Охотник на демонов (fb2)


Настройки текста:



Дмитрий Шелег ОХОТНИК НА ДЕМОНОВ


ПРОЛОГ

Просторное светлое помещение в обычном неприметном офисном здании, таком же, как и стоящие рядом многоэтажки, не выглядело местом, в котором могут проходить тайные встречи, однако именно здесь традиционно проводилось собрание тайного ордена Горана.

Это благозвучное название не несло смысла, что, казалось бы, был в нем заложен. Напротив, оно являлось самой обыкновенной ширмой, призванной ввести в заблуждение как новоявленных неофитов ордена, так и вполне ретивых представителей различных силовых структур страны.

Дело в том, что имя «Горан» у жителей империи непременно ассоциировалось с жившим в давние времена могучим магом, который, согласно легендам, был воплощением чести и доблести. Этот, несомненно, благородный человек считался не только обладателем выдающихся положительных качеств, но и, что немаловажно, одним из самых ретивых защитников и патриотов тогда еще Носирианского королевства. Само собой разумеется, что тайный орден, носящий имя столь прославленной личности, избрал своей главной целью процветание родной страны…

Именно на это и был сделан основной расчет. Для поддержания положительного реноме подконтрольные организации временами совершали под покровительством ордена благородные акции. Такие, как строительство детских домов, психиатрических лечебниц, лечебно-трудовых диспансеров. Казалось, орден сказывает помощь самым бедным и незащищенным слоям населения. И никто не мог предположить, какие ужасные вещи прикрываются добрыми делами.

Мужчин было четверо. Они с удобством расположились в мягких креслах с высокими спинками и массивными подлокотниками за дорогим столом красного дерева. Невольный свидетель их встречи наверняка задался бы вопросом: что заставило столь разных людей собраться вместе?

В первую очередь конечно же внимание привлекал крепкий немолодой мужчина лет шестидесяти в красивом мундире министра Носирианской империи. Его мужественное лицо и широкие плечи выдавали представителя воинской касты, а суровый и требовательный взгляд из-под густых бровей явно намекал на принадлежность к офицерскому корпусу.

После министра взгляд сам собой соскальзывал на красивого мужчину, одетого в модный и очень дорогой темно-серый костюм. Аристократическое интеллигентное лицо, ухоженные руки с явными следами аккуратного маникюра и изысканно повязанный шарф говорили, что это деятель культуры.

Третьим был неприметный мужчина среднего роста в синих джинсах и светлой водолазке с высоким воротом, закрывающим шрамы неприятного вида на шее. Казалось, он вообще не должен находиться в столь представительной компании. Слишком уж был прост, как обычный, не очень успешный простолюдин среднего достатка. Кроме платиновых механических часов его выделяли очки-хамелеоны в дорогой аккуратной оправе и черная кожаная папка, которую он держал перед собой.

Последний в этой компании — немолодой сутулый мужчина с невыразительным лицом, тонкой сеткой красных капилляров на обрюзгших щеках и явно проступающей плешью, которую не могли скрыть редкие жидкие волоски. Образ неудачливого служащего разрушали цепкие внимательные взгляды, исподлобья бросаемые им на сидящих за столом. В этот момент все его внимание было направленно на простолюдина с папкой в руках, который, подобно секретарю высшего совета ордена, доводил до присутствующих важную информацию. А может, так оно и было?

— Таким образом, подведя итоги нашей деятельности за отчетный период, стоит отметить, что в последнюю неделю предполагаемые потери превысили допустимую норму и составили семь боевых отделений. — Закончив говорить, мужчина в водолазке закрыл папку и, сделав большой глоток холодного сока из простого стеклянного стакана, стоящего на столе, откинулся на спинку кресла.

— Это что, все плохие новости на сегодня? — удивленно спросил интеллигент в дорогом костюме и слегка нахмурился. — Я предполагал, что причина внепланового совета более весомая. Вы же знаете, я не имею возможности так часто появляться в столице, это может привлечь ненужное внимание.

— Мы все понимаем, — ответил простолюдин, поправляя очки, и, помолчав некоторое время, веско добавил: — Но дело действительно очень серьезное. Получив важные сведения, я не счел уместным принимать какие-либо решения самостоятельно, хотя, признаюсь, и не сидел сложа руки.

В какой-то момент внешне безмятежные мужчины неуловимо подобрались и, не сговариваясь, принялись активировать антипрослушивающие устройства.

Присутствующие в кабинете члены высшего совета ордена знали все о защищенности данного помещения от различного вида прослушки как технического, так и магического происхождения.

Необходимые указания по оборудованию помещения начали отдавать еще во время строительства здания. Были сделаны внушительные перекрытия последнего этажа, толстые стены, более уместные в древнем замке, чем в обычном офисном здании, бронированные стекла со специальной аппаратурой, препятствующей прослушиванию разговоров в кабинете с помощью электроники, генерирующей лазерные лучи.

В целях безопасности в помещении установили несколько не синхронизированных между собой технических устройств, которые создавали помехи на всех диапазонах частот и делали бесполезной работу возможных «жучков». Против прослушки с помощью магических инструментов использовались невероятно дорогие артефакты, в определенном порядке замурованные в стенах комнаты. Одни из них препятствовали действию разведывательных заклинаний, другие сигнализировали о нахождении в помещении людей, не имеющих специального пропуска, а третьи оповещали о любых попытках применения магического воздействия в данной области пространства.

Несмотря на принятые меры, мужчины активировали личные защитные устройства и амулеты: ведь те вопросы, которые они должны обсуждать сейчас, грозили им лишением не только жизни, но и души.

— Мы потеряли отряд Сокольникова, — произнес простолюдин после того, как дополнительные меры предосторожности были приняты, а собеседники откинулись на спинки кресел и приготовились слушать. — Вы сами должны понимать, какая важная задача стояла перед ним и чем нам это грозит.

Несмотря на действие полноценной защиты и личных амулетов, говорить о некоторых вещах вслух лишний раз не хотелось. Все же специальная подготовка и долгие годы службы откладывают значительный отпечаток на личность. Некоторые действия совершаются на подсознательном уровне.

— Может быть, с этого и стоило начать? — с явно слышимыми нотками недовольства в голосе спросил интеллигент в костюме.

— Возможно, — согласился простолюдин. — Но и об обязательной программе забывать не следует, следующую встречу проведем через два месяца. Вы же этого хотели? Сократить количество совещаний до необходимого минимума.

Интеллигент недовольно поморщился, но все же кивнул. Это объяснение полностью его удовлетворило.

— Произошедшее не может быть инсценировкой? — после небольшой паузы спросил мужчина во фраке министра. Он помолчал, подбирая слова, после чего продолжил: — Не уверен, что сам смог бы справиться с его пятеркой после проведения многочисленных ритуалов усиления. Если кто-то их и устранил, то это должна быть довольно многочисленная и сильная группа. Ни о каких чрезвычайных происшествиях в Горбовичской пустоши мне не докладывали. — Он жестко ухмыльнулся. — Точнее, докладывали, но о том, что я и так знал. Поэтому считаю, что Сокольников сам решил разорвать контракт. Вы ведь понимаете, что́ именно стояло на кону и чем это может грозить участникам операции.

Простолюдин отрицательно покачал головой:

— Было бы и спокойней, и легче, если бы дело обстояло именно так, но, к сожалению, Сокольников и его группа мертвы, это точно.

— Как это произошло? — уточнил интеллигент.

— Одна из групп получила сигнал о помощи и двинулась на выручку. Однако, когда они прибыли, группа Сокольникова уже была уничтожена. Следов напавшие почти не оставили, что говорит о сильном и немногочисленном противнике, которого, кстати, застигнуть так и не удалось.

— Два магистра, ветеран, боевир и витязь, — задумчиво протянул министр. — И все — после ритуалов усиления. Кто же смог с ними справиться? Тем более — небольшим отрядом?

— Может быть, нас в очередной раз предали демоны? — заметил интеллигент в дорогом костюме. — Ведь срок заключенного соглашения близится к концу, и не удивительно, что в какой-то момент они решили не делиться частью добычи. Коварство у демонов в крови.

— К сожалению, дело еще хуже, чем вам кажется, — покачал головой секретарь. — Увы, но наги были обнаружены там же.

— Демонов зад! — позволил себе выругаться министр. — И камни, конечно, тоже пропали? Ведь так?

Вопрос по своей сути был риторическим, поэтому в ответе не нуждался.

Вместо этого простолюдин продолжил:

— Плохие новости, к сожалению, на этом не закончились.

— Только не говори, что кого-то из отряда взяли живым! — тут же произнес министр.

— Взяли, — ответил мужчина. — Одного из магистров. Его истерзанное мертвое тело со следами жестоких пыток и полноценным камнем души за пазухой было подброшено к главному входу полицейского управления Моршанска.

Присутствующие с трудом сдержали рвущиеся наружу эмоции, и секретарь продолжил:

— К мертвому телу была прикреплена записка с очень интересными сведениями. От разоблачения нас в очередной раз спас один из «спящих» агентов, действующий в рамках программы «Осведомитель».

— Что было в письме? — спросил министр.

— Информация об ордене, боевых отрядах, работающих в пределах Моршанска, караванах с рабами, камнях души и боли, о соглашении с демонами. Еще там были предположения, кто за всем этим стоит. Нам очень повезло, что письмо удалось перехватить.

— A с камнем что? — уточнил интеллигент.

— Пока он находится в полиции. Но, судя по тому, какую оборону там держат, сейчас извлечь его не представляется возможным. Сами понимаете…

— План «Аноним» отработан? — тихо уточнил молчавший до этого клерк, и все тут же замолчали. Этот мужчина ценил свое слово и очень редко что-то говорил.

— Да, — ответил секретарь. — В тот же день отработали.

— Это хорошо, — задумчиво пожевал губами клерк. — Не зря мы платим огромные деньги Лиге убийц. Что слышно от жандармов и церковников?

— От них пока никакой интересной информации не поступало. Шевеление, конечно, есть, но не более — все же обнаружен настоящий камень души, да и в пустошах происходят непонятные вещи. Работают в штатном режиме.

— В таком случае необходимо установить за ними аккуратное наблюдение, — жестко произнес клерк. — Если пока не было замечено никаких активных действий, вероятнее всего, письма с информацией к ним еще не поступали. Скоро наш неизвестный противник поймет, что в полиции о его письме ничего не знают. И, вероятнее всего, попробует повторить попытку привлечь внимание к проблеме с помощью жандармов и церковников. Это шанс познакомиться с ним поближе. Не мне учить вас оперативной работе, сами разберетесь, что и как делать.

— А почему вы не учитываете, что на отряд Сокольникова изначально могли выйти жандармы или военные? Или другие силовики? — уточнил интеллигент. — Они в тот момент просто заполонили пустошь.

— В таком случае им бы не понадобилось устраивать представление с подброшенным к департаменту полиции телом, — ответил простолюдин. — Они бы просто начали работать.

— Возможно, вы и правы, — задумчиво ответил мужчина в костюме. — Но это могла быть и обычная провокация, чтобы ввести нас в заблуждение и заставить считать, что ситуация под контролем.

— Слишком сложная схема даже для жандармов, — произнес министр. — Они бы просто не смогли реализовать задуманное. К тому же вы должны понимать, что Департамент жандармерии — это государственная структура с жесткой иерархией и отработанными комплексами действий на все случаи жизни. Все их акции так или иначе должны сопровождаться заполнением соответствующих документов, которые для знающего человека станут явным сигналом о спецмероприятиях. Как я понял, никаких сообщений о проведении ими работ не было.

— Все верно, — кивнул секретарь. — Обратной связи нет, поэтому можем смело предположить, что нашими противниками являются частные лица.

— Сворачиваем основную фазу операции, — окинув всех хмурым взглядом, произнес клерк, после того как в кабинете установилась тишина.

— Может, все-таки продолжим? — уточнил интеллигент. — Нам осталось получить всего пять свежих камней. Если свернем операцию сейчас, то в следующий раз их понадобится уже около двадцати.

— Мы ждали очень долго, подождем и еще, — не терпящим возражений голосом произнес клерк. — Не хочется лишний раз рисковать попусту.

— А что с людьми? — уточнил мужчина с папкой.

— Людей пока перекиньте на другие объекты, оставьте только несколько групп, чтобы следили за обстановкой.

— Кстати, — задумчиво произнес министр, — а почему наш неведомый противник не оставил пленного в живых, все же важный свидетель — это очень ценная добыча! За такого можно много чего получить!

— Ценный свидетель, он может пролить свет на человека, который его пленил… — заметил мужчина в водолазке.

— Вот именно, — согласился клерк. — Неизвестный поступил очень осмотрительно, решив сохранить инкогнито. В противном случае он уже был бы мертв.

ГЛАВА 1

На улице было пасмурно. С самого утра шел мелкий осенний дождь, а промозглый ветер носил по воздуху стайки опавших желтых, красных и коричневых листьев. Я непроизвольно поежился, радуясь, что в данный момент нахожусь в теплой отапливаемой аудитории имперской школы, а не брожу вместе с Феофаном по пустошам.

Закончив первым писать довольно легкую контрольную по математике, я некоторое время искал, чем же себя занять. Для начала посмотрел в окно и полюбовался природой, но это занятие быстро наскучило. Потом мой рассеянный взгляд заскользил по аудитории и задержался на круглых настенных часах. До конца урока оставалось еще около двадцати минут.

Я в который раз удивился превратностям судьбы, отправившей меня учиться в школе во второй раз…

А все из-за того, что в один не очень прекрасный день я умер. Просто-напросто замерз насмерть среди арктической пустыни своего мира.

Не исчезнуть окончательно мне помог невероятно старый маг — глава княжеского рода Морозовых, которому необходимо было продолжить свою династию, вселив в тело погибшего десятилетнего наследника чью-то душу. Везунчиком, вытянувшим счастливый билет, оказался я, а князь, завершив проведение запретного ритуала, погиб.

Слуга рода Морозовых, тщательно заметая следы и улики, подтверждающие воскрешение наследника, вывез меня из поместья. Ведь оказалось, что убийцей мальчишки был его собственный отец, не перенесший новости о магической бесталанности сына.

События привели нас в один из городов-форпостов, который обеспечивал защиту границ империи от набегов демонов, проживающих на особых территориях этого мира.

«Прелесть» нового опасного места жительства заключалась в том, что родственники, проводя ритуал поиска, не должны были узнать, что я жив.

Слуга, оказавшийся великолепным бойцом, посчитал, что, даже не имея магического таланта, я могу стать весьма опасным противником, если пойду по пути воина…

Особого выбора у меня не было, поэтому вскоре я столкнулся в бою с первым демоном. Я убил очень много демонов, но однажды нам с наставником попались слишком сильные противники.

После схватки с демоном-нагом я приобрел огромный, плохо заживляемый зельями синяк, а еще некоторые проблемы с одноклассниками…

Я тяжело вздохнул, проклиная слишком уж легкую контрольную, и через некоторое время осознал, что уже довольно долго рассматриваю напряженную спину Семена Родникова. Того самого мальчишки, который в первый учебный день года воспылал ко мне явной нелюбовью. Задумавшись об этом, я ненароком перенесся на некоторое время назад, вспоминая свое ужасное пробуждение после встречи со змееподобными демонами…

Вероятнее всего, в себя я пришел благодаря дикой боли, раздирающей черепную коробку и пытающейся взорвать мозг. Неоднократные попытки открыть глаза ни к чему не привели. Как оказалось, осуществить задуманное не позволяла огромная гематома, занимающая верхнюю часть лица.

Темнота, в которой я оказался, плавно покачивалась из стороны в сторону. Создавалось ощущение, что я нахожусь на корабле или, в крайнем случае, путешествую на носилках.

«Блин, почему так сильно укачивает? — подумал, ощутив тошноту. — Может, наставник действительно оставил нескольких противников в живых и заставил соорудить носилки и на них бережно нести меня к таможенному посту? Или это мое не отошедшее от удара нага воспаленное сознание пребывает в мире грез?»

Мои размышления прервал поднявшийся из желудка тугой ком. Я рефлекторно повернулся набок, чтобы как минимум не запачкать самого себя.

— Тазик! Тазик! — услышал я знакомый женский голос, и мне своевременно подсунули необходимую пластмассовую тару.

Неприятную процедуру я закончил довольно быстро и тут же откинулся на спину, пытаясь перевести дыхание и хотя бы немного восстановить силы.

«Раз уж рядом со мной сидит Марыся, то я однозначно дома, — заключил с некоторым сожалением, ведь это говорило о том, что ощущение покачивания вызвано сильным сотрясением мозга. — Да, нехило тот наг меня приложил, я даже не заметил, как он нанес удар. Хотя сам еще недавно считал, что стал довольно сильным противником».

— Давай-ка выпьем травяного настойчика, тебе сразу легче станет! — услышал я голос хозяйки и, открыв рот, старательно выпил подсунутую мне чашку с приятно пахнущей жидкостью.

Пульсирующая боль в гематоме стала понемногу утихать, а головокружение, которое я изначально принял за покачивание палубы, значительно уменьшилось.

«Как же хорошо!» — расслабленно подумал, когда боль немного утихла.

— Сейчас мы еще смажем эту страшную рану целебной мазью, — продолжала бормотать женщина. — И все пройдет.

Она почему-то тяжело вздохнула, после чего послышался звук откручивающейся крышки.

— Спасибо! — едва слышно поблагодарил я Марысю и, почувствовав сильную острую боль, причиняемую ее, казалось бы, легкими прикосновениями, отключился.

По уже сложившейся в этом мире традиции повторное пробуждение после получения опасных ранений было намного более приятным. Головная боль стала намного слабее, тошнота и головокружение почти прошли, а глаза благодаря значительно уменьшившейся гематоме увидели свет.

— Ну, как ты себя чувствуешь, Иванушка? — с беспокойством спросила сидящая в кресле возле кровати женщина, внимательно всматриваясь в мое лицо.

— Первый раз, признаюсь, было очень плохо, но сейчас уже терпимо, ваши травки делают просто чудо, — произнес я в надежде, что эти слова хоть немного отвлекут женщину, и она перестанет смотреть на меня с такой выразительной жалостью.

— Верно говоришь, — согласилась Марыся, чуть успокоившись. — Мои зелья чудо как хороши. — Она тут же взялась за стоящую на столе чашку и протянула мне. — На вот, выпей еще.

— Феофан тут? — спросил я, опустошив емкость с очередной приятной на вкус настойкой.

Признаюсь, мне не терпелось узнать, что произошло в пустоши после того, как я столь быстро отключился.

— Уехал твой Феофан! — услыхав имя наставника, тут же разозлилась женщина. — Ирод! Знает же, что пустоши не место для прогулок, а все равно тебя туда тянет! Совести у него нет!

— Так надо, — несколько растерянно отозвался я на столь бурное негодование. — Это просто часть обучения.

— Ну конечно! Часть обучения! — недовольно пробурчала пожилая женщина. — Мужики! Вам бы только калечиться! О других и не думаете совсем! Сиди с вами потом! Отпаивай и выхаживай! Ты-то еще мальчишка, молоко на губах не обсохло, а все туда же! Будешь в моем возрасте, так каждая полученная ранка напомнит о себе неприятной болью! Вот увидишь!

Дав Марысе возможность выплеснуть накопившееся негодование, я произнес:

— Просто иногда обстоятельства складываются таким образом, что мы не можем поступить по-другому.

— Это какие такие у тебя обстоятельства? — издевательски фыркнув, произнесла женщина. — Дать обидевшему тебя старшекласснику по голове? Или, может, показать удаль перед девчонками?

Мои причины были намного более серьезными, но говорить о них я не мог, поэтому на вопрос не ответил, лишь произнес:

— Да чего вы так волнуетесь?! Все же хорошо закончилось. Я вроде как жив.

— Вот именно! Вроде как жив! — передразнила меня Марыся. — А видел ли ты, в какого красавца превратился? Может, хочешь узнать, как сейчас выглядит твое лицо?

Не дожидаясь ответа, она взяла в руки довольно большое зеркало и поставила его передо мной.

— М-да… краше в гроб кладут, — был вынужден признать я, разглядывая неприятного вида гематому и расходящийся по всему лицу в разные стороны огромный синяк.

— Вот! А я тебе о чем говорю! — победно подняв палец вверх, произнесла женщина. — Хорошо еще, что Феофан домой вовремя вернулся! Я тебе хоть нос правильно вправила, а то бы стал уродом, и ни одна девица не посмотрела бы в твою сторону.

— Спасибо! — искренне поблагодарил я и, размышляя, как с таким лицом пойду в школу, добавил: — Но вынужден заметить, что настоящий мужчина должен быть немного красивее обезьяны.

— Ну-ну! — хмыкнула Марыся. — Только вот на симпатичную мордашку девицы в первую очередь смотрят.

— Но и на другие немаловажные достоинства тоже, — заметил я, задумавшись. — Например, на социальный статус, имеющиеся в свободном доступе блага, самореализацию в жизни, недвижимость. При наличии всего вышеперечисленного внешность перестает занимать главенствующее место.

Марыся хотела что-то ответить, отстоять свое мнение, но у меня не было желания продолжать эту бессмысленную и неактуальную в данный момент тему, поэтому я ее нагло перебил, не дав вставить ни единого слова:

— В любом случае большое вам спасибо, что приглядываете за мной. Вы были целителем?

Этот вопрос женщине явно понравился, и она с удовольствием переключилась на него, хотя изначально планировала прервать зарвавшегося мальчишку.

— Младшим, — подтвердила женщина. — Младшим целителем. Теперь вот знахарствую понемногу в меру своих скромных сил, которых только и хватает, что на зелья и эликсиры собственного приготовления.

Она как-то пригорюнилась, видимо, действительно очень любила свое дело.

— А я почему-то думал, что вы всю жизнь хозяйством занимались, — признался ей.

— На хозяйстве много не заработаешь, — хмыкнула Марыся, отмахнувшись. — Это больше похоже на занятия по интересам.

— Но у вас же вроде очень хорошо получается, — заметил я. — Это все в округе знают.

— Ох и льстишь ты мне, — хитро прищурившись, произнесла хозяйка. — Хоть и правду говоришь, так что даже не подкопаешься.

Пережевывая нежнейшее куриное мясо из только что приготовленного Марысей бульона, я благодарил судьбу за то, что удар демона пришелся именно в лоб, а не ниже. Ведь в таком случае выбитые зубы точно не восстановились бы к началу учебного года.

Выпив несколько заготовленных женщиной настоек, я позволил ей смазать лицо лечебной мазью и незаметно уснул. А когда проснулся, вместо привычной хозяйки съемного дома увидел лицо мрачного Феофана.

— Чего такой хмурый? — спросил наставника, поднимаясь с кровати и направляясь к лежащему на столе зеркалу.

На месте удара еще виднелась небольшая подсохшая корка запекшейся крови, но пугавшая меня своими размерами гематома почти сошла на нет. Она оставила после себя лишь небольшие вздутия в районе глаз и пугающий размерами насыщенный разноцветный синяк, занимающий как минимум две трети лица.

— Да вот, много неприятных вещей узнал, — дождавшись, когда я вдоволь налюбуюсь своей физиономией, ответил Феофан.

— В таком случае рассказывай! — Я вернулся в кровать и, устроившись поуютнее, принялся слушать.

Мне было очень интересно узнать, что же произошло после того, как я отключился.

— В общем, — заговорил наставник, — закончив с демонопоклонниками и оставив при этом несколько живых языков, я быстро разобрался с твоими нагами и, завершив их первичный осмотр, обнаружил несколько камней души и боли. О них расскажу чуть позже. Твое состояние было откровенно паршивым. Травма оказалась страшной, благо наг не собирался убивать. Поэтому мне пришлось в спешном порядке заметать следы и на всех парах нестись к таможенному посту.

Представив себя на ритуальном алтаре демонов при возможной неудаче Феофана, я поморщился. Мне точно не хотелось знать, насколько хорошо работает воображение этих тварей во время пыток. Хотя для личного развития надо бы прошерстить сайты инфосети.

— А что с пленными? — решил уточнить, отложив на время вопрос об интересной находке наставника.

— С ними все очень интересно, — как-то устало почесал затылок учитель. — Один из них вовремя пришел в себя и решил самостоятельно умереть, раздавив капсулу с ядом, спрятанную в зубе. А вот второму я погибнуть подобным образом не дал. — Хищная ухмылка внезапно появилась на лице Феофана и тут же исчезла. — Он рассказал мне очень много любопытных вещей…

— Твари! — не смог сдержаться я после окончания его длинного, пробирающего до мурашек рассказа и в который уже раз за вечер повторил: — Не понимаю, как они могли таскать людей на съеденье демонам?!

— Чужие мучения и последующая гибель конвертировались для них в материальные блага. Подобных людей, к сожалению, достаточно много, и порой они ради удовлетворения своих потребностей готовы на различные гнусности.

— Все понимаю, — покачал я головой. — Люди на многое готовы пойти ради своих целей, но отдавать кого-то на пытки?! Нет, это уже за гранью!

Не знаю почему, но меня до глубины души тронули проблемы незнакомых людей. Я представил ту беспомощность, которую они ощущали на алтаре, и со злостью сжал кулаки. Холод во мне успокаивающе прошелся по телу, гася чрезмерно яркие эмоции.

— Эти ублюдки недостойны жизни! — все же произнес я.

— Да, — кивнул наставник. — Я с тобой полностью согласен, поэтому надеюсь, что ты с пониманием отнесешься к моим частым отлучкам. Хочу попробовать разобраться в этой ситуации.

— Хорошо, — согласился я. — Только надо будет найти какого-нибудь водителя. Не думаю, что правильно ездить в имперскую школу на общественном транспорте.

— Я рассчитывал на твое согласие, поэтому уже подумал об этом, — признался Феофан. — И даже нашел кое-кого на пробу.

— В таком случае думаю, что смогу прожить без тебя некоторое время, — хмыкнул я и заметил: — Надеюсь, ты не будешь скрывать от меня ход расследования и покажешь, как выгладят камни души и боли?

— А не хочешь, чтобы я про них хоть что-нибудь рассказал? — хмыкнул наставник.

— Было бы неплохо, — согласился отстраненно. Перед глазами стояли замученные на алтаре люди.

Камни боли представляли собой обычные темно-бордовые рубины размером с грецкий орех.

Попытка дотронуться до одного из них пальцем привела к острой боли, прострелившей голову.

— Почему ты не сказал об этом эффекте! — возмутился я, повернувшись к Феофану.

— Потому что это лучше один раз почувствовать, чем несколько раз услышать, — хмыкнул он.

Видимо, наставник так никогда и не изменится.

— И сколько людей надо замучить, чтобы получить такой эффект? — решил уточнить у него.

— Не знаю, — задумчиво покачал головой учитель, что-то прикидывая. — Думаю, не меньше тысячи.

Я мысленно выругался.

«Столько загубленных жизней — и ради чего?!»

— А что с камнями души? — все же выдавил из себя, готовясь услышать еще более неприятные подробности.

— Про них вообще ничего не знаю, — честно признался Феофан. — Так что даже не берусь предполагать, могу только прикинуть, что надо замучить в несколько раз больше людей.

Закончив говорить, мужчина закрыл расписанную магическими рунами деревянную шкатулку и открыл следующую.

— Он хоть не выпьет мою душу? — на всякий случай уточнил я. — или у него есть какие-то другие свойства?

— Не выпьет, — покачал головой наставник. — Но неприятный эффект у камня души есть.

Приблизившись к открытой шкатулке, я увидел невероятно красивый алмаз, внутри которого ярко поблескивали тысячи разноцветных искорок.

— Даже не верится, что для создания такого чуда понадобилось столько страданий, — произнес я задумчиво. И в этот момент мое сердце сковали тысячи невидимых игл, тоска наполнила душу, вспомнилась оставшаяся на Земле семья…

Шкатулка закрылась, и навеянное камнем души состояние начало отступать, оставив после себя крайне неприятные воспоминания.

— Жуткая вещь, — сделав несколько шагов назад, произнес я.


Время до начала учебного года пролетело как одно мимолетное мгновение. Да и оставалось его немного. Несмотря на старания Марыси и использование большого количества лечебных зелий и мазей, рана от оружия демона заживала очень неохотно и все же оставила после себя легкие, едва видимые отметины на лице, с которыми я и отправился в школу.

Наставник в это время целыми днями ездил по делам и почти не появлялся дома. Пользуясь этим обстоятельством, я скрасил процесс выздоровления обильным изучением сайтов инфосети, в том числе узнал, как демоны проводят свои ритуалы.

Я отчетливо помнил о том, что́ именно в порыве чувств сказал Феофан отряду охотников, и теперь точно знал, что он относился к тем людям, которым удалось выжить после пыток на алтаре.

Еще больше меня удивили невероятно познавательные видео в сети, которые наглядно демонстрировали, что именно демоны делают со своими жертвами. После подобных откровений я начал с пониманием относиться к некоторым «закидонам» наставника и перестал удивляться легким приступам сумасшествия, которые иногда проскальзывали в его поведении.

На самом деле я совершенно не представлял, как он после подобного может не только двигаться, но и сражаться, тем более на таком высоком уровне…

Первый учебный день в школе был для меня довольно ярким и познавательным, и именно он помог понять, как я буду вести себя дальше. Конечно же, как всегда, все началось с конфликта…

— Что-то я не помню ваших фамилий в «Бархатной книге», особенно твоей, слабак, — обратился ко мне наглый мальчишка.

Перед тем как пойти в школу, я дал себе установку не ввязываться в местную мышиную возню, то есть в детские конфликты и разборки. Ведь я справедливо считал себя намного сильнее школьной ребятни, что как минимум давало мне возможность не стараться войти в круг местных заводил и обрести некоторую независимость от общественного мнения.

А в идеале я конечно же вообще не собирался ни с кем конфликтовать, да в принципе и общаться. Хотел стать этаким интровертом, который держится на удалении от всех и больше заинтересован в своем внутреннем мире, чем во внешнем.

Однако сейчас, сидя в классе и ловя заинтересованные взгляды одноклассников, я отчетливо понимал, что мои мысли были чересчур наивными. Если имеешь дело с активными школьниками, никакой «скорлупы» не хватит.

Да и, как показывала практика общения с высокомерными людьми, меня не на шутку задевали их попытки поставить себя выше меня.

Холодная ярость ударила в голову. Появилось отчетливое желание хорошенько проучить зарвавшегося обидчика. Лед в моем внутреннем мире требовал достойного ответа.

Однако постоянные занятия не прошли зря, мои воля и дух были хорошо натренированы, поэтому мне удалось обуздать внезапные желания.

Холод начал распространиться по всему телу, напитывая его энергией. Я встал.

Некоторое время молча разглядывал мальчишку, посмевшего неуважительно ко мне отнестись.

— В приличном обществе, прежде чем начать общение с незнакомым человеком, принято представляться. — Мои слова, наполненные холодом, буквально заморозили детей, которые не ожидали услышать подобное из уст сверстника.

Мальчишка, как и все, опешил от моего тона, но через несколько мгновений привычные наглость и гордыня вернулись к нему.

— А ты кто такой, чтобы я тебе представлялся? И почему сам, в свою очередь, не представишься? А? — манерно растягивая слова, протянул он.

На моем лице появилось снисходительное выражение.

— Я вижу, что, вместо того чтобы обучаться в элитной школе, вы предпочитаете доказывать окружающим свое мнимое превосходство.

Мальчишка попытался что-то ответить, но я не дал ему такой возможности и продолжил:

— Необходимые сведения в подробностях изложены в учебнике «Этикет. Курс второй». Специально для вас напомню. Так как меня классу представил преподаватель, мне это делать не нужно. Так что меня вы знаете, а вот я вас нет, поэтому хотелось бы полюбопытствовать, с кем имею честь.

Последнее слово я произнес с явной долей иронии, ясно показывая, что это совсем не то, что я хочу сказать.

— Видно, тебя давно не пороли! — с угрозой в голосе произнес мальчишка.

Если бы не холод, я, скорее всего, рассмеялся бы ему в лицо.

— Пороли? — переспросил и добавил: — У вас какие-то нездоровые наклонности, молодой человек. Порка как наказание была отменена лет сто назад. В современном мире есть куда более практичные способы показать свое неудовольствие кому бы то ни было.

Послышались тихие смешки. Большинство детей уже были довольно взрослыми, и им понравилась шутка про нездоровые наклонности, а вот мой собеседник некоторое время явно не понимал, что к чему.

— Ты ответишь за свои слова! — прищурившись, пообещал он.

— Я за них всегда отвечаю, — добавив в голос побольше холода, чтобы ощутили все присутствующие, произнес я. — Но напомню, что мне все еще не известно, с кем имею честь разговаривать.

— Мое имя Семен Родников! — гордо выпятив грудь, произнес мальчишка. — Знаешь мой род?

«Родниковы — это виконты, — вспомнил я. — Довольно молодая семья. Про нее в „Бархатной книге“ всего-то две или три строчки. Появились в прошлом веке, а гонору-то, блин, выше крыши!»

— Нет, — ответил я Семену. — На последние страницы книги пока не заглядывал.

Послышались явные смешки.

— Что-то ты слишком много на себя берешь! — сказал мальчишка, сжимая кулаки.

— Не больше, чем вы, когда ведете себя столь невоспитанно, — заметил в ответ.

— Это не светский раут, — вмешался в разговор один из подпевал Родникова. — Разговаривай нормально.

Я промолчал, не считая нужным что-то отвечать, лишь снисходительно посмотрел на говорившего.

— Представление окончено, — неожиданно сказала симпатичная красноволосая девочка, привлекая к себе внимание класса. — Как все могли заметить, в этом году в класс пришли сильные новички, что не может нас не радовать: «Б» класс в этом году прилично усилился.

В младшей и средних школах детям не разрешалось пользоваться косметикой, поэтому я сделал вывод, что красный — естественный цвет ее волос.

Кстати, школьная форма слабой половины учащихся состояла из симпатичной клетчатой юбки по колено, строгой белой блузки, высоких гольфов такого же цвета и бордового пиджачка.

— Сильные?! — презрительно осмотрел меня Семен. — С такими синяками? Да он же в первый день огребет от ашников.

— Отпор он им дать в состоянии, — не терпящим возражений тоном ответила девочка. — Так что можем считать, что проверку он прошел.

— Вот именно, будем считать, что прошел, — высокомерно произнес Семен. — Но он мне все равно не нравится.

— Меня зовут Ксения Огнева, — представилась девочка, проигнорировав слова Семена. — Я староста класса. Прошу простить за столь грубую проверку, но нам хотелось бы, чтобы вы сразу поняли, куда попали. Это не просто обычная, ничем не примечательная школа, это место настоящих боевых действий, будьте готовы к постоянному соперничеству и тому, что вас попробуют избить или унизить.

— В школе? — уточнил я. — Избить и унизить?

— Именно, — серьезно кивнув, подтвердила девочка.

— А как же камеры? — уточнил один из новичков. — И учителя? В моей предыдущей школе подобное не поощрялось. И с нарушителями всегда разбирались очень строго.

— Это имперская школа, — напомнила Ксения, приподняв бровь. — Какие еще камеры? А учителя конечно же вмешаются, но для этого они должны быть в пределах видимости. В нашей школе они очень редко успевают к началу или середине безобразий. Обычно подходят ближе к концу.

«Это похоже на неудачный розыгрыш, — нахмурился я. — Дети всегда склонны к преувеличению, вероятно, они и сейчас просто гиперболизируют школьные проблемы, переведя их в разряд нерешаемых. Считают, что нет ничего страшнее двойки по математике, разбитого стекла или строгого учителя. Однако стоит им немного повзрослеть, и, столкнувшись с реальными сложностями, они осознают, насколько мелки их школьные проблемы».

Несмотря на то что сегодня был всего лишь первый день учебы, который вроде бы предполагал легкие вводные занятия и отсутствие серьезной нагрузки, прошел он довольно насыщенно.

В первой половине дня мы познакомились с учителями, которые будут вести у нас предметы. В местной начальной школе, как и на Земле, все дисциплины четыре года обучения преподаст один учитель, в средней же каждый предмет ведет специалист в своей области, ведь предметы, как правило, становятся сложнее и сложнее. Именно благодаря этому знакомства были интересны не только новичкам, но и остальным ученикам.

Обнаружилось несколько непривычных для меня обстоятельств.

К примеру, я удивился тому, что физическую подготовку будет вести не один, а сразу три преподавателя. Зачем столько? Класс же не особо большой?

Еще одним удивительным моментом, только уже из другой плоскости, стал неизвестный мне ранее предмет «Слово Божье», а также преподаватель, который должен его вести. Им оказался престарелый сухонький, немного лысоватый священнослужитель с добрыми глазами.

Он рассказал нам несколько забавных историй из священных книг и показал, что представляет собой сила церковников. Именно это меня и поразило.

Не используя магическую энергию (это я ощущал очень четко), ему удалось зажечь в своей руке огонь. Из его слов следовало, что сила священнослужителей основывается на вере в Спасителя. Именно поэтому данный вид способностей назывался «магией веры».

Признаюсь, я был действительно поражен, и предмет меня искренне заинтересовал. Одно дело читать об Аватаре Спасителя и понимать, что где-то в этом мире есть Бог, и другое дело — видеть этому живое подтверждение. В общем, меня очень заинтересовало это направление, ведь оно может помочь одному нормалу, идущему по пути воина, стать магом? Стоит об этом хорошенько подумать…

Ученики имперской школы обедали в большой, торжественно украшенной столовой, где у каждого имелось свое персональное место. Столы, рассчитанные на четырех человек, были сервированы приборами и имели аккуратные таблички с фамилиями и именами.

Найдя свое место, я присел за стол и оказался в компании двух девочек и одного мальчишки.

Мои новые соседи с некоторой неловкостью и интересом смотрели на меня, гадая, как же начать разговор. Я решил им помочь и заговорил первым, однако для того, чтобы не сказать ничего лишнего, решил действовать согласно этикету. Ведь, как мне кажется, именно для этого он и нужен. Чтобы пользоваться правилами тогда, когда не знаешь, как себя вести.

— Господин, уважаемые дамы! — произнес я с легкой полуулыбкой. — Мы не были представлены друг другу, как положено, поэтому, надеюсь, вы окажете мне честь и назовете ваши имена?

— Почту за честь, — также традиционно, как и я до этого, произнес мальчишка. — Владимир Исчезов.

— Надежда Зорина, — мило представилась одна из девочек с благожелательной улыбкой.

— Дарья Русалова, — более холодно произнесла вторая, завершая процесс знакомства.

— Для меня честь познакомиться с вами, — чуть более теплым тоном ответил я. — Иван Мороз.

— Надеюсь, теперь, — произнесла Надежда, улыбнувшись, — мы можем перейти на менее официальный язык?

— Потому как нам подобного и дома хватает, — закончила Дарья.

— Как вам будет удобно, — обозначив легкую улыбку, ответил я и, так как за другими столами уже вовсю ели, добавил: — Приятного аппетита.

По моему скромному мнению, обед был великолепен. Легкий куриный бульон, салат из свежих овощей, паста с вкуснейшим соусом, а на десерт йогурт и сок.

— Так откуда, ты говоришь, у тебя столь характерное украшение на лице? — как бы между делом спросила Надежда, когда мы перешли к йогурту.

«Несмотря на воспитание, они всего лишь дети», — сокрушенно подумал я, размышляя над тем, что именно им ответить. Не скажу, что не ожидал этого вопроса, но почему-то думал, что он последует несколько позже. К сожалению, вся проблема заключалась в том, что я не мог сказать им правду.

Ведь как это будет выглядеть со стороны? В класс приходит новенький с синяками на лице и тут же начинает рассказывать, что отметины получил в схватке с демонами. Похоже на правду? Даже несмотря на то что в этом мире есть демоны, ответ однозначный — нет. Все подумают, что таким образом я пытаюсь поднять свой авторитет в новом коллективе. Нужна мне такая репутация? Однозначно не нужна. И пусть в дальнейшем все встанет на свои места, но небольшой осадок, как говорится, останется. Да и школьные хулиганы в этом случае захотят проверить мои силы, а это еще один существенный минус. Так что правду говорить точно нельзя. Придется многозначительно молчать или недоговаривать. Я выбрал второе.

— Вы мне точно не поверите, — с любопытством обведя смотрящих на меня одноклассников внимательным взглядом, произнес я.

— Ну почему же? — не согласилась Дарья. — Просто нужно быть убедительным.

— Да, — согласился с ней Владимир. — Говори как есть, да и все.

— Это несчастный случай, — пожав плечами, сказал я и пояснил: — Пропустил сильный удар в голову.

— А как же зелье восстановления или мазь? — едко уточнила Надежда. — Ими уже запрещено пользоваться?

— Я ими воспользовался, — добавив в голос холода, заверил ее.

— Это что же у тебя должно было быть с лицом, — недоверчиво протянул мальчишка, — если зелья до сих пор не помогли?

— Я же сказал, что не поверите, — пожал я плечами, не желая ничего никому доказывать.

После обеда классный руководитель все же решила провести урок-знакомство. Все ученики сели в круг и поочередно рассказывали о себе и своих увлечениях.

По моему скромному мнению, такой урок необходимо было проводить первым, а не последним, но кто я такой, чтобы критиковать учителя имперской школы?

Со всем возможным вниманием я запоминал имена и фамилии учеников, их хобби и другие интересные вещи. Например, по реакциям детей пытался догадаться, кто что из себя представляет, к какой компании относится и насколько честен перед классом. Это, признаюсь, было довольно увлекательно.

Когда же очередь дошла до меня, я повторно представился и рассказал, что интересуюсь демонами и воинскими искусствами, а больше никаких увлечений у меня нет. Этого вполне хватило, чтобы от меня отстали, и очередь перешла к следующему ученику.

Когда уроки закончились, я собрал свои вещи и отправился на стоянку.

Феофан еще не приехал. Поэтому я решил подождать его в уютном скверике возле школы. Там стояли аккуратные лавочки, и было приятно просто посидеть в теньке в спокойной обстановке, провожая последние теплые деньки.

Я настолько задумался о первом школьном дне, что не обратил внимания на небольшую компанию мальчишек, идущих от школы, пока они не подошли вплотную ко мне.

— Это кто тут у нас? — заинтересованно спросил один из них, и весело переговаривающаяся компания, тут же сбавив шаг, посмотрела в мою сторону.

— Эй, это же ты новичок из пятого «Б»? — произнес тот же голос.

— Он самый, — не считая нужным это скрывать, произнес я, поднимаясь, и внимательно осмотрел компанию. Ребят было четверо.

— И правда, меченый, — усмехнулся долговязый худой мальчишка с кучерявыми волосами, после чего спросил: — Ты знаешь о взаимоотношениях между нашими классами?

— Не имею ни малейшего понятия, — скучающим голосом произнес я, хотя из перепалки старосты и Родникова понял, что с ребятами из «А» класса мы немного соперничаем.

— Мы с пятого «А», — подтвердил мои мысли заметивший меня первым мальчишка. Он был низким, щуплым и, судя по бегающим глазкам, самым хитрым из них. — У нас, скажем так, война, — продолжил он. — Поэтому в целях поддержания собственного статуса мы просто обязаны поставить тебе несколько синяков. Не рыпайся, и все закончится быстро. Тебе — тумаки, нам — хорошее настроение.

— И это рядом со школой? — несколько удивился я. — Не боитесь никаких репрессивных мер со стороны администрации?

— С чего это? — наигранно удивился один из парней. — Мы вообще-то школе деньги платим, так что трогать нас не будут, только для вида. И к тому же то, что происходит за пределами школы, наши с тобой личные дела, они никакого отношения к администрации не имеют.

«Врет», — понял я, когда взгляд мальчишки на мгновение вильнул вверх и в сторону.

— А проблем со стороны моих родных не боитесь? — уточнил спокойно.

Мальчишки осмотрели меня внимательнее.

— Ты не боярич, — заявил один из них, — так что никто влиятельный за тобой не стоит.

— Должности тоже бывают разные, — многозначительно произнес я. — Странно, что вы это не учитываете.

— На одни должности есть другие, более высокие должности, — хмыкнул высокий.

— То есть, — решил уточнить у ребят, — вы считаете, что, если затеете драку, вам за это ничего не будет?

— Конечно, — ответил мелкий и добавил: — К тому же ябед у нас не любят не только чужие, но и свои.

По моему телу уже давно циркулировала духовная энергия, поэтому я легко вывел голову из-под удара и, сделав несколько шагов в сторону, вышел из опасной зоны.

Мальчишки посмеялись над незадачливостью товарища и, развернувшись в мою сторону, попробовали продолжить драку.

Драться мне с ними совершенно не хотелось, убегать тоже. Поэтому, чтобы не прослыть трусом, я стал понемногу пятиться к школе, успешно уходя от ударов и парируя некоторые из них. Судя по умениям, продемонстрированным учениками, все они были примерно одного ранга — отрок. Поэтому я, совершенно не напрягаясь, достиг цели и оказался возле ворот школы, где уже собралась небольшая кучка уходящих домой учеников и их родителей.

— Ну-ка прекратите! — услышали мы требовательный голос охранника.

— Позже поговорим, — с угрозой произнес невысокий мальчишка, и компания, бросая на меня полные злости взгляды, быстро направилась в сторону сквера.

Я кивнул, показывая, что принял к сведению эти слова, и повернулся к охраннику.

— Спасибо.

Он посмотрел на меня.

Почувствовав внимание, я глянул в сторону стоянки. Оттуда за мной наблюдали — Владимир, сосед по обеденному столу, и подъехавший Феофан.

— Ни дня без приключений? — спросил наставник, как только я сел в машину.

Мне оставалось молча пожать плечами.

ГЛАВА 2

Это было довольно редкое зрелище. Впервые за долгое время многочисленная семья Темниковых собралась в родовом поместье полным составом.

К большому сожалению наследника, событие оказалось не случайным совпадением и не попыткой отца возродить семейное доверие между членами рода. Оно являлось всего лишь условием, необходимым для успешного проведения ритуала поиска кровных родственников.

Прошло уже больше месяца после попытки Георгия получить доступ к наследству Морозовых. И сегодня наступило время разобраться, кто же ему тогда помешал.

Согласно описанию, которое молодой человек прочитал в родовом кодексе Темниковых, данный ритуал необходимо было начинать ровно в полночь. Это усиливало магическую мощь членов семьи и благоприятно сказывалось на конечном результате. Изучая кодекс рода, который невероятно редко попадал ему в руки, наследник понял, что ритуалы, описанные в нем, переработаны для использования именно членами рода Темниковых. Оригиналы ритуалов, записанные здесь же, позволяли понять, какие именно изменения вносили предки в конечную схему. Понимание этих нюансов постепенно увеличивало могущество молодого мага.

Родовые маги под руководством профессора Петиуса и наследника рода долгое время тщательно высчитывали математическую формулу предстоящего ритуала для того, чтобы выбрать наилучший день его проведения. Это были довольно сложные расчеты, так как участников магического действия оказалось немало, и пришлось учитывать не только положение различных небесных тел, но и личностные искажения, которые неизбежно вызовут участники ритуала. Надо было учесть и возраст членов семьи, их даты рождения, сварожий круг, черты характера и другие параметры.

Это была сложная, но необходимая наследнику практика, ведь именно он в будущем должен руководить родом. Данное обстоятельство, а также переданный отцом кодекс вызвали у Георгия мощный приступ энтузиазма. Поэтому он серьезно взялся за дело и постоянно контролировал ход ведения расчетов…

Для того чтобы ритуал поиска прошел успешно, всем родственникам необходимо было пройти очищающие процедуры. Из учебных заведений вызвали старших братьев. Младшие же вместе с сестрами просто на некоторое время перестали посещать школу. Очищающие процедуры заключались в соблюдении строгой диеты и некоторых простейших ритуалах.

Когда часы пробили полночь, Георгий тяжело вздохнул, собираясь с мыслями, и, встав в центр сложной фигуры, начал проводить ритуал. Все остальные члены семьи, за исключением отца, который наблюдал за происходящим со стороны, были расставлены на определенные места согласно проведенным расчетам.

Заученное наизусть заклинание и знание четкой последовательности действий позволили молодому человеку сохранить спокойствие и уверенность в своих силах. Несмотря на то что Георгий впервые в жизни выполнял столь сложный магический ритуал самостоятельно, он чувствовал себя вполне уверенно.

Окончив заклинание родовым закрепом: «Во славу тьмы!» — молодой человек опустился на колени перед камнем из черного малахита, взял лежащий в специальной нише бронзовый нож, очень похожий на тот, что он использовал в банке, и, сделав глубокий надрез на руке, щедро окропил родовой алтарь алой кровью.

Кровь медленно впитывалась в камень, вскоре на нем не осталось ни единой капли. После этого ритуальный нож в руках стал источать черную дымку. Пока все шло по плану.

Повернувшись к младшему брату, молодой человек сделал шаг вперед и надрезал доверчиво протянутую руку. Капли крови с шипением втягивались в родовой камень, чтобы через пару мгновений темным облачком метнуться к месту пореза и залечить рану.

Залечив надрез, темное облачко через нос втянулось в тело паренька. Он вздрогнул, его открытые глаза заволокло тьмой, на коже появились странные знаки, после чего брат замер.

Убедившись, что все идет как надо, Георгий смело направился к следующему члену семьи…

Когда он закончил ритуал, три раза произнеся закрепляющую формулу, облачко тьмы из алтаря залечило и его рану.

Егор Темников, присутствовавший в родовом зале в качестве наблюдателя и магической «батарейки», довольно улыбался: все шло как надо. Георгий, хоть и был неопытен, на свое счастье, грубых ошибок не совершал. По-хорошему Егор сам должен был проводить сегодняшнее мероприятие, однако он не являлся кровным родственником Морозова, поэтому сомневался в конечном результате.

Мужчина удовлетворенно наблюдал за тем, как тьма, волнами исходящая из камня, окутала детей, напитывая их силой, заживляя раны, устраняя мелкие проблемы со здоровьем и очищая ауру от небольших проклятий.

Одновременно с этим около стены, расположенной за алтарем, стала собираться ручейками темная дымка. Поверхность стены полностью закрывал холст из заговоренного и пропитанного отваром редких трав бархата. Чары на такой поверхности держались около получаса, а не рассеивались через несколько минут после окончания ритуала, что не только позволяло вдумчиво изучить полученный результат, но и использовать его для проведения других ритуалов…

Вот сгустки тьмы на холсте стали приобретать четкость. Находящийся в центре пучок преобразовался первым, сформировавшись в черную овальную рамку с портретом Георгия — наследника рода. Это было правильно, так как именно он проводил ритуал. Мгновением позже под рамкой появились его имя и дата рождения, написанные каллиграфическим почерком.

Одновременно с этим сформировался портрет главы рода, расположенный над портретом наследника.

Две рамки соединила широкая полоса. После чего от портрета князя также начали отходить более тонкие линии, соединяя его с изображениями присутствующих в зале людей. Следом появилось несколько портретов с треснувшими рамками — изображения погибших членов рода.

Князь напрягся — портрета Ивана среди них не было!

«Значит, он все же жив?! — с легкой растерянностью подумал он. — Но я же почувствовал его смерть и последовавший отток сил!»

Ритуал, несмотря на растерянность главы рода, продолжался, поэтому рядом с его портретом появился еще один, с изображением еще одного ребенка, только уже от молодой жены.

После этого пришла очередь треснувшей рамки первой жены, тестя и почему-то… Ивана! Родственная полоса шла к нему от мертвого тестя, а не от отца, да и, в отличие от других детей, у него имелась надпись, сообщающая о родовом имени, — Морозов! Ниже вместе с датой рождения была написана дата смерти.

Егор был в легком недоумении и не мог понять, что же все это значит. Ведь Иван не был Морозовым, он ощущался как Темников, и алтарь воспринимал его также.

Откинув в сторону ненужные мысли, мужчина обратил внимание на холст. Именно сейчас ритуал должен показать, кто же эти незваные родственнички, которые получили принадлежащее ему наследство.

Однако портрет Ивана в голубой рамке был последним из сформировавшихся. Прошло еще некоторое время, и отток магической энергии почти полностью прекратился.


Георгий остался доволен собой. Сложный ритуал близился к завершению, а его самочувствие все еще было приличным. Это обстоятельство однозначно говорило о том, что он сделал все как надо.

Сравнивая свои ощущения и конечный результат, молодой человек недоумевал. Если все прошло удачно, то почему они так и не получили ответа на свои вопросы? Ведь теперь еще более непонятно, кто же именно наложил лапу на наследство Морозовых? Хотя нет, один момент прояснить все же удалось. Разбитая рамка на портрете Ивана явно говорила о том, что младший брат действительно мертв.

Георгий сильно сжал кулаки, так как рассчитывал на другой исход.

Завершив ритуал закрепом, он сел на пол в позе лотоса и с интересом принялся рассматривать то, что получилось. Его действие тут же повторили остальные члены семьи, им обряд дался намного тяжелее.

Изучая стену, Георгий отметил несколько странностей.

Первым делом в глаза бросились едва видимые темные линии, тянущиеся от его изображения к рамкам остальных членов семьи. Словно не отец, а именно он глава рода, хотя от портрета князя расходились такие же линии, только более явные.

Еще большее удивление он испытал в тот момент, когда оказалось, что рамка его портрета была по толщине сопоставима с отцовской. Как оказалось, он значительно увеличил свою магическую мощь и родовую магию, по сути, стал равен отцу в силе.

Третьей странностью была рамка Ивана, которая имела почти такую же ширину, как и у Георгия, но при этом окрасилась в небесно-голубой цвет вместо черного. Девичья фамилия матери красноречиво показывала, к какому именно роду принадлежит Иван. И вот это обстоятельство добавляло немало вопросов, ведь, насколько помнил Георгий, младший брат не проходил инициацию и должен был сохранить отцовскую фамилию.

Молодой человек посмотрел на отца, но увидел лишь его спину.

Он еще раз осмотрел холст.

«Если я сейчас все правильно понял, то магия рода покидает отца и переходит ко мне. А это значит, что я буду становиться все сильнее и сильнее и, вполне возможно, очень скоро смогу претендовать на главенство в семье. Напряженная спина отца красноречиво говорит именно об этом. Сделавшись главным, я наконец смогу диктовать свои условия и узнаю, что именно произошло с Иваном. Эта загадка мне пока не по зубам».

Дверь в зал открылась, и несколько помощников стали поднимать сидящих на полу детей и сказывать им помощь. Еще пара перерисовывала получившиеся результаты в альбом, стараясь не упустить ни единой детали. А к Георгию подошел профессор Петиус.

— Занятный результат, — осмотрев холст, прокомментировал он.

— Да, — согласился наследник. — Некоторые моменты мне совершенно непонятны.

— Я просвещу тебя, как только все вдумчиво изучу и проанализирую, а пока ты должен поговорить с отцом и тут же отбыть.

— Почему? — насторожился парень.

— Все на холсте, — произнес маг.

Молодой человек еще раз окинул взглядом полученную картину и кивнул.

Выходя из зала, он не заметил, какими глазами его провожал один из братьев.


В среднем в имперской школе ежедневно было около пяти уроков, четыре до и один, редко два — после обеда. Поэтому у подкрепившихся в столовой учеников оставалось довольно много времени на отдых. Некоторые из них возвращались в кабинеты и готовились к следующим занятиям, другие собирались в группы по интересам, я же, как и многие другие, предпочитал проводить время на свежем воздухе в компании гаджета или книги. Друзей и хороших знакомых я пока так и не завел, хотя и начал тесно общаться с некоторыми учениками, поэтому в обед мне никто не мешал сидеть на лавочке и изучать просторы местной информационной сети.

Вот и сейчас я с интересом сидел в телефоне и смотрел видеоролики, наглядно демонстрирующие способности воинов ранга «ветеран». Делал я это до тех пор, пока меня не отвлек смутно знакомый голос, радостно воскликнувший:

— Иван?! Ты ли это?

Поставив видео на паузу, я поднял голову и увидел улыбающегося во все тридцать два зуба Годимира.

«Вот так встреча! А я-то думал, его отправили учиться в другую школу!»

Немногочисленные ученики, стоявшие недалеко от нас, с некоторым удивлением посмотрели на мальчишку, столь ярко проявляющего свои эмоции. Большинству из них было откровенно плевать на правила этикета, если они не на официальном приеме, но все же воспитание давало о себе знать, и многие на публике вели себя как минимум сдержанно.

Годимир находился в компании моих старых знакомых — тех самых мальчишек из пятого «А» класса. Ребята неприязненно смотрели на меня, так как уже долгое время не могли поквитаться за небольшой урок, который я преподал им в первый учебный день. Признаюсь честно, пока мне просто везло, потому как пересекались мы только в присутствии учителей или моих одноклассников. Хотя, с другой стороны, думаю, и мальчишки не пылали особой страстью проучить одного знакомого им ученика, иначе давно подкараулили бы меня после физической подготовки.

Я поднялся с лавочки и крепко пожал протянутую руку.

— Не ожидал тебя здесь увидеть, — признался честно. — Тем более что учебный год начался несколько недель назад.

— Да я и сам не думал, что отец сжалится и отпустит меня в школу после всего случившегося, — тихо произнес Годимир и искренне добавил: — Как же я рад тебя видеть!

— Взаимно! Мне казалось, ты говорил, что с первых дней сентября сразу пойдешь в школу, — ответил я и уточнил: — Что случилось? Или это секрет?

Мальчишка на некоторое время задумался, а затем, тщательно подбирая слова, произнес:

— Дела семейные, ничего интересного.

Я понятливо кивнул. Тут слишком много лишних ушей, да и сам он не уверен, можно ли рассказать мне хоть что-то.

— Прогуляемся? — предложил я. Мне не нравилось, что наш разговор слушают несколько не участвующих в нем людей.

Но Годимир решил иначе. Он повернулся к одноклассникам, потом посмотрел на меня и спросил:

— Вы знакомы?

— Заочно, — подтвердил я, уберегая напрягшихся мальчишек от ответа и надеясь все же замириться с ними, а не продолжать эскалацию небольшого конфликта. Подобная враждебность в школе часто приводит к излишнему вниманию, а мне бы этого совершенно не хотелось.

