Избранница Звёздного лорда (СИ) (fb2)


Настройки текста:



Избранница Звездного лорда Настя Любимка

Глава первая

Я потягивала легкий мятный коктейль и с удовольствием смотрела на лиловую гладь моря.

Кто бы мог подумать, что моя мечта все-таки осуществится! Я приехала отдыхать! Отпуск! Море! И восхитительно жаркое солнце!

Лежа на шезлонге, я наблюдала за необыкновенной парочкой.

Вот уж чего только не увидишь! Он — молодой невероятно притягательный бьерф, раса с потрясающей генетикой для тех, кто мечтает непременно о красивом ребенке, от них никогда не родятся уроды. Она — старая рыда, чей возраст я не берусь предугадать. Учитывая технологии и медицину Межпространственного Альянса, выглядеть так дряхло — преступление, особенно, когда у тебя есть деньги. Много денег. А данная представительница планеты Рыдвейр на их отсутствие пожаловаться явно не может. Иначе с чего бы бьерф крутился вокруг нее так, словно она единственная и неповторимая женщина на всех планетах?!

Бьерфы хороши своей внешностью и стопроцентной совместимостью с большинством рас, да только они ужасно нехозяйственны, ленивы и праздны. Они бы вымерли, если бы однажды их планетку не обнаружили пираты.

Увы и ах, еще тысячу лет назад, пираты были огромной проблемой. Грабежи, убийства, аукцион рабов — все это не только имело место быть, но и являлось угрозой всему Альянсу.

Хорошо, что в мое время, тема пиратства не актуальна и информацию о торгах можно прочесть в учебниках, а не услышать по новостям.

— Добрый день, прекрасная незнакомка. Позвольте составить вам компанию.

Я не успела ни рассмотреть мужчину, ни сообразить, где, собственно, нахожусь. Мое тело действовало на чистом рефлексе. А язык, подлюка такая, затарабанил привычную речь.

— Добрый, — я лучезарно улыбнулась и села, идеально выпрямив спину. — Благодарим за то, что выбрали нашу компанию. Меня зовут Атенаис, и будьте уверены, я подберу для вас идеальную модель. Ваши пожелания?

Я привычно потянулась к визирующему браслету, и вздрогнула.

Черт бы побрал мою работу! Надо же было так оконфузиться!

Мужчина осоловело моргнул и на одном дыхании выпалил:

— Пожалуй, на этом, наше знакомство можно закончить.

Несостоявшийся ухажер ушел не прощаясь.

Ну и пусть идет!

Я залпом допила коктейль и надвинула на глаза очки. Вон за спиной смешки, а мимо проходящие туристы косятся в мою сторону.

Черт бы побрал мою работу и этого дурака, которому не хватило воспитания!

Нет, понятное дело, что ему хватило такта вежливо удалиться, но мне от этого не легче! Трус!

Настроение стремительно опустилось до отметки ноль. Казалось бы, и чего я так сильно расстроилась? Ну не состоялось знакомство, да и не очень-то хотелось!

Я злилась на то, что работа стала не просто частью моей жизни, а заполнила собой все мое пространство!

Это ведь надо, даже на отдыхе продолжать думать о благосостоянии земных красоток!

Тьфу на них!

Работала я в модельном агентстве. Не сложно догадаться, что занималась подбором персонала для индивидуальных заказов. Нет-нет! Интимные услуги наши девочки не оказывали. Впрочем, может единицы и пытались за счет молодого тела подняться на верхушку лучшей жизни, да только начальник таких вертихвосток быстро спускал с небес на землю. Незамедлительное увольнение, без рекомендаций, без зарплаты, потому что в контракте, который подписывают модели, и клиенты четко указано, что услуги, сексуального характера, оказывать модели не имеют права. Даже по обоюдному согласию, даже в личные часы.

Конечно, я и сама была моделью, правда в прошлом, но на подобную работу берут только красивых работников. Мы — представители компании, так сказать лицо фирмы, мы не можем пугать потенциальных клиентов своей внешностью. Ибо сразу возникает вопрос, если у них рабочий персонал такой страшный, то какие же тогда модели?

Однако, моя карьера не сложилась. С одной стороны потому, что я не мечтала заниматься этим всю жизнь, а лишь подрабатывала да развлекалась, с другой, потому что требовалось упорство и желание достичь высот.

Слишком поздно я поняла, что упустила время. А после, было не до показов и фотосессий. Погибли родители, и на мою шею свалился пятнадцатилетний подросток — младший брат.

И как бы мне ни хотелось, но учебу пришлось бросить. Несмотря на все плюсы Альянса, классовое разделение существует. И мне, чтобы прокормить себя, а также поставить на ноги шебутного брата, пришлось пожертвовать своим образованием.

Жалела ли я? Ни капли. Моя работа вполне обеспечивает нас всем необходимым. Корвин уже на втором курсе университета, будущий врач-вирусолог. Я же…

А я в отпуске! Впервые за десять лет! Целых сорок дней буду нежиться на солнышке и радоваться лиловому морю!

Я честно заслужила свой отдых!

Увы, несостоявшееся знакомство аукнулось мне во всем. Начать с того, что на меня косились бьерфы, принявшие меня то ли за свою, то ли за конкурентку, которая набивает себе цену и закончить остальными туристами, считавших своим долгом окинуть меня с ног до головы неприязненными взглядами.

Кто знает, что они там придумали себе, и как приукрасили мои слова!

В общем, я не выдержала и ушла в отель поднимать себе настроение посредством косметических процедур.

Спа-массаж, ванны с омолаживающим эффектом кожи, маникюр, педикюр… Я окунулась с головой в царство блаженства и расслабления. А спустя пять часов спускалась в ресторан в приподнятом расположении духа.

Я знала, что выгляжу великолепно. Согласитесь, синеглазая брюнетка в красном платье с пышным бюстом, тонкой талией выглядит эффектно. И эта брюнетка — я, а потому вполне благосклонно приняла мужское внимание и воцарившуюся тишину. Мне польстило то, что музыканты прекратили играть, а возобновили легкую мелодию лишь тогда, когда я спустилась в зал.

— Леди, позвольте вам помочь, — приятный средних лет мужчина оказался возле меня.

— Леди Атенаис, я не резервировала столик, но надеюсь, для меня найдется место? — я лучезарно улыбнулась.

На самом деле я сегодня вообще не собиралась в этот ресторан. Пафосный, невообразимо дорогой, но моя самооценка желала сатисфакции, поэтому после салона я решила, что ужин в роскошной обстановке — именно то, что требуется.

— Конечно, леди Атенаис, — управляющий грациозно поклонился и повел меня к столику у окна, откуда открывался потрясающий вид на море.

— Благодарю.

Спустя десять минут я сделала заказ, сдерживаясь, чтобы не рассмеяться. За соседним столиком сидел с симпатичной девушкой тот самый мужчина, который сбежал от меня на пляже. Он не мог отвести от меня глаз, за что и получил пощечину от своей спутницы.

Как же приятно!

Я слушала чарующую песню, наслаждалась салатом и блюдом из морепродуктов, когда ко мне неожиданно решил присоединиться незнакомец.

— Позвольте?

Я машинально кивнула, хотя в зале было достаточно свободных столиков.

— Сколько?

— Что, простите? — я удивленно посмотрела на красивого мужчину, который откинулся на спинку стула и внимательно разглядывал меня.

— Не люблю долгих расшаркиваний. Я спрашиваю сколько стоит ваше общество.

У меня непроизвольно кулак сжался. Да что он себе позволяет?!

— Этого достаточно? — мне протянули визор, который проецировал сумму.

Я бы сказала галактическую сумму!

Каюсь на несколько мгновений я утратила дар речи. Это моя зарплата за год!

Мужчина довольно усмехнулся.

— Вижу, вы согласны, что ж…

— Нет.

Брови незнакомца поползли вверх.

— Нет. Для оказания интимных услуг вам стоит обратиться к администратору отеля. Он непременно поможет вам в данном вопросе, — не удержалась и ехидно добавила, — за такую сумму вам привезут всех девушек и мужчин из увеселительных заведений. Ни в чем себе не отказывайте.

Я потянулась к браслету и расплатилась за свой ужин.

Скрыть раздражение и досаду не пыталась. Кем бы он ни был, этот загадочный незнакомец, но предлагать подобное гостям Лимара чревато неприятностями!

Мне достаточно направить жалобу управляющему и мужичину уведет специализированный отряд. Сделаю вид, что он просто ошибся. Не хотелось бы завершать и без того отвратительный день скандалом.

Я уже поднялась, когда мужчина глухо процедил:

— Вы — бьерфа, если проблема в цене, поднимаю вдвое.

У меня руки задрожали… Вдвое! Бьерфа?!

— Землянка! — ледяным тоном отчеканила я и попыталась уйти.

Попыталась, потому что внеземной засранец схватил меня за руку и прорычал:

— Мне не отказывают!

Я не успела отреагировать, как возле нас оказался управляющий.

— Леди Атенаис, вам нужна помощь?

— Нет, — обворожительно улыбнулась. — Ваш гость обознался, верно?

У него не оставалось выбора, как отпустить мою руку и зло выдохнуть:

— Обознался.

Я успела заметить, как изменились его зрачки, сменив черный на янтарный цвет и вздрогнула. Он представитель планеты Аритас, первой по старшинству в Альянсе. Там, кстати, мой брат, сейчас практику проходит, как лучший студент в своем направлении.

Но все это вскользь, обида камнем лежит на сердце. Не хватало еще и рассматривать этого… идеального ритаса!

С гордо поднятой головой иду прочь, медленно, царственно, чтоб ни у кого и сомнений не осталось, что я убегаю или боюсь, а может того хуже, сомневаюсь в принятом решении!

Вот ведь невезение! Принять меня за бьерфу! Нет, с одной стороны, приятно, конечно, назвать меня красивой, но в то же время…продажной. Не везет мне с мужчинами! Вот Райса расстроится, она так надеялась, что я найду если не любовь на всю жизнь, то приятное приключение на время отпуска. Не дает моей подружке покоя моя личная жизнь. Точнее отсутствие в ней мужчин!

Я уже вышла из ресторана и направлялась к лифтам, когда запиликал мой визор. Все еще раздраженная случившимся, приняла вызов и рыкнула на брата:

— Что у тебя еще стряслось?

— Меня казнят.

— Что?!

— Мне дали пять минут на прощание с семьей, а завтра казнят, — Корвин всхлипнул. — Прости, сестренка, я тебя очень люблю.

— Подожди! Это ошибка, ты же на практике, под присмотром куратора, тебя…

— Я прикоснулся к ритаске, юной.

— …!

— Ваше время вышло. — Донесся до меня чужой голос, у брата забрали визор. — Согласно законам Аритаса, завтра в полдень ваш брат будет казнен. Его вещи отправят на вашу планету.

— Нет! — отчаянно крикнула я, а в следующее мгновение сползла по стенке на пол.

Последнее, что уловило мое сознание — это метнувшегося ко мне ритаса.

Очнулась резко и скривилась от запаха. Открыв глаза обнаружила песочного цвета потолок. Странно, учитывая, что в моем номере все выполнено в голубых тонах.

«Брат!»

Я подскочила в кровати и тут же упала на подушки.

— Полежите, вам сейчас не стоит делать резких движений.

Я вздрогнула и повернулась на голос, в кресле сидел тот самый мужчина, докучавший мне в ресторане. А в воздухе зависла капсула, видимо, это ее запах доставил мне дискомфорт.

Удивительно, стоило об этом подумать, как источник вони утилизировался, осыпавшись на пол пылью.

— Лежите! — с нажимом повторил он, и видимо, для устрашения, поднялся с кресла. — Я не знаю, что могло произойти за несколько минут, но медицинское обследование показало, что вы потеряли три года своей жизни! И если, тому виной мое предложение…

— Три года? — эхом повторила я. — Да хоть все года, лишь бы…

Я не договорила. Передо мной ритас! Влиятельный. Раз протащил к себе в номер, не вызвав ажиотажа у персонала.

Медленно, под пристальным изумленным взглядом, сползаю на пол.

Я перед ним не то, что на колени встану, я все, что угодно сделаю, лишь бы спасти брата.

— Что вы делаете?

— Помогите, — хриплю. — Я принимаю ваше предложение, но мне не нужны деньги. Я сделаю все, что вы скажете, если вы спасете моего брата.

И смотрю умоляюще, прямо в глаза, доказывая всю серьезность своих слов.

А он стоит и молчит. Будто язык онемел!

Да пусть хоть заледенеет, лишь бы помог!

— Поднимитесь, — властно, непреклонно.

А я понимаю, что шанс упущен. Он и слушать не станет, вон как зло на меня смотрит!

— Пожалуйста, — всхлипнула, не боясь слез. Пусть видит, как я плачу, пусть поймет в каком я отчаянии, может, жалость проснется?

Я вдохнуть не успела, как оказалась на кровати, придавленная сильной рукой.

— Никогда. Больше. Не вставай. На колени. Поняла?

От неожиданности и испуга, кивнула.

Теперь у меня язык онемел, не иначе!

Тем временем ритас отпустил меня и сел рядом.

— Я слушаю.

Кивнула. Икнула. Только сейчас поняла, насколько сильно он меня напугал.

— Леди Атенаис?

— Мой брат. — Зажмурилась, выдохнула и распахнула глаза. — Студент Земной Медицинской Академии, лучший на своем потоке. Он не мог, слышите, не мог…

Я не сумела подавить всхлип, слезы вообще градом полились по щекам.

Перед носом появился белоснежный платок. Плакать я перестала мгновенно. Вот это да! Платок! Хлопковый! Для моих слез и соплей?! Он с ума сошел?

— Что вас удивило? — вдруг спросил он.

— Ну как же, платок, хлопковый, вам не жалко?

— Я больше переживаю о вашем состоянии, леди Атенаис. Давайте вы сейчас успокоитесь, и подробно объясните мне в чем проблема, хорошо?

Я опять кивнула и забрала настойчиво протягиваемый платок. Вдохнула, выдохнула, собралась с мыслями.

— Мой брат проходит практику на Аритасе. Он действительно лучший студент. Он знает и почитает законы и традиции других рас. Он никогда бы не прикоснулся к вашим женщинам, и уж тем более к девушке! А его…обвиняют именно в этом и…

Все, выдержка полетела к чертям. Слезы застили глаза, а с губ сорвался хрип.

— А завтра его казнят. — Жестко закончил ритас.

— Помогите. Я сделаю все, что угодно. Клянусь, это ошибка, он не мог! Мой брат не идиот, и уж точно не смертник!

Молчание затягивалось. Мое сердце гулко стучало в груди, отдаваясь эхом в висках.

Мужчина молчал и пристально смотрел на меня. Я молчала, ожидая то ли приговора, то ли помилования.

— Имя, — наконец решился он и меня прорвало.

Я рассказала все: и о том какой мой брат, и о целях его пребывания на Аритасе, и кто курировал полет, а также практику.

Я говорила, показывала изображения на визоре, я даже хвасталась дипломами и проектами моего брата!

А незнакомец, он не перебивал, слушал, давая мне надежду, что все еще может измениться.

— Леди Атенаис, отдыхайте.

Он поднялся, когда я закончила свой рассказ.

— Отдыхайте, — с нажимом повторил он и вышел.

Я упала на кровать и застонала.

И это все?

Никаких объяснений? Хоть бы представился! Я тут перед ним душу обнажила, а он…

Стоп! Атенаис, ты сейчас устроила форменную истерику и хвасталась успехами брата так, словно он твой ребенок. И еще требуешь каких-то ответов?

Позорище! Все впечатление о себе испортила!

Вот что он видел? Красивую, эффектную женщину, которая за несколько минут превратилась в распухшую от слез лягушку!

Противно-то как!

Но…

Корвин!

Ради него, хоть всю жизнь лягушкой прохожу!

В одиночестве я пробыла недолго. Двери открылись, являя передо мной женщину в белоснежных одеждах — традиционное одеяние врачей.

— Добрый вечер, леди Атенаис, — мягко произнесла вошедшая. — Мое имя Тайра Реддинг, я ваш лечащий врач на время полета.

— Полета?

— Да. А сейчас я бы хотела осмотреть вас и предотвратить последствия стресса.

Только потому, что находилась в шоке от услышанного, я позволила ей не только себя осмотреть, но и взять кровь, а также просканировать себя специальным прибором.

Женщина изучала показатели, а я пыталась понять, что происходит.

Куда я должна лететь и главное — почему? Неужели я теперь собственность ритаса?

Значит ли это, что он помог брату? Но так быстро?!

— Леди Атенаис, постарайтесь расслабиться, — попросила врач, — мне нужно настроиться на ваше сердцебиение.

И вот тут-то мне стало по-настоящему страшно. Я ошибочно определила Тайру к человеческой расе! А она была вайерой — хранительницей жизни. Теперь, чтобы со мной не произошло, пока эта женщина находится в радиусе пятисот метров от меня — я выживу!

Мало того в случае, если ей покажется, что мой организм не выдерживает напряжения, она заставит мое тело не только расслабиться, но и введет в лечебный сон!

— Леди Атенаис, — укоризненно позвала она.

— Простите, но зачем?

— Приказ.

Отличный ответ! А главное — все объясняющий!

— Леди Атенаис, позвольте мне выполнить свою работу. Я обещаю вам, что мы не только восстановим утерянные три года, но также обновим работу всех органов.

Она думала, что обрадует меня этим! Учитывая сколько стоит подобная процедура, я должна была прыгать от радости, а мне захотелось сбежать.

Неважно куда, лишь бы подальше от ненормальных ритасов и их планов!

— Леди Тайра, мне ничего не нужно, — неверным голосом произнесла я.

— Вам так лишь кажется, — женщина улыбнулась, обнажая острые зубы.

Откровенно говоря, смотрелось пугающе.

— Расслабьтесь, леди Атенаис и смиритесь, ваше здоровье — моя приоритетная задача.

Корвин! Все ради безголового Корвина! Открыто сопротивляться не могу, потому что черт его знает, может от моего подчинения сейчас зависит положение Корвина: помогут ему или нет.

Я уговаривала себя утихнуть и смириться, пока выравнивала дыхание.

Вот вытащу братца с Аритаса и тогда отыграюсь! Уж я-то ему уши трубочкой сверну!

Минут через пятнадцать мне удалось успокоиться достаточно, чтобы вайера настроилась не только на сердцебиение, но и на дыхание.

Я ожидала худшего, однако зря.

С вмешательством врача я почувствовала себя лучше. На грудную клетку больше ничего не давило, желание реветь тоже пропало, а что самое главное, начинающаяся мигрень отступила.

— Уже лучше, — заметила леди Тайра. — А теперь, спите!

Сложно ослушаться того, кто управляет твоим телом!

Только знание о том, что вайеры не причиняют вред своим подопечным, потому что их жизнь напрямую зависит от благополучия того, на кого они настроились, позволило не испугаться, когда против воли тело опустилось на подушки, а веки сомкнулись.

Мне снилось что-то чудесное. Ясное, красочное, теплое. Потому что просыпаться совершенно не хотелось. Я даже отмахивалась, переворачивалась от раздражителя.

— Леди Атенаис, просыпайтесь.

— Ну еще минуточку, — взмолилась сквозь сон.

— Поспите на корабле.

— Летучем? — мечтательно выдохнула я и проснулась!

Распахнула глаза и увидела склонившегося надо мной ритаса.

Я дернулась встать, но в последний момент смогла удержаться. Потому что если бы я резко сейчас подскочила, то непременно бы врезалась в лоб мужчины.

— Доброе утро, — ритас выпрямился. — Ванная комната в вашем распоряжении, там же вы найдете одежду.

Пока он это говорил прошел к двери, а я все еще сонным мозгом ничего не осознавала.

— Через полчаса жду вас в гостиной.

И вышел.

А мне бы бежать в ванную, приводить себя в порядок, но я как дура пялюсь на дверь и пытаюсь сообразить, кто меня переодел в пеньюар и почему-то краснею.

Просидев минут пятнадцать, я с ужасом вскочила с кровати и побежала в ванную.

Да мне не хватит времени смыть всю косметику и высушить голову!

Я ошиблась.

В ванной ритаса стояла ультрасовременная и невероятно дорогая душевая кабина.

Скинула пеньюар и залезла в кабинку. Очень удобная штука, когда необходимо быстро привести себя в порядок. А то, что я, впервые ее пользуюсь — не страшно, рекламные ролики смотрела, алгоритм запуска запомнила.

С придыханием вложила свою ладошку в специальное окошко, и двери кабинки бесшумно закрылись, отрезая меня от остального пространства. Кабина начала сканирование моего тела и организма.

Это было похоже на осмотр врача, с той лишь разницей, что я не могла видеть результаты. Однако ощутила. Физиологическая потребность пропала, а затем меня буквально затопили белые лучи. Они сплели плотный кокон по всей поверхности моего тела, а безжизненный голос потребовал:

— Выберите вариант внешнего вида.

И в мой мозг полилась информация! Мне предлагали выбрать виды макияжа, годящиеся человеческой расе, также одежду и обувь, подходящую к случаю. Мало того, я могла выбрать нужный оттенок для всей кожи! От бледного мраморного до шоколадного загара!

— Повседневный, — с сожалением отпихнув мысль о «вечернем» попросила я.

И началось! Свет взорвался миллионами искр, заставляя меня зажмуриться, в это же время тела касались невидимые руки. Это было так, словно я стою на морском берегу, и меня обдувает легкий ветерок.

— Готово. Время работы — десять минут!

Не знаю для чего кабина объявила о времени, но я только порадовалась. У меня было в запасе целых пять минут! Я не опоздаю! Мало ли, вдруг это считается оскорблением?

Из кабины я вышла в легкой эйфории, сжимая в руках небольшую сумку, и первым делом бросилась к зеркалу.

— Вау! — потрясенно выдохнула, рассматривая свое отражение.

Начать с того, что на мне была одежда известного на весь Альянс бренда — Виморте. Откровенно говоря, денег на такую одежду у меня никогда не было. Да что там, мне никогда на нее и не заработать!

Потому что эти идеальные вещи баснословно дороги! Они не мнутся, не садятся, не рвутся, подстраиваются под температуру и климат планеты, на которой находится обладатель одежды, а также, обязательно имеют два встроенных цвета.

Вот сейчас, на мне узкие брючки цвета морской волны, приталенная белоснежная рубашка и туфли-лодочки, а в следующее мгновение, по моему желанию, одежда меняет цвет.

Брючки становятся бежевыми, рубашка и туфли аквамариновыми.

— Потрясающе!

И высокий хвост, и легкий, едва заметный макияж — все это смотрелось великолепно.

Да что там, я смотрелась ослепительно прекрасной!

Стук в дверь привел меня в чувство. Черт, все-таки опоздала, залюбовавшись своим отражением.

— Иду.

В гостиной нас ждал накрытый стол с безупречной сервировкой и обилием фруктов. Причем только тех фруктов, которые я люблю. Это удивило.

— Присаживайтесь, леди Атенаис.

Ритас галантно придвинул мне стул и сел напротив.

— Я не знаю ваших предпочтений, — произнес так, словно мы находились на светском приеме, — поэтому проконсультировался с вашим братом.

— С Корвином?! Он…

— Спокойно! — приказал мужчина, чьего имени я до сих пор не знала. — Ваш брат жив и сегодня его не казнят.

— Только сегодня?

— До выяснения всех обстоятельств, — не стал лгать мужчина. — После завтрака мы вылетаем на Аритас.

И я поверила, безоговорочно. Подступающая паника стремительно покинула мое тело. А я точно знала, кого стоит за это благодарить. Пусть я не вижу леди Тайру, но этого и не требуется, главное, чтобы она была недалеко от меня.

Вайера крепко взялась за мое здоровье и душевный комфорт.

— Мне льстит ваше внимание, — честно призналась я. — Но, откровенно говоря, я не понимаю, зачем так стараться. Честно, не стоило…

А сама думала о том, позволит ли мне ритас позвонить брату и поговорить с ним. Вера верой, но пока я своего брата не услышу…

— Необходимо. — Отрезал мужчина. — Ешьте, все разговоры позже.

Перечить не хотелось, тем более запах творожной запеканки, которую я любила с детства, дразнил обоняние.

Вот ведь удивительно. Обо мне так беспокоился лишь брат. Пусть он и непоседа, иногда поступает как настоящий свин, но он любит меня и всегда стремится напомнить об этом.

Когда наши родители погибли, я взяла на себя опеку над ним, но и Корвин решил, что его долг заботиться обо мне.

Помню я его первые попытки приготовить творожно-фруктовую запеканку. На вкус она была настоящей гадостью, однако я съела все, что было в моей тарелке, потому что он всю ночь старался, чтобы с утра меня удивить и порадовать!

А теперь вот…ритас. Расплакаться не позволила леди Тайра, чутко среагировав на перепад настроения.

Каюсь, но вот это меня лишь разозлило. А потому я постаралась быстрее закончить с завтраком, чтобы перейти к разговору.

— Что вы знаете о ритасах? — когда обслуживающий персонал убрал со стола и мы остались вдвоем, прямо спросил мужчина.

— Мало, лишь то, что общеизвестно: ритасы — раса со скрытыми возможностями, малоизученная, подчиняющая монархическому укладу, почитающая традиции и Богов. Относительно остальных рас — считается неприкосновенной. Особенно, в отношении женщин. — Пожала плечами. — Скажите, а вы специально своего имени не называете? Это какая-то тайна?

Брови мужчины взлетели. Откровенный шок продлился секунд пять, потом он взял себя в руки.

— Вы хотите сказать, что не узнали меня?

— А должна?

— Я Звездный лорд…

Смешок сорвался с губ. Звездный лорд, который отдыхает на Лимаре и пристает к женщинам?! Смех стал громче. Вот ведь шутник.

— Что вас рассмешило? — меня окатило ледяной волной, но вместо того, чтобы испугаться и прекратить, я рассмеялась громче.

— Если это тайна, так и скажите, — наконец выдавила я. — Но вы не Звездный лорд. Не можете им быть. Звездные лорды не отдыхают на социальных курортах, пусть и таких роскошных, как Лимар. И уж тем более не ищут общества бьерфы.

Мужчина окинул меня холодным взглядом, а я пожала плечами.

— Если вы Звездный лорд, то я самая красивая женщина во вселенных.

— Значит, вы самая красивая женщина во вселенных. — Отчеканил мужчина. — Потому что я — Дамир аль Кахар, Звездный лорд первого ранга!

Я буквально услышала, как падает моя челюсть.

Но… Он не похож на лорда Дамира!

Да меня от одного взгляда Звездного лорда в пот бросает! И неважно, что вживую я его ни разу не видела, а лишь на визорах! Но там такая дикая энергетика, что достаточно одного взгляда, чтобы лихорадочно начать вспоминать, а не провинилась ли ты и как быстро стоит убегать и прятаться.

Я уже было открыла рот, чтобы поведать мужчине все, что думаю по этому поводу, но не успела.

Ритас выпрямился, чуть склонил голову, а в следующее мгновение я поняла следующее: я дура и мне нужно бежать, прочь и без оглядки! Потому что он сказал правду, а я идиотка!

Ему хватило несколько секунд, чтобы из доброжелательного мужчины превратится в ту самую ледяную глыбу с визоров, от которой веяло опасностью!

— Я… — сглотнула, мысли спутались в клубок. — Простите меня…

— Успокойтесь, — потребовал он.

И звучало как угроза. Какое там спокойствие! Сердце стучит как заполошное, цветные пятна перед глазами пляшут, и тошнота подступает к горлу.

В какой- то момент мой организм решил, что с него хватит потрясений, а потому попросту отключил сознание!

* * *

В себя я пришла в незнакомой обстановке и в компании леди Тайры. Как следует рассмотреть место, где я оказалась, не смогла, мне все еще было дурно.

— Вы настолько себя не любите? — первое, что спросила она.

— С чего вы взяли?

— Я только вчера привела ваши жизненные показатели в норму, а несколько часов назад, вы чуть не свели мою работу на нет.

И тон обвиняющий, укоризненный. Виски заломило от боли. Вот же вайера!

— Не вздумайте вновь падать в обморок! — приказ Звездного, а мне как раз и хочется потерять сознание, потому что я просто не представляю как себя вести с ним после всего, что наговорила ему!

Мало того, только мне могло хватить мозгов, связаться со Звездным лордом! Мы для них пыль, в то время как они — опора и защита всего Альянса! Да и мне не пятнадцать, чтобы грезить о лучших представителях наших миров!

Сглотнула. Леди Тайра нахмурилась и заставила меня дышать ровно, уменьшая ритм бьющегося сердца.

— Если так будет весь полет, — хмуро начала она, — я требую повышения ставки!

— Вы сомневаетесь в моих возможностях?

Ритас на нее даже не взглянул, а та вздрогнула!

— Нет. Я недооценила фронт работы.

Это же что же, я из-за своей трусости, дала повод вайере поднять цену на свои услуги? Да ни за что! Так, Атенаис, бери себя в руки, ты же не тряпка!

— Никакого повышения. Я в полном порядке, — отчеканила, глядя на женщину. — Мне не угрожает опасность, я не получила смертельной раны, следовательно, фронт работы не изменился. А сейчас, оставьте нас, пожалуйста.

Я видела, как ей не понравилась моя отповедь. Однако я действительно была спокойна. Когда необходимо мой организм и не на такое способен! Это она деньги получит, а отрабатывать мне и еще не ясно каким образом!

Нет уж, мне и так с этим ритасом не расплатиться…

Я уже поняла, что пока пребывала в обмороке, меня перенесли на корабль. Жаль, конечно, что я его не увидела. Но налюбуюсь по приезду на Аритас.

— Свободны.

Ослушаться приказа лорда Дамира леди Тайра не посмела. И последний раз оглядев меня, поспешила прочь из каюты.

А просторная каюта! Одна гостиная как весь мой номер в отеле Лимара!

— Присаживайтесь, — попросила ритаса, принимая сидячее положение на диване, и тем самым освободила место для мужчины.

— Я рад, что вы готовы к диалогу. — Усмехнулся он.

— Простите. Я действительно не узнала вас, и поверьте, никогда бы не нахамила.

Смоляные брови взлетели вверх.

— В ресторане. Вы абсолютно правы, таким как вы, не отказывают.

Горькая правда. Да только и Звездных лордов не так много. Всего пять первого ранга, восемь второго и пятнадцать третьего.

Первый ранг говорит о том, что его носитель является соправителем на своей планете, а также на тех, которые курирует.

То есть Земля, войдя в состав Альянса, получила своего Звездного лорда — Тарима аль Натора. Представитель расы кайрейгов. Лучше всего они совместимы с людьми, в-принципе, и выглядят почти как люди, только имеют лучшую физическую форму, а также врожденные ментальные возможности. Не знаю слухи или нет, но говорят, что наш Звездный лорд силой мысли уничтожил маленькую планетку — пристанище контрабандистов на краю галактики.

И случись что с Землей, он будет держать ответ перед другими Звездными лордами первого ранга.

За планеты поменьше ответ держат лорды второго ранга, а уж за совсем маленькие — третьего.

Но не стоит забывать, что и в подчинении у лордов множество существ, которые трудятся на благо Альянса, следят за торговыми отношениями, обеспечивают защиту и надлежащий уровень жизни.

И теперь понятно, что делает лорд Дамир на Лимаре — планета является крупной, мало того, находится недалеко от Аритаса и входит в его сферу влияния.

Скорее всего, прибыл с проверкой, лорд Тарим тоже совершает «обход» своей территории и редким гостем на Земле не является несмотря на то, что его родная планета в шести днях пути от нашей!

— Одного понять не могу, почему управляющий поспешил мне на помощь, если знал, что вы их лорд. К тому же, Гранд Маре — не самый лучший отель Лимара.

— Ошибаетесь, — усмехнулся ритас, — Гранд Маре единственный нормальный отель. Даже Звездный лорды подчиняются законам. Вы отказали, он вмешался, давая вам шанс одуматься.

— Мне?

— Именно.

— То есть, если бы вы не согласилась с моими выводами, то…

— Вы бы все равно ушли со мной.

— Заставили бы силой? — вскинулась я.

— Нет, как вы и выразились, таким как я не отказывают, и не пойди я следом, то вам бы объяснили, кому и что, вы только что сказали.

И не поспорить ведь! Вернулась бы, извинилась. Потому что он один из соправителей! Им не отказывают! Им дают все, что те требуют! Да и пользуются их вниманием, чего уж скрывать.

— Скажите, как так вышло, что вы невинны? Вам двадцать восемь, вы красивы, законов запрещающих связи до брака на Земле нет…

Я закашлялась. Это-то ему зачем?

— По-вашему, если запрета нет, то обязательно с каждым встречным прыгать в постель? — язвительно поинтересовалась я и прикусила язык.

Он так на меня посмотрел, что мне захотелось пойти и выпить яду. А еще лучше выйти в открытый космос, чтобы своей мучительной смертью стереть пятно позорных слов.

— Отвечайте.

— Не знаю. Не до отношений было, уж извинтите.

Да что он вообще может понять? Когда разбились родители я осталась одна! Ни теть, ни дядь, бабушек и дедушек у нас никогда не было. Да что там, я без понятия, есть ли у нас хотя бы дальние родственники! Мне пришлось буквально из кожи вон лезть, чтобы не оказаться на улице, потому что выяснилось, что дом нам не принадлежит! Месяц скитаний и переезд в социальный квартал на государственную квартиру! Не самое лучшее место!

Каюсь, была у меня мысль воспользоваться своим молодым и красивым телом, чтобы быстро поправить наше плачевное положение, но потом… Потом я поняла, что подам не лучший пример своему брату, да и не сможет он меня простить, если я за кусок хлеба и крышу над головой буду предлагать свое тело!

Поэтому я работала на трех работах, пока в итоге не устроилась в компанию «Элейт». Но я сама, своим трудом, купила пусть и маленькую квартирку, но в хорошем районе! А также смогла обеспечить Корвина всем необходимым. Репетиторы, оборудование, ингредиенты для его экспериментов…

Я глубоко вдохнула и медленно выдохнула. Ну вот чего я вызверилась? У меня был всего лишь брат, а лорд отвечает за жителей десяти крупных планет! Все он знает, только отвечает не за одну жизнь, а за миллиарды.

«Только он не поднимался с нуля, у него возможностей для реализации больше» — пронеслась ехидная мысль, которую я отбросила, решив быть до конца откровенной с ритасом.

В конце концов, он помогает. И пока ничего не требует. А раз он считает, что моя девственность важна, что ж…

— Кроме меня у Корвина нет никого. Мне едва исполнилось восемнадцать, когда наши родители разбились на пассажирском лайнере, а ему — пятнадцать. Выяснилось, что дом, который мы все детство считали своим — арендованный. Я не могла его оплатить. Студенты не располагают такими средствами.

Мужчина молчал и пристально смотрел на меня. Я решила, что этого достаточно, но он сохранял тишину, потому я и продолжила:

— Я забрала документы из университета и пошла работать. Подростки требуют повышенного внимания и финансовых возможностей. Я даже и не думала, что они так быстро растут! — Я закусила губу и горько усмехнулась. Помню, как плакала, когда Корвин не мог натянуть крутку, купленную три месяца назад. Она ему мала стала! А денег не было… И так практически со всеми вещами. — Мать и отец не оставили нам сбережений. Во всяком случае, на их имена не было счета в банке.

Помню, как сильно меня это удивило. Моя семья не имела стеснения в средствах. Мы хорошо жили. Потому для меня было огромным потрясением арендованный дом и отсутствие денег в банке.

— Ясно.

Ритас замер на месте и смотрел поверх моего плеча. Он о чем-то думал, и я решила ему не мешать. Может, в этот самый момент он прикидывает, что делать со мной и моим братом.

— Я не просто так спрашивал о том, что вы знаете о моей расе, — наконец изрек он. — По нашим законам и традициям, невинная девушка становится невестой встав на колени перед мужчиной, который ей нравится.

— Что?

— Она должна попросить об этом стоя на коленях. Наедине.

У меня не было слов. Несколько мгновений я просто открывала и закрывала рот. Что вообще за бред?!

— Но тогда вы бы давно были женаты, — осторожно заметила я. — Вы Звездный лорд, персона влиятельная, сомневаюсь, что ваши девушки этого не понимают.

— Наши девушки и женщины воспитаны в гордости, леди Атенаис, и на колени могут встать только один раз в своей жизни. Перед женихом, будущим мужем. К тому же, остаться наедине со мной трудная задача, с которой еще ни разу никто не справился.

«Видимо, прецеденты были»

— Но я ведь не ритаска, да и моя просьба была иной. Я не набивалась вам в жены!

— Вы попросили о помощи, пообещав себя. Это практически правильная традиционная формулировка помолвки нашей расы. Но проблема не в этом, я среагировал на вас, безоговорочно приняв предложение. По нашим законам вы — моя невеста и мой дом об этом уже знает.

Мой дом? Он что, живой?

Только когда почувствовала леди Тайру, поняла в каком сильном потрясении нахожусь! Вот так съездила в отпуск! Постояла одна на коленочках, вымолила жизнь брату!

— Почему… — вайера вовсю командовала моим дыханием и сердцебиением, заставляя успокоиться, а потому я сбивалась, и приходилось делать долгие паузы между словами. — Вы…рассказали мне об этом? Разве все нельзя отменить?

— Вот поэтому и рассказал. Насколько я могу судить о вас, вы не относитесь к категории алчущих девиц, желающих поправить свое материальное положение за счет мужчины.

— Продолжайте, — попросила, прикрывая глаза. Ну леди Тайра! Мстительная стерва, которая решила усыпить меня посреди разговора!

— А значит, вы поможете мне расторгнуть помолвку. Но прежде, чем вы дадите ответ, хочу предупредить, если ваш брат осознано нарушил закон, помогать я не стану.

— Серьезно? — я распахнула веки. — Он — единственное, что представляет ценность в моей жизни. Лишившись брата, умру и я.

— Леди Атенаис, традиции и законы Аритаса неприкосновенны! Нарушившего их ждет смерть.

— Тогда готовьтесь стать вдовцом до брака, — пожала плечами. — Я на колени встала не ради помолвки, а ради своего брата!

— Исключено! Ритас не сберегший свою невесту никогда больше не сможет жениться!

— Дикари, — в сердцах воскликнула я. Теперь-то понятно, чего ко мне приставили Тайру. И дальше, судя по всему, будет только хуже. Прощай свобода и запланированный отпуск!

— Может и так, но именно мы обеспечиваем благополучие альянса!

— Я все сказала. Не станет Корвина, вы никогда не женитесь!

Я боялась Дамира до тошноты, до черных мушек перед глазами, но потерять брата я боялась больше, а потому смела выдвигать требования. Да и к тому же, ничего мне он не сделает! Связан по рукам и ногам своими же традициями!

— Я не пойду на нарушение закона, однако обещаю вам полное расследование инцидента, а также комфортные условия вашему брата во время следствия. Вы оба будете под моей защитой.

Я закусила губу, лихорадочно соображая соглашаться или нет.

— Мой брат никогда не лжет, всегда учтив и приветлив. Он не стал бы нарушать ваши законы. Я уверена в нем, но нам нужна помощь, чтобы доказать его невиновность. К тому же, ни вы, ни я, не знаем, что же там случилось.

Ритас нахмурился. Судя по всему, он не мог со мной поспорить. Хотя ему точно должны были отправить все данные по делу, раз лорд остановил казнь. Вот нутром чую, тут что-то нечисто!

— Я клянусь, что со своей стороны сделаю все, чтобы помочь, но леди Атенаис, если он виновен — то ваш брат будет наказан.

Я вздохнула. Это мы еще посмотрим!

— Итак, каким образом можно расторгнуть, гм…помолвку?

— Есть два варианта, но первый нам не подходит, — тут же ответил мужчина.

— Вы оба озвучьте, а там видно будет.

— Примите как данность, у нас есть лишь один вариант.

Глаза мужчины зло сузились. Без понятия, что ему доставляет такой дискомфорт, но выяснить обязана.

— Лорд Дамир, я спрашиваю не для праздного любопытства. Вы сами озвучили два варианта, а теперь не хотите пояснить. Мне бы не хотелось случайно что-то сделать не так.

— Первый вариант — это лишение невинности с другим мужчиной. — И как для идиотки пояснил: — Не с женихом.

— Что, не переживете позора? — честное слово, я не желала язвить, оно само вырвалось.

— Убью. Обоих.

— Что?!

— Позор смывается кровью, нанесенное оскорбление смывается кровью. Я не рядовой гражданин, леди, и церемониться не стану.

Мое сердце ухнуло в пятки. Куда я лечу? Что за варварское общество?!

— Я боюсь представить, что за второй вариант.

Ритас нахмурился, враз подобрался.

— Вы должны публично опуститься передо мной на колени и попросить расторжения помолвки. А учитывая мое положение, все должно происходить на главной площади Аритаса.

— А у вас любые важные вопросы решаются путем унижения женщины?

— А чем вы слушаете, леди Атенаис? — хмуро вопросил он. — Я повторю еще раз, наши женщины необычайно горды. Они воспитываются в роскоши и всеобщем преклонении. Для них встать на колени — подобно смерти. Это признание в том, что они подчиняются воле мужчины.

— Как все запущено… Если я правильно понимаю, ни одна ритаска не опустится до вторичного унижения и никогда не встанет на колени перед мужчиной дважды.

— Верно.

— Простите, а как вы еще не вымерли?

Дамир усмехнулся и не ответил.

Впрочем, оно и не нужно. И так все понятно, сверхраса, о которой лично мне известно ничтожно мало.

В образовавшейся тишине я нервно размышляла над сложившейся ситуацией.

Во-первых, меня реально подкупила откровенность Звездного лорда. Ему ничего не стоило не сказать правду, а приволочь на свою планету и хитростью стребовать от меня встать на колени при всем честном народе. Учитывая мое отчаянное положение в отношении брата, я бы сделала все и даже больше.

Во-вторых, он все-таки обещал помочь Корвину. И внутри меня теплилась надежда, что я смогу вырвать брата из чудовищных лап смерти.

— Я предлагаю еще один вариант, который выступит гарантом, но уже для меня. — Глядя на мужчину, пристально всматривавшегося в мое лицо, произнесла я. — Вы уже знаете, где и кем я работаю?

— Да.

— Отлично, мы заключим с вами стандартный договор на эскорт услуги, где моделью выступлю я, а особыми пожеланиями — ваши условия преклонения на площади и сохранение невинности модели. С моей же стороны будет пункт об оказании некоей помощи, а также отсутствие домогательств с вашей, согласны?

Очередное «да» и я облегченно выдыхаю.

Глава вторая

После того, как мы заключили договор, который заверили отпечатками пальцев, мне на визор начали поступать звонки от вышестоящего руководства.

И если непосредственного начальника, а также его секретаршу я могла игнорировать, то, когда на визоре отобразился генеральный директор, приняла вызов.

Повезло, что со мной еще находился Звездный лорд, потому что гневное лицо генерального смягчилось и стало вежливым, даже подобострастным.

Знаю я, что он хотел мне сказать.

К примеру, поинтересоваться, как я посмела внести пункт о неразглашении участия модели «Элейт» в жизни лорда Дамира, как до истечения срока договора, так и после него. Это же такая сокрушительная потеря и просто космический пиар для агентства!

Услугами агентства воспользовался сам Звездный лорд!

Нет, я, конечно, понимала, что претензии мне еще неоднократно выскажут, и это несмотря на огромную сумму сделки. Мне, как модели, идет всего лишь сорок пять процентов и все, что клиент пожелает мне преподнести как подарок.

Впрочем. Грех жаловаться, моя часть очень внушительна. Не годовая зарплата, но близко к этому.

В итоге в беседе я не участвовала, да и сложно назвать беседой идущие дифирамбы и комплименты от директора моему вынужденному работодателю. Я усмехалась про себя, хотя предполагала, что подобное мне еще не раз аукнется.

Уволят наверняка.

Да и черт с ним, вырученных денег хватит и на то, чтобы работу найти, и на то, чтобы отдохнуть после Аритаса.

Заключив со мной сделку и закончив разговор с агентством, лорд Дамир оставил меня, предупредив, что обед принесут мне в каюту, а вот за ужином мы встретимся.

Пока же я занималась изучением своей комнаты.

Откровенно говоря, я как ненормальная носилась по каюте, разглядывая каждую мелочь. Я не удивилась, когда обнаружила свой чемодан. Абсолютно точно в него собрали все мои вещи, так что переживать о том, что на Лимаре остались милые сердцу безделушки и гаджеты не стоило. А вот сходить еще раз в ту шикарную и просто невероятную душевую кабинку, раз она обнаружилась на корабле, да еще в моих владениях…

Я понимала, что веду себя как ребенок, но просто не могла остановиться.

Какой там обед! Я буквально застряла в ванной комнате, меняя свою внешность, экспериментируя с образами, иногда давясь смехом от результата, а иногда подолгу разглядывая себя в зеркале с открытым ртом.

Я исполнила сумасшедшую мечту и перекрасила волосы во все цвета радуги! С диким хохотом, глядела на безумство красок в волосах и мысленно хвалила себя за то, что не сделала этого раньше. Потому что я бы очень долго копила на то, чтобы с минимальными потерями восстановить свои волосы. А сейчас за меня все делала чудо-кабинка.

Я примерила невообразимое количество нижнего белья, чем бы наверняка вывела из себя продавцов в магазине, но… Я у себя в каюте и обслуживает меня кабинка! Я отвела душу, надевая платья, брюки, блузки и топы, к которым никогда бы не смогла прикоснуться в своей жизни.

К тому моменту, как я совершенно счастливая вышла из ванной комнаты, обед явно остыл, мало того, меня ждал сюрприз в лице лорда Дамира. Он сидел в кресле напротив столика и выглядел ровно так, как на экранах визора.

Мне стало жутко.

— Леди Атенаис, — обратился он ко мне, при этом, даже не повернув головы, — я бесконечно рад, что вы начали пополнять гардероб, однако, я не могу позволить вам ходить лишь в нижнем белье.

— Простите? — ошеломленно выдохнула и осторожно села напротив мужчины.

— Вы заказали нижнее белье, а к нему всего несколько комплектов одежды. Вы же не думаете, что я позволю кому-либо видеть вас практически голой?

Я ничего не понимала. Ну примерила я одежду, с чего он вдруг решил, что я ее заказала? Каюсь, как бы мне ни хотелось, но я вышла в том же, в чем попала на корабль.

— Я ничего не заказывала, — осторожно начала я, вдруг с удивлением поняв, что он отслеживает все мои действия! Это что же он видел, как я… — Вы подглядывали?!

— Нет, я получил счет и оплатил его. — Ритас вскинул голову. — Вы хотите сказать, что не знаете, как устроена кабинка?

— Если бы не знала, то вряд ли бы сумела воспользоваться, — огрызнулась я и прикусила язык. Стоп, а ведь точно, мне даже в голову не приходило, что кабинка не может вместить столько брендовых шмоток! — Вы хотите сказать, что все, что я перемерила, вы оплатили?

— Косметика тоже входит в счет, — усмехнулся мужчина, а мне натурально стало плохо. — И я не против ваших покупок, однако, настоятельно рекомендую выбрать помимо нижнего белья одежду. На Аритасе не принято ходить полуголой. Я не исключаю, что на Земле такой стиль нормален, но на моей планете, девушки…

— Подождите, — я схватилась за голову и помассировала виски. — Простите, нет, на Земле носят купальники и ходят в нижнем белье лишь по особым поводам. Например, показ новой коллекции от именитого кутюрье или вечеринка у воды. Извините меня, я не думала, что вам придется оплатить все, что я захочу примерить. Я не собиралась ничего покупать. Это…

Стыдно признаваться в том, что я как полоумная и оголодавшая девчонка кинулась на кусок ткани, словно никогда в жизни его не видела. Ладно ткани! Сколько денег ушло на окрашивание и восстановление моих волос! Молчу уже обо всем теле…

— Клянусь, я не знала, что…

— Достаточно. Меня не интересует, сколько вы потратите на смену вашего облика, я настоятельно рекомендую ознакомиться с правилами и традициями Аритаса, и на момент прибытия, прошу вас выглядеть соответствующе.

— То есть… — я утратила дар речи, изумленно глядя на Дамира.

— Вы можете купить себе все, что вам понравилось, — подмигнул ритас, — моя невеста не должна ни в чем нуждаться. Я просто ошибся, решив, что вы желаете выйти в неподобающем виде и опозорить меня.

Ритас поднялся, но не пошел к дверям. Вместо этого он приблизился ко мне и присел на корточки. Ему будто было мало того незначительного расстояния, какое создавал столик между креслами, и он решил его сократить.

— Это я должен извиниться, я не предполагал, что вы можете не знать о том, как устроена кабинка. Пожалуйста, не думайте ни о чем, наслаждайтесь поездкой, выбирайте все, чего вам захочется.

— Но…

— Атенаис, — мягко позвал он, заставляя меня смотреть ему в глаза. — Я имею право на подарки, наш контракт это предусматривает. Ни в чем себе не отказывайте.

— Поняла, — выдохнула я. — главное, я не должна вас опозорить. Я ознакомлюсь с информацией.

— После ужина вам принесут визор, — Дамир поднялся, — а до него осталось полчаса. За вами зайдут, леди Атенаис.

И вышел! И мне почудилось, что он посмеивался!

— Черт! — воскликнула я и кинулась к своему визору.

Что не так с этой чудо-кабинкой?!

К тому моменту, как я закончила знакомиться с инструкцией в мою каюту влетела вайера. И неудивительно, ибо я чувствовала себя скверно, настолько скверно, что лучше бы мне и вовсе сквозь землю провалиться!

Ну откуда я могла знать, что вот эта ультрасовременная, невероятная и удобная кабинка, предназначена лишь для самых богатых особ? Даже реклама, которую крутили по визорам, не передавала всей информации.

Да, кабинка являлась самым удобным и, что лукавить, лучшим способом быстро привести себя в порядок. Однако, она была не просто душевой, а энергетическим порталом! Иными словами, каждый раз, когда я выбирала что-то из каталога, над моей внешностью колдовали специалисты того модного дома и те визажисты, которым принадлежало право на выбранный образ.

Они подключались к каналу, ведущему в кабинку и в реальном времени, отдавали свою энергию, выполняя заказ. За это, а также за подгон необходимых вещей по моей фигуре, лорд Дамир и платил, но уже постфактум.

Кабинка не являлась гардеробом или местом хранения, она была лишь перевалочным пунктом. Однако за все, что я примерила, выставлен счет. Но, что особенно грело душу, так это тот факт, что выбрав что-то однажды и оплатив это, я могу воспользоваться купленным образом и одеждой с помощью любой другой кабинки и не заплатить за это ни копейки!

Неудивительно, что данная чудо-техника была доступна только самым влиятельным личностям нашего альянса! Собственно, мне повезло очутиться в душевой, на которую настроены все самые лучшие и дорогие магазины, а также салоны. Откровенно говоря, захоти я в следующий раз нечто экстраординарное и не входящее в каталог, мне все сделают по высшему разряду. Нужно всего-то выбрать необходимую функцию с названием «Новая идея». Правда и оплата за нее соответствующая…

— Если вы немедленно не расслабитесь, я подниму цену за свои услуги в пять раз, — заявила вайера, чем тут же вызвала мое негодование.

— Не посмеете, — прошипела я и тут же медленно выдохнула.

Расслабиться, успокоиться…, да я чуть не поседела, когда поняла, а какую сумму нарезвилась в кабинке!

Ничего-ничего, я должна просто об этом не думать, пока за моим здоровьем следит леди Тайра.

Минут через пять мне удалось не только успокоиться, но и выставить женщину из своей каюты. А еще через десять минут за мной пришли, чтобы проводить в столовую.

Я пристально разглядывала провожатого, который не представился и лишний раз на меня старался не смотреть. Интересно, ему запрещено со мной говорить или он просто такой стеснительный ритас? В конце концов, не сказал же лорд Дамир кем я ему прихожусь?

Но я быстро забыла о мужчине, который вел меня по просторному коридору. Во-первых, мне было любопытно. Во-вторых, все являлось новым и неизведанным. Ну, а в-третьих, лучше уж «считать ворон» по сторонам, чем думать о брате или стоимости моей примерки в кабинке. Я не дам повода вайере увеличить сумму за свои услуги!

Просторный холл, куда меня привел ритас, поражал белоснежным оформлением. Я даже зажмурилась и на миг замерла на пороге. Белые столы, зависшие прямо в воздухе на той высоте, которая была удобна под прием пищи конкретных мужчин, занимающих их. Белоснежные скатерти с редким орнаментом синих и фиолетовых оттенков. Стены, задрапированные белой тканью или чем-то на нее похожем. Но при этом, не складывалось впечатления, что ты попал в медицинский блок. Потому что у стен вырисовывался рельеф, придавая странной тканюшке объем. По факту, стена словно перетекала из одного рисунка в другой.

Не знаю сколько я так простояла, рассматривая столовую, и гадая, что изображено на стенах, но меня никто не торопил.

— Это же история, — восхищенно выдохнула я, разглядев сцену из битвы с найритом. Тварью на одной из карантинных планет. Точнее карантинной и закрытой она стала после того, как были уничтожены исследовательские экспедиции, отправленные на эту планетку, а в ее экосистеме обнаружены вирусы, уничтожающие большинство разумных рас.

— Вам нравится? — горячий шепот у самого уха.

Я вздрогнула и покачнулась.

Лорд Дамир напугал, но я помнила о вайере, а потому и внешне, и внутренне осталась невозмутимой. Лишь попросила:

— Не подкрадывайтесь так, пожалуйста.

— Я вас напугал? — меня галантно взяли под ручку и повели внутрь, за нами бесшумно затворилась дверь.

Я лишь сейчас заметила, что мы остались абсолютно одни и вместо того, что хотела сказать, спросила:

— А почему все ушли?

— Они поели, — жестко ответил он.

На мой взгляд слишком резко для такого невинного вопроса.

— А я готовил для вас сюрприз, — перевел он тему. — Закройте глаза.

Не стала спорить и послушно зажмурилась.

— Открывайте, — через минуту позволил он.

— Невероятно! — выдохнула я, жадно рассматривая изменившуюся столовую.

Больше не было множества столиков, только один, с красивыми резными ножками из красного дерева, длинной, но прозрачной к полу скатертью.

Он находился ровно по центру зала, а на нем гордо стояла пузатая ваза с роскошным букетом.

Но поразило меня совсем не это. Преобразилась сама комната. Не было больших белых стен с гравировкой из истории наших вселенных. Мы будто оказались на террасе у берега моря.

Я в первое мгновение зажмурилась, не поверив тому, что увидела. Однако эта иллюзия была настолько реалистичной, что я лишь ахнула.

По левой стене плескалось море, ласковые волны лизали импровизированные берега, вдалеке на ночном небе призывно мерцали звезды. Про правую руку пылал камин, даря ощущение спокойствия и радости. Словно я действительно находилась в доме, сидела на террасе, а в комнату была открыта дверь, откуда хорошо было видно камин с веселым огнем, а прямо передо мной лазурное море….

— Пойдемте, — мягко подтолкнул меня к столику ритас. — Я прошу прошения за свою несдержанность. Я должен был вас со всем познакомить и объяснить.

— Это ваши извинения? — восхищенно выдохнула я. — Они приняты.

И скромно молчать о том, что вообще-то, извиняться должна я. Мне улыбнулись и галантно подвинули стул. Словно по взмаху волшебной палочки перед нами возникли бокалы и столовые приборы, вот только первое блюдо принес официант.

Ну это я его так назвала, хотя прекрасно понимала, что он член команды, взявший на себя роль обслуживающего персонала на импровизированном романтическом ужине.

Собственно, да, романтика сейчас просто зашкаливала. Для чего это лорду Дамиру?

— Вы хмуритесь, вам не нравится суп с клецками?

— Что вы, аромат потрясающий и я в нетерпении попробовать старания вашего повара, но…

— Вас что-то беспокоит?

— Конечно. Я не понимаю зачем так стараться.

— Поясните, — глаза мужчины блеснули.

Официант бесшумно удалился, оставляя нас наедине.

— Вся эта обстановка, — я замялась, а вдруг я лишь напридумывала себе? Меня не часто баловали таким роскошным ужином. Да и на свидания времени не было. — Складывается впечатление, что у нас свидание, но…

— Так и есть.

— Простите? — пришел мой черед удивляться. — Мы же…

— Для всех мы настоящие влюбленные, Атенаис. Никто, я подчеркиваю, никто кроме нас, не должен знать, что вы моя невеста лишь временно. — Четко произнес ритас, — теперь, пожалуйста, давайте закроем эту тему. Наслаждайтесь ужином.

Спорить не стала. Но как-то не ожидала, что нам придется играть в любовь при его команде и доверенных лицах.

Бред какой-то.

— Вина?

— Немного, — кивнула и пояснила, — мне еще изучать информацию, не хотелось бы захмелеть и уснуть.

— Нам предстоит три дня пути, успеете. Вам стоит расслабиться и отдохнуть.

— Но спать с вами я не стану! — поспешно заявила и покраснела. Всеблагие, что я несу?!

— Мм… — мужчина отпил вина и склонил голову наискось. У меня сердце пустилось в пляс. — Я настолько непривлекателен?

На секунду у меня сбилось дыхание. А мысли вялой кашей застряли в мозгах. Он и не привлекателен?

Особенно сейчас, когда в глазах плещется страсть?

Румянец прилил к щекам, а внутри меня поднялась волна жара. Нет, он был чертовски сексуален и красив.

— Может, мне стоит напомнить, кем я являюсь? — продолжая улыбаться спросил он шепотом.

Это меня и отрезвило. Я поняла, что надо мной просто насмехаются.

— Вы не нуждаетесь в этом, — качнула головой и отпила еще вина. Такими темпами, я и сама к нему в постель прыгну, позабыв обо всем, желая проверить каким может быть сладким слияние мужчины и женщины. — И вы прекрасно об этом знаете.

— Но вы мне отказали.

Я промолчала и под пристальным, опаляющим взглядом, отправила ложку в рот. Он не торопил меня с ответом, а я позорно приводила свои растрепанные чувства в порядок.

Когда он вот так на меня смотрит, выгибает свои брови, чуть приоткрывает рот, я думаю совсем не о спасении брата. Я мысленно начинаю представлять каким может быть его тело без одежды. Каким горячим и мягким наощупь оно может быть.

Очередной спасительный глоток вина и я все-таки беру себя в руки.

— Будь я немного иного склада, и не сомневайтесь, вы бы не получили отказ на ваше предложение о проведении приятной ночи. — Я специально говорила так, выстраивая тяжелые словесные конструкции. Это помогало отойти от его очарования. — Мы девственницы, слишком пугливы.

Я пыталась шутить. Не очень удачно, но хотя бы так. А вообще, даже нищий имеет чувство гордости и собственного достоинства.

— Вы особенная, — ни капли не сыронизировав, заявил он. — Поверьте, ваша сущая мелочь абсолютно не препятствие для достижения цели.

Каюсь, его слова я обдумывала непозволительно долго. Минут десять, если быть точнее.

И все это время он соблюдал тишину.

Правильно ли я поняла, что он намекает на свой опыт с девственницами? Фу как некрасиво!

— Значит, будем считать, что действительно особенная, — мрачно подытожила свою умственную деятельность. — Буду рассчитывать на ваше благородство и пункты контракта, которые нарушать ни вам, ни мне, не выгодно.

— Забудьте о нем.

— Что?

— Сейчас забудьте о нем, насладитесь нашим свиданием и не оскорбляйте меня предположением, что я наброшусь на ваше тело.

Как-то я не смотрела на этот вопрос под таким углом.

— Не верите, — расслабленная поза ритаса сменилась напряженным ожиданием.

Сейчас в нем чувствовался хищник, только чувствовался, но не показывался, намеренно или нет, не желая меня пугать. Потому что, если бы он улыбнулся или посмотрел, как на трансляциях визора, я отрезвела бы моментально.

Он ждал ответа, а я со стыдом отметила, что не могу оторвать от него своего взгляда.

Как я не видела этого раньше? Плеч и рук, в которых чувствуется сила, волевой подборок, рот с мягкими, бархатными губами. Во мне боролось отчаянное желание прикоснуться к ним, удостовериться в предположении: так ли они мягки, как мне кажется.

Черт его знает, как я сдержалась. Это явно не моя заслуга, а его, потому что слова, сказанные Дамиром, потушили мой запал.

— Я не притронусь к вам, иначе наша сделка будет недействительной. Ритас присвоивший женщину, несет за нее ответственность, даже в том случае, если она, вдруг, передумала.

— Правда? А как быть с теми, кому не помешала «сущая мелочь»? — прежде, чем успела подумать, ляпнула я. — Только не говорите, что у вас дома гарем.

А вот теперь передо мной хищник.

Но вино сделало свое дело. Страх был загнан в самую глубь моего сердца, а вот бурлящий в крови адреналин требовал сатисфакции.

А то смотрите, хвастается тут передо мной будто мальчишка, словно считает, что эти слова меня не могут задеть.

Стоп. А с чего вдруг меня его сексуальные предпочтения обижают?!

Атенаис, ты что выпила огромную дозу афродизиака?

— Что в вине? — хрипло спросила его. — У меня странная, нетипичная реакция на вас.

Темно-желтые глаза сузились, не обещая мне ничего хорошего.

— Я не оскорбляю вас, но знаю себя. Вы красивы, мужественны, я видела это и раньше. Но меня не занимала навязчивая мысль оказаться с вами в горизонтальной плоскости!

Всего секунда и мой бокал был отнят. Дамир втянул запах вина и скривился.

— Свидание окончено. — Заявил он, а в следующий момент, мне была протянута кружка, от которой тянулся пар. — Выпейте это, вам станет легче.

Спорить не стала и медленными глоточками выпила травяной чай. Сама не заметила, как проглотила половину содержимого чашки.

В голове прояснилось. Либидо перестало танцевать ламбаду. Инстинкты размножения отдали бразды правления разуму, что не могло не радовать.

— Вижу вам лучше, — без тени улыбки заявил ритас.

«Лучше то лучше», — мысленно согласилась с ним. — «Но желание обладать вами не прошло»

— Мне жаль, что так получилось. Виновный будет наказан. — между тем сообщил ритас. — Атенаис, выпейте все, поверьте, вам станет легче и назойливое желание полностью покинет ваше очаровательную головку. Это навязанные чувства, вы были правы, но они мимолетны.

— Хорошо, — кивнула и продолжила пить чай.

— Раз так вышло, я преподам вам первый урок о моей расе. Все мы без исключения можем влиять на противоположный пол. Для всех женщин, девушек, девочек — мы невероятно привлекательны. Случаются, конечно, исключения, но, когда ритас желает получить понравившуюся женщину, он неосознанно задействует в организме феромоны, которые в свою очередь, действуют на мозг женщины и ее нервную систему. Именно поэтому я был удивлен вашему отказу.

— Ваш инстинкт охотника пробудил в вас скрытые механизмы, точнее врожденные способности расы, а я на них не отреагировала? Дичь не пожелала быть жертвой?

— Грубо, но аналогия верна. Поэтому я запретил своей команде близко контактировать с вами. Однако, — мужчина сжал кулак. — Невеста, не воспользовавшаяся своим правом — дичь для остального населения Аритаса.

— И когда вы хотели мне об этом сказать? — в голове действительно прояснилось и мне стало многим легче. — Сказать о том, что я стану мишенью для всех озабоченных мужчин, которые пожелают вам насолить?

— Вы не отозвались на феромоны самого сильного ритаса, поверьте, вам не стоит бояться остальных. Я предполагал, что у вас иммунитет к этому, как и у всех ритасок, но ошибся… Вы человек, а значит подвержены зельям. Вы будете постоянно носить с собой антидот.

— Так себе перспектива, — пробормотала я. — Выходит, ваша команда специально подлила мне возбуждающее средство, чтобы никто не смог совратить вашу невесту и тем самым опозорить вас? Они что, знают, что я девственница?

— Чувствуют, — просто ответил он.

— Час от часу не легче.

— Вы не представляете, насколько ценной становится девушка, которая до проведения брачного ритуала не осуществила свое право. Обычно, ритасы пользуются этим правом, проведя первую ночь с невестой до брака, не давая девушке времени передумать или быть опозоренным с ее помощью.

— Варварские традиции, — пробормотала я и зевнула.

— Пойдемте, я провожу вас, — Дамир галантно помог подняться со стула и придержал за талию.

Его близость кружила голову.

Или это не до конца подействовал антидот, или, вопреки предположениям лорда, я все-таки подвержена его феромонам.

«А вариант, что он тебе просто нравится, не рассматривается?» — ехидный внутренний голос оглушил меня, заставляя сбиться с шага.

Да быть того не может! Этого мне еще не хватало!

Я не заметила, как вдруг оказалась на руках у лорда Дамира.

— Расслабьтесь, — попросил он. — Я отнесу вас в вашу комнату.

— А ужин? — зевнула я, пряча лицо на его груди.

Хорошо-то как. Уютно и тепло. Его ответ остался для меня за гранью сознания. Оказавшись прижатой к его телу, я моментально уснула.

Глава третья

Дамир аль Кахар


Я бережно уложил девушку на кровать отдал приказ вайере:

— Переодеть.

Сомневаюсь, что леди Атенаис обрадуется, если узнает, что я избавил ее от одежды, даже, при условии, что ей так будет удобнее спать.

Я вышел из ее каюты и прошел в свой кабинет. Я был чертовски зол на свою команду и, в частности, на старого друга.

— Ты звал меня, — дверь каюты открылась, являя виновника сорванного ужина.

— Ты понимаешь, что я обязан тебя наказать?

— Дамир, я не мог поступить иначе, ты должен…

— Не тебе мне указывать, — оборвал его на полуслове. — Ты отравил мою невесту.

