагражу тебя крупицей информации.

Невероятно тонкие пальцы мужчины скользнули за шиворот, извлекая на свет небольшой кулон в виде алой застывшей капли в серебряной оправе. Тонкая цепочка покачивалась, отражаясь в непонимающем, наполненном болью взгляде черных глаз.

— Полезная вещица, небольшой презент от подружек. Как оказалось, нужным способом зачарованная, их кровь дает полный иммунитет к приказам остальных. Кроме той, что пожертвовала эту каплю, естественно. Увы, при моем положении недопустимо оказаться под чьим-то контролем, — притворно вздохнул амфисбен, пряча свою драгоценность обратно за ворот камзола.

— Ты называешь их подружками, — скривила губы Кэй, усмехаясь и медленно передвигая руку поближе к животу. — Русалки не умеют дружить. Ты всего лишь их прислуга. Цепной пёсик на коротком поводке, который гавкает по их разрешению, но сам ничего не решает.

Глаза Ноикса недобро сощурились, но не успел он и рта раскрыть, как вампирша резко ухватилась за трость, и дёрнула её в сторону, отталкивая от себя и откатываясь подальше. Так, теперь главное быстро подняться и выбежать, а уж там этот русалочий прихвостень точно не сумеет до неё добраться. Не будет же он её бить при полном зале народу? Хотелось бы в это верить. Но, не успела подорвавшаяся девушка сделать и шаг в сторону двери, как сбоку раздалось угрожающее шипение и едва уловимое глазу движение. Она только тихо вскрикнула, когда её вновь повалили на пол, а тело стремительно оплели белоснежные кольца не собирающегося отпускать свою добычу огромного змея.

— Мы не договорили, — свистящим шепотом прошипел амфисбен, безжалостно сдавливая корчившуюся от боли девушку. Змеиная морда угрожающе распахнула пасть, в которой показались белоснежные клыки. Погремушка на кончике хвоста раздраженно подергивалась наполняя комнату тихим треском. — Разве я похож на собаку? Ты в этом точно уверена?

— Н-нет, — едва слышно прохрипела придушенная девушка, чувствуя что с каждой секундой давление становится все сильнее, а изменившиеся глаза с вертикальными зрачками явно ждут от неё ответа.

— Вот и славно, правильный ответ, — Ноикс удовлетворенно качнул чешуйчатой головой и высунул затрепетавший язык, почти сразу же его втянув. — Касательно же нашего разговора… До того, как ты невежливо меня перебила, то это было последнее предупреждение. И тебе и твоим дружкам. Мы знаем, что вы что-то затеваете, и настоятельно советуем бросить эту идею пока не поздно. Всё что вы от этого выиграете — лишь долгую и мучительную смерть. Ты меня сегодня огорчила, так что поверь, если мы еще раз увидимся, то я буду очень зол. Ты поняла меня? Кивни если да, а то из твоего хрипения я ничего разобрать не могу.

Кэй активно закивала, чувствуя как лёгкие чуть ли не разрываются от недостатка воздуха. К счастью, удовлетворенный таким ответом змей наконец ослабил хватку и скользнул в сторону, поднимаясь на хвост и плавно, как под струями волшебной воды перетекая в свой прежний вид улыбчивого мужчины. Дождавшись, пока вампирша немного придет в себя и наконец перестанет судорожно кашлять и хватать ртом воздух, он чуть склонился, подавая ей руку и даже как будто огорчившись, когда вместо того, чтобы за неё ухватиться, она шарахнулась в сторону.

— Не дуйся на меня, сладкая, это всего лишь моя работа доносить информацию любыми доступными способами и следить, чтобы она была использована с умом. Не стану спорить, приятная, но, всё же, работа, — с легкой укоризной покачал он головой. — Давай, поднимайся. Ты должна собраться и сделать вид, что мы и правда с тобой просто мило беседовали. Мы же не хотим, чтобы кто-то что-то заподозрил, правда?

Скользнувшая в его голосе угроза не оставляла шансов на отказ, так что поднявшейся девушке ничего не оставалось как ухватиться за подставленный локоть. Тем более, что её сразу же повело в сторону. Голова всё еще кружилась, но амфисбена её самочувствие заботило мало. Он распахнул дверь и вывел всё еще пошатывающуюся вампиршу в коридор, как бы невзначай заметив, что ей явно не хватает твердости походки. Кэй промолчала, но постаралась шагать ровнее.

В банкетном зале стало заметно оживленнее, чем было когда они из него уходили. Крепкое вино всё-таки делало свое дело, слегка раскрепощая аристократов, хотя и не настолько, как это происходило на их студенческих пьянках. Ноикс по-джентельменски отвел свою даму в сторону и даже соизволил наполнить её бокал, причем с таким искренним добродушием в глазах, что даже поверить было сложно в то, что это он её чуть не убил пять минут назад. Кэй приняла бокал из его рук и, удерживая его двумя всё еще слегка дрожащими ладонями стала оглядывать зал в поисках Натсуме. Мало того, что надо как можно скорее поделиться с ним полученным «предупреждением», так еще и пожалуй только он в этот момент был способен успокоить её и унять этот безумный первобытный страх дрожью отдающийся во всем теле. Она никогда не попадала под действие Приказа, но судя по описаниям было даже слишком похоже. Вампирша облегченно выдохнула, заметив знакомые черты в пол оборота стоящего к ней парня, мирно беседовавшего с какой-то ослепительно красивой русалкой. Сейчас они договорят и можно будет оттащить его в номер, всё рассказать, спросить совета что делать, да хоть банально поплакать. Просто почувствовать что она не одна и этот кошмар наконец закончился…

Русалка, беседовавшая с Натсуме, внезапно покосилась в сторону Кэй и, едва заметно улыбнувшись, приподнялась на цыпочки, что-то шепнув парню на ухо. Лишь по тому как слегка окаменела его спина девушка с запозданием поняла что сейчас что-то произойдет. И она не ошиблась. Буквально через пару секунд русал склонился и впился поцелуем в губы торжествующе улыбающейся женщины. Они целовались прямо посреди зала. Он — осторожно, неловко склонив голову, без малейшего сопротивления, на которое так рассчитывала вампирша, которую будто снова ударила под дых трость амфисбена. Она — жадно, порывисто, бесстыже закинув ногу на его бедро и словно выпивая из из него душу.

— Ещё вина? — участливым голосом поинтересовался Ноикс, проследив за её взглядом и довольно улыбаясь. Кэй даже не расслышала его слов, мотнув головой и нетвердым шагом выходя из помещения. Мужчина усмехнулся еще шире и пригубил отвергнутое вино. — Зря, хороший сорт. И день хороший. Всегда бы так…

Когда спустя полчаса к задумчивой валькирии подошел мрачный русал, она даже не соизволила удостоить его взглядом. В отличии от и так потерянной подруги Рангрид прекрасно знала и о некоторых особенностях русалок, о которых не поленилась выспросить мисс Лерэйю и дракончиков, и даже подозревала что на самом деле произошло. Вот только легче от этого совершенно не становилось, а видеть этого перебинтованного засранца всё равно было крайне неприятно.

— Где Кэй? — сразу перешел к делу русал едва заметно хмурясь. Да, у него не было выбора. Да, она ушла куда-то ещё час назад с каким-то подозрительным хмырём и до сих пор не вернулась. Но Элиес вцепилась в него как пиявка и не отпускала ни на шаг, а послать прямым текстом русалку, да ещё и находящуюся в должности главы внешней разведки… В мире есть масса куда более безболезненных способов самоубийства.

— Ушла, — коротко ответила валькирия, отпивая вино и безучастно смотря перед собой. Раньше она всегда была добродушная и улыбчивая, не как Ингольф скалясь во всю пасть, а именно мягко, по-особенному улыбаясь всем своим друзьям и старым и новым. Сейчас же она больше напоминала извлеченный из ножен клинок, такая же прямая, смертоносная и холодная. От незадачливого парня это не укрылось.

— Она видела, — упавшим голосом выдохнул он, скорее утверждая, нежели спрашивая, но Рангрид всё равно кивнула в знак подтверждения.

— Полагаю, это видели все. Ну, кроме Ингольфа, который вернулся всего минут десять назад, — спокойно согласилась она. — Впрочем, оно и хорошо, боюсь, он бы не стал разбираться в причинах и попросту оторвал бы тебе голову. Я же задам лишь один вопрос. У тебя действительно не было выбора?

— Да, — через плечо бросил уже направившийся к выходу Натсуме.

Он терпеть не мог отчитываться перед другими, но если его девушка еще может и поймет почему он так поступил и простит, то вот её друзья могут повести себя неадекватно. А лишний раз её расстраивать после такого фиаско совершенно не хотелось. И еще больше не хотелось чтобы у выхода его догнал обиженный за подругу фенрир и всё-таки оторвал ему голову не дав ему даже объясниться. А судя по тому, что в этот момент он как раз проталкивался к валькирии, без этого коротенького слова всё именно так бы и случилось.

— Куда это он? — сурово нахмурившись поинтересовался подошедший к девушке Инги, провожая исчезнувшую за дверьми спину русала подозрительным взглядом. — Ран, что происходит? Кэй пропала, Наги с Хлоей тоже куда-то ушли, теперь еще мумий этот недоделанный умчался от тебя с таким лицом будто разом похоронил всех любимых родственников. Что я пропустил?

— Если мои догадки верны, то произошло тщательно спланированное недоразумение, — произнесла валькирия и в ответ на непонимающе вскинутую бровь негромко пояснила, попутно устанавливая полог помехи. В отличии от защитного он не полностью гасил все звуки, а скорее превращал их в неразборчивый шум, не давая разобрать ни слова. Радиус у него был в разы меньше, но в данный момент иного и не требовалось. — Кэй увидела как Натсуме целовался с другой. Нет, не шевелись если не хочешь чтобы я сейчас же воспользовалась способом, который ты так не любишь. Сперва дослушай, — Рангрид устало прикрыла глаза, чувствуя как у неё впервые за последние сто лет начинает болеть голова. Причем отнюдь не от выпивки. — Инги, я разделяю твои чувства, но прошу не влезать. Если что голову ему открутить ты всегда успеешь. Просто странно всё это. Сначала наша подруга уходит с этим мутным белым типом, а когда возвращается, то даже не может бокал в одной руке удержать. И, пока он её отпаивает, Натсуме внезапно воспылал неудержимой порочной страстью которую тут же при всех продемонстрировал, отлично зная, что даже если его девушки нет в зале, то никто из нас об этом молчать не станет.

— И? — сквозь клыки прорычал Ингольф, сжимая руки кулаки и ощущая острую потребность что-нибудь разнести. Желательно нечто размером с перебинтованную голову с жемчужными волосами.

— В этой истории меня смущают три момента, — неодобрительно покосилась на него подруга. — Во-первых, идеально подгаданное время и место. Я специально встала так, чтобы видеть и двери и Натсуме. Очень уж мне эта дамочка не понравилась сразу. Русалки вообще могут себе позволить выбирать и вряд ли опустятся до того, чтобы навязываться какому-то мумию, который от этого явно не в восторге. Вдобавок, она прекрасно видела в какой момент вошла Кэй, а вот Натсуме нет. Во-вторых, он может быть холодным надменным засранцем, но уж точно не идиотом, так что совершить такую глупость мог только по очень веским причинам, прекрасно понимая, что мы все это увидим и просто так не оставим. А в-третьих… — валькирия тяжело вздохнула и повертела в руках наполненный рубиновой жидкостью бокал, — скорее всего ты не интересовался русалками, а вот я напротив. Скорее всего даже сам Натсуме не знает о таких подробностях, но вот кое-кто из наших знакомых не поленился меня просвятить, а сейчас я поделюсь этим с тобой. Ты уже слышал, что русалки патологически ревнивы и ненавидят даже собственных детей, с трудом вынося только дочерей, продолжательниц рода. Меня заинтересовал сей факт, ведь не может же быть, чтобы за всю историю не оказалось никого, кто смог бы избежать этого безумия. И вот тут-то мне и объяснили суть проблемы. Душа русалки как могила рассчитана на одного. Они любят только один раз в жизни. Безумно, беззаветно, страстно, но только единожды. Это непреложный закон, как и то, что ты раз в месяц обрастаешь шерстью. Они просто не в состоянии полюбить даже собственного ребенка, для него в их сердце просто нет места. А сердце Натсуме уже занято Кэй, так что по собственной воле он никогда бы даже не посмотрел на кого-то другого, ему это просто не нужно. Теперь ты понимаешь почему я прошу тебя не торопиться с выводами и дать им самим разобраться между собой?

— Да, — немного подумав неохотно поморщился фенрир. Кровожадные намерения терзающие его душеньку полностью не угасли, но теперь их хотя бы сдерживал глас разума. — А о чём Кэй болтала с тем хлыщом, что её потом аж трясло?

— Понятия не имею. Говорю же, буквально спустя пару минут после того как она вошла случилась эта некрасивая история и она поспешно ушла даже не успев ни с кем поговорить, — вздохнула Рангрид, отставляя бокал и потирая виски. — В любом случае предлагаю не пороть горячку и сделать из сегодняшнего дня определенные выводы.

— Какие же? — хмуро буркнул Инги, скрещивая руки на груди и выискивая в толпе уставшего жениха, чьи братья тоже уже давно покинули праздник.

— Например, что даже при таком скоплении народа, если ты не заметил, большую часть из нас смогли вывести из игры. В зале остались только мы с тобой и Малес, а остальные были вынуждены уйти, причем половина была явно разбита и подавлена. Не знаю спланировано это было или нет, но одно могу сказать точно. Мне это совсем не нравится…

========== Часть 21. Недостающие знания. ==========

Он нашел её на песчаном берегу пляжа, одиноко сидящую у самой воды. Луна уже клонилась к закату, высеребрив дорожку на покачивающейся глади водного зеркала. Небольшие волны тихо шумели, подкатываясь к босым ножкам безучастно смотрящей вдаль вампирши и тут же отступая назад, будто опасаясь отвлечь её от невеселых дум. Она уже переоделась в знакомые шортики и футболку, явно не намереваясь сегодня больше появляться в высшем обществе. Натсуме не любил, когда она так одевалась, но сейчас примерно понимал, почему она вырядилась именно так. Как ему уже рассказали, безразмерная трофейная футболка принадлежала Ингольфу, то ли выигранная в споре, то ли подаренная на память. Конечно, Кэй в ней терялась как воробей в сарае, но сейчас ей, наверное, и правда хотелось ощутить хотя бы незримое присутствие надежного друга рядом. Пусть даже таким образом.

Натсуме слегка застопорился, оглядывая беззащитную сгорбленную фигурку с тонкими руками, лежащими на согнутых коленях. Он совершенно не знал, с чего начать диалог, и понятия не имел, как она отреагирует на попытки заговорить. Может, промолчит и выслушает, а может, огреет его увесистой бутылкой, к которой она как раз приложилась. Впрочем, он в любом случае это заслужил, так что русал медленно приблизился, обойдя оставленные неподалеку босоножки и подбирая слова для начала разговора.

— Кэй… Прости, — наконец выдохнул он, понимая, что она его заметила, но реагировать совершенно не собирается. — Я понимаю, ты меня сейчас наверное ненавидишь, но позволь мне хотя бы всё объяснить.

— Можешь не утруждаться, — безразлично пожала плечами вампирша, не отрывая взгляда от умиротворяющего пейзажа, открывающегося перед ней. — Я далеко не дура, Натсуме, и могу сложить два и два. Не спорю, на волне пережитого это сперва меня неслабо выбило из равновесия, но стоило мне немного успокоиться и подумать, как я прекрасно догадалась, что произошло. Не знаю, что она тебе сказала, но вряд ли это было что-то такое, отчего ты внезапно по уши в неё влюбился и даже забыл про свою ненависть ко всей её расе.

— Это был Приказ, — с тяжелым вздохом признался парень, опускаясь на песок рядом с Кэй и принимая такую же позу. — Не знаю, на что она больше рассчитывала, на твою реакцию или на то, чтобы я прокололся и подтвердил её догадки о моей истинной расе. Наверное, её устраивал любой исход, а времени на раздумья у меня не было.

— Она что-то заподозрила? — Кэй прикрыла глаза, пытаясь собрать разбегающиеся мысли в кучку. Сдобренные вином, они совершенно не хотели слушаться и нарушать достигнутое спокойствие. Ей не хотелось думать и вспоминать события прошедшего дня. Хотелось просто лечь где-нибудь в укромном уголке и чтобы её больше никто никогда не трогал.

— Полагаю, что да. Она как бы невзначай расспрашивала, откуда я, кто мои родители, изъявляла желание познакомиться поближе… Сомневаюсь, что у русалки с её положением фетиш на мумий и я действительно настолько ей понравился. Это больше было похоже на допрос. Так что у меня был выбор: выполнить Приказ и слегка отвести от себя подозрения или отказаться и потом объяснять, почему на меня он не подействовал, — Натсуме скосил глаз на безучастно слушающую его девушку и тихо произнес: — Прости, я не знал, что из этого хуже, но поверь, я это сделал не по своей воле. Знаю, оправдание дурацкое, но…

— Ты всё правильно сделал, — перебила его вампирша, залпом допивая остатки вина плещущегося на дне бутылки и горько усмехаясь. — Я не виню тебя в принятом решении, сегодня я на собственной шкуре прочувствовала, что русалки умеют быть убедительными. Не знаю, как остальные, но я их точно недооценивала.

Русал нахмурился, вопросительно вскинув бровь и безмолвно намекая, что хотел бы немного больше конкретики. Кэй вздохнула и в подробностях описала своё общение с улыбчивым амфисбеном, благо алкоголь немного притупил чувство страха и ощущение пристально следящих за ней фиолетовых глаз с золотистой каемкой. Натсуме молча слушал, всё больше мрачнея и разрываясь между неизгладимым чувством вины и первобытной яростью. Ему до смерти хотелось сейчас встать, пойти в праздничный зал и в лучших традициях Ингольфа поотрывать головы всем там присутствующим. А потом вернуться, обнять свою девушку и никогда больше не отпускать. Прерывая его кровожадные мечты, вампирша невольно сжалась в комочек, обнимая собственные колени и с грустной усмешкой смотря на подбегающие к ножкам волны.

— Вот, собственно, и всё, — закончила она свой рассказ, едва заметно вздрогнув. — Если честно, то я сначала и правда до смерти перепугалась и прониклась. А потом, когда уже тут посидела, подумала, то поняла, что в принципе это было вполне ожидаемо. Единственное, что меня безумно напрягает, это то, что мы понятия не имеем, как много русалки знают о наших планах и сколько у них еще тузов в рукаве. Никто из нас даже понятия не имел об амфисбенах и амулетах, защищающих от приказов.

— Согласен, эта информация если не в корне, то как минимум существенно меняет дело, — ещё сильнее нахмурился русал, задумчиво покусывая губу. — Оказывается, нам известно о них куда меньше, чем думали. Насколько я знаю, русалки специально многие века упирали на дипломатические и законные способы решения конфликтов, так что наличие у них и силовых структур, существущих вопреки ими же созданным законам, это, мягко говоря, плохая новость. Да, грубо говоря, именно то, что ты сейчас сказала, хотя я и просил тебя не материться.

— Что поделать, если это слово куда более ёмкое и точное, нежели твое плюшевое «плохая новость», — ехидно хмыкнула Кэй. — Знаешь, я вот пока тут сидела, как раз размышляла обо всем этом и пришла к неутешительным выводам. Может, я и ошибаюсь, но, скорее всего, при таких раскладах наши шансы в этом противостоянии стремятся к нулю. Мы совершенно отвыкли полагаться на физическую силу. Чем выше раса, тем больше у неё магический потенциал и сила Приказа. На этом и стоял весь наш мир испокон веков, ты либо можешь подчиниться приказу, либо получить в бубен, тут уж кто первый успеет, зависит от везения. Это сохраняло относительный баланс. А как бороться с существами и сильными и неподвластными магии, лично у меня идей нет. Кстати, а правда, что пение русалок может воздействовать, перебивая Приказы?

— Правда, — рассеянно кивнул Натсуме, выковыривая из песка идеально круглый белый камушек. — Только в данном случае это нам ничем не поможет. Тут как и с Приказами, одинаковые силы просто нейтрализуются и взаимоуничтожатся, повредив сознание попавшего под перекрестный огонь существа. Это как зажать между ладонями яблоко и с одинаковой силой сдавливать с двух сторон. Если давление слабое, то оно ещё выдержит, а если сильное, то превратится в кашу. Это полезно при толкании речей с трибуны, но в противостоянии совершенно бесполезно. Можно, конечно, вытащить из одного пансиона аномального русала, чьи приказы действуют даже на русалок и, скорее всего, пробьют защиту амфисбенов, но, во-первых, он один, а их много, а во-вторых, он совершенно неуправляем, судя по рассказам братьев. Никто не знает, что ему в шальную голову стукнет и в какой момент. С такими союзниками и врагов не надо.

— Да уж, идея на троечку, — признала вампирша, понаблюдав, как запущенный парнем камень скачет по волнам и с тихим бульканьем скрывается в темной глади воды. Вспомнив мимоходом подслушанный на банкете разговор, она вдруг повернула голову и с привычным любопытством поинтересовалась: — Кстати, еще вопрос. А правда, что красота русалок имеет магическую природу? Я просто тоже замечала, что от тебя без бинтов сложно взгляд отвести, но не думала, что это связано с волшебством.

— Тц. Всё-то тебе надо знать, — русал отвел взгляд и неохотно признался: — Частично правда. Это не любовная магия, просто наша раса… Как бы поточнее выразиться, немного больше располагает к себе других. Мы не можем этим осознанно пользоваться, но и избавиться не в силах. То есть, если рядом просто будут стоять русалка и зомби, то ты невольно будешь испытывать большую симпатию к первой. Но если они, допустим, одновременно наступят тебе на ноги, то обругаешь ты их одинаково, ибо отношение от этого не меняется. Понятный пример?

— Более чем, — кивнула Кэй и, немного помолчав, ехидно уточнила: — а на других русалок это влияет? Ну, в смысле, ты тоже находил ту поцелованную бабу симпатичной или у тебя на это иммунитет?

Бледная луна как раз коснулась горизонта, протянув до них светлую дорожку слегка покачивающуюся на волнах. Натсуме вздохнул. Он даже мысленно не хотел возвращаться к этому моменту, хотя и знал, что это, скорее всего, неизбежно. Конечно, его почемучка не удержится от комментариев и вопросов. Впрочем, это довольно малая цена за то, что он сделал. Могло бы быть и хуже.