Годимир представил нас друг другу, после чего я спросил:

— Так, значит, ты теперь учишься в пятом «А»?

— Да, — кивнул он. — Меня давно туда зачислили, только вот на учебу я пришел сегодня. А ты в каком?

— В пятом «Б», — усмехнулся я. Ведь нас распределили в конфликтующие классы.

— Плохо, — расстроился мальчишка и задумчиво добавил: — Может, мне попросить, чтобы меня перевели к вам?

Я посмотрел, как напряглись мальчишки, и мысленно улыбнулся.

«Почему-то они очень не хотят, чтобы Годимир перевелся из их класса, и как-то много внимания уделяют новичку».

— Хотя… — он перевел взгляд на меня, — может, попросить отца, чтобы тебя перевели в мой класс?

Я посмотрел на злющих ребят из враждебного класса и решительно отказался. Потому что, как я уже знал, в «А» классы старались отбирать детей из боярских родов, простолюдинов там почти не было. Именно в этом и крылась суть основного конфликта между учениками. Одни с малых лет относили себя к боярской элите, которая вправе считать себя выше других, в том числе и других детей из других классов. Вторые же, напротив, считали себя достойными «А» класса и не соглашались с тем, что «Б» класс чем-то хуже. Конкуренция шла по всем фронтам, начиная с учебного и заканчивая спортивным. И, как мне было известно, пока мой класс шел впереди.

Я не почувствовал, что конфликт серьезен, так как показал себя добросовестным учеником и приносил хорошие отметки. Именно поэтому меня не трогали одноклассники. А вот одного из новичков, не желающего нормально учиться, староста каким-то образом приструнила, после чего он перестал получать одни тройки.

В новом коллективе я, можно сказать, ужился, поэтому желанием переходить в другой класс совершенно не горел. Это сулило некоторые сложности, предвещало пустую трату времени в бессмысленных конфликтах с двумя классами сразу.

— Но почему ты не хочешь? — удивился Годимир.

— Не хочу, чтобы ты обращался к отцу с такой просьбой, — сказал я, усмехнувшись. — Ты, как я понял, и так в школе на птичьих правах, поэтому не надо надоедать отцу с этим. Можем нормально общаться на переменах, ведь на уроках необходимо учиться.

— Действительно, — задумавшись, произнес Годимир.

— Скоро перемена заканчивается, — сказал один из мальчишек моему знакомому. — Надо идти на следующий урок.

— Быстро она закончилась, — расстроился Годимир, посмотрев на часы, и обратился ко мне: — У вас сегодня тоже пять уроков?

— Шесть.

— Плохо, думал встретиться и пообщаться, но меня к тому времени должны забрать.

— Да не бери в голову, — посоветовал я. — Давай пообщаемся завтра после обеда, на этом же месте?

— Отлично, — обрадовался он. — Договорились!

Возвращаясь после перемены в аудиторию, я столкнулся с одной из одноклассниц. Точнее сказать, это она на меня налетела и преградила путь.

«Руслана», — вспомнилось ее имя.

— Чем обязан? — холодно спросил, поняв, что высокомерная девчонка, не обмолвившаяся со мной ранее ни единым словом, не собирается отходить в сторону.

— Ты знаешь Годимира Огнеяра или мне показалось? — прямо спросила она.

«Ничего себе заявочка! — удивился я. — Мне думалось, тут не принято выведывать такие вещи. Или она меня вообще ни во что не ставит, раз спрашивает о подобном?»

Последняя мысль немного разозлила, но я всего лишь холодно ответил:

— Вы можете считать так, как вам это угодно.

— Как угодно? — приподняла она бровь. — Я хочу знать наверняка. Или, — она повысила голос, — нашим добрым одноклассникам станет известно, что один из учеников якшается с ашниками.

«Юная шантажистка, как будто я в этой школе кого-то боюсь! К тому же все и так скоро узнают, что я общаюсь с Годимиром, так что я и не собирался это скрывать».

Ничего не ответив, я обошел девчонку по дуге и прошел мимо.

— Ты об этом пожалеешь, — спокойно сказала она мне в спину. — А я все равно узнаю, как ты познакомился с сыном коменданта.


Учеба в имперской школе давалась мне довольно легко. Полученные в прошлом мире знания, а также приобретенная с годами способность самостоятельно обучаться позволили быстро и полноценно усваивать информацию, а вскорости стать одним из отличников.

Понимая важность получения местных знаний и придавая огромное значение тренировке памяти — ведь мозг, как и мышцы, можно и нужно «прокачивать», — я с ответственностью отнесся к учебе и полноценно работал на каждом занятии.

Знания, получаемые на уроках, усваивались быстро, сказывалась хорошая наследственность. Поэтому бо́льшую часть времени я просто-напросто скучал, пока не придумал, как разнообразить свободное время.

Первым делом я продолжил тренировать технику волка, поддерживая ее максимальное количество времени в активированном состоянии. После того как это занятие наскучило, перешел к использованию «духовной конечности» и стал учиться поднимать разные предметы без использования рук. Конечно же делал это так, чтобы никто не заметил. Энергии уходило много, однако и навык понемногу тренировался.

Обещанные Русланой проблемы не заставили себя долго ждать. Ну как проблемы — просто небольшие сложности.

Вернувшись в раздевалку после очередного занятия по физической подготовке, я застал в ней всю мужскую половину класса. Царившее в помещении веселье прекратилось, стоило мне открыть дверь, после чего преисполненный собственной важности Семен произнес:

— А что это ты, Иван, избегаешь своих одноклассников? После занятий по ФП всегда задерживаешься и приходишь в раздевалку, когда ее все покинут?

— А тебе что, не терпится посмотреть на мой голый зад? — приподняв бровь, спросил я.

Послышались сдавленные смешки. Я знал, что оправдываться ни в коем случае нельзя, иначе буду выглядеть виноватым. Лучшая защита — это нападение.

— Не переводи тему! — воскликнул мальчишка возмущенно. — Ты всегда переодеваешься после того, как все уйдут! И так происходит после всех занятий по физической подготовке.

— Может, он не хочет, чтобы мы видели его синяки, — усмехнулся один из мальчишек. — Все же знают, что его дома избивают.

Я опять приподнял бровь.

«Несколько раз заметили синяки на моих руках и после этого решили, что меня бьют? Они почему-то не учитывают, что подобные отметки бывают у учеников, практикующих воинские искусства. А ими, пусть даже совсем немного, занимаются все бояре».

Пожав плечами, я направился к своему шкафчику.

— Да, — подхватил еще один парень. — Я тоже видел синяки, и они не такие, как у Кирилла после драки с ашниками. Ведь Иван, как оказалось, с ними дружит и даже общается.

«Вот и привет от Русланы, — усмехнулся я. — Как ожидалось, не очень-то и болезненный».

Дети заговорили, а я тем временем стянул майку.

Разговоры в раздевалке тут же сменились пораженным молчанием. Мысленно усмехнувшись, я взял мыльно-рыльные принадлежности, повернулся к школьникам и, добавив в голос холода, произнес:

— Представление окончено. Все свободны! — после чего направился в душ.

Мои задержки в спортивном зале после физической подготовки были обусловлены двумя вещами.

Во-первых, тренированное Феофаном тело постоянно нуждалось в хороших физических нагрузках, которых мне, признаться, в последнее время здорово не хватало. Поэтому я использовал местную физкультуру для разминки, а после того как освобождался спортзал, переходил в гимнастический городок и хорошенько там занимался. Это было необходимо, так как у меня не имелось особого желания выделяться, и перед учителями я показывал обычные средние результаты.

Вторым фактором, поддерживающим мое нежелание переодеваться в раздевалке с остальными учениками, было огромное количество шрамов, покрывающих тело. Тех самых шрамов, оставленных демоническим оружием и невероятно трудно заживающих, несмотря на использование самых дорогих и современных лечебных зелий. А я, помнится, грешил на Феофана, что он для своеобразного урока сознательно давал мне низкокачественные зелья, не заживляющие шрамы до конца. Но нет, через месяц шрамы почти пропадали, а, по словам Марыси, при систематическом употреблении снадобий от шрамов через полгода не должно было остаться и следа. Но у меня этого времени не было, и приходилось скрытничать. Я не питал иллюзий, что мне удастся долго скрывать шрамы в школьном коллективе, полном любопытных детей, но надежда все же была.

Вернувшись из душа, обнаружил пустую раздевалку.

Интересно, что они теперь понапридумывают?

После обеда я понял, что информация о моих шрамах стала достоянием общественности, это было ясно по тому, сколько учеников провожали меня настороженными взглядами.

«А мальчики, сказывается, еще те сплетники, — удивленно подумал я. — Обо мне уже знает не меньше половины школы, почти все младшие классы».

Из услышанных вскользь разговоров я понял, что про шрамы школьники знают и почему-то думают, что у меня нет денег на нормальные зелья. Ну или что родственники держат меня в ежовых рукавицах и, часто избивая, не позволяют залечивать шрамы.

«Что-то мне не нравится такой поворот ситуации, он выставляет меня слабаком», — нахмурился я.

В одном из коридоров школы меня нашел несколько взволнованный Годимир.

— Это правда? — спросил он, подходя ближе.

— Смотря о чем ты спрашиваешь, — несколько понизив голос, ответил я.

— Ну… — мальчишка засмущался, отвел взгляд в сторону, после чего все же собрался с мыслями и посмотрел мне в глаза, — что, у тебя нет денег на нормальные зелья?

— Я похож на того человека, у которого нет денег? — приподняв бровь, иронично спросил друга.

Мальчишка задумался, окинул меня внимательным взглядом и отрицательно помотал головой, после чего уточнил:

— А шрамы?

— Шрамы есть, — кивнул я. — Но ты наверняка знаешь, что существует оружие, раны от которого рассасываются долго.

Годимир некоторое время помолчал, а потом облегченно выдохнул:

— Я, признаться, сразу так и подумал, но слухи настолько убедительны, что я решил проверить, вдруг тебе и вправду нужна помощь.

— Спасибо, — искренне сказал я. — Ты настоящий друг.

— Да что там, — немного смутился мальчишка и добавил: — Но ты же мне расскажешь, откуда у тебя шрамы?

— Тут нет никакого секрета, — тихо сказал в ответ. — Просто довольно часто хожу в пустошь.

— Ты что, свободный охотник?! — удивился Годимир.

— Я не принят в лигу, — отрицательно покачал головой. — Но частенько бываю в пустоши с наставником.

— Круто! Я тоже хочу, — восхитился он и тут же со смехом добавил: — Кстати, от пары людей успел услышать, что ты был в плену у демонов и тебя пытали.

— Всего-то? — уточнил я. — Какая-то скудная у них фантазия. Хотя бы добавили, что я попал в плен, пытаясь спасти любимую девушку. И что она погибла на моих глазах, после чего я, одержимый местью, поклялся отомстить всем демонам Горбовичской пустоши.

— Xa-xa! — улыбнулся мальчишка. — Отомстить… Герой-любовник!


В это время в соседнем классе настороженно замерли две девочки в школьной форме. Они старались не мешать подруге, которая, приложив ухо к замочной скважине, вслушивалась в разговор.

— Ушли. — сказала девочка, разгибаясь. Ее глаза ясно говорили о том, что ей удалось узнать что-то очень важное.

— Ну что там?! — горя от нетерпения, спросили подружки.

— Вы не поверите!

— Ну! — в унисон произнесли школьницы.

— Он сказал, что ходит в пустошь и мстит демонам за смерть любимой!

— Не может быть! — хором воскликнули главные сплетницы пятого «Б».

— Так вот почему он такой нелюдимый! — мечтательным голоском произнесла через некоторое время одна из девочек. — Он не может ее забыть!

— И холод в его голосе тоже из-за этого, — закивала вторая. — Его сердце разбито, в нем нет тепла.

— Вам не кажется, что это даже звучит как бред? — вмешалась в разговор четвертая девочка, староста класса. — Ему десять лет! Какая любовь?!

— Ты в этом ничего не понимаешь, — пренебрежительно отмахнулись от нее подружки, ведь староста никогда не обсуждала с ними мальчишек.


Несколько недель подряд я чувствовал себя самым популярным человеком в школе. Мальчишки при моем приближении замолкали, девочки, напротив, хихикали и тихо шушукались.

Это немного напрягало, но я старался не подавать виду.

Несколько раз меня хотели взять на излом старшеклассники, но Годимир, находившийся поблизости, удерживал горячие головы от необдуманных решений.

Впрочем, я физически чувствовал, как тучи над моей головой сгущаются — слишком многим популярным парням в школе не понравилось, что обсуждают какого-то неизвестного простолюдина.

Поэтому я не удивился, когда после очередного занятия по физической подготовке в спортзал вошли несколько ребят из старших классов и направились ко мне.

— Ты Иван Мороз? — спросил один из них.

— Да, — спрыгнув с перекладины, произнес я.

— Драться готов? — нисколько не шутя, спросил один из старшеклассников.

— А надо? — решил уточнить я.

— Конечно, надо, — ответил другой. — О тебе по школе такие истории ходят, что даже нам любопытно стало.

— Я их не распространяю, так что подобные развлечения мне не интересны.

— Зато нам интересны, — произнес третий. — Или боишься?

— И не стыдно старшеклассникам пугать малолетку? — зашел я с другой стороны. — На слабо брать? Может, найдете соперника посильнее?

— Xa, — усмехнулся парень. — Не стыдно, если он не совсем слабак, а нам как раз и надо это проверить.

Я задумался.

«Что же мне делать? Постоянно уходить от драк со старшаками в любом случае не получится, но и конфликтовать, заводить недругов тоже не хочется. Дилемма».

— Я готов провести дружеский спарринг, — решил через некоторое время. — Но у меня два условия. Первое — произошедшее в зале не выйдет за его пределы, и второе — мы с вами договоримся не конфликтовать после окончания поединка. Ведь спарринг все-таки дружеский.

— Ха-ха-ха! — теперь уже засмеялись все трое. — Не конфликтовать!

— Очень самонадеянно, но хотя бы чувство юмора у тебя есть, — произнес один из парней. — Договорились.

Выйдя в центр спортивного зала, я напитал тело духовной энергией и замер.

Глаза одного из парней удивленно расширились.

Неужели почувствовал, что я использую «шики-чо»?

В следующую секунду я ушел в сторону, пропуская обутую в дорогую туфлю ногу, подбил вторую, опрокинул самого низкого из парней на пол. Однако в последние секунды он, падая, успел сгруппироваться и, перекатившись, встал на ноги.

— Хм… неплохо, — оценил противник. — Я не принимал тебя всерьез. А если так?

Парень ускорился и стал наносить быстрые удары.

«Судя по всему, его ранг — отрок», — решил я, оценив скорость и технику.

Не добившись быстрой победы, парень в ярости направил в меня «воздушный кулак».

«Магически одарен! — отметил я. — И довольно сильно. Не каждому дано скастовать заклинание без использования жезла».

«Воздушный кулак» ударил в стену, и куски штукатурки полетели в разные стороны.

— Рома, ты нормальный? — услышал я испуганный голос одного из парней. — Тут же сейчас монстр будет!

В следующее мгновение дверь в спортзал открылась, и в нее вошел неизвестный мне учитель средних лет.

— Та-а-ак! — оглядев нас, произнес он. — И что тут происходит?!

— Леонид Викторович! — неожиданно взмолились ребята. — Это случайность! Чистая случайность!

— Случайность?! — прищурившись, спросил учитель и в следующее мгновение бросился на парней. — Случайность или опять — постоянно творимые вами безобразия? — отвешивая парням тумаки, кричал он.

Ранг явно выше моего.

— Мы не специально! — заявил тот, что выпустил «кулак». — Честно!

— И мальчишку подкараулили не специально?! — закричал учитель и вдруг замер, повернувшись в мою сторону. — Ты! Они тебе угрожали? Или били?! Что они с тобой сделали?

— Нет, — покачал я головой. — Ничего не сделали.

— А что же ты тогда тут забыл? — озадаченно уточнил учитель.

— Остался потренироваться после занятий, — невозмутимо ответил я. — Постоянно так делаю.

— Точно? — с сомнением спросил физрук и уточнил: — А они?

— Не знаю! — пожал я плечами и предположил: — Наверное, тоже пришли позаниматься.

— Вот видите! — произнес один из парней и тут же получил несколько подзатыльников.

— Не специально? Случайно? А кто использовал заклинание в спортзале?! Иди переодевайся, занятие окончено! — посмотрев на меня, сказал мужчина, и в это время один из ребят показал мне большой палец.

«Интересно, какой человек может себе позволить так воспитывать бояр? — подумал я, заходя в раздевалку. — Надо будет это узнать».

ГЛАВА 3

— Третья группа на позиции! — раздался грубый мужской голос в наушнике.

— Четвертая на позиции! — доложил следующий командир.

— Пятая…

Сергей сидел в бронированном фургоне и отсчитывал последние секунды до начала второй фазы операции «Возмездие».

— Готовность номер один! — произнес начальник СБ после принятия докладов и, используя защищенный спутниковый телефон, набрал заранее сохраненный номер. — Доброй ночи, Егор Дмитриевич, — поздоровался он с главой рода. — Люди на позициях, готовы начинать.

— Хорошо, — ответил тот. — После окончания мероприятий жду доклада о потерях и достигнутых успехах.

— Принял! — ответил глава СБ рода, и в трубке послышались длинные гудки.

— Начали! — скомандовал Сергей в гарнитуру, и ночную тишину разорвала серия громких взрывов.

Это семь независимых друг от друга групп проводили специальные мероприятия по восстановлению позиций Темниковых в регионе.

Дело в том, что из-за низкого уровня профессионализма предыдущего начальника службы безопасности информация о произошедшем в поместье каким-то образом просочилась за его пределы, что привело к череде неприятных последствий.

К примеру, несколько конкурирующих родов, ранее со здоровой опаской работавших против Темниковых, решили действовать смелее и, словно сговорившись, начали теснить княжеский род.

Сначала пришел черед мелкого бизнеса. Всевозможных торговых точек, небольших магазинчиков, парикмахерских, цветочных павильонов и общепита. После успешных действий принялись за прощупывание службы такси, сети заправочных станций и магазинов бытовой техники.

Сергею очень повезло, что свою работу на должности начальника СБ он начал с обновления базы данных о боярских родах, проживающих в регионе. В первую очередь сосредоточился на тех, с которыми Темниковы находились в натянутых отношениях.

Поэтому негативные тенденции были быстро выявлены, о чем он оперативно доложил Егору Дмитриевичу.

Приказ последовал понятный и лаконичный:

— Поставь их на место, а потом организуй мне встречу с главами этих родов.

Молодой мужчина с энтузиазмом взялся за дело и уже успел завершить несколько этапов операции. К примеру, первый этап он проводил в соответствии с действующим законодательством — закидывал конкурентов исками, соблюдая преимущество в правовом поле и создавая им большое количество сложностей в работе. Теперь пришло время силового этапа, который должен был всем послужить напоминанием, что княжеский род глупо недооценивать.

Ответных реакций на свои действия Сергей не опасался, хотя все же предпринял кое-какие меры по повышению бдительности среди подчиненных, чтобы они лишний раз не расслаблялись. Темниковы всего лишь восстанавливали статус-кво, возвращая принадлежащие им сферы бизнеса.

Чтобы урок запомнился надолго, Сергей планировал захватить контроль над некоторыми мелкими, но интересными лично ему предприятиями. Все же командная должность в таком роду должна приносить какие-то дивиденды. Поэтому для себя он выбрал те субъекты, которые являлись пусть и небольшими, но стабильными источниками дохода.

В целом эта фаза операции завершилась успешно, но совсем без сложностей обойтись не удалось. Одной из групп не посчастливилось нарваться на бакалавра магии, в результате чего его людям пришлось поспешно отступить, благо смертей, в отличие от ранений, избежать удалось.

«Ничего, главное, что все живы, а с остальным как-нибудь разберемся», — внеся некоторые коррективы в план, подумал Сергей, наблюдая на нескольких экранах за действиями других, более успешных групп.


Прозвучавший звонок прервал монотонный рассказ учителя по этикету, и он объявил об окончании урока.

«Ну наконец-то! — радостно подумал я, собирая вещи. — Пятница! Отличный день, чтобы пораньше прийти домой, быстро сделать уроки и хорошенько отдохнуть».

Однако моим грандиозным планам не суждено было сбыться, ведь вместо уже привычного молодого водителя меня встречал Феофан.

— Кто-нибудь, ущипните меня! — произнес я, садясь в машину. — Такое ощущение, что я вижу иллюзию бросившего меня в одиночестве на долгие месяцы наставника.

— Ну так активируй «глаза волка» и посмотри, настоящий я или нет, — тут же заворчал учитель. — Или без меня совсем обленился?!

— А ругается-то как настоящий! — делано удивился я. — Надо срочно звонить Марысе, чтобы накрывала на стол. У нас сегодня праздник!

— Это с какой стороны посмотреть, — выруливая с парковки, произнес учитель. — Если собрался праздновать временное окончание моей добровольной миссии, то да. А если думаешь, что она завершена успешно, то нет. Праздник лучше отложить.

— Все-таки нет? — удивленно спросил я. — Последняя ниточка оборвалась?

— Увы, — кивнул Феофан и добавил: — Как сквозь землю провалились. Ироды! Я несколько уровней пустоши перерыл и не нашел ни единой зацепки, кроме одного замаскированного алтаря. Видимо, кто-то их хорошо прикрывает.

— Настоящий алтарь?! — переспросил я. — Он же стоит бешеных денег!

— А то, — покивал мужчина самодовольно. — Так и есть.

— Значит, время в любом случае потеряно не зря, — констатировал я.

— Конечно, не зря, — согласился учитель. — Я же не только алтарь нашел, но и разведал местонахождение некоторых редких и дорогих ингредиентов. А еще свел близкие знакомства с таможенниками и военными, так что теперь по выходным будешь ездить в тир. Надо бы тебе научиться пользоваться огнестрелом. Дело полезное, а ситуации в жизни бывают всякие.

— На этих выходных?! — обрадовался я некоторому разнообразию и возможности познакомиться с местным оружием.

Что ни говори, а настоящему мужику всегда нравится держать в руках огнестрельное оружие.

— Нет, — усмехнулся Феофан, заметив мою реакцию. — Не на этих, но скоро.

— Ну и ладно, — беззаботно произнес я. — А что на этих делать будем? Сходим в пустошь?

— Нет, хорошенько потренируемся и проверим, как на тебе сказалось длительное отсутствие наставника.

— Эх… а я только планировал как следует развлечься! — тяжело вздохнул, посмотрев на учителя.

После плотного обеда мы заварили по чашке ароматного чая и удобно устроились за столом.

— Мне кажется, ты обещал информировать меня, как движется твое расследование, но совершенно об этом забыл, — закинул я пробную удочку.

— Ну, не забыл, — покачал головой мужчина. — Просто был занят более интересными вещами.

— Так рассказывай! — поторопил я старого хитреца.

— Ну, в общем, новости, которые принес, сплошь плохие. Самая неприятная заключается в том, что зараза демонопоклонства глубоко проникла в различные государственные структуры. Скрытые агенты ордена имеются в полиции, таможне, у военных и даже жандармов, хотя, думаю, большинство из них совершенно не представляют, на кого они работают.

— Что в таком случае мешает тебе всех их раскрыть?! — не понял я. — Дернул за ниточку, пообщался с одним, с другим, с третьим. Так картина и сложится.

— А вот и не сложится, — покачал головой Феофан. — Агенты ничем друг с другом не связаны, к тому же они не знают, на кого работают. Многие считают, что орден — это или еще одна секретная служба империи, или некая тайная организация, созданная боярами для возвышения страны. В общем, полная чушь! Но у таких людей и выбора особого нет: у кого ребенок болен, у кого родители, а деньги, как говорится, не пахнут.

— А если уничтожить агентов? Придется восстанавливать агентурную сеть, тут они и засветятся.

— Возможно, но только я не могу заменить ДИБ или жандармов, поэтому лучше понаблюдаю за деятельностью агентов и попытаюсь взять их на горячем.

— Тогда у них не будет повода паниковать и связываться со своими покровителями, — уточнил я. — В таком случае тебе придется долго ждать.

— Ничего, я дам им немного расслабиться и подкину повод для работы.

— То есть решил отвлечься и взять отпуск? — раскусил я его план.

— Можно и так сказать, а то, как ты верно выразился, наставник забросил своего единственного подопечного.

— То-то же! — засмеялся я.

— Раз ты со мной согласен, расскажи старику, как у тебя дела в школе, — в свою очередь улыбнулся явно соскучившийся по мне учитель.


Комендант Моршанска был высоким худым мужчиной средних лет со смуглым лицом, темными жесткими волосами и узкими карими глазами — наследством, доставшимся от одного из дальних предков, до прихода демонов кочевавшего по просторам степи во главе немалого племени.

Комендант сидел в своем рабочем кабинете, пил ароматный коньяк, закусывал тонко нарезанными ломтиками лимона, но, несмотря на это, пребывал не в лучшем расположении духа. Не стоит удивляться столь вольному поведению должностного лица на рабочем месте: его статус позволял делать и не такое. Да и, по правде говоря, начальников у коменданта города не так много, а точнее, всего один — это конечно же император. Ведь, как повелось с давних времен, территория, прилегающая к пустошам, находилась под непосредственным управлением короны. Однако для эффективного управления государственными землями у императора имелись департаменты и институты, которые нередко проводили различные проверки.

Именно это обстоятельство столь неблагоприятно повлияло на настроение мужчины…

Его город никогда не отличался спокойствием и тишиной, все же — одно из крупнейших поселений, расположенных на границе Горбовичской пустоши, что, соответственно, накладывало на коменданта дополнительную ответственность. Он должен был не только разбираться в нюансах административного управления крупным городом, но и уметь эффективно командовать силовыми ведомствами, переданными ему в подчинение, — воинскими частями, пограничными заставами или отрядами охотников. Именно этим и отличалась должность коменданта от должности обычного гражданского мэра, и именно поэтому она была наследуемой.

Помимо постоянной угрозы прорыва демонов, которые периодически «пробовали на зуб» стены, окружающие город, острую головную боль доставляло огромное количество различных авантюристов, прибывающих в Моршанск в надежде легко заработать на богатствах, скрытых на территории пустоши.

Такое обстоятельство конечно же не могло положительно влиять на уровень криминогенной обстановки, что и подтверждало большое количество различных преступлений и происшествий, захлестывающих город, несмотря на усиленные военнослужащими патрули.

Стоит отметить, что подобные сложности преследовали глав Моршанска чуть ли не с самого его основания и поэтому не вызывали особых вопросов ни у императора, ни у его представителей.

Однако комендант продолжал укреплять поддержание законности и порядка, что со временем позволило снизить некоторые негативные тенденции, портящие общие показатели. В последнее время увеличилось и количество уничтожаемых вблизи городских стен демонов, что вывело Моршанск в лидеры. Видимо, судьба решила, что комендант слишком уж расслабился, поэтому она в одночасье подкинула ему немало проблем.

Пустошь забурлила, в ней стали происходить какие-то странные вещи. Все началось с того, что резко увеличилось количество демонов вблизи города. Несмотря на отличные показатели по уничтожению тварей, их рядом с Моршанском становилось все больше и больше. Одновременно с этим начал повышаться и уровень силы демонов, что сделало охоту на них еще более сложной. Следом стали пропадать отряды свободных охотников и просто каких-то авантюристов.

Для поиска причины происходящих на территории демонов изменений создали особую рабочую группу. Сотни мелких отрядов заполнили первые уровни пустоши. Результаты их работы, к сожалению, оказались неутешительными: где-то недалеко от города проводились запретные ритуалы, усиливающие демонов.

Вывод рабочей группы подтвердил неизвестный, подбросивший к зданию департамента полиции окровавленное тело со следами жестоких пыток и довольно крупным камнем души, а точнее сказать, со свежим камнем души, созданным буквально несколько дней назад.

Такая находка однозначно не сулила ничего хорошего. Будь дело в желании коменданта — он бы не дал этой информации выйти за пределы города, однако он понимал, что подобные сведения априори не могут храниться в секрете, кто-то обязательно проговорится. Поэтому пришлось лично докладывать императору о происшествии.

Чрезвычайная комиссия отправилась в Моршанск из столицы буквально через несколько часов после получения информации о свежем камне души. Ведь находка явно говорила о том, что при проведении запретных ритуалов погибло большое количество людей.

Город буквально заполонили рыскающие повсюду члены различных комиссий с неизвестными инструкциями и их тайные помощники с еще более непонятными задачами. Они совали свой нос буквально во все щели, интересовались не только тем, что завязано на пустоши, но и всем другим, включая, прости Спаситель, организацию биотуалетов в центральном парке города.

Понятное дело, что такая самодеятельность была для коменданта Моршанска подобна удару по детородному органу. Ведь большое количество наблюдателей не только отслеживало все малейшие промахи его администрации, но и не позволяло ему самому заниматься некоторыми проектами. Конечно же совершенно законными, однако не совсем позволительными для человека его происхождения. Из-за этой ситуации некоторые из проектов пришлось приостановить, и они перестали приносить хоть какую-нибудь прибыль.

«Ладно, — зло подумал мужчина. — Пусть еще с недельку побалуются, осмотрятся по сторонам и конечно же засветятся перед моими людьми, а потом я вышвырну их всех на фиг из моего города!»

Стук в дверь отвлек от приятных мыслей о расправе.

— Войдите, — коротко произнес комендант, после чего обитая кожей дверь открылась, и на пороге появился высокий подтянутый мужчина лет сорока с коротким ежиком рыжих волос.

— А, это ты, Олег? — Комендант узнал вошедшего. — Заходи, присаживайся.

Мужчина занял предложенное место.

— Что у тебя? — хмуро спросил глава города после приветствия.

— Артем Романович, у меня несколько внеплановых докладов членов комиссии по новым агентам. — При этих словах глаза коменданта предвкушающе сверкнули, что не прошло мимо наблюдательного посетителя. — И справка по вашему младшему сыну.

Некоторое время комендант задумчиво молчал, после чего произнес:

— Информацию по агентам передавай по команде. — Будет он еще лично заниматься подобными мелочами! Собственный сын намного важнее. — А вот о Годимире хотелось бы узнать, только своими словами и без лишнего канцеляризма.

— Если своими словами, — протянул мужчина, открывая коричневую папку, — то, по словам учителей, нареканий к Годимиру нет, учится он отлично, дисциплину на уроках не нарушает, тяга к занятиям присутствует.

— Полная противоположность брату, — задумчиво произнес комендант.

Выдержав уместную паузу и не дождавшись продолжения, Олег вернулся к прерванному докладу:

— Следует отметить, что за время учебы в школе ни с кем в конфликты не вступал и прекратил тесное общение с некоторыми учениками, которые неоднократно становились зачинщиками различных драк. — Не дождавшись комментария начальника, Олег продолжил: — В настоящее время определился с кругом общения. В него вошли наследники Махиных и Кользовых, а также представитель рода Вьюхиных.

— Это его одноклассники? — уточнил комендант.

— Да, — подтвердил Олег, сверяясь со списком. — С остальными учениками ведет себя дружественно, но близко не подпускает.

— Хоть один толковый сын, — задумчиво произнес комендант.

— Также стоит отметить, что особенно тесно Годимир общается с простолюдином из параллельного класса. Между их классами идет негласное соперничество. Еще из актуального. Ваш сын не прекращает попыток пригласить новых друзей в гости на выходные. Предварительное согласие уже дали все, кроме того самого простолюдина, однако Годимир не сдается и продолжает настаивать на своем. Вероятно, в скором времени он попросит вас разрешить ему пригласить друзей на время каникул.

— Как зовут мальчишку из параллели? — заинтересованно уточнил Артем Романович.

— Мороз. Его зовут Иван Мороз.

— Хм… — Комендант задумался. — Это не тот, который с дедом-витязем ходит по пустошам?

— Он самый, — удивленно кивнул Олег.

— Знакомый персонаж. — Комендант задумчиво покачал головой и, посмотрев на подчиненного, слегка улыбнулся. — Смотришь так, будто у меня в городе, кроме твоих людей, нет источников информации.

— Случаем, не тот же источник, что и с амулетом невидимости? — полюбопытствовал мужчина, вспоминая большую головомойку, устроенную ему Артемом Романовичем за прокол.

Комендант ничего не ответил, но почему-то улыбнулся и спросил:

— Что еще интересного?

— Ну… у меня сложилось ощущение, что Годимир знал этого Мороза еще до школы, но теперь я, кажется, понимаю, почему мы не нашли об этом никакой информации.

— Да, — произнес Артем Романович, подтверждая невысказанные догадки. — Ты полностью прав.

— Есть еще кое-что, — произнес Олег. — Мы пробили информацию по этому Морозу и его деду-витязю и не нашли о них никаких данных.

— Значит, их лучше и не искать, — почему-то недовольно покачал головой комендант. — Обратись к своему новому заму и напомни ему об установленном порядке передачи моих указаний и распоряжений.

Олег мысленно выругался и кивнул.

«Серега опять затупил! Надо гнать его взашей!»

Как он понял, по поводу этого витязя уже поступали особые указания, а он о них почему-то ничего не знал.

— Лояльный витязь — это хороший козырь в рукаве, — после небольшой паузы решил пояснить свою позицию комендант. — Как считаешь?

Олег согласно кивнул.

В городе воинов этого ранга было всего четверо, трое из них входили в какой-то род.

«Нет, Серега сегодня точно хорошо получит!»


К моему величайшему сожалению, нам с Феофаном так и не было суждено пострелять в тире не только во время следующих выходных, но и во время всех остальных в течение нескольких недель.

После моих настойчивых расспросов наставник признался, что подкинутый им труп демонопоклонника запустил цепную реакцию, которая привела к появлению в Моршанске большого количества разнообразных проверочных комиссий, и что именно поэтому исполнение некоторых договоренностей, которые он заключил, придется отложить до лучших времен.

Все свободное время, остающееся после школьных занятий, я тратил на возобновившиеся жесткие тренировки с наставником и обязательные походы в пустошь. Правда, в походы мы ходили только по выходным, так как Феофан даже слушать не хотел о пропуске хотя бы одного учебного дня среди недели. И это несмотря на то, что в школе к прогулам относились терпимо, и в иной день староста недосчитывалась четырех, а то и более учеников.

Несмотря на довольно продолжительное отсутствие практики, я все так же уверенно чувствовал себя на территории пустошей, а прохождение первого уровня стало самой настоящей прогулкой.

Демоны, которые еще буквально несколько месяцев назад вызывали у меня прилив неконтролируемого страха и панику превратились в довольно медлительных, предсказуемых и таких знакомых противников, которых, как оказалось, я мог резать целыми отрядами.

Конечно же это в первую очередь было связано с тем, что показатель силы демонов вернулся к исходному значению, предполагаемому при нахождении на первом уровне пустоши, — то есть они стали такими же, как и до проведения большого количества усиливающих ритуалов. Ну и еще это было связано с тем, что и сам я за последнее время стал намного сильнее физически и духовно.

Передышка, длившаяся больше месяца, позволила моему постоянно прогрессирующему организму хорошенько отдохнуть. В результате чего каналы духовной энергии значительно окрепли и стали намного толще, усилился источник «шики-чо». Да и физическое тело благодаря самостоятельным тренировкам на уроках наконец приблизилось по своим кондициям к духовному.

В настоящее время я усилился настолько, что без труда мог выставить пару десятков «щитов воли» и в то же время продолжать атаковать противника, используя поочередно большое количество «вихрей силы». Последняя техника наконец-то стала работать так, как это необходимо, — при создании «вихря» я расходовал минимальное количество духовной энергии.

Кстати, именно эти моменты я прояснил во время первой тренировки с Феофаном после его долгого отсутствия. Старый наставник решил проверить мои возможности после длительного отдыха.

Мне и самому было необходимо узнать, как на меня повлияли длительная передышка без опасных приключений и самостоятельные тренировки.

— Готов? — спросил Феофан и, не дожидаясь ответа, нанес удар.

Однако его план не удался, ведь меня на том месте уже не было.

Играючи отбив несколько «вихрей силы», наставник ударил ногой и тут же встретил сопротивление «щита воли».

Некоторое время мы кружились на тренировочной площадке. Я прощупывал его оборону, а он старался сдержать свои инстинкты и не пришибить меня ненароком.

Определившись с пределами моих возможностей, Феофан начал понемногу увеличивать скорость движений, при этом стал вкладывать в свои удары все больше и больше духовной энергии.

Ускорившись до предела, я почувствовал, как огнем горят легкие, как с явным усилием двигаются конечности и как сильные удары наставника пробивают мои ставшие хлипкими «щиты».

Осознав, что дело движется к провалу, я, используя «руку ситха», захватил плечо наставника и со всей возможной силой нанес по нему удар…

Чуда не произошло. Феофан играючи выставил мощный «щит воли» и каким-то образом освободился от захвата.

Его ответный удар я принял на скрещенные руки, а упав на землю, не нашел в себе сил подняться.

— Все плохо? — несколько расстроенно спросил, так как надеялся хотя бы зацепить наставника.

— Ну почему же? — на удивление довольно отреагировал учитель. — Намного лучше, чем я ожидал. Ты явно стал намного сильнее и достиг определенных успехов, что позволяет мне как наставнику повысить тебя до ранга «воин второй ступени».

— Серьезно?! — На моем удивленном лице сама собой появилась довольная улыбка.

Если Феофан говорит, что я достоин какого-то ранга, то это действительно так.

«Растем!»

— Более чем, — закивал наставник. — Свой ранг ты полностью подтверждаешь. Скорость, реакция и сила действительно на хорошем уровне, использование духовной энергии еще лучше. Я бы даже, возможно, присвоил тебе ранг повыше, твои навыки это позволяют, но, думаю, мы пока повременим.

— Почему это? — удивился я.

— Потому что для получения начальной ступени следующего ранга необходимо не только победить четыре пары воинов, но и продержаться несколько минут с меняющимися на ринге боевирами.

— Ничего себе! — ошарашенно покачал я головой. — Ты действительно считаешь, что я смогу на что-то претендовать? Мне кажется, я и воинов-то не пройду, куда там боевиры!

— Пройдешь, — отмахнулся наставник, но все же добавил. — Если, конечно, не оплошаешь.

Что-то не понравилась мне его последняя фраза, которая буквально кричала о том, что у меня как раз есть возможность оплошать, но наставник продолжил говорить, и я отложил неактуальные в данный момент размышления.

— Несмотря на то что ты достоин присвоенного мной ранга, я попрошу по-прежнему не носить кольцо с рангом в школу.

— Что я, дурак, что ли?! — Я даже несколько обиделся. — Мы же перед началом учебного года договаривались об этом.

— Ну, мне, знаешь ли, необходимо удостовериться, что ты помнишь, все же месяц был предоставлен сам себе. Твое мнение могло измениться.

— А не стоило надолго оставлять своего единственного подопечного! — мстительно парировал я. Хотя сам в принципе был согласен с необходимостью отлучки Феофана.

— Ты знаешь, что я не мог поступить по-другому, — пожал он плечами. — А это кольцо, которое, замечу, ты полностью заслужил, необходимо скрыть не только из соображении безопасности, но и потому, что мною как бойцом уже заинтересовалось несколько родов. Если они узнают, что мой ученик имеет такой высокий ранг, это повлечет дополнительные сложности.

— Раз уж сложилась такая ситуация, как я пройду экзамен на следующий ранг? — спросил удивленно. — Разве экзамен на новый ранг — это не публичное мероприятие, проводимое Лигой воинов несколько раз в год?

Как оказалось, от постоянного изучения инфосети есть прок, иной раз в голове всплывали довольно интересные факты, прочитанные мельком.

— Ты прав, — признал наставник. — Однако у меня имеется несколько вариантов, которые позволят нам сделать это тайно…

По прошествии нескольких недель мы так и не приступили к мероприятиям, позволяющим получить новый ранг. Обстоятельства были аналогичны ситуации со стрельбой в тире, да и мне, признаться, стало как-то все равно. Ведь вместо каких-то ненужных экзаменов продолжились наши совместные походы в пустошь, которые, благодаря углублению на третий-четвертый уровни, стали гораздо насыщенней, интересней и намного опасней.

Я снова ощутил возросшие показатели силы, ловкости и ума младших демонов и принялся изучать новые, неизвестные мне ранее виды редких трав и камней.

— Чем ближе к центру пустоши, — пояснял наставник, — тем больше энергии инферно в окружающем пространстве. Это обстоятельство прямо пропорционально влияет на интенсивность изменений окружающей среды, что выражается в возрастании количества редких ингредиентов, многие из которых не встречаются на начальных уровнях.

Не стоит забывать, что именно эти редкие ингредиенты и позволяли нам неплохо зарабатывать, что повышало уровень моего энтузиазма при обучении.

Также я заметил, что на этих уровнях нам совершенно перестали попадаться бесхвостые демоны. А, по словам Феофана, при дальнейшем углублении в пустошь твари будут становиться еще более сильными, умными и опасными. Их фигуры сделаются более массивными, значительно возрастет скорость реакции, у них появятся новые магические способности и обязательно увеличится процент насекомоподобных демонов.

Как оказалось, в тот день наставник самым безобразным образом накаркал! И уже на территории четвертого уровня пустоши я впервые столкнулся с первой такой насекомоподобной тварью.

Не передать словами весь испытанный мной ужас в момент, когда я впервые встретился лицом к лицу с огромным крестовиком.

Большинство людей боится, ну или, в крайнем случае, неосознанно опасается даже самых маленьких пауков. Поэтому нет ничего удивительного, что я оторопел, увидев крупную тварь размером с теленка, которая посчитала меня своей законной добычей.

Думаю, нет ничего удивительного в том, что именно в этот день я научился новой для себя атакующей технике — «сфере огня».

А дело был так…

Этот день изначально не подразумевал ничего плохого. Утро было довольно теплым и сухим, завтрак Марыси невероятно вкусным, а пустоши — свободными от демонов и редкостно богатыми на дорогие ингредиенты.

Мы с Феофаном несколько часов совершенно беспрепятственно переходили от одной известной точки с ингредиентами к другой и занимались самым примитивным собирательством. Пройдя первые три уровня, на четвертом наткнулись на группу бредущих неизвестно куда людов.

Человекоподобные демоны, своим видом напоминающие людей, оценив количество и предполагаемый уровень опасности, исходящий от потенциальных жертв, радостно закричали и недолго думая ринулись на нас, размахивая длинными и острыми мечами.

Право разобраться с воинственными противниками было традиционно возложено на меня. Что я пусть и с трудом, но сделал.

Небольшая сложность противостояния заключалась в том, что люды четвертого уровня были более сильны, чем представители этого вида из первых уровней, что происходило из-за большей близости к центру пустоши и, как следствие, большего количества поглощаемой инфернальной энергии.

Именно поэтому «шики-чо», вкладываемой мной в «вихри силы», было недостаточно для того, чтобы пробить прочную чешуйчатую кожу с костяными наростами. Сиреневые огоньки моей техники беспомощно развеивались в окружающем пространстве, встречая на своем пути непреодолимые препятствия, так слабые морские волны разбиваются о прибрежные вековые скалы.

Поговорку о том, что вода камень точит, я помнил хорошо, однако, к сожалению, большого количества времени у меня не было.

Приходилось не только быстрее двигаться и активнее работать саблей, чтобы избежать смертельно опасных ударов, но и последовательно увеличивать количество духовной энергии, вкладываемой в данную технику.

Такая тактика быстро принесла плоды.

После нескольких последовательных увеличений «шики-чо», вкладываемой в «вихри силы», очередной люд упал на землю с пробитой кожей и огромной дырой в груди. Уже точно зная количество энергии, необходимое для обезвреживания противников, я довольно быстро разобрался с оставшимися демонами и, просканировав территорию, осмотрелся по сторонам.

«Чисто!» — подумал довольно.

Однако интуиция тревожно шептала: «Что-то не так…

Что-то не так…»

Еще раз осмотревшись и не обнаружив опасности, я понял, что именно меня гложет. Пропал Феофан, точнее, он просто не появился после победы над людами, а значит, где-то рядом имелось что-то опасное.

«Опять эта его новая фишка!»

После долгого отсутствия пышущий энтузиазмом наставник придумал, как можно еще больше укрепить мою психологическую устойчивость. В общем, после любой встречи с демонами он таинственно пропадал. Словно его и не было. А я оставался с демонами один на один. Думаю, так он пытался научить меня действовать самостоятельно и отвыкать от постоянного присутствия всегда готового прийти на выручку учителя.

Феофан прятался настолько искусно, что я просто не мог не то что заметить, но даже ощутить его присутствие. Поэтому первые самостоятельные схватки были несколько тяжелы психологически и, признаюсь, здорово прочищали мозги. Сознание того, что я сейчас совершенно один на обжитой демонами территории, заставляло меня более серьезно относиться к делу и тратить как можно меньше духовной энергии.

Понимая, что где-то рядом затаилась опасность, я еще больше напитал тело духовной энергией и постарался прислушаться к своим ощущениям.

«Сверху!» — понял я и отскочил в сторону.

Противник, осознав, что его заметили, перестал скрываться, и я почувствовал огромную волну злобы и жажды крови, очень быстро приближающуюся ко мне. Мгновенный, на инстинктах, перекат, потом быстрый взгляд вверх и в сторону позволили рассмотреть огромного мерзкого паука, приземляющегося как раз на то самое место, на котором я только что стоял.

«Мамадорогая!» — в одно слово мысленно воскликнул я и непонятно каким образом очутился за стволом толстого дерева в двадцати шагах от демона.

Какой-то потусторонний ужас сковал тело, руки-ноги тряслись, зубы выбивали барабанную дробь. Я совершенно не представлял, что делать с этим монстром.

Точнее, я вроде бы и знал — Феофан проводил теоретическое занятие, рассказывал об уязвимых точках этого вида демонов и о тактике боя с ними. Тогда, на схемах и рисунках, все казалось довольно простым. Подберись поближе, зайди во фланг и рубани как можно сильнее «вихрем силы», однако сейчас никакого желания подходить к этой твари у меня не было. На самом деле мне нестерпимо захотелось чем-нибудь жахнуть по пауку издали и ни в коем случае не приближаться.

К сожалению, я не владел никакими дистанционными техниками, поэтому паника захлестнула меня, прогнав промелькнувшие за несколько мгновений до этого мысли.

Уверенно встав на все восемь лап, демон-паук решил не давать жертве времени на раздумья и решительно устремился ко мне.

Собравшаяся в это время в животе духовная энергия совершенно рефлекторно направилась в ладони, после чего я выставил их вперед и, словно ранцевый огнемет, пустил в голову паука струю невероятно горячего пламени.

Раздался дикий, полный ненависти рев демонической твари, а я, отскочив назад, позволил ослепленному болью демону врезаться в служившее мне укрытием дерево.

Руки опустились, и приток энергии тут же прекратился.

«Половину резерва как корова языком слизала! А он все еще жив и очень опасен! — с нарастающей досадой понял я. — Так у меня скоро закончится духовная энергия, а он будет жить! Черт! Таким трюком его не победить».

Создание новой, пусть и невероятно энергетически затратной техники, а также дикий рев демона привели мои мысли в порядок и вернули уверенность в себе. Я понял, что раз воспользовался одной разрушительной техникой, то, может, получится применить и другую.

«Огненный шар». Почему-то я остановился именно на этом визуальном образе.

Сомкнув руки в замок, начал подавать духовную энергию, пытаясь плотно сжать ее между ладонями в ограниченной области пространства. Все получилось, однако брошенный в ослепшего паука шар бесславно растаял в воздухе, лишь слегка коснувшись монстра и показав ему, где именно необходимо меня искать.

Несколько минут выматывающих скачек, и — радость — вторая попытка создать заклинание тоже оказалась удачной.

Представив, как между ладонями появляется небольшое ядро, напитанное изрядным количеством «шики-чо», я принялся мысленно вращать его по кругу и как бы наматывать на него тонкие нити энергии. Вовремя вспомнились расположенные в парках автоматы, быстро наматывающие сладкую вату на тонкую палочку. Интересно, почему я до этого раньше не додумался?

Паук в очередной раз приблизился ко мне, поэтому сильно раскрутившийся шар умчался в его сторону, а я, отскочив назад, напряженно замер, глядя на ярко-оранжевый клубок света, не собиравшийся развеиваться.

Порадоваться результату толком не успел, как говорится в народной поговорке: «Любопытство кошку сгубило!» Так случилось и со мной.

Не предусмотренная при создании «шара» взрывная волна подхватила меня, словно невесомую пылинку, и подбросила высоко вверх. Феерический полет оборвало появившееся на моем пути крепкое дерево.

Удар страшной силы выбил из легких остатки воздуха. Не понимаю, каким чудом я не сломал ни единой кости!

Последствия полета обернулись глубоко расцарапанными лицом, животом, спиной и руками. Жесткие ветки меня не пощадили.

Только я хотел передохнуть, как заметил еще одного противника. Этот паук оказался намного меньше своего старшего собрата и был размером с крупную собаку.

«Черт! Сабля выпала! — с досадой подумал я, осознав отсутствие ремня на поясе. — Неужели все же придется биться врукопашную?»

Духовной энергии оставалось совсем немного, и я с сожалением понял, что воспроизвести новую технику не смогу.

Собравшись с духом, несмотря на сильную боль в ранах, рванул навстречу пауку. Он был уже довольно близко и в какой-то момент мощным прыжком бросился в мою сторону. В последнее мгновение я нырнул под брюхо летящей твари и, коснувшись рукой мерзкого тела, средним «вихрем силы» разорвал его на несколько частей.

«Это, оказывается, новорожденный! — с досадой подумал я, стягивая запачканную внутренностями куртку и осматриваясь по сторонам. — Можно было ударить и послабей!»

— Ну и вонь! — произнес, не выдержав, и, поморщившись, стал валять куртку в траве, отчищая от желтоватой, неприятно пахнущей жижи.

— А ты чего хотел? — произнес появившийся словно из ниоткуда наставник. — Все-таки насекомоподобный демон, а они всегда отвратно пахнут.

— Что за хрень только что произошла?! — тут же возмутился я, уперев руки в бока, и тут же зашипел от боли в многочисленных ранах. — Ты же знаешь, что я впервые встретился с крестовиком! Тем более с таким огромным! Я, блин, от страха забыл как дышать! Ты что, не додумался, что у меня могут возникнуть какие-то сложности?

— Это были всего лишь крестовики, — насупившись, произнес Феофан и возразил: — До этого у тебя особых проблем с противниками не было, ты даже с нагом сражался уверенно. Почему сейчас должно было быть по-другому?!

— Да потому что это ПАУК! Огромный злой демон-ПАУК! На восьми лапах, с офигительно большими жвалами и инфернальной энергией внутри!

Совершенно незаметно я перешел на крик.

«Что-то я себя совершенно не контролирую!» — подумал удивленно.

— Сильно испугался? — через некоторое время растерянно произнес Феофан. — Я действительно не думал, что эта встреча станет проблемой, ведь я же говорил тебе, как действовать в схватке с пауками! Все же просто! Зашел с фланга и, ударив посильнее «вихрем силы», разорвал дистанцию! С твоим уровнем владения «шики-чо» это легче легкого!

— Легче легкого? — как-то опустошенно произнес я и, оставив куртку, принялся мазать раны лечебной мазью, лежавшей до этого в специальном чехле. — А ничего, что один из них побольше твоего джипа?! А?! Это, по-твоему, легче легкого?

— Зато в следующий раз будешь знать, что делать! — разозлился на мои причитания наставник.

Я и сам понимал, что все мои слова совершенно ни к чему. Что произошло — то произошло, и нечего жаловаться. Ведь изменить уже ничего не получится. Однако мой страх действительно был сильным, поэтому я еще несколько минут возмущался бессердечностью Феофана.

— Подожди, — внезапно замолчал я. — Он что, использовал на мне аналог твоей «вуали ужаса»?! Поэтому я себя так веду?

— Ну наконец-то! — обрадовался наставник. — Я уж думал, так и будешь болтать.

Немного помолчав, он добавил:

— Сегодня ты приобрел огромный опыт. Ощутил на себе волну демонического страха и освоил две новые техники. Кстати, если первой я и сам владею, то последнюю еще ни разу не видел. Как ты это сделал?

ГЛАВА 4

В школе у меня в принципе все было хорошо. Учеба шла своим чередом, первый триместр подходил к концу, а я числился в списках отличников. Сложись по-другому, мне наверняка было бы очень стыдно, что не могу выдержать уровня десятилетних детей.

За первые три месяца обучения в имперской школе я пусть и не тесно, но все же сошелся со многими одноклассниками. Но, как говорится, не говори гоп, пока не перепрыгнешь…

Я считал себя взрослым самостоятельным человеком, которому не о чем разговаривать с детьми. Думал, что не смогу найти с ними нормальных тем для разговора, поэтому и не пытался наладить диалог. Но оказалось, что банального человеческого общения мне очень не хватает. Да и одиночкой постоянно не будешь, тем более в детском коллективе, где тебя постоянно пытаются втянуть в какие-то затеи. Поэтому, оправдывая свое поведение тем, что человек по своей сути существо социальное, я начал понемногу общаться с некоторыми учениками.

Что-то подсказывал по предметам, общался, давал вроде бы простые, но очень ценные для детей советы, вступал в различные дискуссии и высказывал свое мнение.

Перемены в моем поведении были довольно заметны, ведь раньше я вообще не стремился ни к какому общению, и из меня в принципе было сложно что-то вытянуть.

Подобное поведение возбуждало интерес к моей скромной персоне, а если учесть еще и большое количество разговоров о моих шрамах, то станет ясно, что тесно общаться со мной хотели многие. Многие, но не все. Имелось несколько слишком высоко задравших нос учеников, не собиравшихся общаться с выскочкой. Но меня данная ситуация абсолютно устраивала — и без них было с кем поболтать.

Действительно неприятным моментом стал интерес ко мне особо хулиганистых представителей старших классов. Не тех, с которыми я пересекся как-то в спортзале, они оказались просто самыми нетерпеливыми, а с другими, которые пока лишь присматривались к простолюдину.

Как сказал один из одноклассников, мною интересуются некоторые «старшие», и, скорее всего, после осенних каникул придется с ними столкнуться. Спасало меня пока то, что малышей-пятиклассников трогать было не принято. А вот после первого триместра, когда они освоятся, можно и тронуть.

Радовало и то, что ребята из параллельного класса, с которыми я столкнулся в первый день, подлянок тоже не устраивали. Годимир смог внушить уважение к себе и намекнул, что мы с ним в общем-то друзья, а его друзей трогать нехорошо.

Однако небольшие проблемы у меня возникли с самим приятелем, который постоянно и с каждым разом все более настойчиво зазывал меня посетить его поместье во время выходных.

В этом-то и заключалась сложность: у нас с Феофаном на выходные всегда были огромные планы, поэтому приходилось отказываться. Ведь походы в пустошь стали нашим постоянным источником дохода и позволяли мне в боевых условиях тренировать свои умения. Такие занятия с раннего возраста просто необходимы, только так можно из моего детского и пока пластичного организма вылепить грозное оружие.

Так что приходилось помнить про приоритеты.

— Он от тебя так просто не отстанет, — философски сказал наставник после очередной моей жалобы и, немного подумав, разрешил мне провести с Годимиром два первых дня каникул.

Что я торжественно пообещал донельзя довольному пареньку.

Каникулы у учеников школ в этом мире были всего три раза в год, по числу триместров.

Первые начинались за неделю до конца ноября и заканчивались вместе с первой неделей декабря. Вторые тоже длились две недели — последнюю неделю февраля и первую марта. А последние, летние, были самыми большими и продолжались, как и у нас, целых три месяца.

«Эх… учеба только началась, а я уже жду лета…»

Помня о предстоящем посещении главного семейства города, я решил подготовиться заранее, чтобы не упасть в грязь лицом.

Поговорка, что встречают по одежде, а провожают по уму, актуальна и для этого мира. Поэтому отдел бутика «Боярэлит» остался доволен пусть и молодым, но очень щедрым клиентом.

В первый же день каникул я был разбужен звонком очень рано встающего сына коменданта и, пообещав ему страшные кары, принялся одеваться. Сон уже ушел, да и до привычной утренней тренировки оставалось не так много времени.

Зарядка, умывание, легкий завтрак, и вот я, переодевшись в заранее приготовленную по этому случаю одежду и собрав специально купленную для личных вещей кожаную коричневую сумку, приготовился выезжать.

Феофан бросил на меня взгляд и довольно кивнул, что было высшей оценкой моего внешнего вида.

Наставник довез до городского парка и, напомнив, что ждет меня здесь же через два дня, был таков.

— Ты чего это так нарядился? — спросил Годимир, после того как мы поздоровались.

— Как — так? — недоуменно спросил я, опустил взгляд вниз и увидел наглаженные брюки и аккуратные, начищенные до блеска ботинки.

— Да вот так, — нахмурился он. — Ты же не на прием приехал, а ко мне в гости.

— Ну да, — кивнул я, соглашаясь. — Всего лишь в гости в дом самого влиятельного человека в городе.

Годимир не нашелся что ответить и махнул рукой.

Погуляв некоторое время по парку, мы дождались еще трех ребят.

«Четверо гостей? Ну и хорошо, значит, мне родственники Годимира уделят не так много внимания».

Остальные приглашенные оказались одноклассниками Огнеяра. С Константином Махиным и Сергеем Кользовым я был уже знаком, а третьего знал только заочно.

— Познакомься, — сказал Годимир, показывая мальчишке на меня, — это Иван Мороз. — Затем мне показал на мальчишку. — Илья Вьюхин.

То, что мы были заочно знакомы и учились в одной школе, еще ничего не значило, нас должны были представить друг другу. Годимир конечно же сократил обязательный ритуал представления, он был излишним в нашей ситуации. Пожав руки, мы завершили ритуал знакомства и смогли свободно общаться.

Кстати, ни один из ребят не состоял в известной компании хулиганистых парней «А» класса, так что выбор Годимира я одобрял. Благо сын коменданта был совсем не глуп и быстро смекнул, с кем познакомился в первые учебные дни. После чего незаметно изменил круг общения.