— Ты знаешь, что это не так, — качнул головой друг. — Здоровью леди ничего не угрожало.

Не будь нашей дружбе более века, и он бы не посмел мне перечить.

— Она человек, а ты не целитель, чтобы знать все реакции человеческого организма. Но ты ошибся, полагая, что наша дружба позволяет тебе вмешиваться в мои отношения с невестой. Это непростительно.

— Да, лорд Дамир, — Микел опустил голову. — Но любой на моем месте поступил бы точно также. Ты одинок, тебе нужна жена, и она первая за все время, кто сумел пробудить твой айсе! Я обязан был обезопасить тебя и леди…

— Микел! — предостерег его от дальнейших слов. Я доверял ему как себе, и планировал посвятить в свои планы, касательно леди Атенаис. Не успел, и видимо, к лучшему. — Ты будешь отослан.

— Да, мой лорд.

— Свободен!

Айсе… кто бы мог подумать, что мой дом примет девушку, которая еще не успев войти в ресторан, привлекла мое внимание.

Я прервал свою встречу, почувствовав тонкий аромат ее духов, идущий из коридора. Тогда я еще не понял, что вело меня в ресторан, но увидев девушку не смог отказаться от желания обладать ею.

Кто бы мог подумать, что она даст отпор? Только факт ее невинности, остудил мой пыл. Я среагировал на нее так, словно она была моей расы. Безошибочно определив в ней возможную пару.

Атенаис подходила моему айсе, моей натуре и моему разуму. Мы были совместимы.

Отчасти я даже радовался стремительному бегству той, кто могла бы заполучить лучшего мужчину. И точно не мог предполагать, что контроль над инстинктами ослабнет и полностью рухнет, когда я уловил ее боль.

Я и сам не понял, как оказался подле девушки, вовремя не дав упасть на пол.

Мной управляли инстинкты, иначе бы я никогда не принес девушку в свою комнату и уж точно не нанял вайеру, беспокоясь о ее здоровье.

Атенаис сама не ведая совершила ошибку, она вверила свою жизнь в мои руки. Связала нас незримой нитью, позволяя айсе подключиться к ее биополю, и объявить на весь Аритас о наличии невесты дома аль Кахар.

Сегодня второй день празднеств. Я сжал кулак, подавляя глухое раздражение.

Девчонка спутала все планы своей просьбой, невольно пробудив во мне не только мужчину.

Я должен прервать слияние. У меня есть обязательства и есть невеста, которая должна стать для моего айсе хозяйкой.

Это случайность, что раньше Димитры, я встретил Атенаис. Случайность, которую я исправлю.

— Зайдите, — холодно бросил на поступивший сигнал о посетителе.

Вайера покорно опустив голову прошла и замерла, глядя в пол.

— Как ее состояние?

— В полном порядке, леди Атенаис проспит до утра. Я привела в норму все показатели.

— Вы отвечаете за нее своей жизнью, — отчеканил я. — Ее здоровье — ваш приоритет. И если вы еще раз напугаете ее, я разорву наш контракт, а вас как непригодную отправлю на родину. Это понятно?

— Да, мой лорд.

— Не смейте напоминать ей о стоимости ваших услуг. Не смейте ее пугать или угрожать. Вы должны угождать ей во всем, и, если потребуется, стать подругой, жилеткой для слез, сундуком ее тайн и секретов. И в ваших интересах, чтобы сегодняшняя ситуация не повторилась.

— Я не понимаю вас, — тихо призналась леди Тайра, все еще боясь посмотреть на меня.

— Я говорю о зелье, подлитом в ее вино.

— Я убрала все последствия, — поспешно заверила вайера, — но оно оказало слабое действие. Всего лишь подтолкнуло. И совершенно не несло вреда.

— Что вы сказали?!

— Я говорю, что ее желание не было вызвано искусственно. Афродизиак лишь ослабил контроль разума.

— Уйдите, — глухо приказал целительнице, а та не став перечить быстро выскочила за дверь.

Я с яростью ударил по столу и тот осыпался крошкой

— Проклятье! — прорычал я, представляя соблазнительные губы своей «невесты». — Проклятье!

* * *

Атенаис


Спалось мне сладко. Я даже не помню, что именно мне снилось, но проснулась я в прекрасном расположении духа.

Так хорошо мне не было никогда.

Потянувшись, я открыла глаза. Было еще желание поваляться в кровати, но вспомнив о том, чем вчера закончился ужин с лордом Дамиром, я решила, что пора ближе познакомиться с ритасами, а потому все же заставила себя встать и пойти в душ.

Процедура омовения не заняла много времени. Я с некоторой опаской воспользовалась чудо-кабинкой, выбрав один из тех образов, что уже примеряла и вышла в каюту.

— Доброе утро, леди Атенаис, — приветствовала меня целительница и мило улыбнулась.

Не знаю, но появлению леди Тайры я не удивилась. Скорее возмутилась тому, что моя каюта — проходной двор, да насторожилась ее благожелательному настрою.

— Доброе, — кивнула ей.

— Я пришла, чтобы сопроводить вас на завтрак, а заодно увериться, что ваш организм справился с возбуждающим порошком.

— И как?

— Все отлично, — продолжая улыбаться, заверила она. — И, судя по всему, вам спалось хорошо. Меня это очень радует.

— Меня тем более.

Пауза затягивалась. Я не знала, о чем мне еще говорить с этой вредной ваейрой. Все-таки повышать ее оклад никакого желания у меня не было. Она молчала, наблюдая за мыслительной деятельностью на моем лице, а я хмурилась, пытаясь сообразить, что еще могло ей от меня понадобиться.

— Леди Атенаис, я бы хотела извиниться, — вдруг сообщила она и прямо посмотрела в мои глаза. — Я не должна была вас пугать и стращать, однако… Я, как любая вайера, чувствую, что могло бы моментально привести вас в чувство. Кого-то нужно постоянно хвалить, а кого-то… как вы, злить. Обещаю, что такого больше не повторится.

Я пару раз моргнула от удивления. Ничего себе заявление! А потом меня будто молния ударила.

— Это он, да? Он приказал вам так себя вести со мной?

— Простите?

— Я говорю, это лорд Дамир заставил вас передо мной извиниться?

— Лорд Дамир, несомненно, имеет право приказывать, — не стала отпираться вайера, — однако, я с вами искренна. Да, я получила выговор за свое поведение, но могла бы не объяснять свои поступки, вы так не думаете?

— Только не говорите, что вам приказали со мной подружиться, — фыркнула я и осеклась. — Или приказали?

У меня внутри все похолодело. Этого еще не хватало! Чтобы какой-то мужик выбирал мне подруг!

Вайера молчала, но ответа мне и не требовалось. Все было понятно по опущенным плечам и потускневшему взгляду. Вот же ж бисерное плетение!

— Что простите?

— О чем вы?

— «Вот же ж бисерное плетение», — процитировала меня леди Тайра, — причем тут древнейший вид рукоделия?

— Это я так ругаюсь, — вздохнула и потерла переносицу. — Не обращайте внимания. И…ведите меня на завтрак.

— Не мне вам советовать, но если позволите, то…

— Я вас слушаю.

— Не перечьте лорду Дамиру. Просто поверьте, это не принесет радости ни вам, ни ему.

— Леди Тайра, благодарю за совет, но со своими отношениями с лордом Дамиром, я разберусь самостоятельно.

Леди передернула плечами и поднялась с кресла. Вот теперь-то я вижу прежнюю стервозную целительницу, которая, правда, быстро взяла себя в руки.

Вот ведь удружил ритас!

— Вы не ритаска, хоть и его невеста, — вздохнула женщина, — помните об этой разнице и постарайтесь не причинять себе вреда.

— Конечно, — нахмурилась, гадая, к чему это вообще было сказано, однако пояснений не поступило.

Вайера прошла к дверям и тенью скользнула за нее, но осталась ждать меня, а не побежала сломя голову вперед.

— Интересно, а вы и раньше летали на этом корабле? — не выдержав тишины, спросила ее. — Так легко идете по коридору, словно все знаете. Мне казалось, что вы, как и я, оказались здесь впервые.

— Это действительно так, — леди Тайра аккуратно ухватилась за мой локоток и мягко заставила повернуть налево. — Но мне были выданы инструкции и навигатор. Поэтому не переживайте, я приведу вас в столовую, а не в отсек инженеров или в капсульную.

Почему-то я не стала спрашивать, что такое капсульная. У меня вдруг что-то щелкнуло в голове, и я остановилась.

— Подождите, но вчера меня сопровождал член экипажа…

— С сегодняшнего дня сопровождение — моя забота. Исключение лишь лорд Дамир. В его компании мои услуги не нужны. Бисерное плетение? Так кажется?

— Оно самое, — мрачно подтвердила я и позволила вайере тащить меня дальше.

Что сказать. По пути мы не встретили никого. Складывалось впечатление, что команда корабля вымерла, заразившись страшным вирусом и испустила последний вдох ночью.

Неприятненько чувствовать себя прокаженной.

— Вот сюда, леди Атенаис.

Вайера заботливо указала на дверь, которая при моем приближении открылась, раскрывая взору всю ту же столовую. Правда, на этот раз интерьер отличался ранним утром, шумом прибоя и ароматом свежих цветов.

Цветы обнаружились повсюду. Натыканные в вазы чинно стояли, дожидаясь того момента, пока я их не увижу. Красиво, ароматно, но не стоило. Особенно учитывая, какую астрономическую сумму уплатил ритас за телепортацию такого количества цветов прямо на борт движущегося корабля.

И честно, будь я его невестой, мне было бы приятно.

А так, я фиктивная пара и данных трат не понимаю. Разве мне под юбку залезть хочет. Да только зачем было подписывать контракт, в котором был пункт о недопустимости интимных отношений?

Меня на прочность проверяет? Или себя? Мол, все равно ему неустойку легко выплатить, а вот я…Я попаду в долговое рабство.

— Я готов поклясться, что проснулись вы в отличном настроении, — вместо приветствия, хмуро изрек лорд Дамир и придвинул мне стул. — Это леди Тайра так повлияла или…

— И вам доброго утра, — хмыкнула я. — Чем нас сегодня кормят?

— Фруктово-сливочные мюсли, омлет с беконом и сыром, а также творожное суфле на десерт и апельсиновый сок.

— Прекрасный выбор, — я натянуто улыбнулась. — Но это явно для меня, а вы?

— А я ограничусь двойной порцией омлета и чашкой кофе, — в тон мне ответил он. — Атенаис, я жду ответа.

— Ммм, как вкусно пахнет, пожалуй, сегодня мюсли останутся на десерт. Я начну с омлета.

— Не испытывайте мое терпение…

— Какая дискриминация, вам меня на выдержку поверять можно, а я не могу отказаться от беседы, от которой пропадает аппетит. Вы хотели, чтобы я голодала? Ну так надо было сказать.

— Ешьте.

— Спасибо.

Вопреки моим словам никуда мое желание покушать не делось. Ела я медленно, наслаждаясь всей вкусовой гаммой блюда. А вот Дамир расправился со своей порцией быстро и уже цедил третью чашку кофе.

Вот наивный. Я не буду обсуждать с ним леди Тайру и ее заявление. Ритаса не касается то, что творится в моей душе. Хочет меня ото всех изолировать? Имеет право. У меня контракт. Но вот играть в игры я не стану. Тем более в те, которые не понимаю и заведомо имею малый шанс на успех.

У нас есть договор, которого я и собираюсь придерживаться. Он хочет меня изолировать? Пожалуйста. Я не так сильно потеряю, если не буду ни с кем общаться. Главное, что он поможет Корвину. Однако и подставных подружек мне тоже не нужно!

Я не так слаба психически, как думает Дамир. И выдержу все, что уготовила для меня его планета и традиции. Хотелось бы, конечно, откровенности и раскрытых карт, а не ходов в слепую, но и так справлюсь.

— Лорд Дамир, я бы хотела приступить к изучению быта и традиций Аритаса. А также получить рекомендации касательно внешнего вида и поведения во время того, как будем перемещаться по планете к вашему дому.

Мужчина явно удивился, хотя и попытался скрыть изумление. Но глаза меня не обманывали. Он точно не ожидал от меня такого серьезного подхода.

А вот зря. Я обязана обезопасить себя со всех сторон. Не только не дать озабоченным мужчинам меня совратить, но и не опростоволоситься на самых обычных вещах.

Я, конечно, понимала, что за один день выучить все, чем богата культура ритасов нереально. Но самые главные моменты я должна запомнить.

— Касательно внешнего вида, я уже заказал для вас традиционный наряд невесты. Завтра леди Тайра поможет вам с ним, а вот с бытом и традициями сложнее. Я хочу предложить вам несколько неприятный, однако самый действенный способ в изучении истории моего народа.

— Не читать информацию с визора? — догадалась я и затаила дыхание, неужели он предложит мне вживить нейронный чип? Даже я, далекая от науки, знала о таком способе, которым чаще всего пользовались военные.

— Это новейшая разработка, — ритас нахмурился. — Уже прошедшая все проверки, и она одобрена Советом…

— И?..

— Вы человек, Атенаис. Я не могу с точностью сказать, как отреагирует питка на вас.

— Питка? — увы, я не смогла сдержать лицо и прыснула от смеха. Надо же придумать такое название!

— Ничего смешного. Портативный инновационный тактильный клеточный агрегат — ПИТКА.

Я резко замолчала.

— Откровенно говоря, это сокращенное название, но не думаю, что вам стоит забивать этим голову. Если кратко, то это машина, включающая в себя совокупность механизмов, регулируемая искусственным интеллектом и имеющая живую оболочку.

— Простите? Робот с живой оболочкой?

— Можно и так сказать. На планете Амрис есть милые пушистые зверьки с окрасом любых оттенков, правда, преимущественно ярких цветов. Они очень бестолковые, а потому гибнут тысячами, но плодовитые.

— Только не говорите, что вы скрестили их с машиной…

— Прекрасно, вы уже все поняли. ПИТКА — симбиоз, вполне успешный. Искусственный интеллект управляет речевым аппаратом зверька, к сожалению, ограниченным, вмещает в себя огромное количество информации, а также может мгновенно адаптироваться под любые внешние условия и спасти своего хозяина.

— Иными словами, если мне потребуется информация, даже если я буду считать, что мне ничего не нужно, питка даст мне совет?

— Не только, она запустит процесс симбиоза со своим хозяином.

— Простите, маленький, пушистый зверек и искусственный интеллект объединятся со своим носителем, чтобы запустить процесс симбиоза, и… Во что я должна буду превратиться, если… — я глубоко вздохнула и выдохнула, — если меня потребуется спасать?

— У зверьков есть одна удивительная особенность, — лорд Дамир пристально смотрел на меня. — Именно ею мы и воспользовались. Абсолютная броня. Все тело покроет шерстью, которую не пробьет ни одно оружие, а также большинство энергетических щитов и лучей. Проверено неоднократно.

— Вы пытаетесь убедить меня, что зверек, который пачками дохнет на своей родине имеет абсолютную броню?

— Я потому и сказал, что они бестолковые и плодовитые. Атенаис, они пользуются этой способностью только во время продолжения рода, а также вынашивания потомства. В момент опасности они не прибегают к свойствам своей шкуры.

Здесь было над чем задуматься. С одной стороны, не хотелось превращаться в страшилку, что, несомненно, случится. Я не обольщалась на этот счет. Передо мной Звездный лорд, которому насолить, обязательно желающие найдутся. А слабым звеном в его окружении, буду именно я. С другой стороны, эта питка позволит мне быстро выучить традиции Аритаса, а значит, избежать неловких, щекотливых моментов, которые самостоятельно я вряд ли бы сумела избежать.

Ну и самое главное, она же меня будет защищать!

— Я соглашусь при одном условии.

— Каком? — лорда Дамир подобрался.

— За испытания мне полагается компенсация.

— Поясните.

— Вы сами сказали, что я стану первым человеком, на котором опробуют питку, — сложно сохранять серьезность, когда произносишь такое название, но я справилась. Хотя мысленно смеялась. — А значит, имеются риски того, что я не перенесу нашего слияния, или появятся проблемы со здоровьем в процессе нашего взаимодействия. Я хочу, чтобы мой брат был материально обеспечен в случае моей смерти. А в случае успешного сотрудничества с питкой, хочу пять процентов от каждой реализации данного зверька людям.

— Только людям? — усмехнулся Звездный лорд, а я внутренне сжалась. Обнаглела я, я это и без подсказок понимала. Но…жизнь у меня одна, а еще брат младший тоже один. Не станет меня, как он будет жить?

— Только людям. — Эхом повторила я.

— Вы забываете о том, что ваш брат еще не оправдан.

— Я уверена в нем. Как и уверена в том, что он никогда бы не нарушил законов планеты, на которую мечтал попасть.

И вот спрашивается, я ведь знала об увлечениях Корвина. Даже подстегивала его периодически, но ведь детально не интересовалась!

А все почему? А потому что думала, что мне это не понадобится. Главное, обеспечить брата материально, так сказать, задать вектор направления, и пусть себе учится в удовольствие.

— Вот как… — лорд Дамир застучал пальцами по столу.

Я не могла оторвать взгляда от его кисти. Словно та дробь, что он выбивал, могла мне как-то помочь.

— Хорошо, мы заключим с вами сделку, леди Атенаис. Но на иных условиях.

Я сглотнула.

— Я лично возьмусь опекать вашего брата, если с вами что-то случится по вине питки, однако, все остальное неприемлемо.

Да, как бы я на все остальное не очень и рассчитывала. Точнее вообще не рассчитывала, мне главное, чтоб Корвин был в безопасности и не думал о том, где взять денег на еду и кров. Талантливый ученый, врач, в конце концов, я бы никогда себе не простила, если бы он бросил учебу.

— Естественно, при условии, что Корвина не казнят.

— Вы обещали…

— Я обещал разобраться и помочь. И слово сдержу. Это все, леди Атенаис? Или есть еще какие-то условия?

— Нет, я готова сотрудничать со зверьком.

Глава четвертая

Я не знала, что меня ждет. Но не боялась. Забавно, потому что я та еще трусиха. А тут, выдержала и недовольство лорда Дамира, и откровенную злость по поводу дополнительного договора. Главное, что я добилась своей цели, а теперь меня вели знакомиться с симбиозом, чьим симбионтом мне предстояло стать. Должно быть страшно, а я как дура улыбаюсь тому, что в случае чего, Корвин будет надежно защищен и иметь все самое лучшее.

Нет, я точно обнаглела.

— Вы так улыбаетесь, Атенаис, что мне хочется простить вам вашу предпринимательскую жилку.

Все равно улыбаюсь, и стараюсь не глазеть на мужчин, работающих в том отсеке корабля, куда меня привел Звездный лорд. Зачем его нервировать?

Уверена, не будь они сейчас нужны, ритас бы их выгнал. А так, я само совершенство, идеальная женщина, которая улыбается, стоит и помалкивает.

Вообще тут есть на что посмотреть. Колбы, пробирки, большие стеклянные колпаки, в которых плавает что-то непонятное.

Бр-р, гадость какая-то.

— Итак, Атенаис, вы еще можете передумать, — подначил меня лорд Дамир и добился того, чтобы моя улыбка пропала.

— Ни за что, — серьезно произнесла я.

Да я такие условия для своего брата выторговала, что готова даже вон ту сине-зеленую бурду выпить, не спрашивая, что это вообще такое.

— Что ж… — Дамир подошел вплотную и властно положил свою руку на мою талию.

Мне стало жарко и дыхание перехватило. Попыталась отстраниться, не вышло, меня лишь теснее прижали к себе. И как он это делает? Вроде стоял в трех шагах от меня, а теперь вот держит в своих руках, что я попой чувствую его ремень на брюках. И он там явно лишний…

«И все-таки, какое у него тело?» — мысль лучом промчалась в голове, заставляя меня нещадно покраснеть.

Что ж это такое, надо успокоиться, а то еще вайера активизируется со своим прайсом.

— Диал, экземпляр номер тринадцать, четыре кубика алейнола и восемь кубов триера.

— Мне понадобится обезболивающее? — из всего перечисленного лордом, я знала только айленол.

— И дезинфекция, потому что экземпляр будет вас кусать, Атенаис.

Вздрогнула. Физической боли я всегда боялась. А тут меня куда-то кусать будут.

Впрочем, может лорд специально нагнетает? Чтобы нервы мне пощекотать? Все-таки я развела его на большие деньги.

«Соберись, Атенаис!» — дала себе мысленного пинка и выдохнула.

Убить меня точно не дадут. Во всяком случае, в это хочется верить.

— Я готова, — кивнула и вновь попыталась отодвинуться.

Зря трепыхалась, меня словно бабочку пришпилили к себе.

— Это обязательно, — я выгнула шею, поворачивая голову так, чтобы мой шепот долетел до слуха лорда Дамира, но не был слышен остальным. — Держать меня так близко к себе? Я не убегу, честное слово.

— Обязательно, — ритас наклонился к моему уху и меня бросило в дрожь от его дыхания.

Вот же ж бисерное плетение! Этот месяц будет самым тяжелым в моей жизни! Что за дурная реакция тела? Вот мне только ее для полного счастья не хватало!

Мужчина потянул меня за собой к одному из длинным белых столов. Я послушна его воле безропотно шла. На самом деле у меня внутри творилось такое безобразие, что я едва сдерживалась, чтобы не застонать и не залезть на этот самый стол, чтобы предложить себя Дамиру.

«Вейра!» — мысль о том, что все мои чувства и эмоции как на ладони для целительницы, отрезвила.

Вот ведь позорище! Она же докладывает ритасу о моем состоянии! Вот он повеселиться узнав, что я хотела забыть о нашем контракте, чтобы самым наглым образом изнасиловать его в…эээ…исследовательском отсеке-лаборатории.

— Вашу руку, леди Атенаис, — Диал старался смотреть мимо меня.

Я протянула ему праву руку, а левую ладонь сжала в кулак.

На всякий случай, чтобы не опозориться и не закричать, когда мохнатый зверек сделает свое дело.

Собственно, о зверьке. Я его пока не видела, как и экземпляр под номером тринадцать.

Неожиданно мое тело обмякло, сердце стало стучать ровнее, а дыхание больше не сбивалось.

Леди Тайра бдела и сейчас, действительно меня выручила. Скажу ей спасибо при случае.

Ну что ж, по всем показателям организма я готова к эксперименту.

Настороженно слежу за действиями лорда Диала, который аккуратно уложил мою руку на стол при этом перевернув ее внутренней стороной вверх.

Мужчина осторожно начал обрабатывать каким-то раствором кожу. Дискомфорта я не чувствовала, не пекло, не холодило. Просто было немножко мокро в самом начале, а потом и это ощущение ушло.

А в следующий момент, сильные руки сжали мои плечи, а ритас прижался ко мне всем телом, буквально припечатывая к столу и лишая меня подвижности.

Я не успела ничего понять, да и испугаться толком не успела, как в мою руку что-то впилось острыми зубами.

Вскрикнула и дернулась. Хотя тут скорее попыталась дернуться. Из глаз брызнули слезы.

— Потерпи, — нежный шепот у виска. — Сейчас все пройдет. Ты умница.

— Он меня ест? — срывающимся от слез голосом спросила я.

Именно так мне и казалось. Что самое противное, я видела лишь ярко красную точку на своей руке размером с небольшой мячик.

— Скорее прогрызает путь.

— Что?!

— Замри, — потребовал Дамир. — Замри и потерпи.

Легко сказать, трудно сделать! Особенно, когда наше слияние виделось совершенно иным способом! Я не хочу, чтобы во мне кто-то жил…

— Поздно менять решение, — видимо, я вслух произнесла последнюю фразу. — Если мы прервем ваше слияние сейчас, то экземпляр погибнет. Вам назвать сумму, затраченную на его выведение?

Да они с этой ваейрой сговорились что ли? Та на меня воздействует посредством цифр и стоимостью, которую я не сумею возместить, и звездный этот, тем же путем пошел.

И самое обидное, сработало ведь! Действительно сработало! Я перестала паниковать.

— Не стоит. Долго он там еще? — удивительно, но я больше не чувствовала ничего. Руки, кстати, тоже не чувствовала.

И что я слышу в ответ?

— Расслабьтесь, — повелительно, непреклонно.

— Да без проблем, — огрызнулась и закрыла глаза.

Чем быстрее это все закончится, тем лучше. Потому что сама ситуация бесит. И все кругом бесит, и вообще, хочется…

— А это нормально, что мне все кругом крушить хочется? — просипела я, сама испугавшись своего желания.

— Это говорит о том, что все идет правильно. Главное, чтоб вам размножаться не захотелось. — Произнес Диал, который все также склонялся над моей рукой. Отчасти именно из-за его головы я имела наихудший обзор.

— Лорд Диал, дисциплинарное взыскание, — ледяной тон от моего жениха и подчиненный вздрагивает.

— Прошу прощения, леди Атенаис. Конечно, вопрос наследника является первостепенным. Я сказал о размножении не подумав, простите.

— Не ругайте его, — посмеиваясь, попросила я очень тихо, надеясь, что кроме Дамира меня никто больше не услышит. — Тут такие обстоятельства, что от нервов и я, что угодно ляпнуть могу.

Меня проигнорировали. Да и ответ мне, если честно, не требовался, потому что я вдруг такое ощутила, что онемела на какое-то мгновение.

У меня под кожей, что-то ползло. Вот от правой руки и выше. Хотя я ведь ее не должна чувствовать. Или уже должна?

Да какая разница, у меня под кожей что-то ползет!

Я не заорала не от того, что у меня выдержка железная, я просто не успела сориентироваться, как это ощущение прошло. А в следующий момент по мне что-то промчалось, да так быстро, что я не уследила направление, мало того, оно решило проверить каждый миллиметр моего тела, а после… после обосновалось в декольте!

— Что это? — Дамир давно отпустил меня, а я даже и не заметила. — Вы это тоже видите?

Я обращалась к Диалу, но тот так низко опустил голову, что вопрос явно был неуместным. Мужик может быть и посмотрел, что со мной творится, если бы не хотел жить. Степень злости Звездного я оценила, когда тот резко потянул меня на себя, заставляя обернуться.

— Гадость какая, — в сердцах воскликнула я. — Он что, теперь вот тут и будет? Мне не нужна третья грудь!

Еще чуть-чуть и у меня начнется форменная истерика.

А все из-за непонятного ярко красного зверька, который залез под одежду, и теперь с комфортом устроился в бюстгальтере, при этом имитируя третью грудь.

— Он ищет место, Атенаис, — пусть в глазах лорда Дамира бушевала ярость, говорил он ласково. — Сейчас все будет хорошо.

— Хорошо? — прошептала я, а затем хихикнула.

Нет, мне не было смешно. Просто зверек вылазил из декольте, пощекотав меня при этом.

Я машинально выставила правую руку, надеясь, что это чудовище успокоится и даст мне передышку. В смысле он посидит на ладони, пока я дух переведу и свыкнусь с мыслью, что по мне теперь все время что-то ползать будет.

И, о чудо, мое желание было исполнено.

Я с содроганием смотрела на то, как стремительно красный зверек перемещается и как усаживается на моей ладони.

Забавно, но его веса я практически не ощущала. Не знаю почему, но я очень боялась на него смотреть. Мало того, что он красный, и невероятно пушистый, тот факт, что он кусается, не радовал. А в друг у него морда страшная и зубы острющие прямо из пасти торчат?

Однако реальность оказалась совсем иной.

— Какая прелесть, — выдохнула я, наконец рассмотрев зверька.

Где-то я уже видела похожего. Я даже память напрягла, пытаясь вспомнить где. И смогла ведь!

В учебном материале Корвина! Этот зверек похож на невероятно пушистого мышиного лемура, жившего на Земле много тысяч лет назад! Такая же маленькая мордочка, очень большие круглые глазки. Только расцветка ядовитая, и цвет глаз не соответствует, а в остальном…

— У него тоже синего цвета глаза, — прошептала я. — Видите? Мы немножко похожи.

— А если вы вновь наденете, то красное платье… — жаркий шепот у самого уха, который бесцеремонно оборвал зверек. Ему не понравилось прикосновение Дамира и взлетев на мое плечо он рявкнул так, что я на миг потерялась в пространстве.

Меня попросту оглушило.

Я действовала на рефлексах.

Иначе как объяснить то, что я схватила пушистого крикуна и усадила его на стол, а сама, повернулась лицом к злому лорду Дамиру, при этом пряча за спиной зверька.

— Вы так подкрались, что даже я испугалась. — Воинственно заявила ему, хотя на самом деле меня больше крик существа напугал. — А платье… да, будь я в красном и нас с…эээ…этим мальчиком вряд ли можно было отличить.

— Мальчиком? — брови лорда поползли вверх.

— Ну да, — неуверенно протянула я.

Именно этот момент зверек избрал для общения.

Как поняла? Да просто меня нетерпеливо постучали лапкой по руке.

Опасаясь действий со стороны лорда Дамира, я сначала повернула голову, но в итоге развернулась корпусом.

У меня сегодня день потрясений, не иначе!

Красный зверек важно вышагивал по столу на задних лапках. И все бы ничего, но он взбил шерсть ниже шеи, словно у него была такая же грудь как у меня. В смысле, получалось, что он сам себе грудь своей же шерстью обозначил! Да еще походка эта, слегка покачивая попой и длинным пушистым хвостом.

Я лишилась дара речи. Просто стояла открывала и закрывала рот.

— Судя по тому, что демонстрирует ваша питка, — усмехнулся Звездный лорд, — она — девочка. Но и без этой демонстрации, я могу с точностью сказать о половой принадлежности по цвету ее шерсти. Особи мужского пола имеют более темные оттенки: синий, лиловый, темно-зеленый…

— Я поняла, — неверным голосом остановила перечисление.

Что еще я могла сказать в данной ситуации?

— Ваше слияние еще не завершено, — сообщил лорд Дамир. — Она должна закрепить результат и найти место.

— Простите?

— Повторить процедуру с укусом и…

— Что? Меня снова будут кусать? И что, теперь каждый раз она будет грызть мою руку?

На столе скорбно вздохнули и демонстративно постучали себе лапой по лбу.

— Нет, постоянно этого не потребуется. Но да, в крайне важных для жизни ситуациях, она будет кусать плоть, чтобы впрыснуть в вашу кровь свою слюну для того, чтобы сродниться с вашим телом. Вы же чувствовали, как она блуждала по нему? Клетки питки изучали ваш организм, но при этом, зверьку не нужно, так сказать, залазить вам под кожу полностью. Только краем зубов и слюной. А место, которое выберет питка, станет хранилищем ее клеток…

— Замолчите, — взмолилась я. — Без подробностей, пожалуйста.

Я больше не желала знать, что конкретно со мной будет делать эта питка.

— Заканчивай, — глядя на зверька, произнесла я и вновь протянула руку. Пусть кусает, ищет место и что там еще, лишь бы все скорее закончилось.

Красный шарик не заставил себя ждать. Она проворно пристроилась к венам и звучно куснула. Удивительно, но боли я не почувствовала. Даже отвращение и того не было.

— Она не оставит вам ран. А при последующем сближении, боль будет отсутствовать полностью.

— Ее и сейчас нет.

— Нет?

— Нет. — огрызнулась в ответ.

Странный какой-то мужчина. Сам же сказал, что при последующем укусе боли не будет. Ну так вот он, второй кусь.

Я попыталась отрешиться от своих ощущений. Впечатление, будто по мне мураши бегают, целый муравейник, никуда не исчезало ровно до того момента, пока не почувствовала, как питка сорвалась с руки и вновь залезла в декольте.

— А ну вылезай оттуда! — рыкнула я и попыталась достать питку. — Мне не нужна третья грудь.

Но мою руку ловко остановил ритас.

— Атенаис, питка выбрала место хранилища. В ближайшую неделю размер вашей груди увеличится, примите это как данность. Как и то, что пока процесс не завершится полностью, она будет постоянно находиться там.

— Увеличится?

— Равномерно, — поспешил заверить Диал.

— Мы проконсультируем леди Тайру, Атенаис, она вам все объяснит, а сейчас, вам нужно поспать.

— Подождите, что значит, она постоянно будет в декольте? А вы не подумали о том, как это будет выглядеть? Особенно в традиционном платье невесты?

— О, вам совершенно не о чем переживать, леди Атенаис. — Диал позволил себе улыбку, которая, впрочем, быстро померкла. — Поверьте, никто ваше декольте не увидит.

— Неужели меня обрядят в черный мешок? — буркнула я.

Злилась я по большей части на себя. И вот на красную штуковину в моей груди. Надо же, она выбрала ее своим хранилищем!

— И мне теперь не подойдет белье, которое я заказала, — я смотрела прямо на лорда Дамира. Да я дразнила его. Надо же было хоть куда-то негодование выплеснуть.

— Вы закажете себе новое, — четко произнес он, — идемте.

Вот зря он так резко дернул меня на себя. Очень зря. Мало того, что мне это не понравилось. Такое обращение не пришлось по душе моей новой «подружке».

Нет, на этот раз она не кричала. Она просто шустро выбралась из насиженного места и выпустила такие когтищи, что я отпрянула, позволяя зверьку чуть ли ни на пол плюхнуться. Не упала питка лишь потому, что секундой ранее прыгнула на ритаса.

— Нет! — крикнула я, не на шутку испугавшись.

И питка остановилась! Прямо вот в воздухе зависла и наконец, шмякнулась на пол.

— Спрячь когти, — попросила ее и вздохнув, смиряясь с неизбежным, позвала, — иди ко мне.

Зверек проворно забрался по ногам мне на плечо, ткнулся мордочкой в ухо и заурчал.

Машинально погладила. Только после этого маленькая вредина юркнула в декольте.

Молчу. Хранилище! Священный алтарь прямо!

Ужас…

— Полное подчинение, — благоговейно выдохнул Диал. — Лорд Дамир, осталась лишь завершающая фаза, леди Атенаис должна…

— Я знаю. — Прервал речь подчиненного Звездный. — Идем, Атенаис.

— Спасибо, — запоздало поблагодарила ученого и поспешила за Дамиром.

Не знаю, чем он там недоволен, но меня лично все устраивало. Если питка такая умничка, то я готова с ней сотрудничать и даже забыть о том, что она свою слюну мне… Фу!

— А пасть обязательно? — я нагнала мужчину в коридоре. — Мне не хочется…

— Захочется.

— Лорд Дамир, но…

— Все разговоры в каюте, — отрезал он и ускорился.

Мне не оставалось ничего, как прибавить шаг и поспешить за ним.

Можно подумать это была моя идея дать мне питку!

Ожидаемо в каюте нас ждала Тайра. Мне пришлось смириться и с тем, что пока женщина должна проводить осмотр, лорд Дамир не пожелал поддержать беседу. Мало того, он вышел за дверь, отдав приказ вайере выйти следом, как она закончит со мной.

Мне понравилось то, что девочка, сидевшая на моей груди, вздыбила шерсть и не подпускала вайеру, мало того, она каким-то образом не давала Тайре вмешаться в мое биополе и воздействовать на мой организм.

Я откровенно наслаждалась взбешенным лицом вайеры. Отомстили! За меня отомстили и сполна!

Я не удивилась тому, что прошипев ругательство вайера в итоге вылетала из моей каюты.

— Кажется, нам сейчас будет весело, — вздохнула я и уставилась на выход из своих апартаментов.

С тихим щелчком дверь отворилась через пять минут являя мне злого Дамира и довольную Тайру.

— Леди Атенаис, прикажите вашей питке не вмешиваться в работу леди Тайры. — Жестко потребовал звездный.

— Я не вижу необходимости в ее работе. — Спокойно парировала я. — Это не моя прихоть нанять вайеру. Мне не нужна ни подружка, ни врач. У меня теперь есть свой защитник.

Я не забыла о том, что леди Тайре наказали дружить со мной и видела в приобретении красного зверька свое спасение. Хоть шпиона от себя отважу!

Зверек нежно обхватил лапками мою шею. Честное слово, я бы умилилась, если бы не вся эта ситуация, и не злющий Дамир.

У меня дыхание перехватило. Сейчас меня или бить будут, или…

— Тайра, приступайте.

Я и глазом моргнуть не успела, как мужчина сорвал с моей шеи зверька и сжал того в ладонях.

На моих глазах происходило нечто такое, что я не могла бы никогда объяснить! Зверек не смог выбраться из рук Дамира! Я видела, что питка пытается прорезать путь своими когтями. Видела кровь из раненых пальцев ритаса, но все было тщетно!

Он терпел боль и даже не вздрогнул!

— Не надо, слышите, — прошептала я. — Хватит, пожалуйста. Я не буду сопротивляться, обещаю.

— Леди Тайра, вам нужно особое приглашение? — проигнорировав мои слова рыкнул ритас.

Женщина тут же кинулась ко мне.

— Дамир, отпустите зверька и прекратите себя ранить! Слышите? Все, я сдалась, вы сильнее, отпустите уже питку и залечите порезы!

Ответом стал такой взгляд, что мне очень захотелось спрятаться, а еще лучше исчезнуть с корабля.

— Мне нужно встать на колени? — шмыгнула носом, мысленно ругая себя самыми нелестными эпитетами.

Нашла у кого терпение испытывать! Дура, блин!

Я оттолкнула руку леди Тайры и начала опускаться, точнее попыталась, потому что Дамир оказался быстрее.

— Вон отсюда! — рыкнул он на вайеру, и ту просто снесло из моей каюты.

Питка тоже была освобождена, но, откровенно говоря, меня сейчас беспокоила совсем не она. И пусть я до дрожи в коленях боялась такого Звездного лорда, я все-таки не до конца струсила, а потому уверенно схватила его за кисть.

— Покажите, — попросила осипшим в момент голосом. — Вам так больно… простите меня, пожалуйста. Мне жаль, очень жаль.

— Что я говорил? — прорычал ритас и буквально повалил меня на диван в гостиной. — Не смей вставать на колени, тем более при свидетелях!

Вздрогнула и выпустила его руку.

Тем более я заметила странную вещь, наощупь заметила, кровь на ладонях есть, а ран — нет…

— Я просто не хочу вот такого контроля, — тихо призналась. — Не нужно навязывать мне друзей. Я и без того…

Договорить не вышло.

Мне заткнули рот самым бесцеремонным и крышесносным способом.

Горячее дыхание на миг опалило губы, а затем их захватили в плен. Все мысли выветрились из головы. Я полностью растворилась в этом неистовом, жадном, первобытном поцелуе. Жар опалил все мое существо, я буквально плавилась от его прикосновений и уже совершенно не думала о том, что творю.

Мои руки скользили по его плечам, пока не сошлись на спине ритаса и не потянули на себя. Я так хотела прильнуть к его телу… И не разрывать контакт. Никогда.

Всеблагие, что я творю?!

Я попыталась прекратить это безобразие… Безобразно прекрасный поцелуй, но получилось лишь застонать и сделать вдох, как мои губы вновь были сметены губами мужчины.

* * *

Дамир аль Кахар


Мне было трудно держать себя в рамках. Не прикасаться к невесте. Не обозначать ни словом, ни взглядом свою заинтересованность в ней. Есть определенный договор, который я обязан выполнять. Вспомнив о дополнительном соглашении с Атенаис, невольно улыбнулся.

Как она отчаянно выторговывала место под солнцем для брата. Я понял, что ее совершенно не интересовали деньги, хоть она и заявила о пяти процентах с поставок питки для людей.

Нет, чего она действительно добивалась, так это благополучия брата. И часть меня ревновала. Совершенно глупо и даже по-детски. Словно ее внимание это все, что мне требовалось.

Да кому я лгал? Мне это и было нужно. Мне и моему айсе.

Я вел ее по коридорам в лабораторию, а сам мысленно выстраивал между нами стену. Как только я помогу ее брату, мы расстанемся, а я сделаю это, потому что все внутри меня вопит о том, что я не должен причинять ей боль, даже если Корвин и нарушил закон. Еще не зная как, но я обязан его оправдать. А может, я тоже не верил, что незнакомый мне человек мог нарушить традицию и закон моего народа? Вера Атенаис вела мое существо и передавалась мне буквально каждой клеточкой. Это было странное ощущение. Нетипичное. И абсолютно не нравилось мне. Мы никогда не будем вместе с этой девушкой. Она заняла чужое место. А у меня есть долг перед Аритасом и своим домом. Это просто ошибка. Глупое стечение обстоятельств.

Слияние и знакомство с экземпляром под номером тринадцать прошло куда лучше, чем я предполагал. Я лишь усмехался, глядя на подчиненных, которые боялись дышать в сторону Атенаис. Они знали, что я в своем праве наказать за любую оплошность, за любой косой взгляд в сторону моей невесты. И лишь Диал несколько забылся, чем взбесил меня и заставил поддаться эмоциям.

Но было еще кое-что, что я не мог оставить без внимания. Слишком гладкое слияние Атенаис и питки.

Организм ритасов позволяет не чувствовать боли во время физического повреждения. Даже самый сильный удар или укол мы чувствуем, как незначительный ушиб. Я консультировался с леди Тайрой, которая заявила, что болевой порог у Атенаис завышен, она не могла ошибиться в данном вопросе. Он высок даже для человека. А потому вместо более сильной дозы обезболивающего, я ограничился меньшим количеством. Однако тот факт, что на втором укусе Атенаис не ощутила боли — насторожил.

И здесь только два варианта. Первый — леди Атенаис не человек, и второй — айсе приступил к третьей стадии привязки меня и моей невесты, перескочив начальную стадию.

И мне больше нравился первый вариант, потому что в случае второго, я стану непригодным для выполнения договоренности с домом аль Таим, что может послужить поводом для войны. Димитра аль Таим моя настоящая невеста, именно ей суждено стать хозяйкой моего дома.

Я злился на себя и не пытался скрыть свою злость. Попытки Атенаис огрызаться и сопротивляться, распаляли сильнее, что явно не могло закончиться ничем хорошим.

Мне потребовалось много усилий, чтобы успокоиться и не поддаваться на провокацию.

Я в отличие от фиктивной невесты знал, что на нее сейчас оказывает влияние питка, и эмоциональный фон, как и ее биополе, представляют собой качели, которые сносит ураган. Все придет в норму после последней фазы, когда питка выберет себе образ из памяти Атенаис, перестроит глотку, чтобы говорить точно таким же голосом, как в выбранном прототипе и обзаведется тем характером, который Атенаис приписывает этому человеку, чей образ питка позаимствует.

Была мысль, что питка выберет брата или возлюбленного, а потому я настоял на особи женского пола. Она будет слабее, но зато точно не выберет мужской прототип. Малодушие, однако я не смог себе в нем отказать. Я так давно не шел на поводу у чувств, что просто забылся.

И это вылилось в такую гремучую смесь, что я едва заставил себя оторваться от Атенаис.

Какие у нее губы!

Как она отзывается на ласку, вполне невинную… Как же жарко пульсирует венка на ее шее, как неистово цепляется в мои плечи, а ее тело требует продолжения, будто чувствует меня, позволяя брать и отдавать всю нежность, на которую я только способен. Идеальная женщина. Для меня.

— Я не стану извиняться, — справившись с дыханием, произнес, глядя ей в глаза.

— Если бы вы это сделали, я бы дала вам пощечину, — вскинулась Атенаис.

Я видел, что будь я настойчивее и она бы не сопротивлялась, но…

— Я выплачу неустойку. — Не хватало, чтоб она решила, что должна мне денег за то, что отозвалась на поцелуй.

Конечно, было бы лучше, если бы я этого не говорил. Было бы… Однако, ледяной душ нужен не только мне, ей нужно понять, что это было ошибкой. Хотя вслух я этого никогда не скажу. Айсе настойчиво подталкивало нас друг к другу.

Я поймал себя на том, что глажу пальцами ее губы, а ведь не собирался этого делать!

С глухим рычанием отпрянул от девушки и поднялся на ноги.

Я словно юнец, который наконец добрался до сладкого. Нужно брать себя в руки и исправлять ситуацию.

— Леди Тайра объяснит вам необходимость сна, а ты, — я повернулся к притихшей питке, которая устроилась на столике, — должна понять, что всегда найдется тот, кто будет сильнее. Не лезь на рожон и не подставляй свою хозяйку.

Горестный стон от зверька стал ответом.

Что ж…

— Дамир, — Атенаис позвала, когда я уже был у дверей.

Демонская сила! Когда она так произносит мое имя, в последнюю очередь мне хочется уходить. А если и уходить, то только держа на руках девушку, на которую я так остро реагирую.

— Не смейте думать, что это было ошибкой! Мне все понравилось.

Глава пятая

— Дамир, — справившись с шоком от слов Звездного, позвала я.

Остановила его у самой двери, словно боялась, что если не скажу то, что думаю по поводу поцелуя сейчас, не скажу никогда. Как будто это вообще было чем-то важным!

Но…да, именно так мне и казалось.

— Не смейте думать, что это было ошибкой! Мне все понравилось.

Он не ответил, но глаза, его глаза просияли.

Дверь с тихим щелчком затворилась.

— Дура, — прошипела я, пряча лицо в ладонях. — Какая же дура…

Питка запищала, словно пыталась поведать о чем-то грустном.

Но я не обращала на нее внимания. Я пыталась хоть как-то привести мысли в порядок. Что я вообще творю?!

Зачем я лезу на рожон? Почему не контролирую свои эмоции? Я заключила со Звездным сделку, а сама готова ее расторгнуть, да еще веду себя с ним так, словно мы уже пару лет женаты.

«Атенаис, ты никто и звать тебя никак, не придумывай то, чего нет и никогда не будет» — строго одернула себя.

Но как же было обидно за те слова о деньгах… Первым желанием было сказать ему гадость, а потом… потом я поняла для чего он это делает. Поняла, что он считает притяжение, которое возникло между нами — ошибкой. И это ранило сильнее, чем обещание заплатить мне неустойку. Да кто вообще об этом узнает, если я не собираюсь подавать на него в суд или требовать компенсации?!

Мои горестные мысли прервала леди Тайра, бесшумно скользнувшая в каюту. Откровенно говоря, вести с ней диалог не было никакого желания.

А потому я лишь кивнула, разрешая приступить к детальному осмотру организма, и настроилась слушать то, что поведал ей лорд Дамир.

Итак, по всему выходило, что последняя фаза слияния станет для меня тем еще испытанием.

Меня погрузят в сон, чтобы питка могла безнаказанно поковыряться в моей памяти, завладев абсолютно всеми моими воспоминаниями, и всеми мыслями на счет всего, что со мной происходило в прошлом и настоящем. То есть важным значением еще и было мое отношение, мои выводы и то, как я это воспринимаю. Людей, обстановку, какую оценку даю своим друзьям и родным, все то, как я вижу окружающий меня мир и как проецирую его в своем сознании. Звучало мудрено, а на деле, все куда как проще.

Питка должна была не просто настроиться на меня на ментальном и физическом уровне, она должна была стать желанным и идеальным напарником. Таким зверьком, от которого я никогда не захочу отказаться. Меня, несомненно, пугала мысль, что она должна выбрать образ человека из моей памяти, но я вдруг решила, что если у меня появится еще одна Райса — не расстроюсь.

А потому, я лишь махнула на все рукой. Пусть делают так, как считают нужным.

Послушно выпила поданный Тайрой отвар, под ее пристальным вниманием переоделась в ночную рубашку и улеглась в кровать. Поначалу было довольно трудно устроиться, потому что питка гнездилась в области декольте, зачем-то постоянно поправляя лапкой то правую, то левую грудь, и казалось, восхищенно попискивала.

Меня это несколько злило, но в итоге, вайера сделала свое черное дело — усыпила взбешенную клиентку.

* * *

— Просыпайся, солнышко! Нас ждет удивительный день, наполненный приключениями и радостью!

Даже будь я под сильнодействующим снотворным, это бы не изменило того, что я встала бы и открыла глаза. Да я бы и из мертвых восстала бы, услышь эту фразу и этот голос!

— Девочка моя сладкая. Ты сегодня ослепительней всех звезд, вместе взятых.

Я не хотела плакать. Ни капельки не хотела. Но горячие капли сами полились по щекам.

Я смотрела на пушистую животинку, расположившуюся на моей подушке, которая говорила голосом моей мамы и не могла поверить в то, что видела и слышала.

Десять долгих лет. Десять лет я запрещала себе думать о родителях и их поступках. Я затолкала память о них в самую глубь своего подсознания. Я не позволяла себе ни одной дурной мысли в их сторону, я словно бы вычеркнула их из наших жизней. Потому что боль сковывала мое тело, всегда становилось трудно дышать только от одной мысли, что мама и папа не позаботились о нас.

Судьба шутница.

— Сокровище мое, — всплеснула лапками питка и в мгновение ока оказалась у моего лица, вынудив меня машинально подставить ей руки. — Не плачь, моя красавица, я рядышком. Расскажи, что тебя тревожит.

«Ты» — хотела ответить я, но слова застряли в горле.

Я была слишком шокирована, чтобы связно мыслить.

Меньше всего я ждала, что зверек выберет такой образ.

— Атенаис? — леди Тайра влетела в каюту.

— Тебя что, стучать не учили? — вдруг ощетинившись, спросил зверек при этом круто развернувшись к целительнице. — Закрой дверь с той стороны и войди как подобает леди.

А я вздрогнула, так обычно мама на Корвина ругалась, когда тот бесцеремонно вваливался в мою комнату. Правда она говорила ему, чтобы заходил так, как подобает мужчине и лорду. Забавно, я ведь уже и подзабыла об этом.

Леди Тайра проигнорировала замечание питки и приблизилась ко мне.

— Сделайте глубокий вздох, — попросила она, — и медленно, мысленно досчитайте до десяти и только потом выдыхайте.

Машинально начала выполнять ее просьбу. Мне было все равно. И зачем ей это, и почему она так сильно побледнела. Я вдруг с головой окунулась в воспоминания.

Перед глазами все отчетливей вставали образы родителей. Удивительно, мне казалось, я забыла и уже никогда не смогу ответить на вопрос, а сколько родинок было на щеке у мамы и как сильно менялся цвет волос отца на солнце: из темной меди в ярко оранжевое зарево.

Ни мне, ни Корвину не досталось этого цвета, мы оба пошли в маму, которая обладала черными кудрями. Зато и он, и я, обладатели синего цвета глаз, такого же оттенка, как были глаза папы. А еще, родители безумно любили нас. Они так сильно нас любили…как я могла забыть об этом?

— Что происходит? — встревоженный мужской голос, вытягивает меня из омута памяти. — Леди Тайра, я жду ответ.

— Я вышла всего на десять минут, — испуганно ответила вайера, — всего на десять минут, леди Атенаис не должна была проснуться еще часа три, но…

— Вы пропустили момент пробуждения питки и моей невесты?

Даже я вздрогнула и осоловело посмотрела на Звездного. Кто ж еще мог так легко войти в мою каюту.

— То, что вы являетесь женихом Атенаис, не дает вам право врываться в ее покои, особенно, когда она не одета. Будьте добры выйти. — Красный зверек воинственно сложил лапки и нетерпеливо застучал хвостом по одеялу.

— Пять лет жизни, — глухо констатировала вайера, — и… леди Атенаис не в себе.

Я слушаю слова, но не понимаю их значения. Все будто проходит мимо меня. Вроде я здесь, а вроде и нет. Так, еще одно дополнение к интерьеру.

«— Мама, я завтра еду на вечеринку и это не обсуждается! — стискивая платье, которое мама пыталась отобрать, заявила ей. — Я поеду и точка!

— Атенаис, планета Фларес — не то место, куда я могу тебя отпустить. Пойми, крошка, там слишком много всего, что может причинить тебе боль.

— Со мной будет Трей! И мама, это же Фларес! Планета веселья! — Я знаю, что у меня горят глаза, когда я это произношу. Потому что эта планета состоит из одних игровых и развлекательных заведений — хочешь в рулетку поиграй, хочешь окунись в виртуальную реальность, где будешь защищать свои владения от нападения креогов. А хочешь, отправляйся на танцпол… — Мне уже восемнадцать! Три дня назад исполнилось!

Последний аргумент срабатывает, и мама отступает. Она знает, что не сумеет меня удержать.

А за ужином отец пытается меня отговорить, но я непреклонна. Я столько времени мечтала попасть туда, столько всего хотела попробовать. А свидание с Трейем? Меня пригласил сын влиятельного человека, третьего наместника Земли. Он же сам вызвался все оплатить! Разве это не показатель того, что его намерения серьезные? А еще Трей такой красивый и так целуется! И я…я мечтаю, чтобы мы поженились, чтобы он…

Реальность оказалась жестокой. Трей решил развлечься за мой счет. Глупая моделька, так он назвал меня, когда привел в заведение с индивидуальными комнатами.

Глупая моделька, которую должны были разделить на троих».

— Я не помню, — всхлипнула я, сжимая виски. — Я не помню…

Боль прошила сознание и память вновь вернула меня в дни тех событий.

Я не помню, как я выбралась из той комнаты, не помню, что случилось с Трейем и его дружками. Но хорошо помню, как брела по планете в разорванном платье и сбитыми в кровь босыми ногами.

Меня забрал патруль и ночь продержал в камере до выяснения всех обстоятельств и до того момента пока, меня не заберут родные. Вот только…

— Это я убила тебя, — распахнув глаза, смотрю на зверька, — это я тебя убила, мамочка!

Пассажирский лайнер, на котором взорвались отец и мать летел на Фларес. Они летели за мной, за дочерью, которая попала в беду!

— Это я вас… — меня душили слезы.

Как я могла забыть об этом? Как я могла забыть о человеке, который спас меня, вторгшись в ту самую комнату и раскидав Трейя и его дружков как котят?

Но почему я сбежала от него без оглядки? Почему оказалась на улице, где меня прихватил патруль безопасности. Я ведь даже не поблагодарила его за то, что он предотвратил непоправимое!

Я не помню! Я просто не помню!

— Ее нужно усыпить, — отдал приказ Дамир. — А питку в утиль!

И вот тут-то я перестала покачивать и обнимать колени руками. Я испугалась. Я так сильно испугалась за зверька, что это позволило вернуться рассудку, отобрав место у жалости и страха прошлого!

— Медок, иди ко мне! — хрипло зову и протягиваю руки. — Медок, пожалуйста.

Я не дам лорду уничтожить живое напоминание о матери. Я не дам отобрать у себя частичку тепла, которую может подарить мне этот зверек. Я не хочу, чтобы нас разлучали. Я не хочу терять ее снова. И может, я сошла с ума, но…

— Не смейте, она моя. Слышите? — осторожно прижимая пушистика к груди, прохрипела я. — Не отбирайте ее.

— Медок? — тихо спрашивает леди Тайра. — Атенаис, а почему Медок?

Не знаю, зачем она пытается меня разговорить, но слова льются легко, и я даже неловко улыбаюсь, хотя щеки мокрые от слез.

— Мою маму зовут Медея, звали… — я вздохнула. — Папа ласково называл ее медком. Они погибли, когда летели за мной на Фларес. Я… — задыхаюсь от удушливой волны, и судорожно вдыхаю. Леди Тайра оказывается рядом и нежно сжимает мою ладонь.

Как она ухитрилась прорваться сквозь питку большой вопрос, как и вопрос в том, почему питка это позволила?

— Моя вина, что они летели туда. Я попала в беду, и они… — всхлипываю и сжимаю руку целительницы в ответ. Мне нужно выговориться, отчетливо понимаю я.

И может, кампания не подходящая, но я не смогу сказать обо всем Корвину. Не смогу признаться в том, что если бы я послушалась маму и папу, то они бы были живы. Корвин не знает о моем поступке, потому что был с одноклассниками в поездке на море. Он полгода упрашивал родителей отпустить его со всеми. И они в итоге согласились, оплатив ему путевку в «Миалос» — лучший курорт для школьников.

Слова полились потоком. Я все также продолжала сжимать руку целительницы, а второй поглаживала притихшую питку. Никто не перебивал меня. Изредка Тайра задавала вопросы, а я охотно отвечала, и чувствовала, что на душе становилось легче. Намного легче. Давящее ощущение исчезло, к концу повествования я отчаянно клевала носом и зевала.

Я понимала, что вайера намеренно меня усыпляет, но не собиралась этому противиться. Я сознавала зачем она это делала.

* * *

Дамир аль Кахар


Я сидел у себя в кабинете и потягивал жгучий рейф — крепкий алкоголь, который пьют только на моей родине. Забористое пойло для юнца и самое то для взрослого ритаса, который желает успокоиться.

Исповедь Атенаис вернула меня в события десятилетней давности.

Девушка не помнила того, кто спас ее от трех выродков, да и я забыл о ней, и до сего дня не вспоминал.

А выходка питки, выбравшей образ ее покойной матушки, пробудила не только ее память.

Мы прилетели на Фларес инкогнито. Трое Звездных лордов, чья дружба тянется не одну сотню лет: я, Тарим аль Натор и Велар аль Марито.

Неофициальное собрание трех титулованных. Мы пытались расслабиться и вытянуть Тарима из тяжелейшего состояния, обусловленного перерасходом энергии и расовых возможностей. Ему потребовалось очень много силы и смерть трех близких людей, чтобы спасти две планеты и уничтожить пиратскую базу.

Увы, за силу каждый платит непомерную цену.

Это был чуть ли не первый раз, когда нам с Веларом пришлось вытаскивать Тарима буквально из лап смерти.

Я уже и не скажу, почему мы решили слетать на Фларес, хотя у каждого из нас были в распоряжении свои особняки, оснащенные по самым последним технологиям, но лихой ветер занес на эту проклятую планетку.

Искусственно созданная планета, чьим прототипом была Земля. Ближе всего она именно к ней.

Веселье здесь шло в ногу с преступностью и контрабандой. Мы хотели расслабиться, а в итоге взялись за очередную зачистку.

Спасение девушки получилось спонтанным. Тарим просто услышал мысли подонка и его дружков, которые загнали несчастную в угол. Это была не первая их шалость, итогом которой становилась смерть девушек. Очередная подружка была двадцатой, юбилейной. Ее мысли он не пожелал озвучивать, но и этого не требовалось.

Так вышло, что первым жертву обнаружил я, хотя мы все трое прочесывали этажи и комнаты. В живых никто не остался. Я не смог себя контролировать. Но был в своем праве, по-хорошему, я мог разнести пол той планеты и не получить выговора от остальных лордов.

Когда я очнулся девушки уже не было в комнате.

А следом был подорван первый пассажирский лайнер, спустя два часа еще один, и спустя пять — третий и последний. Позже выяснилось, что всего было запланировано десять взрывов.

А мне уже было не до поисков испуганной девушки, которую пытались жестоко изнасиловать.

Тарим был слаб, чтобы сразу отследить зачинщиков диверсии, но он сумел предотвратить остальные, определив нахождение того, кто, активирует детонацию с планеты Фларес, а мы в свою очередь скрутили ту шайку уродов. Тарим до сих пор считает себя виноватым в гибели последнего лайнера, ему не хватило десять минут на дезактивацию. И родители Атенаис погибли в последнем.

Но я не понимаю тогда, почему девушка сама растила брата и нуждалась в деньгах, если всем, кто погиб в той трагедии, Альянс выделил денежную компенсацию, а Тарим прибавил к ней свои личные сбережения. В том числе сюда относились квартиры в хороших районах тех планет, откуда родственники погибших, для тех, кто остался без кормильца. Что уж говорить о сиротах…

Но Атенаис и ее брат не получили ничего! И это слишком странно.

Я потянулся к визору и нажал вызов. Я должен узнать все о своей невесте, все и даже больше, чем могла предоставить служба.

— Дамир, рад видеть.

— Тарим, мне нужна информация на леди Атенаис Миат, — сходу перешел к главному.

Друг прищурился, но ничего не спросил, отключил связь.

Я знал, что ему понадобится меньше десяти минут, чтобы получить не просто всю информацию по девушке, а выяснить даже то, что она сама о себе не знает.

Минуты ожидания текли словно часы.

Я успел придумать себе сотню оправданий, почему делаю это. Сотню причин, отговариваясь чем угодно, кроме того, что я увяз по уши и вряд ли сумею выбраться. Неудачное стечение обстоятельств или рука судьбы?

Вторая наша встреча и вновь при трагической ситуации. Казнь ее брата, это явно не то, что я допущу. Это сломает девушку.

Одна мысль о том, что она вновь будет плакать и обвинять себя в чьей-то смерти, выворачивает мне нутро.

Я чуть не пропустил вызов визора.

— Что ж… — все также щурясь, произнес Тарим. — Я дам тебе все, но при условии, что ты расскажешь кем она тебе приходится.

Он всегда видел больше, чем мне хотелось. Он не спрашивал зачем я собираю информацию по его владениям, друг требовал большего — обозначения границ.

— Невеста, — на выдохе сообщил я.

— Ого, — брови кайрейга взлетели вверх, но больше никаких комментариев по поводу данного обстоятельства не последовало.

За что я его и ценил, так это за то, что он не полезет в душу, если я сам не пожелаю перед ним открыться. В этом плане Велар был куда любопытней и настойчивей.

— Итак, начнем с того, что Атенаис не является леди, тебя ввели в заблуждение. С рождения, а это восьмое число ЗТЛМ[1] две тысячи триста семьдесят второго года от МА[2], и до совершеннолетия девушка воспитывалась в учреждении для детей, оставшихся без попечения родителей. Однако ее стремление к лучшей жизни и приятная внешность позволили ей сделать хорошую карьеру модели, что в свою очередь дало старт для изменения жилищных условий.

— Поясни, — глухо попросил я и прикрыл глаза. Какая тварь замела следы так отлично, что даже Тарим не выявил подвоха? Потому что я не верю ни единому слову.

— При достижении совершеннолетия сиротам выделяется квартира в социальном квартале. Спустя пять лет, Дамир поверь на слово, это очень короткий срок, Атенаис Миат купила квартиру в столице и при этом взяла на себя обязательства по другу из приюта. Не знаю с кем и как она расплачивалась, но по всем документам Корвин Фриддер ее брат. Хотя им и не является.

— Вот как, — я усмехнулся и распахнул глаза. — Тарим с каких пор тебя так легко обмануть? Теряешь хватку, мой друг?

— Дамир…

— А скажи-ка любезный, в твоей информации значится поездка на Фларес десять лет назад?

— Что?

— И еще один момент, ты никогда не забываешь людей, которым влез в голову, так почему ты не вспомнил Атенаис?

— Мне действительно показалась внешность девушки знакомой, но учитывая то, что она модель, а я постоянно исследую Землю, по твоей же просьбе, я не придал значения. Мало ли где я ее видел?

— Вспоминай, — жестко потребовал я и налил себе еще один бокал рейфа.

Я не торопил друга, понимая, что эта история вскроет не один гнойный нарыв, она может привести к кукловоду, равному нам. А это…

Осколки от бокала разлетелись по столу, порезы мгновенно срослись, я же вообще не почувствовал боли.

— Дамир, — обеспокоенно позвал друг, — она назвала имена? Тех, кто… Дамир?!

— Я уже скинул тебе информацию, — усмехнулся ему. Я знал, что он сделает правильные выводы.

— Ее родители погибли на третьем лайнере? — Я наблюдал за тем, как меняется выражение лица Тарима. За считанные секунды кайрейг превратился в матерого хищника.

Я позволил себе улыбку. Тарим, если понадобится, перевернет Землю, но найдет тех, кто посмел обидеть сирот и подтасовать факты.

— Дамир, ты же понимаешь, что крыса среди высших? Там не просто вставили ложную информацию, там замена сознаний, у всех, кто фугирует в деле Атенаис Миат. И третий наместник такой властью не обладает.

— Но он причастен, — фыркнул я.

— Это вне сомнений. Вопрос в том, чего хотят добиться. — Тарим пожал переносицу. Он всегда так делал, когда был глубоко погружен в свои мысли. — Я сегодня же перечислю всю сумму, что не получила эта семья на счет Атенаис Миат, с процентами за десять лет. Так что леди или нет, но состояние у нее теперь внушительное.

— Ты хотел сказать приданное? — Я выгнул бровь. — Все движимое и недвижимое имущество третьего наместника?

— Счета, сбережения близкого круга. Дамир, ты за кого меня принимаешь? Я компенсирую не только это, семьи погибших девушек также не останутся без внимания.

— Тебе придется повременить с наказанием, иначе мы спугнем кукловода.

Тарим задумался и прикрыл веки. Я знал, что сейчас он просчитывает свои шаги и ходы. Игра началась. Жаль только, что началась она давно, а вступили в нее мы только сейчас.

— Я вызову Велара, — после краткой паузы, заявил друг. — Мне нужен помощник, раз ты теперь не можешь покинуть Аритас. Надеюсь, что к тому времени как вы проведете церемонию, мы найдем виновного.

— Ее не будет, — резче, чем следовало, ответил я. — Не забывай о договоренности с семьей аль Таим.

— Дамир…

— Не стоит.

— Хорошо, — мужчина повел головой до упора, так, что хрустнули позвонки в шее. — Но я вот, что тебе скажу. Десять лет назад, ты первым нашел девушку не потому, что был ближе к ней.

— Поясни.

— Особенности твоей расы, Дамир. Я не сказал тебе об этом тогда лишь потому, что ты даже этого не понял. А раз не понял, значит, все обошлось и искать по всему Альянсу ее не имело смысла. Второй раз твой айсе ее не отпустит. А теперь, извини, но мне пора.

Бутылка рейфа полетела в стену и разбилась вдребезги. Я выругался и отключил визор.

Одно хорошо, Тарим начнет расследование, а Велар ему в этом поможет. Кем бы ни был наш противник, но ему не уйти.

