Попаданец от них к нам (СИ) (fb2)


Настройки текста:



Пролог.


Полянка леса ничем не отличалась от остальных: зеленел мягкий ковёр травы, по краям разрослись кусты разных лесных ягод; то в одном, то в другом месте кусты с травой слегка примяты, а если присмотреться, можно увидеть едва заметную звериную тропку, ведущую к небольшому роднику, берущему своё начало из-под нескольких огромных валунов. А вот валуны единственное отличие от остальных таких же зелёных полянок.

Валуны никак не вписывались в окружающую среду — на них нанесены какие-то странные знаки. Прямо сейчас они ни с того ни с сего начали светиться изнутри. Прошёл какой-то миг — и на поляне появилось странное существо, всё в крови и почти не подающее признаков жизни. Спустя какое-то время от существа стала распространяться странная, как и само существо, дымка. Там, где она касалась травы, та моментально начинала сохнуть и превращаться в пыль. А вот существо с каждым уничтоженным растением начинало выглядеть всё лучше и лучше. Не прошло и суток, как полянка вокруг валунов увеличилась раз в пять и стала не меньше двухсот метров в диаметре. Всё живое, что ранее находилось на поляне, помимо странного человекоподобного существа, лежащего уже без малейших повреждений, превратилось в пыль.



Глава 1.


— Мирунуэль, полукровка из дома Утреней росы, что вы можете сказать в своё оправдание? — прозвучал голос верховного судьи Светлого леса.

Какое к демонам оправдание?! Да за кого они меня принимают?! Это они должны просить у меня извинения, и я должен ещё долго думать о том, чтобы его принять. Я мысленно бушевал, а больше ничего мне не оставалось делать, ведь ни пошевелиться, ни произнести слова без разрешения от присутствующих жрецов не мог. Вот мне и оставалось только материться про себя и проклинать этих тварей, собирающихся меня судить ни за что. Даже уйти из жизни красиво не получится. Клеть, в которой я нахожусь, из специального сорта мэллорона — любое магическое существо, находящееся в ней, будет терять ману ровно с такой же скоростью, как и регенерировать. Самое обидное в том, что я участвовал в выведении этого сорта. И ведь считал, что правильно поступаю на благо эльфийского народа.

Не успел до конца додумать мысль, как мой рот без моего ведома открылся, и я начал говорить:

— Мне нет оправдания, ваша честь. Прошу отнестись ко мне со всей строгостью закона, — закончив свидетельствовать против себя, я пришёл в бешенство.

Какого зарга я нёс этот бред?! Подготовились твари: контролировать меня могли только группой. Недаром триста лет занимался исследованиями, а не лизоблюдством как все остальные мои ровесники. Вот и сейчас ради меня одного собрали аж десять жрецов-менталистов. И всё равно волю сломить не смогли. Да, тело взяли под контроль, но не мою личность. А суд этот… Суд этот — полный фарс. Ну как я мог проникнуть во дворец Великого князя, если там в охране стоят маги на несколько порядков сильнее меня? Да и чего скрывать, опытнее. Но нет, оказывается, я проник в сад Великого Князя, где обнаружил вторую его дочь Илизинель. Дальше, по словам обвинителя, убил девушку, подвергнув пыткам перед этим, а после смерти изнасиловал труп. До этого безмозглого обвинения я даже и не знал, что являюсь ярым некрофилом. Вообще, странное обвинение мне выдвинули.

— Учитывая ваше чистосердечное признание, которое является смягчающим обстоятельством по вашему обвинению, вам предоставляется честь, — сделал паузу судья, чтобы все могли проникнуться важностью момента, — через жертвоприношение великому древу искупить свою вину. Приговор окончательный и апеллированию не подлежит. Приговор привести в действие сразу после окончания судебного процесса. — После этих слов и мигнувшего судебного артефакта, ознаменовавшего окончание процесса, судья, уважаемый всем лесным народом глава службы безопасности Оскариинеэль Четвёртый, подошёл к клетке с бывшим подсудимым, теперь будущим главной жертвой в ежегодном жертвоприношении Великому древу, то есть ко мне, и прошептал: — Вот так-то Мирунуэль. А что стоило тебе промолчать и забыть согласно совету старого мудрого эльфа результат твоего исследования? Кстати, должен сказать тебе отдельное спасибо. Благодаря твоей работе получилось увеличить передачу энергии почти в два раза. Теперь наша сила будет расти немного быстрей. И вот, что я тебе скажу: хоть ты и полукровка от твари дроу, но ты сделал много для будущего возвеличивания нашего народа. Благодарю тебя, — с издёвкой поклонился Оскариинеэль и вышел последним из зала суда.

Я же тем временем думал о том, какой я всё-таки фаргов придурок. Ну что стоило мне не докладывать о результатах своих исследований выше, чем своему куратору? Но нет, захотелось, чтобы меня, полукровку, приняли на равных в чистокровном обществе. Этого ведь никогда не было, а значит, я мог вписать своё имя в историю. Как меня грели в то время мои мечты. Мог не есть, не пить, полностью сосредотачиваясь на работе, понимая, что с каждым часом приближаю себя к осуществлению мечты.

После почти пятидесятилетних исследований крови и генов эльфов и дроу я нашёл причину практически бессмертия княжеской семьи и приближённых. Всё оказалось просто: во время прошлогоднего жертвоприношения я нарушил закон, требующий во время празднества откладывать все дела и вместе с народом эльфов наслаждаться речами княжеской семьи. Лишь стража и пограничники могли не останавливать свою работу. И тогда во время празднества я занимался исследованием крови младшей княжны. Ох, сколько труда стоило мне достать её: пришлось подкупать личного тренера по физическому развитию, чтобы во время очередной тренировки княжна слегка поранилась, и он доставил мне платок с капельками крови княжны. С самого начала у меня вызывало подозрение, что у княжеской семьи и приближённых значительно большие как магические, так и физические силы. Единственное исключение в младшем племяннике князя. Тот лет сто назад вопреки воле князя взял себе в жёны человечку. И внезапно за одни сутки он превратился из сильного магистра в обычного мастера, каким и должен быть обычный эльф его возраста.

Меня всегда смущала официальная версия о том, что сама Богиня не одобрила подобную связь. За пять столетий, которые я живу, мне ни разу не удалось зафиксировать вмешательство Богов в жизнь народов, населяющих срединный мир. Да, в истории подобные случаи зафиксированы, но это происходило лишь в те моменты, когда без вмешательства Богов могли погибнуть миллионы разумных. Так что версия о том, что Богиня обратила внимание на супругу одного из членов княжеской семьи, мягко говоря, натянутая. Но народ верил, и вскоре бывшему княжичу пришлось сбежать в человеческую империю, граничащую рядом с лесом. Именно поэтому я рискнул своим положением и решил добыть кровь княжны для исследований, так как был уверен, что их сила связана с кровью. Мои исследования показывали, что генетическая линия, состоящая из сильных магов, будет с каждым поколением порождать всё более сильных, вот я и собирался в этом убедиться.

Первые исследования показали, что княжна по силам не должна быть сильнее любого эльфийского ребенка её лет. И это меня сильно смутило, ведь кроме отречённого княжича все в княжеской семье обладали выдающимися магическими талантами. Я уже хотел бросить исследования крови княжны, сдавшись обстоятельствам, но под конец решил провести пару анализов и настолько заработался, что не заметил начала празднества. И вот тут на моём лабораторном столе начало происходить настоящее чудо. Ранее клетки крови, не отличающиеся особой энергонасыщенностью, начали резко и быстро повышать свой уровень, но помимо магической энергии начал лавинообразно расти запас жизненной силы, что спровоцировало деление клеток. Вскоре в пробирке с растворённой в питательной смеси подсохшей крови княжны была чистая и не разбавленная кровь огромной энергонасыщенности.

Под конец третьих суток моих попыток разобраться в том, что энергонасыщенность всего десяти миллилитров крови в пробирке равнялась насыщенности всей моей крови. Получив такие результаты, я просто сел на пол и тупым взглядом уставился в стену. Лишь через несколько часов смог вновь приступить за работу.

Произошедшее на глазах было близко к тому, что называю божественным чудом. Но я убеждён, что Боги просто так не вмешиваются в жизнь разумных, а значит, этому было какое-то другое объяснение. Чтобы понять мой шок, необходимо знать, что я буквально пять лет назад по уровню магической силы вышел на магистерский уровень. Правда, об этом не распространялся и в официальных документах всё так же числился магом-исследователем уровня мастера третьей ступени. Да и полукровке без протектората кого-то из высших аристократов получить звание магистра просто невозможно, вот и не стал нервировать общество тем, что достиг по силам магистра.

Таким образом, энергонасыщенность крови младшей дочери двоюродного брата Великого князя, которой исполнилось всего пять лет, никак не могла равняться или даже превосходить мощь пятисотлетнего эльфа, тем более полукровки с дроу, которые, как известно, хоть и живут немного меньше светлых, но развиваются магически быстрее раз в пять чистокровного эльфа. Только через неделю, проведённую в горах, я догадался связать рост энергонасыщенности и жертвоприношения. Перепроверив несколько раз, пришёл к обескураживающему выводу, что высшие эльфы, то есть приближённые к князю, являлись ничем не лучше вампиров, которых уничтожали все светлые расы сразу при их появлении.

Спустя пять месяцев исследований мне наконец-то удалось понять механизм передачи энергии умерших в жертвоприношении Великому древу. На определённого эльфа накладывалась умопомрачительной сложности печать. Со временем она создавала на ауре каждой клетки организма энергоприёмник, при поступлении туда энергии клетка полностью обновлялась, при физических повреждениях так же значительно усиливалась регенерация организма. Так, по моим поверхностным подсчётам, если судить по энергонасыщенности крови девочки после всего одного праздника жертвоприношения Великому древу, оторванная рука вырастет через месяц, одним словом — фантастика.

Видимо, девочке печать поставили как раз после позапрошлого праздника и этот праздник для неё был первым. Если верить динамике энергоусиления клетки и её ауры, Великий князь, разменявший шестое тысячелетие, сможет вырастить себе тело от одной головы за минуты. Вот этим открытием я и решил поделиться со своим научным руководителем. И поделился на свою голову.

Уже через три часа я оказался в маннопоглащающей клети, где и разговаривал со своим куратором от службы безопасности леса. Оскариинеэль Четвёртый глава СБ Леса только и произнес:

— Ты понимаешь, что подписал себе смертный приговор? — дождавшись кивка, он продолжил: — У тебя ещё есть шанс выжить. Мне не хотелось бы терять такого великолепного учёного, как ты. Сними защиту с разума. Мы проверим, что ты ещё знаешь, и удалим лишнюю информацию. — Присев на корточки передо мной, сидящим в низкой клетки, Оскариинеэль посмотрел в глаза и увидел только ненависть. И в этом виновата только моя гордость. Видите ли, не одобрили мои исследования, а согласись бы, то и не было б этого фарса вместо суда. Тогда я и продолжал бы работать себе в лаборатории под более плотным контролем со стороны спецслужб.

Оскариинеэль тяжело вздохнул на мой молчаливый ответ и сказал своему подчинённому, стоящему возле двери:

— Вчера наследник престола слегка заигрался и убил свою сестру в играх, но сам понимаешь, — замолчал на пару секунд эльф. — Так вот, это сделал он, — сказал Оскариинель, вставая с корточек и показывая на мою клетку. — Сделать максимально освещённое дело в прессе, к чему приводит хоть капля крови дроу в жилах. А ты молодец, не ожидал такой твёрдости характера от полукровки. Уважаю, — снова повернулся он ко мне.

— Ты не смотри на меня так. Ты не первый, кто находил причину нашего могущества, и все выбрали стирание памяти, кроме тебя одного. Но ты молодец: столько открытий за триста лет исследований генетики ещё ни один эльф не делал. Всё-таки вы, полукровки, спешите жить. Тот же Тариэль, твой сокурсник бывший, только закончил дипломный проект. Кстати, основой ему стало твоё открытие возможности оперирования тёмной компонентой магической силы параллельно со светлой. До тебя никто не мог даже приблизиться к разгадке этой тайны, хотя древние эльфы до разделения без проблем это могли делать. Да, теперь Тариэль — член академии наук. Ну, ладно, у меня дела. Встретимся на заседании суда. — После этих слов Оскариинеэль развернулся и вышел из помещения.

Через месяц обо мне знали все эльфы леса. Мне бы порадоваться такой известности, ведь не каждого полукровку знает столько разумных. Но обо мне знали как об извращенце и убийце, посмевшего поднять свои нечистокровные лапы на божественный цветок, любимую племянницу Великого князя. Во всех тавернах было столько разговоров о тварях-полукровках, о том, что они не ценят недавно принятого равноправия в лесу, что надо вводить резервации для них как раньше делали.

Спустя ещё два месяца начались погромы всех полукровок, хоть чего-то достигших в лесу, ведь народ стал считать, что полукровки отбирают блага, на которые имеют право только чистокровные эльфы. Самое удивительное в том, что за погромы никого не наказывали. И это говорило о многом. Видимо, Князь решил произвести чистку среди излишне активных полукровок. Всё это узнал я благодаря газетам, которые изредка кидали в клеть, чтобы знал, к чему привела моя несговорчивость. Но я слишком сильно не отвлекался на газетные статьи, ведь прямо сейчас у меня происходил опыт всей моей жизни. Хоть клеть и выкачивала магические силы, оставалась магия крови. Та магия, которой светлые эльфы не могли владеть в принципе, но то, из-за чего я страдал всю свою жизнь и не смог встать вровень с чистокровными эльфами, меня сейчас спасало, а именно — кровь дроу. Уж кто-кто, а дроу великолепные маги крови. Именно благодаря крови матери-рабыни, а также переданным ею знаниям ещё в самом раннем детстве рассчитывал спастись.

Во время своего последнего исследования я великолепно изучил печати на клетках крови княжны. Вот и сейчас пытался свою кровь превратить в такую же с печатью. Поскольку я не знал изначальной печати, пришлось изменять чуть ли не поклеточно кроветворные органы, а заодно программируя их на дальнейшее создание клеток уже с печатью. Это не сложно, а очень сложно, ведь из-за отсутствия маны приходилось использовать свои жизненные силы, но могу сказать с гордостью: я справился — как раз ко дню суда все клетки моего организма были изменены.

Праздник жертвоприношения Великому древу всегда пышно проводился. И хоть светлые эльфы позиционируют себя поборниками света и порядка, но отказываться от самого древнего праздника, единственного пришедшего с тех времён, когда эльфы и дроу ещё не были разделены, они не собирались. Да и чего тут отказываться, если в жертву приносили только преступников или военнопленных. Верил простой народ в то, что эти жертвоприношения укрепляют границы леса. Как показали мои исследования, они действительно укрепляют, но вовсе не границы леса, а избранных эльфов, позволяя жить им не одно тысячелетие. Хотя обычный эльф не маг уже в возрасте тысячи лет седой старик, а архимаг мог коптить небо тысяч пять лет, если он, конечно, не маг жизни — те бессмертны, но и назвать их эльфами очень сложно.

Жертвоприношение ставило избранных эльфов на уровень чуть ли не Богов, когда их жизнь, по сути, ничем не ограничена. А как передаётся в преданиях от одного Великого князя следующему, с возрастом у членов княжеской семьи появляется возможность перейти в энергетическую форму жизни, то есть стать самыми настоящим Богами или демонами, что зависит от того, как на это посмотреть. Но слава Богине, за последние несколько десятков тысяч лет такого не происходило. Теперь-то я знал причину возвышения княжеской семьи и приближённых.

Я же, пока меня вели к хищной породе мэллерона, сосредоточился на активации печатей в клетках своего организма. Энергия уже принесённых жертв древу стала поступать в организм, начиная тем самым обновление клеток тела. Так как меня оставили последним, тело уже переполняло энергией. Я пытался сдержать океан жизненной энергии, чтобы раньше времени не выдать себя. Настолько сосредоточился, что даже и не заметил, как мою клетку поставили в только что появившееся отверстие в древе.

Уже через несколько минут отверстие сомкнулось, и на меня начала капать жидкость, заменяющая древу желудочный сок. Находясь в окружённой со всех сторон деревом полости, я наконец-то перестал сдерживаться, активировал заклинание регенерации и направил в него большую часть поступающего потока энергии. Таким образом, желудочный сок древа растворял моё тело, а оно снова регенерировало. Благодаря этому мне удалось получить отсрочку от смерти. А когда закончилась церемония, древо перестало на меня обращать внимание. Уничтожив оставшийся желудочный сок в полости дерева при помощи магии, я стал обустраиваться на долгое время, ведь неизвестно, сколько мне тут придётся оставаться. Древо буквально отрезало меня от окружающего мира. Мои аурные щупы натыкались на непреодолимый барьер, едва проникали в плоть древа, и пока я не пойму, как выбраться отсюда, мне придётся тут жить. Ну что же, привет, мой новый дом.

Прошёл ровно год. Снова праздник жертвоприношения, и опять я стал получать свою часть энергии. Её теперь гораздо больше. Видимо, в этот раз количество жертв больше, чем в прошлый. Древо, наверное, заметило меня в себе и вновь попыталось растворить желудочным соком, но за прошедший год я смог знатно укрепить полость, поэтому жидкость и не смогла проникнуть в неё. Вообще, то, во что превратилась полость древа за год, можно смело засчитывать за работу на звание магистра, а то и архимага, хотя насчёт архимага это уже слишком, да и магистр, скорее всего, тоже. Теперь защита полости могла бы выдержать пару дней атаки архимагов, ведь она запитана не на резерв мага, который, кстати, весьма подрос у меня за прошлогоднее жертвоприношение, а на энергию древа, которой в десятки, если не в сотни раз больше, чем у самого сильного эльфийского архимага, не учитывая, конечно, Великого Князя. Этой энергией можно запитать все приграничные крепости и запас при этом не сильно упал бы.

Следом за защитой я озаботился и своим комфортом. Привык, знаете ли, к нему у себя в лаборатории и доме. Из-за того, что мне к своей пятой сотне лет так и не удалось найти свою избранницу, пришлось углублённо изучать бытовую магию. В ней я не магистр, но твёрдый мастер точно. В первую очередь на моё новое обиталище наложены такие плетения, как регенерация воздуха, создание пищи, или, если быть точным, питательного мусса, получаемого из переработки древесных волокон. Не забыл я и про утилизацию отходов жизнедеятельности. Их под воздушным щитом использовал для создания удобрения, в котором пытался вырастить хоть что-то ещё, но я никогда не был силён в магии природы.

Первые полгода своего заточения провёл в постоянной магической практике. Так активно магией я никогда в своей жизни не пользовался. В попытках выбраться из древа перепробовал весь свой доступный арсенал, но ни что не позволило мне выбраться. Если первые сорок-пятьдесят сантиметров плоти древа-пожирателя ещё можно как-то растворить, сжечь или заморозить, то дальше древо начинало регенерировать с огромной скоростью. Я банально не успевал пробиться даже на десять сантиметров, как восстанавливалось двенадцать.

Полгода попыток освободиться не прошли даром, как могло показаться. Постоянная практика разноплановых заклинаний ускорила природный механизм выращивания новых аурных щупов, при помощи которых и создаются плетения. Теперь я мог оперировать заклинаниями на расстоянии ста метров. По крайней мере, самый первый аурный щуп, который у меня появился в детстве, именно такой длины, но это бесполезно — плоть древа не пропускала их наружу.

Неудачи с освобождением погрузили меня в апатию, но уже на пятый день депрессивного настроения мне вспомнился один из немногих разделов магии, так и не давшийся во время учёбы. Пространственная магия, она же пустотная. Именно в ней я и увидел своё спасение. Посмотрев на свои неудачи в магии пространства уже с высоты своего возраста и опыта исследований, понял, в чём моя проблема. Она в моём происхождении. Если ментальный окрас маны эльфов похож на спокойное море на рассвете, то у дроу скорее бушующий шторм. А у меня мана нестабильна и ментальный окрас принимал то значения как у эльфов, то как у дроу. Вот и не получалось добиться стабильной накачки энергией плетений, а ведь пространственная магия одна из немногих разделов магии, требующая равномерной накачки всех звеньев плетения.

Проблема решалась просто в теории: надо уменьшить скорость накачки через каждый канал и внимательно контролировать процесс. Но на практике следить одновременно как минимум за сорока тремя точками накачки (а именно столько звеньев в простейшем заклинании раздела пустотной магии: сдвиг фазы — перемещение физического тела заклинателя в соседний слой реальности, практически идеальная физическая защита, именно физическая, так как тонкие тела оставались в основном слое) весьма сложно.

Почти полгода занятия любимым делом, исследованиями, а также положительный их результат сильно приободрили меня. Решение оказалось в духе учёных из расы гномов, которые все свои изобретения пробуют на себе. Я решил пересадить фрагменты выросших аурных щупов к основанию энергоканалов и из них создать новые. Это решение позволяло распределить поток накачки на большее количество каналов, а чтобы они были одинаковой насыщенности, надо вырастить в ауре фильтр, который будет ментальный окрас маны приводить к одному.

Операцию по пересадки щупов я решил проводить во время следующего жертвоприношения в связи с тем, что разрыв и изменения тонкого тела будут весьма негативно отражаться на физическом состоянии. Так всё и оказалось: разрезание аурных щупов и проращивание фильтра девять раз останавливало моё сердце, но в итоге я своего добился.

Прошло не менее двух недель, прежде чем всё прижилось, и не менее полугода для того, чтобы научиться ими пользоваться. И вот теперь я перебирал заклинания пустотной магии, которые мог применить. Как оказалось, мог применить всё, что читал. Память у меня с детства идеальная благодаря какому-то ритуалу на основе магии крови, который провела надо мной моя мать, когда я был младенцем. Лишь недавно смог пробиться к этим воспоминаниям, но разобраться в ритуале мне не удалось. Не удалось и выбраться из древа благодаря пространственной магии. Телепортация великолепно работала: потребляла всего одну сотую резерва, выполнялась всего за долю секунды. Всё замечательно, если б не одно «но»: за пределы своей своеобразной камеры не получилось наложить ни одной точки выхода. Так же и с порталами. Весьма забавно видеть заднюю часть своего тела, ещё не вошедшую в портал с точки выхода.

Полость древа, в которой я находился, каким-то образом не давала выбраться. Заканчивая второй год отсидки в утробе древа-каннибала, уже отчаивался в попытках выбраться из заточения. Во время праздника жертвоприношения мне пришла в голову одна бредовая идея: разорвать локально метрику пространства, то, что запрещалось делать даже под угрозой жизни, то, из-за чего не существует ныне расы драконидов, то, что привело к откату цивилизации на века. Что произошло тогда, мне не известно. Да, собственно, и не очень интересно. Как оказалось, зря. Чтобы разорвать метрику пространства без всяких заклинаний нужно много энергии. Столько в моём распоряжении как раз сейчас и было. Во время жертвоприношений между мной и древом образовывался канал. Именно через него я и захотел взять энергию.

Не долго размышляя над своей идеей, а то мог и отказаться, я начал создание двух противоположно заряженных облаков энергии, хаоса и порядка. Уже спустя полминуты моё тело стало растягивать, сжимать, крутить во всех направлениях. Ещё спустя пять секунд формирование точки нестабильности пространства было не контролируемо. Теперь уже я сам боролся с той же нестабильностью, стараясь защитить своё тело. В принципе, мне удавалось до тех пор, пока материя древа не начала преобразовываться в чистую энергию, поглощаемую точкой будущего разрыва метрики пространства.



Отступление первое.


Спустя всего пять тысячных секунды древа не стало, как и полуэльфа, как и столицы Великого княжества светлых эльфов. В этот раз повезло: разрыв сам закрылся. А ведь пятнадцать тысяч лет назад через разрыв метрики пространства в мир прошли существа, позднее названные демонами, пытающимися превратить в свой домен всю планету. Сейчас просто на месте ранее цветущей столицы светлых эльфов оказался кратер глубиной около пяти километров и диаметром в десять. Мирунуэль мог бы быть доволен, ведь он одним махом покончил почти со всеми своими врагами, собравшимися на праздник жертвоприношения в столице. Но он этого не знал. Не знал он и того, что межпространственный маяк, созданный древними эльфами на планете, практически лишённой магического поля, засёк в межмировом пространстве живое существо, отдалённо напоминающее создателей, находящееся только под примитивной защитой, без специального оборудования для путешествий в межреальности, и перенёс его к себе. На этом энергия маяка закончилась, и он превратился наконец-то в обычную груду валунов на тихой лесной полянке.


Конец первого отступления.



Глава 2.


В себя я пришёл не скоро. Организму потребовались сутки на полное восстановление после нахождения в межреальности. По крайней мере, считаю, что это межреальность. Те мгновения, пока я не потерял сознание, показали мне всё и ничего одновременно. Именно так межреальность описывалась в древних текстах, дошедших до наших времён.

Встав на колени, я немного осмотрелся. Увиденное меня не только обрадовало, но и удивило. Обрадовало, что свободен, а удивило тем, что вокруг слой праха глубиной с ладонь. Создав диагностирующее заклинание, второй раз удивился: прах раньше был растениями, причём неизвестными. Но ещё больше я испугался тому, что весь этот прах создан мной — везде чувствовался мой окрас магической энергии.

После получаса исследования себя я тяжело вздохнул и улыбнулся. Мне удалось разобраться, что же это произошло с моим телом. Всё оказалось просто: я появился на территории с низким манонасыщением, пустым резервом и большими повреждениями физической оболочки. Именно это всё и спровоцировало активацию одной из способностей дроу — поглощение энергии живых организмов для восполнения резерва. В прошлом я с ней не сталкивался, только читал о такой способности, за которую дроу очень не любили друиды всех рас. Мне казалось, что эта способность даже не досталась мне.

Еще раз осмотрев и продиагностировав себя немногими заклинаниями, известными мне из магии жизни, я удовлетворённо хмыкнул и встал на ноги, чтобы разобраться, куда же меня всё-таки угораздило попасть. Вот только стоило мне поднять голову вверх и посмотреть на ночное небо, как я замер. А было замереть отчего, ведь на небе ни одной знакомой звезды, что могло означать одно: я нахожусь в другом полушарии. Но наличие на небе всего одного огромного спутника вместо трёх небольших ввело в ступор надолго.

Спустя некоторое время я пришёл к выводу, что переместился в другой мир, то, что в легендах о древних оказалось правдой. Вот теперь во мне опять проснулся исследователь. Первым делом были взяты анализы воздуха, растений за пределами поляны и земли. Также я создал вокруг поляны купол, не пропускающий ни воздух, ни излучения, поэтому оказавшись во тьме, создал светляки. На всё это была потрачена четверть резерва, который и не думал быстро восстанавливаться. Как оказалось, в этом мире слишком мало маны, и теперь мне придётся довольствоваться только её естественной регенерацией либо научиться использовать недавно пробуждённую способность поглощения дроу.

Всё это прошло краем сознания. Основная же часть моего внимания была погружена в атомарные исследования взятых образцов, а также повторным диагностированием себя в попытке разобраться, влияет ли на меня как-то окружающая среда.

Прошло ещё немало времени, прежде чем я убедился в относительной безопасности окружающей среды. Согласно результатам исследований она для меня безопасна, даже цепочки ДНК растений чем-то схожи с растениями из родного мира. Уровень солнечного излучения немного не дотягивал до того, что в столице княжества. Это говорило о более высоких широтах. Температура всего на три градуса ниже температуры комфорта. Меня смутил только аномально низкий уровень магической энергии на планете. Это уже вызывало некоторый дискомфорт. Дома полностью потраченный резерв восстанавливался за час в основном за счёт внешней энергии, а здесь мне придётся довольствоваться только естественной регенерацией. По моим подсчётам полностью пустой резерв должен будет восстановиться за три недели. Если наглядней, то энергия, затраченная на один светляк, восстановится за пять минут, огнешар — за одиннадцать минут.

Сняв купол, я поднялся на ноги и огляделся. Утро вступало в свои права и прогоняло остатки ночи, трусливо прячущиеся в виде тени под деревьями. Судя по тому, что меня ещё никто не окружил, скорее всего, прибытие осталось незамеченным, как и мой купол. Сделав первый шаг с поляны, я громко произнёс с улыбкой на устах:

— Ну здравствуй, здравствуй, новый мир. Надеюсь, ты будешь более приветлив, чем родной. — Не я успел закончить фразу, как услышал громкий щелчок и ощутил резкую боль в левой руке.

Быстро глянув на руку, увидел большую рану с вырванным куском мяса в районе предплечья. Накинув на себя противокинетический щит и регенерацию, прыгнул в кусты, откуда и решил осмотреться.

На противоположной стороне поляны стоял на одном колене человек с поднятой дымящейся палкой. Судя по событиям последней минуты, это какое-то оружие. Решив не рисковать, я бросил в своего противника заклинание парализации. Тем временем куст вокруг меня начал чернеть и осыпаться прахом — опять начала действовать способность дроу без моего контроля.

Мне пришлось довольно надолго уйти в себя, чтобы взять её под свой контроль. Когда я открыл глаза, рана на руке уже зажила, а вокруг тела появилось новое небольшое кольцо праха метров в пять диаметре. Противник же продолжал стоять в странной позе на одном колене с уже не дымящейся палкой. Вот к нему и отправился за информацией, ведь если я попал в другой мир, то даже языка не знаю. Грех не воспользоваться подвернувшимся случаем для получения знаний языка, тем более за это уже уплачено моей кровью и плотью.

На удивление, человек, а это именно человек мужского пола, как выяснилось при более близком осмотре, в сознании, хотя заклинание должно было парализовать опорно-двигательный аппарат и усыпить. Бросив диагностическое плетение на человека, нашёл причину: довольно сильное отравление организма, а принюхавшись, сразу догадался о причинах отравления. Банальный алкоголь, ведь именно он служил своеобразным ментальным щитом. Вот мой противник и оказался защищён от ментальной составляющей заклинания.

Поняв, что так не пробиться в сознание противника для получения информации, я решил немного почистить организм и отрезвить его. Пять минут — и возле меня лежал обгадившийся человек. Теперь его усыплению и проникновению в сознание ничего не мешало.



Отступление второе.

— Да точно тебе говорю. Вышел я ещё спозаранку, ну, в ту сторону, где гремело несколько дней назад. Перед входом в лес выпил немного из фляги для храбрости.

— Ну вот, нажрался и провалялся обгадившимся на тропе, где тебя и нашли, — перебил говорившего собеседник, допивая очередную кружку браги в саду за домом.

— А как же тогда пуля и порох? Да и нагар в стволе. У меня всё к оружию под счёт было, — пытался переубедить своего собеседника первый.

— Да ладно тебе, Семён, с кем не бывает. Перепил, обгадился, стрельнул куда-то, а теперь сказки придумываешь. Давай выпьем лучше, — зачерпывая кружкой брагу из бочонка, прервал первого второй.

— А, да ладно. Давай, пока моя пошла к соседке.


Конец второго отступления.



Продолжение главы 2

Как окfзалось, человек, попавшийся мне, был кем-то вроде старшего в деревне людей. Солдат бывший. Это повезло, что не обычный деревенский житель. Солдат этот даже читать умел, что по меркам людей редкость и в моём прошлом мире. Да и во время службы успел в разных местах побывать.

Если отсортировать всё, что я скопировал себе в голову помимо знания языка, выходит, что попал в мир, населённый только людьми, да и ещё без магии. Другие расы они знают только из сказок. И главное — даже в сказках нет народа эльфов, что очень порадовало меня. Не хотелось мне встретить себе подобных после нескольких лет, которые я провёл внутри древа-пожирателя.

Деревня людей называлась Радинка, находящаяся в самом большом государстве мира — Российская империя, недалеко от центра региона Киева. Если верить памяти человека, то до него не меньше пяти дней дороги на своих двух. Выходить к людям пока я не планировал, но и далеко селиться тоже не захотел. Мне после двухлетнего плена в дереве-эльфоеде надо снова привыкнуть как окружающему пространству, так и к разумным. И лучше бы их было поменьше вначале.

Поселиться я решил недалеко от людской деревни в лесу. Удобства себе смогу создать в любом случае, особенно после опыта использования бытовых плетений в последние два года. Первым делом после ментального допроса я проверил свой резерв и снова скривился: энергия, потраченная на человека, возобновилась только процентов на пять. Да, это не родной мир, где полностью пустой резерв восстанавливался немногим дольше получаса. А сейчас жалких полпроцента, потраченных на человека, едва на двадцатую часть восстановились. Раз с этим ничего не поделать, надо смириться, тем более, в крайнем случае, можно резерв восстановить за счёт живой природы благодаря способностям, доставшимся от дроу.

Место для своего убежища я нашёл уже через час поисков. Как подсказывала скопированная память, это место считалось гиблым. Кстати, что удивило, так это то, что подозрения людей вовсе не беспочвенны — с центра поляны отчётливо тянуло некроэнергией. Будь я в своём мире, то был бы уверен, что тут сделал закладку один из некромантов империи. Судя по некоторым нюансам, некроэнергия, скорее всего, принадлежала бы высшей нежити. Но в этом мире, если верить знаниям солдата, магии не было. Тем не менее, некроэнергией несло не слабо. Не удивлюсь, что в этом месте иногда происходит самоподнятие нежити, так что слава об этом месте как недобром оправдана.

Чтобы разобраться, что за источник некроэнергии находится передо мной, пришлось потратить почти сутки. Первый результат получил уже через час, но он опровергал знания Семёна, и я решил перепроверить. Но и второе исследование уже по другой методологии и третье вообще по алгоритмам имперцев показывало один результат, а значит, следовало признать его. Это ни что иное как алтарь Бога смерти. Удивило в этом то, что он точно действующий. Хотя по информации человека сейчас нет у них никаких Богов, кроме одного триединого Бога. А вот мои исследования говорят иначе, и я привык верить им, тем более проведённым трижды совершенно разными методами. Бог смерти, судя по излучениям, нынче не силён, и это мягко сказано. В данный момент я даже сильнее, но не это главное. Главное то, что алтарь — готовая заготовка для ядра любой крепости, конечно, если договориться с Богом, а то за такое самоуправство можно получить по мозгам. Сейчас мне надо только немного перенаправить потоки, ну и приносить изредка жертвы, причём не обязательно разумных существ, хотя от мучений разумного и вырабатывается в несколько раз больше некроэнергии. Кстати, у простого народа есть заблуждение, что некроманты приносят в жертву младенцев. Это просто не рационально. В младенце мало жизненной энергии. Разум толком не сформировался, так что с младенца можно получить лишь на пару капель больше, чем от животного схожих размеров.

Алтарь оказался под землёй на глубине семи метров. Представлял он собой каменную глыбу метров четырёх в диаметре с выемками под кровосток. Поднимать на поверхность алтарь я не собирался. Вместо этого провёл к нему подземный ход и создал с алтарём в центре зал управления крепости в миниатюре. Перераспределение потоков энергии от алтаря на удивление далось легко. Делал это очень осторожно, чтобы при малейшем проявлении недовольства прекратить свою работу, но я, наоборот, словно ощущал одобрение. Ранее у меня не было опыта работы с Богами и алтарями. Они в лесу довольно редки. Полукровок в храмы Богини не пускают, так что я действовал очень осторожно.

Большую часть энергии, поступающей от алтаря, направил на запитывание всего одного заклинания отвода глаз, а остальное так и оставил на питание Богини. Да, именно Богине, судя по рисункам. Она представала то юной девой, то страшной старухой. Жаль, что я не знаю языка, на котором написаны надписи на алтаре.

Чтобы мой появившийся источник маны не загнулся раньше времени, я решил сразу немного обновить его, а для этого требовалась жертва. Вот за жертвой и отправился в лес. Мне повезло, что всего в нескольких километрах от убежища я наткнулся на мишку, явно переваривающего недавний обед. Быстрое плетение парализации, левитации — и мишка даже не заметил, как он поплыл плавно в воздухе.

Через полчаса медведь лежал на алтаре. Единственная трудность при жертвоприношениях в том, что на жертве не должно быть никаких плетений, а потому мне пришлось действовать быстро: снять парализацию и недавно сделанным деревянным колом ударить медведя точно в центр сердца. Но мне не повезло: медведь оказался излишне шустрым, и прежде чем кол пробил его сердце, он успел задней лапой ударить по касательной меня в грудь. Правда, это ему не помогло, и уже в следующую секунду в магическом спектре алтарь засветился зелёным цветом. Мишка превратился в прах, а плетение отвода глаз заработало на полную мощность. Теперь эту поляну не найдёт ни один человек, пока не иссякнет энергия в алтаре, а её даже по самым скромным подсчётам должно хватить на местный год. Я же, держась руками за рваную рану на груди, с трудом активировал неадресное среднее излечение и провалился в обморок.

Спустя неделю после активации алтаря я решился выбраться в деревню — не вечно же жить одиночкой. Перед выходом спрятал под иллюзией свои уши и обрезал волосы. Остался только вопрос одежды, и его я собирался решить самым простым образом, а именно — украсть вещи. Но красть в деревне глупо, ведь туда же и собирался в итоге прийти, а потому с этой целью решил организовать банальную разбойничью засаду на тракте верстах в десяти от Раденок. Действовать решил примитивно: завалить дерево впереди и сзади всадника и ограбить его. Не забыл накинуть на себя защиту от стрел, правда, слегка модернизированную под новый вид оружия как штуцер. С ним мне пришлось в первый же день познакомиться, и оно заставило себя уважать. В засаде ждал довольно долго. Тракт оказался не сильно популярным. По нему в основном передвигались местные на телегах между деревнями, а мне нужен кто-то чужой, кого не знали в округе и не смогли бы опознать одежду.

Только на третий день мне повезло: верхом на вороном красавце ехал человек, судя по одежде, богаче селян в округе. Я решился и завалил деревья, перед этим бросив полюбившуюся в последнее время парализацию и в коня, и в наездника. Коня я быстро подчинил, заменив в памяти его хозяина на себя, после чего снял парализацию с него и увёл в лес вместе с бывшим хозяином. Но уже через минуту бегом вернулся на тракт и убрал деревья в стороны — нечего оставлять мусор на дороге.

Считывание памяти моей жертвы позволило немного больше узнать о городской жизни местных. Передо мной без сознания лежал сын хозяина скобяной лавки из Чернобыля, едущий в Хасно к знакомому отца за деньгами. В Раденках его искать не будут, так что я на нём и остановил свой выбор. Навесив на коня отвод глаз, повёл вместе с лежащим поперёк седла молодым евреем к себе в убежище — не пропадать же добру, да и от тела лучше всего избавится алтарь.



Глава 3.


Добро и не пропало: алтарь с радостью поглотил энергию тела и души жертвы. Кстати, то, что алтарь принадлежит Богине, позволяет использовать в качестве источника энергии и душу. Самому мне пока не по силам использовать ядро души жертвы. Я вообще с тёмными направлениями магии особо не заигрывал — в обществе светлых эльфов она не поощряется, хотя, скорее всего, эльфы её не любят, так как сами на неё не способны. Одно из моих прошлых исследований было посвящено как раз этой проблеме. Пусть и с многочисленными нюансами, но мне удалось решить проблему несовместимости магии светлых эльфов и тёмной магии. Из-за этого опыт использования тёмной магии у меня больше теоретический, чем практический, да и лично мне никого ещё не приходилось приносить в жертву, так что повезло, что алтарь сам делает большую часть всего необходимого при жертвоприношении. Мне только и надо, что убить на алтаре жертву.

Среди смертных вообще мало кто может похвастаться умением работать с бессмертной частью души, а вот для высших сущностей, изначально рождённых для работы с ядрами душ, проблем манипулирование душами не составляет. Сразу же заметна и разница между принесением в жертву разумного от неразумного. От одной разумной жертвы, сына владельца скобяной лавки, получилось в пять раз больше энергии, чем от более крупного в физическом плане медведя. А если бы я занялся ещё и пытками перед умерщвлением, думаю, количество некроэнергии выросло бы, но я решил обойтись без пыток — всё-таки этот человек не заслужил того, чтобы его пытали.

Я решил не жадничать и отдать большую часть энергии Богине, которая связана с алтарём. Если не ошибаюсь, этот алтарь единственный источник энергии для неё. Других энергоканалов, уходящих в другой слой реальности, я не вижу.

В ответ на жертву от алтаря на меня метнулось неизвестное плетение. Я с трудом успел активировать защиту, и оно остановилось возле щита. Это означало, что плетение контролируется напрямую, иначе попало бы на щит. Внимательно всмотревшись в плетение, в нём я смог опознать несколько элементов целительной магии. Интересно то, что использовало оно для своего воздействия некроэнергию. Такого я ещё никогда не видел. Энергия, которая должна по своей природе умерщвлять, в данном плетении, наоборот, лечила. Остальные блоки плетения похожи на преобразователи, но точно я не мог на это указать — структура отличалась от принятой в моём мире.

Судя по всему, Богиня почувствовала эффект от жертвоприношений и решила хоть как-то отблагодарить за помощь в поддержании её жизни. Ради интереса, поскольку я не обнаружил опасных элементов в плетении, пропустил его через защиту. Почти сразу по всему организму прошёл слабый поток праны, жизненной энергии. Вылечить что-то серьёзное такой слабый поток праны не мог, но вот придать бодрости, убрать усталость — вполне. Но второй эффект от плетения куда удивительнее: у меня увеличилась скорость выработки маны в моём резерве. Такого эффекта не ожидал. Да я, если честно, даже и не знал, как добиться подобного. Раньше считал, что обычные плетения никак не могут влиять на магическое ядро, но передо мной доказательство обратного. Можно, конечно, списать всё на божественную сущность, применяющей его, но я не смог зафиксировать ни капли божественной энергии. По описаниям в книгах маги воспринимали божественную энергию как концентрированное пламя, но тут обычная некроэнергия. Я бы почувствовал, если бы это было не так. Это означало, что Богиня использовала обычную некроэнергию для такого эффекта плетения. В свою очередь, это также означало, что я могу повторить такое плетение. Ещё бы запомнить его, и вовсе прекрасно будет.

Мысленно поблагодарив Богиню смерти через соединяющий нас алтарь, я отправился на улицу за второй жертвой. Как бы мне ни нравился конь моей первой жертвы, он слишком заметный, да и подкормить Богиню более необходимо, чем самому использовать его. Тем более не очень люблю верховую езду. Это так я пытался себя убить в необходимости умерщвления красавца-коня. Забавный выверт психологии: разумного человека без угрызений совести убил на алтаре, а вот коня не хочется убивать. Но я знаю, откуда растёт подобное отношение. Люди для большинства эльфов это грубые и агрессивные животные, а кони всегда ценились эльфами как великолепный друг и транспорт. Даже меня коснулось это влияние. Только сейчас смог осознать. С этим следовало что-то делать, ведь стоит помнить, что я живу в мире, населённом людьми, и подобное отношение в будущем может вылиться кучей неприятностей для меня. В своём мире я действительно предпочитал использовать иной транспорт: верхом ездить мне казалось слишком просто для мага. Дома я почти всегда предпочитал использовать или кареты, или стационарные порталы при перемещениях на большие расстояния.

После принесения второй жертвы я попытался через алтарь ментально связаться с Богиней и попросить не тратить зря энергию на своеобразные благословения. Да, я не против большой регенерации, но сейчас энергия нужна именно Богине. К моему удовлетворению, мне удалось передать своё мысленное послание через алтарь. И хоть не пришло чёткого ответа, почувствовались лишь непонимание, недоумение и согласие.

Одежда от первой жертвы немного великовата мне, но не настолько, чтобы смотрелась неподходяще. Прежде чем надевать вещи, используя бытовую магию, я почистил их, а то вонючую, явно не видевшую стирку не меньше пары месяцев одежду, надевать очень неприятно.

Первый встреченный мной человек уже неделю как должен вернуться в село, но помнить о нашей встрече он не будет. Вместо этого в его сознании будут воспоминания, как нажравшись браги, пошёл разбираться с чудом-юдом в лесу, где и продрых до утра. Убивать я его не решился из-за того, что его как раз таки могли начать разыскивать — всё-таки он староста, то есть первое лицо деревни. Значит, как минимум односельчане пошли бы на его поиски. Не найдя, могли бы и всерьёз принять его подозрения насчёт чего-то необычного, а там, мало ли, и государственные службы заинтересовались бы. Этого мне точно не надо.

Идти до Радинок недолго — всего около трёх часов по тракту, ведущему в сторону местного центра города Чернобыль. Из памяти молодого еврея я выяснил, что до недавнего времени он принадлежал другому государству. И только чуть более десяти лет назад в связи с развалом и разделом государства под названием Речь Посполитая перешла, как и окружающие территории, в состав Российской империи, про которую я уже знал из памяти старосты Радинок. Сейчас на этой территории проходил период смены власти. Войска Российской империи надолго не оставались тут после присоединения территории, поскольку были вымотаны ещё русско-турецкой войной и им требовался отдых. Теперь же на присоединённых территориях царил некий сумбур: появилось множество банд разбойников, многие местные сами выходили на дорогу с целью подзаработать, прикрываясь слухами о бандах.

Периодически пару раз в год части, расквартированные в Чернобыле, пытались навести порядок, но так как об этом становилось известно заранее, такие рейды оставались ни с чем. По легенде, которую я придумал, буду тем самым евреем, что мне попался недавно. Благо, что из-за своего полукровного происхождения, а вернее половинке от дроу, внешне я отличаюсь от своих собратьев. И если бы не длинные уши — верный признак эльфийского происхождения — и не несколько утончённые черты лица, более подходящие для молодых человеческих девушек, чем мужчин, никто бы меня без ушей не отличил бы от человека.

Теперь меня зовут Йозеф, и я — сын преуспевающего владельца скобяной лавки в Чернобыле, а все несоответствие во внешности замечать не будут благодаря лёгкому ментальному воздействию на окружающих. Хоть и будет тратиться драгоценная мана на такие действия, но всё же это лучше, чем просто прийти и смутить местных своим телосложением.

Деревня встретила меня собачьим лаем, мычанием коров и чьими-то истошными воплями. Такой шум с непривычки довольно сильно нагрузил моё звуковосприятие. За время, проведённое внутри древа-эльфоеда, я отвык от громких звуков, да и тут предпочитал жить в тишине леса. Ещё и уши улавливают звуки не только в привычном для человека диапазоне, но как и выше, так и ниже уровня восприятия людей.

Чтобы чувствовать себя лучше, пришлось весьма грубо обрубить свои ощущения до уровня обычного человека. Я теперь оглушил себя едва ли не на половину, но неприятный гул при этом исчез из восприятия. Раньше в человеческих поселениях не бывал — в моём прошлом мире у нас уже несколько столетий идёт вялотекущий военный конфликт. То мы нападём на приграничные области человеческих государств, то они в ответ несколько километров приграничного леса сожгут. Но в крупное противостояние война не переходила. В последние пару лет человеческая империя начала подминать под себя другие государства, так что вполне вероятно, что вскоре начнётся серьёзный конфликт между эльфами и окрепшими людьми.

— Приветствую тебя, добрый человек, в наших краях. — Почти сразу, едва я показался из-за поворота, мальчишка, наблюдавший за дорогой, умчался в село и, видимо, предупредил старших о гостях. Вот и встречал меня возле крайних хат пяток мужиков. Внешне незаметно, но от них шли эмоции о готовности меня прибить, если окажусь каким-то врагом.

— И я вас приветствую, добрые люди, — поклонился я в ответ.

— Что привело тебя в наши края? — спросил мужчина, прячущий топор за стеной дома, возле которого он стоял.

— Направлялся я по делам торговым, да тати меня настигли невдалече, — ответил я заранее заготовленные фразы на основе памяти Йозефа.

— И шо ж, живым отпустили?! — Это более молодой мужчина, можно сказать, юноша выкрикнул, но получив по лбу от старшего, замолк и отошёл назад.

— Хоть Степан и влез поперёд батьки в пекло, но вопрос он правильный поставил? — спросил уже знакомый мне староста только что подошедший к мужикам.

— Сбёг я, пока делили моё добро тати проклятые, — со злостью сказал я. — Я-то кмитлывый вообще-то. Батя мой об этом всегда говорил. Так что, только увидев нападающих, мертвяком прикинулся, упав с лошади, — добавил несколько подробностей я. — Твари те, ткнув пару раз по рёбрам меня, занялись добром, а я отполз в кусты и сбёг.

— Повезло тебе, хлопче, — ответил староста, смотря на меня недоверчиво. Видимо, не сильно он мне поверил. Для лучшего эффекта пришлось ментально добавить доверие к себе на подсознательном уровне. — У нас в последнее время чертовщина всякая в округе творится. Думали на чертей, а оно, вон как, тати проклятущие, — продолжил он уже другим тоном. Мужики, его окружающие, с удивлением на него посмотрели, но ничего не сказали. Наверное, авторитет у бывшего солдата в селе непререкаемый. — Что ж ты от нас хочешь?

— Мне многого не надо: переночевать да еды в путь взять, — сказал я с просительными нотками в голосе. — А там и батьку сдаваться пойду.

— На ночь-то идти не надо. Переночуешь у меня в сарае, а завтра с утра соберём тебе котомку миром в дорогу, — ответил староста и жестом руки разогнал остальных мужиков по домам, а сам повёл меня к своему дому. Видимо, перестарался немного с уровнем доверия — слишком хорошо он начал относиться. Вот и сейчас считал меня своим другом.

— Слышь как Мельничиха разоряется, — ухмыльнулся он, поглаживая бороду. — Эх, ядрёная баба, но шумная! — обратил он внимание на крики, которые моё подсознание уже определило в фоновый шум.

— А чего она так орёт-то? — спросил я. А мне действительно стало интересно, с чего же это человечка так орёт. — Случилось чего, может?

— Да чего у неё может случиться? Ну, если только молоко скисло или котейка под ноги попал. Это у других, что произойти мож, но только не у неё, — начал объяснять мне Семён. — Она общается так. Не может без крику. Как муж ейный помер, так и общается тилькы так. Не с кем больше-то. Не, она раньше-то нормально разговаривала, это потом уже. — Тут он, оглянувшись, перешёл на шёпот и продолжил: — От тоски сохнет без мужика, не иначе. Привыкли мы, да и развлечение тоже, хоть какое.

Опыта у меня с противоположным полом немного. На этом сказались как моё происхождение — с презренным полукровкой никто не хотел связываться — так и увлечение магией: я почти всё свободное время тратил на изучение тайн магического искусства. Так что мой опыт ограничивался походами в специальные заведения. Да, одним разом с эльфийкой ещё во время учёбы в академии. Она сама начала ко мне клеиться, и я даже обрадовался, что вот, наконец-то и у меня появятся нормальные отношения, но всё оказалось банально. Эта эльфийка проспорила своим друзьям, и те задали ей переспать со мной в качестве наказания за проигрыш. Не успел я тогда кончить, как она вывернулась из-под меня и кинула несколько презрительных фраз как по поводу моего умения в качестве любовника, так и по моему происхождению, утверждая, что все дроу и их жалкие детишки-полукровки импотенты. Я тогда был готов сгореть от стыда, но кое-как сдержался и сбежал в свою комнату. А эта лишь по названию девушка ещё и распространила по академии ментальный слепок с происходящим на нём. Я тогда даже начал думать о самоубийстве, но мой куратор, увидев моё состояние, быстро загрузил меня дополнительными заданиями.

Так что опыта с противоположным полом у меня действительно маловато, но и так я мог оценить эту Мельничиху. Она действительно ядрёная. Хотя какая это баба? Девица в самом соку! И не просто ядрёная, а ядерная! Она несколько не в эльфийских канонах красоты, но именно такие сиськи мне в подростковых фантазиях и снились. Ну, в очень, очень эротических фантазиях. Ведь у эльфиек максимальный размер даже половины увиденного у Мельничихи не достигал. Да я даже не уверен, что её грудь могла бы уместиться в моей ладони. Подобные формы видел всего раз в весёлом доме у пленницы-дворфы. Я тогда был впечатлен её темпераментом. Несмотря на то, что она была пленницей в борделе, и там умудрялась получать удовольствие от своей работы. То единственный раз, когда я не смог вернуться домой — слишком уж выжат был. А если говорить про попку Мельничихи?! Богатая грудь, узкая талия, широкие и полные бёдра. Вся такая высокая, крепкая, женственная. Руки сами рефлекторно приняли нужное положение, чтобы всё это обнять, прижать и не отпускать. Видимо сказывалось моё многолетнее воздержание: организм, увидев первую же особь противоположного пола, хотел одного. И мне приходилось в срочном темпе корректировать свой гормональный фон. Спустя минуту мне стало легче думать. Уже не все мысли об удовлетворении своей похоти, а только через одну.

— Вот это женщина! — восхищённо просипел я. Нормальным тоном говорить тяжело, аж горло перехватило.

И ведь восторг мой не случайный. Молодая, красивая девушка лет ста двадцати с хвостиком. Это если сравнивать с эльфийками. К сожалению, про людей я знал мало, потому оценить их возраст не мог. А взглянув на неё магическим зрением, ещё больше удивился: оказалось, у неё есть магический дар, правда, в спящем состоянии.

На всякий случай я оглядел остальных встречающихся селян и был впечатлен ещё больше. У каждого пятого спящий магический дар. Слабый, откровенно говоря, очень слабый. Если посвятить всю жизнь развитию, вряд ли выше уровня ученика получится достичь. Но всё же я ни разу не слышал, чтобы у людей было настолько много одарённых. Эта новость для меня словно откровение. А ведь если тут столько одарённых, пусть и со спящим даром, то должны быть и полноценные маги? Если же так, то слишком уж я себя вольно почувствовал.

— А от тож, — с некоторой гордостью отозвался он, продолжая разговор о Мельничихе, но я уже успел побороть своё влечение к девушке.

Взглянув повнимательнее в её ауру, понял, что она подсознательно использует свой дар, чтобы вызывать восхищение у мужчин, причём это неоформленное подсознательное желание воздействовало на её магический дар очень эффективно. Сейчас, разобравшись со своим восхищением обычной человеческой женщиной, я смог даже зафиксировать точки проникновения в сознание и перекрыть их. Почти сразу же девушка превратилась просто в обычную симпатичную особь женского пола. А то прямо какой-то непорядок. Мне уже давно не сто лет, а вёл себя как сопливый малец.

— Ладно, Семён, веди к себе, а то, боюсь, слюнями истеку, — продолжил я играть возбуждённого юношу. Странно было бы, если б перестал восхищаться всего через пару минут такой девушкой.

— О, Йозеф, ты попался на удочку нашей красавицы. Боюсь, что в ближайшие несколько лет тебе будет снится лишь она, — хохотнул староста и, хлопнув по плечу, потянул к себе в дом. Я же продолжил делать вид, будто пожираю Мельничиху глазами.

— Всё-всё, Семён, я больше не смотрю, — якобы с трудом отвернулся я от девушки. — И меня вообще невеста в Чернобыле ждёт, — гордо сказал я, якобы убеждая себя. А Йозефа на самом деле ждала невеста, но посмотрев на неё в постельных воспоминаниях еврея, я чуть не проблевался. Она раза эдак в четыре больше Йозефа, а он, что странно, любил её искренне.

— Хорошо, Йозеф. Как бы я к тебе хорошо ни относился, но моя не поймёт, если я возьму нахлебника на ночь. Так что вот тебе топор, вот тебе мотузка. Сейчас подойдёт к тебе Глеб, я за ним послал. Вам на телеге к лесу съездить надо, там чертовщина творится какая-то, деревья посохли. Вот вам и вырубить парочку надо. Мужики завтра их порубят и сожгут.

— Бесплатно в нашем мире ничего нельзя получить, так что отработаю, — сказал я, хотя не горел желанием заниматься ещё какой-то работой.

Как оказалось, Глеб — это один из мужиков, встречавших меня на окраине села. Сейчас он, подъехав к подворью старосты, ждал, пока тот отдаст мне указания. Я же, выслушав, как надо правильно рубить деревья, чтобы себя не убить. Я ж городская немочь, жизни не знаю, и точно себя прибью, а он, староста, не хотел становиться причиной смерти в принципе неплохого парня Йозефа, то есть меня.

Глеб оказался на удивление молчаливым собеседником. За час дороги он не промолвил ни слова. Только прибыв к месту с чертовщиной, а это оказалась поляна, на которую я прибыл после побега из недр древа-эльфоеда, состоялся разговор.

— Замолкнул бы ты, паря, — ответил он на мои попытки разговорить его. — Не знаю, как ты втесался в доверие нашего старосты, но шоб завтра тебя не було. Понял? — спросил он спокойным тоном, но на последних словах аж навис надо мной с топором наперевес.

— Что я сделал не так? Что вызвало такое отношение? — спросил я, недоумённо продолжая играть маску трусливого еврея.

— Я б вас жидов всех передавил. Ляхи понаселили вас на наших землях, теперь честному полещуку жить негде, — немного размахивая топором, ответил он. А я понял, что не сильно удобную маску выбрал для внедрения в село.

— Я-то тут причём? — спросил у Глеба, который уже соскочил с телеги и примеривался с первым ударом по дереву. Оказалось, что моё умение, доставшееся от дроу, несколько сильнее, чем я думал. Деревья стояли безжизненные, без единой капли жизненной энергии. Видимо, их зацепило лишь краем моей способности, раз не рассыпались в пыль.

— Было б за шо — лежал бы под кустом уже, — ответил Глеб и наконец-то ударил по дереву.

Я тоже решил не отставать. Выбрав подальше другое дерево, залез на него и, привязав верёвку чуть выше середины, спустился вниз. А дальше предстояло довольно долгое, сложное занятие — рубка мёртвых деревьев. К моему удивлению, деревья рубились с большим трудом. Было ощущение, что это не дерево, а камень. Я даже помогал себе немного телекинезом, поскольку физически проигрывал тому же Глебу весьма сильно. Но и так первым делом упало дерево у Глеба. И только спустя пару минут — у меня. Теперь становилось понятно, почему деревья мужики из села до сих пор не вырубили полностью. Слишком это процесс не простой. Глеб, увидев падающее у меня дерево, даже несколько удивился. В мою сторону от него стали в эмоциях проскакивать нотки уважения. Видимо, не ожидал от городского хлыща такой выносливости.

Всего мы потратили около двух часов, чтобы вырубить последние шесть мёртвых деревьев. Сами мы их обработкой не занимались. Это предстоит сделать мужикам из села завтра. Моё же тело болело от непривычных нагрузок, да и вообще я в прошлом мире пренебрегал физическими занятиями, больше полагаясь на магию. Теперь же в этом мире, довольно бедном на магическую энергию, физическим развитием стоило заняться плотнее. Оно может меня спасти в ситуации, когда закончится мана.

Обратную дорогу мы уже молчали оба. Мне просто сложно думать ещё о чём-то, кроме болящего тела, а Глеб не хотел разговаривать с жидом. Хоть и изменилось его мнение обо мне после тяжёлой работы, но он всё так же считал меня захватчиком своей земли. Вообще, странное у него мнение. Честно говоря, я пока не разобрался, чем же евреи отличаются от других людей, но вроде как различий пока что не обнаружено. Видимо, это просто неприятие определенного типа людей. Но об этом я буду думать позже. Сейчас же мне хотелось побыстрее лечь спать и заняться своим лечением.

К счастью, дорога много времени не заняла, и я, расположившись на сеновале в сарае старосты, начал своё лечение. Видимо, после первого использования моя способность поглощать энергию из окружающей среды стала активной. Сейчас мне приходилось прикладывать некоторые волевые усилия, чтобы не превратить всё в округе в пыль. Плетение малой регенерации, обычно используемое во время тренировок для устранения микроразрывов мышц, весьма хорошо подошло и в моей ситуации. Всего двадцать минут — и я как новенький. А самое главное — мои мышцы на самую малость стали выносливее, чем до этого. Вообще, благодаря магии физическое развитие эльфа может быть весьма стремительным. Хороший маг целитель может на клеточном уровне перестроить всё тело. В главной клинике столицы даже есть процедура модернизации тела по образу чемпионов леса. Стоит она очень не мало, но получить развитое физическое тело всего за пару недель вместо многих лет развития очень не против золотая молодёжь.