— Не знаю, я об этом не думал, — честно признался он, выводя пальцем на влажном песке изящные узоры и избегая пристального взгляда черных глаз. — Если честно, то мне в тот момент было совершенно не до оценки её красоты. Я с ужасом представлял, что будет, когда ты об этом узнаешь, гадал, сможешь ли простить, и сомневался в правильности своего поступка. А, ну и все ждал, пока мне либо дадут в ухо, либо превратят в ледяную скульптуру, либо прилетит копье в спину. К счастью, Ингольф тогда еще не вернулся, а Малес и Рангрид вроде догадались, что я не просто так с ума сошел, а стал жертвой обстоятельств.

— Но тебе хоть понравилось? — нарочито-веселым тоном поддела его девушка, но в её голосе все равно проскользнула горечь и обида.

— Есть такая байка, что в темноте все одинаковы и если закрыть глаза, то можно поцеловать хоть злейшего врага, представляя на его месте любимого человека, — тихо ответил Натсуме, грустно улыбаясь. — Авторитетно заявляю, что это всё брехня полнейшая. Может, для того, кто никогда не любил, этот метод и работает, но я знаю твое дыхание, вкус губ, движения рук и тела. Твою душу. Даже если ты сейчас превратишься в песчинку на этом пляже, я точно уверен, что найду тебя безо всякой магии просто потому, что это ты. Знаю, звучит глупо и сопливо, но это правда. Мне нужна только ты и никто другой. Если хочешь, могу поклясться по вашим вампирским обычаям, что мне это понравилось примерно настолько же, насколько и тебе, раз уж ты всё ещё во мне сомневаешься.

— Спасибо за предложение, но, пожалуй, поверю на слово, — тихо рассмеялась Кэй, покачав головой. Русал осторожно приобнял её за плечи и мягко поцеловал прикорнувшую у него на груди макушку. — Знаешь, мне сейчас вспомнился наш разговор то ли на второй, то ли на третий день знакомства. Помнишь, когда мы с тобой обсуждали красоту и ты признался, что вообще не тяготеешь к отношениям? Сказать по правде, я до сих пор это иногда вспоминаю и никак в толк взять не могу, как так вышло, что при таких жизненных принципах ты оказался самым нежным и романтичным парнем из всех, кого я когда-либо встречала.

— Всё очень просто, — умиротворенно выдохнул русал, крепче прижимая её к себе и с наслаждением зарываясь носом в любимые волосы. — До встречи с тобой я никогда даже не влюблялся, так что и представить себе не мог, что это такое. Но знаешь, хоть эти чувства иногда и заставляют меня испытывать боль, злость и ревность, я еще ни разу не пожалел о том, что их испытываю. Особенно когда ты рядом. Вот честное слово, была б моя воля, я б тебя вообще никогда из объятий не выпускал…

Кусты жасмина, отделяющие полоску пляжа от остальной территории отеля, закачались, но сидящая к ним спиной воркующая парочка ничего не заметила. Убедившийся, что голубки вопреки задуманному всё-таки помирились, Ноикс заскользил обратно к своему отелю, спеша доложить начальнице, что маленькая пакость не удалась. Жаль, конечно, что подслушать этих ребят не удалось, у них, похоже, уже закрепилась дурная привычка при любом разговоре ставить полог безмолвия, но сам факт примирения налицо. Что ж, наверное, так даже лучше. Главное, что эта бестолковая вампирша получила послание, а там уже парень как-нибудь отговорит её от участия в авантюре тройняшек. С дракончиками придется разбираться чуть позже, когда новость об их возвращении сойдет с первых полос газет. А вот за всеми остальными надо приглядывать, пусть сомневаются, мнутся и боятся. И да, надо бы не забыть отправить группу на север. А то эти северяне, похоже, совсем забыли, что такое страх. Надо бы напомнить.

***

Праздничные гулянья завершились часа в три ночи, так что до этого времени Кэй уже успела проспаться, но всё равно не испытала восторга, когда её с Натсуме выдернули из кровати на срочное обсуждение произошедшего днём. Увы, рано утром Наги с Хлоей уезжали, так что перенести собрание заговорщиков никоим образом не представлялось возможным. Отчаянно зевающая компания расселась на те же места, что и в прошлый раз, с одной только разницей, что находящийся в состоянии перепил-недоспал Ингольф сидел, закрыв глаза, откинув голову, и даже не ругался. После коротких приветствий и поздравлений вампирша еще раз повторила свою историю, сделав акцент на невосприимчивости амфисбена к Приказам и его предупреждении касательно заговорщиков. Повисла гнетущая тишина, нарушаемая лишь гневным сопением Рэя, сожалеющего, что отсутствовал в столь знаменательный момент. Даже инцидент с русалом не столько разозлил его, сколько тот факт, что его сестричку кто-то посмел хоть пальцем тронуть.

— И что мы теперь будем делать? — первым нарушил тишину сонный и уже пришедший в себя Шиба, оглядывая всех растерянным взглядом. — Откажемся от наших планов и оставим всё как есть?

— Нет, — немного подумав, покачал головой Малес, переглянувшись с помрачневшими братьями. — То есть, если кто-то хочет нас покинуть, то мы отговаривать не будем, но сами от задуманного не откажемся. По сути, всё сказанное Ноиксом относится к Кэй, а о том, что мы что-то затеваем, русалки просто подозревают, но ничего не знают. Но это и неудивительно, я бы на их месте тоже на всякий случай предупредил, даже если бы для этого не было причин.

— Ты хочешь сказать, что произошедшее это личные проблемы Кэй и нас никоим образом не касается? — вскинулся Рэй, гневно сверкнув глазами.

— Я этого не говорил и даже в виду не имел, — терпеливо поджал губы дракончик, хмуря бровки. — Мне тоже это все совершенно не нравится, но подумай сам, ей напомнили о том, чтобы она не появлялась на общественных мероприятиях. Мы это учтем, примем к сведению, и больше она на них появляться не будет. Я понимаю твою жажду мести и полностью её разделяю, как и большинство присутствующих, но прежде чем лезть на рожон, неплохо было бы узнать, как нам бороться с этими тварями. И, пожалуй, стоит получше узнать, что у них ещё припрятано для таких, как мы. Основная беда в том, что у нас банально не хватает информации, но на данном этапе мы её как раз и собираем. И до того момента, пока не соберем, никаких активных действий предпринимать не будем.

— Кстати, а почему наша несравненная мисс Лерэйя, ранее занимавшая высокую должность в правительстве, не сообщила нам об этих чудных существах? — вкрадчиво поинтересовался Натсуме, холодно улыбаясь. — Полагаю, она должна была быть в курсе как минимум об их существовании.

— На этот вопрос могу ответить я, — отозвался из своего кресла Ален. — Перед ссылкой ей почистили память, убрав из неё всё, что относилось к подобным тайнам. Это факт. Я отлично разбираюсь в ментальной магии и лично изучал её память перед тем, как посвятить в наши планы. Так что можешь не сомневаться, она об этом тоже впервые слышит. Или ты сомневаешься в моих способностях?

— Если мне будет позволено высказаться… — негромко произнес Сагара, прервав уже собирающегося сказать гадость русала. — То насчет того, как бороться с амфисбенами и как обойти их защиту, могу помочь я. Не лично, конечно, но у меня есть один знакомый, который способен нам помочь.

— Ты же не собирался втягивать во всё это Такацуки? — С лёгким беспокойством в голосе напомнила его наставница, вопросительно вскинув бровь. — Это слишком опасно.

— Я знаю, — недрогнувшим голосом произнес арахн. — И он знает. Я не буду его ни о чем просить, просто объясню ситуацию. Если у него будет возможность помочь — хорошо. Если нет, то я придумаю что-нибудь еще.

— А кто такой этот Такацуки с таким непроизносимым именем и доступом к закрытой информации? — недоверчиво поинтересовалась валькирия, невольно начиная теребить свою косу.

— Друг, — коротко ответил Сагара, но, заметив, что сообщники ожидают продолжения, неохотно пояснил: — Внешняя разведка русалок состоит в большинстве своем из кицунэ. Они мастера перевоплощений, обмана и способны вытянуть информацию из кого угодно. Также они неплохие бойцы и наблюдатели. Мы познакомились именно потому, что он был приставлен к мисс Лерэйе после её отставки. Убивать я его не стал, это бы вызвало вопросы, поэтому мы с ним разговорились и со временем стали друзьями. Понимаю ваши сомнения, но поверьте, они излишни. Он не расскажет ничего из услышанного, даже если его будут пытать. Может отказаться помогать, но точно не предаст.

— Что ж, допустим, — поколебавшись, кивнул Малес. — Тогда планы остаются прежними.

— У меня есть ещё одна мысль, — вновь подал голос арахн. — Нам необходимы средства экстренной эвакуации. Если русалки уже что-то подозревают, то не исключено, что однажды за нами придут. Если хоть один попадется, то в рекордные сроки охота будет объявлена на всех, кто сегодня был замечен. У нас должно быть какое-то убежище… На всякий случай.

— У тебя уже есть конкретные места и идеи, как это провернуть? — вскинул бровь Алек, нахохлившийся в кресле, как маленький белоснежный воробушек.

— Места нет. Идеи да, — едва заметно искривил губы в улыбке секретарь русалки. — Мы разделяемся на четыре группы. Школа Морэна, Академия Олдерик, Академия Элтерно и архивы. Клинику мисс Динитры я не считаю, полагаю, что Наги с Хлоей успеют вернуться до того, как нам начнет грозить реальная опасность. Вы втроем умеете летать и, если что, сможете бежать самостоятельно. Для всех остальных надо будет установить порталы, дабы в случае опасности можно было без помех до них добежать и скрыться. Вампирам в этом вопросе проще всего, если книги не врут.

— Да, наши порталы самые стабильные и нерушимые, — переглянувшись с братом, ответила Кэй. — Магия крови вообще самая надёжная, но проблема в том, что нам надо заранее наметить точки входа и выхода, дабы в нужный момент их активировать. Так что сперва надо придумать место сбора, и только потом мы с Рэем сможем уже работать над этим.

— Так именно поэтому транспортом в основном занимаются вампиры? — позволил себе полюбопытствовать Шиба. — Перемещают остальных через порталы?

— Нет, конечно, это невозможно поставить на поток. Заклинание капризное и сложное, одна ошибка, и впаяет тебя на молекулярном уровне в ближайшую стену, даже пикнуть не успеешь. Тем более портал каждый раз надо чертить заново, а на активацию тратится не меньше двухсот миллилитров крови. Активировать их может только кровь вампира, а мы не особо тяготеем к донорству, скорее наоборот. А теперь представь ценник каждого перехода с учетом всего вышесказанного. Да даже русалки скорее согласятся пешком прогуляться, чем платить такие деньги. Поэтому это просто совпадение.

— Хм, то есть получается, Рэю или Кэй надо будет посетить несколько мест и расставить там свои порталы? — не открывая глаз, поинтересовался Ингольф, до этого момента будто бы вовсе дремавший в кресле. — А потом нацедить нам кровушки, дабы мы в любой момент могли ими воспользоваться?

— Всё верно, — подтвердил Сагара, скрестив руки на груди. — Только перед этим нам надо выбрать точку сбора.

— Я подумаю над этим, переговорю с некоторыми союзниками и потом сообщу место, — серьезно кивнул Малес, поднимаясь. — Что ж, полагаю, на этом можно закругляться. Главное, ничего не бойтесь. Пока что ничего противозаконного мы не сделали, а значит, нам ничего не грозит. Все остальные вопросы будем решать по мере поступления. Не переживайте, если мы увидим, что опасность слишком велика, то откажемся от своей идеи и будем думать дальше. Хорошей ночи.

Нестройным хором попрощавшись, заговорщики стали постепенно покидать комнату, прокручивая в головах новую информацию. Каждому было слегка не по себе, но отступать они не собирались. В конце концов, они
действительно пока что ничего дурного не сделали, а за мысли и намерения, к счастью, пока что не сажали. Ключевое слово «пока».

========== Часть 22. Снег и пепел. ==========

Выйдя на станции, ребята невольно переглянулись и облегченно рассмеялись. Наконец-то этот кошмар закончился, и им позволили покинуть невыносимо жаркий Гелиостат, да вернуться в привычный заснеженный Остург. Правда, до самой школы ещё полдня пути на санях, но компания все равно довольно улыбалась, с наслаждением вдыхая морозный воздух и любуясь лунными бликами на сугробах. Теперь они дома. Можно забыть про русалок, вампиров и опаскудевший им за последние несколько дней высший свет, просто наслаждаясь медленным танцем огромных пушистых снежинок, неторопливо опадающих на землю. Зрелище было родным и настолько завораживающим, что даже у близнецов перехватило дыхание, а лазурные глаза затопила необычайная нежность. После свадьбы Малес переводился к жене в Элтерно, а вот его братишки предпочли остаться в знакомой, хоть и непопулярной школе Морэна. Они любили эти края, бесконечные белоснежные просторы, непроходимые леса с огромными деревьями, подметающими кронами небо. В отличие от фенрира и валькирии, сменивших фривольные южные одежды на утепленные меховые вещи, дракончикам не требовалась дополнительная защита от холода, они комфортно себя чувствовали при любых температурах. Вдобавок, как бы они это ни отрицали, им не хотелось расставаться с Ингольфом. Ален и Алек даже сами не заметили, как привязались к этому огромному шумному оборотню, который был младше них минимум на тысячелетие, но при этом заботился о шкодливых мальчишках, как о младших братьях. И не только. Рангрид уже давно посмеивалась сначала над любвеобильной четверкой, а теперь уже троицей, советуя не морочить другим головы своими «свободными» отношениями, но они лишь отмахивались. В конце концов, то, что им нравится проводить вместе время в постели, и по жизни еще не повод для признаний в любви и отказа от приятных развлечений с другими.

— Эх, хорошо-то как, — подтащив поклажу к саням, довольно протянул Ингольф, с хрустом потягиваясь всем телом и довольно зажмуривая золотистые глаза. Холодный воздух приятно щекотал ноздри, вызывая желание поскорее сменить ипостась и размять лапы, отмахав по сугробам несколько километров. Увы, до полнолуния была еще неделя, а проворачивать то же самое в антропоморфном обличии верный способ отморозить себе всё нафиг. Вроде подушечки лап и кожа на руках-ногах почти не отличаются, но первые лёд только приятно щекочет, а вторые уже через десять минут грозят посинеть и отвалиться. Перекидав сумки поближе к щитку, фенрир подсадил близняшек и, пропустив вперед насмешливо фыркнувшую на предложенную руку валькирию, взобрался следом. — Сейчас наедимся до отвала. Надеюсь, мама Сигрид уже зажарила нам поросёночка, а лучше даже двух.

— С твоей любовью покушать, боюсь, и трех будет маловато, — тихо рассмеялась Рангрид, покачав головой. — Впрочем, моей матери для тебя ничего не жалко. Наверное, даже если бы ты всю еду в поселке сожрал, то она бы только умилилась, какой у Ингольфика хороший аппетит.

— Ну, а что ты хотела, это ты у нас можешь по трое суток не есть, откуда только силу берешь, — ничуть не смутился фенрир, задорно оскалившись. — А я молодой здоровый парень, и мой растущий организм требует мяса. Можно без гарнира, но желательно с кувшином вина.

— Ты только не увлекайся, нам завтра уже на занятиях надо быть, — хихикнул Алек, привычно прильнув к обтянутому меховой накидкой плечу. С другой стороны примостился его братец, осматривая бескрайние снежные просторы из-под лениво приопущенных век.

— Ничего, если он опять упьётся до состояния бревна, моя маман умеет приводить его в чувство, — откинула голову валькирия, выпуская изо рта тонкую струйку морозного пара и счастливо улыбаясь. Наконец-то они будут дома.

С жизнерадостным Ингольфом они дружили с детства, благо их деревни находились не так уж и далеко друг от друга. Она как сейчас помнила, как, стоя на заснеженной опушке, тренировалась с копьем и впервые увидела любопытные желтые глаза, выглядывающие из-за кустов. Фенрир до сих пор не мог понять, каким образом ухитрился отделаться лишь распоротым плечом, в последний момент увернувшись от летящего ему в грудь оружия. Зато, как выяснилось, совместные попытки остановить хлещущую кровь очень даже способствуют сближению и взаимопониманию. А уж когда неунывающий мальчишка был в качестве извинений приглашен на обед и с первого взгляда очаровал её маму и бабушку, то Рангрид с предельной ясностью поняла, что теперь он ещё не скоро исчезнет из её жизни. Впрочем, ничего плохого она в этом не видела. Судя по древним легендам, их расы всегда сражались вместе. Подружившиеся детишки обожали слушать рассказы бабули Илвы о том, как в стародавние времена грозные валькирии верхом на огромных фенрирах сражались за мир, освобождая север от иноземных захватчиков и орд голодной нежити. Они часто играли в «спасителей», представляя себя на месте великих предков. Увы, сказки оставались сказками, и уже много веков как их кланы находились во вполне дружеских, но отнюдь не симбиотических отношениях. А с учетом принятых русалками законов сражаться и вовсе было не с кем. Земли Остурга приняли протекцию Элтерно, как и остальные страны, а нежить возмутительным образом перестала существовать. Если и объявлялся какой осколок былых времен, то заботливые подчиненные русалок его тут же уничтожали, желая лишний раз напомнить принявшим протекторат народам о своей заботе и важности в их жизни.

Решение навестить деревню Рангрид было принято еще пару недель назад, и это событие ожидалось едва ли не больше, чем свадьба. Суровые, но гостеприимные дамы с одинаковым радушием принимали как свою дочку-внучку, так и её друзей, с которыми она навещала их едва ли не каждые каникулы. Даже дракончики таяли от их грубоватой заботы в лучших традициях любящих бабушек и с нетерпением ожидали момента встречи. А уж знакомый с ними с детства фенрир и вовсе не мог усидеть на месте до каждой встречи, воспринимая как собственных родителей. В силу расовых особенностей валькирии рожали только девочек и никогда не позволяли мужчинам проживать в их поселке, но друзей Рангрид воспринимали как собственных детей, каждый раз неизменно устраивая по поводу их приезда массовые гулянья.

— Тихо как-то, — задумчиво произнес Ингольф. Кончик заостренного уха, украшенного сережками, с подозрением дернулся, как у раздраженной кошки.

Они уже спрыгнули с саней и, навьюченные чемоданами, брели по заснеженной пустоши. Можно было, конечно, пойти в обход по узкой дороге, отделяющейся от главного тракта, но на этот крюк ушла бы пара часов, поэтому нетерпеливые гости предпочли полчаса помесить снег, вместо того чтобы брести по надежным тропкам. Деревня, скрытая от них холмом, вопреки обыкновению, не порождала никаких типичных для любого места жительства звуков. Не переговаривались соседки, не кололись дрова, не хлопали двери. Не кудахтали огромные куры, больше похожие на утепленные пернатые шарики, не визжали поросята, даже собаки не гавкали.

— Снег? — удивленно поднял голову Ален, рассматривая кружащиеся в воздухе белые хлопья. На небе не было ни облачка, только огромный холодный полумесяц луны взирал на путников сверху. На подставленную ладошку упала огромная снежинка, но, вопреки ожиданиям, не растаяла, а размазанная пальцем оставила на голубоватой коже противную сероватую полосу.

Друзья обеспокоенно переглянулись и наперегонки рванулись к вершине холма. Первыми добрались дракончики, моментально сменившие ипостась и пораженно застывшие, как две белоснежные скульптуры. Фернир, в несколько прыжков догнавший их, вздрогнул и хотел было обернуться, чтобы не дать валькирии увидеть это, но было поздно. Не намного отставшая от них девушка уже была рядом, почти сразу же осев в снег и с ужасом смотря на открывающуюся картину.

Деревня догорала. То, что они сперва приняли за снег, оказалось пеплом. Открытого огня уже не было, но самые крепкие остовы еще бездымно тлели, нелепо смотря в небеса черными балками, сложившимися под собственным весом. Белоснежные сугробы, высеребренные луной, во многих местах темнели от крови. Алой, бурой, почти черной. И тела пытающихся спастись из горящих домов женщин в просторных ночных рубахах. Разрубленные, разодранные, сжимающие в руках копья или просто смотрящие ввысь остекленевшим взглядом.

— Ран… — дрогнувшим голосом позвал подругу Ингольф, сжимая её плечо и даже не представляя, что в такой ситуации можно сказать. К горлу подкатил предательский комок. Да, слухи не врали, фенриры не придавали значения кровным связям. Они сами выбирали себе врагов, друзей, семью… И его семья сейчас лежала там, в догорающих руинах.

— Надо осмотреться, — мертвым голосом произнесла валькирия, поднимаясь на ноги и пытаясь рассмотреть свой дом. Нос щекотал специфический запах гари и крови.

Алек переглянулся с братом и заскользил по снегу в сторону от деревни. Они должны были скрываться неподалеку, чтобы в нужный момент окружить спящее поселение и одновременно поджечь с разных сторон. Может, удастся наткнуться на их стоянку и что-то выяснить о том, кто это был? Остальные побрели в сторону виднеющегося пепелища.

Дом Рангрид единственный стоял почти не тронутый. Таинственные поджигатели не поленились облить стены водой, ныне застывшей прочной ледяной коркой, дабы огонь не добрался до них. Но во дворе…

— Мама! — всхлипнула девушка, бросившись к лежавшему неподалеку от распахнутой двери телу с нелепо раскинутыми руками. Фенрир невольно вздрогнул, растерянно вглядываясь в знакомые очертания. Боги, кем надо быть, чтобы сотворить такое? Ален бросился внутрь дома, не дожидаясь просьб и, вопреки увиденному, надеясь, что бабуля Илва всё-таки выжила.

— Велания тысячецветная, — тихо произнес Ингольф, опускаясь на колени у распластанного тела и тщательно принюхиваясь. Он старался не смотреть на впервые на его памяти рыдающую подругу, неслушающимися пальцами пытающуюся вытащить вбитый в грудь Сигрид длинный кол. — Она не могла сопротивляться, но всё чувствовала.

— За что? — стальные глаза полыхнули гневом, с болью уставившись на отодвинувшегося парня. Голос девушки дрожал от ярости и душащих слез. — Что она сделала, чтобы её опоили, выволокли на мороз и вбивали в неё колья, пока она не истечет кровью? Кто на такое вообще способен?! Как они смогли так близко подобраться к деревне?!

Фенрир пожал плечами, проводя рукой по бесстрастному лицу погибшей валькирии и закрывая её остекленевшие глаза. Он тоже хотел бы знать ответы на эти вопросы. Пройдясь по двору, он присел у плетня, вглядываясь в виднеющиеся следы.

— Вы же не держали лошадей? — уточнил он, ковырнув когтистым пальцем четкий след подковы, отпечатавшийся в притоптанном снегу. Ран мотнула головой. Лошадь в поселке была одна и принадлежала старосте деревне на случай, если надо было срочно связаться с близлежащими сёлами. Инги прикрыл глаза, негромко озвучивая свои предположения: — Он приехал поздней ночью. Один. Представился путником и попросился на ночлег. Они никогда бы не отказали страннику, за что и поплатились. Когда велания подействовала, он вытащил её на улицу и убивал, пока деревня полыхала.