Я быстро взял себя в руки. Я прожил достаточно, чтобы не понять, что проиграл, так и не начав боя. И, откровенно говоря, даже рад этому обстоятельству. Последний раз, когда я видел Димитру, она была подростком, своевольным, своенравным, невероятно гордым, и пусть обещала стать в будущем настоящей красавицей, но… Мой дом лишь слабо колыхнулся, когда мы провели ритуал. А потому помолвка не была объявлена. Мы отложили ее заключение на десять лет, посчитав, что девушка еще слишком юна и не до конца раскрылась, а потому слияние айсе не начнется, хотя брак и планировался лишь спустя пять лет после помолвки.

Атенаис стала моей ритани, невольно заняла место, которое ей не предназначалось. Девушка, которая понятия не имеет ни что это значит, ни какую власть это дает надо мной и моими людьми.

Что ж, на этом я и сыграю.

«Прости, Атенаис, но с этого момента наш договор не имеет смысла», — подумал я и отправил приказ об аннулировании с выплатой неустойки. Порой деньги оказывают куда большее влияние, чем запугивание.

Хозяева «Элейта» сорвали куш, а уж я прослежу, чтобы о том, что я когда-либо имел дела с ними, не проскользнуло в прессу.

[1] Земной третий летний месяц

[2] Межпространственный Альянс

Глава шестая

Сегодня самый страшный день в моей жизни. Нет, серьезно. Так сильно, как сегодня, я не волновалась даже на первом в своей жизни показе мод! И дело не совсем в том, что я должна буду предстать перед семьей Дамира и некоторыми его подданными. Во всяком случае, я не думаю, что мужчина захочет официального приветствия его невесты.

Я полагаю, все будет тихо-мирно, окольными путями, через черный выход мы покинем космопорт и отправимся в его поместье.

Нет, я волновалась от того, что сегодня лишь день, как я контактирую с Медком и совершенно не знаю, какая реакция будет у Корвина на нее.

Я боялась. Я так сильно боялась, что практически не обращала внимания на поведение ритаса. А оно очень изменилось. Складывалось впечатление, что он напрочь забыл о нашем контракте и пытается меня соблазнить.

Правда, он не учел, что у меня теперь личный телохранитель есть. В лице питки с поведением идентичным моей мамы. Почему-то я не считала, что лорд Дамир опуститься до того, чтобы я ему выплачивала неустойку. Он не станет лишать меня невинности ради сиюминутной прихоти, а иного просто и быть не могло, я ему не пара. Слишком различен статус. Впрочем, что-то мне подсказывает, заинтересуйся он мной всерьез, и он махнет рукой и на это обстоятельство. Однако…все равно не хотелось думать о нем, как о настоящем женихе. Разбитое сердце лечится куда сложнее, а несбывшиеся мечты ранят посильнее обидных слов и поступков.

Но все это мелочи, по сравнению с тем, что творилось в моих мыслях. Я начала вспоминать дни, когда мы жили с родителями. И теперь я не уверена, что это было моим решением забыть обо всем, чтобы не касаться той боли, что занозой сидела в моем сознании и душе. Ладно я, а вот Корвин? Он ведь тоже никогда не поднимал тему о маме с папой. Хотя, наверно, должен был, хоть раз. К примеру, во время пубертатного периода, который у него запоздал на два года. Ох как мне в ту пору доставалось… Брр, даже вспоминать не хочется. Одна его влюбленность чего стоила! Хорошо хоть быстро прошла.

В итоге, я буквально извела себя, боясь представить себе реакцию брата на мою зверушку и практически не обращала внимания на суету вокруг меня и странные танцы, чуть ли не с бубном, честное слово, лорда Дамира.

— Леди Атенаис, пора собираться. — Улыбнулась вайера, закончив очередной медицинский осмотр, который из-за питки происходит по семь раз на дню, — что предпочитаете, запрограммировать кабинку на необходимый нам образ, или доверитесь мои рукам?

— А вы сможете?

— Конечно, я одену вас по всем правилам и традициям Аритаса. К тому же сделаю потрясающий макияж.

— Правда? — невольно улыбнулась ей в ответ.

И вот удивительно, но после того моего срыва, Тайра начала иначе ко мне относиться. И я могла бы все списать на то, что это Звездный приказал, но не могла. Просто чувствовала, что внутренне вайера иначе на меня смотрит и иначе обо мне думает. Словно, между нами, стена рухнула. Хотя ее язвительные реплики никуда не делись.

— А одеяние мне не показывают, потому что…

— Вы не будете в восторге, — вздохнула целительница. — Точнее оно…

— Говорите как есть, леди Тайра, — я усмехнулась, — однажды, мне пришлось надевать конструкцию из пластмассовых трубочек. Модельер решил, что это новый писк моды и возвращение к старине. Правда, его быстро спустили с небес на землю…

— Торвано Сокуто? — округлила глаза вайера. — Вот же бисерное плетение! Так это вы… в том… Прямо весь показ?!

Я громко рассмеялась и мой смех подхватила девушка.

— Ага, — подмигнула ей, — поэтому, не думаю, что традиционное одеяние ритасок настолько кошмарное, как те трубочки, от которых неистово чесалось тело, я уж молчу, куда они все время впивались…

— На самом деле, я бы не сказала, что оно кошмарное, скорее очень непривычное для вас.

— Вы меня заинтриговали, леди Тайра. Я готова к преображению.

— Что ж… тогда дайте мне десять минут на подготовку. Вы, кстати, это время можете потратить на кабинку.

— Считаете, что я грязная?

— Считаю, что стоит освежиться, чтоб с отличный настроением приступить к удивительному путешествию.

— Да уж действительно, путешествие. — хмыкнула я и поднялась. — Медок, ты остаешься здесь.

Я, к сожалению, не знала, можно ли питку брать с собой в такие кабинки, а потому каждый раз оставляла ее, чему, собственно, она возмущалась.

Мне потребовалось куда меньше, чем десять минут. Я закончила едва ли за пять, а потому чинно дожидалась вайеру в своей каюте, а меня развлекала Медок.

— Когда вы предстанете перед народом Аритаса, Атенаис, ты должна молчать ровно до тех пор, пока не прозвучит Первая Песнь.

— Я не уверена, что нас будут встречать по всем традициям, лучше расскажи, что должно быть в поместье. Там, наверное, тоже что-то будет?

— Не перебивай! — непреклонно заявила питка и выставила в воздух лапу. — Первая Песня — дань уважения любви. Это призыв для Богов, чтобы они дали свое благословление и одобрили зарождающийся союз.

— И что, настоящие Боги? Прямо вот приходят и дают благословение?

— Это традиции! — зверек фыркнул и пошевелил усами. — Традиции, которые необходимо почитать. Итак, после Первой Песни, ты должна выйти вперед, встать перед своим мужчиной…

— На колени?

— Это позор! — ощетинилась Медок. — Никогда ни перед кем не склоняй головы, не проси и тем более не вставай на колени! Все сами дадут и сделают, потому что ты — женщина!

— Все-все, будет тебе, — честное слово, я уже и забыла, какая у меня мама напористая и требовательная. А у питки именно ее характер. — Сколько всего Песен?

— Двенадцать. В первую встречу поют только три. Но ты не дослушала. Ты должна будешь встать перед своим мужчиной, лицом к людям, спиной к нему, при этом, ни в коем случае не касаясь его своим телом. Нарядом можно — телом нет. Это понятно?

— Что ж там за наряд, — пробормотала я. — Да, мне все понятно.

— Учитывая то, что языка Аритаса ты не знаешь, говорить будешь на межпространственном, принятым Альянсом.

Молчу и слушаю. Потому что, откровенно говоря, я тот еще неуч. Кроме как земного, принятого еще много тысяч лет назад, и межпространственного, я больше языков не знаю.

— Твои слова должны отражать всю степень твоих чувств по отношению к выбранному тобой мужчине.

Невольно сглотнула. Лорд Дамир же не допустит этого бреда? Он бы явно тогда муштровал меня, а не позволял расслабляться… Там, наверное, речь готовить надо…А у меня ничего похожего нет, да и наши отношения… Да я и в дурном сне представить не могу, чтобы на весь честной мир заявлять о свих чувствах к мужчине.

Ужас какой.

— К примеру, слова Маниры аль Кахар, ритани его светлости Мирада аль Кахар, — зверек сделал паузу и неодобрительно покачал головой, — я говорю о предках твоего жениха, имей уважение.

— Медок, это все как-то слишком, ты не находишь?

— Ну это же не я выбрала себе в женихи Звездного лорда Первого ранга, да еще к тому же, ритаса, почти вступившего в правление Аритасом.

— Подожди, а разве он не самый главный уже сейчас?

— Пока еще нет. Как только он встретит свою ритани, а их союз одобрит Совет Высших Кланов, только тогда он получит титул светлости.

— А кто такая ритани?

— Половина души, — послушно ответила Медок. — Это женщина, которая на последнем обряде, он проходит после брачной ночи, делит с ритасом его могущество и силу.

— Какую силу? — мне дико захотелось сбежать.

И пусть я понимаю, что все вот это мне не предстоит, но в глазах общества я явно предстану выскочкой, которая заняла чужое место и вообще лезет туда, куда не следует.

— Ты совсем ничего о ритасах не знаешь?

— Вообще ничего, кроме того, что нельзя прикасаться к ритаскам под страхом смерти.

— Плохо, — констатировала Медок. — Но мы это упущение наверстаем. Значит так, я сначала расскажу несколько примеров речи невесты, тебе это предстоит в ближайшее время, а затем мы пройдемся по всем остальным пунктам. Тем более, наша линия поведения будет зависеть от ответа лорда Дамира на главный вопрос после твоего слова.

— Какой вопрос?

— Являешься ли ты для него и его айсе ритани. Потому что если ответ будет отрицательным, имей ввиду, он может встретить ритани, и тогда ты станешь младшей женой.

Мне стало дурно. Мне и до сего момента не особо хорошо было, но сейчас стало совсем плохо. Куда я лечу? Что мне вообще предстоит? И каким местом я думала, когда на все соглашалась?

В голове крутилась тысяча вопросов: что такое айсе, какие обязанности у младшей жены, а не обманул ли меня Дамир, заявив, что мы все расторгнем через месяц, ведь может оказаться, что это невозможно после того, как он среагировал на мои слезы и преклонение, но я попросту трусила что-либо спрашивать у Медка.

— Леди Атенаис, — дверь каюты резко отъехала в сторону и к нам влетела вайера, — я не поняла, что происходит. Стоило выйти на каких-то десять минут и ваше состояние ухудшилось. В чем дело?!

— Замуж не хочется, — искренне ответила ей. — Вот ну ни капельки. Страшно там, и еще не известно, как кормят…

Точнее, чем потчуют. Только ли интригами, да планомерными бедствиями со мной в главной роли… Что-то мне подсказывает, что весь месяц я буду выживать. Ну или стараться выживать.

— Хорошо там кормят, — прыснула вайера. — Женщины на Аритасе подобны богам, леди Атенаис. Никто не посмеет вас обидеть, и уж тем более оставить голодной!

— Уж я-то за этим прослежу, — воинственно возвестила Медок.

— И я тоже, — многообещающе подхватила Тайра.

— В смысле?

— А я не сказала? Простите, леди Атенаис, мой контракт продлили еще на месяц.

«Месяц! Значит, мы все-таки придерживаемся плана!»

И я облегченно выдохнула, и даже заулыбалась. Конечно, полностью расслабляться рано, зато я точно знаю, что видов на меня никаких нет и участь младшей жены мне точно не грозит! А это уже немало!

— Если бы я только знала, что это известие мгновенно поднимет вам настроение, то клянусь, не забыла бы о нем сообщить, — польщенно улыбнулась леди Тайра.

Просто улыбаюсь, не желая расстраивать целительницу. Ей еще работать с моей внешностью. Не хватало, чтоб она мне все волосы повыдергивала от обиды.

И тут мой взгляд цепляет непонятную конструкцию, просто зависшую в воздухе. Это не похоже ни на что ранее виденное мной.

— Только не говорите, что это и есть наряд, — разглядывая зеленую неподвижную субстанцию, которая словно повторяла контур тела человека.

— Нет, конечно, это защитный слой. Ваш наряд внутри.

— Покажите, — завороженно попросила я и нарвалась на очередную лекцию от питки.

— По традициям Аритаса, именно дом жениха обеспечивает невесту всем необходимым, начиная от заколок в волосах до свадебного платья. Одеться в свои одежды, считается неуважением к будущему союзу. Это оскорбление, Атениас.

Зверек опять важно зашагал по столу, я же наблюдала за манипуляциями вайеры.

Наконец у нее получилось, и я…нет, не ахнула. Я просто ничего не поняла. Огромное количество ткани белого цвета с золотистыми то ли вкраплениями, то ли лоскутами, и россыпью драгоценных камней.

— Тайра, я же ходить не смогу, — потрясено выдохнула я, — оно ж невообразимо тяжелое!

— Минутку, сейчас все соберется в один образ, и вы увидите, насколько красиво платье. — Целительница принялась нажимать на какие-то кнопочки, а Медок продолжила нравоучения.

— Имей ввиду, вся одежда, которая связана с церемониями — делалась вручную. Вот эта вышивка на платье — символ чистоты невесты. — Зверек ловко забрался на плечо вайеры и завис на месте, так никуда и не показав. Потому что в этот момент наряд стал полноценном. То есть я действительно увидела, как он должен смотреться на мне, и мне понравилось. Хотя такого количества ткани в одном платье, я не видела никогда.

— Красиво, — выдохнула, разглядывая платье. Прав был Диал, декольте они не увидят, его тут просто нет. Белоснежное платье было настолько закрытым, насколько это вообще было возможным. Откровенно говоря, только кисти рук, да мое лицо, если я полупрозрачную шаль не накину, останется доступным для взора людей.

Меня смущало обилие драгоценностей, что жемчужной росой шли вдоль вышивки, или слагали свой, витиеватый узор, алым заревом сплетаясь с золотой нитью. Смотрелось потрясающе красиво, но учитывая мой опыт в модельной карьере, я знала какими неудобными и порой травмоопасными могут быть красивые вещи.

А к этому платью еще и головной убор с шалью шел. Я просто не уверена, что смогу в нем нормально ходить.

Как бы не опозориться перед родственниками лорда Дамира и его подчиненными.

— Леди Медок, позвольте отложить ваш инструктаж касательно платья на более позднее время, — вдруг произнесла вайера. — Я бы не хотела, чтобы леди Атенаис испортила себе настроение или испугалась. Расскажите лучше о церемонии, например, о том, как будет красиво.

— Красота делегации и столицы, не поможет Атенаис чувствовать себя превосходно. А вот нужная информация, наоборот, придаст уверенности. — Не согласился зверек и ловко перебрался с целительницы ко мне. — Итак, речь раниры Маниры аль Кахар…

Следующие два часа я словно бы вернулась в прошлое. Когда была юной, амбициозной, верящей в то, что моя красота откроет любые двери. А успех показов и съемок для визиокаталогов, принесут славу и всенародную любовь. Под монотонный бубнеж питки, который иногда разбавлялся эмоциональными возгласами, я позволяла леди Тайре творить красоту.

Для начала меня обрядили в нижнее платье, что было тоньше и прозрачней паутины.

Затем шло несколько юбок, которые целительница придирчиво поправляла, заставляя меня снимать и одевать их заново, честное слово, не знаю, что ей не нравилось… И только потом верхнее платье, то самое, инкрустированное каменьями.

Прежде, чем вайера начала делать макияж, я, можно сказать, отрабатывала походку. Точнее пыталась приноровиться хоть к какому-то шагу, потому что меня все время наклоняло, то в одну, то в другую сторону, а это я еще головной убор и шаль не надела!

Но я упорная, мне эта черта характера от мамы досталась, к тому же обувь, а именно белые туфельки, шли на низком каблуке и были удобными. Поэтому спустя полчаса я уже уверенней вышагивала по каюте и даже улыбалась, потому что мне нравился итог.

— Очень красиво, — в который раз восхищенно выдохнула леди Тайра. — Атенаис, вам очень идет этот наряд.

— Благодарю, — я поддалась импульсу и закружилась на месте.

Юбки пламенем взметнулись вверх, обнажая мои ноги и нижнее платье, что как перчатка, облегало мое тело.

— Вот так делать точно не стоит, — пробурчала Медок, и после минутной паузы добавила, — не при всех.

— Вот спасибо за разрешение, — весело хмыкнула я.

Удивительно, но тот мандраж, который был вызван стараниями моего зверька ушел, уступая место предвкушению от встречи с братом.

Вот он удивится, увидев меня в этом. Впрочем, он в любом случае удивится, увидев меня рядом с лордом Дамиром. Наверно и сейчас с ума сходит, строя догадки, каким образом я сумела получить покровительство этого ритаса. Лишь бы ни о чем плохом не думал, а то я не посмотрю на его возраст, мигом уши надеру!

— Присаживайтесь, леди Атениас, — попросила Тайра.

— Может, обойдемся уже без официоза? Во всяком случае, пока одни? — еще несколько дней назад, я бы вряд ли ей подобное предложила, однако, сложно выкать человеку, которому душу изливал, пусть и ненамеренно, а под силой непреодолимых обстоятельств.

— Это такая честь, — выдала вайера, чем безмерно меня удивила.

— Серьезно?

— Конечно, — кивнула она, — невеста Дамира аль Кахар, предлагает мне свою дружбу, это дорогого стоит, Атенаис.

Вот! Вот теперь я узнаю прежнюю стерву. Во-первых, она не отказалась, что явно продемонстрировала в ответе, во-вторых, укусила, напомнив о том, кем я вроде бы как являюсь.

— А что, в другой ситуации ты бы отказалась? — я тоже умела огрызаться.

— Я бы подумала, — фыркнула женщина, а затем рассмеялась. — Да куда я от вас двоих денусь? С вами интересно, к тому же, платят хорошо. Медок, повтори для Атенаис речь, пока я буду накладывать макияж.

А как легко она взяла бразды правления в свои руки. Вон команды отдает и ждет, что я подчиняться буду. А не поторопилась ли я со своим предложением?

Но видя смешинки в глазах вайеры, поддалась ее настроению. Нет уж, скучно с этой целительницей мне точно не будет.

А вот с нудными наставлениями от питки явно что-то нужно делать.

— Да не зевай ты, — в который раз выругалась Тайра, — это же не просто бисерное плетение! Это цыганочка с выходом!

Блеснула она своими познаниями в далеком-далеком прошлом народностей Земли.

— Откуда ты о цыганочке знаешь? — неподдельно удивилась я.

Откровенно говоря, я о ней знала лишь потому, что в университете выбрала специальность, связанную с историей Земли. Увы, доучиться не смогла, но мне было очень интересно.

— Помолчи, — вновь рыкнула женщина. — Потому что у меня был подопечный рома, повернутый на своих корнях.

Я задумалась, честно пытаясь вспомнить кто ж такие рома. Но что-то знания никак не хотели приходить в голову.

— Рома — одна из западных ветвей цыган, — с превосходством выдала Медок. — А теперь, не отвлекайтесь на ерунду. Я не все рассказала. Свою речь леди Манира аль Кахар подкрепляла жестами, часть из которых приняты в традиционных танцах и несут за собой скрытый смысл. К примеру, движение кистями рук — это когда ладони на миг соединяются у груди, а следом ты будто отталкиваешь их от себя, медленно раскрывая ладошки и изображая пальцами лепестки цветка, при этом удерживая руки на уровне своего подбородка. Такое положение мимолетно, однако вместе со словами: Едины душа и тело, принадлежащие великому мужу, — означает, что един и народ, которым сей муж управляет. Цветок Шавлеры — так называется это движение, символ единства и постоянства.

— Медок, я, конечно, благодарна тебе за информацию, но тебе не кажется, что нельзя брать чужую речь и произносить ее? Да еще использовать все те движения, которые делала леди Манира? Я допускаю, что ритаска не один год готовилась к ней, но у меня нет этого времени, и я не опущусь до того, чтобы воровать чужие идеи. — Я вздохнула. — Просто объясни по-человечески, без пафоса и ложных ожиданий, что от меня требуется после этой Песни? Потому что я практически ничего не поняла из твоих слов. Скукота и официоз, который скорее напрягает, чем радует.

— Ты должна не посрамить своего мужчину и свой род, — подпрыгивая на месте, рыкнула Медок, и сама же осеклась под моим насмешливым взглядом.

— Я не ритаска, о каком роде идет речь?

— О Великом роде твоего клана, — понурилась питка. — такие мужчины не женятся на иных расах. Это не принято, только если, если ты не являешься его ритани!

— Я тоже об этом подумала, — поделилась своими мыслями вайера. — Уверена, что леди Атенаис его ритани. Потому что если нет, то мне вас очень жаль. Звездным не отказывают, но я знаю, что у земных женщин и мужчин не принято многоженство…

— Я не буду младшей женой, — тут же возмутилась я. — Я вообще не буду…

Черт, чуть не проговорилась!

— Не хочу об этом говорить, — моментально исправилась. — От меня вряд ли что-то подобное понадобится, Медок. Скорее всего, все будет куда скромнее, чем ты представляешь. Во всяком случае, сейчас.

— Тогда тебе бы не принесли наряд для помолвки, — возразила Медок.

— Я думаю, его принесли, чтобы соблюсти условности. Ну кто в здравом уме будет устраивать церемонию в космопорте?

— Любой ритас, чья невеста впервые ступила на его родную землю, — отрезала Медок. — Так, Атенаис, сиди, не вертись и слушай меня.

— Медок, сбавь оборот, ты ее пугаешь, — рыкнула вайера и обнажила острые зубы.

Невольно сглотнула. Вроде бы вот так смотришь, перед тобой миловидная женщина с неопределенным возрастом. Тайру легко соотнести, как к девушке, так и к взрослой женщине. Ее внешность традиционная для вайер: тонкие черты лица, на котором раскосые глаза, цвета морской волны смотрятся так, словно кроме этих самых глаз, больше ничего и нет. Потому что рот маленький, а нос коротенький. Они теряются на фоне больших глаз. Фигура у вайеры хрупкая, кость тонкая, да и ростом она невысокая. А серебристые локоны, струятся по плечам, словно бы и не волосы вовсе, а лунный свет.

Так сложилось исторически, естественный отбор на их планете вывел особую формулу ДНК, что внешность у вайер притягательная, их хочется защищать и оберегать. Однако…

Это все напускная слабость, потому что я точно знаю, вайеры могут за себя постоять. Чего стоят только их зубы, которые могут прокусить металл! А конкретно вот эта вайера, способна в легкую поднять свой вес, умноженный на сто. Почему я так в этом уверена? Да потому что вайера как бы невзначай поправила волосы, и на мгновение обнажила татуировку, что шла у виска: три маленьких точки, образующие треугольник, в котором заключен раскосый глаз.

Такие татуировки носят только те вайеры, что прошли многочисленные испытания, далеко не безобидные, правильнее сказать смертельные, и которых признали на родной планете мастерами. К сожалению, я знаю очень мало, но и того, что есть хватает, чтобы сделать очевидный вывод: мне придется очень туго на Аритасе, раз мне досталась не просто целительница, а мастер.

А еще, этой вайере не меньше двухсот лет…

— Прелестно, — хмыкнула вайера. — Радует, что ты все-таки умеешь делать правильные выводы.

— Вот и кто еще из нас двоих ее пугает? — питка ощетинилась, вздыбив свое шерстку. — Покусаю.

— Да я и сама, кого хочешь, покусать могу, — не осталась в долгу Тайра и улыбнулась, обнажая зубы.

— Так, хватит, — возмутилась я, — давайте уже заканчивать. Иначе, после ваших споров, все придется начинать заново. Сомневаюсь, что лорду Дамиру это понравится.

Если на питку мои слова не оказали должного эффекта, то вайера вся подобралась, из взгляда исчезли смешинки. Сама серьезность.

— Прелестно, — хмыкнула Медок. — После Первой Песни, ты должна представить себя и свой род. И тот факт, что он не такой древний, как хотелось бы ритасу, не играет роли. Ты будешь говорить не только от своего имени, а от имени всех своих предков. Ты должна держаться так, будто ты — самый главный человек во всем Межпространственном Альянсе. Гордость в осанке, взгляде и жестах, она должна быть буквально твоей второй кожей.

— Да, Атенаис, — подхватила Тайра. — Ритаски очень гордые, можно даже сказать надменные. Ты не должна вести себя иначе, потому что могут посчитать за слабость.

— Занимайся своим дело, — нетерпеливо произнесла Медок. — А информация — моя обязанность.

Я лишь закатила глаза. Они тут пререкаются, а я теряюсь в догадках. Потому что нее мог лорд Дамир так подставить меня и себя. Не мог и все тут.

— Час до прибытия на Аритас, — разлился по каюте голос бортового компьютера.

— Бисерное плетение! — выругалась Тайра, а я хмыкнула, вон как понравилось ей мое ругательство и как прижилось. — Все, не отвлекаемся!

Глава седьмая

Дамир аль Кахар


Десять минут, как мы прибыли на Аритас.

И отвратительные новости накрыли с головой. Я пошел на поводу айсе и принял наряд для Атенаис, хотя изначально желал ограничиться повседневными одеждами наших женщин, да и был уверен, что мне удастся избежать церемонии. И удалось бы, если бы не подключились два влиятельных клана.

Праздник такого дома, как мой, сложно не заметить. А уж если айсе подключился, то тогда все — вся планета в курсе того, что самый завидный жених больше не доступен для матримониальных планов. Да что там планета! Весь альянс в курсе происходящего и пресса буквально заполнила космопорт! Драк не происходит только потому, что здесь находятся главы кланов Аритаса.

До сих пор не понимаю, каким местом я думал, когда согласился на сделку с Атенаис. Она изначально была провальной. Как только айсе начал чувствовать девушку, все, о чем мы с ней говорили, утратило силу, я просто не смогу отказаться от нее, да и мне не позволит дом. Он попросту не примет иную хозяйку, а следовательно, о продолжении рода можно забыть.

И я не против представления моей невесты, но она не готова. Совершенно не готова.

Какой я мужчина, если позволю ей испытать стресс и испугаться?

К церемонии девушки готовятся не по одному году. Откровенно говоря, практически с рождения! Ия не боюсь того, что она может меня опозорить своим незнанием и не умением, скорее я глотку перегрызу тому, кто скажет, что она не справилась, но…

Она не готова! Она не понимает, что так как прежде, уже не будет. Я не отпущу ни через месяц, ни через год.

— Дамир, виновные найдены.

Микелл подкрался незаметно, заставляя меня вздрогнуть.

— Кто? — выдохнул, понимая, что моя невеста не ошиблась в своем брате. Он действительно не виноват.

— Куратор студентов ЗМА[1], его племянник и еще один студент. Спланированная акция по устранению конкурента. Задержаны, ждем следующего распоряжения.

— Я лично навещу каждого. Ограничить контакты с внешним миром и друг с другом.

— Дамир… — Микелл замялся. — Пора выходить, дольше откладывать нельзя.

— Знаю.

— Мы сделаем все, чтобы не допустить начало церемонии…

Я резко обернулся, чтобы видеть лицо друга.

— Ваша леди, Дамир, нельзя ее пугать. Они не правы и точно бы не хотели подобного для своих дочерей. Я не согласен со своим кланом. Никто из нас не согласен.

Микелл входил в состав клана аль Таим, того самого, кто в сговоре с кланом аль Марито устроил эту сумятицу в космопорту, но вот уже более века подчиняется мне. Однако для меня стало сюрпризом, что он готов пойти наперекор своему роду. Это дорогого стоит.

Как и желание всей команды помочь. Искренняя поддержка и радость за смену моего статуса — те вещи, которые нельзя получить силой. Потому и ценятся превыше всего.

Именно поэтому я был зол на своего друга, который не предупредил о том, что задумал его отец. Увы, Велар пока не являлся главой своего рода, однако, он должен был меня предупредить. Мы бы сменили курс и не входили бы в орбиту Аритаса.

А там, я бы уже смог без лишнего шума ввести свою невесту в дом, поменяв корабль и под чужим именем.

— И я не уверен, что все будет мирно, — Микелл озвучил мои мысли. Не будет, я знал это с того самого момента, как айсе объявило о наличии невесты. Глава клана аль Таим не упустит возможности отомстить мне за то, что нарушил наши планы. Лишить меня будущего — достойный удар для того, кто сам его лишился.

— Иди, — я пожал руку другу. Нет, я не отправляю его от себя за его оплошность. Он нужен мне здесь. — Иди, и предупреди леди Тайру, что мы выдвигаемся через пятнадцать минут.

— Дамир…

— Мы примем бой, как делали это всегда. Я уверен в своей невесте, леди Атенаис справится.

Я знал, что подчиненные, видя мое доверие к невесте, сами им проникнутся. Знал, что если я не буду колебаться, то и они сделают все, чтобы Атенаис выжила, даже, если им потребуется пожертвовать своей жизнью.

— Она моя ритани, Микелл, — признание далось легко. Я улыбнулся, хотя понимал, что не время и не место. Но подавить ее полностью не вышло.

— Да благословят боги ваш союз! — просиял ритас, — да благословят боги! Положись на нас, мы не подведем.

— Я знаю.

С уходом Микелла я вновь взялся за визор. Но ни Тарим, ни Велар не ответили. Вот уже сутки никто из них не выходит на связь. Мало того, не отзываются и их помощники, что меня не может радовать.

И тут только два варианта, либо на Земле с ними что-то случилось, либо все еще хуже, чем мы могли себе представить.

Я давал пятнадцать минут не для того, чтобы совладать с собственными переживаниями и страхами, я готов принять удар, и уж точно готов нанести ответный. Я надеялся, что Тарим выйдет на связь. Однако…время прошло, а ответа я так и не получил.

Но в чем я точно был уверен, так это в том, что за ту оплошность во время нашего ужина с Атенаис, я Микелла не отошлю. Он останется подле меня. Он необходим здесь.

К тому же, из нас двоих оплошал именно я.

Пора исправлять ситуацию.

Я и не представлял, насколько прекрасна будет Атенаис в традиционных одеждах Аритаса.

Длинная черная коса, в которую вплели жемчужную нить, спадал на грудь девушке. Шаль была откинута на спину, открывая нежное лицо невесты. Мне тут же нестерпимо захотелось спрятать его от всех.

Ей необычайно шел символ моего дома, а вышивка на левой лопатке, указывающая на то, что невеста чиста и невинна, буквально разрывала меня на части. С одной стороны, я был горд, и точно знал, что будь она ритаской, это бы добавило ей уважения и почитания в глазах нашего народа. А с другой стороны, мне хотелось заявить на нее свои права, показать, что эта девушка принадлежит мне и душой, и телом.

Я знал, что мне потребуется время для того, чтобы Атенаис приняла меня и всю ту ответственность, что должна лечь на ее плечи, как хозяйки моего дома. Я знал, что скажи ей сейчас о том, что творится на площадке и даже услуги вайеры окажутся бесполезными. Кроме страха мы не добьемся ничего.

Я планировал, что все будет иначе, что постепенно я приручу ее, заставляю привыкнуть к себе и к тому, что я могу ей дать. Но…

Невольно сжал кулаки, нужно только оказаться в поместье и тогда бить начну я. В конце концов, это не я сбежал от груза ответственности, и не я тридцать лет скрывался от своей родины и своего клана, прекрасно сознавая, что будут искать.

Пора Рикару аль Таиму признать, что нашу договоренность нарушила его дочь, и даже тот факт, что лишь наша связь поможет восстановить наследование его дома, не то, о чем я должен думать.

Тридцать лет, ровно столько я плясал под его дудку, также, как и он, желая союза наших кланов, но теперь, ему придется принять мой выбор.

Я не намерен отступать и уж тем более не согласен лишиться своей ритани.

Я был готов к огромной толпе. А вот Атенаис явно нет.

По нашим традициям первым идет мужчина, а следом за ним — его женщина.

Я не мог взять ее за руку и приободрить, но, я был ее щитом, который закроет собой.

Вспышки визиокамер на миг ослепили, а в следующий момент, позади меня раздался треск ткани. Я машинально сделал еще пару шагов по трапу и лишь после того, как почувствовал на себе куски от шали, обернулся.

Журналисты словно с цепи сорвались, а особо нервные разорались. Кто-то даже упал в обморок, а все потому, что Атенаис испугалась. Испугалась так сильно, что прошла объединение с питкой, представ перед всеми настоящим монстром. И сделала это вовремя, хотя Микелл тоже не оплошал, отбив точечную атаку. Пара ритасов из клана Велара упали замертво. Но едва ли это кто-то заметил, потому что все внимание было приковано к моей невесте.

Она больше и отдаленно не была похожа на человека. Разве синие глаза напоминали о том, кто надежно срыт под броней.

Но даже сейчас, в таком виде, она восхищала меня. Я не мог сдержать улыбку, да и не хотел. Сейчас тот самый момент, когда наше доверие может перейти на новую ступень. Я не могу этого лишиться из-за толпы идиотов. И месть моя будет подана в нужный момент. Прощать подобный прием я точно не намерен.

— Иди ко мне, — шепнул ей, подавая руку. — Иди ко мне, девочка. Скоро мы будем дома.


[1] Земная Медицинская Академия

* * *

Я и сама не поняла как это случилось. Вот, секунду назад, стою внутри корабля и делаю небольшой шажок к трапу, я даже испугаться такой толпы не успела, как в следующую секунду меня оглушают вспышки и треск платья, которое моментально рвется. На мне рвется!

А Медок…я больше не чувствую ее присутствия на руке, где несколькими минутами ранее, она облюбовала себе место, ведь у наряда такие рукава длинные, что ее и не видно будет, если уж прямо сильно не всматриваться. Наоборот, мне кажется, что она обернула меня своей мягкой шерсткой полностью.

Я стою и боюсь пошевелиться. Я растеряна и напугана, потому что не ожидала такого количества народа. Да еще к тому же, у меня платье порвалось…

— Иди ко мне, — глядя в мои глаза, прошептал ритас и протянул свою руку.

Я даже дышать боюсь, какой там идти!

— Иди ко мне, девочка. Скоро мы будем дома.

И только сейчас меня с головой накрыло осознание того, что случилось. Вон, ошметки платья на Звездном. Я не просто порвала платье, я превратилась в того самого монстра, бронированного монстра! Но абсолютно не понимаю почему! Я не чувствовала опасности и сильного страха, чтобы отдать подобный приказ Медку!

Я в полной растерянности. Передо мной огромное количество живых существ и техники, что визирует каждый мой шаг, да транслирует по всем каналам.

А то, что транслирует — сомнений нет. Они все пришли поглазеть на невесту Звездного лорда. А я…я вот взяла и монстром стала. Позор-то какой!

А что, если питки на долго не хватит, и она закончит слияние в самый неподходящий момент? И я вообще предстану перед всеми голой?!

Только коснувшись ладони ритаса, поняла, что уже не просто тянусь к нему, а почти полностью в него сжимаюсь.

И все бы ничего, я твердая как скала, и мои касания ранят!

А Дамир вон, даже не поморщился от пореза на ладони!

Все так же улыбается и шепчет что-то успокаивающе.

И при этом, старается держать меня на расстоянии вытянутой руки…

«— Пока не женаты, нельзя вольностей при публике до первой церемонии, — голос Медка раздается прямо в голове, от чего я на несколько секунд зависаю на месте, давая какому-то ушлому журналюге завизировать меня в полный рост и без дополнения в лице Звездного. — Иди в флаер, там вас никто не посмеет тревожить»

Мне показалось, или Медок проговаривала слова с трудом? Это что же, страх, что я могу голой перед всеми оказаться как никогда близок и вообще реален?

«— Миленькая, только не при всех, — как заклинание повторяла про себя и ускорила свой шаг. — Медочек, девочка, только не при всех!»

Вероятно, этот день я еще неоднократно вспоминать буду.

Я уже представляю, что напишут о невесте лорда Дамира и чем мне это в итоге аукнется.

Вряд ли мужчина порадуется такой славе.

Когда нам осталось дойти десять метров до флаера, я поняла, что Медок не выдерживает. Не знаю, чем это было обусловлено: может, из-за того, что впервые превращаемся в монстра, а может, из-за того, что эффект сам по себе кратковременный, но мое тело начало мелко-мелко дрожать.

Интуиция буквально вопила о том, что я сейчас еще больше сяду в лужу. Не просто глубоко заберусь, а прямо потону в ней!

Наверно, именно это и придало мне сил. Я просто выбросила все мысли из головы и прибавила шагу. Да как прибавалди. Я чуть было не потащила Звездного на буксире, хорошо он быстро среагировал и тоже ускорился.

Четырехместный флаер радовал абсолютно непроницаемыми стенами. Я словно световой луч влетела в открытые двери следом за ритасом.

А в следующую секунду меня скрутило такой волной боли, что я едва сдержалась от крика.

На самом деле меня очень удивил тот факт, что я вообще устояла на ногах. Но боль была кратковременной, а вот мое положение — все таким же шатким и позорным.

Я прятала взгляд, боясь встретится с черным омутом глаз Звездного. Однако совершенно не ожидала, что выпрямившись, тут же буду укутана в его рубашку.

— Ты умница, — прижимая меня к себе сообщил Дамир. — Атенаис, все хорошо. Не нужно волноваться или переживать.

— Но…

— Поверь мне, все хорошо.

И пока я не успела ни опомниться, ни что-либо сообразить, наградил жаркой цепочкой поцелуев, от шеи до самого уха. Кажется, вспыхнули не только мои щеки, такое впечатление, словно я вся пылала.

— Медок… — я все же попыталась отстраниться.

Во-первых, был подходящий момент, флаер взлетел. Во-вторых, я решила, что со всем этим бардаком разберусь на месте — то есть непосредственно в доме лорда Дамира. И мы там с ним строго погорим!

Что-то он совершенно не соблюдает дистанцию, что, несомненно, нравится моему телу, но абсолютно не устраивает мой разум.

Конечно, билась в голове мысль, что как бы для Тайры, что стоит к нам спиной, и водителя, от которого мы отгорожены выдвигающейся, непроницаемой стенкой, такое проявление чувств к совей невесте, и женщине, что оказалась в стрессовой ситуации — вполне правильное и имеет место быть.

— Медок… — я — то в рубашке, а вот зверька на мне точно нет!

Я не успела испугаться, мне попросту не дали, собственно, как и шагу ступить в происках Медка. Ритас с таким напором прижал меня к себе, что я вновь отчаянно покраснела. Я вообще-то голая…Его рубашка не в счет, а у него торс обнаженный…

— У меня, — подала голос, вайера, все также стоя к нам спиной. — Леди Атенаис, ваша питка находится у меня, и она явно спит.

Облегченный вздох теряется на фоне совершенно иных чувств. Я не представлю, что должна делать дальше. Ритас держит крепко, словно я вообще могу куда-то деться.

Мне становится невыносимо стыдно. Тайра не может сесть, пока мы вот так стоим, загораживая путь к креслам, мы почему-то не садимся, хотя давно могли это сделать. Медок пострадала из-за меня. Да еще эта дурацкая ситуация.

Мне приходится сильно напрячься, вспоминая время моей молодости, чтобы уверить себя, что в голом теле нет ничего страшного. Я же модель! Пусть и в прошлом, но мне нечего стыдиться своего тела, как и всего, что произошло.

Я просто была не готова. Не моя вина, что мне толком ничего не объяснили, не моя вина, что я испугалась происходящего. И, конечно же, не моя вина, что та огромная толпа пришла по мою душу. Об этом всем должен был позаботиться Звездный лорд.

Только как следует разозлившись, я наконец сумела убрать руки ритаса от своего тела.

— Я бы хотела сесть, — ледяным тоном произнесла я, намеренно выстраивая между мной и лордом Дамиром стену.

Не хочу такого проявления участия и заботы, не хочу его собственнических жестов, потому что…

А вот почему… На почему в голове находится тысяча ответов, от социального статуса до родословной.

— И мне нужна Медок.

Я уверенно шагаю к Тайре и касаюсь ее плеча, заставляя ту обернуться.

И вижу лукавый взгляд, который буквально заставляет меня подавиться словами. Вот же стерва! Она явно наслаждается сложившейся ситуацией! Вот уж кто тихо, но бесстыже смеется!

— Ты… — все-таки выдыхаю, — ну ты…

— Леди Атенаис, вот Медок, — вайера сует мне под нос питку и мне не остается ничего, как взять зверька.

И конечно же, я тут же переключаюсь на него. Медок не выглядит просто уставшей. Ее бока тяжело вздымаются, а шерстка кажется потускневшей и облезлой.

Машинально прижимаю питку к себе и топаю к креслу. Нужно выяснить у лорда, что мне делать и как помочь своей телохранительнице.

Однако прежде, чем успеваю открыть рот и расположиться в мягком, и что самое главное теплом кресле, Звездный оказывается рядом и накрывает меня пледом.

Не знаю, где он его достал. Обычно во флаерах никаких одеял или покрывал не предусмотрено.

— Что ж сразу не укутали в плед? — проворчала я, — зачем было накидывать рубашку?

— Затем, что плед появился тридцать секунд назад, и, увы, одежду я таким способом переместить не могу, — невозмутимо ответил ритас и сел рядом. — Атенаис, прекрати мне выкать, не на приеме.

— Это я от стресса, — ляпнула первое, что пришло в голову. — Что с ней?

Я перешла к главному вопросу, что мучил меня.

На самом деле, меня еще много чего мучило. Но Медок была важнее всего остального, даже представления его семье.

— Ваше слияние еще не было окончено. Для укрепления связи требовалось не меньше недели. Экстренный симбиоз, на который ей потребовалось израсходовать практически все силы и накопленные в вашем организме импульсы.

— Импульсы?

— Да, при укусе питка впрыскивала в вашу кровь свою энергию, она же и накапливалась в том месте, который облюбовал зверек. Вы ведь и сами заметили, что потихоньку, но размер вашей груди увеличивается, а нагрузка для леди Тайры стала сильнее, в плане вашего психоэмоционального фона.

— Не только, организм активно борется с чужеродной энергией, отторгая ее, но так как это было добровольное слияние, я затупляю процессы. В противном случае, леди Атенаис лежала бы с высокой температурой и лихорадкой. — Глядя в пол скромно прокомментировала вайера свою работу.

Надо же, все опять проходит мимо меня. Точнее я в этом участвую, но даже не понимаю, где и что со мной происходит!

Удивительная моя способность, просто замечательная, расслабляться там, где этого делать не стоит!

— То есть, Медок потратила все то, что успела собрать в моем организме за эти два дня и теперь, — а что теперь?

— А теперь ей нужен сон. Исследования показали, что организм питки выдерживает куда более сильные нагрузки. Сутки — двое и Медок снова будет радовать вас, а также защищать.

— Спасибо, — выдохнула и погладила зверька. Бедная Медок, устала. — Только все равно не понимаю, почему она начала трансформацию, я не настолько сильно испугалась, чтобы отдать ей мысленный приказ или… кстати! Она со мной в этом виде общалась мысленно!

— Да, я тоже хотела акцентировать ваше внимание на том, что синтезирование тела Атенаис и тела питки, было вызвано не ее эмоциональным фоном. Причины скорее были внешние, чем внутренние. — Вайера упрямо смотрела в пол, а я переваривала ее информацию.

— Это что же, питка среагировала на опасность? — я как обычно долго соображаю. — На меня хотели напасть? Вот так сразу…при всех?

Глава восьмая

Тишина затянулась. Ритас не спешил с ответом, а я мысленно накручивала себя.

Я еще на эту планету ступить не успела, меня уже убить пытаются! Что за варварское общество! А еще называется главная планета Альянса! Да ладно планета, со мной ведь лорд Звездный, как они его не побоялись-то?!

Не сразу я поняла, что в мой организм вмешалась леди Тайра. Она принялась выравнивать мое дыхание и усмирять бешеное сердцебиение.

Мысли, что тугим комком застряли в голове, потихоньку приходили в норму, то есть мысли еще были, и вопросы тоже, но уже структурированы, разложены по полочкам, а не бардак.

— Значит, на меня напали, — нарушила молчание, попросту не выдержав его. — Надеюсь, вы знаете кто.

— Атенаис, подобного более не повторится. — Властно заявил ритас. — В моем доме нечего опасаться, айсе возьмет защиту периметра на себя. И да, Атенаис, женщинам Звездных лордов, всегда приходится несладко. Мне жаль.

— Но они знают на что идут, — криво ухмыльнулась. Добровольно идут, а я… — Что такое айсе?

— Скоро увидишь. Касаемо мыслеречи питки. В том состоянии, что вы обе находились, речевой аппарат был лишь у тебя. Питка посчитала нерациональным подключаться к нему, а потому воспользовалась нейронной сетью, поэтому ее голос ты воспринимала как свои мысли. Это плохо.

— Плохо? Почему?

— Потому что вы еще не готовы к такому способу общения. А значит, что на восстановление питке потребуется больше времени.

— Но потом все будет хорошо?

— Непременно. — Дамир осторожно коснулся моего плеча. Я так и не поняла, погладить он его хотел или пожать? Потому что вот такая незатейливая ласка быстро закончилась, толком не начавшись. — Но ты должна постоянно быть рядом с ней. А еще лучше, держать ее в том месте на теле, который она определила для себя как хранилище.

— То есть… — я вздохнула и прикрыла глаза, — все-таки третья грудь.

Тайра кашлянула. Точнее выглядело это как кашель, а на самом-то деле я знала, что это был замаскированный смех!

Правда, под взглядом Дамира она уже по-настоящему закашлялась. Я даже смотреть не захотела, сколько там льда в глазах ритаса.

Но приятно, что кто-то так реагирует на мой душевными комфорт.

Впрочем, лучше бы он меня не от насмешек защищал…

— А как долго нам лететь к вам домой?

— Еще пятнадцать минут и примерно столько же тебе потребуется, чтобы привести себя в порядок. Наш багаж прибудет раньше, леди Тайра принесет необходимое, чтобы в дом ты вошла не в пледе, и не голая.

— А это принципиально? Плед все скроет, — я пожала плечами. — Какая уже разница, весь Альянс обсуждает монстра в роли вашей невесты. Хуже уже точно не будет.

— Атенаис…

— Лорд Дамир, я не вижу причин, чтобы тратить время на переодевания. Уверена, в доме, мне дадут одежду. Я очень хочу увидеть брата, а ваши родственники… Полагаю, больше расстроятся тому, что их заставляют ждать.

— Моих родителей давно нет в живых, но есть айсе…

Меня так и подмывало спросить, каким образом это вообще может быть взаимосвязанными вещами, но…

Я скорее почувствовала, чем поняла, что эту тему сейчас лучше не развивать. И не потому, что рядом посторонние в лице подчиненной леди Тайры, мужчина не готов к этому разговору. К тому же, мне его стало по-человечески жаль. Я ведь тоже сирота.

— Извини, — сама сжала его ладонь и перестала выкать. — Я не самый любопытный человек, иначе бы давно пролистала твою биографию и таких глупых моментов бы не было.

— Все в порядке, Атенаис. Но приличия все же лучше соблюсти, договорились?

Мне почему-то показалось, что он не договорил. Как будто было что-то еще, помимо озвученных «приличий».

Собственно, а чего я голову ломаю? Я вообще ерунду какую-то предложила, в пледе идти. Итак публику в космопорту эпатировала, а тут еще и, пусть будет, домашним, культурный шок устроить решила.

Что это я, мужчину позорю? Он ко мне вон как отнесся, а я… Точно устала от этих странных дней и неудавшегося отпуска.

Это нервы, несомненно, нервы. Вот пообщаюсь с братом, Медка в порядок приведу и точно вернусь в привычную колею, а то, что не реплика, так глупость.

А Звездный сдерживается, гадостей не говорит, ни в чем не обвиняет, наоборот, успокаивает и поддерживает. Удивительно, таким мягким я его еще не видела. Вон как ритаса его родная планета меняет. Даже впечатление, что он меня от всего Альянса защищать собрался.

Дальнейший путь мы проделали в молчании.

Не знаю, хорошо ли это или плохо, но я не осмелилась нарушать тишину. Звездный о чем-то напряженно думал и прерывать его мысли своими глупостями не хотелось.

Тем более, я действительно устала, как за время нашего пути на корабле, который, опять же, толком не рассмотрела. Даже обидно стало, мне ведь этого очень хотелось. Так за сегодняшнее утро в сборах, которое плавно перетекло в день с сумасшедшим приемом на Аритасе.

Никогда бы не подумала, что смогу собрать такую толпу, которая будет буквально жаждать увидеть мое лицо.

Ну, и, конечно, убить меня никто раньше не хотел. Напакостить — да, реально прибить — нет.

За всеми этими размышлениями, я не сразу сообразила, что мы прибыли на место. Окна-то непроницаемы, ничего не видно, как мне, которая сидит внутри так и тем, кто вздумает подглядывать снаружи.

А не поняла я еще потому, что ритас продолжал меня приобнимать и отстраняться не спешил, как не спешил отдавать приказ Тайре и водителю. Мне было с ним так уютно и хорошо… Еще Медок пригрелась и так забавно посапывала…

Робкое покашливание вайеры заставило нас включиться в реальность, выныривая из своих дум.

И вот тут-то все завертелось и закрутилось.

Я могла лишь наблюдать за тем, как ритас дает отрывистые команды, а вайера, с ловкостью, которой я не видела прежде, выбирается из флаера, чтобы принести мне одежду.

На самом деле наши новые сборы с переодеванием не заняли и десяти минут.

Тайра вернулась быстро. Дамир оставил нас наедине, давая вайере возможность свободно дышать и передвигаться.

Она при мнем была довольно замкнутой и зажатой, хотя иногда вредная натура прорывалась.

Целительница молниеносно привела меня в порядок, заново заплела мои волосы и уложила толстой косой на плечи. На самом деле, мне очень нравилась такая прическа, и Тайра каким-то чудом поняла, что я жалею о том, что после слияния, от косы на моей голове осталось лишь воспоминание.

Мне досталось платье глубокого синего цвета, простого кроя и довольно закрытое, которое я не видела раньше и точно не заказывала в чудо-кабинке, но зато нижнее белье было то самое — оплаченное ритасом.

— Все будет хорошо, Атенаис, — поправляя мне прическу, произнесла Тайра. — Я рядом, и я не позволю тебе…

— Упасть в обморок, опозориться?

— Ты это и так сделала, — фыркнула вредная вайера. — Выйти в облике монстра…надо же…

— Стерва ты, как есть стерва.

— Ну-ну, зато о тебе еще долго помнить будут! Такой скандал, такой фурор! Атенаис, да ты до сих пор для всех — неизвестный элемент! Да они весь Альянс с ног на голову перевернут, чтобы найти такую планету с такой расой!

— А ее же не существует. Это же слияние питки и меня…

— Вот именно!

Не знаю, может просто нервное, но в итоге мы с вайерой громко смеялись, обнимая друг друга.

— Нет, ну потрясающе же, — хихикала Тайра. — Атенаис, с твоим приходом в мою жизнь, что не день — то сюрприз и развлечение.

— Вот спасибо!

— Гордись, с тобой ни одному мужчине скучно не будет. Даже такому искушенному в отдыхе и развлечениях.

— Ты о Дамире?

— Конечно. Или думаешь, но всю жизнь цветочки нюхал, да у ромашек лепестки обрывал? Гм, — Тайра задумалась, — ну только если по аналогии.

— Что по аналогии? — не поняла я. — Погоди, ты что, девушек с ромашкой сравнивала?

— Чем тебе не сравнение?

— Да ну тебя, надо идти. И так заждались. — Я уверено шагнула к выходу. Как назло, в голову пришел наш диалог с Звездным, в котором он мне про свои победы у женского пола намекал.

«Еще ревновать его не хватало!» — я тряхнула головой, прогоняя шальные мысли.

Целительница ничего ответить не успела. Потому что дверца флаера плавно выдвинулась, являя меня Дамиру, который буквально впритык стоял, закрывая собой обзор не только на меня для всех желающих, если они и были, но и мне на свое жилище.

Все, что я видела, так это огромные ворота. Во всяком случае, это я так определила. Хотя воротами подобное строение сложно было назвать.

Массивные столбы, соединяющиеся огромными статуями, которые в свою очередь объединялись то ли металлической лозой, то ли лозой еще из какого прочного материала, причем так, что получалась сетка. Потому я и окрестила вот это сооружение как ворота. По факту, оно было непроницаемым. Я насчитала десять статуй, которые изображали ритасов и ритасок, хотя их было явно больше. Но заняться дальнейшим подсчетом мне не дал Дамир, мягко подтолкнув меня ко входу, что находился между двумя статуями, изображающих женщин.

Вообще, монументально все смотрелось. Настолько величественно, что дух захватывало.

Но с каждым шагом мое удивление росло, откровенно говоря, я шок испытала. Потому что то, что было огромными статуями, по мере приближения к ним, уменьшались в размерах.

— Так и должно быть? — нервно уточнила я у Звездного. Страшно вообще-то. — Или это голограммы?

— Айсе, Атенаис, тебя встречает айсе полным составом.

— Что? Они что, живые?!

Сама не заметила, как остановилась и вцепилась в локоть мужчины.

— Вы шутите, да?

— Идем, — непреклонно заявил ритас. — Все вопросы дома.

— Не хочу, — выдохнула едва слышно. — Что это такое?

Нам оставалось дойти до входа буквально метра два и теперь статуи приняли привычный для меня размер. Ну почти привычный. Все-таки сами ритасы были довольно высокими, как и их женщины.

— Атенаис. Ты же храбрая женщина, — напомнил мне Дамир и при этом потянул вперед. — Помни о том, что ты моя невеста.

— Сложно забыть о таком. А Корвина тоже айсе встречал?

— Нет.

— Почему?

— Потому что он — не моя невеста.

— Погодите, — я все также упиралась. Волна страха улеглась и явно не без помощи Тайры. — Это взаимосвязано? Они что не знают, что я не совсем…

— Женщина? — закончил за меня Звездный со смешком.

— Да нет же, женщина я, я не об этом. — Тут же возмутилась. — Дамир, я боюсь вашего айсе. Они…словно живые. И кроме вас объяснить мне, что это такое никто не может.

Медок посапывала на руках Тайры. Она мне ее не отдала, сказала после того, как внутрь войдем.

— И уж тем более я не могу проследить логику вашего ответа, когда точно знаю, что…

— Расскажу твоему брату, что его сестра — трусиха.

— Что?

— Атенаис, насколько я понял, Корвин гордится тобой. Как думаешь…

Ритас еще договорить не успел, как я сама потащила его вперед! Ни за что не позволю сказать брату, что я чего-то не могу и не умею! Или спасовала не в минуту опасности, а в мирное время, просто перед неизвестными обстоятельствами.

Я затормозила только тогда, когда одна из статуй шагнула навстречу. Миловидная женщина с уложенными наверх темными волосами и в платье, немного похожим на то, что было надето на меня. Если честно, она мое внимание сразу привлекала, так как ее черты лица были мне знакомы. Но так как я была поглощена своими страхами и вопросами, на которые Дамир так и не дал ответа, то мой интерес был поверхностным. Но вот когда она реально сделала шаг и улыбнулась…

Я была готова завизжать от ужаса.

Голограмма! Однозначно это голограмма! А Звездный гад! Издевается! Мог бы просто сказать, что это ультрасовременная, ну пусть будет, охрана. Зачем так измываться с этим айсе?

— Добро пожаловать домой, доченька! — мягко произнесла женщина, а у меня по спине мурашки поползли.

Голос ее был таким…потусторонним что ли. Вот как по визору показывают страшилки, углубляясь в историю прошлого различных планет, где были приняты призраки, духи… Вот таким же неживым, чужим и чуждым был ее голос.

— Мы ждали тебя, — гордо и хором возвестили остальные статуи, принявшие вполне приличный и привычный для меня вид.

— Но, Ильканта, ты торопишься и пугаешь нашу дочь. — Пожурил вышедшую навстречу из своеобразного круга женщину, стоящий с ней рядом старик.

— Бред, — мелко трясясь от страха, прошептала я. — Слуховая и зрительная галлюцинация, однозначно все так.

Я даже ущипнула себя со всей силы и тут же вскрикнула от боли.

Так, значит не бред и, естественно, я не сплю. Логическое объяснение должно быть всему. Даже тому, что лично в моей голове пока не укладывается. Впрочем, скажи мне неделю назад, что я стану невестой, пусть и фиктивной, Звездного лорда, я бы тоже пальцем у виска покрутила. Плюс существование питки и нашего, невозможно странного слияния. Раньше, мне подобная возможность и в голову бы не пришла. Мне ведь даже не плохо после того, как я в монстра превратилась. Сейчас, главное, еще больше не опозориться и не упасть в обморок. Где-то там мой брат и не удивлюсь, если он наблюдает за моим приездом.

— Здравствуйте! — бодро, как мне казалось, начала я.

Хотя со стороны мой голос явно звучал жалко. Но я храбрилась и гордо держала осанку.

И даже улыбалась. Позже подумаю над тем, как отплатить лорду Дамиру той же монетой!

Подготовил он меня к встрече со своей планетой! Ой как подготовил!

И, судя по всему, он лгал, что его родители мертвы. Вот эта женщина, что стоит прямо передо мной и доброжелательно улыбается, явно его мать, потому что он невероятно на нее похож!

— Я и так ждала этого дня слишком долго. С того самого момента, как погиб мой муж, а Дамир стал главой рода аль Кахар, — ответила вроде бы как мама Звездного лорда тому мужчине, что ее журил. — Я рада с тобой познакомиться, Атенаис, ты можешь обращаться ко мне по имени. Ильканта аль Кахар к твоим услугам, милая.

В первый момент, меня, кончено, удивило то, что она мое имя знает. А потом я вспомнила, что вообще-то Корвин в ее доме находится, да и вряд ли такая большая тайна имя невесты единственного сына. Единственного, потому что даже мне известно, что у лорда Дамира братьев и сестер нет. Это общеизвестный факт.

Я мудро рассудила, что обо всех странностях мы поговорим уже в доме. Где можно будет с комфортом расположиться, а не бояться, что в любой момент я упаду от пережитых впечатлений в обморок и при всех опозорюсь. В который раз.

— Благодарю за оказанное доверие, леди Ильканта. Мне приятно с вами всеми познакомится. — И улыбаюсь, демонстрирую дружелюбность.

Кто знает, что у этих ритасов в голове. Я вот до сих пор понять не могу, каким образом они смогли уменьшится в размерах, да еще за считанные секунды.

— Она не знает, — вдруг сообщила мама Дамира и ее лицо посуровело. — Ты не рассказал ей ни о том, кто мы, ни о том, что ее ждет. Сын, как ты мог?

Я не знала, куда мне глаза прятать. так-то женщина права, но я себя неуютно чувствую. Потому что и сама хороша. Вон храню совместную тайну.

— А давайте не будем портить хороший момент плохими впечатлениями? — честное слово, это во мне нервозность сказалась. — Я бы хотела увидеть дом, уверена, он чудесен, как и вы.

Улыбаюсь обворожительно и искреннее. Ильканта действительно необыкновенно красивая женщина. Я уверена, что у нее безупречный вкус.

Но больше всего, мне сейчас хочется зайти в дом и обнять брата, а потом как следует надавать тому по шее!

Потому что все, что с нами сейчас происходит — это результат его безалаберности.

Я уверена, что Корвин не мог сотворить ничего плохого. А значит, было что-то, что этот паразит пожелал от меня скрыть. Это как снежный ком, сначала вроде маленький, незначительный удар, а потом как оглушит, что ты ни вздохнуть, ни пошевелиться не можешь.

Впрочем, и я сама хороша, раз ничего не замечала. Явно у Корвина были проблемы со своей группой в академии. А я, увлеченная работой и скорым отпуском, думала лишь о себе.

Но…мы всегда все решали вместе. И на этот раз, я не останусь в стороне.

— Мы очень ждали тебя, девочка. — Нежно произнесла Ильканта, хотя мороз по коже, у меня все равно пошел.

А в следующее мгновение она стремительно приблизилась ко мне и крепко обняла.

Мое тело бросило сначала в холод, затем в жар. Но само прикосновение, оно было теплым!

— И терять тебя только потому, что сын впервые за долгое время совершил глупость, я не намерена.

— Мы тоже!

Звучало, почему-то угрожающе, хотя никакой агрессии со стороны встречающих точно не было. В мою сторону — точно.

— Забудь о том бреде, что нес Дамир, — прошептала женщина. — Ты — самая настоящая невеста и мы приняли тебя.

Секундная заминка и я лихорадочно раздумываю над тем, а не услышал ли ее кто-то помимо меня. Даже обернулась назад. Но Тайра стояла далеко, подчиненный Дамира тоже. Только Звездный и я, стали свидетелями откровения Ильканты.

Ибо, по большому счету, ее шепот можно было назвать громким, и наверно, нервы она пощекотать хотела совсем не мне, а сыну.

Я твердо решила, что подумаю обо всем этом позже. И обязательно потребую от лорда Дамира ответов. Потому что ситуация мне не нравится, окружение тоже, и что еще меня ждет, только ветру, который лихой, и известно.

— Замечательная шутка, — улыбаюсь и мягко отстраняюсь от Ильканты.

Причем я уже не скрывала облегчения. Врать родственникам — последнее дело. А особенно матери мужчины, у которого собираюсь жить непродолжительное время, и кто взял на себя ответственность за инцидент с братом.

— Я не шутила…

— Мама, — тихое, но твердое предупреждение Дамира прозвучало одновременно с заявлением Ильканты.

— И все-таки может пройдем внутрь? — не хочу сейчас копаться во всем этом. Фиктивная невеста, не фиктивная, какая уже разница?

Мы два взрослых человека, ну ладно человек и ритас, мы сумеем договориться и решить проблему.

Во всяком случае, я на это очень надеюсь.

— Я безумно соскучилась по брату. Он ведь у вас гостит?

— Атенаис! — крик Корвина буквально разорвал пространство, а через мгновение он уже прижимался ко мне.

Смотрелось, это, конечно, забавно. Я хоть и была старшей сестрой, да только уступала ему и в росте, и весе. Так что, мой брат сграбастал меня в свои объятья, полностью укрыв от всего и всех, и казалось, вот-вот разрыдается.

И я бы начала его успокаивать, если бы в этот момент не находилась в ступоре.

Он прошел через Ильканту. Она стояла прямо передо мной, а он разрезал ее как воздух, не обошел, как препятствие, а прошел через нее.

И будь этой голограммой, она бы на моих глазах сначала бы распалась, а потом бы собралась. Но нет. Женщина как стояла на месте, так и стояла. Ни малейшего движения, никакого распада на частицы.

— !.. — ругательство — это вес, что сумел выдать мой мозг в данный момент.

— Сестренка, я…я так рад тебя видеть! И вас, лорд Дамир! Как же я вам благодарен!

И вновь, как с заявлением матери Звездного, я решила отодвинуть все произошедшее на второй план. Ловко выкрутилась из медвежьей хватки Корвина и чуть подпрыгнув, ухватилась за его ухо!

— Ай, Атенаис!

— Двадцать восемь лет, как Атенаис, — рыкнула так, словно я была диким зверем. — Лорд Дамир, где бы мы могли поговорить вот с этим чудовищем, с глазу на глаз?

— Узнаю свою сестренку, — насупился Корвин. — У тебя рядом со мной всегда тормоза отказывают.

— Поговори мне тут, — я уже не выкручивала ухо брату, а чуть приобнимала его, при этом, не выпуская из поля зрения, явно наслаждающуюся открывшейся картиной Ильканту.

На самом деле, тащить за ухо Корвина — бесполезное занятие. Особенно, когда этот лоб выше тебя на голову и шире в плечах. Но, это уже как традиция — нашкодничал, береги уши, потому что я по ним обязательно пройдусь.

— Извините нас, лорд аль Кахар, — очень церемонно произнес Корвин и что-то сотворил с руками, при этом, чуть наклонив голову. — Я счастлив видеть вас лично и безумно благодарен вам за свое спасение.

— И я рад нашей встрече. — Скупо сообщил лорд Дамир, но выверты с руками и пальцами повторять не стал. Что-то мне подсказывало, что Корвин выдал какую-то традиционную фишку, использующуюся при официальных встречах с ритасами. — Пройдемте в дом.

И повел нас внутрь. Пару раз я порывалась попрощаться с Илькантой и другими, пока непонятными для меня существами, но сначала мне ритас не дал рта раскрыть, а потом я увидела, как мама Дамира мне подмигнула и приложила палец ко рту.

Что ж…очередной, чтоб его, секрет!

Глава девятая

Я жадно рассматривала обстановку огромного дома. Просто большим его сложно было назвать. Гигантский просторный холл, залитый солнечным светом, который проникал внутрь из витражных окон в два моих роста. И что самое замечательное, свет-то проникал, но с улицы, я, например, внутреннее убранство не видела. Значит, он был как-то изолирован.

Пока я крутила головой, разглядывая все кругом. В холле собрались люди, ну или ритасы, что ближе к истине. Явно причем.

И было их так много, что мне стало не по себе.

— Моя невеста, леди Атенаис Миат, — громко объявил лорд Дамир, заставляя меня поежится.

И все бы ничего, но он грубо отобрал меня у брата, хотя к себе прижимать не стал, и вцепился в мою ладонь. — Все ее пожелания — исполнять немедленно. Кирата, Тавлита и Саммар, выйдите вперед.

Названные женщины послушно выполнили указания.

Они, как примерно восемьдесят процентов от всех, кто присутствовал, имели униформу. Точнее это я так назвала их одеяния, ибо они имели одинаковый крой и цвет.

— Разместите леди Тайру рядом с Солнечными покоями. — Отдал приказ и повернулся к вайере. — Вы можете отдохнуть с дороги и вернуть Атенаис ее питку.

Если честно, про Медок-то я и забыла. И тут же залилась краской стыда.

Тайра весело мне улыбнулась и протянула зверька. А затем целительница последовала за тремя ритасками, что чинно дожидались гостью.