— Теперь ко мне, — сказал Годимир, и мы, обсуждая полученные за триместр оценки, дружной компанией двинулись к поместью Огнеяра.

Как оказалось, дом коменданта был расположен недалеко от парка. Неудивительно, что Годимир убегал погулять именно сюда.

Помимо поместья Огнеяра рядом с парком располагался довольно большой, окруженный высоким забором квартал, в котором проживали самые родовитые боярские семейства города.

Из пояснений Константина я узнал, что тут живут представители тех родов, чьи дальние родственники пришли сюда в составе первых гарнизонов. Именно дальний предок Годимира был тем самым командиром отряда, который основал форпост, выросший сначала в небольшое поселение, а затем ставший полноценным городом. С той поры лишь представители этого семейства имели право наследовать должность коменданта.

В поместье нас встречал заранее предупрежденный Годимиром дворецкий, который показал выделенные гостям комнаты. Оставив вещи в комнате, которая размерами была со снимаемый нами у Марыси дом, я вместе со всеми спустился в столовую для небольшого завтрака.

— Это малый зал, — произнес Годимир, проводя небольшую экскурсию. — Здесь мы с родными часто принимаем друзей и едим, а для больших компаний у нас есть другие залы.

«Неплохо живут», — присвистнул я, хотя, судя по воспоминаниям Ивана, у Темниковых все было точно так же.

— Ну и какие у нас планы? — спросил я у Годимира, отправляя в рот ложку с вкусным и необычайно нежным тортом.

В столовой мы оказались одни, поэтому все чувствовали себя свободно и раскованно.

— Hy-y-y, — задумчиво протянул мальчишка, почесав нос, — сначала я планирую провести для вас небольшую экскурсию, чтобы никто ненароком не потерялся. Затем сходим в кино, у меня уже куплено пять билетов на «Иностранца». Ну а потом потренируемся и поиграем в видеоигры.

«Изрядно!» — подумал я и уточнил:

— А что за тренировки? Неужели вам хочется тратить на это ценное время каникул?

На меня уставилось четыре пары удивленных глаз.

— А ты как проводишь каникулы? — наконец решил уточнить Илья. — Неужели не тренируешься?

— Да, — согласился с ним Сергей, — как проводишь каникулы ты? А то мы узнали, что ты тоже увлекаешься боевыми искусствами и даже иногда ходишь в пустошь.

Огнеяр немного виновато опустил глаза.

— Я только им сказал, что ты на самом деле бываешь в пустоши, — признался он. — Просто эти слухи и так ходят по школе, поэтому я решил, что не будет ничего плохого, если ребята об этом узнают.

«Вот, значит, как, — задумался я. — Что же, именно поэтому боярские дети меня приняли? Обычного, по их мнению, простолюдина? Или из-за Годимира? Думаю, последнее». Как минимум взгляды, изредка кидаемые на меня Сергеем, были явно далеки от дружеских.

— Уели, — признался я, поднимая руки. — Именно этим и занимаюсь, тренируюсь и хожу в пустошь. Просто думал, что мы найдем более интересные развлечения.

— Развлечений у нас полно, — согласился Константин. — Но проверить свои силы с тем, кто реально сражается с демонами, интересно.

— Вот-вот, — согласился Илья. — Мне тоже.

Сергей просто кивнул, но по его скептическому взгляду я понял, что мальчишка мне не больно-то верит.

— Кстати, а какой у тебя ранг? — спросил он.

Врать не хотелось, но и говорить правду тоже — не поверят.

— Отрок второй ступени, — все же сказал я.

— Да ладно? — усомнился Годимир, нахмурившись. — Всего лишь отрок? Будь так, наставник не взял бы тебя в пустошь.

— Точно, — прищурился Константин. — Что-то ты темнишь. Лично я знаю, что ты с легкостью отбивался от ударов сразу четверых отроков, а это значит, что у тебя ранг явно выше.

Я промолчал и просто пожал плечами. Даже не знал, что ответить.

— А может, он и не ходит в пустошь? — как бы в шутку поддел меня Сергей, но я отлично видел, что, несмотря на улыбку, глаза его были холодны. — А на самом деле ввел всех в заблуждение.

— Потом проверим, — прервал ненужные наезды Годимир. — После фильма. Зал все расставит по своим местам.

Я согласно кивнул и уточнил:

— Надеюсь, вы тренируетесь без использования магии? А то я подобными умениями похвастаться не могу, так что получится не совсем честный спарринг.

— Можем тренировать и с магией, — ответил Сергей.

— Но пока никто из нас не умеет полноценно использовать полученные знания в бою, — хмыкнув, покосился на него Константин.

— Понятно, — кивнул я и задал следующий вопрос: — А почему вы увлекаетесь воинскими искусствами? Мне казалось, представители боярских родов предпочитают сразу тренировать магию.

— Ну нет, — не согласился со мной Илья. — Может быть, в центральных областях империи так и делают, но жители пограничных с пустошами территорий всегда первым делом тренируют тело. Как минимум до тех пор, пока не смогут полноценно заниматься магией, все же она более универсальная, мощная и практичная, чем воинские техники.

— Да, — подтвердил Годимир. — Многие изучают воинские искусства именно в детстве, а уже потом переходят к изучению магии и лишь поддерживают те воинские ранги, которые у них есть.

— А тренироваться в воинских искусствах и магии одновременно не получится?

— Совершенствование в любом искусстве отнимает очень много времени, — как на маленького, посмотрел на меня Сергей. — Так что приходится выбирать, в чем именно ты будешь совершенствоваться всю жизнь.

— Да, — согласился Илья. — Глупо совершенствоваться в воинском искусстве, когда есть магия.

— А как же техники «шики-чо»? — решил уточнить я. — Мне казалось, они очень похожи на заклинания, или нет?

Ребята улыбнулись.

— Что смешного? — удивился я.

— А то, — пояснил Сергей, — что духовную энергию довольно тяжело освоить даже тем людям, у которых есть талант к этому делу, а вот с магией дело обстоит намного легче. К тому же магия более практична. С ее помощью можно делать амулеты, зелья, осуществлять лечение, проводить поиск, ну и так далее. А с помощью воинских техник можно только убивать. Разница ясна?

Я кивнул. Раньше даже и не думал о подобном. Видимо, из-за специфики обучения я тщательно анализировал лишь те вещи, которые предназначены для убийства.

— Но я все равно не понимаю, почему нельзя тренироваться в двух направлениях сразу?

— На самом деле есть такие люди, которые помимо магии развивают и воинские искусства, — произнес Константин. — Но это делают, как правило, посредственные маги, которые таким образом пытаются компенсировать свою слабость.

— Некоторые из них все же добиваются хороших результатов, — вставил слово Годимир. — Как один из моих давних предков, к примеру.

— Поэтому ты увлекаешься воинскими искусствами?

— Да, — кивнул он. — Ну и еще потому, что мой старший брат мог пользоваться магией, а мне приходилось действовать оружием и кулаками.

— Ясно… — задумчиво протянул я. — А если сильный маг будет тренировать сразу и одно направление, и другое?

— Тогда он сможет дорасти лишь до среднего уровня и перестанет развиваться, — сказал Илья.

— То есть, — решил уточнить на всякий случай, — вы хотите сказать, что, после того как магия проснется, ее необходимо постоянно тренировать? А если не выкладываться как следует, так и останешься на уровне начальных рангов?

— Ну, в общем, все так, — подтвердил Константин. — Чтобы развиваться магически, необходимо многое уметь.

— В таком случае во сколько лет надо начинать развивать магические способности?

— Так… — произнес задумавшийся Годимир. — Ну вообще проверку магических способностей и инициацию обычно проводят лет в тринадцать. В нашей школе это произойдет в начале седьмого класса. Поэтому, думаю, тренироваться лучше именно с этого возраста. Ведь государство не зря тратит на проверку огромные деньги!

— Ага, — теперь задумался я. — Но ритуал можно пройти и раньше?

— Да, можно. Главы боярских родов проверяют способности своих детей заранее, а если надо, проводят инициацию.

— То есть бояре и как минимум потомственные маги заранее проверяют и инициируют своих детей, чтобы они раньше начали тренироваться и получили небольшое преимущество перед сверстниками, проходящими инициацию в тринадцать? Может, в этом секрет магической силы бояр? И их способности колдовать без использования жезлов?

Спросив об этом, я вызвал дружный детский смех.

Все оказалось намного проще. Немного более ранняя инициация, вне всякого сомнения, небольшой плюс, однако сила магии бояр в первую очередь зависит от хорошей наследственности, благодаря которой формирующиеся в них магические каналы изначально намного больше и прочнее, чем у магов первых поколений.

Дети рассказывали о своих будущих способностях с явной охотой, я даже немного пожалел, что являюсь обычным нормалом — человеком, который не имеет магических способностей.

— А может быть, ты хочешь пройти ритуал проверки? — внезапно предложил Годимир. — Я могу попросить наших родовых магов, они все сделают.

Я отрицательно покачал головой.

— Но почему? — удивленно произнес Константин. — Это же очень важно!

— Потому что я точно знаю, что магом мне не быть. Именно поэтому и занимаюсь воинскими искусствами.

— Вот и правильно, — кивнул Илья. — Если не получается стать магом, надо стать сильным воином.

— Да, — поддержал меня и Годимир. — Я слышал, что воин-витязь очень силен и может справиться даже с сильным магом, часто и не с одним.

— Это точно, — согласился я, вспоминая остающиеся после Феофана трупы, хотя конечно же маскирующийся и скрывающийся старикан не витязь, а настоящий богатырь.

— До уровня витязя еще надо дорасти, — как бы в пустоту заметил Степан.

Ему никто не ответил.


В общем, первый день в доме Годимира прошел очень насыщенно. Позавтракав, мы в быстром темпе провели экскурсию по поместью и тут же умчались в кинотеатр.

Фильм оказался довольно интересным, даже по меркам моего мира.

В фильме «Иностранец» рассказывалась история мальчишки, бастарда княжеского рода, которого свои же родичи вместо контрибуции отдали на откуп туземцам из другой страны. Этот момент я не совсем понял, но собирался уточнить, есть ли такая традиция в империи или это просто больное воображение сценариста.

Мальчишке навесили на шею какой-то ограничитель способностей, и с малых лет он жил вместе с прессовавшими его узкоглазыми девчонками. Невзгоды закалили мальчика, чьи родовые способности позволяли пользоваться молниями. Конечно же я с удовольствием наблюдал, как ребенок, став старше, походя раздавал туземцам по заслугам. Хитростью он перешел из ранга политического заключенного в члены рода, а потом захватил некоторую долю собственности у шпынявших его совсем недавно девиц. В общем, боевик мне понравился.

Вернувшись после фильма, мы повторно облазили все поместье, отобедали и наконец отправились играть в видеоигры. Это дело нас настолько увлекло, что мы засиделись до самого утра и так и не спустились в тренировочный зал.

Лишь когда слуги принесли ужин прямо в игровую, я вспомнил о разглагольствованиях мальчишек о важности тренировок. Мальчишки, что сказать. Дали поиграть в компьютерные игры — и они пропали.

Признаюсь, я и сам непонятно почему увлекся этим занятием и впервые за долгое время почувствовал себя самым настоящим десятилетним мальчиком.

Игр было много, но больше всего нам понравилась «Стрелялка». Что-то среднее между «Контрой» и «Крутым Сэмом» — нам приходилось бегать по локациям и убивать злобных демонов.

Думаю, моему сознанию была просто необходима нормальная психологическая разгрузка, поэтому я так веселился, а зайдя в комнату, тут же повалился на кровать и уснул.

Будильник зазвонил довольно рано. Умывшись, я решил не заниматься утренней тренировкой и завалился обратно в постель. И дело было отнюдь не в том, что мне не хотелось пугать хозяев и слуг поместья своей чрезмерной активностью. Просто решил, что раз у меня выходной, то стоит подольше поваляться и действительно отдохнуть.

На обед меня пригласил лично Годимир, и мы, весело переговариваясь, спустились вниз. Там нас ожидали другие ребята и слуга.

— Артем Романович в малом зале, ждет, что вы представите ему своих друзей.

Годимир нахмурился, после чего кивнул и решительно открыл дверь.

Его отец, знакомый мне по фото в Интернете, сидел за столом, пил кофе и читал газету.

Несколько робеющий, но не показывающий этого Годимир подвел нас к столу и произнес:

— Отец, позволь мне представить своих друзей.

После того как мужчина отложил газету в сторону и внимательно посмотрел на нас, Годимир продолжил:

— Константин Махин.

Стоящий первым мальчишка почтительно склонил голову и произнес:

— Познакомиться с вами — честь для меня.

Комендант благосклонно кивнул в ответ, и ритуал повторился.

— Сергей Кользов…

— Илья Вьюхин…

Меня оставили напоследок, все же обычный простолюдин и ни разу не боярич.

— Артем Романович Огнеяр, — представился мужчина, поднялся со стула и, протянув руку, лично поздоровался с каждым из нас.

Как я понял, это был прозрачный намек на то, что можно перейти к неформальному общению и вообще чувствовать себя как дома.

Это, конечно, поняли все, однако почему-то еще больше напряглись. И как-то совсем вяло стали ковыряться в еде.

Я же решил уважить хозяина дома и со здоровым аппетитом маленькими кусочками поглощал вкуснейшее мясо.

Посмотрев на это, мужчина улыбнулся.

— У нас что, так плохо кормят? — спросил он у неуверенно жующих мальчишек.

Они тут же поспешили заверить его, что это не так, однако продолжали есть так же вяло.

— В таком случае почему только один из вас охотно ест, а остальные стесняются? — спросил хозяин дома.

Дети скосили глаза на меня и промолчали.

— Иван, — обратился ко мне мужчина, — как ты думаешь, почему они так плохо едят?

— Потому что едят салат, а не мясо, — решил я спасти мальчишек. — Сейчас они сменят блюдо и поймут, насколько были не правы.

Дождавшись, когда гости немного утолят голод и приступят к десерту, мужчина начал расспрашивать об учебе в школе, оценках и прочей ерунде.

Через двадцать минут общения, больше похожего на допрос, к хозяину дома подошел немного взволнованный, но старающийся не показывать этого слуга и, склонившись, что-то прошептал на ухо.

Мужчина задумчиво кивнул, после чего попросил прощения за внезапную отлучку и, пожелав нам хорошенько отдохнуть, ушел.

— Что ты на еду накинулся, словно голодный, — как только закрылась дверь за комендантом, произнес Сергей и гневно уставился на меня. — Ставишь нас в неловкое положение!

— Прости? — удивился я.

— Ты жрал, будто тебя неделю не кормили! — гневно произнес мальчишка.

— Мне показалось, — приподняв бровь, уточнил я, — или свой промах ты хочешь компенсировать за счет моего достойного поведения?

— Достойного? — воскликнул Сергей, вставая. — Что ты можешь знать о достойном поведении?

— Так, остановитесь! — пришел в себя Годимир.

— Скромника лучше успокой, — спокойно посоветовал я. — А то на людей бросается, хотя еще несколько минут назад даже есть не мог.

— Что?! — вскочил Сергей со стула.

— Сядь! — остановил его Константин. — Иван прав. Он вел себя достойно и именно так, как должны были вести все мы.

Сергей посмотрел на меня и злорадно улыбнулся:

— У нас же сейчас намечена тренировка? Вот там и посмотрим, в состоянии ли ты ответить за свои слова.

— В любом случае сегодняшняя тренировка обещает стать еще более интересной, чем планировалось изначально, — спокойно заключил молчавший до этого момента Илья.


Тренировочный зал Огнеяров размером был примерно в два школьных спортзала. Внимательно осмотрев его, я понял, что он предназначен для тренировок рядовых воинов и магов рода, а никак не главы и членов семьи.

Личные полигоны, как правило, располагаются рядом с родовым камнем под землей.

— Я думал, пол будет хотя бы деревянным, — произнес, указывая на тротуарные плитки.

— Тут же отрабатывают заклинания и техники «шики-чо», — пояснил Годимир. — Поэтому такое покрытие.

Подойдя к одному из деревянных чурбаков, мальчишка ударил его с помощью «вихря силы».

— Ого! — тут же восхитились ребята, обходя чурбак с разных сторон. — Ты уже владеешь техниками?

Я промолчал. Помнится, он хвастался, что умеет пользоваться духовной энергией, поэтому я не удивился.

Пока Годимир объяснял друзьям, что такое «вихрь силы» и как он у него получается, я подошел поближе и уточнил:

— А какими техниками еще умеешь пользоваться?

— Ну, пока только двумя: «тараном» и «вихрем силы», — признался он. — К другим даже и не думаю переходить. С этими хотя бы разобраться.

«Таран» — это, скорее всего, удар чистой силы? — подумал я, и мальчишка тут же его продемонстрировал.

— А может, сразу поспаррингуем? — предложил Сергей, глядя на меня. — Надо же проверить, может ли гроза демонов отвечать за свои слова.

— Можем и проверить, — спокойно кивнул я. — Посмотрим, что ты из себя представляешь.

Годимир нахмурился. Ему не нравился этот небольшой конфликт между друзьями, но тоже было интересно, что я из себя представляю.

— Отлично, — потирая руки, произнес Илья. — Это должно быть любопытно.

— Начинайте, — наконец решился Годимир.

Сергей сорвался с места и, хорошенько оттолкнувшись от пола и выставив ногу вперед, полетел в мою сторону.

Однако меня там уже не было, я пропустил мимо себя мальчишку и разочарованно покачал головой.

«М-да… мне казалось, он будет хотя бы немного сильнее».

Наверняка меня очень разбаловали превосходящие по силе противники, так как мальчишку даже противником назвать не получалось. Вероятно, когда-нибудь он вырастет и станет сильным магом и только тогда сделается опасным соперником, однако в данный момент ничего, кроме печального вздоха, его потуги не вызывали.

Я пару минут спокойно уходил от ударов, дожидаясь, пока Сергей окончательно не выдохнется, после чего нанес один-единственный удар под дых.

Мальчишка упал на колени, попытался вдохнуть и даже не попытался подняться.

— Ты точно не отрок второй ступени, — произнес Константин задумчиво.

— Да, ты был намного быстрее Сергея, — добавил Илья, прищурившись, и обратился к Косте: — Один я с ним точно не справлюсь, давай попробуем вдвоем?

— Ты согласен? — довольным тоном произнес Годимир, поглядывая на наконец-то задышавшего Сергея, словно это именно он его приложил.

— Да. Давайте посмотрим, что вы умеете.

Мальчишки разошлись в разные стороны, после чего одновременно напали. Я стоял к ним боком, поэтому смог своевременно отреагировать и вступить в бой.

Некоторое время мы просто парировали удары друг друга, пока я, чуть не пропустив неожиданный удар Ильи, уворачиваясь, непроизвольно не напитал тело духовной энергией.

Что-то тихо пикнуло, и Годимир закричал:

— Ага! Попался! Все же ты умеешь пользоваться духовной энергией! Все! Стоп!

Илья и Костя остановились, удивленно глядя на Годимира.

— Он, как и я, может пользоваться духовной энергией! Вот! — Мальчишка показал нам какой-то планшет.

— Что это? — удивленно спросил я, понимая, что произошло, и начал оглядываться по сторонам, активировав «глаза волка».

«Ага, — подумал, рассматривая большое количество светящихся разноцветных символов на полу, стенах и потолке. — Этот зал под завязку нашпигован различными амулетами».

— У меня тут информация с различных устройств, они показали, что Иван пользовался духовной энергией.

— И что эти амулеты еще показывают? — уточнил я.

— Да я как-то и не знаю, — растерянно покачал головой Годимир. — Ставят магическую защиту по периметру, могут оценить силу удара или показать, что кто-то пользуется духовной энергией, вроде все. — Огнеяр отложил планшет в сторону и сказал: — Может, теперь покажешь, что ты на самом деле умеешь?

Я подумал и кивнул, после чего посмотрел на почти восстановившегося Сергея, который уже поднялся на ноги.

— Надеюсь, без обид?

— Без, — отвел он взгляд в сторону. — Это ты меня извини, просто переволновался, вот и сорвался.

«Вот что животворящий кулак делает, — подумал я. — Всего один удар, и такое изменение поведения, хотя спиной я к нему в ближайшее время точно не повернусь».

— Тогда, может, присоединишься к нам?

— Четверо против одного?! — удивился он.

— Да, давай, — произнес Годимир, улыбнувшись. — Ты же ощутил, какой он быстрый, так что, думаю, бой будет интересным.

Став в центр зала и опустив руки, я замер, ожидая, когда мальчишки нападут. Я был готов устроить шоу для одного конкретного человека, который сейчас стоял под заклинанием невидимости и с интересом наблюдал за нами. Ведь я прекрасно понимал, что одними походами в пустошь сыт не будешь, поэтому начал разрабатывать некоторые проекты, которые, к сожалению, нельзя было реализовать без поддержки такого влиятельного человека, как комендант Моршанска…

Легкая прогулка. Именно так я мог охарактеризовать этот бой. Ребята пока были отчаянно слабы, если их конечно же сравнивать со мной.

Что-то реально опасное мог показать только Огнеяр со своими «таранами» и «вихрями силы», да и то из-за низкого контроля его хватило только на три удара. Которые я спокойно блокировал «щитом води».

После того как мальчишки наконец выдохлись, я отскочил назад:

— Все! Хватит!

Услышав команду, они без сил рухнули прямо на вымощенный плитками пол.

— Блин, как будто мешок с песком бьешь, — тряся руками, признал Константин.

Чтобы не выглядеть совсем уж читером, я конечно же позволил им нанести мне несколько ударов.

— Если бы вы могли пользоваться духовной энергией, уверен, так просто я бы не отделался.

— Теперь верю, что ты ходишь в пустоши, — произнес Сергей с улыбкой, но его глаза остались холодными.

— Забыли, — безмятежно проговорил я.

— А как тебе удалось отбить мои «вихри»? — немного возмущенно произнес Годимир.

— Эта техника называется «щит воли», — произнес я и сформировал перед собой светящийся экран «шики-чо». — Просто представляешь, как перед тобой формируется щит, добавляешь немного энергии, и все.

— Кажется, просто, — задумчиво протянул мальчишка. — Но если учесть, как тяжело вращать энергию в «вихре силы», то, думаю, подобный трюк мне пока не удастся.

— О! Точно! — воскликнул Илья. — А покажи свой «вихрь силы»!

Вытянув ладонь, я закружил на ней «вихрь силы», заставив появиться сиреневый огонек.

— А почему он светится? — спросил Константин.

— Потому что техника выполнена с минимальным вложением энергии, — со знанием дела ответил Годимир и немного завистливо посмотрел на меня: — А какой у тебя ранг на самом деле?

— Скажу только при условии, что это останется тайной, — обведя всех подозрительным взглядом, произнес я.

«Общие секреты сближают, это я понял еще после знакомства с Годимиром. Так что почему бы мне не провернуть подобный трюк еще раз и не завоевать доверие как минимум Кости и Ильи? Вполне нормальные ребята».

Выслушав дружные заверения мальчишек, что это будет их самая страшная тайна, я многозначительным голосом произнес:

— Воин второй ступени.

— Всего-то?! — расстроился Годимир. — Я думал, выше.

— Какие мои годы? — пожав плечами, ответил я.

ГЛАВА 5

В целом мои каникулы прошли достаточно хорошо, но и без небольших неприятностей не обошлось…

После проведения двух дней в поместье Огнеяров я, действительно отдохнув, вернулся домой и с удивлением узнал, что, пока мы с мальчишками беззаботно играли в видеоигры, уничтожая демонов, в реальности этим же занимался многочисленный гарнизон Моршанска.

Около пятнадцати часов во второй день каникул большой отряд примерно из пяти сотен демонов был обнаружен недалеко от облюбованного нами с наставником таможенного поста.

Демоны походя расправились с возвращающимися с пустошей группами свободных охотников, после чего попробовали с наскока захватить пост. Однако там служили тертые калачи, которые вовремя заметили опасность, успели забаррикадироваться и объявить тревогу. А установленные по периметру поста турели с крупнокалиберными пулеметами и стальные ставни на окнах позволили таможенникам успешно обороняться.

Вероятно, если бы у демонов было желание, они бы достали спрятавшихся от них за крепкими стенами людей. Но твари, оказавшиеся по другую сторону стены, стремились убраться от нее как можно дальше.

Поднятым по тревоге воинским частям пришлось немало повозиться, чтобы выловить и перебить всех до единого демонов. К сожалению, без случайных жертв среди мирных жителей обойтись не удалось.

Дело в том, что имеющийся в Лиге магов специальный артефакт, улавливающий мощные всплески энергии инферно, идущей из пустошей (а судя по количеству монстров, скачок колебаний должен был быть значительным), ничего не показал. И, соответственно, дежурный маг не смог вовремя доложить о возможном вторжении.

Феофан, рассказывавший об этом, явно злился, ведь по его первоначальным планам мы и сами должны были в то время находиться в пустоши, и не факт, что при столкновении с такой оравой монстров нам удалось бы сбежать. Так что я должен поблагодарить Годимира за настойчивость…

Этим же вечером Феофан с соседом поминали погибших.

— Демоны, несмотря на то что охотники постоянно сокращают их поголовье, значительно окрепли и появляются все бо́льшими по численности отрядами, — задумчиво произнес Феофан. — Это очень плохая тенденция.

— Особенно если учесть, что такое происходит не только в Горбовичской пустоши, но и во всех остальных, — произнес дед Тарас, покачал головой и, отпив немного вина из пузатой бутыли, продолжил: — Но ты еще должен учитывать, что и их уровень с каждым годом становится все выше.

Феофан задумчиво посмотрел на товарища и уточнил:

— Что ты имеешь в виду?

Старый автюк хитро улыбнулся и, сделав еще один большой глоток, произнес:

— Да хотя бы и то, что последние пару лет в прорывах перестали участвовать бесхвостые демоны! Представь, бесхвостые — и перестали! А ведь раньше-то их было большинство! — Повторно смочив горло, дед продолжил: — Слава Спасителю, что за пределами пустошей они уже не могут так уверенно использовать крылья, а то разлетелись бы сучьи дети по всей округе, задолбались бы мы потом их поодиночке отлавливать и убивать.

Услышав интересную для себя информацию, я решил включиться в разговор:

— Подождите, а почему это они не могут летать за пределами пустошей?

— А если самому подумать? — тут же «включил» строгого педагога дед Тарас.

«Вот ведь! — вздохнул я. — Почему бы просто не ответить на вопрос? Почему всем необходимо поумничать?!»

Несмотря на возмущение, я все же задумался над вопросом.

«Так, почему демоны не могут летать за пределами пустошей? Или могут? Ведь эту информацию я узнал только сейчас — от деда Тараса. Хм. Нет. Все-таки летать они не могут, иначе крылатые демоны могли бы под покровом ночи совершенно незаметно пересекать стену. Но почему они этого не делают?»

В голову вообще не приходило никаких мыслей, поэтому я решил воспользоваться методом от противного.

«Что вообще я знаю о способностях демонов к полетам? Ну, во-первых, я знаю, что летать могут только крылатые демоны. Молодец! Умник, блин! Невероятные выводы!» — отметил внутренний голос, критикующий слабую наблюдательность, но я постарался не слушать его, а продолжить рассуждать.

«Во-вторых, способность к полетам у крылатых появляется только после перехода на определенный уровень силы, после которого они становятся магами…»

А вот это уже интересно. Значит, на основании этого я могу сделать вывод, что крылатые демоны могут летать только благодаря магии.

Хм. Немного притянуто за уши или мне просто кажется? Надо добавить еще несколько фактов…

Может, тогда стоит учесть, что, кроме пилки, летающих демонов я так сразу и не вспомню?

Ведь крылатые демоны есть среди людов, носортулов и даже нагов, но никто из них почему-то не летает…

— Что-то ты долго думаешь, — прервал мои размышления дед Тарас. — Рассказывай, чего измыслил. — Он хохотнул. — А то мы так до самого вечера сидеть будем.

— А чего торопиться? Хорошо же сидим? — задал я риторический вопрос и, не дожидаясь ответа, продолжил: — Мне кажется, что крылатые демоны летают за счет использования магической энергии. Те же пилки, к примеру, весят мало, поэтому для полета им требуется намного меньше энергии, чем, к примеру, тем же людам, а тем более носортулам.

— Правильно, — закивал мужчина и в честь этого отпил еще вина. — Так и есть, но на вопрос ты все же не ответил. Почему демоны не могут летать за пределами пустошей?

— Может, им на полет энергии не хватает? — в очередной раз предположил я.

Мне вспомнились слова наставника о влиянии центра пустоши и количества излучаемой им инфернальной энергии на силу демонов.

— Вот! Можешь ведь, когда захочешь, — поддел меня старик и обратился к наставнику: — Его надо обучать по восточной методике. Задал вопрос, на который сам может дать ответ, и тут же получил в ответ по пустой башке. Очень, говорят, стимулирует мозги.

«Эх, ну дед Тарас! — мысленно вздохнул я. — Ну чего ты начинаешь-то? А ведь я тебя от гопников на базаре защищал. Удар в спину! Ей-богу!»

— Я сам разберусь, как его правильно учить, — отмахнулся Феофан. — Лучше расскажи, что ты там говорил по поводу повысившегося уровня силы демонов?

— Дык я ж сказал! — удивился дед Тарас. — В нападениях почти не участвуют бесхвостые твари, все уже со второго-третьего уровней. Да и количество какое! Почти что пятьсот особей! Ты вспомни, как раньше-то было. Неужели больше двухсот собиралось?

— Ну да, — согласился Феофан, почесав подбородок. — Тварей действительно стало слишком много.

— Дело не только в количестве, но и в качестве! — поднял палец дед Тарас. — Если бы ты тут жил так же, как и я, — постоянно, то видел бы, как демоны постепенно набирают силу и мощь! Чует мое сердце, что копят они силы в этих своих пустошах, и как только серьезно усилятся, пойдут в полноценную атаку на человечество.

— Да ну, это все моршанские пьяные заговоры, — не согласился с ним засмеявшийся Феофан. — Сколько себя помню, во всех барах и трактирах приграничных городов постоянно обсуждается вот это самое усиление пустошей. После которого демоны на нас нападут. Да даже если они и решатся напасть, то что? Человеческие государства уже не такие слабые, как несколько столетий назад! Людей стало больше раз в двести! У государств мощные вооруженные силы, заточенные на борьбу как с людьми, так и с демонами. Раздуты и другие силовые ведомства, а подготовленная, хорошо экипированная Лига охотников работает в каждом крупном городе, да и у боярских родов имеются свои личные службы безопасности. Думаешь, у демонов есть шансы против нас? Да и не забывай про современное оружие, которое не чета устаревшим громоздким мушкетам и пистолям.

— Но поможет ли человечеству его оружие, если на всей территории внезапно станут действовать такие же законы природы, как и в пустошах? А? — внезапно спросил дед Тарас. — Смогут выстоять наши вооруженные силы, если у них не будет этих самых стрелялок? Сколько они продержатся?

— В таком случае недолго, — согласился Феофан. — Но ты уверен, что такое в принципе возможно? Ты же должен понимать, если бы это было реализуемо, демоны бы это сделали.

— Все в этом мире возможно, — философски заметил дед Тарас. — Я вообще считаю, что пустоши давно надо закрывать, да только наши власти против. Сначала у них не было сил, а теперь уже отсутствует желание, ведь пустоши — это огромные поступления в казну!

— А разве люди умеют закрывать пустоши? — удивился я. — Не слышал о подобном.

— Случалось такое пару раз, — признал дед Тарас. — Но как получилось, никто не знает. Хотя… — он сделал большой глоток, — если бы захотели, все бы у них получилось. Вон даже в космос людей отправили.

— Ну-ну… — не согласился с ним Феофан. — Так бы просто и закрыли…

— А что? Думаешь, нет? — тут же вскинулся дед. — Тогда слушай, как бы это сделал я. Сначала я ввел бы вооруженные силы в небольшую пустошь и полностью ее зачистил. После этого ввел бы на территорию «яйцеголовых», которые, пусть и не с первого раза, но все же разобрались бы в принципе функционирования пустошей и работы демонических порталов, да и закрыли бы их. А так власти просто не хотят этим заниматься, ведь проще посылать туда свободных охотников и зарабатывать деньги. Все зло, блин, из-за денег!

«Действительно, если бы люди были заинтересованы в закрытии этих чертовых пустошей, они бы это сделали, в этом дед Тарас действительно прав», — понял я.


После произошедшего нападения в городе был объявлен траур. Люди провожали погибших в результате демонической атаки и молились за спасение их душ.

Мы с Феофаном тоже решили почтить память умерших, только сделали это своеобразно — отправились в пустошь и принялись выкашивать инфернальных тварей.

Ну как выкашивать, легко было только на первых трех уровнях, где мы натыкались на крупные, но слабые отряды бесхвостых демонов. Сложно представить, что могло бы произойти, если бы в отряды тварей влились демоны, которые могут переправиться через стену.

Четвертый уровень прошли вообще беспрепятственно, хотя изначально собирались остановиться именно там, но демонов на четвертом, к сожалению, не было от слова «совсем», и наставник принял решение идти на пятый.

На этом уровне я осознал, что опять начал чувствовать себя беспомощным. Ведь там даже пилки, казалось бы, слабейшие из демонов, становились намного более серьезными противниками.

Первый встреченный мной маленький демон чуть не вырвал из моего бедра огромный кусок мяса. Благо вовремя поставленный «щит воли» сумел остановить его горящие темным пламенем длинные когти. Несколько мгновений, и я, получив несколько неприятных царапин, все же смог разорвать дистанцию, напитал тело максимально возможным количеством энергии и сравнялся с демоном в скорости.

Раны, оставленные когтями, потягивало, однако, несмотря на это, сабля мелькала в моих руках как заведенная, ведь именно попытки поразить демона «вихрем силы» оборачивались этими самыми ранениями.

Пилки казался неутомимым, его прочную кожу не брало железо, а горящие темным пламенем когти легко разрушали слабые «щиты воли», поэтому я благодарил Спасителя, что этот демон не был вооружен.

Демон, с легкостью отбивающий удары сабли руками, вызывал злость, хотелось сделать так, чтобы он залился кровью, однако это никак не получалось.

В какой-то момент я почувствовал, как моя духовная энергия словно бы впитывается саблей, клинок едва заметно засветился, а демон наконец получил первое серьезное ранение.

Гортанно вскрикнув, пилки выставил перед собой руки, и его магия отшвырнула меня на несколько метров назад, снесла сотворенный впопыхах «щит воли».

Перекатившись по земле, я с помощью примитивной и энергозатратной «руки ситха» остановил в полете прыгнувшего в мою сторону демона. Внезапная остановка в воздухе никак на него не повлияла, и он, ничуть не растерявшись, словно подобное с ним происходило постоянно, нанес удар охваченной темным огнем рукой по проходящему от меня к нему энергомосту «руки ситха». Техника разрушилась.

Приземлившийся демон повторил ранее примененную технику и отправил меня в повторный полет. Не поднимаясь, я швырнул в пилки своим «тараном силы» и встал на ноги.

«Черт! Силы-то на исходе! Чем его взять?!»

Моя мощнейшая техника «сфера огня» была не только очень энергозатратной, но и легко позволила бы быстрому противнику от нее уклониться, поэтому мне вновь, как и в бою с крестовиком, пришлось изображать из себя огнемет.

Когда энергии осталось совсем мало, а демон был все так же силен, за его спиной появился наставник и легким движением срубил тому голову.

— М-да, рано тебе еще на этот уровень заходить, — разочарованно произнес учитель, после чего задумчиво добавил: — А Тарас, кажется, был прав: что настолько сильная тварь может делать всего лишь на пятом уровне?

Осенние каникулы прошли у меня под знаменем: «пойди в пустошь, сразись с каким-нибудь демоном пятого уровня, отхвати „люлей“ и почувствуй себя полнейшим ничтожеством». Так что окончание двухнедельного «отдыха» я встречал с несколькими десятками новых шрамов и большой радостью! Теперь как минимум не придется каждый день получать по морде!

Кстати, один из небольших шрамов был получен ну в очень неудачное место. Слава Спасителю, удар демона пришелся не в глаз, а на пару сантиметров ниже, и шрам останется конечно же на щеке. Блин!

«Уже чувствую повышенное внимание к своей скромной персоне не только со стороны одноклассников, но и ребят постарше».

Подобное обстоятельство меня крайне расстраивало, однако после встречи с высокоуровневыми демонами я стал считать, что школьники на самом-то деле не такие уж и плохие… Даже те из них, у которых вместо головы задница.

Так что школьники в целом — это не проблема, а вот что меня действительно расстраивало, так это то, насколько тяжело было сражаться с демонами старших уровней, а ведь еще недавно я считал себя довольно способным учеником.

Твари действительно оказались очень сильны, и это несмотря на то, что мне постоянно попадались одни пилки. Боюсь предположить, какими сильными будут люды или носортулы!

Как сказал Феофан, мы ходили на пятый уровень для того, чтобы я прочувствовал разницу между слабыми демонами, с которыми я сражался до этого, и действительно сильными противниками. И чтобы после окончания каникул помнил, к каким встречам необходимо готовиться.

Кстати, так заинтересовавшая вначале наставника техника «сферы огня» потом его все же расстроила. Все дело оказалось в том, что она, видите ли, нуждается в слишком большом количестве духовной энергии. Поэтому использовать ее против пилки Феофан пока запретил.

— Если для техники потребуется раз так в двадцать меньше энергии, то тогда я, может быть, и посчитаю ее условно-успешной. А если нет, она просто бесполезна, существует много куда более удачных решений, позволяющих справиться с таким противником…

Второй триместр неожиданно начался точно так же, как и окончившийся первый, — с жестких контрольных работ по всем предметам. Признаюсь, после столь насыщенных недель мне меньше всего хотелось напрягаться еще и на уроках, однако делать было нечего и я, стиснув зубы, ответственно взялся за дело.

Может быть, контрольные и были сложны для других учеников, но не для меня. Однако я вполне мог совершить ошибку из-за невнимательности, поэтому приходилось сосредотачиваться и не допускать досадных описок или помарок. В дальнейшем именно этот ответственный подход и сослужил мне не очень хорошую службу…

Дело в том, что со второго триместра в масштабе всей страны проводилось большое количество соревнований и турниров между всеми филиалами Имперской школы. Мне, как и многим другим отличникам, предложили защитить честь нашего филиала на областных турнирах по различным предметам. И если остальные дети с радостью согласились, ведь для них это был шанс не только заявить о себе, но и возможность засветиться на телевидении, то я по понятным причинам категорически отказался. К тому же выяснилось, что для участия в турнире мне понадобилось бы отправиться в Гомель — это областной город, в административном подчинении которого находится Моршанск.

Для меня все это, понятное дело, было совершенно неприемлемо, ведь в таком случае придется выйти за пределы зоны воздействия инфернальной энергии, и Темниковы смогут найти меня с помощью ритуала поиска.

— Я ценю ваше предложение, Ольга Романовна, оно мне неимоверно льстит, но, к моему глубочайшему сожалению, не могу его принять.

— Но почему?! — искренне удивилась женщина. — Ведь ты имеешь высший бал по всем предметам и крепкие базовые знания. Преподаватели тебя ценят и считают, что через пару лет ты сможешь претендовать на звание лучшего ученика школы!

«Лесть, конечно, приятная вещь, но я, слава Спасителю, не сопляк и могу на нее адекватно реагировать».

— Я не считаю себя достойной кандидатурой для того, чтобы представлять наш филиал на областных и имперских турнирах, — произнес смиренно.

«Поиграем в скромника, надеюсь, это сработает».

— Конечно же ты достоин, — отмахнулась женщина и, улыбнувшись, заговорщицки подмигнула. — Если ты не знаешь, то турнир будет освещаться на областном телевидении, так что у тебя есть реальный шанс стать знаменитым! А в случае получения призового места отправишься в столицу! Это ведь прекрасно! Как считаешь?

«Ага, по телевизору покажут, — вздохнул я. — Этого мне только не хватало!»

— Мне это известно, — произнес решительно. — Но все равно я намерен отказаться.

— Плохо, что ты так негативно настроен и не желаешь участвовать в турнире, — покачала головой директор. — Кто тогда будет представлять наш филиал?

— В моем классе есть еще как минимум четыре отличника, которые с радостью откликнутся на ваше предложение, — нейтрально заметил я.

— Целых четыре? — как-то странно посмотрела на меня директор.

— Да, — кивнул я. — Считаю, что они могут достойно представить наш филиал.

— Ну что же, — задумчиво произнесла женщина. — В таком случае я тебя не задерживаю, можешь идти.

— Еще раз спасибо за предложение. До свидания.

«Xyx! — вздохнул я облегченно. — А классная говорила, что от директрисы так просто не уйдешь, она отказов не принимает и вообще очень жесткая женщина. Ан нет, вполне приятная и понимающая. Повезло».

Я шел в класс и поэтому не мог слышать, как Ольга Романовна, сидя в своем кабинете, зло говорила:

— Есть более достойные кандидатуры, значит… более достойные… достойные. Это что же, у нас опять бояре притесняют простолюдинов? Уже в пятом классе?! Ну, Инга Владимировна, я вам устрою!


Произошедшее после этого разговора я встретил с широко открытыми от удивления глазами. Почему-то наш глубоко уважаемый директор уцепилась за случайно оброненную мной фразу о других достойных представителях класса и, неверно ее интерпретировав, хорошенько отругала классного руководителя.

Результатом этого стало то, что молодая симпатичная девушка двадцати пяти лет по отношению к одному конкретному ученику превратилась в настоящую мегеру! Может, дело было в лишении ее крупной премии или потере тщательно создаваемой репутации, но она меня реально невзлюбила.

Мои объяснения, что я на самом деле ни на что не жаловался и ни в коем случае не говорил о каких-то притеснениях, ничего не решили. Ведь в любом случае учителю проще считать виновным именно ученика-простолюдина, чем работодателя, который платит ему деньги.

К чести учительницы, что Инга Владимировна все же попробовала перебороть возникшую неприязнь и еще раз предложила мне подумать над участием в турнире. Ведь в этом случае станет понятно, что никто меня не угнетает и подозрения руководства школы возникли на пустом месте.

Мой честный ответ классной, что у меня нет ну совершенно никакого желания участвовать в подобных мероприятиях, привел ее в бешенство. Против меня началась какая-то информационная война, которая постепенно перешла в легкую неприязнь со стороны всего педагогического коллектива. Точнее, не всего, а большей его части. Ингу Владимировну коллеги любили и уважали. Особенно молодой учитель физической подготовки, под руководством которого я занимался. Он на протяжении нескольких уроков пытался заставить меня выдохнуться и без сил растянуться на полу. Вот только ничего сложного в подобных нагрузках после занятий с Феофаном я не видел.

Однако из-за негативного отношения преподавательского состава мне пришлось на время отложить дополнительные тренировки по «шики-чо», постоянно показывать свои домашние работы, отвечать на многочисленные вопросы у доски и натыкаться на попытки давления.

Феофан, узнав об этом, посоветовал воспринимать ситуацию как дополнительную тренировку выдержки и воли, чем я и пытался все это время заниматься, сохраняя на лице выражение доброжелательности и искреннего внимания.

Одноклассники, удивленные таким неприязненным отношением к отличнику, вытрясли из меня все подробности, которые конечно же говорили о моем нежелании участвовать в турнирах и о реакции директора на мои неосторожные слова.

— Я бы с интересом посмотрела на ученика, который смог бы на тебя надавить! — со смехом прокомментировала подобное предположение директора Дарья Русалова — моя соседка по обеденному столу.

— Да, я тоже, — согласился с ней Владимир Исчезов и добавил: — Потерпи недельку-другую, и страсти сойдут на нет, вот увидишь.

С мальчишкой я был полностью солидарен, ведь у меня с учителями возник даже не конфликт, просто небольшое недопонимание — скоро большинству из них станет скучно третировать ученика, добросовестно отвечающего на все вопросы, и меня оставят в покое. Поэтому пока приходилось терпеть.

Еще одним аспектом моей все больше усложняющейся школьной жизни стало тесное знакомство с некоторыми старшеклассниками. Пока их было всего-то два, и оба из седьмого класса. Мы мило побеседовали в спортзале, после чего парни заверили меня, что никому не расскажут, как я их побил.

Другие ребята тоже предпринимали попытки «познакомиться», но при входе в класс натыкались на опрашивающих меня на перемене учителей и уходили несолоно хлебавши. Так что вместо того, чтобы игнорировать преподавателей на переменах, я пользовался их повышенным вниманием, чтобы избавиться от досаждающих учеников.

Кстати, Владимир оказался прав, уже через пару недель внимание к моей персоне со стороны учителей значительно уменьшилось, но эта тенденция совершенно не касалась того самого молодого преподавателя физической подготовки, пытающегося добиться благосклонности Инги Владимировны.

— Ну что, Мороз, — улыбнулся учитель, — будем опять усиленно тренироваться и проверим, что же ты на самом деле можешь?

Уже несколько уроков я, не напрягаясь, выполнял все требования молодого преподавателя. Эти многочисленные отжимания, приседания, подтягивания и другие упражнения были для меня лишь легкой разминкой.

Осознание того, что он не может вымотать пятиклассника, учителя невероятно злило, и он с каждым уроком все больше и больше заводился, хотя старался этого не показывать. Как же у него накипело на сердце, когда я после прошлого занятия остался в зале для дополнительных тренировок и самостоятельно занимался еще более активно, чем с ним!

Может, это и по-мальчишески, но в тот момент мне было очень приятно наблюдать за его лицом. Ведь должен же я был ему отомстить за несправедливость? Другие ученики занимались по другому плану.

Кстати, учитель на самом деле был неплохой и до этой ситуации меня устраивал.

У него, как и у меня, имелся ранг «воин второй ступени», что в принципе очень неплохо для обычного молодого парня и даже вызывает некоторое уважение.

Но, как говорится, нет такого мужика, которого однажды не сгубила бы баба. И теперь хороший в принципе парень вел себя как какая-то гнида — даже не ради любви, а просто ради небольшого внимания. Фу, блин.

Изначально я относился к этому делу философски и с некоторым пониманием. Все же классная — действительно привлекательная девушка. Но уже второй раз мое самообладание начало давать сбой, хотелось хорошенько повозить учителя по полу, хотя я понимал, что этого нельзя делать. Привыкнешь решать все проблемы силой и уже не остановишься.

Однако были в этой ситуации и положительные моменты. Глядя на то, как я с удивительным постоянством достойно выхожу победителем из противостояний с преподавателями, многие одноклассники стали относиться ко мне более тепло.

— За что тебя так? — неожиданно спросил Семен в раздевалке после урока.

Была пятница, и расслабленные одноклассники медленно переодевались, не спеша на обед.

— Да все потому же, — подойдя к своему шкафчику и сняв майку, ответил я. — Инга Владимировна решила проучить ученика, посмевшего отказаться от областного турнира, а большинство учителей ее поддержало.

— Только вот они не учли, что сами устанут от подобной требовательности, — сказал кто-то, после чего раздалось несколько смешков.

— Да, — согласился я. — Теперь многие из них понимают, что не правы. Если ученик не хочет участвовать в турнирах, то это его право.

— А физрук чего все не перебесится? — спросил кто-то.

Я залез в сумку и принялся доставать оттуда шампунь и другие мыльно-рыльные принадлежности.

— Думаю, он таким образом подкатывает к классной, — предположил с улыбкой. — Все-таки она довольно симпатичная девушка.

Раздевалка взорвалась громким смехом, после чего я услышал разъяренный крик:

— Что ты сказал?!!

«Блин!»

Я не спеша повернулся и обнаружил стоящего в дверях злого учителя по физической подготовке.

Семен тут же виновато развел руками, показывая, что он и остальные ученики совершенно ни при чем.

«А чего мне скромничать?! — подумал я. — За мной правда, и я сказал о том, что происходит на самом деле. Чего стесняться-то?»

— Я предположил, что причина такого пристального внимания к моей скромной персоне — это романтические чувства одного конкретного преподавателя физической подготовки к Инге Романовне.

— Ах ты, маленький уродец! — воскликнул учитель и, подскочив ко мне, попытался схватить за ухо.

«Ну да! — разозлился я. — Почему бы не попытаться схватить за ухо обычного простолюдина? Будь на моем месте представитель какого-либо рода, учитель не посмел бы даже подумать о подобном!»

Сжав кулак, я сильно ударил по руке, протянувшейся в мою сторону, и отскочил назад.

Вскрикнув от неожиданной боли, преподаватель еще больше разозлился и с перекошенным лицом ринулся на меня. Осознание того, что я ударил его при других учениках, да еще и сделал это безнаказанно, кажется, учителя взбесило.

Уклоняясь и парируя удары, я выскочил в спортзал, размышляя, что же делать дальше. Ведь побеждать его ни в коем случае нельзя, иначе я привлеку к себе очень много внимания, а придумать что-то надо, и, кажется, я знаю, что…

Хоть наши с учителем ранги и были одинаковы, я отчетливо ощущал, что намного сильнее его.

Напитанное духовной энергией тело с легкостью уходило от длинных рук молодого мужчины, после чего я иной раз подскакивал ближе и, теша собственное чувство справедливости, выписывал ему знатные затрещины.

Конечно же мои одноклассники не могли пропустить такой спектакль и, организованно двинувшись за нами, стали наблюдать за интереснейшим представлением.

Вдруг неожиданно для всех, кроме меня, появился Леонид Викторович, уже знакомый мне по усмирению троих старшеклассников, и прекратил бой.

— Александр Александрович! — взревел он, нанеся учителю мощный удар в грудь, от которого тот отскочил на несколько метров. — Что вы себе позволяете?! Это же ученик!

— Этот! Этот! — закричал покрасневший до корней волос учитель, непонимающе глядя то на меня, то на своего сослуживца. — Этот ученик оскорбил меня и другого учителя, после чего накинулся на меня с кулаками!

— Что за чушь! — тут же возмутились мои одноклассники и принялись объяснять Леониду Викторовичу, что же на самом деле произошло.

Я с удивлением и оторопью наблюдал за этой картиной. Не ожидал, что ребята будут так меня защищать!

— А потом Иван не позволил Александру Александровичу схватить его за ухо, за что учитель на него и набросился! — эмоционально закончил Семен.

«Вот от него точно подобного не ожидал!»

— И по лицу за это еще пару раз получил! — выкрикнул кто-то из толпы. — Все по делу! Заслужил! Ха-ха!

Мужчина посмотрел на негодующих учеников, перевел взгляд на меня, затем на Александра Александровича и опять на меня.

— Опять ты? — задумчиво спросил он. — Скажешь, что это всего лишь случайность?

— Смотря о чем вы говорите, — пожал я плечами.

«Надеюсь, он не считает, что обвалившаяся штукатурка в спортзале — это моя вина? Я же совсем чуть-чуть воспользовался духовной энергией, да и то для того, чтобы его вызвать. Иначе пришлось бы побить зарвавшегося учителя, а мне это не надо».

— О твоих постоянных драках в спортзале! — наклонившись, произнес мужчина, после чего пристально посмотрел на мой торс. — Хм. Это явно следы демонического оружия. Часто ходишь в пустошь?

Бурно обсуждавшие произошедший конфликт ученики тут же замолчали и стали внимательно слушать.

«Ну конечно, ведь предположение высказано начальником службы безопасности школы и одновременно главным куратором по физической подготовке и спорту, а он очень сильный человек с высоким воинским рангом» — это я выяснил после нашего знакомства в спортзале.

— Хожу иногда, — нехотя признал я.

Человек явно знал, о чем говорит, поэтому врать и недоговаривать было бесполезно.

— Интересно, — пробормотал он и ни с того ни с сего нанес быстрый удар ногой.

Подобного нападения я совершенно не ожидал, поэтому не понимаю, каким чудом смог уйти от этого удара, а затем и от последующих. Просто в какой-то момент мое тело начало двигаться и одновременно с этим насыщать мышцы «шики-чо».

Мужчина одобрительно хмыкнул и еще больше ускорился.

Я просто не успевал вовремя уворачиваться от его ударов. От некоторых из них мне удавалось чудом уходить, другие я блокировал «щитом воли».

Выяснив пределы моей скорости, мужчина остановился на моем уровне, а потом начал медленно ускоряться. Несколько минут я старательно пытался уйти от его ударов, а когда силы были на исходе, он, получив всю интересующую его информацию, отскочил назад.

— Xyx! — выдохнул я и провел рукой по лбу, вытирая крупные капли пота.

«А неплохо так он меня погонял!»

— Кто твой учитель? — через некоторое время спросил преподаватель.

Оглядываясь по сторонам, заметил, что в спортзале собрались не только мои одноклассники, но и много других ребят.

От ответа меня спасла директор школы, словно ледокол, прошедшая через плотные ряды учеников.

— Леонид Викторович, что тут происходит?! — хмуро насупив брови, спросила она. — Мне сказали, что вы со своим подчиненным избиваете ученика.

«Спасибо!» — благодарно кивнул я красноволосой старосте, выглянувшей из-за спины директора.

— Как вы могли такое подумать! — возмущенно произнес Леонид Викторович. — Просто мы с Александром Александровичем изучали потенциал ученика, который должен принять участие в областном турнире боевых искусств.

«Ну, попался! — разочарованно подумал я. — Теперь и от этого придется открещиваться! Короче, надо вызывать Феофана, они сами напросились!»

ГЛАВА 6

Главная библиотека княжеского рода представляла собой огромное помещение, заставленное большим количеством массивных шкафов, заполненных фолиантами различной степени древности. Доступ в помещение имели лишь члены княжеской семьи, профессор магии Петиус и библиотекарь — престарелый маг, любовно пополняющий немаленькую коллекцию книг и попутно выполняющий функцию живого всеведущего справочника.

Для самоподготовки рядовых магов рода в доме имелась и другая библиотека. Она находилась в крыле магов и тоже была довольно обширной, однако с княжеской конечно же не шла ни в какое сравнение.

В данный момент в главном хранилище знаний рода не было никого, кроме молодой симпатичной женщины, которая вот уже несколько недель подряд методично изучала различные книги и фолианты.

Дон! Дон! — раздался бой настенных часов, оповестивший зачитавшуюся женщину о времени.

— Что?! Уже два часа? — удивленно приподняв брови, произнесла она, откидываясь на спинку удобного мягкого кресла, и, размяв затекшую шею, пробормотала: — Кто-то явно засиделся.

Потянувшись, она сделала глоток давно остывшего кофе, потом, поморщившись от неприятного привкуса, сделала еще один.

— Брр, ну и гадость, — пробормотала женщина, вставая.

Глянув на беспорядок на столе, она положила закладки в необходимые книги и, пробормотав: «Иди-ка ты, Галина, спать!» — направилась к выходу из помещения.

Несмотря на внешнее спокойствие, идущая по пустым коридорам молодая женщина была напряжена и внимательно осматривалась. Неожиданное нападение на поместье и та легкость, с которой неизвестные проникли в дом, многому ее научили. К тому же внезапное усиление наследника рода тоже волновало и заставляло быть осторожной.

Мимолетная мысль о Георгии запустила цепочку ассоциаций и неприятных образов, заставивших женщину остановиться.

«Не может быть, чтобы я настолько ошиблась!» — в который раз мысленно повторила она.

Дело в том, что задуманная ею интрига с убийством Ивана Темникова и князя Морозова привела к совершенно неожиданным последствиям, которые выявились во время проведении ритуала поиска.

Оказалось, что наследник рода, который и раньше отличался приличной магической силой, совершенно неожиданно стал еще более опасным и достиг такого же уровня силы, какой был у главы рода. Но это стало возможно только потому, что ее муж столь же внезапно сделался немного слабее. Теперь два мага были примерно равны.

Что подобное обстоятельство могло означать в любой другой семье? Что род стал могущественнее и сильнее.

А что оно означало в роду Темниковых, где отсутствовало взаимопонимание среди родственников и шла скрытая война за деньги и ресурсы? Правильно, высокую вероятность конфликта с последующей попыткой захватить власть. Ведь если Георгий продолжит так быстро повышать уровень силы, а глава рода продолжит его терять, это точно произойдет.

Женщина мысленно выругалась.

Если вспомнить о пренебрежительном отношении Егора к своему наследнику и остальным детям, о манкировании многими обязанностями, в том числе проведением обязательных ритуалов, а также о передаче промышленных мощностей, на которые положил глаз наследник, под ее управление, становится ясно — если Георгия не устранить или не выяснить причины снижения силы у главы рода, все может закончиться весьма печально.

Все эти мысли, постоянно отягощавшие душу молодой женщины, на протяжении последнего времени заставляли ее проводить досуг в семейной библиотеке — так можно было выяснить возможную причину ослабления мужа. Галина не была уверена, но, кажется, начала догадываться о том, что же могло послужить фактором, снижающим силы Егора.

Ей удалось выяснить, что маги становятся слабее по нескольким причинам.

Во-первых, из-за возраста. Это логично, ведь старые маги не могут похвастаться такой же остротой ума и эластичностью магических каналов, как молодые. Снижение силы, конечно, незначительное, но оно есть.

Во-вторых, из-за явного «перегорания». Этим термином обозначали использование магом энергоемких заклинаний, которым он отдавал все свои силы. Иногда после очень сильных нагрузок маг мог не только серьезно регрессировать, но и потерять возможность пользоваться магической силой.

В-третьих, подобное происходило и благодаря негативному воздействию, оказываемому непосредственно на мага с помощью враждебных заклинаний или проклятий, ядовитых зелий и других отравляющих веществ, вредных для ядра источника энергии.

Галина всеми возможными способами проверила различные варианты и определила, что, кроме ее семейного зелья, ничто не могло повлиять на уровень силы мужа. Да и то, изучая доступную информацию в княжеской библиотеке, она так и не нашла доказательств того, что именно ингредиенты ее зелья могли быть повинны в происходящем…

За это время женщине удалось выяснить еще одну причину возможного ослабления Егора. Заключалась она в несоблюдении родового кодекса, заложенного в алтарь при создании рода.