— Неподалеку в лесу недавно стоял небольшой отряд, — в ворота просочился Алек, принимающий антропоморфную форму и едва заметно вздрогнув при виде тела. — Метель была три дня назад, но следы едва припорошило снегом. Несколько мужчин, пришедших со стороны тропы. Они свернули на середине дороги и пробирались через лес. Подошвы узкие, но снег их держал, как будто они ничего не весят. И еще… На деревьях около стоянки странные пятипалые следы, будто об них когти точили. И миндалем разило так, что у меня аж слезы выступили.

— Мантикоры, — помрачнев, нахмурился Ингольф, ковыряя пальцем отпечаток копыта и рассеянно размышляя. Эти существа низкого класса часто занимались охраной и исполняли роль безопасников. Но чем им не угодила мирная деревня валькирий?

Все обернулись на скрип двери, из которой вышел бледный пошатывающийся Ален. В ответ на вопросительные взгляды он лишь опустил глаза и покачал головой. Подошедший к нему брат осторожно коснулся его руки, с тревогой заглядывая в глаза.

— Ты как? — тихо спросил он. Вместо ответа дракончик сжался и уткнулся в точеное плечо близнеца. Они оба вспомнили одно и то же…

Трое дракончиков наперегонки несутся по заснеженной равнине, смеясь и соревнуясь в ловкости, изредка взмывая на пару метров от земли и перепрыгивая друг через друга. Им всего по три сотни лет, совсем ещё мальчишки, нарушающие запрет родителей не отходить далеко от горы, изрытой ходами, как дорогущий сыр. Они не знали, почему им нельзя убегать далеко от дома и почему вообще столь могущественные существа, как они, должны кого-то бояться. Ведь они же всемогущие драконы, мудрые и прекрасные порождения древней магии, последние в своем роде. Старшие рассказывали, что на заре времен их клан ледяных драконов вместе с другими мирно сосуществовали с населяющими мир тьмы разумными расами. Но потом что-то произошло, и они были вынуждены бежать на край света, дабы не исчезнуть, как другие менее сговорчивые сородичи. Впрочем, трёх мальчишек эти подробности беспокоили мало. Есть дом, родители, просторы для игр, что еще нужно в этом возрасте? Конечно, любопытно было бы хоть одним глазком взглянуть на поселения других существ, но их сразу предупредили, что это может быть опасно. Никому нельзя показываться на глаза и нарушать подписанный с русалками мирный договор. Непослушные малыши чихать хотели на запреты родителей, но этот был сказан слишком серьезным тоном. Возможно, когда они немного подрастут…

— Догоняйте! — крикнул вырвавшийся вперед Алек, обгоняя братьев и белоснежной стрелой устремляясь к виднеющемуся в вышине провалу пещеры.

Две его точные копии переглянулись и прибавили ходу. Они и так задержались уже на пару часов, заигравшись в леске неподалеку. Родители наверное волнуются. Ругаться не будут, лишь поворчат, что еда остыла да что их вечно дома не бывает и помощи не дождешься. Но какой смысл быть свободным драконом, чтобы всю жизнь провести в шахтах, добывая драгоценности? Тем более тройняшки терпеть не могли прибывающих послов русалочьего племени, привозящих провизию в обмен на камушки. Всё-таки как же унизительно копаться в горной породе ради пропитания.Но что поделать, таков уговор.

Малес и Ален, вылетевшие на площадку перед входом в пещеру, едва успели вильнуть в сторону, огибая столбом застывшего Алека. Избежавшие столкновения дракончики покатились по камню, в два голоса ругая в неудачном месте застывшего брата.

— Ты что, совсем… — начал было Малес, поднимая чешуйчатую голову и потирая отбитое плечо, но фразу так и не закончил, тупо уставившись на темно-синее пятно перед собой, из которого торчала белоснежная лапа.

Все пространство у входа было заставлено ледяными скульптурами, местами разбитыми, но иногда отлично сохранившимися. Малес даже узнал некоторых из них, те самые «обменники», навещавшие драконий клан раз в месяц. Но что они не поделили? Сбоку горестно взвыл Ален, бросившийся внутрь пещеры, но до него так и не добежавший. Алек проворно перехватил брата за плечи, отворачивая от кошмарного зрелища и прижимая к себе. Сам он не отводил глаза, с ужасом смотря на виднеющиеся между ледяной крошки следы битвы. Два дракона-стражника были безжалостно изрублены на мелкие куски, с трудом поддающиеся опознанию.

— Стойте здесь, — хриплым голосом выдохнул Малес, поднимаясь на лапки, и, осторожно заглянув в пещеру, потрясенно застыл. Картина, открывшаяся его взору, ничуть не отличалась от той, что была у входа. Драконы дорого продавали свои жизни, по десятке на каждого, но противников было слишком много. Мальчишка вихрем пронесся по лабиринту пещер, пытаясь отыскать выживших, вслушиваясь в каждый шорох и стараясь не смотреть на синеватые потеки крови, щедро покрывающие пол и стены их дома. Но всё тщетно. Нападавшие не собирались оставлять свидетелей, расправляясь с последними представителями магической расы, не подчиняющейся их классовой системе.

Когда он вышел, то Ален уже не порывался проникнуть в пещеру. Он сжался на земле в объятиях брата, горько всхлипывая и глотая крупные слезы. Самый младший из них, он всегда бурно переживал любые события, а уж сейчас, когда даже они с Алеком с трудом сдерживают душащие их эмоции…

— Уходим, — коротко бросил Малес, помогая Алеку поднять убивающегося братца на ноги. Тот молчал, не решаясь дать волю чувствам и прекрасно понимая, что с двумя братьями в истерике не справится даже самый старший. Ален замотал головой и попытался подойти к пещере, но был перехвачен изящными руками. — Нет. Мы уже ничего не можем сделать. Надо бежать.

— Куда? Зачем? — всхлипнул дракончик, вцепляясь в воротник брата, как утопающий в спасательный круг. — Мы должны узнать, кто это сделал, должны…

— Отомстить? — грубо перебил его Малес, сбрасывая держащие его руки. — Да, должны. Но не сейчас. Их много, а нас всего трое. Догонять их и ввязываться в бой глупо. Хочешь доставить им удовольствие и помочь закончить начатое?

— Н-нет, — Алена в прямом смысле колотило и, если бы не рука Алека, поддерживающего его за локоть, то он вряд ли смог бы устоять на ногах.

— Рад это слышать, — дракон ненадолго прикрыл глаза, собираясь с мыслями и стараясь мыслить трезво. Наконец, он тряхнул головой и приобнял братишек, крепко прижимая к себе и шумно выдохнув: — Сейчас мы уйдем. Скроемся, исчезнем, затеряемся и заставим их поверить в то, что нас больше нет. Но мы обязательно вернемся и отомстим. Обещаю.

— Я в порядке, спасибо, — благодарно вздохнул Ален, поднимая голову и отгоняя от себя воспоминания далекого детства.

— Ран, возьми Алена и пройдитесь по деревне, — скомандовал Ингольф, накрывая ладонь валькирии, всё еще пытающуюся выдернуть торчащий из тела кол. В ответ на непонимающе-неодобрительный взгляд он тихо пояснил: — Пожалуйста, иди. Мы сами все подготовим. Лучше осмотритесь и поищите выживших. У тебя все равно руки трясутся, и здесь ты ничем помочь не сможешь.

Валькирия, немного помедлив, кивнула и поднялась, слегка пошатываясь и направляясь к воротам. Ален белой тенью проследовал за ней, негромко что-то говоря на ходу.

— Что мне делать? — уточнил Алек, подходя к фенриру, мощными рывками вырывающему колья из тела мертвой валькирии.

— Начинай таскать дрова к околице какие найдешь. Мы должны сжечь тела в соответствии с традициями. Если не хватит, сходим в лес и там наломаем веток, — распорядился Ингольф, аккуратно расшатывая особо глубоко всаженный колышек. Дракончик кивнул и направился выполнять поручение.

Когда Рангрид с Аленом вернулись, Инги как раз укладывал последние тела на невысокие поленницы. Они с Алеком старались удостоить каждую павшую валькирию отдельного ложа, но дров катастрофически не хватало, так что такой почести удостоились лишь мама Сигрид и бабушка Илва. Остальным пришлось довольствоваться одним погребальным костром на двоих-троих. Их было примерно пятнадцать, темнеющих на снегу возвышений из дерева, на которых виднелись бережно уложенные тела женщин. Попытки нарубить в лесу веток не увенчались успехом. Деревья, промерзшие до корней, очень неохотно рубились, и такими темпами похороны грозили затянуться на неделю. Только когда луна почти полностью села, вооруженная факелом Рангрид прошлась по ряду поленниц, поджигая с трудом занимавшиеся дрова. Как они и ожидали, не выжил никто. Дракончик весь перепачкался сажей, обшаривая чернеющие пепелища домов, но все поиски были тщетны.

— Что ж, — с кривой усмешкой выдохнула валькирия, поджигая последний костер и бросая факел рядом с телами. Разгорающийся огонь отражался в её глазах, придавая девушке еще более грозный вид, нежели обычно. — Теперь у меня хотя бы есть веский повод для участия в вашем заговоре. Как думаете, они что-то выяснили или как в случае с Кэй просто передали предупреждение?

— Полагаю, второе, — подошедший Ингольф приобнял подругу за плечи, печально смотря на всё быстрее распространяющиеся язычки пламени. — Если бы у них что-то было, то они бы сразу пришли за нами, а не ограничивались такими методами запугивания. Наверное, хотели сломать нас и убедить отказаться от намерений.

— В таком случае они просчитались, — презрительно скривилась Рангрид, сжимая руки в кулаки. — Теперь-то мне уже точно нечего терять, и уж я пойду до конца, даже если вы все сдадитесь. Такое не прощают.

Фенрир молча кивнул, лишь сильнее сжимая руку на её плече. Они долго так стояли вчетвером, смотря на полыхающие костры, тянущие к темному небу яркие огненные всполохи. Говорить не хотелось. Вместе с растворяющимся в вышине дымом уходили и последние сомнения в правильности их затеи. Так больше продолжаться не должно.

========== Часть 23. Паучья цитадель. ==========

Луна уже скрылась за деревьями, когда экипаж подъехал к одноэтажному уродливому зданию, больше напоминающему чёрную перевернутую коробку. Редкие небольшие окошечки идеальной квадратной формы смотрели на разминающихся после долгой дороги существ неприязненно и даже как-то недружелюбно. Никаких дверей, ворот или любых намеков на вход. Только идеально гладкие стены из непонятного темного материала, почти сливающегося с окружающим таким же черным лесом. Если бы не дорога, заканчивающаяся неподалеку от строения, то гости бы и не предположили, что в этом кошмаре кто-то обитает, охраняя все закрытые сведения этого мира.

— Паучий оникс, — прокомментировал Сагара, опередив вопрос русала, с интересом ковырнувшего стенку. — Обладает уникальным свойством — будучи единожды зачарованным, более неподвластен никакой магии. Его мало где используют, но в данном случае он зачарован на то, чтобы не выпускать таких, как я, из своих стен.

— И как же ты тогда оттуда выбрался? — усмехнулся русал, поднимая голову и изучая виднеющиеся окна. Света в них не было, отчего становилось немного не по себе.

— Вышел со мной, разумеется, — улыбнулась мисс Лерэйя, подходя к одной ей известному участку стены, и, сняв кулон, коснулась им будто лакированной поверхности. Воздух перед ней задрожал, и спустя пару секунд на черной глади проступили слегка серебрящиеся во мраке тончайшие линии, напоминающие дверной проем. — Дверь может открыть лишь тот, у кого есть этот ключ. Если он не принадлежит к расе арахнов, в их руках он моментально рассыплется пылью. Так что я могу приводить сюда и уводить кого угодно и когда угодно. Прошу в нашу скромную обитель.

— Это и есть хранилище всей мировой информации? — слегка разочарованно протянула Кэй, проходя следом за Сагарой в мерцающий проём и оглядываясь. — Я ожидала большего.

Они оказались в небольшом холле, на стенах которого сразу при их появлении тускло замерцали осветительные шары. Судя по всему, внутренности здания были выполнены из обычного камня, но цветом мало чем отличались от облицовки. Потолок, стены и пол — всё было в черной цветовой гамме, вызывая удручающее впечатление. Как в столь маленьком строении могли разместиться искомые архивы, не понимал никто, а слегка страдающий паранойей русал даже начал подозревать, что их заманили в ловушку, но высказаться не успел.

— Полагаю, я не сильно смогу помочь вам в поисках, так что позвольте откланяться, — зашедшая последней мисс Лерэйя устало улыбнулась и грациозно склонила голову. Гости проводили озадаченным взглядом скрывшуюся за неприметной дверью женщину и вопросительно уставились на её протеже.

— Прошу следовать за мной, — коротко кивнул арахн, направляясь к двери в другом конце холла. В отличие от той, за которой скрылась несравненная русалка, она была круглой и заканчивалась у самого потолка.

— Архивы в подвалах? — догадался Рэй, чувствуя, как вцепившийся в его рукав Шиба мелко вздрагивает, хотя температура в помещении была довольно приятной. Вампиру и самому не особо хотелось идти в этот зияющий круг непроглядной тьмы, из которого веяло холодом и жутью.

— Верно, — подтвердил его догадки Сагара, насмешливо смотря на неуверенно застывших ребят и касаясь ладонью стены внутри непроглядной темноты. Там тут же вспыхнули такие же, как в коридоре, осветительные шары, явившие глазам гостей просторную площадочку, заканчивающуюся не менее широкой винтовой лестницей. Желания проходить внутрь почему-то не прибавилось. — Не переживайте, если бы я хотел с вами расправиться, то мне не было нужды приводить вас к себе домой.

— Ну, это, конечно, охренеть как успокаивает, — язвительно ответила Кэй, следом за нахмурившимся русалом всё же переступая порог неприятного помещения.

Они спускались молча, под тихий шорох шагов и тусклое мерцание магических светильников, без особой щедрости приютившихся под высоким потолком. От стен веяло могильным холодом, что ни разу не улучшало впечатления от этого негостеприимного местечка. Нос щекотал специфический запах, напоминающий о склепе. Наконец, когда лестница закончилась, гости, уже мысленно огласившие завещание, пораженно выдохнули. Их взору открылась потрясающая воображение картина бесконечно огромного круглого помещения, на несколько километров уходящего вдаль и вниз. В середине стояли высоченные стеллажи, уставленные книгами и коробками, которые покрывала сероватая паутина. По периметру бездонной пропасти располагались пандусы пяти метров в ширину, так же увитые паутиной, иногда соединенной с книжными полками. Света было настолько мало, что даже оборотень подслеповато щурился, пытаясь что-то разглядеть в переплетениях нитей, по которым, как ему казалось, изредка сновали едва заметные силуэты каких-то огромных существ.

— Это лишь часть архивов, но нужная нам информация хранится именно здесь, — подождав, пока спутники налюбуются его обителью, произнес арахн и едва заметно улыбнулся. — Надеюсь, вы не против, если я сменю форму? Помогать вам в таком виде, как сейчас, мне будет крайне затруднительно.

Спрашивал он больше из вежливости, получив от мисс Лерэйи четкие указания быть как можно более обходительным и дружелюбным, но гости послушно закивали, невольно попятившись от юноши, меняющегося на глазах. А посмотреть там было на что. Скрытые костюмом ноги поплыли в мареве трансформации, удлиняясь и увеличиваясь в количестве, принимая положенную им природой форму и возвышая их обладателя над пораженно охнувшей компанией. Нижняя половина тела заметно возросла, напоминая паучье туловище с едва различимыми красными узорами на черном хитине. Верхняя же осталась почти неизменной, разве что привычный представительный пиджак расползся тающей иллюзией, оголяя антропоморфный мускулистый торс, на котором спину, плечи и часть живота покрывал такой же, как и на брюшке, черный хитин. Остальная кожа посерела, но пугало это только при взгляде на преобразившееся лицо. Очки растворились в пространстве, заменившись четырьмя черными блестящими глазами без белков, в которых плескалась бесконечная мудрость и затаившаяся угроза.

— Ох ты ж… — впечатленно выдохнул Шиба, оглядывая Сагару от макушки до кончиков согнутых лап. Теперь стало понятно, почему проходы и двери такие огромные: в длину арахн достигал минимум метров четырех, а в высоту вместе с торсом примерно трех.

— Наконец-то, — удовлетворенно произнес юноша, приглаживая ладонями волосы, моментально будто прилипшие к голове, и с шумом вдыхая воздух узкими щелочками ноздрей. Нос у него словно втянулся, оставив лишь две едва заметные дырочки. Расправив плечи, он посмотрел на спутников, как ни в чем ни бывало произнеся: — Прошу за мной. Сейчас я отведу вас в картотеку. Там мы сперва отыщем, где хранятся нужные нам материалы, а затем я их принесу и отдам вам на изучение. Я ведь верно понимаю, в первую очередь нас интересует история мисс Кэй и мистера Натсуме?

— Наверное, да, — пожал плечами русал, ободряюще сжимая ладонь восхищенно оглядывающей арахна девушки. По её глазам было видно, что только нежелание нарушать этикет, поддерживаемый протеже мисс Лерэйи, удерживает её от желания попросить дать покататься или хотя бы пощупать невиданное ранее существо. — Потом примемся за изучение других… Аналогичных случаев. Ты же сможешь нам в этом помочь?

— Да, конечно. Я читаю намного быстрее, чем вы мыслите, так что найти необходимое для меня дело пары дней, — вежливо улыбнулся Сагара и, развернувшись, направился по пандусу вниз.

Ребята поспешили следом, с трудом поспевая за стремительно передвигающимся парнем, и так заметно снизившим скорость ради пыхтящих за его спиной двуногих недоразумений. В его картине мира наличие лишь двух нижних конечностей делало остальных бесконечно ущербными созданиями, но вслух он об этом тактично не упоминал. Хотя иногда и хотелось. Ему вообще порой казалось, что арахны вполне заслуживают звания высшей расы в мире Тьмы. Представители других классов всегда виделись ему медлительными шумными идиотами, вдобавок страдающими тяжелой формой склероза. Ну серьезно, они не только громко дышат и двигаются, так ещё и не способны делать простейшие выводы и вряд ли смогут запомнить приблизительное содержание хотя бы одной полки виднеющихся с краю стеллажей. Разве они достойны называть себя высшими расами?

Сагара тряхнул головой, отгоняя навязчивые мысли и сворачивая в одну из расположенных сбоку от пандуса дверей. Сейчас не время для подобных размышлений. Надо поскорее выполнить свою часть работы и помочь этим недотепам избавиться от русалок, заточивших его сородичей в этой пыльной подземной банке. А потом уже, выбравшись на волю вместе со всеми остальными соклановцами, рассуждать, кто чего достоин. Внезапно арахн замер, уловив едва слышимый шорох. В картотеку редко кто забредал, разве что являющиеся раз в десятилетие ревизоры русалок, откровенно брезгующие спускаться в самые недра архивов затянутых липкой паутиной. Да и страшно было. Поговаривали, что некоторые особенно дотошные ревизоры оттуда уже не возвращались, но восьминогие чудовища лишь пожимали хитиновыми плечами и с кристально честными глазами врали, что они вот буквально на минуточку отходили за материалами, а их почтенный гость, видно, где-то затерялся. Но пусть никто не переживает, авось еще отыщется, они уж точно приложат к этому все силы. Вот только за всю историю пока что никто из потеряшек так назад и не вернулся. Да никто и не ждал.

Картотека вообще была самым непопулярным и неуютным местом во всем здании. Длинные узкие лабиринты металлических шкафов в его рост, которые было запрещено затягивать облегчающей передвижение паутиной, не заставляли арахнов испытывать симпатию к этому помещению. Также радости не добавляли слишком низкие потолки, всего на полметра высящиеся над верхушками шкафов. Пролезть там было можно, но всё равно восторга это не вызывало. Но сейчас там явно кто-то затаился, поэтому…

— Я на минуту вас покину, — через плечо предупредил Сагара остановившихся за ним спутников и… рассыпался чёрной шевелящейся массой, в мгновение ока растворившейся в полумраке.

Кэй, тихо взвизгнув, повисла на шее Натсуме, поджимая ноги, хотя в их сторону ни один паук не направлялся. Русал устоял, подхватив девушку за пояс и с трудом веря своим глазам. Не удивительно, что правящий класс запер этих существ с такими-то способностями. Надо бы потом поинтересоваться, как им это удалось, а то мало ли.

— Да слезь ты с меня! — прорычал Рэй, пытаясь стряхнуть запрыгнувшего ему на спину оборотня. Пауков тот тоже недолюбливал, но мужественно не стал визжать, лишь побледнев и неохотно выпустив вампира, только когда последний паучок скрылся из виду.

Стоило смущенной девушке опуститься на землю, как с противоположной стороны шкафа донесся тихий вскрик и глухой удар. Не тратя время на переглядывания, позабывшие о страхе ребята рванулись на звук, огибая ряд и сгорая от любопытства. Увы, смотреть там уже было особо не на что.

— Ты когда-нибудь дошутишься со своими шпионскими играми, — проворчал Сагара, уже собравшийся воедино, помогая встать незнакомому пареньку, очевидно буквально пару секунд назад поздоровавшемуся спиной со шкафом, о чем свидетельствовала неглубокая вмятина на оном. — Сколько раз я тебе говорил не подкрадываться ко мне? Вот убью тебя на рефлексах, как мне потом объяснять твоим детям, что их папка погиб по собственной глупости?

— Ты не понимаешь, о чем просишь, — звонко рассмеялся юноша, хватаясь за протянутую руку и проворно поднимаясь на ноги. — Это же уже профессиональная деформация личности и издержки профессии. Я увидел, что ты пришел не один, и мне стало любопытно.

— Так подошел бы открыто, что за манера следить исподтишка? Знаешь же, что я тебя все равно почти сразу обнаружу, так зачем рисковать? — недовольно поджал губы арахн, скрещивая руки на груди и укоризненно нависая над незадачливым шпионом.

— Привычка, — обезоруживающе улыбнулся тот, разводя руками и белозубо улыбаясь. Наконец он заметил стоящих неподалеку ребят и приветливо замахал рукой, так просияв, будто не впервые их увидел, а старых знакомых встретил. — О, привет! Вы новые друзья этого ворчуна?

— Сомневаюсь, что нас можно назвать друзьями, скорее знакомыми, разделяющими его убеждения и нуждающимися в его помощи, — с усмешкой пояснил Натсуме, разглядывая парнишку.