— Амер, предпочтения леди уже у тебя, обед подавать через двадцать минут.

Из толпы выделился невысокий ритас и низко склонил голову.

— Леди Атенаис с этого дня подчиняться также, как и мне, — когда Амер ушел, заявил лорд Дамир. — Все свободны.

Все, да на все.

Остались несколько молодых женщин, которые с такой тревогой и обреченностью смотрели на лорда Дамира, что я ни капли не сомневалась — любовницы.

— Ваше пребывание в моем доме окончено. Оповещение ваши кланы получили три дня назад. Благодарю, за решение выразить благодарность лично, однако, вас ждут дома.

Откровенно говоря, я была удивлена. Хоть Дамир и говорил непреклонно, при этом, в ее голосе чувствовалась мягкость. Я с жадностью разглядывала гостий. Очень красивые ритаски. Не ошибусь, если скажу, что все они — младше меня.

Вообще странно, что они здесь, да еще и без родителей. Очень странно. Ибо насколько я успела понять, Аритас подчиняется какому-то старому, варварскому укладу жизни. И тут незамужние девицы, а глаз у меня наметан, они явно не замужем, свободно разгуливают в доме чужого мужчины, который к их клану отношений не имеет.

Собственно, поразило меня не только это.

Корвин стоял к ним спиной! Я не сразу сообразила, что он отвернулся к дверям! Он не смотрел ни на кого, но при этом, и не уходил. Что вообще за бред происходит?

— Лорд аль Кахар, — вперед вышла одна из девушек. — Я вынуждена вам напомнить о праве тарейни. Вы не совершили Три Песни и не объявили о наличии ритани. А потому, ею может оказаться каждая из нас!

Наверно, не будь я так сильно ошеломлена приемом, что нам устроили во дворе, то сейчас бы просто онемела от шока. А так, мне было любопытно, как станет выкручиваться из данной ситуации сам лорд Дамир.

Он, между прочим, ничего не говорил о наличии этих девиц в его доме. Интересно, как с ними уживался Корвин?

Хотя, что это я, Звездный мне вообще информацию слишком дозированно выдавал. Капли то больше будет, чем все то, что он мне рассказал о своем доме.

— Леди, вас ждут дома. — Четко произнес Дамир, проигнорировав заявление девушки. — Я пошел на уступку месяц назад, приняв вас, но все изменилось. Покиньте мой дом.

Честно, даже у меня мороз по коже пошел. А этим, хоть бы что. Стоят, смотрят так, словно бы Дамир им, как минимум, полжизни должен. Даже грусть из глаз куда-то исчезла, высокомерие, гордость и уверенность в своем праве.

Н-да, видимо, Звездный ни капли не преуменьшал, когда говорил, что их женщины, необыкновенно горды. Они не просят, они приказывают, считая, что им должны все дать.

Забавная ситуация. Но как же я от них всех уже устала.

Увы, высказать лорду о своем желании уединиться с братом, не получилось. Звездный так сжал мою ладонь, что я просто побоялась рот открыть.

— Мы не можем этого сделать, — вновь за всех ответила черноволосая девушка, что уже обращалась к Дамиру. — По нашим традициям, объявивший о своем желании соединиться брачными узами ритас, должен закончить отбор по всем правилам. А значит, даже при наличии ритани, вы обязаны провести в нашем обществе еще один месяц.

Улыбаться мне вдруг перехотелось. Я искренне посочувствовала Дамиру. Жить в окружении семи девиц, что страстно желают видеть тебя своим мужем — то еще удовольствие. Может, он и заключил со мной договор с тем расчетом, чтобы я отпугнула их? Тогда почему не признался?

Если я правильно понимаю, то когда он говорил о том, что его дом среагировал на меня и айсе вышли встречать, это означало, что он в том периоде, когда обязан жениться. Может, там не только дело в феромонах ритасов? И меня просто по касательной зацепило, а исправить что — либо пока нельзя? Вон, эти ритаски тоже на месяце настаивают, да и мы с Дамиром договаривались о расторжении через месяц. Наверняка это связано.

В общем, мужчину надо выручать. Иначе они попросту сожрут. Не девушку, а самые настоящие пираньи.

* * *

Дамир аль Кахар


Только войдя в дом я вспомнил о том, что у меня наличествуют ритаски на выданье. Та самая уступка, на которую мы пошли с аль Таимом, желая выиграть время. И теперь она играла против меня.

Впрочем, она ведь была нам необходима, потому что в этот период айсе имеет огромное влияние и помогает своему представителю среагировать на нужную девушку, где бы он не находился и кем бы ни была предполагаемая избранница. Мы рассчитывали, что ею окажется Димитра. Но…я среагировал на Атенаис раньше, чем даже оказался на той планете, где вышли на след дочери аль Таим. С поисками Димитры я напрочь об этом забыл. Мне это не свойственно. Вообще с момента встречи с Атенаис, я веду себя как глупый пацан, который не только забыл алфавит, но и разучился пользоваться кабинкой.

Вряд ли старый гад забыл о том, что в моем доме меня ждали «невесты». Он специально сорвал начало моей помолвки и теперь я не уверен, что нападение на Атенаис было его рук дело. Вот сорвать церемонию — да. Тогда ритаски из призванных домов имели полное право на тарейни — с одной стороны шанс, доказать, что айсе ошибся с аурой нужной невесты, указав не на ту девушку, с другой возможность устранить конкурентку или завладеть правом ночи.

Это тоже унижение, когда жених до брачной церемонии будет иметь близость с другой женщиной. Это позор.

Идиотская ситуация, в которой я оказался по своей вине. И тот факт, что айсе безоговорочно выбрал Атенаис, не поможет. Традиции есть, традиции следует соблюдать. Если бы на ее месте стояла Димитра, никто бы не посмел подобного заявить, но Атенаис не она и за ней не стоит влиятельный род.

Право тарейни — в первую очередь, унижение для выбранной невесты. Потому что именно ей придется доказывать, что она избранная. При этом, не имея возможности ответить в полную силу.

Знаю я, чем обычно оборачивается для избранницы высшего ритаса такая ситуация. И пусть девушки забывают о том, что в итоге все равно выбирает мужчина, мало приятного в том, что твою женщину оскорбляют, а ты не можешь ее защитить, ведь причинять вред ритаскам запрещено, даже, если они сами напрашиваются.

Ритаски неприкосновенны.

— Мама, Дамир очень устал с дороги. А наши гостьи его утомляют. Полагаю, девушкам пора вспомнить о том, в каком они положении и где находятся. Мне бы не хотелось ругаться, подскажите, кто из слуг прикреплен к каждой из девушек?

Если бы сейчас потолок рухнул, я бы удивился меньше.

— Камали и Мизара за леди Туалли. — Ответила ей мама, которую вообще-то могла видеть и слышать только моя семья. Ошибки нет, Атенаис моя ритани.

— Прекрасно, Атенаис чуть вышла вперед. Леди Туалли, благодарим за ваш визит. Камали и Мизара, помогите леди собраться.

Я гордился тем, как Атенаис взяла в свои руки командование. Да, было дерзко. Но именно она — в своем праве. И доказала это тем, что обратилась к айсе, мало того, получила ответ.

Чего не может ни одна из приглашенных девушек.

Это провал, а право тарейни в данном случае, не имеет ни малейшего смысла. Айсе не позволит навредить Атенаис, что девушка только что и продемонстрировала.

Пусть остальные «невесты» могут настаивать на соблюдении традиции и даже остаться, ничего не изменится.

* * *

Атенаис Миат


— А теперь, я требую объяснений. — Когда дом покинула последняя из девушек, заявила я, глядя на лорда Дамира. — Почему я вижу вашу маму, а остальные нет? Кто эти девушки и почему вы так…струсили? И самое главное, что вообще происходит?

И сдула прядку волос, что лезла в глаза.

Берд какой-то, один бред кругом!

Я уже не стеснялась Корвина, который только и мог, что таращиться на меня и пальцем тыкать в пространство, где, по его мнению, стояла Ильканта. Вообще-то, я сама ему туда показала. Но это мелочи жизни.

У меня такое впечатление, что я только что совершила нечто ужасное. Впрочем, так оно и было. Меня и так все, кому не лень, будут на прочность проверять, а тут семь девушек, которым не дали воспользоваться каким-то там правом.

— Сестренка! Ты просто космос! И ты, ты ритани! Вау!

— Корвин, будь добр, поднимись к себе, нам нужно поговорить с Атенаис.

Таким тоном убивать можно, честно слово!

— Да, конечно, лорд аль Кахар, — тут же вытянулся Корвин и радостно умчался вверх по лестнице.

— Бисерное плетение!

Мой запал не пропал. Наоборот, со стремительным уходом Корвина, я лишь сильнее накрутила себя.

Во что я ввязалась? Нет, причины-то понятны. Вон она, одна большая причина, которая ускакала по неизведанному адресу. Неизведанному, потому что я без понятия, где тут комната брата.

Однако, мыслим логически.

Во-первых, передо мной Звездный лорд первого ранга. Такому нельзя отказывать. Это истина в первой инстанции. И неважно, придумала я там себе что-то или не придумала. Ему не отказывают. Если не желают для себя и своей семьи проблем. Это аксиома, с которой приходится считаться. Убери из этой цепочки Звездного лорда и можно было бы вздохнуть спокойно, ан нет. Аксиома и смирение — другого не дано. Не отказывают и точка. И это непременно нужно учитывать во взаимоотношениях.

Второй момент, это условия договора, которые подошли и мне, и лорду Дамиру. Однако, уже которые сутки, моя интуиция вопит о том, что расклад карт изменился. И не факт, что условия не переиграли. Причем без меня. И возникает закономерный вопрос: почему от меня это скрыли? Особенно, при условии первого пункта. У меня нет выхода, как подчиниться, невзирая на личные желания и мечты, если… Если, конечно, будет жив мой брат. Он моя единственная семья, а потому, пока я борюсь за его будущее — я соглашусь на все. И мне казалось, Звездный это прекрасно понимает, да что уж там, пользуется!

В-третьих, отсутствие в моей голове знаний о традициях и быте Аритаса. Вместо того, чтобы как следует меня подготовить к тому, что ожидает на родной планете Дамира, он взялся за мою защиту. Нет, серьезно. Для меня все выглядит именно так. Зачем давать Атенаис визор с информацией, давайте лучше закуем ее в самую лучшую броню. Сказано — сделано.

Нет, оно понятно, что мужчина планировал, что питка станет для меня самым лучшим и ценным источником информации. Вот только что-то сомневаюсь я, что Дамир упустил из виду такую вещь, как притирка друг к другу! Нам с Медком понадобится минимум неделя, чтобы привыкнуть и научиться правильно взаимодействовать. А следовательно, главной функцией в моем случае, когда Звездный нас свел, была защита.

В-четвертых, я могу закрыть глаза на то, что Дамир не посчитал важным вот прямо сейчас рассказать мне о нравах, царящих на главной планете альянса, но поведать о том, что дома нас встретит какое-то айсе и семь незамужних девиц, мог? Дать хоть какие-то инструкции касательно моего поведения с ними и того, что я должна делать. Я не обольщаюсь на свой счет, но прекрасно сознаю, что могу испортить не только первое впечатление о себе, но и поставить лорда в неудобное положение.

Сейчас же, все перевернулось с ног на голову. Не я, а он выказывает полную несостоятельность. И это удивляет. Звездными лордами так просто не стают. А уж первый ранг не получают за красивые глаза и внушительный счет в банке!

Посему у меня только два предположения. Первое, Дамиру абсолютно все равно, что подумают на его счет и как он выглядит в глазах окружающих. А значит, ему неважно, что будет со мной после того, как каждый из нас выполнит данные друг другу обещания. Отсюда такое поверхностное отношение ко всему, что касается его жизни и границ личного пространства, а также дозировка в поступающей мне информации. Откровенно говоря, этот вариант не желателен и в то же время, желателен для меня. Потому что я смогу расстаться с мужчиной, не успев ни привязаться к нему, ни испытать ложных чувств.

Второе — это особенность организма лорда Дамира, как ритаса. Что-то там включилось или среагировало на меня, а потому задвинуло все остальное на второй план. Причем у него обострилась именно функция защиты моей персоны. Как там Тайра говорила, ритани могут вить веревки из своих мужчин, ибо они их половины души? Разве не так обозвал меня брат?

И тогда я могу понять суету и ошибки Звездного. Ритани не встречают каждый день. Вряд ли кто-то учит мужчин, как они поведут себя рядом со своими избранницами и как будут вообще на нее реагировать. Инстинкты любого человека или не человека, вопили бы об одном — сохранить, защитить и не отдавать. В общем-то паутина, которую искусно плетет Дамир, в данном случае, мне была понятна. И то, как он колеблется, и то, как осторожничает и выглядит немножко глупым. Мне это даже льстит. Я ведь человек с Земли, не ритаска, воспитанная и вскормленная его планетой.

Но опять же, это лишь мои предположения, то, как оно есть на самом деле — знает лишь он. А потому я продолжаю мрачно взирать на Дамира и взглядом обвинять его в трусости.

— Я вижу, что ты настроена решительно, — мягко произнес он. — И согласен с твоими обвинениями. Впервые за долгое время, я чувствую себя именно таким, как ты меня считаешь. Мне это не нравится, однако, этому есть объяснения, да, мама?

Ильканта холодно улыбнулась сыну, а затем виновато посмотрела на меня.

— Атенаис, меньше всего я желаю, чтобы авторитет моего сына в твоих глазах померк. Но я мать, и когда требуется действовать быстро и решительно, я буду это делать. Впрочем, больше в этом нужды не будет. Ты здесь, а значит, моя миссия окончена.

— Леди Ильканта, все то, о чем вы говорите, пока для меня загадка.

Стараюсь говорить спокойно, чтобы ничем не обидеть женщину, но при этом, явно вынуждаю на более полную откровенность. Хотя в этом нет необходимости, судя по тому, как она смотрит на меня и как мне улыбается, женщина без лишних понуканий и все расскажет, и все покажет. Причем даже больше, чем требуется.

— Десять лет назад он уже упустил тебя, девочка. — Ильканта плавно перемещается ко мне, и я только сейчас понимаю, что она не делает шагов в привычном для меня разумении. Она просто…плывет по воздуху. Брр, если честно.

Молчу. Потому что не знаю, что сказать. Я не помню такой встречи. Мне кажется, сложно забыть Звездного лорда. А я вот, выходит, забыла. Почему-то не верить маме Дамира не получается.

— У тебя особенная аура. Я узнала тебя, Атенаис. И мой сын узнал, но сразу не понял. Десять лет назад вы встречались единожды. Я не могу сказать, при каких обстоятельствах это произошло, но уверяю тебя, будь ваша встреча продолжительней хотя бы на десять минут, и его невестой ты бы считалась уже тогда, а не сейчас.

— Бисерное же плетение… — потрясенно выдохнула и уставилась на Дамира. Не скинет же он все объяснения на маму?

— Прости, что напоминаю об этом, — мне почудилось или Звездный судорожно вдохнул? — Это я был тем лордом…на Фларесе.

И я сжимаю кулаки и кусаю губу. Потому что еще чуть-чуть и земля точно уплывет из-под ног. Я шокирована таким откровением. Да что там, я в полнейшем смятении. Мне столько всего хочется сделать в этот момент! И расплакаться, и кинуться в объятья, и расцеловать, и…

Да много всего!

Я успела оценить его формулировку и интонации голоса! Как и деликатность. Я не сомневаюсь, если бы не ситуация, сложившаяся в его доме с теми девицами и Илькантой, он бы никогда не признался, что был моим спасителем! Всемогущее море, я ведь после того, как полностью вспомнила события прошлого, думала о своем герое, и очень глубоко в мечтах мы с ним вновь встречались. Хотя, это, конечно, было глупо. Ибо внешность его, моя память не сохранила. Лишь силу и легкость, с которой он раскидал моих обидчиков и каким ударом отворил дверь комнаты, где мы находились. Он ее пинком снес. Одним пинком! И перед сном лежала и думала, что спустя время, когда моя эпопея с Дамиром закончится, я встречу этого человека, что мне помог, встречу и мы друг друга узнаем… Только я уже не была бы жалкой запуганной девчонкой, а была бы сильной, уверенной в себе женщиной.

А вышло…м-да…

И я рассмеялась, громко, отчетливо понимая, что у меня истерика. Потому что меня словно по голове чем-то тяжелом стукнули и сказали, не смей падать в обморок от удара! Стой и терпи, и лицо еще держи! Мне банально отказала выдержка. А кому бы не отказала?

Но я сама себя сегодня удивляла. Всего минута, ровно столько я позволила своему организму поистерить. Даже не подпустила никого к себе, ни Ильканту, ни Дамира. Потому что я все равно не железная, а в горячих объятьях могу совсем расклеится. Возможно, мне еще помогла Тайра, которая явно поняла, что этот разговор откладывать я просто не желаю.

— У меня нет слов, чтобы выразить всю глубину благодарности. — Справившись с выступившими слезами и дрожащим голосом, произнесла я. — Вы помогли соплячке, которая возомнила себя взрослой, выбраться из страшной ситуации и не попросили взамен ничего. И, наверно, попросту обо мне забыли. Но я не в обиде. Вы же понимаете, что бескорыстность проявляют лишь благородные. Многим она попросту неизвестна.

Я улыбалась тепло и солнечно, желая вложить в эту улыбку как можно больше эмоций. Не забуду. Никогда не забуду.

— Прости, — Ильканта виновато смотрела на сына, а потом обернулась ко мне. — Прости, я не знала, что там была трагедия. Атенаис, мне жаль, я не хотела причинить боль. Мне очень жаль.

Почему-то в этот момент я вновь вспоминаю о том, что ритаски невероятно гордые создания. А значит, маме Дамира действительно жаль и это заставляет меня приосаниться, и в полней мере ощутить тепло в районе солнечного сплетения.

— Я рассчитывал, что ты дашь Атенаис пояснение о том, что такое айсе и что конкретно ты сделала со мной. Но вижу, что ошибся и в этом, мама.

— Мне жаль, — словно шепот ветра голос Ильканты.

— Не нужно, — вступилась за женщину. — Пожалуйста. А то, я уверена, что никогда бы не узнала о вашей роли в моей жизни. Это совершенно не честно.

Улыбаюсь, и вроде как, немножко шучу. По факту, стараюсь перевести в шутливый тон. Выходит из рук вон плохо. Однако, зачем лишние обиды?

Еще немножко, и все встанет на свои места. Я потерплю и с удовольствием послушаю все, что захочет мне сказать Ильканта.

Но самое странное другое, я вдруг начала бояться остаться наедине с лордом аль Кахар. Я попросту не знала, как с ним себя вести и это обескураживало. Наверно, усталость сказалась и смена обстановки. Дикая смена…

— Как пожелаешь. — Соглашается мужчина и сам притягивает меня ко себе, мягко, даже нежно, однако очень настойчиво, — но мы сменим декорации. Ты устала, Атенаис. Нам не помешает подкрепиться. Тебе должно понравится, обещаю.

И я поддаюсь, позволяю горячей руке обвить мою талию. Позволяю увести себя, вдруг разом растеряв весь боевой настрой. Главное, что меня не оставят без ответов, а где это произойдет, не так уж и важно.

Глава десятая

За столом нас двое. Даже слуг и тех нет. Дамир сам ухаживает за мной и это…так ярко!

Никогда бы не подумала, что женщина, которой подают блюда, может испытывать такое море эмоций!

Он не касается меня. Все очень пристойно, однако…

Какими глазами он на меня смотрит! Как плавно двигаются его руки, когда мужчина наливает в мой бокал сок. То, что это сок, я вижу сразу. Тут сложно ошибиться. Аромат ананасов щекочет нос. И честно, то, что ритас не стал меня спаивать, хотя расслабиться мне не мешает, тоже говорит о многом.

К примеру, о том, что ему важно, чтобы я была в трезвом рассудке и смогла проанализировать все, что узнаю. Он не желает воспользоваться моей слабостью, хотя при этом создает интимный настрой.

На какой-то миг я забываю, что рядом с нами его мама. И судорожно сглатываю, когда он садится напротив и дарит такой огненный взгляд, что я почти трястись начинаю, а что-то внутри меня творит кульбит и сальто, и много чего еще, что я в реальности вряд ли повторю.

Это как высокоскоростной полет. Абсолютно те же ощущения: с одной стороны немножко мутит от слабости и головокружения, с другой хочется еще и еще. Чтобы р-раз и ухнуть с головой.

Но все это длится не дольше пяти минут. И не потому, что Дамир как-то меняет линию поведения. Нет, я просто отвожу глаза и приступаю к супу. Нужно подкрепится, и наконец выслушать все, что может сказать мне Ильканта.

Она не заставляет себя ждать, хотя ни я, ни ритас не торопим ее.

— Я думаю, стоит рассказать о том, что такое айсе, — женщина нарочито медленно занимает соседний стул.

Что абсолютно не имеет смысла. Я вижу, что, по сути, она просто зависла в воздухе, но молчу.

— Айсе — добровольная смерть ритани, — я не поперхнулась лишь потому, что успела проглотить содержимое в ложке. — Восемь дней та или тот, что решился добровольно умереть, проводит за молитвами, совершая по очереди определенные ритуалы.

— Подождите, ритани может быть мужчиной?

Ильканта улыбнулась и кивнула.

— Такое случается, хоть и редко. Но бывает, да.

— И мужчины от этого только выигрывают, — я вздрогнула, чуть не уронив Медок, она лежала на моих коленях.

Для всех стало неожиданностью, что питка заговорила. Но приблизив ту к своему лицу, я поняла, что Медок спит, просто разговаривает во сне.

— Удивительный феномен, — прокомментировал Дамир.

— И абсолютно верное замечание. — Заметила Ильканта. — Все так, если ритаска встречает ритани, она сделает для него все. О гордости, высокомерии по отношению к этому мужчине она забудет. И, во многих случаях, это прекрасно, потому что в доме будет царить уют.

— Стоп, — я вдруг только сейчас поняла смысл сказанного женщиной. — Что значит добровольная смерть? Да еще восьмидневная подготовка к ней. Вы что же, восемь дней себя убивали?

— Верно.

— Дикари! — в сердцах воскликнула я. И этот…мужчина тоже хорош, перед ним мать, которая прошла какой-то чудовищный ритуал, чтобы…а чтобы что?!

— Не ругайся, девочка, — мило улыбнулась Ильканта. — Есть вещи, которые ты пока не понимаешь, но поймешь. Обязательно поймешь.

— Сложно понять такие вещи, мало того, принять. — Я смотрела на хмурого Дамира. Что-то мне подсказывало, что он тоже не был счастлив, когда мать такое сотворила. — Дайте угадаю, вы провели ритуал, когда вашего сына не было на планете?

Ильканта вздрогнула, а ложка в руках ритаса жалобно звякнула.

— Понятно. — Я залпом осушила бокал с соком. Не знаю, что я бы делала на месте Дамира, но тем, кто бы не уберег мою мать и помог ей в этом, придушила бы собственными руками.

— А он так и сделал, почти, — заметила Ильканта, и я мысленно чертыхнулась. Надо же было вслух такое произнести? — Тех, кто работал в нашем доме при моей жизни больше нет.

Впрочем, а что такого? Я выразила свою мысль. И какие бы порядки не царили на Аритасе, но это не просто кощунство и варварство!

— Вы понимаете, что вы сделали? Я — сирота. Моя мать и отец погибли, их лайнер взорвался, но вы… Вы собственными руками лишили своего ребенка материнского тепла и ласки. Поддержки, которая необходима даже взрослому сыну. И не смотрите на меня так. Я не знаю, какие преимущества дает айсе, но я знаю одно: живую мать не заменит ни одна пародия!

И пусть я ходила по тонкому льду. Меня как бы приняли с распростертыми объятьями, а я тут лекцию читаю и обвиняю женщину в глупости и бесчестье. Потому что оставить своего ребенка круглой сиротой — это и есть бесчестье для женщины. И никто в обратном меня не переубедит. Муж у нее погиб… сын вроде как вырос. А для него не трагедия утеря родного человека? Наставника, друга и любящего отца? По глазам вижу, отношения с отцом у Дамира были замечательные.

Не знаю откуда, но я была уверена, что детей ритасы балуют всячески, и любят до безумия.

— За тридцать лет существования, как айсе, я это поняла, Атенаис. Не стоит напоминать о боли, которую я не в силах исправить.

Краем взгляда зацепила то, как дернулся ее сын. Интересно, она хоть раз ему говорила о том, что сожалеет о том, что пошла на такое? Судя по всему — нет. А зря… Что это? Та самая хваленая гордость ритасок? Хоть умри, но ни за что не признавайся, что была не права и совершила чудовищную ошибку?

— Вы бы поговорили с сыном, — я смотрела прямо в глаза Ильканты и не желала разрывать контакт. — То, что вы осознали, не значит, что Дамир не хочет услышать от вас слова сожаления. И понять ваши мотивы, которыми вы руководствовались, проходя ритуал. Он имеет право знать о том, что творилось в голове его матери и не винить себя в том, что не сберег единственного близкого человека.

Я не боялась того, что Звездный разозлится. Я просто поставила себя на его место. И отчетливо поняла, что мне бы такой разговор был бы необходим. Вот просто позарез!

— А я выслушаю вас позже. Благодарю за обед, — и пусть я не съела и трети того, что было мне предложено, но, говоря откровенно, аппетит пропал. А вот желание помыться — было. — Проводите, пожалуйста, меня в мою комнату. Не сами, — поспешила добавить, когда Дамир начал подниматься.

Но кто меня послушал?

Мало того, он еще и слугам, которые возникли ниоткуда отдал приказ отнести обед в мои покои. Заботливый!

Если честно, путь до покоев прошел для меня в некой прострации. Ильканта за нами не последовала и это хорошо. Потому что второго раунда я бы не выдержала.

Мне нужно подумать.

Однако…я все больше проникалась к Дамиру симпатией. Наверно, не совсем как женщина. Как просто человек, который понимает, что такое, когда тебя выкидывают за борт и заставляют барахтаться и выживать.

В жизни этого мужчины была трагедия, которую он выдержал с честью. Не озлобился, не занимался самодурством, упиваясь своей властью. Ибо другой при его статусе однозначно прошел бы мимо девчушки, с которой пожелали развлечься трое идиотов. Мало ли у нас такие интимные игрища были… Да множество оправданий можно найти тому, что ты прошел мимо.

А он не сделал этого. Для него эпизод со мной был чем-то обыденным и нормальным, раз ритас не вспомнил обо мне.

И это о многом говорит.

Как и то, что Дамир сейчас буквально обнажился передо мной. Такой как есть. Не надменный Звездный, которого я лицезрела с визора, и которого откровенно боялась, а мужчина, который признает, что в его жизни не все так гладко, как хотелось бы, но при этом, остается мужчиной!

Ковыряться в чужих ранах легко, осуждать тоже проще простого, а вы попробуйте поставить себя на место уверенного и сильного мужчины, чья картинка мира не разрушилась, нет, она пошла рябью, причем на глазах той, которую он признал своей ритани.

Мне не нужно об этом спрашивать. Я все поняла. И не знала, что мне делать с этим знанием.

Я не готова к отношениям, не потому что я такая черствая дрянь, все слишком быстро и непонятно. В том плане, что я летела спасать брата, а не строить личную жизнь. Но, откровенно говоря, одно другому не мешает? И если я уже необходима этому мужчине, то почему не постараться стать ему настоящей парой?

И я сознаю, что легко мне не будет. Как и ему, потому что мы оба воспитаны в разных реалиях. Что ж, Атенаис, бисерное плетение!

* * *

Дамир аль Кахар


Потрясение, вот, что испытывал я в момент откровенности Ильканты и Атенаис.

Наверно, в моем лексиконе нет тех слов, которыми я мог бы описать свое состояние. Кроме одного. Восхищение.

Я не знаю, как Атенаис это сделала, но моя мать, что при жизни не отличалась добрым нравом и милым характером, была настолько с ней откровенна, насколько никогда не была со мной.

Сожаление о содеянном? Право слово, Ильканта аль Кахар сожалеет? Скорее планеты местами поменяются, нежели моя мать признает, что в чем-то была не права. Я не обольщался на счет своей матери. Не сомневался, что никакого разговора в итоге не состоится, потому что… Это было бы странно и настолько не укладывалось бы в реальную картину мира, что…

Вот оно, а что если…

Может ли так быть, что у Атенаис есть свой дар? Располагать к себе разумных и неразумных существ? Будь она ритаской, и я бы не сомневался, что это возможно. Наши женщины обладают талантами наравне с мужчинами, если, конечно же, им повезет. Но всяко случается. И в очень влиятельной, родовитой и богатой на дары семье, может родиться ребенок не обладающий ничем, кроме крови и внешности своих предков.

Я размышлял об этом не первый раз. Потому что интуиция подсказывала, что с родней Атенаис не все так просто, как кажется, на первый взгляд. Не могло быть такого, чтобы отец и мать не думали о будущем своих детей.

Не могло такого быть, чтобы они оставили несовершеннолетнего сына и дочь, что только перешагнула за черту взросления без средств существования. Даже самых минимальных финансов. Не могло…

Только если этому не посодействовали те же люди, которые перекроили их жизнь, лишив сирот причитающихся пособий и денег.

Но в этом всем я разберусь позже, когда от друзей будут вести. А сейчас…

Не при таких обстоятельствах я желал признаться Атенаис в возникшей связи между нами. А если быть до конца откровенным, то связи с моей стороны. Я не смогу ее отпустить, даже, если она попросит. Хотелось очаровать, привязать девушку как можно крепче к себе, может смолчать о том, что расследование окончено, чтобы дать нам больше времени узнать друг друга.

Однако… жизнь вносит коррективы, которые, при должном умении и подготовки, ритас, обладающий моим умом и опытом, должен прогнозировать. Если бы не одно «но». Вмешательство айсе в мое биополе и сознание.

Мать воспользовалась своим правом и своей связью, пробудив во мне длишь один инстинкт — защищать. Если защищать — то на своей территории, а значит и спрятать от всего остального мира.

Умом-то я понимал, что это явление было временным и краткосрочным, однако досадовал, что сразу не распознал, откуда взялось дикое желание увезти девушку домой, совершенно не задумываясь о том, кто и как ее встретит, и как она должна себя при этом чувствовать.

И все бы ничего… Атенаис заслуживала откровенности. Начинать отношения со лжи — не лучший путь, а потому игр с моей стороны не будет. Впрочем, некоторые вещи мне вес равно придется утаивать, до поры до времени. Чтобы не напугать окончательно.

* * *

Атенаис Миат


Сложно ли молчать? Совсем не сложно, только если вы при этом не обмениваетесь красноречивыми взглядами. Мы застыли на пороге у отведенных мне покоев.

Вообще, мне хотелось уже оказаться внутри, принять душ, даже если просто в кабинке постоять, а не умыться водой. И выдохнуть уже наконец.

То, что моя жизнь не будет прежней, я прекрасно сознавала. Осталось к этому привыкнуть и как-то подкорректировать все в то русло, в котором мне будет хотя бы немного, но комфортно. А для этого нужно штудировать историю, традиции и быт Аритаса, а также его коренного населения. В этом однозначными помощниками мне будут питка и мой брат. Вот уж кто восхищался ритасами… Одна я дура, ни черта про них не узнавала. Ну есть власть имущие, так они всегда будут. Мне то уж куда лезть? Брата бы на ноги поднять, а там уже, как карты лягут… Легли.

И потому прямо сейчас давать Дамиру карт-бланш я не собиралась. Да, я вошла в ваше положение, да мне не пятнадцать и не восемнадцать, чтобы бунтовать и заявлять, что насильно мил не будешь, даже со всеми своими деньгами и невероятно привлекательным телом. Я ж не совсем идиотка?

Однако и семья не строится просто на принципе — ты моя, так сказал мой инстинкт, и я тут сразу же, покорно голову уронила — командуй мной, любезный. Корабль «семья» взял курс на светлое будущее и поплыл. Нет уж, этот корабль еще построить нужно. И желательно не гнилыми досками.

А для этого, уж простите, мы друг друга мало знаем. Мне, как минимум, стоит выяснить предпочтения ритаса, причем не только касательно пищи и отдыха. Любая мелочь будет мне только плюсом. Он, между прочим, уже приступил к изучению моих вкусов и желаний. И, если на миг забыть, что это еще не любовь, то курс явно правильно взят. А моя обязанность, этот курс поддержать и пойти навстречу.

Никуда мы друг от друга не денемся.

И вот стоим с Дамиром, я уставшая и откровенно ошалевшая от новостей, и он, напряженный, может, капельку расстроенный, а скорее даже злой, потому что явно его планы сорвались и где-то мужчина просчитался. Но, это не женское дело, это его решения и проблемы, которые он сам станет выправлять. Я это понимаю, я это вижу в его глазах. Как и вижу отсроченное обещание поговорить по душам.

Отсроченное, потому что он признает необходимость отдыха для меня, и необходимость разговора с собственной матерью. А я так полагаю, не только с ней. Кого-то ждет крышесносным разбор полетов.

Вот и пусть пар выпустит. Я, как мудрая женщина, в это лезть не стану. Дождусь момента, когда и он, и я будем готовы выслушать и понять друг друга. Это важнее, это может немножко подождать, чтобы дров не наломать. Оно того стоит.

Именно это и читает Дамир в моем взгляде, и позволяет себе расслабленно выдохнуть. Улыбнуться, причем так, что у меня дыхание перехватывает.

Интересно, понимает ли ритас, насколько он, паразит такой, сексуальный? Или меня так от переживаний накрывает? А может опять чего подмешали?

Я прислушиваюсь к своим ощущениями и выдыхаю. Нет уж, тут уже мои личные тараканы. Женское тело такое коварное, в самый неподходящий момент напоминает о том, что вообще-то ласка и нежность еще никому не мешали. А уж если поцелуют… Желательно везде.

М-да… Вот уж бисерное плетение! Самое заковыристое!

Поцелуя я все-таки дождалась. Осторожного, нежного, и при том страстного… Правда не в губы, целовали руку, но… с явным обещанием, что я даже покраснела. Хотя с чего бы краснеть? Жених и невеста, как выяснилось, совсем не фиктивные.

— Отдыхай, Атенаис, — произнес Дамир так, что таким же тоном можно было сказать, что он отсюда и вовек не уйдет. — Служанки помогут тебе освежиться.

Те самые служанки, кстати, низко склонив головы, стояли тут же, в коридоре, и делали вид, что они часть интерьера. Это еще одна причина, по которой я благоразумно отложила нашу беседу. Будет время. И будет немало. А я как раз скомпоную все вопросы, и если надо будет, еще и на визор запишу, чтобы сто процентов не забыть о чем-либо.

— Удачи, — прошептала прежде, чем войти к себе в покои. Ритас любезно отворил двери, не дав служанкам и шанса.

Ох и не желает он уходить… да придется, пока…

Светлая, я бы сказала солнечная гостиная понравилась мне сразу. Вот с первого взгляда. Я еще усмехнулась, вспоминая, что как раз Солнечными эти покои и названы. И не зря, выходили они на южную сторону, открывая взору чудесную зеленую равнину. Я еще вздохнула, это ж какая территория у поместья? Здесь было уютно, просторно и что самое главное, чисто. Я любила чистоту, хотя порядок наводить нет. Но кто меня спрашивал? Конечно, в нашей квартире с Корвином, многое было автоматизировано, но за роботами приходилось тщательно следить, потому что те могли до дыр те же полы натереть. А мне этого явно не требовалось.

Я разглядывала пастельные тона стен, шторы с тяжелыми кистями, и удивлялась. Это было настолько непривычно и как-то старо что ли? Будто бы технологии практически не коснулись этого места. Хотя, отодвинув одну из портьер, которыми была задрапирована стена, надеюсь, за пылью тут хорошо следят, я увидела сенсорную панель. Прекрасно, хоть немного, но эта система мне понятна и знакома. Остальное выспрошу у слуг.

Гостиная вела в две двери, за первой оказалась еще одна комната, в-принципе, не очень-то и меньше гостиной.

— Гардеробная, — тихо прошелестело позади меня.

Я так и не поняла, кто из трех служанок это сказал.

Ну да ладно. Меня сейчас интересует спальня и ванная комната. А потому решительно закрыла двери в гардеробную и открыла другие двери.

Это была спальня. Все так же интерьере выдержан в светлых песочных и персиковых оттенках. Большая кровать, в которой смело можно утонуть, мягкий ковер с высоким ворсом по всей площади комнаты и новые двери. Как и полагала — ванная.

Однако не простая.

— Здесь купальни, — опять кто-то из служанок.

— Я бы сказала бассейны.

В количестве двух штук, причем, где заканчивается второй, я с того места, где стояла не видела.

— Также имеется комната с технологическими приспособлениями, — бойко и с почтением заявила одна из служанок, что на мой взгляд была явно моложе двух остальных. — Показать?

— Конечно.

Я позволила провести себя вдоль небольшого бассейна. Он был примерно, как искусственный прудик, что радовал мой глаз каждый раз, когда я шла на работу. Он замечательно вписывался в проект, по которому строилось наше здание. Да и клиентам нравилось. По факту, человек пять сразу в него влезть могли и друг другу не мешать.

Второй бассейн оказался не настолько и большим, как я себе возомнила, но явно глубоким, в отличие от того же прудика, как я мысленно его окрестила. В прудик я лягу и достану спиной дна, при этом, голова у меня под водой не окажется.

А вот этот… Да, он был длиннее, глубже…я смогу вдоволь наплаваться, если, конечно же, захочу.

Раз в море не дали понырять, буду нырять здесь. Что еще остается? Маленькая радость, которой в моей квартире, точно нет.

Комната с технологическими приспособлениями радовала глаз той самой чудо-кабинкой, и еще парочкой неизвестным мне агрегатов. Я вдруг оробела и постеснялась спросить, что это такое. Бывает со мной так, особенно, с незнакомыми людьми. А служанки следовали за мной тенью, и я не знала, как с ними себя вести. Можно ли имена спросить, как это нужно сделать, чтоб потом за спиной шепотков не было? Или они все равно будут?

Я не успела развить свою мысль, меня отвлек зов.

— Леди Атенаис! — кричала точно Тайра.

— Проводите ко мне, — неожиданно для самой себя, потребовала я.

И кто его знает, чего я вдруг раскомандовалсь. Но подействовало. Две служанки метнулись туда, откуда звала вайера, а вот молодая осталась со мной.

Ненадолго.

— Я так и думала, — наконец оказавшись рядом со мной заявила Тайра. — Леди Атенаис, можно вас на минутку?

Я только и смогла, что брови удивленно поднять. А потом поняла, наедине она остаться хочет.

— Ждите меня в спальне, — сама не поняла, почему именно туда служанок отправила.

Вайера хищно проследила за тем, как торопливо служанки покидают нас. Но при этом сохраняла молчание, лишь лукаво подмигнула.

— Я так и знала, что к тебе их приставят. Всех троих гони в шею. — Наконец изрекла она, заставив меня лишь рот открыть.

Чего это с ней?

— Ох, Атенаис, ты такая маленькая еще. Неужели ты думала, что девушки, живя здесь почти неделю не завели себе полезные связи? Я говорю о слугах и ритасках, которых ты выгнала из дома.

— Я их не выгоняла. Этого пожелала Дамир.

— Мало ли чего он там пожелал, — фыркнула вайера. — Выгнала все равно ты. Послушай, лорд аль Кахар, видимо, слишком обескуражен тем, как развиваются события в ваших отношениях, а потому пока еще не вмешался. Но поверь, это ненадолго, однако, нужно и самим быть осторожными.

— О чем ты?

— Об окружении. Вот эти трое, что сейчас рядом с тобой были, думаешь, помогали бы тебе? Даже не надейся, я их нутро вижу. Уверена, они тебе толком ничего не объяснили и не представились, а ты, по доброте душевной, и трогать их постеснялась?

— В целом так и есть, но я просто не знаю, как должна себя с ними вести.

— Ты их госпожа, Атенаис. Как захочешь — так и обращайся.

— Они же не рабы, — я вздохнула и потерла переносицу.

— Рабы, — вдруг изрекла Медок, оставаясь спящей. — Твои и Дамира

Глава одиннадцатая

Я переваривала информацию секунд пятнадцать. Потом протяжно выдохнула и прижала питку к груди.

— Опять во сне разговаривает. Но, Тайра, что это значит? Неужели на Аритасе узаконено рабство?

Учитывая часть тех варварских традиций, что я уже знаю — не удивлюсь. Впрочем, нет, удивлюсь, конечно же, и точно здесь жить не захочу. А то, кто его знает, сегодня леди, а завтра рабыня? Зачем оно мне надо? Да и мой брат…

— Нет. Рабства в том смысле, что ты имеешь в виду тут нет и никогда не будет. Однако, по сути, слуги этого дома — не пришлые люди. Станет что-либо с кланом, умрут и они.

— Все равно ничего не поняла.

— Кто такие аристократы ты в курсе?

— Конечно.

— Вот и здесь что-то вроде того. Потомственные слуги, у которых одна дорога — за хозяином. Они выросли и воспитаны как слуги. И пока глава клана не отпустит, забрав родовую клятву, они не могут покинуть территорию, подвластную клану. Обыкновенно такого не происходит никогда. Они не могут сменить место работы, но при этом вольны строить свою личную жизнь как пожалеют. Однако глава имеет право казнить и миловать, не прибегая к суду альянса.

— Ты сказала обыкновенно, был прецедент?

— Верно. Лорд аль Кахар распустил прежний состав слуг главного дома.

— Распустил значит, не убил… — протянула я, понимая, что послужило причиной подобного шага.

— Да. Я не знаю, что там была за история. Но вот слуг набрали из дальних имений, что также подчинялись главе. Но эти, — Тайра скривилась, — вдруг решили, что за звонкую монету могут предать, а потом лорд Дамир опять всех распустит. С чего они взяли, что он не узнает о том, что они помогали ритаскам из других кланов…

— Судя по всему с того, что здесь Дамир не желал долго проводить время. Редко бывал, практически не следил, полностью отдаваясь внешней и внутренней политике альянса.

— Я тоже пришла к такому выводу.

— Откуда ты столько знаешь?

— О слугах? Да подслушала, пока вы там обедали, — фыркнула вайера. — Ну и запомнила языкастых самых. Вот эти трое, что к тебе прибились, прислуживали леди Туалли, это та девушка, что брала слово за всех.

— Подожди, но айсе указал на другую прислугу.

— Он указал на тех, кто был прикреплен. А эти трое — сами за монетку прислужить рады. Да и им показалось, что леди Туалли справится с ролью хозяйки.

— Глупые какие. Если существует какая-то клятва, которую нельзя нарушать, зачем так подставляться? Я ведь правильно поняла, что это смерть?

— Именно. Так заведено у всех высших ритасов. А твой жених, относится к ним.

Жених…

— Вы разобрались уже? Поняла, что ты не просто так оказалась здесь?

— О чем ты?

— Ох, Атенаис, только не говори, что ты летела сюда с мыслью, что избавишься от внимания лорда? У тебя это огромными буквами на лбу написано было. Я все ждала, когда ты поймешь или с тобой наконец, поговорят, объяснят, что просто так уйти точно не получится.

— Ты сразу поняла, что я его ритани? — шепотом утончила я.

— Да. Я работала на многих высокопоставленных людей. А с лордом Дамиром и…

— Договаривай, — рыкнула я и зажала рот ладошкой. Чего я злюсь то?

— Его пассиями не первый год. — послушно продолжила целительница, при этом отслеживая мою реакцию сузившимися глазами. — Единственное, на Аритасе, я, как и ты, впервые.

— Ясно, — я сжала кулаки, заставляя себя успокоиться.

Ревность — это замечательно, значит, какие-то чувства к Дамиру у меня точно есть. Но вот вопрос, с чего вдруг мне ревновать? Я знаю себя. И знаю, что явно не влюблена в мужчину. Любовь с первого взгляда? Точно не наш случай. Он привлек мое внимание, согласна. Но его метод знакомства, однозначно отбил всякую охоту. Следовательно, с первого взгляда любви случиться с моей стороны не могло.

А вот события, которые разворачивались далее…они привели к благодарности с моей стороны. За то, что согласился помочь брату, за то, что пошел на мои условия, обезопасив. Понятно, что и он не сразу разобрался в своих ощущениях по отношению ко мне, раз пошел на сделку, и да, я могу с легкостью найти оправдание его молчанию.

Оно будет одинаковым для нас обоих. Слишком стремительное развитие. Мы просто оба не успели подстроиться. Поэтому никаких обид от меня к Дамиру точно не поступит. Он просто не успел соориентироваться, а я не верю, что мужчина подлый, следовательно, объяснения лишь дело времени.

Но меня безумно смущает айсе. Если они имели над ним некоторую власть, может ли так быть, что и на меня они имеют влияние? К примеру, усиливают мои чувства? Нет, не заменяют фальшивкой, а ту же симпатию усиливают стократно, заставляя испытывать ревность.

Ибо странно, я не ревновала его к девицам, которые пытались напомнить о каких-то там правах, а к бывшим пассиям, о которых и сам Дамир небось не помнит, приревновала. Глупо же ведь.

— Если ты права и прислуга здесь не радеет за хозяина, то каким образом я должна себя вести?

Это был животрепещущий вопрос. И с Дамиром на эту тему, я еще обязательно поговорю. Но пока, я должна хоть как-то освоиться.

— Не вся прислуга такова, как те трое, Атенаис. Просто надо понять, кто из них и что из представляет. А я пока понаблюдаю за тобой и твоим окружением, позже, Медок наберется сил и не даст тебя в обиду. Ну и, конечно, я помогу.

Я в очередной раз вздохнула. Все-таки за эти дни я к Медку привыкла и ее бодрствования очень не хватало. Но я надеялась, что вскоре она восстановится, хотя торопить этот процесс не собиралась. Погладила пушистую шерстку и прижала питку к груди.

Та посапывала и просыпаться явно не собиралась, как и разговаривать во сне. Удивительная способность. Спать, но при этом участвовать в беседах на равных.

— Спасибо, Тайра. С чего начнем?

— С функциональной панели. Она находится в гостиной. Но если хочешь освежиться…

— Да, пожалуй, я воспользуюсь кабинкой. Подержишь Медок?

— Я буду ждать тебя за дверью, — энергично кивнула вайера и протянула руки, принимая зверька.

— Я быстро, — пообещала подруге и юркнула в чудо-кабинку.

Пока, спрашивать о двух других агрегатах не стала. И так в голове полно информации, ее еще нужно как-то усвоить.

* * *

Спустя три часа я лежала в кровати уставшая от забега по своим покоям. Тайра показала мне буквально все, а чего не знала она — объясняли служанки. В отличии от меня, боявшейся напортачить или обидеть, вайера этого не боялась.

Наоборот, настаивала на том, что я имею право приказывать, а те обязаны слушаться.

В общем-то так оно и было.

Особого почтения в голосах слуг не ощущалось, и, откровенно говоря, откуда ему там взяться, но и утаивать информацию они не стали. Однако нос задирать я нес обиралась. Даже с учетом того, что все трое полагали, что могут сделать гадость Дамиру, я была с ними предельно вежливой.

Таким образом выяснилось, что все, что меня окружало управлялось путем сенсорной панели. Мне было достаточно подойти к ней и уложить свою ладонь на экран, чтобы мои пожелания были выполнены. Через нее поступали приказы слугам в любую часть дома. Через панель я могла перемещаться по дому, чем, собственно, была до сих пор невероятно удивлена.

Как раз один из непонятных агрегатов, стоящих рядом с чудо-кабинкой, и являлся одной из конечных точек перехода от панели.

Такие агрегаты стояли не только по всему дому, они располагались по всей территории. Но были привязаны к конкретному ритасу или, как в моем случае, человеку, который жил в определенных покоях и подтвердил свое право управлять панелью, путем считывания ауры и указания полномочий от хозяина дома. Когда Дамир успел все подготовить, для меня загадка.

Гости могли перемещаться только в пределах своих покоев. К примеру, такие как Тайра. В то время как я была не ограничена в перемещениях. Если я вдруг поленилась спуститься вниз, руку к панели приложила, и уже у выхода. Насколько я поняла, агрегаты замаскированы. Где высокими колоннами, где нишами в стене…

Второй агрегат был предназначен также для перемещения, но при этом, вел за пределы поместья, но также на земли, принадлежащие Дамиру. И в доме таких было всего два: в покоях ритаса и моих.

Я не долго ломала голову над тем, почему меня поселили в Солнечных покоях. Разгадка нашлась быстро. Традиционно здесь селили невест, а затем и жен главы клана. Мои покои имели смежные двери с покоями Дамира. Правда я так и не поняла, где именно и зачем? Если есть вот такие агрегаты.

Приложил руку к панели, вуаля, и ты в купальне жены. Ну да ладно…

Я смотрела в потолок и понимала простую вещь. Ильканта была эгоистична до мозга костей. Думала ли она по-настоящему о счастье сына? Однозначно нет.

Пока моя питка оставалась в беспамятстве, я расспросила Тайру обо всем, что та знала и выяснила грустную вещь. Ритани, чей муж погиб, больше никогда не смогут выйти замуж. Они становятся живым напоминанием своего горя. Их не ограничивают в перемещениях, разрешают присутствовать на празднованиях, дают заниматься любимым делом, но вновь выйти замуж или завести любовника — им запрещено категорично, вплоть до казни. Я не знала, какая была мать Дамира. Однако я была уверена, она испугалась женского одиночества. Я нутром чуяла, что необходимости в проведении ритуала и становления айсе рода не было. И дала себе зарок уточнить у Дамира, кто перед Илькантой последний раз прошел этот страшный ритуал. Вот сердце мне подсказывает, что смалодушничала его мама. А сейчас пытается не пойми что провернуть. Не мог Дамир аль Кахар допустить столько ошибок сразу. Не тот он ритас. Все-таки Звездными лордами просто так не становятся.

— Атенаис, я не помешаю? — мягкий, обволакивающий голос раздался у дверей.

Я вскинула голову и встретилась с желтым золотом глаз мужчины, о котором только что думала.

— Конечно же не помешаешь, — села и дружелюбно улыбнулась. Хорошо, что я была одета. Пусть Тайра и настаивала на недолгом сне, я решила, что пока спать не хочу. А вот просто полежать поверх оделяла — почему нет? — Присаживайся.

Вот чего мне точно не хотелось, так это очередной прогулки.

Плавными шагами Дамир приблизился и опустился ровно на то место, куда я указала.

* * *

Дамир аль Кахар


— Ты так похож на него, — если бы мама могла дышать, то ее слова вспорхнули бы с губ дыханием. Практически дуновением, но увы, тому существу, которым она стала не подвластна жизнь. Айсе неживой организм. Но также и не призраки, некогда связанные кровными узами.

Айсе есть у каждого высшего клана, коих на Аритасе семь. Семь благородных семейств, семь глав, которые решают судьбу планеты и подвластных планет. Я был избран на должность Звездного лорда первого ранга после смерти моего отца. Его место я и занял, за меня было отдано большинство голосов Семерона — совета семи глав. Я готовился к этому с рождения, точно зная, что именно мне предстоит отстаивать интересны самой важной из планет альянса, блюсти интересы подвластных планет и удерживать единство с другими звездными. Межпространственный Альянс идея наших предков, не просто идея — реальность, которую они сумели осуществить, а мы сохранить и продолжаем сохранять по сей день.

Ритасы не просто высокоинтеллектуальная раса. В нашем наборе хромосом хранится столько информации и невероятных генов, которые многие ученые называют ничем иным как магией. Высшие ритасы могут полностью менять свой организм. Родившись черноглазым брюнетом, ребенок способен полностью изменить свою внешность, заставляя каждую клетку тела подстраиваться под свое желание, и на выходе получить голубоглазого блондина. Мы совместимы со всеми существующими разумными расами. Можем получить потомство от любого, но при этом, наши дети обязательно родятся ритасами. Исключений не будет. Мы не распространяемся об этой особенности. Это наши тайны, как и то, что помимо полного преображения внешности, мы можем выбирать и животные виды, правда, всего четыре, но на всю жизнь.

Мы не относимся к расе морфов или оборотней. У нас нет привязок к циклам, как у оборотней или болезненных, судорожных преображений, как у морфов. Мы по праву считаемся сверхрасой, и если бы, действительно захотели, то поработили бы все галактики, но… Мы пошли по иному пути, по пути процветания и всеобщего блага.

Неудивительно, что первыми пиратами, а точнее их главарями, появившимися на просторах еще зарождающегося альянса, были ритасы, не желавшие мира.

Это был долгий период уничтожения себе подобных, гонения и беспрерывная война, из которой, именно миротворцы вышли победителями. Однако, восстания вспыхивают. Так было и будет всегда. И нужны воистину сильные, наделенные умом существа, чтобы противостоять низменным инстинктам тех, кто возжелает единоличной власти.

Именно поэтому наши женщины неприкосновенны, особенно те, что рождены у высших. Потому настолько ценны, что способны породить ритаса от любой расы. Ритаса, который будет наделен всем, чем славится род его матери.

Тридцать пять лет назад мое будущее казалось мне полностью распланированным. Правильным. Таким, каким оно должно было быть. Мне нашли походящую невесту. Ту, что могла стать ритани. Пусть не по рождению, но мы могли с Димитрой достигнуть нужного уровня, чтобы ее принял мой айсе и мой дом. Соединить два рода, в одном из которых произошел сбой генов и на свет перестали появляться мальчики, а дочери достигая зрелости погибали. Димитра была седьмой дочерью Рикара аль Таима, рожденная от наложницы. Рикар за свою невероятно долгую жизнь так и не встретил свою ритани. И жен у него было трое. Он отчаялся. Я прекрасно осознавал его беду. Был согласен влить в его род свою кровь. Дать надежду. В то время, как первый по старшинству род обещал мне свою поддержку. Мне и моему роду, что всегда был вторым. По договору второй сын от нашего союза с Димитрой должен был стать новым главой клана аль Таим. Тридцать пять лет назад наши с ней жизни были расписаны по секундам, каждый наш шаг и действие. Мы предназначались друг для друга. Однако все рухнуло со смертью моего отца. Два самых страшных известия случились буквально одновременно, с минимальным временным интервалом. Погиб мой отец и пропала моя невеста.

Пока я как идиот искал ее, меня настигла третья беда — моя мать прошла тропою мертвых и стала айсе.

— Ты все еще винишь меня, Дамир.

— Нет, что ты, — я ухмыльнулся. — Конечно не виню, ты же поступила правильно. Бросив управление дома на мальчишку, который в кратчайшие сроки обязан был пройти посвящение.

— Ты не был мальчишкой, Дамир.

— Я едва перешел рубеж зрелости, мама. Но да, мальчишкой я уже не был. Однако твоя поддержка мне была необходима. Как и всему клану, который ты бросила.

— Мне было плохо.

— Полагаешь, твоему ребенку было лучше? Или тот факт, что я мужчина сделал меня черствым и каменным? Для тебя он был мужем, для меня — отцом. Ты отвернулась не в самый лучший момент, мама. И прекрасно знаешь, что от твоих действий пострадал весь клан.

— Твоя кара настигла каждого, кто посмел…

— Кара? Слабину дала ты, Ильканта аль Кахар, а исправлять и наказывать, должен был я. Или, полагаешь, казнить более трехсот ритасов за раз легко? Или тебе назвать реальное число?

— Если бы ты не выставил свою казнь, как освобождение, никто бы и не помыслил о том, чтобы навредить роду. Не стоило говорить, что ты распустил слуг в то время, как все они были казнены…

— Я мог бы пуститься в оправдания. Но я не чувствую вины, мама. Ее нет, ты с детства знаешь, какую ношу тянет каждый высший. Ты одна из нас, но ты решила, что можешь сбежать и спрятаться. И если, после слов Атенаис я думал, что имеет смысл этот разговор. То сейчас понимаю, что давно знал ответ на свой вопрос, просто не хотел в это верить. Ты струсила, первая леди дома аль Кахар. Ты испугалась того, что должна была сделать. И из-за твоих действий, младшие ветви оказались в плачевном состоянии.

— Я отдала свою жизнь! Я умирала восемь дней кряду и…

— И явно не понимала на что шла.

Призрачное тело пошло рябью. Я знал, что она злится. Но ее злость была бессильной и имела привкус отчаянья. Нет, я слишком хорошо знал свою мать, чтобы верить в то, что ее помысли были чистыми.

Она прошла ритуал, выпив половину нашего клана. Не только она мучилась, отдавая свою жизнь. И пусть остальные выжили, но кто сказал, что им было легче? Кто сказал, что они не балансировали на грани? И пока я не стал главой клана, не мог им помочь? Первая леди дома аль Кахар забирала энергию из всех, кто принадлежал нашему роду. В противном случае, у нее бы ничего не получилось.

Разве думала она тогда о своих людях? Разве интересовалась тем, сколько мне потребуется времени, чтобы восстановить наших людей? Потому-то к айсе давно никто не прибегает. Более шестисот лет у высших кланов не было новых вливаний в айсе. Не было свежей крови и членов семьи, кто решился бы на этот жуткий ритуал. Моя семья во всем отличилась. Погиб сравнительно молодой глава, от его сына сбежала невеста, а мать вошла в айсе. Наш клан простили только потому, что я имел весомую поддержку. Потому что мне пророчили место отца. И я прошел все испытания с четью. Стал не только главой своего клана, но и главой Аритаса.

— Да не понимала, Дамир! Да пожалела! — некогда красивое лицо матери исказила гримаса отвращения.

Отвращения к себе самой и своим слабостям. Я это отчетливо понимал. Как и то, что мне уже не нужны извинения. Мать права, я давно не мальчишка.

— Неважно. — Я тряхнул головой. — Это давно уже неважно. А вот что меня не устраивает, так это твой эгоизм. Ты не имела права вмешиваться в мое сознание и притуплять мой разум. Ты подставила под удар не столько меня, сколько мою ритани. Я уверен, что остальные противились твоему самоуправству.

— Ты прав. — Женщина понурила голову. — Я поторопилась. Я поняла это, Дамир. Но поступить иначе не могла. Я вновь ее нашла, почувствовала. Мы все были ошеломлены и не желали тебе зла. А внешние обстоятельства… ты знаешь, я не могу многого объяснить, не имею права, но поверь, девочка вернулась домой.

Я вскинул голову и пристально посмотрел на мать. Я знал, что айсе заглядывают куда дальше, чем единственная жизнь. Они видят будущее своих потомков. Четко, ясно и точно знают, какая тропа и куда приведет. Вот только практически ничем не могут делиться с живыми. Существуют редкие исключения. Такие как обретение ритани.

— Она ритаска? — сам не понял, почему мой голос охрип. — Атенаис ритаска?

Ильканта и при жизни умела держать лицо, а уж после смерти… Она проигнорировала мой вопрос. Ничто из ее внешности не могло ни подтвердить, ни опровергнуть мою догадку.

У меня было лишь предчувствие, еще там на корабле. А теперь, есть острые подозрения, которые я обязан подтвердить.

Потому что если Атенаис ритаска и ей двадцать восемь лет, нашей свадьбе не бывать. Как минимум еще два года. А как максимум еще семь лет, потому что наши женщины становятся совершеннолетними в тридцать. А полностью созревают к тридцати пяти годам. Если брать Земное исчисление. Никто не позволит своей дочери выйти замуж раньше. Даже за меня, даже при условии, что она для меня стала ритани. Исключение возможно лишь в одном случае, если и я для нее стану ритани. Но…опять же, она не созрела, чтобы это понять и прочувствовать. И воспитывалась вдали от родины, не проходила посвящения и ритуал пробуждения родовых корней.

— Мне жаль, что я повела себя эгоистично. Наплевала на своих людей и тебя, но я никогда не желала тебе зла. Мной двигал страх одиночества и осознание той незавидной участи, которую я должна была принять. — Мать смотрела на меня неотрывно. — Мне стыдно признаваться в том, что я хотела иного итога от ритуала, но предки распорядились иначе.

— Иного итога? — я буквально задохнулся от гнева. — Ты хотела пройти тропою отца?

— Да.

У меня не было слов. Моя мать, ритани погибшего главы, вместо того, чтобы поддержать своих людей, которые также, как и она, были потрясены внезапной смертью того, кому подчинялись, стать для них утешением и найти утешение в них, эгоистично решила, что может всех бросить, отобрать их жизненную энергию, что бы уйти вслед отцу на его тропу перерождения. То есть родиться с ним в одно время и в одном месте. И если бы не решение предков, то так бы оно и случилось. А ведь я бы не позволил своей матери погибать в одиночестве. Да, существовала традиция. Незыблемая. Вдова высшего ритаса не имел права на личную жизнь. Но…моя мать была молода. Ей всего-то исполнилось триста семнадцать лет. И провести больше половины отмеренного времени одинокой женщиной, которая больше не могла стать матерью, не могла познать радость сильного плеча, на которое можно опереться, я не допустил бы подобного. Пошел бы против всех, однако, выбил бы для нее права на нового мужа. Мой отец не был для нее ритани. А значит, спустя время, ее сердечная рана бы затянулась.

Я усмехнулся, так вот почему предки ей отказали сделав частью айсе…

— Я оступилась тогда, когда больше всего была нужна тебе и нашему клану. И все эти годы боялась поговорить с тобой, смирившись, наблюдая за тем, как пустеет наш дом и как ты отчаянно не желаешь в него возвращаться. Я признаю свою ошибку, но я не могу ее исправить.

Глава двенадцатая

— Конечно не можешь. Это твое наказание, мама. — Я вздохнул и прикрыл веки. Мне ведь подобное и в голову не могло прийти. Я думал, мать просто струсила. Испугалась того, что ее ожидает. Я ведь даже с ней толком поговорить не успел! Бросился на поиски Димитры, будь проклята эта девчонка. Откуда я мог знать, что мать пойдет на такую глупость? — На мой взгляд, слишком жестокое. Но предательство, не та вещь, которую можно прощать.

— Я знаю, Дамир. Я в полной мере прочувствовала все, что натворила. И у меня есть вечность, чтобы все исправить.

А вот и надменность Ильканты аль Кахар. Вот такой она и была при жизни. Высоко поднятая голова, расправленные плечи, и взгляд такой, от которого пробирает до костей.

Полностью уверенная в себе и своих действиях. И неважно, что эти самые действия продиктованы эгоистичностью.

Впрочем, теперь она айсе и навредить или сделать что-то по своему желанию не может. Такова ее «жизнь» теперь — во благо и процветание рода. Навредить ни мне, ни моим детям или моей избраннице она не сможет. Как и родственникам моей ритани.

— Я поторопилась, не дав тебе здраво мыслить. Но теперь, Дамир, все в твоих руках. Здесь, — мать окидывает взором пространство, — твой дом и твоя крепость. Я уверена, ритани наведет порядок и станет твоей поддержкой, которой я не смогла стать.

— Ты опять взваливаешь на чужие плечи свою работу, — я ухмыльнулся, понимая, что мама не ошиблась.

Атенаис очень способная девушка. Не капризная, не истеричная, и при этом ради своих близких готова на многое. Даже жизнь отдать.

— Я буду помогать. Мы все будем помогать.

— Знаю, — кивнул. — Не лезь ко мне в голову, даже если тебе покажется, что так будет правильно. Мне нужна трезвая голова, а не вопящие инстинкты.

— Понимаю, — склоняет голову, признавая свою оплошность. — Такого больше не повторится. Но и ты, не отгораживайся от нас.

— Не буду, — я и сам давно понял, что это было моей ошибкой. Столько лет игнорировать и блокировать айсе. На пользу это точно не пошло. — Через час я жду полный отчет по младшим ветвям, а сейчас собери мне прислугу, пора исправлять ошибки.

Ильканта просветлела лицом. Удивительно, ноя никогда не приводил в этот дом своих любовниц. И жену не желал везти сюда, на внутреннем уровне отгораживаясь и не желая принимать свою суть и свой род. Моя обида на мать сыграла дурную шутку. Там, где я брал силой и умом, пасовал в собственном доме, пустив на самотек.

— Я не потерплю предательства, — глядя на собравшихся, произнес я. — Клятву роду никто не отменял. Роспуска не будет. Навредите мне или моим гостям — умрете сами и умрут ваши семьи. Пощады не ждите.

Я внимательно рассматривал слуг, особенно служанок, которые были приставлены к гостьям. И хмурился, заметив сомнения и уверенность в обратном. Что ж…

— Ильканта, всех, кто был в сговоре выведи на задний двор.

Вздрогнули, разом с лиц краска спала. Как минимум у пятнадцати человек. Увы, реальность оказалась еще хуже.

Семьдесят три слуги, кто так или иначе желал навредить моему роду.

Я знаю, что жестокость порой продиктована необходимостью и рука не должна дрогнуть. Но и наказывать следует по проступку. А потому, я выслушал все, что айсе желало сказать о каждом провинившемся. Выслушал все, что успели и чего еще не успели сделать. О планах, мыслях, о тех, кто им помогал, и кто покровительствовал. И приговорил двадцать шесть человек. У остальных был шанс, и я дал им его.

Наверно, после всего, мне не стоило идти к Атенаис. Но мне так хотелось просто ее увидеть. Откровенно говоря, я не был настроен на беседу. Мне хотелось почувствовать тепло ее взгляда, согреться изнутри. Возможно, я искал утешения, мысленно проклиная себя за эту слабость. Но… это только начало. Я знал, каким притяжением обладает ритани. Я знал, что дальше будет только хуже. И принимал это как должно. Атенаис награда. А не наказание. И это нужно четко осознавать. Ритани — свет души и глоток чистого воздуха. Они наша радость и счастье, только своим присутствием они способны отогнать печаль и усталость. Инстинкты знали лучше меня, ведя к ней, давая желанное расслабление.