Кодекс рода представлял собой свод правил, по которым род должен был существовать и развиваться. Одним из главных правил всех старых родов являлся запрет на убийство членов семьи, ведь в то время шли кровопролитные войны, и представители родов умирали постоянно. Это правило должно было позволить сохранить популяцию и не позволить роду преждевременно зачахнуть. Однако в данном правиле имелись и исключения: позволялось изгонять мага из рода, а потом убивать. А уж если член семьи не был магом, его можно было убивать, не изгоняя из рода.

Ну нет, не могла она ошибиться. Сын Егора был стопроцентным простецом, вообще без каких-либо способностей к магии. И проведенный Егором ритуал подтвердил это! Так что смерть мальчишки не могла повлиять на силы мужа… или все же могла?

Женщина тихо выругалась.

«Но ведь и зелье рода тоже не должно было дать такого эффекта! — Признавать возможность своей ошибки женщине не хотелось. — Значит, надо проверить мое зелье на одном из сыновей Егора и посмотреть, что из этого получится. — Галина хитро улыбнулась: — Такой шаг принесет двойную пользу. Удастся выяснить, действительно ли мое зелье угнетает магическую силу, и, возможно, удастся дискредитировать или вообще избавиться от еще одного Темникова».


За окном лил неприятный и довольно сильный дождь, холодный ветер раскачивал голые ветки деревьев, а серые тучи затянули некогда синее небо.

Мое настроение было под стать погоде — такое же гадкое и отвратительное. И конечно же оно было обусловлено тем количеством внимания, которое уделялось мне другими учениками школы.

Я и раньше являлся в некотором роде популярным парнем. Различные группы мальчишек и девчонок порой провожали меня тихими перешептываниями или задумчивыми взглядами, но сейчас подобная тенденция прослеживалась в масштабах всей школы.

Я в очередной раз мысленно выругался.

Чертова школа и детская молва, которая не умеет преуменьшать какие-либо события, а только приукрашивает их, и порой довольно значительно!

Из слов свидетелей, видевших и сам разгорающийся конфликт в раздевалке, и последовавшую за ним драку, следовало, что напавший на меня учитель не пропустил несколько обидных ударов, а был мною с невероятной легкостью избит.

Нет, я, конечно, мог это сделать и измордовать разозлившего меня человека, но, нанеся ему несколько чувствительных ударов, быстро выпустил пар и не собирался доводить до крайности. Поэтому придумал, как с помощью Леонида Викторовича остановить драку.

Скоротечный спарринг со вторым соперником ученики также зачли в счет моей необычности, ведь если витязь решил меня проверить, а потом пригласил поучаствовать в турнире, то это вполне заслуженно и что-то во мне явно есть.

В общем, попал я со своим желанием быть в когорте отличников знатно. О чем меня и оповестил недовольный и очень хмурый Феофан, примчавшийся сразу же после моего звонка. Однако он же отметил, что моим успехам все же рад и что лучше уж учиться таким образом, чем как-то по-другому.

Наставник был одет в дорогой классический костюм-тройку, который неплохо сидел на его плотной фигуре. Для меня такое преображение оказалось несколько неожиданным, но то, что в школу он прибыл именно в таком виде, несомненно, радовало.

— Побудь здесь, — бросил Феофан, вертя на пальце кольцо витязя второй ступени, и дверь в кабинет директора закрылась.

Не знаю, о чем они беседовали, но через десять минут наставник спокойно вышел из кабинета и сказал, что вопрос улажен и я могу продолжать спокойно учиться.

— Есть еще один желающий использовать меня в своих интересах, — напомнил я Феофану.

— Помню, — кивнул он. — Веди.

Я был к этому готов, так как уже успел выспросить у ребят, где именно обитает в школе Леонид Викторович.

Несмотря на очень большой интерес, присутствовать при разговоре мне тоже не разрешили, однако меня порадовало, что на этот раз из кабинета вышли два человека, а не один. Значит, узнаю все из первых рук.

— Иван, — обратился ко мне наставник, — я пообщался с Леонидом Викторовичем и решил, что с этого дня ты станешь заниматься в его секции.

— А на твоих занятиях по физической подготовке мы будем устраивать индивидуальные тренировки, — добавил преподаватель.

— Но на соревнования я не поеду? — решил уточнить на всякий случай.

— Нет, — покачал головой Феофан. — Не поедешь.

— Точно не в ближайшее время, — поправил наставника мужчина.

— Да, — согласился наставник. — Не в ближайшее время — точно.

«Как-то они быстро спелись! — подумал я. — Вот что значит воинское сословие».

Несмотря на то что все вроде бы решилось наилучшим образом, вечером дома я получил неплохой нагоняй. И за то, что значительно выделялся на фоне остальных учеников в плане учебы, и в особенности за то, что показал Леониду Викторовичу свой боевой потенциал, хотя должен был просто позволить ему нанести мне несколько ударов.

Может, наставник и был совершенно прав, но что-то глубоко внутри меня соглашаться с ним не хотело. Разумом я, конечно, понимал его правоту, но вот сердце… сердце, которое досталось мне от Ивана Темникова, с этим смириться не могло…

— Мороз. Мороз?! Моро-о-оз?! — услышал я и с удивлением понял, что все еще нахожусь на занятии.

«Черт, ничего себе, окунулся в воспоминания!» — подумал, вставая с места, и произнес, обращаясь к учителю:

— Прошу прощения за невнимательность, отец Силантий, задумался.

— Это над чем же? — с сарказмом произнес пожилой мужчина, ведущий у нас Слово Божье.

— О том, что порой мы совершаем обычные, совсем не плохие поступки, которые позже выходят нам боком.

Церковник хмыкнул, видимо, уже был в курсе моих школьных приключений, и произнес:

— Раз ты можешь так сильно скучать на моих уроках, то ответь-ка на пару вопросов…

На этот раз мне пришлось сильно выложиться, чтобы не оскорбить хорошего учителя своим невежеством и загладить вину. Хотя должен заметить, что это стало возможно лишь благодаря другим учителям, которые перестали постоянно спрашивать меня на занятиях и что-то проверять. Это обстоятельство серьезно на мне отразилось, приходилось прикладывать усилия, чтобы не расслабляться, а, как и раньше, усердно готовиться к занятиям.

Классный руководитель тоже стала вести себя достаточно корректно, видимо, осознала, что в сложившейся ситуации я совершенно ни при чем, однако иной раз она все же продолжала бросать на меня неприязненные взгляды. Ну а что? Сколько выволочек и проблем, связанных с моей личностью, она получила? Довольно много, поэтому такому отношению не стоило удивляться.

После моего выступления в спортзале были и хорошие моменты. Например, серьезные, полноценные тренировки с Леонидом Викторовичем вместо обычных, почти бесполезных занятий по физической подготовке.

Мужчина оказался хорошим рукопашником и умел отлично обращаться с холодным оружием. Но по его обмолвкам я понял, что они с наставником договорились о тренировках без оружия, так как у меня был очень редкий стиль боя с саблей.

Я считаю, что спарринги с сильным соперником всегда идут во благо, ведь они позволяют критично оценивать собственные силы и так или иначе стремиться расти, становиться все сильнее и сильнее.

Не знаю, кого благодарить — судьбу или Спасителя, но теперь в моем распоряжении имелось сразу два сильных и разноплановых спарринг-партнера.

К примеру, Феофан, несмотря на свои крупные габариты, был очень быстр, невероятно ловок и чертовски беспощаден.

Леонид Викторович также обладал подобными качествами, но все же его стиль боя отличался тяжеловесностью и был рассчитан на быстрые жесткие удары и блоки. После его занятий мои руки, грудная клетка, плечи, спина и шея чуть ли не полностью покрывались большим количеством разнообразных синяков. Благо запас приготовленных Марысей лечебных зелий и мазей еще не иссяк, что позволяло чувствовать себя комфортно после жестких индивидуальных тренировок.

Теперь я начал посещать секцию Леонида Викторовича по боевым искусствам, на которой он занимался с другими учениками, ставшими на путь воина, и готовил их к предстоящим турнирам.

Кстати, изучив информацию о турнирах и соревнованиях имперской школы, я пришел в шок. Сказывается, турниры имели довольно большое значение в пределах всей империи и пользовались огромной популярностью. Ведь на них молодые представители боярских и просто знатных родов соперничали между собой на глазах у всей страны! Соревнование по каждому предмету и тем более турниры лучших воинов и магов транслировались по всем каналам, начиная с местных районных и заканчивая центральными столичными.

Если провести аналогию с моим родным миром, то окажется, что турниры школьников так же популярны, как и соревнования студенческих лиг в Соединенных Штатах Америки, где мальчишки и девчонки становятся невероятно знаменитыми, а их выступления посещает и смотрит большое количество людей.

«Блин! Да это же целая культура соперничества! — подумал я. — Члены высшего сословия из кожи вон лезут, чтобы доказать, что они лучшие! А то внимание, которое уделяется соревнующимся, лишь добавляет готовности совершенствоваться в своем деле. Да, если бы я все же попал на подобный турнир, не сомневаюсь, Темниковы об этом узнали бы».

Тренировки в секции мне неожиданно понравились. Я познакомился с большим количеством ребят, многие из которых хотели раньше проверить меня на прочность. И получил опыт сражений с разноуровневыми по способностям и рангам бойцами.

После каждого посещения секции я ощущал, как понемногу возрастает мое понимание боя. Ведь, сражаясь с наставником, я не всегда чувствовал нюансы используемых приемов. Мне всегда казалось, что Феофан немного быстрей, сильней и техничней. Как ни крути, а наставник — это здоровый мощный мужчина, совсем не подходящий дня ребенка моей комплекции спарринг-партнер. Да и желающие вырвать мне кишки демоны тоже не подходили для этого.

Что примечательно, Леонид Викторович запретил мне пользоваться духовной энергией в схватках с другими учениками, поэтому для того, чтобы достигнуть победы, мне приходилось быть более внимательным, техничным и сдерживать рефлексы организма, насыщающего тело «шики-чо».

Заметил я еще один интересный момент. Оказалось, что, несмотря на сдерживание духовной энергии, я все равно намного быстрее своих противников, да и сила, и скорость реакции, и выносливость намного лучше, чем у моих соперников, — видимо, изнуряющие тренировки вкупе с прокачанной духовной энергией делали свое дело.

Не знаю почему, но несколько недель подряд наставник ставил мне в пару ребят до седьмого класса, а сегодня решил поставить девятиклассника. Парень имел ранг «воин первой ступени» и, судя по всему, умел пользоваться духовной энергией, мне так почему-то показалось.

— Готовы? — уточнил Леонид Викторович, когда мы стали друг напротив друга и пожали руки. — В стороны. Бой!

С первых секунд парень резко бросился в бой. Уйдя от его удара, я контратаковал, но наткнулся на жесткие блоки и встречную атаку. Денис, казалось, горел желанием меня разорвать.

Думаю, таким образом он желал защитить честь секции, потому что раньше мне удавалось выходить победителем из всех схваток, и многих ребят это серьезно задевало.

Убедиться в правдивости своей теории я смог, когда парень неожиданно значительно ускорился и я пропустил несколько очень чувствительных ударов по ребрам. Это событие наблюдающие за поединком встретили одобрительным гулом.

Потом Денис несколько раз проводил подобный трюк, но я был настороже, пропустил лишь мощный удар ноги в скрещенные руки. Удар оказался быстрым и очень сильным, что позволило противнику буквально вышвырнуть мое худое тельце с ринга.

Сказать, что я был зол, — это значит не сказать ничего.

Дело в том, что в момент его удара я отчетливо чувствовал исходящую от ноги технику «тарана силы».

Я посмотрел на Леонида Викторовича. Он улыбался, глядя на парня.

«Не понял, он что, вообще охренел?! Сам же запрещает мне пользоваться на тренировках „шики-чо“, но поощряет в этом деле других?»

Несмотря на обуревающие меня чувства, я не стал кричать: «Обманщики, негодяи и уроды!» — а просто под смешки и улюлюканье вернулся на ринг.

— Денис, — обратился к моему сопернику тренер, — напомни, сколько раз я просил не пользоваться духовной энергией в схватках с другими учениками?

Ребята, услышав тренера, замолчали.

— Я случайно, — ничуть не раскаиваясь, произнес парень. — Это наработанный рефлекс, что я могу сделать? Лучше бы разрешили нам использовать духовную энергию и не вводили этих ограничений.

Денис явно стал в позу, даже демонстративно сложил руки на груди.

«Так вот в чем дело! Пошел против тренера и тот решил преподать ему урок?»

— То есть хочешь бой с использованием «шики-чо»? — еще раз уточнил Леонид Викторович.

— Да.

— Ну, так тому и быть, — произнес мужчина.

А ребята в зале начали переговариваться.

— Леонид Викторович? — Я вопросительно приподнял бровь.

— Медленно и со вкусом, — сделал наставление тренер и гаркнул остальным: — Всем смотреть внимательно! Я не хочу, чтобы вы пропустили хоть секунду боя!

Духовная энергия хлынула по телу, смывая усталость и приглушая боль в мышцах, а кривая ухмылка сама собой выползла на лицо.

— Готовы? — повторно уточнил тренер. — Бой!


В начале января выпал первый снег. Он отозвался в моей душе невероятным ароматом ностальгии, радости и какого-то спокойствия…

Проснувшись рано утром, я осознал, что в привычно темной комнате как-то чересчур светло. Брошенный в окно быстрый взгляд подтвердил мои догадки, и, накинув на себя одежду, я выбежал на улицу.

— Феофан! Снег выпал! — громко крикнул я, остановившись на крыльце дома и оценив толщину выпавшего снега, а потом, весело рассмеявшись, с разбегу прыгнул на белое пушистое покрывало.

Признаться, всегда любил и зиму, и снег, наверное, поэтому не стал отказываться от возможности поработать в командировках за Полярным кругом. Но сейчас я чувствовал невероятный душевный подъем. Хотелось петь, танцевать и веселиться. Что это? Наследие рода Морозовых? Или генетическая нужда русского человека в такого рода погоде?

За ночь снега выпало довольно много, он был где-то по колено и все продолжал и продолжал идти, падая на землю крупными белыми хлопьями. Немного покачавшись из стороны в сторону, я встал, прыгнул, опять улегся на снег и сделал ангела.

— Ты чего это кричишь? — выйдя на улицу в одной майке, спросил наставник.

— Так снег же пошел! — радостно воскликнул я.

Не знаю почему, но состояние легкой эйфории не проходило, и мне хотелось дурачиться, бегать, раскидывать снег и веселиться.

— Ага! — желчно воскликнул Феофан. — Счастье-то какое! Теперь надо еще и двор по утрам чистить, и машину прогревать дольше, чем раньше, — праздник, блин!

Тут я был вынужден с ним согласиться, все же обильный снегопад — это часто какие-то проблемы. Заторы на дорогах, аварии или обрывы линий электропередач.

Как правило, снегу в основном рады те, кому он в принципе ничем не мешает и кому не надо его убирать.

Помню, как во времена службы в армии истово желал, чтобы снег перестал идти хотя бы на неделю. Настолько надоело по утрам бегать со скребком или лопатой, делать кантики возле бордюров и долбить лед. И как же я был счастлив, когда после дембеля наблюдал за работающими дворниками и дорожными рабочими и понимал, что теперь это не моя проблема!

— Иди собирайся на тренировку, — сказал Феофан. — И грузики большие не забудь.

— Большие? — на всякий случай уточнил я. — Снега же по колено!

— Вот именно! — многозначительно подняв палец, произнес наставник. — У тебя, как я вижу, переизбыток энергии. Будем ее высвобождать.


Одним из долгожданных событий второго семестра стала наконец-то состоявшаяся поездка в тир.

В тот день мы проснулись довольно поздно. В кои-то веки Феофан решил, что можно объявить выходной и подольше поваляться в кроватях. Неспешно перекусив вкусным, как всегда, завтраком, мы под энергичную музыку, звучащую по радио, направились в расположенную за городом воинскую часть.

Как я понял из слов наставника, с командиром этой части он познакомился во время одиночной вылазки в пустошь, когда искал следы деятельности ордена Горана.

Феофан стал свидетелем масштабного боя, в котором большой отряд воинов довольно умело уничтожал крупные силы демонов. Однако в какой-то момент к демонам прибыло довольно серьезное подкрепление, и воспользовавшийся этим обстоятельством ночной охотник смог с помощью наложенных иллюзий увести в сторону от основного отряда пятерку молодых солдат.

Наставник, заметив безобразие, не мог не вмешаться, после чего помог ребятам вернуться к отряду и уничтожить демонов. Потом он отказался от положенной части добычи и окончательно стал своим.

Совместный бой, взаимопомощь и довольно высокий ранг Феофана позволили наладить взаимопонимание с главой отряда и договориться о дальнейшем сотрудничестве.

При въезде в военный городок, располагавшийся в десяти минутах езды от Моршанска, нас встретили высокая кирпичная стена с крепкими стальными воротами и выложенные перед ними в шахматном порядке бетонные блоки, выкрашенные в бело-красный цвет.

Снизив скорость, мы аккуратно объехали встреченные на пути препятствия и остановились у ворот. Я тут же принялся оглядываться по сторонам и заметил расположенные на земле полицейские шипы и два медленно вырастающих над стеной шестиствольных пулемета, дула которых были направлены прямо на нас.

«Вот же блин!» — Спина против воли напряглась, я чувствовал смертельную опасность, исходящую от оружия.

— Они нас точно ждут? — уточнил у наставника. — Это как-то не похоже на радушное гостеприимство.

— Это стандартная процедура, — ответил учитель. — Не переживай, здесь всех так встречают.

Ворота отъехали в сторону, и к нам, страхуя друг друга, выбежали трое молодых парней. Один взял на прицел Феофана, другой — меня. А третий, не перекрывая первым двум сектор стрельбы, подошел к окну с водительской стороны.

Встречающие нас бойцы были экипированы в серый камуфляж, такого же цвета каски, бронежилеты с расположенными на них белыми разгрузками. В руках они держали обмотанные белым материалом автоматы, а пистолеты до поры до времени покоились в кобурах на поясе.

«А вот та штука очень похожа на подсумок к противогазу», — подумал я, глядя на небольшую сумку, жестко зафиксированную где-то в районе копчика одного из бойцов, и вспоминая личный опыт службы в вооруженных силах.

— Помощник дежурного по КПП сержант Кисяков, — представился молодой парень после того, как Феофан открыл окно. — Предъявите ваши документы.

Ничуть не удивившись подобной просьбе, наставник протянул лежавшие в бардачке паспорта. Благо из-за постоянных походов в пустошь мой паспорт был у него, так что не пришлось возвращаться.

— Цель прибытия? — ознакомившись с документами и фотографиями, спросил сержант.

— На беседу к полковнику Гуринову, он нас ожидает.

Сержант кивнул и что-то показал ближайшему бойцу. Тот побежал на территорию части и вернулся буквально через десяток секунд, ведя с собой дежурного мага. Мужчина с жезлом в руке был экипирован так же, как и остальные бойцы, однако оказался ниже и уже в плечах, чем другие.

Маг с помощью заклинаний оперативно обследовал автомобиль на наличие запрещенных предметов и дал добро проезжать.

Пока мужчина с жезлом работал, все тот же ближайший боец, забрав у помощника дежурного наши паспорта, опять скрылся за воротами.

— Куда это он с документами? — уточнил я у наставника.

— Книги заполняет, — ответил Феофан и указал рукой на стену справа от меня. — Там находится контрольно-пропускной пункт.

— Книги? — сделал непонимающее лицо.

«Это он про журнал посетителей говорит», — вспомнив свои армейские годы, подумал я.

— Мы приехали на территорию военного объекта, — принялся пояснять наставник. — Поэтому нас запишут в специальную книгу, где отметят, кто приехал, во сколько, к кому и с какой целью.

«А еще выпишут разовые пропуска, по которым мы до определенного времени сможем спокойно передвигаться по территории части, — подумал я. — Или в местных вооруженных силах такого нет?»

Оказалось, что есть. Только вот пропуска были не привычными бумажными прямоугольниками с печатью части и некоторыми графами, заполняемыми от руки, а обычными пластиковыми карточками с выбитым на них номером. Оказывается, наши данные уже вбили в местную сеть и привязали к конкретному пропуску, который позволит нам посещать только разрешенные места. Секретность! Сержант напомнил о необходимости своевременной сдачи пропусков на КПП, после чего разрешил продолжить движение.

Я впервые оказался на территории военного объекта этого мира и, признаюсь, был приятно удивлен представшей картиной. Несмотря на зимнюю пору, было отчетливо видно, что Носирианская империя не экономит деньги на своих защитниках. За высокими и широкими стенами нас встречала идеально ровная, расчищенная от снега асфальтобетонная дорога с высокими бордюрами по краям и большим количеством высоких, аккуратно подстриженных туй, выглядывающих из-под снега. Недалеко от входа виднелся комплекс выстроенных на одной линии современных зданий. Феофан действовал уверенно, словно бывал тут не раз, и уже через минуту мы заняли место на одной из стоянок.

Возле штаба нас встречал одетый не по погоде невысокий крепкий мужчина в сером камуфляже и красном берете. У него были глубоко посаженные цепкие глаза, выпирающий вперед квадратный подбородок и явно не единожды сломанный большой нос.

— Ну, здравствуй, Миробой, — произнес наставник.

— И тебе не хворать, — прохрипел мужчина после крепкого рукопожатия и, переведя на меня скептический взгляд, спросил: — Это и есть твой знаменитый ученик?

— Он самый, — усмехнулся в ответ наставник.

— Мне казалось, он будет постарше, — нахмурившись, произнес Миробой. — Ты уверен, что он подойдет?

— Можешь проверить, и сам все поймешь, — ответил Феофан.

— Да? — задумчиво прохрипел мужчина и протянул руку. — Миробой Гурьянович.

— Иван Егорович, — в тон ему сказал я.

Мужчина улыбнулся, и эта улыбка смотрелась вполне приятно на его серьезном лице.

— Ну, пойдем со мной, Иван Егорович, покажешь, что умеешь.

— Я думал, мы приехали пострелять, — тихо сказал Феофану, пока шли за Миробоем.

— Ты сегодня обязательно постреляешь, но у Миробоя есть небольшая просьба, — ответил наставник. — И я уверен, что ты можешь ему немного помочь.

Подойдя к входу в высокое здание с панорамными окнами, Миробой провел пропуском по выступающему из стены считывающему устройству, и дверь открылась.

«Интересно, а я бы смог сюда зайти со своим гостевым пропуском?»

Здание оказалось довольно большим спортивным комплексом с несколькими спортивными, тренажерными, борцовскими залами, бассейном и еще со Спаситель знает чем.

Комплекс не пустовал. Почти в каждом из залов кто-то занимался.

Обойдя несколько помещений, мы наконец нашли то, которое нам подходило.

— Иван, какой у тебя ранг? — спросил Миробой, снимая берет.

Я посмотрел на наставника и, уловив его одобрение, произнес:

— Воин второй ступени.

— Да-а? — задумчиво прохрипел мужчина и взглянул на Феофана. — В таком возрасте и такой ранг? Это больше похоже на сказку.

— Я же сказал, проверь, — напомнил наставник. — Зачем зря сотрясать воздух?

— Хм, — мужчина в очередной раз осмотрел меня с ног до головы, — нападай.

Я опять глянул на Феофана, увидев его разрешающий кивок, снял расстегнутую куртку и, положив ее на стол, начал напитывать тело духовной энергией.

Рывок вперед — и мой удар ушел в пустоту.

Несмотря на эффект неожиданности, из-за использования духовной энергии мне не удалось первым выпадом достать Миробоя.

«Он очень непрост. Кажется, где-то на уровне Леонида Викторовича!»

Не дожидаясь контратаки, нанес еще несколько ударов, уходя от ответных в сторону.

— Силен, — одобрительно хмыкнул мужчина, блокируя мои удары. — Но мне кажется, что ему чего-то не хватает.

Мы поспарринговали еще некоторое время, и он произнес:

— Ему не хватает сабли или меча.

— Да, — ответил наблюдавший за боем Феофан. — Но ты кое-что упустил.

— Что? — спросил мужчина, и «таран силы» врезался в выставленный впопыхах «щит воли».

Мой удар протянул Миробоя по полу, после чего он контратаковал.

Не стоило рассчитывать на то, что я буду хотя бы равен по силам своему сопернику. Мужчина с легкостью контролировал рисунок боя и мои действия, был быстрее и опытнее. А ведь ситуация не изменилась и после того, как я начал один за одним применять «вихри силы» и «щиты воли».

«Задолбали настолько сильные противники! Нет, чтобы как в школе! И слабее, и медленнее! Эх…»

— Хватит, — внезапно произнес Миробой, останавливаясь. — Мне все понятно. Спасибо за поединок.

Я сложил руки по швам и выполнил поклон.

— Ну что, теперь ты видишь, что он тебе подходит? — спросил Феофан.

— O-o-o! — мечтательно протянул Миробой. — Еще как вижу! Он идеальный кандидат и по возрасту, и по рангу, и по умениям.

— Значит, все в силе? — уточнил наставник.

— Конечно, — несколько оскорбился мужчина и предложил: — Пошли на улицу, а то тут как-то душновато.

Пока мы шли к выходу из спорткомплекса, мужчина успел по телефону кого-то вызвонить.

— Долго идешь, Ильясов, — театрально посмотрев на часы, произнес Миробой, обращаясь к подходящему к нам молодому мужчине.

Он был одет в уже виденную мной стандартную форму — теплую куртку до середины бедра и такой же, как у командира, берет.

«Интересно, как у них на морозе уши не отваливаются? Почему именно береты? Безумие и отвага?»

— Виноват, господин полковник! — произнес мужчина и приложил правую руку к сердцу.

Миробой тут же повторил его жест.

«Это что, местное воинское приветствие?»

— Ты все время во всем виноват… — недовольным тоном прохрипел командир и, посмотрев на нас, резко замолчал.

Видимо, решил, что ругать подчиненного при посторонних неэтично.

Потом, показав на меня, произнес:

— Передаю под твою ответственность вот этого молодого человека. Проведи с ним начальные занятия по огневой подготовке и покажи порядок выполнения упражнения один, два. Дежурный уже в курсе, так что препятствий не будет. Вопросы?

— Боеприпасы на кого записывать? — деловито уточнил мужчина.

— На мое имя, — немного подумав, ответил полковник. — И не скупись. Учи так же, как своих бестолочей, только лучше.

— Понял, — кивнул Ильясов.

— Тогда после занятия жду у себя в кабинете. Можешь не торопиться. — Миробой потерял к нам интерес и повернулся к Феофану: — Пошли, Феофан Батькович, я тебе кое-что интересное покажу…

Когда мужчины немного отошли, Ильясов незаметно вздохнул, после чего повернулся в мою сторону и, протянув руку, представился:

— Денис Александрович.

— Иван, — произнес я и уточнил: — Пропавшие выходные?

Мужчина внимательно меня осмотрел, чему-то кивнул и произнес:

— Не совсем, конечно, пропавшие, но планы у меня были совершенно другие. — На его лицо наползла какая-то плотоядная улыбка, после чего он опомнился и произнес: — Ну что, пошли?

Я кивнул.

Мы зашли за спорткомплекс и оказались на небольшой крытой стоянке, заставленной десятком камуфлированных багги.

— Катался когда-нибудь на таком? — подмигнув, спросил мужчина.

— На таком еще нет, — ответил я, усаживаясь на удобное сиденье и пристегиваясь.

Денис несколько минут прогревал мотор, после чего проверил, как я пристегнулся, и начал движение.

Мы ехали на довольно высокой скорости. Денис уверенно гнал по дорогам, лихо входя в повороты.

Военный городок оказался намного больше, чем я мог представить. Как пояснил мой невольный экскурсовод, все военные городки империи строятся примерно по одному и тому же плану — в пять-семь линий.

— Что еще за линии? — тут же уточнил я.

— Ну… — Мужчина задумался, подбирая слова, чтобы было понятно даже такому недорослю. — Линия — это такая вытянутая прямоугольная территория, на которой размещаются те или иные здания воинской части. Соответственно, за первой линией располагается вторая линия, следом третья. На первой, к примеру, размещаются административные здания, такие, как штаб, клуб для проведения различных мероприятий, столовая, спортивный комплекс. Вторую линию занимают казармы для призывников и общежития для контрактников. На третьей линии располагаются различные склады: материальных средств, оружия, боеприпасов, вооружения, военной техники. Четвертую занимают парки для транспортных средств, боевых машин пехоты и прочего. На пятой находятся автодромы для тренировки водителей различных видов автомобилей и техники, ну а на шестой — непосредственно тир.

«Несколько сумбурно, но теперь понятно, почему мы в тир едем на багги, пешком до него пилить и пилить».

Несмотря на высокую скорость движения, разговаривать в багги было комфортно, так как от ветра нас защищало установленное перед пассажирами толстое оргстекло.

— А может, хочешь покататься на автодроме для ЛТТС? — вдруг спросил Денис и подмигнул.

— ЛТТС?! — уточнил я, понимая, что говорит он явно про багги.

— Легкое тактическое транспортное средство, — пояснил мужчина.

— А почему бы и нет? — ответил я.

«Было бы интересно на нем прокатиться и посмотреть, что это за таинственный автодром для багги».

Ильясов умело развернулся, после чего мы очень скоро остановились возле аккуратного забора из сетки-рабицы.

К водителю тут же строевым шагом подошел худощавый парнишка в чуть великоватой форме и нормального вида черной шапке, закрывающей уши.

— Господин сержант, во время моего дежурства… — приложив правую руку к сердцу, начал доклад парнишка.

«Значит, Денис у нас сержант? — Я обратил внимание на его погоны: три близко расположенные галочки и дужка, идущая в обратную сторону. — Первый раз такие вижу, чтобы именно с такой скобкой назад. Надо будет в званиях разобраться».

— Вольно! — скомандовал Ильясов, приложив руку к сердцу. — Открывай ворота.

Автодром оставил в моих воспоминаниях только самые положительные эмоции. Трасса представляла собой дорогу с большим количеством горок, крутых поворотов, ям и лестниц. На похожих в моем мире проводили соревнования по мотокроссу. Очень круто, что в этом мире такой учебной базой обладает обычная воинская часть.

— Ну как? — спросил после второго круга сидящий на пассажирском месте мужчина.

— Еще хочу! — честно ответил я, заезжая на третий круг. — И часто вы так гоняете?

— Довольно часто, — признался мужчина и добавил: — Когда-то я был чемпионом по элтэтэсным гонкам. Да и занятия по вождению провожу.

— То есть вы инструктор? — уточнил я.

— Можно и так сказать, — уклончиво ответил мужчина.

К тиру мы приехали только через полчаса, да и то Ильясову пришлось уговаривать меня все же съездить пострелять, ссылаясь на то, что командир с него шкуру спустит, а Ильясов и так у него на карандаше.

Стрельбище представляло собой довольно большую территорию, поделенную на четыре части.

В одной части находился многоэтажный крытый тир. Во второй — довольно большой полигон, застроенный типовыми зданиями для отработки боя в городских условиях. Третью и четвертую занимали стрельбища на открытом воздухе.

— Под открытым небом мы тренируемся в стрельбе из автоматов, пулеметов и снайперских винтовок, — пояснил мужчина. — А так как начнем с пистолета, нам хватит и обычного тира.

— Что ты знаешь об огнестрельном оружии? — спросил Ильясов, пока мы шли к месту стрельб.

— Только общую информацию из инфосети, — признался я.

— Что, даже в руках не держал? — удивился сержант.

— Держал, — признался, вспомнив неприятный опыт в придорожной гостинице. — Но профессионально обращаться с оружием меня никто не учил.

— А у тебя что, игрушечных пистолетов нет? — еще больше удивился он. — Как же ты с мальчишками в войнушку и люди-демоны играешь?

— Я как-то больше по холодному оружию, — ответил, смутившись. — С сабелькой играюсь, с копьем, совью, ножами.

Тир оказался вытянутым помещением с десятью оборудованными для стрельбы позициями.

Стрелков отделяли друг от друга стальные перегородки с полочками для наушников и защитных очков.

«А неплохо тут относятся к вопросам личной безопасности!»

Ильясов тем временем открыл железную дверь в кладовое помещение и вышел оттуда с железным же ящиком.

— Учебно-материальная база для проведения занятий, — пояснил он, ставя ящик на стол и открывая его.

В ящике оказались пистолет со срезанным бойком, учебные боеприпасы с магазином и различные ламинированные карточки с общей информацией, наглядно показывающей составные части пистолета, его ТТХ, порядок прицеливания и установленные положения для стрельбы стоя, сидя и с колена.

— Пистолет Кузнецова, — произнес сержант, указывая на пистолет и проводя его разборку. — Является личным оружием нападения и защиты, предназначенным для поражения целей. Используются девятимиллиметровые пистолетные патроны с пулей повышенной пробиваемости на дистанции до пятидесяти метров.

— Что значит «с пулей повышенной пробиваемости»? Чтобы могла ранить демона?

— Можно и так сказать, — произнес мужчина.

После того как он закончил разборку, я уточнил:

— А какой у нас вообще план занятий?

— Для начала я расскажу тебе о технике безопасности, потом покажу составные части пистолета, после отработаем порядок разборки и сборки, попробуешь снарядить магазин патронами, освоим порядок прицеливания и, наконец, перейдем к стрельбам.

— А может, просто постреляем? — предложил я. — А то мне уже как-то перехотелось заниматься.

— Говоришь как мои рекруты, — усмехнулся Ильясов. — Они тоже думали, что придут на огневую подготовку и просто будут стрелять. Однако у нас тут не художественный фильм, а суровая реальность, и для того, чтобы тебя допустили к боевому оружию, надо иметь хотя бы какие-то элементарные знания.

Техника безопасности оказалось не такой уж и сложной. Как сказал сержант, самое главное при обращении с оружием — ни в коем случае не играться с ним и не наводить дуло на кого бы то ни было. Даже если тебе кажется, что оружие не заряжено.

Мужчина рассказал несколько интересных историй о том, как вполне опытные военнослужащие закрывали глаза на эти правила и ранили не только себя, но и окружающих.

Также запрещалось без команды снаряжать оружие, стрелять и даже прицеливаться.

В общем, послушав Ильясова несколько минут, я смог уверенно повторить основные требования по безопасности в тире. Как оказалось, они довольно сильно походят на те, что я когда-то изучал при отработке стрельб из автомата Калашникова в армии. Конечно же за ненадобностью я долгое время о них не вспоминал, но сегодняшний рассказ сержанта освежил, казалось бы, забытые знания, и новые сведения легли на благодатную почву когда-то заученных инструкций. Поэтому мы довольно быстро перешли к изучению следующего вопроса.

Под руководством сержанта я провел несколько сборок и разборок пистолета, что он посчитал достаточным, после этого снарядил пару магазинов патронами и мы перешли к изучению правильного прицеливания.

— Для того чтобы правильно прицелиться, мы определим, какая рука у тебя доминирующая, и научимся правильному хвату пистолета.

— Я правша, — подсказал инструктору.

— Тогда смотри, берешь пистолет в правую руку так, чтобы большой палец лежал на внутренней части ствола, мизинец, безымянный и средний охватывали наружную и переднюю части рукоятки, а указательный находился снаружи спусковой скобы. Вторую руку накладываешь на первую, чтобы указательный палец твердо упирался в нижнюю часть спусковой скобы, а большой палец соприкасался с другим большим пальцем. Такой хват очень удобен и позволяет уменьшить колебания пистолета в руке во время стрельбы.

Для моей маленькой руки пистолет Кузнецова был явно великоват, однако, благодаря постоянным тренировкам, держал я его твердо, крепко и довольно уверенно.

— Попробуй прицелиться, — предложил Ильясов.

Я поднял пистолет и нацелил его в мишень.

— Ноги поставь на ширине плеч, левую выставь чуть вперед, — принялся подсказывать мужчина. — Расслабься и посмотри, удобно тебе стоять или нет.

Прислушавшись к собственным ощущениям, я отставил правую ногу чуть в сторону, а корпусом подался немного вперед.

— Вот так, — одобрил сержант мое положение. — Теперь совмести мушку и края целика, чтобы они находились на одном уровне, а между мушкой и краями прорези целика было одинаковое расстояние.

Нажав на кнопку пульта, Ильясов приблизил ко мне грудную мишень и сказал:

— Целься в центр. — Зайдя мне за спину, инструктор оценил порядок прицеливания и довольно произнес: — А вот теперь можно и пострелять, для начала из положения стоя.

Заняв предложенное место, я вставил в пистолет снаряженный магазин, снял предохранитель, перезарядил оружие и, поставив его на предохранитель, доложил:

— К бою готов.

Ильясов одобрительно кивнул. Впереди загорелась зеленая лампа, разрешающая начинать стрельбу. Переместив флажок предохранителя вниз, я прицелился и, стараясь равномерно надавливать на переднюю часть спускового крючка, открыл огонь.

Все восемнадцать патронов оказались в мишени, и, что меня особенно обрадовало, почти все они были в центре мишени. Пару раз я немного сильнее, чем требовалось, нажимал на спусковой крючок, в результате чего пуля шла выше. Это помогло понять некоторые нюансы стрельбы, и уже после пяти выпущенных обойм я уверенно поражал центр мишени.

Ильясов отодвигал мишень все дальше и дальше, пока не остановился на стандартной отметке в двадцать пять метров.

После того как я расстрелял очередную обойму, загорелся красный фонарь.

— Что случилось? — сняв наушники, спросил у инструктора.

— Командир звонил, — сказал мужчина, указывая на телефон. — Вызывает к себе, так что давай заканчивать.

У входа в штаб нас уже ждали.

— Ну как, настрелялся? — спросил Миробой, когда я вылез из багги.

— Да, — широко улыбнувшись, ответил командиру. — Еще хочу.

— Ну тогда приедем на следующей неделе, — обрадовал меня Феофан и посмотрел на часы. — А сейчас нам пора ехать.

Попрощавшись с мужчинами, мы направились к машине. Я в деталях рассказал наставнику о своих успехах.

— Недурно, — признал он. — Что думаешь про Миробоя?

— Я с ним особо не общался, — пожал плечами, вспоминая общение полковника с Ильясовым. — Но вроде нормальный мужик.

— Нормальный, — подтвердил учитель. — С ним можно иметь дело, слово держит.

— А что у него за дело ко мне? — вспомнил я. — Зачем он меня проверял?

Наставник хищно улыбнулся:

— Хочет, чтобы ты хорошенько отмутузил некоторых его бойцов и привил им желание самосовершенствоваться. Как думаешь, справишься?

— Смотря какие у них ранги, — честно ответил я. — Но, судя по реакции полковника, они гораздо слабее меня.

— Слабее, — подтвердил Феофан. — Но их будет довольно много, поэтому готовься, в следующие выходные тебе придется хорошенько потрудиться.

ГЛАВА 7

— Господин комендант! Личный состав бригады… — хриплым баритоном отрапортовал мужчина в звании полковника, но его доклад прервал скупой властный голос:

— Вольно.

— Вольно! — продублировал команду Миробой, пожимая протянутую руку Артема Романовича Огнеяра — коменданта города Моршанска.

— Сегодня работаем по сокращенному варианту, — посмотрев на часы, проинформировал Миробоя комендант и, повернувшись к сопровождающим его лицам, произнес: — На все про все даю полчаса, нам еще несколько таможенных постов проверять.

— Решили на этот раз не сильно меня мучить? — спросил полковник, поглядывая на разошедшихся к его заместителям инспекторов, и заметил: — Да и молодежи на этот раз многовато. Готовите новую смену?

— Ну а как же, — произнес мужчина. — Толковых проверяющих никогда много не бывает, а тебя действительно решил сегодня не мучить. Считаю, что не совсем правильно проводить полноценную проверку, после того как ты успешно отмахался от череды имперских инспекций.

«Ну хоть сегодня не придется „подпрыгивать“», — удовлетворенно подумал командир и повел коменданта в свой кабинет, где имелась довольно уютная комната отдыха с мягкими диванами и некоторым количеством элитного алкоголя.

— Может, по пятьдесят грамм? — предложил полковник, как только они удобно устроились.

— А давай! — немного подумав, махнул рукой комендант. — Отметим отъезд имперских псов.

Дверь отворилась, и в комнату вошла очень симпатичная фигуристая женщина с подносом в руках.

— Добрый день, Артем Романович, — поздоровалась она, ставя поднос на журнальный столик, а услышав ответное приветствие, мило улыбнулась и вышла за дверь.

Полковник разлил по рюмкам ароматный коньяк.

— Ты же говорил — по пятьдесят?! — рассматривая заставленный тарелочками с деликатесами поднос, усмехнулся комендант, а затем, немного помолчав, махнул рукой: — Ай, разливай, надо же отпраздновать успешное окончание работы имперской комиссии! Сразу видно, что у тебя секретарь не посторонний человек, а жена, вон как все организовала, — подхватывая на вилку тонко нарезанный ломтик полендвицы, тяжело вздохнул гость. — Мне от тебя и уходить не хочется, а ведь надо еще столько частей объехать, чтобы наконец закончить квартальную инспекцию!

— Ну так оставайтесь, — произнес Миробой, усмехнувшись. — У вас подчиненных хватает, я думаю, справятся и без председателя комиссии. Ну а супруга на месте секретаря… так она сама захотела. Не желает дома сидеть, вот и напросилась, а мне удобно.

— Да? — неожиданно ехидно произнес Артем Романович, поднимая бровь. — Меня, оказывается, ввели в заблуждение. — Он покачал головой. — Рассказывали о молоденькой секретарше, предпочитавшей вместо выданного родиной обмундирования носить гражданскую форму с акцентом на короткие юбчонки, платьица и глубокие вырезы.

— Кто из нас без греха? — пожал плечами Миробой.

— Таких нет, — согласился комендант. — Только ты попался и очень об этом пожалел.

— От вас ничего не утаишь, — не меняясь в лице, произнес Миробой и удовлетворенно подумал: «Отлично, значит, эта трактовка событий не вызвала никаких подозрений у соглядатаев коменданта и никто не будет искать некогда аппетитное тело бывшего агента ордена Горана. Благо Феофан не написал донос жандармам».

— Что там, кстати, по моему личному заданию? — через некоторое время спросил комендант. — С богатырем сблизился? Что можешь сказать о его мальчишке?

— С богатырем налажен тесный контакт, — произнес подобравшийся мужчина. — В данный момент для продолжения знакомства заключил с ним контракт на обучение, так что видимся довольно часто.

— Умно, — признал Артем Романович. — Надеюсь, ты не один с ним занимаешься?

— Не один, — признал Миробой. — Супруга и два моих зама тоже выкладываются по полной. Остальным пока на наш уровень надо выйти, потом буду смотреть.

— Это хорошо, — довольно произнес комендант, который в перспективе надеялся стать сильнее на четырех лояльных воинов ранга «богатырь». — Учитесь, пока есть возможность. Ведь свободный человек такого ранга, обучающий за презренные деньги, в наше время большая редкость.

— Вот это-то и странно, — произнес Миробой задумчиво. — Он не может быть ничьим.

— Лучше не лезь в это, — предостерег Артем Романович. — Не спугни его.

— И не думал, — признался мужчина. — Мне хватает того, что он обучает меня и моих людей. На остальное плевать.

— Правильная позиция, воины такого ранга обычно заляпаны в крови и не склонны к сантиментам. Нездоровый интерес может быть расценен превратно, — произнес комендант. — А что с мальчишкой?

— Мальчишка для своего возраста очень силен, — задумчиво произнес полковник. — Скорость, реакция и глубина использования «шики-чо» на уровне боевира, если не выше. Думаю, в перспективе он богатырь.

— Ты уверен? — удовлетворенно прищурился комендант.

«Если уж и Миробой, и Леонид Викторович говорят одно и то же, вероятно, это действительно так».

— Да, — без сомнений ответил полковник, наливая очередную рюмку. — Иван уже сейчас сильнее большинства моих солдат и молодых офицеров.

— И молодых офицеров? Даже так? Это очень хорошо… — протянул Артем Романович и через некоторое время добавил: — В таком случае со своими новыми друзьями веди себя следующим образом…

Закончив инспекцию росписью в специальном журнале проверок, комендант пожал Миробою руку и тихо произнес:

— Я на тебя рассчитываю.


— Всем привет! — поздоровался я, присаживаясь за стол к уставившимся в телевизор мальчишкам.

Среди филиалов имперской школы наконец-то начались предметные соревнования, которые, как мне и было обещано, транслировались по местным телеканалам на всю страну. Передачи показывали после обеда, поэтому большинство учеников сразу после уроков оккупировали близлежащие забегаловки и с интересом следили за успехами ребят из своей школы.

— Угощайся, сейчас еще принесут, — произнес после ответных приветствий Годимир, указывая на одинокий кусок ароматно пахнущей пиццы.

«М-м-м! Сырная! Вкуснятина!» — вгрызаясь в угощение, подумал, я и, прожевав первый кусок, произнес:

— Ну как тут?

— Пятьдесят на пятьдесят, — ответил Константин, пододвигая мне стакан с соком. — К сожалению, половина наших уже выбыла, ну а вторая каким-то чудом еще держится.

— Как половина? — удивился я. — С начала турнира прошел всего час! Как могла отсеяться половина?!

— А вот так, — взял слово Илья. — Не забывай, что младшие классы как менее интересные идут первыми.

— К тому же уже прошло два этапа, — добавил Огнеяр. — После первого наши держались вполне достойно, да и вообще среди пятых классов выбыло не так много человек, но вторым этапом неожиданно поставили «десяточку», и все завалились.

— Что еще за «десяточка»? — закончив с очередным куском пиццы, спросил я, недоуменно нахмурив брови. Такого названия мне еще не попадалось.

— Вон, смотри. — Годимир указал на телевизор. — Как раз показывают нарезку с лучшими моментами второго этапа.

«А, почти как „Слабое звено“!» — понял я, наблюдая за красующимся в пафосной позе молодым ведущим, который по очереди задавал вопросы стоящим в круге ученикам.

Смысл «десяточки» заключался в том, что всем десяти участникам задавали по десять вопросов, на каждый из которых они должны были дать правильный и, главное, полный ответ в течение десяти секунд. Сбился, замялся, разволновался или не успел завершить мысль — значит, не получишь заслуженный бал.

Еще одной сложностью этого этапа являлось то, что участник до конца раунда так и не знал, засчитали ли ему ответ на тот или иной вопрос. А набравший менее восьми баллов ученик выбывал из турнира.

«И это только областной этап соревнований», — слушая ответы на наиболее сложные вопросы, покачал я головой.

— А из наших одноклассников кто-нибудь остался? — спросил, заметив на экране одного из отличников «А» класса.

— Красноголовка ваша и Дарья Русалова, — усмехнулся Константин. — А из наших Юрий Ритулов и Сергей Беспалов.

— Будем надеяться, что они пройдут дальше, — произнес я, желая ребятам удачи.

— Кстати, а ты почему задержался? — спросил Годимир. — Опять личная тренировка с Леонидом Викторовичем?

Я непроизвольно потер ноющую руку и кивнул. Что-то в последнее время тренер уделял мне очень много внимания.

К нашему столу подошла молодая официантка и поставила тарелки сразу с двумя большими пиццами.

— Вы что, вообще на обед не ходили? — спросил я, глядя, как с удовольствием товарищи накинулись на еду.

— Конечно, — недоуменно ответил Годимир. — А какой смысл сытыми идти в кафе?

«Какие же они все-таки дети, — мысленно улыбнулся я. — Действительно, какой смысл есть вкусную, но привычную пищу в школьной столовой, когда можно уютно устроиться в кафе и под вкусную пиццу следить за областным турниром имперской школы, так же намного интереснее!»

Кстати, находились мы в небольшом уютном заведении, отличающемся от таких же кафешек, расположенных рядом, лишь невероятно вкусной пиццей на тонкой основе. Здесь можно было встретить представителей любого сословия и социального положения. За соседними столиками располагались молодые мамы с детьми, ученики имперской школы, свободные охотники и представители офисного планктона.

Несомненным плюсом заведения, несмотря на некоторую удаленность от школы, являлись огромные телевизоры, на экранах которых удобно было наблюдать спортивные и иные события. Думаю, по вечерам тут собирались целые толпы любителей пива.

Шел четвертый этап соревнований, когда к нашему столу подошло два шатающихся, смутно знакомых тела.

— Ого! Какие люди! — произнес один из парней, перекрывая нам вид на отвечающего на вопрос Юрия Ритулова.

— Я же говорил, что это он, — несмотря на наши возмущенные окрики, произнес второй парень, не двигаясь с места.

— Кто? — тут же уточнил первый.

— Ну он! — выделил второй интонацией.

— Где охрана? — возмутился Сергей, приподнимаясь с места и оглядываясь по сторонам.

— А-а-а! Он! — пьяно протянул первый и, схватив сидящего с края стола Константина за рукав, наклонившись, произнес: — Ты че, охренел?!

Тычок разъяренного мальчишки в кадык недоброжелателя заставил того отпустить рукав и схватиться за горло, а последовавший удар в пах вырубил наглеца.

Второй парень получил удар в подбородок от меня и так же без сил рухнул на пол.

— Вообще обнаглели, — зашипел Константин, глядя на подбежавшего охранника. — Что за безобразие?

Оперативно подошедший администратор принес искренние извинения за инцидент и, сориентировавшись в ситуации, объявил, что наш заказ оплачивается за счет заведения и что мы можем ни в чем себе не отказывать.

— Кстати, кто это был? — спросил Сергей у Константина.

— Да я их впервые вижу, — недоуменно пожал плечами мальчишка. — Вообще без понятия.

— А я, кажется, их помню, — вдруг сказал задумчивый Годимир и, посмотрев на меня, произнес: — Вы не подскажете, как пройти в библиотеку?

— Точно! — тут же вспомнил я тех неандертальцев, что на наших глазах подкапывались к деду Тарасу.

— Так это ваши знакомые? — вытаращился Костя. — Что же они на меня наехали?!

— Ну как знакомые… — произнес Годимир и кратко поведал о произошедшем на рынке несколько месяцев назад, предварительно напомнив всем, что это секрет.

— Тогда почему они пристали к Константину, а не к Ивану? — спросил Илья.

— Мне это тоже непонятно, — пожал я плечами, но тут на экране показалась Дарья, и разговор сам собой прекратился.

Из кафе мы вышли примерно в семнадцать часов, когда наши одноклассники уже выбыли из турнира.

— Все-таки молодцы, хорошо шли, — произнес Годимир, потирая живот. — Просто последние вопросы были ну очень сложными.

Я кивнул.

Не все одноклассники смогли ответить на вопросы девятого класса, так что нет ничего удивительного, что они выбыли.

У выхода из кафе нас уже ждали.

Около тридцати парней, сидевших на близлежащих лавочках, встали и направились в нашу сторону. Среди них мы заметили ту парочку, которую успели вырубить.

— Это что, бояре? — услышал я несколько тихих голосов. — Это они наших положили?

— Ну их на фиг. Сваливаем.

Буквально через минуту около нас осталось только пятеро удивленно переглядывающихся парней.

— Твари! — пьяно произнес один. — Испугались каких-то сопляков…

Договорить он не успел, так как мощный удар отправил его в нокаут.

— Кто это? — спросил я у ребят, напряженно наблюдая за тем, как крепкие мужчины, вырубив хулиганов, грузят их в подъехавший автомобиль.

— Моя охрана, — коротко произнес Годимир, махнул рукой одному из мужчин и обратился к нам: — Раз такая ситуация, меня сейчас заберут домой, так что давайте прощаться.

Поджидая Феофана в условленном месте, я не мог не задуматься над некоторой неправильностью происходящего. Что-то не давало мне покоя с того самого момента, когда мы вырубили парней в кафе.

«От них почти не пахло алкоголем!» — понял я, когда наставник наконец подъехал.


Выходные, как мне и было обещано, начались с того, что мы снова поехали в воинскую часть.

После проведения уже знакомой нам проверки документов и осмотра магом автомобиля Феофан заехал на стоянку, потом его патрульный провел нас к спортивному комплексу, один из спортивных залов которого был оборудован борцовским ковром и расставленными по его краям переносными трибунами, заполненными большим количеством молодых бойцов.

Положив куртки у двери в зал, мы вошли внутрь, и это не осталось незамеченным. Переговаривающиеся бойцы первым делом обратили внимание на крепкого и высокого Феофана, облаченного в простую льняную рубаху, которая не могла полностью скрыть его мощный мышечный каркас. Мелкий мальчишка на фоне наставника совсем не выделялся, однако, думаю, всем было интересно, что здесь делают два гражданских лица.

Устремившийся к нам Миробой вызвал еще больше вопросов.

— Ну, как настроение? — пожав руку, спросил он у меня. — Готов простимулировать ленивых бойцов обучаться воинским искусствам?

— Почему бы и нет? — пожал я плечами, прекрасно понимая, что только наше плодотворное сотрудничество на этой ниве позволит мне, как и раньше, появляться на территории части и бесплатно получать необходимые навыки владения огнестрельным оружием.

— Это хорошо, — хищно прищурившись, произнес мужчина. — Тогда через пару минут начнем.

— Как долго продлится этот спектакль? И сколько у Ивана будет соперников? — спросил наставник, оглядываясь. — А то тут без малого три сотни бойцов.

— Из-за высокого ранга Ивана, думаю, все пройдёт довольно быстро, — хриплым голосом ответил мужчина. — Из собравшихся молодежи — всего-то две сотни, остальные — их командиры и офицерский состав, которому интересно узнать, что же я такое придумал. — Выдержав небольшую паузу, мужчина повернулся ко мне и продолжил: — Я подобрал для тебя десяток самых знатных и ленивых ушлепков моей части, которые почему-то считают, что, раз у них есть влиятельные родственники и счета в имперских банках, это дает им право показывать лишь необходимый минимум в военной подготовке и служить, совершенно не напрягаясь.

— Может, лучше пару раз сводить таких ушлепков в пустоши? — поморщился Феофан. — После того как увидят живого демона, желающего вырвать их жалкие сердца, сразу мозги на место встанут.

— Я бы с удовольствием так и сделал, — поморщился Миробой, — если бы лет десять назад нам не запретили брать первогодков в пустоши.

— Это еще почему? — удивился наставник.

— Смертность большая, — пожал плечами полковник. — А мы нынче бойцов должны беречь, так что первый год отдали на подготовку.

— В мое время таких ушлепков сержанты гноили в нарядах и гоняли до полусмерти, — произнес Феофан, презрительно поморщившись. — Особенно сынков и внуков всяких там влиятельных лиц.

— Сейчас время другое. Да и ты мало знаком с современным молодым поколением, которое не может обойтись без инфосети и телефонов. Несмотря на инфернальные прорывы, многие из них считают, что им не надо сражаться, что это не для них, что умирать в боях должны другие, пока они будут купаться в шелках и золоте.

— Понятно, — протянул учитель.

— А какие у этих десяти ранги? — решил уточнить я.

— Весь первый период — это преимущественно новики и отроки первой ступени.

— Новики? — сморщившись, будто жевал лимон, переспросил Феофан. — Новики по прошествии полугода в армии? Ты издеваешься, что ли?

— Ты бы видел, какими они пришли! — пожал плечами Миробой. — Без слез смотреть нельзя.

— Да вижу я, — кивнул наставник, — что ни фига вы тут не делаете! Развели детский сад! Новики, блин!

— Вообще-то весь мой третий период довольно сильные бойцы, — вдруг жестко произнес полковник. — Так что работу свою я выполняю нормально! А для того, чтобы из той пустоты, которая приходит, воспитывать нормальных воинов, я иду на такие эксперименты, как сегодня.

— Ладно, — выдержав небольшую паузу, проговорил Феофан. — Судя по тому, что я видел в пустошах, твои третьи действительно неплохи. И ты хочешь сказать, что они были такими же беспомощными, как эти?

— Были получше, — признался мужчина. — В этот раз из-за имперских проверок не смогли своевременно отобрать лучших, они ушли в другие подразделения, так что забрали чуть ли не худших.

Наставник хмуро осмотрел бойцов и презрительно сказал:

— Если они новики и отроки, то Иван положит их всех.

— Всех? — тихо переспросил я, удивленно посмотрев на Феофана и окинув взглядом трибуну. — Ты уверен, что ВСЕХ?!

— А ты что, нет? — уперев руки в бока, спросил наставник. — С кем сражаться собрался? С этими слабаками?

Я задумался.

«Действительно, если драться с новиками и отроками по очереди, это будет похоже на банальное избиение. Ведь, к примеру, взрослый среднестатистический мужчина гарантированно побьет хоть сто, хоть двести детей. Банально из-за того, что их разница в силе просто несопоставима! Вероятно, мужчина устанет наносить удары, но все равно будет намного сильнее любого ребенка!

А ведь разница между бойцом ранга „воин“, свободно оперирующим энергией „шики-чо“, и представителями начальных рангов будет такой же, как между мужчиной и детьми».

Полковник, наблюдая за моим лицом, криво улыбнулся.

— Ощутил разницу? — спросил он, похлопав меня по плечу, и, не дожидаясь ответа, добавил: — Так даже лучше. Заодно проверим, на сколько тебя хватит.

Миробой взял слово и представил витязя Феофана и его ученика, которые любезно согласились показать уровень боевых искусств, к какому должен стремиться боец первого периода.

Моим первым противником был низкий худой парень с наглой ухмылкой и непониманием в глазах.

— Я не могу бить ребенка, — несколько развязно произнес он, оглядываясь по сторонам.

Его слова прервал гонг, оповещающий о начале боя, и я пошел вперед.

Помня наставления Миробоя, что первую десятку необходимо побить более жестко, чем остальных, я подпрыгнул высоко вверх и нанес противнику эффектный удар в голову с разворота.

На земле этот прием называют «вертушка».

Отлетевший назад парень сплюнул кровь из разбитых губ, встал и, чуть ли не зарычав, бросился на меня.

Уйдя от довольно медленной атаки, я поставил подножку и, отскочив, впечатал ногу в мягкое место пониже спины.

Противник буквально вылетел за пределы ковра, а потом, поднявшись, красный от ярости, ринулся на меня.