Я хоть и неплохой маг-целитель, но мои умения больше ориентированы на исследования. Я даже могу работать на клеточном уровне — всё же именно это моя специализация, но проделать с собой такие изменения вряд ли смогу. Да и над другими разве что после очень и очень долгого изучения оригинала, который требуется скопировать. А вообще, сейчас стоило подумать о другом. В этой деревне мне с текущей маской явно рады не будут, а значит, её требуется сменить. Для этого надо покинуть деревню, что я и сделаю завтра. Уходить из этих краёв не хочется — всё-таки рядом находится действующий алтарь Богини смерти, причём благодарной лично мне Богини. В будущем это очень сильно может мне помочь.

В своих размышлениях я даже и не заметил, как уснул.

Следующее утро меня встретило криками какой-то домашней птицы. Я спросонья даже почти кинул в неё фаерболл, но вовремя опомнился и впитал в себя столь драгоценную магическую энергию из него. Выйдя из сарая, я встретил жену Семёна, которая смотрела на меня очень подозрительным взглядом, явно ожидая что-то увидеть на мне необычное. Но, видимо, этого необычного в моём виде не оказалось, так что она, ещё раз оглянув меня с ног до головы, сказала:

— Хватай вёдра и ходь за мною. Будешь отрабатывать харчи, которые дадим в дорогу. — После этого она развернулась в другую сторону и двинулась со двора.

Мне же ничего не оставалось сделать как подхватить вёдра и отправиться за ней. Как оказалось, требовалось наносить воды ей и соседям, по четыре ведра каждому дому. Раньше я никогда не задумывался, как можно жить без магии, ведь раньше, когда мне нужна была вода, я открывал кран с водой, а если до него далеко, то просто материализовал из воздуха. Когда требовалось много воды, призывал водного элементаля, который призывал воду из своего родного измерения. Тут же мне пришлось её таскать из колодца метрах в ста от домов. Первые две ходки я делал всё честно: опускал в колодец пустое ведро, доставал оттуда полное, переливал в выданные мне вёдра воду и только тогда относил на странном приспособлении их до бочки во дворе, куда я её и выливал. После я снова почувствовал лёгкую боль в спине, поэтому решил несколько смухлевать. Я просто делал вид, что ношу воду, а на самом деле материализовывал её. Если быть точнее, то вытягивал влагу из атмосферы уже возле бочек так, что ходить стало в разы проще. Жена Семёна провожала меня подозрительными взглядами: явно ей не нравилось, как легко ношу вёдра, но я не хотел снова чувствовать всё то, что ощущал вчера вечером, а потому и не обращал внимания на эти взгляды.

Когда я закончил с водой, из дома вышел Семён и вынес мне котомку. Как я и думал, там оказалась еда мне в дорогу. Помимо этого он принёс мне краюху хлеба и кружку молока, неизвестного мне домашнего животного. Я сразу же проверил на отраву всю принесённую еду. Оказалось, не зря. Яда, конечно, не было — никто не собирался меня травить — но несовместимость с молоком была. Если я его выпью, то на несколько дней точно получу несварение желудка. Так что пришлось отказаться от угощения и попросить обычной воды. Сам же Семён посмотрел на меня с удивлением. Выпив с удовольствием молоко, он принёс кружку воды.

Перекусив нехитрыми продуктами, я отправился в путь. Глеб, с которым я вчера валил деревья, оказался возле края села и, посмотрев в мою сторону, указал рукой на свой топор, лежащий рядом с ним. Это, по его мнению, должно напугать меня, и я должен сбежать без оглядки от столь негостеприимного села. На самом деле его угрозы для меня ничто, но я решил сделать вид, что они на меня подействовали, а потому резко ускорил свой ход. Глеб на это лишь усмехнулся и сплюнул в мою сторону. Я же, вжав голову в плечи, пошёл ещё быстрее. Такое поведение вполне вписывалось в характер Йозефа, так что отыгрывал я маску молодого трусливого еврея до конца.

Отойдя на пару километров по дороге от села, я просканировал окружающее пространство на наблюдателей. Не найдя никого, резко ускорился и побежал в сторону алтаря. Именно там решил начать обустройство своей базы, да и проведать Богиню не помешало бы.

Обратная дорога много времени не заняла. Уже через пару часов я был рядом с алтарём. Теперь мне стоило подумать о своих дальнейших планах. Выход к людям прошёл как-то скомкано. От него я на самом деле ожидал большего, но и полученных знаний мне должно хватить на долгое время. Самое главное, что я должен вынести из своего путешествия к людям, так это то, что среди них много магически одарённых. Все они использовали свой магический дар лишь подсознательно для бытовых целей. Но ведь это не означает, что обученных сильных магов нет вообще? Честно говоря, то, что под моим боком живёт столько одарённых, меня несколько настораживает. Придётся быть более осторожным, а если учесть, что они могут и без магии мне принести проблемы, то вообще становится не по себе. Тот штуцер, продырявивший мой бок, я хорошо помнил. В воспоминаниях Семёна местная армия обладает такими штуцерами тысячами, а ведь есть ещё более мощные аналоги — пушки. Моя выходка — прогулка к людям — начинает выглядеть верхом непрофессионализма. Ведь она в любой момент могла закончиться моей смертью. Два, ну в лучшем случае десяток, в крайнем — сотню выстрелов, я смогу удержать. Но если встречусь с большим воинским формированием, то лучший выход для меня — побег. Не уверен, что смогу с ними справиться. Так что стоило заняться своей безопасностью.

Начну я, пожалуй, с сигнального контура на чисто эльфийской магии. Для этого мне необходимо будет модифицировать несколько местных растений, которые и будут выполнять роль сигнализации. Хоть и давалась мне магия природы с трудом, но основы выучить пришлось, иначе мне даже не поступить в академию. Для создания сигнализации и растений в первую очередь следует выбрать наиболее распространённое растение в местности, чтобы его внешний вид не пугал местных обитателей.

Местных названий я не знал, поскольку ни Йозеф, ни Семён никогда не увлекались травами, так что я просто выбрал один вид травы, который встречался мне повсюду. Сигнализацию решил делать пока что примитивную, физического воздействия. Она будет работать по следующему принципу: вокруг своей базы я несколько модифицирую траву, которая при физическом воздействии будет передавать сигнал мне. Чтобы не отвлекаться на разные природные явления типа ветра дождя и тому подобного, я внёс некоторые изменения в алгоритм работы сигнализации. Теперь для передачи мне сигнала сила физического воздействия должна быть не меньше пуда в местной системе счисления, а для лучшего эффекта воздействие также должно быть неоднократным. Мало ли, вдруг что-то просто упадёт на контролируемую зону. А так можно будет понять, что объект продвигается в мою сторону.

Понятное дело, что такая система имеет множество дыр, но стоило начать с чего-то. Более нормальные сигнальные контуры идут с большим использованием магии, чем физического носителя, что в моём случае излишне затратно. Да, я смогу держать сигнальный контур третьего круга, способный даже опознавать различные расы и сущности, почти полтора-два месяца, пока не закончится моя мана. Но это если я не буду заниматься ничем больше, кроме как поддерживать контур. А вот такой примитивный контур по расходам маны полностью перекрывается моей регенерацией резерва. Поэтому в этом случае идеален, пока не придумаю решение проблемы недостатка маны.

К счастью, моими соплеменниками по отцу уже давно придуман способ массового изменения растений. Так что мне не требовалось заниматься изменением каждой травинки. Достаточно модифицировать одно растение, а после этого создать специальное плетение, которое его окружит. В дальнейшем требовалась лишь подпитка маной этого плетения, а оно начнёт изменять растения, которые находятся рядом и отвечают определённым критериям.

Поскольку маны на такое массовое изменение требовалось много, я на некоторое время перевёл подпитку с плетения невнимания на модификацию травы. На модификацию травы в радиусе пятидесяти саженей потребовалось почти три дня, но зато с этого момента любой, кто захочет подойти по земле к моей базе, не останется незамеченным. Вернув подпитку маной на плетение невнимания, я решил немного передохнуть и заняться проблемой нехватки магической энергии.



Глава 4.


Для моего родного мира это довольно редкая проблема, там даже в регионах с самой низкой плотностью магического фона достаточно сесть в медитацию и начать поглощать её из окружающей среды. Пару часов — и даже обладатели самых больших резервов полны магической энергии. Это-то и разбаловало нас, жителей того мира. Зачем экономить ману, если можно восстановить свои силы в течение нескольких часов, просто сев помедитировать. К сожалению, такого мнения придерживались все магические сообщества мира. Эльфы в этом плане пошли даже дальше остальных рас и несколько тысячелетий назад вмешались в энергетическую структуру всего эльфийского народа как и эльфов, так и дроу. Как совершить настолько масштабное вмешательство я даже в голове себе представить не могу. А ведь наши предки смогли.

Согласно найденным мною в архиве документам совет архимагистров тех времён подвесил магическое плетение в эгрегоре обоих эльфийских народов. Оно меняло седьмое начало души всех ещё не рождённых эльфов, проживающих на территории, охваченной эгрегором. Плетение за счёт уменьшения скорости регенерации маны увеличивало магический резерв. Для моего родного мира это действительно гениальное решение, но мне-то теперь из-за него и приходится страдать. Да, резерв у меня огромен для эльфа моих лет, если сравнивать с теми, кто родился до глобального вмешательства в энергоструктуру. Но и регенерация маны у меня сейчас весьма низкая. Устранить вмешательство в энергоструктуру современным магам так и не удалось, хоть и проводились довольно серьёзные исследования на протяжении нескольких веков, а совет архимагистров почти две тысячи лет назад пропал в полном составе. Именно после этого и началась первая война между дроу и светлыми эльфами. Единственное, что придумали учёные, это необходимость отцу и матери зачать ребёнка в местах, где нет проживающих эльфов вообще, и там же дождаться рождения эльфа. В таком случае рождённый вне эльфийского эгрегора малыш обладал скоростью регенерации маны, превышающую мою раз в пять. В то же время и магический резерв раза в два меньше, но это не та проблема, которую нельзя решить. Магический резерв в отличие от скорости регенерации маны можно развить тяжёлыми тренировками до уровня современных эльфов.

У нас в подготовительной школе магии была одна девочка, рождённая на необитаемом острове, куда специально на несколько лет отправились её родители. В школе она была на последних местах в основном из-за своего небольшого резерва — не хватало ей маны на все необходимые задания учителей. А когда я учился уже в академии, слышал слух про самую молодую расхитительницу гробниц древних. Увидев её изображение в газете, опознал в ней свою одноклассницу. Она почти сразу после школы, получив лишь базовое образование, отправилась помогать своим родителям-археологам. Но уже через пару лет сама стала водить экспедиции в заброшенные ныне города разных цивилизаций. Не знаю, решила ли она свои проблемы с малым резервом, но недовольной жизнью не выглядела.

Так что готового решения искать среди знаний, полученных мною в родном мире, не следует. Но вот что интересно: согласно легендам мой родной мир не родной эльфийскому народу. Эти легенды не любят светлые эльфы в связи с тем, что они показывают эльфов банальными беженцами, спасающимися от какой-то катастрофы. И вот в легендах очень часто можно встретить упоминание дерева, дарящего жизнь и силу древним эльфам в тяжёлые времена. Обычно звучало название дерева как Мэллерон, но я знаком с Мэллероном не понаслышке — всё-таки был участником разработки специального сорта Мэллерона, идущего на манопоглощающие клети для заключённых, с которыми мне пришлось в итоге познакомиться не только как разработчику, но и как заключённому. Для разработки мы как раз и брали изначальный Мэллерон, и у него я что-то не заметил большого уровня выработки маны — он лишь слегка выше такового у остальных растений. Больше всего Мэллерон ценился не за это, он ценился как очень пластичная растительная культура. При минимальных энергозатратах с изначального Мэллерона можно получить любое растение с любыми нам необходимыми свойствами. Вот за это и любили все друиды изначальный Мэллерон, которого, кстати, в лесу и произрастало-то не много. Он слишком легко на свободе и без присмотра подстраивался под другие растения и терял свои свойства. Поэтому и выращивали его в рощах, где не допускались иные виды растений, кроме изначального Мэллерона.

Сейчас мне пришла в сознание мысль: а что, ведь возможно создать растение, которое и будет как тот Меллерон в легендах? Мне для этого только требовалось найти источник того, что можно будет преобразовать в ману. Именно таким я вижу выход из сложившейся ситуации. Созданный мной гибрид будет преобразовывать что-то, что есть в больших количествах в этом мире, в ману. На словах звучит очень просто, а я уже изнасиловал свою память в поисках того, что может мне помочь в создании этого гибрида. Вот у меня и стоит задание: найти это что-то. Единственное, что мне приходит в голову, это преобразование кинетической энергии. Насколько я помню, крепостные магические щиты обладают такой возможностью. Они могли энергию ударов в щит переводить в магическую энергию, подпитывающую сам щит. Проблема там в очень низком коэффициенте полезного действия. Если я не ошибаюсь, то всего около одного-двух процентов от энергии, затраченной на остановку удара, возвращалось обратно в щит от преобразования энергии. Ещё одна проблема в том, что последний раз в приграничной крепости я был на преддипломной практике, а потому просто даже вспомнить структуру крепостного щита очень сложно. Если учесть и то, что он активировался только на ночь, а днём работал лишь во время атак, то и вовсе становится тяжко.

Общий вид плетения я смог вытянуть из памяти, но не больше — слишком уж давно были те события. Можно сказать, помнил, что такое плетение крепостного щита есть, и оно обладает свойством перевода кинетической энергии в магическую. Проблема в том, что память — это динамический, энергозависимый процесс в мозгу. Да, есть и духовная копия памяти, но разумный к ней не имеет прямого доступа. Для этого необходимо быть либо магом разума, либо магом душ, кем я, к сожалению, не являюсь. Именно они при помощи специальных плетений могут получить полный доступ к духовной копии памяти, где хранятся все воспоминания, но и для них это не просто. Воспоминания там не имеют индексации, а потому и узнать что-то конкретное представляется очень сложным делом и приходится заниматься банальным перебором. Физическая память не явление. Это энергозависимый процесс. Нет энергии — нет памяти. Следствием энергозависимости памяти является нестабильность её содержательной части. Воспоминания о прошедших событиях фальсифицируются во времени вплоть до полной неадекватности.

Счёта времени у нашей памяти нет, но его заменяет скорость забывания. Память о любом событии уменьшается обратно пропорционально времени. Через час забывается примерно половина от всего попавшего в память, через сутки — две трети, а через месяц и все четыре пятых. Физические компоненты памяти состоят из нервных путей, объединяющих одну или несколько клеток. В них входят зоны градуального и активного проведения сигналов, различные системы синапсов и тел нейронов. Представим себе событие или явление: разумный столкнулся с новой, но достаточно важной ситуацией. Через определённые сенсорные связи и органы чувств разумный получил различную информацию, анализ события завершился принятием решения. При этом разумный доволен результатом. В нервной системе осталось остаточное возбуждение – движение сигналов по сетям, которые использовались при решении проблемы. Это так называемые «старые цепи», существовавшие до ситуации с необходимостью запоминать информацию. Поддержание циркуляции разных информационных сигналов в рамках одной структурной цепи крайне энергозатратно. Потому сохранение в памяти новой информации обычно затруднительно. Во время повторов или схожих ситуаций могут образоваться новые синаптические связи между клетками, и тогда полученная информация запомнится надолго. Таким образом, запоминание — это сохранение остаточной активности нейронов участка мозга. Кратковременная память образуется на основании уже имеющихся связей. По одним и тем же нейронным путям циркулируют сигналы, содержащие как старую, так и новую информацию. Это приводит к крайне затратному в энергетическом плане и очень кратковременному хранению новой информации на базе старых связей. Если она не важна, то энергетические затраты на её поддержание начинают постепенно снижаться и происходит забывание. При хранении «кратковременной», но ставшей нужной информации образуются новые физические связи между клетками. Это приводит к долговременному запоминанию на основании использования вновь возникших связей. Если информация долго остаётся невостребованной, то она начинает вытесняться другой, более востребованной информацией. При этом нейронные связи могут прерываться, и опять будет происходить забывание. Из-за этого и сложно разумному вспомнить информацию, которую он видел лишь мельком и она не показалась ему важной. В таком случае уже в течение нескольких часов мозг перераспределяет энергозатраты для приёма и запоминания более важных событий. А те кратковременные воспоминания, потеряв подпитку энергией и не создав для долговременного запоминания новые нейронные связи, просто-напросто теряются, а поверх них записывается новая информация.

Мне тогда схема крепостных щитов была не особо интересна. Я видел её лишь мельком. Меня тогда больше интересовала моя дипломная работа, которой занимался всё свободное время. Вот и получается, что на физическом уровне у меня банально нет в памяти воспоминаний с полной структурой крепостного щита, тем более отдельных блоков, но при этом на духовном уровне у меня есть копия всех моих воспоминаний, где всё необходимое мне есть. Но тут, кроме того, что работа с духовными началами души для меня не профильная, а потому работать с духовной памятью я хоть и умею, но не сильно корректно. Я вообще работал с душами всего пару раз и то под руководством более опытных сотрудников исследовательского комплекса. Так ещё и для единственного мне известного способа получить доступ к духовной памяти необходима душа разумного, очищенная от воспоминаний. Именно она станет посредником между моей памятью и мной.

Почему-то у обывателей мнение, что все операции с душами делают лишь поганые некроманты, но это далеко не так. Во многих направлениях необходимо взаимодействие с душой. К ним относятся: ментальная магия, целительство, шаманство, артефакторная магия, друидство и множество других. Да, в основном с душами работают как раз некроманты. В остальных разделах магии эти манипуляции выполняются лишь потому, что их нечем заменить. Целителям необходимо при лечении иногда отделять души от тел. Есть даже раздел целительства — правда, официально находящийся под запретом — о пересадке в молодые тела стариков. Ментальный маг на пике своей силы может совершать вообще любые манипуляции, которые ему захочется, лишь бы хватило энергии. Ментальные маги каким-то образом убеждают саму реальность в том, что им необходимо, и реальность начинает подстраиваться под их требования. Про шаманов можно и не говорить: работа с духами и душами — основа их искусства. Артефакторы используют души для создания сложных артефактов, в которых простой цепочкой рун невозможно записать все варианты действия. Ну а друиды — чего только они не творят при своих занятиях химерологией.

Так вот, в целительстве, смешанном с друидической магией есть ритуал наделения разумом растения. Именно для этого и требовалась жертва, чью душу пересаживали в растение, а потом уже загружали необходимую этому разуму информацию, блокируя доступ к личным воспоминаниям. Используется он в основном при создании охранной системы для важных объектов — всё-таки на такое использование душ требовалось получать специальное разрешение. Душа в этом ритуале использовалась как вычислительный блок, обрабатывающий входящую информацию. И мне в голову пришла только такая идея: скопировать свою духовную память в разум жертвы, и уже он, прожив под ускорением всю мою жизнь, сможет получить доступ ко всем воспоминаниям, проиндексировав её. Да, путь получается весьма не прямой всего для того, чтобы вспомнить структуру крепостного щита. Но по-другому банально не знаю, как получить доступ к своей духовной памяти — всё-таки я не ментальный маг, который имеет прямой доступ к ней. В ментальной магии я глубоко не продвинулся — умел лишь защищать своё сознание да считывать физическую память и то не глубже пары лет.

Так что мне требовалась новая жертва. За ней я и отправился на тракт недалеко как от Радинки, так и от моего убежища. Именно там пару дней назад я получил своего донора памяти Йозефа. И именно там намеревался разжиться ещё одной жертвой. Моральных терзаний по поводу отъёма жизни у первого встречного я не имел никаких, ведь для меня они до сих пор просто люди, хоть и требовалось менять такое отношение, ведь кроме них, никаких рас в этом мире нет. Но явно не сейчас, а потому я ничего и не делал по этому поводу.

Прождав около трёх дней, так и не встретил на тракте никого, кроме местных, а местных пока решил не трогать. Вызывают они у меня своей одарённостью некоторые подозрения. Как бы эти земли не были питомником по разведению одарённых для какого-то могущественного мага. Так что пришлось отправиться в более далёкие места, и я с этим не прогадал.

Всего в пяти часах пути от места предыдущей моей засады я увидел на дороге следы крови, практически впитавшиеся в землю. В стороне от дороги примята трава. Вот в том направлении я и направился, проверив отвод глаз — он продолжал работать как обычно. В кустах лежали трупы. Видимо, тут недавно произошло боестолкновение и победители убрали трупы проигравших за кусты. Я уже собирался отправиться по аурным следам за победителями недавнего боя. Благо, их никто не затирал и в магическом зрении только начинали растворяться, так что они привели бы меня напрямую к ним, но ещё раз осмотрев трупы, понял, что мне повезло.

Оказалось, что не все тела в этой куче принадлежали мертвецам. Среди них и одно живое. Это медведеподобный мужчина лет шестисот по эльфийским меркам, а если сравнивать с человеческим возрастом на основе памяти Йозефа, то этому представителю людей около тридцати пяти-сорока лет. По меркам Йозефа, молодого парня, люди этого возраста уже приближаются к старости. Его отцу сорок два года, и он его считал уже чуть ли не стариком. И про себя он всегда называл его никак иначе как старик. Также из его памяти я знал, что люди в основном живут в этом мире не больше шестидесяти лет, хотя есть и уникумы дожившие до ста-ста десяти. А по историям, рассказываемым только тем, кому доверяют, не так давно, чуть больше ста лет назад, до основателя Российской Империи были старцы, живущие до трёхсот и более лет. Но Петр Пёрвый приказал их всех уничтожить. Всё по тем же историям, похожим больше на сказку, это было сделано для внедрения в народ новой, изменённой истории при помощи иноземцев. В реальности этих рассказов сомневался даже сам Йозеф, но вот его отец, как и остальные родственники, верили им безоговорочно.

Так что, кинув малое исцеление, чтобы моя будущая жертва не померла раньше времени, и сонное проклятье, чтобы он не проснулся, я подхватив его при помощи телекинеза и отправился в своё убежище — готовиться к проведению ритуала. Обратный путь в убежище оказался более долгим. Моя будущая жертва захотела оставить меня ни с чем и покинуть этот мир. Пришлось остановиться и заняться лечением. У будущего донора души для моего ритуала разворочена грудная клетка двумя выстрелами, скорее всего, из знакомого мне уже штуцера. Я ещё раз убедился, что это немагическое оружие стоит уважать — следы как будто после разрывного наконечника третьего класса. Такие обычно делали учащиеся подготовительных школ. Это простейшие боевые магические наконечники, но и их создавали эльфы, лишь пару месяцев назад начавшие изучение магии. Да, они дешёвые, их множество, но это только среди нашего эльфийского народа. А вот уже для людей даже такие подделки магиков представляли ценность. Тут просто кусок свинца, разогнанный в металлической трубке газами взорвавшейся алхимической смеси. И все без капли магии. Это меня при прочтении памяти Семёна больше всего тогда удивило.

Уже в убежище я решил просмотреть память того, кто станет скоро хранилищем моей памяти. Мужчина мне попался особый… Родом он из крестьян, однако, близких у него не осталось. Деревню разорил собственный же пан, которому не хватало денег на подарки какой-то женщине. В результате доведённые до края люди, точнее, их остатки, ибо дети давно все повымирали от голода, как и старики, решили бежать. Несмотря на приключения, произошедшие с ними во время побега, была смерть нескольких человек от полученных ранений при прорыве организованной на них засады с собаками. Они бежали, несмотря ни на что, они считали, что лучше умереть, чем вернуться к пану. Добежать, что удивительно, смогли до какого-то монастыря в надежде, что Бог защитит. Монастырь, как я понял, это обитель верующих в их триединого Бога людей. Правда, по мнению моей жертвы, эти монахи ничем полезным не занимались в своей жизни. Божество в лице всемилостивой Католической церкви не защитил, вернув обратно пану, который решил милостиво не казнить народец, а продать оставшихся мужчин, дабы получить недостающую сумму, баб отдать своим дружинникам на потеху.

Ну а моя будущая жертва — один из проданных, которому повезло с новым хозяином. Относительно, конечно, но по сравнению со старым новый в разы умнее. Он заметил тогда необычную статуру ещё молодого паренька и, подарив ему вольную, определил в свою дружину. Тот был благодарен новому хозяину за это и довольно быстро освоился и даже встал во главе всей дружины пана. Она, по правде, всего около пятнадцати человек и занималась сопровождением его торговых караванов.

Сегодня им же просто не повезло: кто-то дал наводку на возвращающихся в земли бывшей Речи Посполитой из Киева хорошо разторговавшийся караван. По мнению Петра — так звали мужчину, которого я спас — везти более пятисот рублей золотом было ошибкой, и он даже говорил об этом пану, который в этот раз пошёл с караваном вместе с ними, но тот упёрся как баран. Как итог: живых, кроме Петра, в караване не осталось, да и его посчитали мёртвым после двух попаданий пуль. Если бы я не был магом, то тоже так считал бы — слишком уж у него разворочена грудь от выстрелов.

Сейчас я, положив его у стеночки в убежище, занялся подбором растения, которое будет проще всего превратить в хранилище моей памяти и вместилище души Петра. К сожалению, изначального Мэллерона я в окрестностях не обнаружил, а потому придётся обойтись чем-то попроще. Проверив более десяти различных местных деревьев, решил выбрать дуб, по крайней мере, именно так в памяти Йозефа называлось это растение. Что интересно, хоть официально магия и не признавалась в государстве, но вот, к примеру, эта порода дерева обладала мистическими свойствами и источником мужской магии в народных поверьях. Я честно пытался найти эту неизвестную мужскую магию в дубе, но мне это не удалось. Но и без этого это растение обладало поразительными свойствами. Оно обладало достаточной физической крепостью, что позволяло наносить энергетические каналы плетений, не боясь быстрого разрушения. Также у дуба ещё одна особенность — потрясающая адаптация. Дуб, с которым я экспериментировал, смог в довольно короткие сроки, всего за пару дней, вживить в себя энергоканал и использовать его для передачи праны. Также место прохождения энергетического канала стало устойчивым к магическим воздействиям такого уровня как сам канал. Ради интереса я взял эту преобразованную в экран часть дуба и направил на неё простейшие магические импульсы разной частоты и мощности. Они, что удивительно, не могли проникнуть за экран. С повышением энергоёмкости импульсов они всё же преодолевали экранированную часть дуба, но энергия не вредила ему — она начинала усиливать свойства экрана. Часть энергии уходила по природным канала энергии в корень, который начинал от магической подпитки быстрее расти. И только при более чем пятикратном повышении мощности импульса, чем могла не пропускать адаптированная часть дуба, он начал на физическом уровне гореть.

Судя по всему, народные поверья про дуб имели в своей основе что-то реальное. Я могу с уверенностью сказать, что дуб дерево не простое. В лесу я видел дуб, которому более трёхсот лет. Так он имел свою ауру, которая большей частью в другом слое реальности. Куда именно оно погружалось, не знаю, да и сейчас времени на исследования нет, но позже я обязательно вернусь к этому вопросу. А пока следовало заняться делами, которые не ждут.

Итак, за пару дней, пока я подбирал дерево для проведения своих экспериментов, состояние жертвы ухудшилось, и следовало поспешить, пока он сам не умер. Плетение «Ловушка душ» вообще легко легла на жёлудь, из которого я собирался вырастить хранилище памяти. Единственное, пришлось поддерживать постоянный приток праны и маны, пока жёлудь не адаптировал под себя плетение. Остальная часть плетения ритуала накладывалась уже на росток. Так что, посадив невдалеке от убежища жёлудь, я стал при помощи своих врождённых способностей эльфа максимально ускорять его рост. Да, я полукровка и для дроу природная магия не сильно подходит, но пусть и не с эффективностью чистокровного эльфа, но мне удавалось работать.

Ближе к вечеру дуб уже был с меня ростом. По моим расчётам этого мне вполне достаточно для проведения ритуала. А дальше начиналась самая противная часть ритуала: изъятие души и помещение её в растение в «Ловушку душ». За свою жизнь я всего раз пять проводил подобную процедуру в исследовательском комплексе и каждый раз едва не блевал от отвращения и вони. Хотя в реальности никакого запаха и не было, но появлялся некий магический аналог при покидании души физической оболочки. Помимо этого в момент покидания в ментальном плане расходился жуткий жалостливый крик. В первый раз я уже хотел вернуть душу обратно в тело, но мой руководитель заставил закончить операцию по перемещению души в «Ловушку душ». Для того, чтобы воздействовать на душу, использовался банальный телекинез, но сильно модифицированный, чтобы воздействовать на духовные тела. В итоге на физические он уже не оказывал никакого влияния. Я знал одного рейнджера, который из-за слабого магического дара не поступал даже в подготовительную школу магии. Так вот, его обучили этой вариации телекинеза, и он мог при его помощи рвать духовные оболочки жертв. Получалось, что и этот сугубо мирный вариант телекинеза можно использовать в боевых действиях.

Как всегда, когда душа Петра покинула тело, раздался самый настоящий визг, но я уже морально был готов к такому, а потому смог без проблем запечатать его душу в ловушке. Теперь следовало действовать очень быстро. Кинув малое исцеление на тело без души, чтобы оно раньше времени не умерло, я приступил к построению остальных элементов ритуала. Но, к сожалению, не успел. То ли душа Петра оказалась сильнее, чем рассчитывал, и пришла в себя раньше, чем я смог заблокировать доступ к его памяти, то ли допустил в ритуале где-то ошибку, что вполне допустимо — всё же не часто такими делами занимался в своём родном мире. А значит, в связи с этим дуб у меня получился действительно разумным, и мне теперь придётся с ним договариваться лично, а не просто использовать для своих целей. И это, мягко говоря, сильно не нравилось — не для того я проводил этот очень энергоёмкий ритуал, чтобы ещё с кем-то договариваться, да и своей памятью с кем-то делится не желаю.

Пока Пётр осваивается в своём новом обиталище, я по-быстрому отнёс его ещё живое тело на алтарь. Пусть и без души, но всё же подпитка алтаря. После этого я лёг спать — несколько дней без сна давали о себе знать. Конечно, для мага такого уровня, как я, можно и пару недель не спать без потери работоспособности, но тут одна особенность: во время сна снижались энергопотребности организма, а если ещё и мозг слегка искусственно притормозить, чтобы не было снов, то и регенерация маны вырастала процентов на десять. Банально та мана, которая тратилась на поддержание моего тела в работоспособном состоянии, теперь шла на наполнение моего магического резерва. В нынешнем моём состоянии даже такая небольшая прибавка кстати.

На следующее утро я решил пообщаться с Петром и оценить его возможность сотрудничества со мной. Сейчас он, отрезанный от всех чувств, должен обрадоваться хоть какому-то разнообразию и не будет кричать без повода. Вообще, согласно исследованиям одного сумасшедшего человеческого некроманта душа разумного в «Ловушке душ» могла пользоваться только магическим зрением. Но и через него она могла лишь видеть контуры своего узилища. Этот некромант сам свою душу помещал в «Ловушку душ», и сам пытался из неё вырваться. За такие эксперименты над собой его и считали сумасшедшим. Но самое интересное в том, что ему единственному из ныне живущих это удалось сделать и вернуться в своё тело. Он на этом не остановился. По его мнению, в «Ловушке душ» наше сознание начинает работать на все сто процентов в связи с тем, что ему не требуется поддерживать физическое тело и тратить на него свои ресурсы. Именно там теперь он проводил все свои расчёты. Насколько эффективен его метод, не знаю. В том донесении разведки говорилось только в общих чертах о его достижениях. Но лично я по своей воле покидать своё физическое тело не собирался, а уж лезть в «Ловушку душ» тем более.

— Где я?! — воскликнул молодой парень. Именно так он осознавал себя, а потому и выглядел раза в два моложе, чем в реальности.

Появившись на поляне и заметив меня, он впал в ступор, явно не понимая, где оказался. Понятное дело, что он не в реальном мире, а в банальной ментальной проекции, используемой для приватных разговоров среди магов. Эта полянка специально была создана мной более трёхсот лет назад. Только тут проходили все ментальные переговоры. Главное преимущество создавшего проекцию в том, что он мог врать тут без проблем, а вот посетивший её скрыть свою ложь не мог, разве что перед этим он убеждал себя в правдивости лжи и только после этого погружался в проекцию. Поэтому маги обычно не погружались полностью в чужую проекцию, не желая терять преимущество. Для этого создавали место соприкосновения проекций мага, и в этом месте образовывалась зона перехода. Так маги могли общаться, не покидая своих ментальных проекций.

— Я подумал, что так с тобой будет удобнее разговаривать, — сказал я, садясь за столик с моими любимыми напитками. Более всего я любил сок чайныра. Его кисло-сладкий вкус буквально сводил меня с ума, но стоимость в десять золотых за бокал очень редко позволяла его пить. Тут же я мог им наслаждаться бесконечно.

Перед человеком решил появиться в своём реальном виде — всё равно, если мы договоримся, он узнает, как я выгляжу в реальности, а потому скрывать что-то от него смысла не имело никакого. Поэтому реакция человека, искренне верующего в местного триединого Бога, была соответствующей. Мне вообще непонятно, как в этом мире множество Богов проиграли всего одному. Это ж какой силой он должен обладать, чтобы выступить сразу против нескольких пантеонов Богов. Да и захват власти прошёл на удивление очень быстро для таких дел — всего веков за десять. В моём мире за этот период даже одно поколение не полностью успевало смениться за такой небольшой срок, если считать среди эльфов.

— Кто ты такой?! Демон?! — нервно спросил Пётр, садясь на стул напротив меня, хотя он для него явно маловат. Мужчина раза в два больше меня размером.

— Нет, я не демон, а эльф. А ты откуда знаешь про демонов? — спросил я.

Мне ещё у местных не встречалось понятие демона, хотя в языке и присутствовало это слово. Вот и интересно, как они себе представляют демонов. Я-то про демонов знал исключительно из хроник, поскольку демонология официально запрещена в эльфийском государстве, но в связи с последними событиями, думаю, она именно официально запрещена, а под руководством соответствующих органов ею пользовались. Мне теперь казалось после того, как со мной обошлись, что в эльфийском государстве везде у власти стояли сволочи. Разумом понимаю, что если бы это было так, то государство давно бы развалилось, но душой я считал всех остальных светлых эльфов тварями.

— То есть ты не демон? — Мужик перекрестился, но на меня это никак естественно не повлияло. Да и на настоящего демона никак бы не повлияло, разве что этот жест снабдить щепоткой магии, лучше всего божественной энергии, но подошла бы и порядка, на самый крайний случай можно было использовать и ману света. Она также обладает слабым противохаотическим свойством. Пётр же сразу успокоился, уверовав, что я не демон. Такая примитивная проверка меня лишь забавляла, но ведь обычный человек и не мог бы ничего другого сделать с этим. Бывший охранник каравана начал внимательно рассматривать мои уши, не скрытые иллюзией, а после и всё тело. — Слушай, а ты мужик или баба? — спросил он без всякого негативного подтекста. Ему действительно стало интересно узнать ответ на столь глупый вопрос.

— А что, не видно? — спросил я, несколько обидевшись на сравнение с женщиной. Да, я знал, что мы эльфы-мужчины выглядим несколько по женственному по сравнению с людскими мужчинами, но до этого момента меня ещё никто и никогда не путал с женщинами.

— Ну, сисек нет. Значит, мужик, — сделал столь простой вывод Пётр после ещё одного осмотра меня. — А про демонов, скупающих души, нам рассказывал батюшка в воскресной школе, — ответил он на ранее заданный мною вопрос по поводу источника его знаний о демонах. — Он говорил, что они сулят всякие блага, лишь бы скупить наши бессмертные души. Так что знай на всякий случай: я не продам тебе свою душу ни в коем разе. Я хоть и не попаду в рай сразу, но и в аду надолго не задержусь. Нет у меня больших прегрешений, — уверенно заявил он. А я понял, что договориться с настолько верующим человеком будет не так уж просто, как казалось.

— Вот и отлично. Я не собираюсь покупать твою душу… Ты понимаешь, где находишься сейчас?

— После моего вопроса Пётр стал внимательно оглядываться и пытаться понять, где же он сейчас находится. Придя к какому-то решению, он снова стал смотреть на меня.

— Если я правильно всё помню, то я на том свете, — смотря мне в глаза, произнёс Петр. Видимо, хотел поймать меня на лжи, что ему в моей ментальной проекции, естественно, не получится сделать, ведь всё, в том числе и его тело, является всего лишь ментальной иллюзией, так что поймать на лжи создателя этого ментального пространства просто невозможно.

— Не совсем. Да, ты умер, но не до конца. Я успел перехватить твою душу. И сейчас ты находишься в «Ловушке душ», — начал объяснять я ему, несколько корректируя рассказ — всё равно он не сможет определить, говорю я правду или ложь.

— Значит, ты всё-таки демон, — констатировал Пётр. Он смотрел на меня уже без прошлого дружелюбия, появившегося за предыдущий разговор. Теперь он на меня смотрел с ожиданием какой-то пакости и явно слушать меня внимательно не собирался. Вот что значит качественная промывка мозгов при жизни — даже после смерти продолжает верить в их триединого Бога.

— Нет, ещё раз нет. Как бы тебе объяснить… — задумался я над словами, которые смогут переубедить Петра. Немного подумав, решил, что приоткрыть часть правды не помешает, а потому решил рассказать, кто же я есть на самом деле. — Помимо вашего мира существует множество других миров. Во многих из них живут люди, но есть миры и вовсе без людей, в которых живут какие-то разумные ящеры. А есть и такие, в которых живёт несколько разумных рас. Вот из такого мира я и появился, — начал рассказывать как можно более простым языком теорию строения мультивселенной. Вообще, даже у нас многие считают её обычной сказкой, но это всё из-за того, что с момента исчезновения архимагистров никто из эльфов не покидал пределы мира, по крайней мере, официально. Да, существование планов как верхних, так и нижних современная наука подтверждала, а о существовании других срединных миров известно лишь из древних хроник, которые многие считали выдумкой. — Моя раса называется Эльф. Я ранее жил как раз в мире с несколькими расами. Помимо внешнего вида есть и другие отличия от людей. Так, наша раса владеет почти поголовно магией. В вашем языке, кстати, тоже есть это слово, вы его ещё называете колдовство, — попытался подобрать аналог для лучшего понимания Петром сказанного мной.

— Так ты колдун? Прислужник демонов? — прервал Пётр и начал смотреть на меня с презрением как на низшее существо. Такой взгляд терпеть мне тяжело. Я уже хотел плюнуть и просто уничтожить его, отдав дуб с душой в дар Богине. Но успокоившись, продолжил:

— Не совсем. В нашем мире колдуны действительно те разумные, которые черпают свои силы у сверхъестественных сущностей. По-простому — у демонов или Богов, некоторые ещё у духов. Маги же такие, как я, пользуются возможностями своего тела, — попытался я объяснить ему. Но он словно не слышал меня и продолжал уверять себя в своей правоте.

— Значит, ты просто неправильный колдун. И ты как-то перехватил мою душу. Я прав? — спросил он у меня требовательным взглядом, чуть ли не приказывая. Я снова с трудом сдержался и, глубоко вздохнув, продолжил:

— Пусть будет так. Да, я перехватил твою душу, сейчас ты находишься в дубе, — сказал я ему чистую правду. Посмотрим, как он на это отреагирует. Я уже почти принял решение не пользоваться его услугами — слишком фанатичен он в своей вере, а потому я просто не хотел давать такому доступ к своей памяти. Это весьма опасно. Ведь он может решить дать мне неверную информацию, а с моими знаниями эта информация сможет привести к летальному исходу, моему летальному исходу, чего допускать не хотелось. Не для этого я несколько лет выживал в древе-эльфоеде, не для этого рвал метрику пространства.

— Как в дубе? В обычном таком с листьями и жёлудями? — спросил бывший охранник каравана у меня. Явно его местонахождение было не тем, какое он ожидал услышать, а потому и пребывал сейчас в шоке.

— В не совсем обычном. Я создал его специально для одной цели. Мне необходима также для этого душа разумного существа. И ты просто попался, — честно сказал я Петру, не видя смысла что-то скрывать от будущей жертвы на алтаре местной Богини смерти.

— А мы сейчас в моём мире?

— Конкретно сейчас мы, — задумался я, как проще сказать, — в мороке, созданном мною. А вообще, да, в твоём мире. Я сюда попал по неизвестным причинам и для выживания мне требуется кое-что построить. Для этих целей и понадобилась твоя душа. — Да, не подошла, сказал я уже про себя.

— Что-то это всё слишком сложно для меня. Давай, колдун, встретимся позже, — попросил Пётр и встал из-за стола. Я уже тоже не стремился продолжать этот бессмысленный разговор.

— Хорошо. Может быть, встретимся ещё, — сказал я и покинул проекцию, возвращаясь к управлению своим телом. Петра же зашвырнуло обратно в «Ловушку душ». Сейчас его сознание отрезано от всех ощущений, так что ему явно будет некомфортно, но он сам попросил перерыв.

Мне во время разговора с бывшим охранником пришла идея повторить опыт, только вместо души поместить туда напрямую копию моей памяти, ведь ловушка обладает функцией хранения памяти помещённой туда души, а значит, должна будет сохранить и мою память без души. Для этого требовалось только обеспечить энергопитание «Ловушки душ». В стандартном исполнении сама душа снабжает её энергией. В опыте, который я собирался провести, души не будет, а потому мне следовало обеспечить подпитку от алтаря — всё-таки не хотелось мне доверять свою память чужому разумному, а таким по факту и является Пётр, особенно с его фанатичностью. Ведь под конец разговора он продолжал меня считать прихвостнем демона, несмотря ни на что. Пусть он и не сможет ничего сделать с ней, поскольку не умеет пользоваться маной, но подпускать кого-то к своей памяти не хочется совершенно. Как я уже думал, он может просто дать мне недостоверную информацию, а с ней уже могу и погибнуть. Потому душа Петра вместе с дубом отправится, если опыт удастся, на алтарь Богине. А если нет — придётся что-то придумывать ещё. Может, удастся справиться и заблокировать ему доступ к его памяти.

Я решил просто попробовать провести этот опыт, а потом уже думать, что делать дальше. Благо, что всё необходимое для его проведения у меня уже было — готовился к ритуалу с запасом.

В этот раз вложить плетение «Ловушки душ» получилось почти в два раза быстрее, а всё потому, что появился хоть какой-то опыт. А вот вырастить дерево быстрее не получалось — и так на пределе стимулирую рост нового дуба.

Полдня работы — и можно приступать к проведению нового эксперимента. Я не знаю, использовал кто-то таким образом до меня «Ловушку душ» или нет. Возможно, тот самый сумасшедший человеческий некромант. Но надеюсь на то, что всё удастся. Копирование памяти потребовало от меня очень большого ментального усилия — всё-таки это не моя специализация. Я даже два раза терял сознание во время процесса копирования, но медицинское плетение, специально созданное мною для этого, приводило меня в чувство. Да, те моменты, на которых я терял сознание, будут, скорее всего, повреждены в копии, но надеюсь, что они не затронут необходимую мне часть воспоминаний, ведь потерял сознание я ближе к концу жизни, а не к началу.

После копирования информации я был выжат полностью и даже не мог передвигаться, так что, убедившись в том, что от алтаря идёт подпитка молодого дуба и плетение работает стабильно, позволил себе отключиться.

Приходил в себя после этого почти неделю. Даже включилась моя врождённая способность «Поглощение энергии», доставшаяся от дроу. Мне с трудом удалось её удержать под контролем, чтобы не поглотило выращенные мною дубы. Может быть, мне показалось, но в этот раз контролировать поглощение материи в несколько раз проще. В связи с моим общим плохим состоянием после ритуала я и так с трудом справился.

Спустя неделю снова оказался на ногах. Прежде чем приступить к работе с хранилищем моей памяти, я решил проверить состояние души Петра. В итоге оказалось, что он не перенёс неделю в пространстве без всех своих ощущений, и теперь в «Ловушке душ» сидела вообще сумасшедшая душа. Все мои планы на его счёт можно списывать в утиль, кроме одного. Душе Петра, заключённой в «Ловушке душ», осталась лишь прямая дорога на алтарь местной Богини смерти. Пётр сам виноват в своём состоянии. Если бы повёл себя несколько по-другому, то и я, возможно, решился бы прогнать свою память через его душу. Но он оказался излишне религиозен и, чего уж тут скрывать, фанатичен. Такому разумному доверить свою память я не мог. Что интересно, душа бывшего охранника каравана сейчас стала вырабатывать больше энергии. Видимо, сумасшедший разум как-то повлиял на выработку магической энергии. Уже сейчас она вырабатывала почти в два раза больше маны, чем раньше. Но всё равно вырабатываемого количества маны хватило бы максимум на один огненный шар в несколько дней. Даже в таком состоянии регенерация маны у неодарённой души оставляла желать лучшего.

Только после этого я вернулся ко второму дубу, выращенному мной. Меня сильно удивило то, что структура «Ловушки душ» отпечаталась на энергетическом уровне дерева в его ауре и уже в течение нескольких дней не требовала стороннего питания. Молодой дуб стал поступающую энергию тратить на свои нужды. Так, его корни уже ушли на более чем пятьдесят метров в разные стороны для поглощения необходимых минеральных веществ. Само дерево стало раза в два выше и сейчас нависало над кустарниками, росшими вокруг. Но что самое интересное — от дерева шёл ментальный канал ко мне. Видимо, после передачи копии памяти он почему-то не оборвался. Сейчас между нами возникли узы, чем-то похожие на узы фамильяра. Сам я раньше фамильяров не имел, но их вместе с хозяевами исследовал, так что связь мне знакома.

Отправив ментальный позыв по каналу, я почти сразу получил отклик. Он не информативный, а эмоциональный. Сейчас, судя по всему, дуб отправил в мою сторону чувство радости. С таким я ещё не сталкивался. Это не только очень удивительно, но и интересно.

Заставив себя не думать об экспериментах, приступил к осмотру получившегося результата проведённого опыта. Как я в принципе и думал, моя память сохранилась в «Ловушке душ», причём в таком состоянии, как и рассчитывал. Она сейчас представляла собой ментальное облако из своеобразной ментальной нити. Всего я обнаружил два конца нити. Прикоснувшись ментальным щупом к нему, погрузился в воспоминание того, как я передаю свою память молодому дубу. Это, получается, конец того, что я передал. А вообще, воспоминания оказались очень реалистичными. Они передавали все ощущения, которые я на тот момент чувствовал. И магическое восприятие, и слух, и зрение, и обоняние, и тактильные ощущения, и все запахи, окружающие меня. Я даже чувствовал, как течёт кровь в моих жилах. Оказывается, это всё ощущаю постоянно, но большую часть ощущений просто каким-то образом фильтрую. В этой копии памяти она оказалась нефильтрованной и потому несколько неожиданной.

Поскольку на практике в крепости я был в первой половине жизни, то и приступил просматривать свою память с другого конца ментальной нити. Первые мои воспоминания относились к тому, как я жил в клетке со своей матерью. Какая она всё-таки красивая даже в таком состоянии: мама избита, по всему телу виднелись кровавые незаживающие раны. Но она всё равно сидела с гордо поднятой головой и смотрела на окружающих с превосходством, несмотря на рабский ошейник. По проводимым ею манипуляциям я понял, что выжил только благодаря ей. Мама использовала свою кровь для моего кормления. Судя по тому, как она светилась зеленоватым оттенком, кровь была насыщена под завязку праной. Мама тратила свои непрожитые годы жизни на меня, чтобы я смог выжить в рабской клети. Молока у матери не было из-за плохого питания и постоянных избиений, так что её кровь — единственное, что поддерживало во мне жизнь.

Прямо на глазах по мере просмотра моих воспоминаний я видел, как мама старела. Даже слишком быстро для людей, не то что для эльфов, пусть и тёмных. К моему году она постарела лет на семьдесят — для эльфов срок не критичный, но всё же приличный. Примерно тогда мать перевели из одиночной клетки в общий загон. Светлые эльфы держали своих пленников как какой-то скот. Именно там я впервые попробовал еду, которую мать отбила у других рабов. И снова она не давала мне её просто есть. Мама еду специально насыщала своей праной. Не одну мать изнасиловали, не одна она родила ребёнка от насильника, но один я выжил. Остальные не смогли прожить и двух лет.

Каждый вечер мама мне рассказывала сказки, в которых дроу всегда кого-то вырезали под корень. Рассказывала о великом будущем, которое меня ждёт, когда я вырасту. Она верила, что я смогу отомстить всем этим светлым.

Примерно в возрасте трех лёт добрался до воспоминаний, которые были частично и в физической памяти, но ничего хорошего в них не было, кроме лица моей матери.

В загоне мы прожили до десятилетнего моего возраста, а потом один рейнджер решил взять себе в любовные игрушки тёмненькую эльфийку. Его выбор пал на мою мать. Я тогда не понимал, почему она расстроилась, ведь мы стали жить намного лучше: появилась своя комната, начали хорошо питаться.

Ещё более двадцати лет мы прожили у того рейнджера, пока его не убили в приграничной стычке. Мать всё это время учила меня магии крови, тому, что я не смогу выучить в эльфийском обществе. Тогда дроу прорвались и к дому, в котором мы жили. И тогда наступил очередной поворот в моей жизни. Они насильно забрали мою мать, а меня, по их словам, всего лишь выродка от светлых ублюдков, пришпилили стрелой к дому, когда я побежал за мамой. Мама тогда вырвалась и убила трёх из пяти нападавших, но её всё равно смогли вырубить и унести, оставив меня истекать кровью. Я этого момента не помнил, но сейчас увидел, что не в этом мире проснулась моя способность поглощать материю для моего выздоровления. Тогда, когда я висел на стреле, умирая, она впервые активировалась и превратила в пыль всё в округе десяти метров. А дальше подошло подкрепление светлых и обнаружило меня без сознания и три тела дроу. Именно это меня и спасло. Меня отправили в приют, готовящий будущих магов, где я и провёл оставшееся время до подготовительной школы.

К сожалению, пропустить события у меня не получалось и приходилось смотреть всё подряд, мог только ускорять просмотр. Но в таком режиме у меня сразу начинала болеть голова. Максимум — смог поддерживать десятитысячное ускорение в течение часа, а потом два часа смотреть в реальном времени.

Мне понадобилось больше десяти суток на то, чтобы дойти до момента моей практики в приграничной крепости. К счастью, оказался прав, и я видел всё плетение крепостного щита. И сейчас у меня получилось его хорошо запомнить.

Ещё на вторые сутки моего просмотра я почувствовал, как меня стало облетать дерево. Не ощутив опасности, продолжил просматривать свои воспоминания. Через некоторое время ощутил, как в меня стала маленькими порциями вливаться прана. Организм сразу же использовал её для устранения последствий множества микроинсультов, наступивших из-за перегрузки мозга.

Я не знаю как, но дуб понял, что не всё хорошо с моим организмом, и сам решил помочь мне. Правда, если бы я не был эльфом, то от растительной праны, скорее всего, уже б скончался. Но наша природа позволяла усваивать любой вид праны.

После окончания просмотра своей памяти я снова несколько дней приходил в себя. Всё это время дуб подкармливал меня своей праной. Удивительное в итоге получилось растение, причём я без малейшего понятия как именно оно такое получилось. Лезть в его внутреннюю структуру не буду в благодарность за помощь мне. Если бы не он, то я вряд ли бы смог дойти в своих воспоминаниях до нужного мне места — всё-таки это более ста пятидесяти лет жизни.

Разбираться с блоком преобразования из крепостного щита я решил позже, а сейчас отправился к алтарю, чтобы отправить Богине сумасшедшую душу Петра вместе с его вместилищем. Возможно, мне показалось, но я почувствовал в ответ чувство благодарности. Видимо, такие души Богине нравились больше.



Глава 5.


Отдохнув несколько дней, я решил приступить к основной моей цели — добиться независимости в мане. Для этого мне необходимо создать магический источник. Может, некоторые маги и знали, как решить данную задачу более простым путём, но, к сожалению, они не спешили поделиться своими знаниями со мной. Так что мне пришлось приступить к конструированию генератора маны с нуля. Я не знал ни одного подобного устройства в своём родном мире, хотя возможно они и существует.

Генератор маны — да, именно так я решил назвать моё будущее изделие. Можно назвать его и преобразователем, но мне кажется, что «генератор» звучит лучше. Основной проблемой при конструировании необходимого мне плетения стало то, что мне требовалось выделить часть узора из плетения крепостного щита, отвечающего за преобразование кинетической энергии в магическую. И следует учесть, что при этом мне придётся пользоваться исключительно своим мозгом. В лаборатории, в которой я ранее работал, был специальный артефакт. Он разбивал плетения на мельчайшие блоки, с которыми уже можно работать и комбинировать в разных вариантах соединения. Он даже мог моделировать эффекты работы этих самых комбинированных блоков. К сожалению, такого артефакта тут у меня с собой не было, да и как создать его, я даже не представлял в общих чертах. Мне кажется, что ни один маг современности не знал. Тот артефакт оставался ещё со времён совета архимагистров, и он был в единственном экземпляре. Естественно, что руководство не позволяло разобрать такой ценный артефакт для попыток его изучения и копирования — не уверено оно в том, что артефакт не перестанет работать без какого-либо результата в его изучении.

К счастью, пока я сидел в заточении древа-эльфоеда, не терял зря времени, а занимался различными теоретическими и не только проектами, а потому и вычислительные возможности моего сознания повысились довольно сильно. И это могло мне позволить провести подобную процедуру разложения плетения у себя в сознании. Да, скорость будет на несколько порядков меньше привычной для меня, но всё же в итоге у меня должно будет получиться разложить магическое плетение крепостного щита на составляющие. Если грубо сравнивать, то работу мозга по усвоению и обработке новой информации можно представить в виде водопроводной трубы, где диаметр её будет отвечать за количество информации, которую мозг в принципе может усвоить и обработать без потери, а напор воды в водопроводной трубе отвечает за скорость усвоения информации.

Пока я сидел в хищном Мэллероне, мне ничего не оставалось делать, кроме как работать своей головой. Что я только ни делал в это время: просто рассчитывал новые плетения, создавал иллюзии когда-либо виденных вещей, пытался визуализировать свои сны и многое другое. Такие нагрузки на мозг и сознание позволили мне слегка увеличить как диаметр «трубы», так и «напор воды». Я бы не сказал, что на много, но процентов на двадцать мне это удалось точно.

На третий день глубокой медитации в объятиях моего дуба-фамильяра я наконец-то смог вычленить необходимую комбинацию блоков из плетения крепостного щита. Для этого мне пришлось все плетения щита разбить на мельчайшие части, работающие самостоятельно и стабильно. Всего таких частей оказалось более пятисот блоков. Но ни один из этих блоков не обладал необходимым мне эффектом преобразования кинетической энергии в магическую. Это означало, что за это отвечал не один блок, а комбинация простейших блоков. Следующим этапом была проверка уже соединений двух блоков, но и она не принесла долгожданного эффекта. Три блока, четыре и даже пять — всего этого оставалось недостаточно. И только одиннадцать блоков, работающих одновременно, позволяли создать эффект преобразования кинетической энергии в магическую. На словах это звучит просто, а на деле мне приходилось едва ли не каждый блок проверять, что же он делает в реальности.

За эти три дня я не мог сомкнуть глаз — настолько меня поглотила задача, что ничего не замечал в округе. Мой необычный дуб несколько раз пытался со мной связаться ментально. В окрасе его обращения было беспокойство обо мне — всё-таки у меня действительно необычное дерево получилось. Хорошо ещё, что большая часть блоков мне известна и ранее, так что мне требовалось перебрать лишь неизвестные блоки и комбинации их с известными мне. На самом деле работа грандиозная, и мне приходилось постоянно все комбинации проверять в реальности, что же они на самом деле делают. Часто получался совершенно иной эффект, чем тот, который должен быть по теоретическим выкладкам.

Каждая проверка комбинации простейших самодостаточных магических блоков тратила магическую энергию, которой и так очень мало. Слишком долго она восстанавливалась естественным путём. И это несмотря на то, что я старался проводить все активации на минимальном уровне энергонапитки плетения, едва превышающем уровень активации. Но и так под конец третьего дня я оказался с полностью пустым магическим резервом, и мне снова из-за этого не удалось удержать свою способность поглощения материи и превращения её в необходимый вид энергии для моего организма, доставшийся мне от моей матери-дроу. Из-за этого в лесу появилась очередная полянка с мёртвыми деревьями по её краям — всё-таки моя способность весьма опасна по своей природе. Хоть у меня и получается в последнее время контролировать её на минимальном уровне, но при вот таких вот критических опустошениях магического резерва моей силы воли не хватает на удержании способности поглощения. Именно поэтому следует стараться не доводить себя до такого уровня опустошения, иначе в один из моментов я могу и союзников поглотить, если они, конечно, появятся в будущем.

Самое обидное, что комбинация из одиннадцати простейших стабильных самостоятельных блоков магических структур в самом начале обратила на себя моё внимание и показалась странной. Но я решил поступить, как нас учили, и полностью разобрать на составляющие магическое плетение и уже на основе простейших блоков искать необходимое. Честно говоря, стоило сразу проверить вот такие вот странные части плетения крепостного щита, но, видимо, не судьба.

Если бы не это моё решение действовать строго по правилам разбора неизвестных плетений, то я бы уже два дня как занимался строительством генератора маны и не пришлось бы напрягаться и накладывать на новую мёртвую полянку плетение отвода глаз. Это пришлось сделать для того, чтобы местные не нашли ещё одной мёртвой полянки и не лазали там в поисках источника странного омертвения леса как на той поляне, куда я прибыл.

Следующим этапом в создании генератора маны стал поиск постоянного источника кинетической энергии, не зависимый от применения магии. Были разные идеи: использовать энергию передвижения воздушных масс, использовать животных для выработки энергии и многое другое. Но все они после некоторого размышления отбрасывались в сторону. Так, к примеру, для преобразования энергии ветра, чтобы смысл в этом был, требовался довольно сильный ветер. Но, к сожалению, в этой местности сильные ветра — редкость. Затраты на питание животных могли банально не окупить количество получаемой магической энергии.

Постоянный источник кинетической энергии, удовлетворяющий меня, удалось найти в лесу. И этим источником являлся обычный лесной ручей, разве что несколько большего размера, чем обычно. Именно постоянное движение воды я решил использовать в своём генераторе маны как источник кинетической энергии. Теперь мне стоило заняться оборудованием ручья всем необходимым для его превращения в генератор магической энергии.

Для этой цели у самого ручья я посадил очередной дуб как наиболее подходящее под магические манипуляции дерево, найденное в этой местности. Следующим этапом было ускорение его роста, правда, в этот раз уделяя больше внимания именно росту корневой системы, а не самому стволу дуба. Мне нужно было, чтобы корни дуба выросли в виде решётки мелкого сечения и перегородили сток воды ручья. Естественно, требовалось сделать так, чтобы это не мешало течь воде по руслу ручья, поскольку дальше я мог установить очередную решётку. И так можно продолжать едва ли не до бесконечности. Главное, чтобы хватало места под установку решёток из корней дерева.

Всего за один день я смог вырастить три решётки из корней. Остальную корневую систему дерева пришлось оставить в покое, чтобы дерево могло себя обеспечивать всеми необходимыми ресурсами для своей жизни — всё-таки не хотелось поддерживать дуб магически. И так маны слишком мало, чтобы разбрасываться ею.