* * *

Атенаис


Молчание затягивалось. Нет, я понимаю, что нам нужно о многом поговорить. Но что-о меня сейчас смущало. Я бы не сказала, что Дамир выглядел как-то иначе, однако…

Мужчина был безукоризненно одет, волосы не взъерошены, а волнами ложатся на виски. Они у него не то, чтобы совсем короткие, но и длинными сложно назвать. Такие, мелкие колечки, которые, и колечками трудно назвать. Вот если бы отрастил волосы…

Я поймала себя на мысли, что не прочь потрогать его шевелюру. И не только потрогать. Погладить, подергать, пропуская свои пальцы. Интересно, а что он сделает, если я за них дерну в порыве страсти?

Я даже позволила себе улыбнуться и тут же покраснеть. Фантазия повела меня куда как дальше, чем просто потрогать. Причем не только волосы на его голове, а все тело…

Жар разгулялся на щеках.

«Атенаис, хватит думать о непотребствах» — мысленно шикнула на себя.

Так странно, это влечение не было таким явным на корабле. Или было? Просто мне хватало ума понять, что мне ничего не светит. А тут с объявлением о том, что я ритани, внутренние тормоза отключились, давая либидо порезвиться?

Но глядя на Дамира, где-то внутри меня вспыхивает огонек, не похоти нет, огонек уверенности в том, что даже малая ласка, такая как простые объятья, ему сейчас очень нужна.

И я не даю себе раздумывать над тем, что собираюсь сделать. Просто беру и делаю. Ну не съест же он меня, в конце концов?

Я оказалась в кольце его рук быстрее, чем протянула собственную ладонь, желая его обнять.

Даже моргнуть не успела. И так хорошо было, тепло и…правильно, что я на миг глаза прикрыла от удовольствия. Не знаю, верно ли поступаю, глупо или нет, но… Справимся.

Откуда-то приходит понимание, что мы действительно со всем справимся.

Мужчина не пытается получить большее, просто нежно держит в своих руках, при этом соблюдая дистанцию, словно напугать боится. И мне это нравится. Нравится его осторожность, она сейчас уместна. Я не до конца понимаю себя, не до конца сознаю, чего сама хочу, а потому меньше всего желаю его обидеть. Поманить конфеткой как ребенка, и отнять эту самую сладость. Так нельзя.

— Я знаю, что был с тобой не справедлив, утаив важную информацию. — То ли собравшись с мыслями, то ли попросту решившись нарушить тишину, прошептал Дамир. — И не знаю, поверишь ли мне, если скажу, что я растерялся и сам не сразу понял, кем ты стала для меня.

Это признание будто пугает его. И я улыбаюсь. Мне приятно, что он откровенен. Мне до радуги в глазах приятно, что он не пытается юлить и казаться сильным и самоуверенным.

Я и так знала, что он сильный, справедливый и жесткий. Как все Звездные. Однако он не боится быть настоящим перед женщиной. Не боится срывать маску, обнажая передо мной то, что обыкновенно прячут. Не пытается управлять и приказывать. Он доверяется мне, оголяет свою душу перед своей женщиной и это дорогого стоит! И пусть я трижды сознаю, что это лишь дело случая, что я стала его ритани, но я солгу, если скажу, что мне от этого знания плохо. Нет, я же вижу, что меня могли загнать в рамки, потребовав соответствовать, а вместо этого, соответствовать мне пытается он! Я не закрытый человек, наоборот, прямолинейный, пытаюсь быть искренней со всеми. И Дамир это понял.

И это так забавно! Впрочем, мне сейчас вес будет казаться забавным.

Забавным, потому что никто не старался понять меня и проникнуть в мою суть. Постичь что-то чего я и сама о себе не знаю.

Я в отношениях мужчины и женщины полный профан. И мне не стыдно в этом признаться. Конечно, это не есть хорошо, а с другой стороны, что в этом плохого? Ведь все, что будет или может быть, станет для меня первым и новым, и возможно, единственным. Разве это плохо?

Усмехаюсь и теснее прижимаюсь к мужчине. Тепло, хорошо… не тревожно. Наверно, так и должно быть с тем, кто на уровне ощущений тебе близок? На том самом, тонком, интуитивном?

Впервые за все время мне приходит мысль, что мы с ним друг другу подходим и он — мой человек. Пусть встретились неправильно, пусть и обстоятельства были дурацкими, но… Рядом с ним мне комфортно. И если отбросить все глупости, которые иногда лезут мне в голову, мы могли бы составить отличную пару. Во всяком случае, там, где не нужны церемонии.

— Поверю, — шепнула, утыкаясь затылком в его грудь. — Я хоть не искушена в отношениях, однако не считаю себя дурой. Хотя не совсем понимаю, что такое ритани и как вы ее определяете.

— Чтобы это понять, нужно родиться и жить на Аритасе, — вздохнул Дамир и вдруг зарылся в мои волосы. Он жадно втягивал воздух. Мне даже показалось, что он меня обнюхивает. Нет, показалось. Дурость-то какая.

— Попробуй объяснить. Как-то на любовь с первого взгляда, это не похоже. Да и на любовь тоже.

— Ты не веришь в любовь с первого взгляда? — Я не видела, но была уверена, что мужчина улыбается. — А как насчет любви с первого вздоха?

— Как это?

— А вот так, Атенаис. В ресторан меня привел твой запах.

Первой посетившей меня мыслью было — я помылась! И тогда тоже мылась! Между прочим, из косметического салона вышла! Я не могла вонять! Вот никак не могла! Что он там учуял?!

Видимо, я только думала, что мысленно возмущалась. Потому что с чего вдруг ритас начал смеяться?

Щеки вновь запылали от стыда. Вот ведь, бисерное плетение!

— Ты не воняла, Атенаис. — Отсмеявшись, произнес Дамир. — И сейчас не воняешь, но твой запах для меня особенный. Откровенно говоря, я уверен, что так, ты пахнешь лишь для меня.

— Не только, — буркнула на подушке Медок и перевернулась на живот, а затем сладко зевнула и потянулась.

Надо же, она снова болтает во сне или уже проснулась? Второе.

Красное чудо еще раз зевнуло и распахнуло веки.

— Ты слишком рано проснулась, — протянул Дамир.

Я ощутила, как напряглось его тело. Ему кажется странным поведение питки? Если честно, оно и мне странным казалось, во всяком случае, все то, что между нами происходило, но то, что она раньше времени набралась сил, как раз-таки сильно меня не пугало. А вот ее осведомленность наших бесед, когда она была в беспамятстве — да.

— Выспалась, — буркнула Медок. — От нее так эманациями шарашит, что я и мертвая бы поднялась.

— Какими эманациями?

— Что?!

Мы произнесли это со Звездным одновременно. И если я вообще ничего не поняла, то мужчина был несказанно удивлен.

— Интенсивными, — зевнула Медок и поползла ко мне. — Входит в зенит, наследница, как никак.

Я не успела ничего спросить. Даже отреагировать хоть как-то, потому что в этот момент произошли две вещи. Дернулся Дамир, причем так, словно ему пощечину отвесили. Сильную, я бы сказала звонкую, пусть и звука не было.

И вторым был приход моего брата. Точнее ураган моего брата. Он всегда такой был. Бесцеремонный и неугомонный.

— Атти! Атти! — кричал он из гостиной, да так, что воздух содрогался. — Они меня не пускают, Атти, скажи им!

Конечно же я сорвалась с места. Неудивительно, что ноги затекли от неудобно позы и я полетела с кровати.

Хорошо у Дамира с реакцией порядок, а то целовался бы мой нос с полом. А так поймали, на миг к себе прижали и осторожно посадили на кровать.

— Сиди, — попросил он, — приведу.

Я лишь кивнула, обескураженная этим моментом.

— Атти, я не уйду! — кричал Корвин, — Атти…

Голос его оборвался, а я вздохнула. Звездный дошел до дверей и угомонил балаган. С другой стороны, мне не очень-то нравилось, что моего брата ко мне пускают. Но это мелочи, а вот что значит наследница?

— То и значит, — вслух отозвалась Медок, хотя я откуда-то была уверена, что она могла и мысленно мне ответить. — Сильная ты, Атенаис.

И помолчав несколько секунд, ловко забралась ко мне на грудь и тихо выдохнула:

— И бедовая.


Я решила не спорить со зверьком. А потому просто промолчала и дождалась прихода жениха и брата.

Оно того стоило. Особенно лицо Корвина, которое словно кричало:

«Я ж не знал, что вы тут вдвоем и у вас того…»

Не сдержалась, прыснула, а затем и громко рассмеялась. Понимала, что нервозность таким образом выходит, но пусть лучше смехом, нежели еще одной истерикой.

— Присаживайся, — хмыкнула, глядя на виноватую моську Корвина. — Кровать большая, поместимся.

— А может в гостиную, — жалобно спросил брат и покосился на Дамира, а я вновь рассмеялась.

Кровать, вообще-то, реально большой была. И очень удобной. Уходить за столик в кресла, мне очень не хотелось. А то, как это все выглядит со стороны, мне лично было все равно.

У нас и так такая чехарда творится, что еще одним бардаком больше, не страшно.

— Почему ты называешь ее атти? — вдруг спросил Дамир, а по его лицу сложно было хоть что-то понять.

— Да это с детства, — замялся брат. — Атенаис, атти…

— Ты же изучал культуру Аритаса, Корвин, так ответь мне, к кому так обращаются?

— К старшему, ой, а ведь точно. К наследнику. Причем только сестры и братья, которые не претендует на место… — брат осекся и диким взором посмотрел на Звездного. — Мы не ритасы! Это просто совпадение, из-за имени!

— Чего ты испугался? — всполошилась я.

За столько лет я давно научилась тонко чувствовать настроение своего брата и сейчас он был не на шутку напуган.

— Присядь, Корвин, — мягко, но непреклонно, потребовала я. — Присядь, у меня есть к тебе вопросы.

Я вздохнула, и сама потянулась к брату. Обняла его, прямо как в детстве, буквально повиснув на его шее. Его всегда успокаивал тактильный контакт. Да и чего врать, меня тоже. Мы были у друг друга, и это самое главное. Он знал, что я всегда приду на помощь, а я знала, что мой брат из трусов выпрыгнет, но сделает все, чтобы я не плакала. Пусть он для меня навсегда останется маленьким, но он уже мужчина.

— Атенаис, мы сироты, но мы оба знаем, что не являемся частью Аритаса. Это слишком невозможно, и…

— И ты боишься думать о родителях плохо? — я буквально шептала ему на ухо, откровенно говоря, я бы желала сейчас остаться наедине с братом.

Я не озвучивала это желание, но когда подняла голову, то увидела, что мы остались вдвоем, если, конечно, не считать Медка.

«Спасибо» — мысленно поблагодарила Звездного, хотя он не мог меня услышать.

— Я очень плохо помню о том, как мы жили, Корвин. Вот ты можешь сейчас сказать, кем работали наши родители? Кем была папа и мама? И почему у нас не осталось от них ничего, кроме знания, что дом нам не принадлежит, а на их имена нет счета в банке? — Я крепче прижала к себе Корвина, который вздрогнул. — Почему я вдруг забыла много важных событий? И что самое страшное, Корвин, я не помню их лиц. Цвет волос, цвет глаз, и возможно линию губ, но, если брать в целом… все так размыто, искорежено, будто заглядываешь в разбитое зеркало.

— Тоже мне, секрет века, — фыркнула Медок и ловко забралась на Корвина. — Ну, здравствуй, самая большая заноза.

— Эт-то, это, это?!

— Спокойно, Корвин, дыши, — попросила я.

И быстро, словно от этого зависела моя жизнь, начала объяснять ему кто такая Медок.

Вообще, если бы не сам зверек, у меня бы получилась натуральная каша, сама-то я толком ничего не знала. А некоторые вещи, также, как и Корвин с открытым ртом слушала.

Во — первых, питка не просто искусственный интеллект, вживленный в зверька, а симбионт хозяина, то бишь меня. Я явно не тот смысл вкладывала в это слово. Медок хоть и полезный, но все-таки паразит. Потому что питается за счет моего биополя. Вот почему нам необходим тактильный контакт. Помимо животной и белковой пищи, ей требуется непрерывный поток моей энергии.

Во-вторых, интеллект зверька находится в постоянной спячке и пробуждается лишь тогда, когда мне необходима защита. То бишь, искусственный интеллект полностью подчинил несчастное животное, в котором живет. И я, наверное, посочувствовала бы этому глупому зверьку, который защищаться может лишь в брачный период, но…

Мне нужна Медок. И себя, как ни крути, все равно жальче.

В-третьих, питка обладает не только знаниями по Аритасу, хотя именно его в первую очередь внедряли в ее механизм, техномозг или матрицу? Мне сложно было подобрать правильное название тому, как без зверька должна была выглядеть питка. То ли материнская плата, то ли картридж размером с зернышко, то ли еще какая страшная технология. Ну не разбиралась я в этом и начинать разбираться не хотелось.

Если обобщить все, что зверек успел сказать, получалось следующее: питка — это обширнейшая энциклопедия, включающая в себя абсолютно все, что известно о расах и технологиях на момент ее создания, мало того, она подстраивается под своего хозяина ловко считывая его сознание и выбирая ту линию поведения, при котором хозяин не захочет от нее избавиться. Так оно и было. Не хочу.

Пока Корвин с жадностью получал новые знания от Медка, я задавалась вопросом, а сколько стоит эта самая питка? Что-то мне подсказывало, что она бесценна. И вряд ли кто-то из моего окружения когда-то сможет ее приобрети. Не удивлюсь, если только Звездные лорды смогут получить данную штучку. А если быть точнее, то только для них она и создавалась. Я получила доступ в те области, на которые явно права не имела.

Эта мысль заставила меня застонать. Если кто-то поймет, что за зверька я буду таскать с собой, меня попросту или прибьют, или выкрадут, чтобы я дала им нужные сведения путем выпытывания их из питки.

Вот честно, если меня пытать, шантажировать жизнью брата, я сломаюсь на первом же этапе и сделаю так, как от меня потребуют.

Я покачала головой. Надо спасать Медок, этот еще не состоявшийся ученый, хотя, это как посмотреть, забросал питку вопросами.

— Хватит, — попросила я, и сграбастала зверька на руки. — Она еще не так сильна, как хотелось бы.

— Да нет, — отмахнулась Медок, но с удовольствием разлеглась на моих руках. — От тебя столько силы шарашит, что я быстро в себя прихожу.

— Вот об этом я и хочу поговорить, — Корвин, недолго думая улегся мне под бок, при этом так пихнул, что я не удержалась и дала ему подзатыльник. — Но прежде, чем мы углубимся в твои рассуждения… Я хотела бы знать, каким чудодейственным образом, мой умный брат оказался в плачевном положении. Я говорю о казни и нарушении закона. И лучше не юли.

— Атенаис, я бы с радостью, но…

— Корвин, — предупреждающе рыкнула.

— Мне запретил лорд Дамир, — сознался Корвин. — Он настоятельно рекомендовал не нервировать тебя и…

— Бисерное плетение! А давай я сама буду решать, что мне надо знать, а что лучше оставить на суд Звездного лорда.

— Сестренка, понимаешь… — брат мялся, и мне это не нравилось. — Сложно спорить с тем, кто имеет столько власти и так заботится о тебе. Он ведь не хочет тебя волновать, плюс…

— Что плюс?

— Виновные уже наказаны.

Я схватила брата за ухо и больно выкрутила его.

— Я что-то не поняла, мой далекий и бессовестный брат. Кто из нас двоих твой родственник? А? Немедленно рассказывай, иначе, я за себя не ручаюсь!

— Ай! Атенаис, пусти! — гадюкой шипел Корвин, но мои пальцы крепко держали его многострадальное ухо. — Пусти! Да пусти ты! Расскажу, расскажу!

— Вот так лучше, — выдохнула я и отползла от него.

Мне пришлось навалиться на него всем телом, чтобы удержать его ухо, а теперь в этом необходимости не было.

— Но учти, если мне лорд Дамир сделает выговор и…

— Лучше бойся того, что с тобой могу сделать я, Корвин.

— Понял, проникся, люблю тебя, сестренка.

Мы переглянулись и рассмеялись. Я всегда знала, когда братец шутить изволит, а когда пытается скрыть неуверенность и не желает причинить боль. Выходить, его рассказ мне не понравится. Причем очень не понравится.

Так и вышло.

Глава тринадцатая

Я слушала брата и все больше желала забиться куда-нибудь в угол и не вылазить. Потому что было стыдно. Потому что я слепая дура, а может, и того хуже.

Меня даже тот факт, что я не родитель, не оправдывает. Я ведь жила рядом с ним, я ведь старалась дать ему все то, что должно было быть у подростка, а после и у юноши.

В этом я точно преуспела, а брат старался изо всех сил не быть обузой.

Приятно ли мне было слышать, что мой брат был в академии изгоем? Нет, конечно. А то, что его как мальчика для битья пытались использовать? Но тут зубы обломали. Пусть Корвин и имеет безграничное терпение, а точнее одну установку: не беспокоить и не заставлять нервничать и плакать Атенаис, то бишь меня, в обиду все равно себя не давал. Так и учился, сначала в школе, после в академии, где его не принимали сверстники и недолюбливали преподаватели.

Почему недолюбливали? Да потому что статусное различие есть и всегда будет, чтобы там политики со своих визоров не говорили. Я знала, что мой брат являет собой огромнейшее исключение. Он стипендиат на факультете, где раньше бюджетников не было. Что поделать, если его исключительный мозг был необходим академии? Сколько потрясающих проектов и идей Корвин предлагал и воплощал в жизнь! Одна поездка на Аритас чего стоит! А ведь это его заслуга, точнее его проект, которым заинтересовались ученые Аритаса и предложили свою лабораторию, которая в разы лучше земного снаряжения и оборудования. Как тут отказаться? И, конечно же, выпросить приглашение на всю группу, якобы практика. В-принципе, практикой и засчитается. Вот только, заинтересованы были в одном парнишке. О чем ему и было сообщено, а также поступило предложение о переводе в учебное заведение Аритаса. Настойчивое такое предложение.

Вот этого стерпеть не смог самый главный оппонент Корвина, Моруд Каранер, племянник куратора. Он со своим дружком и дядей придумали способ, как избавиться от Корвина, и им бы удалось, если бы не вмешался Звездный….

У меня голова кругом шла от обилия информации.

— Ты не будущий хирург, верно? — отдышавшись и более-менее приведя мысли в порядок, спросила я. — Вы лгали мне. На кого ты учишься, Корвин, и почему это так секретно?

— Я ксенобиолог, моя задача улучшить генетический код известных видов и….

— Питка, — прошептала я, — питка случайно не твоя разработка?

— Отчасти, — качнул головой Корвин, — я лишь обнаружил, что мимариувас обыкновенный, при вмешательстве в его генетический код, восприимчив к любым изменениям, и принимает изменения, как единственно верный путь развития.

— Я ничего не поняла.

— Если коротенько, то ученые могут вмешаться в эмбриональное развитие и подселить любую форму, как искусственный интеллект, так и живого паразита, который возьмет управление на себя, и при этом не будет отторжения организмом. Не будет саморазрушения. А новые формы, которые образует данный объект, сохранят более пятидесяти процентов информации, полученные от подселившегося паразита.

— Не за этот ли проект вашу группу отправили на Аритас.

— Я подавал исследования в прошлом году. И да…

— Вот как… А зачем ты идиота изображал, расспрашивая питку?

Я злилась. Ну еще бы не злиться, я оказывается, о своем брате не так и много знаю!

— Да ничего я не изображал, она мне интересна, как материал. Одно дело обнаружить свойство подвижной ДНК и РНК, которую можно лепить по своему усмотрению, и другое, своими глазами видеть итог вмешательства. Единственное, что мне не понятно, зачем создавать из зверька симбионт…

— Вот оно что. Значит, ты ученый, занимающийся исследованиями и…

— Я еще только учусь, Атенаис. До научного звания, мне еще лет десять учиться. Я просто талантлив…

— От скромности ты явно не помрешь, — фыркнула я.

— Как они тебя подловили?

— Я ведь не только ксенобиолог, — вздохнул Корвин, — мне приходилось учиться и на хирурга. Совмещать лекции, проходить практику, и пусть врач из меня не самый блестящий, все же исследовательская база мне ближе, но и диплом хирурга я тоже получу. Обещаю.

— Я вот не знаю, то ли мне радоваться, то ли тебе по шее надавать, то ли себе… Я ведь и не знала, что ты на два направления трудишься. И как только умудрялся! — Вздохнула. Покаюсь я потом. И самоедством потом займусь. Обязательно.

— Радоваться, конечно. Я буду столько зарабатывать, что ты ни в чем нуждаться не будешь! Хотя… с твоим-то женихом…

Молчу. Молчу и жду продолжения.

— Здесь я тоже совмещал. Как раз находился на прослушивании закрытой лекции о извлечении и замены органов с помощью…прости, увлекся. В общем, я возвращался в гостиницу, как обычно, забежав в ближайшую булочную. — Брат нахмурился. — А там девушке плохо стало. Она задыхалась.

— И ты, конечно же, кинулся на помощь.

— Я не мог поступить иначе. Не знаю, что выяснил лорд Дамир, но уверен, что девушку явно чем-то отравили, вызвав сильнейшую аллергическую реакцию.

— Но даже тот факт, что ты спас ей жизнь, не избавлял тебя от казни? — Мой тон был обманчиво мягок.

— Тут сложнее, нашлись очевидцы, которые утверждали, что это я навредил девушке и трогал ее до того, как она упала и забилась в конвульсиях. На тот момент, как я оказался в тюрьме, девушка не пришла сознание. А визоры с улицы и внутри булочной почему-то не работали.

— Знаешь, это все равно слишком странно. Не могли три человека организовать такую подставу. Все-таки не их территория.

— Согласен. Но лорд Дамир мне больше ничего не сказал.

— Понятно. Сама выясню. А ты выдыхай. Все будет хорошо. Никто не посмеет тебя тронуть.

— Теперь-то естественно. Моя сестра — ритани Звездного лорда. — Корвин рассмеялся. — Даже идиоты жить хотят. Кстати, а почему ты молчала, что у тебя есть парень?

Вот на эту тему мне говорить совершенно не хотелось. Вот абсолютно. И рассказывать брату как мы познакомились с Дамиром, тем более.

— Ты же молчал о своих достижениях и увлечениях.

— Я документ подписывал о неразглашении.

— Какой документ?

— Атенаис, ты же понимаешь, что финансировании идет от влиятельных людей. То, что я оказался на самом лучшем факультете, не только заслуга моего мозга. — Корвин вздохнул. — У меня есть спонсор. Правда, я без понятия, кто он такой. Но после окончания обучения, я по идее, должен на него отработать. Но, теперь я не знаю, что будет. Лорд Дамир начал перевод в Академию Межпространственного Альянса. Так что на Землю я уже не вернусь.

— Как прелесть, и все — за моей спиной.

— Послушай, он хочет как лучше. Поверь, ни один ритас не сможет навредить своей ритани. Он создает для тебя комфортные условия, просто у вас, если я правильно понял, все случилось слишком стремительно.

— Лучше слова и не подберешь.

— Хотел бы я знать, когда вы познакомились…

— Неделю назад, — буркнула я и осеклась. — Так, никаких расспросов.

— Все равно узнаю.

— Да уж… — я вздохнула. Упрямство брату не занимать, как и мне, впрочем.

Я смотрела на Корвина и вспоминала нашу с ним жизнь.

Откровенно говоря, мы друг друга недолюбливали. И это мягко сказано. Он всегда был таким заучкой, слишком умным для своего возраста. И меня это так бесило, что общий язык нам с ним давался с трудом. Мама и папа служили громоотводами.

Но с их гибелью, напряженность в наших отношениях исчезла.

Разве стал Корвин иным? Разве перестал быть самым умным?

Нет, он просто мимикрировал под свою не самую одаренную сестрицу. И сейчас я это вижу также ясно, как и питку, которая ласково поглаживала мой локоть. Словно бы желала успокоить.

Я могу тысячу раз спросить у себя, где же были мои глаза, но толку-то? Если ответ един: мне так было проще. Легче что ли. Не замечать того, как Корвин ломает себя, замыкается и становится тем, кем никогда и не был. Нет, он не стал глупее, брат стал осторожнее, перестал выпячивать свой ум. Убрал раздражающий меня фактор.

Это он, а не я подстраивалась. И преуспел в этом, раз я все приняла за чистую монету. Мой младшенький братец, оказался куда подготовленнее к взрослой жизни, нежели я.

Я размышляла над этим и задавалась закономерным вопросом, а какой же на самом деле Корвин?

Я мыслила клишировано, раз он младший, да еще к тому же подросток, то и должен себя вести, как дети его возраста. Отбросив тот факт, что он даже в детстве не был таким, как его сверстники. В-принципе, если это взять за основу, то его обособленность от остальных является закономерной. Он не подходил им, потому что не был непоседливым, дурачливым и непоследовательным. Все это — было не больше, чем игра главным образом для меня. А я лишь сейчас все увидела. Стыдно ли мне? Да как сказать, неприятно, да, и грустно, что я помнила о себе, а о нем, как о личности — нет. Вот есть ребенок, вот его нужно кормить и одевать. Цель вижу, препятствий нет, а все остальное…Главное, чтоб вел себя как любой нормальный ребенок. А Корвин не был ни любым, ни нормальным. Чертов гений.

Сложно не восхищаться его умом и прозорливостью. Хитрый маленький бес. Можно поаплодировать и заодно дать себе сразу минус сто очков. Никудышная из меня сестра и родитель.

Я аккуратно переложила питку на одеяло, а сама ухватила подушку.

— Знаешь, что мне сейчас хочется сделать? — глядя на брата спросила я. — Удавить тебя, чертов махинатор.

И со всей силы опустила подушку ему на голову.

Мы очень редко дурачились, настолько редко, что сложно вспомнить.

Но сейчас…

Мы как две обезьяны с хохотом и гоготом носились по спальне и одаривали друг друга ударами подушки. Подумаешь, что мне уже двадцать восемь лет, а ему двадцать пять.

И неважно, что он давно перешагнул рубеж детства и перестал быть подростком. Я все еще видела его маленьким, невероятно худеньким, таким щупленьким подростком, который серьезно заглядывал в мои глаза и крепко держал мои руки, когда я выла от отчаянья, узнав, что мы вдруг оказались на улице.

Нет, Корвин уже давно не мальчишка, которого нужно защищать, он сам стал защитником.

— Он ведь сразу понял? — когда мы набесились достаточно, ну или я набесилась, и теперь сидели с братом в обнимку, спросила я. — Дамир понял какой ты на самом деле.

— А какой я? — хмыкнул Корвин и звонко поцеловал меня в щеку. — Я твой любимый брат, Атенаис. И это то, что никогда не изменится, даже если я стану супергениальным ученым.

Мой ответ не заставил себя ждать. В виде подзатыльника.

— Будь ты уже скромнее.

— Да кто бы говорил, — скопировал мой тон Корвин. — Вспомни, а сейчас выступает…

— Хватит! — в притворном ужасе крикнула я.

Знаю я, что он хотел сказать. Мои пятнадцать лет и то, как я ходила по залу с гордо поднятой головой, и сама же себя объявляла. Кем я только в своем воображении не была, и королева, и самая лучшая модель вселенной и…ох!

Мы вновь рассмеялись. И на этот раз куда легче и искренней. Все-таки мне всегда было проще думать о нем, как о маленьком мальчике. Пора привыкать к мысли, что брат то давно уже вырос.

— Я все не могу понять, как ты себя ломал? На самом деле, тебе куда бы больше пошло позвонить мне и холодным тоном проинформировать, что ты допустил ошибку и теперь тебя, выполняющего свой врачебный долг, без суда и следствия казнят.

На миг я представила себе, как Корвин холодным лекторским тоном отдает Дамиру указания, какие конкретно я люблю блюда и что обожаю пить по вечерам. Была у меня маленькая слабость и даже традиция. Пить красный варотанский чай, привезенный с планеты, в честь которой он и назван, и кушать пирожные. Чай, между прочим, божественный. Душистый аромат с легкими фруктовыми нотками. Видимо, до этого мы еще с Дамиром дойдем.

Удивительно, но от мыслей об этом на душе становилось тепло и радостно. Удивительное дело, я жду таких ухаживаний с его стороны с невероятным предвкушением и нетерпением.

— Вот ведь, Атенаис, я никогда не делал то, что мне не нравилось. А линия поведения с тобой… Я защищал тебя, — брат просительно заглянул в глаза. — Ты ведь уже поняла, что с нами что-то не так? Просто я понял это в тот день, когда нам некуда было идти.

Сказать, что у меня не было слов — промолчать и еще в ухо поспеть. Посмотрите-ка, понял он раньше! Вундеркинд ходячий!

— Перестань сердиться, Атенаис. Не вреди себе, пожалуйста. Мы не просто так потеряли часть памяти о событиях из нашей жизни и воспоминаний о наших родителях. И у тебя, и у меня стоит ментальный блок. Только твой завязан на эмоциях. Поэтому, дыши, пожалуйста, милая. Дыши.

Я вскинула голову и встретилась с прямым и серьезным взглядом синих глаз. Отражение моих. Таких же чистых, синих, глубоких, как озера Земли. И таили они в себе не меньше загадок.

— Я уже понял, что Медок своим вмешательством в твое сознание, срезала часть пласта, но увы, это лишь крохотная часть.

— Ты меня пугаешь, — я прикрыла глаза. — Корвин, мы ритасы? Ты поэтому так сильно увлекался данной культурой? Ты хотел попасть на эту планету, а потому…

— Да, — резко ответил Корвин. — Да, Атенаис, мы с тобой далеко не люди.

И прозвучали это как-то горько, приглушенно и вместе с тем…гордо что ли?

— Не понимаю. Все равно не понимаю, откуда у тебя могли быть подобные выводы.

— Это долго, — брат поймал мои кисти в свои руки и мягко сжал. — Очень долго объяснять, особенно, когда точно уверен, что ту часть памяти, которую сохранил я, для тебя остается под замком.

— И все же…

— Плохая идея, — Медок, которая сохраняла длительное молчание во время нашего общения с Корвином, решительно прошла по одеялу и встала передо мной поджав передние лапки. — Рано, моя дорогая. Да и вмешательство должно быть со стороны родственника, а никак не искусственного интеллекта коим я являюсь.

— Корвин?

— Атти, я не смог снять свой, и к тебе в голову точно не полезу. Мы должны найти своих родственников, а потому…

— Ничего вы не должны. — Спокойный, пусть и немного усталый голос Дамира раздался от двери. — Я знаю кто вы и к какому клану принадлежите. И, Корвин, сделай милость, перестань при мне изображать идиота, раздражает.

— Как скажете, лорд аль Кахар. — Брат медленно поднялся с кровати и опустил голову. Это был явно какой-то поклон, принятый среди ритасов. Ибо угол наклона и точный поворот не оставлял и шанса случайному совпадению.

Этот жест что-то значило. И только я не понимала его значения. Срочно, срочно узнавать о быте и культуре планеты жениха! Внутренний голос ехидно напомнил, что, судя по всему, планета и моя родина. Но я быстро задвинула этот голос куда подальше. Сложно о таком думать и воспринимать. Я подумаю об этом, чуть позже. Просто чуть позже.

* * *

Дамир аль Кахар


Я рассматривал Корвина и видел в нем его деда. Если не обращать внимания на внешность, то он копия Рикара. Тот же гордый взгляд и острый ум. Род аль Таим славится гениями. Они не воины, хотя каждый из них способен постоять за себя и достойно показать себя на поле боя. Но нет, они ученые. Гениальные, неповторимые, чей генетический код улучшался с каждым поколением. И те, кто утратил милость богов. Мы так думали. Так считали. Но сейчас, глядя на Корвина я могу точно сказать, что Димитра нашла ответ и опровергла проклятие одним лишь рождением сына.

Сына, о котором так мечтал ее отец.

Я пока не знаю всех причин и обстоятельств, но выясню все.

Тишина, образовавшаяся после этархе — полупоклона младшего старшему, не напрягала. Я знал, что должен сделать еще идя сюда. А потому выпрямил руку и быстро коснулся лба брата Атенаис.

— Спи, — короткий приказ и я ловлю обмякшее тело, чтобы тут же уложить его на постель.

— Дамир?! — испуганный шепот от ритани и второе касание достается ей.

— Прости, девочка.

Позже она поймет и меня, и мои действия. А сейчас я не имею права на ошибку.

— Леди Тайра, вы можете взять контроль над обоими?

— Уже, — целительница неслышной тенью скользнула за порог. — Их биополя практически идентичны. Такое обычно случается у близнецов, но их разница в возрасте натуральна. Лорд Корвин младше леди Атенаис на три года.

— Значит они одинаково сильны. — Плохо. Я сжал кулак и заставил себя успокоиться.

Мы найдем выход. Непременно.

— Блок, который был снят питкой имеет другой характер построения? — мне нужно было услышать то, о чем я и так догадывался. Но я должен был услышать.

— Да. Тот, что на них двоих имеет более глубокие и давние корни. И они, близкородственны. Хотя…

— И тот, что был наложен позже, тоже от родственников, не так ли?

— Я бы сказала вторая или третья кровь.

— Дядя. Блок на воспоминания о неприятном событии на планете Фларес ей ставил дядя.

— Подходит, — после короткого раздумья, согласилась вайера. — Я правильно понимаю, что нам предстоит избавление от остальных? У лорда Корвина тоже стоит, правда, он его практически до конца расшатал.

— Не снял, а расшатал?

— Да. Работа грубая и неосторожная, ему грозила полная потеря разума.

— Сможешь скорректировать последствия?

— Начала по приезду, — кивнула целительница. — Не смотрите на меня так, лорд Дамир. Я же сказала, на энергетическом уровне они идентичны. Мое подключение к брату леди Атенаис произошло спонтанно. Я не планировала брать и второго подопечного без вашего ведома.

— Очень сильная связь.

— Как у близнецов. Странно и не очень понятно, каким образом это произошло, учитывая то, что леди Атенаис старше на три года.

— Сколько времени займет преобразование к нормальным и стабильным показателям?

— Зависит от того, как скоро вам требуется приступить к снятию старых блоков.

— Я не буду рисковать здоровьем ритани и ее брата.

— До утра. Вы сможете приступить утром. Но… — вайера тряхнула головой и посмотрела прямо в мои глаза. — Я вынуждена настаивать на присутствии родственников. И лучше бы, если бы блок снимали они…Даже не так, я настаиваю на том, чтобы не вы, а…

— За кого вы меня принимаете? — прошипел я.

— Простите, — целительница опустила голову вниз. — Простите, лорда аль Кахар.

— Медок, охраняй Атенаис и Корвина. Леди Тайра, вы останетесь под наблюдением и защитой айсе.

— Да, мой лорд.

Прежде, чем покинуть покои я прошел к Атенаис. Убрал локоны с ее лица, оставил целомудренный поцелуй на ее лбу, и укрыл одеялом.

Ритаска… несовершеннолетняя, не прошедшая посвящение и наследница к тому же!

Я могу пока лишь гадать, что побудило Димитру так поступить со своей семьей и мной, но чего я не смогу понять, так это то, как она могла так поступить со своими детьми!

В своем кабинете я в очередной раз попытался связаться с друзьями. Как и предполагалось, ответа не последовало. И теперь я точно знал почему. Сложно не догадаться, когда неожиданно узнаешь о спонсоре мальчика-сироты.

И уж совсем не остается загадкой, кому совершенно невыгоден мой интерес к двум подопечным. Велар аль Марито. Остается лишь один вопрос, покрывал ли его Тарим аль Натор или был в таком же неведении, как и я?

Три часа назад, когда я вышел из комнаты Атенаис, давая ей время на общение с братом, первым делом отослал весточку ее деду.

Уже тогда я понял, кто они и кем приходятся Рикару аль Таиму. Но все же требовалось подтверждение.

Я отослал ему всего три строчки, однако был уверен, что старый интриган правильно поймет послание и явится ко мне инкогнито.

«Договор не нарушен»

Он действительно не нарушен, просто моей невестой стала не дочь, а внучка!

А после этого Микелл принес документы. За время нашего полета о Корвине было выяснено все и даже больше. Вряд ли он знал, кто столько лет покровительствовал ему. А я…лишь увидев имя друга все понял.

Сложно не понять. Особенно, когда через неделю после исчезновения собственной невесты, пропадает младший брат друга! А спустя время его клан объявляет его мертвым, но отказывается проводить традиционный ритуал, отговариваясь тем, что он погиб как собака и не достоин благословения на путь перерождения. А десять лет назад…

Моя злость взяла верх. Сейчас я был похож на раннего зверя, которому причинили нестерпимую боль. Сила моей ярости была такова, что я сумел пробраться в голову Тарима аль Натора.

— Дамир?

— Передай Велару, что я все знаю, пусть налаживает связь.

— Связь? Дамир, что происходит? Приборы на корабле сошли с ума, я не могу…

Голос друга в моей голове обрывается. А я утираю кровь, льющуюся с моего носа. Такие ментальные вызовы даже для меня чреваты. Откровенно говоря, они и мне не под силу, сейчас исключение, потому что я на грани срыва…

Мне понадобилось еще двадцать минут, чтобы начать дышать ровно и более-менее сфокусироваться на пространстве. Впрочем, оно того стоило, потому что спустя еще двадцать минут мой визор ожил.

И кто бы мог подумать, сигнал шел от пропавшего Велара!

Я позволил себе оскалиться и частично принять иную форму.

Глава четырнадцатая

— Ну здравствуй, друг.

— Дамир, не надо. Я виноват, но не так, как ты думаешь. — По лицу Велара прошла судорога. И я с удовлетворением отметил, что Тарим не единожды прошелся своими кулаками по его наглой и бесстыжей морде. Жаль, что это был не я. — Я все объясню. Через сутки мы будем на Аритасе.

— Через сутки? — мне было чему удивляться. Эти двое должны были находиться в другой звездной системе, а оказались на подлете к Аритасу.

— Как только я узнал кем ты интересуешься, Дамир, я сделал все, чтобы успеть. Но, видимо, опоздал.

— Дамир, — голос Тарима был глух, что выдавало крайнюю степень раздражения и гнева, которую он пытался сдержать. Друг рывком отодвинул Велара, показываясь мне на глаза. — Поверь, у него в голове самый настоящий ад. И он действительно виноват, однако не предавал тебя. Хотя я бы ему еще раз вмазал за эти шуточки с кораблем.

— Прости, — твердо произнес Велар. — Ты знаешь, почему я поступил именно так.

Тарим скорбно вздохнул и кивнул, соглашаясь со словами друга. Я вздрогнул, Тарим не отличался всепрощением и если бы у Велара не нашлось достойной причины, то летел бы он сейчас связанный и с невероятной головной болью, если не с выжженным мозгом. Потому что мы не прощаем тех, кто использует наши слабости, а Велар не смог бы задурить Тарима, если бы не знал о нем все.

А Тарим простил и сейчас его защищает.

— Клятва на крови, Дамир. Ты бы тоже не смог ее обойти.

— А сейчас он значит может это сделать? — ядовито прошипел я.

— Может, потому что ты сам обнаружил их. Это одно из условий, когда он имеет право не молчать. Все они.

— Я внимательно тебя слушаю.

— Я не думаю, что это подходящая идея, — вздохнул Велар и решительно направил визор на себя. — Я обрисую ситуацию вкратце, а подробности расскажу при встрече. Но я и сам знаю не так много, к сожалению, выяснить кто надругался над Димитрой у меня так и не получилось.

— Надругался?

— Тридцать лет назад твою невесту изнасиловали. Ты знаешь, что это значит.

— Что?! — Я неосознанно сжал кулаки, и не проконтролировал момент, когда вырвались когти. Кровь брызнула по столу.

— Меллер ничего толком не объяснил, Дамир. Но он нашел Димитру у подножия водопада Иссадо. Она собиралась совершить ратерго[1]!

Я прикрыл глаза пытаясь успокоиться. Тридцать лет назад мою невесту изнасиловали, и она решила смыть свой позор ритуальным самоубийством на священной земле. Дура!

— Дальше, — глухо потребовал я. — И почему твой брат оказался рядом с ней?

— Ты же не обвиняешь его в бесчестье? — ощетинился Велар. — Димитра была его ритани!

— !..

И кто из нас еще дурак? Я столько времени провел с Веларом и его братом, и даже не заметил того, кем стала для младшенького из семейства аль Марито моя невеста!

— Мы не могли сказать, ты же понимаешь. Это бы ничего не изменило. Ее род не принял бы такого союза. И, клянусь Дамир, он ни словом, ни делом не показывал Димитре своих чувств.

— Открылся лишь когда спасал ее от необдуманного шага? — горько уточнил я то, что было и так понятно.

Если отбросить в сторону эмоции, которые рвутся из груди, то вырисовывается страшная картина. Под удар попала моя семья. Смерть отца, затем надругательство над моей невестой, мать, которая стала айсе. Что если она не сама приняла решение, что, если Ильканте подсказали выход из ситуации? Кто его знает, что там творилось в голове моей матери? Она никогда не была влюблена в моего отца, их союз держался на взаимоуважении. Я всегда это знал, а потому слишком странно то, что она решилась пройти одной тропой перерождения. С чего бы? Поддаваясь чувству вины и глубокой привязанности к тому, кто возвысил ее?

— Они сочетались браком той же ночью, Дамир. А следующим утром покинули Аритас.

Меллер спас от позора два рода. Невеста могла изменить своему жениху, однако после этого она должна выйти замуж за того, кто пролил ее кровь, в противном случае ее ждет отречение от рода и медленная смерть, что иногда растягивалась на десятилетия, после которой над домом клана появилась бы черная метка — знак богов, выражающий свою немилость к роду. Клан аль Таим ждало падение. Вот почему Димитра решилась на страшный шаг — убить себя самостоятельно. Такова суть наших тел и нашей силы. Ритаски уязвимы в выборе. Случись близость между нами, пока мы считались женихом и невестой, ничего подобного не произошло бы. Организм бы не начал саморазрушение.

У Димитры не было и шанса. Все можно было исправить в первые сутки, проведя ритуал бракосочетания, что и сделал Меллер.

— Ты бы не успел, — правильно поняв ход моих мыслей, произнес Велар. — По временному отрезку это случилось одновременно с гибелью твоего отца. Ты был слишком далеко и просто бы не успел помочь.

Какая интересная спланированная акция по уничтожению двух главных родов Аритаса.

И можно было бы поверить в то, что аль Марито готовился к свержению, однако, они бы ни за что не одобрили союз второго сына с Димитрой, даже при условии, что она для него ритани. В таких вопросах вторыми сыновьями легко пожертвовать. Но нет, они скрывали и этот брак, и рождение внуков. Но для чего?

Они спасли дочь аль Таима и весь его род. Я понимаю, что Рикар жесткий человек, но Димитра была его любимицей, он не смог бы отправить ее на ратерго даже ради всего клана. Или смог бы?

Невольно задумался о том, а как бы я поступил на его месте? Если на кону бы стояло процветание всего клана и жизнь любимой дочери? Да выдал бы ее замуж за доверенного человека! Причем немедленно!

— Во время церемонии они потребовали в дар молчание. На крови, Дамир. И айсе удовлетворил это требование.

Вот оно что. Даже если бы кто-то и хотел, ничего бы сказать не смог. Церемония вхождения ритаски в род подразумевает один величественный дар. И никто не может в нем отказать. Чего бы брачующиеся не потребовали!

— Однако айсе внесло три условия для отмены обета молчания. Первое, отсутствие наследной линии первой ветки рода аль Таим. Сам понимаешь, рано или поздно, у Димитры и Меллера бы появились дети и в случае, если у Рикара погибли дети или внуки, то посвящение должен был пройти первенец Димитры. Второе, если кто-то из высших ритасов обнаружит сбежавших или их детей без помощи рода аль Марито. И третий, клятва считается недействительной, если сама Димитра или Меллер рассекретят свое местоположение и свой союз.

— Они улетели и больше десяти лет от них не было вестей. Впервые я почувствовал родную кровь на Фларесе, когда мы совершали седьмой рейд.

— Вот почему ты не улетел с нами.

— Да, я остался, чтобы встретиться с братом. И был несказанно удивлен. Все эти годы, что они скрывались, занимались поиском информации о том, кто решил нанести удар на ваши семьи. Рождение детей не изменило их планы. Они много путешествовали, постоянно меняя свои тела.

— Ты часто виделся с ними?

— С того момента, как я случайно их встретил, — да. У нас была договоренность, что раз год мы встречаемся на Фларесе. Я помогал им материально, Дамир. Не смей меня осуждать.

— Я поступил бы также, — глухо ответил ему. Я не лукавил, будь у меня сестра или брат, я бы тоже скрывал ото всех их местоположение и род занятий. Особенно, зная, что им угрожает опасность. А она была.

Димитра дала мне время, которого могло бы и не быть, если бы они с Меллером обнародовали характер своих отношений. Я имел право на поединок, и точно бы не стал ничего слушать. Впрочем, я уверен, что Меллер бы ни за что не признался, что его жену изнасиловали.

— А когда Корвин совершил осознанное преображение им пришлось наложить на детей ментальный блок, запирающий их силу и суть под надежный замок. Как и большую часть их воспоминаний. Им часто приходилось менять личины и жить под разными документами. Тарим не солгал, Дамир, по всем каналам Атенаис и ее брат проходят как сироты. Просто в разное время над ними брали опеку…

— Ты хочешь сказать, что Меллер и Димитра позволили своим детям считаться сиротами осознанно? То есть, родив Атенаис, она оставила ее в больнице? И тоже самое сделала с Корвином, когда пришло его время?

— Первые три месяца своей жизни каждый из них провел в специализированном учреждении. Так что да, они сделали все, чтобы их детей не связали с ними. И ты прекрасно знаешь, как альянс защищает тайну рождения и опекунства. Ни Атенаис, ни Корвин никогда бы не догадались, что по документам считаются подкидышами.

Я вновь заставил себя сдержаться, с ужасом отметив, что любая информация, которая касается Атенаис, а особенно имеет негативный характер, отзывается во мне болезненной струной, которой нужно совсем немного, чтобы лопнуть.

— И ты считаешь, что они поступили верно? — не сдерживая гнева, спросил я.

— На это были причины, Дамир. Пираты…

— Что?

— Я знаю слишком мало, — то ли в отчаянии, то ли со злости, рыкнул Велар, — но Атенаис и Корвин ключ к той информации, что смогли найти Меллер и Димитра.

— А они сами-то в курсе, что являются каким-то ключом?

— Вряд ли… Дамир, мы найдем всех, кто причастен к тому, что случилось с тобой и моей семьей.

— Сынок, у нас гости, — Ильканта появилась внезапно, заставив меня вздрогнуть.

— Мы продолжим, — глядя на друзей в визоре, сказал я. — Мне пора.

— Сутки, — одними губами произнес Велар, а Тарим кивнул.

Только после этого я прервал связь и обернулся к двери, которая в этот момент отъехала в сторону, являя мне ритаса в сопровождении двух охранников и моего айсе. Они, конечно, не видели айсе, но чувствовали прекрасно, а потому физиономии охранников были напряжены. Сложно бороться с тем, кого не видишь, и при этом знаешь, что навредить айсе невозможно.

— Наедине, — четко обозначил свою позицию.

— Замрите, — тихий приказ глубоким голосом и сопровождающие Рикара аль Таима застывают у двери с той стороны.

— Ну, здравствуй, Дамир.

Мы разглядывали друг друга так, словно были двумя зверьми, готовыми накинуться на противника в любой момент. Мой приглашающий присесть жест, гостем был проигнорирован. Но я и бровью не повел, знал, что так и будет.

Рикар пришел сюда не потому, что поверил мне. Нет, в его сердце пусть и жила надежда на то, что дочь, а может ее дети найдутся, жила в нем, но совсем не она привела его на мой порог.

Несмотря на все, что между нами было, он не желал войны. И пусть сорванная церемония его рук дело, нападение на мою невесту с ним не связано. Я видел это в его глазах. Он пришел сюда победителем, чтобы требовать и, конечно же взять все, что пожелает, и что я обязан буду предоставить, как проигравшая и проштрафившаяся сторона. Я знал, кому я обязан своим местом главы. Он поддержал меня, помог с кланом, который практически разрывало на части. Ведь в момент гибели отца я не прошел посвящение и не мог полновластно управлять его наследием. Рикар стал тем, кто не просто протянул руку и закрыл рты, он защитил все, что было дорого мне и моим предкам.

Вот почему я продолжал искать его дочь. Вот почему женился бы на ней, даже не чувствуя к ней и крохи влечения. Я был ему обязан.

— Моя невеста — вашей крови.

[1] Ратерго — ритуальное самоубийство, совершаемое только женщинами высшего сословия планеты Аритас. Таким образом женщины, бросаясь с выступа священного водопада Иссадо, ступали на тропу перерождения, а их тела, поглощенные черными водами, очищались от грехов, и следовательно очищалась кровь, которая текла и в венах их родов.

Я ожидал чего угодно. К примеру, возмущений на тему, что я пытаюсь его убедить будто бы женщина, представшая перед огромной толпой в образе монстра, никак не может быть ему родственницей. Или обвинений в обмане, ведь свою Димитру он узнал бы издалека. Но эти мысли крутились в моей голове долю секунды, потому что я тут же вспомнил кто передо мной. Он никогда не был обыкновенным ритасом. Их род всегда выделялся среди прочих. Потому они и были первыми. Гениальнейшими из всех ритасов.

— Меллер или Атран? — на вдохе спросил Рикар и медленно проследовал к креслу напротив моего стола.

— И как давно вы связали эти имена с пропажей моей невесты? И почему я никогда не слышал, что помимо Меллера пропал еще и какой-то Атран?

— Выдохни, — резко посоветовал аль Таим. — Я защищал свою семью.

Посоветовал своевременно, мне все сложнее давался контроль своей сущности. С появлением Атенаис она будто взбесилась. И я точно знал, что пока она не станет моей во всех смыслах, я буду в состоянии постоянного напряжения и сделать с этим ничего не смогу.

— Вижу, что могу тебя поздравить с обретением ритани. — Тем временем произнес Рикар. — Этого и следовало ожидать. Столько лет прошло…

— И несмотря на это вы все равно настаивали на розыске Димитры. Как давно вы знаете, что она вышла замуж и родила детей?

— Я не знал, Дамир. Но и не мог не предполагать такую возможность. Я хочу видеть своих внучек.

— Внучек? — я натурально усмехался. Мне представился замечательный шанс соскрести невозмутимость с лица Рикара. Он-то привык, что его род не может дать потомство мужского пола!

— Верно, ты назвал множественное число. Следовательно, не только твоя невеста дочь Димитры, но есть еще девочки…

— Их всего двое, — спокойно прервал его рассуждения. — И второй — сын. Так что извините, но внучек показать не получится, а вот внука и внучку…

Я понимал, что поступаю не совсем правильно, так подавая информацию, все-таки Рикар был старейшим среди высших. Однако я не мог отказаться от маленькой мести. Он лгал мне, давил долгом, прекрасно зная, что мне вход на его территорию заказан. Я не мог провести следствие в его доме и среди клана, все это — он делал самостоятельно и передавал мне сведения. Как сейчас выясняется не до конца правдивые. Несмотря на все те полномочия, коими я обладал на любой из планет альянса, Аритас имел свою иерархию, которой подчинялись все Звездные.

Род аль Таима древнейший, он первый среди всех кланов, он сильнейший, даже учитывая то, что в последние годы оскудел на детей мужского пола. Пока главой оставался Рикар позиции рода ни на миллиметр не сместились. И, в связи с этим, род аль Таим имел привилегии, а я, да и остальные — ограничения.

Я уже успел пожалеть о том, что сделал. Потому что вдруг из носа Рикара полилась струйка алой крови. Хотелось дать себе подзатыльник. Давно ведь не сопливый мальчишка, а надо же, в мстителя поиграть решил! У меня точно с этой привязкой все мозги отшибло!

Но Рикар был крепким мужчиной. Минута — ровно столько ему понадобилось, чтобы взять себя в руки. Бледное лицо медленно наливалось красками и жизнью. Потухший взгляд загорелся искрами не просто надежды, а веры во что-то далекое, неосуществимое…

— Где они? — хрипло спросил ритас. — Я хочу их видеть.

— Не так быстро, — вздохнул я, понимая, что еще несколько неприятных минут Рикару точно придется пережить. — Для начала я хочу клятву в том, что вы не причастны к нападению на мою невесту во время сегодняшнего прибытия в космопорт. Я не позволю ей общаться с тем, кто возможно желал ей смерти, пусть и не ведал, что она его родственница. И сразу скажу, брат привязан к Атенаис так прочно, что никогда не поведется на обещания, если его сестре был причинен вред.

— Атенаис? — Рикар, которого я в любой ситуации помнил спокойным, уравновешенным и невозмутимым, вновь побелел, у него даже кисти задрожали. — Атенаис Миат?

— Зачем спрашиваете, если вам уже предоставили информацию…

— Да ничего мне не предоставили! — гаркнул ритас и уже тише добавил, его голос дрожал. — Не успели еще, но… Если читать наоборот, то Миат — это Таим, Дамир! А раз дочка назвала ее Атенаис, значит и фамилию дала нашу! Сианета аль Таим, она же солнечная, а следовательно рожденная с силой наследника! Где моя внучка, Дамир?! И хватит играть в игры, я не причастен к нападению и чтоб ты знал, трех убийц, ликвидировали мои люди!

— Корвин…, — пробормотал я, боясь взглянуть на собеседника. То, что в этот миг мы поняли, я чуть раньше, потому что знал имя брата Атенаис, а он вот сейчас, после моего бормотания, стало для обоих ударом.

— Ворон…тень! — одновременно выпалили мы.

— Не может быть… — прошептал Рикар и вцепился пальцами в стол, раздался хруст, и дубовые щепки, словно соломинки разлетелись по полу.

Мне тоже сложно было поверить в то, что старая легенда получила реальное воплощение.

— Если родились солнце и тень, значит родилась и молния, Дамир! — хрипло сообщил Рикар.

— Это же сказки, — неуверенно протянул я. — Всего лишь легенды. Димитра же наверняка просто любила эту историю, вот и назвала своих детей в честь персонажей, которых…

— Идиот! — прошипел Рикар, вызвав у меня бурю негодования. — Сядь! Я рос в традициях Аритаса, в век поклонения нашим Богам. То, что многие бы назвали варварством и дикими порядками, всегда приносило лишь пользу. Мы не люди, Дамир, и никогда ими не были. Пусть за последние пятьсот лет многое изменилось, но ты никогда не задумывался, почему высшим ритасам запрещено жениться или выходить замуж за всех, кроме ритасов?

— Набор ген, который необходимо сохранить…

— Не только, — уже спокойнее выдохнул Рикар. — Не только. Мы блюдем чистоту силы, что дана нам Небесными[1]. Только в таких союзах могут родиться дети, чтобы управлять младшими ветками кланов. В случае твоей гибели, я могу взять управление твоим кланом в свои руки. И за мной пойдут, потому что почуют во мне необходимую силу. Силу, которая не позволит ослушаться. Семерон необходим для выбора нового главы из достойных претендентов, однако, при желании, я могу вернуть себе главенство во всех Домах Аритаса. Это заложено моими предками, моей кровью и это сильнее нас. Вы лишь наместники, если выражаться современным языком. Твой титул Звездного лорда применим и к твоему статусу над кланом аль Кахар. Остался лишь я, все главы остальных кланов намного моложе меня. Поэтому я был уверен, что проклят, раз мое семя не дало нового наследника. Я прослежу за древом, Дамир, кто-то из моего рода, кого мы считали мертвым, не погиб, а дал жизнь Молнии. Полагаю, он ненамного меня младше.

Я размышлял недолго, потому что если отбросить сказание о солнце, тени и молнии, что олицетворяли собой ритасы, наделенные особенной силой первородных, картина складывалась удручающая. Кто-то постепенно уничтожал глав кланов, ослабляя рода высших, и при этом ждал часа, когда Рикар аль Таим ослабеет настолько, что не сможет дать отпор объявившемуся на его место претенденту.

Я потребовал в кабинет травяной сбор, и мне, и Рикару стоило успокоиться и настроиться на рабочий лад. И ему, и мне предстоит сделать многое и практически невозможное. Потому что мы оба — были слепы. И если меня можно оправдать моей молодостью, то у Рикара оправданий не было. Ритас слишком погрузился в личное горе.

Я рассказал ему обо всем, что знал сам. О том, где и как впервые встретился с Атенаис. О том, как случайно почувствовал ее через десять лет после первой встречи и не узнал.

Я не скрывал ничего, отлично понимая, что в этот момент и на все последующие годы мы с ним не просто союзники, мы семья, от которой зависит благополучие не только Аритаса, но и всего Альянса.

Наша беседа продлилась больше двух часов, итогом которой стали план дальнейших действий и координирования подчиненных, бессрочное соглашение и конечно же, знакомство деда с внуками.

— Люди охотнее идут на подлость, нежели совершают добро. Никто не терзается сомнениями, делая гадость. В то время как человек, долго думает, а может ли он пожертвовать часть своих сбережений тому, кто оказался в беде. — Разглядывая спящих Атенаис и Корвина, произнес Рикар. — И это относится ко всем расам, Дамир. Я знавал многих чудаков, которые отдавали последнее ради нищих оборванцев, грязных ртов детей и их родителей, что не могли позволить себе не то, что растить потомство, а суточное пропитание для себя. Чудаков, Дамир. Те, кто готовы помогать другим, навечно в головах общества останутся чудаками в то время, как делать добро завещали нам предки.

Я молчал, мысленно соглашаясь с его словами.

— Тот, кто это все затеял, не желает мира. Он хочет войны и единоличной власти. Я сниму блоки, однако пообещай мне, что до того времени, пока я смогу объявить о посвящении, ты займешься их обучением.

— Я? Но…

— Я сделаю то, что должен, Дамир. Нужно, чтобы все считали, что мы с тобой враги. Пусть думают, что ты готовишься к помолвке и свадьбе, а я тем временем подготовлю испытания и найду крыс. Сиане и Корвину придется принимать главенство. Пока я еще жив, смогу быть советником, но у меня уже не хватает силы для перевоплощений. Ты понимаешь, что это значит, Дамир?

Вздрогнул и посмотрел на старика. Впрочем, он никогда и не выглядел как старик. Молодым, Рикара конечно же, тоже не назвать, но если не знать его реальный возраст, он мы бы сойти за моего старшего брата.

— Ты угасаешь?

— Да. Я не смогу подготовить их к испытанию и вверяю тебе, справишься?

— Для меня это честь, — полупоклон с прижатым к груди кулаком. — Я стану их наставником.

— Вот и славно. А теперь оставь меня наедине с внуками и прикажи вайере вернуться, ее помощь понадобится.

— Хорошо.

Я не прощался, хотя не был уверен, что после манипуляций с сознаниями Корвина и Атенаис, которую Рикар упорно зовет Сианой, ритас будет способен на разговоры. Скорее всего, охранники отправятся с ним в поместье аль Таим сразу же после процедуры.

Но у нас впереди была еще одна встреча тс семьей аль Марито. Осталось дождаться приезда друзей. И надеяться, что Атенаис сумеет мне довериться, когда придет время для тренировок.

[1] Небесными называют ритасов, которые являлись прародителями всех высших ритасов. По легенде именно эти представители расы были осенены особой милостью богов, благодаря которой улучшались их возможности и открывались сверхспособности. Эта теория получила свое подтверждение, ритасы, не принадлежавшие к высшим, не обладали ничем, кроме повышенной стрессоустойчивости и выносливости. Но при этом дети, рожденные в союзе высшего и низшего ритаса, обладали силой Небесных и автоматически нарекались высшими, однако имели недостаточно силы, чтобы стать главами.

Глава пятнадцатая

Мне не снилось ничего. Вообще. Никаких образов в голове, никаких ощущений. И я уже устала по десятому кругу отвечать на вопросы Корвина и Тайры, которые смотрели недоуменно. Ведь в отличие от меня, Корвин вспомнил и свое детство, и то, как наши родители выглядели на самом деле. Собственно, я была за него рада, но вот со мной этот фокус не сработал. Не знаю, что там на мне был за блок, но я как была при своих мыслях, так при них и осталась. Ничего нового или хорошо забытого старого.

Совсем.

Мы уже пятый день находились в поместье аль Кахар. И все три дня, что мы находились в сознании, что со мной, что с Корвином носились так, словно мы были младенцами. С другой стороны, мы считались не просто почетными гостями, я вообще, как предполагалась была без пяти минут хозяйкой, так что…

К сожалению, все эти дни я не виделась с Дамиром. Я проспала дольше брата, проснувшись лишь на третьи сутки, а он уже на вторые был бодр, свеж и доволен. Вот с ним-то у Дамира и состоялся серьезный разговор, о котором он мне позже поведал.

Я, конечно, была потрясена тому, что узнала. Всю жизнь считать себя обыкновенным человеком, а тут выясняется, что я ритаска, да еще с силой какого-то наследника. Вот явно не об этом я всю жизнь мечтала. Восторженным был только Корвин, он буквально взахлеб рассказывал мне все, что знал о семье аль Таим, нашей новоприобретенной семье. Правда, знал он не так много, только то, что было в свободных источниках. Зато питка…

Я не могла оторвать Медок от Корвина, потому что тот буквально забрасывал ее все новыми вопросами и ждал ответов. У меня от его жажды знаний постоянно пухла голова, а информация словно проходила сквозь меня.

И вроде бы не сказать, что я чувствовала себя отвратительно после пробуждения, Тайра постаралась, чтобы мне не было дискомфортно, но при этом складывалось впечатление, что я попросту ко всему потерла интерес.

Ну вот нашелся какой-то дед, даже множество кузин имеется, надменных, само собой, настоящих ритасок.

Может, я подсознательно ревновала Корвина, который был готов прямо сейчас окунуться по макушку в новую семью? А потому меня так раздражало все, что было связано с аль Таим? Особенно выбешивало то, что дедушка, так и не пришел познакомиться с нами. Нет, я знала, что блоки он снимал, но что он там мог спросить у спящих тел? Имя свое назвать? И что, получить от нас ответ?

В общем, меня эти дни ничего не радовало. Да и я своим вечно угрюмым лицом тоже никого не радовала.

А потому повадилась перед сном дышать свежим воздухом в саду в компании Ильканты. Правда, она ко мне с вопросами не лезла, была молчаливой тенью-сопровождением. Как и охрана, что следовала за мной, но на приличном расстоянии.

Здесь я облюбовала себе удивительную беседку: под раскидистым, ранее не виданным мной деревом, чем-то отдаленно напоминающим земную иву, только с листьями серебряного цвета и более тонким стволом.

И сегодня меня ноги привели сюда. Я даже не сразу сообразила, что нахожусь в беседке не одна. Так сильно была погружена в свои мысли. Вообще, подобное поведение для меня нетипично. Я даже спрашивала у Тайры, может у меня что-то с гормонами? С чего я вдруг такая противная? Но она качала головой, уверяя, что с моим организмом все в полном порядке, однако перестройка началась, и по каким-то причинам остановилась.

Я не стала в это углубляться. Почему-то подробностей знать не хотелось. Ничего не хотелось. И это тоже бесило.

Медок осталась с Корвином по двум причинам. Первая, брат продолжал выпытывать с моего разрешения информацию, и, если бы я взяла ее с собой, увязался бы следом. Вторая, это сама Медок, которая желала меня расшевелить и чем-нибудь заинтересовать.

Я и сама понимала, что такое поведение не характерно для меня и со стороны вовсе выглядит некрасивым, но пока не могла с собой ничего поделать.

Только через десять минут я обратила внимания на импозантного, явно в годах мужчину, который и не пытался прервать мой мыслительный процесс.

Честное слово, лучше бы он ко мне обратился раньше, потому что, повернув голову направо и увидев на соседней лавочке в беседке его, испугалась не на шутку.

— Прошу простить меня, — мягко произнес брюнет с седыми висками, — мои мысли так глубоко засели в голове, что я не обратил внимания на новую соседку.

«Прямо как я» — подумалось мне, и я облегченно выдохнула.

В этот момент я не задумывалась над тем, а как этот господин сюда пришел, и кто он такой, да что здесь делает. Кивнула только, принимая его извинения. Хотя раньше, точно бы испугалась не неожиданно соседства, а самого человека. Правда, если бы мне угрожала опасность, то Ильканта бы наверняка проявилась.

— Страшно менять свою жизнь? — спустя полчаса молчаливого созерцания друг друга, спросил мужчина.

В груди кольнуло, а дыхание сперло. И с чего бы? Простой вопрос же…

— Ты так и будешь прятаться?

Боль в грудной клетке нарастала. Складывалось впечатление, что мое сердце стало птицей в силках, и сейчас неистово пытается из них выбраться.

— Сианета, от себя не сбежишь и не спрячешься. Ты готова девочка, пора показать нам свое лицо.

Слова мужчины долетали до меня словно издалека. Я сжимала виски ладонями, пытаясь унять нервную дрожь и будто надеясь, что от этого прекратится внезапная головная боль.

— Атенаис, — хрипло произнесла я. — Мое имя Атенаис.

— Нет, — жестко произнес мужчина, вдруг оказавшийся около меня. — Ты Сианета аль Таим.

Ответить не успела, он попросту положил свои руки на мою голову, причем одну на затылок, а вторую на лоб.

— Я приказываю, Сианета, явись!

Я не представляю, что он со мной сделал. Мне сложно объяснить все то, что происходило с моим телом и сознанием в тот момент, кроме боли и неясных, смутных образов перед глазами, я не видела ничего, ровно до той поры, пока будто не ухнула с высокой горы в бездонную пропасть, откуда доносились голоса моих матери и отца.