Посмотрев на довольное лицо Миробоя, я нанес парню несколько сильных ударов в корпус, а затем «двойкой» в голову завершил бой.

Подбежавшие бойцы с нашивками третьего периода вынесли побежденного с ковра, а еще один со шваброй быстро вытер кровь.

— Очень плохо, — прокомментировал Миробой, поморщившись, и обратился к мужчине, стоящему рядом: — Кто у нас следующий?

Как и ожидалось, первый десяток бойцов выдохся очень быстро. Я не успел устать и не пропустил ни одного удара.

Теперь мне стала наглядно видна разница между мной и обычным человеком. Простые люди просто не могли ничего мне противопоставить!

За время нахождения в этом мире я привык к тому, что меня всегда окружают воины, маги или, на худой конец, демоны, что встречаемые мной люди как минимум имели какие-то ранги или совершенствовали свои таланты. А оказалось, что на самом деле я просто находился в местах скопления большого количества сильных личностей! Основное население мира — обычные люди!

«М-да. Долго же я к этому шел!»

— Это какой-то позор! — осматривая трибуны, произнес Миробой. — Никто из десяти человек не оказал достойного сопротивления пятикласснику! И это наши защитники, стоящие на страже границ Горбовичской пустоши! Позор! Проверим, может быть, кто-нибудь из присутствующих хоть как-то себя проявит.

Как и предполагалось, этот бой больше походил на избиение, которое прерывали редкие кое-что умеющие ребята, явно получившие хорошую базу, перед тем как пойти служить.

Таких бойцов по просьбе Миробоя я старался максимально уважить, подчеркнуть их приличные бойцовские качества по сравнению с другими парнями, из-за чего приходилось сражаться с ними на две-три минуты больше, чем с остальными.

Признаюсь честно, все это избиение ребят мне совершенно не нравилось. Ну не по нраву мне бить тех, кто слабей, тем более что ни один из бойцов так и не смог показать действительно хороший уровень. Но я старался относиться к делу профессионально. Миробой попросил сделать конкретную работу, значит, я ее сделаю.

В конце этого циркового представления я нормально так устал. Несмотря на духовную энергию, циркулирующую в теле, мышцы налились тяжестью, а движения стали несколько вялыми.

— Спасибо, Иван, — произнес Миробой, поднимаясь со своего места, когда последний парень оказался на полу. — Ты помог нам определить настоящий уровень наших бойцов.

Кивнув, я ушел с ковра и направился к двери, когда мне махнул оставшийся на трибуне Феофан.

— Ну ты даешь! — услышал, выйдя за дверь.

— Привет! — пожал протянутую сержантом Ильясовым руку.

— Теперь нам обоим нужно умыться, — произнес он, и я осознал, что весь заляпан кровью.

«Блин! Срочно смыть с себя все это!»

— Я, конечно, в шоке, — повторно покачав головой, произнес Денис и спросил: — Не думал, что в твоем возрасте можно быть настолько сильным.

— Это не я такой сильный, это они такие слабые, — сказал ему. — Думаю, некоторые мои одноклассники справились бы не хуже.

— Да ладно! — не поверил он. — Где это ты учишься?

— В имперской школе.

— Это сколько же вы за обучение платите?! — удивленно посмотрел на меня Ильясов.

— Очень много, — тяжело вздохнул я.

— Тогда понятно, в имперской школе в основном учатся бояре. — Выдержав небольшую паузу, мужчина спросил: — А ранг у тебя какой?

— Пока воин второй ступени, — ответил я.

— Неплохо для пятиклассника, — уважительно покивал мужчина. — Вырастешь в высокорангового воина.

— Буду надеяться. Наставник все для этого делает.

Оказавшись на улице, мы заняли уже знакомый мне багги и быстро добрались до здания тира.

— Сегодня у нас мало времени, — сказал Ильясов, открывая дверь. — Так что пока обойдешься без автодрома.

— Да мне бы успеть пострелять! — отмахнулся я.

Второе занятие по стрельбам началось с того, что я отчитался Ильясову, насколько хорошо помню правила техники безопасности, предназначение пистолета, его составные части и тактико-технические характеристики.

Вспомнив порядок разборки и сборки оружия, мы наконец перешли к самому интересному.

Стрельба пошла по сценарию прошлого занятия: Ильясов дал мне пострелять с малой дистанции, а потом с каждым новым магазином начал ее увеличивать.

Потом инструктор предложил попробовать стрельбу с одной руки.

— Не закрывай глаза, — сказал он после того, как я выполнил все его рекомендации. — Лучше целиться, используя оба глаза.

— Но почему? — нахмурился я. — Ведь одним намного легче! Цель четче видна и целик с мушкой легче совмещать.

— Так-то оно так, — согласился мужчина. — Однако если для стрельбы использовать только один глаз, то в случае длительного боя он быстро устанет. Помимо этого глаз как орган визуального восприятия будет получать вдвое больше информации, чем это предусмотрено природой, из-за чего возникнет напряжение, и сознание не сможет своевременно и полноценно обработать большой объем поступающих сведений. А при использовании двух глаз увеличится угол обзора и мышцы не будут перенапрягаться, поэтому возрастет точность стрельбы.

— Э-э-э? — протянул я и добавил: — Это было что-то очень заумное, но я учту, что стрелять лучше с двумя открытыми глазами.

— Хорошо, это действительно важно, — произнес Ильясов, повторно оценивая мою стойку. — Меня радует, что, несмотря на долгое время, проведенное в этой позе, твоя рука даже не начала дрожать.

— Ну в принципе да, — прислушался я к себе. — Усталости пока не чувствую.

Вдоволь настрелявшись в этом зале с одной и двух рук, мы перешли в соседнее помещение, где я наконец приступил к изучению второго упражнения.

Его смысл заключался в том, чтобы произвести по три выстрела из положений стоя, сидя и лежа. Упражнение считалось выполненным только в том случае, если обучаемый набирал шестьдесят пять баллов из девяноста возможных.

Из-за того, что никаких временных ограничений не было, мне удалось поразить мишень даже из положения лежа.

Как и в прошлый раз, занятие закончилось быстро, мне очень хотелось его продолжить, однако пришедший за мной наставник был непреклонен.

— Не расстраивайся, — сказал Ильясов. — Когда приедешь в следующий раз, я покажу тебе что-то ну очень интересное.

ГЛАВА 8

— Не думаю, что ему это понравится, — покачав головой, категорически сказал Феофан, проверяя укомплектованность пояса с алхимическими зельями.

— Ну как это так — без сюрприза?! — растерянно посмотрела на мужчину Марыся. — Мальчишке исполняется целых одиннадцать лет! Он, поди, ждет от нас хорошего подарочка! Торт! Гулянье! А ты ничего этого не хочешь делать!

— Да какие гулянья? Какой подарочек? — поморщился наставник. — Он этого не любит. Да и вообще, мне кажется, что Иван забыл о своем дне рождения.

— Первое февраля — красивая дата, — невпопад заметил дед Тарас и сделал глоток из стоящего рядом граненого стакана.

Женщина посмотрела на мужа, привычно поморщилась, а затем, поняв, что поддержки от Тараса не дождешься, повернувшись к Феофану, перешла в наступление:

— Мальчишке одиннадцать лет! Солдафонская ты голова! Не двадцать один и не тридцать, а всего одиннадцать! Каким бы сильным, умным и взрослым он тебе ни казался, он все равно остается ребенком! Который нуждается в некоторых поблажках и иногда может побыть обычным мальчишкой и которому позволено просто попроказничать. В общем, Ивану необходима эмоциональная разгрузка, или он перегорит!

— Расслабляется он в школе, да еще и в тир ездит пострелять, а это лучшая психологическая разгрузка, — грозно посмотрел на женщину Феофан. — А насчет подарка… — Выдержав небольшую паузу, мужчина продолжил: — Я уже давно планировал сходить в пустошь и взять ему несколько наперстков пыльцы нуркулсана! Сама знаешь, что для воина это лучший подарок!

— Вот! — ликующе подняла палец женщина. — Вот!

— Что — вот?! — еще больше разгорячился Феофан. — Что еще за «вот»?!

— А то, что ты не видишь в нем ребенка! Он и расслабляться у тебя ездит с оружием! И подарок ты выбрал не как для ребенка, а как для воина! Думаешь, его подсознание из-за этого расслабляется?

Феофан собрался что-то сказать, но его отвлек звук сработавшего будильника.

«Надо ехать, если не хочу опоздать», — решительно подумал мужчина.

— Иди со Спасителем, Феофан, и ни о чем не беспокойся! — произнес дед Тарас, угадав мысли товарища. — Тебе предстоит сложный и опасный путь, а за Иваном мы уж как-нибудь присмотрим. Но тортик сладкий Марыся все же приготовит.

— Ну, так от торта и я не откажусь, — через некоторое время ответил пожилой воин и, глядя на потрясенную предательством мужа женщину, усмехнувшись, махнул рукой: — Все, поехал я.

— Тарас Захарович, и как это понимать?! — тут же, уперев руки в бока, произнесла Марыся. — Что значит я только тортик приготовлю?! А остальное? А праздник мальчишке утром устроить? Ты что же, на сторону этого чурбана встал?! А?!

— Да погоди ты, — отмахнулся подошедший к окну мужчина, прищурившись.

— Что значит… — начала женщина, но под сердитым взглядом мужа замолчала.

Проследив, как зарычавший автомобиль отъехал от дома, дед Тарас с ехидной улыбкой на лице повернулся к жене:

— Ну вот, теперь, когда Феофан уехал, можем поговорить, какой праздник ты хочешь устроить Ивану, а то Феня мужик упертый до безобразия. Да и за пыльцой ему пора ехать, а не лясы точить, так что пусть отправляется себе спокойно, а мы тут сами разберемся.

— И как? — неожиданно тихо спросила женщина. — Ты думаешь, он сможет вернуться?

— Так там не так и глубоко выходит, — что-то прикинув, произнес дед Тарас и, подхватив стакан, одним махом его осушил.

— Но зима же! — с сомнением сказала женщина. — Он может напороться и на высшего, а они в эту пору особенно голодны.

— Выберется как-нибудь, — отмахнулся мужчина и, достав из кармана длинные продолговатые предметы, произнес: — Лучше посмотри, какие красивые хлопушки я купил!

— Ого! — Женщина одобрительно закивала. — Это то, что надо! Дети любят хлопушки, особенно мальчишки!

— А если прикрепить их на стену? — размышляя, произнес старик. — И подвязать веревкой? Тогда они сработают при открытии двери, и блестки полетят на Ивана сверху! Он очень обрадуется!

— Ну ты тот еще автюк! — с явным восхищением произнесла Марыся, покачав головой. — Не все еще мозги пропил!

— А то! — выгнув тощую грудь, произнес дед Тарас и добавил: — Ладно, я тогда займусь хлопушками, а ты готовь.

— Это будет его лучший день рождения! — утирая невольно покатившуюся слезу, произнесла Марыся. — Он запомнит его на всю жизнь!

— Точно, — тихо подтвердил дед Тарас. — Это утро он запомнит на всю жизнь!


Из череды похожих друг на друга дней этот выделялся тем, что утром меня почему-то никто не удосужился разбудить на зарядку. Привыкший к ранним побудкам организм был готов при первом же сигнале вскочить с кровати, а сознание находилось где-то между сном и явью, чутко отслеживая момент появления в комнате наставника с традиционным стаканом в руке.

К моему глубочайшему разочарованию, Феофан до сих пор не утратил желания будить меня именно таким неприятным образом.

Но часы тикали, а в комнату так никто и не заходил. Про меня словно забыли.

Приоткрыв глаза, я перевернулся на спину и, подняв голову, осмотрелся.

Чувства не подводили. В комнате действительно никого не было.

«Ну и где же Феофан? — несколько недовольно подумал я, медленно вставая с кровати и сладко потягиваясь. — Или сегодня начало его очередного теста на сообразительность? Может, с этого дня я сам должен буду вставать на зарядку?»

Не получив никакого ответа, я под звуки, производимые шаманящей на кухне Марысей, начал медленно одеваться.

«А ведь такие тесты вполне в духе Феофана, — снова задумался, затягивая шнуровку на поясе штанов. — Он, конечно, теперь не ведет себя слишком уж странно и, можно сказать, стал вполне адекватным человеком, но все же некоторые маразматические закиданы остались».

Подойдя к плотно закрытой двери, я начал ее открывать и, почувствовав несколько большее напряжение, чем обычно, заметил, как на уровне пояса мелькнула тонкая нить, явно указывающая на наличие растяжки.

«ГРАНАТА!» — понял я, и в то же мгновение мое окутанное «щитом воли» тело вылетело в окно.

Пух! Пух! Пух! Пух! — услышал я какие-то приглушенные звуки, похожие на выстрелы, одновременно с ними вскрик Марыси и испуганный возглас деда Тараса:

— Ива-а-ан!

«Граната на растяжке почему-то не взорвалась, но приглушенные звуки явно указывают на оружие с глушителем. Таким пользуются профессиональные убийцы, — думал я, перемахивая через забор. — Неужели Темниковы все же нашли меня? Если так, почему за мной пришли обычные убийцы? Почему не воины и не маги? И почему такой странный способ покушения? Где Феофан? Что с Марысей и дедом Тарасом? Надеюсь, их не тронут».

Сотни мыслей мелькали в голове одна за другой, а я, перемахивая один забор за другим, путал следы и благодарил себя за то, что успел накинуть штаны с майкой и сейчас не свечу по чужим участкам голыми ляжками.

Перемахнув через очередное препятствие, я краем глаза заметил знакомый джип и, сменив направление, устремился к нему.

Думаю, наставник очень удивился, обнаружив меня на дороге.

«Хотя…»

Глядя на окровавленного Феофана, я начал понимать, что ему тоже серьезно досталось…


— Ива-а-ан! — тихо вскрикнул дед Тарас, растерянно глядя на буквально вынесенное сбежавшим пареньком окно.

— Доигрался?! — неожиданно вскрикнула Марыся, уперев руки в бока. — Доигрался, я тебя спрашиваю?!

— А я-то тут при чем?! — растерянно посмотрев на жену, произнес дед Тарас.

— А кто эту гадость сюда принес? Кто сказал, что будет весело?! А?! — Выдержав небольшую паузу, она произнесла басом, подражая голосу мужа: — «Это утро он запомнит на всю жизнь!»

— Так ты ж сама говорила… — попытался оправдаться мужчина, но его перебили:

— Ничего я не говорила! Алкаш проклятый! Испугал ребенка! А теперь думай, где его искать и что с окном делать! Пшел вон!

Дед Тарас тяжело вздохнул, опустил голову и понуро направился к выходу.


— Помощь нужна? — спросил я, запрыгивая в машину.

— Какого хрена ты тут делаешь? — удивленно глядя на меня, произнес Феофан. — Тем более в такое время. — Он выдержал паузу, после чего добавил: — Да еще и в таком виде!

Молча выслушав мой рассказ, Феофан поморщился и продолжил движение вперед.

— Сейчас подъедем поближе и посмотрим, кто это там на тебя покушался.

— Думаю, это те же люди, что напали на тебя, — произнес я, рассматривая свежую царапину на щеке наставника.

— А кто тебе сказал, что на меня кто-то покушался? — удивленно ответил учитель. — Я вообще-то был в пустошах.

— Зимой?! — спросил удивленно. — Ты же мне сам говорил, что зимой там очень опасно.

— Для тебя да, — согласился мужчина. — А для меня лишь самую малость.

Как оказалось, спокойно доехать до дома нам было не суждено, так как на дороге прямо перед нами обнаружился понуро бредущий дед Тарас.

— Что с ним? Он ранен? — взволнованно спросил я, собираясь открыть дверь.

— Совсем, что ли, идиот?! — не выбирая выражений, крикнул наставник. — На фиг под колеса прыгаешь?!

— Он же ранен! — воскликнул я, пытаясь открыть дверь.

— Да он полностью здоров! — не разделяя моей паники, раздраженно ответил наставник. — Или думаешь, я не вижу?

— Иван! Слава Спасителю! — воскликнул дед Тарас. — С тобой все нормально? Ничего себе не ушиб?

— Так! — не дав мне ответить, произнес Феофан. — Я вообще-то устал и хочу домой! — Затем обратился к своему собутыльнику: — А сейчас садись в машину и расскажи наконец, что у вас там произошло…


Торт, приготовленный Марысей, был действительно очень вкусным. Доедая второй кусок невероятно сочной сладости, я с улыбкой слушал, как Феофан, не стесняясь, костерит двух хитромудрых автюков и их желание сделать «для ребеночка» запоминающийся праздник.

Дед Тарас и Марыся сидели перед наставником как нашкодившие школьники — опустив глаза, молча выслушивали его нравоучения.

— Так чтобы запомнил, — порой невпопад произносил дед Тарас, обиженно глядя на друга, и проникновенно добавлял: — На всю жизнь!

— Это утро я точно на всю жизнь запомню! — произнес после очередного повторения и рассмеялся, вспоминая, как вынес окно.

«Хорошо еще, что получилось полностью закрыться „щитом воли“, — невпопад подумал и замер. — „Щитом воли“ — полностью!»

Проверив, как у меня работает эта техника, я довольно хмыкнул.

«Остается только поэкспериментировать с пропускной способностью формируемого из моей духовной энергии силового поля».

Феофан, почувствовав «шики-чо», кинул на меня косой взгляд и продолжил экзекуцию, а я посмотрел на стареньких, поникших автюков. При виде этой картины у меня почему-то сильно защемило сердце.

«Пожилые люди, про которых позабыли собственные дети и внуки, увидели во мне что-то родное и постарались окружить теплом и заботой…»

Дед Тарас любил поговорить и порой выдавал очень интересные вещи, а Марыся постоянно сидела со мной после ранений и отпаивала своими лечебными зельями. Понятно, что за время нашего проживания они успели ко мне привязаться и, решив сделать небольшой праздник, не спали полночи и готовили сюрприз, который сорвался по той причине, что некий Иван оказался очень натренированным мальчишкой с боевыми рефлексами…

Да и вины на них никакой нет… В том плане, что ничего плохого они не делали, чтобы Феофан их так сильно распекал.

Еще раз посмотрев на неожиданно ставших такими близкими стариков, я понял, что они действительно очень переживают из-за произошедшего. Ведь даже говорливая Марыся, которая обычно за словом в карман не лезла, вела себя необычайно тихо, словно воды в рот набрала.

Не глядя на наставника, я встал из-за стола, подошел к автюкам и крепко их обнял.

Марыся легонько вздрогнула.

— Не переживайте за утро, — как можно более искренне сказал я. — Мне очень приятно, что вы не забыли про мой день рождения и постарались сделать хороший праздник. То, что он получился немного смазанным, — ерунда. Просто Феофан успел натренировать у меня нужные рефлексы, и теперь тело реагирует намного быстрее головы. Так что — большое спасибо!

— Ты честно не переживаешь? — через некоторое время тихо спросила Марыся.

— Нет, конечно, — уверенно произнес я и замер. — Хотя…

— Что хотя? — вырвалось у деда Тараса.

— Хотя, если мы наконец не сядем за стол и не начнем праздновать, я действительно расстроюсь!

— Черт с вами! — махнул рукой Феофан и направился в комнату, из которой донеслось: — Без меня не начинайте, я быстро в душ и к вам!

Через несколько минут умытый и переодевшийся в чистую одежду наставник голодным взором окинул красиво накрытый стол и присоединился к нашей дружной компании.

Когда первый голод был утолен, дед Тарас поинтересовался, как завершился поход Феофана в гости к демонам.

Наставник охотно налег на еду, был довольно бодр, но вместе с тем выглядел очень уставшим. Морщины на лице стали более глубокими, под глазами появились темно-синие мешки, а сквозь бинты, которыми он обмотал руку, просачивалась кровь.

— Успешно, — обронил мужчина и, немного подумав, жестом фокусника выложил на стол аккуратную резную шкатулку. — Раз мы про это заговорили, есть желание подарить подарок прямо сейчас.

— Что это? — с интересом разглядывая неизвестный порошок, спросил я. Хорошо усвоив урок с камнями боли и души, я не спешил опрометчиво тянуть руки к неизвестному веществу.

— Это шкатулка с пыльцой нуркулсана! — гордо и торжественно произнес наставник.

— М-м-м, — протянул я многозначительно и добавил: — А что это?

— Лучший подарок для воина! — с явным сарказмом пояснил дед Тарас и обратился к Феофану: — Действительно отличная вещь, особенно если Иван не знает, что это и как используется.

— Он не знает, потому что ему она в данный момент не нужна, у него и так большой потенциал, — буркнул наставник и пояснил: — Пыльца нуркулсана, это невероятно ценный ингредиент, который используется в системе воинских тренировок. Такой своеобразный допинг, он позволяет бойцу расширить способности, ограниченные природой. В общем, пыльца используется бойцами, у которых система циркуляции «шики-чо» перестала развиваться.

— Десять грамм этого вещества стоят порядка двадцати тысяч талеров, — добавил автюк и подмигнул мне.

— Сколько?! — переспросил я, с еще большим интересом рассматривая подарок Феофана. — Но почему так дорого?!

— Потому что пыльцу очень сложно достать, — пояснил наставник. — Невероятно сложно и очень опасно. Советую припрятать до тех пор, пока не почувствуешь, что настало время этим воспользоваться.

— А ты сам ею пользовался? — в свою очередь заинтересовался я. — Знаешь, как правильно ее принимать?

— Конечно, знаю, — спокойно сказал Феофан. — А как еще, по-твоему, я смог стать богатырем?


К моему огромному облегчению, в школе меня никто с праздником не поздравлял. Никаких выходов в центр класса, поздравлений с тортом, сладких столов и чего-то другого. Про мой праздник не знал никто, кроме Годимира и нашей компании. Помня, кто такой отец Огнеяра, я даже не удивился его информированности. Благо предвидел подобное развитие событий и взял из дома довольно много наличности.

После поздравлений я пригласил мальчишек отпраздновать сей знаменательный момент моей жизни в кафе. Судя по одобрительным взглядам четверки, они ждали именно этого.

— Ну, значит, на обед в столовку я сегодня не пойду, — радостно произнес Константин. Как и большинство учеников, он не любил школьную кухню. В его восприятии сбалансированная и здоровая пища явно проигрывала фаст-фуду и другой вредной еде.

— Мне кажется или ты из-за моего дня рождения даже не завтракал дома? — прищурился я подозрительно.

— Как можно! — искренне возмутился мальчишка под смешки друзей. — Вообще-то я выпил два целых стакана воды натощак!

Наше любимое кафе, как и всегда, предлагало клиентам богатый ассортимент вкуснейшей пиццы. Поэтому, пользуясь тем, что нас там отлично знали, я сделал заказ заранее, и за сервированным столом нашу компанию ожидало большое количество горячей, вкусно пахнущей еды.

Ребята вручили мне небольшие подарки, после чего мы дружной компанией накинулись на угощение. В этот момент по телевизору транслировали последние туры предметных турниров, на одном из которых ученица нашего филиала заняла шестое место по математике.

Не знаю почему, но все очень сильно воодушевились. Кафе стояло на ушах, бармен начал разливать выпивку за счет заведения, а счастливые официанты принесли на каждый столик подарок от шеф-повара. В нашем случае — пять вазочек ванильного мороженого, так что никто не возражал.

— Невероятно! Это же шестое место на имперском турнире! — то и дело пораженно восклицал Сергей Кользов, чуть ли не с любовью глядя на милую стройную шатенку, несколько расстроенную из-за ускользнувшего от нее призового места.

Я обратил внимание на пораженного мальчишку — тот был порой несколько высокомерным. Вспомнил обстоятельство нашего знакомства в доме Огнеяров и последовавший после него небольшой конфликт.

«Хм… глядя на его наивное и восхищенное лицо, даже не подумаешь, что он может вести себя некрасиво. Хотя вроде в последнее время Сергей изменился в лучшую сторону».

Хорошенько подкрепившись, мы дружной компанией направились в сторону запримеченного мной развлекательного центра, в котором по какой-то случайности еще ни разу не были.

«Ну что ж, попробую устроить друзьям небольшой праздник. Может, и мне удастся хорошенько отдохнуть! Или я и дальше буду периодически чувствовать чей-то следящий за нами холодный взгляд?»


Чествование учеников филиала, вернувшихся с предметных имперских турниров, проходило в торжественной обстановке.

В одну из пятниц вечером руководство школы устроило роскошный бал, на который были приглашены все ученики филиала, их родственники, некоторые должностные лица администрации города и другие уважаемые жители Моршанска.

От нашего филиала на заключительный этап имперского турнира прошли только четыре человека. Каждого из них представляли собравшимся, рассказывали про достигнутые успехи в различных сферах деятельности, напоминали о результатах турниров и занимаемых ранее местах. Чествование началось с семиклассника, который вылетел первым, во время четвертого тура, и закончили девятиклассницей, которую я видел по телевизору в кафе.

Как оказалось, девушка уже не раз показывала приличные результаты на турнирах по математике в предыдущие годы, но именно эта попытка у нее была лучшей, шестое место как никак. К сожалению, подняться выше ей уже не удастся, ведь это ее последний учебный год.

Во время чествования победителей классная периодически смотрела на меня торжествующим взглядом, наверняка ожидая увидеть растерянность или, может быть, задумчивость. Ведь, по ее мнению, раз я отказался от участия в турнире, теперь должен переживать.

Конечно же это было не так, ведь я точно знал, что моих знаний не хватало, чтобы пройти хотя бы этап областного турнира.

Во время мероприятия мне удалось заочно познакомиться с некоторыми родителями своих друзей и одноклассников. Наставник категорически отказался присутствовать, и среди младших классов я один оказался без сопровождающего лица.

Друзья тоже не могли составить мне компанию. Ведь они были с родителями и могли подойти только после начала неформальной части мероприятия.

Немного напрягало, что многие одноклассники, наблюдая за родителями, провожали меня холодными равнодушными взглядами. Видимо, одинокий мальчишка-простолюдин был им совсем не интересен.

— Вот это и есть высшее общество, — услышал я тихий голос за спиной. — Ты, Иван, вроде бы успешный, сильный и перспективный, но всем в этом зале на тебя плевать.

Я медленно обернулся и посмотрел на стоящего рядом парня, после чего легко улыбнулся уголками губ.

Пусть мне немного не по себе, но этого точно никто не увидит.

— Да, — чуть громче, чем это было необходимо, произнес раздосадованный моей реакцией ученик. — Ты никто, почувствуй отношение к себе. Всем на тебя плевать.

На парня посмотрели несколько человек, но никто ничего не сказал. Лишь легкое любопытство показывало, что они следят за происходящим.

Я ничего не ответил, лишь весело улыбнулся.

— Что смешного? — спросил парень.

— Раз вы разыскали меня во время чествования и знаете мое имя, то вам явно не плевать.

Парень собирался что-то сказать, но его опередили.

— Привет, Иван, — поздоровался со мной подошедший Миробой, протягивая руку.

Мужчина был одет в красивую парадную форму зеленого цвета и неизменный берет, а на его груди висело большое количество различных медалей и орденов.

Компанию ему составляла супруга. Очень красивая женщина, которую я несколько раз видел в части.

— Добрый вечер! — вежливо поздоровался я.

— Скучаешь в одиночестве? — спросил полковник.

— Да нет, — не покривил я душой. — Первый раз на таком мероприятии, поэтому все интересно.

Кинув на стоящего рядом парня быстрый взгляд, с удовлетворением увидел его удивленные глаза.

«Ну конечно, со мной ведь лично поздоровался командир части специального назначения, один из самых влиятельных и сильных людей в городе!»

— Феофан просил присмотреть за тобой, — произнесла женщина красивым голосом. — Тебя здесь никто не обижает?

— Что вы, — улыбнулся я краешком губ. — Тут приличная публика. Вам не о чем беспокоиться, я в полной безопасности.

— Точно? — спросил мужчина и покосился на ученика, который тут же поспешил исчезнуть.

— Да, — уверенно кивнул я.

— В таком случае мы пройдемся, — сказал полковник. — Но скоро вернемся, а если тебе что-то понадобится, подходи, не стесняйся.

Признаюсь честно, мне не очень понравились холодные безразличные взгляды окружающих, а в особенности многих одноклассников, которые в какой-то момент стали с превосходством на меня поглядывать.

Мол, я боярич, за моей спиной целый род. А кто ты? Обычный простолюдин.

Я понимал, что все эти мысли — обычные глупости и что это во мне говорит чувство собственного достоинства бывшего хозяина тела. Иван привык, что к нему относились если не уважительно, то доброжелательно, поэтому, видимо, и меня раздражали взгляды свысока. Чтобы не выдать не очень хорошее настроение, я обратился к холоду внутри меня и моментально успокоился.

«Что ж, я тоже умею быть безразличным».


Я уверенно держал пистолет, стоя на старте очередной полосы препятствий, и ждал сигнала.

Вот загорелся экран с надписью «бой», и я тут же сорвался с места, на ходу передвинув планку предохранителя в нижнее положение. Пробежав десяток метров, остановился и провел три прицельных выстрела по мишени. Два в голову, один в сердце. После этого помчался вперед, к следующему огневому рубежу. Длинный прыжок через открытое пространство, перекат вперед, и я, оставаясь на коленях, выполнил аналогичную серию выстрелов по появившимся мишеням.

Еще один кувырок вперед, переход в положение лежа, и еще одна мишень успешно поражена.

Бег закончился у небольшой бетонной лестницы. Быстро и беззвучно поднявшись вверх, чтобы не сработали датчики звука, я поразил еще одну мишень.

Заменив магазин, продолжил движение по уже знакомому маршруту и поразил десяток керамических дисков, вылетевших из специального метательного устройства.

Бег, стрельба на ходу — и последняя мишень поражена.

— Минута и десять секунд, — щелкнул секундомером сержант Ильясов после того, как я пересек финишную прямую и поставил пистолет на предохранитель. — Оценка «отлично»!

— Да! — обрадованно закричал я и запрыгал на месте. — Наконец-то! Теперь мы можем перейти на новый полигон?!

— Можем, — усмехнулся инструктор, глядя на мое возбуждение, и с притворным удивлением спросил: — Неужели эта полоса так тебя достала?!

— А ты как считаешь? — извлекая магазин из пистолета и вынимая патрон из патронника, спросил я.

— Даже не знаю, — притворно задумался он и рассмеялся. — Ты тут отрабатывал стрельбу всего четыре занятия.

— Вот именно! — подняв указательный палец вверх, произнес я. — Целых четыре занятия. Хотя для того, чтобы разобраться с предыдущими полосами, мне хватало одного дня, ну максимум двух!

— Ты просто неправильно оцениваешь свою впечатляющую скорость обучения, поэтому не осознаешь, что четыре занятия — это мало, — покачал головой сержант и через некоторое время добавил: — С другой стороны, стреляешь ты много и часто. Патронов не жалеешь. Да и инструктор у тебя отличный. — На этих словах Ильясов приосанился и улыбнулся, показывая, что сказанное — шутка. — Поэтому прогресс неудивителен.

— Ну, раз инструктор у меня отличный, то, может быть, пройдемся сегодня по новой полосе? — хитро уточнил я.

«Интересно, подловил или нет?»

— Отказываться после моих слов как-то несолидно, — признался сержант и, махнув рукой, произнес: — Снаряжай магазины и айда за мной, надеюсь, успеем до того, как поступит команда выдвигаться на спортивный комплекс. Это стандартная полоса, просто она немного сложнее, чем предыдущая, — пояснил Ильясов, проводя краткий инструктаж, и указал на широкую белую линию, расположенную на полу. — Здесь, соответственно, место начала движения. Ну а с остальным ты разберешься.

— Понятно, — кивнул я и приготовился к старту.

— Уже готов? — уточнил сержант. — Точно не хочешь узнать, что тебя ждет?

— Нет, — отрицательно покачал я головой. — Когда идешь вслепую, всегда интереснее.

Загорелась лампа, и я помчался вперед по коридору. Крутой поворот, первая мишень. Всадив в нее три пули, двинулся дальше.

Присел и, мельком выглянув в окно, заметил появившуюся ростовую мишень. Три пули, и я едва успел поразить пятерку керамических дисков, вылетевших чуть в стороне.

Продолжив движение, на ходу попал в несколько целей и, заменив магазин, вбежал в небольшой лабиринт, на выходе из которого меня ждал обстрел из тройки керамических дисков.

«Это что-то новенькое! — обрадовался я. — Блин, а ведь я чуть не соскочил с пути!»

Поразив еще несколько троек обстреливающих меня дисков и пару мишеней, с чувством собственного достоинства пересек финишную черту и поставил оружие на предохранитель.

— Все!

— Молодец! — похвалил Ильясов. — Ты прошел новую полосу четко, быстро и без грубых ошибок.

— Понятно, что молодец! Время-то у меня какое? — спросил нетерпеливо.

— Знаешь, — он посмотрел на секундомер, — кажется, я забыл засечь время.

«Ну, блин!»

ГЛАВА 9

Егор Темников сидел за рабочим столом своего кабинета в поместье и внимательно изучал очередное донесение нового начальника СБ рода. Хотя, если откровенно, не такого уж и нового. А если судить о нем по решенным проблемам и проведенным операциям, то можно сказать, что он занимался делами рода уже очень давно.

Дьяченко был поистине амбициозным человеком. Не отличаясь особыми успехами в магических дисциплинах, он сумел развить в себе сильный дух и мощный разум. Об этом однозначно говорили скорость преобразования службы безопасности и спектр решаемых ею задач. Дьяченко вникал во все, начиная с организации охраны поместья, других жилых и юридических помещений рода, заканчивая разработкой и проведением незаконных операций против явных и скрытых врагов Темниковых.

Егор этого не говорил, но ему импонировала манера Дьяченко не давать своей команде простоя. Собрав под своим крылом крепкий костяк профессионалов, глава СБ постоянно ставил все новые и новые задачи.

Последним его делом было проведение аудита одного из успешных мебельных производств и выявление довольно значительных хищений со стороны руководства.

Несколько казней причастных лиц, а также конфискация всего их имущества, и вот уже новый молодой управляющий отчитался о растущей прибыли предприятия.

«Все же надо сказать, чтобы СБ проверила и остальные производства», — дочитав отчет, зло подумал Темников.

Вдруг мужчина почувствовал какое-то неясное напряжение, которое приближалось с каждой секундой.

«Георгий!» — понял он и поднялся со стула. В этот миг входная дверь с грохотом распахнулась.

«Сосунок! Да что он себе позволяет?!» — Глава рода раздраженно посмотрел на старшего сына.

Тот явно был в ярости. Выразительные глаза покрылись черной пугающей пеленой, темно-синие вены ярко выделялись на бледном лице, а тьма за его спиной сформировалась в некое подобие развевающегося на ветру плаща.

Несколько секунд ничего не происходило, но в какой-то момент тьма вокруг Георгия чуть раздалась в стороны, словно набирая силы, после чего, собравшись в один мощный поток, устремилась к главе рода и замерла, напоровшись на непреодолимое препятствие.

Более опытный в магических схватках глава вовремя сформировал перед собой мощную защиту в форме темного кокона.

— Что происходит? — несмотря на сдерживаемую с трудом магическую атаку, все же спросил Егор. Его голос был совершенно спокойным и даже мягким. Этим вопросом он пытался смутить Георгия, чтобы, воспользовавшись его растерянностью, перейти в наступление.

Не ожидавший подобного наследник действительно на какую-то долю мгновения задумался, после чего впал в состояние еще большей ярости и, несмотря на потерю инициативы, перешел в решительное наступление.

— Что происходит? — более жестко произнес Егор и вдруг услышал ответ.

— Пока ты проводишь время в праздности и развлечениях, твоего младшего сына кто-то травит! — Наследник с каждым словом усиливал натиск. — Ты не имеешь права быть главой рода!

Егор поморщился.

«О чем говорит этот сопляк?» — раздраженно подумал он и вдруг уловил очень знакомый, едва ощутимый окрас силы, идущий от Георгия.

Натиск наследника нарастал, заставляя главу рода серьезно тревожиться.

«Так не должно быть! Что может давать ему силы? В чем его секрет?»

— Если хочешь убить родного отца и занять его место, советую честно сказать об этом, а не прикрываться лицемерными словами! — выпалил Егор, презрительно глядя наследнику в лицо и надеясь охладить его пыл и выиграть необходимый перерыв, чтобы подумать.

Георгия воспитывала в основном мать, поэтому понятия чести у сына и у отца серьезно отличались. Темников-старший знал об этой особенности и пользовался ею совершенно беззастенчиво.

Напор Георгия действительно немного ослабел, он словно оторопел от предположения о его бесчестье.

— Не заговаривай мне зубы, — тряхнув головой, процедил наследник. — Тебе докладывали, что Руслан ведет себя неадекватно! Но тебе было плевать!

— Его проверяли в медицинском центре! — рявкнул глава рода. — Анализы ничего не показали!

— Но после ритуала очистки он снова начал вести себя как прежде! — прошипел Георгий. — Ему стало легче.

— Кто позволил тебе проводить ритуал без моего дозволения? — прозревая, жестко спросил глава рода. — Да ты же неправильно провел ритуал, идиот! Вместо очистки крови ты перевел все негативные эффекты на себя!

Егору стала понятна ярость всегда старающегося держать себя в руках Георгия, и причина неадекватного поведения Руслана тоже стала ясна — его действительно отравили.

«А привкус силы очень знаком, как и это состояние ярости. Ощущая подобные эмоции, я убил младшего сына», — подумал он.

— Раз это не сделал ты, то должен был сделать я! — прокричал Георгий. — Тем более что магия рода подсказала — брату необходима помощь!

«Если магия рода начала подавать сигналы наследнику, то он уже сравнялся со мной по силам. Пока Георгий этого не понял, надо что-то предпринять! — подумал Егор, понимая, что его силы на исходе. — Если сегодня не умру…»

— После смерти матери тебе плевать на родных детей, — продолжил тем временем наследник, и тьма за его спиной налилась еще большей силой.

Глава рода медленно и верно проигрывал. Он уже начал готовиться к смерти, но в какой-то момент его тело стало наполняться энергией.

Кто-то из членов рода поддержал его, даровав силы. Но кто?!

Отложив этот вопрос, Егор облегченно выдохнул, собрался и одним рывком впечатал сына в стену.

— Сосунок! — презрительно прошипел он, подошел ближе и схватил Георгия за шею. — Ты посчитал, что достоин того, чтобы стать главой? Пока еще нет!

Чувствуя, что заемные силы на исходе, а убить наследники ему не позволит магия рода, Егор вышвырнул сына в коридор.

«Нужно выиграть немного времени!» — судорожно думал он, перебирая лучшие из найденных решений, пока его отпрыск поднимался на ноги.

«Пустошь! — решил Егор Темников, взывая к магии рода. — К сожалению, других вариантов у меня теперь нет. Придется рискнуть».

— Наследник Георгий, — торжественно произнес Егор, — я, глава рода Темниковых, благословляю тебя на великую миссию и повелеваю отправиться в пустошь уничтожать врагов рода людского! Да будет так!

Поместье слабо тряхнуло, а мужчина криво улыбнулся.

«Как бы там ни было, он меня не победил и я все еще остаюсь главой, а эти слова, написанные предками на алтаре ритуального зала, обязательны для исполнения любому члену рода. Все-таки иногда полезно перечитывать летопись!»

Вокруг Георгия закрутился легкий, едва видимый туман, он медленно встал и с нескрываемым презрением произнес:

— Да, отец.

«Что ж, теперь у меня есть пара недель, пока магия рода не подскажет наследнику возвращаться», — подумал Егор.

В то, что наследник погибнет, сражаясь с демонами, он не верил. Слишком большую силу набрал Георгий, да и умом не обделен. Чести и благородства, конечно, много, но этот недостаток с возрастом проходит.

Егор Темников вернулся на место, поморщился, глядя на разлетевшиеся по комнате вещи, и, взяв телефон, вызвал служанку и начальника службы СБ.

«Нужно проследить за Георгием, разобраться, кто меня отравил, и все же решить вопрос с моим убывающим уровнем силы».

Мужчина почувствовал, как подаренная ему на миг сражения сила ушла. Если бы не неизвестный член рода, он бы уже был мертв.

«Интересно, кто так сильно не хочет возвышения наследника, если решился поддержать меня? Детки начинают бороться за власть? Что же, когда я верну свою силу, будет очень интересно за этим понаблюдать».


— Что с тобой? — спросил Миробой после завершения очередной схватки. — Ты чего это стал таким быстрым?

— Да просто достало уже, — несколько более резко, чем необходимо, ответил я.

— Что именно? — удивленно посмотрел на меня командир, не ожидавший такой бурной реакции.

— Да все это однообразие… — произнес я уже более спокойно. — Бойцы, конечно, прогрессируют, тут вопросов нет, это видно невооруженным глазом, но до меня им еще очень далеко. Так что мне просто надоели эти черепашья скорость и однообразие. Мне хочется вырубать их с одного-двух ударов и переходить к следующему, чтобы все побыстрее закончилось.

— Хм… — Мужчина задумался. — Давай ты все же закончишь с ними, как мы договаривались. Считай, что это тренировка на терпение. Потренируешься делать профессионально неприятную, нудную и однообразную работу, а мы с Феофаном пока что-нибудь придумаем.

Я нехотя кивнул и решительно повернулся к следующему пареньку. Он был несколько растерян из-за быстрых проигрышей предыдущих бойцов, но его решительно сжатые кулаки мне понравились.

«Что ж, тренировка на терпение все же интереснее, чем банальные схватки. Посмотрим, насколько меня хватит».

Эта пытка продолжалась порядка полутора часов, и, когда наконец рефери объявил об окончании поединка, я с удовольствием занял принесенную для меня лавочку.

«Наконец-то закончилось», — подумал я, безразличным взглядом наблюдая, как бойцы медленно покидают трибуны.

— Ты очень силен для своего возраста, — услышал чей-то голос и поднял глаза на подошедшего ко мне сержанта и стоящего чуть позади него рядового.

— Спасибо, — не располагающим к общению тоном произнес я.

Военные переглянулись.

— Мы знаем, для чего ты здесь, — произнес рядовой.

— Да, — поддержал сержант. — Уже все знают, что ты здесь для того, чтобы научить наших перваков уму-разуму, ну и заодно простимулировать остальной личный состав к дальнейшему самосовершенствованию.

Я промолчал. Говорить что-либо было лень, поэтому я ждал, когда парни объяснят, зачем пришли, или уберутся восвояси.

— Ты неплохо справлялся с молодыми, — продолжил рядовой после завершения очередной серии переглядываний. — Но это потому, что ранг у тебя намного выше…

Парень сделал паузу, явно пытаясь осторожно подобрать слова.

Однако сержант его опередил:

— Как насчет того, чтобы сразиться с равными по силе противниками?

«А это может быть интересно! — подумал я, поднимаясь со скамейки. — Заодно проверю, чего стою в схватках с закаленными в реальных боях воинами. Они однозначно сильнее школьного преподавателя».

— Иван, — кивнул я парням. — Ранг «воин первой ступени».

— Алексей, — представился сержант. — Ранг «воин второй ступени».

— Никодим, — улыбнулся рядовой. — Ранг «воин первой ступени».

Пожав протянутые руки, я спросил:

— Когда начнем?

Бойцы переглянулись.

— После долгого стояния на ринге ты наверняка устал, — произнес сержант задумчиво.

— Совсем нет, — сказал я, покачав головой. — Даже как следует не разогрелся, поэтому готов поспарринговать прямо сейчас.

Никодим довольно улыбнулся.

— Тогда, может, действительно сейчас? — произнес он, украдкой глядя на трибуну.

Не знаю почему, но он явно был воодушевлен. И, если признаться честно, я тоже.

Во время спаррингов с бойцами первого периода я ощущал, как мои мышцы отекают от несвойственной для организма медленной скорости. Сейчас же почувствовал, что наконец-то начну двигаться на максимуме своих возможностей.

Я кивнул и молча направился на ринг, а воодушевленный Никодим быстро снял китель и разулся.

Оказавшись в нескольких метрах от меня, рядовой принял боевую стойку и замер, ожидая команды рефери, которым в этой схватке выступал сержант.

Краем глаза я заметил, как оставшиеся в зале люди с интересом возвращаются на места, но в этот момент прозвучала команда:

— Бой!

Судя по всему, Никодим не раз наблюдал за проходившими здесь схватками и успел изучить мою манеру боя, поэтому решил напасть сразу и недолго думая рванул вперед.

Его скорость оказалась немного ниже моей, однако маневр ввиду некоторой неожиданности частично удался. Привыкнув к вялотекущим схваткам и постоянной изучающей манере боя противников, я совершенно не ожидал настолько резкого рывка. Однако тренировки с наставником не прошли зря, поэтому, как бы там ни было, среагировать я все же успел, и удар колена, летящего мне в грудь, пришелся как раз в формируемый «щит воли». Непонятно, откуда Никодим уже знал о некоторых моих способностях и был к этому готов. Его духовная энергия, сконцентрированная в ноге, «тараном силы» разрушила так и не сформированный до конца «щит».

Удар колена пришелся в плечо и отбросил меня на несколько метров.

Проехав некоторое расстояние на спине, я, не теряя силы инерции, сделал кувырок назад, стал на колени и заблокировал «футбольный» удар, идущий мне в голову снизу вверх, мощным «щитом», а затем, прыгнув вверх, ударил Никодима двумя ногами в грудь.

Ответ вышел что надо. Духовной энергии у меня было достаточно, поэтому завертевшиеся в ногах «вихри силы» прорвали «щит» и отправили парня в недалекий полет.

«Хотя выполнять данную технику ногами мне было тяжеловато, это почти не повлияло на убойность удара!» — удовлетворенно подумал я.

Выйдя из состояния свободного падения, я встал на ноги и, заняв боевую стойку, дал сопернику немного времени прийти в себя.

Вскочив на ноги, взбешенный уплывшей от него победой и внезапным падением, парень опять на всех парах рванул в мою сторону.

Его техника чем-то была похожа на бушующий ураган. Постоянные быстрые удары, хаотичные комбинации, большое количество разрушительной энергии «шики-чо», вкладываемой в каждый выпад. Он постоянно срывал мои «щиты» и пытался посильнее ударить.

Не скажу, что ему это совсем не удавалось. Пару раз мне хорошенько прилетало, когда «щиты», не выдерживая натиска, начинали разрушаться. Разобравшись с техникой Никодима, я, до этого момента почти не отвечавший на его атаки, внезапно перешел в контрнаступление.

Копившееся за день раздражение нашло выход, и я с какой-то нетипичной для себя злобой стал наносить мощные, сильные удары, с легкостью уходя от слабых попыток соперника перейти в контратаку.

Пропустив очередной удар, парень мешком повалился на пол и закашлялся.

«Кажется, последний удар в живот был чересчур сильным», — подумал я обеспокоенно, однако подскочивший к бойцу целитель показал, что все нормально.

«Слава Спасителю!»

Подбежавшие санитары помогли Никодиму покинуть площадку, а его место тут же занял Сергей.

Проводив побитого товарища хмурым взглядом, парень начал разминаться.

— Тебе одному его не победить, — проследив за разминкой сержанта, произнес появившийся недалеко от нас Феофан, после чего обратился ко мне: — Развлекаешься?

— А что еще делать? — спросил я. — После тех черепах, с которыми мне приходилось сражаться, организм требовал нормального противника.

— Тебя, сказывается, ни на минуту оставить нельзя, — добавил подошедший Миробой и жестко посмотрел на сержанта. — Иначе сам найдешь себе приключение.

Сергей немного побледнел от многообещающего взгляда командира и перестал разминаться.

Понимая, что ребят необходимо прикрыть от жестко реагирующего Миробоя, я произнес:

— Мне просто захотелось сразиться с бойцами своего ранга. Еле уговорил их провести хотя бы учебные бои.

— Ну-ну, — хмыкнул полковник, несколько расслабляясь. — Выгораживаешь их? Или думаешь, раз я их непосредственный начальник, то ничего про них не знаю?

Признаться, я на самом деле так и думал, но решил ничего не говорить, дабы не усугублять ситуацию.

— Не стоит их ругать, — тихо сказал Феофан. — Ты же помнишь, о чем мы с тобой только что говорили?

— Хм… — Миробой задумался. — А почему бы и нет? Воинов и боевиров тоже необходимо простимулировать.

— О чем вы? — заинтересованно спросил я.

— Мы подумали, что раз ты устал сражаться с новиками и отроками, то, может, захочешь проверить свои силы с более высокоранговыми бойцами?

— А я как бы уже… — произнес, широко улыбнувшись.

«Неужели с меня снимут обязанность сражаться со всем этим детским садом?»

— Да мы видим, что уже! — произнес Миробой. — И что один воин — для тебя как-то маловато, необходимо сразу два.

Сидящие на трибунах бойцы ошеломленно зашептались, в очередной раз убеждаясь в безбашенности и жесткости командира.

— Начнем подготовку к рангу «боевир», — тихо сказал подошедший ближе наставник.

— Это и есть твой вариант? — через некоторое время произнес я, вспомнив слова Феофана о возможности получить ранг в обход городской Лиги воинов.

— Все верно, — кивнул он и уточнил: — Так что?

— Я согласен! — произнес решительно.

«Еще чего! Нашли дурака отказываться! Лучше уж буду пахать как следует и готовиться к новому рангу, чем прозябать в компании низкоуровневых бойцов!»

Миробой показал рукой на одного из воинов, тот быстро снял с себя все лишнее и вышел на ринг.

— Увижу, что деретесь не в полную силу, пожалеете, — произнес Феофан с угрозой.

Как я понял, ни у кого не возникло ни малейшего подозрения, что он не выполнит своего обещания.

Воины кивнули, а Миробой недовольно посмотрел на наставника, но никак не прокомментировал его слова, вместо этого он сошел с помоста и скомандовал:

— Бой!

«Ну, блин!» — в очередной раз подумал я, катясь по полу и одновременно с этим уходя от посыпавшихся со всех сторон ударов.

Как оказалось, противостоять двум бойцам, имеющим сопоставимый с моим уровень силы, очень тяжело.

Особенно тяжело пришлось в начале схватки, когда бойцы, словно бы тренировавшиеся до этого в паре долгие годы, нападали синхронно. Мне было очень трудно, в том числе и потому, что противники попались неглупые и умело пользовались своим преимуществом в численности и моей неопытностью.

Если мне удавалось парировать один из ударов, через некоторое время я пропускал другой — со спины или сбоку. А если прикрывал незащищенный участок тела с одной стороны, то либо били в другое незащищенное место, либо сносили «щит» и поражали незащищенную часть.

Я некоторое время изучал их тактику, манеру ведения боя, старался защищаться и изредка контратаковать.

В моменты особо сильных натисков растягивал мощный «щит воли» на верхнюю половину тела и выходил из зоны атаки, но, к сожалению, данный способ вытягивал большое количество энергии.

Мне приходилось уходить от атаки одного воина, быстро блокировать «щитом» удар второго и стараться держать таким образом, чтобы бойцы оставались в пределах видимости. Иногда, уйдя от двух-трех ударов, я пропускал следующий, и все начиналось сначала.

Буквально через несколько минут жесткого боя я стал чувствовать себя хорошо отбитым куском мяса.

«Нет! Так не пойдет!» — решил я и, накинув мощнейший «щит» на все тело, прыгнул к ближайшему бойцу.

Не обращая внимания на другого противника, пытающегося пробить мой «щит воли», схлестнулся с его товарищем и, используя мощные «вихри силы» и «тараны», быстро разобрался с защитой, а потом вырубил противника.

Но порадоваться успеху не успел, так как очередной выпад второго пробил «щит», а последовавший за этим сильный удар в затылок отправил меня в нокаут.


После этого боя, напившись целебных отваров и натершись лечебными мазями, я с Феофаном отправился домой, где появился уже без явно видимых гематом, да и от многочисленных синяков почти не осталось следа.

— Вы что, в пустоши ходили?! — увидев меня, удивленно воскликнула Марыся и всплеснула руками. — У тебя, старый дурак, уже что, все мозги ссохлись? Снег же еще не сошел! Там очень опасно!

Как я понял, это было обращение к наставнику.

— Сама ты дура старая! — воскликнул в ответ Феофан. — Задолбала уже ругней и своими глупыми словами! Ни в какие пустоши мы не ходили! Даже близко не были! Довольна?!

— А что же ребенок побит?! — всплеснула руками женщина, рассматривая меня. — И мазьками пахнет лечебными?

— Не переживай, Марыся! — вмешался я, решив не допускать эскалации конфликта. — Просто мы были на тренировке. Я готовлюсь к получению нового ранга, так что без таких ссадин и синяков не обойтись.

— Ты что же, собрался в свои годы стать боевиром? — не на шутку удивилась она.

— Да куда уж там, — расстроенно отмахнулся я. — Первая схватка, и сразу поражение, а мне ведь надо победить несколько раз.

— Ну ничего, — вздохнула женщина. — Это всегда так в первый раз, потом легче будет.

— А знаешь, какой ранг идет за воином? — спросил я, догадываясь, что, видимо, наставник сказал ей, насколько высоко меня оценивает.

— А как мне не знать-то? Если я целительством занималась и всяких воинов да магов постоянно латала, — искренне удивилась женщина. — Да и муж у меня… — Сказав это, она замолчала.

— Что муж? — поторопил я ее. Было интересно узнать, как мой вечно пьяный сосед связан с воинским искусством.

— Муж… это… бывший… — запинаясь, произнесла она. — Тоже бойцом был. Еще до Тараса моего. Но я, видишь ли, не люблю это вспоминать.

— А, ну понятно, — невольно вырвалось у меня.

— Ага, — нервно хихикнула хозяйка.

— Если что, я в комнате, — сказал наставнику и ушел, так и не заметив, как переглянулись Феофан и Марыся.


Галина Романовна Темникова вот уже несколько недель гостила в родовом поместье Беловых. Точнее, она делала вид, что приехала навестить родных. На самом же деле молодая женщина решила некоторое время переждать в спокойном месте и искренне надеялась, что к ее приезду муж окончательно успокоится и перестанет лютовать.

«Демонов зад! — расстроенно подумала она. — И угораздило же этого недоумка проводить ритуал очищения, как следует не ознакомившись с теорией!»

То, что наследник по силе почти равен Егору, она знала уже давно, но вот то, что в порыве гнева он может победить отца, стало и для нее полнейшей неожиданностью. Это означало, что Георгий через некоторое время сможет сделаться полноправным главой рода.

Подобного развития событий молодая женщина боялась больше всего. Так как это могло поставить под угрозу ее жизнь и жизнь рожденных ею детей.

«Демон бы его побрал!» — повторно выругалась она.

Из-за неправильно проведенного ритуала эффект эмоциональной нестабильности от двенадцатилетнего Руслана передался наследнику. Мальчишка с очищенной кровью успокоился, а вот Георгий пошел делать то, что диктовали ему эмоции.

Только благодаря этим факторам СБ рода смогла установить, что отравление имело место, хотя каких-то серьезных улик они не нашли. Все же зелье было уникальным, и Галина умело замела следы.

Несмотря на это, Егор сумел связать отравление Руслана с тем своим состоянием, в котором совсем недавно убил собственного сына, и справедливо рассудил, что это не случайно.

Он ничего не говорил, но Галина явно почувствовала охлаждение мужа, поэтому решила уехать на некоторое время и навестить родных.

Когда Галина покидала поместье Темниковых, Егор упорно изучал способы, позволяющие остановить отток силы, а затем вернуть ее к прежнему значению.

«Демонов Георгий! Не мог нормально провести элементарный ритуал! Хорошо еще, что Егор, воспользовавшийся давней традицией рода, отправил наследника в пустошь. Надеюсь, у нас хватит времени, чтобы разобраться с проблемой. Хотя было бы лучше, если бы настырный мальчишка погиб».

То, что сама Галина лишь немного старше Георгия, женщину абсолютно не смущало — она была не очень высокого мнения об умственных способностях наследника, да и о мужчинах в целом. Галина искренне считала, что наличие детей и борьба за их будущее автоматически делают ее намного старше, мудрее и целеустремленнее.

Встряхнув головой, женщина откинула лишние мысли и вернулась к прежней работе. Как и в поместье Темниковых, она оккупировала библиотеку в надежде понять, как ей дальше действовать.

Галина сама не знала, что именно ищет в библиотеке рода, но надеялась, что, если что-то подходящее все же найдется, она сразу поймет, как поступать.

Сейчас, читая старый фолиант, объясняющий причины уменьшения магической силы у одаренного, она пришла к выводу, что Иван — младший сын Егора — все же был магом, иного объяснения уменьшившейся магической силе мужа не находилось.

Женщина понимала, что, скорее всего, ее собственные действия послужили катализатором тех неприятных событий, которые произошли недавно и поставили под угрозу ее существование. Но, с другой стороны, могла ли она поступить иначе? В тот момент ей были необходимы смерть старшего Морозова и деньги его рода. Хотя знай она, что Иван маг, решила бы вопрос о его ликвидации каким-нибудь другим способом.

Механически перебирая страницы прихваченного из поместья мужа фолианта, Галина наткнулась на несколько сложенных ветхих желтоватых листков, исписанных мелким шрифтом на староносирианском языке.

— Что это такое? — заинтересовалась она, вспоминая забытые школьные знания и вчитываясь в текст.

«Запретные знания. Жертвоприношения», — гласила заглавная надпись.

Жертвоприношения, значит, — прошептала Галина. — Очень, очень интересно.


Когда снег наконец растаял, а на деревьях появились первые почки, Феофан решил, что пора возобновить наши походы в пустошь.

— Учебные схватки с бойцами Миробоя — это, конечно, хорошо, но сражения с врагами, которые всеми силами стараются тебя уничтожить, — еще лучше, — заявил мне наставник.

На таможне нас встретили очень заинтересованными взглядами. В регистратуре никого не было, а дежурный по залу не скрывал своего любопытства.

«Хм… они нас явно не ждали. Мы что, первые посетители таможни в этом году?» — подумал я.

Феофан, словно прочитав мои мысли, задал дежурному тот же вопрос.