Следующим этапом в построении генератора маны мне потребовалось наложить на получившуюся решетку из корней дуба плетение преобразования кинетической энергии в магическую, которое я смог вычленить из крепостного щита. На каждую получившуюся ячейку необходимо наложить отдельное плетение так, чтобы они не конфликтовали между собой, но при этом все ячейки решётки должны быть связаны в сеть для лучшей работы. Далее шёл уже энерговод в само дерево, где находился распределитель маны. В нём установлен небольшой накопитель маны, созданный при помощи магии земли, а уже оттуда мана шла на различные нужды или же просто излучалась в воздух для повышения общего магического фона. По крайней мере, так должно быть в идеале. Но реальность вносит свои коррективы в любые планы.

Уровень выработка маны оказалась очень и очень низким, лишь слегка превышал затраты магической энергии на поддержание всей этой системы магических плетений, участвующих в генераторе. Такой результат многодневной работы меня, мягко говоря, расстроил. Я много будущих планов строил на основе удачного построения генератора маны. Сейчас же получается для того, чтобы активировать простейшее боевое плетение стихийной магии «Язык пламени», максимальным эффектом, которого может быть разве что лёгкий ожог, требовалось едва ли не сутки копить генерируемую ману. Получается, что результат работы нескольких дней не стоил затраченного времени на это.

Оставив дуб, генерирующий ману, в покое, я задумался, каким ещё образом можно усилить получение маны из этой системы. Для начала я попробовал усилить поток воды — таким образом, увеличивал кинетическую энергию, которую он нёс. И оказалось, действительно выработка маны сразу подскочила в разы и уже стала существенной, но всё же не перекрывала затрат маны на усиление напора текущей воды. Теперь мне стоило понять, как можно усилить напор воды без применения магии. А вот тут пришлось задуматься серьёзно — всё-таки большая часть моей жизни связана с магией, и я просто не представлял, как можно многие, даже бытовые вещи делать без неё.

Поскольку новых идей по решению этой проблемы у меня не было, я решил прогуляться по окружающему алтарь лесу. И вынесли меня мои ноги на берег реки. Довольно быстро нашёл в памяти Семёна, что река называлась одноимённо с селом, которое стоит на нём, а именно — Радинка. Хотя скорее, наоборот, село назвали в честь реки, на которой оно стоит.

Конечно, поток воды в реке в разы сильнее и тут можно получить в разы больше маны, но в то же время это место довольно людно. Всего за два часа, которые провёл на реке, я засёк пять лодок с местными жителями, а с ними конфликтовать не собираюсь до тех пор, пока не разберусь с местными одарёнными. Не хотелось мне влезать в их дела без какой-либо информации о них. Но не сама река меня натолкнула на мысль, которая мне может помочь с проблемой напора воды в генераторе маны. На мысль меня натолкнул местный представитель фауны. В памяти Семёна он называется бобр. Именно бобр своими действиями подсказал, что я должен сделать.

Сначала я даже не понял, что за конструкция находится на ручейке, впадающем в Радинку, но услышав хлюпанье, присмотрелся при помощи магического зрения и обнаружил бобров, как раз в этот момент строящих дамбу. И по одну сторону дамбы уровень воды выше, чем по другую, а вода, вытекающая из-под неё, текла со значительно большей скоростью, чем до дамбы. Это именно то, что мне необходимо. Напор вытекающей воды значительно выше, а значит, и его кинетическая энергия выше. Логично, что и количество генерируемой маны будет больше. И это всё без каких-либо магических усилий.

Я практически побежал к своему ручейку, превращённому в генератор маны. Мне требовалось построить дамбу, чтобы перепад уровня воды позволял усилить количество получаемой маны. Первым делом нужно при помощи гидромантии усилить сам родник. Хоть я и не силён в этом разделе, но уж вывести подземные воды наружу при помощи магии способен.

Просканировав землю, я смог обнаружить подземную реку на глубине шестидесяти метров, а дальше дело нескольких часов работы специального плетения из гидромантии. Оно в первую очередь начинало вытягивать подземный канал на поверхность земли. После этого при помощи магии земли плетение перекрывало русло. Поток воды обязан после этого идти по новообразованному каналу на поверхность. Чтобы подземная река не вернулась обратно в русло, требовалось укрепить её берега при помощи всё той же магии, превратив их в камень. А дальше вода начинала течь уже на поверхности. Тут требовалось создать искусственное русло, по которому она будет стекать в Радинку. Это отняло у меня ещё около недели. И только после этого я построил небольшую заводь, ограждённую дамбой, куда выходила вода на поверхность из подземной реки и ручья. В дамбе в основании вмонтированы решётки из корня дуба, которые и будут вырабатывать ману. Причём сделано с расчетом, что количество воды, вытекающее через них, будет несколько меньшим, чем количество воды, поступающее в заводь. Как только уровень воды поднимался до края дамбы, на котором установлены ещё решетки, через них сбрасывался излишек воды. Своеобразная система выпуска излишнего количества воды. Дальше по течению устанавливалась очередная заводь с такими же функциями. И так до самой реки.

Всего получилось создать пять дамб. Количество получаемой маны со всей конструкции позволило бы в случае необходимости раз в минуту выпускать по сильному огненному шару. Да что там говорить, эта конструкция обладала скоростью получения маны почти в пять раз больше, чем мог регенерировать мой магический резерв самостоятельно. Сейчас почти вся мана, получаемая из генератора, шла на насыщение окружающей среды.

Уже через три дня мне словно дышать легче стало. До этого момента я даже не замечал, как страдал от нехватки свободной маны в пространстве. Ныне мог позволить себе строить планы на будущее хоть с какой-то уверенностью в завтрашнем дне. Теперь у меня не той жуткой нехватки маны, как ранее. Процентов двадцать вырабатываемой маны через энерговод в виде корня модифицированного дуба я включил на запитывание системы отвода глаз от моего места жительства, а освободившуюся ману от алтаря вернул обратно Богине — она сейчас ей нужнее.

Мне стоило наконец-то решить, что же я буду делать дальше. Пока про местную цивилизацию знаю слишком мало, чтобы планировать долгосрочные планы. Но и так ясно, что они будут связаны с этой местностью. Не знаю, есть ли ещё где действующие алтари живых Богов, так что следует отталкиваться от этой местности. Да и генератор маны весьма стационарная постройка и перенести его куда-либо просто не получится, а значит, следует начать обустраиваться в этой местности.

Не успел я даже начать планирование будущих своих действий, как меня отвлекла сработавшая сигнализация. Это очень странно, ведь отвод глаз должен не допускать на мою территорию как людей, так и крупных животных. И ладно бы возможно врождённый иммунитет на ментальные воздействие у существа. Так нет, кто-то появился почти в центре моей окружённой территории. Я сразу же активировал плетение невидимости и отправился смотреть, кто же посмел прийти ко мне в гости.

В месте, на которое указывала сигнализация, никого не было. Точнее, никого не видно. Это мне сразу не понравилось, ведь означало, что мой гость обладал невидимостью, а она присуща существам, обладающим магией. Скорее всего, меня посетил кто-то из местной магической братии, чтобы разобраться в магической активности. Я, например, сделал бы так же, если бы на моей подконтрольной территории ни с того ни с сего повысился магический фон.

Я сразу перешёл на магическое зрение и внимательно всмотрелся в предполагаемое место нахождения неизвестного. Как оказалась, сигнализация не ошиблась. В том месте, куда она указывала, искаженная область пространства с еле просматриваемыми энергетическими линиями. Больше ничем мой гость себя не выказывал. Немного подумав, я решил выйти на диалог первым, а потому, сняв невидимость, отчего мой гость несколько вздрогнул. Видимо, не только я не мог его увидеть, но и он меня.

— Добро пожаловать ко мне в гости, — начал я говорить с улыбкой на лице, — мой невидимый гость. — Сперва ничего не происходило, но секунд через десять в обычном спектре начал проявляться человек, довольно пожилой человек с седой бородой.

— Давно вас не было в этих краях, — сказал несколько каркающим голосом мужчина, повернувшись в мою сторону.

— Кого нас? — не понял я слов своего гостя.

— Перворождённых, — ответил он.

— Вы знаете, кто я такой? — спросил я с большим удивлением.

— Знаю ли я? — усмехнулся он. — Да конечно знаю. Я ещё в молодости участвовал в выдворении вашего брата с этих земель. Наглые до безумия, а ты, я смотрю, покультурнее будешь. А теперь вот снова появились, — с интересом смотря на меня, сказал он.

— Можете рассказать поподробней об этом? — заинтересовался я информацией, которую рассказал мне незнакомец.

— А нет, всё так же нагл, как и они, — снова усмехнулся мужчина. — Где элементарная вежливость? Ни как зовут не сказал, ни присесть не предложил. Видимо, ваше воспитание так и не поменялось с тех времён, — начал бурчать мужчина.

— Теперь меня зовут Йозеф, — решил я взять себе имя моей жертвы. Оно в этой местности более уместно, чем моё родное. — Раньше обращались ко мне как к Мирунуэлю из дома Утренней росы. К сожалению, сесть я вам предложить не могу, так как банально некуда, — развёл я руки в сторону. — Я ещё не успел обустроиться в этих землях.

— Ох молодёжь, — пробурчал старик и взмахнул посохом. Сразу после этого прямо из воздуха соткались стол и два кресла. — Ну что же, придётся мне самому позаботиться о комфорте, раз ты не можешь. Садись давай. Сейчас Веша чай вкусный принесёт. — Кто такая Веша, я не знал, а потому стал оглядываться. И только благодаря всё ещё активному магическому зрению смог заметить, как нечто прозрачное, похожее на сгусток воздуха, несёт чайник и чашки на подносе.

— Это кто? — спросил я, не узнавая существо.

— Чему же вас там учат, если воздушного элементаля опознать не можешь? — ехидно спросил он.

— Я про них лишь в академии читал, а в жизни ни разу не встречал. Я только водным элементалем изредка пользовался, — ответил я честно этому магу. В том, что он маг, можно не сомневаться.

— Значит, я прав. Ты ведь из другого мира? Ведь так? — спросил незнакомец, отпивая чай. — В нашем мире уже многие века нет учебных заведений для одарённых.

— Скрывать не вижу смысла. Я действительно в этот мир попал случайно, — подтвердил я догадки старика.

— А как же наш договор? — спросил он, смотря мне в глаза. Почти сразу я почувствовал срабатывание ментального щита. Отведя глаза в сторону, сбил зрительный контакт. — Ну ладно, следовало попробовать. Так что там с договором? Насколько я помню, мы договорились, что вы покидаете этот мир и не возвращаетесь никогда назад. Взамен мы отпустили вас мирно.

— Я не знаю про договор ничего.

— Как не знаешь? Ведь прибыл через систему межмировых сообщений. Я лично, перед тем как прийти сюда, проверил её. Ты её ещё окончательно разрядил, — удивился моему ответу маг, поскольку он определил, что я не вру и действительно не имею никакого представления о договоре.

— Я, скажем так… — начал подбирать слова. — Мне пришлось срочно покинуть своих собратьев и для этого пришлось разорвать метрику пространства, — ответил я, опуская некоторые моменты.

— Вот сижу и думаю, а ты вообще разумное существо? — спросил он, смотря на меня. — Такие манипуляции с пространством могут вызвать дестабилизацию всего мира. Теперь понятно, как ты попал сюда, несмотря на закрытость мира. Тебя просто притянул всё ещё активный ваш маяк из междумирья. Неужели ты хотел угробить весь свой мир?

— У меня не оставалось другого выхода, — ответил я, обдумывая слова мага. Видимо, тот действительно много знал и понимал в том, каким я образом оказался тут.

— Если захочешь, позже расскажешь, — сказал он, принимая мой ответ.

— Вы так и не представились, — решил я перевести тему разговора.

— Ох, что же это я. Сам бурчу на вас молодых и сам же не блюду правила хорошего тона, — усмехнулся он. — В местных краях меня зовут Лесовиком, на севере и востоке — Лешим. Иногда Хозяином Леса, — сказал он и улыбнулся, видя моё непонимание.

— А на самом деле вы кто? — спросил я, понимая, что названные им имена лишь прозвища.

— Если по-вашему научному, — начал говорить Леший, — магическое существо, само зародившееся, первого божественного ранга. Именно так меня назвал последний дипломированный маг этого мира Мардук.

— То есть вы Бог? — в шоке смотрел я на собеседника. Вообще, подобную терминологию я не знал и понял только, что передо мной Божество.

— Нет, — отмахнулся он от моих слов. — Я — дух местности, но в связи с возрастом приобретший девятое начало души. Да, могу получать энергию веры, но не хочу привязываться ни к какому народу конкретно, да и с Саваохом конфликты иметь не хочу. Ты бы знал, сколько времени и сил мне потребовалось, чтобы отвязаться от местности и быть свободным духом.

— А Саваох это местный Бог, захвативший всю власть? — спросил я у Лешего. Буду его так называть.

— Да, и он не чета остальным местным Богам. Под его контролем, если судить по его силам, явно больше сотни миров. А вот твоя знакомая Мара, — указал он жестом в сторону алтаря, — была довольно молодая, когда пришёл Саваох захватить этот мир. Да и все местные были молодые, даже моложе меня в несколько раз. Вот они и проиграли ему бой. Не многие выжили тогда.

— Хорошо, с этим позже разберёмся. Расскажите, откуда знаете про мою расу? — спросил я более волнующий меня вопрос, чем местные божественные разборки.

— Около семи тысяч лет назад твои собратья открыли портал в этот мир и решили его захватить. Первое время шло всё удачно, но потом мы, все магические существа, Боги и маги договорились и дали отпор вашей расе, да такой, что бежали, сверкая пятками, — улыбнулся дух. Видимо, ему приятно вспоминать те события. — Но они успели нагадить напоследок. Каким-то образом отвели основные энергомагистрали Вселенной в сторону от мира. С тех пор магия стала хиреть, и нам, магическим существам, пришлось впадать в спячку.

— А как же вы сейчас?

— А я сейчас едва ли не в тысячу раз слабее, чем ранее, — грустно усмехнулся Леший. Я даже представить не мог, какой он силы был раньше. Если даже в таком состоянии он на уровне эльфийского мастера второй ступени. — Но не будем о грустном. Какие планы у тебя на будущее?

— Жить. А лучше хорошо жить в этом мире, — сказал я общими словами, не желая распространяться о своих планах незнакомцу.

— Не доверяешь. Ну и ладно. Твоё доверие мне пока не нужно. Ты уже сделал то, что купило тебе право тут жить в этом мире. Сейчас в мире работает всего пятнадцать магических источников, и пусть твой слабее любого из них, но ведь это начало. Ты на этом не остановишься. Я прав?

— Скорее всего, да, — ответил я ему, немного задумавшись. — Местный магический фон меня не устраивает.

— Вот и отлично, — потёр он руки. — Я у тебя тут поселюсь на некоторое время, а то к оставшимся магическим источникам меня не пускают.

— Кто не пускает? — Мне требовалось узнать, какие ещё есть конкуренты у меня в этом мире.

— Местные маги. В большинстве своём самоучки, не стоящие внимания. Но есть и сильные, почти как ты.

— Вы же говорили, что в мире нет магических школ? — спросил я, не понимая, откуда берутся маги в этом мире.

— А их и нет. Сейчас в моде личное ученичество, а ты должен понимать, что это ведёт к деградации магического искусства.

— Это верно, — ответил я.

Наш разговор с Лешим затянулся надолго. Уже звёзды появились на небе, а мы всё продолжали общаться. Дух леса в прошлом, ныне свободный дух, знал об этом мире очень много. По его примерным оценкам прошло уже около десяти тысяч лет, как он себя осознал личностью. За это время Леший повидал множество рассветов и падений человеческих цивилизаций. На его глазах разрушилась магическая цивилизация Терры, которая в прошлом смогла после объединения противостоять эльфам, тем самым эльфам, ещё не разделенным на светлых и тёмных — древним эльфам. По словам Лешего, эльфы тех времён буквально жили магией. Он не видел ни одного представителя эльфов слабее, чем я. Да даже несколько эльфийских детей, увиденных им, обладали схожей силой магического дара. Что же произошло с теми древними эльфами, Леший не знал. Он сначала и меня считал их представителем, отправленным на разведку в этот мир с целью определения опасности повторной колонизации. Леший признался, что вначале хотел меня уничтожить по-тихому, но то, что я сам вышел навстречу, заставило его обождать. И сейчас рад этому решению.

По словам Лешего, он уже около месяца чувствовал непонятные магические всплески в этой местности. Но только три дня назад почувствовал изменения магического фона в сторону усиления. Изначально он посчитал, что тут откопали какой-то древний артефакт местные недоучки и активировали его. Но прибыв сюда после окончания всех своих дел, он пришёл в шок, особенно когда увидел следы применения эльфийской магии. В тот же миг он решил как последний оставшийся защитник Терры в живых вступить в противостояние и попробовать уничтожить угрозу повторного прихода эльфов. И это при том, что Леший вполне осознавал свои уже не великие силы и что, скорее всего, в ходе противостояния его ждёт окончательное развоплощение. Но по-другому поступить он не мог из-за данной клятвы душе мира.

Обследовав межмировой маяк, Леший понял, что, скорее всего, эльф, если верить привкусу его магии, прибыл сюда случайно. Его притянуло маяком, несмотря на блокировку межмировых перемещений, которую они поставили ещё в те времена, когда были полны сил. И этот тревожный сигнал означал, что блокировка стала спадать, скорее всего, ввиду нехватки энергии, а значит, за первым иномирянином могли прийти и другие.

Уже пообщавшись со мной, он обрадовался, что я оказался вполне адекватной личностью и не горю желанием порабощать окружающие страны и становиться во главе всего мира. То, что я придумал способ возвращения магии в этот мир, его вообще привело в экстаз. Даже на таком слабом источнике магической энергии Леший мог за пару сотен лет восстановить все свои силы, а если я продолжу и дальше создавать генераторы маны, то и того быстрее. Конечно, селить такого нахлебника мне не сильно хотелось — самому не хватает маны. Но всё же подумав, я пришёл к выводу, что пусть живёт. Может, чего нового посоветует.

Сначала я хотел рассказать ему про метод преобразования кинетической энергии в магическую и отправить — пусть сам строит себе. Но, как оказалось, построить-то он сможет, а вот наложить плетение — нет. Классическая магия таким, как он, не подчинялась — только прямое мысленное управление. Леший должен представлять результат и тратить магическую энергию, как бы убеждая реальность, что так и должно быть. При таком методе управления магией затраты маны колоссальны и в нынешней ситуации это огромный минус. Сейчас каждая капля маны важна. Например, для того, чтобы создать огненный шар, Лешему требовалось потратить раз в десять больше маны, чем мне. А всё потому, что плетения не подстраивают физические законы под себя, а временно обманывают их. Лешему же приходилось как раз менять физические законы даже для простого огненного шара. Совершенно разные подходы к управлению магической энергией.

После долгого разговора Леший, попросив разрешения, впал в спячку рядом с генератором маны. Он, как оказалось, на то, чтобы прибыть ко мне с места его постоянного обитания в лесах Сибири, потратил очень много невосполнимой в современных условиях энергии и сейчас хотел вернуть хотя бы затраченное на дорогу. По его оценкам, ему на это понадобится около месяца времени. Мне же посоветовал не запираться одному, поскольку рано или поздно мне понадобится контактировать с местным населением, а пытаться уже сейчас выстраивать отношение с ними. Также он смог объяснить высокое количество одарённых в этой местности. Всё дело в алтаре Мары. Он постоянно оказывал влияние на живущих в округе людей и уже у третьего-четвёртого поколения практически стопроцентно рождались магически одарённые дети. Этими словами Леший меня успокоил, поскольку сам я до последнего считал, что Радинка — эксперимент какого-то могущественного мага по выведению магически одарённых людей. А это, оказывается, побочный эффект жизни рядом с алтарём Богини смерти Мары.

На следующий день, после того как Леший погрузился в спячку, я снова решил выйти в люди, но уже не как человек, а как Леший. Да, решил взять на себя прозвище моего нового знакомого. Просто так выходить к людям в своём истинном виде я тоже не хотел. Мало ли что они могут сделать. По словам Лешего, ещё столетие назад за подозрение в колдовстве в государстве, расположенном в этой местности Российской империи, могли вполне сгноить в подвалах монастырей или сжечь на костре. Сейчас же в большинстве своём охоту на ведьм прекратили, но в случае необходимости церковники могут вспомнить не столь далёкое прошлое.

Вскоре мне повезло наткнуться в лесу на мужчину, попавшегося в капкан. Сейчас он уже не мог кричать, а только стонал, осознавая, что ему никто не сможет помочь на расстоянии трёх километров от села. Он даже меня заметил, лишь когда я подошёл к нему вплотную.

Через силу сконцентрировав на мне свой взгляд, он чуть сознание не потерял, но боль от перебитой ноги его несколько освежила.

— Ты кто? — спросил он сквозь зубы. Я в этот момент кинул в него обезболивающее плетение. — На ангела не похож, да и в жизни я немало грехов совершил. Сам чёрт за мной явился, — сначала удивлённо посмотрел на больше не болящую ногу, а после рассмотрел меня в моём естественном виде, только в одежде из растения для соблюдения имиджа Хозяина Леса.

— Не чёрт я.

Разорался ты в моих владениях, что сам решил посмотреть на такого крикуна.

— Нечисть лесная, — сразу сообразил он, кто я, и исправился: — Извини, Хозяин лесной, не признал тебя сразу.

— Спи, — сказал я и усыпил его.

Сам в это время при помощи телекинеза освободил ногу из капкана. Дальше при помощи медицинских плетений очистил рану от грязи и регенерационным заживил. Мужик до этого обладал небольшим животом с жирком. Но экспресс-заживление потребовало строительного материала, а потому под конец лечения мужик лишился своего запаса жира.

Позже я перенёс его ближе к селу и покинул. Надеюсь, сделанного мною хватит для начала слухов про меня. Также надеюсь, что не приведёт это к началу охоты на меня.

Последующие дни я в основном занимался хозяйством. Следовало обеспечить себя продуктами на долгие зимние месяцы, которые уже не за горами. По словам Лешего, сейчас последний месяц лета, а потому с заготовками на зиму следовало поспешить.

Вообще, про понятие зимы я не сразу понял, поскольку в моём родном мире снег выпадал лишь на крайнем севере, и я там ни разу не бывал. Да, слышал про замёрзшую воду, падающую с неба вместо дождя, но ни разу не видел. Поэтому Лешему пришлось потрудиться, объясняя мне, к чему могут привести несколько месяцев с температурой ниже точки замерзания воды. Это меня довольно сильно обеспокоило, ведь в таком случае и генератор маны перестанет работать, если вода в нём превратится в лед. Этого мне не хотелось. Сейчас, получив свободную ману, вовсе не хотелось её лишаться. А ведь будут ещё проблемы продовольствия. У меня банально не было продуктов. Я до сих пор ел, можно сказать, подножный корм, в основном растительного происхождения, изредка перемежая мясом пойманных птиц. Так что забот у меня выше крыши.

Первым делом я решил себя обеспечить едой на полгода вперёд. Благо, мне, как и любому магу, еду можно частично заменять магической энергией, преобразованной в прану. Так что не потребуются многотонные запасы еды.

Вначале я решил разобраться с образцами местных культурных растений, выращиваемых на огородах. Для этого ночью отправился в Радинку, где и прошёлся по огородам, набирая образцы. С ними я прозанимался около недели, слегка модифицируя для более быстрого роста овощей. Так, мне удалось сделать, что картошка росла всего около двух недель до момента сбора урожая. Капуста — около недели, морковь — четыре дня, репа — полторы недели, огурцы — две недели. Так что растительной пищей я себя обеспечил, а вот за пищей животного происхождения пришлось побегать. Первым поймал молодого кабанчика, которого, убив, поместил в яму-ледник — там отрицательная температура для более длительного хранения. Вслед за кабанчиком попался лось, за ним — олень, пару десятков зайцев и уток. Всё это отправилось в ледник. Температуру в нём поддерживало плетение климат контроля. Обычно его используют для поддержания комфортной температуры в помещении. Мне пришлось немного переделать его, поскольку на отрицательную температуру изначальный вариант рассчитан не был. Теперь же оно могло работать в весьма широком диапазоне температур. Единственная проблема в прожорливости такого варианта плетения климат-контроля. Оно для поддержания отрицательной температуры потребляло около двух процентов маны, произведённой генератором. Но лучше так, чем остаться без продуктов.

После окончания своих хозяйственных забот я вновь отправился в сторону села, а точнее, огородов и полей. Сейчас у них шла пора сбора урожая, а потому практически всё село в поле. Накинув на себя невидимость, я прошёлся среди них. Мне требовалось укрепить своё появление в здешних землях, а потому решил опять кого-то вылечить. Но, к моему неудовольствию, ничего серьёзного у них не было. Меня это не устраивало, а потому пришлось самому спровоцировать несчастный случай. Мне даже много усилий для этого прикладывать не пришлось — всего лишь немного подправить телекинезом движение косы. Всё — мужик едва не отрубил своему товарищу ногу. Коса остановилась, пройдя две трети плоти человека. Почти сразу послышался крик, на который собрались селяне с других участков поля. Довольно быстро сообразили, что делать и наложили жгут выше раны. Когда кровь практически перестала течь, Семён, делающий перевязку, выпрямился и посмотрел на виновника травмы.

— И что теперь делать? — спросил он у него. — Василь, ты же понимаешь, что Михась из-за тебя теперь инвалид на всю оставшуюся жизнь?

— Я не знаю, как так получилось. Ведь всё нормально было, а потом раз — и коса пошла на ногу Михася, — начал оправдываться Василь.

— Так, остановись. Не хочу слушать твои оправдания, — остановил его Семён. — Сейчас Степан с Осипом отнесут его к бабке Милитухе. Посмотрим, что она скажет. — После этого он приказал двум мужикам отнести травмированного в сторону леса, где виднелась хата на краю.

— Хорошо, — только и сказал Василь, не зная куда себя деть.

— Я не понял, почему мы стоим?! Солнце ещё в небе! Всем — работать! — начал кричать староста. — Мы не для этого два года назад стали вольными хлебопашцами! Кто из вас уже выплатил выкуп? — спросил Семён, обводя всех своим строгим взглядом, которому никто не хотел противиться.

— Так-то известно кто — Криштоф. И больше никто, — загудел народ вокруг и стал расходиться на свои рабочие места.

— Так ты ему помог! — выкрикнул один молодой парень и поспешил скрыться за спинами других селян.

— А ну-ка, Гриня, ходь сюда, — тихо, но так, что все окружающие услышали, произнёс Семён, смотря в глаза парню. — Я что, не мог помочь родичам со стороны жены? — спросил на повышенном тоне он.

— Так-то нет, мог, конечно, — сразу потерял свой запал Гриня. — Я то ж к чему сказал, что мы сами работаем, а ему помогли, вот и выплатил он выкуп уже, — еле промямлил он.

— Ладно, давай иди работать, — приказал ему Семён и сам вернулся к своему участку поля.

Я же тем временем отправился за троицей, направляющейся в хату на отшибе деревни. Наличие своего целителя в селе, честно говоря, не учитывал. Да я даже не знал про это. А бабка Милитуха, судя по всему, как раз ею и является, раз потащили к ней раненого.

Михась на удивление не кричал и не плакал от боли. Он просто стиснул зубы и терпел. Судя по скрипу зубов, ему очень нелегко сейчас. На подходе к хате там распахнулись двери, и из неё выбежала женщина, уже немолодая, но ещё не старуха. Я же, присмотревшись к ней в магическом зрении, убедился, что она магически одарённая, причём с активным даром.

Почти сразу, как она увидела окровавленную ногу, запричитала и приказала мужикам нести пострадавшего в дом, куда и я проскользнул следом за ними. В доме того положили на большую широкую лавку и встали в сторонке. Но женщину это явно не устраивало. Она, глянув на них, строго сказала:

— Быстро встать по бокам и держать крепко Михася. Я сейчас буду рану зашёптывать и сил боль убрать у меня уже не будет. Не дай Боже дернётся — так ноги лишится! — прикрикнула она на мужиков, принёсших раненого.

— Бабка Милитуха, я крови боюсь, — сказал один из мужиков, хватаясь за бок раненого и стараясь не смотреть на рану Михася.

— Иш ты, лоб вырос, двадцатый год пошёл, а он крови боится! — прикрикнула бабка и, разорвав штанину, приступила к лечению.

Я думал, что она воспользуется каким-то плетением, подстёгивающем регенерацию, но всё оказалось не так. Бабка, наклонившись над раной, заговорила:


«Господь Бог,

Приди в рёбра Своя,

И яко же Бес креста боится,

Тако же и кровь

Из ран прекратится!»


И что удивительно, кровотечение действительно остановилось практически мгновенно. Такого эффекта я не ожидал. Всмотревшись магическим зрением в этот процесс, увидел очень тонкие энергетические скобы, которые скрепили рану, из-за чего и перестала течь кровь. Но что странное, это действие требовало само по себе очень мало маны, а из магического резерва бабки исчезло в неизвестном направлении едва ли не в десять раз больше маны, да и скобы энергетические создавала явно не бабка. Даже мне такую тонкую работу будет сделать не просто, а тут они практически мгновенно появились. Было ощущение, что бабка к кому-то обратилась за помощью, и этот кто-то взял и остановил кровотечение, прихватив при этом большое количество маны в качестве оплаты. Бабка, вытерев выступивший пот, промыла от крови рану и продолжила:


«Во имя Отца и Сына и Святого Духа,

Забираю, заклинаю раба Божьего Михася

Под крыло Херувима,

Под опеку Серафима.

Словом Божьим заговариваю,

Его делами чудесными,

Силами Его небесными,

Тело раба Божьего Михася

От раны резаной, калёной, огневой и любой.

Господи Боже, спаси и сохрани.

Ключом запираю, Божьим покрывалом

В броню одеваю.

Прими, Матушка Богородица,

Молитву мою,

Исцели рану раба Божьего Михася.

Аминь».


В этот раз я внимательно наблюдал за процессом нашёптывания и смог ощутить, как произошло небольшое пространственное искажение. В ту же секунду рана Михася стала быстро регенерировать. Правда, только мягкие ткани, а кость так и осталась наполовину перерубленной, лишь слегка уменьшилось расстояние между разрубленными краями. Бабка Милитуха же сразу потеряла сознание и упала на пол. Как оказалось, в этот раз тот, кто заживлял рану, пожадничал и прихватил всю оставшуюся ману в резерве женщины и даже немного праны, из-за чего и она потеряла сознание. Мужики, увидев, что раны больше нет, отпустили кричавшего только что Михася. Обезболивание к лечению действительно не шло, так что Михась терпел весьма серьёзную боль.

— Михась, ты как? — спросил Степан, который боится крови. Он и сейчас старался не смотреть на окровавленные пятна и глядел прямо в лицо Михасю.

— Сейчас уже хорошо. Но эта ведьма явно специально больнее сделала, — сказал он, спрыгивая с лавки. Он с трудом смог устоять на ногах, но при помощи своих знакомых всё-таки удержался. — На тебе, ведьма! — с ноги ударил Милитуху Михась в грудь. — Это тебе за боль, тварь колдовская! — крикнул он и ещё раз ударил женщину, находящуюся без сознания.

— Михась, она тебе ногу спасла. Не надо так к ней относиться. Если бы не она, то ты инвалидом на всю жизнь остался бы, — попробовал успокоить своего товарища молчавший до этого Осип и оттянул от бессознательного тела бабки.

— Осип, не лезь! Может быть, это она и дёрнула руку Василя специально! — крикнул явно плохо соображающий Михась. Мне такое поведение показалось странным, и я осмотрел его магическим зрением. Как оказалось, я прав. От этого лечения нормаль эмоционального состояния сместилась в негатив. Хотя, может быть, у Михася и ранее так было. Я ведь раньше так глубоко его ауру не рассматривал.

— Михась, ещё один удар — и разбираться будешь с Семёном. Если бы не она, ни тебя, ни меня тут не было бы. Или тебе напомнить, кто в голод принимал у матерей роды? У всех, кто, как и ты к ней относился и не захотел рожать у неё, ни один ребёнок в те года не выжил. И сейчас ты так её благодаришь за свою жизнь? А теперь ещё и здоровье? — спросил Осип у Михася, который начинал уже успокаиваться, но всё равно оставался при своём мнении.

— А что же она не спасла мать в прошлом году от горячки? — спросил тот грубо у Осипа.

Ответа я уже не услышал, поскольку мужики вышли из хаты и побрели обратно на поле. Я же решил остаться тут и поподробней попробовать выяснить, что тут происходило. Слишком непонятный метод лечения получался. О чём-то подобном даже и не слышал ни разу.

Сначала я решил несколько подлечить Милитуху. У неё помимо общей слабости от довольно грубого вырывания приличного количества праны и ушиб внутренних органов, и даже разрыв селезёнки. Я могу сказать с уверенностью, что Михась в приступе гнева убил бабку Милитуху. Ей сейчас оставались считанные минуты до того, как внутреннее кровотечение её убьёт.

Первым делом требовалось тело подкачать праной, иначе она просто не выдержит лечения. Честно говоря, я сейчас даже и не понимал, как бабка с таким малым количеством жизненной энергии жива.

Прежде чем перелить ей прану, пришлось при помощи специального плетения адаптировать под прану Милитухе — всё-таки она человек, и моя прана её просто и без затей убьёт в считанные секунды. А уже преобразованная прана практически сразу стала лечить организм женщины. Мне же теперь требовалось заживить селезёнку и вычистить внутреннюю полость брюшины от крови, успевшей скопиться там. Можно, конечно, применить и универсальное целительное плетение, но оно тратит маны на порядок больше. И хоть сейчас я смогу довольно быстро восстановить свой магический резерв возле генератора, но бессмысленные траты всё равно не приемлю.

Работы у меня было на полчаса времени, поскольку ещё потребовалось сводить ушибы от ударов придурка Михася. Если бы не я, то Милитуха до вечера бы не дожила. После лечебных процедур при помощи телекинеза положил Милитуху на лавку, предварительно очистив от крови бытовыми плетениями. Сейчас её обморок перешёл в здоровый сон, и я его прерывать пока не собирался. Сейчас у меня в планах обыскать дом. Может быть, найду что-нибудь полезное или просто интересное.

Закрыв дверь на засов, я снял невидимость, которая ела мой магический резерв с весьма неплохой скоростью, и приступил к поискам. Первым делом решил осмотреть всё в магическом зрении в поисках артефактов или амулетов. Вначале ничего не мог найти, кроме пучков засушенной травы, имеющей в себе каплю природной маны. Но уже минут через десять за печью обнаружил довольно неплохо оборудованный тайник. Если бы не слабое свечение в магическом спектре, то я его бы не обнаружил — слишком качественно он заделан. Отключив ради проверки своей догадки ментальную защиту, я моментально потерял его из виду. Как оказалось, тайник обладал помимо хорошей визуальной маскировки ещё и отводом глаз, построенном на неизвестном мне принципе магии. В плетении, используемом для отвода глаз, я не смог найти ни одного знакомого элемента, а значит, наши школы построения плетений ничего не имели общего. Это меня как исследователя сразу заинтересовало. Я уже бросился зарисовывать схему расположения энерголиний и блоков магических структур, как опомнился и вспомнил, что нахожусь сейчас далеко не дома и не стоит сейчас погружаться в исследования.

Зная себя, могу сказать, что если предмет исследования интересен, то я забывал об окружающем мире и мог днями ни есть, ни пить, ни спать, а потому сейчас себя мне следовало несколько сдерживать. А вот в тайнике ничего интересного не было. Там лежала лишь рукописная книга с рисунками. В ней изображались местные растения и рецепты лекарств, которые можно из них приготовить. Единственное, что стоило упоминания, все зелья требовали вливания маны в определённый момент приготовления. Правда, в рецептах про ману не говорилось, а говорилось, что необходимо вкладывать частичку души. Душу так просто не поделить, а значит, имелась в виду внутренняя энергии. Другим словом, мана.

Зачитавшись, я даже и не заметил, как моя недавняя пациентка проснулась и сейчас смотрела на меня, с ужасом что-то шепча. Я даже ради интереса решил прислушаться к её словам и понял, что это очередное обращение к Богу, как и при лечении, только в этот раз оно звучало по-другому.

— Во имя Отца и Сына и Святого Духа. Сгинь, нечистая сила. Аминь, — повторяла она это по кругу.

После каждой фразы целовала серебряный крест, крестилась и снова повторяла.

— Ну привет, Милитуха, — обратился я к ней, откладывая книгу в сторону. Позже надо будет переписать себе рецепты этих зелий.

— Сгинь, нечистая сила! — крикнула она и облила меня водой из кружки. Если я не ошибаюсь, по словам Лешего, местные представители нижнего плана при этих словах испытывают приступ боли. Мне же, не имеющего ни малейшего отношения к ним, всё равно на все эти сказанные фразы женщины.

— Успокойся, — сказал я ей. Милитуха действительно успокоилась, когда поняла, что её действия не привели ни к какому эффекту, а значит, я действительно не имею никакого отношения к чертам и прочей нечисти местного пантеона.

— Кто ты? — спросила она, уже не так сильно испуская в пространство страх, как минутой ранее.

— В какой-то мере я всё-таки нечисть, — начал говорить я женщине. Та на мои слова встрепенулась. — Я — лесная нечисть. Или, как вы называете, Хозяин Леса.

— Леший, что ли? — спросила она с удивлением. Что странно, как только она узнала, кто я, сразу перестала меня бояться.

— Он самый.

— А не брешешь? — с подозрением спросила она. Я для того, чтобы доказать, создал иллюзию леса вокруг нас. По словам Лешего, для его вида иллюзии или по-местному мороки как раз являются специализацией.

— Морок, — удивлённо сказала она. — Да какой хороший. — Сейчас у неё даже пропали слова паразиты из речи, и она стала очень правильной. Видимо, из-за удивления забыла прикинуться недалёкой бабкой. — Прямо как у учителя. — Явно морок она раньше видела, а значит, знакома как минимум с одним магом.

— Именно, — гордо сказал я. Хотя чего гордиться, если подобную иллюзию может сделать любой одарённый через пару недель после начала обучения магии. — Это наш основной дар.

— Ладно, будем считать, я тебе поверила, — произнесла она, посмотрев на меня серьёзным взглядом. — Из тебя такой же Леший, как из меня селянка, — продолжила она, садясь за стол. — Ты не думай, что я совсем ничего не знаю. Я почти два года училась у целителя, пока учителя не убили гвардейцы в Санкт-Петербурге. И с вашей магической братией знакома. Так что вас привело сюда, господин маг? — раскусила меня якобы знахарка за несколько моих фраз.

— Живу я тут рядом, — решил я ответить частично правдиво. — Вот и пришёл посмотреть, кто ещё рядом с моим домом обитает. А тут смотрю, одарённая.

— Ну что? И как я вам, господин маг? — ехидно усмехнулась женщина.

— Как маг, честно говоря, не очень. Как возможный сосед, то очень не плохо.

— А вы думаете, много можно выучить у самодура-учителя за два года, когда он большую часть времени проводит на пьянках? — спросила она с вызовом. — Если не нравится, можете меня сами выучить так, как хотите. Я против не буду, — усмехнулась та мне в лицо.

— Надо подумать над этим, — задумался я над предложением женщины. Мне ведь действительно требуются свои доверенные люди. Так почему бы и не начать с неё, обучив чему-то простенькому, тем более и магический дар у неё активен, хоть и не силён, лишь слегка превышает уровень подмастерья. Но перед этим я решил узнать по поводу применяемых ею плетений. — А что за магия, которую ты применяешь, зачитывая стишки?

— Вот из-за этого моего учителя и убили. Он разгадал метод, при помощи которого церковники делают свои чудеса, — начала рассказывать женщина. — Есть определённая комбинация звуков, при которой происходит магическое воздействие определённого типа. Учитель выяснил, что эти комбинации зашифрованы в некоторых молитвах. И если их произносит одарённый, то и будет эффект. По мнению учителя, это церковная магия и запросы, зашифрованные в молитвах, выполняют ангелы или что-то подобное, — очень интересные вещи она рассказывала. — Каким-то образом церковь узнала про открытие учителя и того по навету гвардейцы убили. Мне же пришлось бежать из столицы, поскольку и меня хотели отправить вслед за учителем на тот свет.

— А как в общем церковники относятся к магам в империи? — спросил я сильно интересующий меня вопрос.

— Не любят, очень не любят, но ничего поделать не могут. При дворе уже около ста лет есть свой маг, правда, об этом знают лишь другие одарённые и церковники. Пётр Первый принял на службу сильнейшего мага того времени. Он и сейчас придворный маг, хотя самого Петра нет около восьмидесяти лет, — сказала она, усмехнувшись.

— Хорошо, я согласен на твоё обучение, — сказал я. — А теперь забирай самые ценные вещи. Уходим.

Через час мы уже покинули Радинку и отправились в сторону алтаря. К нему провожать Екатерину — так её зовут на самом деле — я не собирался, но вот там, где решил вырастить себе дом из дерева, и будем жить.

К вечеру она выбилась из сил. Уложив её спать в спальный мешок из травы и накинув на неё плетение климат-контроля, сам отправился отдыхать. С непривычки день выдался богатым на события.



Глава 6.


Первые несколько дней, после того как я привёл к своему месту жительства Екатерину, женщина только ела и спала. На что-то большее её сил банально не хватало. Ещё вчера у неё благодаря моей подпитке, преобразованной праной, хватило сил пройти эти несколько километров от её дома до моего убежища, хоть и последние километры она шла с трудом. Едва дошли до места, как Екатерина завалилась и не могла встать на ноги. Мне пришлось при помощи телекинеза укладывать её спать — у неё самой сил не было, причём она уже в этот момент спала. Организм пытался хоть таким образом компенсировать затраты энергии. Сейчас же её организм требовал отдыха — вчерашнее экспресс-лечение внутренних органов давало о себе знать. У неё и так состояние здоровья далеко не идеальное, а тут ещё травма внутренних органов, откачка большого количества жизненной энергии и как апофеоз скоростное лечение внутренних повреждений. После такого лечения и здоровому мужику будет некоторое время не по себе, а тут пожилая женщина. Так что в её состоянии ничего удивительного не было. Наоборот, удивительно, что она сама дошла и при этом не жаловалась на свою усталость, как сделало бы большинство моих знакомых девушек из прошлого мира. Хотя и видно было, что ей это стоило всех своих сил.

Как я смог понять, жизнь простого населения в современном мире далека от идеала. Тут в Радинках это ещё не очень чувствовалось, но во многих сёлах простой народ умирал от города. Очень часто дети даже не доживали и до первого своего дня рождения в силу банального недоедания и ослабления и так немощного человеческого иммунитета. Местные помещики, их можно назвать ещё дворянами или рабовладельцами, относились к простому народу потребительски. Если быть честным, они часто своих крепостных даже за людей не считали, так — движимое имущество. Я, побыв в своём детстве в рабстве, к самой идее порабощения относился весьма негативно. В своём родном мире ничего не делал по этому поводу в связи с тем, что простому полукровке пойти против устоев общества не под силу. Тут я тоже пока что не собираюсь нести в народ идеи всеобщего равенства, по крайней мере, пока не разберусь с местным обществом получше.

В местности, в которой я остановился, дела обстояли несколько проще. В том же селе Радинки не осталось ни одного крепостного. В Российской империи недавно был принят закон о «Вольных хлебопашцах». Он позволял крепостным крестьянам выкупить себя и осесть на земле для отработки выкупа. Да, в реальности это не так хорошо, как прописано в законе. Мало кто из крепостных мог себя выкупить, а значит, очень часто они возвращались в своё практически рабское положение. В Радинках же уже сейчас есть несколько человек, которым удалось выкупиться у помещиков, но в основном за счёт помощи родственников. К сожалению, самому крепостному крестьянину заработать на выкуп практически не реально. Слишком сложные условия выкупа ставили помещики. Но у местных под крепким и умелым руководством Семёна имелись все шансы в будущем стать по-настоящему вольными людьми. Одной из причин такой ситуации помимо умелого руководства старосты была необычайная урожайность окружающих село земель. По приказу Семёна местные даже скрывали излишки урожаев и продавали через неофициальные каналы, чтобы не привлечь лишнего внимания властей к этой особенности земли.

Причину этой урожайности местные жители не знали, зато её знал я. Как оказалось, наличие даже столь слабого действующего алтаря Богини действует на окружающие земли плодотворно. И это всего лишь пассивное воздействие практически умирающего алтаря. Сейчас же, после того как я несколько подкормил Богиню, это пассивное благотворное воздействие даже несколько усилится. Одно хорошо: местные это, скорее всего, не заметят, поскольку сейчас уже в разгаре сезон сбора урожая, а значит, до весны вряд ли усилившиеся урожайные свойства земли кого-то удивят. Повышенные урожаи позволяли смотреть местным в будущее с оптимизмом в отличие от жителей других сёл. Помещики выдавливали последние капли из своих, будем откровенными, рабов.

Я же, пока моя будущая ученица отходила от последствий скоростного лечения, занимался улучшением её организма. Раз уж решил взять себе в личные ученицы, стоило привести в нормальное состояние, а то ведь по прогнозам диагностического плетения у неё осталось не более пятнадцати лет активной жизни. За этот срок я разве что основы и смогу передать ей. Да и смысла тогда обучать не будет. Я всё же хочу получить из этой женщины в будущем одного из своих ближайших соратников. А если она уже через пятнадцать лет помрёт, смысла тратить на неё много времени никакого. Поэтому мне стоило поработать с Екатериной весьма серьёзно.

Первым делом стоило откормить её, а то планируемые мною изменения организма выпьют женщину до смерти в связи с отсутствием строительных материалов. К сожалению, нормальной пищи не было. А ведь я мог пройтись по закромам сельчан и набрать всего необходимого под невидимостью с расчётом на восстановление ученицы. Но как-то сразу это мне не пришло в голову, а сейчас нельзя покидать Екатерину, иначе все мои усилия по её лечению могут пойти насмарку. Была лишь та еда, что мы прихватили, уходя из её дома, да мясо, заготовленное мною на зиму. Если учитывать отношение местных к Екатерине, то становилось понятно, какая у неё еда. Но и так обильное питание при непрекращающейся подпитке праной и стимуляция практически полного усвоения полезных веществ из еды всего за несколько дней превратили её из скелета, обтянутого кожей, в относительно нормально выглядящую женщину. Теперь её точно уже никто не посмел бы назвать старухой. Она выглядела обычной женщиной средних лет.

В таком плохом состоянии её здоровья виноваты не только довольно частые побои от местных жителей, но и постоянное недоедание, несоблюдение простейших норм гигиены. Ну и очень сильно, конечно, влияет её метод колдовства. Нормальной магией я его назвать не могу — всё-таки все действия за тебя выполняет некая сущность, а ты лишь рассчитываешься маной или праной. Это очень схоже с классическим колдовством, когда пользуешься заёмными от иных сущностей возможностями и силами. Вся разница, что при методе, используемом Екатериной, расплачиваешься за всё своей энергией, не заёмной. Моя будущая ученица не имела даже малейшего понятия, как работала магия, которой она пользовалась практически каждый день. Её прошлый учитель не удосужился дать даже малейшее объяснение принципов работы церковных заклинаний, так что досталась мне ученица практически с нулевыми познаниями в искусстве магии.

В какой-то степени метод магического оперирования, используемый моей ученицей, похож на такой раздел магического искусства как шаманство. Хоть оно и не популярно среди моего народа, но в принципе довольно хорошо изучено. От общего количества эльфов, связавших свою будущую жизнь с магией, шаманами являлись менее одного процента. Среди эльфов великих шаманов очень мало. На самом деле практически не было. Я знал лишь про одного великого шамана, такого же полукровку, только от союза эльфийки и орка. Длинное Ухо — такое имя ему дали в племени орков, где он родился и жил до захвата эльфами стоянки. Он с самого детства с духами на «ты». Они часто выполняли его просьбы, даже не требуя оплаты. Вот и при нападении он при помощи духов смог сдерживать два эльфийских полка в одиночку, пока остальные соплеменники, включая бывшую рабыню — его мать, эвакуировались.

Тогда Длинное Ухо умудрился перемолоть более шестидесяти процентов нападавших войск. Полковые маги ничего не могли сделать с защитой, выстроенной шаманом заблаговременно. Вообще, если шаману дать достаточно времени, он практически на пустом участке земли может обороняться чуть ли не вечно. Но как бы ни был хорош шаман, у эльфов магов банально больше, да и маги примерно его уровня также в достаточном количестве.

Когда командование поняло, что их атака на стоянку орков захлебнулась, они запросили помощь из столицы. Помощь таки прибыла. И не простая, а в виде пяти магистров боевой магии, которые и скрутили этого талантливого полукровку. Успехами Длинного Уха восхитились даже в столице, и командование приняло решение перевербовать его. При помощи архимага-менталиста полуорку-полуэльфу промыли мозги, и Длинное Ухо стал цепным псом эльфийского государства, пока не умер от рук своей матери-эльфийки, защищающей его братьев и сестёр, которых он собирался убить.

В шаманстве ты сам контролируешь призванных духов и сам решаешь, сколько им необходимо платить и чем в зависимости от того, насколько выгодно получится заключить контракт. В методе, который использует Екатерина, колдующий лишь выполнял призыв, при помощи комбинации звуков активируя грандиозное по масштабу магическое плетение, подвешенное над поверхностью всей планеты. В ответ на призыв являлась неизвестная сущность и выполняла просьбу, зашифрованную в призыве. Это могла быть просьба лечения или защиты, по словам Екатерины, даже зомбирование. Но она такой молитвы или заговора не знала и лишь слышала об этом от учителя.

Моя ученица вообще знала весьма ограниченное количество различных церковных заклинаний. Большему её не смог научить учитель в связи со своей скоропостижной смертью. Так, немного подлечить, защитить от проклятья, немного отвода глаз и всё. Зельеварение она учила уже сама в дороге, пока добиралась до этих земель. Такой метод облегчал очень сильно магическое оперирование, но маги, обученные лишь этому методу, станут абсолютно обычными людьми, едва покинут зону действия плетения или если им заблокируют доступ к призывам. Я считаю, что полноценный маг должен быть полностью независим от внешних условий. Он должен уметь себя полностью обеспечить в любых условиях только за счёт своей магии. Понятное дело, что это в идеале и, скорее всего, недостижимом, но всё равно стоило к чему-то стремиться. Так почему бы не к этому? Хотя и некоторые плюсы в этом способе были, а именно — скорость обучения. Достаточно выучить несколько комбинаций звуков и всё — ты уже маг, который может выполнять магические действия. И судя по тому, что я видел при лечении Михася, результат получается как у классического мага с опытом минимум в полстолетия. Призываемая сущность оказывала очень тонкие и чёткие воздействия. Даже я их повторить смог бы далеко не с первого раза.

Как я узнал, Екатерине сейчас всего пятьдесят два года. Для местных это, конечно, уже весьма зрелый возраст, но не для магов. В основном сельские жители в этом возрасте считаются едва ли не стариками. В городах обстановка несколько лучше, точнее, не в городах, а в более обеспеченных слоях населения. Нередки случаи жизни обычных местных людей и до восьмидесяти лет. В сельской местности же часто и до возраста Екатерины не доживают в связи с болезнями, голодом, тяжким трудом на грани возможностей вида, антисанитарией и прочем. По её словам, сейчас жизнь стала более терпимой, чем в детстве.

У Екатерины раньше было шесть братьев и две сестры. Только два брата и она смогли дожить до десятилетнего возраста, когда дети уже считались условно взрослыми, и могли выполнять взрослую работу. Остальные её братья и сёстры не выдержали условия окружающей среды. Следует добавить, что в детстве она была крепостной, если нормальными словами — рабом. Сейчас же Екатерина формально ею и осталась, но её хозяин мёртв и официальных наследников у него не осталось. К счастью, рабство у местных только социальное. На магическом уровне статус раба никак не закреплялся, а потому и отличить раба и вольного человека довольно сложно.

Екатерину в двенадцатилетнем возрасте помещик, владеющий деревней, в которой она проживала со своей семьёй, продал магу, который заинтересовался ею. Представлялся он, естественно, не магом, а заграничным доктором, ищущим материалы для своих исследований. Именно этот маг и стал в будущем её первым учителем, хотя я бы его таким не назвал. Правда, первые несколько лет маг, купивший Екатерину, и не собирался брать её в свои ученицы. Он использовал её действительно только для проведения различных экспериментов над одарённым человеком. Впрочем, не забывал использовать и как женщину в свободное время.

Только спустя несколько лет такого рабства, что в разы хуже, чем у помещика ранее, он взялся за её обучение. И то это связано с тем, что, несмотря на свою жизнь в откровенно ужасных условиях, она не потеряла свою любознательность, а потому пыталась вникнуть в исследования мага. И только когда у неё случайно получилось воспроизвести заклинание лечения, просто подсмотрев, чем занимается маг. Он решил её всё-таки обучить и посмотреть, что получится из человека, владеющего лишь церковной магией и не принадлежащего при этом церковным структурам.

Конец этого мага был в принципе предсказуем — не одиночке противостоять против многовековой организации, которая практически покорила весь мир. Кто-то из пациентов, на которых тренировалась Екатерина, где-то проговорился и слухи о новой святой лечащей молитвой довольно быстро дошли до церковных властей. Естественно, такое положение вещей им не понравилось, а потому и не странно, что попытались устранить Екатерину и её учителя. Но маг оказался не так уж и плох в своём искусстве, а потому подосланные убийцы просто не смогли добраться до него.

Церковь же решила пойти с другой стороны и поделилась с Тайной Экспедицией, что некий немецкий доктор планирует переворот. Естественно, такие сведения местная служба безопасности просто так мимо ушей пропустить не могла и отправила для захвата гвардейцев, которые и убили мага при попытках его противостояния посланным за ним солдатам. Екатерине же удалось при помощи подаренного амулета отвода глаз покинуть столицу и сбежать. Возвращаться в свои родные края она побоялась, а потому и осела в глуши, в деревне Радинка, где довольно прохладно относились к церкви. Со временем она стала помогать местным в силу своего магического дара и своих невеликих знаний магического искусства. К ней и так местные относились настороженно как к чужачке, а после демонстрации дара и вовсе стали презирать, но всё-таки пользовались её услугами.

Первым делом на следующий день после нашего прибытия я провёл клеточный анализ организма Екатерины, чтобы выяснить возможности её вида — всё-таки это моя специализация, и в ней я разбирался лучше всего. Для этого пришлось создать весьма сложный комплекс плетений полевой лаборатории. В прошлой жизни я всего раз двадцать его создавал, когда материалы исследования не было возможности привезти в лабораторию — слишком большая нагрузка идёт на сознание, которое комплекс использует в качестве вычислительного элемента. Сейчас, после некоторого скачка моих ментальных возможностей, мне будет легче переносить эту нагрузку на своё сознание. Ранее я как-то особо не стремился лечить людей, тем более в моём родном мире — у нас с ними шёл непрекращающийся, вялотекущий военный конфликт. Так что данных по людям моего родного мира у меня не было. Только так, общие общеизвестные факты, а если учесть, что в эльфийском государстве поддерживалась идея превосходства над всеми другими видами разумных, то и этим фактам следовало доверять только после проверки.

Можно сказать, я изучал совершенно новый вид разумных. Наверное, зря раньше не хотел изучать другие расы, а ведь предлагали, но я тогда был твёрдо уверен в том, что мои возможности необходимо тратить исключительно на возвеличивание расы эльфов. Вот такой я дурак раньше был. Сейчас проводил изучение человеческого организма впервые на таком глубоком уровне. До этого встреченных мною людей в этом мире я сканировал лишь поверхностно для того, чтобы только определить к какому виду разумных они принадлежат. В родном мире людей встречал только в качестве рабов у нескольких знакомых мне эльфов.

Первое, что мне не понравилось, это весьма ограниченная продолжительность жизни местного человека. Хотя и в моём родном мире люди не отличались высокой продолжительностью жизни, но всё же, если я правильно помню, жили они дольше. Но больше всего мне не понравилось то, что, судя по состоянию клеток организма и их структуре, продолжительность жизни у местных людей искусственно ограничена. А если учитывать нынешнее состояние клеток, то прошло с момента вмешательства в продолжительность жизни местных людей никак не меньше пяти тысяч лет. По моим расчётам в идеальных условиях современный местный человек может прожить до девяноста-ста десяти лет. Вроде бы и неплохой срок жизни получается, но, как я слышал, люди в моём родном мире в некоторых случаях жили до двухсот лет. Так что такое ограничение жизни почти в два раза мне сильно не нравилось. Но это в случае, если человек не одарённый. В случае одарённости срок жизни вырастал пропорционально силе магического дара. Магия так просто своих адептов на тот свет не отпускает.

Помимо продолжительности жизни магический дар усиливает иммунитет, причём иногда до такого уровня, что никакие естественные болезни не могут затронуть мага. Также и все физические характеристики повышаются просто от пропитывания своей магической энергией. Так, если бы Екатерина жила в идеальных условиях, то могла вполне протянуть до ста пятидесяти-ста семидесяти лет со своим довольно слабым даром едва выше подмастерья третьего ранга. Но жизнь, которую ей пришлось прожить, слишком подорвала её здоровье, и без моего вмешательства Екатерине оставалось не больше пятнадцати лет активной жизни или до смерти около двадцати. Меня это категорически не устраивало. Ради такого короткого срока заморачиваться личным обучением вообще смысла никакого.

Я же при помощи магии жизни мог несколько отдалить момент её смерти. И если она не сможет даже развить свой магический дар больше, чем он есть сейчас, то и так лет на тридцать проживёт дольше запланированного срока жизни. Вообще, процесс увеличения срока жизни происходит из-за естественных мутаций клеток от пассивного воздействия магической энергии. Причём важно, чтобы это была именно её магическая энергия.

Чисто теоретически можно создать искусственное магическое поле высокой плотности, подстроенное под её собственную ману. В таком поле эта мутация должна пройти сама по себе и без развития магического дара. Но, к сожалению, я даже не представляю, каким образом можно создать подобное магическое поле — слишком уж у каждого обладателя магического дара разная магическая энергия. Похожую создать не проблема, но она без стопроцентного совпадения правильно влиять на естественную мутацию клеток не будет. Она может привести к крайне неудачным и даже вредным мутациям. По мнению некоторых исследователей, именно так появились некоторые подрасы разумных. А вот если Екатерина всё же займётся своим развитием как маг в полную силу, то тут я уже ничего прогнозировать не могу. Если верить результатам моего исследования её организма, то местный человек при достижении определённого уровня магической силы может остановить своё старение полностью, но какой для этого требуется уровень, мне определить не получилось. В этот момент мне даже стало несколько завидно, ведь у нас, эльфов, развитие магического дара могло лишь отодвинуть естественный конец. Да, архимаги могли жить тысячелетиями, но и они всё же старели и без специальных ритуалов, официально запрещённых в государстве, рано или поздно любой эльфийский маг умрёт. А тут же целый мир разумных, которые при своём магическом развитии могут стать поистине бессмертными. Достаточно направить местную цивилизацию по пути магического самосовершенствования и через несколько тысячелетий они станут самой могущественной расой во всей мультивселенной, особенно если учитывать скорость их обучения, ведь как бы мы, эльфы, ни хвастались своим превосходством, стоило признать, темп жизни короткоживущих видов очень превосходит наш. И если мы над какой-то проблемой можем размышлять годами, то короткоживущие не могут себе это позволить и решают в разы быстрее, пусть и часто ошибочно.