«— Я не знаю, что делать, — хриплым шепотом говорила мама, — она не слушается. Ее сила вышла из-под контроля, она неправильная…Ты видишь, как изменилось ее тело и…она не желает возвращать свой облик.

— Медея, ты же понимаешь, что в данной ситуации…

— Нам на пользу, да, знаю! Но мы должны уехать… кто она сегодня и насколько этот облик задержится?

Я слышу в голосе мамы отчаянье и всем сердцем желаю ей помочь, хотя горечь обиды и разъедает сердце. Что я такого сделала? Я ведь только играю. Просто играю, как делают мама с папой. Они тоже выбирают по картинке лица и становятся ими на время.

Мне уже десять, я хорошо понимаю, что могу сотворить с собой и мне это нравится. Это ведь так удивительно прекрасно, вдруг стать кем-то другим. Невообразимо красивей, взрослей… Нет, я ни за что не откажусь от образа, который выбрала почти месяц назад. Тем более, пусть и отдаленно, но я похожа на себя прежнюю… На меня обращают внимание и больше не задирают соседские мальчики, и ничего, что пришлось сказать, будто я старшая сестра Сианеты и зовут меня Атенаис. Так даже лучше!

— А Корвин…он же копия деда! Он иногда смотрит так, что мне становится страшно. Словно передо мной отец, который готов назначить наказание.

— Ты не виновата, милая, это не твоя вина, ш-ш…»

Сквозь пелену боли на миг в сознание прорывается разговор незнакомца и Дамира. Я слышу их голоса отчетливо, но совершенно не понимаю, о чем они говорят. Меня с невообразимой силой тянет обратно, туда, где я была маленькой и непослушной, а рядом со мной находились мои родители.

«— Сианета… — зовет мама.

— Атенаис, — уже привычно поправляю ее. — Я теперь Атенаис, мама.

— Хорошо, Атенаис, — соглашается она, — присядь, детка.

Я послушно забираюсь с ногами на ее кровать и привычно кладу свою голову на ее плечо.

Я люблю такие моменты с матушкой. И точно знаю, что она будет говорить нечто важное, такое, что я должна буду обязательно исполнить. Я считаю себя взрослой, ведь теперь понимаю многое, к примеру, что мы вынуждены переезжать с места на место не просто так, а потому, что мама и папа убегают от кого-то злого и страшного.

— Мы летим на Землю, — не разочаровывает она меня. — Тебе ведь нравится твоя внешность, верно, солнышко?

— Да, очень.

— Так сильно нравится, что ты больше не станешь его менять? — уточняет мама и я энергично киваю, забыв, что вообще-то голова у нее на плече, и мое движение может причинить ей боль. — Тогда пообещай мне, что с этого момента, ты не станешь экспериментировать, что будешь Атенаис вне зависимости от того, что с тобой может случиться. Пообещаешь, детка?

— Всегда? — широко распахиваю глаза, не веря, что мне разрешили оставить этот образ.

— Всегда, — будто нехотя говорит мама.»

Я чувствую, что меня куда-то несут, но не делаю попытки сопротивляться. Пусть несут, лишь бы еще раз окунуться в омут памяти. Что-то должно быть еще, что-то, что давно лишило меня этих воспоминаний.

«Сегодня мой день рождения. Мне исполняется тринадцать лет. Я вновь ругаюсь с Корвином. Он такой противный всезнайка. Брат абсолютно не слушается родителей, ему не нравится, как те выглядят. И свой облик он ненавидит и постоянно хнычет перед мамой, а папе постоянно говорит гадости.

Мы в очередной раз ругаемся, и брат обещает, что устроит мне пакость на празднике. Его изощренный ум может придумать всякое, я точно знаю, что он не поскупится на месть. Ничего банального ждать не стоит. Пусть он и мелкий, однако в сообразительности может поспорить с любым взрослым.

Меня спасает внезапное появление мамы. Она уводит Корвина, где непременно поговорит о его неправильном поведении, и я успокаиваюсь. Ничего плохого точно не будет. И ошибаюсь.

В самый разгар праздника, перед всеми гостями Корвин обернулся в маленькое пушистое животное. Он нарушил главное правило нашей семьи: не показывать остальным, что мы умеем делать. Корвин осознанно его нарушил! Для всех мы были людьми. Такими же обыкновенными, как и многочисленное население Земли. Просто брат был невероятно умным, а я очень красивой. Нас ним иногда ядовито сравнивали, постоянно говорили, что старшему ребенку мозгов не хватает, зато у младшего из семейства Миат нет той красоты, что у их дочери. Я все еще смотрю на стул, где сидел брат, а теперь находился зверек с такими же синими глазами, как и у Корвина. Меня переполняет гнев и страх, и кажется, что еще чуть-чуть и я взорву пространство.

Не кажется, сила вырывается из меня, и все, что было в доме стеклянного осыпается крошкой. Пол ходит ходуном, а у меня перед глазами встает туман. Гости с криками падают, кто-то даже пытается сбежать из комнаты. Я ненавижу Корвина и мечтаю придушить эту мелочь. Все заканчивается резко. Как будто меня по голове ударили. Я отключилась так быстро, что даже не успела сделать и шагу к брату. И жалею об этом до последнего, жалею, что не успела свернуть шею тому зверьку, которым он стал»

В себя я пришла рывком. Ни капли не удивилась тому, что находилась в своих покоях.

Я смотрела в потолок, полностью игнорируя Тайру, которая попыталась что-то сказать, но видя, что я скривилась, замолкла, а после и вовсе вышла. Говорить ни с кем не хотелось.

Даже спрашивать, сколько по времени я блуждала в воспоминаниях.

То, что это явно был не один день я понимала отчетливо. Слишком огромнейший пласт информации был сокрыт в моем сознании и теперь был бескомпромиссно выдернут наружу. Я задавалась вопросом, если Корвин вспомнил все раньше меня, почему же вел себя так, будто бы ничего не случилось?

Мы оба заработали наши ментальные блоки благодаря ему! Его выходка послужила тому причиной!

И наши родители не придумали ничего лучше, чем привить мне вместо ненависти, которую я испытывала к брату — любовь. Всепоглощающую, жертвенную, практически материнскую. А ему — послушание на грани нормального.

Теперь, пройдя через столько испытаний, я понимаю, почему они поступили так, но тогда, вряд ли бы добровольно на это согласилась. Вообще, будь моя воля, и я бы сделала все, чтобы ничего не вспоминать. Пусть бы все оставалось так, как есть. Я Атенаис Миат, которая оказалась ритаской без памяти о прошлом и все. Не нужны мне эти сверхспособности. Любовь к своим родителям я и так хранила, она никуда бы не делась. А вот любить Корвина с каждой минутой все тяжелее.

— Ты вот сейчас гадостей надумаешь, потом с кулаками на брата полезешь, а спустя пару дней начнешь жалеть о содеянном, — словно бы не ко мне обращаясь, проговорила Медок. — Я соглашусь, что хорошую затрещину он заслужил, однако и у него были причины.

— Я сейчас правильно понимаю, что все дни, что я сопротивлялась силе деда и его желанию снять мой блок, Корвин плакался в твой мех, рассказывая, что он бедный и несчастный, был недопонят родителями и мной?

— Ты слишком утрируешь, — фыркнул зверек. — И да, я узнала обо всем, так сказать, от первого лица. Не только же ему заниматься сбором информации.

— Что-то я уже не уверена, что ты моя питка…

— Атенаис, не моя вина, что вы с Корвином связаны куда сильнее, чем это кажется на первый взгляд. — Я сделала вид, что не заметила явного подхалимажа. Питка не стала звать меня настоящим именем, данным при рождении, а использовала ту форму, что нравилась маленькой девочке, которая однажды решила стать человеческой девушкой из далекого прошлого Земли. — У вас идентичны биополя, и находясь рядом, вы многими воспринимаетесь как единый организм.

— Интересно с чего бы…

Ответа от Медка мне не потребовалось. Память услужливо подсовывала нужные моменты. Калейдоскоп образов, многозвучье голосов в голове — и спустя десять минут я знала ответ на свой вопрос.

— Я бы и сама показала, — неожиданно обиделась Медок, — нам пора бы начать ментальную практику с обратной связью в виде не только мыслеречи, но и передачей образов.

— Это случилось произвольно, видимо, будет происходить какое-то время. — Вздохнула я, с удивлением отметив, что моя злость утихла. И впервые не могла понять, стало ли это делом рук вайеры или я действительно сама успокоилась.

Я не стала искать ответ на этот вопрос. Ни к чему. Особенно учитывая, что у ритасов совсем иные возможности, нежели у человека. Я слишком давно не пользовалась ими. Так давно, что уже забыла каково это, а когда мое тело резко завибрировало, испугалась.

Да только остановить превращение не смогла. Меня выгнуло под немыслимой дугой, а с губ сорвался хриплый крик.

Я знала, что изменения во внешности всегда сопровождались болью, вот только не такой, какую я сейчас испытывала.

Но я не жаловалась, потому что, начав практиковаться, я перестану ощущать что-либо кроме легкой щекотки и будто бы комариного укуса по всему телу при трансформации.

Если, конечно же, захочу к этому прибегать.

Я не знаю, сколько по времени заняла трансформация, была уверена в том, что не дольше получаса. Однако еще минут десять после, я продолжала лежать в кровати, не делая попыток посмотреть на результат.

Образ десятилетней девочки, у которой были невероятные худенькие, можно сказать хрупкие ручки, выпирающая ключица, молочно-белая кожа, маленькая ножка… В Воспоминаниях я казалась себе гадкой, нескладной, слишком маленькой как для своего возраста, так и для тех, кто был младше меня. Все, что мне нравилось в моей внешности, это цвет волос, да насыщенный синий цвет глаз. Я сохранила их, и леди Атенаис Миат стала владелицей глаз и волос Сианеты аль Таим, хотя на картинке, где я когда-то увидела исторический портрет фаворитки земного короля, у девушки глаза были светло-голубыми, а волосы практически золотыми.

Я не ждала многого от своей настоящей внешности. Я отвыкла от нее, к тому же, по меркам ритасов, я являлась еще подростком. Забавно, мне уже двадцать семь лет, а совершеннолетней для Аритаса я буду лишь в тридцать лет. Наверно, я не торопилась смотреть на себя еще потому, что отчаянно боялась увидеть нескладную девушку, чужачку, которая так не нравилась мне в детстве.

По внутреннему состоянию я изменений не чувствовала.

— И чего ты боишься? — спросила Медок. — Ты очень красивая.

— На ребенка не похожа? — с головой выдала свои страхи.

— Нет, Атенаис. И будь уверена, не должна выглядеть как ребенок. — Медок вздохнула. — Ритаски считаются совершеннолетними в тридцать лет не просто так. Эта цифра взялась не из потолка, но она не до конца связана с физическим и психическим развитием. Тут свою роль сыграли два фактора.

— Два фактора?

— Да, это потенциал дара, который у ритасок в полной мере раскрывается к тридцати годам, и второй — защита для мужчин.

— В смысле? — я даже на локтях приподнялась, чтобы лучше видеть зверька, который сидел у моих ног.

Если касательно дара я еще могла понять, то вот защита мужчин в голове не укладывалась, во-первых, и звучало дико, во-вторых, казалось абсурдом. Каким образом совершеннолетие, а если уточнить, то достижение определенного возраста и взятие на себя обязанностей и прав по отношению к Альянсу, может относится к защите лиц мужского пола? В общем, у Медка однозначно получилось меня расшевелить и заинтриговать. А она, как назло, держала драматическую паузу. Видимо, желала, чтобы я прониклась ее словами.

— Да не томи ты, — не выдержав, воскликнула я. — Почему именно тридцать лет считается оптимальным возрастом для достижения совершеннолетия?

Вот это я завернула. Но на самом деле если так взять, то у большинства известных мне рас возраст достижения совершеннолетия у мужчин и женщин варьируется от восемнадцати до двадцати трех лет. Исключения составляют вайеры, рыды[1] и криоты[2].

С вайерами все тяжко, в том смысле, что касаемо традиций — это очень закрытая раса, которая не менее бережно хранит свои секреты. С какой-то стороны они похожи на ритасов в этом плане, хотя о вайерах известно куда больше. К примеру, продолжительность жизни вайер в среднем составляет тысячу-полторы тысячи лет. Если учесть, что для людей, даже со всеми имеющимися технологиями и высоким уровнем медицины пятьсот лет — потолок, двести пятьдесят-триста лет — норма, а с вмешательством внеземного разума и их традиционных форм лечения возможно и все шестьсот, то показатели вайер впечатляют. Даже страшно спросить, а сколько же лет их долгожителям? Поэтому, лично я считаю, ничего удивительного в том, что вайерам нужно куда больше времени на созревание и развитие организма, чем всем иным расам. Уверена, Тайре не меньше двухсот лет, и она считается еще очень молодой вайерой. Совершеннолетие у их расы наступает в сто пятьдесят лет. Без разделения на мужчин и женщин. Для всех ответственность перед своей планетой и Альянсом наступает в один и тот же возрастной период.

— Ты бы не позорилась что ли, — вдруг фыркнула Медок, — вот уж точно умный брат и красивая сестра. Помимо трех рас, о которых ты думала, существует как минимум сотня, где совершеннолетие имеет отличный от твоего понимания и разумения период.

Я нахмурилась, но ничего сказать не успела.

Зверек явно забеспокоился и уже пожалел о том, что сказал.

— Прости, Атенаис. Я не должна была так говорить.

— Солнце и тень… — я вздохнула, вспоминая легенду, которую вместо колыбельной рассказывала мама, но погрузиться в нее не успела, потому что Медок торопливо заговорила.

— Половое созревание у ритасок происходит в период от пятнадцати и до двадцати лет. В это время у них полностью формируется фигура, органы готовы к размножению и вынашиванию потомства. А их ум становится ясным и ничем незамутненным в полные двадцать — двадцать один год. И настроение от гормонального сбоя и перестройки организма не меняется. По большому счету уже тогда их можно считать совершеннолетними женщинами, готовыми нести ответственность за свои действия.

— Но в итоге им зачем-то накинули еще десять лет, зачем?

— Потому что энергия, благодаря которой ваши тела способны на настоящие чудеса до конца не образована. Она из вас то шарашит во все стороны, расходуя колоссальные запасы, что часто приводит к вялости сознания и тела, апатии, плохому настроению и практически беспробудному сну, то наоборот высасывает из окружающих еще больше энергии, заставляя девушек постоянно находиться в движении.

— И причем же здесь мужчины? Так бы и сказала, что ритаски до тридцати лет находятся в состоянии постоянного бисерного плетения…


[1] Рыды — разумная раса, населяющая планету Рыдвейр и входящая в состав Межпространственного Альянса. Отличаются мощной челюстью, высоким лбом, глубоко посаженными глазами и преимущественно коренастым телосложением. Продолжительность жизни в среднем составляет две тысячи лет, что связано с умением организма один раз за всю их жизнь, полностью обновить (заново вырастить и заменить) жизненно важные органы.

[2] Криоты — разумная раса, населяющая планету Виктрис и входящая в состав Межпространственного Альянса. Отличаются гибким, худым телом с голубоватой кожей, имеют жабры, огромные на пол-лица глаза преимущественно зеленых оттенков. Большую часть жизни проводят в воде. Виктрис на 65 % состоит из воды. Продолжительность жизни в среднем составляет четыре тысячи лет.

Глава шестнадцатая

Медок тяжело и протяжно вздохнула. И так на меня зыркнула, что я невольно мысленно повторила ее слова о том, что мой брат умный, а я просто красивая.

— При том, Атенаис, что девушки, которые не отдают, а забирают энергию, могут стать чьей-то ритани по ошибке.

— Прости, это как?

— А вот так. Они собирают энергию со всей планеты, причем только у женщин и многократно усиливают влечение. Механизм данного явления не до конца изучен, но доподлинно известно, если такая девушка встречает мужчину, который бы среагировал на ту девушку или женщину, то влечение переносится на нее. И айсе, если этот мужчина относится к высшим, не может определить подделку, потому что настоящая ритани находится где-то рядом. А ее подделка не просто ворует энергию, она перестраивается, становясь как внешне, так внутренне похожа на ту, у кого забрала мужчину. Более простым языком, у нее становится практически идентичным биополе. Сейчас подобное не встречается, но в более древние времена являлось практически повсеместным. К тридцати годам у девушки все приходит в норму, и она перестает качать чужую энергию и мужчины уверены, что они не ошиблись, если вдруг определили в ней свою ритани. По мнению одного из ученых, такое свойство организме юных ритасок необходимо для выбора лучшего генофонда.

— Для выбора? То есть, ты хочешь сказать, что девушка в этот период может сама выбрать мужчину и завладеть им? Женить на себе, родить детей?

— Чаще всего просто родить. Некоторые особы вообще шли на обман, представляясь уже совершеннолетними и проводя ночи с понравившимся мужчиной. А учитывая то, что бросать детей не принято, даже если с женщиной его родившей ничего не связывает, то такие девушки дважды выигрывали. Их принимали в дом мужчины, как кормилицу, няньку ее же ребенка. Она всегда находилась в тепел и была сыта. Но в момент, когда она бы пожелал выйти замуж, больше поддерживать связь с ребенком бы не смогла. Он — собственность мужчины.

— Какой ужас.

— Ты уже знаешь какое отношение у ритасов к женщинам, а потому вместо того, чтобы акцентировать внимание на то, что они осознанно идут на подлость и подлог, предпочли считать их неразумными и изменили возраст достижения совершеннолетия. Таким образом существенно ограничив девушек и дав мужчинам пространство для маневров. Зная реальный возраст собеседницы, просто знакомой или дочери партнеров, они будут до ее тридцати лет относится к ней как к дитя.

— Поэтому Дамир ко мне не заходит? Я теперь для него ребенок?! Погоди, а что если я по ошибке стала ритани и у кого-то тоже отняла энергию?

— Спокойно! — драматично выставив лапку вперед, заявила Медок. — На все вопросы: нет. Выдыхай, девочка.

— Откуда такая уверенность?

— Оттуда, что ты была не в своем обличье. В то время как ритаски занимаются воровством или наоборот отдачей, они в своем настоящем облике. К тому же, сомневаюсь, что при первой и второй встрече рядом с тобой находилась ритаска. А не приходил он потому, что его вообще не было в поместье.

— А что насчет отношения? Он видит во мне ребенка?

— Во-первых, справедливости ради, он тебя еще не видел. Во-вторых, с таким телом воспринимать тебя ребенком трудно. И даже очень.

Я вздохнула и наконец взглянула на свое тело. Не в зеркале нет, к нему еще дойти нужно. Я рассматривала свои ноги и живот, и грудь…Грудь стала больше и меня это совсем не обрадовало, да и талия… Куда мне такую тонкую талию с такой пышной грудью? Я же пополам сломаюсь! И мое белье из кабинки!

— Новое закажешь, — флегматично заявила Медок. — А насчет сломаешься, не переживай, тебе это точно не грозит.

— Посмотри, вот посмотри, я же могу сама обхватить свою талию! Бисерное плетение!

— Дура, другая бы радовалась на твоем месте, а она переживает…

— Конечно! Это же теперь ко мне приставать будут все кому не лень!

— К тебе бы и так приставали, изначально из-за жениха, а потом и из-за твоего статуса…

— О чем ты?

— Ты еще не поняла, что являешься наследницей рода аль Таим?

— Сама же сказала, что я тупая, — огрызнулась я, — куда уж мне род какой-то возглавлять.

— Не какой-то, а твой, — спокойно парировала Медок. — Ты обладаешь большей силой, нежели твой умный брат. Я готова поспорить, что ты именно о такой фигуре в детстве и мечтала. Ну так пожалуйста, твоя сущность сделала так, как ты пожелала.

— Песочные часы… — с ужасом прошептала я. — Я похожа на песочные часы, да?

— Иди уже к зеркалу, — вздохнула Медок. — И помни, что ты невероятно красивая!

— Утешаешь, потому что в отличие от фигуры, лицом я не вышла?

— Укушу, — многообещающее произнесла питка и задержала взгляд на моей груди, скорбно вздохнула и грустно уточнила, — за ягодицы, грудь — это святое!

Сложно не смеяться, особенно когда такими глазами смотрят. М-да, и выбрала ж она себе гнездо на мою голову!

— А вот этого не надо, — фыркнула Медок. — Не надо говорю, увеличение груди — прекрасно! Еще мягче, теплее… Иди давай к зеркалу, а то я сейчас взберусь к тебе, и ты меня ничем оторвать не сможешь.

И зверек точно не шутил. Еще то ли для усиления эффекта, то ли для устрашения сделал хватательные движения лапками, будто бы уже мял мою грудь.

Ужас!

С видом великого мученика я разглядывала себя в зеркале. Вот она — ожившая мечта маленькой девочки. Сексапильная, манящая фигура и такое же кукольное лицо. Рот крупный, губы пухлые, глаза миндалевидные и синие, тонкий нос и прямой лоб. Немного ниже меня прежней. Может сантиметра на три-четыре. На мой вкус рот сильно большой, хотя он меня и не портит.

Вот если бы я такой заявилась в свое агентство — меня бы с руками и ногами оторвали. Получала бы я такие контракты, которые мне в облике Атенаис и не снились.

И тут мне пришла в голову мысль! Мое агентство, если вдруг решится шантажировать или нажиться на моем контракте с Дамиром, не сможет этого сделать, по одной простой причине. Настоящей невестой окажется не Атенаис, а Сианета! Мало ли для чего он ввел подставную невесту! Чтоб настоящую защитить!

Собственно, многие так делают, когда хотят до поры до времени оградить вторую половину от лишнего внимания! Оно, наверное, и к лучшему, однако, внешность Атенаис мне все равно нравилась куда больше.

С тем, что я сейчас имела, остаться незаметной, даже если завернуться в тонны одежды — не реально. Слишком броское лицо.

Я с тоской смотрела на себя и думала о том, что мне понадобится новый гардероб. Потому что на меня ничего не налезет, а если и налезет, то смотреться будет, мягко говоря, не очень. Даже обувь, и та не подойдет, потому что размер ноги не совпадет. У меня настоящей ножка маленькая…

— Атенаис? — голос Тайры заставил меня вздрогнуть и обернуться.

Она стояла в дверях и во все глаза смотрела на меня.

— Знаешь, я, конечно, понимаю, что тебе хочется быть мегасоблазнительной, но Атенаис, это уже перебор.

— О чем ты? — спокойно спросила и пошла к кровати, нужно хоть в покрывало укутаться. А то мало ли кто ко мне еще без стука войдет?

— Я о твоих экспериментах с внешностью. Понимаю, что ты не смогла удержаться, ведь твоя сила так давно спала, но…

— Это я настоящая, — мрачно заявила ей. — Вот такая я и есть. И мне тоже не особо нравится.

— Бисерное плетение!

— Не ругайся, — попросила ее. — Лучше посмотри, все ли со мной хорошо.

— Это само собой, — кивнула подруга. — Садись. Я правильно понимаю, что вот это — результат многолетней работы силы ритасов?

— И, конечно же, генофонда, — хмыкнула питка. — Не завидуй, Тайра, ты тоже красивая.

— Да я как-то обойдусь. — И тут вайера гадко ухмыльнулась, а в ее глазах заплясали лукавые огоньки, — хочу посмотреться на лорда Дамира, когда он тебя увидит. Бедный мужчина, тяжко ему придется со своей невестой, а потом и с женой.

— Почему тяжко? — ощетинилась я.

— Потому что назойливых ухажеров отгонять придется.

— Лазером, на подлете — поддакнула Медок.

— И метлой поганой, — рассмеялась Тайра. — Прости, Атенаис, но ты сама себе свинью подложила.

— Можно подумать, ты в детстве не мечтала быть самой красивой.

— Ты знаешь, не до того было. У нас обучение начинается чуть ли не с колыбели, так что о том, как мы выглядим задумываться некогда.

— Расскажи, — попросила я.

— Потом как-нибудь. Мне сосредоточиться нужно.

— Хорошо, — сдалась я, и позволила вайере приступить к осмотру.

Сама в это время думала о том, что Тайра ни словом, ни взглядом не обмолвилась о моем противном настроении при пробуждении. То ли это лояльность стервы к стерве, то ли она была попросту ошарашена моей новой внешностью, что совершенно забыла меня подначить.

Осмотр у Тайры занял полчаса. Я по ее указанию и крутилась на месте, выполняла нехитрые упражнения, и даже призывала силу.

Самое обидное, только когда вайера в третий раз попросила изменить форму носа и лба, я поняла, что она издевается. Мне вообще-то больно себя перекраивать, а ей весело!

Недолго думая, я огрела ее подушкой.

Что тут началась! Ладно я и Корвин бесились, но целитель и новоиспеченная наследница?

Причем последняя явно проигрывала. Тайра легко уворачивалась от моих шутливых атак, не велась на мои ловушки, а вот я от души получала подушкой по голове, и велась на ее ложные выпады.

— Все, Атенаис, ты абсолютно точно здорова! — бросая свое боевое орудие на кровать, произнесла подруга. — Перемирие. Нам нечего опасаться ты в полной гармонии с разумом и телом. Что, кстати, странно. Мне казалось, после всего, ты еще долго будешь разочарована своим прошлым и тем, как с вами поступили.

— А как с нами поступили? — хмыкнула я. — Не сказали кто мы и кем на самом деле являемся? Но при этом сделали все, чтобы нас защитить? Тайра, мне не что обижаться. Во всяком случае, на родителей точно не за что, а с Корвином я выясню все позже.

— Боюсь, позже не выйдет, — мрачно изрекла вайера, — он мнется у входной двери.

— Пусть мнется, — махнула рукой, — мне нужно что-то с гардеробом придумать и покушать. Я не готова разговаривать с ним на голодный желудок. Потому что или несварение получу, или аппетит пропадет.

— Отлично, — плотоядно улыбнулась подруга. — Я сейчас схожу к нему и предупрежу, чтобы пришел через час-полтора, и помогу тебе со всем перечисленным, а ты… А ты расскажешь мне о какой тени и солнце все кругом шепчутся!

— Прямо все?

— Ну хорошо, не все, — сдалась Тайра, — расскажешь?

— Только после того, как ты поклянешься своей жизнью, что никогда и никому, ни при каких обстоятельствах не поведаешь тайну, которую я тебе открою, — замогильным голосом провыла я и видя обескураженное лицо вайеры, рассмеялась. — Иди уже, расскажу я, но это действительно тайна.

— Я быстро!

* * *

Мы давно расположились на софе и потягивали ароматный чай, заедая его воздушными булочками. Выпечка была прекрасна, а вот время, проведенное в чудо-кабинке — утомительным. В итоге, Тайра успела уже дважды развернуть жаждущего аудиенции Корвина прежде, чем мы приступили к позднему ужину, а после и чаепитию.

И меня не грызла совесть. Я все еще придерживалась правила: если эмоции, которые вызывает собеседник негативные, лучше отложить беседу с ним на непродолжительное время. А мне бы не хотелось ненароком прибить бесчувственного придурка, коим Корвин и был в детстве.

Вайера не скрывала своего нетерпения и буквально пожирала меня глазами. Ее желание поскорее получить ответ на свой вопрос был мне понятен, тем более Тайра предупредила, что в скором временем ожидаются гости. При этом, она явно имела ввиду совсем не братца.

Я же собиралась с мыслями и переговаривалась в своем сознании с Медком. Я-то имела информацию в виде очень урезанной детской сказки, а вот в питку было закачано куда больше нужных сведений.

В общем, моя голова пухла от обилия словесных конструкций, староритаского наречия и выражений, которых я не понимала, а также от тщетных попыток все это как-то упростить на более нормальный язык. Ну и, конечно, сообразить самой, что и к чему относится.

— Что ж… — выдохнула я, после длительного мысленного препирательства в голове с питкой. — Я опущу староритаское предисловие и перейду к сути.

Тайра шумно отставила чашку и быстро проглотила только что откушенный кусок булочки. Как не подавилась?

— Да уж, зачем давать начало истории? — фыркнула Медок. — Ты ей просто скажи, что есть три ритаса, обладающие такой силой, которая превосходит силу всех других.

— Прекрати бурчать.

— А ты имей совесть, для чего я столько времени…

— Это твоя прямая обязанность, — рыкнула я. — Будь добра, помолчи. У нас не так много времени, чтобы я вдавалась во все подробности.

Медок показательно развела лапками, мол, Тайра, видишь, ее не переубедить.

— Итак, много тысяч лет назад, когда не существовало Межпространственного Альянса, а высших кланов на Аритасе было значительно больше, разгорелась кровавая война, давшая начало расколу. — Грозно произнесла я, не давая питке разойтись. — Этот раскол имел две стороны: ритасы, считающиеся себя высшей расой и желающие управлять всеми остальными, и ритасы, которые, наоборот, мечтали дать мира и процветания всем живущим в галактиках. Сейчас, кстати, высших кланов всего семь. Но речь пойдет об одном, самом сильном — аль Таим.

Тайра усмехнулась, но промолчала. Хотя по ее глазам было понятно, что она думает.

Что-то вроде: ну еще бы ты назвала другой клан самым лучшим. Свой, пусть и новоприобретенный, всяко ближе и родней, чем все остальные.

— И было в семье аль Таим трое наследников. Рожденные в один день от одной матери и отца.

— Тройняшки, — пробормотала Тайра.

— Да. Старший сын, средняя дочь и младший сын, которых впоследствии и назовут Молнией, Солнцем, Тенью или Вороном.

— А почему только у третьего ребенка два прозвища? Тем более они между собой разве цветом вяжутся.

— Не забегай вперед, — усмехнулась я. — А почему два, да потому что ворон считается символом мудрости, а хороший советник — всегда в тени своего правителя.

— В-принципе, логично, а…

— Так, если ты и дальше будешь меня вопросами забрасывать, не давая и рта раскрыть, я спать лягу.

— Все-все! Больше ни слова — честно.

Тайра показательно провела пальцами по губам, словно бы заклеивала рот. И такими глазами на меня посмотрела, что я представила себе ребенка, которому обещали мороженое, но так до сих пор и не дали.

— Не секрет, что Аритас поклоняется богам и чтит их законы, — я вздохнула, потому что мне тоже придется во все это вникать и придерживаться не просто традиций, а долгое время жить по ним, потому что меня ни за какие коврижки с Аритаса не отпустят. — Во всяком случае, так было во времена, о которых идет речь. К богам взывали, их просили помочь, и они отзывались.

— Они и сейчас отзываются, — фыркнула Медок.

— Во время одной из прогулок, земля под ногами старшего сына разверзлась и оттуда хлынула вода. Взмолился он о помощи, и боги даровали ее. Спасли они парня и наделили особой, небесной силой. Так, по преданиям, появился водопад Иссадо, чьи черные воды осенены божественной милостью.

На ум тут же пришел обычай аристократок — ратерго. И меня бросило в дрожь. Ужасные традиции и обычаи! И, судя по всему, их еще множество не менее ужасных и диких. Интересная у меня родина. Впрочем, за силу всегда приходится платить.

— Молния был наделен невероятной способностью, той, что до сих пор, спустя множество веков и тысячелетий не проявилась более ни у кого — молниеносное перемещение в пространстве. Я правда, не уверена, что он мог также свободно и быстро перемещаться по галактикам и в космосе, хотя легенда утверждает, что мог. Именно ему принадлежала идея господства над всеми ритасами, а в последствии и над вселенной.

— Получается, он развязал кровавую войну?

— Да, он считал, что выше всех остальных, и многие были согласны с тем, что Молния превосходит всех живущих и разумных, а значит, должен править ими. Так собиралась его личная свита, затем армия…

— А как тогда появились Солнце и Тень? В смысле откуда остальные дети получили особую силу? Их ведь не просто так нарекли Тенью и Солнцем?

— Это случилось после того, как Молния убил отца. — Я смирилась с тем, что Тайра все-таки будет задавать вопросы. — А ни сестра, ни младший брат, не смогли вразумить старшенького.

— Вразумить до или после убийства? — дотошно уточнила вайера.

— Во время, — огрызнулась я. — Тайра, ну понятно, что они вряд ли одобряли действия своего брата и до того, как он отца убил, и после.

— Не соглашусь, может, они его поддерживали, а когда тот их папу прикончил — взбунтовались.

— Ну вот если бы мы могли, мы бы у них лично спросили, но по преданиям — они не одобряли и пытались его остановить.

— Дай угадаю, силы-то были не равны и тогда младшенькие обратились к богам?

— Может мне тогда не продолжать? Смотрю ты уже и сама поняла, кто это такие.

— Атенаис, — практически нараспев протянула Тайра с таким видом, что вот-вот вцепится в мои волосы. — Ну не получается у меня молчать.

— Ты как противный сосед в визозале на премьере фильма, который без умолку комментирует происходящее на большом визоре и мешает всем остальным.

— Прости.

— В общем, ход мыслей верный. Только к богам обратилась сестра. Младший охранял ее молитву и покой, не давая никому вторгнуться на территорию, где находилась девушка.

— Их что тоже убить хотели?

— Тайра!

Вайера вздохнула, покрутила шеей, причем до хруста и уставилась на меня.

— Атенаис, да ты никудышный рассказчик. — В итоге заявила она. — Я ж пока мы к сути перейдем — состарюсь.

— Вот уж что, а старость тебе не грозит, — фыркнула Медок.

— Почему? — удивилась я.

— Потому что умрет раньше.

— Это шутка такая?

— Нет, не шутка, — буркнула Тайра, — не меняйте тему. Я жду о Солнце и Тени. Как они появились?

— Серьезно? Да теперь я от любопытства умру! Тайра, что значит ты умрешь, не успев состариться? Ты вечно молодой будешь что ли?

— Можно и так сказать, — уклонилась от прямого ответа подруга, — но мы сейчас говорим не обо мне. Так что не выйдет, я жду…

— Ждет она, — нахмурилась я. — Что ж, слушай. Любая энергия, которую используют люди, ритасы и все прочие расы, имеет космическое происхождение. На Земле, да и во многих других солнечных системах, принято называть главную звезду, ту, что выделяет наибольшее количество энергии — солнцем. На Аритасе — ее называют Сиан, что в-принципе, как солнце и переводится.

— Значит, Сианета — это солнечная?

— Верно. А Корвин — ворон, — вздохнула и воспользовавшись паузой отпила чаю, горло пересохло. — В общем, в своих молитвах, ритасы обращаются к богам, которых называют Небесными. Сестра Молнии молилась во время зенита солнца, точно зная, что, во-первых, от жары может и удар получить, во-вторых, что то находится на пике, и если Боги сжалятся, то дар будет не меньшей силы.

— И я так понимаю — не прогадала?

— Именно. — Я кивнула Тайре, которая от напряжения вцепилась в обивку софы. Еще мимоходом отметила, что я правильно не села ближе, иначе Тайра так же сжимала бы мои руки. — Не прогадала, но не учла того, что дар получат двое. Хотя этот дар можно и проклятием обозвать.

Я нахмурилась. Были у меня веские причины так говорить. Еще какие веские. Честное слово, лучше бы эта легенда не получала реального воплощения ни в прошлом, ни в настоящем, и не хотелось бы, чтобы в будущем.

— А дело вот в чем. Солнце, как все давно знают — это огромный огненный шар, в недрах которого непрерывно происходит термоядерная реакция, а ее излучение является источником энергии тех планет, которые входят в систему солнца.

— Подожди, ты хочешь сказать, что эта девочка получила просто не бывалую по мощи силу?

— Допустим, не девочка, а девушка и да… Она обладала постоянным, таким же непрерывным доступом к энергии, за счет которой могла творить невообразимые вещи даже для к видавшим многое ритасам. А вот Тень… Небесные умножили изначальный дар рода аль Таим, сделав из мальчика не просто самого умного, а гения, равных которому не существовало во вселенных.

— Неудивительно, что Молния проиграл войну, — выдохнула Тайра. — Но почему ты назвала эти дары проклятием?

— Потому что Тень навсегда лишен эмоций и чувств. Он руководствуется логикой и рационализмом, но при этом, для солнца становится зеркалом. Что в этот момент испытывает она — чувствует он по отношению к ней. И только с ней это работает. Со всеми со всеми остальными, с его стороны — это не более чем маска или игра. Летописи гласят, что Тень умер одиноким и бездетным. Никогда не знавшим иной любви кроме сестринской и не желавший ее познать.

— Так ты поэтому… — Тайра распахнула веки, — отказываешься сейчас видеть Корвина?

— Не только. Сейчас он тот Корвин, которого создали родители, поставив блок. Но увидев меня измененной, изменится и он. — Я вздохнула. — А это значит, брат вновь будет чувствовать собственное бессилие. Он одарен великим умом, а вот с силой у него все не настолько хорошо. Я бы сказала, по сравнению со мной, раз в сто хуже.

— А ты не преувеличиваешь?

— Ну это сможет понять наставник. Права ли я в своих домыслах или мама назвала нас так, потому что очень любила глупую легенду. Но ты знаешь, оглядываясь в прошлое… Я ненавидела Корвина, и он платил мне той же монетой, а после того, как нам была запечатана память и вложена другая установка, вектор наших чувств кардинально и обоюдно изменился.

Глава семнадцатая

— Это грустно, — после долгого молчания, наконец изрекла Тайра. — Грустно, что два существа не принадлежат себе, а должны подчиняться силе, которую и не просили. Также, как и я…

Я вскинула голову, заставляя подругу встретиться с моим взглядом. Никогда прежде, я не рассматривала ее способности, как клетку, в которую она запрета. Хотя, справедливости ради, у меня на это не было времени. Но если судить, по ее словам, выходит, что она также, как и я не желает своего дара несмотря на то, что он необычайно полезен.

Впрочем, о своем даре я такого пока не могу сказать. По легенде, благодаря тандему Солнце и Тень, был остановлен могущественный ритас, чье имя было стерто историей, сохранив лишь прозвище — Молния. Однако, что могу я? Лучше остальных регенерировать? Легче других проделывать трансформацию? Но разве это высшее благо? Что другим от того, что я все делаю быстрее и практически не напрягаюсь? По мне так дар Корвина куда полезнее.

Я вздохнула. Сила и ум — тандем, который, несомненно, принесет Аритасу пользу. Мне грешно жаловаться, пусть я и хочу отказаться от такого наследия. Жаль, без понятия как это сделать.

— Я одного не понимаю, — Тайра вернулась к своему прежнему состоянию — спокойной, проницательной стервы. А я в который раз отметила, что у нее, как и у Корвина много общего — они оба носят маску, пряча под ней свое истинное лицо. — В легенде говорится о детях, родившихся от одной матери и отца. Но, как вы можете быть наследниками их силы, если у тебя больше не братьев или сестер, да и разница у вас с Корвином составляет три года. У тройняшек разница в рождении не может составлять года…

— Не может, — кивнула я. — Я думала над этим, но моих мозгов на точный подсчет не хватает, да и я не имею всех сведений. А у Медка их тоже нет. Однако…

— Однако?

— Разница между Солнцем и Тенью — полчаса, у меня с Корвином — три года. Молния старше Солнце на три часа…

— Откуда ты знаешь? — вырвалось у вайеры.

— От нее, — указала на зверька, — в ее распоряжении информация всего архива высших кланов Аритаса. В общем, наследник прошлого Молнии, может быть старше нас как на триста лет, так и больше. Точный расчет сможет провести Корвин, но также после того, как соберет недостающую информацию, если нам, — я усмехнулась, прекрасно сознавая, что до посвящения, нам не позволят ничего делать, — не станут мешать.

А сама мысленно спорила с питкой, которая пыталась вразумить меня. Я, на самом деле, не желала во все это лезть. Не знаю как вообще подобное получилось провернуть, и почему моя мать родила двух детей, которых боги осенили той же милостью, что и Солнце с Тенью. У меня нет ответа на вопрос, откуда мать знала, какие дети у нее будут, и уж что я точно не могу знать, кем окажется сам Молния.

Ясно лишь одно — я не хочу ни становиться наследницей клана аль Таим, ни быть марионеткой в руках деда, который точно понимает, что Молния объявит себя, дабы провернуть то, что не получилось у его предка: вернуть себе лидерские позиции во всех вселенных и отобрать у нас с Корвином милость богов. Касаемо последнего — я не против, правда, лучше бы все вернуть первоисточнику.

Поэтому дед, если он обладает таким же умом, как и все лучшие представители рода аль Таим, сделает все, чтобы ни я, ни Корвин не вмешивались до подходящего момента. А до того времени, нами будут управлять.

Собственно, не удивлюсь, если нашим наставников будет не глава рода аль Таим. Ритас получил живое подтверждение легенды, а значит, хорошо понимает, что именно из нашего рода ведет свое начало Молния. Он будет вычислять его, загрузив нас с братом всевозможными задачами по осознанному управлению дарами.

Вопрос лишь в том, кого он оставит вместо себя? Неужели Дамира?

В общем, Медку не нравился мой настрой. Я хотела положиться на ум деда, но при этом, быть в курсе всего, что тот делает.

Она считала, что я должна не просто быть в курсе, а вникать во все наравне с ним, содействовать, а не стоять в стороне до того светлого часа, когда Молния себя объявит сам.

Глупый спор, потому что помимо меня еще есть Корвин, Дамир…и множество других ритасов, чьи кланы вовлечены в давнюю вражду внутри расы, возомнившей себя лучшими.

И пусть я в некоторых вещах согласна, возможности ритасов впечатляющие и имеют сложную природу, но… Не зря же создан Межпространственный Альянс. Все мы хороши. Ритасам даны уникальные гены, которые позволяют управлять иными расами, урегулировать их конфликты, заручаться поддержкой. Потому в основном Звездными лордами становились именно ритасы, да и другие Звездные подчиняются главной планете альянса Аритасу.

Однако, когда беда пришла на Аритас, все решили замолчать об этом, сделать вид, что все прекрасно, под контролем, и помощь не требуется. Идиоты…

Моя мама не просто так сбежала, отец Дамира также не просто так погиб… И сколько всего еще произошло, о чем мне не ведомо, но является единой цепочкой событий?

— Подожди, — Тайра смотрела пристально, будто разгадка на мучивший ее вопрос, была на моем лбу. — Выходит, ваши родители закрыли от вас информацию, не дали вам стать полноценными ритасами, чтобы вы смогли иметь возможность нормальной жизни? Чтобы Корвин смог полюбить, иметь свою семью, а ты…Ты не пугать потенциальных женихов своей силой?

— Ничего себе ты завернула, — рассмеялась я. — Но возможно, это тоже входило в их планы. Насколько я помню, мы постоянно меняли места проживания. Они убегали от кого-то и при этом, занимались постоянным сбором информации. Мама и отец желали дать бой, не прибегая к нашим с братом способностям. Когда мы уже жили на Земле, они постоянно были в отъездах, объясняя это работой. Но я не знаю, кем они работали и была ли у них вообще работа.

— Бедные дети…

— Нет, — я усмехнулась. — Мы были желанными и любимыми. А это — самое главное.

— Я чувствую приближение Корвина, — на секунду будто бы окаменев, произнесла Тайра, — впускать?

— Впускай, — я вздохнула, наш разговор все равно состоится. К тому же, что-то мне подсказывает, ему не терпится принять истинную форму. А раз он до сих пор этого не сделал, значит, без меня все-таки не может.

— Тебе этого не хочется, — Тайра буквально скопировала мое скорбное выражение лица. — И я тебя понимаю.

Девушка поднялась с софы и прошла к дверям, но на мгновение остановилась, быстро обернулась:

— Я рада, что мы с тобой встретились. И будь уверена, я поддержу тебя во всем, что ты захочешь сделать. Сегодня я разорву контракт с лордом Дамиром, но останусь с тобой. Друзья должны помогать друг другу.

— Спасибо, Тайра, — прошептала я и облегченно выдохнула.

Такого поворота в наших отношениях я точно не могла предполагать.

Вайера не просто признавшая меня своим другом, а поставившая меня на ступень со своими родственниками. Немыслимо и вместе с тем, невероятно ценно.

Вон, даже Медок от удовольствия урчит, настолько ей по душе признание Тайры.

— И ты всегда сможешь на меня рассчитывать, — улыбнулась ей.

Вайера серьезно кивнула, хотя я точно знала, что она прячет счастливую улыбку. Сложно доверять незнакомца. Сложно открываться, но нам с ней предстоит выйти на новый уровень. И как бы там ни было, мне это нравится. Тайра замечательная девушка, пусть периодически невероятно колючая, а в выражениях бывает резкой.

Но зачем мне друг, который станет мне льстить? Лучше стервы, какой Тайра чаще всего бывает, рядом никого не может быть. Она не даст нос задрать и в нужный момент спустит с небес на землю. К тому же, всегда подлечит, если это будет необходимо.

Одни плюсы кругом. Вот только возникает закономерный вопрос, ей какая польза в нашей дружбе? Мой статус ее точно не прельщает. Дело в чем-то ином…

«Она расскажет, — вклинился в мое сознание голос Медок, — дай ей время, и она обязательно расскажет, что увидела в тебе такого, что захотела стать тебе близким существом»

Пришлось согласиться с ней и отложить на время данный вопрос.

Тем более сейчас важнее другое.

Корвин заходил настороженно. Я внимательно следила за ним и пыталась внутренне настроиться на позитивный лад.

Он не спроста бесил меня в детстве. Но тогда я не понимала, что им двигало, а сейчас знаю, хотя принять подобное — тяжко.

Он рационален настолько, насколько это вообще возможно. Отсюда и вытекало его поведение — брат был мал, но знал, что в одиночку справиться с той проблемой, которую пытались решить родители — невозможно. Сила рода существенна. Корвин своим способом пытался доказать, что родители не правы, воспитывая нас вдали от родной планеты и ошибаются, отказавшись от поддержки клана.

Он вел себя эгоистично, однако, положа руку на сердце: а разве я не была эгоисткой? Кто разрешал мне принимать такие важные решения, как новое имя и внешность? И ведь настояла на своем, не позволив матери объяснить, насколько я всех подставляю и что некоторые вещи нельзя делать, даже если обладаешь потрясающей по своей мощи силе.

Мы оба хороши. Одно одеяло тянули в разные стороны. Только вот этим одеялом были сердца наших родителей, их жизни.

Я поднялась навстречу брату. Расставила руки в стороны, давая ему понять, что готова принять его любым. Что хочу обнять, так крепко, как хотела бы, чтобы нас обняли родители.

В нашей жизни нет места обидам и злости. Мы те, кто мы есть, и это уже не изменить. Но это не значит, что я не хочу любить своего брата, который так долго был моим единственным смыслом существования.

— Иди, ко мне, Корвин. — Улыбнулась, — я, конечно, могу задать тебе трепку, что непременно сделаю, но это не значит, что я готова вычеркнуть из своей жизни родное существо. Иди сюда, мой братик-эгоист, сестра-эгоистка намерена вернуть тебе твое настоящее тело.

Счастливая усмешка и младший брат без сомнений кинулся в мои объятья.

— У нас с тобой, Корвин, одна на двоих судьба. — Прошептала я, прижимая его к себе, — наши родители, какими бы нелогичными не были их поступки, любили нас и завещали эту своим детям. Прости меня, Корвин, прости, что я не всегда понимаю тебя. Прости, что в детстве была жестока с тобой, но сейчас, я прошу забыть разногласия. Мы должны научиться по-новому смотреть на мир. И лучшей опоры, чем твоя рука — для меня не будет.

— А вот тут я готов с тобой поспорить, — выдохнул Корвин, — ты забываешь о Дамире, сестренка. И мой тебе совет, соглашайся на все, что он тебе предложит.

И если бы его голос не был таким серьезным, я бы решила, что он шутить изволит. Увы, новый Корвин, шутить начнет не скоро, а судя по тому, что его тело стало вибрировать, трансформация началась.

Слишком быстро, я думала, что мы сначала поговорим и лишь потом я помогу ему. Откровенно говоря, я полагала, что нам придется проводить какие-то манипуляции, а достаточным оказалось согласия и объятий.

Что ж…так тому и быть…

— Сложно забыть о том, для кого являешься вселенной. Ты знаешь, что ритани — это не пустой звук.

— Верно, сестренка, и ты никогда об этом не забывай и не сомневайся.

Судорога вывернула Корвина и последние слова он буквально выпихивал из своего рта.

— Атенаис, отойди от него! — всполошилась Медок.

— Не могу, иначе, он не справится. Да и не хочу, брат не причинит мне вреда, даже ненамеренно.

— Сианета, — требовательно воскликнул Корин, — ты Сианета!

И закашлялся, забившись в конвульсиях. Всего мгновение и он уже передо мной на коленях, упирается лбом в мой живот и тяжело дышит.

— Сианета, — сжимая ладонями его лицо, кивнула я, — Я — Сианета аль Таим, а ты — Корвин аль Таим! Возвращайся, брат, мы заигрались.

Слабая улыбка и веки Корвина закрылись. Я заставила себя не жмуриться, а внимательно следить за ходом перевоплощения. Откуда-то я знала, что обязана все видеть и в случае нужды помочь: поделиться энергией и направить ее в нужное русло.

— Тайра не лезь! — боковым зрением заметив неясную тень, что кинулась к нам, крикнула я. — Тут твои умения бесполезны. Он полностью перекраивает свое тело, заново наращивает органы и сосуды, меняет клеточную структуру. Пятнадцать лет слишком долгий срок для ритаса, чья сила едва ли дотягивает до среднего уровня.

— Если знаешь как помочь, делай, — голос был мужским и мне смутно знакомым, а еще он явно не принадлежал подруге. — Потому что у меня больше нет сил за этим наблюдать.

В этот момент Корвин отчаянно вскрикнул, а его тело распласталось по полу, выгибаясь в таких мучениях, что я закусила губу, чтобы не вторить крикам брата.

— Еще рано, — возразила я и опустилась на колени с головой Корвина. — Осталось немного. И конечно же я помогу брату, дедушка.

* * *

Спустя два часа мы сидели в моей спальне. С помощью деда, Корвина перенесли на мою кровать, сама же я постоянно держала брата за руку. Не потому, что была вся такая умная и продвинутая, а потому что меня вела интуиция.

Что-то внутри меня подсказывало, что я должна поступать вот так или так, и я делала. Хотя мне не хватало знаний Корвина, его гениального ума, чтобы объяснить все то, что я в тот или иной момент производила.

Я видела слабую светлую нить, что тянулась от моей руки прямо к сердцу брата. Я держала его ладонь крепко, когда его тело начало изменения. И хранила молчание, понимая, что еще не время для душевных бесе с незнакомцем, который является отцом моей матери.

Не время, потому что не могу ни на что отвлекаться, боясь упустить какой-то очень важный момент.

Без понятия какой, но интуиция была на стороже и приходилось соответствовать своему внутреннему чутью. Даже Медок молчала, словно знала больше меня и не хотела спугнуть. За что я ей была благодарна.

Это сложно, когда твое представление о жизни меняется на корню. И не потому, что ты натворила что-то очень плохое в прошлом. А потому что, ты никогда не была тем, чью жизнь вела последние годы.

Я наблюдала за братом, за тем, как медленно, будто нехотя с него сползает чужая кожа, тут же трансформируясь и растягиваясь, позже стягиваясь. Я с жадностью, которую доселе не наблюдала в себе, следила за процессом, будто хотела в них найти ответы на свои вопросы. Но увы, процесс шел, ответов не появлялось, зато вопросы росли в геометрической прогрессии.

Лишь спустя еще час я смогла расслабиться по-настоящему.

Когда, повинуясь сиюминутному порыву, приложилась в материнском жесте губами ко лбу Брата. Я чувствовала, как в этот момент, сила из меня струится полноводной рекой и передается ему, помогая, позволяя окончательно принять истинную форму.

Я любовалась Корвином. Сказать, что он не изменился совсем — лгать. Передо мной сидел дед, чьей практически копией и был брат. Много моложе, конечно, и с тем, шальным солнечным оттенком волос, какой был у нашего отца. Я всегда переживала, что мы не взяли от папы ничего, кроме глаза, ошибалась, как и тогда, когда считала, что они, наши синие, глубокие, будто бездонные озера глаза, достались от отца. Нет, наш папа был рыжеволос и зеленоглаз. А вот мама…

Я не взяла ничего отца, повлияла ли на это сила Солнца, или что другое, но я была аль Таим, от пяток до макушки. А вот брат, сохранил в себе частичку отца.

— Если бы не его волосы, я бы решил, что передо мной я, но молодой, — прерывая тишину, выдохнул незнакомец.

Я, конечно, лукавлю и кривлю душой, называя мысленно деда незнакомцем, я хорошо знала кто он и кем мне приходится, но не могла с собой ничего поделать. Я не знала его.

— Я тоже это вижу, — согласилась с ним. — Спасибо вам, что вернули мне меня. Это ведь вы были тогда в беседке.

— Я, и нам явно пора познакомиться, Сианета.

— Я еще не привыкла к этому имени, — вздохнула, но поправлять старика не стала. — Что ж, меня зовут Сианета аль Таим, в прошлом Атенаис Миат, но я не скажу, что рада нашей встрече.

— И я не виню тебя, — тепло улыбнулся мужчина. — Мое имя Рикар, и ты правильно определила степень нашего родства. Мне тоже жаль, что мы встретились при таких обстоятельствах, но я безумно счастлив видеть тебя и твоего брата в добром здравии.

Еще бы он не был рад. Впрочем, я злюсь в большей степени не на него, а на мать с отцом.

Зачем они выбрали скрытную жизнь? Почему не доверились своим кланам, среди которых есть самый древнейший и сильный? Да слова аль Таим — закон для всего и всех! Чтобы там с мамой в прошлом не произошло, все могло бы быть иначе! И воспитывались бы мы с Корвином в духе Аритаса, следуя его традициям и обычаям. И возможно, наши родители были бы живы…

— Как звали моего отца? — заглядывая в синие очи деда, спросила я. — По — настоящему…

— Вот как… — Рикар вздохнул и утер лоб, покрытый испариной. — Меллер аль Марито, младший сын рода.

— Если говорить проще, то второй после наследника, — вслух перевела значение сказанного. — Вы знали, что мама убежит с ним? Что она не любила…Дамира?

Я запнулась на имени ритаса, который не торопился встретиться со мной. А я, я почему-то этой встречи безумно боялась. Несовершеннолетняя ритаска, обладающая сверхсилой. О да, не такую ритани он себе представлял. Айсе принимало Атенаис Миат, а вот на глаза Сианеты еще не показывалось. Могло ли так быть, что с изменением моей личины, прошло и…

Так стоп! Я какой-то бред несу! Это все стресс и страх. Несомненно, это нервы меня так думать заставляют! То, что мы еще не встретились с Дамиром, означает лишь одно — он начал искать информацию. Он занят и пытается всех защитить. Ритани — не игрушки, и раз встретив ее, в каком бы она ни была обличье, все равно ни с кем не спутаешь!

— Я не думаю, что твоя мама планировала то, что в итоге получилось. — После недолгой заминки, произнес Рикар. — Судя по тому, что ты говоришь, тебе известно не больше, чем твоему брату. А именно, лишь смутные воспоминания о том, что родители чего-то и кого-то боялись, а потому скрывались.

— В-принципе, да. Но почему вы решили, что мама не собиралась…

— Потому что она всегда чтила свой род, потому что никогда не пыталась перечить или идти против моего слова, Сианета. И даже после всего…

— Подождите, мама не собиралась выходить замуж за Меллера?

Вообще, с того момента, как я узнала о том, что Деметра аль Таим была невестой Дамира, прошло не так уж много времени. Откровенно говоря — всего ничего. И источником этого знания стала Тайра, которая рассказала, что Дамир долгое время искал свою пропавшую невесту. Тридцать лет назад она сбежала буквально из-под венца, как раз после того, как у него погиб отец. Я еще как следует не обдумала полученную информацию, и деду выпалила вопрос прежде, чем разобралась в ситуации.

Я-то в своем воображении нарисовала страшный-престрашный договор между двумя семьями, где мужчину и женщину желали сосватать против их воли, а что, если все не так? Что если, они не были так уж против предстоящего брака? И, судя по всему, так оно и есть.

— Сианета, будь добра угомонить свою силу. — Мягко попросил дед. — Я, конечно, много чего заслуживаю, но быть задушенным собственной внучкой — не та смерть, которую желало бы мое сердце.

— Скорее мозги, — тихо буркнула и закрыла глаза.

Легко сказать, угомони свою силу, а вот объяснить, как это сделать сложно что ли?

Я действовала по наитию. У меня это за последние сутки отлично получалось. Я не понимала ни как, ни что делаю, оно само как-то выходило. Но это требовалось срочно исправлять. Потому что мои эмоции напрямую зависела от способностей тела. А что, если попадется не видавший многое старик, а скажем служанка, которая меня разозлит? Я что же, прикую ее силой, или того хуже прибью?

Естественно, мне этого не хотелось. Как и применять силу на новоприобретенном деде.

— Извините. — Покаялась я, открыв глаза.

По мужчине и не скажешь, что буквально минуту назад его глаза чуть ли не из орбит вылезали от той силы, что сдавливала его шею.

— Сильна, — довольно усмехнулся он, словно бы эта сила оправдывала поступки.

И вообще была тем самым фактором, благодаря которому будет прощаться любое безумство.

— Ритасы признают силу, девочка. Даже если в гневе ты случайно убьешь кого-нибудь, тебя не будут винить, тебя начнут боготворить.

— Это шутка такая?

— А я похож на лицедея?

— Нет.

— Твой пробел в знаниях заполнит питка. Занятная зверушка. Я даже не почувствовал своей крови, когда вы объединились. Уникальное изобретение.

— Я передам ваши слова Корвину.

— Он придумал?

— Насколько я поняла.

— Превосходно. Однако, тебя сейчас не мои восторги интересуют. Что ж, этот разговор нельзя откладывать, тем более, я обещал не затягивать.

— С чем и кому? — живо отозвалась я.

— С объяснениями, Сианета. И твоему жениху.

Глава восемнадцатая

В этой всей ситуации радовало лишь одно — жених все-таки мой.

Я мысленно дала себе подзатыльник, стыд-то какой! Соперничать с почившей матушкой!

И пришло ведь в голову… Но… Да чего я себя одергиваю? Приревновала я. Это естественное чувство, а вот к кому оно обращено — другой момент.

И пусть маму любила безумно, да только даже мысль о том, что вообще-то, это она та самая невеста, жгла грудь раскаленным прутом. И чем дольше я об этом думала, тем больше мне хотелось вообще не знать о том, что ей была уготована подобная роль.

А с другой стороны душу грело знание — Дамир искал мою маму, но встретив меня, был готов дать бой за свой выбор. А ведь он тогда еще не знал, что она погибла.

В общем, чувства они не всегда хорошо, особенно, если разум молчать начинает, и они берут верх. Таких глупостей сразу напридумывается…

— Итак, тридцать лет назад, твоя мать чуть не совершила ратерго.

— Что?!

— Позволь не вдаваться в подробности, — вдруг дрогнул Рикар. — Поверь, ничего приятно…

— Я предпочитаю знать, чем оставаться в неведении, даже, если правда не просто неприглядна и отвратительна, но неизменно причинит боль.

— Я уважаю твой выбор, однако, твоя сила и твои эмоции не имеют контроля…

— Сдержусь. Вы же не просто так здесь сидите. Явно собираетесь контролировать мое поведение и при надобности, корректировать. Поэтому, я жду честного рассказа, без преувеличения и без преуменьшения.

Когда я просила об этом, еще не представляла сколько всего обрушится на мою голову. Дед внимательно следил за моей реакций, делая паузы тогда, когда мне особенно не хватало воздуха. Слушать о том, как настрадалась мама и на какую жертву пошел отец, было не просто тяжело, чудовищное давление на виски и грудную клетку не отпускали меня даже тогда, когда Рикар замолчал.

Медок носилась по мне словно я была деревом, однако от ее мельтешения становилось легче. Я заметила, что в ее хаотичных прыжках, есть одна закономерность — она с силой приземлялась на определенные участки моего тела, а где-то нажимала прямо лапкой. Не знаю, что это был за вид массажа, питка не снизошла до ментального разговора, но напряжение ушло, позволил разуму начать обрабатывать информацию.

— И все же, — нарушила образовавшуюся тишину, — и все же, как удачно сложилось!

— Что сложилось? — опешил дед.

— Да все! Буквально все! Во-первых, маму кто-то выманил из дома, надругался над ней, в следствие чего она отправилась смывать позор в черных водах Иссадо, но… Как удачно там оказался отец… — я скривилась, — удачно для их союза.

— Ты хочешь сказать, что это он сам?!

Лицо Рикара посерело. Такая мысль ему явно в голову не приходила. Впрочем, в мою тоже.

— Нет, не сам. Меня куда больше удивляет другое, если он узнал, что мама отправится на водопад, то почему его источник информации не помог предотвратить насилие?

— Случайности не случайны… — пробормотал дед. — А ты права, девочка. Этот союз был выгоден кому-то…Кто-то точно знал, что Димитру Меллер не оставит и возьмет на себя обязательства…

— А следовательно, это была спланированная акция. Рикар, что-нибудь удалось выяснить относительно нашего родственника?

Дед прищурился и как-то по-новому на меня взглянул. Словно бы перед ним букашка какая заговорила. Мне это не понравилось, но я решила дождаться его ответа.

— Я всегда считал, что сила распределяется согласно преданию: Солнцу — мощь и эмоции, Тени — ум и слабое тело, а Молнии скорость и абсолютное здоровье. Но ты меня удивляешь.

— Иными словами, я в вашем понимании должна быть тупой, — спокойно перевела его замечание. — Я не гениальный ребенок, но на элементарные выводы способна. И больше, чем уверена, что человек, который так сыграл судьбой матери, приходится ей каким — нибудь братом либо по отцовской, либо по материнской линии.

— Он ей дядя. У меня нет сыновей. Как и нет внуков. Точнее не было, до появления Корвина.

— Почему? — спросила я и тут же покраснела. Ну точно дура. Кто ж такие вещи спрашивает?

— Я думал, что был проклят, Сианета. Но теперь, понимаю, почему не имел наследников. Мать Димитры родила близнецов, однако второй ребенок погиб еще в утробе. Я, как и ты, умею делать выводы. Солнцем должна была стать она, а ее мертвый брат — Тенью. Тот, кто подтолкнул Димитру в объятья Меллера, знал о том, что ее дети будут особенными.

— Стоп, — я переоценила свои возможности в умственной деятельности. — Не понимаю, как получилось, что у вас есть брат, обладающий специфическим даром, а вы наследника не имеете?

— Я не знал о том, что он есть.

— Чего?

Ритас вздохнул и прикрыл веки.

— Чтобы объяснить весь масштаб происходящего, нужно хорошо разбираться в традициях и истории Аритаса. Ты в этом вопросе не искушена. А наличие питки тебе не поможет. Потому что пласт информации огромен. Однако, я могу пояснить кратко. Ритас, являющийся Молнией приходится мне братом, скорее всего бастардом отца. Мы признаем всех детей, но от кого и когда был рожден он, я выяснить не сумел. Хотя наличие в роду Солнца и Тени прямо указывает, что первый уже был рожден. Полагаю, зачат он был перед смертью твоего прадеда.

— Как это?

— Что ты знаешь о пиратах?

— А они здесь причем? — искренне удивилась я.

— Они имеют самое прямое отношение к ритасам. Потому что первыми, кто возглавлял их рейды и набеги, были опальные ритасы.

— И, судя по всему, не последние.

— Да. — жестко произнес дед. — Не последние. Началом всему служит желание одного заносчивого юнца из нашего рода стать властелином вселенных. Иметь вечную жизнь и управлять всеми, кто был рожден в нашей и смежных галактиках.

— Молния…

— Верно. Легенда считается сказкой, но это страшная быль прошлого. И по сей день отголоски бьют по тем или иным семьям. Но это не то, о чем ты должна заботиться. Тебе нужно научиться контролировать силу и пройти посвящение.

— Рикар аль Таим, давайте вы не будете юлить и решать за меня, что мне нужно и чего нет. Не стоит менять тему. Вы уже начали отвечать на вопрос, с чего вдруг передумали?

— Ты женщина.

— А еще наследница вашего рода. К сожалению, главенство передается по силе дара, а не наличию уникального ума.

— Да, но обучать я стану твоего советника, Сианета, Корвин им станет и ему я передам всю мудрость и…

— А я буду только осуществлять гениальные и чаще всего бесчеловечные идеи этого гения, — покивала для порядка, а потом вкрадчиво так уточнила, — а какая роль отведена Дамиру?

— В каком смысле?

— Каким образом могут заключить брачный союз ритасы, являющиеся главами своих родов? Я что-то не припомню такого, Медок, а у тебя…

Я не успела закончить свой вопрос, как незамедлительно получила ответ.

— Это невозможно. Будь он ниже по положению, вошел бы в наш род, будь ты ниже по положению, ты бы вошла в его. Но в данной ситуации…

— Я его ритани. Лишать ритаса продолжения рода, вам не кажется, что это слишком? К тому же, вам хорошо известно, что ему некому передать главенство над своим родом. Но… — Я выдохнула, с усилием заставляя себя переключиться на другую тему, ту самую, которую обсуждать Рикар вдруг перехотел. А по поводу своего статуса и того, кем я в итоге буду для Дамира, я решу с ним, но никак не со своими родственничками. — Мы вернемся с вами к теме пиратства. Насколько я помню, это осталось в прошлом. Молния набирает армию, чтобы самоутвердиться и забрать главенство над родом аль Таим? Ведь именно наш род считается главным на Аритасе?

— Возглавить наш род, значит, получить в свое распоряжение все планеты Межпространственного Альянса, — сухо отчеканил дед. — Ты еще этого не поняла, девочка?