— Нет, что вы, — поспешно ответил мужчина, уважительно поклонившись наставнику. — В течение зимнего периода нас посещали большие группы столичных магов и высокоранговых бойцов, а также ученые, изучающие демонов.

— Ясно, — понятливо закивал Феофан. — Приезжали на охоту?

Мужчина кивнул.

— И как успехи? Удачно?

— На этот раз Спаситель миловал, все живы-здоровы. Сходили успешно. Много пыльцы взяли и захватили один объект.

— Один, говоришь. Ну-ну, — хмыкнул наставник. — Надеюсь, и мы не с пустыми руками вернемся.

— Их надо остановить, — услышал я сзади тихий женский голос. — Там же сейчас очень опасно! Демоны голодные и злые, а их всего двое! И один из них мальчишка!

— Их столько, сколько необходимо, — так же тихо, но веско произнес дежурный. — Вы, Светлана Сергеевна, только недавно перевелись, поэтому не знаете наших реалий.

— Но ведь там ребенок… — тихо произнесла женщина.

Из-за закрытой двери я так и не услышал, что ответил дежурный.

«Значит, голодные и злые, — подумал я, покосившись на наставника. — Ну посмотрим, какие они».

Привыкнув к серым краскам природы, просыпающейся после снежной зимы, я совсем не ожидал увидеть в пустошах жаркое лето.

Красиво колыхалась высокая, сильная и густая трава, тихо шелестели ярко-зеленые листья на деревьях и кустах, а температура воздуха оказалась вполне комфортной, поэтому я тут же снял шапку.

— Это морок? Или как? — подозрительно спросил, осматриваясь вокруг, хотя техника «глаз волка» показывала, что вокруг явно не иллюзия.

— Ты же сам успел воспользоваться техникой и знаешь, что это не морок, — покачал головой наставник.

— Знаю. Но мне просто не верится, что такое возможно, — произнес я. — Ведь всего в ста метрах отсюда еще середина весны!

Я замолчал, пытаясь осмыслить увиденное.

Все же, являясь представителем техногенного мира, я не в полной мере мог осознать ту силу, которую дает местным жителям магия.

«Эти долбаные чудеса когда-нибудь сведут меня с ума! — подумал я. — Лето через забор! Вот это да!»

— Всему виной ритуалы демонов, — задумчиво произнес наставник, оглядываясь вокруг. — А вот как им это удалось, лично я не знаю. Все же от воина требуется умение сражаться, а не склонность думать над устройством мира.

Тут я с наставником, конечно, не согласился. Хорошему воину, чтобы выжить и добиться поставленных целей, тоже необходимо иметь некоторый пласт знаний. Однако ввиду бесперспективности споров конечно же ничего говорить не стал.

— А как тут с погодой во время зимы? — заинтересовался я. — Тоже солнце и жара или как?

— Нет, — поморщился Феофан. — Дожди. Почти постоянные дожди и холодный, продирающий ветер.

— Дожди?! Зимой?! — Я поразился.

Феофан кивнул:

— Именно. И очень, скажу тебе, неприятные.

— А что в это время происходит с обитателями пустоши? — спросил через некоторое время, обдумав услышанное. — Предполагаю, что демоны не жалуют холодные ванны.

— Не жалуют, — согласился наставник. — Холод значительно ослабляет и без того слабых демонов. Поэтому, как только начинает холодать, они мигрируют к центру пустоши, а более сильные твари, напротив, идут от центральных частей к первым уровням и становятся на охрану.

Это была крайне интересная информация, которая явно показывала, что у демонов имеются какие-то руководящие органы и власть. И что, какими бы странными мне ни казались их повадки, эти твари поступали согласно присущей им логике и смогли разработать понятный людям алгоритм действий по удержанию захваченных земель — то есть пустошей.

А почему никто не задавался вопросом, что если существует план по удержанию территорий, то это для чего-то необходимо? Что демоны делают в центрах, которые скрывают от людей при помощи сложных ритуалов? Копят силы? Готовят вторжение? Кто-нибудь вообще задумывался о подобном?

— А мне почем знать? — пожал плечами Феофан в ответ на заданные вопросы. — Хотя ученые и другие шарлатаны часто размышляют на данные темы, но ни к чему конкретному пока не пришли. Точнее, основные теории известны, но мне эти изыскания неинтересны.

Через несколько минут, проведенных в размышлениях, я спросил:

— Если демоны боятся холода, получается, что зимой они не нападают на людей? Не перемещаются с помощью непонятных порталов вглубь человеческих земель? И Лига охотников в это время тоже отдыхает? — Как-то нелогично все это, — произнес я, задумавшись. — Зачем отправлять демонов к людям, если их очень легко уничтожить? Интересно узнать, что о подобной ситуации думают ученые.

Нашу интереснейшую беседу прервало появление большого отряда различных демонов.

— Будь осторожен, — серьезно сказал наставник. — После зимы твари очень злы и яростны, а ты для них первый человек, встреченный за долгое время.

Слова Феофана оказались пророческими. Увидевшие нас демоны радостно взревели и устремились вперед, увлекая за собой идущих позади монстров.

Наставник привычно исчез, оставив меня одного, а я достал саблю из ножен.

«Хорошо!»

Оружие отлично лежало в руке и придавало мне ощущение уверенности в собственных силах:

«В рукопашных боях такого ясного спокойствия не ощущается», — подумал я, напитав тело духовной энергией, сосредоточился на демонах и бросился им навстречу.

Нанеся скупые, уверенные и невероятно точные удары, я остро почувствовал, как сильно изменился за то время, которое провел в этом мире.

Снеся очередную голову люда, ударом ноги с наложенной техникой «тарана» кинул пилки в другого демона и «вихрем силы» разорвал грудину могучего носортула…

Когда последний противник упал на землю, проконтролировал местность и принялся собирать трофеи.

Не успел завершить процесс заполнения рюкзака, как на меня вышла очередная группа демонов, среди которых, к сожалению, были крылатые.

За зиму я, признаться, растерял некоторые навыки боя с такими противниками, однако летящее в лицо огненное копье очень быстро помогает вспомнить полученные когда-то знания.

К таможенному посту я возвращался очень долго, хоть мы и отошли от него не так уж и далеко.

Так получалось, что, как только я заканчивал разбираться с очередным отрядом тварей, появлялся еще один… и еще один, а потом сразу два.

Несмотря на почти постоянные атаки, небольшой перерыв все же был, и мне удалось заполнить свой рюкзак, после чего я решил не задерживаться в этом месте, так как трупов действительно было как-то многовато.

Плотность демонов на квадратный метр начинала зашкаливать. В какой-то момент мне показалось, что ко мне спешат твари со всей пустоши, и я принялся ожесточенно отбиваться.

— Развлекаешься? — спросил подошедший наставник с наполненным рюкзаком, когда я пытался отдышаться после очередного сражения.

— Их тут очень много, — ответил я. — Надо уходить.

— Мне почему-то так и показалось, — ты устал, — хмыкнул Феофан, осмотрев меня.

— Я не устал, — ответил ему. — Только если немного.

— Зато весь в крови искупался, — произнес учитель. И в этот момент появились крестовики.

«Мерзкие паучишки!» — подумал я, глядя на пятерку спешащих к нам особей.

— Прикроешь меня. Хочу проверить, насколько сильней стали мои дальнобойные техники. Не зря же я их всю зиму тренировал в своем «внутреннем мире»! — сказал я Феофану и, не слушая возражений, тут же нанес удар усовершенствованной «сферой огня».

С характерным звуком воздух прорезал быстрый ярко-алый луч света, и ближайшего паука разорвало на части.

— Ю-ху! — радостно закричал я и, произведя еще несколько точных дальнобойных ударов, полностью уничтожил противных монстров.

«Получилось! У меня получилось!» — запрыгал от радости.

Признаюсь честно, смотреть на крайне удивленное лицо наставника мне было очень приятно.

— Как? — только и спросил он, отойдя от шока. — Что это было?!

— Это та самая «сфера огня», — ответил я, широко улыбаясь.

Полученный результат был настолько хорош, что даже накопившаяся усталость куда-то ушла.

— Но твоя «сфера огня» раньше была совсем другой! — запротестовал мужчина. — Очень медленной и невероятно прожорливой! А то, что я вижу сейчас, — это вполне эффективная вещь! Пусть все еще очень энергозатратная.

Я согласно кивнул. Техника действительно вытянула много энергии, хотя и формировалась теперь необычайно быстро.

— Ты во всем прав, она такой раньше не была. Но над созданием новой усиленной сферы я начал заниматься с того самого дня, когда она получилась у меня впервые. Ты сказал мне, что техника не идеальна и что так никто из воинов не сражается, а я решил, что мне это на руку! Необходимо иметь в руке такой козырь, которого противник не будет ожидать. Например, уникальную дальнобойную технику!

— Для серьезного противника этот луч не опаснее обычного «вихря силы», он сможет увернуться, — произнес наставник. — Но как минимум для слабого боевира это будет хороший сюрприз. А если вдарить с близкого расстояния, то и витязя может зацепить, хотя не уверен.

Я довольно кивнул, а наставник продолжил:

— Как ты говоришь, каким образом тебе удалось настолько усовершенствовать технику?

ГЛАВА 10

Продолжение воинских и магических этапов имперского турнира выпало на середину заключительного семестра. От нашего филиала на соревнования поехали лучшие пятерки воинов и магов. Точнее, как лучшие, просто из двух возрастных групп выбирались те ученики, которые с большей вероятностью смогут занять какое-либо место. За победы учеников преподавательский состав очень достойно награждали, поэтому руководству школы было необходимо, чтобы на турнир отправились действительно самые достойные.

Для объективного отбора даже проводили дополнительные соревнования, которые мог посетить любой ученик школы.

К моему удивлению, среди финалистов бойцовского отбора оказалось большое количество незнакомых мне учеников.

— А что тут удивительного? — хмыкнул Константин, когда я задал вопрос. — Или ты думаешь, только у тебя есть личный наставник, а остальные тренируются с Леонидом Викторовичем?

— Если большинство бояр могут позволить себе личных учителей, то я не понимаю, зачем Леонид Викторович нужен филиалу.

— Далеко не все бояре могут позволить себе личного наставника, — понизив голос, сказал мальчишка. — А если и могут, то они вряд ли будут иметь ранг «витязь». Такого попробуй еще найди.

«А еще он — один из рубежей обороны, если на школу попробует кто-нибудь напасть», — вспомнил я сказанные кем-то слова.

Кстати, из нашей пятерки только мы с Константином не принимали участия в местном турнире. Годимир, Сергей и Илья сразу выразили желание участвовать. Звали поучаствовать и меня, но я отговорился запретом наставника, который готовил меня к следующему турниру, на котором я точно займу первое место.

Ребята еще некоторое время уговаривали меня показать всем вокруг, насколько я крут, и наплевать на выжившего из ума старика, но я был непреклонен, а они слишком взволнованы предстоящим отбором, чтобы уделить мне много внимания. Поэтому, после того как от меня отстали, я вздохнул с облегчением.

Сражение воинов и магов проходило в большом подвальном помещении, расположенном под землей на месте спортзала. Насколько я помнил, здесь проходили и редкие дуэли между учениками.

Вопросов, пойдем ли мы с Константином болеть за ребят, конечно же не стояло, поэтому, вооружившись соком и желейными конфетами, мы заранее заняли места в зале. Сделали это очень вовремя, потому что людей, пришедших посмотреть на зрелище, было порядочно и для многих сидушек так и не хватило.

По глазам Леонида Викторовича я видел, что он бы с радостью разогнал весь этот балаган и провел отбор за закрытыми дверями, но директор запретила даже думать о подобном. Ведь в случае чего недовольные боярские родственники придут к ней и будут настаивать на пересмотре количества участников.

Чтобы завершить проведение бойцовского турнира, хватило всего пары часов. В отобранную команду совершенно заслуженно вошли Годимир, незнакомый мне ученик из седьмого класса и трое старшеклассников, с которыми я спарринговал на занятиях у Леонида Викторовича. Витязь, кстати, при оглашении результатов очень часто кидал на меня хмурые взгляды, однако так ничего и не сказал, свято следуя заключенному с Феофаном договору.

Огнеяру предстояло защищать честь филиала и своего рода на областном этапе соревнований, поэтому он начал усиленно тренироваться и привлек к этому всех, особенно меня.

Несмотря на большую загруженность из-за занятий в школе, еженедельных поездок в часть и походы в пустошь, я все же находил время дня занятий с ним.

Феофан отнесся к этому с пониманием и даже дал мне несколько дельных советов по подготовке.

Поэтому именно я посоветовал Годимиру не пытаться изучить новые техники, а хорошенько отработать уже освоенные. Времени на подготовку было совсем немного, но нам все же удалось поставить ему качественный «щит воли», благо этот элемент он довольно долго отрабатывал самостоятельно.

Наконец младший Огнеяр уехал в область, а нам осталось лишь наблюдать за его выступлением по телевизору.

Должен сказать, что следить за проходящими соревнованиями намного интереснее, когда ты лично знаешь некоторых участников и переживаешь за их судьбу. Помимо сильных эмоций, просмотры боев, в которых участвовали сверстники, позволили мне более объективно оценить свой довольно высокий уровень силы.

Не обошлось и без небольших открытий. Почему-то до начала соревнований я считал, что для справедливых и честных боев участники будут разделены на несколько возрастных групп. Что тот же Годимир должен сражаться с ребятами своего возраста. Но организаторы решили упростить систему и разбили соревнующихся бойцов на две группы — средней школы и старшей. Хотя это не совсем правильно, ведь для детей разница в один-три года довольно существенна.

Средний ранг бойцов, участвующих в турнире, держался на уровне отроков второй ступени и воинов первой. Поэтому следить за их сражениями мне было довольно интересно.

Анализ изученных боев показывал, что скорость у большинства детей значительно ниже моей, хотя, если смотреть чисто технически, двигались они довольно грамотно. Многие умели пользоваться духовной энергией. Успешно применять простейшие техники могли только избранные старшеклассники, остальные умели ускорить движение «шики-чо» в системе циркуляции. В этом как раз ничего удивительного не было, понятно же, что для участия в имперском турнире отбирали самых лучших.

Особенно запомнились несколько боев, в которых не умеющие пользоваться техниками «шики-чо» бойцы успешно противостояли владеющим этими знаниями участникам. Это были красивые и очень поучительные схватки, заставляющие хорошенько задуматься над грамотным и своевременным использованием техник.

Бои чародеев проводились вообще без каких-либо возрастных рамок. Видимо, потому, что большинство магов были из старших классов. Все же полноценное изучение магии начинается как раз с седьмого класса, у кого-то чуть раньше.

Да, вот еще интересный факт. Если среди бойцов большинство участников были мужского пола, то среди магов половина оказалась девушками и они совершенно не походили на представительниц слабого пола. Напротив, большинство участниц выделялись завидным хладнокровием. Наблюдать за их боями было очень приятно.

На областном этапе Огнеяр показал довольно приличный уровень, победил трех соперников, однако четвертый, семиклассник, оказался ему не по зубам.

— Вот блин! — расстроился Илья. — Еще бы чуть-чуть, и на имперские соревнования поехал!

Мы согласно закивали. Действительно, в последней схватке у Годимира был очень сильный соперник, если бы не стечение обстоятельств, он мог бы пройти дальше.

Вместе с нашей компанией за схватками младшего Огнеяра внимательно следил весь город. Каждая его победа являлась отличным поводом, чтобы выпить. За него болели искренне и с шумом! Как-никак сын коменданта!

— Ничего, — доносилось со всех сторон после проигрыша. — вот станет немного постарше и всех порвет.

После областного отбора от нашего филиала в столицу империи отправилось сразу пять человек — два воина и три мага.

Это отличный результат, ведь еще в прошлом году на имперский уровень прошел всего один ученик.

Завершившиеся в областях соревнования плавно перешли в столицу, а не прошедшие отбор участники вернулись домой, поэтому продолжение мы смотрели уже впятером.

Имперский этап подкупил меня своим размахом: шикарная церемония открытия, фансектор, гуляния, тотализатор, фейерверки и праздничная атмосфера. Турнир проходил на огромном стотысячном стадионе, и съемку провели просто потрясающе. Сразу видно, что у людей большой опыт — следить за боями было очень интересно.

Как оказалось, в воинском турнире участвовал и мой четырнадцатилетний брат — Руслан. Признаюсь, когда его объявили, я чуть не поперхнулся соком, еле сдержался. Брат выглядел неважно: бледная, болезненного вида кожа, темные мешки под глазами, красные радужки. Он явно был ослаблен. Если бы не это, думаю, наше удивительное сходство заметили бы все. А так оно смутило только сидящего рядом Годимира, который удивленно переводил взгляд с экрана на меня и обратно.

Я приподнял бровь, вопросительно посмотрел на Огнеяра, но тот отрицательно помотал головой, показывая, что все нормально, и вернулся к просмотру сражений.

Не знаю, каких учителей нашел брату отец или это профессор Петиус настолько хороший учитель, но то, что Руслан за считаные секунды расправился с противником, говорило само за себя.

— Этот Темников реально силен, — произнес Константин. — Вы видели, как легко он справился с защитой? А как ударил «ветряным серпом»? Надеюсь, когда я буду выступать, он станет старше и перестанет участвовать в соревнованиях.

— Ты хотя бы с его соперником для начала справься, — иронично протянул Илья. — Они вообще-то оба в ранге «магистр», а ты пока всего лишь «адепт».

— Вот именно, пока что, — произнес мальчишка, гордо выпятив грудь. — А дайте мне время, и я их всех разорву.


Георгий Темников прибыл в Моршанск в отличном расположении духа.

Новый город встречал его приятной погодой и первыми по-настоящему теплыми деньками. Наследнику княжеского рода показалось, что это хороший знак…

После того как он позорно проиграл отцу и получил поручение отбыть в пустоши, прошло несколько недель. За это время Георгий сумел очистить кровь от примесей неизвестного зелья, оперативно перевести на свой личный счет значительную денежную сумму и подобрать группу магов, воинов и слуг, необходимых для выполнения возложенной на него миссии. Благо хорошие люди вовремя остановили его и отговорили ехать в гордом одиночестве. Все же магия рода толкала наследника выполнить повеление отца.

Первым вмешался профессор Петиус, который, узнав о произошедшем, помог наследнику с правильным очищающим ритуалом, посоветовал быть настороже и после сборов тут же покинуть поместье.

— Вы считаете, что отец решится меня убить? Он пойдет на это? — удивленно спросил Георгий. — И не побоится отката родовой магии?

— Ты должен знать, что он и так постепенно теряет силу, — ответил пожилой маг. — С каждым месяцем становится все слабее и слабее. У него выбор — стать через некоторое время адептом первой ступени и сохранить власть или становиться адептом чуть медленнее, но окончательно потерять власть над родом. Как ты думаешь, что он выберет? Да и вообще, убить тебя можно не своими руками, а наняв убийц. В таком случае он вообще ничего не потеряет, а вот проблемы с магией закончатся.

Молодой человек вскинул голову.

Столкнулся с серыми глазами профессора Петиуса и опустил ее.

— Да, — ответил маг на невысказанный вопрос. — Отец не ты, он убьет тебя без жалости и сантиментов.

Профессор Петиус опять ухмыльнулся, глядя на покрасневшие уши наследника.

— А ты что думал? Что я смогу поверить в неправильно проведенный ритуал очищения? Неужели у тебя не хватило духа заявить права на место главы рода, понадобилась обязательная накачка зельем?

Георгий промолчал.

— В таком случае ты не готов к должности главы рода, — веско произнес мужчина и, не дав вскинувшему голову наследнику сказать хотя бы слово, добавил: — Поэтому же я посоветую тебе задержаться в пустошах при выполнении миссии.

— Зачем, учитель? — удивился Георгий и немного смутился: он давно не называл профессора Петиуса своим наставником, с тех самых пор, как окончил имперскую школу.

— Тебе нужно стать сильнее, — произнес маг. — Закалить волю и характер. Только так ты сможешь быть достойным главой.

— И сколько мне понадобится времени? — уточнил наследник.

— Полгода, год, — пожал плечами мужчина.

— Так много? — искренне изумился Георгий.

— А ты хотел стать сильнее за неделю? — уточнил маг, удивившись, и добавил: — Твой отец, пытаясь выторговать передышку, совершенно случайно сделал тебе большой подарок.

— Какой еще подарок? — переспросил наследник.

— Он дал тебе задание поехать в пустошь и научиться тому, что сделает тебя настоящим главой рода, — произнес маг и, сделав небольшую паузу, веско закончил: — Научиться убивать.

Георгий долго обдумывал сказанное, а профессор Петиус его не торопил.

— Значит, год? — в звенящей тишине спросил наследник.

— Если ты не будешь заниматься ерундой, а потратишь время на уничтожение демонов, года тебе хватит.

— А вы не знаете, почему отец начал терять силу? — осторожно уточнил молодой человек, внимательно наблюдая за учителем. — Почему я стал сильнее?

— Я могу лишь предположить, — тихо ответил профессор. — Точного ответа дать не могу, но мысли по этому поводу у меня есть. Интересно?

Георгий кивнул.

— Задай себе вопрос, почему твой отец начал терять силы после смерти Ивана?

Наследник ничего не ответил, лишь задумчиво кивнул, показывая, что тоже размышлял об этом. Через несколько минут он странным взглядом посмотрел на профессора и спросил:

— Почему вы помогаете мне?

Маг отвел взгляд в сторону и произнес:

— Я давал клятву верности роду Темниковых, поэтому поступаю так, как велит мне сердце.

— В наше время это очень мало значит, — произнес наследник задумчиво.

— А то, что я вырастил тебя, твоих братьев и сестер как своих собственных детей? Это тоже мало значит?

— Чем вы еще можете мне помочь? — спросил Георгий.

Профессор Петиус глубоко вздохнул:

— Я дам тебе двух подготовленных бакалавров.

— Зачем? — удивился молодой человек.

— А ты что, решил, что твой долг — бродить по пустошам в гордом одиночестве? — как на идиота посмотрел маг на Георгия. — Не заставляй меня в тебе разочаровываться.

В тот день они засиделись с профессором Петиусом до самой ночи. И Георгий был искренне благодарен за эту поддержку, ведь наставник подсказал, что и как ему нужно сделать.

На следующий день с аналогичным вопросом подошел начальник службы безопасности.

К этому человеку Георгий питал стойкое недоверие. Ну не верилось ему, что обычный оперативник, еще недавно возвысившийся по воле его отца, поспешит того предавать. Нет, скорее начальник СБ постарается влезть к Георгию в доверие и будет докладывать главе рода о всех телодвижениях наследника.

К тому же Дьяченко за недолгое время успел зарекомендовать себя как крайне компетентный специалист, которому можно поручить дело любой сложности.

— Георгий Егорович, — скупо кивнул Дьяченко, приветствуя наследника, — я могу уточнить количество бойцов группы сопровождения, которую вы возьмете с собой?

— Что? — нахмурился наследник. — Какая еще группа сопровождения?

Дьяченко протянул черную папку, в которой лежал список с фамилиями бойцов, их рангами, возрастом, сильными и слабыми сторонами.

— Я имею в виду, какое количество личного состава вы берете в пустошь? Я взял на себя смелость подготовить отряд численностью в восемнадцать бойцов.

«Обязательно сунет в отряд несколько своих шпионов, — подумал Георгий, рассматривая стоящего перед ним человека. — Может, мне лучше сформировать команду самому? Или он и туда пропихнет кого-нибудь из своих? Скорее всего, хитрый жук…»

Взявшись за дело основательно, наследник изучил расположенные в империи пустоши и остановился на самой большой из них. Горбовичская пустошь показалась ему тем самым местом, которое позволит наработать боевой опыт и сформировать из имеющихся людей спаянную преданную команду, которая станет его опорой после того, как Георгий возьмет власть в свои руки.

«Да, многие, скорее всего, погибнут, но выжившие сделаются единой командой, монолитом, ведь настоящая дружба, как и преданность, рождается после совместно пролитой в бою крови».

Когда Георгий определился с пустошью, возникла необходимость выбрать место для его будущей резиденции.

«Если я поеду туда на год, должен устроиться так, как это подобает при моем статусе, — решил наследник, изучая имеющиеся в инфосети объявления о продаже домов. — Да и охрану дома лучше сделать по-своему. Думаю, профессор Петиус прав, стоит опасаться наемных убийц».

После изучения сети он сделал пару звонков и вызвал своего секретаря — крепкого сорокалетнего мужчину с аккуратной черной бородкой.

— Я выбрал, — сказал он, указав секретарю на экран компьютера. — Мы едем в Моршанск.


Георгий с комфортом ехал на заднем сиденье бронированного «Горца» и с интересом смотрел в окно. Их небольшая колонна двигалась по направлению к Горбовичской пустоши и буквально через пару минут должна была достигнуть Моршанска.

Наследник посмотрел в зеркало заднего вида.

«Микроавтобусы и джип тылового охранения на месте, никто не отстал. Отлично».

— Останови машину, — приказал он водителю, как только колонна выехала из леса.

Водитель передал команду по рации, и автомобили дисциплинированно притормозили.

Когда машина остановилась, Георгий открыл дверь и, выбравшись из автомобиля, по слогам произнес:

— О-фи-геть!

Не обращая внимания на то, как вылезший из ехавшего впереди автомобиля маг прикрывает его щитом, молодой человек удивленно рассматривал высокую каменную стену.

— Даже и не представлял, что стена опоясывает город со всех сторон, это удивительно, — произнес наследник. — И то, что она такая огромная, тоже… неожиданно.

Проехав по улицам вполне аккуратного и современного города, Георгий мысленно произнес:

«Ну, здравствуй, город моей почти добровольной ссылки!»

Дом, который уже приобрели юристы рода, располагался в центре города, недалеко от квартала, в котором проживали комендант и его приближенные.

«Нужно будет обязательно познакомиться с маркизом Огнеяром», — сделал мысленную пометку наследник.

Крепкие стальные ворота с уже приваренным к ним гербам Темниковых плавно отъехали в сторону, открыв наследнику вид на симпатичного вида особняк. Проехав вперед по вымощенной булыжниками дороге, обсаженной с обеих сторон высокими пышными деревьями, водитель, огибая красивый фонтан средних размеров, расположенный в десятке метров от главного входа, сделал небольшой круг и остановился точно напротив красной ковровой дорожки, аккуратно положенной на ступенях.

Дверцу автомобиля тут же открыл непонятно как появившийся слуга.

Георгий вышел из автомобиля и еще раз осмотрел дом и прилегающую к нему территорию.

«Хм… очень и очень неплохо», — похвалил он собственную покупку.

Выбранный им дом в реальности оказался даже более внушительным, чем на фотографиях. Около него располагались аккуратная лужайка и не замеченный на фото симпатичный фонтан. В доме осталось несколько опытных слуг, один из которых с достоинством приближался к новому хозяину.

Это был пожилой седовласый дворецкий с умными глазами, чопорными манерами, лысой головой и необычной козьей бородкой.

— Добрый день, господин. Меня зовут Евсрастий, я — управляющий вашего дома, — величественно произнес он и тут же добавил: — Какие будут указания, Георгий Егорович?

— Первым делом разместите и накормите моих людей, — произнес наследник, изучающе глядя на мужчину. — И велите подготовить мне ванну.

— Будет исполнено, господин, — коротко поклонился мужчина. — Велите представить вам слуг и провести экскурсию по дому?

— Пожалуй, начнем со слуг, — кивнул Темников, глядя на выходящих на крыльцо людей и мысленно ставя плюсик немолодому управляющему.

Этот пожилой управляющий явно планировал остаться на службе у нового господина, поэтому делал все для того, чтобы новый хозяин был доволен.

Экскурсия по дому была проведена очень быстро и качественно. Георгий ознакомился с расположением комнат, прогулялся по небольшому аккуратному саду с декоративным двориком, осмотрел вместительный подземный гараж, небольшой уютный домик для слуг и приличных размеров казарму для воинов.

«А вот этого на фото не было», — подумал наследник, изучая два последних объекта. — Но это и к лучшему, меньше людей поселятся в доме.

Велев выделить в главном доме места для секретаря и трех магов, Георгий пошел к себе.

Но не успел он присесть, как раздался деликатный стук в дверь.

«Ну что там еще!» — раздраженно подумал Георгий и сказал:

— Войдите.

Дверь отворилась, и в помещение вошел дворецкий с круглым, начищенным до блеска подносом.

— Письмо от коменданта Моршанска, господин.

— Оперативно, — произнес Георгий и заинтересованно посмотрел на конверт, забыв про свое раздражение. — Интересно, чего он от меня хочет?


Когда-то мне казалось, что встреча участников предметного этапа имперского турнира — это необоснованно масштабное для школы событие. Но, как показало время, я очень сильно ошибался. Ведь чествование учеников, принимавших участие в воинском и магическом турнирах, было еще более грандиозным.

«Общество милитаристов, ага!»

На этот раз посетителей мероприятия оказалось в несколько раз больше. Заявили об обязательном участии учеников филиала и их сопровождающих, которых могло быть не более пяти, чем многие и воспользовались.

Соответственно, привлекались весь педагогический состав школы, администрация города и просто уважаемые члены общества, такие, как представители лиг охотников, магов и знатных боярских родов.

Когда на территории школы я увидел столь большое скопление людей, задумался, что вообще происходит? Благо подслушанный разговор старшеклассников несколько прояснил ситуацию. Странно, что я сам не додумался.

Оказалось, что участие в имперском турнире сына коменданта — это для Моршанска большое политическое событие.

На мероприятии в течение всего вечера должен находиться глава города, которому можно попасться на глаза, выразить свое почтение, напомнить о высказанной ранее просьбе, заверить в искренней преданности, ну и так далее, и тому подобнее. Присутствие коменданта при чествовании участников предметного турнира было для многих небольшим сюрпризом, так как во время учебы старшего сына он не изъявлял желания принимать участие в подобных вечеринках.

На этот раз все заинтересованные были наготове, раз уж Годимир Огнеяр принимал участие в турнире, где, кстати, неплохо себя показал, то на чествование его отец прибудет обязательно.

Дополнительным показателем присутствия на мероприятии коменданта стала его личная команда, взявшая под охрану филиал имперской школы и подступы к ней.

Конечно же помещения школы не могли вместить в себя всех желающих, поэтому было решено проводить торжественное мероприятие на улице, где имелись места для размещения переносной сцены и сборного амфитеатра, а также оставалось достаточно пространства для других зрителей.

Вечером на улице было довольно тепло, поэтому я разместился на одной из лавочек небольшого парка, находящегося на территории школы, и с удовольствием завис в инфосети.

В какой-то момент на улице зажглись красивые фонари, из колонок, расположенных на сцене, понеслась музыка, а окружающее пространство с каждой минутой стало наполняться все большим и большим количеством людей.

Как и в предыдущий раз, на чествование я явился в гордом одиночестве. Почему Феофан решил, что одиннадцатилетнему ребенку по силам комфортно чувствовать себя в компании большого количества взрослых, я не знаю. Может, он посчитал, что раз я пачками умерщвляю демонов, то и подобное времяпрепровождение не должно меня напрягать, но все же он был не прав. Пристальное внимание, уделяемое одинокому ребенку, действительно оказалось большим. Если бы на моем месте находился настоящий Иван, думаю, ему пришлось бы очень тяжело.

Именно поэтому я и сидел в парке, не привлекая лишнего внимания.

После того как музыка на сцене стихла и торжественно заиграли фанфары, я решительно встал со своего места и направился к любимому пятому «Б». Мой «обожаемый» классный руководитель предупредила всех, что данный звук означает скорое начало торжества, и к этому моменту надо быть на выделенном для класса месте. Она немного нервничала и велела никому не опаздывать, но при этом почему-то глядела только на меня.

— Мороз! Почему опаздываешь?! — строгим тоном произнесла классная, привлекая внимание окружающих к моей скромной персоне.

«Вот гадина! Что за глупые наезды? Что она затевает?» — недоуменно подумал я, но внешне остался невозмутимым и произнес:

— Я выполнял ваше поручение.

— Какое еще поручение? — явно удивилась учительница, приподняв бровь.

— Прибыть на место сбора после проигрывания первой серии фанфар, — спокойно пояснил, глядя классной в глаза и игнорируя ее злость.

«Что? Выкусила? Думала, я буду оправдываться? Говорить, что не опаздывал? Что сможешь публично отчитывать меня перед стоящими вокруг боярами? А вот фиг тебе!»

— Ты шел очень медленно! — нашлась она, совсем не смущаясь того, что говорит мне «ты», хотя в школе принято совсем другое обращение.

«Она хочет подчеркнуть, что я простолюдин? Или ей надо, чтобы я начал оправдываться? А ведь действительно, что бы я сейчас ни сказал, все будет воспринято как оправдание, и, как следствие, я окажусь виноватым», — нахмурился я и, ничего не ответив, нацепил на лицо выражение легкой скуки.

«Надеюсь, она наконец заткнется!» — подумал после того, как учительница, не услышав моего ответа, замолчала.

Как оказалось, это еще не конец. Наша миловидная классная была довольно коварной женщиной, и когда один из ее планов не сработал, пошел в ход второй. Ведь внимание к одинокому мальчишке она уже привлекла!

— Инга Владимировна, почему этот ученик опять один? — ничуть не смущаясь окружающих, неприятным голосом поинтересовалась у классной немолодая дородная женщина, после чего посмотрела на меня неприязненным взглядом.

Было видно, что она успела прогуляться по территории школы и устала стоять. Это обстоятельство крайне негативно отразилось на ее настроении, а растущее раздражение искало выход и сконцентрировалось на мальчишке, с которым так пренебрежительно разговаривала учительница.

— У него что, нет родителей? — добавила женщина.

Судя по взглядам, направленным на неизвестную, особым авторитетом она не пользовалась, но понаблюдать за небольшим скандалом все же было интересно.

— У него нет родителей, он живет с опекуном, — безэмоционально произнесла классная, но я успел заметить ликующую искру, мелькнувшую в ее глазах.

— Мам, это тот, что напал на учителя, — услышал я голос Русланы. Той самой девчонки, что не простила мне знакомства с Годимиром.

Она говорила вроде бы совсем тихо, но ее услышали все.

— Тот, что напал на учителя? — послышался тихий шепот.

— Негодяй!

— Что за воспитание!

— И его не отчислили? Он спокойно учится в одном классе с нашими детьми? Этот ненормальный? — в один голос начали говорить собравшиеся вокруг женщины. Мужчины, напротив, смотрели на меня оценивающими взглядами и молчали.

«Я это запомню», — мысленно пообещал девчонке и классной, ныряя в родовой холод.

— А разве для сирот у нас какие-то льготы? — не успокаивалась дородная женщина. — Тут же не пансионат для малоимущих, пусть платит деньги, как все!

Она хотела сказать что-то еще, но, встретившись с моим взглядом, замолчала.

— Все верно, — добавила еще одна. — Пусть такие, как он, платят деньги, это поможет отсеять лишних, и тогда на учителей никто не станет нападать!

— Как отвратительно воспитан!

— Надо обратиться к директору, чтобы его отчислили.

— Если наши дети учатся в «Б» классе, то это не значит, что нам должны подсовывать всякое отребье.

— Пусть его отчислят!

Я чувствовал осуждающие взгляды и отчетливо слышал многочисленные несправедливые оскорбления незнакомых людей, но никак на это не реагировал, что многих вводило в недоумение.

«Хорошо, что у меня есть холод и он отлично гасит все сильные эмоции, а если бы не было? Наверное, я бы сорвался. Ушел или сказал бы что-нибудь обидное».

Вместо того чтобы защищать свое честное имя от этих нелепых обвинений, я лишь нацепил на лицо холодную полуулыбку и старательно запоминал тех, кто нелестно обо мне высказывался.

Руслана и Инга Владимировна были весьма довольны началом разговора, однако через некоторое время их радость уменьшилась.

Неужели они наконец заметили, что мне все равно?

Да, я стоял в окружении людей, не стеснявшихся открыто поливать меня грязью, я чувствовал презрительные, заинтересованные, брезгливые, недоумевающие, не верящие и равнодушные взгляды, но все это меня совершенно не цепляло.

Когда это стало понятно большинству окружающих, они как-то резко замолчали. А что тут говорить, если я вел себя достойно, а они шумели как базарные бабы.

Однако не всех это образумило. Дородная женщина, осознав, что происходит, еще больше разозлилась.

— Что за невоспитанность? Почему мальчишка не отвечает на заданный вопрос?

— Да, — схватилась классная за соломинку. — Мороз, почему вы не отвечаете на вопрос?

«Правильно себя повел и уже удостоился обращения на „вы“. Это хорошо. Значит, я все делаю, как нужно».

— Не понимаю, о чем вы, Инга Владимировна. Я ответил на ваш вопрос.

— Не стройте из себя глупца! — вроде бы спокойно, но со злостью добавила она. — Вы знаете, о чем я!

— Нет, — невозмутимо ответил я. — Не знаю.

— Вы не ответили на вопрос виконтессы Лисовской, произнесла учительница.

«Князья — „золотой“ род, маркизы — „серебряный“, а виконты — „бронзовый“, — мысленно сказал я. — Наверняка и род молод. Понятно, почему она так себя ведет».

— Госпожа Лисовская, — склонил я голову и произнес: — Для меня честь быть вам представленным.

«Все же этикет — великая сила, — думал я, наблюдая, как женщина вежливо кивает и осознает себя самой невоспитанной среди окружающих. — А что она хотела? Ведет себя как базарная баба, обращается к человеку, с которым не знакома лично».

Окружающие на примере Лисовской поняли свою ошибку, хотя конечно же некоторые не приняли ситуации. Вот еще! Будут они с простолюдином соблюдать этикет! Но таких было меньшинство, так что я из этой ситуации еще и с прибытком вышел.

Осознав происходящее, классная спросила:

— Так почему вы не ответили на вопрос виконтессы Лисовской?

— Я не был представлен госпоже, поэтому не счел уместным вмешиваться в разговор старших.

В следующую секунду заиграли третьи фанфары, которые ознаменовали начало торжества, и про меня все забыли. Ну или сделали вид, что забыли.

Чествование участников боевого и магического турниров проходило по тому же сценарию, что и чествование участников предметного. Только с небольшими отличиями: на этот раз ведущие предоставили слово не только директору школы, но и главе отдела образования города, а также коменданту.

Потом по очереди вызывали участников и выводили на большой экран фрагменты с лучшими моментами их боев.

Это было довольно интересно, и я с удовольствием понаблюдал за красивыми атаками наших учеников.

Не стоило удивляться, что наибольшее восхищение и ликование вызывали удачные моменты боя Годимира, хоть он и не прошел областного отбора.

Как и в предметном турнире, до призового места из нашего филиала не дотянул никто. Хотя, казалось бы, приграничье, пустоши рядом, но нет. Почему-то первые места застолбили за собой представители столичных филиалов, как минимум в воинском турнире, магический я так внимательно не отслеживал.

После окончания ритуала чествования, когда, казалось бы, должен был начаться бал и, соответственно, фуршет, а мой чуткий нос уловил великолепный запах, исходящий от великолепных закусок, выставленных на столы где-то в стороне, ведущий попросил участников подняться на сцену еще раз.

Незаметно отойдя в сторону, чтобы обо мне не вспомнили после окончания чествования, я наблюдал за происходящим на сцене.

— А сейчас гость нашего города вручит молодым дарованиям специальные знаки «Гордость школы»! Встречайте! Наследник княжеского рода Георгий Егорович Темников!

Публика взорвалась восторженными овациями. В эту глушь редко приезжали представители «золотых» родов.

«Ни фига себе!» — пораженно подумал я.

ГЛАВА 11

Сергей Дьяченко был хмур и задумчив.

Он удобно расположился в мягком кожаном кресле у небольшого уютного камина, находящегося в его личном кабинете. Мужчина отдыхал после проведения очередной сложной операции в компании бутылки дорогого коньяка, легкой закуски, сигарет и небольшой, искусно обработанной резной шкатулки, стоящей на журнальном столике рядом с креслом.

Несмотря на успешное завершение операции, мысли Сергея были отнюдь не веселы. Все из-за того, что́ произошло после личного доклада главе рода о проведенном мероприятии.

Завязавшаяся непринужденная беседа, а также положительный результат его работы совершенно расслабили Дьяченко, и, когда Егор Дмитриевич начал говорить о новой проблеме, стоящей перед родом, мужчина с готовностью придвинулся ближе.

Долгая беседа с главой рода была очень тяжелой. В первую очередь для самого Сергея, который с каждой минутой все больше осознавал свое незавидное положение. Ведь если он согласится с предложением, то ввяжется в очень опасную игру, а если откажется, то гарантированно подпишет себе смертный приговор. С такими знаниями долго не живут.

То, что задумал Егор Дмитриевич, было опасно, невероятно опасно! И отнюдь не из-за сложности в реализации указанного проекта. Это было опасно потому, что, прознай о подобном посторонние, от Темниковых не останется ничего.

«Тридцать три человека должны доставляться в ритуальный зал тридцать три недели подряд, — вспомнил Сергей слова главы рода. — А ведь это тысяча восемьдесят девять человек за полгода».

Мужчина поморщился и посмотрел на свои руки, они еще не были по локоть в крови, но он отчетливо понял, что это непременно произойдет.

И дело не в подарке Егора Дмитриевича, презентованном перед уходом. Нет. Просто у Сергея не было другого выбора. Или он с гордо поднятой головой пойдет вперед, преодолевая все препятствия на своем пути, и докажет всем, что он предан роду и является истинным начальником СБ, или он трусливо сбежит, каждую минуту опасаясь удара в спину от наемных убийц. И совсем не факт, что любовно набранные и подготовленные им же оперативники не приложат руку к его поиску.

В любом случае найдут, и избежать смерти будет невозможно, а ведь он планирует прожить долгую и интересную жизнь.

«Так, хватит ныть! — откинув сомнения в сторону, сказал себе Сергей. — Глава рода поставил передо мной задачу, и я выполню ее любой ценой! — Мужчина сделал большой глоток коньяка и расслабленно откинулся назад. — Любой ценой!»

Через некоторое время его взгляд устремился на стоящую на столе шкатулку.

«Хм… Нужно просто искать положительные моменты в любой ситуации и исходить из того, что в итоге можешь получить. Вот что проведение подобной операции может дать мне как начальнику СБ? Ну, во-первых, докажет мою полную лояльность работодателю и закрепит за мной должность. Это без вариантов. Ведь людей, которые способны провернуть подобное и не наследить, берегут. Также это довольно кровавое и совершенно незаконное дело позволит мне сколотить крепкую, повязанную кровью команду профессионалов, преданных лично мне. При их помощи я смогу еще больше укрепить свои позиции среди воинов и магов рода. Сложные операции повысят слаженность действий различных подразделений СБ, выявят слабые места и увеличат психологическую устойчивость исполнителей, что положительно скажется на выполнении похожих операций в дальнейшем. — Взгляд опять задержался на шкатулке. — Ну и конечно же это позволит лично мне стать намного сильнее!»

Мужчина допил коньяк, взял шкатулку и направился к столу.

— Пусть состояние и не ахти, но почему бы не заняться планированием? — произнес он, усаживаясь за стол и беря ручку. — Так-с… начнем!


— Он согласился, — убирая руку с амулета, произнес старый маг.

— А я и не сомневался! — ответил Егор Дмитриевич и, опрокинув очередной стакан виски, расхохотался.


Георгий уверенно шел вперед, удерживая в руке короткий жезл. Он уже несколько раз ходил в пустошь, поэтому сталкивался с внезапными нападениями коварных демонов и не носил оружие за спиной. Его небольшой отряд, построившись клином, двигался чуть позади и был также в полной боевой готовности.

— Впереди большая группа демонов! — вдруг сказал один из рекомендованных ему профессором Петиусом магов.

И в Георгия тут же полетел огненный шар.

Отбив удар магической защитой, молодой человек кинул в сторону тварей несколько заклинаний, после чего обогнувшие его воины рванули вперед.

Все закончилось довольно быстро, и они пошли дальше.

— Это как-то очень легко, — произнес наследник, покачав головой. — Я начинаю уставать от такого однообразия.

— Не беспокойтесь, господин, — отозвался крепкий немолодой мужчина средних лет в старом потертом камуфляже. — Это просто первый уровень. Здесь встречаются самые слабые демоны пустоши, да и они еще не успели приблизиться к вашему многочисленному отряду. Те группы, которые мы уничтожили, попались нам случайно, другие будут более организованными.

Проводник — нанятый Георгием боец ранга «боевир» — часто давал дельные советы и пояснил непонятные моменты. Вот и сейчас он оказался прав.

Не прошло и десяти минут, как отряд Темникова столкнулся с большой группой демонов.

— Арах Лур! — услышал наследник многоголосый крик и выставил самый сильный «щит», на который был способен. В следующее мгновение в нем завязло сразу четыре огромных топора.

«Носортулы!» — разозлено подумал мужчина, и топоры с еще большей скоростью полетели назад.

Отбив еще несколько совместных дальних атак, Георгий обернулся.

«Двое легкораненых! Раззявы! Вернемся — сдохнут у меня на тренировках!»

Но приблизились первые демоны, и его воины ринулись им навстречу.

— Бьем по крылатым! — рявкнул наследник магам и устремился в бой.

— А я думал, тут все слабаки, — нахмурившись, произнес один из воинов, добивая раненого люда.

— Ну а как ты хотел, — ухмыльнулся проводник. — Чем дальше в пустоши, тем демоны сильнее. И вообще, хватит рассиживаться, а то расслабились, а монстры тут как тут.

— Так отобьемся, — ответил один из бойцов. — Нас много.

— Вот именно! Много! Такая добыча очень желанна для демонов.

— Всем подняться и проверить снаряжение, раненым выпить зелья! — скомандовал наследник, послушав совета проводника, который разделывал туши крылатых демонов.

— Фу, блин! — воскликнул один из воинов. — Что делает этот мужик?!

— Он ищет, чего бы пожрать, — заметил еще один. — Говорят, что, если съесть сырое сердце демона, можно стать сильнее.

— Желудок расстроится, дебил! — не прерывая своих занятий, произнес проводник. — Это же сырое мясо!

— Чем же ты в таком случае занимаешься? — спросил стоящий рядом с растерзанной тушей Георгий. — Добываешь ингредиенты?

— Да, господин, — произнес проводник, разгибаясь. — Вы сами разрешили мне потрошить добычу.

— Я помню, — произнес Георгий. — Но почему ты первым делом склонился над крылатой тварью?

— Потому что части этого тела стоят довольно дорого.

Не успел отряд отдохнуть от первой тяжелой битвы, как к ним устремилась еще одна большая группа демонов.

Находящийся рядом проводник постоянно рассказывал много разных интересных подробностей, и Георгий даже расстроился из-за того, что не брал его с собой в пустоши раньше. Ведь их первые ознакомительные походы заканчивались очень просто. Отряд проходил через таможенный пост, легко уничтожал несколько небольших групп демонов и возвращался назад, совершенно не напрягаясь.

Но на этот раз все было совсем по-другому. Твари собирались в действительно большие группы, лезли со всех сторон, делали засады и нападали внезапно.

Несмотря на неплохую подготовку, Георгий уже через пару часов непрекращающихся сражений почувствовал себя не очень хорошо. Везде растерзанные трупы демонов, море крови, дерьма и постоянные нападения инфернальных тварей.

— Господин, надо отходить, — произнес проводник, подходя ближе. — Почти все ваши воины получили ранения, которые довольно плохо заживают в условиях большого количества энергии пустоши, а через некоторое время ситуация еще более осложнится, могут появиться тяжелораненые и убитые.

«Ну наконец-то! Я уж решил, что ты не предложишь!» — облегченно подумал Георгий и велел:

— Отходим.

Догнавшая их у поста группа тварей оказалась самой большой.

— Порядка ста особей! — крикнул проводник, стараясь перекричать гул злых демонов, и скинул с плеч огромный рюкзак, набитый ингредиентами. — Вся надежда на магов!

Уже размечтавшийся о горячей ванне Георгий раздраженно кивнул и встал перед своим отрядом. За его спиной клубился довольно густой темный туман.

Наследник поднял руку с жезлом, и с его навершия сорвалась огромная молния, испепелившая несколько десятков демонов.

Раскатисто ухнул гром, запахло озоном, в это время Темников отправил в противников еще одно мощное заклинание.

Демоны, выжившие после остаточного действия передающейся по цепочке молнии, закричали из-за опалившего их кожу огня.

Они, как горящие факелы, принялись носиться вокруг, мешая другим тварям добраться до сладкой человечинки.

В это время наполнившаяся тьмой аура Темникова словно вскипела и устремилась к первым приблизившимся демонам. Оставляя за собой испепеленные трупы, родовая магия устремилась вперед, уничтожая одного монстра за другим.

Георгий почувствовал опасность где-то за спиной и выставил «щит», в который неожиданно влетел один из его бойцов.

«Что за ерунда?» — зло подумал Георгий. И в этот момент напавшего сбили подбежавшие товарищи.

— Стоять! — неожиданно рявкнул проводник. — Им кто-то управляет! Всем активировать «глаза волка» и смотреть в оба! Где-то здесь ночной хищник! Демон, похожий на огромную летучую мышь!

— Я вижу его! — закричал один из магов, посылая «огненное копье», и наследник с удивлением увидел скользящую в стороне летучую мышь, которая тут же пропала из виду.

— Проследи за ним! — произнес наследник, указывая одному из бойцов на отключившегося товарища, и скомандовал: — Остальные — в бой!

Активировав заклинание «чистого взора», которое позволило смотреть сквозь иллюзии, Георгий наблюдал за довольно шустро улетающей летучей мышью.

«Ах ты ж, гадина!» — ругнулся наследник и запустил несколько заклинаний в оказавшегося очень опасным демона.

Когда огромная мышь упала, Георгий проверил, как идут дела у его отряда, и решил вмешаться — демонов было слишком много.

Оценив не слишком презентабельный вид своих подчиненных и заметив тройку тяжелораненых, Георгий Темников поморщился:

— Уходим.


«Кому-то может показаться, что лето — это лучшая пора года, — мрачно думал я, одеваясь на зарядку. — Вот только если тебя постоянно ограничивают в проведении досуга и свободе перемещения, то это совсем не так».

Вот уже два месяца мой старший брат, совершенно непонятным для меня образом появившийся в Моршанске, проживал в одном из самых престижных домов города и не собирался никуда уезжать.

Иногда я вспоминал тот день, когда впервые увидел его в приграничном городе, и чуть ли не покрывался по́том. Шутка ли! Я несколько раз мог столкнуться с братом лицом к лицу! А все из-за долбаной классной, которая не позволила мне улизнуть до окончания церемонии чествования.

В тот вечер мне пришлось быть очень аккуратным, чтобы не столкнуться не только с братом, но и со знакомыми по поместью Темниковых магами.

Было тяжело, но вроде бы ушел. Жаль только, Годимира в тот вечер не поздравил, он этого ждал. Пришлось потом извиниться и говорить, что просто не мог остаться. Мальчишка решил меня простить, потому что я пообещал когда-нибудь рассказать ему об истинной причине моего исчезновения.

— Мог бы хотя бы предупредить! — воскликнул он. — Я бы тебя познакомил с настоящим князем!

— Да, это круто! — сказал присутствовавший при разговоре Константин. — Настоящий князь! Я князей никогда еще не встречал!

Хорошо, что в тот момент никто не видел выражение моего лица.

Феофан очень удивился, когда я позвонил ему за два часа до назначенного времени и сказал, что меня необходимо срочно забрать.

— Георгий? — только и спросил он, когда я рассказал о произошедшем. — Интересно.

Так он и молчал до самого дома, пока я не выпытал, что же его так заинтересовало.

— Да хотя бы то, что мне непонятна цель его пребывания здесь.

Я вопросительно поднял бровь, и Феофан продолжил:

— Ну смотри. Георгий — наследник княжеского рода. Довольно сильный маг и наиболее вероятный глава Темниковых после кончины отца. Что он тут делает? Здесь? В Моршанске? В форте, защищающем страну от орд демонов? Его место в родовом поместье!

— Может, он в гости к кому-нибудь приехал? Или путешествует? — предположил я. — Почему нет?

— Возможно, ты и прав, но все равно это странно. Наследник и пустоши — несовместимые вещи. Слишком опасно.

— А он может искать меня? — предположил я. — Вдруг отец отправил его на поиски?

— Не знаю, — покачал головой наставник. — Не уверен. Мы вместе с тобой смотрели репортаж о похоронах Ивана Темникова. Да и у твоего брата с отцом не самые лучшие отношения.

— Да? Так, может, это ссылка? — предположил я. — Чтобы глаза не мозолил или погиб по глупости.

— Ссылка? Погиб? — задумчиво произнес Феофан и добавил: — А почему бы и нет? Вероятнее всего, твоя мачеха уже успела восстановить свое влияние в роду и каким-то образом повлияла на отношение отца к наследнику.

— Что будем делать? — напряженно спросил я после затянувшейся паузы. — Переезжаем?

— Нет, — покачал головой наставник. — Изначально я планировал покинуть город как можно скорее, но теперь решил, что не следует торопиться. Сначала разведаю, зачем Георгий вообще сюда приехал.

— И на какое время, — добавил я.

— Точно, — кивнул он. — А то получится не очень хорошо, если мы сейчас уедем, а потом окажется, что твой брат в Моршанске проездом.

Где-то через неделю мы с Феофаном продолжили прерванный разговор.

— Георгий приобрел себе хороший дом, пару раз уже ходил в пустоши и явно не собирается никуда уезжать.

— Носортула тебе в зад! — выразил я свое состояние.

Феофан кивнул и продолжил:

— Судя по разговорам слуг, он собирается остаться в Моршанске минимум на год.

Теперь я выругался мысленно и еще более непечатно, а то с Феофана станется за уши оттягать.

— Значит, переезжаем?

— Ну почему сразу переезжаем? Останемся здесь.

— В то же самое время, когда Георгий находится в городе? Когда воины, маги и слуги Темниковых могут меня узнать? Ты серьезно?

— А что тут такого? — в свою очередь произнес наставник. — Просто ты руководствуешься эмоциями, а не разумом, вот тебя эта ситуация и пугает.

— Конечно, пугает! — разгорячился я. — Мы же целый год прячемся! Целый год! Меня могут использовать и убить! А я еще не настолько силен, чтобы самостоятельно отстаивать свои интересы!

— Значит, придется тренироваться еще больше, — прищурив глаза, произнес учитель.

— Это не выход, — не согласился с ним. — Дело не в тренировках, а в том, что меня могут вычислить.

— Да кто тебя вычислит? — отмахнулся Феофан. — Кто тебя ищет? Да и где ты с Георгием можешь пересечься? Нигде, кроме пустоши! Это ваш единственный общий интерес. Вот и все!

— Пусть так, но почему ты не хочешь переехать в другой город?

— Причин достаточно, — произнес Феофан. — Начать хотя бы с того, что в Моршанске мы уже свои. Нам удалось обрасти необходимыми знакомствами в разных сферах. Знаем, где можно дорого сбыть добытые ингредиенты. Мы уже не вызываем особого ажиотажа у таможенников и не привлекаем внимания своими успехами. Ты можешь спокойно работать с огнестрельным оружием и готовиться к получению нового ранга. Не стоит забывать и об уровне образования, получаемого тобой в имперской школе, ведь не факт, что на новом месте нам опять попадется пятерка великовозрастных идиотов, спасение которых поможет устроить тебя в школу. А это еще и знакомства, которыми ты воспользуешься, когда станешь взрослее.

«Ага, знакомства, — криво ухмыльнувшись, подумал я. — Особенно после того случая на чествовании. Многие родители теперь требуют от директора моего отчисления».

— Это все, конечно, хорошо, — произнес я. — Но представь, что будет, если нас кто-нибудь узнает? Опять придется убегать, скрываться и прятаться! Мы это, конечно, и так делаем, но теперь преследователи будут знать, что мы живы. А ведь им нужны финансы княжеского рода, и от нас не отстанут.

— Если Георгий и выйдет на тебя, я не верю, что он расскажет об этом отцу. Ты по малолетству не помнишь, да и не знаешь наверняка, но твой старший брат очень не любит мачеху, почти так же сильно, как я, а вот к братьям и сестрам относится тепло. Поэтому я думаю, что мы сможем с ним договориться.

— По мне, так лучше бы вообще никто не знал о том, что я выжил. — Я хмуро посмотрел на Феофана. — Как минимум до тех пор, пока не стану хотя бы ветераном или витязем.

— Ты еще даже не боевир, — рассмеялся наставник. — А уже претендуешь на следующие ранги.

— А что мне делать? — разозлился я. — Ты ведь не хочешь никуда уезжать, так как считаешь, что ситуация под контролем! А мне кажется, что лучше уехать и спокойно жить в другом месте! И то, что брат плохо относится к Галине, еще ничего не решает! Власть и деньги, знаешь ли, очень меняют людей.

Когда я был под негласной защитой деда и мог сделаться новым главой Морозовых, старший брат меня любил, а вот теперь, когда я встал на его пути к огромным деньгам, могу оказаться всего лишь препятствием. Поэтому я и считаю, что лучше уехать. Лучше уж так, чем бессмысленно рисковать.

— А если после того, как мы устроимся на новом месте, появится еще один человек Темниковых? Что тогда? Опять все бросать и убегать? Постоянно? Ну уж нет! Так дело не пойдет! Будем сидеть здесь и готовиться к возможным событиям, пока нас не обнаружат! Сбежать мы всегда успеем!

Я хотел было возмутиться, но Феофан не дал мне этого сделать.

— А для того, чтобы на тебя никто случайно не наткнулся, мы примем меры предосторожности! С сегодняшнего дня ты прекращаешь бесполезно болтаться по улице, твое передвижение по городу ограничено. Из дома в машину, из машины в школу и назад! Никаких кафе, посиделок и Годимиров! По выходным в часть или на таможню!

С того дня начался ад! Кое-как доучившись в школе до конца триместра, я, не отпраздновав с ребятами окончание учебного года, с ходу поехал на тренировку.