— Так что продолжительность твоей жизни будет зависеть только от тебя. Насколько ты будешь трудиться и насколько будешь выполнять мои указания для своего развития как мага, — закончил я рассказывать перспективы её дальнейшей жизни в том случае, если она всё-таки станет моей личной ученицей, а не просто помощницей в некоторых делах.

— Я на всё согласна, лишь бы не терпеть больше такого отношения ко мне со стороны окружающих людей. Я в последнее время едва сдерживалась, чтобы не ответить им тем же и не перетравить всю деревню к чертям, — отложив в сторону от себя пустую тарелку, сказала она, твёрдо смотря мне в глаза и сжимая кулаки. Видно, что Екатерина мои слова приняла весьма серьёзно.

— Раз так, ученица, то приступим к твоему обучению прямо сейчас, — начал я, получив её согласие. — Но сначала нам необходимо заключить магический контракт между учителем и личной ученицей. Он требуется для того, чтобы мы не могли предать друг друга, — объяснил я женщине, слушающей меня очень внимательно, ловя каждое моё слово.

— Что в себя включает этот контракт? — спросила Екатерина серьёзным голосом. Меня радует, что она не бросилась его заключать сходу, а сначала решила узнать, чем он будет ей грозить и на каких условиях. Значит, головой думать умеет, а это одно из важнейших условий в обучении, даже более важное, чем сила магического дара, ведь его можно со временем и натренировать.

— Читать умеешь? — спросил я, поскольку знал, что многие местные люди не владели грамотой. В крайнем случае, мог обучить грамоте при помощи ментальной передачи знаний, но я не силён в магии разума, а потому не хотелось рисковать её рассудком.

— Конечно. Мой прошлый учитель научил меня читать и писать, чтобы меньше его тревожила во время учёбы, — ответила она с лёгкой обидой. Видимо, возможную свою безграмотность она считала оскорблением. — Помимо русского языка я владею французским и немецким языками, правда, уже давно не практиковалась на этих языках.

— Вот и хорошо, — ответил я. — Держи, вот тебе контракт, записанный на листе бумаги. Пока ты спала, я всё подготовил. Тебе сейчас следует выучить наизусть написанный текст контракта. Если будут вопросы, то задавай не стесняясь. Я теперь твой учитель, а потому обязан отвечать даже на самые глупые вопросы, касающиеся твоего обучения.

— Хорошо, учитель, — сказала она с кивком головой и приняла из моих рук лист бумаги. Судя по тому, как быстро двигались её глазные яблоки, она действительно читала с очень приличной скоростью. Явно с большей, чем я на местном языке.

Вообще, это стандартный договор на обучение, который включал в себя мои обязательства обучения и обеспечения Екатерины всем необходимым для этого. А с её стороны обязательство меня слушать, стараться изо всех сил постичь магическую науку. Ну и конечно подстраховка. Заключив этот договор, Екатерина не сможет мне навредить действием или бездействием, если она это будет осознавать. Также не сможет распространяться обо всём, что узнает от меня за время обучения без моего прямого на то согласия.

— Я готова, учитель. — Через полчаса ко мне подошла моя будущая ученица и вернула лист с написанным контрактом.

— Раз готова, то мы сейчас начнём. — После этого я сформировал магическое плетение из раздела магии разума. Именно оно сейчас будет внедрять в наше сознание ментальные закладки, которые будут заставлять нас соблюдать пункты магического контракта. — Я начинаю, после моих слов ты продолжаешь, — сказал я и начал говорить: — Я, Мирунуэль из дома Утренней росы, обязуюсь обучить свою ученицу Екатерину без рода всему, что она сможет принять от меня. Я обязуюсь её обеспечивать всем необходимым на время её обучения. — После я кивнул женщине, моей будущей ученица, и она продолжила:

— Я, Екатерина без роду, обязуюсь слушаться своего учителя во всём, обязуюсь стремиться к овладению магическим искусством. Я под угрозой смерти обязуюсь не распространяться об информации, полученной во время обучения без прямого на то согласия учителя. Я под угрозой смерти обязуюсь не вредить учителю прямо или косвенно, действием или бездействием, — проговорила свои слова Екатерина. В это время ментальные закладки стали внедряться в наше сознание.

Поскольку я не хотел себя чем-либо ограничивать — всё-таки маг очень свободолюбивое существо — пришлось усилить ментальный щит, пока не закончится энергия в плетении магического договора. Как только энергия закончилась, я вернул свой ментальный щит в нормальное состояние. Теперь мне ничто не грозило в случае нарушения договора с моей стороны. Именно из-за этого обычные неодарённые разумные и не любят заключать магические контракты с магами. Ведь они не могли проконтролировать, внедрилась ментальная закладка в сознание мага или ментальный щит переборол её. А вот обычному человеку избежать внедрения закладки практически невозможно, разве что поможет сильный артефакт ментальной защиты, но магу это будет заметно. В случае заключения магических контрактов между одарёнными и обычными людьми, как правило, используются посредники, которые следят за внедрением ментальных закладок у обеих сторон.

— А теперь, ученица, первый урок, — начал я говорить, после того как она пришла в сознание после довольно грубого вмешательства ментальной закладки в её сознание.

— Слушаю, учитель, — сказала она, сев на выращенную мною лавку из дуба. — А голова должна так болеть после заключения магического договора? — решила Екатерина уточнить у меня.

— Поскольку твоё сознание никогда до этого не сталкивалось с ментальной магией, то да. Первые несколько месяцев работы со своим сознанием ты будешь ощущать сильную боль. И она начнёт сходить только после определённого уровня развития его. И что самое неприятное — избавиться от боли можно лишь естественным путём, успокоив ментальную сферу. Никакое плетение или другое магическое воздействие не поможет тебе облегчить своё состояние, — ответил я сначала на её вопрос, а после продолжил: — Итак, на будущее запомни: никогда, ни с кем, ни при каких условиях не соглашайся ни на какой магический контракт; ни в коем случае никому не давай магическую клятву, особенно если в ней используются имена высших сущностей, пока не убедишься, что он не сможет тебе никоим образом навредить, — сказал я, сопровождая свои слова небольшими ментальными импульсами для лучшего запоминания. Сейчас эти импульсы отдавали довольно сильной пульсирующей головной болью, но это в будущем поможет ей выжить.

— А как же этот магический контракт? — спросила она, кривясь от головной боли. — Вы же его так же заключили? — указала Екатерина на несоответствие моих слов и действий.

— А вот тут уже то, чем я отличаюсь от тебя. Я на достаточном уровне владею защитой сознания, а потому на меня контракт просто не подействовал, — ответил я и нагло усмехнулся Екатерине, которая сейчас пребывала в шоке. Я даже не мог определить, какая эмоция превалировала в её состоянии — обида или шок.

— Вы меня обманули, — со слезами в уголках глаз сказала она после минутной паузы.

— И да, и нет, — ответил я с улыбкой. — На меня действительно не подействовал магический контракт, но я всё равно собираюсь заняться твоим обучением магическому искусству. Это своеобразный урок. Ты должна запомнить, что даже самые близкие могут тебя использовать для своих целей, — посылая волну доброжелательности в эмоциональном плане, ответил я.

— Спасибо, — тихо проговорила она. Сейчас я бы и не сказал, что она взрослая, битая жизнью женщина. Она вела себя как маленький, неуверенный в себе ребёнок. — А какая выгода у вас от моего обучения? Ведь вы на это будете тратить много сил и времени.

— Скажу прямо: сейчас никакой, но в будущем, по мере твоего развития, мне понадобится надёжный помощник в моих делах. А кто как не личная ученица, владеющая магией, лучше всего подходит? — спросил я, не требуя ответа.

— Спасибо за доверие. — Мои слова несколько успокоили женщину, и от неё в мою сторону в эмоциональном плане пошла волна благодарности.

— А теперь небольшая лекция по видам магических контрактов, — начал я говорить, а Екатерина потихоньку приходила в себя после наглядного урока, что никому нельзя верить без веской причины, и внимательно слушала мои слова, стараясь не упустить ничего важного. — Первый вид магического контракта — ментальный. Это как раз тот, который мы сегодня заключили между собой. Что он собой представляет?

— Не знаю, — ответила честно Екатерина. Невозможность ответить на мой вопрос её несколько смутила.

— При помощи специального магического плетения создаётся двухсторонняя связь между лицами, заключающими магический контракт. Далее лица по очереди говорят свои пункты контракта, что записываются в ментальную закладку, которая и внедряется в сознание лиц, заключивших контракт. — Я сделал паузу для того, чтобы убедится, что моя ученица всё поняла, но судя по её взгляду, это не так. — Что непонятно сейчас?

— Что такое ментальные закладки? — спросила она, а я понял, что Екатерина не владеет даже основами магии, а потому мне следовало приступить к её просвещению с самого начала.

— Ментальные закладки — это, — попытался попроще сказать я, — это такие заклинания, которые будут следить за выполнением контракта, и если его не выполняют, то наказывается нарушающая сторона. Так понятно?

— Да, понятно. А что вы имели в виду, когда говорили про защиту сознания, и что она позволила вам избежать контракта? — спросила она. Молодец, сразу схватила суть вопроса.

— Как раз к этому и иду. Если маг может защищать своё сознание, то есть препятствовать чтению мыслей, препятствовать внедрению чужих, то он может и сопротивляться внедрению ментальной закладки и таким образом контракт становится односторонним. Поэтому, пока не научишься защищать своё сознание, я запрещаю тебе заключать магические контракты. Я не хочу, чтобы ты навешала на себя односторонних обязательств по незнанию.

— Хорошо, учитель. А если магический договор между двумя магами, умеющими защищать своё сознание? Как тогда быть?

— В таком случае необходима достаточно квалифицированная третья сторона, которая проследит за внедрением ментальных закладок у обеих сторон.

— Это как в случае заключения контракта между магом и обычным неодарённым человеком. Правильно?

— Именно так. Но также можно использовать и магические контракты второго типа с посредником в виде высшей сущности. Обычно в качестве посредника призывается какая-то высшая сущность. Ею может быть демон, Бог, дух и другие существа. И уже они следят за выполнением магического контракта. У меня на родине есть даже высший дух контрактов. Он только и занимался тем, что следил за выполнением контрактов за определённое количество магической энергии, — рассказал я довольно подробно. Хотел ещё продолжить урок, но судя по ауре Екатерины, у неё сейчас жуткая головная боль, и поэтому информация вряд ли будет хорошо усваиваться в таком состоянии. Вместо продолжения урока я спросил у неё: — С прошлым учителем изучала медитации?

— Да. Для ускорения заполнения моего магического резерва. Правда, я особо разницы не замечала.

— Значит, сейчас твоё задание — сесть в медитацию и сконцентрироваться на своём магическом источнике. Это должно помочь тебе избавиться от головной боли. Поскольку во время медитации ментальная сфера сглаживается, боль должна пройти в разы быстрее. А я тем временем займусь постройкой дома, в котором мы будем жить.

— Спасибо, учитель, — снова за что-то поблагодарила ученица и легла на спину.

Честно говоря, такой позы для медитации я не знал, а потому решил не прерывать её для обучения правильной медитации и продолжить наблюдения. Как ни странно, уже через пару минут у Екатерины изменился ритм дыхания и сердцебиение, а сознание перешло в изменённое состояние. С каждой минутой её связь с реальностью слабела. Настолько глубокого уровня погружения во время медитации я от неё не ожидал. Даже мне приходится напрягаться для погружения на такой уровень медитации, а для неё это явно привычное явление. Тем временем её магический источник стал немного сильнее вырабатывать ману, а поскольку резерв и так полон, мана начала покидать тело и насыщать окружающее пространство.

Ещё полчаса понаблюдав за ней и не обнаружив более ничего необычного, я приступил к постройке нашего будущего дома. И он по моей задумке будет живым деревом, как у некоторых друидов моего народа. Для этого я взял уже ставший привычным жёлудь дуба и стал в него вкладывать плетение мысленного управления ростом дерева. Это используется для того, чтобы не вкладывать всю структуру будущего здания в семя растения — оно весьма ограничено в своей магической емкости, а так здание будет управляемо на протяжении всего роста дерева. Это требовалось для того, чтобы можно было вырастить не обычное дерево, а дерево любой формы. И эту форму можно менять в течение всего роста. Теперь при достаточном количестве магической энергии из этого жёлудя можно вырастить что угодно. Лишь бы не противоречило законам физики, иначе будет требоваться большое количество энергии на поддержку чего-то нереального. Помню, видел дом друида, стоявший на дереве толщиной в пару пальцев. Для того, чтобы обеспечить стабильность конструкции, ему пришлось купить несколько магически одарённых рабов, которые только и занимались тем, что снабжали дом магической энергией в роли источников маны. Он их даже лишил конечностей, замуровал в сам дом, поддерживая в обрубках жизнь, и вытягивал энергию.

Поскольку я собираюсь строить стандартный дом в дереве, затраты энергии на его поддержание не будут превышать нормы. По расчётам даже такого скупого магического фона на это будет хватать с головой. Но это на поддержание — любое изменение потребует довольно большого количества маны. Сам дом растить я решил над алтарём с расчётом на то, что алтарь окажется в подземных этажах дома. Это позволит в будущем к подпитке дома подключить алтарь, да и работать с ним можно будет, не покидая своего жилища.

Потратив весь свой резерв, я смог вырастить будущий наш дом всего на четыре метра. Толщиной же он всего около полуметра, а этого мало даже для создания хоть одной комнаты, да что там комнаты — даже кладовки малюсенькой. А потому пока что я ничего не изменял, кроме ускорения роста дерева. Мой резерв сразу стал потихоньку заполняться из внешнего магического фона, и уже завтра к вечеру я снова буду с полным резервом. А ведь раньше магический фон был в разы меньше. Прошло ведь всего несколько дней с момента создания источника маны.

Тем временем Екатерина уже закончила медитацию и с удивлением смотрела на то, что я делал с обычным пока что на вид деревом. Увидев, что у неё магический резерв полон, решил, что её мана будет весьма не лишней для роста нашего дома, пусть и раз в сто меньше маны, чем в моём резерве. Да и для развития будет полезно ходить постоянно с истощённым резервом. Это заставит, во-первых, её источник работать сильнее, а во-вторых, и сам резерв начнёт расти.

— Для более быстрого роста твоего магического резерва тебе необходимо как можно чаще его опустошать. Ты умеешь манипулировать своей магической энергией напрямую? — спросил я у неё, надеясь на положительный ответ. Не хотелось заниматься с ней самыми основами, но, к сожалению, это оказалось не так.

— Нет, учитель. Я хоть и могу её чувствовать, но ничего сделать не в состоянии. Только при использовании молитв он расходуется, — ответила она, смутившись своего неумения. Я же пожелал её давно мёртвому учителю интересного посмертия, лучше всего в лапах демонов.

— Хорошо. Подойди ко мне, — сказал я, смирившись с тем, что мне придётся её учить с самого нуля. Можно сказать, Екатерина в магическом искусстве не умела ничего. Она лишь знала о возможности магии и всё. — Смотри, я сейчас буду через твоё сознание передавать твою ману в наш будущий дом.

После этого я, став сзади Екатерины, обхватил её голову и создал плетение марионетки, которое используют практически все наставники на первых занятиях по магии. При его помощи можно полностью контролировать всё тело ученика как физическое, так и энергетическое. Это позволяло дать ученикам прочувствовать необходимые действия для ощущения своего магического резерва и начальной манипуляции энергией. Обычно приходилось до десяти раз использовать это плетение, пока ученик не начинал самостоятельно управлять энергией.

Екатерина смогла уже после четвёртой активации плетения марионетки наконец-то нащупать необходимые манипуляции для управления маной. После этого я отошёл в сторону и стал наблюдать, как она старалась передать свою магическую энергию в дерево-дом. Было заметно, что она для этого очень сильно напрягалась — в эмоциональном плане от неё сквозило удивлением, неверием и искренним счастьем. Видимо, она так до конца и не верила, что я займусь её полноценным обучением магии.

Потери маны при передаче Екатериной в дом были грандиозные. Более восьмидесяти процентов маны уходило в воздух, но и это уже неплохое достижение. Даже не каждый эльф на первом занятии достигал самостоятельного управления маной. Правда, у эльфов обычно уже при первом управлении маной потери в несколько раз меньше, а всё это потому, что эльфы изначально магические существа. Сейчас же благодаря таким потерям маны слегка насыщался магический фон. На некоторое время у меня даже подскочила скорость поглощения внешней энергии. Сейчас на моём магистерском неподтверждённом уровне паразитные потери магической энергии не превышали и одного процента. Чтобы стать архимагом, требовалось полностью избегать паразитных потерь маны. До этого мне ещё очень и очень далеко. Когда я поступил в магическую школу, из-за своего происхождения мне было трудно управлять манной — всё-таки у светлых эльфов и дроу она имела противоположные эмоциональные окрасы, и во мне они объединились. Так что у меня были потери около пятидесяти процентов маны — один из худших результатов потока. Но со временем при помощи магии разума эту проблему я практически нивелировал контролем своих эмоций.

Следующие несколько недель прошли в обучении Екатерины контролю магической энергии. Должен признать, у неё талант. Вначале, когда я узнал, что она не умеет манипулировать маной, рассчитывал на два-три месяца, прежде чем она сможет создать своё первое плетение. Но каково же было моё удивление, когда уже в начале третьей недели у неё получился телекинез. Телекинез бывает двух типов: магический и псионический. Магический телекинез — довольно простое магическое плетение, работающее за счёт маны, вкладываемой в него. Псионический же телекинез отличался тем, что для его использования нужна только сильная воля. Необходимо себя и мир убедить в том, что предмет должен перемещаться. На самом деле редко кто из магов развивает псионический телекинез — слишком много времени требуется на это потратить. И я не исключение. Всё, что мог, это приподнять в воздух на несколько секунд предмет весом с обычного эльфа.

Екатерина смогла на несколько секунд поднять в воздух камень в пуд весом. Именно его я оставил для неё в качестве учебного снаряда. Да, после этого она практически сразу потеряла сознание от истощения, ведь это уже после нескольких часов неудачных попыток, на которые тратилась мана, но это на самом деле грандиозное достижение. Сейчас, когда она наконец-то поверила в свои силы, после наглядного примера можно заняться и пробуждением магического зрения. Пока Екатерина пользовалась суррогатом, созданным мною артефактом, позволяющим видеть магическую энергию неодарённым разумным. Основной минус в очень нечётком изображении, но и этого хватило для изучения простейшего плетения телекинеза.

Тем временем наше дерево-дом разрослось. Сейчас его высота более двадцати пяти метров, диаметр около пяти. Это позволило уже создать одно помещение на поверхности земли и одно под землёй. Теперь ночевали не под открытым небом. Мы завелись крышей над головой.

Сейчас же я разрабатывал способ защитить источник магической энергии от наступающих холодов. В последние несколько дней средняя температура опустилась на несколько градусов, а потому следовало ускориться в этом направлении. Екатерина же мелко пакостила селянам, которые долгое время к ней относились как к непотребу. Теперь, когда у неё появилось первое активное магическое умение, всё село страдало от её действий: то кто-то оступится, то крыша провалится, то собака рвала якобы случайно цепь и бросалась на обидчиков. И если в основном жители Радинки отделывались лёгким испугом, то вот Михась, чуть не убивший её, страдал по полной. Где бы он ни пошёл, что бы он ни начал делать, всё заканчивалось неудачей и травмой. Позавчера он таки лишился ноги, попав под телегу. И что самое интересное — местные жители почти сразу догадались, кто это делает. Правда, они считали, что это мстит призрак убитой им колдуньи. Мы ведь после ухода сожгли дом до основания и то, что её тела там нет, никто не знал. Помогать Михасю также никто не хотел, да даже не общался с ним никто. Люди не желали привлечь и на себя гнев мёртвой колдуньи, ведь и они к ней не ласково относились при её жизни. Они считали, что призрак удовлетворится одной жертвой и покинет их село.

Так что Екатерина в своё свободное время веселилась от души, причём в прямом смысле. Я видел, как ей становится легче после этих мелких пакостей. Я мог их прекратить всего одним приказом, но этого не делал. Даже сделал простенький амулет защиты, выдерживающий одно-два попадания стрелы, и зарядил её амулет отвода глаз. Так я точно не потеряю свою ученицу. Вот и сейчас она вернулась из очередной своей вылазки довольной до безумия.

— Что там произошло? Ты выглядишь слишком довольной, — спросил я у неё, когда она уже устала крутиться передо мной, чтобы я поинтересовался, что же её беспокоит. Не любит она первой начинать разговор почему-то.

— Учитель, я несколько лет назад лечила графа Александра Ходкевича. Он тогда пострадал во время польского восстания, и его люди остановились в Радинках. Мне пришлось его врачевать. Скажу сразу: если бы не я, то он бы не прожил и недели, — вспоминала те события моя ученица. — Мне тогда заплатили за его лечение сто злотых. — Она явно вспомнила что-то неприятное. — Правда, деньги эти я видела всего один раз. Сразу после отъезда графа Ходкевича несколько мужиков отобрали у меня их.

— Так к чему ты это говоришь?

— Граф Ходкевич — местный владетель. В его собственности центр местной жизни — город Чернобыль, — начала объяснять она мне.

— А у него что, не отобрали земли после окончания восстания?

— Нет. Он просто ушёл в отставку и поселился в своих землях, — ответила моя ученица, а я не мог понять логики службы безопасности Российской империи, или как её называют Тайной Экспедиции. Я бы на их месте всех бунтовщиков просто казнил, а если б не мог, то уж всё имущество отобрал бы.

— А почему ты вспомнила об этих событиях сегодня? — спросил я у неё. Видно было, что эта уже немолодая женщина с трудом сдерживается, чтобы не начать рассказывать.

— Сегодня в село прибыли представители графа в моих поисках. Среди них даже те, кого я узнала.

— Для чего ты им нужна? — сразу стал я серьёзным. Внимание власти к себе мне пока что крайне нежелательно.

— Во время родов его сына травмировала повитуха. И теперь по всем канонам он останется инвалидом на всю жизнь. Но тут граф вспомнил про меня и послал за мной своих людей, — закончила свой рассказ Екатерина.

— Что же ты так радуешься тому, что тебя разыскивают люди, властью обличённые? — спросил я удивлённо.

— Так селяне считают, что меня Михась убил, — улыбаясь, она начала говорить. — Сейчас там разборки. Всё идет к тому, что Михасю не выжить, — радовалась она проблемам урода, пытавшегося её убить после того, как она вылечила его травму.

— А знаешь что, — мелькнула у меня в голове мысль. — А ведь это шанс обзавестись покровителем. Если мы вылечим его сына, то в благодарность он может нас прикрыть от излишнего внимания властей. Да и не будем же мы тут сидеть безвылазно в лесу всё время. А так очень хороший шанс на налаживание отношений.

— Вы правы, учитель, — согласилась Екатерина после минутной паузы. Видимо, обдумывала ситуацию в целом. — А как мы это сделаем?

— Сейчас, думаю, самое время тебе ожить. Только ты появишься вместе со мной, со страшным Лешим, решившим почти умершую знахарку взять в ученики, — усмехнулся я после своих слов.

А дальше мы начали готовиться к своему выходу в свет. Правда, и подготовки той было всего на пару минут: надеть заранее выращенную одежду из травы, взять в руки посох из коряги и направиться в сторону Радинок. На всякий случай на себя и ученицу я набросил защиту от физических воздействий — не хотелось рисковать своим здоровьем, если наши переговоры уйдут не в ту сторону.

Когда мы добрались до села, десяток всадников уже собирался покинуть село и отправиться обратно. Видимо, все дела там они уже сделали. Я решил появиться наиболее эффектно. Можно было бы телепортироваться перед ними с какими-то огненными эффектами, но среди них не было ни одного одарённого, так что смысла тратить драгоценную магическую энергию я не видел. Поэтому вместе с Екатериной вышел на центр дороги под отводом глаз. И уже там создал иллюзию, как будто из-под земли вырастает растение, и из него возникаю я с ученицей. Благо, что никто из всадников не обладал ментальной защитой, а потому разницу с реальностью они не заметят.

— Кто такие?! — крикнул одетый в наиболее дорогие одежды человек на польском языке. Он хоть и шуганулся, как и всё при моём появлении, но быстро взял себя в руки и, спрыгнув с вставшей на дыбы лошади, спросил у нас. Было видно, что ему страшно, но он всё равно нашёл в себе силы встать перед неизвестной угрозой в моём лице.

— До меня лес донёс, что вы ищите мою ученицу, — громко произнёс я, одновременно стимулируя отдел страха в мозгу людей. — Она закончила дела мирские после подлой попытки убить её, когда она ослабла после лечения.

— Кто вы? — уже более почтительным тоном спросил командир отряда у меня.

— Многие меня знают как Хозяина Леса, — ответил я.

— Прошу прощения за непочтительность. Меня зовут Вацлав. Я являюсь одним из ближайших друзей моего господина. У него произошла беда: его сын при рождении, будущий наследник, травмировался, — начал он говорить мне, сразу поняв, что следует обращаться ко мне, а не к Екатерине, которую узнал. Видимо, он один из тех, кто сопровождал в прошлый раз графа Ходкевича. — Мы были бы очень благодарны, если бы ваша ученица, — кивнул он в сторону Екатерины, — смогла бы поехать с нами и помочь юному наследнику остаться в будущем здоровым, — наконец он сказал, что ему требуется. А вообще, молодец, быстро схватывает информацию и делает правильные выводы.

— Нет, она никуда теперь не поедет. Вон в прошлый раз захотела помогать людям, не закончив своего обучения. И что из этого вышло? — строго проговорил я в ответ на просьбу Вацлава.

— Мы вынуждены будем настаивать, — извиняющимся тоном сказал Вацлав и жестом руки что-то показал своим подчинённым, тем временем взявшим нас в окружение. В тот же миг они вздёрнули ружья и нацелились на меня.

— Эх, — тяжело вздохнув, начал я говорить. — Запомни ученица: вот так всегда люди обращаются со своими ближними. — После этого посмотрел в лицо командиру отряда. — Вацлав, меня уже несколько веков вашими пукалками не запугать. — Взмахнул рукой и вырвал телекинезом у них из рук ружья. — А ведь хотелось по-хорошему, — сказал я и стал на руке создавать иллюзию полуметрового огненного шара. В тот же миг Вацлав, считающий себя до этого хозяином положения, переменился в лице.

— Стойте! — крикнул он, а я сделал вид, что передумал бросать огненный шар в них и посмотрел на Вацлава. — Это всего лишь недоразумение, — попытался успокоить меня он.

— Хорошо. На первый раз поверим, — произнёс я, впитывая обратно ману, потраченную на иллюзию. Визуально это выглядело, как будто впитал себе в руку пламя огненного шара. — По поводу вашей просьбы. Ученица моя не доросла до того, чтобы ездить куда-то. Слаба она в своей защите. Если граф хочет вылечить своего сына, то пусть приезжает с ним сюда лично. Я сам займусь его сыном.

— Я передам ваши слова графу, — поклонился мне Вацлав. — Не могли бы вы вернуть наше оружие? — попросил он, указывая взглядом на висящие в воздухе ружья.

— Нет. Вы с ним напали на меня, а значит, это мой трофей, — улыбнулся я командиру солдат в ответ.

— Сейчас земли тут неспокойные, разбойников много, — попытался меня переубедить Вацлав, но я его перебил и сказал:

— У вас ещё есть пистоли и два запасных ружья на лошадях. Этого вам хватит.

— А ещё не могли бы вы, — показал он рукой на своих подчинённых, которые кривились от боли в сломанных пальцах — всё-таки вырывал я ружья довольно грубо.

— Как демонстрация моих возможностей, — сказал я и наложил на всех плетение сращивания костей, правда, без обезболивающего. В тот же миг послышались крики — мужчины всё-таки не сдержались и закричали от боли. — Как наказание, — добавил я и развернулся к Екатерине. — Всё, ученица, пора нам домой.

— Постойте! — крикнул Вацлав. — Как нам вас найти?

— Когда прибудете сюда обратно, я буду вас ждать уже тут, — проговорил я и активировал иллюзию, как будто растение нас поглощает, и мы исчезаем. На самом деле просто после активации отвода глаз нас перестали чувствовать все существа в округе.

— Кто это был?! — крикнул один из неудавшихся стрелков.

— А ты что, не слышал, Станислав? — спросил его другой. — Это Хозяин Леса. Леший иными словами.

— Томас, ты что, серьёзно поверил в эту чушь? — спросил Станислав у своего собеседника.

— А кто это по-твоему?

— Отставить споры, — приказал Вацлав. — Всем собраться и выловить лошадей, успевших разбежаться.

— Господин Вацлав, так кто это был? — спросил Станислав у своего командира. — Может, это какой-то колдун?

— Видел я колдунов наших, — тихо произнёс Вацлав. — Говорить об этом никому нельзя, но в молодости, ещё до того как попасть на службу к графу, участвовал я в зачистке одного кубла чернокнижников в Кракове вместе с воином света из самого Ватикана, — тихо продолжил он говорить. — Так, скажу вам, они и в подметки не годятся этому Лешему. Не человек он, вы и сами видели.

— Так что мы графу говорить будем?

— Ержи, мы все должны рассказать всё, что видели. Может быть, кто-то что-то упустил, но вместе мы сможем построить чёткую картину произошедшего.

После этого Вацлав обошёл всех солдат, рассматривая ранее сломанные пальцы. На каждый палец он потратил несколько минут, после чего цокал и шёл к другому. Минут через пятнадцать все, наконец, собрались. Сев на лошадей, они отправились к графу Ходкевичу.

Оставив сигналку, настроенную на ауры этих солдат, на дороге, я отправился со своей ученицей домой. Мне стоило посидеть и вспомнить всё, что я знал о детях, особенно о младенцах — всё-таки их лечение довольно серьёзно отличается от лечения взрослых разумных. Слишком они хрупкие. Большую часть магических воздействий банально могут не выдержать.



Глава 7.


Сложнее всего в лечении маленьких детей магическим путём не пережечь их энергоструктуру. Я не знаю ни одной расы, кроме эльфов, дети которой могли бы выдерживать обычные плетения магии жизни. У нас, эльфов, благодаря нашей изначальной магической природе с этим намного проще — излишки маны просто стравливаются в окружающее пространство самим организмом. Это своеобразный предохранитель от магических перегрузок организма. Нам с возрастом приходится учиться этот предохранитель отключать, иначе просто не получалось бы накопить достаточное количество маны в энергоканалах для их развития. Ох и намучился я в детстве, пытаясь удержать в своих энергоканалах как можно больше маны. С того момента, как моя мать впервые научила меня управлять своей магической энергией, прошло не меньше десяти лет, прежде чем я смог держать в каналах двух-, а позже и трёхкратное давление маны. Сейчас мне удавалось уже удерживать десятикратное давление маны, что позволяло одновременно использовать большое количество маны. Тем же людям проще. Им, наоборот, приходится прикладывать усилия, чтобы заставить ману покинуть свои энергоканалы.

У детей других рас подобного предохранителя нет, и их слабую энергоструктуру можно сжечь любым неосторожным магическим всплеском вблизи от ребёнка. Именно поэтому представители других рас стараются держать своих детей до одного года вдали от всевозможных магических явлений. Насколько я знаю, в богатых семьях детские комнаты даже экранируют от внешнего магического фона, чтобы энергоструктура детей прижилась нормально, без вмешательств извне. А вот если ребёнок родился с магическим даром, то тут будет несколько проще. Даже его слабый магический дар обладал некоторой степенью сопротивления внешним магическим влияниям. Да и энергоструктура несколько крепче, чем у неодарённого ребенка. Но всё равно даже такой малыш получит повреждение энергоструктуры, если на него влиять плетениями, рассчитанными на взрослых разумных существ. Именно для таких ситуаций человеческие маги разработали специальный фильтр-плетение, которое должно ослаблять воздействие магических плетений на энергоструктуру детей. Этот фильтр также отсекает все возможные примеси из магической энергии, используемой в плетении. Это позволяло использовать чистую ману, а соответственно, организм ребенка её воспринимал лучше, без отторжения — не было никаких эмоциональных окрасов, несущих ментальный приказ. Чистая энергия. Проблема в том, что этот фильтр был секретом человеческой гильдии магов. И как бы наши разведчики ни старались проникнуть и узнать, из каких блоков состоит это плетение, им этого не удавалось. В нашем исследовательском комплексе, в котором работал и я, разработали аналог, но он всё равно уступал человеческому фильтру, хоть и был более универсальным и подходил всем расам, а человеческий фильтр с другими расами работал плохо.

Я проверил на своей ученице действие эльфийского аналога фильтра, избавляя от болезни желудка — там у неё внутри были какие-то ранки. Что за болезнь, я не знал, но вылечить её мне труда не составило. Должен признать, что использование фильтра подняло эффективность лечения процентов на десять, а также организм Екатерины практически не сопротивлялся лечению. В принципе, можно всегда пользоваться этим фильтром, но добавлять более восьмидесяти блоков в повседневные плетения будет слишком затратно по времени.

После проверки я решил, что этого должно быть достаточно для лечения сына графа. Теперь, разобравшись, собственно, с лечением, стоило разобраться, как доставить сына графа сюда, к нашему дому. Просто проводить через лес я не мог — как бы с графом ни подружился позже, но раскрывать своё месторасположение кому-либо не хотел. Не был уверен в том, что смогу защититься от большой группы людей. Пускай я и могу уничтожить несколько десятков, а то и сотен человек, но людей-то в разы больше. А потому стоило придумать, как привести графа с его сыном ко мне, не показывая при этом ему дорогу.

Можно исказить дорогу при помощи ментальных иллюзий, но боюсь, что это может оказаться мне не под силу. Если ещё кратковременную иллюзию я мог удержать без проблем, контролируя все элементы, то вот чем дольше иллюзия существует, тем сложнее учитывать все мелочи. Всё же для меня магия иллюзий никогда не была в приоритете. Я и учил её лишь для общего развития и для шуток над особо достающими меня эльфами — всё-таки быть единственным полукровкой в академии очень сложно. Помню, когда надо мной пошутили, закрыв в кладовке на выходные. Я воспользовался простенькими фантомными иллюзиями в элементах одежды моих обидчиков. Ох и смеялись над ними тогда. К счастью, связать со мной не смогли. Они считали, что такие полукровки, как я, просто не могут знать магию на таком уровне.

Самомнение большинства чистокровных эльфов очень завышено, особенно в молодом возрасте. С возрастом это проходило, и они уже не недооценивали окружающих как в молодости. Так что если буду использовать магию иллюзий для дороги, то боюсь, не смогу достаточно запутать путь, а потому лучше и не рисковать. Можно, конечно, поковыряться ментальной магией в их головах и удалить воспоминания о дороге, но боюсь, что это будет слишком заметно, и граф после этого будет слишком настороженным. Снова же всё упирается в то, что это не моя специальность, и если магия жизни и целительство мне достаточно близки из-за моих исследований, то ментальной магией я пользовался не часто и в основном использовал её внутрь себя для увеличения своих возможностей, а не для работы с сознаниями других разумных существ.

Третий вариант дороги на самом деле был самым простым — это телепортация или открытие портала. Но тут возникала проблема с воздействием магических структур высокой плотности на неокрепшую детскую энергоструктуру — всё-таки пространственные перемещения довольно затратны магически, а потому и влияют на окружающую обстановку весьма сильно. Да и вообще пространственной магией нормально пользоваться не умею. Я раньше, до своего плена в дереве-эльфоеде, вообще ею не владел, только там смог её освоить. Но в этом мире ещё не проверял свои возможности в этом разделе магического искусства, что и следовало позже исправить. Но пока необходимо подумать над тем, как ребёнка доставить к моему дому. Лечить там мне не хотелось — уверен, граф приведёт с собой своих вооружённых подчинённых. Мне не хотелось лечить его сына под прицелом их ружей, а потому следовало графа с сыном доставить ко мне домой.

Спустя пару часов, так и не найдя выход, я решил продолжить обучение своей ученицы — пора ей пробудить магическое зрение. Артефактом пользоваться, конечно, хорошо, но лучше же видеть магию без каких-либо приспособлений, сразу своей душой. Да, именно душой. Несмотря на название «Магическое зрение», никак не зависит от глаз. Глаза просто являются фокусировщиками «Магического зрения». При желании я могу сразу смотреть на триста шестьдесят градусов вокруг и видеть всё, что происходит в магическом плане. Но при таком использовании магического зрения идёт большая нагрузка на сознание для обработки и интерпретации в понятные образы увиденного. Поэтому «Магическое зрение» в основном используют через фокусировщики в виде глаз. И только многоопытные маги могут не обращать внимания на неудобства и пользоваться полноценным зрением.

Вообще, по правилам, которые нам преподавали, «Магическое зрение» маг должен пробудить сам, полноценно прочувствовав энергию и настроившись на восприятие магических явлений. Я же этого правила не считаю необходимым придерживаться, ведь можно при помощи ментальной магии перенести свои ощущения в сознание ученика. Мне кажется, что ощутив однажды, ему будет намного проще повторно вызвать «Магическое зрение» самостоятельно. И вот когда Екатерина смогла наконец увидеть магические потоки при помощи своего магического зрения, она спросила, почему кора одного дуба, выращенного мной тёмного цвета, почему там не виднеется никакой энергии. Меня в тот момент как молнией ударило. Ведь вот он — выход моей из моей ситуации.

Почти сразу после прибытия Екатерины ко мне домой, я провёл эксперимент над очередным дубом: пытался в него внедрить защитное плетение, но тогда у меня что-то пошло не так и защита не активировалась. Но появился забавный побочный эффект — кора стала экраном для магической энергии. Естественно, увеличив напряжённость магического поля можно прорвать этот экран. Только это довольно высокая напряжённость — при создании портала до такого уровня вряд ли она вырастет.

Пока Екатерина занималась повышением чёткости своего новоприобретённого «Магического зрения», я занялся созданием корзины с крышкой, куда помещу сына графа. Это позволит ему избежать воздействия магических полей высокой напряжённости. Телепортом, к сожалению, его так не перенести. Поскольку телепорт работает через другой план реальности, экранировать перемещаемые объекты не получится совершенно. А вот портал делает два разрыва реальности и соединяет между собой. Да, энергии тратится в разы больше, но как такового перемещения нет. Просто оказываются две точки пространства совмещены, и их разделяет только окно портала.

Ну а на третий день после нашего разговора с Вацлавом моя сигналка, оставленная в месте нашей прошлой встречи, зафиксировала его ауру повторно, что несколько странно. Я рассчитывал на больший срок, прежде чем они приедут обратно. По словам Екатерины, расстояние от Радинки около пятидесяти вёрст до Чернобыля. По её же словам, небольшому конному отряду требовалось около пяти-восьми часов, чтобы преодолеть такое расстояние. Таким образом, Вацлав действительно мог и раньше вернуться обратно. Если бы нигде не отдыхал и после отчёта графу отправился назад, то можно было ждать его ещё вчера. Но я что-то сомневаюсь, что граф прямо уж резко соберётся и отправится к нам после слов своих подчинённых, особенно услышав подробный рассказ об увиденном. А тут получается едва ли не моментальная реакция на моё приглашение. Ещё по родному миру помню, как подготовка к выездам за город на такие расстояния у благородных могла затягиваться на несколько дней. Так что такое скорое возвращение Вацлава меня удивило. Видимо, действительно у сына графа сейчас плохое состояние здоровья, раз владетель довольно большой территории поспешил к неизвестному чудо-юду.

Ещё больше я удивился после того, как телепортировался на сигнал своей сигнальной сети. В этот раз с Вацлавом никого из десятки сопровождавшей его раньше не было. Это даже несколько подогрело мою паранойю, и я решил вернуть свою ученицу обратно домой. Если сам смогу защититься практически от любой угрозы, то вот Екатерина, едва начавшая постигать магическое искусство, ничего не могла противопоставить вооружённым людям. Её владение телекинезом ещё слишком слабо. Несмотря на все её усилия, она сейчас едва могла поднять камень весом в несколько пудов. И то при этом фоня паразитными потерями маны на всю округу. Контроль у неё ещё сильно хромал. Хотя с пробуждением «Магического зрения» и стал несколько увеличиваться.

Среди прибывших моя сигнальная сеть смогла опознать лишь одну ауру. Это несколько подозрительно и ещё раз убедило в правильном решении отправить Екатерину домой, несмотря на её недовольство. Как оказалось, Вацлав прибыл в сопровождении всего двух человек. И они точно не были графом и его сыном. Графу сейчас должно быть около двадцати пяти-тридцати лет. А сыну ещё и года не было. Ауры прибывших говорили о более солидном возрасте. Сопровождающие Вацлава явно разменяли уже пятый десяток лет и один из них женщина.

Сначала я решил обождать в невидимости и посмотреть, что же они будут делать. Вацлав, спрыгнув на землю с лошади, сразу подошёл к единственной среди них женщине и подал руку, чтобы она спокойно спустилась на землю. Её же спутник сам весьма быстро спрыгнул и рассматривал окружающую территорию очень внимательным взглядом. Женщина не отставала от своего спутника и тоже рассматривала едва ли не каждый кустик, окружающий их. Вацлав же вместе со вторым мужчиной встали так, чтобы перекрыть доступ к женщине со всех сторон.

Я попытался проникнуть в его мысли и понять, о чём он думает, но едва дотронулся своим ментальным щупом к его сознанию, как он вздрогнул и стал ещё внимательнее высматривать что-то в окружающих их деревьях. Это странно, так что я решил не лезть в сознание этого человека и прикоснулся к мыслям женщины, но и тут не всё так просто оказалось. Хоть женщина и неодарённая, волевой щит на сознании стоял. Это не полноценная защита, но задержать начинающих магов разума была. Вообще, волевой щит самопроизвольно возникал у всех уверенных в себе личностей — своеобразная природная защита сознания. Я, честно говоря, не ожидал увидеть такой щит на этой женщине.

— Вацлав, ну и где твоё чудище? — спросила женщина, после того как спустилась с лошади и осмотрелась вокруг.

— Пани Мария, я не знаю. Оно сказало, что само узнает о нашем прибытии, — ответил он женщине. Сам Вацлав при этом нервничал и с некоторым нетерпением смотрел туда, где в прошлый раз стоял я со своей ученицей во время разговора с ним. Естественно, меня там не было. Я встал на всякий случай немного в стороне от места их остановки.

— Будем надеяться, что оно не заставит нас долго ждать. Дорога сюда трудная, — сказала женщина в ответ на слова Вацлава. А вообще, мне стало несколько обидно за то, что они меня считают среднего рода — я всё-таки мужчина, но тут сам виноват, представившись в прошлый раз Вацлаву Лешим, ведь согласно местным легендам Леший существо бесполое.

— Пани Мария, оно уже здесь, — произнёс коротко молчавший до этого её спутник, не отводя взгляда от участка леса, где среди деревьев я действительно находился. Это очередная странность этого мужчины.

— Где он? — встрепенулась женщина и начала внимательно смотреть в сторону, в которую смотрел её спутник. — Марек, ты уверен? Я никого и ничего не вижу, — сказала она, вернувшись взглядом на него.

— Точно, пани, я чувствую направленный на нас взгляд, — ответил он, продолжая контролировать взглядом участок леса, где я находился.

После слов этого странного мужчины я был в шоке: не ожидал, что неодарённый может заметить моё внимание, а Марек явно неодарённый — я проверил это ещё вначале сразу после их прибытия. И что самое неприятное — он смотрел примерно в моём направлении, то есть он не только чувствовал мой взгляд, но и примерное направление нашёл. Я на всякий случай сместился метров на тридцать, и его взгляд через несколько секунд отправился за мной. Я решил проверить одну мысль: для начала перестал смотреть прямо на них и стал глядеть сквозь. Вот это уже помогло. В следующее моё перемещение Марек не смог отследить, откуда я за ними наблюдаю. Он чувствовал, что на него смотрят, но откуда уже определить не мог. Вообще, о подобном я даже и не слышал, чтобы неодарённый разумный мог определить нахождение невидимки.

— Пан Леший, мы пришли по вашему приглашению, — громко сказала Мария, смотря в направлении куда ей примерно указал Марек. Меня сейчас там уже не было. Моё новое местоположение, к счастью, он отследить уже не смог. — Некрасиво гостей заставлять ждать. — После этого она тихо произнесла: — Баламошкой себя чувствую — в пустоту говорить.

— Здравствуй, Вацлав, — сказал я, появившись при помощи телепортации перед ними, сопроводив её теми же визуальными эффектами, что и прошлый раз. После того как поздоровался с Вацлавом как единственным, кого я знал из присутствующих, обратился к женщине: — Здравствуйте, пани. Извините, вы не представлены мне, — немного наклонил голову и поздоровался с ней я. Мария едва не упала при моём появлении. Вацлав же уже привычный к таким спецэффектам, а потому умудрился даже выражения лица не изменить при моём появлении. А вот Марек резко встал между мной и Марией, потянувшись правой рукой к пистолю, но его остановил жестом Вацлав.

— Пан Леший, разрешите представить пани Марию Людвика графиню Ходкевич, урождённую Ржевусскую, — представил женщину Вацлав. Судя по возрасту, графиня точно не жена графа, а значит, она, скорее всего, его матерь или другая старшая родственница.

— Леший, просто Леший, — произнёс я, смотря на графиню. Она же в ответ нескромно рассматривала меня, особенно уделяя внимание моим ушам и глазам. Они действительно бросались в глаза своей непохожестью на человеческие. И судя по тому, какие эмоции шли от неё в мою сторону, я не вызывал у неё отвращения, можно сказать, даже наоборот. И что самое интересное — заинтересовал я её не только как неведомая зверушка, но и как мужчина.

— Действительно не человек, — прошептала Мария, а после взяла себя в руки и произнесла: — Приятно с вами познакомиться, пан Леший. Я — мать моего неудачливого сына, нынешнего графа Ходкевича, — улыбнулась мне она, подтверждая мои мысли насчёт того, кем является эта дама.

Вообще, странно, что с ней отпустили так мало охраны. Скорее всего, не хотели привлекать лишнего внимания. Марек же в это время встал немного в стороне и контролировал любое моё движение. Наверное, он телохранитель и сейчас оценивал меня на возможную опасность своей подопечной. Судя по тому, что я видел, Марек весьма профессиональный телохранитель. Если бы я решил напасть на его подопечную любым способом, исключая магию, он, скорее всего, смог бы предотвратить как минимум первый удар. Но он не знал возможностей магии, а потому его защита ничего не стоила против меня. Было бы желание — они бы уже были мертвы. Мне б даже не пришлось выходить из невидимости для этого.

— Да, я не человек, — улыбнулся в ответ графине. — Что же вы прибыли сами? — спросил я у неё, так как понял, что именно Мария главная в этой троице прибывших ко мне гостей.

— Я уже потеряла своих троих детей и мне не хотелось бы хоронить своего сына с единственным внуком наследником, — начала говорить графиня, смотря при этом мне прямо в глаза. — А потому я решила убедиться лично в безопасности этого, — покрутила она левой рукой в воздухе, показывая, что не сильно-то и понимает, в чём ей надо разобраться, — прежде чем сюда прибудет мой сын с внуком. Я же своё уже прожила. Если бы не чудесное излечение моего сына знахаркой в конце его службы, то я бы считала это всё обычным шарлатанством. К нам уже приходили доктора, гарантирующие полное излечение за несколько тысяч злотых. — Мария показала тоном голоса, как она относится к таким докторам. — Но многие свидетели говорят о смертельной ране моего Сашеньки. А раз он жив сейчас, то в вашем этом колдунстве что-то есть, — закончила она свою речь.

— Ну что же, я вас приглашаю к себе вместе с одним вашим спутником. К сожалению, провести могу только двоих, — предупредил я прибывших ко мне людей. — Надеюсь, вы сможете убедиться в безопасности своего визита ко мне, — улыбнувшись, сказал я.

— Вацлав, вернись к сыну, — сказала Мария и повернулась ко мне. — Когда мы сможем вернуться обратно?

— Завтра с утра я вас верну сюда на место, — ответил я графине, прикинув за сколько сможет восстановиться мой магический резерв после сегодняшних телепортаций — всё-таки пространственные перемещения довольно прожорливые по своей природе. Уже сейчас я процентов десять резерва потратил на три телепортации: одну среднюю двойную, одну среднюю на возврат Екатерины и одну короткую, чтобы предстать перед графиней внезапно. А ведь сейчас мне предстоит ещё групповая телепортация на среднее расстояние уже втроём, а это более энергозатратней. Но раз мне требуется произвести впечатление, то не стоит жадничать, тем более это будет не последняя мана.

— Завтра вернёшься за нами, — сказала графиня Вацлаву, а после мне: — Мы готовы. Верхом поедем?

— Хм, нет. Верхом слишком долго, а то и невозможно добраться до моего места местожительства, а потому прошу, — сказал я и при помощи фантомной иллюзии указал на место рядом с собой.

— Это будет интересно, — произнесла графиня и встала в круг, изображенный рядом со мной.

— Рекомендую закрыть глаза. Первые перемещения весьма не приятны, — посоветовал я Мареку и Марии.

Марек же, прежде чем встать во второй круг, подошёл к лошадям и снял обе переметные сумки со своей лошади и лошади графини. Едва они встали в круги, я положил руки им на плечо, отчего они слегка дёрнулись, и телепортировался к нашему дому.

На выходе из телепортации Марек свалился как куль на землю, графиня также практически упала, но я её поддержал телекинезом, и она смогла устоять на ногах. Некрасиво было бы, если б благородная дама валялась на земле. Закрыв глаза на несколько десятков секунд, женщина сделала несколько глубоких вдохов и, открыв глаза, произнесла:

— Интересные чувства, — ещё раз глубоко вздохнув, Мария продолжила: — Не сказала бы, что приятные, но интересные. Я первые несколько мгновений не могла определить, где находится верх, а где низ. Так должно быть? — спросила она у меня, повернувшись лицом.

Марек в этот момент уже стоял на ногах, оставив сумки на земле, и осматривался вокруг, оценивая окружающую обстановку на предмет опасности и заодно пытаясь определить, где же мы всё-таки сейчас находимся, что ему вряд ли удастся — вокруг всё засажено новыми деревьями, а над головой раскинулась крона нашего дерева-дома. А потому сориентироваться по звёздам или ещё по какому-то методу ему не удастся. Крона нашего дома уже сейчас покрывала своей тенью больше ста квадратных саженей, да и остальные деревья подросли и перекрыли видимость неба. Это всё делалось с целью к зиме установить микроклимат под сенью деревьев. Вряд ли мне удастся держать комфортные двадцать-двадцать пять градусов, но хоть плюсовую, надеюсь, смогу удержать. Для меня это очень важно, поскольку мой источник магической энергии, генератор маны, работал на воде, и если она замёрзнет и превратится в лёд, то сидеть мне на голодном пайке из маны аж до весны. По словам Екатерины, зима в этих краях обычно длится от четырёх до пяти месяцев.

— В первые разы телепортация всегда вызывает подобные ощущения, — ответил я графине с собственного опыта. У меня в первые прыжки внутри дерева-эльфоеда доходило даже до потери сознания. — Уже второй раз будет проще, а к пятой телепортации вы уже не будете ощущать никакого дискомфорта.

— Телепортация — что это такое? — спросила женщина. Судя по эмоциям, идущим от неё, ей действительно любопытно. Её вообще вся эта ситуация позабавила и приносила массу приятных впечатлений. Видимо, скучно ей последние годы жилось в поместье или где там они живут.

— Ученица! — крикнул я, зовя Екатерину, поскольку решил совместить полезное с ответом графине.

— Да, учитель. — Буквально через несколько секунд из дома выскочила моя ученица, до этого рассматривающая нас через окно — всё-таки любопытство у женщин в крови. Марек на появившуюся Екатерину практически не обратил внимания, только мазнул взглядом и продолжил следить за моими движениями. Видимо, он оценил опасность Екатерины и посчитал её неопасной.

— Это наша гостья — графиня Ходкевич, — представил я Марию своей личной ученице. — Это моя ученица — Екатерина. Именно она в своё время лечила вашего сына после ранений. И судя по тому, что вы решили обратиться к ней во второй раз, вас качество этого лечения вполне удовлетворило.

— Вот ты какая знахарка, — сказала Мария, рассматривая мою ученицу, одетую в такую же травяную одежду, как и у меня, только в женском фасоне. И я почувствовал некоторое недовольство графини и даже зависть. Не думал, что довольно простая одежда так заинтересует знатную даму. Надо будет сделать ей подарочек.

— Очень приятно, — довольно низко поклонилась Екатерина графине. Хоть поклон и несколько неуклюжий, графиня его приняла как должное.

— Спасибо тебе за моего сына, — поблагодарила мою ученицу графиня.

— Это мой долг целителя — лечить нуждающихся, — ответила Екатерина. Мы пару дней назад обговорили, что вообще можно рассказывать нашим гостям. Один из этих моментов и про прошлое исцеление графа.

— Ученица, что такое телепортация? — спросил я у неё, ведь всего неделя прошла, как рассказывал про всевозможные магические методы перемещения в пространстве, так что это маленький опрос того, как она выучила. Я вообще любил их проводить в самое разное время. Бывало, будил свою ученицу среди ночи и начинал спрашивать по всей теории, которую успел ей рассказать. Должен отметить, что мне даже не пришлось стимулировать отделы памяти её мозга для запоминания новой информации. Она и так впитывала всё как губка. Единственной проблемой было заставить осмыслить выученное, а не использовать выученное как аксиомы — всё-таки маг должен осознавать, что он делает, а непросто знать.

— Телепортация, — сказала Екатерина и, задумавшись на несколько секунд, продолжила: — Телепортация — это изменение координат объекта, при котором траектория объекта не может быть описана математически непрерывной функцией времени, — чётко, слово в слово повторила научное описание телепортации.

— Я несколько далека от наук. Не могли бы вы объяснить на нормальном польском языке? — попросила графиня, когда не смогла понять ничего из объяснения рассказанного Екатериной. Вот об этом я и говорил: выучить дословно формулировку смогла, а своими словами не может сказать.

— Молодец, ученица, — с сарказмом я произнёс. Мария с интересом на меня посмотрела, не понимая, что мне не понравилось только что. — Теорию ты выучила замечательно, а теперь давай простыми словами. Посмотрим, как ты понимаешь сказанное. А может быть, ты только зубришь теорию и совсем не понимаешь смысл? — задал я два провокационных вопроса. Её изредка требовалось поддевать для лучшего обучения.

— Нет, учитель, я всё понимаю, — немного обиженно она ответила мне и, повернувшись к графине, продолжила: — Пани Мария, телепортация — это ни что иное как мгновенное перемещение определённого объекта из одного места в другое, и расстояние здесь не имеет никакого значения, разве что увеличивает расход энергии.

— Спасибо, — ответила графиня. — Так действительно намного понятней. Получается, что ещё несколько мгновений назад мы были далеко отсюда, а теперь здесь, у вас в гостях. Двоих же вы взяли из-за того, что с количеством людей увеличивается расход этой вашей энергии? — довольно быстро вникла в смысл сказанного графиня. Я даже впечатлён.

— Да, всё верно, — ответил я. — Я мог бы перенести всех вас с лошадьми, но зачем тратить лишнюю энергию. Она, кстати, называется маной, и именно она является тем, что позволяет делать различные чудеса, — рассказал я ей немного о магической энергии.

— Это как в паровом двигателе дрова используют, — сказала Мария в ответ на моё объяснение. Что такое паровой двигатель, я не знал, а потому мне пришлось всё-таки залезть в сознание графини и посмотреть, с чем она сравнивает. Мне потребовалось несколько секунд, чтобы понять принцип работы этого парового двигателя.

— Да, совершенно верно. Действительно, очень похоже, — ответил я после небольшой паузы, пока разбирался с паровым двигателем. В это время Марек подошёл к графине и зашептал что-то ей на ушко.

— Пан Леший, — после слов Марека она обратилась ко мне, — не могли бы вы нам выделить помещение, где мы можем отдохнуть и привести себя в нормальное состояние после долгой дороги?

— Да, конечно, — ответил я графине и обратился к Екатерине: — Проводи и возвращайся быстрее.

— Хорошо, учитель. — Моя ученица повела гостей к простенькому дому, возведённому мною при помощи магии земли ещё после первой встречи с Вацлавом специально для гостей.

Тем временем, пока моя ученица провожала гостей, я сел в медитацию для ускоренного восстановления своего магического резерва. У меня в этом мире появилась фобия остаться полностью без маны. В таком случае у меня почти со стопроцентной вероятностью активируется способность поглощения, которую я ещё очень слабо контролирую. Так что каждую свободную минутку стремлюсь восполнить свои затраты магической энергии. Сейчас, когда настоящий Леший забирает довольно большую часть генерируемой маны для своего восстановления, это важно вдвойне.

— Учитель, а где граф со своим сыном? — спросила меня Екатерина, когда я вышел из медитации. Её почувствовал ещё около получаса назад. Она, получив несколько раз разрядами молнии в попу за прерывание моей медитации, теперь строго придерживалась правила: пока учитель медитирует, нельзя его беспокоить.

— Отвык я за последнее время от разумных, — начал я говорить. — Не подумал, что такой человек, как граф, просто так не рискнёт приезжать в неизвестное и непонятное место, особенно после некоторой демонстрации моих возможностей его подчинённым.

— Его мать прибыла всё разузнать подробней перед приездом своего сына? — решила уточнить моя ученица.

— Да, именно так, — подтвердил я её выводы. — Сейчас, пока наши гости отдыхают, предлагаю тебе потренироваться в телекинезе. Я ещё вчера достал из реки несколько крупных валунов, — перевёл я тему. Молодой маг, или, по крайней мере, начинающий маг, обязан думать каждую минуту своей жизни о своём самосовершенствовании в магическом искусстве. А в отношении Екатерины это требуется обязательно, ведь от её усердия зависит, сколько она сможет прожить и служить мне.

— Так вот вы зачем притащили те здоровые каменюки, — проговорила она и посмотрела обречённо на валуны. Некоторые из них больше её роста и весили не меньше ста пудов. — Но я ведь пока и два пуда с трудом поднимаю.

— На самом деле резерва твоей магической энергии сейчас вполне может хватить на жонглирование в течение минуты этими небольшими камушками.

— Но как же так? — удивилась она. — Я сейчас с трудом вот такой камень поднимаю. — Она подняла в воздух камень, с которым тренировалась до этого.

— Смотри, — вместо ответа сказал я и поднял в воздух валуны, которые принёс вчера. Они, взлетев в воздух, выстроились сначала в круг, после — в змейку, которая начала выписывать различные фигуры в воздухе. Минуты через четыре я опустил камни на их места и посмотрел в лицо ошарашенной женщины.

— Учитель, вы лучший, — восхищённо сказала она, отойдя от своего удивления. Я же лишь покачал головой.

— Главное-то ты и не увидела, — произнёс я, смотря на неё с некоторым разочарованием. Екатерина сразу стала серьёзной и начала в голове прокручивать, что только что увидела, и искать, что же она упустила из виду.

— Что я упустила? — так и не сообразив, она спросила у меня. Ещё раз тяжёло вздохнув, я спросил у неё:

— У тебя «Магическое зрение» активировано в момент моей демонстрации возможностей телекинеза?

— Конечно. Я стараюсь постоянно держать его активным, — ответила женщина, не понимая, куда я клоню. — Ведь вы рекомендовали для повышения чёткости держать всё время активным «Магическое зрение».

— Молодец, хоть это помнишь. А теперь сравни свой телекинез и мой. В чём разница? — задал я ей наводящий вопрос.

— При вашем выполнении магический фон не поднимался, — неуверенно после нескольких минут размышлений произнесла она.