— Сомнительное удовольствие. — Вздохнула я. — Извините, Рикар. Но я выросла вдали от семьи, и вы знаете, очень рада, что так получилось. Рада, потому что не хотела бы быть похожей на ваших девушек и женщин. Задирать нос лишь от того, что я ритаска?

Хриплый смех стал мне ответом, а глаза деда наконец, оживились. Он престал смотреть холодно, будто бы никогда не знал огня. Сейчас он словно стянул с себя наскучившую маску и позволил увидеть мне, что прятал.

Ему тоже много его не нравилось. Однако долг перед своими людьми превыше всего.

— Сианета, поверь, какими бы надменными не были наши женщины, есть те, перед кем они склоняются.

— Мужчины, — кивнула и усмехнулась. — Но лишь раз, а потом всю жизнь портят настроение своим мужьям. Что-то сомневаюсь, что все браки заключаются по любви. Я бы такого себе не хотела. Но речь не об этом, вы перестанете скрывать информацию? Что нас ждет?

Я указала на Корвина, который безмятежно спал, трансформация полностью завершилась.

— К примеру, кто станет нашим наставником?

— Я, — приглушенный голос Дамира раздался с порога. — Я буду вашим наставником, леди Сианета аль Таим.


«Так и знала» — пронеслась в голове первая мысль, которую тут же затмила паника.

Я, мягко говоря, сейчас выгляжу неважно. Нет, я понимаю, что обладаю самыми соблазнительными формами, но я измучена долгим изменением Корвина, к тому же, он постоянно тянет из меня энергию, даже сейчас. Мне ведь и не отойти, я все продолжаю держать его руку, откуда-то зная, что, когда моя помощь будет не нужна, я это пойму. А пока точно не стоит уходить от брата.

Я вздохнула и почему-то робко посмотрела на Дамира.

Не знаю чего я там ожидала увидеть. Восхищение, страсть и вожделение?

Я не увидела ровным счетом ничего. Абсолютно непроницаемый взгляд. И только капелька пота, что стекала по его виску, выдавала напряжение мужчины.

«Фух, не все потеряно, — мысленно выдохнула я и уже уверенней посмотрела на мужчину, который буквально с первой минуты нашей встречи заявил на меня права.

А теперь вынужден подчиняться обычаям и традициям своей родины. Ну как же, аль Таим выше по статусу. Однако, дедушка может на меня хоть какие планы строить, я в этой игре участвовать отказываюсь. В конце концов, Дамир мне нравится. Я и без афродизиака на него реагирую, зачем отказывать себе? Раз уже известно, что я его ритани. Никуда он от меня не денется.

Я была настроена кровожадно. А моей голове раздавался тоненький голосок Медка, которая хихикала над моими соображениями. Весело ей было. Впрочем, сейчас нам всем весело будет.

— Данное решение принято невозможностью вами осуществить наше обучение? И правильно ли я понимаю, что посвящение нам с Корвином придется пройти раньше моего совершеннолетия. — На этом я скривилась, потому что считала себя взрослой. Давно уже как считала. Но, Аритас есть Аритас.

— Я не смогу управляться с силой, — не стал лукавить дед, — однако все, что касается строя и быта кланов, распределения сил и устройства Альянса, — беру на себя. В какой-то мере я тоже буду наставником, однако не на первых ролях.

— Учитель второго плана. — Хмыкнула я. — И, судя по всему, усиленная работа будет вестись с Корвином.

Я намеренно не вовлекала Дамира в разговор, чтобы дать ему привести свои мысли в порядок. Вон стоит бедненький, статую из себя каменную изображает, а сам напряжен так, что аж скулы сводит и кулаки вон как сжаты. Ох и тяжко ему сейчас…

— Тебе нужно отдохнуть, Сианета, — мягко произнес Рикар, — а нам нужно идти. Дела не ждут. Но завтра мы увидимся вновь.

Я, с одной стороны, понимала, что вообще-то он прав. Денек и правда, выдался не из самых легких. А с другой, мне бы хотелось узнать, что там за дела и почему Дамир пришел за дедом. А еще, мне хотелось хотя бы пять минут провести наедине с мужчиной, объявившем меня своей невестой. Ну, хорошо, условно наедине, Корвин не в счет, он без сознания, а питка, а питка часть меня и потому тоже не считается.

Она, между прочим, тоже считает этого ритаса идеальным самцом.

Серьезно, именно так она его обозначает в своей голове! Слышать подобное забавно, но видимо, симбиоз со зверьком и на чип с искусственным интеллектом накладывает свои особенности.

— Хорошо, — покорно кивнула, — но прежде, мне нужно поговорить с Дамиром.

Рикар, который поднимался, сел обратно.

— Наедине, — жестко добавила я. — И, пожалуйста, без возражений, дедушка.

Мне почудилось или я действительно буквально прорычала последние слова?

Помог Дамир, который вдруг лучезарно улыбнулся, словно не ожидал от меня требования диалога, а тут ему прямо подарок в руки свалился.

— Лорд аль Таим, Сианета все еще моя невеста. Традиции и приличия не нарушены, потому прошу вас оставить нас. К ритасу, который вас ожидает, проводят слуги.

Ох как не хотелось уходить Рикару! Странный он, сам дал добро на то, чтобы Дамир стал моим наставником, а оставлять нас наедине боится. А как же он тогда учить будет? С расстояния в десять метров?

Непроизвольно хихикнула, представив себе эту картину. Так и вижу, как Дамир с длиннющей палкой в руках, тыкает меня ею, показывая правильные положения ног и рук при использовании дара.

Хотя, это видимо, у меня нервное. Всего слишком много. А вот времени, чтобы нормально переварить информацию — нет. Да и нервничаю, потому что не знаю, что мне сейчас скажет мужчина. Его слова, что я все еще невеста, душу греют, но и скребутся кошкой на душе, потому что не просто невеста, а еще… Что там у него за условия, чтобы я ею осталась?

Эта мысль тоже меня развеселила, еще пару дней назад, я была категорично против, а сейчас готова бороться за свое место в его жизни.

Точно, это просто нервы. Вот сейчас вдохну поглубже и успокоюсь.

— Я приду к вам завтра, — напоследок заявил Рикар, и я согласно кивнула.

Что я еще должна сказать из того, что уже сказано? Все и так понятно. В покое меня не оставят. Причем не только дед, на нас с Корвином ведется охота и от этого никуда не деться…

— Спокойно ночи, Сианета, постарайся отдохнуть. Кровать вас двоих точно выдержит, не стоит сидеть у изголовья брата. Телу тоже нужно расслабиться.

— Конечно, — усмехнулась я. Знал бы он в каких нам условиях доводилось ночевать, не беспокоился бы о том, что я не смогу разделить с братом кровать. Тоже мне проблема!

Мы и на полу в обнимку спали. На абсолютно голом полу, если не считать пушистого ковра.

В полной тишине мы проследили за уходом Рикара. Если честно, то я даже не знала, что спросить в первую очередь. То ли свой статус уточнить и отношение Дамира ко мне, то ли не страдать глупостями и протянуть руку, чтобы меня хотя бы так поддержал человек, то есть ритас, ставший мне небезразличным. Но было одно «но», я по законам Аритаса — несовершеннолетняя, хоть уже и невеста. Правда, без традиционного представления…

Вот же ж бисерное плетение! Я запуталась.

— Я не кусаюсь, — выпалила я, глядя на то, как Дамир топчется на пороге, так и не пытаясь подойти ближе. — Между прочим, это ваши слова: Мне не отказывают. Так чего теперь вы боитесь?

Черт его знает, кто меня за язык дернул и почему я вдруг так официально обратилась. Да только меня злость взяла. Неужели от меня так легко откажутся? Вон даже отец, страдавший, несомненно, долгие годы, зная, что мама предназначалась другому, все равно пошел на решительные действия.

Я моргнуть не успела, как мужчина оказался подле меня. Точнее у моих ног. Он не стал нависать надо мной, но и садиться на кровать тоже, опустился на пол, облокотившись на кровать рядом со мной.

— Есть вещи, которые я не в силах изменить, даже если являюсь Звездным лордом, — усмехнулся Дамир. Его голос звучал глухо. — Мы наши отношения начали совсем неправильно, а вы только сейчас обрели свою семью…

— И эта семья против нашего союза, — подсказала ему. — Ну раз вы так легко отказываетесь от своей ритани…

Договорить мне не дали. Не знаю как он это все провернул, но я вдруг оказалась сидящей на его коленях, при этом, все так же продолжала держать брата за руку.

М-да… Не буди лихо, пока оно тихо.

— Если бы не ваш возраст, если бы не данное слово, я бы воспользовался своим правом и ранее заключенным договором с главой аль Таим, чтобы объявить всем, что вы — моя. Но это гнусно и так поступить я не имею права. Сейчас я скован рамками ваших же изменений.

— Твоих, — спокойно поправила мужчину, хотя это спокойствие мне далось с трудом.

Но в чем я себе не смогла отказать, так это прижаться к его груди и свободной рукой погладить небритую щеку. Красивый же! И такой манкий… — И вообще, с каких пор женщина, которую объявили своей ритани может отказаться от мужчины, сделавшего это заявление? Насколько я понимаю из объяснений Медка, это наивысшая радость для ритаски.

— Радость, — согласился Дамир, — но есть и ограничения. В положениях. Сианета, ты выше…

— Ну да, я ж на коленях твоих сижу, — рассмеялась, хотя прекрасно поняла, о чем речь, правда, ни капли не поверила, что для него это какая-то существенная проблема.

Ох и не договаривает Дамир! Явно план какой-то имеет. — Мы оба знаем, чего дед хочет, и чего не хочет. Однако, как долго ты сможешь держать дистанцию, удовлетворяя потребность деда все контролировать? Я вот, например, чувствую, как ты тяжело дышишь, как пытаешься коснуться губами моей кожи на щеке…

Допровоцировалась и получила настоящий, пусть и не в губы, но поцелуй.

Я даже зажмурилась от удовольствия, ну наконец-то правильные действия!

— Ты предлагаешь мне совратить мою несовершеннолетнюю невесту?

Ритас сглотнул. Вот это проверка на выдержу. Я и раньше страшной не была, а сейчас, с такими выдающимися формами, спустя пару минут сидения на коленях мужчины, во всей красе ощутила, насколько новая я, нравлюсь Дамиру! Конечно, мне это льстило. Да что там, я наверняка сияла, как ясное солнышко!

— Ключевое — невеста. И нет, совращать не требуется.

Мы говорили глупости, хотя каждый из на пытался выровнять дыхание, я так еще и руку Корвина держать пыталась. Рано отпускать, ниточка энергии все еще связывала нас.

Ох и лишний здесь брат!

— В одном ты права, я не собираюсь отказываться от тебя. Да и ты прогнать уже не сможешь. Но я готов ждать совершеннолетия и официального признания наследницы.

— Наследников, — поправила его. — Меня и Корвина нельзя поделить. Он — голова, я тело, если так можно выразиться. Потому и дед такой сухарь, и Корвин, — я вздохнула, — таким же будет. Эмоции, чувства…если он посчитает какой — то вариант развития события наименее затратным, исключающим большие потери и выгодным для рода, воспользуется им, наплевав на чувства тех, кем пожертвует.

— Такова доля всех глав.

— Да нет же, — покачала головой. — Это касается даже мелочей. Института семьи, как таковой, для них нет. Рациональность, логика, накопление большей силы и ее удержание. Вот что, имеет смысл — сохранение уникальных генов, и неважно, если для этого нужно пожертвовать жизнью матери и отца. Рикар явно знал об отношении папы к маме задолго до того, как они сбежали. Но посчитал правильным запретить ему их выражать, так как союз с тобой был более выгоден. Поверь, род аль Таим славится гением и зачастую этот гений злой.

Я вздохнула и доверчиво рассказала Дамиру историю, которая послужила причиной блокировки наших способностей с Корвином. Честно пояснила для чего брат так поступил и ни капельки не преуменьшила в этом всем свою роль. Я тоже супер-эгоисткой была. Только я действовала, опираясь на свои чувств аи эмоции, а вот Корвин просчитывал лучшие варианты для нашей жизни. И отчасти, он все-таки был прав.

— Вы были детьми, — ласково погладив меня по волосам, произнес ритас после моего рассказа, — но пример наглядный. Я понял, что ты хотела сказать. Но также понял, что рядом с тобой Корвин прекращает быть бездушной машиной. Вы дополняете друг друга. И обучать я буду вас двоих.

Дамир вздохнул.

— Это дастся мне нелегко.

— Из-за моей внешности?

— Из-за необходимости ударить во время занятий.

Я стушевалась и замолчала. Но тишина не длилась долго. Я еще деду хотела один вопрос задать, но забыла.

— Скажи, а айсе чувствует, когда уходят из жизни…

— Да, — ритас сразу понял о чем я хотела просить. — Когда погиб отец, айсе сразу активировало защиту главного поместья и наследника. Всех, кто так или иначе относятся к главе, айсе отслеживает и первым сообщает тому, кто может услышать и понять.

— Услышать и понять, — эхом повторила я. — Погоди, а почему Рикар уверен, что мама жива? Он что же, больше не может говорить с айсе? А кто тогда может?! Или мама действительно жива?!

Глава девятнадцатая

— Хороший вопрос, — вздохнул Дамир. — Но пока я не знаю на него ответа. Касаемо Рикара…как думаешь айсе дома аль Таим похоже на своих наследников?

— Что? — растерялась и тут же поняла о чем он. — То есть айсе там тоже не о чувствах радеет…

— К тому же, брак твоей мамы и отца был по традициям Аритаса, она вошла в его семью… Следовательно за нее должен отвечать айсе аль Марито, однако, и тут сложно что-либо прогнозировать. Я еще не имел чести общаться с твоим дядюшкой.

И сказано было таким тоном, что я уверилась — беседа явно не языками вестись будет.

— Касаемо твоего отца, извини, но его точно нет среди живых. Вот уже десять лет аль Марито носят траур по младшему сыну.

— Кстати об этом, а разве дети не отцу принадлежат? С чего вдруг нас назвали наследниками по материнской линии?

— Потому что в вас сильна кровь аль Таим, а не аль Марито. У Велара не выйдет забрать вас к себе, даже если он сильно захочет. Вы аль Таим и это не изменится.

— Изменится, — хмыкнула я, — у меня так точно, когда замуж выйду.

— Если честно, то это муж должен будет войти в твой клан и взять твое родовое имя.

— Учитывая то, что у тебя и свой клан имеется, а передавать ты его точно никому не станешь…

— Если ты попросишь, я не смогу отказать.

— Не перебивай, — меня от его слов в дрожь бросило. Надо же…так ломать себя. Нет уж, это жена входит в семью мужа. Нечего ерундой заниматься. — Я так никогда не поступлю. Поэтому, когда придет время, Рикару придется смириться и с моим выбором, и с моим решением.

— Ты понимаешь, насколько для него безответственным будет выглядеть такой поступок? — лукаво спросил ритас, а сам осторожно провел носом по моему виску.

— О да, как и двадцать семь лет жизни в дали от родины. Дамир, я не знала его, мой клан — чужд мне, как и все, что с ним связано. А власть, явно не то, о чем я мечтала. Поэтому, ни сожалений, ни огорчений по этому поводу я не испытаю. — Я усмехнулась и нагло вцепилась в плечо мужчины свободной рукой, — где я еще найду такого ритаса, который объявит меня своей ритани?

— Сианета… — прохрипел Дамир.

Прохрипел, потому что я чудом извернулась и теперь жадно смотрела на его губы. Нет, ну, собственно, сколько говорить можно? У меня сегодня, вчера и позавчера стресс был, и последующие дни тоже все со стрессом. Пора меня пожалеть и немножко приласкать. И я потянулась к его губам. О том, что тут брат спит, и едва слышно хихикает Медок, старалась не думать.

— Это запрещено, — прошептал мужчина, прикасаясь пальцем к моим губам, тем самым останавливая меня, — извини, милая, но ты — несовершеннолетняя.

— Дамир, мы вообще-то в курсе, что гражданство — то у меня планеты Земля. И вот по документам, между прочим, выданным мне Межпространственным Альянсом, я являюсь совершеннолетней.

Да кого не взбесят такие заявления? Вот и я разозлилась. Значит, как до этого целоваться — то все замечательно.

— Не шипи, маленькая колючка, — улыбнулся Дамир, — я могу целовать твои руки, волосы на голове и невесомо касаться твоих щек, а все остальное — после свадьбы.

— Колючка? — опешила я. — Не шипи? Ты меня змеей назвал?

И я бы, наверное, что-то еще глупое сказала, но не дали…

Ох и не придерживается Дамир законов Аритаса! Со мной так точно!

Потому что его губы, горячие, тугие и такие же мягкие, как спелая черешня, вдруг оказались не просто близко, непозволительно близко и сладко…

Я ощущала себя пылинкой в водовороте жизни. Пылинкой, которую наполняли ярким светом, порочной тьмой и необъятной нежностью. Я прижималась к телу ритаса так, словно бы разорви он наш поцелуй и меня не станет.

Этот поцелуй был всем, чего я так хотела.

Огненный, сметающий на своем пути любые запреты. Живительный, необходимый как воздух и пища. Рассветный, наполняющий смыслом и надеждой. Дразнящий и неизбежный…

Мой…весь мой!

Когда я отпустила руку брата? Когда требовательно потянула рубашку Дамира, да так, что пуговицы брызнули в стороны? Я не знаю. Сейчас не было меня, не было никого, кроме нас двоих. И я бы ни на мгновение не задумалась о том, где мы и кто рядом с нами. Их просто не существовало. А были мужчина и женщина. Была мягкая сила женского начала и податливая мощь мужского.

Вот только…

— Атенаис! — громкий писк Медка окатил не хуже ледяной воды.

Этого хватило Дамиру, чтобы отстраниться и попытаться перевести дух. Как же он выглядел в этот момент!

Растрепанные волосы, обнаженный торс, по которому бежит капелька пота…Взгляд глубокий, с лихорадочным блеском, скорее жадным пламенем, и неистовой борьбой.

Сейчас бы запустить пальцы в его волосы, притянуть к себе, прижаться бесстыдно, довериться и раскрыться полностью, забирая и отдавая….

У меня сердце заходилось от бешеного стука, а живот скручивало такой волной, что я не сдержалась, застонала.

Боги! Если нас от одного поцелуя так…даже слов не подобрать, то о каком расставании может идти речь?! Не позволю!

Мой и точка! Весь мой!

— Я бы, конечно, сделал вид, что ничего не видел и не слышал, все-таки желание ритани — закон для ритаса, но… Сестренка, не при мне же!

Я подскочила на добрый метр вверх. Честно, не вру!

— Очнулся! Очнулся!

Я кинулась обнимать брата, который кривился, но не отстранялся и не пытался меня сдвинуть. Хотя я лишь с опозданием вспомнила, что у него наверняка каждая клеточка тела болит так, словно ее иглой тыкают.

Сама отстранилась и жадно вгляделась в возмущенное лицо Корвина. Ну что сказать, изменился, молодая копия деда… Эх…

— Будешь так на меня смотреть, я надеру тебе уши, — ласково предупредила я.

Дамир благоразумно не вмешивался в мое общение с братом. Он давал на время. И это было так приятно! Он же понимал все без слов, хотя его также накрыло от поцелуев, как и меня!

— Твое нерациональное использование ресурсов организма меня расстраивает. Вместо того, чтобы тратить энергию на мои уши, лучше бы переоделась. — Без единой эмоции заявил он, а я едва подавила в себе желание треснуть его по моське. Вон как заговорил, посмотрите-ка!

Но…лежачих не бьют, больных тем более… Так что пусть живет, до тренировки так точно, а уж там я ему устрою нерациональное использование ресурсов организма!

— Я вызвал леди Тайру, Сианета, — мягко произнес Дамир за спиной. — Корвин, рад видеть вас в истинном обличие. Вы копия вашего деда.

— Благодарю, лорд аль Кахар. Не могли бы вы оставить нас с леди Сианетой наедине?

— Конечно, — я не видела, но была уверена, что Дамир ухмыльнулся. — Милая, мне действительно пора. Как только леди Тайра согласится на тренировку, мы приступим к ним.

— Хорошо, — вздохнула, понимая, что свидеться раньше, нам никто не даст.

У Дамира дела… с моим дедом, который явно против такого союза, хотя матушку под него подкладывал.

Я вспыхнула от таких мыслей! Точнее от того, что я бы придушила своими руками каждого, кто бы посмел к моему мужчине прикоснуться или посмотреть косо!

Но прежде, чем ушел Дамир и пришла подруга, я вдруг оказалась в объятьях жениха.

— Ты очаровательна, когда ревнуешь. Мне это слегка льстит, но не стоит. Не хочу, чтобы тебе было неприятно, и ты грустила.

— Мы увидимся? — недосказанными остались слова о до начала тренировке, но меня поняли.

— Прости, колючка, — осторожный поцелуй в мой лоб, — я должен позаботиться о твоей безопасности.

— Понимаю, — а что мне еще оставалось? Я даже за колючку сердиться не могла. — И буду ждать.

Наверно, если бы не приход Тайры, меня бы никакая сила не отлепила от Дамира.

Забавно, такая удивительная реакция на мужчину. Я не покривлю душой, если скажу, что со мной подобное впервые. Может от того, так все остро и буквально на самой грани приличия?

Дамир покинул нас, Тайра приступила к осмотру Корвина, который приветствовал ее кивком. Язык бы у него отсох поздороваться?

Нет, я понимаю, что мне с ним тяжко придется. Но кто-то видать уже вообразил себя преемником главного клана Аритаса. Напомнить ему что ли, что посвящение мы еще не прошли, а значит, все еще Земляне? То есть мы-то ритасы, но официального признания кланом не было. Дедом да, на словах, но без ритуала.

— Корвин, ты же понимаешь, что мы еще не являемся частью клана аль Таим? — осторожно поинтересовалась я и с удовольствием отметила, как по его лицу пошла рябь.

Ага, значит, мозги-то на месте, да пока думать не начали. Прекрасно, устрою я ему сейчас надменную встречу с целительницей.

— Добрый… вечер? — неуверенно протянул брат и я кивнула. — Добрый вечер, леди Таира.

— Почти ночь уже, — усмехнулась подруга, прекрасно сообразив, что только что произошло. — Доброй, лорд Корвин. Ваш организм справляется с нагрузкой, но сутки желательно провести в постели. До полной реорганизации и перестройки.

Я даже восхитилась вайерой, ее тон не уступал выражению на лице моего братца. Такой же вроде и вежливый, а в то же время, как на букашку смотрит. Ох и надеру я все-таки ему уши…

— Это все указания? — лениво так поинтересовался он, на что удостоился кивка, небрежного.

— Леди Сианета, позвольте вас на пару слов.

Естественно, я и не подумала отказываться. Тем более Медок была солидарна моим мыслям и планировала устроить легкий прессинг одному задравшему нос парню, пока меня и Тайры не будет в спальне.

Я предполагала, что Тайра отведет меня в гостиную, но вместо этого она уверено повела меня прочь из моих покоев. Я даже пискнуть не успела, как очутилась в отведенных ею комнатах.

Они были на порядок меньше моих, но при этом такие же роскошные и даже уютные.

Мне однозначно нравился вкус родственников Дамира. Кто бы ни построил это поместье и этот дом, и кто бы его не обустраивал, он несомненно отличался любовью к прекрасному и практичному. В отличие от моей, комнаты Тайры были выполнены в белых, серебряных и черных тонах. Где черный использовался для узоров на мебели и собой оттенял белоснежность, придавая живости. А еще мне понравилось освещение. Повсюду находилось небольшие бра, из которых озорными лучиками на стены и пол, убегала радуга. Если учесть, что в комнатах царил полумрак и шторы были задернуты, то складывалось впечатление, что попал в волшебную сказку, где есть место магии и чудесам.

— Пойдем, умоешься хотя бы, — нарушила тишину подруга и повела меня за руку в свою купальню.

Хотя, купальни были у меня, у нее же просто ванная комната. Но миленькая. Я не стала отказываться. Вечерок и часть ночи выдались откровенно тяжелыми. Как в моральном плане, так и физическом. Только сейчас поняла, что невыносимо устала. Я с благодарностью приняла помощь вайеры и с удовольствием не просто умылась, а ополоснулась.

Все-таки замечательная у меня подруга.

— Вот и славно, — довольно улыбнувшись, заявила Тайра, когда мы уселись на софе в ее гостиной. — И аура поярче стала, определенно силы восполняются правильно и быстро.

— Кто о чем… — фыркнула я.

— Не забывай, что я ваш целитель, — назидательно парировала она, — хотя, лорд Дамир и лорда Рикар станут искать других для вас. Я же отказалась от контракта.

— Тебя что, попросили уехать?

— Нет, лорд Кахар не идиот, и прекрасно видит, что нас с тобой не работа связала.

Я облегченно выдохнула. Была такая мысль, была… Кто помешает выгнать работника, который отказался от договора и подопечного. Хотя отказались от первой части, но если вайера не захочет и дальше наблюдать за мной и братом, я не стану перечить.

— Ты моя гостья, Тайра, и если решишь отказаться от…

— Атена…тьфу, Сианета…Вообще определись уже, как тебя называть?

— Да без разницы. Хоть так, хоть так, — пожала плечами, — оба — мои имена.

— Тебе без разницы, а я путаюсь. Да и не только я.

— Ну брат и дед однозначно будут звать Сианетой, при них используй это имя. Дамир иногда путается… А наедине со мной то, какое ляжет на язык.

— Как у тебя все просто, но я же вижу, что Атенаис тебе больше по душе. — Лукаво заметила подруга.

— Вот видишь, все не так сложно, — усмехнулась я, — ты уже знаешь, как ко мне обращаться.

— Не ехидничай. Так вот, Атенаис, я свои обязательства, как целитель выполнять не отказываюсь, у меня и свои сбережения есть, так что обузой не стану. Прекрати из-за этого нервничать. А позвала я тебя из-за Корвина. Я кажется, знаю, как ему можно помочь.

— Помочь с чем? У него что-то не так со здоровьем? — естественно я запереживала. Он хоть и противный, но свой родной.

— С наследственностью, — серьезно поправила она меня, — как бы это ни звучало, в свете того, что он ритас, но, ему бы человечности добавить, ты так не считаешь?

— А разве это возможно? — Я соображала быстро. И видимо, мой рассказ так запал девушке в душу, что она над этим долго думала. — У тебя есть идея?

— Не просто идея. А уверенность, Атенаис. Будет у твоего братца и любовь, и все человеческое чуждо тоже не будет. — Довольно улыбнулась Тайра, — если ты, конечно, согласишься…

— Да! — выпалила я. — Да, Тайра, и не тяни! Говори же, что нужно делать?

— Для начала отцепить свои пальцы от моей руки, больно, — я и не заметила, что начала сжимать ее запястья, надо же. — Успокоиться и внимательно меня послушать. Нет, сначала чай попей и перекуси.

Я уже открыла рот, чтобы возмутиться. Мол, какой чай, если надо действовать, но была прервана бесцеремонным:

— И не спорь со своим целителем. Я уже вызвала слуг.

* * *

Забегая вперед, скажу, что у нас все получилось. Хотя пришлось нелегко. План Тайры, на первый взгляд, был простым. Но это на словах, на деле, попотеть пришлось нам обеим.

Любое превращение ритаса — это маленькая смерть. Погибает одно существо, появляется другое.

То, что было со мной и Корвином, это даже не смерть, это длительная агония. А потому организм брата должен был восстанавливать не только физическую оболочку, но и каналы, по которым струится мировая энергия. Иными словами, латать дыры в ауре. И вот туда-то я и должна была влезть. Влезть не просто так, а щедро откусить от своей ауры, и заставить свою энергию латать те самые дыры.

То еще задание, особенно, когда не вполне понимаешь, что должна сделать. Хорошо у меня была Тайра. И Медок. Пусть последняя вмешиваться не могла, зато служила громоотводом.

Как заверила подруга, после моих манипуляций Корвин будет иметь эмоции, потому что я отдаю часть своей силы, и неосознанно он продолжит ее тянуть, когда полностью выздоровеет, причем безразлично на каком расстоянии от меня он будет находится. Меня это очень устраивало. Даже не так, я была довольна. И не страшно, что после того, как я принялась за дело, меня тошнило так, что хоть все внутренности выплевывай. Голова кружилась постоянно, а еще хотелось что-нибудь разрушить.

Не знаю каким чудом я дел не наворотила, не иначе достижение цели меня мотивировало. Ибо в противном случае надолго бы меня не хватило.

Вместо одного дня, брат провалялся в кровати трое суток.

Лечебный целительский сон. Вот так Тайра отчитывалась перед всеми. Но мы обе знали, что сон нагнала она, чтобы брат мне не мешал. А я вообще могла хоть как-то сосредоточиться. И меня ни капли не пугало, что я являюсь живым донором. С моим-то объемом энергии… К тому же, брат у меня умный, придет в сознание, пройдем посвящение, разберемся с предателями, и он точно придумает как это исправить, если мне наша с Тайрой задумкой начет вредить.

Первые три часа после того, как Корвин пришел в себя я не заметила каких-либо существенных изменений в поведении. В том смысле, что он был не таким веселым и озорным, как во время жизни на Земле, но и не кривился при виде Тайры и служанок. Маленький шажок. А там уже видно будет.

Мне отчаянно хотелось спать. И желательно тоже, суток трое, не меньше. К сожалению, нормально поспать за эти дни мне не удавалось.

Я выматывалась сильно, но вместо того, чтобы рухнуть и поспать, мой мозг лихорадочно работал, не давая телу желанного отдыха. Простыми словами меня бессонница мучала. И Тайра не могла меня усыпить, потому что бы нарушился ход нашего эксперимента.

Правда, стоило слугам увести Корвина в купальни, как подруга живо потребовала, чтобы я вернулась в свои покои и легла спать, иначе она меня прямо тут уложит.

Тут — это в спальне брата.

Думала я не долго. Учитывая то, что братец уже выспался, а кроме меня ему поболтать и узнать новости будет не у кого, ни дед, ни дядя, ни Дамир не появлялись, то меня попросту ждал допрос с пристрастием.

От вайеры он все равно ничего не добьется. Она небось, и сама спать уйдет. Поэтому я перечить не стала. Да какой там, я летела в свои покои, только пятки и сверкали. В какой — то момент я была уверена, мне не дадут выспаться. Закон подлости не дремлет, а потому двери к себе я открывала с опаской. Мало ли Дамир пришел. Рикар навестил, или дядюшка, которого зовут Велар аль Марито, пришел познакомиться?

Но я могла вздохнуть спокойно. Никто меня не поджидал. Сил на водные процедуры не имелось. Я с разбегу нырнула в кровать и накрылась одеялом.

— Лишь бы уснуть, — выдохнула я.

— Уснешь, — проворчала Медок после того, как ловко запрыгнула ко мне на подушки. — Тайра усыпит. Ты уже должна чувствовать ее вмешательство, после такой-то практики…

Не знаю, кому я там и чего должна, но все что я ощущала — это тяжесть во всем теле. А потом я зевнула, раз, другой, и наконец закрыла глаза, проваливаясь в долгожданный сон.

* * *

Дамир аль Кахар


— Я настаиваю, Дамир, — Рикар смотрел непреклонно, но устало. — Я знаю, что сам желал этого союза, однако сейчас у меня появился достойный наследник.

— А как же наследница? — криво усмехнулся я. — Она не идет придатком к Корвину, как бы тебе этого не хотелось.

Еще месяц назад я бы не подумал о том, что буду хамить и открыто нарываться на конфронтацию с Рикаром аль Таим. Его планы в отношении внуков меня откровенно бесили. Понятно, что талантам Корвина пропасть не дадут, а учитывая то, что рядом с ним находится постоянный аккумулятор энергии, к которому можно присосаться в любой момент, то сделать он сможет очень многое. Воплотить в жизнь те проекты Межпространственного Альянса, о которых не смел сам Рикар.

Однако…

Сианета моя ритани, а не средство достижения цели!

— Ты никогда не поймешь ни мотивов, ни планов аль Таим, — высокомерно заявил собеседник, намекая на мою скудость ума, а заодно на безмозглость всех остальных кланов. Правильно, куда нам до блестящего гения рода аль Таим? — Наследница выполнит волю рода, завтра вы приступаете к обучению. Месяца и вам, и мне хватит на подготовку.

Посвящение…да… И Сианета станет полноправной наследницей рода, будущей главой. Хотя кто сказал, что она ею будет? Ее участь — марионетка при гениальном брате, что несомненно, останется в тени, но… О его роли будут знать все.

— Я подобрал ей мужа, Дамир.

Могло ли быть больнее? Слышать о том, что любимой выбрали мужчину и будут настаивать на этом кандидате? Кого и когда интересовало мнение детей, если на кону стояла власть? Димитру ведь тоже ни о чем не спрашивали…

Чем аль Таим отличается от своего предка? Того самого Молнии, который желал власти, безоговорочной? Межпространственный Альянс дал многое расам, сплотил не одну планету и не допустил рабства и гнета. Однако, кто сказал, что так будет всегда? Когда настанет тот светлый миг, когда потомки аль Таим примут решение, что только сила и полный контроль обеспечат существование Альянса? Сейчас Звездными лордами первого ранга являются трое выходцев Аритаса, Звездными второго и третьего ранга — и того больше. А когда их станет пять, пять Звездных лордов первого ранга родом с главной планеты Альянса? Очередная катастрофа для планет? Недовольные всегда найдутся, но одно дело, когда бьешься с негодяями, решившими, что они лучше всех, а потому гадят, подгребая золото и ценные ресурсы, и другое, когда перед тобой те, кто вчера защищал и проповедовал мир? А сегодня вдруг решил, что мир достигается кровью? Каково? Кто не взбунтуется? И проиграет. Слишком уж ритасы отличаются от остальных рас. Слишком уж идеальные. Вот уж бы никогда не подумал, что буду горевать по этому поводу! Но…

Управление Межпространственным Альянсом осуществляется путем Семерона, где главными являются семь самых сильных родов Аритаса, а над всеми высятся аль Таим. И только после Семерона решения выносятся на совет Звездных лордов… Однако и так все понятно. И кто, и что в действительно решает.

К чести Рикара аль Таим, за время его правления, я не помню ни одного приказа, который бы угрожал благополучию всего Альянса. Но были…были бесчеловечные и жестокие поручения даже для меня, повидавшего многое. Одно дело, когда объявлен карантин… Впрочем, о том, что мы спасали всех, кого могли, ему знать не обязательно. Как и то, что я не смирюсь с его решением.

— Кто? — уже успокоившись, спросил я.

— Третий сын аль Алар.

Я молчал. Мне было над чем подумать. Младший ребенок семейства аль Алар из себя толком ничего не представлял. Он бы не смог получить даже звание Звездного третьего ранга. Следовательно, такого сына не жалко отдать в чужой род. К тому же в какой род! Уверен, они бы и старшего сына отдали, но тут не судьба. Он женат, а второй сын помолвлен. И можно было бы ее расторгнуть, помолвку, а это время, которого, судя по всему, нет. Интересно почему?

— А ты женишься на леди Туалли, она примет твоего ребенка, как своего и будет всю жизнь молчать.

А вот и ответ. Леди Туалли, дочь главы рода аль Алар. И молчать, Дамир. Не смей сейчас показывать свой гнев. Нельзя.

— Я понимаю, что твоему роду нужен наследник, Дамир. Ты встретил свою ритани, что усложняет дело. Однако я даю слово — Сианета родит тебе сына, а леди Туалли воспитает.

Пытливые глаза собеседника всматриваются в мое лицо. Он меня прощупывает, просчитывает, проверяет, желает считать каждую эмоцию, чтобы помиловать или покарать, а я заледенел. В голове пусто, пусто настолько, что постучи мне сейчас по лбу и раздастся звонкий гул.

— Значит, охота на живца?

И Рикар расслабился. Расслабился, принимая мой ответ за согласие на весь его план. Не будем его переубеждать. Пусть читает, что самый умный. Пусть верит, что я все также подчиняюсь его мудрости и проницательности. Ну и, конечно, верю в его силу. Как будто сложно понять, что именно на посвящении Сианеты Молния проявит себя. Любимая та, на кого ведется охота. Она наживка. Но у нее есть я, и я никогда не позволю причинить своей ритани боль. Даже ее родственникам.

Глава двадцатая

С того дня, как мы с Тайрой провернули свое страшное дельце прошла неделя. И я во всю наслаждалась делом рук своих. Особенно в минуты общения со старшим родственничком. Корвин однозначно не походил на этого деда-акулу. Нет, внешностью да, был весь в него, а вот помимо холодного расчета в нем проскальзывали эмоции. Он задумывался о чувствах окружающих, что меня естественно, радовало.

А вот что бесило, так это попытки деда подложить меня под Дамира. Нет, прямым текстом меня в постель к наставнику не укладывали. Однако ненавязчиво так вдалбливалось, что он мол, не против будет.

Помнится, что в один из таких моментов я даже вспылила, и спросила, а с последствиями-то молодости да глупости, что делать будем? На что мне на полном серьезе ответили — рожать, конечно.

То есть дед даже не проникся. Как будто родить вне брака у ритасов является нормой. И это я еще молчу о том, что как бы по закону, ко мне ни один мужик прикасаться права не имеет, ибо чревато…

А вот с Дамиром явно творилось что-то неладное. И я бы даже поверила, что он ко мне охладел, но ведь мужчина признал меня своей ритани! Ильканта клятвенно божилась, что его чувства не изменились и она не ошиблась. Зато от души пропесочила моего деда, который против нашего брака. В итоге я больше ничего не понимала.

Собственно, наш с ней разговор произошел после второй тренировки, на которой Дамир обращался со мной вежливо, но так, что можно было подумать, что я пустое место. А когда я попыталась с ним уединиться, чтобы поговорить по душам — сбежал, отговорившись важными делами. И я разревелась. Глупо и по-детски, прямо там в парке. Со мной и так в последнее время какая-то ерунда творилась, контролировать эмоции было до невообразимого тяжело, а уж после такого… Хорошо, что рядом никого не оказалось. А то снесло бы волной моей силы и воскрешать было бы нечего. Я если честно, сама была шокирована тем, что могут ритасы, обладающие силой. А уж про меня вообще говорить нечего. Нет, я не управляла стихиями, не могла изменить пространство, но я могла на него влиять через свое тело. То есть внешне оставалась собой, но сила рвалась, и, к примеру, подпрыгнув на месте, я могла вызывать землетрясение. Хотя, казалось бы, визуально моя масса не увеличилась. Ан нет…

А я ревела, да так сильно, что началась гроза…с шаровыми молниями. Из живых ко мне просто никто не мог подойти. А Ильканта смогла. Позже и Корвин подтянулся.

Сначала меня успокоила мать Дамира, заверив, что мужчина своих планов относительно меня не изменил. Пусть не сразу, но я приняла ее слова за веру. А как не принять, если с некоторых пор, я отчетливо сознавала, что влюбилась и по уши. И что еще ревную его, как кошка. Это тоже стало для меня потрясением. Но Тайра и Медок успокаивали меня тем, что все просто наложилось одно на другое. Моя вновь обретенная форма и сила, и первые чувства. Вот и вышел коктейль, даже смесь, гремучая.

А вот когда утешать принялся брат, тут и взвыть в пору было! Потому что он был уверен, что деду нужны рычаги давления и манипулирования главой аль Кахар. Меня он за него замуж выдать не может. Следовательно, детей у Дамира точно не будет, какую бы жену тот не взял. Она не будет ритани, а я вот была… И Дамир все прекрасно осознает, и не желает меня ни компрометировать, ни самому попасть в ловушку.

Сначала я не поняла, к чему клонил Корвин, а когда тот любезно объяснил, что я-то могу иметь детей от любого мужчины, вне зависимости от того, кто мой муж, а кто нет…

Землетрясение было. Но на землях аль Таим. Корвин помог силу направить. И мне было плевать, что дед прекрасно поймет, кто конкретно пошалил.

К тому времени как Рикар примчался в поместье аль Кахар, мы с Корвином договорились, что он вотрется в доверие деда и узнает весь план на меня и него. Потому что одно дело приманить Молнию, другое — долгосрочные перспективы на наши жизни.

И на беседу с дедом я уже шла спокойно. И даже покаялась в содеянном, отговорившись тем, что получила задание от наставника, но спутала координаты и слегка не рассчитала силу. Думаю, мне бы вряд ли поверили, если бы не Корвин, который не щадил мои чувства и говорил о промахе так, словно распинал меня на кресте.

Вот такое поведение дед понимал и принимал. И конечно же не удивился, что я «обиделась» на брата. А то, что в слезах убежала, ну так я же женщина, априори слабая, что с меня взять? Поэтому и спать я легла спокойно. Тем более на завтра было запланировано знакомство с моим дядей и очередная тренировка с наставником.

Проснулась я сама, хотя в последнее время, разбудить меня была та еще задачка, с которой, впрочем, справлялась Медок. И справлялась хорошо.

Наше с ней взаимодействие потихонечку выходило на новый уровень. Во время тренировок она неотступно была со мной, помогала ориентироваться в ощущениях, если нужно, растолковывала слова Дамира доступным мне языком. То есть переводила любую непонятную мне терминологию. И по времени ее общение со мной не занимало больше нескольких секунд. Реагировала она быстро и небольшая заминка в выполнении мной заданий наставника, практически не была заметной. Порой Дамир забывал, что мы не воспитывались на земле Аритаса, а потому пользовался привычным лексиконом. Говорил о том, что мог бы говорить своим детям, упуская из виду, что привычное для него то для меня является дремучим лесом. Корвину было проще, он давно увлекался Аритасом. Хотя и не мог знать секреты знатных родов, но общей информацией владел. А уж после того, как мы с Тайрой над ним поэкспериментировали, и ему было разрешено заниматься — практически сутками просиживал в библиотеке рода аль Кахар, а заодно изучал ту литературу, которую передавал дед.

Завтрак выдался спокойным, если не считать того, что брат постоянно хмурился и веселым не выглядел. Но и не торопился делиться своими мыслями.

А я не лезла с расспросами. Захочет — сам придет и все поведает.

Хотя, зная своего братца, я была уверена, пока он все по полчкам не разложит в своей голове, не разберет на атомы и молекулы, пустословием заниматься не станет. Вот и не будем прибавлять ему проблем.

Тем более благодаря Ильканте я знала удивительную вещь, тот, кто занимался спонсорством Корвина — был нашим дядюшкой. А посему я предвкушала интересное зрелище, которое должно состояться по окончанию завтрака. Интересно, когда брат увидит его сообразит, что это не просто родственник по отцу? А когда поймет, что сделает? Надменно кивнет, принимая его помощь, как обязательство, или его лихо подправленная мной шкурка разразится благодарностями?

Я не угадала. Меня переиграли. И сели честно, то было немного обидно. Оказывается, лорд Велар и Корвин познакомились вчера, после беседы с дедом. Тот настоял на их встрече. Рикар не идиот, и явно видел, что Корвин не совсем похож на истукана, а значит, не удивлюсь, если он сам сдал Велара, в красках описав какую тот сыграл роль в наших судьбах, и особенно в судьбе брата. А затем наблюдал за бесплатным представлением. Если оно, кончено же, было…

Зато сейчас все наблюдали за мной… Боги, я на миг решила, что мой отец воскрес! Такая же копна медовых волос, небрежно стянутая на затылке в хвост. Темные, насыщенного зеленого оттенка, глаза, шальная улыбка на губах. Я знала, что являю собой статую, которая застыла на месте и с открытым ртом смотрит на дядюшку. Да какого дядюшку, на мужчину-красавца!

Глухое рычание привело меня в чувство и заставило устыдиться. Все и все поняли… А Дамир не одобрил моего восхищения… И, видимо, бессознательно выразил это рычанием. Устыдилась я, но тут же про себя отметила, что будь Велар не моим родственником, никогда бы на него не польстилась, и не потому, что он явно избалован женским вниманием, нет. На него замечательно любоваться, а вот того тепла и уюта, которые я ощущала рядом с Дамиром не было. Нет, как дядя он меня более чем устраивал. Или устроит, в зависимости от того, как себя поведет.

— Дружище, ты влип, — громко рассмеялся Велар, — Сианета, теперь я понимаю, почему ты выбрала такую невзрачную оболочку. Прятать такую красоту было просто необходимо! Дамир, если что — обращайся, увезем твою ритани и укроем от чужих взглядов.

Смеялись все. И расслабились тоже. Мне понравилось, что мужчина не тушевался, шутил, и что еще больше привлекло — дорожил дружбой и отношениями с Дамиром. Хороший друг! Берем!

— Мама будет счастлива увидеть вас, — вдруг став серьезным, произнес дядя. — Сианета, Корвин, вы всегда можете рассчитывать на нашу поддержку, чего бы это не касалось.

Мы переглянулись с братом и синхронно кивнули. В омут с головой бросаться не будем, но вот пообещаться с бабушкой, я бы хотела. В конце концов она женщина, живая, ритаска… Да не ужели мы не найдем о чем поговорить? К тому же, она явно очень любила папу, раз разрешила ему то, что мой бы дед в жизни не позволил!

Я и сама не заметила, как из малого зала, мы переместились в мои покои. Прямо все дороги ведут — в мои комнаты. В основном общался Корвин, я же пожирала глазами Дамира, который ревновал меня, но при этом сесть предпочел рядом с другом, меня же за руку подхватил брат и усадил с собой.

Можно сказать, что я сидела и дулась, и мысленно давала обещание отыграться во время тренировки.

— Сианета, ты уже пробовала принимать животную форму? — выдернув меня из моих мыслей, спросил Велар.

— Только боевую форму питки, — созналась я, — и то, неосознанно.

— Мы сегодня займемся этим, — впервые за время нашего общения подал голос мой жених.

— Хотите помогу? Побуду беспристрастным наблюдателем.

— Почему нет? — пожала плечами. — Но, если честно, я рассчитывала, что у меня такой формы не будет. Все же, это больше особенность мужчин ритасов.

— Не в вашем случае, — мягко произнес Дамир, — я уверен, что ты сможешь выбрать не только одну, но и все четыре формы боевой трансформации.

Учитывая Медка, которая мысленно разжевывала мне все сказанное, я нахмурилась.

— Выходит, что животная форма нужна для защиты и нападения. И форма эта всегда будет внушать ужас и страх. А…я увижу твою? — я смотрела на Дамира, стараясь не моргать.

С одной стороны мне было любопытно, а какой вид он принимает, а с другой…Да мало ли я испугаюсь? И что потом делать?

— Это необходимо… — осторожно начал Дамир, — вам нужно будет тренироваться и нападать, и защищаться…Проклятье!

— Я помогу, — тут же отозвался Велар, — она будет нападать на меня. Занимайся Корвином. Обещаю только не навредить.

Я вздохнула. А ведь проблема. Судя по всему, Дамир не сможет полноценно со мной заниматься, разве дед этого не понимал? Ни ударить меня не сможет, ни выдержать того, чтобы я нападал.

«— Он расценит нападение, как брачные игры» — молниеносно пояснила Медок в моей голове.

— Бисерное плетение, — вслух высказалась я, а мысленно…

Царапнуло меня кое-что… Ладно я не всегда быстро соображаю, часто вообще медленно, однако… Дед не дурак, его умственные способности может слегка уступают Корвину. В любом случае, там опытный интриган, а брат у меня еще малявка, хоть и гениальная малявка. Рикар явно не хочет, чтобы нас нормально подготовили к посвящению. Нет, какие-то основы Дамир даст, но будет щадить и меня, и моего брата. Меня, потому что я его ритани, он даже допустить случайности навредить мне не может, а брата, а потому что я огорчусь. А огорчать ритани? Это последнее дело!

Все-все это понимал дед, однако…

— Ты подумала о том же, о чем и я? — выдохнул Корвин мне в ухо.

В ответ сжала руку, и так внимание привлекаем. А так, есть шанс или опровергнуть, или подтвердить догадку. А может найти решение…не касаясь чувств Дамира.

— Может сейчас начнем? — прищурился Велар, — я бы размялся, пока ты объясняешь теорию.

— Теорию ей хорошо Медок дает, — усмехнулся Дамир, — а Корвин и сам знает, что делать должен. Но, безусловно, мы повторим теорию и только потом приступим к преобразованию. Решено, через час в парке.

— Через час? — удивился Велар.

— На полный желудок заниматься преобразованием формы — не самое лучшее решение. А пока они подготовятся, я так уж и быть, погоняю тебя по плацу.

Что-то мне подсказывало, что дядюшка наступил на больную мозоль Даира… И тот выпустит пар, на нем. Ох и не завидую я…

— Отлично, — улыбаюсь, меня тоже устраивал этот вариант. Мы с Корвином успеем не только переодеться, но и поговорить.

Брат кивнул и поднялся вместе с мужичинами. На секунду наши взгляды встретились. В моих читался вопрос, в его подтверждение.

— Племяшка, а может обнимешь дядюшку?

— Вот в новой форме и обнимет, — глухо пообещал Дамир и потащил Велара к выходу, как нашкодившего кота.

Смеха сдержать я не смогла и от души расхохоталась. Какой же он все-таки…мой? Весь. Да!

* * *

Встретились мы позже, чем планировали. Во-первых, потому что сами заговорились, во-вторых, потому что Тайра устроила форменную истерику. Сказала, если мы ее с собой не возьмем, то она нас тут же усыпит, и стыдно ей не будет. Вот ни капельки. А вот страшно за меня и Корвина — да. Потому как мы оба — невиданный феномен, за которым глаз да глаз нужен.

И тот факт, что за нами будут присматривать два взрослых ритаса, ее не сильно успокаивал. Мне припомнили все: эмоциональную нестабильность, проблемы в отношениях с Дамиром и Рикаром, интриганство с братом. Она за меня переживает, а все остальное пусть бисерным плетением по свету идет. Будет следить за нашим здоровьем прямо в парке на месте полигона — и точка!

И попробуй переубеди вайеру. Как есть стерва, но своя, родная, значит, приходится мириться и соглашаться. И заодно просить Дамира. Через Ильканту…

Согласие было получено, мы благополучно пришли на место и началось самое забавное.

Я с удовольствием наблюдала за реакцией Тайры на моего дядю. Мне казалось, раз она давно работает на Дамира, то и всех его друзей видела и не по одному разу. А оказывается — не видела. Иначе чего бы она застыла на месте, с таким видом, будто бы ей дали мороженое, да еще такое, о каком она всю жизнь мечтала и ни разу не пробовала?

Понятное дело лорд Велар не заставил себя ждать, за что с чистой совестью закрепился в моем уме, как бабник.

— Милая девушка, я готов уделить вам время, но после занятий с вашей госпожой. Вы можете идти к себе и готовиться к нашей встрече…

И все таким карамельным тоном, и такой улыбкой… Любая бы растаяла и побежала ждать этакого красавчика в своих покоях! Тайра моргнула и мечтательное выражение на лице исчезло. Тайра еще раз моргнула, а потом так плотоядно улыбнулась, что любой бы испугался. Дядя не проникся, а зря… Наоборот, смотрел на Дамира, мол, отпустим служанку? А если переводить на более понятный язык: дашь попользоваться?

— Доброе утро, лорд аль Марито, лорд аль Кахар. Рада представиться, леди Тайра Реддинг. Вы ошиблись, леди Сианета моя подруга, а не госпожа, но я вас прощаю. А касаемо моего нахождения здесь, — и вот тут-то даже меня пробрало, такой вид у подруги был, сбежала бы, если бы могла! — Будет не хорошо, если вы кровью истечете, я уверена, сегодня легко не будет, а я вместо того, чтобы остаться и помочь, уйду. Целитель нужен всегда и всем.

Она как в воду глядела!

Я же поспешила вмешаться. Дядя мне нравится, а то, что ведет себя как ловелас. Ну так внешность подходящая, статус опять же… Сейчас еще заявит, как Дамир, что он Звездный и таким не отказывают, и вместо тренировки, будем наблюдать как Тайра этого Звездного в землю укатывает. Что-то мне подсказывает, что такой вариант очень возможен.

— Дядя, попрошу не обижать мою подругу и гостью своими грязными намеками. Она замечательная целительница, и действительно, лишней не будет.

А сама на Дамира смотрю, твой же друг, вот и угомони его. Собственно, и угомонил.

— Леди Тайра, вы же понимаете, что на глупость не обижаются? Я же обещаю, что под крышей моего дома, вам не грозят гнусные посягательства, этого страшного типа, который почему-то зовется моим другом.

Он шутил и улыбался, и подруга успокоилась. Да что там, все расслабились. Смешно же… Понятно, что искра между этими двумя пробежала. Интересно, а какая вышла бы из них парочка?

— Лорд Дамир, в моем сердце нет места обидам, — очаровательно улыбнулась подруга, а между строк так и читалось, что обидам места нет, а вот для мести… — Я не буду вам мешать, но буду отслеживать состояние леди и лорда аль Таим.

— Благодарю, — церемонно бросил Дамир и повернулся к нам, — прежде, чем вы приступите к практике, давайте повторим, что конкретно нужно делать. Медок, прошу не подсказывать.

Питка лишь фыркнула на эту просьбу. Что ж она глупая что ли, выставлять свою хозяйку дурочкой? Впрочем, сделать-то вид, что не помогаешь можно? И даже нужно.

Если не вдаваться в подробности, то для того, чтобы настолько видоизменить свою форму, я должна обратиться к внутренним ресурсам и пробудить нужные гены. Если честно, то я когда подобное услышала, пристала к Корвину с вопросом, а с какой радости в наших генах делают гены животных? Ведь боевая форма это и есть форма сильного, агрессивного животного, только с нашим разумом и душой. И получила ответ, что я все равно не пойму, так что нечего вникать. Медок почему-то тоже придерживалась этой линии, хотя пообещала, что когда мы пройдем посвящение и разберемся с тем, кто испортил жизнь наших родителей, вернемся к этой теме.

А потому я послушно отвечала, что вот, направлять энергетические потоки, красочно и в малейших деталях представлять в своей голове образ того, кем бы хотела стать и какую часть тела изменить.

Пока Дамир рассказывал, его рука то становилась большой клешней, то огромной лапищей с острыми когтями.

— Сианета, ты будешь первой.

В-принципе, предсказуемо. Я ведь с Корвином должна силой делиться, так что сначала пробую я одна, а потом мы вместе.

— Хорошо, — кивнула и прошла за ширмочку.

Одежда-то из воздуха не берется…

— А помнишь? — Медок вдруг захихикала и мысленно продемонстрировала мне рисунок…

Мой же рисунок, который я создала лет так в шесть…

— Конечно, — невольно улыбнулась. Если бы не питка, я бы даже не вспомнила, что рисовала такие ужастики. — Это зябрекозь.

— А почему именно зябрекозь?

— Ты меня специально отвлекаешь? — не дала себя увести в этот ни разу не увлекательный разговор.

Ну была я маленькой, ну рисовать не умела, вот как получилось, так и назвалось. Справедливости ради, очень отдаленно, но нарисованный мной монстрик на козу походил…Полосатую козу с большими радужными крыльями…

— Чтобы ты не волновалась. Нам ведь пока нельзя вместе это делать, — питка явно была огорчена.

— Ничего, научусь контролировать формы и с тобой потренируемся.

— Главное дожить до того светлого момента.

— Доживем, — беспечно отмахнулась и набрав побольше воздуха легкие, задержала дыхание. Еще одна особенность, лучше всего превращаться на выдохе, причем на стремительном и длинном, как выражался Дамир.

А потому я честно задерживала дыхание столько, сколько могла, и заодно выходила из-за ширмы. Правда не вперед, где и находились все, а назад, за нее, чтобы ненароком не повредить. Вдруг у меня получится огромная киса? Я ведь тигра выбрала…

Увы…

— Зябрекозь! — радостно заявили Медок и Корвин, когда я, перебирая копытами, показалась на очи наставника, родни и друзей.

Ладно питка, но брат-то откуда знает?!

Что я чувствовала в этот момент? Что готова прибить одного зверька, который сбил меня с мысли и теперь я перед всеми красовалась…даже не знаю кем! Зябрекозь и есть!

Дамир был единственным, кто пытался сохранить лицо. А вот остальные…они ржали не хуже лошадей. Какое там воспитание! О чем вы? Вот перед вами полосатая коза с крылышками, как не смеяться? Вот и они не знали как…

А я…била копытом, потому что не помнила, как вернуть себе свою форму. Я и к ним вышла только поэтому. Слишком была шокирована тем, что у меня вышло и как начать обратную трансформацию, напрочь забыла. А Медок, зараза такая, молчала и не подсказывала. Нашу связь как отрезало, хотя этого быть не должно. Мстит она мне что ли? Судя по всему, она не просто мстит, раз Корвин участвовал в узнавании, она еще и развлекается за мой счет!

Братец, кстати, смеяться прекратил и теперь ходил вокруг меня, задумчиво трогая то мои крылья, то шерсть, то лапы…

— Добрый день, — мне вот деда здесь для полного счастья не хватало! Кто ж меня спрашивал? Вон пришел, рассматривает, даже удивления не показывает… — Вижу, вы начали тренировать изменение форм. Дамир, какое животное выбрала Сианета?

Я не покраснела от стыда и позора только потому, что была недокозой, а козы — не краснеют. Не краснеют и точка!

— Медок? — переадресовал вопрос жених, в чьих глазах вдруг появилось беспокойство. Правда, он успешно его скрыл. Я заметила лишь потому, что неотрывно смотрела на Дамира.

— Тигр.

— Мме-ме-мек? — увы, это я, в смысле моя реплика, хотя прозвучало все совсем не так, как планировалось. Я хотела сказать, что это ложь. Тигры так не выглядят, и, если бы не одна противная зверушка… Но могла лишь мекать.

— Кто?!

— Леди Сианета выбрала тигра, но…сами видите, что у нее получилось.

Все, кто десять минут назад слышал о зябрекозе, сделали вид, что этого не было ни произнесено, ни услышано. И ржать никто не ржал. Вот ни разу…

— Что ж… Корвин должен справится с поставленной задачей лучше. Полагаю, Сианета, ты можешь уже вернуть истинный облик. И помоги брату.

Приказной тон, от которого у меня шерсть дыбом встала. Мало того, дед и не пытался скрыть свое отвращение. Так и хотелось надавать одному наглецу копытами по мягкому месту. Но я сдержалась, пусть думает, что я бездарная, слишком тупая, чтобы справится с трансформацией.

Я уже более-менее поняла, зачем Медок так все обставила, но вот почему нормальным языком не попросила — без понятия.

— Дамир, я ненадолго, нужно кое-что обсудить. Ты успеешь вернуться к тому моменту, как Сианета вернет свой облик.

— Я не начну без вас, — тут же заявил мой братец.

Да кто бы сомневался! Корвин конечно же само послушание!

Я злилась. Сильно. Не только на Медок из-за того, что сбила меня с мысли и заставила превратиться в козу, да еще на глазах мужчины, который мне не безразличен. Нет, меня бесило, что моего мужчину куда-то уводят! Вот не доверяла я Рикару. Хоть и родственник, дед как-никак, а все равно… Не нравится он мне! А приходилось молчать и смотреть вслед уходящим спинам.

— Сианета, — робко позвала Тайра, — ты можешь уже возвращать…

— Мме-ме!

— Не можешь?

Вздохнула и качнула своей башкой. Я не помню, что должна делать. А Медок молчит, и почему мне не понятно.

Будь я на месте зверька, уже давно бы покаялась во всех грехах и вымаливала прощение.

А эта зараза ничего не чувствует, смотрит на меня своими большими глазюками и даже попытки подойти не делает. Видать понимает, что если подойдет, то будет ей большое и бисерное плетение!

— Сестренка, пойдем, я помогу, — Корвин взял огонь на себя и уверенно ухватился за мою шею.

Бодаться не стала. Хотелось, но… я и так выгляжу смехотворно, а если еще и бодаться начну, то меня еще долго козой обязывать станут. А так, разик посмеялись и хватит.

— Постарайся сейчас не обращаться мысленно к Медку, — жарко зашептал брат, когда мы скрылись за ширмой. — Ее прослушивает Рикар.

— Ммме?! — то есть как это?

— Я потом поясню, а сейчас тебе нужно сделать следующее…

Под его руководством я очень быстро вернула свою форму. Во время этого процесса брат отвернулся и словно бы невзначай подпихнул мне мою одежду.

Я злилась, так сильно злилась, что чуть не порвала трусы. Хорошо моя жадность быстро о себе напомнила. Я, конечно, богатая невеста и жених не из бедных, но я за эти шмотки столько заплатила, что чисто из принципа не позволю им порваться по моей глупости.

Вдохнула и выдохнула. Все будет хорошо. Справимся, придумаем и как наказать за чрезмерное любопытство, и как отомстить за жуткие планы на наши с Корвином жизни.

Глава двадцать первая

К тому моменту, как вернулся Дамир, я уже дважды под руководством Велара меняла форму, причем успешно и легко. И тигр у меня получился, и даже эфирная сетероля, которую мне на визоре показал дядюшка.

Зверушка была с планеты Рыдвейр. Если честно, я даже не знала, что там такие милашки водятся. Внешне они были похожи на взбитую оранжевую зефирку или на очень пушистую собачку, у которой лишь глаза и видать, практически неосязаемую, полупрозрачную, но как показала практика прочнее их тела вряд ли что найдешь.

Эти тварюшки использовались в добыче руды и цветных каменьев, могли вынести на себе вес до пятидесяти тонн, и остро чуяли драгоценные камни, особенно алмазы. Правда, эфирная сетероля относилась к категории редких зверей Межпространственного Альянса и им же охранялась. Как заявил дядя сейчас особей этого вида насчитывается всего тридцать, и почему-то размножаться они не желают. У Корвина загорелись глаза, ну еще бы, загадка века, надо разгадать и найти формулу разведения полезных видов. Неожиданно и Тайра подключилась к обсуждению данной проблемы.

Пока они общались и подошел Дамир. Я бы сказала, незаметно подкрался. Он казался спокойным, но я прямо нутром чуяла, что он не просто взбешен, а готов на убийство. И видимо, желательно убийство моего деда. Что он там подлец придумал такого?

Как раз в этот же момент Медок вспомнила о том, что я здесь и со мной можно разговаривать.

— Прости, — первое, что услышала я в своей голове, — но так было нужно.

— А сразу нельзя было объяснить?

— Некогда. — Покаялась питка. — Корвин не был уверен, сказал, что смогу понять, только при непосредственной близости устройства. А во время прошлых посещений Рикар ничего при себе не имел. Сейчас же, я ощутила токовый импульс еще на подлете к поместью аль Кахар.

— Иными словами, ты действовала экспромтом. Но своего добилась, в глазах деда я непроходимая тупица.

— И это хорошо! — горячо заверила Медок.

Но что-то было еще, что-то что очень сильно расстраивало моего зверька.

— Я понимаю, что ты расстроена. Однако это нормально, что к таким как вы нашли отмычку. В конце концов, разработка шла под руководством Альянса, а дед наверняка заинтересовался проектом Корвина. Учитывая, что он негласный глава всего Альянса, ему быстро доставили записи и чертежи…

— Да, к моему чипу, который работает на определенной волне подобрали устройство-усилитель, который ловит наше общение и эхом передает третьему лицу.

— Одно хорошо, — я попыталась подбодрить свою помощницу, — наше общение можно засечь лишь на близком расстоянии, правильно?

— Дело времени, когда прибор начнет работать издалека.

— Брат обязательно придумает, как помочь нам.

— Уже, — вздохнула Медок, — но для этого чип нужно вытащить настроить на иные микроволны…тело погибнет. А ты явно не порадуешься, если тебе заново нужно будет привязку проходить, да и зверька тебе жалко.

— Он придумает что-то другое…обязательно. — То ли ее, то ли себя заверила я.

Даже спорить не стала с замечанием Медка. Потому что я действительно огорчусь если убьют пушистика. Нет уж, пусть хрыч старый подслушивает, назло ему начну межрасовое порно в голове крутить!

— Сианета, ты нас слышишь? Сианета?

Дамир подошел вплотную.

— Ты себя плохо чувствуешь? — с беспокойством спросил он, и я поспешила покачать головой.

— Извини, общалась с Медком.

— Ясно. Значит ты пропустила объявление.

— Объявление?

— Да. Посвящение состоится через неделю.

Дамир явно оценил мою выдержку. Потому что я открыла рот, чтобы выругаться и тут же его закрыла. Хотя сказать хотелось многое, но явно не то, что следует.

Я вновь занялась дыханием. Вот сейчас успокоюсь, и спрошу какой репки дедка так спешит. Должна же быть объективная причина…или ему и причины не нужны?

Захотел — сделал, не захотел — никто не сделал.

— Официальная причина — ухудшение состояния Рикара, — Дамир читал мои мысли, которые, наверное, ни для кого секретом не стали. — И чтобы предотвратить давление глав других кланов и междоусобицы, вы должны заявить свои права, а он подтвердить.

— И ставка, конечно же, делается на Корвина. — Съязвила я.

— Да, об этом и был разговор, за эту неделю ты должна научиться передавать ему энергию как можно быстрее и четче, без посторонних выбросов.

Молчу. А что тут скажешь, дед явно считает меня неконтролируемой истеричкой. Справедливости ради, последние дни я себя так и вела. Ничего с собой поделать не получалось, гормоны скакали, мысли путались, и сила буйствовала. Правда, и спокойствия мне никто не давал. О тишине и отдыхе я могла лишь мечтать.

Съездила в отпуск на свою голову, ага… Как бы я сейчас хотела вновь оказаться у лилового моря, а не заниматься вот этим всем. Кто ж даст…

— Я поняла, что от меня требуется?

Велар одобрительно поднял большой палец вверх. Неужели они все так напряжены из-за моей реакции?