Тренировки с Феофаном, походы в пустошь, сражения с воинами в части и сон без задних ног дома — именно так и пролетели два месяца моих каникул. Я и у ребят на днях рождениях не был, даже у Годимира.

Хотя именно его праздника мне стоило опасаться больше всего, ведь среди приглашенных мог оказаться мой брат.

Так что пришлось выкручиваться и отправлять ребятам посылки с подарками и искренними извинениями, а также сваливать вину за свое отсутствие на невероятно злого и кровожадного учителя. Который, как мне казалось, наконец-то дождался момента, когда я буду в его полном распоряжении, и ежедневно мучил меня.

Нагрузки на тренировках резко выросли в несколько раз. Утром усиленная зарядка, потом поход в пустошь на пятый уровень, уничтожение очень опасных тварей и возвращение домой. Обязательная вечерняя тренировка и сон.

Суббота была занята стрельбами в тире под руководством Ильясова. В этот день мне позволялось хорошенько выспаться и поваляться в кровати часиков до десяти. Потом — поездка в тир и отдых. В воскресенье я, полный сил и энергии, спарринговал с воинами и боевирами в спортивном комплексе воинской части специального назначения.

Хорошо еще, что Феофан разрешил мне отдыхать в субботу. Этот день позволял подготовиться к схваткам в части, где я показывал достойный уровень. Все же при ежедневных занятиях с наставником рост физических параметров не заставил себя ждать.

Стоит ли говорить, что при таком распорядке лето у меня пролетело, словно один миг?

За две недели до начала школьных занятий Феофан решил наградить меня и разрешить прогулку по городу. Ведь мне удалось победить две пары бойцов ранга «воин»! Третья пара меня добила, но ведь прогресс очевиден!

Хотя мне казалось, что наставник меня наглым образом обманул!

Прикинул, что надо идти в магазин за учебниками и книгами для следующего года, и наградил. Хотя для меня это было как глоток чистого воздуха, словно первое увольнение после года срочки.

— Так, улица Немига, дом три, магазин «Книжный дворик», — прочитал я на визитке-календаре, всунутой мне в прошлом году одним хитрым продавцом. — Посмотрим, за сколько удастся продать бэушные учебники.

— Добрый день, чем я могу вам помочь? — спросил приятный женский голос, как только мы с наставником вошли внутрь.

Я осмотрелся.

За этот год уютный магазинчик почти не изменился. Тот же небольшой прилавок, расположенный справа от входа и заваленный художественной литературой. Тот же бейдж с фотографией бородатого харизматичного мужчины по имени Гена, лежащий рядом с кассой. Те же стеллажи, заставленные книгами до самого потолка, та же дверь в подсобку, сохранившая на своей верхней части написанные готическим шрифтом слова «Запретная секция!».

Только, как оказалось, продавец был совсем другим. Нас встретила невысокая симпатичная девушка с обаятельной улыбкой. Она была одета в светлые джинсы и фирменную синюю майку с головой волка возле сердца.

— А где Гена? — непроизвольно произнес я, удивленно глядя на нее. Ожидал увидеть того хитрого прикольного мужика, а тут какая-то неизвестная девчонка.

— Ой, а вы к Гене? — как-то даже расстроилась она. — А его сегодня не будет, приходите завтра.

— Нет! Нет! — тут же замотал я головой, чтобы девушка не расстраивалась. — Мы просто пришли купить книги к новому учебному году и принесли мои старые учебники. А про Гену я спросил, потому что мы с ним в прошлый раз общались. Вот.

— A-a-a, — понятливо протянула она и добавила: — Я, конечно, бороды не имею, но в книгах побольше его разбираюсь. Зовите меня Наташа.

— Нам бы хотелось сдать вот эти учебники, — решил вмешаться в беседу Феофан, — и приобрести новые для шестого класса имперской школы.

— Без проблем, — опять улыбнулась девушка. — Кладите их на прилавок, я оценю.

Пока Наташа с наставником изучали состояние учебников, я прошелся по магазину, изучая стеллажи с книгами.

«Хм. Мне кажется или магазин все же расширился?» — подумал я и обратил внимание на витрину.

Там находился большой яркий рекламный плакат книги с названием «Тайная Нелюдь! Профессия ведьма».

— Интересуешься новинками? — неожиданно услышал женский голос за спиной и едва не подпрыгнул.

— Так ведь и заикой стать можно! — ворчливо протянул, глядя на улыбающуюся Наташу. — Знаешь, как испугался?! И вообще, где наставник?

— Он увидел книгу про великих воинов древности и почему-то вообще перестал меня слушать. Я решила не отвлекать его и обратиться к тебе, а ты тут новинку изучаешь.

— Да просто в глаза бросилась, — заметил я. — Яркая реклама. Да и название странное: «Тайная Нелюдь! Профессия ведьма».

— Это потому, что ты не знаешь ее предыстории, — заметила девушка. — Книга была написана тремя авторами. Каждый внес в нее что-то свое, и получилось довольно весело.

— Ну не знаю, — с сомнением покачал я головой и спросил. — А ты, случайно, воинскими искусствами не занимаешься? Ходишь совершенно бесшумно, я даже не слышал твоих шагов.

— Нет. Только йогой! — призналась девушка и вдруг спросила: — Может, чая с конфетами хочешь? Вку-усный!

Я посмотрел на потерявшегося в пространстве и времени Феофана и задумчиво кивнул.

«А действительно, почему бы нет?!»

Попивая медленными глотками вкусный терпкий чай и подслащивая большими шоколадными конфетами, я понял, почему магазин назвался именно «Книжным двориком». Тут тепло, уютно, приятно пахнет новыми книгами, конфетами, коньяком…

«Коньяком?!» — удивленно подумал я и обнаружил Феофана, лихо опрокидывающего в себя стопочку ароматного напитка.

— Э-это подарок за счет заведения! — почему-то произнес наставник растерянно, словно сам сомневался в том, что сейчас сделал. — Неудобно отказывать.

— Ага, — кивнул я, даже не делая попытки спрятать конфету. — Очень неудобно.

ГЛАВА 12

Середина осени в столице Носирианской империи была невероятно чудесной порой. Все дело конечно же в большом количестве деревьев, щедро насаженных как на широких проспектах современных районов, так и на небольших кривых улочках старого города. Большое количество парков, аллей и уютных городских кварталов также вносило свою существенную лепту в процесс осеннего преображения города.

Красивые золотисто-красные листья украшали кроны деревьев, после чего неспешно опадали на землю, устилая ее плотным цветастым ковром.

Утром многочисленные дорожки столицы были аккуратно подметены от падающей листвы, однако ночью природа опять укрывала их своей мягкой периной.

Галина Романовна неторопливым шагом прогуливалась по одному из старейших парков города, расположенному в глуши империи. Женщина глубоко вдыхала свежий ночной воздух, иногда подкидывала острыми мысами дорогих сапожек золотисто-красные листья, лежащие на дорожных плитках, и любовалась невероятной атмосферой ночного осеннего парка, создаваемой высокими фонарями и сквозящими тенями.

Свою лепту в ало-охряный хаос осеннего парка вносила и погода. Она совсем не радовала.

Лил мелкий, неприятный дождь. Холодный ветер носил над землей листву и иногда пытался пробраться под аккуратное коричневое пальто молодой княгини, которая уже начинала злиться.

Женщина посмотрела на часы.

«Это, конечно, приятно. Вновь вспомнить молодые годы, прогулки по ночному парку. Но уже половина двенадцатого! Где их демоны носят? Сколько мне еще ждать?»

Настроение Галины с каждой минутой ухудшалось. В очередной раз посмотрев на часы, она решила.

«Все! Жду еще десять минут и ухожу! Так с клиентами не поступают, тем более если это человек моего ранга!»

Сделав несколько кругов вокруг живописного фонтана со скульптурами пяти танцующих дев, держащихся за руки, Галина окончательно разозлилась и уже направилась к выходу из парка, когда вдруг услышала хруст сломанной ветки.

Мгновенно сформировав вокруг себя мощный магический «щит», женщина зажгла в руке небольшой «огненный шар» и обернулась.

В пределах прямой видимости никого не было.

«Показалось? — подумала Галина, нахмурившись. — Вроде нет».

— Доброй ночи, госпожа Темникова, — откуда-то сверху донесся тихий безэмоциональный голос.

Отскочив назад, Галина подняла взгляд вверх и обнаружила стоящую на толстой ветке молодую привлекательную девушку. Она была одета в очень короткую клетчатую юбку, кремовую блузку с глубоким вырезом, который совершенно не скрывал пышную, высокую грудь, короткую глянцевую куртку черного цвета и красный легкий платок, закрывавший нижнюю часть ее лица и немного приглушавший голос.

Оценив стройную фигуру незнакомки и состояние ее нежной, без единой морщинки верхней части лица, Галина сделала вывод, что перед ней стоит всего лишь девочка-подросток.

Спрашивать о том, как девчонке, обутой в сапожки на высоком каблуке, удастся уверенно стоять на расположенной высоко вверху ветке, она не стала. Лишь оскорбилась, что на встречу с ней отправили какую-то малолетку.

Подобное отношение к своей персоне ее всегда задевало. Поэтому женщина не скрывала своего отношения к ночной гостье.

— Ты кто? — не ответив на приветствие, произнесла Галина и презрительно добавила: — Девочка.

— Я та, кого вы искали, — тем же безэмоциональным голосом ответила незнакомка и буквально растворилась в воздухе, чтобы в следующее мгновение оказаться за спиной княгини. — Именно та!

Галина резко развернулась к ней и даже не подумала о том, чтобы погасить заклинание.

«Она очень быстра! Я даже не заметила ее рывка», — растерянно подумала Темникова, но вслух сказала другое:

— Это оскорбительно! Почему я должна прохаживаться под этим дождем лишних полчаса?! Мы же договаривались о конкретном времени! И почему лига прислала тебя, а не кого-нибудь посерьезней?

— Я проверяла, нет ли за вами хвоста, — спокойно произнесла неизвестная. — После чего активировала амулеты, защищающие от прослушки.

— И что? Для этого понадобилось целых полчаса? — недовольно произнесла Галина.

— Да, — кивнула неизвестная, не обращая внимания на настроение клиентки. — Лига добросовестно относится к своим обязанностям, поэтому я была обязана проверить, нет ли за вами хвоста.

Темникова некоторое время помолчала, затем, погасив огненный шар, произнесла:

— А почему они прислали именно тебя? У вас не нашлось никого более компетентного?! И что это вообще за вид?! Ты выглядишь как шлюха!

Темникова была зла. Давно никто так пренебрежительно к ней не относился. Даже в то время, когда она носила фамилию Белова, ситуация была лучше!

«Что эта Лига убийц вообще себе позволяет?! — думала Темникова. — Не хотят знаться с богатым клиентом? Значит, найду кого-нибудь другого».

— Я и есть самый компетентный специалист, а мой внешний вид не имеет ничего общего с умением убивать, — произнесла девочка, все так же не проявляя эмоций, после чего представилась: — Красная Фурия к вашим услугам.

«Красная Фурия?! — не поверила женщина, рассматривая убийцу, но все же на мгновение пожалела, что развеяла заклинание „огненного шара“. — То есть эта девочка хочет сказать, что она тот самый маньяк-садист, оставляющий за собой горы трупов? Монстр, который берется за любой заказ, не щадит ни детей, ни стариков? Вот эта вот девчонка?»

Вероятно, сомнения, терзающие Галину, отразились на лице, поэтому убийца достала телефон из кармана и протянула его ей.

— Это мой сегодняшний клиент, — глухо произнесла девушка, показывая Галине фотографию комнаты, заваленной трупами. — Я убила его несколько часов назад. Об этом пока никто не знает, но уже через пару часов новость будет во всех средствах массовой информации. Думаю, это докажет мою правоту.

Просмотрев несколько фотографий, Галина остановилась на той, которая запечатлела небольшую, нарисованную кровью жертвы, фигурку женщины в красном платье — отличительный знак Красной Фурии.

«Но ведь Красная Фурия впервые появилась в империи около десяти лет назад?! — подумала Галина. — Сколько же ей тогда было? Восемь? Десять?»

— После просмотра новостей, надеюсь, вы поверите моим словам и придете сюда завтра, в это же время, — сказала девушка и каким-то плавным движением забрала телефон у цепко державшей его Галины. — Если завтра вы не придете, мы посчитаем это отказом от наших услуг.

Галина прищурилась и кивнула, а в следующее мгновение вульгарно одетая девица словно испарилась.

Княгиня поежилась и, ощущая на себе спокойный безэмоциональный взгляд, медленно пошла к выходу из парка.

«Вот уж! — зло думала она. — Вы не увидите моего страха!»

Вернувшись домой, женщина первым делом наполнила ванну и погрузила свое красивое тело в белую воздушную пену.

«Что ж, — расслабленно думала она, отмокая в горячей воде. — Если это действительно Красная Фурия, то у нее есть большая вероятность устранить Георгия. Для остальных он будет очень твердым орешком».

Тратить много времени на изучение криминальных хроник не пришлось. Утром заметки о новом жестоком убийстве одного из главарей преступного мира, совершенном Красной Фурией, появились во всех информационных порталах. А чуть позже Галина посмотрела репортаж с места событий и лично убедилась, что фото с телефона девчонки были как раз с того самого места…

«А сегодня теплее, чем вчера, да и дождя нет, — подумала княгиня, украдкой оглядываясь по сторонам и мониторя своей магией окрестности парка. — Пилки! Не о том думаешь, Галина Романовна! Главное, быть внимательней и не допустить вчерашней расслабленности! Ведь прошлой ночью наемная убийца была на расстоянии пары шагов от меня, а я ничего не почувствовала!»

С удвоенным рвением обшаривая окрестности на предмет присутствия посторонних, женщина продолжала прогуливаться вокруг уже знакомого фонтана с фигурами дев. Ей было не до любования красотами, поэтому она не сразу заметила, что фигур в центре композиции больше, чем положено.

Незаметно активировав дополнительный амулет защиты, Галина подошла ближе к фонтану и, всматриваясь в его центральную часть, произнесла:

— И долго ты будешь там стоять?

«Исчезла!» — поняла княгиня, когда закончила говорить.

Заклинания явно показывали, что Красной Фурии в фонтане уже нет.

Она обернулась и встретилась взглядом с зелеными глазами девочки-убийцы.

— Доброй ночи, Галина Романовна, — произнесла девочка безжизненным голосом. — Вы смотрели сегодняшние новости? Они вас удовлетворили?

— Более чем, — холодно ответила женщина и неожиданно для себя самой добавила: — Нравится подкрадываться со спины?

Пока девочка думала над ответом, Галина смогла оценить ее внешний вид. К ее удивлению, вчерашняя гостья так и не сменила свою вызывающую одежду.

«Так это была не маскировка? — поразилась княгиня. — Она действительно так выглядит?»

— Профессиональная привычка, — ответила Фурия, прерывая мысли Галины, и добавила: — Вы молодец, более наблюдательная, чем мои предыдущие наниматели.

Пропустив сомнительный комплимент, княгиня достала из сумочки конверт и протянула убийце.

Та молча его открыла и после нескольких минут изучения все тем же безэмоциональным тоном произнесла:

— Пятьсот тысяч талеров.

— Сколько?! — неприятно удивилась цене Галина.

Она старалась держать себя в руках, но присутствие рядом настоящей маньячки заставляло кровь кипеть в жилах. Это мешало мыслить адекватно, и эмоции выходили из-под контроля.

— Я считаю, что это неприемлемо, — через некоторое время, взяв себя в руки, произнесла княгиня. — Цена слишком высока. Пусть я могу заплатить такие деньги, но мне необходимо понимать, почему вы считаете, что это справедливо.

— Во-первых, вашей проблемой будет заниматься лучший убийца в стране, — начала перечислить девочка, не меняя интонации. — Во-вторых, клиент — личность непростая. Маг ранга «доцент». Потомственный боярич «золотого» рода. Наследник. Очень опасен. В-третьих, у такого человека обязана быть заслуживающая внимания система безопасности. В том числе профессиональная охрана, которую также придется устранять. В-четвертых, социальный статус молодого человека явно говорит о тех громадных силах, которые будут задействованы на поимку его убийц. В-пятых, в настоящее время клиент находится в Моршанске — форпосте Горбовичской пустоши, а это значит, что среда его обитания крайне опасна. В любой момент можно наткнуться на атакующих город демонов или один из многочисленных патрулей. В-шестых, я сделала вам скидку из-за того, что срок устранения объекта растянут на десять месяцев. Из этого следует вопрос. Вы точно уверены, что объект будет находиться в Моршанске в течение указанного срока?

Темникова уверенно кивнула, в этом она решила довериться информации мужа.

— Отлично. — Девочка протянула Галине визитку. — После перечисления ста тысяч на этот счет я начинаю работу.

Галина взяла протянутую визитку и положила в карман, на миг выпустив вызывающе одетую девчонку из вида. Когда же вновь подняла глаза, убийцы уже нигде не было.

«Малолетняя понторезка!» — фыркнула женщина про себя и направилась к выходу из парка.

Все время, пока она шла по застеленным листьями дорожкам, Галине казалось, что ее спину сверлит холодный безжалостный взгляд убийцы.

Хотелось ускорить шаг, чтобы поскорее пройти опасный участок, но женщина держала себя в руках.

«Я не покажу этой малявке своего страха!» — решительно подумала она и впервые пожалела, что захотела решить проблему именно таким образом. — Может, зря я все это задумала? Нет! — через некоторое время решила она. — Знакомство с убийцами подобного ранга, конечно, неприятно! Но другого выхода нет! На мужа надеяться надо, но лучше бы самой не оплошать, иначе Георгий может захватить власть, и тогда у моих детей не будет ни единого шанса!


Я, раскинув ноги и руки в стороны, лежал на твердых матах тренировочной зоны в зале рукопашного боя и тупо пялился в потолок. Сил на то, чтобы пошевелиться и выпить лечебное зелье, просто не было.

— Все же ты невероятно быстро прогрессируешь, — задумчиво произнес Леонид Викторович, расположившийся недалеко от меня. — Не понимаю, как Феофану удается достигать подобных результатов. Ты явно усиленно тренировался целое лето и не прекращаешь этот процесс во время учебного триместра. — Мужчина сделал небольшую паузу. — Ты хоть иногда отдыхаешь?

— Отдыхаю, — признался я и, тяжело вздохнув, начал подниматься. — Наставник следит, чтобы я не переусердствовал.

— Но к чему такая спешка?! — не унимался витязь. — Ты еще слишком молод, чтобы так стремиться к силе. Тебе надо отдыхать, гулять с друзьями, радоваться детству, в конце концов!

«Ну не говорить же ему, что я боюсь того дня, когда Темниковы наконец узнают, что богатый, по их мнению, родственник еще жив, а благодаря тому, что упертый, словно баран, Феофан не собирается переезжать, вероятность события очень велика».

— Не переживайте, Леонид Викторович, — сказал я. — Меня все устраивает, а расслаблюсь я тогда, когда стану достаточно сильным.

— Он готовит тебя к следующему рангу? — внезапно спросил тренер.

— Может быть, — немного помолчав, ответил я. — Лучше задайте этот вопрос наставнику, вдруг ответит.

— Хорошо, — недовольно посмотрел на меня тренер и, встав, направился в свой кабинет. — Можешь быть свободен.

Недовольство Леонида Викторовича лично мне было совершенно непонятно. Для него я — один из лучших воспитанников, который, вместо того, чтобы бездельничать, на каникулах усиленно тренировался. Я стал намного быстрее, сильнее и опытнее и уже на раз-два справлялся с его лучшими учениками! В чем проблема-то? Вот вообще не могу понять!

Или он расстраивается как раз из-за этого? Потому что я, такой сильный и умелый, не собираюсь принимать участие в имперском турнире в этом учебном году? И он не получит дополнительных преференций от начальства в столице?

Мысль о том, что тренер просто жалеет перетренированного ребенка, который не видит белого света, была откинута как не заслуживающая никакой критики. Я даже усмехнулся, чувствуя неприятную тянущую боль во всем теле.

«Ага, жалеет он меня, да! Несколько раз! Дерется, блин, в полную силу!»

В то, что бывалый витязь может пожалеть своего воспитанника, мне как-то не верилось, тем более сразу после изнурительной тренировки.

«Хм… А может, действительно злится из-за моего нежелания участвовать в турнире? Рассчитывал, что я скоро принесу ему некоторые дивиденды, ан нет? Феофан сказал, что пока рано?»

Постояв полчаса под упругими струями воды, я немного пришел в себя и, переодевшись, направился к стоянке, где меня уже должна была ожидать машина.

Свои слова о том, что по городу я теперь передвигаюсь только на автомобиле, наставник реализовывал в полной мере, так что в городе я теперь бывал только при поездках в школу и обратно.

— Иван! Постой! — услышал голос Годимира и остановился.

«Ну вот, опять!»

С начала нового учебного года я перестал проводить время после занятий с ребятами, из-за чего они очень сильно обижались. Они и от моего летнего отсутствия еще не отошли, а тут такое.

— Ты что, опять спешишь домой? — спросил Константин после взаимных приветствий. — Уже несколько дней тебя вообще-то не видели.

— А что делать? — устало пожал я плечами и, обведя четырех мальчишек внимательным взглядом, понизив голос, добавил: — Сами знаете, что я готовлюсь к новому рангу, и наставник из-за этого слетел с катушек.

Разработанная мной легенда на случай возникновения у кого-либо вопросов о моем нежелании посещать город не вызывала у мальчишек особых сомнений, ведь они знали, насколько я силен, и понимали, что я действительно тренируюсь. Потому после этой фразы они понимающе кивнули и смирились с моим «временным» отсутствием.

Хорошо еще, что в начале учебного года я заранее сказал, что не смогу присутствовать на привычных посиделках, пока не достигну ранга боевира. Иначе даже не берусь судить, во что бы это вылилось.

— И как прогресс? — заинтересованно спросил Сергей. — Долго тебе еще тренироваться?

Я, сделав загадочный вид, украдкой посмотрел вокруг и, следя, чтобы не было посторонних, тихо сказал:

— Уже три раза победил сразу двух воинов.

— Круто, — уважительно произнес Годимир и добавил: — Это тебе надо было участвовать в турнире воинов, ты бы им показал!

— Может быть, — пожал я плечами. — Но наставник считает, что пока еще рано. Так что даже в этом году я точно не буду участвовать.

— Да ты что?! — удивленно воскликнули ребята. — Тебе — и рано?! Да ты всех порвешь!

— Несправедливо, — протянул Константин. — Ты бы действительно смог хорошо себя показать. Может, что-нибудь можно придумать?

— Нет, — быстро покачал я головой, внутренне холодея.

Что могут придумать детки бояр, решившие вытащить своего друга из лап тирана-наставника, я знать не хотел. С них станется и родителей привлечь. А это лишнее внимание, которое нам ни к чему.

— Думаю, наставник хочет, чтобы я пропустил этот год, а в следующем гарантированно победил.

— Да? — оживились ребята. — А ведь это тебе вполне по силам!

— А может, все же сбежишь с нами в кафе? — предложил Илья. — Ведь ничего же не изменится, если ты пару часов проведешь в компании друзей? Так?

— Точно, — подхватил Годимир. — Посидим в кафе и поедим пиццу, как в старые добрые времена!

— Да я уж не единожды с ним разговаривал, — искренне сказал ребятам. — Вот честно! Самому надоело вкалывать. Но он говорит: «Вот победишь боевира, тогда и будем о чем-то говорить, а пока рано!» Да вы ж и сами знаете!

— Знаем, — как-то погрустнели парни. — Просто ты несколько месяцев об этом говоришь, надо уже побеждать.

— Да ты бы сам попробовал! — возмущенно сказал я Годимиру. — Они же все старше, опытнее и сильнее меня! С ними тяжело сражаться, так еще и наставник свою лепту вносит! Меняет их постоянно, только к одному привыкну, а вместо него уже другой.

— Ну тогда крепись. — Годимир положил руку на мое плечо. — Мысленно мы с тобой.

— Но предложение о побеге остается в силе. — добавил Илья.

— Спасибо, — как можно искреннее сказал я.

Мне все стало понятно. Мальчишка не простил мне того поражения в поместье Огнеяров и теперь пытался понемногу гадить. Как умел, конечно. Он понимал, что если я соглашусь, то вроде как подставлюсь перед наставником, за что меня по головке не погладят. А если откажусь, особенно после нескольких предложений о побеге, он будет говорить ребятам, что я их нагло кинул.

— Иван Егорович? — вопросительно произнес пожилой мужчина в классическом костюме и тонких очках, являющийся моим водителем. — Феофан Елизарович настоятельно просил вас сегодня не задерживаться.

«Спасибо!» — мысленно поблагодарил я мужчину и расстроенно пожал плечами. Попрощался с ребятами и под сочувственные взгляды понуро побрел к машине.

«А Феофан-то, сказывается, молодец. Подстраховался! — думал я, следя за проплывающими в окне городскими пейзажами. — Заранее проинструктировал водителя. Неужели предполагал, что я и в самом деле могу наплевать на его слова и пойти развлекаться?»

Я немного подумал и признал, что он прав, ведь мне действительно до чертиков надоела такая жизнь! Хотелось расслабиться!

Приехав домой, я немного перекусил и принялся готовиться к походу в пустошь.

Феофан решил, что, пока погода на улице относительно теплая, мы будем наведываться в гости к демонам даже в будние дни.

— Когда похолодает, тебе уже опасно будет выбираться туда, так что давай-ка пока поднапряжемся.

И мне действительно приходилось напрягаться. После школы мы проходили через облюбованный блокпост и устремлялись на границу пятого уровня, на ходу вырезая всех попадающихся демонов. Ингредиенты не собирали, нам хватало и тех, что получалось взять из сильных особей, с которыми мы пересекались в глубине пустоши.

Обычно сталкивались с измененными пилки. Демоны этого вида передвигались по одному или парой. Также пару раз встречали людов, а вот сегодня, к большому удивлению, столкнулись с усиленным носортулом.

«Охренеть!» — подумал я, когда демон, мчащийся на меня, словно носорог, протаранив два совсем не тонких дерева, сломал их, словно веточки.

Этот демон, в отличие от своих более слабых товарищей, был словно бы обколот стероидами. Огромные бугры мышечной ткани вызывали во мне стойкое желание не попадать под его удар. Иначе смерть.

«Думаю, одного усиленного удара мне хватит».

Отскочив в сторону, я отправил в пробежавшего мимо демона мощнейший «таран силы», который лишь качнул его в сторону, заставив врезаться в довольно толстый раскидистый дуб.

«Отлично! — подумал я, когда взревевший демон поднял над головой засветившиеся бордовым огнем руки и со всей силы ударил по земле перед собой. — Чего?! — удивился я, отскочив в сторону. — Подобного я еще не видел!»

От демона до того места, где я только что стоял, шла прямая дорога с торчащими из земли острыми земляными копьями.

Демон досадливо вскрикнул и повторно атаковал. Я снова отпрыгнул в сторону и тут же попал под технику хитрого носортула, подловившего меня в воздухе.

Волна силы демона оттолкнула меня назад.

«Жаль все же, что наставник запретил пользоваться моей техникой, напирая на то, что необходимо развивать и остальные навыки!» — подумал я и, приземлившись на ноги, выставил перед собой «щит воли».

«Щит» конечно же надолго носортула не задержал. Однако этого времени мне хватило, чтобы приземлиться ему на спину и с силой вогнать нож в шею между позвонками.

Тварь дернулась и тут же упала на землю как подкошенная. Быстрый удар ножом в глаз завершил дело, и демон замер.

Хлоп! Хлоп! Хлоп! — раздались громкие аплодисменты, и я поднял голову вверх.

— Наконец-то ты научился побеждать с минимумом усилий, — произнес довольный Феофан, с гордостью глядя на меня. — Я очень этому рад.

ГЛАВА 13

Казалось, что каждый миллиметр ритуального зала рода Темниковых был под завязку заполнен густой и вязкой магической энергией. Стоило только войти в помещение, и тебя окутывало ею с ног до головы. Вдох, и энергия вместе с воздухом наполняла тело силой, делая вошедшего мага на несколько порядков мощнее. Конечно же в первую очередь это было актуально для членов рода, но даже он — Сергей, обычный бакалавр первой ступени, поклявшийся на алтаре в верности княжескому роду, ощущал себя здесь как минимум доктором.

Тряхнув головой, мужчина избавился от иллюзии собственного могущества и на мгновение задумался.

«А стоит ли эта сила тех жертв, которые уже были принесены?»

Так до конца и не определившись с ответом на донимающий его вопрос, Сергей повернулся к двери и кивнул, разрешая группе помощников заносить две первые жертвы.

Ослабленные мужчины с несмываемыми печатями прирожденных рецидивистов на лицах были одеты в простые льняные хламиды, а руки надежно сковывали у запястий тонкие, обработанные рунами серебряные наручники-блокираторы, высасывающие у жертвы излишки накопившихся сил.

Посадив мужчин на специальные поддоны, четверо бойцов, ранее также присягнувших роду на верность, отправились в темницы за следующими бедолагами.

Проконтролировав завершение работ, Сергей пересчитал узников.

«Ровно тридцать три. — Дьяченко, закрыв глаза, подумал: — Пусть бы это все побыстрее закончилось».

«Еще несколько ритуалов, и все, — сказал ему внутренний голос. — Будешь отдыхать».

Сергей с непонятной даже для самого себя настойчивостью продолжал именовать жертвоприношения «ритуалами».

Делал он это как при разговоре с подчиненными, так и мысленно. Хотя отчетливо понимал, что подобный самообман — не лучшее занятие для человека, имеющего столь серьезную должность. Он должен адекватно воспринимать окружающую действительность, а не ограждать себя от неприятных и мерзких вещей, иначе очень быстро начнет жить в плену собственных иллюзий.

«Соберись, Сергей! — сказал он себе. — Да, это жертвоприношения, и именно ты разработал план, благодаря которому на твой род никто не выйдет! Твои руки по локоть в крови! И ее будет еще больше, если ты останешься на своем месте! Радуйся тому, что сумел грамотно организовать работу и задействовать в ритуалах не обычных людей, а убийц, насильников и бандитов».

Для того чтобы это реализовать, приходилось прикладывать большое количество сил и, что самое главное, средств.

В ход шло все, от подкупа должностных лиц полицейских ведомств, у которых незнакомцы выкупали своих подельников, до организации многочисленных налетов на некоторые преступные сообщества. Цели выбирались грамотно и равномерно по всей территории империи, чтобы сторонний наблюдатель не смог соединить разрозненные события в звенья одной цепи.

Штурмы притонов тоже приносили значительную кровавую дань, обеспечивая половину необходимых для ритуала пленников. Ведь Сергею никто не говорил, что жертва должна быть энергичной и полной сил.

Правда, в последнее время начала прослеживаться негативная тенденция. Притоны стали переезжать в новые места, а бандиты просто залегли на дно и выжидали. Также зашевелились жандармы и церковники, стали искать неизвестных благодетелей, очищающих улицы от деструктивных элементов, чтобы вежливо у них уточнить, а на кой им все это надо?

Так что приходилось серьезно усиливать меры безопасности и заметать следы.

Жертвоприношение представляло собой очень простой по своей сути, но крайне эффективный по достигаемому результату ритуал. На полу чертилась несложная пентаграмма в виде обычной пятиконечной звезды, вписанной в круг.

В основании одной из вершин звезды располагался алтарь рода, к которому шли все силы умерщвляемых жертв. Четыре оставшиеся вершины завершались небольшими кругами диаметром двадцать сантиметров, которые были исписаны большим количеством неизвестных и совершенно неприглядных рун. Однако после ритуального убийства первой жертвы руны вдруг начинали светиться мерцающим красным светом, а стоящие в их центре свечи загорались бездымным черным пламенем, вызывая у Дьяченко чувство липкого страха.

В центре звезды с закрытыми глазами стоял Егор Темников. Он, как и все участники ритуала, был облачен лишь в простую льняную рубаху. Мужчина держал в руках простой бронзовый нож и некоторое время настраивался на проведение магического действа.

Вот глава рода открыл черные от клубящейся в них тьмы глаза и провел ножом по своей ладони. После чего взял нож в надрезанную руку и кивнул, а Сергей и Петиус подтащили к нему первую жертву.

Четкий, стремительный и уже умелый удар бронзового ножа в сердце оборвал жизнь, после чего тело жертвы вместе с накидкой начало иссыхать и осыпаться пеплом. Мгновение ничего не происходило, и вдруг пепел загорелся и исчез во вспышке черного пламени, дым которого всосался в камень алтаря.

В это время конвоиры поднесли следующую жертву. И так раз за разом, раз за разом, пока одна из жертв не попробовала что-то сказать. Сергей очень не любил такие моменты, ведь после этого оставшиеся в живых понимали, что в пентаграмме висящее на них заклинание тишины спадает, и начинали говорить.

Кто-то молился, кто-то ругался и обещал палачам вечные кары, кто-то плакал и пытался договориться, но ни один из них так и не понял, кто его палачи, кроме одного.

— Добрый вечер, Егор Дмитриевич, — спокойно произнес он, поклонившись.

Это был пожилой смуглый мужчина лет шестидесяти пяти с характерным горбатым носом. Насколько помнил Дьяченко, представитель одного из криминальных синдикатов Каменска, которого взяли во время бандитской стрелки.

Темников на мгновение замешкался, а мужчина продолжил:

— Я знаю, где сейчас находится Иван — ваш младший сын.

Не дойдя до впалой груди нескольких сантиметров, нож остановился.

— Ты не врешь, — произнес несколько удивленный Егор Дмитриевич. — Говори.

— Меня зовут Ибрагим. Несколько месяцев назад, когда по «Новостям» крутили передачи о трагической смерти мальчика, он некоторое время гостил в моем доме, — произнес пожилой мужчина и замолчал.

— Что дальше? — поторопил его Темников.

— А дальше мне хотелось бы договориться, — произнес Ибрагим.

— Живым из этого зала ты не уйдешь, — глядя на мужчину темными от клубящейся в них тьмы глазами, произнес Темников.

— Я знаю это, — с достоинством произнес мужчина. — Это слишком опасно, так как мне известны цель и заказчик похищений, но я хотел бы попросить не за себя.

Егор Дмитриевич кивнул.

— Когда меня сюда вели, я видел, что в одной из ваших темниц находится мой сын, — сказал старик. — Так как ваши люди соблюдают полнейшую секретность, узники не знают, кто их захватил. В связи с этим я хочу, чтобы в обмен на мою информацию вы сохранили ему жизнь.

— Сергей? — Темников бросил взгляд на Дьяченко.

— Никто из узников действительно не подозревает о том, где он находится и кто его похитил, — ответил начальник СБ на невысказанный вопрос и неожиданно для себя добавил: — Я заранее подстраховался на этот счет.

— Хорошо, — выдержав паузу, произнес Темников. — Я сохраню жизнь твоему сыну, если ты расскажешь мне правду.

— Я верю вашему слову, князь, — ответил Ибрагим, склонив голову. — В любом случае у меня нет выбора.

— Ближе к делу. Не тяни время, — резко произнес Петиус, напоминая присутствующим о том, что времени у них не так уж и много.

— Около года назад мне поступил заказ на большое количество зелий, снаряжения, оружия и других запрещенных вещей. За вещами прибыл пожилой мужчина моего возраста. С ним был мальчишка — ваш сын. Насколько я понял, они направлялись в одно из поселений, расположенных возле пустоши.

— Ты говоришь правду, — с удивлением произнес Егор Темников, прислушавшись к чему-то, а затем вогнал нож в сердце старика. — Я сохраню жизнь твоему сыну.

«Надеюсь, он убьет этих ублюдков и отомстит за меня!» — успел подумать Ибрагим, прежде чем его тело превратилось в пыль.

— Продолжаем, у нас мало времени, — велел глава рода, уже не вслушиваясь в слова последующих жертв.

После того как алтарь впитал в себя силу последней жертвы, он начал исторгать густой и плотный дым, который заполнил всю комнату, а затем сплошным коконом окутал тело главы рода.

— Дьяченко, — раздался голос Егора Дмитриевича, когда мужчины направились к выходу из зала, — ты знаешь, что делать.

«Вот же! — чертыхнулся Сергей. — Привалила работка, когда не ждал».

— Ты действительно знаешь, что делать? — спросил Петиус, после того как они вышли из помещения.

— Да, профессор, — кивнул Дьяченко сильнейшему после князя магу. — Отправлю людей в дом Ибрагима, пусть поищут чего-нибудь. Сомнительно, конечно, что удастся выйти на след Ивана, но надо попробовать.

— Советую расспросить мальчишку в темнице, — сказал Петиус. — Он может что-то знать.

— Так и сделаю, — произнес Сергей, мысленно скривившись.

«Будет яйцо учить курицу, как дела делать. Пусть бы занимался магической поддержкой рода, а не лез в чужие дела».

— Ты знал, что Иван жив? — внезапно спросил профессор.

Сергей задумался. Он затруднялся с ответом.

Он действительно считал, что мальчишка жив, но князь настаивал на том, что лично видел труп Ивана. Суть интриги Сергей понять не мог, но вот то, что глава дал карт-бланш на поиск сына и был действительно удивлен этой информацией, понял однозначно.

«Ничего не понять».

— Я считал, что его похитили, но показания свидетелей говорили о том, что за несколько часов до нападения он погиб.

— Интересно, — произнес профессор, глядя в спину уходящего начальника СБ. — Очень интересно…


Молодой мужчина расслабленно стоял посреди довольно большого поля со следами недавнего сражения. То тут, то там встречались немаленькие куски выжженной травы, а в некоторых местах сохранились следы внушительных взрывов.

В двадцати метрах позади него выстроился отряд из трех десятков человек в камуфлированной форме, несущей на себе явные признаки недавних сражений.

— Мне кажется или он сошел с ума?! — произнес один из мужчин, заматывая кровоточащую рану на руке, и тут же получил неслабый подзатыльник, из-за которого упал.

Вскочив на ноги, он был готов броситься на обидчика, но, увидев злые взгляды не только воинов князя, но и своих товарищей, «сдулся».

— Еще одно нелестное слово в сторону командира, и тебе конец, — проинформировал его один из бойцов.

— Так, а что? — воскликнул воин, непонимающе оглядывая всех, и выпалил: — Мне просто непонятно, почему мы полдня бегали по пустошам и привлекали к себе внимание демонов, а сейчас стали в чистом поле и чего-то ждем. Ведь скоро сюда придет целая орда тварей. Что мы тогда будем делать?!

— Это не твоего ума дело, — произнес тот же боец. — Тебе заплатили деньги? Будь добр выполнять условия контракта.

— Ладно, — произнес воин, махнув рукой. — Прошу простить за резкое высказывание в адрес вашего командира. Я ни в коем случае не хотел его оскорбить, но нам все же лучше знать, для чего мы здесь, чтобы адекватно реагировать на происходящее.

— Наша цель прикрыть Георгия Егоровича, если вдруг ему не удастся сдюжить с этим отрядом.

— Прикрыть? — неверяще спросил один из охотников. — Ты уверен? Он что, собрался драться с идущими сюда демонами в одиночку?

— Увидишь, — хохотнул один из бойцов Темникова, насмешливо глядя на замерших охотников.

«Эти салаги сейчас узнают настоящую силу господина», — с гордостью подумал он.

Из леса выбежал разведчик и понесся к одинокой фигуре наследника.

— Приближаются, через минуту будут здесь, — доложил охотник и добавил: — Тварей очень много, предлагаю покинуть пустошь и укрыться за стенами поста.

— Иди к своим, — велел Георгий и предвкушающе сощурился.

Последние несколько месяцев он ощущал непередаваемый прилив сил и желал испытать свои возможности в сражении с большим отрядом демонов. К тому же за время, проведенное в Моршанске, удалось освежить и закрепить большое количество убойных массовых заклинаний.

Вот из леса показались оскаленные морды несущихся к нему демонов, и Георгий, собрав силы и выставив жезл перед собой, ударил молниями.

— Охренеть! — воскликнули ошарашенные свободные охотники, нанятые Георгием для привлечения внимания тварей и стоящие сейчас позади него, но наследник конечно же этого не слышал.

На этот раз отработанное не единожды заклинание «молнии» получилось особенно мощным. Сотни разрядов испепелили ближайших тварей и по цепочке перешли на других демонов, убивая более слабых и калеча сильных.

Повторив удар молниями, который на этот раз получился более слабым, Георгий использовал длинный огненный хлыст, вылетевший из навершия жезла и разрубивший пятерку неожиданно быстрых демонов, значительно опередивших своих собратьев. Одному из них, мелкому, но какому-то необычному пилки, удалось ускользнуть от смертельного удара и прыгнуть в сторону мага, пытаясь источающими тьму когтями вырвать из него кусок мяса.

Остановив опасный удар «щитом» буквально в полуметре от себя, маг удивился ставшим настолько шустрыми тварям и, сделав усиленный заклинаниями на подошве прыжок, взвился в воздух.

Резкое движение жезла перед собой, и десятки огненных шаров, срываясь с навершия, начали перемалывать мчащихся вперед демонов, как артиллерия.

Облако густой тьмы, появившееся за спиной мага, в первые секунды боя трансформировалось в огромные крылья, позволяющие Георгию плавно планировать в воздухе и добивать большое количество оставшихся в живых демонов.

«А их действительно много!» — удовлетворенно подумал он, глядя на заваленное телами поле.

Выставленная заранее защита остановила несколько заклинаний и блокировала метательное оружие, однако оставшиеся в живых крылатые демоны перенесли удар на правое крыло, не давая ему выполнять свои функции.

Начавший терять высоту Георгий сложил крылья, превратив их в цельный щит, и камнем упал вниз, чтобы при приземлении испепелить ближайших врагов мощным огненным фильтром, сформированным вокруг его тела…


— Надо было запрашивать миллион талеров, — произнес замаскировавшийся в кроне раскидистого дерева человек безэмоциональным женским голосом. — Он очень силен.

— Точно. Силен и очень опасен, — задумчиво протянул второй женский голос. — Эту мощь стоило увидеть собственными глазами. Теперь мне понятно, почему представители «золотых» родов считаются элитой империи. Если такое творит наследник, то что же может сделать его отец?

— Это не важно, — ответил первый женский голос и добавил: — Так или иначе, мы все равно его устраним.

— А эта его темная аура? — спросил второй женский голос. — Я еще никогда не видела ничего подобного.

— Попробую ее пробить.

— Пробить?! — тихо воскликнула вторая. — Чем, интересно?

— Думаю, несколько килограмм пластида и парочка артиллерийских снарядов Ay-101Е помогут мне в этом.

— Ay-101Е?! — воскликнул второй голос удивленно. — Я не спрашиваю о том, кого ты посадишь за эту машинку, мне интересно, как ты намерена пронести такую «дуру» в напичканный патрулями город?

— А вот это нам и предстоит выяснить, — ответила Красная Фурия, посмотрев на спутницу, и, кинув последний взгляд на добивающего демонов Темникова, произнесла: — Уходим, я увидела достаточно.


«Удар, уклон, удар и еще удар», — мысленно проговаривал я про себя, проводя контратаку против неизвестного мне боевира. Воин довольно успешно оборонялся и не давал мне возможности реализовать преимущество в скорости.

Правда, его серьезное отношение ко мне как к бойцу проявилось лишь после минуты боя и нескольких пропущенных ударов.

Я уже почти привык к снисходительным улыбкам, но иногда все же срывался и пытался как можно больнее проучить наглеца. За что мне не раз прилетало от учителя, настаивающего, что, если противник открылся, необходимо постараться его тут же вырубить.

«Фиг тебе!» — уходя от очередной попытки повалить меня на пол, подумал я и, развернувшись, пробил мощную «двоечку» по не защищенным ребрам не ожидавшего такой прыти соперника.

Боевир рванул вперед, пытаясь уйти от моей атаки, но, получив удар по опорной ноге, грохнулся на пол.

К сожалению, попытка добить его особого успеха не принесла. Мне пришлось уклониться от неизвестной техники, а потом принять на скрещенные руки сильнейший удар, пробивший мой «щит воли».

«За бортом плюс двадцать два, полет нормальный», — подумал я в паре метров над землей, после чего совершил сложные махи в воздухе и, приземлившись на ноги, встретил подловившего меня в момент падения воина мощнейшим «тараном силы».

Скорость летящего в мою сторону боевира была настолько высока, что моя техника, напитанная большим количеством энергии, всего лишь остановила его.

Судя по растерянному лицу, он и сам не ожидал такого эффекта.

«Таким ударом можно легко проломить несколько бетонных стен!» — расстроенно подумал я, осознав отсутствие значимого результата при использовании большого количества сил, и приготовился добивать противника повторным ударом, но бой остановили.

— Стоп! Время! — услышал я команду Миробоя и, погасив технику «вихря», поклонился поднявшемуся противнику.

К моему удивлению, он сделал то же самое.

«Прогресс, — довольно подумал я. — А ведь многие боевиры, встречавшиеся со мной впервые, не принимали сопляка за равного и даже не думали проявить минимальное уважение, хотя потом я все же заставлял их менять свое мнение».

— Хороший боец, — произнес мужчина мощным басом, протягивая руку для знакомства, и добавил: — Это где таких бойцов растят?

— Секретная имперская разработка, — усмехнулся один из знакомых воинов.

— То-то я думаю, что-то он слишком шустрый! — хохотнул здоровяк.

— Хорош лясы точить, — влез сидящий за столом Миробой. — У нас есть еще несколько бойцов, нуждающихся в практике.

— О-о-о! С удовольствием понаблюдаю, — произнес басовитый мужчина.

Я тяжело вдохнул и занял свое место, а на ринг вышел следующий боец, по виду которого я понял одно: этот недооценивать не будет…

«Да, без помощи Миробоя я бы точно не имел столько практики с такими разными бойцами», — подумалось мне.

— То, что ты в своем возрасте настолько силен, для многих как настоящий ушат холодной воды, после которого они начинают пропадать в зале и на тренировках, — пояснил как-то Миробой. — Поэтому командиры частей, видя несомненную пользу от таких спаррингов, совершенно спокойно отдают мне своих людей.

— Бой! — услышал, выныривая из собственных воспоминаний, и с трудом увернулся от летящего в мою сторону «тарана».

— Не спать! — рявкнул полковник, и я отбил очередной удар.

«Это будет очень тяжелый день!» — подумал и, откинув в сторону лишние мысли, рванул в бой.

Вечером, отпаивая себя лечебными зельями, я размышлял над тем, каких успехов мне удалось достичь при подготовке к рангу «боевир», и с большим удовольствием констатировал, что еще несколько месяцев усиленных тренировок, и я наконец наработаю необходимые для победы навыки.

«Осталось только привыкнуть к постоянным ударам по голове, что в последнее время почему-то начало меня очень сильно бесить».


Последний месяц осени выдался довольно напряженным. Наступающие холода подталкивали Георгия активно посещать пустошь, если он все же хотел наработать опыт реального использования боевых заклинаний. Наследника уже успели предупредить о том, что с наступлением зимы нахождение на территории демонов — крайне сомнительное мероприятие. Молодой человек, несомненно, собирался проверить это утверждение на практике, но все же решил подстраховаться и наработать опыт одиночных боев с сильными противниками на более глубоких уровнях пустоши.

С этой целью он уже вторую неделю подряд забирался на пятые-седьмые уровни, оставляя рядом с собой небольшой отряд из двух воинов и одного мага, а также неизменного проводника, который, несмотря на опасность и изрядную усталость, ежедневно сопровождал удачливого наследника в его походах. Остальные члены группы менялись ежедневно.

Этот дополнительный людской ресурс был необходим, чтобы в крайнем случае вынести наследника с поля боя. Поэтому Георгий считал, что на такую ответственную операцию люди должны выходить отдохнувшими и полными сил, для чего и сформировал три (по количеству магов) отряда, которые поочередно меняли друг друга.

Конечно, Георгий мог бы добавить в отряды еще большее количество воинов, но в таком случае это гарантировало бы привлечение внимания значительного количества демонов, чего хотелось избежать.

От практики собирания большого отряда воинов наследник отказался после того, как его воины наконец втянулись в ежедневные сражения и получили большой опыт смертельно опасных боев. Они стали более выдержанными, уверенными, опасными и преданными.

Только сейчас наследник начал по-настоящему осознавать слова учителей, говоривших, что только прошедшие с тобой плечом к плечу в горниле битв станут действительно верными. С течением времени и сам Георгий проникся симпатией к своим людям. Нельзя оставаться равнодушным к тому, чью жизнь спасаешь не один раз.

Да что греха таить, первые походы в пустошь были импровизацией, молодой человек и сам не понимал, как все правильно организовать, хорошо хоть позже догадался взять проводника, который и познакомил его на практике с многими тайнами инфернальной территории.

Первое время наследник просто учился и пытался перебороть страх перед монстрами. Кто бы что ни говорил, но демоны действительно чужды этому миру, и встреча с ними лицом к лицу очень неприятна.

Свои неприятные ощущения наследник пытался избыть в сражениях, ведь сложно бояться того, кого не единожды победил. Еще молодой человек постоянно отрабатывал различные боевые заклинания и связки, постепенно открывая в них что-то новое. Постепенно даже простейшие чары в руках наследника становились опасными.

Постоянное увеличение численности отряда на начальном этапе и многочасовые путешествия по пустошам привели к тому, что вскоре против них стали собираться довольно крупные отряды демонов, уничтожением которых и занимался Георгий.

Вскоре, когда наследник выработал свой личный стиль боя, он осознал, что для него количество слабых демонов не имеет принципиального значения и в случае необходимости он может убивать их десятками.

Ответ на мучивший его вопрос о дальнейшем росте способностей подсказал уже знакомый проводник. Он поведал о наличии сильных демонов на более глубоких уровнях. Наследник здраво рассудил, что ему интереснее наработать опыт магических схваток с одним сильным противником, и согласился на предложение.

Проводник потирал руки и даже не скрывал радости.

За последние несколько месяцев свободный охотник стал довольно состоятельным человеком. Он не только сам совершенно спокойно добывал ингредиенты из большого количества убитых Георгием и его людьми демонов, но и сформировал несколько небольших отрядов, которые оперативно забирали необходимое, после чего скрывались до прихода следующей группы тварей. Но больше всего прибыли охотники получали после «развлечений князя». Так местные назвали уничтожение Георгием Темниковым огромных отрядов инфернальных тварей. Не стоит говорить, каким авторитетом стал пользоваться наследник…

Первые походы на дальние уровни пустоши здорово опустили самооценку Георгия, заставив не слишком задирать голову, вспоминая относительно легкие победы у таможенного поста.

Здешние демоны оказались более сильными, умелыми и коварными, обладали неизвестной магией и способностями. Вспомнить хотя бы мелкого пилки, который появился словно из ниоткуда и чуть не вспорол горло, благо защитная аура родовой магии не подвела. В тот раз Георгий впервые понял, что такое предчувствие опасности — ощущение, которое в дальнейшем не раз помогало ему чувствовать приближение неприятностей.

Потратив на изучение пятого-шестого уровней пару дней, Георгий уничтожил несколько десятков сильных тварей и, перейдя на седьмой уровень, впервые столкнулся с крестовиком, а точнее, с крестовиками.

До этого времени молодой человек считал, что уже видел достаточно и лично его мало чем можно удивить, но гигантский паук, с невероятной скоростью передвигающийся по кронам деревьев, поражал до самых печенок.

— Всем внимание! Будьте начеку! Это матка! — крикнул проводник.

«Какая еще матка? — удивился Георгий. — Крестовик же!»

— Где-то здесь прячутся его миньоны! — пояснил охотник, и в этот момент Темников увидел, что приближается еще пара пауков.

Бой выдался действительно сложным, а пауки оказались довольно верткими созданиями. Георгию повезло: в его запасе имелись «площадные заклинания», иначе свой отряд он точно потерял бы.

Седьмой уровень оказался еще более непредсказуемым, ведь там попадались не только мощные демоны-одиночки, но и отряды из трех-пяти работающих сообща демонов разных видов.

Тут-то молодой наследник и начал использовать все свои силы. В первое время Георгия спасали мощная защитная аура, создаваемая магией рода, и уверенные действия группы поддержки, прикрывающей тыл. Несколько позже он, пусть и с трудом, справлялся сам.

Сегодняшнее посещение пустоши шло по уже привычному сценарию. Быстрый рывок отряда до седьмого уровня со стремительным уничтожением всех встречающихся противников — и вот они на месте.

О ловушке заранее предупредила интуиция, но Георгий не успел ничего предпринять. Ведь атака шла не на него и даже не на группу сопровождения, двигавшуюся в нескольких метрах сзади. Удар магии пришелся как раз между ними и образовал непреодолимый барьер.

Из леса выползли трое демонов-магов. Один из них держал перед собой совь — оружие в виде длинного древка с насаженным на него вертикально клинком косы. А двое других несли длинные резные посохи.

— Так-с, так-с-с-с, — произнес один из демонов, и в душе Георгия все перевернулось. То, что наг разговаривает, было для него большим сюрпризом, ведь это грозило серьезными неприятностями. — Нарушитель-с с-с-покойс-с-твия-с, который-с уничтожает-с наши-с отряды-с-с. Не-с хочешь-с с-с-даться?

Георгия спасла интуиция и конечно же родовая магия, которая в последний момент заблокировала атаку воина с совью.

Полузмеи оказались очень опасными противниками. Пока один из магов держал барьер, второй в это время сформировал за спиной широкий капюшон и пытался загипнотизировать Георгия, отвлекая его своими словами от третьего нага с оружием.

План отчасти удался, Темников даже получил небольшую царапину, но его ответный удар отбросил воина далеко назад.

Опомнились и маги-демоны. Их простые, но мощные заклинания били по защите и пытались поразить человека. Следом появился и наг-воин, очухавшийся после ответного удара Георгия, и вновь рванул в бой.

Справившись с сильнейшим натиском в первые секунды сражения, Темников пришел в себя и привычно ударил «молниями» в досаждавшего ему змеевидного воина.

«Опасность!» — Георгий оттолкнулся от земли и взмыл вверх, уходя от земляного кола, чуть не вошедшего в причинное место.

Расправленные крылья замедлили падение, и молодой человек разглядел, что его отряд сражается с двумя воинами-нагами. Не успел Темников обрадоваться короткой передышке, как волна силы впечатала его сначала в дерево, а затем в землю.

Темная аура защитила от серьезных травм, но стала менее густой.

«Сдавайся, глупец, — услышал Георгий чей-то тихий мерзкий голос в своей голове. — Ты проиграешь!»

— В голову ко мне лезть будешь?! — яростно рявкнул Темников, и уже праздновавшие победу наги тут же были насажены на выстрелившие из тела наследника «копья тьмы».

«Победа!» — облегченно подумал молодой человек, опускаясь на колени, и с удивлением почувствовал, что плечо обожгло болью.

Подбежавший маг тут же вырвал непонятно как оказавшуюся в ране совь и принялся обрабатывать руку лечебной мазью.

«И когда только успели?! — недоуменно думал Георгий, покрываясь холодным потом и ощущая, как глаза начинают закрываться сами по себе. — Наверное, в тот момент, когда я убрал защиту и использовал „копья“».

— Уходим, — дал команду наследник и окончательно отрубился.

Очнулся он только тогда, когда отряд подходил к таможенному посту.

— Где еще один? — спросил хриплым голосом, оглядывая несущих его людей.

— Прикрывают наш отход, — ответил маг, идущий рядом с самодельными носилками, на которых несли Темникова. — Георгий Егорович, как вы себя чувствуете?

— Нормально, — ответил молодой человек и добавил: — Помогите мне встать и дайте воды, во рту мерзко.

— Скорее всего, это действие специального настоя, уничтожающего яд в вашей крови.

— У этих ублюдков оружие было смазано ядом? — спросил Георгий, принимая вертикальное положение. — Мерзкие наги. Почему-то я совсем не удивлен. Где мы?

— Возле поста, — доложил проводник. — Осталось идти пару минут.

— Выжил? — Темников сфокусировал на нем взгляд. — Это хорошо. Двинулись.

Георгий чувствовал себя не очень хорошо. Голова кружилась, в глазах было темно, по телу разлилась неприятная слабость, а раны от оружия демонов постоянно подергивались, но он, не замечая этого, уверенно шел вперед.

Ему не хотелось показывать свою слабость перед посторонними. Теми, которые сейчас находились на таможенном посту.

Беспрепятственно миновав пост, они оказались на стоянке и направились к своим авто.

— Стоп! — скомандовал Георгий и пошатнулся.

«Почему меня не отпускает чувство тревоги?»


— Красная, это Черныш, — раздался приятный женский голос в наушнике гарнитуры. — Объект на месте, он ранен. Наши действия?

— Начинаем операцию, — произнес безэмоциональный голос, и девушка, выпив одним глотком остатки вкуснейшего какао, направилась к окну.

ГЛАВА 14

— Что-то не так, — произнес Георгий, останавливаясь и осматривая стоянку.

Его самочувствие ухудшалось с каждым мгновением, но наследник упорно продолжал изучать пространство перед собой, пытаясь отыскать вероятную угрозу.

Взгляд зацепился за высокий борт дорожного самосвала, одиноко стоящего в дальнем углу парковки, да так и замер.

— А что здесь делает самосвал?! — ощущая все большую тревогу, недоуменно спросил Георгий. — Вряд ли его водитель пошел в пустошь охотиться на демонов.

— Самосвал? — настороженно произнес стоящий рядом с Георгием боец, внимательно рассматривая двадцатипятитонного монстра. — Настолько я помню, он тут уже дней пять стоит.

— Да? — переспросил наследник и покачнулся. — Это как-то странно.

Его состояние явно оставляло желать лучшего.

Георгию хотелось побыстрее добраться до заднего сиденья автомобиля и отключиться, однако чувство опасности не давала этого сделать.

«Что это? Действительно угроза для жизни или последствия действия не до конца выведенного яда? — думал Темников. — Как бы там ни было, лучше прислушаюсь к своим чувствам и не буду лишний раз рисковать жизнью».

В глазах резко потемнело, ноги перестали держать, и идущий рядом боец подхватил оседающее на асфальт тело.