Как-то иначе он себе представлял грозных бойцов внешней разведки, лучших информаторов и мастеров маскировки. Более впечатляющими, что ли. А тут… Невзрачный рост примерно с Шибу, который в их компании был далеко не самым высоким, щуплое, почти девичье телосложение, которое даже не спасала просторная рубаха, а уж обтягивающие штаны и вовсе превращали ноги в две палочки, за которыми виднелся длинный, пушистый рыжий хвост. На пальцах множество узких колец, очевидно, амулетов, заговоренных от всего мыслимого и немыслимого, а на шее такой же, как у мисс Лерэйи, кулон-ключ для проникновения в архивы. И лицо такое простодушное, узкое, скуластое, со множеством веснушек, идеально сочетающихся с торчащими рыжими ушками, и такого же цвета длинными вьющимися волосами, забранными на затылке в небрежный хвостик. Из всего этого нелепого образа выделяются лишь карие любопытные глаза, быстрым профессиональным взглядом осмотревшие пришельцев и на миг задержавшиеся на каждой выбивающейся мелочи, включая виднеющуюся из-под его бинтов нетипичную для мумий кожу. Обычно на это никто не обращал внимания, но кицунэ к обычным, судя по всему, не относился. Русал почувствовал себя дохлой селедкой на прилавке, которую придирчивый покупатель с первого взгляда определил как удовлетворительно свежую. Что было бы, окажись он «тухлым» продуктом, знать почему-то не хотелось, но плечи знакомого Сагары немного расслабились. Возможно, он слегка поторопился, решив, что этот рыжик настолько же безобидный, насколько выглядит.

— И в твоей помощи они тоже нуждаются, — подтвердил арахн, задумчиво уставившись куда-то вдаль рядов. — Такацуки, сможешь проводить моих спутников к рабочим местам? Мне нужно найти им кое-какие материалы и будет быстрее, если я приступлю к поискам один. А потом мне надо будет с тобой поговорить.

— Ладно. Надеюсь, это будет не очередная нотация о целостности семьи, родительском долге и вреде развода для неокрепшей детской психики? — с опаской уточнил лис, невольно передёрнувшись от неприятных воспоминаний. Друг, обладающий абсолютной памятью и исключительным умом, нередко доводил его до истерики и тоскливого воя в своих воспитательных лекциях, успешно комбинируя прочитанную литературу с богатым воображением.

— На сей раз нет, — впервые на памяти ребят искренне усмехнулся Сагара и, больше не сказав ни слова, скрылся за ближайшим поворотом.

— Ну что ж, давайте знакомиться, — с нездоровым энтузиазмом просиял рыжик, протягивая стоящему к нему ближе всех Рэю узкую ладошку. — Меня зовут Такацуки. А вы тут какими судьбами?

Нестройным хором представившись, посетители архива слегка замялись, не зная, стоит ли рассказывать малознакомому разведчику о своих вредительских планах против его непосредственного начальства. Вроде как Сагара был уверен, что ему было можно доверять, да и вообще он вызывал какое-то инстинктивное желание пооткровенничать, но всё же вопрос был слишком серьезным. К счастью, Такацуки, заметивший их замешательство, ничуть не расстроился и, поспешно сменив тему, повел компанию в одном ему известном направлении. По пути он непрерывно болтал, втягивая своих спутников в диалог, но вполне удовлетворяясь не особо развернутыми ответами. Ему как будто и вовсе не нужен был собеседник, а к ним он обращался исключительно из опасения показаться бестактным. Когда же они дошли до расположенных в одном из углов картотеки длинных столов, вдоль которых стояли ряды невзрачных стульев, то он жестом хлебосольного хозяина пригласил их присаживаться и отошел к стойке, пообещав приготовить гостям чаю.

— Слушайте, а он точно разведчик и русалочий шпион? — с сомнением шепнул рассевшимся друзьям Шиба, с удивлением косясь на не прекращающего что-то вещать лисёнка. — Больше похож на восторженного трепача, который засыплется при первом же вопросе. Еще и с такой запоминающейся внешностью.

— Внешность обманчива, — пожал плечами Натсуме, потирая лоб. — Не могу понять, почему, но постоянно ловлю себя на желании что-нибудь ему рассказать.

— Не ты один, — хмыкнул Рэй, едва заметно хмурясь. — Может, это потому, что он постоянно сам что-то рассказывает и вызывает желание поделиться в ответ?

— Отчасти поэтому, отчасти классовые способности, — на стол перед вампиром опустилась ароматная кружка, отчего тот вздрогнул. Несмотря на то, что они разговаривали шепотом, очевидно, беспечно улыбающийся Такацуки прекрасно слышал их коротенький разговор. — Хотя ваше нежелание делиться информацией мне вполне понятно. Беглый русал, двоюродные брат и сестра, парии вампирского общества, да инфантильный оборотень, влезший в эту пеструю компанию по воле случая… Уверен, у вас нет доверия к миру и союзников вы подбираете крайне осторожно.

— Как ты… — Шиба удивленно округлил глаза, безропотно проглотив полученную характеристику, на что кицунэ лишь рассмеялся.

— Об этом не надо говорить, достаточно просто один раз взглянуть, — беспечно отмахнулся он. — Русалов ни с кем не спутаешь, хоть обмотайся он бинтами целиком. Это видно по глазам, голосу, даже по осанке. Внешняя схожесть вампиров тоже бросается в глаза, но при этом Кэй ведет себя нетипично для своей расы, совершенно не умея контролировать эмоции и выражение лица, значит, с детства была отлучена от высшего света. Рэй же, похоже, в немилости недавно и еще не привык. Полагаю, этому послужил именно ты, вступив с ним в тесные отношения, что, естественно, не понравилось его семье. Об этом нетрудно догадаться, пока мы шли, вы постоянно невольно касались друг друга и искали взглядом. Ну и когда вы меня только увидели, он сделал на шаг больше, заслоняя тебя спиной, значит, боится за твою жизнь, которая, скорее всего, уже не раз подвергалась опасности. Исходя из этого, я и сделал вывод, что ты никакими уникальными талантами не обладаешь и таскаешься с ними просто за компанию.

— И никаких других объяснений нашему поведению быть не может? — ядовито уточнил Натсуме, раздосадованный наблюдательностью говорливого лиса. Надо же, и когда только успел все это заметить.

— Может, конечно, — не стал спорить Такацуки, расставляя остальные кружки и присаживаясь рядом. — Вот только работа у меня такая — из тысячи причин, событий и поступков видеть единственно верную. Из одного неосторожного слова соткать полную картину о личности, из маловажных деталей собрать представление о собеседнике. Для этого не нужно быть гением, как Сагара, достаточно просто наблюдать и слушать. Один на один я бы через полчаса знал всю вашу подноготную от родовых криков и до сего момента, но вас много, да и оно мне не надо. Я уже могу описать ваши характеры, черты личности и даже некоторые предпочтения, — на этих словах парень хитро подмигнул Шибе, отчего тот моментально покраснел. — И это при том, что вы мне и сотню слов за всю дорогу не рассказали. А вот что вы обо мне можете сказать, кроме того, что я разведенный отец, о чем вы услышали от Сагары?

На лицах друзей отразилась усиленная работа мысли. Каждый из них пытался припомнить хоть что-то о своем проводнике, но, как назло, ничего из его пустой болтовни не вспоминалось. То есть вспоминалось и много, но ничего такого, из чего можно составить представления о его истинном характере, не говоря уже о предпочтениях и прочем. В том, что рыжик ни капли не соврал, расписав истинный уровень своих знаний, никто почему-то не усомнился.

— То-то же, — совсем по-другому усмехнулся Такацуки, моментально став намного старше. Нет, он не сильно изменился, разве что чуть увеличились мышцы, пропали веснушки, да повзрослело лицо, превращая беспечного подростка в обаятельного мужчину, который лукаво улыбнулся и, не удержавшись, показал им язык. — Бестолочи, подберите челюсти. Вы что, правда полагали, что я во внешней разведке шутки шучу, да членом груши околачиваю? Вас же предупреждали, кто я такой и в чем мои особенности.

— Так ты все про нас знал заранее? — слегка облегченно выдохнула Кэй, которую почему-то успокоил тот факт, что лис еще до их прихода ознакомился с их делами, а не сделал поразительно верные выводы на основе лишь личных наблюдений.

— Нет, конечно, — фыркнул мужчина отпивая чай, — я вас в том коридоре впервые увидел, просто решил развлечься, пока Сагару ждем. Мне же скучно тут торчать среди этих неразговорчивых членистоногих, увлеченных лишь чтением и разбором бумажек. А о том, что вас обо мне предупреждали, догадался по тому, что вы не переспросили моё имя и за все время не поинтересовались, кто я и что тут делаю. Хотя уж я вроде не похож на работника архива.

— Я смотрю, цирк уже закончил выступление? — из-за стеллажей вынырнул Сагара, держащий в руках пару не особо больших коробок с длиннющими инвентарными номерами. Сгрузив их на стол рядом с ребятами, арахн вопросительно вскинул бровь. — Узнал что-то интересное?

— Нет, просто составил представление о твоих знакомых. Они довольно милые, если не считать их шпионскую паранойю, плохо сочетающуюся с полнейшим неумением конспирироваться, — широко улыбнулся кицунэ, поглядывая на насупившихся друзей. — Вы влезаете во
что-то грандиозное и опасное, судя по всему? Или, пока я тут торчал, студентам разрешили экскурсии в архивы?

— Пока что ничего опасного, но грандиозное это точно, — вздохнул Сагара, постучав ладонью по верхней коробке и обращаясь к притихшим гостям: — Не сидите парализованными сусликами, вы вроде хотели искать информацию? Вот она, изучайте. А мы пока отсядем да побеседуем.

Слегка подивившись внезапному отступлению от привычной подчеркнуто-вежливой манеры общения, компания принялась извлекать из коробок аккуратные папочки с подшитыми материалами дел, а старые друзья отсели подальше, дабы им не мешать. Рэй мягко сжал руку сестры, ободряюще ей улыбаясь. Они ждали этого момента больше половины века и, откровенно говоря, вообще сомневались, что он когда-нибудь наступит, хотя никогда и не признались бы в этом друг другу. Натсуме бегло скользил глазами по строчкам своего дела, кривя губы в презрительной усмешке и невольно подмечая, что при всех своих тараканах для себя русалки делали вполне честные отчеты, не пытаясь в них придерживаться лжи, которую скармливали другим. А вот Шиба, цапнувший первый попавшийся листочек с десятком слов, которые, очевидно, просто не влезли на предыдущую страницу, только изображал увлеченное чтение, отчаянно напрягая слух и прислушиваясь к разговору происходящему неподалеку. Содержание этих материалов ему и так, если что, вкратце поведают, а вот то, о чем будут говорить кицунэ и арахн, вряд ли хоть где-то будет записано. Хотя это определенно куда более интересно, чем хроника событий давно минувших дней.

========== Часть 24. Лес Виридиэн. ==========

Клиника пожилой дриады была расположена неподалеку от огромного озера и отгорожена от мира светлым лиственным лесом. Очень просторным и с избытком населенным всякой живностью, совершенно не опасающейся проезжающего по узкой тропинке транспорта. Наги слышал об этих лесах, но видел впервые, до сих пор не веря, что такое вообще возможно. Судя по легендам, дриадскую вотчину старались обходить представители всех разумных рас, не желая на собственной шкуре проверять легенды о наличии тут у каждого кустика собственных зачатков разума. В литературе этот лес описывался как единый целостный организм, обладающий собственным характером и жестоко наказывающий проникнувших в него браконьеров и лесорубов. Возможно, именно поэтому за прошедшие тысячелетия Зеленые Просторы были единственным местом с ни на сантиметр не сдвинувшейся границей, образовавшейся на заре времен и сохранившейся по сей день. Казалось, что здесь в принципе невозможно быть в одиночестве. У местных жителей не было поселков и городов, они как будто были всюду. За время пути Наги не раз наблюдал отделяющихся от огромных стволов деловитых дриад, словно выныривающих из недр древесины и спешащих по своим делам, моментально растворявшихся среди других деревьев. Деловито шагающих леших, похожих на замшелые коряги. Резвящихся в озерцах и ручейках полупрозрачных наяд и водяничек, с переливчатым смехом машущих ему руками. Это место буквально кипело жизнью во всех её проявлениях, а населяющие его существа ухитрялись жить в мире и гармонии. После деловитого Олдерика с его чопорностью и строгостью, да загадочного Гелиостата, похожего на восточную резную шкатулку с тысячью потайных отделений, эта счастливая картина казалась совсем уж чем-то нереальным.

Пожилая дриада, сидящая напротив парочки, лишь одобрительно посмеивалась, наблюдая за восхищенными выражениями лиц своих гостей. Огромные голубые глаза Хлои, оглядывающие залитые ярким лунным светом окрестности, буквально светились от восторга. Ещё бы. Она родилась в небольшом закрытом городке, отделенном от мира высокой каменной стеной. Уродливые скрипящие ворота крайне редко открывались, ибо немного находилось желающих посетить это унылое серое место с загибающейся экосистемой и страшноватыми невзрачными домиками. Желающих выйти было больше, но без письменного приглашения или разрешения представителя другой расы покидать город было запрещено. А откуда его взять, если за последнее тысячелетие сквозь ворота проходило лишь два гостя, и те поспешно смотались через несколько часов, не выдержав угнетающей, давящей атмосферы этого местечка? Так что Хлоя была единственной за много веков зомби, кто смог увидеть внешний мир еще и в таком разнообразии. Сначала Олдерик, затем Гелиостат, теперь вот Зеленые Просторы, на официальном языке значащиеся как Виридиэн. Но здесь ей понравилось больше всего, ибо это место являлось полной противоположностью её родины.

Сама клиника представляла из себя огромное здание из переплетающихся деревьев с крышей из плотно подогнанных друг к другу листьев. Обитателям Виридиэна не было нужды браться за топоры, стамески и лобзики, дабы построить себе дом или смастерить стул. Растения слушались их, покорно принимая требуемую форму и избавляя от необходимости что-то пилить да строгать, нарушая естественный ход вещей. Гости опасались, что внутри тесно сплетенных деревьев без окон будет темно, но как ни странно там было даже более ярко, чем снаружи. Стоило им переступить условный порог, как стены в нескольких местах с тихим скрипом раздались, пропуская лунные лучи, а под потолком замерцали неизвестного происхождения кристаллы, озаряющие коридоры теплым желтоватым светом. От этого сочетания у Хлои перехватило дыхание.

— Аллира, комнаты для гостей уже готовы? — строго поинтересовалась хозяйка этого загадочного места у молоденькой дриады за стойкой. Та, услышавшая голос начальницы, ойкнула и поспешно прикрыла увлекательный любовный романчик пухленьким журналом посещений.

— Да, леди Динитра, как Вы и просили, поближе к лаборатории и тестовому залу, — густо покрасневшая девушка опустила взгляд, хотя в выцветших глазах пожилой дриады читалась лишь легкая укоризна и притаившаяся хитринка.

— Хорошо, — кивнула леди Динитра, оборачиваясь к стеснительной парочке. — Сейчас я отправляюсь отдыхать, да и вам после дороги это не помешает. Аллира всё расскажет и покажет, а ближе к вечеру начнем решать вашу задачку.

Ребята дружно закивали вразнобой, благодаря за помощь. Хмыкнувшая дриада лишь мягко улыбнулась и скрылась в ближайшем стволе под их любопытными взглядами. Аллира же тем временем жадно изучала пришельцев своими огромными изумрудными глазами. Её начальница уже много лет отошла от дел и перестала принимать пациентов из внешнего мира, сконцентрировавшись на собственных исследованиях и помощи обитателям Просторов. Однако несколько лет назад она уже приводила вот так шумного здоровяка-фенрира да статную девушку с льняной косой и глазами цвета стали. Тогда гости пробыли в клинике всего пару недель за закрытыми дверьми лаборатории, и никто даже не знал, какие над ними проводились эксперименты. Единственное, что знала Аллира — горластого оборотня на вторую неделю с трудом выпихнули общими усилиями из отделения медсестер. Сама она, как назло, тогда была отослана по важному поручению в другой конец Просторов, но, судя по томным вздохам коллег, они были совсем не против, если бы мускулистый красавчик задержался у них подольше. Однако леди Динитра была непреклонна и наотрез отказалась превращать свою клинику в гнездо разврата.

— Доброе утро, меня зовут Аллира, давайте запишем вас в журнал посещений, — спохватилась дриада, протягивая парочке журнал с чернильницей и пряча компрометирующий роман в стол. Ни зомби, ни невидимок она ранее не видела, но по внешности они ничем не отличались от остальных разумных рас, чем слегка её огорчили. В учебниках зомби были описаны тупыми гниющими кусками мяса, что мало вязалось со стоящими напротив неё опрятными и милыми ребятами.

— Всё, — невысокий мальчишка с пепельными волосами и добрыми серыми глазами, заполнявший журнал вторым, отложил перо. Его губы тронула чуть извиняющаяся улыбка. — Меня зовут Наги, я невидимка, а это Хлоя, она… зомби.

— Да, нас предупредили, — ободряюще улыбнулась Аллира, забирая журнал. — Не переживайте, здесь вы будете в полной безопасности. В отличие от остального мира, у нас ценится не раса, а умение жить мирно, в гармонии с природой. Только представители других классов, не имеющие плохих мыслей и намерений, могут пересечь границы Виридиэна.

— Именно поэтому Просторы единственные подчиняются Элтерно лишь формально? — не удержался от любопытства Наги. — Лес действительно разрывает на части нечистых помыслами еще на подходе?

— Не разрывает, а вежливо выпроваживает или просто не пускает, — поправила его дриада, тихо рассмеявшись. — Убивает он только тех, кто успел нанести ущерб либо самому лесу, либо населяющим его жителям. Увы, иногда гости неплохо скрывают свои мысли, однако миру больше запоминаются кровавые истории, так что мы не жалуемся. Тем более это и правда позволяет нам откупаться от Элтерно лишь непомерно высоким налогом, имея возможность сохранять свои традиции. Вы не подумайте, мы рады гостям, но не все разделяют наше мировоззрение.

— Мы разделяем, — поспешила заверить девушку Хлоя, с восторгом осматриваясь. — Это самое лучшее место, которое я видела. Тут всё такое… Живое и доброе. Как в сказке.

— Рада это слышать, — звонко рассмеялась Аллира. В этот момент к стойке неспешно подковылял покрытый побегами лешачок и равнодушно скользнул по гостям взглядом черных поблескивающих глаз. — О, отлично, мне даже не придется покидать пост. Знакомьтесь, это Олах, он у нас главный санитар. А это наши гости, о которых леди Динитра говорила, проводишь их в комнаты?

— Без проблем, — проскрипел леший, с немного большим интересом смотря на парочку. Парень был совершенно обычным, а вот девчонка… От неё исходил какой-то странный аромат гниения и смерти, что для этих краев было довольно странно. Впрочем, это не его дело.

Наги и Хлоя увлеченно вертели головами, разглядывая непривычный интерьер клиники. Для них довольно странно было осознавать, что сейчас они идут по переплетенным деревьям, которые по одному только движения сучковатой ладони лешака изменяют форму, то превращаясь в лестницы, то открывая проходы прямо в стенах. Комната, отведенная им, была очень просторной, светлой и на удивление пустой. Наги уже было задумался, как бы потактичней поинтересоваться у проводника, где же им спать, но тот внезапно коснулся одного из стволов и мебель начала выплетаться прямо на глазах у ошарашенных ребят. Просторная кровать, покрывшаяся каким-то неизвестным материалом, небольшой стол и стулья, а также пара комодов.

— Это наши гости, Большой, — произнес Олах, обращаясь к потолку. — Уровень допуска третий.

— Извините, это Вы сейчас с кем разговариваете? — с опаской уточнила Хлоя, оглядываясь и пытаясь найти в комнате следы присутствия еще кого-нибудь, кроме них троих.

— Большой — это наш дом, мы его так зовём, — пояснил лешак, любовно оглаживая проем, в который они вошли. — Он не то чтобы обладает разумом, но может понимать просьбы тех, кто в нем обитает. Третий уровень допуска это просьбы вслух, вы сможете открывать двери и создавать или убирать мебель. У меня второй, мне не нужно озвучивать желания, чтобы куда-либо попасть, он понимает мои мысли. Ну, а первый только у леди Динитры, она может запирать помещения и вообще менять тут всё по своему усмотрению, достаточно ей только пожелать.

— Это… Довольно удобно, — признал Наги, осторожно касаясь, казалось бы, вросшего в пол стула. Как ни странно, тот сразу же отодвинулся, с тихим шорохом поменяв ветви, которыми крепился к полу.

— Ага. Купальню и столовую я вам позже покажу, а пока принесу одеяла и посуду. Кстати, вы голодны? — дождавшись пары отрицательных кивков, медбрат облегченно вздохнул. — Ну и хорошо, тогда вы располагайтесь, я скоро вернусь.

Гости проследили, как он скрывается в тут же затянувшемся проеме, и переглянулись. В глазах Хлои переплетался восторг и страх, отчего Наги немедленно захотелось её обнять.

— Всё будет хорошо, — заключая свою девушку в объятья, ободряюще улыбнулся он. — Здесь никто не причинит нам вреда. А скоро мы еще наконец узнаем, что это за таблетки, и сможем вернуться в Академию.

— Я знаю, что обучение важно, но, наверное, предпочла бы остаться здесь, — грустно улыбнулась зомби, уткнувшись носом в его плечо. Ей почти ничего не объяснили, лишь туманно намекнув, что дриада хочет узнать побольше о её расе и таблетках, но на душе все равно было неспокойно. — Тут так тихо и спокойно. Никто не толкается и не смотрит сверху вниз лишь потому, что мы низкой расы. Или это потому, что у них у самих невысокие ранги?

— Дриады довольно высокого класса, а лешие вообще причисляются к «условно разумным расам», не поддающимся классификации. Ну, то есть, они разумны, но, судя по учебникам, довольно необщительны, никогда не покидают Виридиэн и вследствие этого никто не знает, чьи Приказы на них подействуют, а чьи нет, — пояснил невидимка, мягко касаясь губами соломенной челки девушки и невольно улыбаясь.

Он обожал обнимать её хрупкие плечики, смотреть в огромные голубые глаза, открытые всему миру, любил эту вечно извиняющуюся улыбку. В ней, по его мнению, было прекрасно все, начиная от внешнего вида и заканчивая чистой непорочной душой без единой задней мысли. Даже у него самого была куча комплексов и страхов, а у неё нет. Только доброта и любовь ко всему миру, особенно к одному очень везучему невидимке. Это теплое чувство как будто обволакивало его, заставляя совершать ради неё безумные поступки, как, например, участие в затее дракончиков. Он прекрасно знал, что они не будут в случае чего требовать ничего за помощь в решении проблемы Хлои, но и отказаться значило предать друзей и навсегда уронить себя в глазах той, кто, не задумываясь, всегда мчится на помощь всем нуждающимся. Натсуме был прав, он должен стать сильнее, научиться давать отпор и любой ценой защитить эту ни на кого не похожую девушку, бывшую сродни мифическим ангелам из лекций о человеческом мире.