— Не стану я ничего крушить. — Вздохнула, — Тайра скажи им, что эмоции под контролем.

— Не совсем, — покачал головой подруга, — но я помогаю.

— Спасибо.

Теперь уважительного кивка от дядюшки заслужила Тайра.

— Я не представлю, как можно за неделю подготовить вас, Сианета, — тихо признался Дамир, — да и месяц — слишком малый срок, но я сделаю все, чтобы…

Чтобы нас не убили.

Он это не сказал, да и не требовалось. Все и так было понятно. Горячая ладонь коснулась моей щеки, осторожно, нежно, Дамир погладил кожу, а затем опустил руку, чтобы ласково пожать мою ладонь. Я сделал шаг вперед, желая обнять мужчину, но…

— А я помогу, — вмешался Велар, за что получил от меня злой взгляд. Ну что тебе стоило промолчать, а потом напомнить о своей помощи? Теперь вот Дамир отстранился и явно готов к работе, а я… А я бы сейчас с удовольствием пообнималась.

— Иди я тебя обниму, — прошептал Корвин и не дожидаясь моего ответа, сграбастал меня в свои объятья.

— Уши…

— Оборвешь? Да, пожалуйста, — фыркнул он и я перестала злиться.

Н-да, я ведь действительно какая-то шальная. Может потом у Тайры спросить травяных капсул, для успокоения от греха подальше…

— Итак, Сианета успешно перешла в выбранные формы, теперь очередь Корвина. Вам необходим тактильный контакт для передачи энергии?

— Вообще-то да, — кивнула я, — но думаю, пора тренировать и передачу на расстоянии.

Я посмотрела на Тайру, она опустила ресницы поддерживая мою идею, и заодно отвечая на мой невысказанный вопрос. Получится ли, должна же эта связь, что мы установили в ауре Корвина как-то помочь? В общем, должна и поможет.

— Корвин, выбери для начала малую форму, и в первый раз, Сианета придерживай его.

— Хорошо, — хором выдали мы.

Братец в отличие от меня никого не стеснялся. Тайра стыдливостью не отличалась, как никак целитель, что она там не видела, а я отвернулась, хотя брата за руку держала.

Пусть пробует.

А пока…

— Медок, вот все-таки чем ритасы отличаются от морфов?

— Отсутствием боли при преображении, если, конечно, сил достаточно. Абсолютным числом преображений, но при этом, мужчины могут присвоить до четырех постоянных личин и форм, используя их в любой необходимый момент, причем трансформация произойдет за считанные секунды. Ты, скорее всего, тоже сможешь, хоть и женщина. И, самое главное, морфа можно отличить, даже если он примерил чужую шкурку, ритаса — нет. Ритасы полностью подстраиваются под выбранную форму, не маскируют как морфы свою ауру, а делают ее идентичной.

— Невероятно, — вздохнула я и почувствовала как рука брата начала дергаться.

— Отпускай Корвина, — попросила Медок, — дальше он сам.

И я послушалась, и даже отошла на пару шагов. Кто знает, какой образ выберет братец. Ничего криминального. Большая лохматая собака. Очень красивая собака. Корвин точно знал, что я не удержусь и начну его тискать. Брат все делал с подоплекой, мне был нужен релакс? Я его получила и даже настроение поднялось.

Второе преображение прошло еще быстрее и радостнее, но форма была крупнее, Корвин выбрал бурого медведя. Я еще успела отметить, что он выбирает Земных животных, и видимо, специально осторожничает с животными других планет.

— Теперь попробуй более крупную. Если Сианета готова…

— Все в порядке, — заверила я.

Кажется, все затаили дыхание, ожидая, что же выберет брат. Какое животное предпочтет и насколько большим, устрашающим оно будет?

И он не разочаровал. Я, если честно, в первое мгновение хотела убежать. Да и кто бы не испугался?

Чудовище в три моих роста отдаленно напоминало льва. С той лишь разницей, что тут было аж две головы, и обе с огромнейшей пастью. Мощное черное тело с развитыми мышцами, серые гривы у каждой из голов, лапы украшали стальные когти, а почему-то два хвата имели вид булавы. Жуть!

— Очень хорошо, — чуть повысив голос, произнес Дамир, — сделай пару выпадов. Попробуй тело на вкус…

Интересная формулировка…

Я замерла на месте наблюдая, как прыгает брат, и как от его прыжков содрогается земля. М-да такой зашибет и не заметит.

— Сианета, твоя очередь, — дав Корвину команду ждать, потребовал Дамир.

Я призадумалась, что я должна изобразить? Не динозавра же, они и вымерли потому, что были нерациональными и бесполезными существами. Туша большая, жрать хотят много, а толку? Конечно, есть интересные виды… к примеру те, что умели летать…

Впрочем, я без понятия как они там детально выглядят. Только знаю, что существовали.

— Показать? — тут же оживилась питка в голове.

— Нет, затратно очень, да и я грацией Корвина не обладаю. Может, есть какие варианты?

— Зябрекозя? — невинно предложила Медок, но тут же исправилась. — Как насчет зверушки с родной планеты очень плодовитой, но бестолковой пушной подружки?

— Ты уже не бестолковая, — хмыкнула я, поняв, что мне предложат интересный вид.

И я не ошиблась. Мне действительно понравилось то, что демонстрировала Медок. Не такое грозное животное, как у Корвина, но тоже опасное. Особенно, если учесть, что на вид оно довольно милое.

Я стала обладательницей яркой шкурки лазурного цвета. Вообще, как я поняла, на той планете у всех дикие расцветки. Но как бы это странно не звучало, животным это очень даже шло, хотя как они умудряются выживать среди природы и скрываться от хищников?

Впрочем, питка и на это ответ дала, природа там тоже имеет такие сочные краски, что затеряться труда не составляет.

— Отличный выбор, — похвалил меня Дамир.

Я почему-то и не сомневалась, что он прекрасно знает этот вид, как и Корвин, который фыркнул или хотел это сделать, но получился мощный рев.

Я от себя не ожидала, что ощетинюсь, припаду лапами к земле и практически прыгну на брата вместо того, чтобы наоборот прижаться или спрятаться куда-нибудь. Зверь Корвина меня не пугал. Нет, наоборот, я была готова драться.

— Сианета, контролируй инстинкты итраблиры! — крикнул Дамир. — Реакция отличная, но драться не нужно.

Собственно, итраблира имела шелковистую шерсть, которая в любой момент превращалась в острые иглы, длинные выносливые лапы, чей удар был мощным, вытянутую мордочку, на которую словно бы челкой падала длинная шерсть, шла эта челка таким игривым завитком, что я бы сама себя затискала, если бы могла. Так же имелся большой, плюшевый носик, клыки, длинный пушистый хвост, а изюминкой шли крылья.

Медок точно знала, о чем я мечтаю, вот и поспособствовала. По размерам я была меньше зверя Корвина где-то на четверть, но внутренне чутье подсказывало, что не проиграю, если сойдемся в схватке.

— Замечательно, Сианета, прыжок вверх, — скомандовал Дамир, и я с легкость его выполнила, мягко приземлилась и уставилась на жениха, — сальто и уход влево!

И опять проблем не возникло. Я разминала тело и лапы, чувствуя, что при необходимости с легкостью разовью скорость флаера. Это протрясающее чувство.

— А теперь крылья, — потребовал Дамир. — Осторожно попробуй взлететь.

Медок сидела на руках Тайры, но продолжала делиться информацией, точно подсказывая, как лучше приноровится к новым для меня атрибутам тела.

Не сразу, далеко не сразу у меня получилось взлететь. Всего на метр, но при усердной тренировке, я смогу лететь по-настоящему.

— Сианета, сразу видно, что мы близкие родственники, — громко заявил Велар, — одна из моих форм — итраблира.

С удовольствием ему ответила практически мяуканьем. Перестраивать глотку для речи я пока не пыталась. Наставник запретил, да и Медок была против.

Дядюшка довольно рассмеялся и уже обратился к Дамиру:

— Дамир, попробуем разбиться на группы? Отработаем защиту и нападение?

Мой жених колебался несколько секунд, а затем неуверенно кивнул.

— Но осторожно, не усердствуя, для первого дня будет достаточно пары приемов и их отработки.

— Хорошо.

Велар также не стал идти зажиму. И вообще явно красовался перед Тайрой. Медленный стриптиз в его исполнении был встречен восхищенным взглядом подруги, рычанием Дамира и моим то ли лающим, то ли каркающим смехом. Я и сама не поняла, что за звуки издала моя тушка. А потом я попросту легла на землю и закрыла лапой морду, хотя успела заметить, как обе головы брата синхронно закатили глаза.

Ох и семейка у нас получается. Один другого краше! Впрочем, мне нравится!

Через пару минут напротив меня стояла особь мужского пола, чуть мощнее и выше, чем моя итраблира. А вот окрас меня удивил, это был прямо кислотный желтый цвет. Я успела заметить, что у Тайры глаза заслезились. Интересно не будь я того же вида, что и дядюшка сейчас, тоже бы слезами обливалась?

Дамир пошел за ширму, на ходу растягивая манжеты на рубашке. Я не удержалась и втянула шею, чтобы, каюсь, подсмотреть за его раздеванием…

— А подсматривать не хорошо! — растягивая согласные возвестил Велар и мягко толкнул меня в бок. — Не смотри так, я научу, как правильно перестраивать речевой аппарат итраблиры, но позже.

Да бог с ним с аппаратом, ты меня зрелища лишил! Я скосила глаза, чтобы заметить быстрое смазанное движение, а в следующий момент натурально взвыла, дико испугавшись того, во что превратился Дамир. Выла не только я, две головы Корвина мне вторили. Он тоже засс…пардон, оценил масштабы бедствия. И думаю, тоже хотел в свою комнату, в кровать и под одеяло. Однозначно, я бы ни за что не вышла с Дамиром на поединок. И если все главы родов имеют вот такие формы, то…да ну его это наше право наследников!

Только сейчас я в полной мере осознала, что нас ждет натуральный ужас на посвящении. Мы заявимся не просто как родственники, относящейся к роду аль Таим, мы заявим себя как те, кто должен занять должность главы, а значит, наше испытание ни легким, ни простым не будет.

Бисерное плетение!

* * *

Первый, и даже второй страх прошел. Хотя честно, я минут пять не решалась подползти к Дамиру.

Он вообще молодец, стоял на месте и не шевелился, только глаза за мной неотрывно следили.

Я вот недавно о динозаврах думала, а он выбрал огромную ящерицу, тоже с крыльями, но большую, через чур большую. Я таких даже на картинках-то не видела. Моя живая энциклопедия тут же отрапортовала, что данный вид водится на закрытой планете Имеллис. И тут же меня устыдила, потому что в древних сказках Земли их называли драконами. Мол, стыдно такое не знать. Естественно, я психанула, и спросила откуда ж она об этом знает, если планета закрытая. Мне демонстративно не ответили и крутанулись на руках Тайры, показав хвост.

Вообще, закрытые планеты не редкость. Есть те, что в карантине и там методично уничтожается все, что приносит вред, но при этом саму планету стараются сохранить, и после карантина заселить безопасными видами флоры и фауны. Но это лет так через сто-сто пятьдесят после объявления карантина.

А вот закрытые…

Это несколько иное явление. К примеру, родина Тайры — полузакрытая планета. Туристы там привечаются в определенные периоды, для лордов ход есть всегда, но при этом, сами вайеры могут свободно перемещаться по планетам альянса. Я умом-то понимаю, что там имеются свои причины на такие ограниченные посещения, но вот они открыто не объявлялись. А потому любопытно, да.

Закрытые же…ни на эти планеты никто не летает, кроме ученых, ни расы, живущие там не допускаются к планетам Межпространственного Альянса. Все полагают, что эти расы или виды, которые там обитают, могут нанести существенный вред уже устоявшемуся укладу жизни объединенных рас.

И глядя на Дамира я понимала, что это так. Захвати вот такую зверушку пираты и начни использовать? Как быстро наши технологии окажутся бесполезными? А если таких зверушек сразу штук десять? Шкура у зверя Дамир толстая, и я уверена, ни один лазер не пробьет. Наверно, есть какие-то слабые места, но мне их не видно. Нет уж, не хотела бы я оказаться рядом с такой громадиной на их родной планете. Красиво, устрашающе, грозно очень, но лучше пусть издалека.

Хотя к Дамиру подойти пришлось. И чтобы его успокоить, и себя заодно. Привыкнуть-то придется. Еще неоднократно за эту неделю, что осталось до посвящения я увижу превращение жениха.

— Смотрите внимательно, для того чтобы использовать настолько выдающиеся размеры, нужно иметь колоссальный запас энергии и силы. Мне такое не дано, — Велар комментировал, а может зубы заговаривал, пока я на брюхе ползла к ритасу. Да, ползла, ничего не могла с собой поделать. Ни гордо идти не получалось, ни просто идти, а вот ползти — самое то. — А вот тебе, Сианета, после длительных тренировок длиной в пятьдесят — сто лет, точно удастся воссоздать форму не меньшего размера.

Когда я вплотную приблизилась к Дамиру, меня посетила дикая мысль. А ведь ритасы — это абсолютные убийцы и защитники. В зависимости от того, на какой стороне сражаться будут. Они как будто созданы для того, чтобы найти общий язык с любой формой жизни. Подстроиться под нее, выведать мысли, и понять, насколько полезной или бесполезной та является. Реальные боги, право слово! Но с такими диким традициями!

Дамир позволил себя рассмотреть, я даже оббегала вокруг него, мысленно порадовавшись, что мы в парке. Если бы он вот в такое превратился в доме, от дома бы и камня на камне не осталось. А вообще, как он собирается с нами заниматься?

Попробуй напади на него… Во-первых, страшно, инстинкты животного не дремлют, во-вторых, убьет и не заметит… В-третьих, полигон хоть и вмещает нас всех, да особо не разгуляешься. Впрочем, Дамир точно не идиот и прекрасно понимает, что его форма явно не для наших тренировок. Он словно выбрал ее, чтобы обозначить, кто здесь хозяин. А может просто разозлился из-за демонстративного раздевания Велара.

Я оказалась права, потому что после того, как я обследовала ритаса, меня мягко лапой подтолкнули к дядюшке.

Мол, иди давай, и не мешайся.

Второе преображение также произошло быстро. Я бы не сказала, что страх, который внушала большая ящерица, был меньше, чем при другой форме Дамира.

Еще один монстр, которого я точно никогда не видела. Огромная пасть радовала множеством острых зубов, гладкое гибкое тело не имело шерсти и еще отзеркаливало окружающее пространство. Смотрелось странно, но завораживающе.

Длинный хвост имел на конце острое жало, а лап было аж шесть.

Медок попыталась рассказать, что это за чудовище, но я отмахнулась от ее картинок. Вот мне сейчас на охоту этих страшилок смотреть осталось, ага. И так непонятно каким образом я еще в сознании нахожусь от всех перевоплощений и переживаний. А тут гадость гибкая, которую на родной планете называют чистильщиком.

Забавно другое — несмотря на то, что я боялась форм Дамира, при этом я точно знала, что меня не тронут. Нет даже не так, меня не просто не тронут, мне еще позволят с собой делать все, что пожелаю. Хоть хвост в узел завязать, хоть жало куда хочешь запихать…

— Сианета, Велар, вы пока наблюдаете, — пророкотал Дамир. — Корвин иди сюда.

Спорить никто не стал. Хотя наблюдать за тем, как братец пригибает обе башки к земле и на брюхе ползет к Дамиру было забавно. Я, наверно, также выглядела.

Я села поближе к Тайре, а Велар устроился напротив, в метрах пятнадцати, но так, чтобы было видно всю площадку и всех, кто участвует в данном зрелище.

— Ты — нападаешь, я уклоняюсь. Твоя задача выяснить, где мое слабое место, если оно вообще есть. Задача ясна?

Корвин активно закивал. Мне же почему-то все это не нравилось. Нет, умом-то понятно, что нам нужно тренироваться, как нападать, так и защищаться. Но вот неприятно…

И внутри протест растет. Я даже головой покрутила, пытаясь выкинуть из нее глупые мысли. Ни Корвин, ни Дамир не пострадает. Брата учат анализировать новые хищные виды и способы их уничтожения. И меня, кстати, тоже…

Я держалась и кажется, даже в землю когти запустила, чтобы не вмешаться. Корвин примеривался, принюхивался, я следила за ним так, словно от этого зависела моя жизнь.

Когда двуглавый лев наконец совершил прыжок, я действовала на голых инстинктах. Это единственное мое оправдание — я не соображала. Но дать напасть на Дамира — не могла. Меня в такую пружину внутри скрутило, что не попытайся я его защитить, и выла бы на земле от боли.

Моя пасть сомкнулась на шкуре, прокусывая ее до боли, но за секунду до этого, шея льва, куда я целилась, была заменена лапой итраблиры дядюшки. Как он успел кинуться мне на перерез — загадка. Но успел, и пострадал. А я…

— Сианета, отпусти его, — Дамир превратился за считанные секунды, и пытался уговорить меня разжать пасть. Выпустить часть тела дядюшки, но я не могла.

У меня пелена перед глазами стояла, хотелось разодрать на части всех, кто попытался или попытается напасть на Дамира.

И радости не добавляла ревность, которая гневной волной вспыхнула в сознании. Он же голый, а тут чужая женщина!

Перед мордой прыгала какая-то блоха и что-то пищала, но ее слова вообще не откладывались у меня в голове.

— Сианета, я в порядке, мне ничто не угрожает, — прокричал Дамир, — отпусти его!

Приказ подействовал на меня, как ведро ледяной воды. Я разомкнула зубы и подползла к ритасу, виновато опуская окровавленную голову. Даже заметить успела, что Дамир не такой уж и голый, торс обнаженный, а сам он в штанах. И когда успел их натянуть?

— Давай, девочка, возвращайся, — осторожно коснувшись моего загривка, потребовал мужчина. — Давай, милая. Все хорошо, я здесь и живой. Ну же, Сианета.

Я не могла противиться ни его голосу, который звучал для меня так, как будто был самой любимой музыкой, ни его желаниям. Как будто он был всем: смыслом жизни, самой жизнью.

Когда я и трансформировалась, Дамир поднял меня на руки и понес прочь из парка. До портальной кабинки. Я отмечала все машинально, хотя в сознании творилась полная неразбериха. Единственное, что понимала сейчас, это то, что рядом тот, кто мне необходим. Что с ним все в порядке, и он никуда от меня не денется. Какое-то странное удовлетворение.

Все слилось в сплошное пятно, шепот мужчины, который принес меня в мои покои, его забота и нежность, когда он отмывал меня в бассейне, сам переодевал и ни на секунду не выпускал из своих рук.

А как смотрел! Там, в его взгляде рождалась новая вселенная. Наша. Только для нас двоих. Уверена, в моих глазах он видел ее отражение.

Глава двадцать вторая

С того момента, как я признала Дамира своим ритани прошло восемь дней, а завтра должно состоятся посвящение. Я часто задавалась вопросом, а мог ли Рикар предсказать такой исход? Знал ли он, что со мной, нами произойдет такое чудо? Ритаска признала мужчину своим ритани. И он тоже… Это такая редкость… И теперь понятно, почему старалась Ильканта и айсе не оспорили ее действия. Понятно почему мать Дамира торопилась привезти меня в свой дом, почему управляла сыном, закрывая тому доступ к разуму, и усиливая практически первобытные инстинкты.

Случись подобное с моим ребенком и будь я на ее месте, я поступила бы ровно также.

Знал ли дед, что так будет или просто попал пальцем в небо, ведь о том, кто я для главы рода аль Кахар ему было хорошо известно. Наши тренировки и так были на грани из-за чувств Дамира, а после того, как они вспыхнули во мне, стали невозможными. Я не могла позволить навредить тому, кто вдруг стал моим дыханием. Это было сильнее меня. Разум отказывал напрочь. А он не смог навредить мне и смотреть на то, как кто-то нападает на меня. Наше же противостояние, даже шуточное, с Корвином было невозможным, что мы выяснили на вторые сутки после того, как я травмировала дядю. Мы так прочно сплелись энергией, аурами, что обессиленно падали напротив друг друга, не имея возможности пошевелиться.

Но чего точно не мог предсказать Рикар, так того, что помощь придет оттуда, откуда ее не ждали. Велар, Тарим аль Натор, и наша с Корвином бабушка, взялись за обучение двух одаренных, но абсолютно бестолковых ритасов.

Бестолковых, потому что мы были хуже новорожденных котят. Одна практически ничего не знала об Аритасе и своем происхождении, зато имела колоссальную силу. Второй был слишком умным и знал все, но для исполнения поставленных задач являлся чересчур слабым.

Я не знала, как Дамир умудрился отсрочить наше посвящение, но в итоге мы получили передышку сроком в девять дней. Ровно с того дня, как Рикар объявил о своем решении, мы не знали покоя. Леди Сулира, мать Велара, а заодно моя бабушка, поселилась в поместье аль Кахар.

Она взяла на себя заботу обо мне и Корвине, строя прислугу так, как я бы никогда не смогла. Хотя научусь, с такими-то учителями! Глядя на нее, я точно знала, кто одарил сыновей огненными локонами и зелеными глазами. Женщина была необыкновенно красива, и что немаловажно не казалась мне надменной, высокомерной гадиной, как остальные ритаски. Наоборот, она излучала тепло и нежность. Все время хотелось в ее объятья. Как будто она могла спрятать меня там от всех проблем.

Что еще мне понравилось, так это ее отношение к Тайре. Поначалу, когда та услышала, что подруга целительница и не смогла распознать признаки привязки, Сулира нахмурилась, но, когда поняла, что девушка вайера и никогда до этого не была допущена к несовершеннолетним ритаскам, смягчилась. К тому же, о таких особенностях как привязка ритасов, знают личные целители родов, а не наемные доктора. Бабушка даже поделилась с Тайрой информацией о физиологии ритасок и подробно рассказала о признаках, по которым ритасок не допускают к обществу, потому что это опасно.

За сына, которому первую помощь оказала Тайра, она была благодарной. Да и после Тайра ухаживала за дядей. Ему понадобились сутки, чтобы полностью прийти в себя и восстановить пострадавшую конечность. Я же те сутки провела, как в тумане. Дамир не отходил от меня ни на шаг, и никого ко мне не допускал.

Как позже объяснила Сулира, он все вделал правильно, в противном случае я бы разнесла все поместье. А так, с помощью близости объекта обожания, то есть моего ритани, стабилизировался эмоциональный и гормональный фон. Правда, интим нам пока не светил. Нельзя, традиции. В случае двух ритани, так особенная традиция и свадебный ритуал, на который сбежится вся планета. Если, конечно, она вообще состоится, учитывая планы врага. Деду мы тоже ничего не сказали об изменениях в моем организме. Я ему не доверяла. Потому что все его действия были направлены точно не на пользу мне и брату.

Зачем торопить события, почему не заниматься с нами лично, а спихивать занятия на того, кто полноценным наставником просто не может быть? Еще и слежка за мной и Медком…

Нет уж, мутный у нас дед, даром что глава всего альянса. И уж совершенно не верилось в то, что он слабый и собирается помереть. Ни капельки…

А посвящение… о нем думать было страшно. По-настоящему страшно, особенно, когда Сулира пояснила, что все будет происходить на одной из закрытых планет. Таковы традиции, таковы правила для рода аль Таим. Поэтому я уверилась, живыми нас оттуда попросту не ждут.

И задание, которое мы обязаны выполнить не озвучивается заранее. Все получим на месте, когда ступим на чужую планету. А будет это уже завтра.

Сегодня же мы поднимаемся на борт корабля.

Одно радует, дед остается на Аритасе. За нашими, скажем так, приключениями следить будет вся планета, но по огромному визору. Меня еще удивил момент с этим визором. Если Аритас будет смотреть, то и другие планеты, входящий в альянс тоже будут видеть наши мучения?

Но нет, только Аритас из которого спешно выгнали всех туристов. Тайны ритасов свято хранятся и охраняются. Я знала наверняка, что на время прохождения нашего испытания, у медийних кампаний будут проблемы с вещанием. Как пояснил Корвин им заблокируют все каналы. Меры предосторожности, ага…

Больше всего меня бесило другое — с нами отправляется Велар и его матушка, а вот Дамиру — нельзя.

Почему нельзя внятно мне так никто не пояснил. Мы прощались в его поместье, стоя как два идиота, глядя на друг друга и не имея возможно прикоснуться. Потому что дед коршуном за нами следит, и он же повезет нас по улицам Аритаса в космопорт.

Я знала, что это тоже традиция, показать товар лицом, то бишь нас перед испытанием. И можно сказать маленькое испытание. Ехать мы будем медленно и в открытом флаере, чтобы народ смог нас хорошо рассмотреть. При этом, что я, что Корвин должны соблюдать негласное правило — держать эмоции под контролем, быть приветливыми, но невозмутимыми, чего бы по пути не произошло.

Ильканта показалась на мои глаза буквально перед выходом. И честное слово, лучше бы я ее не видела. Она выглядела так ужасно, словно скоро похороны. Не только мои, но и всего ее клана. Вот уж проводила, зарядила и позитивом, и бодростью.

— Бери себя в руки, — строго проговорила в голове Медок. — Постарайся отрешиться от происходящего. Процессия будет длиться не менее пяти часов.

— Помню, — вздохнула и ухватилась за локоть брата.

Сегодня нас обоих украшали традиционные одеяния с гербом рода аль Таим. Герб, кстати красивый, черное солнце внутри пламени. И если Корвину не доставляла неудобств длинная одежда, то я ощущала себя старой клячей, которая тащит на себе неподъемный груз. Еще питка устроилась на плечах…

— Я рядом, — одними губами прошептал брат.

— Я тоже, — хмуро сообщила ему.

Разряженный, как новогодняя елка, Рикар ухватился за мою руку и повел меня впереди себя. Корвин должен был идти позади, но учитывая, что я вцепилась в его локоть, шел со мной рядом. Да, не по правилам, все-таки он как бы не на равных, и в то же время, по замыслам деда, должен быть главой.

За ворота шли в полном молчании. Там нас ждал низкий трехместный флаер, который управлялся системой автопилотирования. То есть даже водителя не было. А был запрограммированный путь и скорость. В случае чего, даже не поторопишь.

Все происходящее казалось мне какой-то идиотской постановкой. Нет, ну серьезно, нас никогда в глаза не видели. А тут Рикар объявил о наследниках… И что, никто не возмутился? Он настолько мудрый и непогрешимый правитель что ли? Так это он, а мы незнакомцы, мало того, незваные гости…

Но нет…

Вдоль дороги стояли ритасы… Множество ритасов. Там не то, что я блоку упасть негде было, чем они дышали непонятно. Воздух неприятно царапал горло. Нас встречали песнопениями, поклонами и пристраивались за флаером, явно собираясь провожать до космопорта.

В этой толкучке, всеобщей массе ликования, постоянной давке, неоднократно вспыхивали драки. Одно хорошо, наш транспорт не пытались брать штурмом. На нас глазели, но попыток ни прикоснуться, ни что-то закинуть в транспорт на память не пытались.

Питка ошиблась, процессия длилась далеко не пять часов, а все семь. И за это время нам не дали ни попить, ни остановится и удовлетворить нужду. Ничего. Сиди, немного улыбайся, слушай заунывные песни и не смей даже на миллиметр сдвинуться.

Все тело было одеревеневшим. Если бы не Корвин, боюсь я бы вывались из флаера на встречающих глав кланов и встать точно бы не смогла.

Слова, лица, одежда, все слилось в сплошное пятно. Я не то, что не понимала речь, обращенную к нам, я вряд ли бы вспомнила, как и кто выглядит. Но больше усилий я прилагала к тому, чтобы не послать всех по известному адресу.

Сорваться мне не дала Тайра. Ее вмешательство я ощутила свежим ветерком и мятным дыханием. Мне стало значительно лучше. И к кораблю я шла уже почти успокоенной. Хотя тот факт, что Дамир показался лишь на мгновение и исчез в толпе, меня напрягал.

Но спорить себе дороже. А потому стоим, улыбаемся и ждем момента, когда нам можно будет подняться по трапу. Хорошо, что долгим ожидание не было, я едва удерживала себя от бега. Так хотелось попасть уже внутрь, закрыть плотно двери и воспользоваться первой же попавшейся ванной комнатой! Сил уже просто нет от духоты и мокрых тряпок, что по ошибке зовутся платьем.

— Наконец-то, — выдохнула Тайра, когда мы оказались на корабле. — Сианета, пойдем. Пора тебя вернуть в прежнее состояние.

— Еще как пора, — хмуро согласилась с ней, и не собираясь спорить.

Каково же было мое удивление, когда меня в четыре руки раздели, а новые абсолютно платья отправила в утилизацию. Не на чистку, нет, на утилизацию.

— Чтобы избежать нежелательных последствий, — туманно пояснила Сулира и втолкнула меня в чудо-кабинку.

Ну кто бы сомневался, что и на этом корабле она тоже есть?

* * *

Дамир аль Кахар


Я всматривался в визор, зорко следя за каждым движением Сианеты и Корвина. С первой частью задания они справлялись, но напряжение лишь росло. Казалось бы, я предусмотрел все, но ошибся с планетой.

На первый взгляд ошибся, ведь любимую доставили на соседнюю с той, на которую я делал ставку. К сожалению, по традициям и во благо обеспечения безопасности, планета, готовящаяся к посвящению наследников, скрывается. А одновременно с ней подготавливают, как минимум пять планет, находящихся в относительной близости. Однако, слишком активизировался Рикар. Были отправлены многочисленные корабли с оборудованием и охраной, а затем был получен приказ вернуться на Аритас, оставив привезенное в указанном месте. Там явно что-то готовилось. А вот кем… И по сравнению с планетой Симран, на которой сейчас находилась ритани, на Нрамосе совершалось что-то не понятное. Столько усилий для Симрана не прилагалось. Нет, я нутром чуял, что должно что-то произойти, и это что-то случится на Симране, а завершится на Нрамосе.

Потому приказал курировать малому кораблю с портальной кабиной у Нрамоса. На случай, если мне придется рискнуть своей жизнью. Потому что пользоваться портальной кабиной на таких расстояниях — самоубийство. Но если пострадает Сианета, я и так умру.

Я не доверял Рикару, но и не мог открыто заявить о его намерениях и том, что он вызывает серьезные опасения. Требовались неопровержимые доказательства.

Все, что я сейчас мог — это смотреть, жадно вглядываться в два визора, на одном из которых транслировались наследники аль Таим, на втором главная площадь Аритаса, где в центре на возвышении в мягком кресле сидел Рикар.

В самый последний момент я сумел заменить команду корабля Рикара на свою, состоящую из тех, кто сопровождал меня и Атенаис тайно на Аритас. Микелл был посвящен в план, он знал, что моя ритани ритаска. Я доверился и доверия потребовал в ответ. Они отвечают головами за мою любимую.

Но как бы я не храбрился, нутро сводило спазмами. Я так не волновался никогда. Даже, когда погиб отец, даже когда мать провела страшнейший ритуал. Так опустошенно и жутко мне не было.

Задание для наследников состояло в следующем: следуя выданной карте, они должны выйти из пункта «А» и прийти в пункт «Б», по пути обойдя препятствия, победив опасных тварей, если те им встретятся, а заодно найти хотя бы один безопасный и полезный вид животного мира.

Планета Симран отличалась повышенным содержанием кислорода. И помимо путешествия, которое должны были проделать Корвин и Сианета, они должны были определить вред, который наносит их организму воздух с таким содержанием кислорода и перестроить свои тела так, чтобы те отличались выносливостью и переносимостью такого количества кислорода.

Чем плох избыток кислорода? Да всем, начиная от одышки до потери сознания, от разрушения нервной системы до кровоизлияния в мозг.

Так вот, первым делом они должны были обследовать окружающее пространство и попытаться определить место, куда попали. По-хорошему, наследник главы аль Таим, обязан знать обо всех планетах, которые курирует Межпространственный Альянс, а также флору и фауну этих планет. Однако, что там мог знать Корвин, даже учитывая его постоянное просиживание в библиотеках и за книгами, которые выдал сам Рикар? Невозможно объять необъятное за такой-то срок подготовки!

Но они справились!

И я даже знать не хочу, действительно ли Корвин знал о некогда живущих на Симране больших живых деревьях, или сам сейчас придумал и на пальцах объяснил Сианете, что нужно делать и как себя преобразить. Но результат впечатлял. Если бы я сам не видел хроники о деревьях-убийцах Симрана….

Сейчас уровень кислорода на планете значительно упал, если сравнивать его с тем уровнем, который был при обнаружении планеты. Но и он был критичным, для разумных рас, которые в основном, дышали кислородом и им же обогащали свой организм. Планету закрыли для того, чтобы понизить уровень и избавиться от мутантов растительного вида. Это только звучит смешно, а на деле все очень и очень страшно. Мало того, что эти деревья перемещались по планете, они были способны переваривать взрослого ритаса, охотиться на немногочисленных обитателей планеты и впадать в длительную спячку.

Но в данной ситуации, и Корвину, и Сианете, их новая форма лишь на руку.

Они как раз проходили по мосту, а впереди их ждала пещера, в которой обнаружится эфирная сетероля, которую специально привезли для их задания. Именно этот вид они и должны отнести к безопасным и полезным. Я знал, что на мосту их ждет атака с воздуха.

Но все равно не был готов к этому зрелищу. Хотелось закрыть глаза, а еще больше хотелось сорваться с места и лично накостылять всем, кто посмел угрожать любимой. Но приходилось терпеть и стискивать кулаки. Под угрозой не только наши семьи, жизнь планет под угрозой.

У меня есть уверенность, что пираты сотрудничают с Рикаром. Или через Молнию, или через него, а уж потом с Молнией. Не знаю, доказательств нет. Но будут. С помощью укуса питки я внедрил в Сианету микрочип, который словно бы соринка, поселился в хрусталике ее глаза. Все, что она увидит и услышит, зафиксирует чип и передаст на мой носитель. К сожалению, никак иначе я не мог действовать. Медок Сианете запретили брать, все гаджеты у них отняли, оставив из одежды минимум. У них вообще ничего с собой не было. Сами выживайте и выбирайтесь. Не справитесь — значит не достойны управлять альянсом. Рикар не мог не понимать, что это верная смерть для его наследников и все равно отправил их проходить посвящение. Они оба не готовы.

Но готов я… Что бы сейчас не происходило с ритани и ее братом, им не дадут умереть. Я больше, чем уверен, что они еще будут нужны для того, чтобы отнять их силу. И пусть я не понимал каким образом это может произойти, это не означает, что способ не известен врагам.

Самое страшное в жизни любого существа — это ожидание, особенно, если понимаешь, чувствуешь, что беде не миновать. Но приходится ждать и следить.

Вот Рикар удовлетворенно улыбается. И есть чему, наследники отбились и теперь потрепанные ползут к пещерам. Корвину плохо. Это видно, но Сианета упорно тащит его, обвиваясь своими побегами вокруг его ствола. В ней говорит упрямство и желание помочь. Если понадобится она и умереть ему не даст, а если тот и умрет, то воскресит. Я, конечно, утрирую, никто не наделен таким могуществом, однако продлить жизнь на несколько тысяч лет вполне.

Еще через полчаса эти двое устроили привал, так и не войдя в пещеру. Я четко не видел, но откуда-то был уверен, что ритани латает дыры в ауре Корвина. Она была сосредоточена, и как будто тускнела с каждым мгновением. Такое возможно лишь при передаче энергии.

Хотелось бы поругаться на нее, но бессмысленно. Она любит брата. И жертвовать им не станет ни ради победы, ни ради своей жизни. Если, конечно, меня рядом не окажется. Там уже инстинкты выбирать не позволят. Но кто отменял угрызения совести и боль после свершенного?

Спустя час они продолжили путь, с опаской пробираясь внутрь, постоянно оглядываясь. Хорошо хоть додумались уменьшиться в размерах. Иначе бы застряли и остались бы без важных органов. Что в новой форме, что в своей, каждая частичка тела не лишняя. Оторвет тебе стебель, ты превратишься, и окажется, что лишился селезенки, а то и сердца…

Я переживал за них так, словно бы сам находился в пещере. Один раз перевел взгляд на второй визор, чтобы увидеть нехарактерное выражение на лице Рикара. Еще до того, как произошел чудовищный взрыв, я понял, что сейчас что-то произойдет. Но ни остановить, ни предупредить был не в силах. Да и как сделать, если связи нет?

Все происходит в считанные секунды.

Весь Аритас погружается в безмолвие, шокированный грохотом, от которого можно оглохнуть и яркой вспышкой. А в следующий момент случаются две вещи: перестает работать визор, трансляция прерывается, а Рикар сползает с кресла, держась за сердце.

К нему тут же спешат на помощь. Я лишь успеваю увидеть, как его уводят прочь и как над ним склоняются врачи.

Оживает мой визор. Входящий звонок с корабля.

— Лорд аль Кахар, я не чувствую их. — Всхлипывает Тайра. — Не чувствую. Они мертвы.

Она близка к истерике, да и у меня от ее слов волосы дыбом встают. Но сердце не верит. Нет. Они не могли погибнуть. Моя связь с ритани не пустой звук. Я доверяю своим чувствам. Айсе молчит и не бьет тревогу, наоборот, начинает вырабатывать энергию и налаживать со мной канал. Мать понимает, что мне потребуется сделать невозможное для спасения той, что могла бы возродить некогда сильный клан аль Кахар. Я понимаю, что она не пожалеет людей и при необходимости те послужат живой подпиткой.

— Тайра, Велар где?

Друг тут же появляется на экране. Он придерживает всхлипывающую вайеру за талию, не давая той упасть.

— Она жива, Велар. — Четко произношу я. — План «Б», и приведи целителя в чувство, ее помощь понадобится.

— Это сумасшествие, — побелевшими губами произносит друг. — Дамир, ты…

— Отдам жизнь, если потребуется. Я рассчитываю на вас.

— Будет сделано.

Я просчитал все возможные варианты. Если я погибну, спасая Сианету, единственное, что удержит ее от смерти, это наш ребенок. Необходимый материал я уже сдал в лабораторию. Корвин заставит ее сделать искусственное оплодотворение, что автоматически сохранит ее жизнь, а заодно и жизнь моего клана. С любой другой женщиной подобное бы не прошло, материал был бы пустышкой, а ритани обязательно сумеет и забеременеть, и выносить ребенка. Но это крайний случай, которого я постараюсь избежать.

Рикар сделал свой ход. Настало время для ответа. Достойного ответа.

* * *

Я с трудом переводила дыхание после нападения и короткого отдыха. Тревога разъедала душу. Корвин пострадал, я не могла оценить, насколько сильно, но он заслонял меня от роботов с лазерами. И пусть оставшийся пусть по мосту я тащила его на себе, если бы Корвин не пытался закрыть меня собой, кто его знает, а не упала бы я вниз и не была бы поражена лазером?

Брат принял решение сильно не задерживаться на одном месте, и мы, уменьшившись в размерах, вошли в пещеру.

Момент, когда вдалеке вспыхнуло зарево, а потом загрохотало так, что сердце в пятки ушло навечно запомнится мне диким страхом. Я испугалась так, как не пугалась никогда в жизни. Черт его знает почему мы с Корвином не сговариваясь прошли обратную трансформацию, и вцепились в друг друга так, что даже если бы захотели, не сумели друг от друга отлипнуть.

Наверно, это и спасло нам жизни в первые мгновения катастрофы. Наши тела хоть и были потрепанными, поцарапанными, а у брата так вообще пальца не хватало, но были живы. А раз живы, значит обязаны выбраться. Мы куда-то ползли, что-то пытались друг другу сказать… Только вот слышно не было.

Когда нас завалило камнями с двух сторон, мы все равно не теряли надежды. Да, все происходило стремительно, каких-то пять-десять минут, а может чуть большее, слишком быстро, чтобы хоть как-то анализировать случившееся. Но в тоже время, я была намерена выжить любой ценой.

Спустя какое-то время пещеру вновь тряхнуло, да так, что часть камней, что и так были к нам впритык, придавили меня и Корвина. Дышалось с трудом. Двигаться вообще не получалось.

У меня что-то хрустнуло. Брату досталось по голове, и он вырубился. Я же все еще находилась в сознании, когда поняла, что в пещере мы больше не одни.

Я только диву давалась как сюда вообще было можно пробраться… Но…

— А вот и вы детки, — последнее, что отложилось в памяти прежде, чем и я упала в обморок, но что успела отметить, так это голос говорящего. Его ни с чьим не спутаешь. Надменный голос деда.

Глава двадцать третья

Меня грубо привели в чувство посредством пощечин. Отвратительно ощущение надо сказать. А если учесть, что у меня болело все тело, а с позвоночником явно имелась беда, то лучше бы я так в обмороке и валялась.

Не боец я, совсем не боец. И сил сражаться у меня тоже не было. Единственное, что позволило хоть как-то прийти в чувство и распахнуть глаза, так это желание узнать, что с Корвином, жив ли он?

Да уж, а надолго ли?

Судя по торжественному взгляду на лице Рикара, нам светила короткая жизнь и вряд ли быстрая смерть от рук любящего дедули.

Аж корежит от одной мысли, что он мой родственник.

— Залечи открытые раны, — удовлетворившись моим видом, потребовал от кого-то дед и отошел от меня. — Позвоночник не трогай. И так сойдет.

Ну еще бы не сошло, я только и могу, что головой крутить. На большее не способна. Просто не чувствую тела, боль чувствую, а ног, туловища и рук — нет.

— Позвоночник? — взволнованный голос брата резанул по ушам. — Что ты с ней сделал?!

— Я? Пока ничего, а вот камни постарались на славу. Меня устраивает.

Я вздохнула и мысленно досчитала до десяти. Злость мне точно не поможет. А вот наличие силы и фактора неожиданности — да. Себя я вылечить точно не смогу. Слишком тупая для этого. Ну ладно, не тупая, просто необразованная. А учитывая, что мои попытки позвать Медка не увенчались успехом, в этом помещении явно имеется какой-то блокиратор, с экскурсом в анатомию мне помочь не кому. Остается одно — напитать энергией брата, который судя по голосу жив и даже относительно здоров. Жаль его не видно.

А ему уже мозгов хватит и как нас спасти, и как отвлечь старого ритаса.

Не зря, ой не зря со мной бабушка занималась. Как она говорила, вот есть у нас мужчины, сильные, могучие, непогрешимые. Чему они учить станут? Ну конечно же силовым атакам. А мы ведь женщины, нам свойственны гибкость и хитрость. Вот ими бить и стоит. Поэтому я максимально расслабилась, позволяя осмотреть себя приборами, и даже выпила какую-то капсулу. Главное, что водички дали и даже не стали отбирать, когда капсулу запила. Позволили напиться.

Ничего, потерпим, подождем. И наладим канал с Корвином. Надо будет, отдам все по капле, потому что… Да потому что план деда явно не имеет таких значений как мир, созидание и помощь ближнему.

Видимо, просто быть негласным главой альянса его не устраивало. Нужно было что-то существеннее. Может месть? Правда, кому и за что? И еще вопрос, а кто же в нашей истории Молния? Если вспомнить о том, что дед никак не мог оказаться на Симране так быстро, то имеются два вариант. Первый, на Аритасе был его двойник, второй, Рикар все-таки Молния.

Так какой ответ правильный?

— Для чего? — хрипло спросил Корвин. — Для чего все это?

— Для чего вы тут? — конкретизировал вопрос Рикар. — Для того, чтобы я смог вернуть себе то, что вам не принадлежит.

— Силу Атенаис?

Я шокировано выдохнула. С чего это меня брат назвал земным именем, а не ритаским?

— Сианета, — раздраженно поправил Рикар. — Я дал ей это имя.

— Ты дал? — не сдержалось, такие подробности мне были в новинку.

Мне-то казалось, что нашим именованием занимались родители, а никак не дед.

— Ты закончил? — проигнорировав меня, спросил Рикар у врача. И видимо дождавшись кивка скомандовал, — пошел вон.

Практически неслышно отворилась дверь.

— Я не расположен к общению, девочка. Но пока буду готовить вас, могу и поделиться небольшой информацией. Побег Димитры, ее замужество и ваше рождение спланировал я.

— И как обычно, вам абсолютно плевать на родную дочь. — Огрызнулась я. — Так говорите, словно речь о зверушке.

— В каком-то роде она и была зверушкой. Ручной, старательно выращенной. Вы ведь так и не поняли, кто такие ритасы? Корвин, с такими способностями стыдно верить в сказки.

— Мутанты, — глухо ответил брат. — Ритасы — генномодифицированные люди.

— Давно уже не люди, — поправил Рикар. — Они перестали ими быть, еще в те далекие времена, когда моего отца и в проекте не существовало. Можете поверить на слово, навскидку несколько десятков тысяч лет назад.

— Вы двое — венец создания моего отца. На самом деле трое, но мои способности, по сравнению с вашими возможностями мизерные. Скорость, умение расщеплять себя, живые существа и предметы на атомы, и вновь собирать их в нужной точке пространства, природный ум, этого мало…

— Ничего себе мало, — хмыкнула я. — Наоборот, по сравнению с твоими возможностями, мои смехотворны.

Я и не думала говорить с дедом уважительно. Тот, кто родную дочь считал подопытным кроликом никакого уважения не заслуживает.

— Идиотка. Мне постоянно требуется подпитка для сохранения этих свойств, ты же собираешь энергию даже не задумываясь.

— Я может и идиотка, но даже я понимаю, если мы мутанты, то отобрать наши возможности — нереально.

— У каждого ритаса в теле находится один элемент, который позволяет проводить то, что многие другие расы назовут чудесами. — Словно и не заметив моей злой иронии, произнес Рикар. — Именно его я извлеку у вас, а с помощью проводника, уже на Аритасе, вживлю в себе.

— Проводник — черные воды Иссадо? — поинтересовался Корвин.

Ну кто бы сомневался, его жажда знаний, как всегда, невовремя. Хотя…может это план такой, сыграть на любви к науке?

— Молодец, — скупо похвалил Рикар. — Понял, что Иссадо стоит у истоков изменений. С водопада все и началось. Постепенно, но геном изменился, а мой отец улучшил. Ему принадлежит открытие Молнии, а затем и эксперимент над братом и сестрой.

— Эксперимент?

— Конечно, а я лишь его повторил.

— Ничего не понимаю, — пробормотала я.

— Неудивительно, на тебя ума не хватило, все в Корвина ушло.

Обижаться? Да делать мне нечего.

— Ладно, со мной понятно, а ум Корвина тебе зачем? У тебя и свой неплох.

— Если бы твоя мать не позволяла этому придурку Меллеру вести семейные дела, то Корвин бы стал моим преемником. Вечной молодости не существует. Сколько не продлевай свою жизнь, — вдруг огрызнулся Рикар. — Ментальный блок, который они вам наложили, оставил свой след в виде ненужных привязанностей. В частности, к тебе, твоя жизнь мне не нужна. А он — слишком к тебе привязан.

— Так ладно. — Выдохнула я и поморщилась от боли. О родителях лучше ничего не слушать. Разозлюсь и вместо накачки Корвина, устрою локальное землетрясение. А жить хочется, и желательно долго и счастливо. — Но должна же быть глобальная цель? Неужели господство над всеми мирами? По большому счету ты и так вершишь судьбы подвластных планет.

— Месть и безраздельное правления. — Тут же отозвался дед.

— А мстить-то кому? — я действительно удивилась. — Как-то уж не вяжется. Совсем.

— Да куда уж тебе, — фыркнул мужчина. — Как я уже говорил, мой отец был гениальнейшим ученым. Но его взгляды Аритас не разделял. И брат с сестрой предали, хотя он и их наделил невероятными способностями. Вместе они бы добились господства. Ах, сколько возможностей было в их руках! И что в итоге? Вынужден был бежать, руководить кучкой идиотов и грабить богатые планеты, чтобы оплачивать свои эксперименты. Кстати, закрытые планеты — это мои новшества. Мы внедряем на планеты модифицированные формы жизни и смотрим, что из этого выходит.

Он хвастался! Нет, он действительно хвастался. Гордился тем, что вторил!

— К сожалению, в большинстве случаев, приходится уничтожать свои творения, а заодно и аборигенов с их флорой. Но в последствии, планеты пригодны для вторичного использования.

— То есть, тебе необходима абсолютная власть, чтобы беспрепятственно заниматься экспериментами?

— И уничтожить всех, кто в годы лишения моего отца, властвовал и жил припеваючи. В-принципе, я практически с этим закончил.

— А как же ты оказался главой рода аль Таим? Если твой отец гад, который поднял восстание и начал войну?

— Традиции Аритаса предписывают не бросать своих детей. Когда отец был при смерти он отправил меня на Аритас. Я без труда доказал свою принадлежность к роду. Правда, сделал вид, что не знаю, кто мои родители. А позже избавился от всех конкурентов, заслуженно заняв место главы.

— И продолжил свои издевательства, — у меня больше не было сил противиться боли. Она меня поглощала и бороться с ней не получалось. Я еще послала пару импульсов энергии Корвину и поняла, что на большее меня уже не хватит. Даже сознание и то уплывает.

— Я и не ждал, что ты оценишь. А вот Корвин, мог бы… Как жаль терять такой ценный кадр. Но у меня и запасные варианты есть.

— А зачем было убивать отца Дамира? — выдохнула я, вдруг сообразив, что время на диалог окончено. Рикар и так разболтался, наверно, поделиться и пооткровенничать больше не с кем, и тут такая возможность. мы-то уже никому и ничего не расскажем. Если, конечно, Корвин сейчас не нападет на деда.

— Потому что влез туда, куда его не просили.

— А…

— Довольно, время разговоров окончено. С кого начнем?

— С меня.

Если бы я могла вскочить, то тут же бы бросилась на этот голос.

Я не знаю, как Дамир оказался здесь. Я не знаю, почему на него не среагировали дедовы приборы и как тот вообще опростоволосился, мне было все равно. Главное, что это получилось! Я была безмерно рада Дамиру, не бросил, нашел, да еще и Медка с собой привел!

Укус питки я не почувствовала, а вот то, как от меня уплывало сознание — да. И остановить этот процесс не получалось. Сейчас телом командовала питка и раз она меня лишала сознания, значит так было необходимо. Последнее, что словил мой взгляд, это прыжок Корвина. Свирепый зверь, не иначе. Горжусь!

* * *

Я знала, что провела в медицинском отсеке больше двух недель прежде, чем мне разрешили вернуться в поместье. Знала, что Тайра не отходила от меня ни на секунду. С возможностями альянса восстановить поврежденный позвоночник, который не просто задело камнями, а раздавило на множество осколков, не трудно. Трудно заставить организм его принять, особенно, если его хозяйка истощена по всем показателям. Я не просто отдала энергию брату, я отдала практически все и до того момента, как я бы умерла оставалось немного.

Первые несколько часов, пока ловили Рикара и всех, кто был причастен к его деяниям, мою жизнь поддерживала питка. Она не позволила никому ко мне притронуться, пока не доставили Тайру и та уже не отдала команды по безопасному переносу моего тела. Я знала об этом от Медка, которая щедро делилась с моим сознанием информацией. Однажды открыв глаза, я уже знала все, что происходило, пока я восстанавливалась.

И даже то, что творил дед. Хотя вникать в это совершенно не хотелось. Мерзко. Безумно мерзко и гадко.

По его указу изнасиловали мать. Я даже могла сказать, кто это сделал, впрочем, он давно был мертв. Рикар не оставил его в живых. А сделал это для того, чтобы толкнуть мать в объятья мужчины, с которым по доброй воле она бы никогда не сбежала. И иметь возможность влиять на нее детей в утробе. Как же так пойти против приказа отца, и неважно, если этот ритас признал тебя своей ритани? Она не могла этого допустить. Дамир хоть и не признал ее своей ритани и особых чувств к ней не питал, но был равным по статусу. А Меллер не был.

Рикар сыграл роль доброго и всепрощающего отца. Это он подсказал Меллеру, где искать Димитру, это он дал им денег и еще долгое время помогал скрываться от ритасов, да и от всего альянса. Аргументируя их скрытность тем, что Дамир желает отомстить за смерть отца, а не найти для разговора. Ведь глупый мальчишка, то есть Дамир, связал покушение и гибель отца с побегом Димитры. Мол, Меллер специально это сделал, чтобы беспрепятственно покинуть Аритас.

И это дед виноват в проведении страшного ритуала Илькантой. А все потому, что она видела изнасилованную Димитру, только не поняла, что это ее невестка. Учитывая то, что женщина была надменной, высокомерной, чужие беды ее не касались. Она и не подумала оказать помощь оборванке, за которую ту и приняла. Рикар подстраховался и в руки женщины попал старинный свиток.

Откровенно говоря, причина шита белыми нитками, но в нее долго верили. Пока отец не начал что-то подозревать. Ему казалось странным, что его и Димитру Рикар сначала выгнал с Аритаса, настоятельно рекомендовав прятаться, а с рождением Корвина настаивал на их возвращении. Брат не помнит, отчасти благодаря блоку, который даже сейчас не дает до конца прорваться его памяти, но дед лично с ним занимался. И та акция прилюдной трансформации на моем празднике была тщательно спланирована. Одного дед не учел, мать и отец поступили по-своему и сумели скрыться, а заодно скрыть нас.

Никакого проклятия у деда не существовало. Просто дети мужского пола не выживали, рождались или мертвыми, или недоношенными. В этом плане девочки оказывались сильнее и выносливее. Хорошо ли это, или плохо, гадать бессмысленно.

Но в одном дед не лгал, он действительно умирал. И не поверил своей удаче, когда Дамир нашел внуков, которых тот безуспешно искал! Даже слежка за Веларом ничего не дала, хотя он подозревал, что старший брат Меллера знает больше, чем говорит.

А действовать напрямую не получалось. Три покушения были сорваны, выкрасть Звездного лорда не выходило. Время утекало и играло против него. Наверно, только из-за спешки он совершил ошибки, позволившие Дамиру спасти нас.

Я знаю, что у Дамира не было и минутки свободной. Благодаря какому-то чипу в моем организме, он получил неоспоримые доказательства того, что меня и Корвина Рикар хотел убить. А после допроса старого урода, он имел на руках свидетельства множества преступлений.

Кончено, за пределы Аритаса это никогда не выйдет. Но сам Аритас гудел.

Чуть не казнили весь род аль Таим. Но на его защиту встали три следующих по старшинству клана. И самосуда не случилось.

Может ритасы и были генномодифицированными, но боги явно имелись. Потому что мало преобразовать энергию, мало улучшить гены, нужна доля удачи. А в сущности благословение вышестоящих инстанций. Это я так шутить изволю.

Но если серьезно, существуют же каким-то образом айсе, сработал же свиток, подброшенный Ильканте. К тому же есть такие как Тайра, которые непонятно каким образом умеют лечить, видеть ауры, настраиваться на любое существо…. Боги точно есть, и эти самые боги помогли нам встретиться Дамиром, осенили своей особой милостью, связав наши души воедино, и спасли, когда мы все были на грани. Поэтому я буду чтить богов и традиции Аритаса. И даже соглашусь на открытую свадебную церемонию.

Людям нужен праздник после всех потрясений. А так, они увидят нас с Дамиром, нашу любовь и поймут, что будущее есть. Мирное, светлое будущее.

Сегодня первый день, когда Тайра разрешила мне выйти в сад. Чем я и воспользовалась, а теперь сидела в беседке и жадно дышала свежим воздухом. Сама Тайра тоже была рядом, но была тихой и задумчивой. Если честно, ей и самой требовался отдых. Брат постоянно пропадал с Дамиром, то бумаги в поместье аль Таим разбирал, то вместе с ним допрашивал причастных к масштабному заговору. Корвин все — таки лишился пальца, его нельзя было восстановить, только нарастить из его клеток. Но он отказался и гордо носит искусственный, в который напиханы какие-то технологии. Я не вдавалась в подробности. Семероном было решено, что управление кланом аль Таим на себя берет Корвин, но отныне этот род не стоит на первой позиции. Ее занял аль Кахар.

От этого известия огорчилась только я, потому что Дамиру добавится хлопот. А в будущем и нашим детям.

По всему альянсу осуществлялись чистки. Многие лорды были сняты со своих должностей, многих казнили. Но это было неизбежно. К плюсам происходящего относились тайные пиратские логова, которые рассекретили и чьи базы были уничтожены. Пусть и не сразу, но все обязательно войдет в прежнюю колею. И, наверное, будет еще лучше.

— Ты думала над тем, кого позовешь на свадьбу? — вдруг спросила Тайра.

По традиции Аритаса во время церемонии я должна буду передать свой покров доверенной подруге. Покров — это что-то вроде фаты, который доверенное лицо обязано разделить на нити и раздать всем незамужним девушкам-ритаскам.

Сама невеста этим заниматься не может, и мужчины не могут. А вот доверенная подруга — да, тем более, по поверьям, та, что раздаст талисманы, то есть нитки, сама будет счастлива в семейной жизни. Избранник такой подруги, по поверьям, объявит ее своей ритани.

— Все-таки хочешь стать единственной для Велара? — улыбнулась я.

Тайра покраснела.

— Нет, то есть да, но это здесь не при чем…

— У вас все взаимно?

— Не знаю, — вздохнула подруга. — Но мне бы хотелось. Твой дядя такой…

— Какой такой? — хихикнула я.

— Хватит издеваться, — фыркнула Тайра. — Такой же, как для тебя Дамир.

Подтрунивать над вайерой перехотелось. Если она воспринимает его также, как я… Здесь не нужно смеяться, тут нужно помогать.

— Атенаис Миат умерла, Тайра. И все, кто был с ней когда-то связан, останутся в прошлом. Я и не задавалась вопросом, кто понесет мой покров, потому что знала, ты не откажешь мне в этом. За короткое время ты стала для меня близким и родным существом.

— Лиса! — притворно ахнула девушка и тут же, в порыве благодарности обняла меня. — ты тоже, Сианета, стала для меня близкой.

— Надеюсь, в будущем мы станем еще ближе, — намекая на ее отношения с моим дядей, улыбнулась я.

— Я тоже.

Эпилог


Спустя три месяца состоялась наша свадебная церемония. Как и любая невеста я безумно волновалась. Хотя по большому счету, переживать мне было не о чем. Мой жених ни за что бы не бросил меня у алтаря, даже если бы ему пообещали все богатства вселенной. А я бы никуда не делась, даже посули мне тысячу мужчин лучше моего. Кому я вру, лучше Дамира просто не существовало.

Я таяла от его взглядов, прикосновений, заботы и нежности. Он всегда угадывал мои мысли. Да и я не отставала, твердо решив стать для него идеальной женой, матерью его детей и достойным партнером в управлении поместьем и людьми клана аль Кахар.

Конечно, мне еще предстояло многому научиться, но я не унывала. Все решаемо. Особенно, когда рядом такой надежный и родной мужчина.

Сама церемония мне практически не запомнилась. Отчасти потому, что я ждала ее кульминации. Каюсь, последние дни перед главным событием мои гормоны бушевали и требовали банкета.

Дамир и сам ходил заведенный, чуть дунешь и пожарище разгорится. А как иначе, если поцелуи были требовательными, страстными, а до сладкого так и не доходило?

Нельзя. Девственность невесты — это же подарок небес. Особенно у такой пары, как мы. Пусть люди видят, что Дамир благословлен богами. Он, как новый глава Семерона, был одобрен со всех сторон: людьми и богами.

Так что до сегодняшнего дня терпели, как свои желания, так и подколки от Медка и Рогалика. Дамир тоже завел питку. Специально в пару моей пушистой вредине. Помню, как я смеялась, увидев вместо, которое питка выбрала своим хранилищем. Я явно было отмщена! Если моя красавица влюбилась в грудь, и до сих пор любит на ней лежать, то рогалик выбрал…барабанная дробь! Верно, то самое место! Лично я пришла к выводу, что эти зверьки все-таки озабоченные.

А еще Медок оказалась дамой прихотливой и гоняла Рогалика то за вкусняшками, то за цветочками в сад.

Он, как истинный мужчина, сносил капризы своей леди и тихо млел, когда она нежно лапками перебирала его шерсть. Вообще их парочка была колоритной. Она — с ярко-красной шерсткой и он с темно-синей. Мы даже поспорили, какого оттенка будет детеныш. Я ставила на фиолетовый, Дамир почему-то на зеленый. Время покажет, кто угадал, а пока я с нежностью смотрю на брата, который с интересом глядит на ритаску.

Я без труда узнала в ней ту девушку, которую он спасал и отчасти из-за которой я влезла в самую главную авантюру в своей жизни. Интересно, найдет ли Корвин с ней семейное счастье? Или мне просто кажется, что между ними искорка пробежала?

Я-то сейчас самая счастливая и хочу, чтобы и окружающие были настолько же счастливы.

Вон Тайра танцует с Веларом. После того, как мы покинем площадь, где и проходит свадебное застолье, она заберет покров, а завтра начнет раздавать нитки всем желающим. С одной стороны, мне ее даже жалко, желающих явно будет много, вайера толком и отдохнуть после выпитого не сможет. А с другой, вдруг действительно сработает?

— Грустишь? — нежный шепот у уха, и я краснею. Не от стыда за свои мысли, нет. От жара, что вызвал голос любимого.

— Разве я могу? — также тихо отвечаю и без скромности откидываюсь на грудь мужа. Теперь можно. Никто не пристыдит за вольные нравы. Дамир мой мужчина и это уже никогда не изменится.

— Давай сбежим? — предлагает он и я ни секунды не думая, соглашаюсь.

Я знаю, что Ильканта расстаралась для нас и дома ждут чудесные покои для молодоженов.

Нас никто не потревожит. Айсе не пропустит в поместье лишних. Ильканта желает внуков, и побольше, чтоб не дай боги, не росли одинокими, как ее сын.

А я и не против.

Дамир помогает мне избавиться от покрова. Только сейчас, сняв тяжелую ткань, поняла, насколько легче мне стало. Я, видимо, привыкла к этому атрибуту традиционного наряда, приняв его за неизбежное, но необходимое зло.

Сам же подзывает друзей и передает Тайре с Веларом белоснежную ткань. На нашей церемонии присутствуют все Звездные лорды и по уговору с Дамиром, они помогут отвлечь от наших персон назойливых журналистов, которые уже выжидательно косятся в нашу сторону.

Как же, покров снят! Невеста и жених, точнее новоиспеченные муж и жена, покидают дорогих гостей! А вдруг удастся заснять горячие кадры? Или пробраться в поместье аль Кахар?

— Девочка моя, — бабушка плачет и жарко прижимает меня к себе. — Ничего не бойся и доверься мужу.

— Я не боюсь, честно признаюсь ей, — наоборот устала ждать.

Она смеется и утирает слезы. Ее муж и мой дедушка стесняется выражать свои чувства и пока не подходит. С ним мы познакомились месяц назад. Так получилось, потому что он находился далеко, когда все произошло, а потом был взят сыном и Дамиром в оборот. Помогал им разгребать ту кашу, что заварил Рикар аль Таим.

— Я рада, что небеса подарили мне такую внучку. Дадут боги, я стану радоваться и дочери.

Тайра, стоящая рядом зарделась. Они с мамой Велара не просто нашли общий язык, они явно друг другу нравились и скрывать этого не собирались. Только дядюшка все вокруг да около ходил. Ну ничего, мы его образумим! В противно случае, будет ему коллективное бисерное плетение!

— Сестренка, я говорил, что ты самая красивая? — меня как эстафетную палочку передали в объятья брата.

— Нет, не говорил, — смеюсь я.

— Ты самая красивая девушка во всех вселенных. Будь счастлива, и знай, если Дамир тебя обидит, я его покусаю.

— Не боишься, что в ответ тебя покусаю я?

— Тебе я даже уши драть доверю, — тут же заявляет он и нежно целует меня в щеку. — Негоже заставлять мужа ждать.

И легонько подталкивает к Дамиру. Тот улыбается и обнимает меня за талию. Всем видом показывая, что больше никому не отдаст.

— Пора, — предупреждает Тарим, а Велар и Тайра закрывают собой нас, расправив покров невесты.

Минута и мы покидаем веселый праздник. Флаер мчит нас домой, где впереди нас ждет чудесная ночь. Много-много ночей.


Три года спустя

Репортаж на главном вещательном канале Межпространственного Альянса


— Сегодня в восемь утра леди Сианета аль Кахар родила первенца. В честь рождения сына и наследника рода аль Кахар на Аритасе устраиваются пятидневные празднества. Мать и ребенок чувствуют себя прекрасно. Из сообщений официального представителя клана аль Кахар, мальчика назвали в честь предыдущего главы рода — Дэрианом. От всей души желаем чете аль Кахар процветания, а маленькому Дэриану аль Кахар крепкого здоровья!


Пять лет спустя

Репортаж на главном вещательном канале Межпространственного Альянса


— Звездный лорд первого ранга Корвин аль Таим и родной брат леди Сианеты аль Кахар объявил о своей помолвке. Его избранницей стала леди Криана аль Ветаро. Поговаривают, что знакомство влюбленных состоялось пять лет назад, но где и как это произошло не уточнятся. Пожелаем же им счастья и благополучия!


Оглавление

  • Глава первая
  • Глава вторая
  • Глава третья
  • Глава четвертая
  • Глава пятая
  • Глава шестая
  • Глава седьмая
  • Глава восьмая
  • Глава девятая
  • Глава десятая
  • Глава одиннадцатая
  • Глава двенадцатая
  • Глава тринадцатая
  • Глава четырнадцатая
  • Глава пятнадцатая
  • Глава шестнадцатая
  • Глава семнадцатая
  • Глава восемнадцатая
  • Глава девятнадцатая
  • Глава двадцатая
  • Глава двадцать первая
  • Глава двадцать вторая
  • Глава двадцать третья
  • Эпилог