— Быстро в машину! — скомандовал маг. — Его нужно срочно доставить к целителю!

— А самосвал? — заикнулся проводник, про которого уже, кажется, все забыли. — Георгий Егорович сказал, что оттуда исходит опасность, а его предчувствию я как-то привык доверять.

— Он далеко! Какая там может быть опасность? Это действие не до конца выведенного яда! Нам срочно нужно попасть к целителю! — огрызнулся маг и добавил: — И вообще! Кто ты такой, чтобы мне указывать?!

— Никто, — пожав плечами, спокойно ответил свободный охотник и, развернувшись, направился к таможенному посту. — Я забыл, моя работа завершилась после того, как мы пересекли границу с пустошью. Всего доброго.

— Вот же урод! — прошипел маг ему в спину и, отвечая на беззвучный вопрос бойца, произнес: — Я этот самосвал сразу попробовал проверить, но за толстым слоем металла с такого дальнего расстояния ничего не видно.

— Ну выставь хотя бы какой-нибудь «щит», и пойдем, а то Георгию Егоровичу совсем худо.

— Поспешим, — произнес маг, на ходу накладывая заклинание «щита».

Они не дошли до «Горца» буквально несколько метров.

— Нельзя к машине, — вдруг произнес очнувшийся наследник, открыл глаза и, достав из бокового кармана небольшой шприц, вколол его содержимое себе в бедро.

— Это же боевой коктейль! — воскликнул маг и схватился за голову. — Через пару минут вы будете совсем без сил!

— Быстро назад! — не слушая его, рявкнул наследник и, развернувшись, побежал.

Привыкшие к внезапным указаниям во время походов воин и маг недолго думая устремились за ним, не особо рассуждая, есть ли необходимость выполнять команду, а больше полагаясь на выработавшийся рефлекс беспрекословно исполнять приказы командира.

Однако, несмотря на это, далеко убежать они не смогли.

Еще недавно спокойно стоявший на зарезервированном за Темниковым месте внедорожник взлетел в воздух в результате сильнейшего взрыва, ударная волна от которого сбила бегущих людей с ног и выбила окна в находящихся недалеко от поста зданиях.

Когда наследник, успевший выставить перед собой руки и безболезненно приземлиться, обернулся, он увидел, как бывшая его автомобилем горящая масса падает на асфальт, а борт стоящего в отдалении самосвала опускается вниз, как в его сторону поворачивается десятиствольная ракетная артиллерийская установка и открывает огонь.


Буквально за несколько секунд довольно большая парковка с несколькими десятками автомобилей превратилась в настоящий филиал ада.

Горело все — оказавшиеся на стоянке люди, машины, высокие деревья, растущие по краям площадки. Досталось даже таможенному посту, принявшему на себя удар нескольких боеприпасов.

— В яблочко! — раздался довольный голос в наушниках Красной Фурии. — Как думаешь, ему хана?

— Если бы он сел в машину, то вероятность устранения была бы намного выше, — ответила убийца, глядя в бинокль. — Так что с высокой долей вероятности скажу: он еще жив. К тому же разброс снарядов почему-то был очень велик.

Не слушая возмущения напарницы, которая отвечала за настройку РСЗО, Красная Фурия надела капюшон, закрывающий волосы и шею, а затем и глиняную маску с черными стеклами, напичканную всевозможными заклинаниями, скрывающими личность владельца.

Завершив процесс подготовки, Красная обнаружила, что огонь от взрывов немного рассеялся, а на высоте нескольких метров над землей парит небольшая фигура, поддерживаемая с двух сторон темными полупрозрачными крыльями.

— Огонь! — скомандовала Красная, и объект начали расстреливать из четырех снайперских винтовок класса «Монстр».

— Три попадания, аура тускнеет! — раздался голос в наушниках и тут же добавил: — Всем! Цельтесь в корпус, он выставил «щит», который уводит пули чуть в сторону.

Положив бинокль на стол, Красная Фурия открыла окно и, взяв в руку исписанную рунами саблю-артефакт, замерла.

— Синяя стреляет, остальным — отставить! — скомандовала девушка и, дождавшись, когда объект отвернется в сторону, чтобы контратаковать, сделала «шаг».

«Шаг» — это сложная воинская техника, позволившая убийце словно бы раствориться в воздухе и перенестись вперед на несколько метров. Используя «шаги», она быстро приблизилась к объекту и нанесла удар.

Маг, неизвестно как почувствовавший опасность, успел обернуться и выставить «щит». Запретный артефакт, легко пройдя через этот наспех поставленный барьер, наткнувшись на темную ауру потомственного боярича, отскочил в сторону, оставив на теле объекта лишь небольшой порез.

Ответный удар Георгия ушел в пустоту — умело пользующаяся техникой Красная зашла с тыла и повторила не увенчавшийся успехом маневр.

Делая быстрые «шаги» и постоянно атакуя, Красная ловко уходила от различных заклинаний и волн тьмы, стремящихся поразить ее.

Используемые объектом «площадные заклинания» соскакивали от подготовившейся к вероятности их применения убийцы, а сам боярич постепенно начинал сдавать.

Раны, полученные в пустоши, и проникший в кровь яд нага очень сильно его ослабили, а вколотый не так давно боевой коктейль забирал у измученного организма последние резервы.

Наконец Красная решила, что пора, и нанесла завершающий удар, усиленный «шики-чо».

Однако уничтожить объект ей все же не удалось. В дело вмешалась третья сила.

Снаряженная в максимально закрытое обмундирование Красная добросовестно подошла к тому, чтобы скрыть свою личность.

Ей совершенно не хотелось, чтобы кто-то связал потенциального убийцу наследника княжеского рода с ней — Красной Фурией, да и вообще с любой другой представительницей слабого пола. Ведь это очень весомая улика!

Для этого девушка даже обмотала свою внушительную грудь широкой лентой и надела под куртку специально сделанную силиконовую сбрую, придающую ее фигуре мужские очертания.

И все же убийца точно не ожидала увидеть перед собой очень странного и почти так же хорошо замаскированного защитника, который играючи отвел смертельный удар в сторону.

Мужчина, казалось, совершенно случайно появился в воздухе посреди горящей парковки. Он был одет в простые светлые льняные штаны и такую же рубаху, вышитую васильками, темно-коричневую жилетку и стоптанные сапоги. Его внешний вид больше подходил обычному сельскому жителю, а не бойцу экстра-класса, который голыми руками способен отвести удар, нанесенный запретным артефактом.

На голове у нового действующего лица была темно-зеленая балаклава, явно позаимствованная у кого-то из охранников расположенного рядом поста.

Кожа вокруг глаз мужчины была испещрена большим количеством глубоких морщин, что явно указывало на его почтенный возраст, а незамаскированные руки, покрытые большим количеством специфических мозолей, лишь подтверждали первоначальный вывод.

Но, несмотря на это, неизвестный оказался довольно сильным противником. Используя какие-то странные, словно неловкие, движения, он легко уходил от атак Красной, делая такие же быстрые и уверенные «шаги».

В это время расстреливаемый из снайперских винтовок объект сумел добраться до таможенного поста и каким-то образом скрылся за его стенами.

— Минута тридцать! — раздался в наушниках голос, оповещающий, что пора уносить ноги, и в этот момент сдерживающий Красную неизвестный буквально испарился в воздухе.

— Уходим, — произнесла Красная Фурия в гарнитуру и повторила тактический ход мужчины.

Пока группа зачистки заметает следы, необходимо добраться до первой точки.


— Спасибо, учитель, вы в очередной раз меня выручили. Все подчищу. Всего доброго, — произнес Артем Романович Огнеяр, комендант Моршанска, и положил трубку рабочего телефона.

«Вот же! Только что чуть не заимел очередной грандиозный скандал, — мысленно сплюнул комендант. — Хорошо, что там непонятно что делал учитель».

— Артем Романович, вам звонок от Епифанова, — доложила секретарь по селектору. — Соединить?

— Да, — нажав на кнопку вызова, ответил Огнеяр и, дождавшись, когда телефон в очередной раз зазвонит, поднял трубку.

Выслушав доклады о происшествии вблизи таможенного поста и состоянии Георгия Темникова, он произнес:

— Наследника обеспечьте самой наилучшей защитой, все парковки постов и близлежащие районы перекрыть и проверить. Поднять записи всех имеющихся в доступности камер видеонаблюдения. — Комендант на мгновение замолчал. — А вообще, чего я тебя учу? Ведь сам все лучше меня знаешь. Единственное, о чем попрошу, так это изъять записи, на которых присутствует неизвестный защитник Темникова. Информации о нем не должно быть ни у кого. Это ясно?!

Получив заверения, что все понятно, а работа уже кипит, Огнеяр положил трубку и в очередной раз нажал кнопку вызова.

— Марина, если кто-нибудь будет докладывать о покушении, говори, что я уже в курсе. Не хочу сто раз слышать одно и то же. — Выдержав небольшую паузу, мужчина продолжил: — И еще найди мне номер князя Темникова.

Дождавшись ответа, мужчина нажал кнопку вызова, после чего неприязненно посмотрел на уже порядком надоевшую телефонную трубку и, взяв ее, произнес:

— А я пока расскажу о произошедшем императору.


Новость о покушении на члена княжеского рода разлетелась со скоростью бушующего лесного пожара. По тревоге были подняты все силы Моршанского гарнизона. На базе Комитета внутренней безопасности, департаментов полиции и жандармерии был создан оперативный штаб, который определял перечень первоочередных мероприятий, нацеленных на поиск и выявление опасных преступников.

Расследование велось в строгой секретности, но по сообщениям в инфосети стало понятно, что никаких значимых улик правоохранителям обнаружить не удалось.

Я сидел на кухне, уставившись в экран телефона, листал колонку «Моршанского вестника» и временами улыбался.

— Чего это ты лыбишься? — зайдя в комнату, спросил наставник и принялся заваривать себе чай.

— А что, уже и это нельзя? — огрызнулся я, но, взяв себя в руки, все же ответил: — Про покушение на Георгия читаю.

— А разве это смешно? Он вообще-то твой брат, — произнес Феофан, вопросительно приподняв бровь.

— А Егор Темников мой отец, и что? Это совсем не помешало ему меня убить, — ответил я. — Но улыбаюсь я, конечно, не из-за того, что мне нравятся покушения на родственников. Меня радует, что после этого события Георгий наконец покинет город и поищет более безопасное место и я наконец смогу, как и ранее, свободно перемещаться.

— А я бы не стал преждевременно радоваться, — предупредил меня наставник. — Во-первых, чем больше чего-то ожидаешь, тем больше разочарование, когда запланированное событие не происходит. А во-вторых, я очень сильно сомневаюсь, что у Георгия в ближайшее время появится желание вернуться домой или переехать в какое-нибудь другое место.

— Это еще почему? — неприятно удивился я. — Разве покушение — это не повод для того, чтобы задуматься о повышении уровня собственной безопасности?

— Повод, но сейчас Моршанск для него самое безопасное место, — произнес Феофан.

— А родовое поместье?

— А родовое поместье для него пока недоступно. Как мне недавно удалось выяснить, у него с вашим отцом очень серьезный конфликт, поэтому в ближайшее время домой он не вернется.

— Демонов зад! — выругался я.

— А что касается личной безопасности вне родовых территорий, — не обращая внимания на мою ругань, продолжил наставник, — так в Моршанске ему сейчас лучше всего. Силовики местного коменданта, чувствуя вину из-за того, что допустили возможность покушения на столь родовитое лицо, роют носом землю в поисках малейших улик и явно вынуждают убийц, если они не совсем глупы, залечь на дно. Твоему брату предоставили помощь — лучшего целителя города, приставили скрытую охрану, готовую в случае чего прийти на помощь. Сдастся мне, что под контроль взяты все места, в которых Георгий постоянно бывал. Так что, повторюсь, в Моршанске в данный момент твоему брату безопаснее всего.

— Если он считает так же, как ты, это очень плохо, — только и смог вымолвить я.

Настроение стремительно испортилось. В последнее время оно все чаще бывало скверным. Видимо, жизнь по правилам и пребывание в нескольких ограниченных локациях все больше начинали меня бесить. В такие моменты в груди словно загорался небольшой огонек едкой злости.

— Не расстраивайся, — положив руку мне на плечо, подбодрил Феофан и тихо засмеялся. — Даже если случится так, что ты продолжишь свое затворничество, я найду тебе нескучные занятия.

Окинув наставника долгим взглядом, я встал с места и молча направился в свою комнату.

«Черт возьми! Как же меня все это достало!»


— Ну, давай начнем с Ивана, — произнес Егор Дмитриевич, удобно устраиваясь в своем кресле.

В последнее время создавалось впечатление, что глава рода Темниковых слегка помолодел.

Исчезли небольшие мешки под глазами, разгладились немногочисленные морщины, ушел лишний вес, кожа приобрела здоровый оттенок.

Сергею казалось, что перед ним сидит его сверстник.

По докладам агентов, обитатели поместья считали, что это связано с отказом главы рода от употребления большого количества алкоголя, и лишь часть сотрудников службы безопасности знала истинную причину происходящих изменении.

— Начнем с Ивана, — повторно произнес Егор Дмитриевич и Дьяченко, вынырнув из своих дум, произнес:

— Прошу прощения, собирался с мыслями.

Выдержав небольшую паузу, Сергей начал доклад:

— К сожалению, никаких положительных сдвигов в поиске вашего младшего сына пока не наблюдается. Две тройки продолжают курсировать по пустошам, пытаясь обнаружить кого-нибудь похожего, но пока в этом не преуспели. А та команда, что работала в доме Ибрагима, также ничего ценного в найденных базах не обнаружила. Сейчас они ищут партнеров бандита. Кто-то делал ему вполне легальные документы, я не исключаю, что паспорт делался и для Ивана.

— Очень плохо, — произнес Темников. — Я недоволен темпами работы.

— Егор Дмитриевич, в настоящее время деятельность моей службы нацелена в первую очередь на первоочередную задачу — поиск и доставку пленников. Как только мы завершим это, я наконец смогу полноценно заняться поиском Ивана.

Темников некоторое время помолчал, потом кивнул:

— Хорошо, ты прав, сначала нужно завершить текущее дело, оно и так не очень простое, а затем переходить к следующему. Иван ждал полтора года, подождет и еще немного. — Егор Дмитриевич немного помолчал и добавил: — А что удалось узнать по поводу покушения на Георгия? Выяснили, кому это было нужно?

— Пока никаких зацепок, — отрицательно покачал головой Сергей. — Убийцы сработали очень чисто, после чего взрывами убрали все следы. Оперативной группе ДИБа тоже не удалось ничего выяснить, а они начали работать чуть ли не через час после совершения покушения. Поэтому и у меня нет информации.

— Странные убийцы пошли! — преувеличенно удивленно протянул Егор Дмитриевич. — Не оставляют никаких улик, идеально зачищают следы. Их вообще никто не видел и не слышал… Что по второму вопросу?

— Согласно анализу имеющейся информации, я считаю, что наиболее вероятным заказчиком убийства Георгия является Галина Романовна — ваша супруга, — ответил Дьяченко.

Глава рода хмыкнул в усы:

— Поясни.

— В настоящее время она больше всех заинтересована в устранении Георгия, ведь наследник представляет огромную опасность и для ее положения в обществе, и для существования в целом. Если говорить откровенно, то наиболее вероятным заказчиком я изначально посчитал вас. Но после совместной работы пришел к выводу, что к данному инциденту вы не имеете никакого отношения. — Сергей сделал паузу и тут же продолжил: — Я проверил еще несколько возможных заказчиков, но эти ниточки никуда не привели.

— Галина, значит? — через некоторое время переспросил Егор Дмитриевич и принялся размышлять вслух: — А что? Вполне вероятно. Девочка не любит полагаться на один вариант развития событий, предпочитает иметь несколько запасных. Да и в случае победы Георгия она действительно проигрывает больше всех. — Мужчина помолчал около минуты, а затем продолжил: — Но это понятно лишь нам с тобой, так как мы имеем больше информации о происходящем. А вот посторонние не знают о том, что происходит в роду, и ждут, что мы начнем рыть землю, ища убийц и причастных, жестко ответим на удар желающим попробовать Темниковых на прочность.

— Мои люди в окружении Георгия сотрудничают с силовиками. Как только им станет что-то известно, я тут же доведу информацию до вас.

— Я не об этом спрашиваю! — вдруг раздраженно заметил глава рода. Его глаза заволокло темнотой, а за спиной сформировался колышущийся «плащ тьмы». — Я спросил о том, кого именно нам выгодно в данном случае сделать козлом отпущения? Кого конкретно мы можем прижать, используя сложившиеся обстоятельства? Что сможем у них забрать? И каким образом будем производить давление?

— Я… — Сергей сглотнул вдруг ставшую вязкой слюну и продолжил: — Я уже сделал подборку объектов, в которых мы заинтересованы. Но этот вопрос все же требует более тщательной проработки, ведь нам нужно достичь максимального результата.

— Хорошо, что уже что-то есть. А то я, признаться, устал от отсутствия результатов. Твоя задача в том, чтобы эффективно решать проблемы рода, — сказал Егор Дмитриевич, и тьма, сгустившаяся над его головой, стала медленно рассеиваться. — А не жаловаться на отсутствие людей. Это понятно?

— Да, господин, — встал со своего места Сергей и поклонился.

— Тогда иди и хорошенько подумай над тем, как разобраться с накопившимися делами.

Сергей повторно кивнул и, стараясь выглядеть спокойным, вышел из кабинета. Закрыв за собой дверь, он беззвучно выдохнул и направился к Галине Романовне. Ее надо было проинформировать о возникших у супруга подозрениях.

Дьяченко раздумывал, каким именно образом донести до супруги князя информацию, и старался не обращать внимания на крупные капли холодного пота, катившиеся по спине.


— Так-так-так! — раздался невероятно довольный голос одной из девушек, уютно расположившихся на резной лавочке в тени могучей ивы. — Неужели наша команда неудачниц наконец-то добралась домой?! Надеюсь, вы не привели за собой хвост?

— Следи за словами! Сама ты неудачница! — вспыхнула Черныш, поворачивая голову в сторону говорившей. — Никого, кроме слабаков, не устраняешь! А нос почему-то задираешь!

— Что ты сказала?! — возмущенно воскликнула говорившая и, встав с лавочки, ловким прыжком преодолела несколько метров, преграждая путь пятерке убийц.

Сидевшие в тени девушки последовали за своим лидером, и два отряда замерли друг перед другом.

— Я сказала, что тебя отправляют на устранение каких-то слабаков! — с улыбкой повторила Черныш, ничуть не пугаясь молний, заискрившихся в руках оппонентки.

— В последнее время ты слишком много позволяешь своей собачонке! — высокомерно задрав нос, после небольшой паузы заявила говорившая, обращаясь к Красной Фурии. — Не так ли, сестрица?

— Уйди с дороги, — не отвечая на явную провокацию, произнесла Красная. — Мне нужно попасть к главе.

— Как всегда избегаешь вопросов, на которые не хочешь отвечать, — усмехнулась собеседница и добавила: — А твой поход к главе нам очень интересен. Хочется послушать, какими словами ты станешь объяснять свой первый провал. Это крайне любопытно!

— Операция объявляется проваленной только после истечения срока, выделенного на устранение объекта! — опять вылезла Черныш. — Тебе ли этого не знать?! Сколько миссий ты провалила?! До фига! А у нас времени на устранение еще хватает! Так что нечего придумывать! Да и хода на совет лиги у тебя нет! Не доросла еще!

— Что?! — покрывшись красными пятнами, вспыхнула собеседница, но ее возмущение прервал тихий мелодичный голос появившейся между ними красивой женщины.

— Девочки, не ссорьтесь, — тихо произнесла старшая копия стоящих рядом близняшек.

— Светлана, — последовал кивок в сторону Красной. — Елизавета, — приветствие другой сестре.

— Здравствуй, матушка, — одновременно поздоровались девушки.

Осмотрев мягким взглядом группу Красной, женщина произнесла:

— Через полчаса жду вас в малом зале со всем необходимым материалом. Перед тем как идти на совет, я хочу сама разобраться, что же произошло.

— Да, матушка, — безэмоционально произнесла Светлана.

— Матушка, позволь и мне присутствовать? — попросила Елизавета.

— Хорошо, — через некоторое время ответила женщина. — Тебе будет полезно ознакомиться с методами работы сестры.

Раздав указания, она исчезла, будто ее тут и не было.

— Готовьтесь, неудачницы, — довольно потирая руки, произнесла Елизавета. — Уж я точно приложу все силы, чтобы заметить малейшие ваши промахи, и не забуду акцентировать на этом внимание матушки.

— Только поэтому тебя и пригласили в малую залу, — констатировала Светлана и уверенно двинулась вперед.

Сестре и ее команде пришлось отойти в сторону, пропуская команду Красной. Кроме сестры, с Фурией уже давно никто не конфликтовал.

Черныш, глядя на это, заливисто засмеялась, и Елизавете осталось лишь мстительно посмотреть вслед убийцам:

— Ну-ну! Тебе недолго осталось веселиться!


— Тебе невероятно повезло, — тихим голосом произнесла женщина, закончив смотреть видео, в котором Светлана сражалась с неизвестным защитником Георгия Темникова, и, обведя команду Красной внимательным взглядом, веско добавила: — Вам всем очень повезло.

— В чем именно? — уточнила Красная.

— В том, что этот воин не был заинтересован в вашем уничтожении.

— Мария Феофановна, он так силен? Или вы узнаете этот странный стиль боя? — подобравшись, спросила Черныш.

— Он явно очень искусен, а вот насчет личности я не уверена, — ответила женщина, посмотрев чуть вверх и в сторону. — Тот человек, которого я когда-то знала, уже давно должен был умереть от старости. Скорее всего, это один из его учеников или последователей.

— Наш стиль «путь убийц» более смертоносен, — заметила Красная. — Неизвестный смог сдержать меня лишь за счет большей скорости и какого-то невероятного везения.

Казалось, впервые за долгое время в голосе Светланы появились искренние эмоции, но через несколько мгновений присутствующие посчитали, что им, скорее всего, просто показалось.

— Наш стиль заточен на убийство, — согласно кивнула женщина. — Но тебе ли не знать, что всеобъемлющего и безграничного везения не бывает! Эти неловкие и словно бы случайные движения, которые позволяют бойцу с легкостью избегать твоих смертоносных ударов, лишь показывают его истинный уровень. Я думаю, что ты сражалась с богатырем.

— С богатырем?! — удивленно воскликнула молчавшая до этого Елизавета. — Но они же все известны наперечет! Да и в свите Темниковых точно никаких богатырей не было.

— Не было официальных богатырей, — поправила ее женщина. — Но многие бойцы такого ранга просто не считают нужным его подтверждать.

— Это очень странно, — заметила Черныш. — Обычно бойцы таких рангов, как животные, стремятся занять место повыше и получить статус побольше.

— Данная черта характерна почти для всех мужчин, — усмехнулась Мария Феофановна. — Но и среди них есть умные особи.

После того как стихли последние смешки, женщина продолжила:

— Вы наверняка слышали легенды, гласящие, что среди высокоранговых воинов есть те, которые настолько сильно устали от бесконечных сражений, что решили скрыться и затеряться среди обычных людей. Никто из окружающих не знает, кто они такие. Только внезапное нападение демонов или другие жизненные обстоятельства заставляют волка снять овечью шкуру.

— Почему он нас не убил? — вдруг спросила Светлана, глядя маме в глаза.

— Я не знаю, — пожала плечами женщина. — Может, просто не хотел? Или пожалел молодых девчушек? А возможно, у него контракт на защиту жизни наследника, и, не будь убийц, в его услугах перестали бы нуждаться.

— Действительно, — вдруг согласилась Елизавета. — Второе более вероятно. У него явно контракт на защиту. Как вы вообще планировали операцию, если объект сумел об этом пронюхать и нанять дополнительную охрану?!

Черныш хотела ответить, и ей явно было что сказать высокомерной девушке, провалившей не одно задание, но предостерегающий тычок по ноге одной из сокомандниц, напомнивший о Марии Феофановне, заставил быть более сдержанной.

— Если бы объект знал о предстоящем покушении, то явно не был бы так беспечен, — заявила она. — И вряд ли в подобном состоянии покинул бы расположение таможенного поста! Да и защитник тоже был бы подготовлен, а не выглядел как оборванец!

Ответить Елизавете помешал стук в дверь. В проеме появилась русоволосая голова маленькой девочки.

— Мама Маша! — задорно сказала она. — Тебя и девочек приглашают на совет!

— Спасибо, дорогая, — нежно ответила женщина. — Иди, мы скоро будем.

Невероятно гордая выполненной миссией, девочка кивнула и закрыла дверь.

— Так, — уже более собранно произнесла Мария Феофановна. — Все, что мне необходимо, я увидела. Вы были очень близки к победе, но Светлане пока рано сражаться с богатырем. Готовьтесь к тому, что дело у вас, скорее всего, заберут.

— Как это заберут?! — удивилась Черныш. — Мы же почти… Нам же еще чуть-чуть… Нам просто не повезло!

Мария Феофановна тепло улыбнулась:

— Вы должны понимать, что этот объект и сам не слабак, так еще и его охрана впечатляет. Поэтому мне кажется, что совет посчитает силы вашей звезды недостаточными для успешного завершения миссии.

— Мы учтем наличие богатыря, — произнесла Красная. — И сумеем завершить дело.

— Вполне может быть, — помолчав, ответила женщина и добавила: — Значит, решено. Я буду ходатайствовать о продолжении выполнения вами данного задания. Пусть и в составе другой группы. А теперь встаем и живо на совет!

— Матушка, а можно и мне с вами? — спросила Елизавета, разочарованная тем, что так и не удалось выявить значительных промахов в работе команды сестры.

— Ты же знаешь, что нет, — ответила Мария Феофановна.

— Но им же можно?! — показала Елизавета на рядовых исполнителей Светланиной команды.

— Они представители звезды, работавшей по объекту, — ответила женщина, и шесть человек покинули залу.

Когда дверь закрылась, Елизавета сжала маленькие кулачки и с невероятной злобой произнесла:

— Они еще пожалеют, что недооценили меня!

ГЛАВА 15

Зима проходила для Георгия под девизом: «Постоянное самосовершенствование!» Непонятно как выбравшийся из объятий смерти молодой маг понял истинную цену правильным рефлексам и имеющемуся у него боевому опыту, поэтому уделял тренировкам почти все свободное время.

Молодой человек нисколько не сомневался, что за покушением на его жизнь стоит отец, и уже представлял, с каким удовольствием поквитается с ним.

Если до походов в пустошь ему было тяжело думать о возможном убийстве родного человека и, понимая это, он расчетливо изменил схему ритуала очищения младшего брата, а позже только под воздействием туманящего разум снадобья попытался выполнить задуманное, то теперь, после небольшой «стажировки» в пустоши, он в подобной помощи не нуждался.

Ведь после многократных и крайне разнообразных убийств демонов Георгий стал меньше ценить жизнь в принципе и уже не считал ее чем-то сокровенным.

Поэтому и мысли о том, что можно лишить жизни другого человека, не вызывали у него никаких негативных эмоций и переживаний. Тем более если речь шла об отце, который испугался честной схватки с сыном и попытался устранить его с помощью убийц.

Завершив очередную тренировку по отработке наиболее сложных заклинаний, Георгий накинул на себя сильнейший из известных ему «щитов» и вышел из зала боевой магии, который был любезно предоставлен ему по указанию коменданта.

Вряд ли убийцы попробуют напасть на него прямо в здании, принадлежащем Лиге магов Моршанска, но, как показывает практика, бывает всякое.

— Добрый день, профессор Березов, — поприветствовал Георгий местного главу магов.

— Добрый день, Георгий, — доброжелательно произнес немолодой лысый мужчина, отвлекаясь от разговора с собеседником. — Подождите, пожалуйста, одну минуту, мне нужно кое-что с вами обсудить.

Темников согласно кивнул, но в душе тяжело вздохнул.

Он знал, что́ именно необходимо от него старому профессору. И ничуть не удивился его, казалось бы, случайному появлению именно в этом коридоре.

Старик был крайне заинтересован в участии молодого мага в предстоящих испытаниях на новый ранг. О чем неоднократно намекал молодому доценту.

Ведь успешное прохождение испытаний сулило самому Березову и возглавляемой им Лиге магов некоторое количество довольно больших плюшек.

Не каждому дано из недавнего доцента сделать мага ранга «профессор»! То, что сам Березов по большому счету не имел никакого отношения к впечатляющему прогрессу Георгия, никакой роли не играло. Главное, что Темников занимался на тренировочной базе в его лиге, а затем проходил тут испытание.

Вроде бы все просто. Молодой Темников во время участия в турнире получает возможность подтвердить новый ранг, а Лига магов Моршанска имеет приятные бонусы. Но загвоздка заключалась в том, что получение столь высокого ранга Георгию было не так уж необходимо. Он вполне сносно чувствовал себя в роли доцента и совершенно не представлял, для чего человеку его статуса рвать жилы на каких-то там испытаниях?

Задумавшись над ранговой системой империи, Георгий вспомнил, как впервые почувствовал магию и стал адептом. Как он, будучи еще совсем мелким, усиленно тренировался для получения рангов «бакалавр» и «магистр». Как в выпускном классе все же смог стать доктором и как за несколько лет обучения в высшем учебном заведении получил ранг доцента.

«Что там дальше? Профессор и архимаг? Есть ли смысл получать эти ранги или можно удовлетвориться значительно возросшим уровнем силы?»

— Прошу прощения. Возник очень важный вопрос, не терпящий отлагательств, — произнес Березов, прерывая раздумья Георгия. — Как прошла тренировка? Опять работали над «молниями»?

— Не только, — признался Темников. — Я знаю много мощных заклинаний.

— Мощных только для представителей своего ранга, — заметил Березов и с ходу перешел к делу: — Я вот что хотел спросить. Вы уже подумали над моим предложением?

«Ну вот! Так и знал!» — сокрушенно вздохнул Темников, которому не хотелось ни во что влезать, но он все же произнес:

— Подумал, но все так же не понимаю, в чем мой интерес.

— Ну как же? — удивился маг. — Новый ранг — это совершенно другой статус. Даже несмотря на ваше довольно высокое положение в обществе.

— Новый ранг — это хорошо, но для меня намного важнее стать сильнее фактически, а не юридически.

Березов внимательно посмотрел на него, а затем произнес:

— Думаю, вы услышали мое замечание: ваши заклинания сильны лишь для доцента? — Получив утвердительный ответ, профессор продолжил: — А как насчет того, чтобы научиться заклинаниям более высокого ранга? Заманчиво, не правда ли? Ведь, насколько я знаю, профессор Петиус сейчас далеко и не может заняться вашим полноценным обучением.

— Правда, — не стал отрицать Георгий, хоть и удивился чрезмерной осведомленности местного профессора, после чего добавил: — Пять атакующих и три защитных.

— Помилуйте! — выпучил глаза маг. — Когда же вы планируете их выучить?! Ведь испытание совсем скоро! Хотя бы три атакующих и одно защитное!

— Давайте четыре и одно, — продолжил торговаться Темников. — И у меня должна быть возможность изучать то, что я сам захочу.

— Три атакующих, одно защитное, — покачал головой Березов. — Я знаю, о чем говорю, это просто нереально.

— Давайте тогда так. Изучаем три атакующих, а если успеваем, то еще и четвертое. Идет?

— Идет! — пожал профессор протянутую руку. — Жду вас завтра в традиционное время. Не опаздывайте.

— Хорошо, — кивнул Георгий. — Тогда до завтра.

Мужчины попрощались и разошлись в разные стороны, не подозревая о том, что их разговор самым внимательным образом слушали.


Заканчивались последние дни зимы, приближались долгожданные каникулы, а Феофан все так же помогал мне с поиском дел для нескучного времяпровождения.

— Да! Да! Да! — все так же непрестанно повторял я ребятам. — Еще нет! Пока еще не смог! Эти боевиры диво какие сильные, и я все так же топчусь на месте.

Как оказалось, наставник был прав, и Георгий, черт его подери, так никуда и не уехал. Поэтому мне пришлось продолжать свой затворнический образ жизни, что со временем стало немного тяготить.

Мой двенадцатый день рождения прошел спокойно и даже буднично, совсем не так, как год назад. Нас было четверо: я, Феофан, Марыся и дед Тарас. Слава Спасителю, в этот раз никаких сюрпризов мои глубоко любимые автюки устраивать не захотели, ну или, воспользовавшись опытом предыдущего года, решили отказаться от такой авантюры.

В то время как таял выпавший за время зимы снег и оживала природа, я сам постепенно становился все более злым и раздраженным.

Очень плотный график тренировок, большие нагрузки и постоянные боли в теле здорово меня выматывали. Учеба в школе давалась ну очень сложно. Мне приходилось прикладывать большие усилия, чтобы сохранить взятый когда-то темп.

Регулярно проводимые спарринги и чувство постоянного роста так же перестали радовать. Я начал сражаться без огонька, совершенно не задумываясь над тем, что и как нужно делать. Просто механически выполнял заученные связки, атаковал, оборонялся и старался как можно быстрее завершить бой. Все это начинало очень сильно злить.

Когда в первый день весенних каникул я вернулся домой после очередной тренировки и, сев на кровать, посмотрел в окно, почувствовал, что из меня словно вытянули все силы. Мыслей не было никаких. Я просто тупо просидел в одной позе несколько часов, после чего осознал, что необходимо с этим состоянием что-то делать. В первую очередь повременить с надоевшими тренировками.

Выслушавший меня наставник задумчиво покивал:

— Хорошо, что ты сам это осознал. Я уже начал замечать твое выгорание и хотел предложить небольшой перерыв, но ты меня опередил.

Я не ответил. По правде говоря, мне было совершенно все равно, что он там заметил и хотел предложить, я был просто рад, что наконец смогу немного отдохнуть. А Феофан тем временем продолжил:

— Ведь уже около месяца наши усиленные тренировки не приносят ощутимых результатов. Злость и раздражение, которые ранее вспыхивали во время боев, лишали тебя привычной мягкости к сопернику и рождали ненужные мысли. Ты перестал обдумывать свои действия, бил уверенно и безжалостно, стараясь как можно быстрее завершить сражение…

Наставник продолжал вещать, но, заметив, что я перестал его слушать, махнул рукой.

Несколько дней я только и делал, что ел, спал и развлекал себя местным телевидением, пока Феофан не огорошил меня своим предложением:

— Не хочешь прокатиться со мной в Старые Дороги?

— Куда? — не сразу понял я, но затем переспросил: — В соседний форпост, что ли?!

— Да, думаю, тебе бы хотелось выйти на люди, — произнес учитель. — Там не будет ни Георгия, ни его охраны, так что сможешь спокойно отдохнуть.

— Тогда я побежал собираться! — довольно улыбнулся, отставил чашку чая и бросился к себе.

«Блин, даже не подозревал, насколько сильно меня нервирует отсутствие спокойных прогулок в городе!»

До Старых Дорог мы добрались довольно быстро. В этом нам помогло удивительно хорошее шестиполосное шоссе — связывающая все форпосты крупнейшая в империи кольцевая дорога.

Пункт назначения находился северо-восточнее Моршанска и был словно срисован с него под копирку. Такая же мощная и высокая стена, такие же пограничные пункты, схожая архитектура и расположение основных улиц, большое количество скверов и спортивных площадок.

Были конечно же и отличия. К примеру, несколько кварталов в центре города соединялись старинными мостовыми, вымощенными неизвестными мастерами еще до первого пришествия демонов. Нет ничего удивительного в том, что люди, отвоевавшие у инфернальных тварей земли, решили поставить в этом месте форпост, который, превратившись в крупный город, сохранил историческое название.

Прогулявшись по памятным местам Старых Дорог, мы обратили внимание на намного меньшее количество патрулей, чем в Моршанске, после чего дружно направились в ближайший торговый центр.

Эта поездка оказалась тем самым глотком свежего воздуха, которого мне так не хватало. Я с удовольствием прогулялся по различным магазинам, купил новую одежду, так как из своих старых вещей понемногу начал вырастать, и наелся всяких вкусностей — их в большом количестве требовал мой детский организм.

Зазвонивший телефон Феофана вырвал меня из мира грез и напомнил о существовании бренного бытия.

— Але, слушаю, — нахмурившись, произнес наставник, отвечая на вызов и одновременно с этим всматриваясь в циферблат находящихся на левой руке часов. — Уже здесь? Так быстро? Ожидайте, скоро буду.

— Мы собрались еще куда-то? — удивленно спросил я.

Наставник не говорил, что у него в городе есть какие-то дела.

— Да, — кивнул он. — Мне нужно встретиться с одним человеком.

— Ага, понял. И через какое время поедем?

— Ты останешься здесь, — заявил Феофан. — Я поеду один.

— Это еще почему? — удивился я. — То есть ты хочешь сказать, что оставишь меня здесь одного? В торговом центре неизвестного города?!

— А почему нет? — пожал плечами воин. — Я отъеду на некоторое время и решу свои дела, а ты пока проведешь время без меня.

— Ну хорошо, — произнес я. — Правда, все же не понимаю, почему ты не хочешь взять меня с собой.

— Это может быть опасно, — ответил наставник.

— Да ладно? — Я даже хохотнул. — Напомню, что в пустошь ходить мне почему-то совсем не опасно.

Феофан молчал, поэтому я придумал, как заставить его выдать хоть немного информации.

— Подожди! Я понял! Ты не хочешь меня брать, потому что у тебя появилась какая-то любовь и ты идешь на свидание!

— Спаситель! Что за идиот! — произнес наставник раздраженно и добавил: — Я просто не хочу, чтобы тебя кто-нибудь увидел и смог опознать. Тот человек, с которым мне надо встретиться, приехал от Ибрагима. Я надеюсь, ты помнишь такого?

— Это тот мужчина, который помог нам с документами? — уточнил я и, получив согласный кивок, произнес: — Помню, конечно, а почему тебя это так взволновало?

— Потому что со мной никто не должен был связываться! — ответил наставник. — Именно поэтому я обязан во всем этом разобраться.

Феофан уехал, оставив меня одного в компании с несколькими десятками талеров. Я решил не забивать себе голову ненужными переживаниями и отправился в комнату видеоигр. Уверен, наставник справится и без моих переживании.

Не бог весть какое развлечение, но дома и такого не было.

Да и время в подобных салонах бежит очень быстро. Думаю, смогу занять несколько часов.


— Это точно он? — прищурившись, спросил Александр у худого прыщавого подростка с длинной шеей, мелированными волосами и одеждой вырвиглазных цветов.

— Точно! Отвечаю, он это! — кося под крутого уличного парня, заявил подросток. — Зуб даю!

— Ну смотри, — нахмурился мужчина и с угрозой добавил: — В моей коллекции уже полно зубов всяких бакланов!

— Да он это! Он! — испуганно закивал парень. — Я знаю, что случилось с Топором и Серым, так что все по чесноку будет! Это точно он! Отвечаю!

— Где ты его видел? — спросил мужчина, приготовившись запоминать. — И как давно?

— Да здесь же! — обрадовался подросток. — Он уже час в игротеке сидит! Я-то сразу и не обратил на него внимания, а тут мне Орел и говорит: смотри, мол, вон малявка уже двенадцать тысяч голды взял. А я ему…

— Все-все! Хватит! Понял! — прекратил Александр словесный понос. — Меньше слов, больше дела! Веди.

— А деньги?! — уточнил парень, и его глаза при этом алчно сверкнули. — Не поймите неправильно, мне просто деньги очень сильно нужны. Мама болеет, вот.

— На́ десятку, — произнес мужчина, протянул деньги и, схватив мальчишку за майку, добавил: — Но если это не он…

— Понял, понял, — мотнул головой парень, полнимая руки вверх. — Сначала посмотрите, он ли это, и потом расплатитесь.

Александр тяжело вздохнул, мысленно выругался и, толкнув тощую фигурку к двери торгового центра, двинулся следом.

«Надеюсь, хоть на сей раз это будет именно он!» — подумал мужчина, молясь, чтобы затянувшаяся на несколько месяцев командировка наконец завершилась.

— Вот, смотрите, — произнес подросток, указывая пальцем на невысокую фигурку, умело уничтожающую игровых демонов.

Александр вгляделся в закрытое более чем наполовину лицо мальчишки и, несмотря на мешающие очки, неожиданно для себя понял.

«Это он!»

— Это он! — повторил Александр вслух и тут же, достав телефон, сделал фотографию. — Это он!

— Я же говорил! — довольно протянул подросток, прерывая мысли Александра, в которых он уже тратил деньги, полученные за поимку Ивана Темникова.

— Он это, — еще раз машинально протянул Александр и, достав из кармана обещанные подростку деньги, добавил. — Если скажешь кому-нибудь про мой интерес, урою!

— Понял я, понял! — произнес парень и, забрав протянутые банкноты, быстро закивал: — Я — могила! Отвечаю!

— Если проговоришься, то точно будешь могилой! — с явной угрозой в голосе произнес Александр побледневшему парню. — А теперь вали отсюда. Я не хочу видеть тебя здесь дня два. Усек?!

— Ухожу-ухожу! — закивал парень и быстрым шагом направился к эскалатору.

Только сейчас до него начало доходить, что он ввязался во что-то нехорошее.

Александр тем временем снова обратил свой взор на продолжающего играть Ивана и набрал номер Дьяченко.

— Я нашел его, — ответил он после приветствий. — Мальчишка сейчас в Старых Дорогах, торговый центр «Момо».

— Это точно он? Ты ничего не перепутал? — сухо поинтересовался начальник СБ и, встрепенувшись, добавил: — Хотя в этом городе по смежному делу у нас работает еще одна группа, так что вероятность того, что мальчишка настоящий, довольно высока.

— Я уверен, это он, — произнес Александр. — Фото уже выслал на почту, жду подтверждения.

— Жди, — коротко сказал голос в трубке. — Так! — через некоторое время ответил уже более оживленным голосом Дьяченко. — Судя по всему, это действительно он. Мальчишка там один?

— Судя по всему, да, — подтвердил Александр, оглядываясь по сторонам. — Никого подозрительного рядом с ним я пока не заметил.

— Это не значит, что тебя не заметили! — отчитал его Дьяченко, после чего добавил: — Ладно, не буду тебе лишний раз нотацию читать. Работай по пятому протоколу и веди мальчишку по камерам. Я хочу знать, кто его сопровождает и где они залегли.

— Вы считаете, что появится кто-то настолько высокоранговый, что сможет ощутить проявление моего интереса?! И такой человек будет развлекать мальчишку в торговом центре? — с сомнением спросил Александр.

— Надо надеяться на лучшее, но готовиться к худшему, — отрезал Дьяченко. — Лучше перебдеть, чем потерять тебя и объект. Ты понял?!

— Понял, — тяжело вздохнул мужчина. — Работаю по протоколу номер пять.

Завершив разговор, Александр нащупал в кармане куртки удостоверение офицера ДИБа и направился к мужчине, имеющему на бейдже надпись «Охрана».

«Правильно все же Дьяченко говорит, лучше перебдеть, а то в этом деле очень много темных пятен».


Время пролетело довольно быстро. Потеряв несколько часов в различных играх и побив парочку рекордов, я в какой-то момент решил, что с меня хватит.

Сняв очки виртуальной реальности, увидел десяток разновозрастных мальчишек, увлеченно следивших за моей игрой.

«Вот, значит, чьи взгляды я чувствовал все это время».

Взяв большой рожок мороженого, уютно устроился за одним из столиков, и в этот момент позвонил Годимир.

— Ого! Какие люди! — поздоровался я. — Звонишь узнать, как провожу весенние каникулы?

— Почти, — произнес довольный голос мальчишки. — Хочу позвать тебя на завтрашнее испытание в Лиге магов. Пойдешь?

— Что еще за испытание? — не понял я.

— Да не тупи ты! — возбужденно протянул Огнеяр. — Это испытание магов на присуждение нового ранга!

— A-a-a! — протянул я понятливо. — Крутое мероприятие, стало быть.

— А я о чем говорю! Посмотрим, что могут маги разных рангов! Круто же будет, да?

— Круто, — ответил я. — Но меня, скорее всего, наставник не отпустит.

— Так надо его уговорить, — уверенно произнес друг. — А я под это дело для тебя сразу два билета выбью. Скажи, что я приглашаю вас обоих.

— А знаешь, — произнес я, чуть подумав. — Забей для меня два билета. Думаю, я смогу уговорить наставника сходить туда.

— Отлично! — обрадовался Годимир. — Значит, до завтра. Утром скину сообщение, где и во сколько встречаемся.

— Договорились! — довольно произнес я.

«Феофан мне сильно задолжал! Я заставлю его пойти со мной!» — подумал азартно.

Проведя еще некоторое время в одиночестве, я наконец дождался возвращения несколько возбужденного наставника.

— Уходим, — сказал он и, не дав мне вымолвить ни слова, добавил: — Поговорим в машине.

— Что случилось? — спросил, как только мы отъехали от стоянки.

— Не знаю, — поморщился учитель. — Но чувствую, что тучи над нами сгущаются.

— Какие тучи? — не понял я.

— Густые, — мрачно произнес учитель и уже спокойнее добавил: — Чувствую какую-то смутную тревогу.

— Это после общения с тем человеком? — догадался я.

— Да, — кивнул Феофан. — Он сказал, что Ибрагим и все его люди пропали несколько месяцев назад.

— Ты думаешь, это связано с тем, что он делал нам документы?

— Возможно все, — заметил наставник. — Поэтому я обязан все проверить. Это могут быть как Темниковы, так и представители Ордена Горана. Те тоже не стеснялись брать в рабство некоторых представителей преступного мира.

— Что собираешься делать? — осознав всю серьезность ситуации, спросил я.

— Приедем домой, я сразу соберусь и отчалю. Меня не будет пару дней, но, думаю, ты найдешь себе занятие по душе, а Марыся и Тарас за тобой присмотрят.

«О да! Я найду себе занятие!» — удовлетворенно подумал я, вспомнив об обещанных Годимиром билетах.

— Кстати, ты ничего не чувствовал в торговом центре? — вдруг спросил наставник.

— Да нет, — прислушавшись к себе, ответил я.

Не рассказывать же Феофану о том, что ощущал взгляды следящих за моей игрой мальчишек.


Невыспавшийся Александр пил горячий кофе и в очередной раз костерил себя из-за того, что все-таки упустил Ивана и его слугу, которого, кстати, все тоже давно считали мертвым.

«Хотя в том, что я его упустил, нет ничего удивительного. Если этот прикидывающийся пожилым человеком монстр почувствовал направленную на него видеокамеру, то он явно ощутил бы и слежку. Какой тогда у него ранг? Точно не маленький!»

Используя служебное удостоверение, Александр проследил, как автомобиль покидает стоянку торгового центра, а затем и город.

Помощь прибывшего подкрепления пришлась как нельзя более кстати. Им удалось установить, что покинувший Старые Дороги автомобиль въехал в Моршанск и что в это время Иван находился в машине.

Чуть позже удалось выяснить, что автомобиль с водителем покинул город, но мальчишки в нем уже не было.

— Феофана не трогайте, — велел Дьяченко. — Я знаю, куда и зачем он поехал. Сейчас ваша задача — обнаружить Ивана.

Используя все те же видеокамеры, мужчины выяснили размеры территории, на которой мог находиться Иван, и принялись за поиски.

— Чего ты хмурый такой? — спросил у Александра невольный напарник, когда они на следующее утро дежурили на одной из крупных дорог. — Ты же его нашел, получишь хороший бонус и отдохнешь в свое удовольствие. Придумал уже, на что деньги потратишь? На выпивку и баб?! А?! Я угадал?

Напарник рассмеялся.

— У меня семья есть, жена, сын и дочь, — не поддержал его веселья Александр. — А мальчишку я все же упустил, теперь вот приходится искать его второй раз.

— Найдем, — отмахнулся напарник. — Никуда он теперь не денется. Тем более что слуги этого в городе уже нет.

— А при чем тут слуга? — удивился Александр.

— Ты что, не знал, что он десяток бойцов и магов вчера покромсал? Две пятерки, представляешь?

— Охренеть! — покрываясь холодным потом, произнес мужчина. — Действительно, лучше перебдеть, — произнес он, не заметив, что в окне проезжающего мимо желтого автобуса мелькнуло лицо довольного собой Ивана.


— Привет! — пожал я протянутую руку Годимира и поздоровался с остальными ребятами.

— У тебя же вроде другой учитель? — тихо спросил Константин, указывая кивком на деда Тараса. — Что за модник? Или это еще один витязь?

— Ага, — хмуро подтвердил я и хохотнул. — Целый богатырь.

— Серьезно?! — расширились глаза у ребят.

— Да нет! — отмахнулся я. — Что вы! Просто у наставника много дел, и он попросил своего товарища за мной присмотреть.

— A-a-a, — расслабились друзья, а Годимир добавил. — Ладно, хорош балаболить, пошли внутрь, уже все началось.

Уютно устроившись в одной из главных лож большого стадиона на несколько тысяч человек, я с удовольствием начал рассматривать собравшихся там людей и экранированное от заклятий поле, предназначенное для защиты зрителей.

Посвятив несколько часов изучению возможностей магов различных рангов, понял, что отлично провел время.

Сопровождавший меня дед Тарас, которого я, потратив невероятные усилия, уговорил разрешить мне сходить на мероприятие, радовал довольно скромным для него употреблением алкоголя.

Вообще наш сосед сегодня открылся мне с удивительной стороны, я до сих пор пребывал в небольшом шоке.

После того как я все же упросил его посетить испытания, дед Тарас сказал, что должен привести себя в порядок, и буквально через час после этого предстал передо мной в совершенно новом образе.

Он был одет в красивый темно-серый костюм в крупную клетку, модную белую рубашку с тонким красным галстуком и кожаные перчатки с обрезанными пальцами. На ногах блестели начищенные черные туфли, а на левой руке красовались явно дорогие часы. Аккуратная соломенная шляпа-канотье на голове и массивная трость из красного дерева с шикарным набалдашником завершали образ.

— Обалдеть, — только и смог сказать я, в шоке разглядывая деда.

— А то, — ухмыльнулся Тарас, проводя рукой по заплетенной в несколько косичек белой бороде. — Мы, автюки, по-всякому могем!

Потом конечно же этот образ несколько смазался поездкой к месту назначения в общественном транспорте и осознанием того, что в той самой красивой трости с приметным набалдашником дед Тарас хранил свою самую крепкую настойку.

Думаю, Марыся не догадывалась об истинном предназначении сего девайса, да и о том, что навершие откручивается.

— Ого! — воскликнул Константин, отвлекая меня от воспоминаний.

— Что случилось? — спросил я.

— Ты посмотри! — восторженно зашептал он. — Последним участником испытания станет Георгий Темников! Боярич планирует получить ранг профессора! Невероятно, да?!

— Действительно! За этим будет очень интересно понаблюдать, — произнес я и отодвинулся немного назад, чтобы меня точно не заметили с места проведения испытания.

ЭПИЛОГ

Признаться, я был удивлен тем, что вытворял мой старший брат. Впрочем, удивило это всех присутствующих, потому что Георгий не так давно защищал ранг доцента, а от него до профессора довольно большая пропасть! Никто не мог понять, как ему удалось стать настолько сильным за небольшой промежуток времени.

Обсуждая увиденное, мы дождались, когда основной поток людей схлынет, и, не торопясь, спустились на первый этаж.

— Надо ехать, — посмотрев на часы, произнес Константин.

— Мне тоже, — поддержал друга Илья.

— Да всем, наверное, — подытожил Годимир. — Так что давайте по домам.

— Был рад всех увидеть, — на прощанье сказал я, и мы с дедом Тарасом вклинились в толпу и направились к остановке.

— Добрый день, — поприветствовал деда Тараса высокий мужчина в черном костюме и преградил путь.

— Добрый, — с улыбкой ответил старик и, неуловимым движением обойдя препятствие, двинулся дальше, а я повторил его маневр.

— Стойте! — сказал мужчина, и нас тут же, оттеснив прохожих, окружил десяток мужчин с военной выправкой.

— Что происходит? — удивленно произнес мой спутник. — Я прошу пропустить нас, мы опаздываем на автобус.

— Вы пройдете с нами, — веско произнес один из неизвестных.

— Это еще почему? — не понимая ситуации, возмутился дед Тарас. — Я буду жаловаться в ДИБ! Коменданту и самому императору!

Один из воинов сделал стремительный шаг вперед и попробовал заткнуть старика, но я оказался быстрей.

Стремительный рывок, блокировка удара и жесткий ответ, от которого удивленный мужчина отлетел на несколько метров.

— Стоп! Стоп! Стоп! — услышал знакомый голос, остановивший приготовившихся к драке воинов, и обернулся.

— А ты стал сильнее, — дрогнувшим голосом произнес Георгий и, подойдя, опустился передо мной на колено, так, чтобы наши глаза были на одном уровне. — Ну здравствуй, брат.

— Здравствуй, — выдержав паузу, произнес я, не зная, что делать дальше. — Ты тоже стал сильнее. Значительно сильнее.

Георгий встал.

— Пойдем в машину, нам нужно многое обсудить.

— Не могу, — оглядевшись по сторонам, отверг я его предложение.

— Пойдем, — добавив в голос побольше настойчивости, произнес Георгий. — Не хочу общаться здесь, на виду у всех.

— Хорошо, — решился я, понимая, что никакой возможности вырваться и убежать у меня нет. — Только деда Тараса не трогайте.

— Не тронем, — пообещал Георгий.

«Эх! Чему быть, того не миновать», — подумал я, усаживаясь в уютное нутро дорогого бронированного автомобиля.

— Перестраховываешься после покушения? — спросил, глядя на толстое стекло в дверце.

— В наше время даже магу ранга «профессор» нужно быть очень осторожным, — совершенно серьезно произнес Георгий и, немного помолчав, добавил: — Мы все думали, что ты погиб. Что ты тут делаешь? Отец знает, что ты жив?

— Я не погиб, меня убил родной отец, — произнес я, глядя старшему брату в лицо и изучая его реакцию. — За то, что оказался самым что ни на есть обычным человеком. Несколько минут я был в состоянии клинической смерти, но дед пожертвовал свои силы, чтобы не дать мне окончательно отправиться к Спасителю.

— Вот же демонова задница! — со злостью произнес Георгий и с силой сжал кулаки. — Я, конечно, знал, что произошедшее не случайно, но чтобы настолько…

— Ты точно не знал об этом? — спросил я, искренне надеясь на то, что сведения Феофана о вражде Георгия и отца правдивы.

— Никто не знал, — выругался брат. — Нам рассказали официальную версию, которую крутили в СМИ, а чуть позже отец заставил меня заявить права на состояние Морозовых.

Я хмыкнул, вспоминая слова наставника, что на тех счетах почти ничего нет.

— Вот-вот! — кивнул Георгий. — Отец плюнул не только на род, но и на своих детей, и даже позволил неизвестным отравить Руслана. После этого я решил претендовать на роль главы рода и проиграл.

— Проиграл? — уточнил я.

— Чуть-чуть не хватило силы, — признался брат. — Но после обучения в пустошах я чувствую, что смогу его победить.


Несмотря на слова Георгия и его искренность, я никак не мог избавиться от ощущения, что в чем-то кроется подвох.

Он, казалось, чувствовал это, потому добавил:

— Помнишь то покушение, совершенное на меня в конце осени? Это отец постарался! Не хочет, чтобы я занял его место!

— То есть ты не с ним? — подвел я итог.

— Нет, конечно! — возмутился Георгий.

«Охренеть!» — подумал я, удивляясь, насколько беспринципным типом является биологический отец этого тела.

— Что-то не так… — вдруг произнес Георгий, и в этот момент наш автомобиль подбросило высоко вверх. А я, хорошенько приложившись головой о бронированное стекло, отключился.

Очнувшись через несколько минут, тряхнул головой и обнаружил себя в центре яростного боя.

Георгий стоял передо мной и защищался от нескольких десятков убойных заклинаний.

Темная аура брата плотной пеленой обхватывала меня и прикрывала от магического огня противников.

Повернув голову чуть в сторону, я с удивлением увидел, как дед Тарас, используя какую-то странную технику боя, на равных сражался одновременно с тремя умелыми бойцами, которые прикладывали огромные усилия, чтобы просто его достать.

А он уходил от многочисленных ударов словно совершенно случайно. Там запнется, там упадет, тут приложится к трости с алкоголем.

— Это мастер пьяного стиля! — закричал один из сражающихся с ним воинов. — Нам нужна помо…

Договорить мужчина не успел. Сильный удар ребром ладони смял ему гортань, а второй отправил носовую кость прямиком в мозг.

«Дед Тарас — пьяный мастер! — пораженно подумал я. — А Георгий, вместо того чтобы отдать меня отцу, защищает!»

Тряхнув головой, я крикнул:

— Держись! — и, напитав тело максимальным количеством «шики-чо», устремился к ближайшему магу.

Несколько минут яростного боя — и я заметил, как укутанная в темные одежды женщина указывает на Георгия окрашенным в зеленый цвет жезлом.

Мощная магия, заключенная в артефакте, пробила ослабевший «щит» уставшего от постоянных атак брата, и в следующее мгновение я, выставив перед собой мощнейший «щит воли», закрыл его.

— Не-э-эт!!! — закричал я, после того как моя защита исчезла, и непроизвольно обратился за силой к находящейся внутри меня ледяной глыбе.

Таившаяся во мне магия ударной волной сбила с ног атакующих, и мы с Георгием оказались внутри цельного ледяного шара.


Оглавление

  • ПРОЛОГ
  • ГЛАВА 1
  • ГЛАВА 2
  • ГЛАВА 3
  • ГЛАВА 4
  • ГЛАВА 5
  • ГЛАВА 6
  • ГЛАВА 7
  • ГЛАВА 8
  • ГЛАВА 9
  • ГЛАВА 10
  • ГЛАВА 11
  • ГЛАВА 12
  • ГЛАВА 13
  • ГЛАВА 14
  • ГЛАВА 15
  • ЭПИЛОГ