— Верно. А что из этого следует? — снова задал своей ученице наводящий вопрос.

— У вас намного ниже паразитические потери маны, — ответила она снова после недолгого размышления.

— И снова правильно. А теперь то, что ты, наверное, не заметила. Из-за того, что мой контроль магической энергии в разы лучше, я не теряю её на паразитические потери. Почти вся энергия идёт в дело, не повышая при этом магический фон. Я сейчас потратил ровно столько маны, сколько вмещает в себя твой магический резерв, а значит то, что я только что сделал, можешь сделать и ты. Тебе необходимо повышать контроль над своей магической энергией. Ничего лучше телекинеза в твоём случае нет.

— Спасибо, учитель, — ответила Екатерина и, воодушевлённая моими словами, сразу попыталась поднять камень весом пудов в пятьдесят. Почти сразу воздух стал насыщаться манной — всё-таки контроль у Екатерины ещё очень слабый. Но, несмотря на это, ей даже удалось приподнять камень на несколько секунд в воздух, но после она упала на землю, лишившись всей маны.

— Эх, ну что с тобой делать, — сказал я и, подхватив её бессознательное тело телекинезом, отправился в дом.

Уложив Екатерину на кровать, я снова погрузился в медитацию, но прежде активировал подслушивающее плетение в доме, предоставленном нашим гостям. Ведь никто не обещал, что их слушать не будем. Мне всё-таки необходимо знать, о чём они думают, чтобы правильно выстраивать свою линию поведения. И урок этот с телекинезом устроил специально для демонстрации своих сил и умений. Я чувствовал, как Мария вместе со своим телохранителем, стояли за деревьями и наблюдали за нашими действиями. Обучение Екатерины сейчас шло не в приоритете. Мне требовалось показать, что со мной лучше дружить, чем враждовать. Но главное не запугать их слишком сильно, а то могут решить уничтожить меня, не считаясь со своими потерями. Но этот вариант сейчас маловероятен. По словам Екатерины, набожность в высших слоях населения сейчас не сильно популярна. Да, на людях все они верные подданные церкви, но в реальности дела обстоят иначе.

Реальной помощи своей пастве от церкви сейчас практически не было. Это связано с тем, что церковь несколько переборщила в прошлые века с уничтожением одарённых. Все чудеса церкви базировались именно на одарённых, выучивших необходимые комбинации звуков, прямо как Екатерина. Так что в рядах церковников в связи с общим уменьшением одарённых уменьшилось и количество их чудотворцев, что, естественно, сказалось на уровне доверия к ней. Так что главное не стать личным врагом влиятельных людей, пока сам не обзаведусь этим самым влиянием. Хоть граф Ходкевич и находится сейчас в опале, но он продолжает быть одним из самых влиятельных аристократов этой местности. Поэтому идея подружится с графом и показалась мне такой заманчивой. Его влияния должно хватить, чтобы оградить нас от различных проблем, связанных с властью. Вот и следовало послушать, о чём говорит его мать со своим телохранителем, и понять, правильно ли я выстроил линию своего поведения.

— Что скажешь? — спросила Мария, пребывая под впечатлением от урока, продемонстрированного своей ученице этим непонятным Лешим.

— Он очень опасен, пани Мария, — начал говорить Марек своей госпоже. — Боюсь, я в случае чего не смогу вас защитить. Вы видели каменюки, которыми он игрался в воздухе?

— Да, очень красиво, — улыбнувшись, ответила она своему телохранителю. — Но ты прав: отправь он один такой камушек в нашу сторону — и от нас ничего бы не осталось, — став серьёзной, сказала графиня. — Как ты думаешь, кто он?

— Я думаю, и вы считаете, что он никакой не Леший? — спросил Марек у своей подопечной, устроившейся сейчас на каменной кровати с травяным матрасом. Она не преувеличивала, когда говорила о своей усталости.

— Это я сразу поняла. Не похож он на того, кто живёт в лесу и следит за каждой животинкой. А уж прибыв сюда, я в этом убедилась. Я ведь специально к няньке сына ходила. Она все местные сказки и легенды знает. Так что он точно Лешим из тех легенд быть не может. Кто же он? Человек?

— В этом я тоже сомневаюсь. Его внешний вид прямо говорит о его нечеловеческой природе. Но и к нечистой силе он не принадлежит точно. Пока я постигал науку в Ватикане, мне довелось одним глазом увидеть действительно нечистую силу. Нет от этого «Лешего» тех ощущений. Я склоняюсь к мысли, что он представитель другой цивилизации. В трудах Иохима Винкельмана упоминалось о нахождении странных человекообразных скелетов во время раскопок в Помпеях.

— Да, помню, ты рассказывал об этом, — вспомнив более ранний рассказ Марека, она продолжила: — Значит, считаешь, что он может быть представителем другого вида мыслящих, — задумчиво сказала графиня.

— Да. И как вы, наверное, помните, в этих трудах было упоминание о табличках с описанием необычных сил полубогов.

— Ты считаешь, он полубог? — скептически она спросила. Хоть и не была яро верующей женщиной графиня, но строгое католическое воспитание давало о себе знать.

— Нет. Я думаю, что во времена Римской империи так называли вот таких вот существ, — указал рукой в сторону моего дома Марек.

— А куда же они подевались сейчас? — спросила она у своего явно не простого телохранителя. Я вообще про Ватикан слышал лишь пару раз от Екатерины о том, что там находится престол Папы Римского, наместника Бога на земле. И это довольно странно, что там проходил обучение обычный телохранитель.

— Иохим Винкельман в своих трудах обращал внимание на следы насильственной смерти на всех найденных необычных скелетах, — через пару минут размышлений произнёс он. — Так что я считаю, что их истребили.

— Как таких можно истребить? — удивилась графиня, но после нескольких секунд размышлений она сказала: — А ведь не просто так бушевала инквизиция несколько веков.

— Да, я тоже считаю, что раньше и среди людей были колдуны, и именно они и занимались истреблением подобных. Да и Вацлав говорил, что участвовал в зачистки кубла чернокнижников в молодости, а значит, эти колдуны существуют и сейчас, но в намного меньшем количестве.

— Знаешь, а так страшно становится жить. Вот не знала я об этом и думала о колдунах. А теперь спать нормально не смогу. Как представлю, что придёт какой-то недовольный колдун и уронит вот такой камушек на дом, — тихо сказала графиня, явно представив такую перспективу.

— Не волнуйтесь, пани Мария, — спокойным тоном произнёс Марек. — Раз не трогали они нас раньше, то и дальше не станут. С чего бы им на нас внимание обращать?

— Только на это и надеюсь, — уставшим голосом сказала женщина. — Только на это и надеюсь.

— Пани Мария, отдыхайте, — произнёс Марек, вставая с кресла. — Я посторожу ваш покой во время отдыха.

— Марек, — обратилась Мария к своему телохранителю, — я не думаю, что нам может здесь грозить опасность. Леший произвёл на меня впечатление гостеприимного существа. Ты уже два дня на ногах, ложись тоже отдыхать.

— Пани Мария, я обещал вашему мужу оберегать вас. И не могу в столь опасном месте оставить вас без охраны, хоть и понимаю, что не в силах буду защитить вас в случае, если Леший захочет что-то сделать с нами.

— Твоё право, — сказала графиня и, укрывшись одеялом из живой травы, легла спать.

Я же размышлял над услышанным. Не всё так просто в этом мире, как казалось мне ещё совсем недавно. Леший рассказывал, что раньше тут жило несколько рас близких человеческим, но он не говорил, куда они исчезли. По его словам, они просто растворились среди людей. Сейчас же я узнал, что они в большинстве умерщвлены насильно, по крайней мере, в этом городе Помпея. Но действительно, это дела давно минувших лет, и меня они никак не должны касаться. Мне следовало подумать о других словах Марека о том, что он видел нечистую силу и ощущал на себе её влияние. Если верить Лешему, то все оставшиеся магические твари сейчас в глубокой спячке, а значит, это не они. По свиткам, прочитанным мною в родном мире, подобное влияние на неодарённых имеют инфернальные сущности, но я не могу быть уверенным в этом, поскольку сам ни разу их не видел. Также это могут быть тёмные духи, призванные шаманом, и именно это мне кажется наиболее вероятным в кандидаты твари, которую видел Марек. Скорее всего, шаман вселил тёмного духа в какого-то человека и его как раз и доставили в Ватикан. Уж где-где, но в Ватикане одарённые должны быть стопроцентно — это всё-таки центр религиозного учения.

Ещё раз обдумав всё это, я пришёл к выводу, что меня это не касается напрямую, а потому можно и не обращать внимания. Плохо другое: графиня и её телохранитель не поверили в мою маскировку. Хоть я и произвёл на них должное впечатление, но не являюсь для них местной легендой. А ведь хотел, чтобы легенда Лешего прикрыла моё появление тут. Но ладно, буду над этим думать позже. А пока, настроив сигналку на наших гостей, я также отправился вздремнуть.

Долго поспать не удалось. Уже через пару часов из гостевого дома вышли наши гости. Мне пришлось тоже вставать и идти к ним на встречу — не хотел я их оставлять одних в сердце своей территории.

Увидев меня, Мария ускорила шаг и направилась ко мне навстречу. Едва мы поравнялись, как она начала разговор.

— Леший, спасибо, я отдохнула достаточно, — сказала она, а я повёл её в небольшую фруктовую рощу, где стоял летний столик с креслами.

— Надеюсь, мои скромные условия не смутили вас? — улыбнувшись, произнёс я севшей напротив меня графине. Телохранитель встал в метре за её спиной.

— Нет, всё нормально, — ответила Мария. — Теперь у меня вопросы собственно по предполагаемому лечению моего внука.

— Я вас слушаю, — ответил, немного улыбнувшись графине. Она довольно странно посмотрела на мою улыбку, но всё же продолжила:

— Сами понимаете, я беспокоюсь о том, чтобы не навредить ему. Яну и так досталось из-за этой криворукой. — Видимо, вспомнила повитуху, которая принимала роды у её невестки. — Она сломала малышу руку и бедро. И ещё имела наглость предложить умертвить больное дитя, — явно с не наигранной злостью сказала графиня. — Но ничего, пусть теперь сама кормит червяков, — со злым удовольствием произнесла она. Не прощают такие люди, как она, ошибок своих подчинённых, не прощают.

— Понимаю. Я специально вспоминал методику лечения малых детей на днях. Должно работать точно. Надеюсь, кроме переломов костей больше ничего у мальчика не повреждено?

— К сожалению, сказать не могу. Внешне больше никаких травм нет, но сами знаете, что могут быть и внутренние повреждения.

— Это я смогу легко проверить.

— Так к чему я веду, — начала говорить Мария. — Я не могу просто так разрешить не известно кому лечить своего внука. Я уже убедилась в том, что тут безопасно, но теперь должна убедиться и в качестве вашего лечения.

— Каким образом вы хотите это сделать? — собравшись, спросил я у пани Марии. Просто мне интересно, как неодарённый человек будет проверять моё лечение.

— Марек, — сказала она своему телохранителю, — давай.

— Пани Мария, отвернитесь, — сказал Марек. Когда его госпожа отвернулась, он просто взял и сломал себе руку о дерево.

Противный хруст раздался в воздухе, а телохранитель лишь скривился от резкой боли и подошёл к нам. После этого он сел в кресло рядом с нами, до этого момента проигнорированное им, и положил руку на стол.

Да уж, такой проверки я не ожидал. Не думал, что кто-то сможет специально сломать себе кости ради проверки эффективности лечения. Хоть лечить взрослого и ребёнка это разные вещи, я уже упоминал об этом ранее, но они этого не знали и решили проверить на таком вот стенде.

— Не ожидал я от вас такого, — сказал я, блокируя нервные окончания Марека, чтобы боль не проходила до мозга. — Хорошо. Первым делом я заблокировал боль. Марек, сейчас чувствуешь боль?

— Нет, пан Леший, — с облегчением вздохнул он. — Я руки сейчас вообще не чувствую. Ни боли, ничего другого.

— Так и должно быть? — спросила графиня у меня, услышав ответ своего телохранителя.

— Да. Заблокировать одну только боль сложнее, и это имело бы смысл, если бы, к примеру, Марек собирался продолжить бой, когда ощущения своего тела очень важны. Сейчас же нам это без надобности, — решил я довольно подробно рассказывать графине о том, что делаю. — Сейчас при помощи телекинеза начну собирать кости Марека в единое целое. — Под моим взглядом все косточки начали двигаться и становиться на свои места.

— Выглядит неприятно, — сказала пани Мария, смотря с отвращением на шевелящиеся кости под кожей.

— Даже если лечить не магическим путём, то кость всё равно требуется собрать. Просто это происходит ещё противней и больнее для пострадавшего, иначе кость может срастись неправильно. Если бы это был открытый перелом, то мне пришлось бы прежде остановить кровотечение и только после этого заниматься собиранием кости в единое целое, — продолжил я рассказывать. — А дальше необходимо активизировать регенеративные функции организма. И если не хотите несколько недель ждать сращивания костей, необходимо подпитать регенерацию порцией энергии жизни. Она ещё называется праной. Но и так лечение затянется на несколько часов.

— Есть более быстрый способ? — спросила с интересом слушавшая меня графиня Ходкевич.

— Да, есть — плетение малого исцеления. Вам будет понятней заклинание малого исцеления. Это заклинание воздействует на организм в общем и лечит все повреждения организма. Впрочем, тяжёлые оно вряд ли сможет вылечить, но перелом легко в течение нескольких минут вылечит, что я сейчас и проделал, — сказал я и активировал малое исцеление на руке Марека.

— Если есть малое, то есть и большое исцеление? — задала закономерный вопрос графиня. А она молодец, быстро схватывает.

— Да, существует ещё среднее и великое исцеления.

— А на что они способны? — также с интересом спросила она меня. Видно, что ей про магию всё интересно.

— Среднее также лечит организм пациента в целом, просто может вылечить не только травмы, но и большинство болезней при достаточном энергоснабжении, расходуя при этом ресурсы организма. Чтобы было понятней, строительный материал для лечения повреждений плетение берёт из самого организма человека. Так, к примеру, Марек сейчас похудел на пару золотников. Малое исцеление так же, как и среднее, взяло всё необходимое в его организме, — начал я объяснять принцип работы плетений исцеления.

— Раз вы, пан Леший, не говорите про Великое, то с ним всё по-другому? — уточнила у меня графиня.

— Тут вы правы. Великое исцеление вообще мало кому доступно, — начал говорить я в ответ пани Марии.

— А вы владеете им? — с интересом спросила она у меня. Я-то владел им, но только с внешними накопителями маны — слишком оно затратно для меня, но говорить про это не хотел.

— Да, пани Мария, владею, но оно очень сложное, и я могу лишь раз в несколько месяцев его использовать.

— А в чём его особенность, раз оно такое сложное? — снова перебила меня графиня, но я на это уже не обращал внимания.

— Оно, когда необходимо, может воскресить человека, если прошло не более получаса с момента смерти. Оно возвращает душу в тело и исцеляет практически от всех травм и болезней, создавая всё необходимое из магической энергии. Также оно лечит энергетические травмы, правда, это имеет смысл только для таких одарённых магически существ, как я или моя ученица, — ответил я ей. А пани Мария была в шоке от возможностей магии, которые она узнала только что.

— Пани Мария, моя рука полностью здорова, — разминая руку, произнёс Марек. После своего лечения в мою сторону от него шли уже более благоприятные эмоции. Графиня же вышла из ступора и стала щупать руку своего телохранителя в месте, где она была сломана.

— Ваше искусство восхитительно, — откровенно впечатлённая, сказала Мария. — Теперь я верю вам. Наверное, вы единственный, кто сможет помочь моему внуку.

— Надеюсь, что смогу помочь. Всё зависит от того, что именно произошло с вашим внуком, — скромно произнёс я.

— А теперь давайте поговорим откровенно, — стала серьёзной буквально вмиг графиня и посмотрела мне в глаза. — Кто вы такой и что хотите за свою помощь? Только не надо говорить, что вы Леший.

— Хорошо, — тяжело вздохнув, произнёс я. Видимо, мой спектакль не произвёл впечатления на графиню. — Как вы правильно заметили, я не отношусь к духам местности. Я вполне материальное существо, хотя в знакомых у меня есть и настоящий Леший. Вы правы, я представитель другой цивилизации, которая, как и я, одарена необычными возможностями, волей случая оказался в этой местности и решил тут обосноваться.

— Значит, вы нас подслушивали, — несколько обиженно сказала графиня. — Это низко для благородного человека.

— Как вы заметили, я не человек. Хоть и входил в благородный дом на родине, но не являлся в нём высокородным аристократом. Я обязан знать о вашем отношении ко всему этому.

— Всё равно это делать некрасиво. Надеюсь, в будущем вы не будете опускаться до подслушивания.

— Обещаю. — Обещания, не подкреплённые ментальной закладкой, меня ни к чему не обязывают, так что я мог обещать что угодно и кому угодно. — Как понимаете, я не являюсь подданным любого вам известного государства, то есть являюсь банальным нелегалом. Я хотел бы в качестве оплаты за лечение вашего внука легализоваться и получить во владения участок земли вокруг Радинок, — выставил я своё предложение.

— Я не вижу ничего, что не в наших силах. Так что, думаю, мы сможем вам помочь, — немного подумав, сказала графиня. И ведь как сказала. Выходит, это я у них прошу помощи, а не они у меня. Но я на такое уже давно не обращаю внимания.

— Я предлагаю сейчас подкрепиться и отправиться отдыхать до утра, а уже утром решить оставшиеся вопросы, — предложил я.

— Я не против, — сказала графиня и встала из-за стола.

После этого я провёл их к столу с накрытым ужином. Моя ученица ещё полчаса назад получила ментальный приказ, а потому к нашему приходу всё было готово. Конечно, наш стол не баловал особым разнообразием яств, но еды много и она сытная.

Во время ужина мы не касались важных тем и общались на общие. В основном Марию интересовала возможность самой обучиться магии. Но я сразу сказал, что магического дара у неё нет и владеть магией сможет только после договора с демонами или Богами. Естественно, такое решение её не устраивало, а поэтому свои мечты владеть магией она довольно быстро выкинула из своей головы. После ужина, довольные собой, мы разошлись.

Мария, видимо, не поверила мне, что я не буду подслушивать, поскольку кроме общих разговоров ни о чём другом они не говорили. Спустя полчаса и эти разговоры у них завершились. Видимо, легли спать, что и я сделал — стоило немного отдохнуть.



Глава 8.


Новый день для меня начался весьма рано. Графиня Ходкевич, как оказалось, не могла спать нормально в чужом доме, а потому ещё до рассвета встала и вместе со своим телохранителем Мареком покинула выделенный им дом для прогулки по территории.

Меня, естественно, едва они переступили порог дома, разбудила магическая сигнализация. Я не настолько доверчивый, чтобы позволять в принципе чужим и малознакомым людям гулять по своей территории, пусть она официально и не принадлежит мне пока что, но я её уже считаю своей из-за вложения огромного количества трудозатрат. Так что в домике, построенном специально для них, полный комплекс шпионских плетений: и звуковая передача всего происходящего, и запись визуальных иллюзий, чтобы позже можно было посмотреть, чем занимались мои гости.

Многие могут посчитать, что я извращенец — подглядывать за своими гостями, но я не мог позволить им бесконтрольно находиться на моей территории. А самые важные объекты, такие как генератор маны, вообще отгородил мощным отводящим глаза полем. Пусть я буду параноиком, но зато живым параноиком.

Сейчас в этом мире мог доверять только своей ученице и не потому, что она хорошая, а потому что мы с ней заключили магический договор, точнее, односторонний магический договор — на себя я никаких обязательств не брал.

Должен отдать должное моим гостям. Пусть их и распирало любопытство, они старались никуда далеко не ходить и не лезть к незнакомым и необычным штукам, а их у меня хватало. Графиня большую часть времени провела в моём саду — видимо, заинтересовалась огромным разнообразием дубовых деревьев. Хоть дубы и довольно распространённое растение в местных краях, но не настолько, как это выглядит у меня. А если учесть, что в каждое дерево вложены различные магические плетения, которые частично влияли и на физический внешний вид, то становится понятен повышенный интерес графини. Ничего опасного там не было. Всё, что получалось опасным, я практически сразу после исследования уничтожал, а потому за ними лишь одним глазом присматривал. Сам же проверял качество экранирующего сундучка, сможет ли он защитить ребёнка от излишнего воздействия магического поля высокой напряжённости.

Вообще, кора того дуба с экранирующими свойствами получилась очень необычной. После отделения от живого дерева она ещё больше начинала экранировать магические потоки. Почему вообще из обычного защитного плетения получилось это, я не имел ни малейшего представления.

Перепроверив все ещё несколько раз и убедившись в превосходных экранирующих свойствах сундучка из коры необычного дуба, я отложил его в сторону и вышел на улицу, мне требовалось сделать ещё одну важную вещь.

Поскольку я собирался переносить графа и его сына порталом, мне требовалось создать возле дома магический маяк, который облегчит создание портала. Если создавать портал без маяка, то будет тратиться в несколько раз больше энергии на это, потому что часть энергии будет идти на банальный поиск соответствующей местности воспоминанию в реальности. Вообще, открытие портала по воспоминанию не сильно надёжный метод, ведь часто наши воспоминания не полные, а потому бывает, что несколько вариантов подходит под местность, которую вспоминаешь. В таком случае приходится вручную выбирать правильный вариант портала, что ещё больше увеличивает расход магической энергии. А вот магический маяк позволяет настраиваться порталу сразу в необходимое место, хоть и сам маяк потребляет магическую энергию, но он тратит её в разы меньше, чем поиск соответствующей воспоминанию местности.

В качестве маяка могут служить и обычные мощные магические плетения, если они будут фонить в окружающий мир. Позавчера, проверяя возможность создания портала, я смог ощутить целых шесть точек с высоким магическим фоном — они могли служить точкой выхода для портала. К сожалению, я не обладаю достаточным опытом построения порталов и не могу точно сказать, что это за магические аномалии. Это могли быть магические источники или мощные артефакты. И то, и другое могло служить точкой выхода из портала, а могло быть и просто местами больших захоронений. Я в книге читал, что места скопления большого количества некроэнергии, бывало, сбивали настройку портала и довольно опытным магам в этой области магического искусства.

Когда будет свободное время, я обязательно проверю эти точки выхода. Может, это не занятые магические источники? Понимаю, что это звучит фантастически, но вдруг. А если и не свободные, то в зависимости от ситуации можно и захватить его будет в будущем.

Вообще, мне требовалось позаботиться об увеличении количества генераторов маны. Одного получившегося довольно мало. Он не мог обеспечить даже все мои потребности. Так что следовало до холодов ещё один или два генератора маны в округе создать. Ведь плетение микроклимата в районе генераторов будет потреблять весьма не мало маны. Но это всё планы будущего.

Меня сейчас больше волновало, что можно сделать с тем, чтобы другие не смогли открыть портал на моей земле. Вот это более важно. К сожалению, я хоть и знаю о существовании специальных плетений для блокировки пространственных перемещений, но сам ни разу их не видел. Честно говоря, и теоретическое обоснование пространственного блокирования не понимаю. Не ходил я на факультатив по пространственной магии в связи со своей слабостью в разделе магии в молодости. Вот и смог запомнить лишь обязательный курс пространственной магии и то в основном теоретически. Не получалось тогда работать ни с порталами, ни с телепортами.

Пока что блокировка от пространственных перемещений для меня не критично. Магический фон хоть и повысился в округе, но не сильно. С такими темпами ещё пару лет пройдёт, прежде чем мой необычный генератор маны привлечёт внимание других магов.

Магические существа, конечно, обладали лучшей чувствительностью к магическим проявлениям. Яркий пример — Леший. А потому они могут начать пробуждаться ото сна недалеко от моего искусственного источника маны. По словам Лешего, первыми, скорее всего, проснутся духи воды. Им всегда требовалось меньше энергии для своего существования, чем другим духовным сущностям. Но я думаю, в их пробуждении нет ничего страшного, особенно если учесть, что у меня есть под боком древний дух местности. Он-то, наверное, со всеми магическими тварями знаком в этом мире. Да и профит с этих тварей поиметь можно неплохой. Можно будет духов использовать для моих потребностей. Тех же духов для усиления родников в лесу, а уже родники — для новых генераторов маны. Также можно использовать регенерируемые части тел магических существ для алхимии. Хоть алхимия и не являлась моей специализацией, но в целительстве использовалась весьма часто, так что алхимик из меня не последний. Вершиной моего алхимического искусства является зелье, способное по-быстрому останавливать кровь и запаивать раны. Необходимо плеснуть в рану зелье — и не сильно тяжёлые раны временно заживали. Лучший результат для этого зелья у меня получился на трое суток. Этого времени должно хватить, чтобы доставить раненого к целителю. Это, кстати, было одним из пунктов моего будущего договора с графом. Ведь такие зелья помогут его людям выживать в весьма непростых ситуациях.

Вообще, я мог многое предложить такому человеку как граф. Насколько смог узнать, магия может многое из того, что недоступно современному человеку. Да те же артефакты с малым исцелением, ведь при их помощи можно кардинально улучшить здоровье большого количества людей.

Встретил я рассвет на вершине своего дома — только там можно видеть чистое небо, не скрытое листьями. Насладившись первыми лучами, спустился вниз к графине и её телохранителю, уже вернувшихся с прогулки и отдыхающих в саду в креслах, в которых вчера у нас был разговор.

Мой спуск заинтересовал графиню с Мареком, ведь я просто спрыгнул с двадцатипятиметровой высоты и при помощи телекинеза поправлял своё падение вниз, хватаясь за ветки, чтобы избежать столкновения, а перед приземлением вообще на несколько секунд завис в воздухе и плавно спустился. Такое использование телекинеза весьма сложно. Сомневаюсь, что в ближайший десяток лет моя ученица сможет повторить нечто подобное. Одно дело перемещать объекты и совсем другое — перемещать самого себя. Также стоит учитывать, что организм любого живого существа имеет свойство блокировать магические воздействия. У кого сильнее, у кого слабее, а у владеющих магией это сопротивление растёт соответственно степени развитости их магического дара. Поэтому для такого использования телекинеза требуется очень высокий уровень контроля магической энергии.

Было видно, что Мария, как и её телохранитель, не спала всю ночь. Как бы ни пыталась графиня скрыть при помощи косметики, мешки под глазами видны, да и количество жизненной энергии, исходящей от неё несколько меньше, чем вчера. Это всё показывало, что ночь графиня провела в тяжёлых раздумьях. Вообще, было бы удивительно, если бы она крепко спала. Вчера Мария получила огромное количество новых впечатлений. Должен заметить, необычных впечатлений. Думаю, не каждый день ей показывают то, что до этого момента считалось детской сказкой.

— Доброе утро, пани Мария, Марек, — поздоровался я с ними, когда подошёл к столу и сел в своё кресло. — Как спалось, не спрашиваю, поскольку вижу, что никак, — усмехнулся я своей немудреной шуточке. Но и такая простенькая шутка вызвала у них на устах лёгкую улыбку.

— Доброе утро, пан Леший, — поздоровалась Мария со мной, а Марек лишь кивнул в качестве приветствия. — Действительно, увиденное вчера не позволило нам сомкнуть глаза. Слишком это всё необычно для меня, простой женщины, — сказала она, несколько принижая свои достоинства.

— Вы-то простая женщина? — произнёс я. — Не верю, — сам ответил на свой вопрос.

Я видел, когда поверхностно считывал память этой женщины, что её точно простой женщиной назвать сложно. Именно благодаря ей Ходкевичи до сих пор не разорились. Сын её не сильно хороший политик и экономист, но из него получился хороший военный. Да и возникали у него периодически фантастические проекты, от которых Марии с трудом удавалось отговаривать сына. Вот и приходилось всё контролировать этой уже немолодой женщине собственноручно. Если бы не она, то во время польского восстания графы Ходкевичи могли лишиться всего своего влияния, как и своих земель.

— Не смущайте меня, — улыбнулась она кокетливо в ответ она. — Пан Леший, какие у нас на сегодня планы? — спросила Мария, резко перейдя от разговора ни о чём к интересующей её теме.

— Сегодня у меня по планам лечение вашего внука, — начал говорить я. — Он же находится недалеко? — решил уточнить, хоть и знал ответ уже из памяти графини Ходкевич.

— Да, в десяти вёрстах от места нашей встречи мой сын встал с лагерем и ждёт моего сообщения о дальнейших наших действиях. Но вы ведь это уже знали?

— Да. Ещё вчера я проверил округу и обнаружил вашего сына и почти два десятка вооружённых человек, причём даже вашего внука кормит нянька с усами, почти сажень ростом, и двумя пистолетами, — ответил я шутливо.

Я решил не говорить пани Марии, что эту информацию получил из её памяти. Мне кажется, это может сильно осложнить наши отношения. Не просто так у всех разумных предвзятое отношение к ментальным магам, ведь кому понравится, что твоя голова уже не совсем твоя. В моём родном мире дошло до того, что ментальные маги никогда публично себя такими не называли. В основном представлялись по своей второстепенной специальности. И только после близкого знакомства сообщали о том, какой они специализации на самом деле.

Вообще, ментальные маги страдают повышенной паранойей. Они в силу своей специализации очень близко знакомы с низменной частью разумных, ведь редко кто говорит постоянно правду. При общении с такими магами требуется постоянно следить за своим ментальным щитом. Они часто, сами того не осознавая, пытаются читать мысли своих собеседников. Но винить их в этом не надо. У нас даже в таком случае рекомендуется сразу напоминать им о недопустимости ментального проникновения.

— Вот вы и ответили на свой вопрос. Думаю, несколько часов после нашего возвращения пройдёт, прежде чем Сашенька со мной приедет обратно, — ответила мне графиня. По теплоте, с которой она назвала своего сына, можно сказать, что она его искренне любит.

— Замечательно. Сначала завтрак, а потом телепортация?

— Не думаю, что это хорошая идея. Боюсь, ощущения от телепортации вынуждают меня отказаться от еды. Не хочу опозориться перед вами, — смутившись, произнесла она. Для меня телепортация ещё в древе стала обычным делом, и я не ощущал негативных ощущений, но вот для них это пока что не так.

— Тогда прошу на площадь. — Так я называл небольшой квадрат земли, свободный от деревьев и других построек перед своим домом. — Оттуда я вас перемещу обратно. Надеюсь, Вацлав вас уже должен ждать там.

— Не сомневайтесь, Вацлав всегда выполняет приказы. Только вот с доставкой знахарки в Чернобыль у него возникли затруднения, — усмехнулась Мария, готовясь морально к очередной телепортации.

— А тут уж извините, но свою ученицу неизвестно куда и с неясными перспективами куда-то отправлять не могу, — развёл я руками.

— Сейчас я это понимаю, увидев, какими вы возможностями владеете. Любой, кто обладает хоть небольшой властью, захочет использовать вас или вашу ученицу в своих целях.

— И вы тоже хотите меня использовать в своих целях, — произнёс я графине в ответ на её слова. — Это видно по вам.

— И я тоже, — ответила она коротко и продолжила после небольшой паузы: — Так вот, когда Вацлав вернулся и рассказал о случившемся, честно скажу, хотелось вас задушить вот этими руками, — снова улыбнулась Мария, подняв перед собой свои руки. И ведь не шутила. — Я уже отвыкла от того, чтобы нам кто-то тут противоречил. Да, в столице такое бывало, но не здесь.

— Спасибо за откровенность, — ответил я графине. Всё-таки не стоило забывать, с кем имею дело. Все эти благородные обычно имеют завышенную самооценку и чувство собственного достоинства. Мне ещё повезло, что Мария оказалась вполне разумной женщиной.

— Да что тут скрывать, — отмахнулась она на мои слова. — Я ведь надеюсь на долгосрочное и благоприятное сотрудничество, — сказала графиня Ходкевич и пристроилась в иллюзорный круг передо мной.

— Надеюсь на это. Вы мне показались вполне разумной женщиной, а значит, договариваться с вами можно.

Обратная телепортация оказалась весьма быстрой. На самом деле она практически не занимает времени. Учёные моего родного мира давно уже пытались определить, сколько же она занимает времени в действительности. Но все их исследования упирались в отсутствие приборов, которые могли бы отсчитывать столь малые промежутки времени. Единственное, что можно гарантированно сказать, она не была моментальной — всё же занимала некоторое время.

Как и ранее, телепортация сопровождалась визуальными эффектами, будто мы покидаем росток растения. Пусть считают, что она без них невозможна. Может быть, когда-то это мне поможет в противостоянии с местными. То, что оно будет, я в этом уверен практически на все сто процентов, а вот насколько оно будет масштабно, в этом и весь вопрос. Также надеюсь, что наше противостояние не начнётся в ближайшие годы. Как бы я ни считал себя великим магом, но против большого количества разумных ничего не смогу сделать. Одно из основных различий между архимагом и более низкими рангами в том, что архимага закидать мясом не получится, а вот магистров — да, можно. Разница между рангами довольно большая.

Мария оказалась права: Вацлав уже стоял на месте, причём не один — его сопровождали ещё два солдата. Они не из тех, кто был с ним при нашей первой встречи. Сам Вацлав, видимо, ночью также не отдыхал — его состояние ещё хуже, чем у графини. Наверное, не сильно хорошо граф принял новость о том, что Вацлав оставил его мать с непонятным чудищем всего с одним телохранителем.

При нашем появлении Вацлав искренне радовался и внимательно всматривался в лица пани Марии и Марека, скорее всего, ища какие-то несоответствия. Судя по всему, они считали, что я мог подменить графиню. Но к счастью, ничего не заметив, он выдохнул с облегчением и сразу подошёл к нам, чтобы поздороваться. Первым делом Вацлав, естественно, поздоровался с графиней, после — со мной. На Марека же он не обратил никакого внимания — видимо, у них между собой какие-то противоречия.

— Вацлав, всё нормально, — сказала Мария. — Подробности своего визита в гости пана Лешего я расскажу позже в лагере, — продолжила она говорить в ответ на приветствие Вацлава.

— Пани Мария, пан Александр перебрался в хату старосты Радинок, — произнёс Вацлав.

— Хорошо, — ответила женщина, явно обрадовавшись, что дорога предстоит более короткая. — Пан Леший, думаю, через несколько часов мы вернёмся, — повернувшись ко мне, сказала Мария. Я же, кивнув ей, телепортировался обратно к себе, не дожидаясь, пока они сядут верхом и отправятся к графу. На самом деле им требовалось пройти весьма маленькое расстояние — всего около двух вёрст до Радинок — так что про пару часов графиня сказала с большим запасом.

Вообще, мне помимо лечения стоило графу сделать и несколько более практичных подарков. За лечение сына он, конечно, будет благодарен, но строить отношения на одной только благодарности не стоит. Следует и что-то более практичное ему предложить. Думаю, несколько противокинетических щитов, встроенных в артефакты, должны будут его сильно обрадовать. Они не будут очень сильными — нет у меня пока соответствующих материалов для этого — но и так с десяток выстрелов должны удержать. Судя по мыслям Марии, граф опять собирался влезть в политику, а там такая защита была бы очень кстати. Мария пыталась отговаривать своего сына от этого опрометчивого шага, но Александр желал возвращения независимости Речи Посполитой или хотя бы царства Польского. Себя он видел владетелем большой территории Польши. Он вообще стремился к власти всеми своими силами. Вынужденная ссылка к себе в поместье после польского восстания ему не по душе. И если Мария понимала всю несостоятельность этой идеи, то её сын словно не видел никаких преград к этому. Он уже сейчас начал формировать своё воинское подразделение, которое хочет развернуть в полноценный полк. Теперь есть более ста человек, которые станут в будущем основой его полка. Они сейчас, кстати, проходили своё обучение в армии Российской империи. Так, он считал, убьёт двух зайцев одним выстрелом. И порядки противников выучат лучше, и вообще воинскому делу поучиться. Но это касалось лишь обычных солдат. Своих будущих офицеров он отправил проходить службу во французской армии. Сейчас она считалась наиболее современной и боеспособной во всём мире.

По мнению Марии, армия Французской империи больше показушная, но граф считал, что за ней будущее всего мира. И поэтому он хотел, чтобы его будущие офицеры там набрались опыта ведения войны, ведь не секрет, что их правитель, ставший императором в этом году, будет вести агрессивную внешнюю политику. Помимо этого граф даже умудрился достать несколько пушек и более двухсот ружей. Если бы не Мария, то подготовку её сына к вооружённому противостоянию с властью не заметить было бы сложно. Я даже удивился, когда узнал, что Мария не стеснялась пользоваться услугами наёмных убийц для слишком много знающих о её сыне людей. Так что графиня очень непростая и ради своего сына готова практически на любые поступки. Хоть и не поддерживала она его увлечение, но всё равно ему помогала.

Вообще, такая одержимость восстанием и воссозданием независимого польского государства выглядит несколько странно, поскольку у Марии я такого не заметил, а ведь она даже больше прожила при польской власти и должна больше хотеть восстановление прошлых порядков, но этого не было. Даже больше скажу: в душе Мария симпатизировала больше именно нынешнему политическому строю и подчинение Российской империи. Но это именно в душе. На людях же она поддерживала во всём своего сына. У меня даже возникло подозрение, что у графа стоят несколько ментальных закладок. Такое маловероятно, но настолько навязчивая идея редко когда появляется самостоятельно. Поэтому после его прибытия я аккуратненько обследую его сознание на наличие чужеродных пакостей. Надеюсь, конечно, что это не так — не хотелось бы раньше времени влезать в противостояние местных одарённых, ведь если закладки обнаружатся, то это означает, что граф участвует в чьих-то планах.

Немного подумав, я решил, что помимо противокинетических щитов, создам и ментальные щиты. Хоть магов и мало в этом мире, но они есть, и мне не хотелось бы, чтобы мои планы остались только планами из-за их вмешательства. Рано или поздно мною заинтересуются местные маги, а потому лучше чтобы это поздно. Ментальные щиты будут служить для того, чтобы не смогли обо мне узнать раньше времени. Всё это будет в уже привычном для этого мира жёлуде. Именно они стали наиболее универсальной основой для артефактов в этом мире. Единственной проблемой подобных артефактов является их зарядка. Самозаряд, в принципе, вплести в подобный артефакт могу, но он будет слишком уж слабым из-за низкой напряжённости магического поля мира. Тот же противокинетический щит, остановив одну пулю, будет восстанавливать заряд несколько дней — слишком низкий окружающий магический фон.

Пока я занимался созданием артефактов, Екатерина занималась заправкой их маной. Это у неё уже получалось, хоть и с большими паразитными потерями. Вообще, Екатерина очень довольна своей жизнью. Поэтому, что ни поручи ей сделать в магическом плане, она прямо горит от нетерпения это выполнить. Такого энтузиазма от неё я изначально не ожидал, но так даже лучше. Сейчас она занималась тем делом, о котором мечтала с первого раза, когда увидела действие магии в реальности. Магия ещё тогда стала смыслом её жизни, но первый учитель не хотел этого видеть и практически ничему не обучал. Те несколько церковных заклинаний можно и не считать, ведь он ими обучал её с целью эксперимента. Уже тогда, опробовав первые вербальные церковные заклинания, Екатерина начала чувствовать себя несколько выше других. Ей, выходцу из крепостных людей, вообще нравилось, если она в чём-то превосходила других. Да, эта черта характера не из лучших, но, думаю, она её со временем перерастёт, а сейчас же она даёт ей дополнительный стимул для развития.

Под моим же руководством она наконец-то смогла прикоснуться к настоящей магии. Теперь Екатерина любую свободную минуту проводила за развитием своего магического дара. У неё стояла цель стать самой могущественной магиней, которая не будет ни от кого зависеть. Недаром гласит древняя мудрость: «Раб больше всего мечтает стать рабовладельцем». Эта мудрость хоть и не полностью, но соответствует характеру Екатерины. В будущем я научу её работать со своим ментальным телом, и она сможет изжить из себя эти рабские желания. Но вообще Екатерина прогрессирует с необычайно высокой скоростью. Уже сейчас, спустя месяц с небольшим, она овладела первым активным магическим навыком — телекинез. Она теперь могла постоять за себя в любой момент. Но не останавливалась. Заряжая накопители в артефактах, Екатерина продолжала держать несколько камушков в воздухе для повышения контроля. Когда она полностью сосредоточена на телекинезе, уже может контролировать до двенадцати предметов. Но в таком случае даже не может следить за окружающей обстановкой — не хватает ей внимания. Но для столь небольшого срока, как она овладела телекинезом, это очень неплохое достижение. Уже работая только с пятью предметами, Екатерина может вести вполне осмысленный разговор, а держа в воздухе всего два или три камня, может заниматься и другими магическими воздействиями. Повторюсь: для столь небольшого срока обучения владению магией это очень неплохо. Да что там неплохо — замечательно. Даже я в детстве не обладал такой скоростью обучения.

Вообще, я своей ученицей доволен. Да, иногда проскакивали у неё в голове глупые идеи или мысли, но это всё связано с её не сильно хорошей жизнью. Должен признать, что большую часть жизни я прожил в более лучших условиях, чем она, разве что в самом раннем детстве сразу после рождения в рабском загоне жил ужасно. До того момента, как просмотрел свою память в дереве, я не вспоминал о том периоде своей жизни. Сейчас же не могу полностью перестать о нём думать. Постоянно мои мысли соскакивают на мою мать. Интересно, а она ещё жива? Хотя после той жизни вряд ли смогла бы прожить долго.

В будущее я смотрел с оптимизмом. Считаю, что Екатерине удастся преодолеть искусственное ограничение жизни. С такими темпами уже через пару лет ей можно будет давать звание подмастерья. Но хвалить её не буду ни в коем случае. Я, наоборот, старался указать на слабые стороны — мне не хотелось, чтобы она со временем расслабилась и её прогресс замедлился.

Как раз когда я закончил с созданием артефактов, моя сигнализация сообщила о возвращении людей на место встречи. Правда, их там довольно много — видимо, граф решил удостовериться в своей безопасности и прихватил с собой больше подчинённых.

Я сразу телепортировался на место встречи и с трудом смог увернуться от магического плетения с неизвестной структурой. Не рассчитывал, что меня будут атаковать мои практические союзники, так ещё и при помощи магии. Тем более что графиня искренне считала до нашей встречи магию сказкой. Вообще, эта магическая атака для меня была очень внезапной, ведь я считал, что магов кроме меня в округе нет. Уйдя в невидимость, осмотрелся. Окружающие меня люди под ментальным контролем, включая и графиню, и графа. Это можно увидеть по ментальным каналам, соединяющим их с перстнем молодого парня. Хоть одна хорошая новость. Это означало, что атака на меня не спланирована графом или его матерью. Поэтому я немного расслабился и стал рассматривать отряд, находясь в невидимости. Обойдя вокруг, убедился, что все люди в отряде, кроме непонятного парня, с перстнем на руке находятся под ментальным контролем.

Вернувшись на своё место прибытия, я стал внимательнее рассматривать напавшего на меня парня. Именно с его стороны в меня прилетело непонятное магическое плетение. И что самое странное — он в «Магическом зрении» не обладал магическим даром, а потому я не мог понять, как же он в меня отправил плетение. Я стал внимательно всматриваться в него «Магическим зрением» и не прогадал. Вскоре на его теле проступило множество светящихся в магическом спектре точек. Сперва я не понял, что это, но уже спустя несколько секунд стало понятно — артефакты. На теле этого парня несколько десятков артефактов, и как раз сейчас в меня летело очередное не известное мне плетение. Я не рискнул принимать их на свой щит, а потому пришлось телепортироваться в сторону. Но не успел выдохнуть от облегчения, как плетение развернулось и вновь полетело в меня. Ещё раз телепортировавшись рядом с деревом, я ждал атакующее плетение и только в последний момент ушёл с его пути. Дерево после попадания плетения превратилось в прах, что означало о принадлежности плетения к некромантии. Никогда не любил этот раздел магии.

— Появись, гад! — крикнул он зло, а мне снова пришлось уворачиваться от очередного плетения. В этот раз оно отдавало эманациями света. Скорее всего, у этого владельца артефактов плетения нескольких школ магии.

Мой противник явно не видел меня, а это означало, что он не владел «Магическим зрением» ни родным, ни артефактным, но проблема в том, что его артефакты обладали системой самонаведения.

Пока я размышлял об этом, он что-то приказал своим марионеткам через перстень, одновременно отправляя в меня очередное плетение из своих артефактов. Увернувшись, я попробовал дёрнуть на себя его при помощи телекинеза, но мой телекинетический захват не смог зацепиться за него.

Через миг на меня обрушился град пуль — это вступили в наш бой люди, находящиеся под его ментальным контролем. Эти пули я не решился принимать на свой магический щит. Если одну или две пули точно удержал бы, то вот в возможности удержать одновременно полтора десятка я не уверен. И проводить в боевой обстановке проверку крепости своего щита не желал. Так что я опять телепортировался за спину этого наглого парня, зомбировавшего моих будущих деловых партнеров и попытался его парализовать при помощи магического плетения. Но вспыхнувший щит вокруг него показал, что среди артефактов есть и защитные, хотя это можно понять и по не подействовавшему телекинезу. Я снова телепортировался в сторону и отправил в него плетение щитолома. Это плетение находило слабые точки щита и в этих местах начинало его перегружать. С защитой высокого уровня, естественно, такое не работало и её так просто не взломать. Но с моим противником это должно пройти.

И действительно, уже второй щитолом снял с него защиту, и я снова попытался его парализовать. К счастью, это мне удалось, и атаки прекратились. Справиться с моим противником можно было в несколько раз быстрее, но тогда он был бы мёртв, а я хотел получить ответы на некоторые вопросы. Но едва я подошёл к парализованному телу этого парня, как он умер, причём это оказалось воздействием очередного артефакта. Видимо, тот, кто послал этого парня, не хотел, чтобы он с кем-то делился информацией.

Я еле успел отскочить от него, когда его тело вспыхнуло сильным огнём. Мои попытки как-то его потушить ни к чему не привели, точнее, пламя я смог убрать, но температура всё равно продолжала разрушать его тело.

Спустя несколько секунд от него осталось лишь обгоревшее до неузнаваемости тело со сгоревшими артефактами. Теперь и по артефактам нет возможности определить ничего. Я с досады только сплюнул. Единственное, что хорошего произошло, так это снятие ментального контроля над людьми в связи с разрушением перстня.

Едва опомнившись, люди графа перехватили свои ружья и навели в мою сторону. Они явно не осознавали, где находятся, а в любой непонятной ситуации солдат учили: «Сначала стреляй, а потом разбирайся». Но графиня успела первой сориентироваться и крикнула.

— Стоять! — На удивление её все послушались, а я ведь думал, что это люди её сына и только его должны слушаться. Солдаты опустили вниз ружья, хоть они и бесполезны в этом случае, ведь оружие однозарядное. Свой заряд по мне они уже высадили. — Пан Леший, можете объяснить, что тут произошло? — обратилась она ко мне. — Последнее, что я помню, как вошла в комнату к сыну в доме старосты села, — пояснила Мария свой вопрос мне.

— А я, мама, последнее помню, как ты с Вацлавом и Мареком покинула лагерь, — произнёс до этого молчавший граф. — Пан Леший, если вас не затруднит, не могли бы вы объяснить ситуацию и откуда появился этот труп?

— Если коротко, то вас взяли под ментальный контроль и полностью контролировали ваши действия. Кстати, а где Марек? — спросил я у них, поскольку помнил его реакцию на мою попытку проникнуть в его сознание. Вряд ли бы он не засёк довольно грубое взятие под контроль при помощи артефакта.

— Мама, ты же без него никуда не ходишь, — удивлённо посмотрел на Марию сын.

— Не знаю, — ответила она, пребывая в недоумении. Видимо, отсутствие её телохранителя для неё очень необычное явление. Да и в памяти Марии за последние несколько лет ситуации, когда они разлучались, можно посчитать на пальцах одной руки.

— Надеюсь, он ещё живой, — произнёс я, догадываясь, что сделал мой противник, когда не смог взять его под контроль.

— Что вы имеете в виду? — заволновалась графиня. Видимо, Марек ей близкий знакомый.

— У Марека я заметил природный ментальный щит, который защищал его от подобных ситуаций. Сам по себе он не сильный, но давал сигнал о самом факте проникновения в его разум.

— Пан Леший, я так понимаю, вот этот труп и контролировал нас? — спросил граф, не дождавшись внятного ответа от своей матери.

— Да, пан Александр. Едва я появился, он напал на меня, а после приказал вам стрелять в меня, — ответил я. Солдаты наконец-то поняли, куда ушли их выстрелы и даже несколько смутились, ведь видели, что я на их стороне. Запах сгоревшего пороха ещё стоял в воздухе, а цели, куда стреляли, они не видели. Также воняло и сгоревшей плотью. Мария даже отошла немного, чтобы не чувствовать этот противный запах.

— Что произошло дальше? — настойчиво спросил у меня граф Ходкевич. Видимо, вся эта ситуация ему не нравилась очень сильно. А кому бы она понравилась? Думаю, никто не хотел бы терять контроль над собой.

— А дальше я его обезвредил и только хотел приступить к допросу с пристрастием, как он вспыхнул и сгорел за несколько секунд, — коротко пересказал я события графу. — Потом вы уже пришли в себя.

— Он был колдуном? — спросил Александр, перевернув своим ботинком сгоревшее тело.

— Нет, он не был одарённым. Он пользовался большим количеством артефактов, один из которых и контролировал вас. Также у него были боевые артефакты и защитные.

— Можете описать, как он выглядел? — попросил граф, явно не понимая, кто этот пользователь артефактов.

— Могу сделать даже лучше. Я сейчас создам его фантомную иллюзию, — произнёс я и создал иллюзию напавшего на меня человека. — Морок, — объяснил более понятными словами для них.

— Очень интересно, — сказал граф, с интересом рассматривая изображение напавшего на меня человека. — Кто-то узнаёт его? — спросил он у своих людей, но все они лишь отрицательно качали головой, — Мама? — решил спросить у своей матери граф Ходкевич.

— Да, я помню его. — Немного помассировав виски, она продолжила: — Пару месяцев назад ты его принимал в своём кабинете в нашем поместье. Мне почему-то тяжело вспомнить тот день.

— Но я этого не помню! — воскликнул в ответ на слова своей матери граф. Он ошарашен, но не доверять своей маме не мог.

— Скорее всего, вам стёрли фрагмент памяти со встречей с этим человеком, а у вас повышенное сопротивление ментальным воздействиям. Вот и вспомнили хоть что-то, — сказал я в ответ на вопросительные взгляды людей.

— Такое возможно? — спросил Александр.

— Да, как и контроль сознания, но я в этой области не силён. Подробностей сказать не могу, — ответил я, разведя руки в стороны. Не буду им сознаваться, что одного или двух человек я всё же мог бы взять под ментальный контроль, хорошенько подготовившись перед этим.

— С этой жуткой головной болью можно что-то сделать? — спросила графиня. Всё-таки воздействие ментальной магией на неподготовленный разум без последствий не проходит. Даже у Екатерины до сих пор любое моё воздействие в ментальном плане отдаётся сильной головной болью, а ведь она уже больше месяца каждый день поддаётся воздействию на своё сознание.

— К сожалению, нет. У вас сейчас болит не голова, а ментальное тело после грубого обрыва нитей контроля, — ответил я. Но судя по всему, мои слова они не поняли. — Другими словами, у вас болит душа, и успокоить эту боль можно лишь медитативными техниками или сном. Магией такое не лечится.

— Хорошо, потерпим. Это не такая уж и сильная боль, — сказал граф.

— У меня для вас есть ещё одна плохая новость, — начал я говорить. — Думаю, этот человек действовал не по своей воле. Он не был одарённым и артефакты, естественно, создать не мог. Так что ваш противник обладает выходом на довольно опытного и сильного мага.

— Час от часу не легче, — сказала Мария и явно в голове стала перебирать кандидатуры своих врагов, кто на такое способен.

— А где мой сын Ян? — спросил он у окружающих его людей, сообразив, что приехали они сюда без ребёнка.

— Смею предположить, что он остался в селе, — сказал один из солдат, когда до него дошёл взгляд графа.

— Тогда нам необходимо возвращаться туда как можно скорее, — приказал он своим людям, но Мария внезапно остановила своего сына и обратилась ко мне с просьбой в более быстром перемещении, чем езда верхом.

— Пан Леший, можете меня с сыном перенести к дому старосты?

— Хорошо подходите ко мне, — согласился я, создавая перед собой два иллюзорных круга, ведь таким образом ещё несколько очков заработаю у графа. Конечно, я не собираюсь у него работать извозчиком на постоянной основе, но в случае крайней необходимости ему мог помочь. Для меня же это ничего не стоит, кроме довольно приличного количества маны. А её я могу восстановить бесплатно.

— Мама, ты ему доверяешь? — спросил граф у своей матери. Та, внимательно посмотрев на меня ещё раз, ответила:

— Сашенька, ты же знаешь: я редко когда ошибаюсь в людях.

— Поэтому и спрашиваю у тебя об этом, — сказал он, так же внимательно смотря на меня, пытаясь контролировать все мои движения.

— Мне кажется, ему можно доверять. Ничего плохого он нам точно не желает сделать, — серьёзно сказала графиня и первой подошла ко мне. Вслед за ней подошёл и сам граф.

Телепортироваться я решил в хлев у Семёна. Там уже бывал и место довольно скрытное. Никто не должен будет увидеть мой метод перемещения. Не хотелось, чтобы все знали, как я перемещаюсь. Понимаю, что не смогу от всех скрываться, но пусть лучше никто лишний не знает о том, как я перемещаюсь в пространстве.

Сразу после прибытия Мария скривила лицо. И было от чего скривиться благородной даме: запахи далеки от приятных, а тут ещё словно внутренние органы перемешиваются от телепортации, хотя запах навоза приятней, чем вонь сгоревшей плоти. Но должен отметить, что уже третья телепортация далась ей намного проще, чего не скажешь про её сына. Тот не удержался и даже отправил свой завтрак наружу — всё-таки только первое перемещение сильно бьёт по органам чувств.

Я сразу бросил в графа и графиню по малому исцелению. Прямо на глазах зелёное лицо Александра стало приобретать природные цвета. Он, почувствовав, что резко становится легче, кивком поблагодарил меня и сразу отправился к дому старосты.

Вот во дворе и лежал сейчас Марек без сознания. Я по-быстрому посмотрел на него через «Магическое зрение» и убедился, что ничего критичного с ним не произошло. Он просто без сознания. Кинул на всякий случай в него малое исцеление и поспешил за практически бежавшим графом. Во дворе также оказался и сам староста Радинок. Он смотрел на всё происходящее с большим удивлением, но не останавливался и продолжал работать. Староста занимался рубкой дров и ему помогали оставшиеся солдаты графа. Я на всякий случай снова активировал невидимость и проскочил следом за бегущим графом, пока меня не заметили. Судя по выражению лиц его подчинённых, они не часто видели того бегающим.

В доме я почти сразу почувствовал наличие ещё одного магического артефакта. Резко ускорившись, обогнал графа и первым вскочил в комнату с его сыном. Как и думал, пока что непонятный артефакт лежал в колыбели рядом с его сыном. Определить воздействие сходу мне не удалось, поэтому я не рискнул его разрушать.

— Пан Александр, постойте, не подходите к колыбели своего сына близко, — сказал я, появившись перед ним. — У вашего сына в колыбели лежит неизвестный магический артефакт.

— Вы уверены? — с тревогой посмотрел он на меня. Его даже не удивило моё появление впереди него. — Он что-то плохое делает с сыном? — Видно, что о сыне он переживает искренне.

— Да, уверен. Нет, не знаю, — начал я отвечать графу. — Сейчас попробую определить, что он делает, — сказал и погрузился в исследование плетения, внедрённого в брошку на пелёнках. — Вот эта брошь является слабым артефактом лечения, так что она, наоборот, действует положительно на вашего сына, — произнёс я через несколько минут исследования. Как оказалось, энергоканалы артефакта подсоединялись к ауре носящего и начинали снабжать праной, которую улавливали из окружающего пространства. Эта брошь ловила паразитические потери людей и использовала для лечения носящего. Весьма оригинальное исполнение. Я бы до такого не додумался. — Вы не знаете, откуда она появилась? — спросил я у графа и его матери, графини Ходкевич.

— Мама, это ведь твоя брошь? — спросил граф, подозрительно смотря на свою мать, стоявшую уже в комнате вместе с нами.

— Да, Сашенька, эта брошь передаётся по наследству в роду Ржевуских уже более двухсот лет, — ответила она, сама пребывая в некотором удивлении от того, что брошь оказалась артефактом.

— Пани Мария, вы знали о необычных свойствах этой броши? — спросил я у неё, предварительно активировав поле конфиденциальности. Не хотелось, чтобы нас подслушивали любопытные подчинённые графа.

— Мне бабушка рассказывала, что эта брошь поможет дольше жить и избегать тяжёлых болезней, если носить её постоянно, — ответила она, смутившись. — Вот я и надела её на Яна на всякий случай.

— Должен сказать, что ваша бабушка не обманула вас. Эта брошь собирает жизненную энергию в окружающем пространстве, которую излучают все существа, и передаёт своему носителю, — пояснил я Ходкевичам принцип работы. — И могу сказать, что жив ваш сын только благодаря этой броши. Без неё он проживёт не больше нескольких дней. У него сильные повреждения внутренних органов.

— Вы можете его вылечить? — сразу став серьёзным, спросил граф.

— Да, смогу, но прошу вас не беспокоить меня несколько часов, — попросил я его, перед тем как приступить к лечению сына.

— Я поставлю своих людей на входе в дом. Они никого не пустят, — сказал он и пошёл отдавать приказы.

Я же на всякий случай поставил вокруг себя и маленького Яна защитный барьер и, связавшись с ученицей, предупредил о своей задержке. Только после этого приступил к лечению малыша. Хоть и хотел лечить его у себя дома, но раз уже прибыл сюда, то и буду заниматься лечением тут.

Прежде чем, собственно, лечить его тело, мне требовалось распутать его перекрученную энергоструктуру. Видимо, травмы сказались и на его энергетическом теле. Его энергоканалы во множестве мест едва видны, что означало то, что в них явный недостаток магической энергии. Это довольно сложное в плане чёткости действие у меня заняло несколько часов. А вот то, что я обнаружил, меня приятно удивило: оказывается, Ян магически одарённый ребёнок. Да, слабый и без дополнительных усилий, он вряд ли даже узнал бы о существовании своего дара, но он был. И это было причиной, как и брошь, того, что мальчик ещё жив. Скорее всего, магический дар более сильный, но травмы энергетического тела, которые он пытался вылечить, истощили его. Но и так при должном усердии он может в будущем стать на уровне подмастерья моего родного мира. Хотя я сомневаюсь, что граф решит обучать своего сына магическому искусству. Он хоть и относится к самой идеи магии нейтрально, но вот чтобы его сын занимался этим делом, не решится.

Только после этого, создав фильтр, я приступил к лечению. Мальчик оказался мало того что травмированным при родах, но и сам по себе не до конца выношенный. Если бы не травмы, то это в принципе на него никак бы не повлияло, но из-за травм его внутренние органы начинали отмирать. К сожалению, комплексные плетения применить у меня не получалось — слишком слаба его энергоструктура. А потому пришлось заниматься всеми по очереди узкоспециализированными плетениями. И это притом, что все необходимые элементы для его тела приходилось синтезировать из магии, не запасов строительных материалов ребёнка.

После лечения внутренних органов я занялся сращиванием его костей, хотя каких костей — по крепости они ничем не отличались от обычных хрящей. Вообще, плавное лечение очень непростая задача. Не привык я работать с детьми. Мне даже пришлось помогать поддерживать его жизнь в некоторые моменты лечения при помощи магии крови. В родном мире я старался не светиться знанием этого раздела магии, а тут на это всем плевать.