Следующие дня три пронеслись для посетителей клиники незаметно, особенно для Хлои. С восходом луны они просыпались, завтракали и садились за учебу, стараясь не отрываться от намеченной профессорами программы. После обеда Наги садился готовить планы уроков на следующий день и читал, а вот зомби уходила в лабораторию и тестовый зал. Леди Динитра хотела знать всё, изучая не только принесенные таблетки, но и саму девушку, её способности, скорость реакции, интеллектуальный уровень и еще тысячу параметров, необходимых для наиболее полной картины. Иногда вернувшаяся в комнату Хлоя тихо плакала, успокаиваясь лишь в объятиях любимого невидимки. Нет, её никто не обижал, но она сама видела, как ничтожны её показатели даже в сравнении с нижними границами нормы, и от этого ей было очень больно. Хоть над ней никто даже не улыбнулся, было чертовски обидно осознавать себя неуклюжей и тупой.

Ближе к ночи третьих суток, когда уставшая за день зомби уже свернулась калачиком под одеялом, в комнату постучался Олах и, даже не снизойдя до приветствий, сухо сообщил, что Наги просит зайти леди Динитра. Обеспокоенный невидимка заметался, чуть не смахнув со стола разложенные учебники, и поспешил за неразговорчивым лешаком, гадая, о чем же с ним хочет поговорить пожилая дриада. Рабочий кабинет её мало чем отличался от их комнаты, разве что всюду стояли полочки с книгами и потрепанными папками. Сама женщина сидела за столом, заполняя какие-то бумаги.

— Присаживайтесь, юноша, — благожелательно улыбнулась Динитра, кивая на выросшее с другой стороны стола кресло. Наги, уже привыкший к подобным чудесам, моментально примостился на него, нервно теребя край галстука. Сменная одежда у них, конечно, была, но он по привычке предпочитал носить свою школьную форму.

— Что-то случилось? — осторожно поинтересовался он, так и не дождавшись продолжения. Перо тихо поскрипывало, слегка нагнетая обстановку.

— Не совсем, скорее хотела поделиться с тобой результатами своих трудов, — поставив точку, усмехнулась дриада и, отложив перо, чуть откинулась на спинку. — Ты же любишь эту девочку, не так ли? Даже такой вот бестолковой дурочкой?

— Конечно, больше всего на свете, — еще сильнее занервничал парень, поёрзав и не понимая, при чем тут вообще их отношения. — А к чему этот вопрос?

— Полагаю, что именно в твоих руках сейчас находится её судьба. Сама она лишена права голоса, потому как не способна трезво оценить свое состояние. С её прабабкой или прадедом я связываться не хочу, они наверняка побоятся изменений и потребуют оставить все как есть. А вот ты тот, кто способен здраво рассудить, как нам теперь будет лучше поступить, — леди Динитра жестом остановила уже открывшего рот для уточняющих вопросов невидимку. — Попрошу не перебивать. Итак, исследования показали, что таблетки созданы для снижения функций организма, в том числе метаболизма и интеллектуальных способностей. Полагаю, ты заметил, что твоя девушка, уж прости за прямоту, довольно глуповата и неуклюжа. Без таблеток гением она, конечно, не станет, но быстро догонит сверстников в развитии. Также ускорится регенерация тканей, поменяется состав крови… В общем, она сильно изменится. И вот тут как раз возникает проблема. Помимо явных изменений вроде увеличенного срока жизни, не как у русалок, естественно, но примерно лет до шестиста, а также резкого повышения айкью, будут еще и другие. А вот какие, мы не можем знать и даже предполагать. Увы, в истории не сохранилось ни одного описания зомби до приема лекарств, но одно могу сказать точно: всё вышеперечисленное является лишь побочным эффектом сдерживания их расовых способностей. А что это за способности, мы можем узнать лишь эмпирическим путем, причем даже я заранее не могу угадать, в чем это будет выражаться и какие из этого будут последствия. В связи с этим я и позвала тебя, дабы ты принял решение. Мы можем оставить всё как есть, а можем рискнуть и посмотреть, какой она станет, когда её кровь очистится от препаратов.

— Но во втором варианте она может умереть, да? — тихо спросил Наги, лихорадочно соображая. Ему по сути сейчас предлагали взять на себя полную ответственность за оба варианта развития событий, и он понятия не имел, какой из них худший. Назвать какой-нибудь из них лучшим у него язык не поворачивался. Что будет правильнее — позволить ей умирать от лекарств в счастливом неведении или дать шанс на лучшую жизнь, но сопряженную с определенным риском?

— Полагаю, она не умрет без таблеток, — пожала плечами дриада, внимательно вглядываясь в собеседника. — Но может стать агрессивной, неуправляемой, какой угодно. И не факт, что это потом можно будет отыграть обратно, вернувшись к приему лекарств. Может оказаться, что процесс необратим.

— И какова вероятность такого исхода? — дрогнувшим голосом уточнил невидимка, нервно покусывая губы.

— Примерно такая же, как и то, что сейчас за окном пойдет дождь. Пятьдесят на пятьдесят — либо пойдет, либо не пойдет. Вероятностей, как и гарантий, я, увы, не даю. Чтобы знать наверняка, надо проводить тесты на контрольной группе, но откуда я тебе её возьму? Не пошлю же девочек отлавливать зомби по их закрытым городам и свозить сюда для экспериментов. Судя по твоему взгляду, ты думаешь «почему бы и нет», так что поспешу огорчить, я не безумный профессор, готовый на всё ради науки. Рожденным в Зеленых Просторах претит сама мысль о причинении вреда другим существам. Ради гипотетического блага одной девчонки я еще могу скрепя сердце поступиться принципами и рискнуть, это всё же ваш выбор. Но о большем даже не проси. Я могу проследить за её состоянием, постараться минимизировать последствия и проконтролировать весь процесс, но лишь потому, что обещала Малесу разобраться, в чем дело, и помочь конкретно вам. Если всё окажется весьма безобидно, то в массы полученные знания понесете сами и заниматься спасением всех зомби тоже будете сами.

— Можно мне немного времени на подумать? — попросил Наги, чувствуя, как сердце кольнуло неприятной тревогой. В вопросах преимуществ синиц в руках перед манящими журавлями в небе он всегда выбирал первое, но сейчас вопрос касался не только его. Надо было понять, что будет лучше для Хлои, и уже от этого отталкиваться.

— Конечно, подобные решения не принимаются сходу, — понимающе качнула головой леди Динитра. — Надеюсь, до завтрашнего обеда ты сможешь определиться с ответом? Не сочти меня грубой, но жители Виридиэна предпочитают, чтобы гости не задерживались дольше необходимого. Как бы лично я к вам ни относилась, у леса свое мнение о гостях, и мне не хотелось бы… Последствий. Мы рады оказать помощь, но как только вы перестанете в ней нуждаться, вас сочтут лишним элементом и вежливо попросят на выход. Причем даже не я или другие разумные расы, а само окружение.

— Конечно, я все понимаю, — виновато улыбнулся парень, поднимаясь. — Мы и так перед Вами в неоплатном долгу за то, что Вы уже для нас сделали. Спасибо огромное.

— Не за что, молодой человек, я только рада, если такая старуха, как я, может помочь молодежи, — усмехнулась женщина. — Спокойной ночи.

Откланявшись, Наги вернулся в комнату, терзаемый невеселыми мыслями. Пожелание спокойной ночи казалось практически издевательством. Как тут уснешь, когда перед тобой стоит задача выбрать дальнейшую судьбу того, кого ты всем сердцем любишь и желаешь только добра?

— Что-то случилось? — стоило ему зайти в комнату, как на него тут же уставилась пара обеспокоенных голубых глаз. Девушка сидела на кровати слегка сонная и такая беззащитная, что у невидимки сразу появилось желание стиснуть её в объятиях. Чёрт, почему он не может поменяться с ней местами? — Я проснулась, а тебя нет. Всё в порядке?

— Конечно, всё хорошо, — парень вымученно улыбнулся и, подойдя, сел рядом, нежно приобнимая её за плечи. Она тут же доверчиво прильнула к нему, жмурясь, как котёнок, и расслабленно выдыхая. — Хлоя… Вот скажи, если бы у тебя внезапно появилась возможность стать сильнее, умнее и ловчее, рискуя при этом погибнуть, то ты бы ею воспользовалась?

— Хм, — девушка призадумалась, наморщив лобик и послушно обдумывая подкинутую для размышлений тему. — Наверное, да. Раньше я никогда не считала себя какой-то не такой, но, наблюдая за вами, осознала, что многого не понимаю и не знаю. Я вижу, что вы все меня оберегаете и защищаете, учите и помогаете, но я очень хочу быть вам равной. Если бы была возможность перестать быть обузой, то я бы, конечно, ею воспользовалась. Я очень хочу быть достойной вашей дружбы, доверия… Быть достойной тебя. Чтобы я могла наравне с тобой участвовать в разговорах, не опасаясь сказать что-то не то, за что тебе потом будет стыдно. Чтобы ты мной гордился. Я знаю, что ты любишь меня и такой и доказываешь это каждый день, но если есть шанс стать лучше, я ухвачусь за него обеими руками, несмотря на риски.

— Ты и так у меня самая лучшая, — грустно улыбнулся Наги, легко коснувшись губами кончика её носа. — Спасибо за ответ. Давай-ка ложиться спать, завтра будет сложный день.

Она как всегда не спорила, шмыгнув под одеяло и даже не подозревая, насколько облегчила ему муки выбора. Он не имеет права лишать её этого шанса. И теперь, когда этот вопрос был озвучен, она ни за что не простит его, если он отнимет у неё такую возможность. Конечно, завтра еще надо будет обдумать это на свежую голову, но он уже на девяносто процентов был уверен в том, какой ответ завтра даст дриаде. Главное потом о нем не пожалеть.

========== Часть 25. Утерянные воспоминания. ==========

— Вот оно как, — задумчиво произнес Такацуки, чуть откидываясь на спинку стула и барабаня пальцами по столешнице. Сагара изложил все имеющиеся факты с обычной беспристрастностью, ничего не утаивая и не скрывая. Он вообще не особо любил врать, а уж сидящему напротив него мужчине и подавно. Тем более, от степени его откровенности зависела степень риска, которой рыжик подвергнется, если согласится им помочь, и увеличивать оную арахну вовсе не хотелось.

— Именно так, — подтвердил Сагара, невольно отводя глаза. Он терпеть не мог этот изучающий взгляд карих глаз, когда кицунэ о чем-то задумывался и будто рассчитывал маршрут, по которому стоит послать нахального друга. — Я понимаю, что прошу слишком о многом и даже не рассчитываю, что ты согласишься, но я должен был хотя бы попробовать.

— Попробовать что? — рыжая бровь скептически изогнулась, а в голосе лиса появились ироничные нотки. — Предложить мне вломиться в тщательно охраняемый отдел разведки, куда допускаются единицы даже из русалок, выкрасть из лаборатории образцы защитных амулетов и попытаться найти в куче засекреченных материалов те, что помогут вам в заговоре? Согласен, столь «пустяковыми» дружескими услугами ты меня давно не озадачивал.

— Тацу, прекрати, — арахн поморщился, потирая едва выступающую переносицу. Опостылевшие очки уже давно исчезли, но дурацкая привычка все равно осталась. — Я и не особо рассчитывал на успех нашего разговора, но сам понимаешь, это сильно упростит жизнь моих союзников. Поэтому я и спросил. Просто чтобы потом не чувствовать себя виноватым.

— А ты еще и виноватым умеешь себя чувствовать? Вот это для меня и правда новость десятилетия, — насмешливо фыркнул кицунэ и беспечно махнул рукой. — Ладно, я согласен. Как раз через пару-тройку недель мне надо будет ехать в Элтерно на ежегодный осмотр, тогда и пошарю в закрытых помещениях корпуса. Но обещать ничего не буду, уж прости, собственная шкурка мне дороже. Если меня за этим поймают, то дело вряд ли ограничится понижением или увольнением. О том, что мое драгоценное начальство не обременено излишним гуманизмом, я знаю из личного опыта.

— Спасибо, — слегка удивленно пробормотал Сагара, чуть склонив голову набок. — Извини за вопрос, но… Почему ты согласился? По моим расчетам, шанс на это был ниже четырех процентов, а я редко ошибаюсь в таких вещах. Неужели я что-то о тебе не знаю?

Такацуки невольно поморщился. Его друг обладал уймой положительных качеств, но зачастую ошибался в просчитывании эмоциональных факторов. Он отлично считывал страх, боль и ненависть других, но от такого понятия, как банальная благодарность, был весьма далек. Вот и как объяснить этой беспристрастной машине для убийств, что он просто не может ему отказать? Что тот самый момент, который сам Сагара наверняка считает неважным, обременил разведчика неоплатным моральным долгом, который тот никогда не выплатит? Он и сам терпеть не мог вспоминать, как позорно ревел на плече у ничего не понимающего друга, когда Маюри, прихватив детей, объявила о разводе. Как арахн терпел его пьяные истерики, по разрешению мисс Лерэйи покидая архивы и разыскивая невменяемого надзирателя по кабакам. Как выхаживал его и приводил в себя, позволив в итоге сохранить жизнь, рассудок и работу. Увы, работа в разведке была исключительно пожизненной, так что если бы не Сагара, то он либо спился бы и глупо погиб, нарвавшись на неприятности (а в тот момент на нетрезвую голову он их активно искал и с успехом находил), либо его выходки заметило бы начальство, и за ним бы прислали кого-то из сородичей. Дабы устранить распоясавшегося сотрудника и занять его место.

— Слушай, как я уже говорил, класть я хотел с прибором на все ваши попытки восстановить общемировую справедливость. Меня нынешнее положение вещей вполне устраивает, а мутить воду ради гипотетического всеобщего блага я считаю занятием неблагодарным, — хмыкнул лис, внимательно смотря в бездонные черные глаза, и, понизив голос, уверенно произнес: — Я сделаю это ради нашей дружбы. Только потому, что это нужно конкретно тебе. Потому, что я тебе крепко задолжал за тот случай. Ты можешь сколько угодно закатывать глаза и утверждать, что ничего особенного тогда не сделал, но для меня всё совсем иначе. И, если у меня будет хоть малейшая возможность что-то для тебя сделать, то я незамедлительно ею воспользуюсь.

— Опять ты об этом, — вздохнул Сагара, прикрывая глаза и неохотно признаваясь: — Если бы я знал, что ты согласишься только из-за этого своего мифического долга, то даже просить бы не стал. Это не тот вопрос, в котором стоит полагаться на мораль.

Он устал. Чертовски устал спорить с упрямым кицунэ по этому вопросу. А еще больше устал от того, что не мог честно признаться в том, что на самом деле всё как раз наоборот. Что именно в тот момент, когда Сагара изображал бездушную статую для рыдающего у него на плече мужчины, горько оплакивающего свою любовь и семейную жизнь, в нем впервые проснулось необычное тёплое чувство. Бесконечная нежность к этому смешливому разведчику, вне работы оказавшемуся очень искренним и эмоциональным. Что именно с того самого дня в сердце хладнокровного и циничного арахна поселился кто-то, кроме него самого. Эти чувства вовсе не походили на уважение и благодарность, которые он испытывал к мисс Лерэйе, они были куда глубже и важнее. И они должны были умереть вместе с ним, никогда не дойдя до того, на кого были направлены, потому что видеть вину и жалость в карих глазах будет просто невыносимо.

— Я и не полагаюсь на мораль, просто попробую, — лукаво улыбнулся Такацуки, забавно сморщив нос и потягиваясь всем телом. — Я же ничего не обещаю, просто попробую. Не переживай, я же не глупый мальчишка и бездумно рисковать не собираюсь. Так что хватит на меня смотреть так, будто уже хоронить собрался. Получится хорошо, а если нет, то придумаем что-нибудь ещё…

Наблюдающий за ними Шиба, наконец, отложил листок, который держал в руках, и невольно прикрыл глаза. Он прекрасно понял, что происходит между этими двумя, и невольно вспомнил Рэя. Интересно, ему тоже было сложно скрывать свои чувства или в силу воспитания это происходило куда менее болезненно? Впрочем, в отличие от их пары, у Сагары нет и шанса. Такацуки явно не из тех, кого можно облапошить нехитрой манипуляцией, да и если он так хорошо разбирается в собеседника, скорее всего, он и сам прекрасно знает, что творится в душе мрачного арахна. И, очевидно, специально избегает этой темы, не желая портить устоявшиеся отношения признанием в отсутствии взаимности.

— Ну что, что-нибудь нашли? — тряхнув головой, оборотень перевел взгляд на притихших вампиров, изучающих документы. Натсуме, сидевший чуть дальше, с презрительной усмешкой рассматривал материалы собственной истории, а вот эти двое скорее выглядели ошеломленными и подавленными.

— Да уж, нашли, — немного помедлив ответил Рэй и, откинувшись, растер лицо руками, слегка кривясь от боли. — Лучше бы не находили…

— Брось, мы же знали что вернувшаяся память наградит нас мигренью, — каким-то странным голосом ответила его сестра, рассеянно оглядывая пожелтевший листок отчета. — Хуже, когда память возвращается сразу, вот тогда и правда жалеешь, что не умер. Впрочем, зато теперь я с чистой совестью могу заявить, что у меня самый лучший братик в мире. Даже не знала, что я тебе настолько обязана.

— Не смей так говорить, — нахмурился вампир, сжимая её руку и с болью смотря в родные глаза. — Ты ничего мне не должна. Я вообще не должен был допустить такого, надо было сразу с тобой бежать, но я растерялся и…

— Кхм, а можно подробнее для тех, кто не в курсе? — вкрадчиво поинтересовался Натсуме, чуть склонив голову. Он до сих пор испытывал это неприятное чувство ревности, когда видел, насколько близки эти двое, но всеми силами старался держать себя в руках. В конце концов, он лишь всё испортит, если позволит себе высказать хоть слово против.

Вампиры переглянулись, словно не решаясь, кто начнет первым. Наконец, Рэй заговорил…

***

Время уже близилось к ужину, когда маленькая девочка, сидящая на коленях у отца, весело запрыгала, с восторгом хлопая ладоши. Они сидели в небольшой библиотеке, больше напоминающей кабинет, уютно освещенной магическими светильниками, источающими теплый желтоватый свет. Кроме стеллажей с книгами, стоящими вдоль стен, тут был лишь один массивный стол, да сбоку приютилась шахматная доска на подставке, которая интересовала всех присутствующих куда больше.

— Шах и мат! Шах и мат тебе, Рэй! — Кэй показала сидящему напротив неё брату язык и с гордостью задрала носик. Она впервые смогла победить брата в этой мудреной игре, на радостях даже позабыв, что большую часть ходов ей подсказывал отец.

— Да, ты молодец, — с достоинством ответил Рэй, подмечая благодарную улыбку на губах дяди и невольно улыбаясь в ответ.

Леонард Эддингтон был выдающимся вампиром, не особо похожим на большинство представителей своей расы. Он всеми силами старался наладить дружеские отношения между представителями разных классов, писал научные статьи о вреде расовой дискриминации, преподавал «Разумные Расы» в Академии Элтерно и заведовал кафедрой социологии. При этом он был образцовым семьянином и, хоть злые языки и утверждали, что женился по расчету, никогда не давал повода усомниться в своей порядочности и верности, а уж в своей дочери и сыне сестры и вовсе души не чаял. Отец Рэя часто хмурился, ворча, что дай его шурину возможность, и тот сразу же забросит свою работу и окончательно впадет в детство, играя с детишками на равных. Они вообще не особо ладили, имея диаметрально противоположные взгляды на значение расы и положение в обществе. Возможно, Леонарда и вовсе бы отказались пускать в этот дом, если бы не его жена. Умопомрачительная красавица-русалка Аделин занимала высокий пост в правительстве, а такие знакомства обитатели дома старались не упускать.

— Ну что, пойдем готовиться к ужину? — поинтересовался Леонард у детей, которые моментально надулись, как два недовольных хомячка. Действительно, кому нужны эти чопорные ужины, проходящие под непонятные, скучные разговоры взрослых, если вместо этого куда интереснее поиграть или почитать что-нибудь? Заметив, что в рядах малышни энтузиазма не наблюдается, вампир легонько пощекотал дочь, хитро предложив: — А после ужина я включу вам интересный фильм и принесу тортик, идет? Только умоляю, будьте аккуратны, а то Аделин мне до сих пор припоминает то шоколадное пятно на диване.

Кэй весело взвизгнула и, обернувшись, обняла папу за шею, смеясь, а сдержанно улыбнувшийся Рэй принялся аккуратно складывать фигуры в огромную коробку. Своего дядю он практически боготворил, в глубине души жалея, что тот не его отец. Тогда бы бесконечная вереница нудных уроков хоть иногда разбавлялась играми, сладостями и просмотром захватывающих исторических фильмов, которые его родители считали лишь пустой и глупой тратой времени.

— Мы будем осторожны, честное слово, — пообещал он, искренне сомневаясь в своих словах. Сам-то он был весьма аккуратен, прекрасно помня, что за каждое пятнышко на одежде или мебели следует суровое наказание, а вот его восторженная мелкая сестричка имела склонность в процессе еды верещать, как пожарная сирена, от восторга и ронять еду на подол платьишка, а то и на пол. Впрочем, за исключением того случая с несмываемым шоколадным пятном на обивке любимого отцовского дивана им с дядей Леонардом обычно удавалось своевременно устранять последствия её бестолковости и рассеянности.

Внезапно дверь отворилась, и в комнату вошла… Нет, вплыла поразительной красоты женщина. Она была слишком красива даже для русалок, о чем прекрасно знала и не стеснялась этим пользоваться. Идеальная фигура богини, подчеркнутая платьем из тончайшего шелка кремового цвета. Минимум украшений, состоящих лишь из тускло поблескивающего обручального кольца, да тонкой цепочки на шее. Она сама была как самое восхитительное украшение, перед которым меркли все драгоценности мира. По этой же причине на изящном личике не было ни грамма косметики, ведь даже без неё Аделин производила неизгладимое впечатление, особенно на тех, кто видел её впервые. Увы, из её внешности дочери достались лишь бездонные черные глаза, да вороная грива волос, которые, в отличие от матери, девочка терпеть не могла укладывать. Своего ребенка она не особо любила и стыдилась. Еще бы, у неё, чуть ли не первой красавицы мира, родился вампир. Не очаровательная дочка-русалка, которая пошла бы по её стопам, а это несносное любопытное существо, всюду сующее свой нос и не способное усидеть на одном месте и десяти минут. Вдобавок, еще и разбалованное отцом до невозможности. Жаль, её нельзя сдать в какой-нибудь пансион и забыть навсегда. Она не достойна ни признания в обществе, ни любви Леонарда. Почему он вообще возится с ней?