Ближе к ночи я закончил работать с малышом и, напитав артефактную брошь большим количеством праны, покинул комнату с наследником графов Ходкевич. Теперь ему требовалось лишь отдыхать и набираться сил.

На выходе меня перехватил пришедший в себя Марек и повёл к своим хозяевам. Видимо, они попросили меня привести после окончания лечения. Честно говоря, довольно сильно устал после такой тонкой работы с энергоструктурой ребёнка, и мне сейчас хотелось просто вернуться домой и лечь спать. Но перед этим всё же переговорить с графом стоило.

— Ну как, получилось? — с надеждой спросила Мария. Александр же в это время лишь на меня вопросительно смотрел.

— Да, сейчас всё в порядке. Ваш сын полностью здоров. Я вам должен сказать ещё одну вещь: ваш сын магически одарённый. Вряд ли он станет сильным магом, но на ранг подмастерья выйти сможет.

— И что это может дать ему? — сразу по-деловому спросила Мария, жестом попросив молчать своего сына.

— Самое основное — при развитии своего дара он сможет прожить на несколько десятилетий дольше, чем любой его неодарённый одногодка. А также, как вы заметили, магия может многое. И даже с таким слабым даром он сможет выучить многое и использовать это в своей жизни.

— Мы подумаем над этим, — ответила мне Мария. — Надеюсь, ответ нужно дать не сейчас?

— Нет, у вас есть лет пять на принятие решения. А сейчас извините, я очень устал за сегодняшний непростой день, поэтому отправляюсь домой. Завтра мы уже решим все наши вопросы, — сказал я и, дождавшись согласия, телепортировался к себе домой. Раздевшись, сразу лёг спать. Сегодняшний день меня вымотал довольно сильно.



Глава 9.


Вчерашнее излечение ребёнка далось мне весьма не просто. Последний раз настолько тонкую в магическом плане работу я проводил ещё в родном мире, когда готовился к своей казни и наносил печати на клетки организма. Да, сравнивать два этих момента нельзя — слишком разные задачи стояли во время проведения работ, но усталость примерно такая же. Кстати, что обидное, новые клетки моего организма появлялись уже без нанесённой печати. Конечно, в этом мире она бесполезна, но всё равно, как оказалось, моя работа не настолько идеальна, как я рассчитывал.

Сейчас, только проснувшись, у меня не было моральных сил даже просто встать с кровати. Физически я полностью здоров — в случае необходимости мог даже повторить вчерашнюю работу, но вот психологическая усталость после сложных и тонких магических воздействий у меня огромная. Ещё в родном мире читал исследования на эту тему. Так там рассказывалось, что были случаи, когда маги просто умирали от отсутствия банального желания жить. К счастью, я до такой степени не дошёл, но и так единственное, что мне хотелось, это лежать и ничего не делать. И хорошо, что я смог определить своё состояние сам. Судя по тем исследованиям, большинство вообще теряет интерес к жизни и не задумывается над своим апатичным состоянием. Я же, осознав то, что со мной происходит, могу с этим состоянием даже бороться.

Наиболее простой способ борьбы с этим апатичным состоянием после сильной психологической усталости есть банальная замена вида деятельности на противоположный. То есть мне сейчас необходимо заняться каким-то физическим делом. Екатерина, видя моё состояние вчера после моего возвращения, не лезла ко мне с расспросами по событиям вчерашнего дня, поскольку я мог сорваться. Хорошо, что она уже взрослая женщина и многое понимает просто так.

Утром же уже возле кровати стояла кружка с ароматным травяным напитком. Что в нём, я не интересовался, только на всякий случай проверил диагностическим плетением на совместимость с моим организмом. Естественно, всё оказалось в норме. Вообще, как я заметил, в этом мире практически идентичные живые существа в плане съедобности. Я даже не представляю, что бы мне пришлось делать в случае несовместимости местных продуктов питания с моим организмом. Даже в пределах одного мира в разных частях света могут быть полностью несовместимые продукты для различных видов разумных. У нас, эльфов, в связи с этим принято с собой носить в далёких путешествиях семена модифицированных растений, которые могут быстро вырасти в практически любых условиях и предоставить совместимую с нашим организмом пищу. Такой набор семян был и у меня, но я в связи с тем, что практически не покидал пределов столицы, никогда не носил его с собой. Эх, если бы они у меня были, то теперешняя жизнь облегчилась бы в несколько раз. Но чего нет, того нет. Нечего жалеть о несбыточном. Так что нахождение полностью совместимых продуктов в другом мире питания с моим организмом можно считать огромной удачей. Сначала мне это не приходило в голову, но вот сейчас задумался, насколько ничтожны шансы моего попадания в мир, в котором я могу жить без проблем.

Уже после первого глотка чудодейственного напитка, предоставленного Екатериной, ко мне стало возвращаться нормальное настроение. Как оказалось, этот напиток обладал неплохим тонизирующим эффектом — именно этого мне сейчас и не хватало. Но чтобы уж точно моё апатичное состояние не вернулось опять, стоило занять себя физическими упражнениями.

Почти всю жизнь я большую часть своего внимания уделял магическому развитию, но и так во время учёбы нас заставили выучить несколько боевых комплексов на случай опустошения своего магического резерва. Единственная проблема, которая сейчас передо мной стояла, в том, что я уже лет двести не повторял даже простейший боевой комплекс.

Встав с кровати и немного походив вокруг дома, мне удалось восстановить в памяти движения. Но уже после первой попытки выполнить разминку из этого боевого комплекса подготовки магов, я лежал на земле и стонал от сильной боли в своих мышцах. Как оказалось, утверждение эльфов о невозможности полной деградации физических возможностей у магов оказалось ложью.

Применив на себя малое исцеление, я пришёл в себя и снова стал пытаться выполнить этот боевой комплекс, но с уже меньшей скоростью. Уже на третьем движении почувствовал, что что-то не так. Применив диагностическое плетение, убедился, что нагрузки при движениях шли не на те мышцы, на которые они рассчитаны. Пришлось ещё больше замедлиться и контролировать работу каждой мышцы. А ведь когда я использовал этот комплекс, у меня не было необходимости в столь большом контроле работы мышц.

К сожалению, сегодня мне так и не удалось выполнить даже разминку из боевого комплекса до конца. Уже на середине разминки я просто не мог выполнить необходимые движения и снова упал на землю от скрючившей меня сильной боли. Я даже умудрился порвать несколько мышц. К счастью, целительная магия от столь небольших повреждений может спасти практически моментально. Показанный мною результат подтвердил возникшее у меня мнение ещё после первой попытки.

Восстанавливать свои физические возможности придётся довольно долго — всё-таки несколько столетий откровенно наплевательского отношения к своему физическому развитию дало свой негативный результат. Но главной своей цели я добился — апатии, возникшей после пробуждения, сейчас у меня не было ни в одном глазу. Физические упражнения и боль позволили мне выйти из этого неприятного состояния души. Я даже принял решение больше не забрасывать физическое развитие своего тела и стараться хотя бы разминку делать каждый день. Если всё пойдёт тем же темпом, то мне потребуется около полугода-года на полное восстановление своих физических возможностей.

В молодости я был весьма неплох и даже пару раз участвовал в подпольных боях для новичков, проходящих на территории магической академии. Правда, должен признаться, что из более чем десяти боёв я выиграть смог лишь один, ещё два — свести вничью, остальные же бои бесславно слил. Но и так это неплохой результат. В основном моими противниками были эльфы, посвятившие развитию своих не магических боевых качеств не одно десятилетие. Так что хоть и проиграл я, но всё же поднял свою пошатнувшуюся в то время самооценку. В боях тогда решил участвовать после подлой шутки одной эльфийки.

Екатерина всё время моих попыток выполнить разминочный комплекс простояла рядом со мной и с интересом наблюдала за моими попытками его выполнить. Прибежала она сюда сразу, едва услышала сорвавшиеся стоны после моей первой попытки. Убедившись, что тут не происходит ничего смертельно опасного, она осталась на поляне и пыталась понять, что же я всё-таки пытаюсь сделать. Видимо, мои медленные и несколько неуклюжие действия ей ничего не подсказали, а потому, убедившись, что я закончил, она обратилась ко мне.

— Учитель, а что вы делали? — сразу напрямую спросила она у меня, когда я присел на краю полянки и залечивал свои многочисленные микротравмы, полученные в связи со своими попытками выполнить разминку.

— Это называется разминка начального не магического боевого комплекса для магов.

— Как-то странно звучит, — после небольшой паузы сказала она. — Не магический боевой комплекс для магов.

— Да, это звучит для непосвящённого в подробности весьма странно, — подтвердил я слова Екатерины и продолжил: — На самом деле этот боевой комплекс рассчитан на организм разумного с развитой энергоструктурой.

— Так почему он называется не магический? — решила уточнить моя личная ученица.

— Как бы объяснить, — задумался я над словами, которые будут понятны ей. — Основа этого комплекса — использование жизненной энергии для повышения физических характеристик организма, при этом для лучшего и более быстрого результата используются магические каналы организма.

— Но для чего это необходимо? — не понимала Екатерина. — Ведь в любом случае намного эффективнее использовать магию. Вот вы недавно демонстрировали на тренировке использование скоростной телепортации для перемещения на поле боя. Я не думаю, что при помощи физических сил можно достичь такой скорости перемещения.

— В чём-то ты права, — начал отвечать я ей. — Точнее, ты права во всём. — Моя похвала приятна ученице. Она даже приободрилась сразу после этого. — Но бывают ситуации, когда нет возможности воспользоваться магией.

— Это какие, к примеру? — перебила она моё пояснение своим вопросом. Да уж, воспитание оставляет желать лучшего. Едва отошла от своей предыдущей жизни, её скромность ушла.

— Ученица, — довольно строго начал я говорить, — твоё поведение заставляет меня применить к тебе наказание, — продолжил я, а Екатерина в это время осознала свои неправильные действия и немного испугалась. — После окончания моей небольшой лекции для тебя будет задание.

— Да, учитель, — приняла она свою дальнейшую судьбу со смирением и склонила голову.

— Итак, что ты будешь делать, когда у тебя закончится магическая энергия в твоём резерве на поле боя?

— Использую жизненную энергию для запитывания магического плетения, — ответила она мне, не поднимая на меня глаза.

— Можно и так, но рассчитай, какой вес ты сможешь поднять телекинезом с учётом нулевых паразитных потерь, если запитаешь его плетение третью своей жизненной энергии. Если используешь больше, то потеряешь сознание, — попросил я её заняться уже знакомыми для неё расчётами.

— Получается, — после пятиминутных расчётов начала она. — Одновременно я смогу поднять шесть пудов, но вряд ли смогу долго их удержать, — сказала ошарашенная Екатерина, ведь до неё дошло: сейчас она может поднимать, пусть и с трудом и всего на пару мгновений, до ста пудов.

— Дошло до тебя сейчас?

— Получается, что магические плетения запитанные жизненной энергией обладают очень низкой эффективностью?

— Да именно, — подтвердил я её вывод. — Жизненную энергию, или как её многие называют прану, намного эффективнее использовать для усиления и увеличения физических возможностей организма. Того же количество жизненной энергии, которое ты в расчётах использовала для телекинеза при выполнении этого боевого комплекса, тебе хватило бы на десять минут боя со скоростью в два-три раза выше обычной.

— Учитель, а вы сможете меня научить этому комплексу? — спросила Екатерина, подняв глаза на меня и смотря с надеждой.

— Да, я собирался тебя этому обучить со временем.

— А почему вы сегодня падали постоянно?

— Это результат моей лени. Последний раз я выполнял этот комплекс более двухсот лет назад, а после решил, что смогу обойтись лишь одной магией. Это моя ошибка, — ответил я ученице. — Нельзя полагаться лишь на одну сторону своих способностей, необходимо развиваться разносторонне. Вот и приходится мне пожинать плоды своей двухсотлетней лени.

— А в каких ещё ситуациях лучше воспользоваться этим комплексом?

— К примеру, когда магия недоступна. Существуют места, в которых магия недоступна или её использование крайне не желательно. Существуют артефакты под названием негатор-магии, они локально меняют физический закон и запрещают использование магии в принципе в этой зоне. Правда, сильные маги могут преодолеть его воздействие. Существуют различные высасывающие артефакты, используемые в тюрьмах для магов, они полностью поглощают всю ману и не дают создать плетение, — рассказывая про тюрьмы, я как раз вспомнил клетку, в которой сидел, дожидаясь суда и казни. — Но во всех этих случаях пользоваться праной ничего не мешает.

— Спасибо, учитель, — сказала Екатерина. Хоть и видно, что она желает задать ещё много вопросов, она всё же решила повременить с ними.

— А теперь наказание. За сегодня ты должна будешь переставить вот эти камни, — указал я на камни, принесённые мною для тренировки телекинеза Екатерины, — на другую сторону полянки. — Для её нынешнего уровня развития моё задание несколько невозможно. Нет, если она резко увеличит контроль над своей манной, то у неё есть шансы выполнить задание. — Пока не выполнишь, ты не имеешь право заниматься чем-либо ещё, кроме еды и медитации для восстановления резерва.

— Но, — хотела что-то сказать Екатерина, но увидев моё выражение лица, лишь вздохнула и произнесла: — Да, учитель.

Может, это несколько и жестоко — заставлять выполнять задание, которое ей выполнить сейчас просто невозможно, но лучше так. Она не раз и не два вспомнит своё не самое подобающее поведение недобрым словом и в будущем будет больше думать над своими действиями и словами.

Посмотрев минут пятнадцать, как Екатерина переносила телекинезом наименьшие камни, я вернулся в дом. Вообще, у неё прогресс даже по сравнению со вчерашним днём. Паразитные потери при работе магического телекинеза уменьшились процентов на пять, такой быстрый прогресс удивителен.

Устроившись в кресле напротив окна в сад, я решил обдумать вчерашние события. Появление человека, обвешанного магическими артефактами, в мире, который, по словам обывателей, не знаком с магией, было весьма неприятным сюрпризом. Да, благодаря Лешему я знал о существовании других магов и даже неких организаций, объединяющих их, но я не рассчитывал на то, что столкнусь с ними в таком глухом уголке, как этот. Даже, по мнению Екатерины, Радинки ещё то захолустье. Скорее всего, кто-то имел определённые планы на род Ходкевичей, ведь только после моих попыток выйти на связь с ними ко мне проявили интерес. И этот кто-то хорошо знаком с магией или даже сам имел магический дар. Видимо, моё предложение вылечить сына графа шло вразрез с планами неизвестного мне разумного, и он решил поступить просто и незатейливо — уничтожить угрозу его планам, то есть меня. Я уже убедился, что одарённых в этой местности весьма не мало, правда, мало кто осознавал свой магический дар. Так что интерес магов к этой местности вполне понятен. Я бы тоже заинтересовался причинами того, почему в этой местности много неинициированных магов, если бы не знал реальную причину.

Как бы я ни хотел влезать в разборки между местными, видимо, мне придётся. Уже сейчас, если обо мне узнали, то, скорее всего, не оставят в покое, а потому давать задний ход и снова прятаться смысла особого не было. Уровень одарённого, создавшего те артефакты на человеке, скорее всего, не ниже моего. Подробности структуры, внедрённой в артефакты магических плетений, я рассмотреть в горячке боя не успел, но и увиденного мне хватало для того, чтобы сделать предположение о мастерстве создавшего их. И это явно кто-то владеющий магией не меньше чем на уровне мастера, а то и магистра, имеющего специализацию в артефактологии. Толщина внедрённых в артефакты энергоканалов на это указывало прямо. Вряд ли кто-то с меньшим мастерством смог бы работать со столь тонкими энергоканалами. Также следует отметить, что маг, создавший эти артефакты, полноценный маг, а не чем-то похожий на Екатерину. В артефактах ощущалась школа, не знакомая мне школа построения плетений.

На самом деле было бы странно если бы школа построения была мне знакомой в другом мире. В том, что эти артефакты не остались с древних времён, я убеждён, поскольку хоть и были разрушенные вещи, содержащие в себе магические плетения, но в них угадывались вполне современные для этого времени вещи. Так, к примеру, защитный артефакт внедрён в механические часы, от которых, правда, осталась едва ли не застывшая лужица золота. Так что стоило ещё раз хорошенько подумать, стоит ли вмешиваться во всё это. Может быть, пока не поздно, прихватить свою ученицу и сбежать как можно дальше в глухой угол и уже там заново попытаться обустроиться? Да, возможно этот вариант был бы более безопасным и, скорее всего, правильным. Но мне не хотелось куда-то бежать. Да и алтарь мне с собой не прихватить, а ведь после моего побега тут всё перероют и точно его обнаружат. И генератор маны — это стационарное сооружение. Наследил я своей магией в округе прилично. Хороший маг вполне мог разобраться с принципами работы моих плетений, а потому не следовало оставлять это место. Не смогу я зачистить тут всё от следов своего пребывания. А потому единственным реальным выходом, мне кажется, было продолжение сотрудничества с Ходкевичами. Сейчас я уже установил с ними первичный контакт, а потому прижиться мне тут будет проще.

Раз буду продолжать сотрудничество, то стоило позаботиться о безопасности владетелей окрестных земель. Не хотелось бы, чтобы их кто-то опять взял под ментальный контроль. А ведь после смерти своего подчинённого человек, пославший его, может отправить ещё парочку подобных людей, обвешанных артефактами по самую макушку. Защита сознания, которую я хотел подарить графу, от артефакта подобного вчерашнему защитить вполне могла. Но вот если захочет проникнуть в сознание умелый маг, то она может даже и не среагировать. Поэтому стоило заняться разработкой более совершенной ментальной защиты. Основным препятствием на этом пути стояло то, что практически все варианты ментальной защиты, которые я знал, требовали осознанного управления, а для этого необходимо быть магически одарённым существом.

Единственным вариантом, не требующего управления, как раз и была ментальная защита, внедрённая в жёлуди, но её основной недостаток — статичность. Для защиты от простых артефактов статичной ментальной защиты хватит с головой, но вот даже только начавший обучение ментальной магии разумный сможет с лёгкостью его обойти. Можно, конечно, создать несколько вариантов защиты, которые будут переключаться через определённый промежуток времени, но и так для мага не составит проблем обойти такую защиту. Мою собственную ментальную защиту во время нападения мне приходится видоизменять вручную, в точке проникновения ставить наиболее уместную для типа атаки защиту. К сожалению, интеллектуальные артефакты с больше чем несколькими десятками вариантов действия я делать не умею, хотя общий принцип знал. Требовалось уже не прописывать алгоритмы действия, а призывать духовные сущности и уже их использовать для работы. Но подробностями создания подобных артефактов я ранее никогда не интересовался.

После довольно долгого раздумья, так и не пришёл ни к какому решению. А потому решил пока что создать ментальный щит с несколькими десятками статичных защит, которые будут переключаться раз в минуту. Надеюсь, что это обезопасит их от того, чтобы к ним лазали в сознание.

Поскольку создание подобного артефакта не сильно отличалось от вчерашних, то я довольно быстро их создал, после чего сообщил ученице, что отправляюсь к графу и буду дома только к вечеру. Но, кажется, моих слов Екатерина даже и не услышала. Сейчас она при помощи телекинеза переносила камень весом пудов в двадцать и, судя по её напряжённому лицу, это давалось ей очень не просто.

Вышел я из телепортации в той же комнате, из которой покинул вчера дом старосты. Сейчас в ней Ходкевичей не оказалось, в ней сидел лишь Вацлав, точнее, он практически спал. Моё прибытие его резко разбудило и он резко вскочил на ноги, хватаясь руками за кобуру, в которой висел его пистоль. Но уже через миг он опознал меня и, успокоившись, произнёс:

— Добрый день, пан Леший.

— И тебе привет, Вацлав, — ответил я несколько фамильярно. Судя по тому, как Вацлав немного скривился, это ему несколько неприятно.

— Пан леший, пан Александр просил при вашем появлении отвести вас к нему. Он сейчас со своей матерью обедает.

— Веди.

— Спасибо вам за лечение маленького Яна, — по дороге к другому дому, в котором обедали Ходкевичи, произнёс Вацлав.

— Я обещал — я и сделал. За свои слова необходимо отвечать. Для нас, долгоживущих существ, нарушение данного слова может выйти боком и через век, и через два, а потому свои обещания следует выполнять.

До соседнего дома идти было недолго. Уже через три минуты мы входили во двор соседей Семёна. Должен отметить, что местных жителей вблизи я не видел никого, что дом, в который прибыл, охраняло три солдата графа, что дом, к которому мы пришли, окружён остальными прибывшими вместе с ними солдатами. Видимо, вчерашние события заставили графа пересмотреть отношение к своей безопасности. Наверное, он решил всех незнакомых ему людей убрать подальше от себя, но от подобных вчерашнему человеку его эти меры предосторожности не обезопасят.

— День добрый, пан Александр, — короткий кивок в его сторону. — Пани Мария, — такой же кивок в сторону его матери.

— Добрый день, пан Леший, — произнёс граф, обрадовавшись моему прибытию. — Честно говоря, я ожидал вас с самого утра, — немного попенял мне граф за то, что я пришёл уже после полудня.

— Я не просто задержался, — присев за стол, произнёс я. — Я готовил для вас небольшие подарки. — Мои слова сразу заинтересовали графа.

— Подарки я люблю, — усмехнувшись, сказал Александр.

— Сашенька, необходимо быть сдержанней, — попеняла своему сыну графиня Ходкевич.

— Вот эти вот артефакты смогут защитить вас от десятка не одновременных выстрелов, — сказал я и достал три жёлудя из кармана своего травяного камзола.

— Такое возможно? — удивлённо спросил граф.

— Если бы ты видел его возможности, то не спрашивал бы, — сказала Мария своему сыну.

— Да такое возможно. Я хотел бы продемонстрировать вам работу этого артефакта.

— Что вам для этого надо? — спросил у меня граф. Видимо, ему и самому хотелось увидеть магию в действии.

— В принципе ничего. Сейчас мы выйдем во двор, и кто-то из ваших людей в меня выстрелит. И вы убедитесь в качестве защиты, — произнёс я в ответ на вопрос графа.

— Так чего мы ждём? — вскочил из-за стола граф и отправился на выход. Я с графиней последовал следом за ним.

— Вы извините его, пан Леший, — попросила извинения за своего сына Мария. — Он уже со вчерашнего дня только о магии и говорит. Сильно его заинтересовали ваши возможности.

— Ничего страшного, — ответил я ей. — Я бы на его месте точно так же воспринимал всё связанное с магией, о которой я не знал раньше.

— Вы уверены, что артефакт вас защитит? — спросил граф у меня, когда мы вышли во двор.

— Да. А если не защитит, я смогу залечить любую рану, если только не прострелят мне голову, — ответил я графу, становясь напротив хлева. Стрелять в меня вызвался Вацлав. От него даже шло предвкушение. Видимо, я чем-то ему не нравлюсь, вот и хочет на меня выместить своё недовольство хоть таким методом.

— Отлично, — хлопнул в ладоши граф и отошёл в сторону. — Вацлав, давай, — приказал он своему подчинённому.

— С удовольствием, пан Александр. — Он уже не скрывал, что стрельба по мне ему принесёт удовольствие.

Через несколько секунд последовал выстрел. Пуля, как и предусматривал артефакт, остановилась на расстоянии пяти сантиметров от моего живота и спустя секунду упала на землю. Граф был очень впечатлён. Особенно его удивило, что пуля была не сплющённая, ведь, по его мнению, от столкновения с преградой она должна сплющиться полностью. Тут следовало пояснить, если была бы защита купольного или щитового типа, то в таком случае пуля бы наткнулась на препятствие в виде барьера и сплющилась бы. Но созданная мною защита работала несколько по-другому принципу. Она в радиусе пяти метров отслеживала двигающиеся объекты, и если есть вероятность столкновения с подзащитным, она начинала останавливать этот предмет телекинезом, а поскольку он действовал со всех сторон на предмет, то предмет сохранял свою форму.

Вообще, этот тип защиты в моём родном мире редко кем использовался. Это связано с тем, что даже среди разбойников распространены магические атакующие артефакты, и вот против них данная защита бесполезна. Даже если шла не прямая магическая атака, а, например, запущенный камень, он обладал некоторой степенью наполнения маной в результате атаки, и такие атаки плохо сдерживались подобной защитой. Телекинез очень плохо действует на объекты, содержащие магическую энергию. Но как раз для этого мира эта защита ввиду её экономичности и малого распространения магии идеальна. Сомневаюсь, что те, кто будет стрелять в графа, будут обладать магическим даром, ведь маг, скорее всего, атакует при помощи магии, а не ружья.

— Пан Леший, это великолепно, — произнёс улыбающийся граф, подбежавший ко мне. — Так вы говорите, вот этот жёлудь может выдержать до десяти подобных выстрелов? — решил он у меня уточнить.

— Всё верно, граф, — ответил я. — Также он может удержать однократную физическую атаку суммарной силой до десяти выстрелов. То есть она может выдержать и более мощные выстрелы, и даже падение с некоторой высот сможет смягчить, — дополнил я описание артефакта. — Также артефакт содержит простенькую защиту от ментального контроля.

— После вчерашнего я убеждён в необходимости подобной защиты, — став серьёзным произнёс граф. Видимо, то, что им вчера кто-то управлял, ему очень сильно не понравилось.

— Но для нормальной защиты этого недостаточно, а потому вот и второй артефакт исключительно для ментальной защиты. Он должен получше в несколько раз защитить ваше сознание от проникновения, — вытянул я из кармана второй жёлудь.

— Спасибо вам, пан Леший, — сказала Мария, когда мы вернулись в дом, и я поднял над нами тремя специальный барьер конфиденциальности.

— Я, можно сказать, ради себя забочусь, — произнёс я, после того как сел на лавку возле стола.

— Вы хоть откровенны, — улыбнулся граф. Ему понравилось, что я не начал рассказывать различные сказки.

— Надеюсь, вы сможете выполнить свою часть сделки? — спросил я у них.

— Тут проблем не будет, — ответил он. — Единственное, что может занять приличное время, это внести вас в список дворян.

— Сейчас проще всего получить дворянство на государственной службе — гражданской или военной, — начала говорить Мария. — Но в вашем случае это невозможно. К сожалению, нас после присоединения к Российской империи лишили права давать личное дворянство, а потому нам придётся найти того, кто признает вас своим сыном.

— А зачем мне вообще дворянство? Землёй ведь можно и без него владеть? — спросил я у Ходкевичей.

— Можно, но сословие дворянина даст вам множество прав по сравнению с остальными сословиями, — ответил Александр.

— Хорошо, согласен. А по поводу земли? — решил я уточнить у них.

— Вам необходимо будет прибыть в Чернобыль. Там я уже смогу вас зарегистрировать дворянином и записать на вас эти земли. Раньше смысла нет, поскольку под какой фамилией вас записывать я ещё не знаю, — произнёс граф.

— Хорошо, вот для вас ещё один артефакт, — дал я в руки графа маяк для портала. — Когда всё будет готово, сломайте его в закрытом помещении, и я туда прибуду.

— Не вижу в этом никаких трудностей, — снова улыбнулся граф, а ведь ещё вчера он практически всё время был хмурым. Вот что значит выздоровевший сын. — Как вы думаете, вчерашние события могут повториться?

— Я думаю, скорее всего, да. Пан Александр, я хотел бы проверить ваше сознание на наличие ментальных закладок. Вы позволите?

— Я так понимаю, вы полезете мне в голову? — Дождавшись моего подтверждающего кивка, он продолжил: — Я понимаю необходимость этого, но извините, не хочу, чтобы кто-то лазал в моей голове.

— Я понимаю, граф. Но поймите и меня: вполне возможно, что вашим поведением управляют через закладки, установленные ранее, и возможно они будут действовать против меня. Я клянусь, что буду искать лишь ментальные закладки, и если обнаружу, займусь их уничтожением.

— Сашенька, я думаю, ему можно довериться, — сказала Мария своему сыну. Тот, ещё раз взглянув на меня и на свою мать, собравшись духом, сказал:

— Хорошо, пан Леший, я доверяю вам.

На самом деле найти закладки в чужом сознании возможно, только если им не больше пяти-десяти лет. Если с момента их внедрения прошёл больший срок, то шансов обнаружить постороннему нет никаких. Вот у себя ещё есть возможность их обнаружить и удалить. Надеюсь, что ментальные закладки, если они есть в сознании графа, установлены недавно, иначе я ничего не смогу обнаружить. Должен заметить, что сознание графа, как и Марии, покрыто волевой защитой. Она хоть и слаба от профессионала своего дела, но от обычных не магических внушений может защитить.

Обойти волевую защиту для хоть немного разбирающегося в ментальной магии легко. А потому, даже не тревожа, я погрузился на более глубокие слои сознания графа Ходкевича. И вот тут я почувствовал чужеродную ментальную программу. Поскольку моё сознание находилось не в реальности, то привязки к реальному миру не было. А потому окружающее пространство брало образы из сознания Александра и транслировало их мне, незваному вторженцу. Эта программа имела вид закованного рыцаря, который сейчас разгонялся на коне, направляя в мою сторону копье. Видимо, это должно меня спугнуть и заставить покинуть подсознание графа. Но в эту игру с визуализацией можно играть и со второй стороны. Поскольку я не мог использовать лишь мне известные образы, представил самое страшное оружие, известное Александру. Это оказалось каких-то монструозных размеров пушка.

В следующий миг она выстрелила в несущегося рыцаря, от которого моментального ничего не осталось. Ощущение чужой ментальной программы пропало. На самом деле не было никаких рыцарей и пушек — шло противостояние исключительно на энергетическом уровне. Но сознание разумных пыталось это интерпретировать в понятные ему вещи.

Погрузившись ещё глубже в подсознание графа, я таки добрался до зоны, ответственной за различные побуждения. Тут ментальных закладок оказалось больше десятка. Но семь из них установлены графом самостоятельно. Это так называемый внутренний стержень характера разумного. А вот три закладки имели явно чужеродное происхождение. Прикоснувшись своим сознанием к ним, я попытался определить, что же они должны сделать. Как оказалось, первая, наиболее старая, должна притуплять критичность восприятия реальности при появлении чего-то, связанного с магией. К сожалению, эта закладка слишком давно внедрена, и я её с трудом обнаружил, а вот снять, увы, мне уже не под силу. К счастью, она не затрагивает ничего важного, и с ней можно продолжать жить дальше.

Вторая закладка относительно новая. Если судить по степени внедрения в подсознание графа, она установлена всего несколько месяцев назад. В этой закладке содержались имена и изображения некоторых людей, к которым граф должен испытывать огромное доверие. Её удалить импульсом маны получилось довольно легко.

Последняя чужеродная ментальная закладка внушала негативные чувства к Российской империи и побуждала желание восстановления независимости Речи Посполитой. Проблема в том, что эта закладка внедрена уже поверх такой же более давней. Следов от этой более давней практически не осталось. К сожалению, её уже не снять, разве что только более позднюю закладку. Полностью это, конечно, не избавит от желания борьбы против Российской империи, но ослабит как минимум в два раза точно.

Закончив работать с подсознанием графа, я погрузился в подсознание графини. Но тут после довольно быстрого просмотра я не обнаружил следов чьего-то чужого. На всякий случай проверил подсознание Марии ещё дважды и кроме собственноручных ментальных закладок ничего обнаружить не смог. Для большей безопасности Ходкевичам внедрил по ментальному защитнику. Он, как и тот в подсознании графа, вряд ли сможет хоть кому-то противостоять, но против полных недоучек может помочь.

— Пан Александр, должен заметить, у вас действительно стояли чужеродные ментальные закладки, — сказал я спустя полчаса после начала проверки его подсознания.

— Что они должны мне внушить? — спросил меня граф, приняв к своему сведению сказанное мной.

— У вас три, хотя можно сказать четыре ментальные закладки, — начал говорить я. — Первая должна вас заставлять нормально воспринимать всё связанное с магией. Её, к сожалению, снять я не смог — слишком давно вам её внедрили.

— Ну это не сильно страшно, — признал граф. — Что с остальными? Они такие же безобидные?

— К сожалению, нет. Остальные не столь безвредные. Несколько месяцев назад вам установили закладку на безоговорочное доверие к некоторым людям. Её я смог снять без проблем.

— Вы можете сказать, к кому именно у меня вызывали доверие? — разозлился граф, получив информацию.

— Подробности выяснить не получилось. Получилось только выяснить, что она должна делать, но к кому именно — нет.

— Ничего, выясню это и сам, — явно мысленно обещал таким своим знакомым вечные муки граф.

— Сашенька, я и так могу назвать одного. Ты раньше с ним редко общался, а в этом году лучшими друзьями стали, — начала говорить Мария.

— Ты о ком, мама? — спросил у своей матери граф, явно не понимая, о ком она говорит.

— Аксамитовский. Помнишь такого?

— А ведь ты права. Ещё неделю назад мы вместе с ним выпивали, и я ему душу свою изливал. Сейчас даже понять не могу, откуда такое доверие к человеку, с которым у меня множество конфликтов на службе, — задумавшись, произнёс граф Ходкевич.

— Ну и третья закладка установлена примерно в то же время, что и предыдущая, на месте более старой такой же ментальной закладки, — начал говорить я после непродолжительной паузы, пока граф с матерью обменивались непонятными мне взглядами.

— Что она должна сделать? — спросил граф, готовясь к худшему.

— Она побуждала вас бороться за независимость Польши. К сожалению, я смог снять только недавнюю закладку. Более старую точно такую же я вообще с трудом смог обнаружить.

— Чем мне это грозит?

— Я просто не смог полностью убрать ваше желание борьбы за независимость, максимум — смог только ослабить.

— Пока что я ничего не ощущаю, но верю, — ответил мне серьёзно граф.

— Носите сделанные мною защитные комплекты артефактов постоянно. Лучше всего если вы их будете брать с собой даже на водные процедуры и сон. Так будет меньше шансов, что вас возьмут снова под контроль.

— Да, так и сделаем, — кивнул Александр и переглянулся со своей матерью.

— Вот ещё третий комплект. Сами решите, кто его будет носить, — достал я ещё один комплект защитных артефактов.

После этого мы попрощались, а я заглянул к маленькому Яну и, убедившись, что он полностью здоров, телепортировался к себе домой. Ходкевичи ещё одну ночь проведут в селе и завтра с утра отправятся к себе в поместье в Чернобыле.

Дома я нашёл свою ученицу, лежащую без сознания рядом с камнями, которые она всё же умудрилась перенести. Но должен заметить, Екатерина несколько схитрила: тяжёлые камни волоком на небольших стволах деревьев перетащила на новое место. Нужно отдать ей должное за проявленную смекалку. Подхватив ученицу телекинезом, я перенёс её в кровать, а сам начал вливать ману в наш дом. Надоело мне жить в одной комнате с ученицей. Хотелось свою личную комнату, но для этого дерево стоило увеличить ещё больше.


— Ну, куда ты собрался? — уже в который раз пытаюсь переубедить этого древнего идиота никуда не уходить.

— Йозеф, я должен начать пробуждение своих товарищей, — всё так же в ответ мне произнёс Леший.

— И что ты с ними будешь делать? — спросил я у него. — Тут ведь им нет места. Скоро наступит зима, и вся свободная мана пойдёт на поддержание микроклимата на моей территории.

— Не могу я больше ждать, — ответил этот старый пень. — Уже больше тысячелетия я ни с кем не общался из духов.

— Но ты же понимаешь, что они тут не выживут эту зиму? — задал я вопрос ему. — Если не активировать плетение микроклимата, то замёрзнет ручей. Замёрзнет ручей — перестанет вырабатываться мана. Перестанет вырабатываться мана — они умрут от голода.

— Твоя правда, — наконец-то согласился со мной этот пенёк трухлявый после более чем часа споров.

Стоило немного пояснить происходящее. Из-за того, что я брал на свои нужды ману из генератора магической энергии, Леший провалялся в восстанавливающем сне вместо месяца почти два и сейчас, в конце сентября, взбрело ему в голову отправиться за своими друзьями-духами, впавшими в спячку более тысячи лет назад. Мне большого труда стоило уговорить его повременить с этим не самым разумным поступком. Лучше уже в следующем году заняться пробуждением духов. Я планировал ещё несколько генераторов маны построить в будущем в этой местности и тогда маны будет достаточно на их нужды.

Сейчас же я строил, вернее, возводил купол над своим первым генератором маны. Думаю, если ручей будет укрыт камнем, мне потребуется меньше маны на поддержание положительной температуры, чем на поддержание такой же в лесу. По расчётам примерно половина маны будет уходить на поддержание температуры, четверть — на поддержание плетения отвода глаз. Ещё процентов десять — на поддержание Лешего. И только пятнадцать процентов маны будет идти на различные наши нужды. В основном она будет идти на поддержание и рост моего дома.

Первую неделю после отбытия Ходкевичей я ждал, когда они призовут меня, но и спустя две недели не чувствовал активации своего маяка, а потому погрузился в строительство купола над генератором магической энергии и на обучение своей ученицы.

За месяц после заключения устного договора с Ходкевичами Екатерина уже научилась ещё двум условно полезным плетениям. Она освоила светляк, правда, не регулируемый, и конденсацию воды из воздуха. Настолько счастливых разумных, как моя ученица после обучения этим плетениям, я никогда не видел.

Поскольку моя ученица решила оставить свою специализацию, а именно целительство, я сейчас её обучаю простейшему целительному плетению ускорения регенерации. В том виде, в котором ей дал, оно может максимум раза в три ускорить заживление физических повреждений тела. Более мощный вариант я пока не давал, поскольку с ним можно уже по неосторожности и убить своего пациента.

В качестве пациентов выступает семейство лесных свиней, которых я взял в роли живых консервов на случай, если мясо из ледника рано закончится. Вот и сейчас Екатерина, держа телекинезом нож, наносила лёгкие порезы свинкам и тут же накладывала на них плетение регенерации, точнее, пыталась. Пока что ни одного удачного срабатывания я не зафиксировал, так что свинки были все в порезах и окровавленные. Мне периодически приходилось заживлять раны, иначе они могли истечь кровью. Пока что Екатерине для удачного срабатывания магического плетения ускорения регенерации не хватало контроля над магической энергией. Она то слишком много энергии использовала для активации плетения, естественно, в таком случае плетение распадалось, то наоборот, слишком мало, меньше порога срабатывания плетения. Вообще, это плетение хорошо тем, что у него довольно узкий диапазон необходимого количества маны для работы, поэтому в качестве тренировки оно подходило практически идеально.

Когда уже заканчивал с куполом над генератором, я наконец-то почувствовал активацию магического маяка для портала. Перекинув всю свободную ману на Лешего, чтобы он закончил строительство купола, построил портал и шагнул в открытое окно.

Почти сразу в меня попало две пули. Благо, что я никогда не хожу без защиты, а потому не получил ранений. В следующую секунду ускорился и вошёл в невидимость, чтобы оценить происходящее. Оказалось, что я нахожусь рядом с экипажем, с гербом Ходкевичей. Сам он, раненый, лежит за кустом вместе с Вацлавом, который отстреливается от нападающих.

Осмотревшись, я понял, что кроме графа и Вацлава из двадцати человек его сопровождения никто не выжил, как и десяток нападавших. Их тела тоже лежали на дороге. Но ещё десяток нападавших остался невредимым, и они, лёжа с другой стороны дороги, также периодически стреляли в моих знакомых. Единственное, что сдерживало нападавших, это довольно частая стрельба Вацлава. Я даже удивился этому и подошёл к нему. Как оказалось, у него два каких-то необычных ружья, которые могли стрелять по шесть раз каждое. Пока Вацлав стрелял, граф занимался перезарядкой второго ружья. О подобных конструкциях я даже не слышал. Нужно будет позже уточнить их принцип работы у Вацлава.

Весь этот балаган со стрельбой следовало прекратить. Подойдя к нападающим, я использовал плетение парализации для их пленения. Но оно сработало не на всех. Двое только встрепенулись и начали водить стволами в поисках источника парализации. Было видно, что они представляли, с чем столкнулись, да и я смог почувствовать по парочке артефактов надетых на них.

Ускорив своё сознание, довольно быстро обошёл примитивную защиту артефактов и отключил их. В следующий миг я парализовал артефакты так же, как и перед этим их друзей. Убедившись, что обезвредил всех, направился к графу, выходя из невидимости перед ним.

— Здравствуйте, пан Александр. Привет, Вацлав, — поздоровался я с ними. Услышав мой голос, они дёрнулись, но увидев меня, успокоились.

— Здравствуйте, пан Леший, — произнёс Вацлав. — Прежде чем мы вам всё объясним, можете подлечить графа? Он много крови потерял? — попросил меня он, показывая на только что потерявшего сознание графа.

— Одну минутку, — произнёс я и продиагностировал его состояние. Всё оказалось не так плохо, как на первый взгляд. Пуля попала ему в спину и, вырвав небольшой кусочек мяса, вышла сбоку тела. Да, крови много и, скорее всего, для не магической медицины граф стопроцентно будущий труп, но не для целительной магии.

Первым делом я остановил кровь. В следующую очередь активировал переработку жира в необходимый строительный материал для организма и создал плетение, которое будет выращивать недостающую часть тела. И сверху всё это сдобрил большим количеством жизненной энергии. Часов шесть — и граф будет как новенький.

После лечения Александра я повернулся к Вацлаву и осмотрел его «Магическим зрением». Травм у него не было, но на нём, как и на графе, висели разряженные артефакты защиты, подаренные мной. Честно говоря, я думал, что граф третий комплект подарит своей жене, а не Вацлаву, но это его право дарить кому захочет свои вещи.

— Что же с вами произошло? — спросил я у Вацлава, который сейчас достал из сумки бутыль с чем-то алкогольным и, глубоко глотнув, начал говорить:

— Почти сразу после нашего возвращения в поместье прибыл колдун, чтобы вылечить наследника графа, — погрузившись в вспоминания месячной давности, начал Вацлав. — Естественно, мы не подпустили его к графу. Ох, как он разорался вначале, но после затих и, посмотрев в глаза Станислава, что-то сделал. Станислав, один из самых моих верных людей, стал поднимать ружьё и направлять в мою сторону. Тут уж я вспомнил события, произошедшие в лесу на дороге рядом с селом. А потому успел приказать ударить Станислава по затылку. Упав, он перестал представлять угрозу, а вот колдун попытался взять под ваш этот контроль ещё одного из моих подчинённых. Такого выдержать я не мог, а потому просто пристрелил его. Колдун ещё минут пять умирал после дырки в голове. Такого раньше я не видел.

— Скорее всего, вам на самом деле попался целитель. Целители очень живучие. Для гарантии лучше им рубить голову и похоронить раздельно либо сжигать тела, — посоветовал я на будущее Вацлаву.

— Дальше граф отправил письма своим знакомым. Он хотел с ними посоветоваться для выполнения данного вам обещания. Один из них посоветовал пану Александру отправиться в Киев, где много обедневших боярских родов и там попробовать договориться, — продолжил рассказывать Вацлав.

— И вы, я так понимаю, не доехали? — спросил я риторически, поскольку уже всё дальше понятно.

— Да, на второй день пути на нас напали, — подтвердил он мои мысли он. — К сожалению, атака была хорошо спланирована. В первые секунды погибли все наши сопровождающие. Выжил только я с графом, поскольку на нас были надеты ваши артефакты. Но мы не успели сбежать, как графа ранили. Именно тогда он принял решение использовать выданный вами маяк. Благодаря вот этой новинке нам удалось продержаться до вашего прихода, — указал на ружье Вацлав. — Две недели назад графу из Пруссии пришёл подарок от его кузена — вот эти два ружья с пятью сотнями патронов. Если бы не они, скорее всего, к вашему приходу мы бы уже были мертвы.

— Хочу ещё больше испортить вам настроение, — начал я говорить Вацлаву и пришедшему в себя графу. — Тот колдун и это нападение связаны между собой. У двоих нападавших есть защитные артефакты.

— Пся крев, — выругался до этого молчавший граф. — Получается, никому верить нельзя. Убью курву, когда увижу его. А я ведь жизнь ему спас на службе.

— Пан Александр, не знаю, о ком вы говорите, но вполне возможно, что он не виноват, — в ответ произнёс я. — Его тоже могут держать под ментальным контролем. Сейчас давайте вернёмся ко мне домой, где вы сможете прийти в себя и подлечиться, — предложил я им.

— Это хорошая идея. Но что делать с телами наших людей? — спросил у меня Вацлав.

— Я сейчас их заморожу, и они не будут разлагаться. Перенесу их следом за вами, как и ваши вещи, и парочку оставшихся живых нападавших для допроса.

— Буду вам благодарен, — искренне произнёс граф и попытался встать, но я его удержал при помощи телекинеза — двигаться ему ещё рано. Подняв его в воздух вместе с телами павших, я открыл портал и перенёс их на ту сторону. Также достал все вещи из экипажа и отправил их следом за Вацлавом, прошедшим туда самостоятельно.

После этого я закрыл портал и занялся нападавшими. Такая подпитка для алтаря Богини будет в самый раз, а то кроме пары волков, забредших на мою территорию за последние два месяца, никого не приносил в жертву. Открыв новый портал сразу в помещение с алтарём, я перенёс туда тела. В итоге все они пойдут на пропитание Богини смерти, но два обладателя защитных артефактов в самом конце. Необходимо, чтобы они прониклись своим будущим и не мешали потрошить их сознание.

Восемь человек пошли один за другим на алтарь Богини. Я прямо чувствовал, как она радовалась такому богатому подношению. В ментальном плане ко мне пришла благодарность, а в магическом — божественное благословение, которое буквально за несколько секунд увеличило мой резерв на пару процентов. К сожалению, я несколько

перестарался с принесением в жертву на глазах оставшихся двух нападавших, и один из них сошёл с ума. Вот его пришлось принести в жертву сразу — лезть в сознание сумасшедшего побоялся.

Оставшегося я бросил лежать парализованным возле алтаря, а сам телепортировался наверх, поскольку чувствовал, что там назревал скандал. Как оказалась, Екатерина, не увидев меня, начала кричать и спрашивать, куда дели учителя. Её можно понять, ведь из портала выплыло более десятка трупов и один живой граф. Следом Вацлав, уже знакомый ей, и какие-то вещи, после чего портал схлопнулся. Вся эта ситуация вызвала истерику у моей ученицы. Я на всякий случай послал в её сторону успокоитель — это плетение выравнивало эмоциональный фон того, на ком оно применено.

— Всё нормально, Катя, я на месте, — произнёс я, когда мне на грудь кинулась она. Видимо, моя ученица переживала обо мне весьма сильно.

Устроив отдыхать графа с Вацлавом, я вернулся к ученице и, ещё раз успокоив её, отправился обратно к алтарю. Пора разобраться, кто же действует против графа и его людей.



Глава 10.


К сожалению, из наёмника вытащить многого не удалось, точнее, информации было очень много, но той, которая касается графов Ходкевичей, практически не было. Да что там говорить — о том, что его цель является графом Ходкевичем, он даже и не знал. По информации, которой он владел, это вообще обычный зазнавшийся польский дворянчик. Кстати, сам Иван, наёмник, который напал на графа, также входил в дворянское сословие. Его прадед был одним из сподвижников первого императора Российской империи Петра первого. Именно тогда предкам Ивана и пожаловали дворянство. Но вот кроме этого ничего в его семье не было. Ни земли, ни другого имущества и, как потом оказалось, ни чести. Новоиспечённый дворянин был выходцем из мастеровых. Кое-как устроившись в столице, прадед Ивана продолжил заниматься тем, чем занимался до армии — создавал деревянную мебель. Его сын, дед Ивана, не хотел себя связывать с работой по дереву и после прохождения обучения так ни разу и не прикасался к дереву с целью создания мебели. Он, наоборот, нашёл нишу, которая приносила весьма не малые деньги, а именно — убийства по заказу.

Сперва дела шли не очень в связи с неопытностью новоявленного наёмного убийцы, но со временем заказы потекли к нему рекой. Но уже отцу Ивана пришлось срочно переезжать подальше от столицы. Всего один невыполненный чисто заказ — и ему пришлось бежать в Киевскую губернию с целью переждать расследование убийства князя. Тогда переполошились и жандармы, и Тайная Экспедиция — все искали убийцу, чтобы выйти на заказчика. Так и сам заказчик решил устранить убийцу как того, кто мог вывести расследование на него. Киев в те времена был довольно крупным городом и потому отец Ивана не переживал, что останется без работы. Всегда есть те, кому надо избавиться от конкурентов. Да и не собирался он надолго тут задерживаться.

Но тут ему повстречалась местная красавица-дочка купца Елизавета. Наёмный убийца растаял и окончательно пустил корни в Киеве. На некоторое время он даже попытался завязать со своим делом, но будучи не приученным к другому труду, когда начали заканчиваться накопления, ему пришлось вернуться к любимому делу.

Уже тут родился и сам Иван. К пятилетию в Киев перебрался и его дед, основавший династию наёмных убийц. Для официального прикрытия использовали несколько десятков пилорам и цехов по производству мебели. Как-никак это было их семейным делом уже несколько поколений. Так что Иван был уже потомственным наёмным убийцей. Он не считал, что занимается чем-то плохим. Убийство людей он считал точно такой же работой, как пекарь или кузнец. Вот такой выверт сознания у него был. В этом виновато воспитание и приучение к крови.

Уже с возраста пяти лет дед и отец приучали его к смерти людей. В десять лет он впервые лишил жизни человека. То был специально выкупленный из тюрьмы каторжник, приговоренный к смертной казни. В двенадцать Иван впервые выполнил заказ. Он как ребёнок не вызывал подозрения и смог подсыпать медленно действующий яд в вино одного провинциального дворянина.

С того времени Иван стал помогать своему отцу выполнять контракты на устранение неугодных лиц. Кого он только ни помог отправить на тот свет: крестьяне, дворяне, купцы, цеховики. К своему совершеннолетию у Ивана было своё личное кладбище в несколько десятков могил. И при всём этом он являлся искренне верующим человек — каждое воскресенье ходил со своими родителями в церковь. Постился и соблюдал другие церковные традиции. Многие знакомые с их семьёй вообще считали, что Иван отправится учиться в духовную семинарию.

В восемнадцать лет Иван уже выполнял заказы полностью самостоятельно и стал собирать свою команду. Заказные убийства приносили очень неплохие деньги, так что он не бедствовал. В подвале его дома на подоле в Киеве закопано более двадцати тысяч рублей. И это лично его деньги. Помимо этого он держал около пятидесяти тысяч рублей, которые использовались на нужды его команды, на подкуп необходимых людей, чтобы закрывали глаза на его деятельность, на покупку снаряжения, на оплату лечения пострадавших членов команды и много других потребностей криминальной банды.

Но должен отметить, что беспредельщиком Иван не был. Убивал лишь тех, за кого ему заплатили. Был случай в его команде, когда подчинённый посчитал, что им всё можно и изнасиловал дочь цели. На следующий день Иван этого подчинённого закопал за городом. Он требовал от своих подчинённых четкого исполнения плана. За любые отклонения они получали или штрафные санкции путём уменьшения гонорара, или, в случае серьёзных нарушений, пулю в лоб.

Покинуть его команду можно было только ногами вперёд. Но должен также сказать, что покидать его и не собирались. Высокие заработки отключили человеколюбие у его подчинённых. Они ради денег были готовы практически на всё, а уж потерпеть требования своего лидера могли без проблем. Так что среди его подчинённых была военная дисциплина. И при всём этом Иван являлся владельцем нескольких пилорам и отцом двух дочек. Его семья не знала, чем он занимается на самом деле.

Женился он, как и его отец, на дочке купца среднего пошиба. Людмила — так звали его жену — хоть и догадывалась, что её муж занимается чем-то противозаконным, но не препятствовала ему, поскольку почувствовала вкус больших денег. Она специально не интересовалась происхождением денег и только просила, чтобы его настоящая работа не коснулась её с детьми.

Иван хоть и хотел передать своё мастерство по наследству, но считал, что для этого женщины не подходят, а потому взял себе в ученики своего племянника. Именно он и сошёл с ума, наблюдая за жертвоприношениями.

Сейчас на счету Ивана уже более ста дворян, из них двенадцать человек обладали титулами, остальные, правда, были обычными дворянами без титулов. Пиком своей карьеры он считал убийство князя два года назад.

Один из князей планировал отобрать землю у обычного поместного дворянина из-за того, что тот поставил приносящий прибыль сахарный завод и не хотел делиться прибылью. Дворянин заплатил около пяти тысяч рублей Ивану для устранения обнаглевшего князя. Иван и его команда сделали так, что все посчитали несчастным случаем пожар в охотничьем домике, где и сгорел князь вместе со своим стряпчим.

Иван был очень не дешёвым наемником, да что там говорить — за убийство графа он получил задаток в две тысячи рублей. По местным меркам это громадные деньги, а ведь это только задаток. После завершения дела его ждало ещё столько же. Только по размерам гонорара можно сразу сказать, что враг у графа бедностью точно не страдает.

Вообще, Иван хотел после этого дела отойти от своих кровавых дел на несколько лет. Он хотел сосредоточиться на обучении своего племянника, а постоянно выполняя заказы, тяжело уделить достаточное внимание этому. Ремесло наёмного убийцы требовало множество знаний, которые в основном даже не связаны с убийством ближнего. А поэтому на несколько лет Иван хотел сосредоточиться на обучении этих премудростей своего племянника. Он даже уже заказал учителей по иностранным языкам, по управлению финансами. Договорился с казаками. Через месяц он должен был отправить племянника к ним для обучения пластунскому делу.

Убийству ближнего своего он собирался обучать лично. Это дело, убийство князя, должно стать проверкой характера племянника. Брат его отца не хотел, чтобы дети пошли по стопам родственников, а потому до двадцати лет и не обучал кровавому делу своих детей. Но после несчастного случая, когда он упал с лошади и сломал себе шею, к ним прибыл дед и забрал своих внуков на обучение. Сегодняшнее дело было тестом, сможет ли племянник работать по этому ремеслу. Как оказалось, нет, но уже по совершенно другой причине — смерть.

И вот по полученной от заказчика информации, его последний заказ был на много о себе возомнившего польского дворянчика, который вместе со своими людьми отправился в Киев для решения какого-то конфликта, и заказчику было очень невыгодно, если этот конфликт завершится раньше времени. Также заказчик выставил конкретные условия: смерть этого дворянчика не должна быть похожа на заказное убийство. Также ни он, никто из сопровождающих не должны выжить. Для большей достоверности после убийства необходимо было их полностью ограбить, забрать все ценности и принести их заказчику, чтобы он что-то забрал из них.

Это довольно странные условия. Обычно Иван сам решал, каким образом он выполнит заказ, только интересовался, требуется несчастный случай или показательная смерть. Да и ценности с места преступления он старался не брать, а если и брал для имитации ограбления, никогда себе их не оставлял и выбрасывал в мусор — не хотел, чтобы были лишние ниточки, которые выведут на него правоохранительные органы.

Следует отметить, что в Киеве и окрестностях этого губернского города, ему толком нечего опасаться. Ещё его отец наладил хорошие отношения с верхушкой правоохранительных органов, а сам Иван не забывал об этом и всячески стимулировал эти отношения серебром и золотом. Обычно Иван о цели заказа собирал всю возможную информацию, но тут заказ был очень срочный и ещё заказчика рекомендовал постоянный клиент, так что он решил на свою голову рискнуть.

В тот же день, как поступил заказ, Иван срочно собрал своих людей, участвующих в прямых боестолкновениях, но таких было мало — всего десяток человек. Большая часть его команды занималась тихими устранениями, а потому для этого дела не подходила. Ивану даже пришлось пригласить десяток из изредка сотрудничающей с ним банды обычных бандитов — своих людей для устранения двух десятков вооружённых противников у него не хватало. Этот десяток вчерашних крестьян обошёлся ему всего в сотню рублей, да и то он считал, что из-за срочности переплатил как минимум в два раза.

Столь плохо продуманный план был не в его стиле, но деньги застлали ему глаза, так что он поспешил с его выполнением, даже не продумав запасного плана. Иван посчитал, что и этого хватит с головой на очередного дворянчика. И ведь был прав. Если бы не я, то граф бы уже был мёртв.

Засада была продумана хорошо — никто не смог бы догадаться о её наличии тут недалеко от села да всего в часах пяти дороги от Киева. Спрятавшись на подготовленных позициях, они стали ждать свою цель.

Вообще, была странность, которую заметил Иван: заказчик точно знал, где и когда пройдёт их цель, количество охраны, да даже про наличие многозарядных ружей он рассказал. В этих краях это очень редкое оружие. Но он посчитал, что среди людей этого дворянчика есть осведомитель заказчика и не уделил внимания этой странности.

Так что уже на следующий день после получения заказа Иван отправился на выполнение своего, но перед этим заехал в Киево-Печёрскую Лавру для благословения у знакомого старца, живущего в пещере. Вот тут я немного обалдел. Никогда бы не подумал, что священнослужитель будет благословлять наёмных убийц, особенно учитывая, что в их вере есть постулат «Не убий», а судя по мыслям Ивана, старец Иоан вполне знал о роде деятельности Ивана. Такое отношение священнослужителя к убийствам даже меня несколько покоробило. В своём родном мире я презирал разумных, занимающихся убийствами за материальные ценности. Так что такое отношение старца к деятельности Ивана я не понимал совершенно. А он согласно памяти Ивана ещё лет пять назад сам подошёл к нему и благословил в выполнении своего дела. Сначала Иван не обратил на это внимания, но в следующие встречи Иоан иногда говорил, что то или иное дело не следует брать, причём обычно даже до того, как к нему поступал заказ. Что интересно, те, кто брался за эти заказы, обратно уже не возвращались. Тогда Иван и начал копать в сторону личности старца Иоана, но толком ничего и не смог узнать.

Ещё большее удивление я получил, когда Иоан дал Ивану два серебряных крестика — это такой символ веры у местных. Именно они и оказались теми самыми защитными артефактами, которые мешали мне сходу поразить парализующими плетениями Ивана с племянником. До этого я думал, что Ивана магическими артефактами снабдил заказчик, но нет — всё оказалось по-другому. А ведь, главное, в артефактах не ощущалась святая магия. Это означало, что их делал обычный маг, не имеющий никакого отношения к церковной магии — не было во вложенных плетениях привкуса высших сущностей, как при использовании заклинаний Екатериной.

Артефакты хоть и оказались примитивными, но всё же даже в них было несколько интересных моментов. К примеру, блок преобразования жизненной энергии в ману. Вроде бы ничего необычного, но коэффициент полезного действия весьма высок — в ману преобразовывалось до семидесяти процентов собранной жизненной энергии. Сами артефакты выкачивали излишки жизненной энергии своего носителя и преобразовывали её в ману, которую использовали для защиты. Также был очень интересный накопитель: он оказался организован на полуфизическом принципе работы. Когда у артефакта образовывался излишек магической энергии, он начинал материализовывать псевдофизическое вещество, в данном случае оно выглядело в виде серебра. Так, если положить крестик в зону с высоким уровнем магической энергии, он со временем станет больше размером. Это происходило очень не быстро. Даже если я крестик буду напитывать целый день своей маной, он вырастет от силы процентов на десять. Так что сам принцип преобразования интересен, но вот исполнение хромает. А вот когда маны будет не хватать, псевдоматерия начнёт обратное преобразование в магическую энергию. Вообще, довольно интересный способ накапливать энергию. Я ничего подобного ранее нигде не видел. Но его следует доработать — потери энергии доходили до сорока процентов, а это для накопителя очень и очень много. Но и так у меня в голове пронеслось несколько десятков вариантов применения даже такого недоработанного варианта полуматериального накопителя. Такое решение мне понравилось, а ещё оно говорило о довольно серьёзной школе магического искусства в этом мире. Если раньше я рассчитывал на примитивных и слабеньких колдунов — именно такое у меня появилось мнение о местных магах после рассказа Лешего — то теперь понимаю, насколько ошибался. Такое исполнение накопителя не может быть чьей-то гениальной задумкой. За ним стоит долгая и кропотливая работа нескольких поколений магов. Одна материализация псевдовещества и обратное преобразование в энергию чего стоят. Так что артефактная ниточка к врагам графа оказалась ошибочной, и стоило мне сконцентрироваться на заказчике.

Основная проблема в том, что Иван с ним встречался в трактире и в нём же должен был встретиться завтра для получения второй части оплаты, а значит, раньше времени я найти заказчика не смогу. А ведь до завтра до него уже может дойти информация о смерти исполнителей. Да и честно говоря, просматривая в памяти Ивана разговор с заказчиком, у меня складывалось впечатление, что второй раз встречаться с ним заказчик не собирался. Но мне ничего другого не оставалось, кроме как дождаться завтрашнего дня и прийти на встречу с заказчиком, надеясь на то, что о смерти Ивана и его команды он ещё не узнал, а также собирается заплатить Ивану вторую половину гонорара. Стоило мне и посетить старца Иоана и узнать, что он знает про магическое общество империи. Судя по воспоминаниям Ивана, уж кто-кто, а старец Иоан должен разбираться в этой теме как никто другой. Мне кажется, я от него могу очень много новой информации узнать. А потому ждать не стоит до утра. Можно будет и сегодня отправиться к нему в гости, а уже завтра к заказчику. Спасибо Ивану, у него очень хорошая память, поэтому я знал множество точек выхода из телепортации, которые не будут заметны окружающим.

Пещеры, в которых жил старец Иоанн, находились несколько на отшибе комплекса Киево-Печёрской Лавры, а потому там можно появляться мне без опаски, что увидит кто-то лишний. Сейчас я собирался переместиться недалеко от пещеры, в которой старец обитал. Почему он выбрал такое место для своего жительства, я не понимал, ведь Киев даже по меркам моего родного мира очень большой город, да и в памяти Ивана большинство священнослужителей живёт вполне в комфортных условиях. Да что там в комфортных — у некоторых священников вообще собственные дворцы с десятками слуг. Чем выше в иерархии Церкви находился священнослужитель, тем богаче и роскошней он жил, правда, демонстрируя на людях скромность и отказ от мирских благ.

Среди обычных жителей Киева старец Иоан считался нелюдимым, но в то же время обладающим необычными способностями. Согласно слухам в его присутствии никто не мог врать, а также около тридцати лет назад он предсказал великую беду в городе и оказался прав. В конце того же года по городу прошла моровая язва, тогда едва ли не десятая часть жителей пострадала от неё. Я, честно говоря, ничего кроме влияния магии придумать не смог, а значит, этот старец непростой человек, скорее всего, маг. Да и артефакты откуда-то взялись.

Первая трудность появилась практически сразу: для телепортации пришлось прикладывать едва ли не в десять раз больше усилий, чем раньше. Было ощущение, что мне что-то мешает переместиться в выбранную мне точку. Но усиление плетения дополнительной энергией помогло перебороть противодействие. По личному опыту я с подобным не встречался, но в книгах писали, что это воздействие защиты от пространственных перемещений. Рекомендовалось, если почувствовали противодействие, сразу прерывать перемещение и выбираться из зоны действия защиты на своих двух ногах.

Каково же было моё удивление. Я должен был переместиться в парк среди высоких деревьев, но на выходе оказался под землёй. В тот же миг активировал все возможные защитные плетения и стал с опаской осматриваться. Передо мной лишь один человек — тот самый старец Иоанн. Сейчас он смотрел на меня с доброй улыбкой. В первые несколько мгновений я вообще хотел жахнуть в него каким-то особо мощным плетением — не понравилось мне, что кто-то может перемещать точку выхода из пространственного перемещения в другое место, ведь так можно переместить и под воду, и в жерло вулкана.

— Ну здравствуй, нелюдь, — произнёс он и показал рукой на лавку. — Присаживайся, нам есть о чём поговорить.

— Вы знаете, кто я? — спросил я удивлённо. Просто понять не мог, как он узнал обо мне и ещё точку выхода перенастроил на свою келью под землёй. Честно говоря, я его несколько побаивался после увиденного, а потому всё-таки сдержался и не атаковал старца. Но на всякий случай парочку боевых плетений держал наготове — мне потребуется буквально мгновение для их активации.

— Нелюдь ты, — коротко он ответил. — Но нелюдь неплохая, должен отметить, — добавил он после минутной паузы, пока я обдумывал его слова. — По крайней мере, по сравнению с некоторыми, — еле слышно проговорил старец.

— Откуда вы знаете про меня?

— Дар у меня есть, — начал он говорить. — Я уже полстолетия как вижу прошлое, настоящее и будущее, — ответил мне старец, предложив выпить какой-то травяной сбор. Проверив его специальным диагностическим плетением и убедившись в безвредности, я пригубил немного. За моими действиями очень внимательно наблюдал старец. Судя по тому, как он водил глазами, владел «Магическим зрением». И это странно, ведь магического дара в нём я не ощущал никаким образом.

— Так вы, получается, предсказатель? — сделав парочку глотков вкуснейшего травяного сбора, спросил я.

— Можно и так сказать, — согласился он со мной. — Ещё несколько лет назад было видение о твоём прибытии. О том, как ты появился, о том как, ты убиваешь невинного человека, о том, как помогаешь людям, о том, как приносишь в жертву. И твоё появление у меня в келье последнее видение о тебе.

— Раз вы столько видели обо мне, то почему говорите, что я неплохая нелюдь?

— Я хоть и не одобряю твои поступки, но у меня есть Знание о том, что они необходимы этому миру, — ответил он мне. — Я не знаю твоего будущего, но знаю будущее мира. Он сейчас стоит на развилке — пойти по пути мёртвой природы или с гармонией ко всему живому. На одном пути тебя нет, на другом ты есть.

— И в каком варианте я есть? — спросил я на всякий случай у старца, хотя и сам понимал правильный ответ.

— Да, ты прав, именно ты станешь тем камушком, который склонит мир на путь гармонии со всем живым. Ты, дитя тьмы и света, должен просто жить. Не важно, что будешь делать. Твоё присутствие просто меняет мир и направляет его по этому пути развития.

— Вы уверены? — спросил я. Всегда скептически отношусь к различным предсказаниям. — Я, обычный эльф, вряд ли смогу изменить весь мир, да и в планах такого у меня нет, — решил подыграть бредням старого человека.

— Вот значит как называется твоя раса, — с улыбкой произнёс он. — Я вижу, ты мне не веришь, но и не надо верить выжившему из ума старику, — усмехнулся он. — Ты просто живи, и всё будет как надо.

— Давайте эту тему оставим на потом, а сейчас меня больше интересует, как вы сменили мою точку выхода из телепорта, — решил спрашивать я по делу, а не про непонятный бред. Не верю всяким предсказателям. Не верю в судьбу. Каждый разумный сам кузнец своей жизни.

— Почему же не рассказать, — начал говорить старец со всё той же снисходительной улыбкой. Только за неё хотелось дать по морде этому человеку, но стоило сдерживаться. — Раньше с нами жил тут один инок. Он ранее был магом, как и ты, но после смерти семьи от мора в монахи постригся и жил с нами. Первое время не отличался ничем от обычных монахов, но не мог он жить в таких вот условиях, какие ты видишь. И начал он применять своё колдунство для повышения удобства себе и окружающим его монахам.

— И что, ему просто так разрешили? — спросил я удивлённо. — Ведь церковь весьма негативно относится к магии?

— Открою небольшой секрет: церковь уже лет сто как заключила договор с магическим сообществом Руси, — усмехнулся на мой вопрос он. — Официально полное неприятие, но неофициально церковь привлекает одарённых к себе на службу. Слишком перестарались наши предшественники с очищением земель от колдунов.

— С чего же так изменилась позиция церкви? — спросил я, не понимая перемены в отношении церкви к магии.

— Святую магию применять может только чистой души человек, а таких в последнее время практически и нет, — грустно улыбнувшись, сказал он. — Сейчас, когда мне осталось жить несколько дней, я могу не скрывать многие тайны церкви, да и должен признать, высшее руководство уже давно не относится к истинно верующим людям. И вот в связи с нехваткой святых они решили заменить их магами. Требуется поддержание образа чудотворцев. Так что в последнее время к магам вполне терпимое отношение.

— Я могу поговорить с этим магом-монахом? — спросил я у старца, на что тот лишь покачал головой.

— Если только владеешь богомерзкой магией смерти. Умер он прошлой весной, провалившись под лёд.

— А вы много знаете о магии. — Подозрительно, что старец знает о столь специфическом разделе магии. — Магия смерти не распространённая магия даже у меня на родине.

— Инок тот рассказывал много, особенно о прошлом верховном чародее Руси, — начал отвечать он мне. — Кощеем звали того. Он смог победить саму смерть и стал ни живым, ни мертвым ещё во времена крещения Руси.

— Он жив ещё? — По объяснению старца я понял, что Кощей, скорее всего, стал личом, и мне с ним контактировать никак не хотелось.

— Ещё лет двадцать назад он передал своё место своему ученику Святозару и исчез в неизвестном направлении.

— Это очень хорошо, — облегчённо выдохнул я, услышав приятную весть. Скорее всего, Кощею надоело жить, и он впал где-то в спячку. Такое часто происходит с представителями коротко живущих рас, когда они добиваются долгой жизни. Их темп жизни просто не рассчитан на длительное существование.

— Вот и инок так радовался, когда узнал о смене верховного чародея Руси, — открыто засмеялся он.

— Но мы отошли от темы моего вопроса, — вернулся я к интересующему меня вопросу. — Как вам удалось переместить точку выхода моего телепорта? Тем более вы сами не являетесь магом.

— А ведь я уже ответил на вопрос, — начал говорить старец Иоанн. — Инок смог защитить наши пещеры от подобных проникновений и оставить проход только в мою келью. — После его слов я всмотрелся «Магическим зрением» в окружающее пространство и с удивление и трудом смог увидеть тончайшую паутинку плетения. Разобраться в структуре не получилось сходу, но я для примера попробовал снова телепортироваться в запланированную точку среди деревьев и увидел, как точку выхода по паутинке перенесло в келью откуда-то с правой стороны. Видимо, там и находился парк, в который я вначале планировал переместиться. — Вижу, уже разобрался.

— Да, необычное решение, — ответил я, пытаясь понять, как этот монах вообще умудрился сделать нечто подобное. Мне явно не хватало знаний местной магии для этого.

— Ответил я на твои вопросы, нелюдь? — спросил он у меня.

— Не на все. Не подскажете, где я могу найти магов в Киеве? — спросил я у него. Вдруг он знает места их проживания или сбора.

— С этим я тебе помочь не смогу. Не видел я кроме инока магов в своей жизни.

— И в видениях не видели? — спросил я провокационный вопрос, ведь если он настоящий предсказатель, то должен знать или хотя бы видеть, где обитают местные маги.

— Видел, но права не имею говорить о видениях другим людям, не связанным с ним, — ответил он мне, а на мою попытку проникнуть в его сознание лишь покачал головой и сказал: — Не надо. — Но я не послушался и продолжил погружаться в его сознание. Спустя мгновение я лежал на земле и не мог отдышаться. По моему сознанию только что ударили сгустком чистого света.

— Вы кто? — прохрипел я с трудом. — Вы не человек?

— Вот кому как не тебе об этом говорить, нелюдь, — переменил стиль общения старец, точнее, порождение стихии света в человеческой оболочке. — Я — ангел господень, сосланный в этот мир за несогласие с некоторыми откровенно глупыми правилами невмешательства в жизнь смертных.

— Значит, всё, что вы мне рассказали, было обычными байками? — спросил я, пытаясь встать на ноги, но мне это не удавалось — руки и ноги с трудом вообще шевелились.

— Нет, всё, что я тебе говорил, — чистая правда. Я и правда сейчас практически обычный представитель человечества, мне заблокировали практически все силы и отправили в мир смертных в тело младенца. По мнению этих всезнающих, раз я люблю вас сильно, то и мне следует в вашем теле прожить всю земную жизнь. А ведь подселили меня в тело крестьянина. Ох и трудно мне пришлось по молодости, — произнёс ангел мне в ответ.

— Зачем это всё? — спросил я, намекая на мою встречу с ним. Ни за что не поверю, что она произошла просто так.

— Мне немало пришлось потрудиться, выстраивая события, которые приведут тебя ко мне. Ещё десять лет назад было видение о твоём появлении. Сначала я хотел уничтожить тебя, но приходили и новые видения. А совсем недавно я увидел и развилку развития мира с тобой и без тебя. А ведь я считал, что мир умирает до твоего прибытия, — откровенно начал говорить ангел. — Тебе ничего делать специально не надо, просто живи для себя, и мир пойдёт по необходимому пути развития.

— Почему я так важен?

— Остатки магии уходят из этого мира, а без неё мир пойдёт по чисто технологическому пути развития. Не знаю, видел ли ты такие миры в своём прошлом, но поверь мне, это ужасно, и я не хочу такого будущего для этого мира. Уже сейчас ты поддерживаешь одного из главных хранителей мира. Да, это я про твоего Лешего. Ух, знал бы ты, сколько он ангелов убил лично при нашем захвате мира. За его смерть полагается очень высокая награда. Не хочешь, кстати, стать одним из нас? Всего лишь сдать Лешего нам.

— Нет, спасибо, друзей не сдаю, — ответил я, думая, как предупредить Лешего смыться как можно скорее и дальше.

— Не волнуйся, лично мне смерть хранителя не нужна, — рассмеялся ангел. — Меня и сослали за то, что я хотел вмешаться в развитие мира и не допустить чисто техногенного развития. Они думали, что я без своих ангельских сил ничего не смогу, — фыркнул ангел. — Какие они всё-таки простаки. Благодаря мне уже сейчас к магам отношение намного терпимей. Правда, только на территории Российской империи — всё же человеческое тело имеет множество недостатков, и я просто не успевал по всему миру.

— Для чего я вам нужен?

— Я не обманывал тебя, когда говорил, что осталось жить мне всего несколько дней, — начал говорить ангел. — Моё тело итак прожило больше ста лет и уже просто не в силах находиться в этом мире. Скоро закончится моё наказание, и меня отправят в один из миров, подконтрольный Саваофу. И я не смогу ничего делать в этом мире. Я хочу, чтобы кто-то ещё знал о будущем этого мира. С местными на эту тему говорить не могу в связи с прямым запретом, а ты под категорию местных никак не попадаешь, — усмехнулся ангел.

— И что, это всё ради этого разговора? — удивлённо спросил я, не понимая эту сущность света.

— Да. Теперь, зная будущее мира, твои действия, так или иначе, будут всё больше вносить изменений для пути развития в гармонии с природой. А сейчас, пожалуй, тебе пора. Заказчик твоего знакомого графа будет сейчас покидать город. Он ещё в «Зелёном трактире», но уже через час покинет его, поскольку получит информацию от своих наблюдателей о смерти группы Ивана.

— Откуда вы знаете?

— Ты забыл, я — предсказатель, — повторил он, после чего вытолкал за порог своей кельи.

Только возле здания с зелёной крышей и стенами наконец-то осознал, что куда-то иду. До этого момента голова у меня была пуста, и я ничего не думал, не соображал. Этот ангел хоть и не владеет своей силой, по крайней мере, как он говорит, но как-то всё-таки умудрился пролезть ко мне в сознание и отправить по адресу, который я никогда в жизни не видел. Единственное хорошо, что «Зеленый трактир с нумерами» находился не сильно далеко от пещер с монахами — всего пару вёрст. Из памяти Ивана я знал, что этот трактир первый в городе предоставлял услуги гостиницы для обычных граждан, а не только для паломников, как все остальные до этого. Сейчас это считалось самым дорогим заведением в городе. Оно запустилось всего несколько месяцев назад. Именно здесь и встречался Иван с таинственным заказчиком. Такая атмосфера роскоши как раз и добавила доверия Ивану к заказчику.

Пришёл я, кстати, вовремя. В данный момент в экипаж грузили вещи, из трактира выходил собственной персоной этот неизвестный заказчик. Хорошо, что память у Ивана была очень хорошей, а потому ошибиться я не боялся. Нападать на заказчика в центре города

недалеко от отделения полиции было откровенной глупостью, а потому я решил проследить за ним и уже где-то за городом атаковать. На всякий случай, чтобы не потерять заказчика, я на него и его сопровождающих наложил магические маячки, перед этим проверив на наличие магических вещей или дара. И заказчик, и сопровождающие оказались неодарёнными, да и артефактов у них никаких не было, а потому я не боялся, что мои действия смогут засечь.

Ближайшие несколько часов нападать на него смысла не было никакого, а потому я решил зайти в ресторацию этого самого респектабельного заведения города и просто поужинать, хотя скорее уж позавтракать. К моему удивлению, я не один оказался на рассвете в ресторации. Для маскировки накинул на себя личину респектабельного дворянина и сел за стол. Уже через двадцать секунд ко мне прибежали и стали спрашивать, что я пожелаю на завтрак. Должен отметить, выбор большой. Я в этом мире ещё не питался нормальной едой — не считать же такой крестьянскую, так что заказал пяток различных пирогов и тарелку щи. И запить всё это решил квасом. Судя по воспоминаниям Ивана, квас довольно вкусный напиток.

Официант несколько удивился такому скромному набору блюд. Я даже прочитал его поверхностные мысли о том, что я какой-то нищеброд, и мне тут делать нечего. Меня такие мысли несколько оскорбили, а ведь, гад такой, улыбку с лица не сводит, но мысленно меня проклинает. Пока что решил ничего не применять к нему и дождаться еды. Я думал, придётся подождать, но оказалось, что заказанная мною еда уже готова. Должен отметить, давно, если быть точным, уже более двух лет не ел настолько вкусную пищу. То диета из дерева-эльфоеда, то дичь и растения, которые смог собрать в лесу. Не очень вкусная пища. А тут одно объедение. Я даже забыл о мысленном оскорблении официанта. Но, видимо, он сам хочет нарваться, ведь когда принес мне счёт, в мыслях представлял, как будет надо мной смеяться, как вызовет охрану и как заставит отрабатывать еду очисткой выгребной ямы. Да уж, подленький оказался человечек, и не сделать ему гадость я не мог.

За мою еду он требовал астрономическую сумму в девять рублей, хотя даже у него в мыслях стояла совершенно иная сумма в один рубль и двенадцать с половиной копеек. Такое отношение меня взбесило, и я решил заплатить ему иллюзией денег. Благо, что местные деньги видел и материальную иллюзию на несколько минут вполне мог создать. Я с улыбкой достал портмоне и десять рублей. Также высокомерно сказал, что мне сдача не нужна. Моё поведение явно не вписывалось в линию поведения, которую он выстроил у себя в голове. После этого я сделал жест, будто мне даже противно дышать в одном помещении с этим халдеем. А потому, быстро встав, покинул заведение. Ох и будет ему радость, когда не обнаружит денег. Придётся поработать денёк бесплатно, отрабатывая недостачу денег. Будет знать, как к незнакомцам подлости устраивать. Надеюсь, это его проучит, и впредь он будет думать лучше, кого можно разводить на деньги, а кого — нет. И ведь вся эта идея у него появилась в голове только из-за того, что я заказал недорогие блюда. По его мнению, я обязан позавтракать рублей на двадцать.

На улице солнце наконец-то окончательно встало, да и народу прибавилось. Вообще, Киев достаточно большой город Российской империи. Всего в нём проживало около семидесяти тысяч человек и из них около трёх тысяч дворяне. Количество дворян впечатляющее для такого населения города. Но следовало учитывать, что большинство из них нетитулованные безземельные дворяне. За время моего завтрака заказчик удалился почти на десяток вёрст. Навестись на маяк довольно просто, а дальше я проверил окружающее пространство при помощи плетения дальнозрения — оно так же, как и телепортация, относится к пространственной магии, но уже не чистой, а смешанной вместе с магией иллюзий.

Это плетение создавало не полноценный пробой до необходимого места и передавало через него информацию, которую уже интерпретировал блок из магии иллюзий и показывал трёхмерное изображение на втором конце плетения. Оно довольно прожорливое, но необходимое. На самом деле я о нём вспомнил только сегодня, а ведь ещё вчера когда, телепортировался на помощь графу, мог заранее узнать о происходящем и лучше подготовиться, но, к сожалению, про это плетение вспомнил лишь сегодня.

Меня не обучали как мага-портальщика, а потому у меня нет выработанной привычки проверять места выхода на опасности. Необходимо вдолбить себе в подсознание меры предосторожности, а то ведь могу выйти вообще под дуло пушки и не успеть защититься. Стоит выделить несколько спокойных дней и заняться самопрограммированием для избегания подобных ситуаций, да и повысить скорость реакции на некоторые раздражители можно будет. Вообще, не рекомендуется лезть в своё подсознание неопытным ментальным магам. Можно себя превратить в идиота, пускающего слюни, за несколько мгновений, если не знать, что можно трогать, а что нельзя. Но я и лезть глубоко не собираюсь, мне вполне хватит установить несколько ментальных закладок. Да и проверить своё сознание после вмешательства ангела стоит. Хочется ему верить, но я бы на его месте оставил парочку подарков на потом, ведь я даже не почувствовал, как он обошёл мою защиту и проник в подсознание. Вообще, прямой контроль тела даже обученному ментальному магу сделать не просто. А тут я минут пятнадцать себя не осознавал и выполнял заложенные действия. Так что проверить своё подсознание мне не помешает точно.

Пока я размышлял о возможных закладках в своём подсознании моя цель, заказчик убийства графа, как раз отдалился от населённых пунктов. Как позади него на несколько вёрст не было людей, так и впереди. Именно этот момент я выбрал для телепортации в экипаж к заказчику убийства графа. Сразу после перемещения активировал на себе отвод глаз и осмотрелся вокруг себя. Заказчик явно не выспался ночью, и сейчас он досыпал. Два его сопровождающих человека также практически спали, изредка поглядывая на округу. И лишь возничий бодр — он даже какую-то песенку себе тихонько напевал.

Для начала я отгородил себя и заказчика с сопровождающими его людьми от возничего полем конфиденциальности. После этого немного усилил отвод глаз, чтобы возничий не обращал внимания на происходящее в экипаже. И только потом я парализовал свою цель вместе с охранниками, а два вооруженных мужика никем иным быть не могли.

Защиты на сознании заказчика не оказалось никакой. Его звали Сергей Аркадьевич Воронной, и он являлся профессиональным посредником. Этот Сергей Аркадьевич ничего не знал об истинном заказчике убийства графа. Он лишь получил контракт, согласно которому должен был заказать убийство графа Ходкевича в Киеве у определённых лиц и чтобы они выполнили определённые условия убийства.

Вообще, Воронной как раз специализировался на найме криминальных личностей для выполнения конкретных действий. В организации, в которой он состоял, были и полностью легальные посредники, и такие, как он. Естественно, основной заработок шёл от подобных ему. Также Сергей Аркадьевич должен забрать все необычные предметы, которые будут при графе, и привезти их в Варшаву в головной офис организации. Но это было дополнительным заданием, которое требовалось выполнить по возможности. Сейчас, после провала устранения графа, как и в выданных инструкциях, он возвращался обратно в Варшаву за новым заданием.

Честно говоря, я очень сильно расстроился — опять попадаю не на заказчика, а на какого-то посредника, причём профессионального. Но главное я смог вытянуть у него из памяти, а именно — информацию про его куратора из организации посредников и о том, где его можно обнаружить. Естественно, это оказалось в Варшаве, так что мне снова предстояло переместиться на довольно большое расстояние. Честно говоря, для меня это будет самое большое расстояние, на которое я когда-либо перемещался. Ведь в своём мире смог осилить пространственную магию уже сидя в заключении в дереве-эльфоеде, а в этом мире у меня просто напросто не было потребности в столь длинных перемещениях.

Мне повезло, что куратор Воронного Томас довольно близкий знакомый, так что я знал, где он живёт, где работает официально. Сейчас уже поздно к нему перемещаться. Лучше это сделать ночью, когда он будет спать — так и шума меньше подниму, и времени поработать с ним будет больше. А пока вернусь домой — следовало поговорить с Лешим по поводу моего знакомства с ангелом. Судя по словам ангела, он неплохо так повеселился во время войны при приходе нового Бога. Следовало обдумать слова этого крылатого существа света.

Подчистив память Сергея Аркадьевича с охранниками, я снял с них все плетения и телепортировался к себе домой. Там меня уже ждали, и если Екатерина просто волновалась обо мне, то вот Вацлав явно нервничал по поводу моего долгого отсутствия. Графа-то я отправил в лечебную кому — так его организм лучше и быстрее восстановится после сквозной дырки. И теперь прошло уже часов пятнадцать с моего отбытия, а граф всё так же не реагировал на внешние раздражители. Вот и волновался Вацлав о своём господине и с каждым часом становился всё более нервным.

— Так, стоп! — крикнул я, переместившись во двор. Происходящее мне сильно не нравилось, а потому свои слова снабдил ещё и парализующим плетением.

Сейчас у Вацлава сдали нервы, и он пытался Екатерину притянуть к графу. Моя же ученица этого не хотела и сопротивлялась изо всех сил — ну что может хрупкая женщина против тренированного воина? Вот и Вацлав так думал и не видел, что сзади него в воздух поднялись камни. И если бы я опоздал бы хотя бы на несколько секунд, то пришлось бы править графу память и делать вид, будто Вацлав погиб с остальными солдатами. Камешки Екатерина для своей защиты выбрала немаленькие. Три камня по пуду весом каждый. Тут и одного могло хватить, чтобы отправить Вацлава на тот свет. Видимо, Екатерина сильно испугалась.

— Катя, опусти камни, — приказал я парализованной ученице. Тело-то парализовано, но вот магия — нет. А потому она всё ещё могла убить Вацлава всего одной мыслей. К счастью, она камни убрала, и я снял с неё парализацию.

— Учитель, вы вернулись! — радостно воскликнула она. — А этот тащил меня куда-то. Я пыталась сопротивляться, но куда там против такого кабана. Вот и решила камушком приголубить.

— Ты молодец, не растерялась в ситуации. Но могла бы и поменьше камушек выбрать. Один удар твоим камушком — и перед тобой лежал бы труп, а мне потом оправдывайся перед графом по поводу его человека. — ответил я своей личной ученице. А вот Вацлав только осознал, что ему грозило и от чего я спас его. Только после этого снял с него парализацию. Тот, не ожидав этого, упал на землю кулем.

— Спасибо, вам Леший, — искренне произнёс Вацлав, когда смог увидеть камушек, которым хотела его стукнуть моя ученица.

— Расскажи, куда ты там тянул мою ученицу, и если мне не понравятся твои слова, то камушек моей ученицы покажется лишь сказкой. — Не любил я, когда моё трогают без спроса, а Екатерину уже давно считал своей и не мог позволить, чтобы трогали без её разрешения всякие.

— Пан Леший, граф всё не просыпается. Я хотел привести вашу ученицу, чтобы она осмотрела его, пока вас не было, — честно ответил он. — Но ваша ученица почему-то неверно восприняла мою просьбу.

— Видел я твою просьбу. В следующий раз и пальцем не тронь её. Помимо того, что она и сама может себя защитить, так и я сверху добавлю. Ясно? — спросил я, стимулируя отдел страха в мозгу. Он должен зарубить себе на носу, что Екатерина неприкосновенна.

— П-понял, — заикаясь, выговорил Вацлав. Видимо, с воздействием я несколько перестарался. Как только сбавил стимуляцию отдела страха, он быстро пришёл в себя и спросил: — Так что там с графом? С ним всё хорошо?

— Если бы ты слушал меня, когда вы сюда прибыли, то знал бы, что я погружу графа в искусственную лечебную кому для того, чтобы его организм лучше восстановился. Также я добавлял, что, скорее всего, он пробудет в коме не меньше суток. Ты слышал это?

— Да, слышал, — коротко ответил Вацлав, понимая, что только что он едва не лишился своей жизни по глупости.

— Так чего приставал к ученице?! Она бы всё равно не смогла ничего сделать! Это ещё не её уровень! — продолжил я ругать Вацлава, хоть он и не сильно виноват, но мне просто хотелось на кого-то покричать. Последний день выдался очень богатым на события, и мне стоило расслабиться перед путешествием в Варшаву.

— Ох как раскричался. — Это Леший пришёл на крики из своего закутка среди деревьев, где он любил проводить свободное время.

— Так, ладно, Вацлав, — сразу успокоившись, произнёс я. — Катя, дай ему еды, — попросил я ученицу. — А ты иди к графу и не покидай выделенный вам дом. — Это уже было сказано Вацлаву.

— Хорошо, — ответил коротко Вацлав и стал ждать, пока ученица принесёт ему еду.

— Сейчас, одну минутку, — сказала она и пошла на импровизированную кухню за домом.

Я же, повернувшись к Лешему, махнул рукой и попросил идти за мной. Хотелось с ним поговорить вдали от остальных разумных, да и проверить можно, насколько качественно он закончил строить купол над генератором маны.

Первым делом я проверил качество и крепость возведённых стен купола. Должен признать, что он сделал свою часть купола в несколько раз крепче. Видимо, в прошлом подобные работы он выполнял. Если учесть, что в прошлом духи и люди сотрудничали, то становится понятным, откуда у него такой опыт.

— Наверное, тебе придётся переделать и мою часть работы. У тебя лучше получается, чем у меня, — начал я разговор с Лешим.

— Ты бы знал, сколько практики у меня было при строительстве египетских пирамид, огромных аккумуляторов маны. — ответил он мне. — Но ты ведь не об этом хочешь поговорить?

— Да, повстречался мне один ангелок, — сказал я, а Леший выругался на нескольких языках и прервал меня.

— То-то, думаю, тянет от тебя неочищенным светом. Хотя, должен сказать, попался тебе какой-то слабенький ангелок. При встрече с нормальным ангелом без соответствующей защиты несколько дней не можешь пользоваться ни одним видом магии, кроме магии света.

— Мне он вообще в человеческой форме попался, — ответил я Лешему и рассказал подробности всего произошедшего со мной за последние сутки.

— А ведь тварь пернатая, скорее всего, тебе правду говорил, — сказал он после довольно долгой паузы, во время которой обдумывал мой рассказ. — Я тоже нечто подобное ощущаю. Ощущение, что природа умирает.

— Так что, считаешь, я и на самом деле могу изменить предначертанный путь целого мира?

— Тут несколько по-другому. Не встреть я тебя, через пару десятилетий, максимум столетие не стало бы меня. Без меня шансы на пробуждение у остальных духов вообще минимальны, — начал объяснять мне Леший. — Маги тоже недолго продержались бы, ведь природные источники и те слабеют, а без них перестанут рождаться одарённые вовсе. И в таком случае миру ничего не останется, как развиваться по техногенному пути. Сам я в таких мирах не бывал, но общался ещё тогда с магами, которые путешествовали между мирами. Ничего хорошего в техногенных мирах нет.

— Логично звучит, — ответил я ему.

— Думать об этом тебе сейчас не надо. Ты лучше подумай над чисткой своего подсознания. Во время войны ангелы спецы в том, чтобы минимальным ментальным воздействием создавать фанатиков Саваофа, — сказал Леший и потянулся к куполу над генератором. Было видно, что мои слова его глубоко зацепили, и сейчас он их обдумывал.

— Я и сам хотел этим заняться. Не подскажешь, как можно защитить своё сознание и подсознание от проникновения таких сущностей? А то ведь я даже проникновения не почувствовал.

— Архимагом ментальной магии стать. По-другому никак. Они воздействуют на все семь, или как в моём случае восемь, тел одновременно. Каким бы ты умелым ментальным магом ни был, пока своё сознание не сможешь перенести в отдельное подпространство, подобные сущности могут проникать через защиту.

— О такой защите я даже не слышал. Я вообще не слышал о перемещении сознания в отдельное подпространство.

— Ты много чего ещё не слышал и многого не знаешь, — сказал он, а потом засмеялся. — Будешь хорошим мальчиком — может, и научу, когда выйдешь на соответствующий уровень сил. Будет у нас тогда два архимага в мире — ты да Кощей.

— Кощей живой ещё? — спросил я у Лешего, раз он сам его вспомнил.

— А куда он денется, лич недоделанный? — смеясь, ответил Леший. — Ушёл он познать мир, чтобы оживить своё тело. Вон уже лет двадцать мотается по диким уголкам планеты.

— Как я и думал. — Леший подтвердил моё мнение о том, что Кощей — лич.

— Ладненько, я за работу и тебе того же рекомендую. Магия этих тварей пернатых имеет свойство со временем только усиливаться, — сказал он и начал напитывать маной участок купола, который возводил ещё я.

Я же погрузился в медитацию для проверки сознания и подсознания. По-хорошему следовало попросить об этом Лешего, но я ему ещё не настолько доверял, так что придётся копаться самому. Благо, моё подсознание мне знакомо и найти отличающиеся элементы несложно. И я действительно обнаружил одну ментальную закладку, но она, к моему удивлению, должна лишь запретить мне возвращаться к ангелу и искать его. Больше никаких закладок я не обнаружил.



Глава 11.


— И снова я вынужден вас благодарить, «Леший», — произнёс граф Ходкевич сразу после того, как Вацлав объяснил ему, что произошло и почему он всё-таки выжил. Меня же он продолжал называть Лешим, так как я не спешил представляться ему настоящим именем. — Теперь я уже просто наделом не смогу откупиться. Может, пойдёте ко мне на службу? Деньгами не обижу. Будете иметь всё, что вам необходимо.

— Пан Александр, вы и сами должны понимать, что такому, как я, не место в городах. Без маскировки мне не стоит там появляться, а с маскировкой и низким уровнем магической энергии в воздухе я буду вынужден постоянно сидеть в медитации для восстановления. — На самом деле я просто не хотел ни к кому идти на службу. Не хочу иметь над собой начальство. Всё, хватит. Мне этого хватило и в моём родном мире.

— Это ведь не основная причина? — спросил он у меня.

— Верно. Тут мне хорошо и тут у меня есть всё необходимое для жизни. Только землю хотел бы получить в свою собственность, чтобы не было никаких официальных причин меня беспокоить, — сказал я, не собираясь рассказывать о настоящих причинах.

— Хорошо, — произнёс Александр. — Вацлав, ты всё собрал?

— Да, пан Александр, — отозвался он. Наедине он называл графа просто Саша, но когда кто-то присутствовал, то только пан Александр или господин граф. — Но лошади не выжили.

— Пан Леший, — обратился граф ко мне, — не могли бы вы помочь добраться домой?

— Я не знаю, где ваш дом находится. — Конечно, я уже давно считал из его памяти, где находится дом, но говорить об этом не собирался. — Могу доставить вас к Киево-Печёрской Лавре. Бывал недавно там.

— Так даже лучше будет. Сразу решим наши дела, а экипаж для обратной дороги наймём. Заодно и в полицию напишем о разбойном нападении заявление, — произнёс Александр.

— Если вы готовы, то начинаем. В этот раз я буду использовать не телепорт, а портал. Вам надо будет просто переступить через плоскость портала, и вы окажетесь в Киеве, — сказал я. Вацлав портал уже видел, но граф в прошлое перемещение через портал был без сознания.

— Пан Александр, всё готово, — сказал Вацлав, взяв две трети сумок себе, и лишь две относительно небольшие оставил своему господину.

— Тогда вперед, — произнёс он и с интересом уставился на меня. Мне только и оставалось что развернуться к ним спиной и открыть портал. Это самое большое расстояние, на которое я когда-либо открывал портал.

На таких расстояниях телепорт уже не сильно выигрывает по экономии магической энергии, а если учесть, что переместиться должны двое, то телепортация съест уже примерно схожее количество энергии. И поэтому, несмотря на более чем десятикратную сложность плетения портала по сравнению с телепортом, я решил использовать портал. Да и приятней он для перемещающихся людей.

— Я остаюсь тут, — сказал я. — Вацлав, проходи, долго держать не могу.

— Давай, Вацлав, — нетерпеливо поторапливал граф своего друга и телохранителя.

— Ваша очередь, — произнёс я после того, как Вацлав перебрался на ту сторону портала, следом проскочил и Александр. Он уже повернулся что-то сказать, но я отключил питание портала, и тот схлопнулся практически сразу.

— Учитель, они ушли? — спросила Екатерина, выйдя из нашего дома. После вчерашнего между ней и Вацлавом словно кошка пробежала. Она демонстративно не замечала его. Даже когда ужинали за столом, обслуживала только меня. Вацлаву пришлось насыпать себе еду самостоятельно.

— Что между тобой и Вацлавом произошло? — спросил я.

— Ничего, — ответила она и отвела взгляд.

— Катя, — произнёс я разочарованно.

— Он много себе позволяет, — сказала Екатерина. — Предлагал мне сто рублей, если я вместе с ними отправлюсь. Он предлагал мне предать вас.

— Молодец, что не согласилась. Хотя тебя это убило бы, но плохо, что сказала только сейчас. Я бы объяснил, что не хорошо переманивать учеников. Леший просил себе помощника, чтобы прибрать буреломы в подконтрольных нам лесах. Отправляйся. Я буду или поздно сегодня, или уже завтра.

Катя явно хотела что-то сказать ещё, но удержалась и отправилась в сторону леса. Мне же необходимо немного подготовиться к своему путешествию в Варшаву.

Для начала нужно обезопасить себя от ментальных атак, потом от магических и в конце от обычных физических. Сейчас благодаря работающему генератору магической энергии сильного недостатка маны не было. Можно без проблем создавать не только слабенькие артефакты, но и что-то посильнее.

Взяв мешочек с жёлудями, который ношу с собой везде, я отправился к генератору маны. Там концентрация маны больше и работать будет гораздо проще даже по сравнению с нашим домом, который и сам излучал в воздух часть поглощённой маны, только уже природного спектра.

Между домом и генератором не меньше полутора вёрст по лесу. На ногах это не меньше пятнадцати-двадцати минут, но я мог себе позволить и телепорт, благодаря которому дорога сокращается до минимально возможного времени. В обычные дни всё же предпочитаю ходить пешком, но сегодня у меня нет на это время, а потому уже через секунду я стоял возле самой большой заводи, созданной мною.

Леший закончил купол над ней, и сейчас мана частично скапливалась внутри купола из-за содержащейся внутри его стены маны. Получалось небольшое экранирование.

— Что за баба беспокойная, — услышал я голос Лешего. Обернувшись, увидел его, сидящего на берегу и погрузившего ноги в воду. — Я ведь просто попросил убрать упавшие деревья телекинезом. Так она разворотила молоденькую березу. Едва смог спасти.

— А что ты хотел? Она ведь после моего лечения не только телом помолодела, но и ментально скинула несколько десятилетий, — произнёс я. — У неё энергия бьёт через край. Если не выматывать её, то можно получить множество проблем.

— Да знаю я. Думаешь, не видел молодых магов? Вот только отвык я от этого. Нынешние меня к себе не пускают, пытаются подчинить и в ловушку для духов запихнуть.

— Нормальных нет совсем? — уточнил я у него.

— Есть, но там хватает и своих духов. Эти оммедзи и так с трудом справляются с контролем своих духов. Когда в последний раз к старому товарищу в гости приходил, у них паника началась, а всего-то Нура провёл свой парад ста духов. Похвастаться своей гвардией захотел передо мной. Уже лет сто у него не был, надо будет наведаться как-то. Ты мне лучше скажи, перворождённый, что там от крылатой твари тебе досталось?

— Одна закладка на то, чтобы я его не искал и всё.

— Не всё, я даже отсюда вижу. Ты на духовном уровне всё ещё пылаешь светом. Если не хочешь, чтобы остальные направления стали даваться тебе хуже, надо очищающий обряд провести.

— Что за обряд? — сразу стал я серьёзным.

— Ничего серьёзного. Надо большим потоком нейтральной энергии вымыть чужой свет, зацепившийся за тебя. Работы на пару минут, особенно тут.

— Это всегда надо после встреч с ангелами делать?

— Если коснулся тебя своим светом, то надо. Есть щиты специальные против них, но я не маг, мне хватало просто пожелать и сдобрить всё энергией во время войны. Поищи в библиотеках, там много полезного должно быть. А теперь становись в октограмму, я уже начертил схему обряда.

— Спасибо, — ответил я. Подсознательно понимал, что Леший говорит правду, а потому согласился на его предложение.

Сам обряд действительно простейший. Магическая энергия просто фокусировалась в октограмме и пропускалась сквозь мою ауру. Потом поток вновь ловился и вновь проходил через ауру.

Всего через десять подобных циклов Леший сказал, что всё закончилось. Я же заметил ещё один эффект от обряда: мой источник магической энергии стал немного чаще пульсировать, производя процентов на двадцать больше энергии. Я уже обрадовался, но через пару минут наблюдения за источником понял, что скорость регенерации маны постепенно начала уменьшаться. Если скорость угасания будет такой же, то уже через пять часов всё вернётся к изначальному.

Когда я закончил себя рассматривать, Лешего уже не было. Скорее всего, он вернулся обратно в лес для того, чтобы контролировать Катю. Та действительно стала излишне активной и энергичной в последнее время.

Покинув сделанный в камне обрядовый чертёж, я занялся тем, ради чего и прибыл. Первым делом создал артефакт ментальной защиты с активным контуром обороны. Если кто-то попытается влезть ко мне в голову, то в его сторону по ментальному каналу, через который этот кто-то пытался влезть, помчится несколько тысяч ментальных игл, которые после остановки щитом ещё и взорвутся. Нормальный менталист уровня мастера, если не предусмотрел специальную защиту, будет потом несколько суток страдать от головной боли, а вот недоучка может и инсульт получить вместе с повреждениями сознания. Жаль, что артефакт получился одноразовым. Когда в нём закончится магическая энергия, его можно будет разве что выкинуть, да и расход получился приличный. Думаю, вряд ли больше двадцати часов продержится.

Магическую и физическую защиту я решил совместить. Это будет намного проще. Да, защита будет слабее, чем специализированная, но зато она будет универсальная. Телекинетический щит — одно из самых первых защитных плетений, которому обучают. Он есть в двух вариантах. Первый — тот, который я дал графу. Телекинезом останавливаются снаряды, летящие в цель. Но есть более универсальный и эффективный — вокруг тела в нескольких десятках сантиметров от кожи создаётся защитная телекинетическая плёнка, которая останавливает как магию, так и физические объекты.

Модель щита, которую я создал, используется пограничниками как стандартная. Только пограничники имели этот щит, встроенный в кожаные доспехи, а я — в жёлуде. Из-за не самого лучшего материала артефакт тоже будет не вечным, но несколько десятков циклов зарядки выдержит. Больше ничего делать я не стал, так как следовало поспешить и побыстрее оказаться в Варшаве.

Благодаря воспоминаниям Сергея Аркадьевича, профессионального посредника, я неплохо знал Варшаву, в которой тот прожил больше пяти лет. Также я знал и о доме самого Вороного. Он находился недалеко от центральной площади. Сейчас в доме лишь прислуга — семья выехала на время на побережье Адриатического моря в Дубровник, так как старший сын заболел чахоткой, а она считалась практически неизлечимой болезнью — лишь один из нескольких сотен поправлялся, но продлить жизнь, лечась в подходящих климатических условиях, можно.

Сам Сергей Аркадьевич, скорее всего, в это время двигался в сторону Варшавы, и прибудет он туда точно не раньше чем через неделю. Именно поэтому мне показалось идеальным местом для появления спальня профессионального посредника в его доме. В это время там не должно быть никого, а значит, и моё прибытие никто не должен зафиксировать.

Первый этап — построение портала по воспоминаниям — занял почти три минуты. Ровно столько времени понадобилось заклинанию на поиск места в реальности через ноосферу мира. Это весьма не быстрое дело. В учебнике я читал, что иногда затягивалось это на несколько часов. Это в том случае, если схожих мест много в мире или качество воспоминания не очень хорошее. Именно поэтому портальщики предпочитают работать с маяками, на которые можно навестись. В моём же случае просто не было выбора: либо по воспоминанию, либо на своих двух отправиться в Варшаву.

Сейчас Варшава входила в состав Прусского королевства после третьего раздела Речи Посполитой, ранее весьма могущественного государства. Из-за этого многие богатые люди стремились покинуть город, и тот всего за почти десять лет, прошедших с третьего разделения, уменьшился на тридцать тысяч человек — со ста пятнадцати до восьмидесяти пяти. Но даже так он продолжал оставаться крупнейшим местным культурным центром.

Сергей Аркадьевич прибыл в город уже после раздела Речи Посполитой и по дешёвке купил дом недалеко от дома своего друга и куратора в деле посредничества Томаса Ковальчика. Дом находился в так называемом старом городе на границе с районом Дзиекания. Довольно тихое место, находящееся под охраной полицейского участка, расположенного всего в двух домах от него.

На другой стороне портала меня встретила темнота. Тяжёлые шторы закрывали полностью окна, из-за чего, несмотря на практически полдень, в спальне темно. Захлопнув портал, я первым делом просканировал дом. В доме только три человека: две женщины и мужчина лет шестидесяти. Судя по памяти Вороного, это истопник и две служанки, поддерживающие чистоту в доме. Был ещё и повар, но на время отсутствия семьи и самого Вороного в городе тот отправлялся к себе домой.

— Агнешка, а твой Дариуш что подарил тебе? — услышал я голос одной из служанок, когда под отводом глаз спустился на первый этаж.

— Злата, это мои дела с Дариушем, — сказала вторая служанка, не желая рассказывать первой.

— Да ладно тебе. Он что, ничего не подарил? Да как он мог! — начала возмущаться первая. Я больше ждать не стал и, используя самое первое плетение из пространственной магии, которое выучил, а именно — переход в противофазу, прошёл сквозь дверь на улицу, где вновь стал материальным.

На улице меня встретил шум. Со всех сторон слышались звуки шагов спешащих по своим делам людей. Их голоса, звуки удара копыт по брусчатке, редкие ржания лошадей — всё это смешивалось в настоящий гул. Подобный шум мне не сильно нравился, но чего ещё можно ожидать от города, центра местной жизни. Дом Томаса Ковальчика располагался на этой же улице только с противоположной стороны и на два дома дальше. Внешне он выглядел победнее, чем недавно отреставрированный дом Вороного, но стоило взглянуть на него «Магическим зрением», сразу становилось понятно, что этот дом стоит в десятки, если не в сотни раз больше, чем тот, в котором я открыл портал. Каждый камень в стене дома на стадии строительства был обработан магией. Изнутри слабо светилась одинаковая рунная схема в каждом камне. Поскольку рунный язык мне не знаком, я понятия не имел, что они делают. Но благодаря чистой логике подозревал, что эти камни магическим путём укреплены. Также в дверной коробке виднелось относительно свежее плетение — ему не больше нескольких лет. Оно проецировало сигнальную нить на порог дома. Скорее всего, это банальная сигнализация. Чтобы подтвердить свою догадку, мне просто стоило посмотреть на окна — на них находилось точно такое же плетение. Ну вот, можно сделать первые выводы: Томас явно знаком с магической жизнью, но в этом нет ничего странного, ведь он занимал довольно высокое место в организации посредников. То, что подобная организация обслуживает и магов, понятно любому, кто знает о существовании магии. А вот является ли сам Томас магом или нет, Сергей Аркадьевич не знал, но он вообще о существовании магии не знал.

Можно отправиться и на официальное место работы Томаса, но большого смысла в этом не было — там и людей много, и вполне может быть, кто-то кто заметит меня под отводом глаз. На одарённых он плохо работает.

Вместо этого я отправился прогуляться по городу, натянув на голову шапку так, чтобы уши были скрыты ею. Одеждой благодаря памяти Сергея Аркадьевича я не выделялся: лёгкая иллюзия — и она похожа на ту, которую носят в этом городе. Главное не светиться возле места работы Томаса. А даже если кто и опознает во мне мага, то тоже это не большая проблема. Маги ведь тут вполне себе законны.

Покинув улочку, на которой находились дома обоих посредников, я скинул отвод глаз и втянулся в поток людей, спешащих по своим делам. Довольно быстро он вынес меня на набережную Вислы. Сейчас реку перегородило несколько простых переправ. Вдалеке виднелся каменный мост, ещё один — недалеко от места, в котором я вышел — лежал в руинах. Он был разрушен всего десять лет назад во время второго раздела Речи Посполитой и до сих пор не восстановлен. Предприимчивые граждане по ночам разбирали каменные колонны моста для своих нужд. Если ничего не предпринять, вскоре они скроются под водой. Кроме меня лишь пара человек так же просто гуляла и никуда не спешила. Заметив меня, один даже направился в мою сторону, но я включил отвод глаз на пару минут, и когда отключил его, меня потеряли из виду.

Запах реки вперемешку с не самыми приятными городскими запахами навеивал ностальгией. Во время одной из учебных практик в академии нас отправили в приграничный форт, который располагался на берегу реки. За рекой начиналась территория орков. На том берегу у орков крупный город, в котором проходила торговля между нашими государствами. Наверное, это единственная официальная торговая точка. В городе орков я бывал от силы пару раз, но он мне запомнился схожими запахами, только они в несколько раз сильнее, чем в Варшаве. Должен признать, местные люди гораздо чистоплотней, чем орки из моего родного мира.

— Господин маг, — донёсся до меня голос. Обернувшись, я увидел человека в форменной одежде. Обратился он ко мне, кстати, не на польском, а на немецком языке. — Ну и заставили вы нас побегать за вами.

— Что-то не так? — спросил я с сильным акцентом — всё-таки не общался на этом языке ранее, а всего лишь скопировал себе его из памяти своей ученицы.

— Вы забыли зарегистрироваться у вашего городского коллеги, — произнёс он уже на польском, поскольку понял, что немецкий я знаю плохо.

— Я не думал, что частный визит требует регистрации, — сказал я, стараясь не выдать, что вообще не в курсе происходящего сейчас.

— Не требуется, если вы не используете магию в городе, но ваш коллега уже больше трёх десятков раз зафиксировал использование магии, — произнёс мужчина. В его одежде вшито несколько артефактов, благодаря которым он и выследил меня. Один из них, судя по всему, выпускает сканирующие импульсы, и если попадается что-то с определённой магической насыщенностью, то показывает к этому месту направление.

— Это просто иллюзия одежды и отвод глаз, — произнёс я, не скрывая. Сейчас мне пришла в голову мысль: а не был ли городской маг тем самым магом, подославшим убийц графу? Но потом признал, что это маловероятно.

— Пан Густав попросил вам передать приглашение на сегодняшний ужин к нему домой, — произнёс мужчина и передал карточку с приглашением. На ней какое-то плетение, а потому я взял её с осторожностью в руки. Как оказалось потом, это плетение было просто защитой от подделки.

— После заката, значит, — прочитал я на приглашении. — Хорошо, я буду.

— И, пожалуйста, не стоит применять так часто магию. Отец Илия хоть и смирился с магией в городе, но может начать устраивать каверзы незнакомцам, — сказал посланник, после чего попрощался со мной и отправился восвояси.

Я же понял, что стоит поспешить сделать свои дела с Томасом до того, как мне придётся отправиться на ужин к городскому магу. Вообще, встреча с местным магом неизбежна. И лучше встретиться с местными магами пораньше для того, чтобы оценить их возможности и отношение к чужакам. И хорошо, что встреча произойдёт в условно дружественной атмосфере — не хотелось мне воевать сейчас с магом неизвестной подготовки.

По дороге к дому Томаса заметил за собой хвост — видимо, просто так оставить меня одного они не могли, но я сам сглупил. Стоило дождаться Томаса в доме Вороного, тогда никто меня не обнаружил бы. Посмотрим, что сделают мои наблюдатели сейчас. Полностью прекратить истечение магической энергии из тела весьма сложная процедура, но магу моего уровня вполне доступная. Следом за перекрыванием утечек маны я активировал усиленный отвод глаз и невидимость. Главное не развеивать плетения, а впитывать в себя. Однопроцентную утечку маны на расстоянии больше пары десятков метров обнаружить очень тяжело. Сомневаюсь, что это возможно для кого-то менее опытного, чем магистр магии, причём именно эльфийский магистр, а не человеческий — у тех несколько не соответствуют ранги нашим, по крайней мере, в моём мире.

Наблюдатели сразу замешкались, когда осознали, что не могут больше меня видеть и их артефакты также не указывают на моё местоположение. Понаблюдав несколько минут за первыми двумя наблюдателями, я обнаружил ещё двух, которые были вдалеке и следили не за мной, а за моими наблюдателями. И у первых, и у вторых в одежде по несколько артефактов. Любой владеющий «Магическим зрением» мог их видеть издалека.

Обойдя по кругу толпу людей, я подобрался поближе к первым наблюдателям и проверил их сознание ментальным щупом. Защиты на их сознании помимо волевой не оказалось никакой, да и волевая откровенно слабая. Взломать её было делом нескольких секунд. Вскоре выяснилось, что Лехослав и Патрик двоюродные братья, и сейчас они отрабатывали долг страшному колдуну за то, что тот установил в их семейном магазине что-то, от чего все вредители пропали за одну ночь. Про мага они практически ничего не знали. С ним общались их отцы, а этих балбесов отправили отрабатывать долг, который заключался не только в деньгах, но и в услугах. Сейчас им показали, как пользоваться артефактами и отправили следить за мной. А вот вторая двойка наблюдателей совсем иная. У них на сознании стояла ментальная защита, наполненная светом. То, что они принадлежат церковной структуре, понятно и без проникновения в их память, что я, кстати, не рискнул делать. Скорее всего, они наблюдают не за мной, а за известными шестёрками местного городского мага. Не знаю, кто такой отец Илий, но, скорее всего, он не сильно доволен магией, вот и следит за всеми хоть косвенно причастными к ней.

Больше мне тут делать нечего, и я быстро добрался к дому Томаса. Оказалось очень вовремя. Он как раз к моему прибытию обедал в столовой своего дома, что я смог рассмотреть через окно первого этажа. Ради эксперимента направил ментальный щуп в сторону Томаса. Тот беспрепятственно проник через окно, не потревожив сигнальный контур, а вот на сознании Томаса стояла артефактная защита. Она как паутина опутывает всё его сознание, и обойти её по-быстрому невозможно. Но зато на служанке, которая подавала на стол, защиты никакой. Благодаря этому я смог проникнуть в её сознание и оттуда выяснить, что в доме есть чердак, с которого есть выход на крышу. И последнее время чердак страдает от нашествия летучих мышей. Это натолкнуло меня на мысль, что стоит проверить сигнализацию на чердаке. При помощи телекинеза я взлетел на крышу и внимательно осмотрел её «Магическим зрением». Как и думал, контур сигнализации повреждён и не работал. От него остались едва заметные энерголинии, которые в ближайшие пару недель исчезнут окончательно. А значит, проход в дом полностью свободен.

Просочиться через дверь в противофазе удалось с необычайной лёгкостью, как и сквозь пол, после чего я оказался на втором этаже, а следом и на первом. Впитав остаток маны из плетения противофазы, при помощи телекинеза я прижал сонную артерию у служанки, и та вскоре упала на пол без сознания. Томас сразу подскочил к ней, но стоило это ему сделать, как он был парализован при помощи тактильного парализатора. Не самый удобный способ захвата пришлось делать из-за того, что я не знал, насколько чувствителен городской маг, а поэтому использовал плетения, которые после активации не отделяются от ауры и которые можно впитать в себя обратно.

— Томас, у меня нет времени ломать твою защиту сознания, а потому говори, кто заказал графа Ходкевича, — произнёс я под иллюзией человека, которого сегодня в Варшаве увидел. После того, как я снял парализацию выше шеи и установил звукопоглощающий барьер, Томас заговорил:

— Я не знаю о чём вы.

— Ответ неверный, — произнёс я и телекинезом сломал один из пальцев на руке.

— Так вы ничего не добьётесь, — прекратил он притворяться не причастным к событиям человеком. — У нас есть тоже маги среди покровителей. Они убьют вас, если вы не отпустите меня.

— Но тебе-то будет уже всё равно. Ты будешь уже мёртв и помучаешься перед этим, — сказал я и сломал ещё один палец. — А если ответишь, то я даже подлечу тебя и отпущу.

— А ведь чувствовал, что не стоило обраться за это дело, — произнёс Томас, сдерживая слёзы от сломанных пальцев. — Имени он не говорил. Заплатили за анонимность весьма не мало. — Я уже собирался сломать третий палец, чтобы он начал говорить, но он продолжил и так: — Но я не работаю с незнакомцами. Это человек из окружения герцога Ауэрштэдтского Луи Даву. Мне этого хватило, влезать в большую политику я не собирался и на этом мой интерес утих. Это точно всё.

— Кто такой этот герцог? — спросил я у него. Мне имя герцога ничего не сказало.

— Приближённый этого выскочки-недомерка «императора» Франции. Насколько я знаю, он стал ещё и маршалом в этом году, — произнёс Томас, удивлённый тем, что я не знаю, кто это.

— Я тебе верю, — сказал я. Выровняв телекинезом сломанные пальцы, создал плетение тактильной регенерации и коснулся его пальцев. — А теперь спи.

Усыпив Томаса, я приступил к организации потери кратковременной памяти. Мне не надо, чтобы за мной устроили охоту. Лезть в сознание я не могу, но можно пойти и чисто биологическим путём. Пока память не отложилась в долговременную, она не копируется на энергетический уровень и есть только на клеточном уровне. Простейший вариант стирания памяти — это засветить клетки кратковременной памяти. Таким образом, можно добиться стирания памяти, не повреждая сами клетки при этом. Мне как специалисту, работающему в основном на клеточном уровне, сделать это несложно. Через секунд двадцать в памяти Томаса не останется ничего из нашего разговора. Правда, завтра у него будет жуткая головная боль.

Больше мне было делать нечего у него дома. Можно и убить Томаса, но его смерть в любом случае вызвала бы расследование. А оно мне надо? Тем более когда городской маг знает о моём посещении города. Пусть Томас живёт. Если ещё раз наши пути пересекутся и он будет не на той стороне, то тогда точно не отделается так легко. А пока пора отправляться на ужин к городскому магу.

Дорога к дому мага много времени не заняла. Он тоже жил в новом городе, который был соседним районом старого города. Всего не больше тысячи шагов дорога заняла до дома. Уже возле самого дома я отпустил отвод глаз вместе с блокировкой утечек маны из организма. Сейчас у меня уже не было около трети резерва. Основное количество маны потрачено на портал, но и без него я немало использовал магию, хоть и маломощные плетения в основном.

— Рад вас видеть, — вышел на крыльцо уже знакомый мне человек в форме.

— В следующий раз в качестве хвоста посылайте кого-то порасторопней, а то за ними ещё и церковники следовали.

— Обязательно последуем вашему совету, — не стал он скрывать, что отправлял слежку за мной. — Прошу следовать за мной. Пан Густав и отец Илия уже ждут вас за столом. Наш повар расстарался сегодня, рекомендую отведать журек. Обычно пан Густав предпочитает кухню своей родины, но ради вас решил сделать исключение — традиционный польский ужин.

— Благодарю, — произнёс я. То, что они посчитали меня поляком, не плохо. Благодаря Ходкевичам я действительно владел польским как родным языком. С русским у меня проблемы, так как попадались лишь малообразованные люди. Та же Екатерина хоть и владела русским языком, но на простом уровне. Ходкевичи же русским владели не намного лучше Екатерины, даже немного хуже.