— Мама! — Кэй, чуть отстранившаяся от отца, неловко улыбнулась, смотря на мать со смесью радости и затаенного страха. Девочка никогда не понимала, почему та с ней не играет, ведя себя вполне дружелюбно, но весьма отстраненно. Она никогда её не обнимала, а если дочка пыталась обнять её, то поспешно отстранялась и уходила отговариваясь делами.

— Добрый вечер, — кивнул Рэй, чуть склонив голову в приветственном кивке, и, прихватив коробку отошел к столу, убирая её в ящик.

— Что-то случилось? — Леонард, осторожно спустивший дочь на пол, поднялся, обезоруживающе улыбаясь. Он прекрасно знал, что жена не одобряет его посиделки и игры с детьми, но никогда не мог устоять от соблазна.

— Не совсем, — произнесла Аделин, слегка нервно дернув уголками рта в неком подобии улыбки. — Лео, я прочитала твою последнюю статью и, мягко говоря, теряюсь в догадках, чего ты пытаешься этим добиться. Разразится скандал, если ты отправишь это в издательство. Нельзя уравнять в правах все классы, это просто невозможно. Я молчала, пока ты ограничивался рассуждениями о равенстве низших рас, на которых всем плевать, но ставить их на один уровень с русалками это… Просто оскорбительно!

— Лин, мы это уже обсуждали, — мягко, но уверенно произнес мужчина, поглаживая по голове обхватившую его за штанину дочку. — Я не собираюсь менять ни слова в своей работе, какой бы скандальной по мнению твоих и моих сородичей она ни была. Меня могут не публиковать, могут объявить сумасшедшим, но заставить передумать не сможешь даже ты. Я хочу, чтобы моя дочь росла в мире, где сможет выбирать себе друзей и любовь не по рангу Тьмы, а по личностным качествам и собственному желанию. И, если для этого придется поступиться репутацией, что ж, она у меня и так не самая лучшая для вампира.

— Вздор! — русалка гневно сверкнула глазами, невольно сжимая руки в кулаки. — А о моей репутации ты подумал?! После каждой твоей дурацкой статьи с провокационными идеями мне приходится краснеть на собраниях, выслушивая требования прекратить распространение этих нелепых будоражащих общественность мыслей! Я сотню раз умоляла тебя прекратить портить нам всем жизнь, но ты как будто нарочно хочешь, чтобы меня, как Лерэйю, сослали куда-нибудь в глушь, чтобы больше никогда не видеть! Ты настолько меня ненавидишь?!

— Вовсе нет, ты знаешь, я очень люблю всю свою семью и счастлив, что у меня есть вы, — пытаясь успокоить сорвавшуюся на крик супругу, успокаивающе произнес вампир. — Я всего лишь хочу жить в мире, где не будет дискриминации. Где вампира, полюбившего медузу или суккуба, не будут изгонять из семьи и лишать титулов и положения. Где для мумий и демонов не будет ограничений в выборе профессий и каждый сможет заниматься тем, что им нравится…

— Медузу, говоришь? — недобро прищурилась Аделин, усмехнувшись. — Такую, как, например, Калисто? Ту девицу, с которой ты сдружился в Академии Олдерик и никак не мог забыть даже после нашей свадьбы?

— Мы с ней просто дружили, — голос Леонарда невольно дрогнул от упоминания дорогого имени. — И, как ты помнишь, я перестал с ней общаться после твоей просьбы, так что прошу, не цепляйся к словам.

— Лжец! — зашипела русалка, гневно сверкнув глазами. — Ты всегда любил её больше меня! И всегда хотел, чтобы Кэй была её дочерью! Я не понимаю, почему?! Я красивее, умнее, образованней, у меня идеальные манеры и высочайший социальный статус. Но ты все равно любишь других больше меня, почему?!

— Лин, прекрати, — как можно более успокаивающим тоном произнес мужчина, медленно отходя к столу и чувствуя, как прячущуюся за ним дочь сообразительный племянник вынудил спрятаться за столешницей. В последнее время подобные вспышки гнева и безосновательных обвинений у его супруги происходили всё чаще, что уже начинало вызывать опасения, но как с ними бороться, он пока ещё не придумал. — Здесь же дети. Давайте сейчас все вместе пойдем поужинаем, а потом мы с тобой всё обсудим…

— Нет, мы обсудим всё здесь и сейчас! — взвилась Аделин, в чьих глазах уже начало проблескивать подступающее безумие, не на шутку взволновавшее её мужа. — Я не собираюсь и дальше слушать твои отговорки о работе, детях и прочей ерунде! Я должна быть для тебя на первом месте, и мы будем говорить, когда я скажу!

— Ты и так для меня всегда на первом месте, — произнес Леонард, разводя руки и ободряюще ей улыбаясь. — Иди сюда, давай не будем ссориться и мирно всё обсудим. Я очень тебя люблю и не хочу, чтобы тебе было плохо.

Женщина чуть заколебалась, но всё же подошла ближе, моментально оказавшись в родных уютных объятиях и постепенно успокаиваясь. Он только её и ничей больше. С того самого момента, как она увидела его на одном из приемов Эддингтонов, она не хотела никого другого. Решительный, но при этом невероятно нежный и добрый, со своей обворожительной улыбкой и вечно встрепанными волосами цвета спелой пшеницы. Они были рождены друг для друга, но между ними всегда кто-то встревал. Сначала та девица, его одноклассница, теперь вот ребенок… Почему? Почему он не может всегда смотреть только на неё, ведь она лучшая…

— Лео, — тихо позвала она вампира, потираясь щечкой о его грудь и робко, как на их первом свидании улыбаясь. — Прости, что вспылила, я такая глупая.

— Ничего подобного, ты у меня самая лучшая, — тихо рассмеялся вампир, ласково поцеловав супругу в макушку и чувствуя, как его голос предательски дрогнул. Конечно, он лгал ей, но спустя столько лет рушить семью не собирался. Он сам сглупил, согласившись на брак по расчету, и теперь не имел права идти на попятный.

— Да, поэтому у меня для тебя сюрприз, — расплылась в улыбке Аделин, извлекая из кармашка платья небольшое письмо и вручая его мужу. Она даже забыла, что сейчас они не одни и что под столом спрятались двое перепуганных детишек. — Это согласие на зачисление нашей дочери в начальную школу Морэна. Мне пришлось попотеть, чтобы его раздобыть, глупые северяне не любят принимать детей из других областей, но, увы, они единственные, кто настолько не способны заботиться о детях, что спихивают их в школу в самом раннем возрасте.

— Постой-постой, ты зачислила туда Кэй? — растерянно пробормотал Леонард, с ужасом вглядываясь в бисерный почерк,
заковыристыми рунами украшающий гербовую бумагу. — Но зачем?! Почему ты не посоветовалась со мной?! Я не собираюсь отдавать нашу дочь в какую-то северную школу, да еще и в таком возрасте! Ей всего пятнадцать, о чем ты вообще думала?!

Ошеломленный услышанным Рэй поспешно прижал к себе задрожавшую сестру, поглаживая по черной макушке. Девочка зажала себе рот ладошками и крепко зажмурилась, пытаясь унять катящиеся из глаз слёзы. Она не совсем еще понимала, что происходит, но тот факт, что она больше не сможет видеться с папой и братиком, не нуждался в пояснениях. Но за что?!

— Брось, она уже не маленькая, тем более я посмотрела, там есть ученики и помладше, — отмахнулась русалка и, обхватив супруга за руку, обворожительно улыбнулась, проворковав: — Не переживай, она же вся в папочку с мамочкой, так что вполне со всем справится. Ей надо учиться самостоятельности. Будет нас навещать на каникулах…

— Ты… Сошла с ума, — с ужасом в голосе выдохнул мужчина, с отвращением смотря на Аделин. — Я ни за что на это не соглашусь. Северяне создали начальную школу, потому что у них очень суровые нравы и обычаи, дети часто остаются сиротами, и это место создано, чтобы они не погибали оставшись без родителей. Но, уж извини, пока у нашей дочери родители живы, она туда не поедет.

— То есть ты не хочешь оставаться только со мной? — дрожащим от плохо скрываемой злости процедила Аделин. — Не хочешь, чтобы у нас всё было как раньше, до того, как это маленькое чудовище влезло между нами?!

— Лин, что ты несешь?! Она твоя дочь! — Леонард невольно отшатнулся, впервые увидев, как прекрасное лицо супруги исказилось гримасой безумной ярости.

— Я ненавижу свою дочь! И тебя ненавижу! — взвизгнула русалка и, даже не осознавая своего поступка, в порыве бессильной злобы схватила со стола нож для резки бумаги и вонзила в сердце того, кого любила больше всего.

— Папа! — Кэй вырвалась из объятий брата, расслышав тихий стон отца и глухой звук оседающего на пол тела. Рэй, не сумевший её удержать, выскочил следом, с ужасом смотря на открывающуюся картину.

Даже вампиры умирали от повреждения жизненно важных органов, таких, как мозг или сердце. Организм просто не успевал регенерировать нужные ткани с необходимой скоростью. Единственным выходом при подобном ранении было донорство чужой крови, но до пятидесяти лет у детей-вампиров нельзя было её брать для подобных вещей. Их организм просто не выдерживал таких потерь, так что у умирающего на полу мужчины не было ни единого шанса.

— Это ты во всем виновата, — всхлипнула Аделин, с безумной ненавистью смотря на дочь, пытающуюся хоть как-то остановить стремительно расползающееся по груди отца пятно. — Это ты его убила!

— Нет!

Рэй едва успел повиснуть на руке обезумевшей тетки, не давая убить ещё и свою сестру, но та лишь пошатнулась, отшвыривая от себя глупого мальчишку. Парень тихо вскрикнул, ударившись лопатками о столешницу и чувствуя, как скулу обожгло нестерпимой болью. Нож вспорол алебастровую кожу почти до кости, и юный вампир с отвращением почувствовал, как по щеке потекла тёплая липкая кровь. Его кровь. Кровь вампира, которая считается самой ценной в мире. Голубые глаза полыхнули гневом, когда их обладатель, даже не думая о том, что делает, схватил со стола осветительный шар и, врезавшись плечом в бедро ранившей его женщины, повалил её на пол.

— Не смей, дрянь! — закричала Аделин, не ожидавшая от наглого пацана такой прыти, но всё равно не успела. Раздался глухой звон, когда увесистый хрустальный шар опустился на её голову, и в комнате повисла тишина.

Рэй выронил свое орудие, растерянно отползая от бессознательного тела. Он только что нарушил самый главный закон мира Тьмы, он убил русалку, но… Зачем? Мысли вязли, как мухи в варенье, и он не сразу сообразил, что это за странные звуки доносятся неподалеку. Нет, пока еще нельзя впадать в истерику. Только не сейчас. Сперва…

— Кэй, — мальчишка присел рядом со всхлипывающей сестренкой, всё ещё надеящейся, что вот-вот любимый папа откроет глаза и улыбнется своей привычной озорной улыбкой. — Не надо, Кэй…

Он обнял рыдающую девочку за плечи, крепко прижимая к себе и рассеянно смотря перед собой отсутствующим взглядом. Она прижалась к нему, дрожа всем телом и цепляясь как утопающий за спасательный круг. В тот момент они понятия не имели, что будет дальше, но именно тогда впервые почувствовали, что никого ближе для них не будет…

***

— То есть мать Кэй убила её отца, а ты убил мать, спасая её саму? — когда вампир умолк, уточнил Натсуме, удивленно приподняв бровь и озадаченно покачав головой. — Что ж, признаю, ваша семейка бьёт просто все рекорды по количеству скелетов в шкафу. Или все вампиры имеют такую бурную биографию?

— Я её не убил, — поморщился Рэй, невольно потирая щёку. От шрама не осталось и следа, но от нахлынувших воспоминаний он почувствовал болезненный зуд в том месте, где когда-то была ужасная рана. — Вырубил и всё, просто подумал, что убил. Через минут пять нас хватились слуги, началась паника, отец вызвал русалок, и они обо всем позаботились. Тётю Аделин куда-то увезли, тело дяди Леонарда тоже, нам стерли память под честное слово отца, что он присмотрит за тем, чтобы о случившемся никто никогда не узнал.

— Что ж, тогда всё встает на свои места, — тяжело вздохнул русал, прикрывая глаза. — Мы с Кэй действительно являемся прямым доказательством безумия русалок, причем совершенно бесконтрольно шатающиеся на свободе. Даже странно, что её всё-таки оставили в живых.

— Отец умеет быть убедительным, — невесело усмехнулся вампир, пожимая плечами. — Уверен, он смог уговорить их не убивать его племянницу. У нашей расы есть небольшой пунктик на родственные узы. Мы легко отрекаемся от родственников, изгоняем из семей, лишаем титулов и наследства, но кровь не вода. Смерть одного вампира это несмываемое оскорбление для всех. Причем, как ты догадываешься, жизни представителей других рас нас вообще мало волнуют.

— Ага, я даже испытал это на личном примере, — буркнул Шиба, невольно вздрогнув от неприятных воспоминаний. — Ладно, и что мы будем с этим теперь делать?

— Снимем копии и заберем с собой в качестве доказательств, — пожала плечами Кэй, собирая разложенные листы. — Как и всех дел, которые найдем с участием русалок. Естественно, нас интересуют только те случаи, в которых есть выжившие свидетели.

— Таких не особо много, но и они есть, — раздался сзади знакомый равнодушный голос, и вздрогнувшие ребята, обернувшись, увидели подошедшего к ним Сагару. — Вы нашли, что искали?

— Да, спасибо, — деловито кивнула девушка, возвращая ему коробку и спокойно смотря в глаза. — Сможешь нам сделать копии этих дел и принести остальные, какие найдешь?

— Смогу, — арахн пожал плечами, на секунду о чем-то задумавшись. — Только это займет какое-то время, так что у меня есть предложение. Вы вернетесь в Академию и навестите меня, скажем, через месяц? Я как раз успею всё подготовить, да и Тацу тогда вернется из Элтерно и сообщит о результатах своей вредительской деятельности. Плюс это вызовет куда меньше подозрений от вашего отсутствия на учёбе. Всё же одно дело пропустить несколько дней, а другое отсутствовать больше полутора месяца.

— Да, ты прав, спасибо, — девушка благодарно кивнула и обернулась к друзьям. — Тогда возвращаемся?

Прощание вышло довольно теплым, можно сказать даже дружеским, чего было сложно ожидать от Сагары, который почему-то в присутствии своего друга неуловимо менялся и становился заметно добрее. Однако перед самым уходом Такацуки отвел Рэя с Натсуме в сторонку, обменявшись с Сагарой многозначительными взглядами.

— Что случилось? — не особо любезно поинтересовался Рэй, не желая больше ни минуты оставаться в этом жутковатом помещении.

— Захлопнись и притворись, что мы болтаем о чем-то не особо важном, — понизив голос, улыбнулся кицунэ, чьи привычные жизнерадостные интонации совершенно не подходили сказанному. Убедившись, что друг отвёл оборотня и вампиршу на достаточное расстояние, он, как ни в чем ни бывало, сообщил: — А теперь слушайте меня внимательно. Я не особо понял, кто из вас двоих ей дороже, но будьте внимательны и обязательно поговорите с Кэй. Сами решите, кто этим займётся, но если не хотите, чтобы она в какой-то момент поехала крышей, то присмотрите за ней.

— С чего ты взял, что ей нужен присмотр? — оскорбленно нахмурился вампир, который и без его подсказок планировал поговорить с сестрой наедине.

— С того, что я не уверен, что вы, дуболомы, заметили в ней изменения, — Такацуки укоризненно посмотрел на обоих собеседников по очереди и покачал головой. — Поясняю, её поведение до возвращения памяти и после совершенно разное. Тем более вы заметили, как она на это отреагировала?

— Да вроде никак, — задумчиво произнес Натсуме, едва заметно покусывая губу. — Расстроилась, конечно, но никаких разительных изменений я в ней не заметил.

— Вот именно. Никак. С её природной эмоциональностью это «никак» хуже, чем самые бурные истерики. И чем дольше она проведет в этом состоянии, тем хуже для неё и тех, кто будет рядом в момент, когда эта маска спокойствия наконец падет, — безжалостно отчеканил лис, кивнув на выход. — Впрочем, это ваше дело, я лишь предупредил о последствиях, дальше думайте сами.

Вампир и русал озадаченно переглянулись и проследовали за Тацу, уже нагнавшим их спутников и весело болтающим о чем-то как обычно. Да уж, после этого им всем было о чем поговорить и еще больше о чем подумать.

========== Часть 26. Неразлучники. ==========

Возвращение в Академию Олдерик заняло еще пару дней и прошло совершенно по-будничному. Был уже вечер, когда уставшие с дороги ребята наконец добрались до своих комнат и избавились от опостылевших чемоданов, разбирать которые не было ни малейшего желания. Пока они шли по коридорам, их провожали любопытные взгляды, преисполненные неподдельным интересом и завистью. Еще бы, не каждый день обычных студентов приглашают на мероприятия, о которых уже две недели пишут во всех газетах и, скорее всего, будут писать еще долго. Рэй, изучивший прессу еще в дороге, лишь презрительно фыркал, от души желая этим журналистам поскорее сдохнуть. Выходку Ингольфа большинство старалось не освещать, а если и освещали, то в формате «Скандал на свадьбе! Напившийся шафер без причин набросился на аристократа!». Некоторые особо умные даже ухитрились предположить, что фенрир набросился на уважаемого вампира за отказ провести с ним ночь, но истинные причины не были указаны нигде. Впрочем, оно и неудивительно, настоящее положение дел мало кому было известно, а если бы и было, то вряд ли кто-нибудь согласился поведать о нем широкой общественности.

— Мне кажется, я провел с вами слишком много времени, — задумчиво произнес Натсуме, объявляясь в гостиной общежития, где уже о чем-то беседовали оборотень и вампир. Он и сам не знал, почему пришел сюда, очевидно, уже привыкнув собираться всем вместе за последнее время.

Рэй растерянно моргнул, вынужденно соглашаясь с заявлением русала. Действительно, им ведь больше не надо собираться как раньше, но в силу привычки они с Шибой. даже не задумываясь, пришли сюда вместо того, чтобы остаться в комнате.

— Да ладно, так же ведь веселее, — тихо рассмеялся Шиба, вольготно развалившийся на диване и прижимающийся к обнимающему его вампиру. — Тем более Кэй, скорее всего, тоже сюда придет. Не хватает только наших примерных школьничков и…

— Ага, почти все предатели в сборе! — в проеме возникла улыбающаяся во весь рот Эрика, тащившая за собой непривычно тихую Кэй. Ало-фиолетовые глаза оглядывали присутствующих с нескрываемым торжеством. — Ну что, упыри, рассказывайте, чем вы занимались в поездке, в которую самым наглым образом не взяли меня!

— Ничем особенным, — невозмутимо ответил Натсуме, вызволяя свою девушку из цепкой лапки демонессы и вместе с ней усаживаясь на второй диванчик. Рэй едва заметно нахмурился, заметив в обычно живых и любопытных черных глазах сестры нетипичную для неё отрешенность и задумчивость. — Свадьба как свадьба. Торжественная церемония, гости, выпивка и музыка. Лучше расскажи, происходило ли за это время что-то необычное в Академии?

— Да нет, ничего интересного, — Эрика плюхнулась в кресло и беспечно уставилась в потолок, припоминая. — Рутина, учеба, да редкие обсуждения события, на котором вы были. Учителя не одобряют подобные разговоры, но многие ученики, воочию увидев драконов, шепчутся, что это предзнаменование конца эры русалок. В библиотеке теперь не найти ни одной книги, в которой говорится о драконах и их значение в истории, все разобрали. Слухи ходят один другого краше, но в одном народ сходится — грядут большие перемены, хотя по поводу итогов мнения разделились, кто-то пророчит дракончикам неминуемый провал, а кто-то триумфальную победу.

— Интересно, с чего такие мысли? — Шиба чуть обеспокоенно покосился на Рэя, невольно сжавшего его плечо. — Подумаешь, объявились драконы, с чего народ взял, что они будут противостоять ныне существующему режиму? Может, они наоборот, поддержат его и укрепят?

— Может, и так, но желающих поставить на это ничтожно мало, — усмехнулась демонесса, покачав головой. — Самое смешное, никаких конкретных ожиданий от возвращения драконов нет, но почти все предчувствуют что-то эпическое и приводят в пример древние легенды, где эти волшебные существа всегда стояли на страже справедливости и равенства. А поскольку последние лет пятьсот низшие расы всё больше недовольны своим положением, зерно упало в благодатную почву. Хотя, как по мне, те двое не особо похожи на мудрых и великих предводителей народного восстания, которое, смешно сказать, легко можно подавить с помощью парочки русалочьих приказов. Или я ошибаюсь?

— Можешь не смотреть на нас так хитро, мы ни о чем подобном даже не задумывались, — усмехнулся Рэй, спокойно выдерживая пристальный взгляд одноклассницы. — Мы правда ездили на эту свадьбу только из-за того, что Кэй в предыдущей школе дружила с женихом и его братьями, так что не пытайся искать заговоры там, где их нет. Тем более, мы же обычные студенты, как ты себе представляешь наше участие в чем-то подобном? Утром занятия, а вечером тайные встречи заговорщиков и организации митингов, от которых, по твоим же словам, пользы ноль?

Шиба тихо хрюкнул, закашлявшись и поспешно отвернул лицо. Нет, что этот вампир врет и не краснеет, он давно был в курсе, но впервые заметил, что даже поданная с нужной интонацией правда может звучать бредовее самой искусной лжи.

— Крутишь ты что-то, клыкастый, самым дорогим местом чую, — прищурилась Эрика, с подозрением наблюдая за оборотнем. — Ладно, не хотите говорить — не надо, будем считать, у меня шпионская паранойя. Лучше слушайте новость: завтра к нам переводят еще одну новенькую. И это не слух, а достоверный факт. Я подслушала разговор профессоров, и они явно взбудоражены этим событием.

— Новенькая в середине учебного года? — удивленно вскинул бровь Натсуме. — И снова в наш класс? Я понимаю, почему к нам перевели Кэй и Хлою, первую из-за Рэя, а вторую в надежде, что две новенькие подружатся, но ещё одна… Это уже довольно странно, не находите?

— Какая разница? — впервые за все это время подала голос Кэй, поднимаясь. — Странно, не странно… Завтра посмотрим на неё, да все увидим, все равно от того, что мы сейчас будем мусолить эту тему, информации не прибавится. А сейчас извините, но я устала и хочу спать. До завтра.

— Что это с ней? — демонесса проводила взглядом удалившуюся вампиршу и озадаченно уставилась на помрачневшего русала. — В поездке с ней что-то произошло? Впервые вижу, что ей что-то не интересно.

— Наверное, просто устала с дороги, вот и нет настроения, — неохотно произнес Натсуме, тоже вставая. — Впрочем, она права, завтра все увидим. А сейчас, пожалуй, и я вас покину.

После его ухода вампир с оборотнем тоже поспешно смылись, не желая оставаться для допроса с пристрастием. Эрика, оставшаяся в одиночестве, недовольно нахмурилась, постукивая туфелькой по паркету. С её друзьями явно творилось что-то неладное. Исчезла былая атмосфера беззаботности и легкости, которая царила между ними до этой злополучной поездки. Но что же там всё-таки произошло? Куда на самом деле уехали Наги и Хлоя? И почему от неё что-то скрывают, неужели не доверяют? Сплошные вопросы и никаких ответов.

Следующим утром отвыкшие от занятий друзья едва не опоздали на уроки, явившись в аудиторию буквально перед самым звонком. Профессора Нейтана ещё не было, так что старающиеся сохранять невозмутимый вид ученики поспешно расселись по своим местам, невольно задержавшись взглядами на двух пустующих партах. Не то чтобы кто-то ждал вестей от скрывшейся в дриадском лесу парочки, но каждый невольно ощущал необъяснимый дискомфорт от их отсутствия. Даже Натсуме, которому всегда было плевать на других, и Рэй, который глуповатую зомби откровенно недолюбливал.

Наконец дверь распахнулась, и в аудиторию размашистым шагом вошел классный руководитель, за которым неспешно следовала потрясающей красоты девушка. Большинство учеников невольно ахнуло, завороженно всматриваясь в матовую кожу новенькой и длинные каштановые локоны, обрамляющие восхитительное личико идеальной формы. Густая челка до бровей придавала ей озорной и детский вид, а ниже располагались манящие глаза насыщенного василькового цвета, не похожие ни на темные озера доктора Робин, ни на небесно-голубые очи Рэя. Чуть вздернутый носик и пухлые губки придавали ей сходство с девочкой, но идеальная фигура, упакованная в облегающую зеленую форму, недвусмысленно жала в груди, намекая, что это вполне зрелая девушка, уже давно переставшая быть угловатым подростком. Треть будущих одноклассников уставилась на её лицо, треть на облегающий пиджак, а оставшиеся на округлые бедра, прикрытые просторной юбкой чуть выше колена, и виднеющиеся из-под подола очаровательные стройные ножки. Лишь четверо выдали нестандартную реакцию на появление красавицы. Рэй скривился, будто у него разом заболели все зубы, Натсуме нахмурился, Шиба больше смотрел на реакцию возлюбленного, а Кэй будто и вовсе не заметила её, даже не оторвав взгляда от окна, в которое всё это время смотрела рассеянным взглядом.

— Доброе утро, класс, прошу прощение за задержку, — поприветствовал учеников профессор, проходя к своему столу и сгружая на него материалы, которые нес в руках. В этот раз никто из учащихся не произнес ни слова, что вселяло в него надежду на то, что успокаивать никого не придется. — Итак, знакомьтесь, это Оливия, отныне она будет учиться с вами.

— Рада знакомству, — чарующим голосом произнесла новенькая, чуть склонив очаровательную головку. — Меня зовут Оливия, я русалка. Надеюсь, мы с вами поладим.

— Русалка?! Настоящая?!

Нэйтан тихо застонал, понимая, что в этот раз успокоить студентов будет не так-то просто. Новость о том, что теперь с ними будет учиться русалка, произвела эффект разорвавшейся бомбы, но саму девушку это, похоже, мало смутило. Она лишь смотрела вперед, загадочно улыбаясь своей мистической улыбкой, и совершенно не обращала внимания на выкрики одноклассников.

— Тихо! Тишина! — с трудом заставив ребят умолкнуть, Нейтан украдкой потер лоб, проклиная свою невезучесть. Нет, ну действительно, почему именно на него сваливаются все самые тяжелые случаи и необычные ученики? Быть может, ему пора на пенсию? — Итак, Оливия, полагаю, тебе на первое время потребуется напарник, который объяснит тебе местные правила, покажет кампус и аудитории, а также…

— В этом нет необходимости, — мягко улыбнулась девушка, слегка качнув ресницами. — Не переживайте, профессор, я ранее обучалась в Академии и думаю, что смогу быстро подружиться со всеми. Мне нет нужды выбирать кого-то одного.

— Кхм. Что ж, если ты так уверена, то будь по-твоему, — профессор облегченно вздохнул, вспоминая, сколько нервов ему вытрепал вампир, вынужденный присматривать за зомби. — Тогда прошу занимать любую свободную парту, и начнем урок.

Стоило Оливии занять парту у стены, а профессору отвернуться к доске, как Натсуме неожиданно даже для себя чуть склонился к Рэю, тихо поинтересовавшись:

— Твоя знакомая?

— К сожалению, — сквозь клыки еле слышно процедил вампир, делая вид, что даже не отвлекся от записывания новой темы. — Будьте начеку, после урока поговорим.

— Хорошо, — понятливо кивнул русал, невольно покосившись на свою девушку. Та всё так же витала где-то в своих мыслях, похоже, даже не взглянув на новенькую. Как бы ему хотелось сейчас обнять Кэй, поговорить, выслушать успокоить, но… С момента их возвращения они почти не виделись. Нет, он как обычно зашел за ней перед занятиями, но в этот раз она думала явно о чем-то своем, отвечала невпопад и вообще больше ограничивалась неопределенным хмыканьем, что вызывало не только вопросы, но и опасения.

— А я смотрю, вы все лучше находите общий язык, — хихикнул сидящий за Рэем Шиба, даже умилившийся, что эти двое впервые обменялись репликами, не поцапавшись и не пытаясь друг друга оскорбить.

— Заткнись! — хором огрызнулись вампир и русал, и класс вновь погрузился в учебную дремоту, нарушаемую лишь редкими тихими шепотками обсуждающих Оливию одноклассников.

Урок пролетел незаметно, хотя для желающих поскорее освободиться друзей время тянулось мучительно-медленно. Стоило звонку отзвенеть, как растерявшуюся от такого внимания Оливию тут же обступили одноклассники во главе с неугомонной Эрикой, которую в этот раз Рэй мысленно поблагодарил за предоставленную возможность смыться из класса незамеченным. Следом за ним вышли и Шиба с Натсуме, причем последний прихватил с собой ничего не понимающую вампиршу. С ней у него намечался отдельный серьезный разговор, но для начало стоило выслушать её несносного братца, который как раз отошел в укромный уголок декоративной ниши, устало привалившись к стене спиной.

— Что-то случилось? — наконец поинтересовалась Кэй, не совсем понимая, зачем её вырвали из плена воспоминаний. Краем сознания она понимала, что разговор пойдет о чем-то важном, но никак не могла сфокусироваться на хоть одной толковой мысли.

— Случилось, — мрачно подтвердил Рэй покусывая губу. — Оливия случилась, помнишь её?

— Не очень, — поразмыслив, честно призналась девушка, пытаясь собраться и тщательно наморщив лобик. — Мы были с ней знакомы?

— О да, — криво усмехнулся вампир, брезгливо скривившись. — Её мать русалка, а отец вампир, хороший друг и компаньон моего отца. В детстве мы с ней часто проводили время вместе. Впрочем, чем старше мы становились, тем чаще она появлялась только на банкетах, так что, может, поэтому ты её и не так хорошо помнишь, как я.

— И что в этом плохого? — вкрадчиво поинтересовался Шиба, осторожно касаясь его руки своей. — Думаешь, она неспроста тут объявилась именно сейчас? Думаешь, она шпионит на русалок?

— Понятия не имею, — выдохнул Рэй, видимо, совершенно забыв, что они стоят в коридоре, и рефлекторно взлохматив собственную золотистую челку, что обычно позволял себе только при самых близких друзьях. — Но ничего хорошего от неё ждать не советую. Она гибрид, редкость мира тьмы, унаследовавшая черты и вампира и русалки, причем не самые лучшие. Она властна, самоуверена, помешана на всем красивом, безумна в своей настойчивости, способна завораживать голосом и пить кровь, а что самое главное… Эта сучка всегда пытается забрать то, что принадлежит мне. Вещи, друзей, любимых… Всё, что хоть немного интересует меня, она всегда хочет себе. Не знаю, то ли у неё не хватает фантазии на что-то свое, то ли ей просто нравится меня бесить, просто предупреждаю, чтобы вы были осторожней.

— А, начинаю вспоминать, — Кэй слегка ожила после его речи, потерев подбородок. — Да, она всегда у тебя всё забирала, начиная от игрушечного мишки и заканчивая любовницами. Но, Рэй, прошло лет двадцать с тех пор, как они переехали в Элтерно, и вы не виделись. Может, она изменилась?

— Я бы не особо на это надеялся, — угрюмо буркнул вампир, будучи мрачнее грозовой тучи. — Скорее всего, она не случайно сюда перевелась и намерена как всегда портить мне жизнь. Вряд ли она шпионит на русалок, но готов поставить свои клыки на то, что она попытается с вами подружиться, а поскольку эта змея втирается в доверие получше любого кицунэ, то следите, пожалуйста, за языком. С какой бы целью она тут ни объявилась, ничего хорошего от этого перевода ждать не стоит.

— Рэй! Кэй! — донесся до друзей жизнерадостный голос, и к ним подошла улыбающаяся Оливия, оглядывая всех с такой искренней радостью, что слова Рэя невольно подверглись сомнению. — Вы так быстро ушли, я даже не успела поздороваться. Эти ребята меня окружили, и я не успела ничего сделать…

— Сделать что? Испортить мне настроение? Не переживай, успела, — окрысился Рэй, выщерив клыки. — Чего тебе надо, Оливия?

— А ты как всегда просто блещешь дружелюбием, — ничуть не обидевшись, звонко рассмеялась русалка, укоризненно улыбаясь старому знакомому. — Неужели все ещё дуешься на меня из-за Томаса? Разве я виновата, что со мной ему было лучше, чем с тобой, несмотря на то, что я не любила его так беззаветно, как ты? Брось, это все в прошлом. Я перевелась сюда не для того, чтобы припоминать друг другу старые обиды.

— И что, ты надеешься, что после этих слов я разом забуду всё, что ты мне сделала, и внезапно возлюблю тебя, как завещала какая-то захудалая человеческая религия?! — зашипел вампир, гневно полыхнув глазами и невольно сильнее сжимая руку оборотня. — Обойдешься, я даже видеть тебя не хочу, дрянь.

— Знаешь, обучение в этой Академии и правда испортило тебя. Ты совершенно разучился мыслить здраво и держать лицо. Раньше ты не был столь эмоционален и никогда бы не позволил себе такое поведение, — с упрёком посмотрела на него девушка, поджав губки. — Впрочем, это дело времени. А видеть меня тебе всё-таки придется. Как никак теперь я твоя невеста, так что…

— Чегооо?! — хором выдохнули оборотень и вампирша, пока ошарашенный этой новостью Рэй беззвучно открывал рот в попытках оформить свои мысли в осознанные слова.

— Какая невеста, Оливия? — первой пришла в себя Кэй, ради этого даже отвлекшись от своей прострации. Тактично кашлянув, она вкрадчиво напомнила: — Рэй больше не является частью своей семьи, от него отреклись. Так что он волен сам выбирать, как жить и с кем.

— С чего вы взяли, что от него отреклись? — Оливия лукаво улыбнулась, хитро блеснув глазами. — Да, его отец был возмущен этой детской выходкой, но никто от Рэя не отрекался. Ему дали второй шанс, только теперь, чтобы ему не лезли в голову всякие глупости, придется жениться на мне. И меня очень огорчает такая реакция. По-моему, я идеальная кандидатка на роль его жены.

— Исключено, — отрезал Рэй, исподлобья уставившись на потенциальную невесту. — Даже если бы я тебя не ненавидел, мне не нужны никакие прощения и шансы. Я не собираюсь менять своего решения, так что можешь передать моему отцу, что помолвки не будет.

— Рэй, не глупи, — в мягком голосе русалки промелькнуло едва слышное раздражение. — У тебя есть шанс всё исправить, и ты будешь полным идиотом, если его упустишь. Если уж тебе так дорог этот оборотень, то я не против после свадьбы назначить его нашим официальным любовником. Ты же сам знаешь, это вполне нормальная практика в вампирских кругах. Тем более, — Оливия окинула фигуру Шибы заинтересованным взглядом и удовлетворенно кивнула, — он и правда симпатичный, я совершенно не против им обладать. Мне нравится его смуглая кожа, это так необычно…

Она протянула руку, попытавшись коснуться щеки оборотня, но тот ударил её по ладони, с ненавистью уставившись в ошарашенное от такой реакции лицо. Янтарные глаза полыхали невиданной ранее яростью, не сулившей наглой русалке ничего хорошего.

— Не смей трогать ни меня, ни Рэя, поняла? — дрожащим от злости голосом прорычал он, с силой сжимая руку вампира. — Он никогда не женится на тебе и не опустится до того, чтобы делать меня официальным любовником. Ясно тебе… Дура!

Последнее слово он почти выкрикнул и, не дожидаясь, пока Оливия найдет, что ответить на это заявление, размашистым шагом направился к лестнице. Следующий за ним Рэй невольно улыбнулся, облегченно вздохнув. Мало того, что ему было безумно приятно видеть, как фарфоровое личико старой знакомой впервые на его памяти пошло красными пятнами, так еще и душу грела приятная мысль, что оборотень наконец перестал в нем сомневаться. Он даже не усомнился в том, что вампир не собирается соглашаться на эту сделку, а это значит, что самое страшное уже позади и теперь никто не встанет между ними.

— Ну, мы, наверное, тоже пойдем, — тихо хмыкнул Натсуме, увлекая Кэй в другую сторону и стараясь скрыть невольную улыбку. Блистательная и великолепная русалка стояла как оплёванная, а вокруг неё тихо перешептывались ученики, слышавшие отнюдь не весь разговор, но уж последнюю фразу нахального оборотня точно. И никто даже не сомневался, что новость о том, что новенькая представительница высшего класса крупно обломалась, попытавшись влезть в отношения самой странной парочки Академии, в рекордные сроки облетит весь кампус.

========== Часть 27. Тяжело быть старшим. ==========

Следующую неделю всё было настолько тихо, что это начинало уже даже пугать. Оливия, обиженная непочтительным отказом и возмущенная категорическим нежеланием Рэя связывать себя с ней узами брака, больше к ним не подходила, всё больше общаясь с Эрикой, но та, предупрежденная предусмотрительным вампиром, виртуозно меняла темы разговора, работая в излюбленном стиле Такацуки, то бишь болтала без умолку, толком при этом ничего не сказав. Попытки разговорить Натсуме и Кэй привели к еще более печальным результатам. Вампирша с каждым днем все больше выпадала из реальности, и все сложнее было выдернуть её из этого состояния. Русал же, и так не будучи любителем разговоров и новых знакомств, и вовсе в довольно грубой форме разъяснил новенькой, что общаться с ней не намерен и вообще не до неё сейчас. Прискорбное состояние вернувшей память девушки его волновало куда больше и вызывало уже вполне определенные опасения, которыми, как назло, было нельзя ни с кем поделиться.

Рэй и Шиба же были абсолютно счастливы и почти все время проводили вместе, прописавшись в комнате вампира. С новым статусом и обретением достойной формы перед оборотнем встала нехилая дилемма. С одной стороны, он не мог бросить стаю и, как и планировал ранее, проводить всё время лишь в комнате возлюбленного. С другой, оставлять вампира на три дня у него тоже не было ни малейшего желания, особенно теперь, когда вокруг него, как голодная акула, нарезала круги отвергнутая Оливия. После недолгого обсуждения было принято решение, что днем Шиба будет проводить время в лесу, а на ночь его будет забирать к себе заботливый ухажер. Первый день ученики в ужасе шарахались от беспечно прогуливающегося по территории Рэя, ведущего на поводке поджарого черного волка с недобрыми глазами, но со временем свыклись и стали обходить странную парочку стороной. Рядом с вампиром оборотень был довольно спокойным и миролюбивым, лишь изредка вяло порыкивая на не успевших спрятаться учеников. В комнате он и вовсе вел себя самым образцовым образом и, казалось бы, даже понимал отдаваемые Рэем команды, лишь один раз из вредности обглодал ножку стула, когда какая-то опрометчивая девушка заскочила к ним отдать одалживаемые конспекты. Вампир даже ругаться не стал, лишь сделав зарубочку в памяти и утешив себя мыслью, что после полнолуния обязательно отыграется на ревнивой псине.

Именно из-за этой идиллии в субботу с утра, как раз после ночи обратной трансформации тихо посапывающие любовники даже не проснулись от царящего в коридоре удивленного гвалта. Шум все нарастал, пробиваясь сквозь крепкий сон вампира, но тот накануне слишком увлекся интересной книжкой и почесыванием пригревшегося рядом Шибы. Так что вместо того, чтобы встать и рявкнуть на придурков, посмевших его разбудить, он лишь крепче прижал к себе любовника, зарываясь носом в мягкие темные волосы. Увы, спустя пару минут в дверь настойчиво постучались, и матерящийся под нос вампир всё-таки был вынужден выбраться из уютной постельки, дабы как минимум высказать ранним визитерам всё, что о них думает.

— Минуту! — глухо прорычал Рэй, натягивая штаны и мимоходом приглаживая растрепавшиеся во время сна волосы. Вставать он не планировал, так что рубашку и перчатки натягивать поленился, о чем пожалел почти сразу же после того, как открыл дверь.

— Братик! — Взвизгнула стоящая за порогом заплаканная девочка, вихрем врываясь в комнату и крепко обнимая озадаченного вампира за пояс. Такие же как у брата золотистые волосы, только не лежащие изящной волной, а уложенных в трогательные кудряшки, припухшие от слёз серо-голубые глаза на очаровательной мордашке и слишком роскошное для её возраста платьишко… Да, сомнений быть не могло.

— Сара?! — сдавленно выдохнул Рэй слегка согнувшись, когда младшая сестричка врезалась в его живот головой, вцепляясь, как маленький клещ. — Что ты тут делаешь?!

Стоящий за дверью инкуб, очевидно, сопроводивший девочку к нужной комнате тактично прикрыл дверь и поспешно смылся, повинуясь раздраженному взмаху руки вампира.

— Папа сказал, что ты больше не придешь и мы никогда не увидимся, — всхлипнула Сара, содрогаясь от рыданий и ничуть не успокаиваясь от мягких поглаживаний брата. — Я не хочу терять ещё и тебя, поэтому я сбежала. Рэй, не бросай меня, ты не можешь меня бросить! Ты же говорил, что любишь меня!

— Конечно, люблю, — растерянно пробормотал Рэй, поглаживая светлую макушку. — Милая, папа просто преувеличивает. Да, я больше не смогу приезжать домой, но это вовсе не значит, что мы не сможем видеться. Я как раз сегодня собирался что-нибудь придумать по этому вопросу, так что обещаю, я тебя не брошу. Кстати, может, ты еще и сможешь теперь видеться с Кэй. Ты же соскучилась по ней, да?

— Да, я очень хочу её увидеть, — шмыгнула покрасневшим носиком Сара, поднимая голову и недоверчиво смотря в голубые глаза брата. — Ты правда обещаешь, что не исчезнешь?

— Правда-правда, — мягко улыбнулся парень, потрепав сестрёнку по макушке. — Только и ты мне обещай, что больше не будешь сбегать из дома. Ты хоть представляешь, как сейчас все волнуются? Это же очень опасно, с тобой могло случиться что-нибудь ужасное…

— Не могло, — девочка замотала головой, смущенно признаваясь. — Я использовала Приказ на нашем дворецком, чтобы он меня сюда отвез и вернулся, всё забыв. Я не хотела возвращаться и планировала остаться жить с тобой… — внезапно за спиной Рэя раздался подозрительный шорох, и маленькая вампирша моментально высунула из-за его спины любопытную мордочку. — Ой, кто это?

Одеяло на кровати зашевелилось, и из-под него, наконец, появилась встрепанная макушка разбуженного разговором оборотня. Сонно оглядев открывающуюся картину, он ничуть не смущаясь, сел на постели и широко зевнул, потирая в затылке. Спохватившийся вампир поспешно прикрыл глаза сестренке, с восхищением рассматривающей мускулистую фигуру юноши, и уничтожающе посмотрел на этого совратителя малолетних.

— Идиот, оденься немедленно, это же моя сестра! — гневно зашипел Рэй, делая страшные глаза ещё не до конца проснувшемуся парню. Постепенно пришедший в себя оборотень тихо охнул и, сконфуженно покраснев, метнулся к шкафу, торопливо разыскивая среди вещей хотя бы свои штаны, которые педантичный любовник постирал и опять куда-то спрятал.

— Вай, Рэй, а кто это? Твой возлюбленный, да? Такой красивый… — моментально переставшая плакать девчушка попыталась убрать ладонь, мешающую любоваться и правда заметно похорошевшим за последнее время оборотнем. Шиба, и так, в общем-то, не обделенный природными данными после становления вожаком и поездки неуловимо изменился, что явно пошло ему на пользу. Появилась некая уверенность в движениях и осанке, а знойная Гелиостатская луна наградила его ровным бронзовым загаром, отчего парень теперь вполне мог составить конкуренцию своему возлюбленному по части красоты. Нет, конечно, он не перестал от этого быть лоховатым бестолковым щенком, но всё же девушки на него стали заглядываться куда чаще.

— Не обращай на него внимания, он у меня немного дурачок, — проворчал вампир, с упреком смотря на виновато вжавшего голову в плечи Шибу, пытающегося как можно быстрее застегнуть жилетку, накинутую поверх рубашки. Рэй, не выдержавший этого издевательства над одеждой, отпустил сестру и, подойдя ближе, принялся сам застегивать пуговицы за бестолкового парня, ухитрившегося два раза ошибиться с петельками. Сара притихла, умиленно наблюдая за этой картиной, оборотень покраснел до ушей, пытаясь унять дрожь в пальцах, а хмурый Рэй наставительно ворчал: — Придурок, если у тебя руки трясутся, то не пытайся застегнуть рубашку. Взял бы мою футболку, не перед кем тут джентльмена строить.

— Ну… Я подумал, что так будет лучше, — невнятно пробормотал парень, невольно зажмурившись, когда закончивший с пуговицами вампир, легонько щёлкнул его по носу. — Спасибо.

— Вы прямо как настоящая женатая парочка, — тихо захихикала Сара, склонив голову и оглядывая удивленно переглянувшихся парней. — Рэй, ты из-за него не хочешь на Оливии жениться?

— А ты уже в курсе? — невесело усмехнулся заботливый братик и покачал головой. — Ладно, не важно, успеем ещё поговорить по дороге домой. Надо как можно быстрее вернуть тебя в особняк, пока отец в порыве ярости не поубивал всех слуг. Шиба, будь добр, проводи Сару к воротам, я приведу себя в порядок, приберусь и поеду. Заодно пока и познакомитесь.

— А он с нами не поедет? — разочарованно протянула малышка, жалобно заломив бровки. — Я хочу, чтобы он тоже поехал. И ты мне сказал, что я смогу повидаться с Кэй. Я не хочу пока уезжать!

— Кэй сейчас болеет, так что увидеться с ней, увы, нельзя, — на секунду на лицо вампира набежала тень, но он тут же тряхнул головой, отгоняя неприятные мысли. Накануне вечером они с Натсуме разговаривали о прискорбном состоянии вампирши и были вынуждены признать, что ей срочно нужна медицинская помощь. Творящееся с ней уже выходило за рамки обычной грусти или шока. — А Шиба не сможет с нами поехать потому, что ему нежелательно появляться вблизи нашего особняка. Он… Кхм. Не особо поладил с нашим папой.

— Жаль, я хотела с ним поближе познакомиться, — вздохнула девочка, протягивая ладошку вздрогнувшему от воспоминаний оборотню. — Приятно познакомиться, я — Сара.

— Шиба, — неловко улыбнулся парень, аккуратно взявшись за руку сестренки Рэя. — Что ж, пойдем к воротам и по пути успеем познакомиться. Кстати, ты любишь фокусы?

Как выяснил оборотень за последующие полчаса, Сара оказалась весьма сообразительной девочкой, являющейся золотой серединой между уже знакомыми ему представителями клыкастой семьи. Она общалась вежливо, но без высокомерия, чем частенько грешил её брат, но и не обладала той навязчивой непосредственностью, которой зачастую увлекалась Кэй. В общем, со временем она должна была превратиться в довольно умную и проницательную, ослепительно красивую вампиршу, достойную продолжательницу славного рода. Тем не менее, когда вампирская чета скрылась за воротами, Шиба почувствовал облегчение. Ему было довольно неловко рассказывать маленькой девочке любовную историю с её братом, даже несмотря на то, что все вопросы были исключительно вежливыми и пристойными.

— Привет, — раздался у него за спиной чарующий голос, и вздрогнувший парень, резко обернувшись, увидел подходящую к нему Оливию. Девушка, видимо, правильно интерпретироавшая выражение его лица, поспешно подняла руки в знак примирения. — Не убегай от меня, я просто хочу поговорить.

— Я и не собирался убегать. Но и говорить нам не о чем, — усилием воли подавив возникнувшую при виде соперницы злость, как можно безразличнее пожал плечами оборотень. — Всё, что хотел сказать, я сказал еще неделю назад, Рэй тоже. Так что нам нечего обсуждать.

— Возможно, вы просто неправильно меня поняли, — обезоруживающе улыбнулась русалка, поведя своими прекрасными очами и неспешно подходя ближе. — Я не хотела никого обидеть, просто сказала правду. Вы же не думаете, что сможете прожить долго и счастливо?

— А почему бы и нет? — ехидно уточнил Шиба, пытаясь скопировать самое надменное из выражений лиц любовника. — Только потому, что это не устраивает его семью и тебя?

— Нет, потому что в результате твоего эгоистичного поведения он в итоге останется одиноким и несчастным, — с улыбкой поправила его Оливия, довольно подмечая, что после этих слов в янтарных глазах промелькнуло сомнение. — Ты же сам знаешь, сколько живут оборотни, верно? Семьсот лет предел для твоей расы, и то если очень повезет. Это в два раза меньше, чем срок жизни, отведенный вампирам. Ты уже будешь дряхлым стариком, в то время как Рэй останется молодым и красивым. Он привяжется к тебе, будет с мучениями смотреть за тем, как ты умираешь, чтобы в итоге остаться одному, по молодости и глупости отказавшись от своей семьи и общества. Ты же сам должен понимать, что мое предложение оптимальный вариант для всех нас и в выигрыше в первую очередь останетесь именно вы. Он не потеряет своего положения и наследства, мы сможем втроем посещать различные мероприятия, на которые ты тоже будешь приглашен как официальный любовник нашей семьи. Никто не удивится тому, что мы завели себе красивую куклу. Я даже не против того, чтобы вы иногда проводили время вместе, без меня… Пойми, мне очень дорог Рэй, что бы он там обо мне ни думал. Я не хочу, чтобы из-за своей глупой влюбленности и твоего эгоизма он поставил на себе крест и обрек себя на несчастливую, полную лишений жизнь.

— Замолчи, — оборотень, завороженный тягучим, плавным голосом русалки, слегка пошатнулся, чувствуя, как земля уходит из-под ног. Он никогда не думал о том, что с ними будет даже через год, не то чтобы через половину тысячелетия. Но сказанное Оливией, её обволакивающий сознание чарующий голос дурманил мысли, пробирая до самого сердца.

— Ты сам понимаешь, что я права, — девушка, подошедшая к нему вплотную, мягко обхватила ладошками смуглое лицо, притягивая к себе и вглядываясь в не совсем адекватные глаза собеседника с расширенными зрачками. — Давай сделаем ему сюрприз? Когда он вернется, ты убедишь его принять мое предложение. Ты же сам этого хочешь, не так ли, Шиба?

— Д-да, хочу, но… Нет… Нет! — отшатнувшийся Шиба стряхнул руки девушки, с силой её
оттолкнув. — Закрой свой поганый рот! Я не буду его ни в чем убеждать и не смей больше к нам подходить, поняла? Вали обратно в своё Элтерно и там зачаровывай других, дрянь.

— Тц, — Оливия чуть нахмурилась, наблюдая, как спотыкающийся парень бежит в сторону общежития и, цокнув языком, недовольно покачала головой. Черт, почему этот осел из всех возможных вариантов связался именно с оборотнем, у которого самая низкая внушаемость? Ну да ладно, когда-нибудь и он сдастся. Все рано или поздно подчиняются русалкам, это неизменный закон мироздания. И не каким-то там оборотням с ним спорить.

***

В медкабинете как всегда царила лёгкая прохлада, запах медицинского спирта и мягкое свечение осветительных шаров. На одной из коек неподвижно сидела Кэй, смотря перед собой пустым взглядом, а вокруг неё суетилась доктор Робин, всё больше мрачнея с каждым проведенным тестом. Приведенная заботливым парнем пациентка физически была практически здорова, но по непонятным причинам совершенно не реагировала на внешние раздражители.

— Ну что, есть предварительные идеи? — нетерпеливо уточнил стоящий неподалеку Натсуме, скрестивший руки на груди. Он уже жалел, что не привел вампиршу к доктору сразу, как только загадочные симптомы начали проявляться.

— Есть, но вряд ли тебе они понравятся, — хмыкнула мумия, оставляя наконец девушку в покое и отъезжая на своем кресле к столу. — Говоришь, это началось после того, как она вернула свою память?

— Ну, не сразу после этого, — чуть нахмурившись, припомнил парень. — Сначала она просто была серьезной и немного грустной, что вполне естественно с учётом того, что она вспомнила. Спустя пару дней стала неразговорчивой и рассеянной, а последние сутки перестала даже отвечать и вообще хоть как-то реагировать. Мы думали, она просто опечалена, но это уже не особо похоже на грусть или шок, поэтому я решил обратиться к Вам.

— Раньше надо было ко мне идти, а не ждать, пока всё станет совсем плохо, — проворчала доктор Робин, записывая пару строчек в медицинскую карту, и, поставив точку, откинулась на спинку, виновато посмотрев на просителя. — Извини, но судя по всему, я ничем ей помочь не смогу — не моя специальность. Это не болезнь, а чары. Вернее, это чары, вызывающие болезнь, и для того, чтобы их снять, нужна комплексная терапия в хорошей клинике, сочетающая в себе лекарственное и магическое лечение. Если сейчас просто снять заклинание, то она превратится в овощ из-за того, что мозги расползутся в кашу. А препаратами мы можем только поддерживать в ней жизнь, не давая умереть, но сознание этим не вернуть.

— Хорошо, — немного подумав кивнул Натсуме. — Сколько у меня времени до того, как она умрет? И кто мог наложить эти чары, если мы все время были вместе?

— Наложили их не на неё, а, скорее всего, шлепнули поверх заклинания, подчистившего ей память. Пока первое оставалось нетронутым, то второе тихо дремало, и его невозможно было обнаружить даже при ментальном обследовании, — задумчиво покусала губу докторша, невесело усмехнувшись. — Я ведь правильно понимаю, это было заклинание, а не Приказ? Иначе бы ты давно уже попытался его перебить.

— Верно, — вздохнул русал, устало потирая лоб. — Мы тоже сначала полагали, что им просто приказали все забыть, но мои Приказы память не вернули, только наградили её головной болью, так что мы решили, что это ментальное заклинание. Ален предлагал его снять, но честно признался, что безболезненней и безопасней будет им всё вспомнить без постороннего вмешательства, а поскольку мы не особо торопились, то согласись подождать.

— Не вини себя, — ободряюще посмотрела на него мумия, качнув головой. — Я видела матрицу этого заклинания, всё же в какой-то степени оно относится к моей профессии, и могу заверить, что Ален бы тоже его не заметил. Оно трехступенчатое, многокомпонентное и очень подлое именно тем, что никак себя не проявляет, пока не сломается первое. Так что даже если бы ты уговорил дракончиков его снять, результат был бы тот же.

— Спасибо, я понял, — Натсуме криво ухмыльнулся, уставившись на собеседницу виднеющимся из-под бинтов глазом. — Вы специально проигнорировали мой вопрос о том, сколько ей осталось? Не хотите меня огорчать?

— Да нет, просто я сама не знаю. Может, неделя, может, две. Я попытаюсь связаться со своими коллегами из наиболее профессиональных клиник, но не думаю, что они быстро ответят, так что… — доктор Робин развела руками, невольно отводя взгляд. Она хотела бы чем-то помочь этой странной парочке, но, увы, ускорить работу других не могла.

Натсуме прикрыл глаз, просчитывая имеющиеся варианты. Конечно, можно подождать ответа из именитых клиник, но успеют ли они? Ведь надо не только договориться о приеме, надо еще и транспортировать пациентку, у которой просто может не оказаться необходимого времени на все глупые формальности. Впрочем… Есть в мире Тьмы одна клиника, правда, попасть в неё едва ли не сложнее, чем в обычную. Но, если уж попадешь, то помогут там точно в рекордные сроки, что в нынешней ситуации довольно рискованно. Может, он и правда кем-то проклят? Нелегкий выбор, где ставкой является жизнь самого дорогого ему существа… И он не имеет права на ошибку.

— Не надо, — наконец ответил русал, помогая послушной вампирше подняться и стискивая её прохладную ладошку. Благодарно улыбнувшись озадаченной докторше, он едва заметно склонил голову. — Спасибо за предложение, но я, кажется, знаю, где ей могут помочь.

— Оу, что ж, смелое решение, — вскинула брови доктор Робин, уже слышавшая от него о том, куда на самом деле уехали Наги и Хлоя. — Тогда могу лишь пожелать удачи и объяснить всё Нэйтану и директору, они поймут.

Натсуме махнул рукой и вышел из кабинета, невесело усмехнувшись. Что ж, опять в дорогу. Сначала надо подготовить вещи, предупредить Рэя, дабы тот не сходил с ума, и молиться, чтобы дриадский лес не счел его опасным элементом и позволил добраться до клиники мисс Динитры. Ибо времени на возвращение и запасные варианты у них не будет.

========== Часть 28. Помощь нуждающимся. ==========

Яркая луна освещала тщательно утоптанную площадку, на которой яростно обменивались ударами два почти неуловимых глазу силуэта. Сидящие на самом краю опушки невидимка с пожилой дриадой внимательно следили за происходящим, ожидая, пока хоть одна из противниц ошибется и пропустит удар. И этот момент не заставил себя ждать.

— Стоп. На сегодня довольно, — скомандовала леди Динитра, жестом останавливая бой. Упавшая на землю Хлоя лишь досадливо вздохнула, ухватившись за поданную Аллирой руку.

— Ты сегодня молодец, быстро учишься, — похвалила девушку молодая дриада, весело сверкнув глазами. — Не так далек тот день, когда ты меня победишь.

— Спасибо, — смущенно улыбнулась зомби и, кивнув своей противнице, направилась к ожидающему её невидимке.

Прошло уже больше двух недель с тех пор, как они прибыли в лес Виридиэн и позволили леди Динитре проводить свои тесты. Как выяснилось, предписанные русалками таблетки неспроста ограничивали способности зомби, выполняя не только вредительскую, но и, как ни странно, полезную функцию. Хлоя начала меняться буквально на третий же день после прекращения приема лекарств и второго сеанса гемосорбции. В первую очередь это отразилось на её физических данных. Ранее будучи крайне неуклюжей и слабой, ныне девушка вполне стала способна постоять за себя, быстро бегать, не спотыкаясь, и могла похвастаться в разы возросшей скоростью реакции, причем, по словам пожилой дриады, это был еще не предел. Также претерпели изменения и её интеллектуальные возможности. Невидимка только диву давался от того, с какой скоростью мозг его девушки начал догонять своих сверстников. Раньше она часами не могла решить элементарные примеры, забывала материал сразу же после прочтения и с трудом выстраивала простейшие логические цепочки. Теперь же, пусть гением она и не стала, но поглощать знания принялась с пугающим рвением, что в совокупности с приобретенной за прожитые годы старательностью и усердием давало впечатляющие результаты. Увы, к бочке мёда не замедлила приложиться ложка дёгтя. Как оказалось, зомби без таблеток становились довольно неуравновешенными эмоционально, а любая вспышка гнева, боли или даже просто дискомфорта превращала их в озверевших убийц, совершенно не способных мыслить здраво и разрушающих всё на своем пути. К счастью, леди Динитра предвидела подобное, так что обошлось без фатальных жертв, а для юной разрушительницы в рекордные сроки были созданы совершенно другие таблетки, которые подавляли эту часть преображенной натуры зомби, позволяющие ей реже впадать в неистовство и при этом сохранять большую часть рассудка. Впрочем, окончательная формула чудодейственного средства еще не была утверждена, так что ребята пока не могли покинуть гостеприимную клинику.

— Поздравляю, сегодня на три минуты дольше продержалась, — улыбнулся Наги подходящей к нему девушке, подбрасывая бутылку с водой, которую та рефлекторно поймала, даже не задумываясь. Смотря, как Хлоя жадно пьет, невидимка невольно улыбнулся. Раньше такой трюк неизменно привел бы к травмам.

— Спасибо, — выдохнула зомби, благодарно улыбнувшись и присаживаясь рядом. Дриады уже скрылись в клинике, так что у них наконец появилось время побыть наедине. — Как думаешь, я смогу показать лучшие результаты или это мой предел?

— Сложно сказать, — уклончиво ответил парень, приобняв её за хрупкие плечики и мягко коснувшись губами светлой макушки. — Даже леди Динитра не знает пределов выносливости организма зомби, тем более в состоянии неистовства. Так что вполне возможно, что пределы твоих возможностей лежат за границами нашего понимания.

— Да брось, я же не монстр какой, — тихо рассмеялась Хлоя, прижимаясь к нему и шутливо пихнув локтем в бок. — Впрочем, как я читала, зомби как раз являются промежуточным звеном между разумными магическими расами и тупой нежитью, истребленной на заре времен. Это лишь теория одного исследователя, но, как по мне, вполне правдоподобная. Нас нельзя полноценно причислить ни к одному из видов, но теперь я начинаю понимать, почему русалки позволяют нам жить только в закрытых городах. Пусть Великая Война и закончилась много тысячелетий назад, воспоминания об ордах голодной нежити вряд ли когда-нибудь сотрутся из памяти жителей этого мира. И, если кто-нибудь узнает об этой теории, на нас точно начнется охота со стороны тех, кто решит перестраховаться и любой ценой не допустить проживания на планете таких, как я.

— Хм, я не слышал об этой теории. Где ты это вычитала? — слегка удивленно вскинул брови невидимка, чувствуя себя слегка уязвленным. Конечно, его безумно радовал тот факт, что теперь его девушка могла разговаривать с ним почти на равных и читала едва ли не больше, чем он, но к тому, что интересующая её литература иногда отличалась от той, которую читал он, ещё не привык.

— Леди Динитра одолжила несколько учебников по расам, разумным, животным и пограничным. Ну и по нежитеведению, — беспечно пожала плечами зомби. — Оказывается, в те времена, когда основная масса нежити была истреблена, но всё еще объявлялась иногда, существовал такой предмет, изучающий их виды, особенности и способы уничтожения. Например, стрыги, ранее довольно часто встречающийся вид нежити, были способны регенерировать не хуже оборотней и вампиров, но почему-то не переносили корня златоцвета, на который у них было что-то вроде аллергии. Так что вместо того, чтобы отрывать им голову, в учебнике рекомендуют тыкать в них заветными корешками. Я с трудом представляю подобный бой, но, должно быть, выглядело это довольно смешно.

— Так вот над чем ты вчера полночи хихикала, — тихо рассмеялся Наги, покачав головой. — Только не совсем понимаю, почему в тебе проснулась такая тяга к этим предметам. Полагаешь, нежить может вернуться?

— Нет, это вряд ли, — непривычно, совершенно по-взрослому усмехнулась девушка, устраивая голову у него на плече и любуясь висящим в небе полумесяцем луны. — Я просто решила, что хочу стать медиком, как и леди Динитра, и, возможно, смогу когда-нибудь открыть свою клинику для помощи больным и различных исследований. Ну, чтобы больше никто, как я, не страдал от приема непонятных таблеток, которые, может, в чем-то и полезные были, но при этом обладали такими побочными эффектами, что даже не знаю, что из этого хуже. А для того, чтобы стать медиком, надо знать не только химию, биологию, фармацевтику и кучу других предметов, но и, как ни странно, отлично разбираться в расах, потому что то, что поможет, допустим, мумии, гарантированно убьет гуля и наоборот. Так что я со следующего года кардинально пересмотрю свои предметы, сильно изменив расписание. А пока что буду догонять материал, который пропустила из-за собственной тупости.

— Не говори так, ты не тупая, — едва заметно нахмурился невидимка, тяжело вздохнув. — Ты же сама знаешь, что это таблетки замедляли работу твоего мозга, из-за чего ты не могла сконцентрироваться и запоминать информацию. Сейчас же всё совсем иначе.

— Да, иначе. Но это не значит, что я когда-нибудь перестану жалеть о потерянном времени, — грустно улыбнулась Хлоя и нежно поцеловала его в щёку. — Спасибо. Если бы не ты, то я бы так и осталась неуклюжей дурочкой с продолжительностью жизни в триста лет.

— Хэй, вообще-то я полюбил эту неуклюжую дурочку, и ты меня вполне устраивала и такой. Естественно, я рад, что тебе стало лучше, но всё равно не смей обижать мою любимую девушку, — рассмеялся Наги, чуть покраснев от комплимента и мысленно поблагодарив судьбу за встречу с дракончиками. Что бы они ни потребовали взамен своей помощи за это знакомство, оно определенно того стоило. Тем более что самые главные качества Хлои, такие, как доброта, мечтательность и наивность, никуда не исчезли, приятно разбавившись, например, способностью улавливать иронию.

Внезапно со стороны клиники донесся какой-то шум, и переглянувшиеся ребята поспешили узнать, что же там произошло. Как оказалось, спешили они не зря, потому как если бы они опоздали хотя бы на несколько минут, то уже не увидели бы потрясающую воображение картину. Невысокая леди Динитра сурово отчитывала подозрительно знакомого мумия, патетически воздевая руки к небу и громко вопрошая, где же его носило в те времена, когда боги раздавали мозги. Мрачный русал молча выслушивал обидную, но вполне справедливую критику, опустив взгляд и размышляя, что, наверное, все врачи мыслят одинаково. Речь пожилой дриады подозрительно напоминала лекцию, прочитанную ему доктором Робин о вреде сомнений и недопустимости промедления в подобных вопросах.

— Вот скажи мне, как вы, три здоровых лба, двое из которых души в ней не чают, ухитрились настолько запустить ситуацию? — ворчала женщина, сурово нахмурив седые брови. На свадьбе она успела немного познакомиться со всеми ребятами, да и до этого была наслышана обо всей их компании от Малеса. — Неужели в ваших пустых тыквах, которые вы почему-то по ошибке считаете головами, даже не закралось мысли о том, чтобы показать её врачу до того, как она дойдет до такого состояния? Вы же видели, что с ней что-то не так, чего яйца высиживали? Надеялись, что само пройдет?!

— Не имеет значения, чего мы ждали, — поморщился Натсуме, который уже слышал все это от знакомой докторши и совершенно не горел желанием выслушивать нотации еще раз. — Просто скажите, Вы сможете ей помочь или нет?

— Откуда мне знать? Сейчас её подготовят к осмотру, и я пойду смотреть, насколько все запущено, — недовольно вздохнула леди Динитра, наконец замечая подошедших невидимку и зомби. — Вы вовремя. Покажете этому бестолковому нарушителю границ клинику и передайте Олаху, чтобы подготовил еще одну комнату. Боюсь, что ему тоже придется тут ненадолго задержаться.

Всё еще бубня под нос о возмутительной некомпетентности и глупости некоторых личностей, пожилая дриада скрылась в клинике, вызвав у русала вздох облегчения. Насколько он понял характер этой женщины, если бы помочь Кэй было невозможно, то она бы не стала его ругать и издеваться над безутешным возлюбленным. А раз ему всё-таки пришлось все это выслушивать, значит, у вампирши есть неплохие шансы.

— Привет, что случилось? — озадаченно поинтересовался у него Наги, не будучи уверенным, что сделал правильные выводы из услышанного. Стоящая рядом Хлоя лишь неловко улыбнулась, рефлекторно схватив за руку стоящего рядом невидимку. Произошедшие с ней изменения не настолько сильно повлияли на её характер, чтобы перестать робеть перед русалом и вампиром. Эти двое, как и раньше, вызывали у впечатлительной зомби невольный страх и панику.

— Кэй заболела, — неохотно произнес Натсуме, даже не взглянув в их сторону и задумчиво изучая возвышающееся рядом здание. Разговаривать ему сейчас ни с кем не хотелось, но совсем проигнорировать ребят, которые, воз