— Господа, ваш гость прибыл, — произнёс мужчина и покинул столовую, в которую он провёл меня.

— Не думал, что глава местной церкви и городской маг будут ужинать за одним столом, — произнёс я.

— А я не думал, что найдётся такой наглый маг, как ты, который решит не регистрироваться у меня, — сказал на польском с сильным акцентом Густав.

— Мальчики, потом будете меряться, — заявил представитель церкви, строго на нас посмотрев. — Садись, не стой. Надо отдать должное мастерству повара этого нехристя. Действительно лучший в Варшаве повар.

— Спасибо, — произнёс я и сел за стол, после чего проверил все блюда на наличие незапланированных добавок. Кое-что в графине с соком, остальная еда чистая. И маг, и церковник напряглись, когда я начал использовать магию, но заметив, что ничего не произошло, успокоились. — Не знаю, вы ли добавляли в графин что-то, но не рекомендую пить сок.

— Мы. Это должно сделать нашу беседу более лёгкой и продуктивной, — произнёс Густав. Он, кстати, на уровне мастера второго ранга по эльфийской таблице рангов. Это весьма неплохо. А вот отец Илия магом не был, но он залит светом по самую макушку. Он колдун, получающий силы от местного Бога. Судя по рассказам Лешего, это весьма редкое явление в этом мире.

— Все разговоры на потом, — сказал отец Илия и начал читать молитву. После окончания молитвы нас всех обдало волной чистого света. Что интересно, мои клетки усилили свою регенерацию на пару процентов. Но всё равно теперь мне после возвращения вновь придётся чиститься от этого света.

— Опять чиститься, — произнёс я открыто и начал с супа, который рекомендовал сопровождавший меня человек. Суп действительно вкусный.

— Раз мы все поели, можно приступить и к разговору, — начал отец Илия. — Ты не использовал магию во вред жителям города?

— Не один человек не несёт на себе негативных последствий применения магии, — сказал я в ответ. Тут, конечно, лукавил, но к моим словам не придраться.

— Правда, — веско произнёс отец Илия. — Густав, всё, что мне надо, я узнал. Мне пора в храм. — После этого церковник встал и без слов отправился к выходу.

— Кто такой? — сразу после ухода спросил у меня Густав. — Этот город находится в юрисдикции Прусского королевства. Все польские маги обязаны иметь регистрацию, если хотят практиковать магию на территории Прусского королевства.

— Обычный путник, прибыл посмотреть на город, — ответил я.

— Говорить, значит, не хочешь, — произнёс Густав. — Тогда поступим по закону. Два прусских талера штрафа — и можешь уматывать на все четыре стороны.

— В злотых возьмёшь?

— Шестнадцать злотых. У тебя что, действительно нет талеров?

— Представь. Лёг в целительный сон, проснулся пару месяцев назад и тут уже везде пруссаки. — От моих слов он поморщился. Ему не понравилось простонародное название жителей Пруссии.

— И сколько пролежал? — спросил он у меня, явно заинтересовавшись придуманной только что мною легендой.

— Выскочка из рода Лещенских только от Карла вернулся, королём назвался.

— Ох немало ты проспал. Что лечил хоть? — Что интересно, Густав поверил мне практически безоговорочно.

— Перенапрягся я во втором году. Энергетика в разлад ушла, пришлось погружать себя в целительный сон, чтобы всё нормализовалось. Но это должны быть месяцы, максимум — год.

— Ладно, штраф платить придётся все равно. В следующий раз при посещении города первым делом наведай меня. Отец Илия с обеда у меня сидел и требовал твоей проверки, а то чёрным колдовством можешь испортить людей, — снисходительно усмехнулся Густав. — Расскажешь каков Карл был при жизни? А то каких я только историй от дедов не наслушался про него.

— Сам я не видел Карла, так что мало что могу рассказать, — произнёс я и начал рассказывать сказки про одного из величайших полководцев прошлого века Карла Двенадцатого. Пани Мария знала историю очень не плохо, и я во время проверки её сознания на закладки многое скопировал — всё-таки она человек этого мира и не из последних. Вот и сейчас мне было что рассказать про короля.

Постепенно мы перешли и на магические темы. Густав оказался личным учеником придворного мага короля Пруссии. Их у того больше десятка. Во время второго разделения Речи Посполитой Густав отказался казнить семью одного из польских магов. До этого Густав был самым многообещающим учеником придворного мага, но после отказа его отправили в ссылку в Варшаву на должность городского мага, которая была упразднена ещё при первом Сигизмунде больше двух веков назад. Вернуться обратно в Берлин ему не светит ещё очень долго, но Густав и тут обустроился весьма не плохо. Главным достижением за десять лет своего пребывания тут он считает дружеские отношения с отцом Илией. Этот церковник оказался очень не прост. Он прислан сюда из самого Ватикана ещё в семидесятые годы прошлого века для расследования пропажи девочек. Оказалось, что виноват в этом одержимый, который пытался продлить свою жизнь, принося их в жертву. Обратно отец Илия не вернулся, взял на воспитание спасённых детей и стал настоятелем одного их храмов города, далеко не самого важного. Но со временем именно он стал главным в церковной жизни Варшавы, а некоторые конкуренты позже выплыли в Висле.

Ближе к полуночи мы решили заканчивать на сегодняшний день. Договорились раз в месяц как минимум встречаться просто для того, чтобы поболтать о магических делах, а то Густав, кроме как с Илией, ни с кем не может о ней поговорить, а тот магию сильно не любит.

Покинув дом мага, я выкинул его приглашение, чтобы он точно не мог за мной проследить, после чего накинул на себя отвод глаз вместе с блокиратором утечек. Я решил покинуть город на своих двух и уже за городом открыть портал вначале в Киев — на тот случай, если Густав умеет отслеживать порталы — а потом уже домой.

— Учитель, вы вернулись? — устало сказала Катя, когда я зашёл в наш дом. Она сидела за столом и пыталась на деревянной досточке угольком решить математическую задачу. Явно Леший постарался и озадачил её. — Можно я пойду спать и завтра решу примеры до конца?

— Леший дал? — спросил я у неё и, дождавшись кивка, ответил: — Смотри, сама будешь отвечать перед ним. На меня не спихивай. Хочешь спать — иди, но будешь оправдываться сама.

— Да пусть идёт, — произнёс Леший, появившись вновь из ниоткуда. После того, как он восстановил частично свои силы, уже своими ножками почти не ходит. И ведь проследить за его перемещениями не удаётся. Он действует очень незаметно. — Рассказывай, — сказал он, когда Катя ушла в свою комнату.

Следующий час я рассказывал о том, что удалось выяснить у Томаса, и о своей встрече с церковником и городским магом. Когда он услышал о том, что церковник переполнен светом, то в отвращении сплюнул, правда, его слюна не долетела до пола и растворилась в воздухе. Про мою легенду о том, что я проспал в целительном сне больше века, он довольно хмыкнул, а потом рассказал, что, оказывается, есть у местных магов такой способ лечения, и он весьма распространён. Ложится маг в специальный артефактный ящик и его потом закапывают недалеко от источника магической энергии. Так местные лечат все проблемы с энергетикой, так что, получается, я угадал. У нас, эльфов, этот метод тоже применялся, но не пользовался популярностью, так как проще обратиться к хорошему магу жизни. А тут таковых, получается, очень мало, да и вообще, по словам Лешего, во всём мире от силы наберётся тысячи полторы магов. Вообще, моё знакомство с Густавом он одобрил. Хорошие отношения с довольно высокопоставленным магом не помешают, но предупредил быть как можно осторожней и ни в коем случае не рассказывать про мои генераторы магической энергии. Как будто бы я сам не понимал этого.

— Так что делать с этим Дува? Как думаешь, стоит лезть к нему? — спросил я у Лешего.

— Оно того не стоит, — произнёс он. — Я давно во Франции не был. Последний раз во времена революции, когда карлик их к власти пришёл. Магов там хватает, не стоит лезть без веской причины.

— Мне тоже показалось плохой идеей дальше отправляться. Пусть Ходкевич сам разбирается с этими проблемами, я и так ему немало помог. Мне проще будет тут всё свернуть и устроиться на новом месте. Врагов, по крайней мере, меньше наживу, — произнёс я, обдумав ситуацию в целом. — Завтра предлагаю начать сооружать второй генератор магической энергии. Как думаешь, водный элементаль на призыв ответит?

— Ответит. Только не с твоего плана воды, а с местного. Если у тебя прикормленный элементаль, то забудь о нём. В этом мире ты его не призовёшь.

— Да я не особо часто призывал его. Думаю, использовать его для того, чтобы ещё пару подземных рек вывести наружу в нашем лесу.

— Хорошая идея. Всяко будет быстрее, чем ты вручную тянул водную жилу к поверхности. Ты ведь не водник. Зачем насиловать себя так? — риторически спросил Леший. — Идём, почищу тебя ещё раз. В этот раз света намного меньше, но всё же есть. — После этих слов он исчез, и мне пришлось следом за ним телепортироваться внутрь купола генератора магической энергии.



Глава 12.1


— И всё-таки: что ты планируешь делать? — спросил я у Лешего, когда при помощи магии земли сделал котлован пятьдесят метров в диаметре и глубиной в двадцать. Столь масштабные воздействия для меня, привыкшего к более тонкой работе, сопровождались неприятными ощущениями в энергоканалах, выводящих ману наружу из организма. Хоть я и потратил в этом воздействии всего около десяти процентов резерва, но каналы, отвечающие за стихию земли, были слабо разработаны, вот и решил сделать небольшую паузу и заодно расспросить Лешего о его ближайших планах. А-то он сказал, что после запуска второго генератора уйдёт по делам на несколько недель, а куда и зачем не говорит.

— Меньше знаешь — крепче спишь, — ответил Леший, управляя призванным мною водным элементалем. Ему как духу гораздо проще найти общий язык с элементалем, чем мне, а мне требовалось лишь снабжать элементаля маной. — Не хочу ничего говорить. Но если то, что я планирую, удастся, будет нам помощь, да такая, о которой ты и мечтать не мог, — как-то хитро усмехнулся в свою бороду Леший. — Ушастый, бери элементаля под свой контроль. Я ему объяснил, что надо делать, и ты теперь просто следи за его действиями. В следующий раз после призыва просто передай ощущения, которые сейчас получишь.

— А они вообще разумные? — решил узнать я, а то наши маги считали элементалей просто животными, поддающимися дрессировке.

— Разумные, но не все. Этот и вовсе самозародился всего двести годовых циклов водного плана назад и за это время ни разу не призывался. Он как раз ещё не пробудил свой разум. Но если будешь часто вызывать его, то лет через пятьдесят у него может пробудиться разум, а заодно по желанию он сможет переродиться в водяного и создать филиал водного плана в какой-то реке или море.

— Нашим магам такая информация неизвестна.

— Я смотрю вы, ушастые, деградировали со времён нашей последней встречи. Тут и ваши деления на светлых и тёмных, — произнёс Леший довольно. Как бы он ко мне хорошо ни относился, в целом эльфов он просто ненавидел. Сомневаюсь, что что-то может изменить его отношение к моему виду.

— Сейчас начнётся заполнение озера. Я за проращивание генератора, — сказал я, чтобы перевести тему. — Проконтролируй поток воды.

— Иди уже, — понял мои намерения старик. — Прослежу я за всем тут.

— Катя, хватит укладывать камни на дно. Этого должно хватить, — обратился я к своей ученице, которая, оттачивая контроль маны телекинезом, таскала камни из реки в трёх километрах от котлована и укладывала их на дно.

Катя никак не прореагировала на мои слова и, установив очередной камень весом пудов в пять, развернулась и пошла вновь к реке. Пришлось подбежать к ней и проверить её. Как оказалось, она загнала себя непроизвольно в боевой транс, в котором есть только цель и больше ничего. Вообще, я не собирался этому учить её в ближайшие пару лет. Довольно опасно, ведь если цель сделать недостижимой, то можно и умереть в попытках достижения.

— Учитель, мне плохо, — только и сказала ученица, стоило мне нарушить энергопоток в её мозгу, контролирующий состояние транса. После этого у неё закатились глаза. Падая, она потеряла сознание.

— Бедовая баба, — произнёс подошедший Леший. — Но каков талант: боевой транс всего через несколько месяцев учёбы.

— Вижу, но только не вздумай ей это говорить, а то она зазнается и её темпы развития сильно замедлятся, — попросил я старика, на что тот кивнул и вернулся к котловану, дно которого уже покрыто тонким слоем воды.

Приводить в чувства ученицу я не стал, просто перенес её телекинезом к своему месту работы и создал малое исцеление в области головы. Этого должно хватить, чтобы нивелировать небольшие признаки приближающегося инсульта. Всё-таки боевой транс не игрушка и новичкам его лучше вообще не изучать, а то можно и не успеть спасти впавших новичков в подобное состояние. Кате повезло, что она, судя по всему, вошла в транс недавно — всего минут десять-двадцать назад — и до негативных последствий ещё далеко.

Выращивание нового дуба с корнями в виде решёток и накладывание плетения преобразования кинетической энергии в магическую заняло весь остаток дня. И это только один из запланированных трёх десятков дубов. В этот раз генератор должен быть гораздо крупнее первого и, соответственно, должен будет генерировать значительно большее количество маны. Это должно по плану нивелировать недостаток маны, которая будет тратиться на поддержание микроклимата в зимнее время. Оно неуклонно приближалось. Уже сейчас в ночное время температура на грунте за пределами леса опускалась ниже точки замерзания воды, а значит, надо поспешить, пока у нас ещё было время.

Далеко за полночь я телепортировался вместе с Катей в наш живой дом. Он за последнее время подрос ещё и теперь в высоту больше тридцати метров. Правда, доступных помещений всего четыре: три на первом этаже и одно на втором. Но со временем я смогу в дерево поместить настоящий дворец.

— Я через пару дней уйду, — произнёс Леший. — Если повезёт, то вернусь через неделю. Если она будет обижена, то меньше чем через месяц вернуться не смогу.

— Она? — уточнил я.

— Она. Но кто это такая, пусть будет для тебя сюрпризом. Она в своё время неплохо погуляла в этих местах. Легенды о ней до сих пор передаются у простого народа от поколения к поколению. Я отправляюсь делать русло нашей реки. Как выспишься, присоединяйся.

После этого Леший как всегда исчез. Я специально пытался почувствовать пространственное перемещение, но вообще ничего не мог зафиксировать. Просто Леший в один момент есть — и в следующий его уже нет.

Уложив ученицу в её комнату, я засел над документами, которые вчера передал мне Марек. В этот раз граф Ходкевич не рискнул выбираться из своего поместья в Чернобыле и попросил телохранителя матери доставить мне документы на мой земельный надел и на моё дворянство. К сожалению, Ходкевичи сейчас не в фаворе в Киеве и влияния Александра хватило лишь на нетитулованное дворянство. И теперь я стал Мироном Вальчицким, представителем дворянского рода из Польши, который в своё время разделился на две ветви — Варшавскую и Киевскую.

Варшавская была уничтожена ещё сто сорок лет назад. Но, несмотря на это, формально она продолжала существовать и все необходимые бумаги были у главы киевской ветви Вальчицких. Теперь я — глава варшавской ветви рода Вальчицких. Всё это обошлось Ходкевичу в пятьсот рублей. Нынешний глава Киевской ветви любитель карточных игр и уже задолжал немало, так что предложение Ходкевича встретил с энтузиазмом.

Теперь придётся привыкать к новым имени и фамилии. Вообще, очень удачно получилось, ведь я теперь могу и Густаву представиться как Вальчицкий. Скажу, что в своё время меня убрали из официальных документов, так как я маг, но все документы у меня остались.

Свернув в трубочку бумаги, я запечатал их в специальный тубус, поверх которого нанёс защитные руны. Без магии вскрыть тубус практически невозможно, как и повредить содержимому, правда, теперь необходимо пару раз в месяц его подпитывать маной, так как самозаряда не хватает для нормальной работы.

Спрятав внутри ствола дерева тубус, я наконец-то отправился спать. Мне предстояло ещё много работы в ближайшие дни. Следовало поспешить с выращиванием генераторов маны, если я не хочу остаться на голодном пайке на четыре-пять месяцев.

Утро началось со сработавшей сигнализации, на месте которой я предложил использовать место встречи с людьми графа Ходкевича. Сигнализация сообщила о появлении трёх разумных и пяти лошадей. Эта встреча явно не по плану, так что мне даже самому стало интересно, отчего граф Ходкевич послал своих людей, причём один из них мне знаком. Это Вацлав.

Телепортировавшись, я первым делом решил полазать у них в головах, чтобы быть готовым к разговорам. Сначала влез в сознание Вацлава и не зря: оказывается, сопровождавшие его люди не люди графа. Они — люди Тайной Экспедиции Российской Империи. Как я смог выяснить из памяти Вацлава, представители Тайной Экспедиции, следящие за графами Ходкевичами, заинтересовались постоянным посещением графа и его людей ничем не примечательного села Радинки.

Два дня назад, когда Марек доставлял мне документы на дворянство, к Александру и Марии прибыли с требованием объяснить свой интерес. И если пани Мария пыталась увести в сторону разговор и просто говорила много ни о чём, то Александр не обладал подобными умениями и проговорился, что там живет целитель, который вылечил его сына Яна. Насколько Вацлав знал, больше никакой информации у тайников не было. Но даже полученным они сильно заинтересовались и отправили вместе с Вацлавом пару своих людей для проверки.

— Пан Вацлав, где ваш целитель? — произнёс один из тайников со скепсисом в голосе. На его сознании кроме волевой защиты не было никаких щитов, так что я проник к нему с лёгкостью и выяснил, что, оказывается, Тайная Экспедиция была расформирована ещё четыре года назад, но никто не спешил сообщать об этом широким массам населения — удобно пользоваться славой Тайной Экспедиции в последние годы. Прежде чем её расформировал русский император Александр Первый, они превратились в страшилку для населения. Пытки, убийства, похищения — всё это было весьма обыденным в последние годы существования Тайной Экспедиции. Конкретно этот человек — представитель первого департамента сената, взявшего на себя часть функций Тайной Экспедиции. Его задача — контроль Ходкевичей, чтобы они не начали восстание.

— Он должен прибыть сам. Обычно это занимает несколько часов, — сказал Вацлав.

— Мы подождём, — произнёс Петр, хотя так его называли только дома, а по документам он проходил как Алексей Долгопятов. — Дмитрий, проверь округу.

В этот момент третий, на которого я почти не обращал внимания, достал из переметной сумки несколько артефактов, которые при соприкосновении заискрили. В следующий момент от них разошлась ультразвуковая волна, которая при соприкосновении с физическими объектами отражалась обратно. Я на всякий случай спрятался за деревом. Как оказалось, волна не смогла преодолеть дерево и отправила назад импульс от соприкосновения с деревом, а не мною.

— Господин Алексей, тут никого нет, — произнёс второй тайник, помощник первого. В его памяти я выяснил, что он о магии знает, но крайне поверхностно. Ещё лет пятнадцать назад он был, так сказать, на повышении квалификации в Санкт-Петербурге и его там обучили пользоваться некоторыми артефактами. Ничего серьёзного, но благодаря этому Дмитрий ценился своими руководителями.

— Ждём, — сказал Петр.

— Может быть, вы выпьете настойки, чтобы не замёрзнуть? Зимно очень на рассвете тут, — произнёс Вацлав. У него в сознании я прочитал о том, что он хочет усыпить их и потом попросить у меня помощи. Больше смысла прятаться не было никакого, а потому я создал два плетения усыпления и вышел из-за дерева, снимая отвод глаз.

— Пан Вальчицкий, я рад, что вы прибыли так быстро, — обратился ко мне уже по новому имени Вацлав.

— Значит, на вас вышли люди из первого департамента, — сказал я. — И что они от вас хотели?

— Встречи с вами. Но подробностей не знаю. Они не говорят, а пытать их не решился, так как ещё несколько человек осталось в Чернобыле. Они могут навредить пану Ходкевичу.

— Ты правильно сделал, что привёл их сюда. Можешь отправляться домой. Скажешь пани Марии, чтобы она связалась с кем-то из столицы и рассказала о произволе первого департамента. Она поймёт, как сделать всё лучше.

— Спасибо, пан Вальчицкий, — произнёс Вацлав и, отвязав вторую лошадь от дерева, привязал к первой, после чего верхом уехал обратно по дороге.


— Алексей, с добрым утром. Ты хотел со мной поговорить. Слушаю, — обратился я к главному в этой паре, сняв парализацию выше шеи. — И можешь не пытаться дотянуться до своего пистоля в рукаве. Без моего желания ты не сможешь больше никогда в своей жизни шевелиться.

— Зря ты так, колдун, — произнёс Пётр. Он о магии осведомлён, но видел её только в виде артефактов. Настоящих магов он никогда в отличие от своего помощника не видел. — За мной придут. И если ты убьёшь и их, то за ними придут ещё. А против армии ты ничего сделать не сможешь.

— Для начала им надо будет ещё найти меня. Сейчас же я разве говорил, что буду убивать тебя? Ты хотел меня увидеть. Я жду, ради чего ты нагло напрашивался на встречу. — На самом деле я знал прекрасно ради чего. Банальная нажива. В то, что я действительно исцелил Яна, он верил, так как его люди в окружении графа это подтвердили. Они не из приближённых и просто подтвердили, что уезжал сын графа при смерти, а вернулся пышущим здоровьем малышом. Теперь же этот тайник желал поставить исцеление на поток, чтобы этот поток шёл через него. У него даже уже первые пациенты на примете были, которые могли принести ему пару тысяч золотых.

— Неправильно это — лечить людей, не поставив в известность власти, — начал говорить этот псевдо-Алексей. Он, видимо, мои слова принял за слабость и то, что я испугался его.

— А разве это не вотчина графа Ходкевича? — спросил я у него.

— Ходкевичи находятся под подозрением. О любых контактах этого рода необходимо сообщать нам или полиции. Ты, колдун, этого не сделал, а значит, нарушил законы, — пытался меня обмануть и запугать Пётр.

— Говори прямо: что ты хочешь? — надоело мне ходить вокруг да около.

— Я могу прикрыть тебя, но впредь ты должен заниматься исцелением только по моему разрешению.

— Знаешь, мне не нравятся такие наглые шавки, как ты. Думаю, стоит сообщить в первый департамент о твоей деятельности, особенно о контактах с представителями пятого корпуса маршала Ланна. Как там — майор Мишель Брайя? — В ответ на мои слова Пётр со страхом уставился на меня. Ну да, то, что он сотрудничает с французами, и то, что выполнял некоторые просьбы командира элитного полка за небольшие деньги, знать не должен никто. Именно он по просьбе Брайя не замечал подготовки графа Ходкевича к восстанию, хотя это его прямые обязанности. — Ну, чего ты так побледнел? Не стоит волноваться.

— Что ты хочешь, чтобы эта информация не ушла дальше нас двоих? — сразу принял он решение навешать мне лапши на уши, а потом послать на моё устранение специалистов.

— Даже не пытаешься оправдаться, — хмыкнул я. — Дмитрий, ты всё слышал? — спросил я у второго тайника, который также в сознании и даже без парализации.

— Да, — ответил он и с презрением уставился на своего начальника. Несмотря на желание подзаработать, он патриот своей страны и вот такое общение с вероятным противником, а он им будет точно, ведь неделю назад французы перешли в наступление и уже выиграли первую битву под Ульмом, в которой победили австрийцев, решивших наказать Пруссию, вступившую в союз с Францией. А Российская империя, наоборот, в союзе с австрийцами и в прошедшей битве не участвовала только из-за того, что не успела перебросить свои силы. Вообще, я благодарен этому Петру. От него мне удалось узнать о последних новостях, и теперь я, по крайней мере, знал к чему стоит готовиться. Не сегодня — так завтра, или через пару лет французы начнут войну с русскими. Об этом говорит хотя бы подготовка польского восстания для ослабления сил русских.

— Что ему грозит за это? — спросил я у Дмитрия.

— Вначале к палачу, а потом смерть, — ответил тот.

— Вместо него ведь станешь главным?

— Верно, — ответил он. Навешивание ментальных закладок прошло так, как надо. Он теперь не видел во мне врага как было сначала.

— Надеюсь, не будешь меня беспокоить часто, мне ведь необходимо заниматься восстановлением природы. Вы, люди, сильно нагадили тут. — Теперь он считает меня настоящим Лешим, и лишний раз не будет сюда соваться. — А теперь возьми, — дал я ему жёлудь. — Когда надо будет вернуть ему подвижность, просто сломай жёлудь. Вся переписка лежит за третьим кирпичом справа от главного камина в его доме.

— Благодарю, господин Леший, — произнёс Дмитрий и поклонился, едва не касаясь головой земли. Именно так надо поклоняться Лешим в сказках, которые рассказывала бабушка Дмитрию.

— А тебе стоит подумать, стоило ли предавать родину ради презренного золота, — произнёс я Петру. Он также не избежал ментальных закладок. Только в этот раз они были на то, чтобы он рассказал обо всех своих контактах с французами и других своих грешках, при этом обо мне должен будет умолчать и не пытаться сбежать.

После того, как Дмитрий вместе с парализованным Петром отправился обратно, на поляне появился Леший. Его я почувствовал ещё в самом начале. Ему тоже интересно узнать, кто же это такой прибыл к нам. Следом за Лешим появился и его прикормленный воздушный элементаль, который притащил небольшой столик и два пенька. На столике же по мановению руки Лешего появился чайник с благоухающим ароматным чаем.

— Вот и эти добрались до тебя, — произнёс Леший. — Я видел, ты что-то внушил им. Не поделишься?

— Чтобы не трогали меня в ближайшее время. После запуска второго генератора я займусь обороной. Крепостной уровень безопасности вряд ли смогу обеспечить, но от пары сотен, а то и тысячи людей, вооружённых штуцерами и пушками, вполне смогу защититься. Больше, судя по предстоящим событиям, вряд ли пришлют. Но вот события, которые могут коснуться нас через пару лет, мне не нравятся.

— Что, бесноватый коротышка решил и сюда сунуться?

— Точно не знаю, но уже две ниточки, связанные с Ходкевичем, уходят к французам. Маршал Ланн и Маршал Даву, не знаешь таких?

— Я человеческими делами стараюсь не интересоваться. Самое главное знаю, но вот состав армии коротышки мне как-то незачем узнавать. После своей знакомой надо будет пробудить пару лютенов, просто чтобы знать, что ожидать в ближайшее время.

— Лютены?

— Домовые во Франции так называются. Сейчас бодрствуют всего два домовых, но они прислуживают магам, и нам с ними лучше не связываться — сдадут. Но множество лютенов в спячке в горах. Трусливые духи, но умеют быть полностью незаметными не только для обычных людей, но и для магов. За привязку к твоему генератору с удовольствием послужат шпионами. Но привязывать должен ты. У них особенность — без привязки быстро деградируют и могут превратиться в импа. Та ещё гадость, — поморщился Леший. — Мы в своё время и усыпляли лютенов, чтобы в импов не переродились.

— Это хорошая идея. Свои шпионы нужны в любом случае, — произнёс я, обдумав предложение Лешего. — Но сейчас нам лучше вернуться к работе.

— Не нам, а тебе. Я своё сделал. От нашего озера идёт два русла к Радинке. Каждые сто метров заводь с перепадом в несколько метров, — сказал он. — А мне пора собираться в гости к старой знакомой. Далеко она нынче забралась — за Гиперборейскими горами, на свою родину вернулась.

— Ты ведь не скажешь, кто она? — в последний раз спросил я у Лешего.

— Не стоит тебе знать её имя, а то накличешь беду на свою голову, если она откажется, — произнёс Леший и исчез.

— Вот так всегда, — вздохнул я и встал с пенька, который сразу поднялся в воздух вместе со столиком, чайником, вторым пеньком и чашками и улетел вглубь леса.

Немного взбодрив себя жизненной энергией, я телепортировался к строящемуся второму генератору маны. Уже сейчас созданный мною первый дуб генерировал ману. Даже дышать стало легче в округе и это только начало.

Екатерина к этому моменту уже тут и занималась своим вчерашним делом, а именно — укладкой камней на дно заводей. Это должно препятствовать быстрому уходу воды вглубь земли. Вслед за ней я при помощи магии земли сращивал между собой камни — получалось полноценное каменное дно. В будущем на дно будет уложен грунт и посеяны различные водные растения вместе с рыбой. Это позволит получить независимость по отношению к еде от внешнего мира. А пока Катя просто устанавливала камни, я же сразу принялся за выращивание следующего дуба генератора. Благо, сегодня это проще делать из-за уже работающего выращенного вчера генератора.

Следующие десять дней я посвятил работе с генератором. За это время среднесуточная температура опустилась ещё больше. В своём родном мире я всего несколько раз бывал в регионах леса, в которых температура падала до таких показаний. Сейчас понимал, что холод я не люблю. Пока что среднесуточная температура выше замерзания воды, но по ночам заморозки стали регулярными. Под сенью нашего дома пришлось вырезать руны, повышающие температуру. В связи с понижением температуры снизилось количество маны, поступающей с первого генератора, так как теперь по ночам активировались рунные заклинания климат-контроля для поддержания комфортной температуры. Второй генератор производил почти на порядок больше маны, но вскоре не меньше половины будет уходить на поддержание строящегося купола и климат-контроля. Радовало, что даже в таком случае маны будет больше в несколько раз, чем от первого генератора.


— Учитель, в Радинках беда: Маричка, невестка старосты, не может разродиться уже третий день, — сказала Екатерина в очередное утро, когда мы сидели на ставшем традиционным завтраке.

— Ты ведь ненавидишь их.

— Да, но дитя ведь ни в чём не виновато, — старалась мне в глаза не смотреть Катя. Вот только я и так знал, что она мечтала стать матерью, но не получилось. Сейчас она считала, что уже не способна родить, хотя это не так. После моего лечения у неё всё в порядке со всеми органами, но ей лучше этого не знать — не хотелось мне на год прерывать обучение.

— Ты хочешь сама помочь или мне это сделать?

— Я справлюсь. Я знаю необходимые молитвы заклинания.

— Тогда поступай как хочешь, но думай в первую очередь о своей безопасности. Я не хочу тебя воскрешать. Это очень мучительно.

— А вы это можете? — с интересом спросила Екатерина.

— Могу, но с кучей ограничений, так что лучше, чтобы ты не умирала.

— Я и не собираюсь умирать, — сказала она и достала из-под платья два амулета, которые носит теперь постоянно. Это полноценная телекинетическая защита — такая, как я себе сделал — и мощный отвод глаз, который действует и на слабых магов. Стоило обезопасить её, так как в Радинках полно неинициированных магов, а обычный отвод глаз мог временами сбоить.

— Молодец. Я буду на стройке. Если понадоблюсь, у тебя есть тревожный амулет.

— Я помню. Просто сломать и всё.

— Тогда сегодня у тебя выходной. Можешь делать, что хочешь, — отпустил я свою ученицу.

С артефактами жители Радинок мало что могли сделать против неё, тем более сама Катя не страдает человеколюбием и в случае чего может и телекинезом приголубить до смерти тех, кто её напугает.

Создание каменного купола над главным озером второго генератора заняло почти шесть часов беспрерывной работы. Если б не подпитка от генератора, то резерв бы опустел не меньше чем на половину, а так едва десятая часть была потрачена.

Только я собрался сесть за обед, как сработал артефакт-маяк и сигнализатор. Именно он у моей ученицы тревожный артефакт.

Накинув на себя усиленный отвод глаз, я телепортировался по маяку. В следующую секунду оказался в окружении пятёрки мужиков с топорами и вилами рядом с моей ученицей. Самое странное — горящий зелёный огонь в глазницах.

— Что произошло? — спросил я у Кати, которая едва сдерживалась от истерики. Мужики были подняты вверх телекинезом и теперь не угрожали нам. В «Магическом зрении» я же увидел, что это свежая поднятая нежить, причём от всех тянулись ментальные каналы в одном направлении.

— После того, как я помогла родить и уже направлялась в лес, ко мне подскочил Грицай и попытался утащить к себе в дом. Я ударила его камнем при помощи телекинеза, на что тот крикнул, что я ещё пожалею. И вот тут на меня напала эта пятёрка. Они ведь не люди, учитель?

— Не люди. А Грицая твоего необходимо проверить. — Вытащить из памяти мужиков ничего не удалось, поскольку кроме мышечной памяти у них ничего не было в сознании. Они — низкоуровневая нежить со всеми вытекающими.

— Он не мой, — вспыхнула Катя. — Он мне во внуки годится.

— Не твой, так не твой. Я тебя перемещу домой. Никуда не уходи, — произнёс я и телепортировал ученицу в дом. А вот с нежитью решил поступить по-другому. Морана как-никак связана со смертью, так что принести ей в жертву нежить, пусть и низшую, будет идеей хорошей.

Жертвоприношение прошло буднично: просто все пятеро мужиков превратились в пепел, и я получил отклик от алтаря, что Богине не сильно понравились жертвы. Если перевести в понятные слова, получалось, что они как пресная закуска — есть можно, но удовольствия от этого Богиня не получает. Лучше так, чем ничего.

Следующий телепорт привёл меня в Радинки, где я сразу направился к Грицаю. Благодаря Кате прекрасно знал, кто это. Молодой парень лет двадцати пяти, который относился к Кате лучше большинства жителей села. Когда мою ученицу едва не убили, его не было в селе, так как он отправился в Чернобыль на ярмарку. И что он хотел от Кати, тяжёло сказать, но то, что он не обычный человек, факт.

Уже в десяти метрах от его дома я почувствовал некроэнергию, которой пропитался дом. Во дворе также чувствовались несколько некроконструктов, в большинстве своём из домашних животных.

Стоило мне переступить порог, как на меня бросилась серая тень, которая наткнулась на щит, а после я просто испепелил её огненным шаром. Осмотревшись, заметил и хозяина дома. Он сидел на лавке рядом с печью и смотрел на меня с ненавистью в глазах. В «Магическом зрении» я увидел перед собой классического некроманта-ученика.

— Разве так встречают гостей? — спросил я. Можно не бояться его. Некроманты слабее мастеров. В прямой атаке ни на что не способны, а некроконструктов опасней кота, которого я только что уничтожил, у него не было.

— Что ты за тварь? Ты не Леший. Чем ты запудрил мозги ей? Она нужна тут, она… — Я оборвал зарвавшегося сопляка.

— Заткнись и слушай некрос, недоделанный. Пока тебя не было, её едва не убили, а я её взял в ученики. А теперь говори, что у тебя за планы на мою ученицу? — В этот момент я смог обойти его ментальную защиту и выяснил, что, оказывается, этот самоучка хотел из Кати сделать колдующую нежить. Если по нормальной классификации, то лича. — Значит, лича хотел. Заходя в дом, я ещё думал, стоит ли от тебя избавляться. Теперь вижу, что стоит.

В следующий момент некромант-недоучка попытался бросить в меня сгустком сырой некроэнергии. Внезапно для меня я на миг потерял контроль над своей сущностью дроу и через пару секунд почувствовал, как у меня пополнился немного резерв. Вообще, мне и так ничего не грозило, так как такой сгусток не смог бы пройти сквозь щит, но и такой вариант не плох. Грицай тем временем поднял топор и бросился на меня, чтобы в следующий момент замереть и упасть парализованным на пол.

— Зря ты так, — произнёс я. — Теперь вот ударился, синяк будет, — сел я на корточки перед лицом некроманта-недоучки. — Я тебе расскажу твоё ближайшее будущее. Сейчас мы переместимся к алтарю тёмной Богини. В вашей мифологии она заведовала увяданием природы в целом и смертью в частности. Сам я нежить никогда не создавал, но вот Богине вполне может понадобиться свой служитель. И если ты думаешь, что останешься жив, то очень сильно ошибаешься. Лич намного лучше подходит на эту роль. Думаю, ты рад, что получишь то, что хотел сделать с моей ученицей,

Оставив мариноваться в своих мыслях некроманта, я отправился на прогулку по селу, чтобы ещё раз проверить всех жителей на наличие пробудившегося магического дара, а то ведь раз этот некромант-самоучка, то могут быть и другие.

Через час я сидел в одном из амбаров вместе с тремя людьми: одна женщина лет тридцати и два ребёнка — мальчики тринадцати лет. Мальчики прирождённые алхимики. Сейчас их дар на грани пробуждения. Если я ничего не буду делать, через пару недель при постоянном повышении магического фона пробудится самостоятельно. Если же насильно влить в их пробуждающиеся ядра дара чуждую ману, то пробуждение произойдёт моментально. Именно так проходит инициация. Мальчишкам сильными магами не быть, максимум — подмастерья второго ранга, но ведь алхимикам и не нужен сильный дар. А вот с женщиной несколько сложнее. Она малефик, причём давно пробуждённый. По силам на уровне подмастерья второго ранга. Вот только сама она об этом не знала и считала себя проклятой, так как если пожелает чего-то в злости, обязательно оно происходит. Из-за этого она дала обет молчать и стараться не пересекаться с людьми. Жила она на окраине села вместе со своим старым отцом, за которым и ухаживала. К ней в селе относились как к юродивой, отчего все её жалели и помогали продуктами. Сейчас же они стояли передо мной с затуманенными взглядами, а я думал, что мне с ними делать.

Оставлять их тут в селе было бы плохой идеей. Если женщина как жила, так и продолжит жить, то пытливый детский разум не позволит долго скрывать пробудившийся магический дар, а зная отношение к Екатерине, я мог представить, на что стала бы похожа их жизнь. Я задумывался над большим количеством учеников, но явно не собирался этим заниматься в ближайшее время. Мне надо первым делом обучить Екатерину и обезопасить теперь уже свои земли от различных опасностей. Вот лет через пять можно ещё взять учеников, но сейчас они не вовремя. А ведь следом за ними последуют и другие. Сейчас, после поверхностного осмотра, я могу сказать, что в ближайшие несколько лет едва ли не полсела превратится в магов. Эти трое просто самые близкие к этому моменту. Будто бы и без них у меня нет проблем. Я, конечно, могу поступить просто и отправить всех на алтарь, но даже моя совесть не позволит это сделать с детьми.

— Варвара, — обратился я к малефику, — иди к себе домой и собери свои вещи. После полуночи покинешь село и придёшь к проклятой поляне. — То самое место, в котором я появился в этом мире. — Можешь идти.

— Сделаю, — ответила она и покинула амбар.

— Яков, Иван, возвращаетесь домой и организовываете следы вашего побега. Пусть родственники думают, что вы сбежали в город.

После того, как мальчишки сбежали, я отправился вместе с ними — следовало обработать их родителей, чтобы всё получилось. Работа несложная, но кропотливая, ведь побороть отцовский и материнский инстинкты не так-то просто. Благо, что они не сильны в сёлах.

Через несколько часов работы я вернулся к некроманту домой и вместе с ним телепортировался вновь к алтарю. Положив на алтарь недоделанного некроманта, переслал своё предложение Богине. В ответ я получил радость и удивление. У меня на глазах Грицай, с которого спала парализация, начал ссыхаться, так как из тела удалялась лишняя влага. Через минуту Грицай был мёртв, но при этом всё ещё в сознании. Ещё через пять минут все части его тела начали окутывать сложные цепочки плетений из некроэнергии. Наконец-то через полчаса лич встал с алтаря. От алтаря к нему шёл довольно мощный энергоканал, по которому личу передавалась мана и обратно.

— Благодарю тебя, перворождённый, — сказала Богиня через своего служителя. — Я теперь могу заняться обустройством своего храма.

— Не стоит с этим спешить. Сейчас во всём мире царит вера в триединого. Если заметят присутствие божественной энергии его пернатые курицы, то могут наведаться сюда, а против них мне нечего противопоставить, — ответил я, как понимаю, Богине. — Я перекину дополнительный энергоканал от одного из моих источников маны на алтарь, чтобы обеспечить независимость от энергии.

— Ты прав, — произнесла Богиня устами некроманта-недоделки. — Я ещё слишком слаба, чтобы воевать с ангелами. Когда вернётся Леший, скажи ему навестить меня. Нам есть о чём поговорить. — Через мгновение поток энергии от алтаря к личу уменьшился на порядок, а лич превратился в обычную нежить. Он сразу подошёл к алтарю и занял возле него место, как будто бы он почётный караул.

К моему удивлению, Богиня оказалась вполне адекватной. В книгах писалось, что Боги ни во что ставят смертных. И вот такое отношение очень и очень неправильное. Хотя тут вполне возможно сыграло роль то, что я сейчас сильнее её лича, который стал аватаром, на несколько порядков. И даже если сравнивать с мощью алтаря, я всё равно буду сильнее Богини.

Покинув алтарь, вернулся в лес к месту своего появления. Мальчишки к этому времени уже были тут и сейчас пытались понять, как они оказались на проклятой поляне. Я пока не спешил появляться перед ними и ждал Варвару, чтобы перенести их к нашему дому. Как бы мне хотелось просто забыть о них, но я понимал, что это будет неправильное решение. Проблем вместе с ними появится немало, но в будущем преданные лично мне маги будут полезны. Главное — правильно обработать их. Хорошо, что начальное обучение можно будет повесить на Катю. Как раз и для неё это будет полезным — повторить основы.

Наконец-то ближе к полуночи появилась и Варвара с двумя котомками на спине. Подхватив всех троих, я подтащил их к себе и открыл портал домой, куда и забросил своих будущих учеников.

— Учитель, что они тут делают? — спросила у меня Екатерина, стоило и мне перейти на эту сторону портала. В её голосе чувствовалась ревность. Ну да, теперь она не будет одной особенной.

— Мои и твои будущие ученики, — произнёс я. — Сейчас они спят. Завтра с утра начнёшь их обучение. За ночь ментальные закладки внедрятся, и они должны будут нас слушать.

— Так вы не будете с ними заключать контракт?

— Обойдутся. Ментальные закладки я и так установил. Не стоит переживать. Ты и будешь моей единственной личной ученицей, а вот они — наши подопытные, на которых мы должны отработать методику обучения для будущих магов. А их будет ещё не мало.

— Спасибо, — ответила Катя и отвернулась, чтобы скрыть свои слёзы. — А что с Грицаем?

— Нет больше этого самоучки-некроманта, можешь не переживать. Единственное, что меня волнует: как воспримут пропажу сразу четырёх человек из села. Ладно мальчишки — они по легенде сбежали в город. Но как быть с Варварой и Грицаем?

— Не стоит волноваться учитель, — сказала Катя. — Не думаю, что это будет большой проблемой. Люди пропадают тут постоянно. Да, двое за один день — это подозрительно, но такое бывает.

— Посмотрим. Главное, чтобы не отправились они куда-то сообщать об этом. Но это проблема не сегодняшнего дня. Сейчас же давай займёмся инициацией будущих алхимиков. Включи «Магическое зрение». Ты видишь энергоканалы у них в районе шеи?

— Вижу. Один большой и несколько десятков мелких.

В течение часа я объяснял, как проводить инициацию. Только и требовалось впихнуть свою, чуждую, ману в источник маны инициируемого мага. Над одним мальчишкой работал я, над вторым работала Катя. Мне пришлось лечить несколько раз небольшие травмы из-за неопытности Кати, но в итоге и она смогла протолкнуть часть своей маны в источник. Практически сразу после этого в источнике началась реакция. Он то резко увеличивался в размерах, то уменьшался. И наконец-то спустя пару минут как будто бы взорвался, посылая по каналам первую порцию произведённой маны.

— Теперь все трое маги, — произнёс я устало. — Думаю, пора спать. Завтра с утра объяснишь им, что к чему тут и как им повезло. После вспомни, как я тебя учил и попробуй это применить на них.

— Но ведь они совсем ничего не умеют, — сказала Катя.

— Ты тоже не много умела. Расскажи им, что не понятно. Сейчас твоих знаний для начала должно хватить. Это будет проверка того, как ты усвоила основы. Если всё пройдёт нормально, то мы перейдём к изучению первого плетения из магии целителей — «Ускорение регенерации», — пообещал я ей вознаграждение, а то она в последние дни пыталась выпросить у меня что-то из магии жизни. Она хотела стать целителем побыстрее.

Отправив Катю спать, следом и я отправился в свою комнату, только предварительно занёс учеников в землянку, которую построил для приёма гостей уже довольно давно. Стоило мне только лечь на травяной покров кровати, как я практически моментально отключился — настолько вымотал меня сегодняшний день.



Глава 12.2


— Яша, ещё раз начнёшь чудить — и ремень вновь пройдётся по твоей заднице! — услышал я крик Екатерины с улицы. Очень уже громко она кричала на мальчишку, но тот сам виноват. Окрас его магического дара способствовал алхимии и совсем немного магии жизни. Но даже из-за этой небольшой одарённости в магии жизни у него слишком много жизненной энергии, что приводило к постоянным проказам. Его друг Иван тоже алхимик, но вот окрас дара склонялся больше в магию тьмы. Из-за этого он предпочитал тишину, сумрак и старался быть вовсе незаметным.

— Но чего это он, — шмыгнул носом Яков в ответ на обвинения Кати. — Я хотел свежей крови взять, а он меня — копытом. Ну я на него и вылил для надёжности зелье.

— Что за зелье, отчего кожа стала прозрачной и теперь все внутренности кабана видно? — спросила усталым голосом Катя. Ну да, ученики — это всегда сложно. Но вообще меня тоже заинтересовало, что за зелье такое использовал Яков, ведь я пока их научил лишь парализующему, чтобы они не были беззащитными при встречи с врагами.

— Ну так это па-ро-ле-зо-щие, — по слогам произнёс Яков и всё равно умудрился в словах сделать множество ошибок.

— За твои проделки будешь сегодня в хлеву убирать, — сказала Катя. — Нужна свежая кровь — мог подойти ко мне, я дала бы. И зачем тебе кровь?

— Ну это… — замялся Яков.

— Яков, думаю, ремень стоит смочить в солёной воде.

— Ваня умеет делать человечков из крови, — выдал скороговоркой Яков, стараясь не смотреть на Катю.

— Что за человечки? — спросил уже я, выйдя из дерева, служащего мне и Кате домом. Мне действительно любопытно.

Следующий час я слушал ломаные объяснения Ивана и Якова по поводу человечков. Оказалось, что Ваня пробудил ещё одну наклонность, а именно — магию крови. Он непроизвольно вначале остановил свою кровь, когда упал и разодрал колено о кору дерева, а потом просто представил, как кровь возвращается в рану. Вот только возвращалась она в виде маленьких человечков. Вот так у него работала фантазия. Через неделю у него уже стало получаться управлять не только своей кровью, но и чужой, только она должна быть свежей не больше пары часов как из организма. Сейчас же Ваня научился передавать контроль над создаваемым големом крови другим людям и, естественно, первым был, кто получил его, друг Яков. Это вчера и сегодня они решили устроить войнушку, ради которой один из них и направился к нашему живому запасу мяса в хлеву, где и получил за своё любопытство копытом лесного кабана.

— Голем крови — одна из сложнейших манипуляций в магии крови — дался мальчишке всего через две недели после пробуждения магического дара. Я чувствую себя каким-то недоумком, — произнёс я, после того как с ученицей вернулся в дом для завтрака.

— Учитель, но они ведь бесполезные, — сказала Катя, не понимая причины моего подавленного настроения.

— Это сейчас бесполезные, да и то условно. Представь, что такой мини-голем проберётся к тебе в комнату, пройдёт сквозь поры кожи, а дальше по кровеносной системе доберётся до твоего сердца и организует инфаркт. Или к мозгу, и получиться инсульт. И это только первое, что пришло в голову. Даже у таких мелких големов в десятую часть длины пальца множество применений. А если бы у Ивана было больше сил? Представь такого голема размером с человека на поле боя. Он будет подпитываться кровью убитых существ. Именно поэтому магов крови не любят, но терпят из-за их способностей к целительству, да и высшей магией крови овладевает в лучшем случае один из ста. А тут ребёнок, только пробудивший свой магический дар, — произнёс я и начал поглощать гречневую кашу с мясом. Катя приготовила еду для всех ещё утром до моего пробуждения.

— Ничего себе, — удивилась Катя и замолкла, задумавшись о чём-то.

— Теперь у нас есть два алхимика, которые смогут в будущем стать целителями: один — светлым, другой — тёмным. Точно не обошлось без Мораны. Я просто не верю, что так могло повезти без вмешательства Богов. Ладно, собирайся. Надевай свою лучшую одежду. Сегодня мы будем тебя легализовать среди магов.

— О чём это вы, учитель? — оторвалась от своих размышлений Екатерина.

— Ты думаешь, я просто так в течение недели польский язык тебе загружал, а потом по паре часов практиковал? В Варшаву к знакомому мне магу на ужин отправляемся. Для тебя это лучший способ легализовать себя и свои способности, чтобы в будущем не пришлось их скрывать. Густав — городской маг Варшавы. Он немец, так что будет возможность попрактиковать ещё и немецкий язык.

— Это обязательно? — спросила у меня Екатерина, отводя свои глаза от моих. Её тон мне не понравился. Воспользовавшись тем, что для меня её разум как открытая книга, я посмотрел на сознание.

— Да, это обязательно. Не забудь надеть ту шубку, которую я купил в Киеве для тебя. — Оказалось, что Катя очень стеснялась своего внешнего вида, боялась опозориться и опозорить меня.

Оставив Екатерину собираться, я направился к Варваре. Она оказалась весьма хозяйственной женщиной. Конечно, в первые пару дней была в шоке, когда узнала, что попала к колдуну, по её понятиям, и что сама оказалась ведьмой. Но мои ментальные закладки не дали ей сосредоточиться на негативных эмоциях. Они, наоборот, позволили видеть лишь хорошие моменты в произошедшем, а то ведь читал в книгах, что некоторые люди в сёлах в моём родном мире себя убивали, считая отродьями бездны себя. К сожалению, что в моём мире, что в этом в сёлах отношение к таким магам весьма неоднозначное.

— Варвара, хватит молчать, — произнёс я, зайдя в учебную комнату, в которой она старалась направить свои силы на что-то ещё, кроме проклятия. — Я ведь тебе говорил, что на меня твои слабые проклятия не подействуют.

— Я боюсь, — хриплым голосом произнесла Варвара. За последние несколько лет она от силы сказала пару сотен фраз и едва не разучилась говорить.

— Нечего бояться. Через пару часов я и Катя отправимся по делам. Твоя задача: проследить, чтобы Яша с Ваней опять чего-то не вытворили.

— Я прослежу, учитель, — медленно, стараясь выговаривать правильно слова, сказала она.

— Отлично. И не надо так себя насиловать. Не получается прямо сейчас — поменяй вид деятельности. Тебе необходимо научиться читать и писать первой, чтобы обучить этому мальчишек. Знания я тебе загрузил, осталось тренироваться. Возможно, в наше отсутствие прибудет Леший. Ты его не пугайся. Он только с виду страшный старик.

— Вы объясняли, — ответила она и повернулась к накопителю из янтаря. Можно было влезть к ней в голову и поправить восприятие действительности, чтобы она перестала быть такой нелюдимой, но лучше, если она сама сможет преодолеть себя.

Покинув Варвару, я телепортировался к законченным генераторам маны для проверки их работы. Находясь в центре источника маны, чувствовал себя почти прекрасно.

Поскольку всё работало без проблем, я решил проведать и ещё один мой эксперимент. У берега, созданного мною озера, рос один дуб, довольно сильно измёненный моими силами. Главная его задача: поглощать ману из воздуха и преобразовывать её в жизненную энергию, которую после нужно передавать в небольшую заводь всего два метра в длину и метр в глубину. По прогнозам через несколько месяцев вода в этой заводи приобретёт целительные свойства и её можно будет пить вместо слабых исцеляющих зелий. А если готовить серьёзные зелья на такой воде, то эффект должен улучшиться в разы. Проблема не в том, чтобы напитать жизненной энергией воду, а в том, что этой жизненной энергией не воспользовались микроорганизмы, бактерии и подобная гадость. Для этого вокруг этой небольшой заводи я установил периметр из плетений стерилизации. Но уже третий день подряд при проверке замечаю расплодившиеся микроорганизмы внутри заводи, несмотря на мои усилия.

Сегодняшнее утро не стало исключением. Внутри заводи видно пятно цианобактерий. Поскольку мне надоело каждое утро чистить заводь, я решил усилить стерилизующие плетения. Помимо расположенных плетений по периметру создал ещё три артефакта на основе жёлудя, которые теперь будут постоянно перемещаться по воде и стерилизовать всё в радиусе метра от себя.

Закончив работать с будущей целительной купальней, я переместился обратно к дому. С того момента, как покинул Катю, прошло уже больше часа, и сейчас она уже должна быть готовой. Но вместо этого я застал ученицу на своей кровати, плачущей в подушку. Вот и не скажешь, что ей за пятьдесят лет — ведёт себя иногда как маленький ребёнок. Я, конечно, омолодил её и ментально, но ведь не настолько.

— Катя, что это значит? Нам пора отправляться.

— Учитель, идите сами, я только всё испорчу, — сказала она.

— Мне это не нравится. Быстро взяла себя в руки. Жду тебя через пять минут на улице, — произнёс я и пустил слабый электрический разряд ей по заднице. А чтобы она вновь не легла, ещё и исцелением приложил — теперь у неё внутри будет слишком много энергии для того, чтобы сидеть на месте.

Через пять минут Екатерина действительно покинула дом. Судя по её широко открытым глазам, она не знала, куда себя деть — настолько распирало изнутри энергией. А вот нечего плакаться.

Подойдя ко мне, Екатерина с нетерпением уставилась на меня. Но прежде чем открывать портал на чердак дома Вороного Сергея Аркадьевича, я поправил неровно надетую шубку на ученице. Она всё-таки не умеет носить правильно такую одежду.

— Прошу, пани Катарина, — произнёс я и открыл портал.

— Пан Вальчицкий, только после вас, — сказала она, взяв себя в руки.

— Молодец, так себя и веди. Помни: ты — ученица могущественного мага и никто ничего не может тебе сделать, — проговорил я и переступил окно портала в темноту чердака дома Вороного.

— Тут темно, — произнесла Катя и начала жмуриться.

— Вспомни, чему я тебя учил на прошлой неделе. — Хотелось побиться головой от того, что всё из её головы вылетает едва не моментально.

— Точно, — едва не хлопнула себя по лбу Екатерина, и через секунд тридцать в её глазах появился слабый огонёк — так визуально выглядело повышение чувствительности зрения. Теперь даже в полной темноте она могла видеть, пусть не очень чётко, но это только пока.

Покинули дом мы при помощи противофазы и спуска телекинезом на брусчатку города. Катя сразу стала вертеть головой из стороны в сторону — всё-таки последний раз в городе она была больше тридцати лет назад, когда сбегала из Санкт-Петербурга. Но на нас никто не обращал внимания благодаря лёгкому отводу глаз.

После прогулки по главной площади мы перешли на набережную, чтобы немного полюбоваться рекой. Внезапно я почувствовал на себе взгляд. Обернувшись, заметил знакомое лицо человека, который уже двигался, расталкивая прохожих в нашу сторону.

— Пан Колдун, ты так и не назвал себя в прошлый раз по имени, — радостно улыбаясь, произнёс отец Илия, после чего крепко меня обнял, обдавая чистым светом. — А кто эта прекрасная кобита?

— Отец Илия, рад вас видеть, — произнёс я совсем не искренне. — Это моя ученица Катарина. А я — Мирон Вальчицкий, хотя вряд ли это что-то даст вам.

— Затягиваешь в богомерзкие объятия своего тёмного колдунства новых людей, — недовольно поворчал отец Илия. — Будем считать, что все приличия соблюдены. А теперь говори, для чего ты в городе?

— Густав приглашал к себе.

— Густава сейчас нет в городе. Его временно отозвали и направили в поддержку французскому карлику. Не слышал об этом?

— Последние новости, которые я слышал, были о разгроме австрийцев под Ульмом.

— Многое пропустил. На Пруссаков ополчились помимо австрийцев ещё и русские. Быть беде большой, — произнёс священник. — Ладно, приглашаю вас на обед к себе.

— Я так понимаю, отказаться не могу?

— Верно. Ты говорил Густаву, что своим богомерзким колдовством умеешь исцелять. Это так?

— Смотря что. Но да, умею. Так ведь и вы можете, — намекнул я на переполненную светом ауру.

— Я только нечистивое могу исцелить, прижечь рану, не больше. Марычка же пострадала от другого — под лошадь попала.

— Если это просто физическая травма, то могу помочь. — Отказывать в помощи было глупо. Отец Илия не последнее лицо в церковной иерархии и с ним лучше иметь хорошие отношения.

Отец Илия сразу схватил меня за руку и потащил в одно ему известное место. Постепенно богатые центральные районы сменились более бедными, а вскоре и вовсе каменные дома исчезли и вокруг были лишь деревянные постройки. Вокруг нас больше нельзя встретить одетых в чистую и новую одежду людей. Было понятно, что мы пришли в так называемые трущобы. Они есть в любом современном городе.

— Отец Илия, вы нам есть принесли? — спросил детский голос лет пяти. Опустив глаза, я увидел мальчика, одетого в не по размеру большую одежду.

— Извини, Стефан, но с собой у меня ничего нет. Приходи вечером к заднему входу в храм. Я посмотрю, что смогу дать, — произнёс Илия, и мы пошли дальше.

— И много таких детей тут? — спросила Катя.

— Много. Родители днями работают на мануфактурах, но этого не хватает, чтобы прокормить семьи. Дети зачастую голодают, — сказал Илия.

— Нам ещё далеко идти? — решил я перевести тему.

— Мы уже почти пришли, — произнёс он и толкнул деревянную дверь внутрь помещения. Внутри царил запах гнили, болезни и общей затхлости. — Иди за мной. Родители Марычки на заводе, ей самой приходится днями лежать.

В единственной комнате дома царила полутьма. Из-за угла я услышал тяжёлое дыхание, иногда перемежающееся со стонами. Стоило туда посмотреть — и я сразу увидел человеческую девочку лет восьми. В «Магическом зрении» её состояние здоровья выглядело отвратительно: одной руки не было, вторая неправильно срослась, обе ноги раздроблены и кое-как собраны и тоже неправильно срослись; рёбра сломаны в четырёх местах, повреждения мозга от мелких осколков черепа, в местах, где ей ампутировали руку, шёл сепсис. Я вообще не мог понять, как она жива с такими повреждениями, но всмотревшись в ауру повнимательнее, увидел насильно привязанного духа, который принудительно напитывал девочку энергией, что и не позволяло ей умереть.

— Ваша работа? — спросил я у священника, указав на духа.

— Моя, господи прости душу грешную мою, мне пришлось воспользоваться богомерзкой магией, иначе ей было не выжить. Я из боевого крыла. Целительство это не моё. Вот демона изгнать либо какую другую погань я могу, — ответил отец Илия, словно стесняясь своих недостатков. — Сможешь исцелить дитя?

— Будет не просто, но смогу, — произнёс я и приступил к излечению.

Первым делом я отключил болевые ощущения и усыпил девочку — она и так настрадалась на годы вперёд. Потом при помощи телекинеза начал ломать ей кости в неправильно сросшихся местах, параллельно активируя малые исцеления, чтобы она не умерла в процессе. Катя уже на второй минуте не могла на это смотреть и покинула дом, а вот отец Илия внимательно следил за моими действиями. После того как кости были сломаны, я начал собирать при помощи телекинеза получившийся конструктор. После этого запустил среднее исцеление, которое сразу высосало из меня треть резерва, но уже через пять минут все кости в организме стали целыми и правильно сросшимися. Повреждения внутренних органов были также устранены. Можно сказать, что Марычка полностью здорова, вот только одной руки у неё всё ещё не было.

Чтобы вырастить руку просто так, требуется либо целительная магия значительно более высокого уровня, чем среднее исцеление, либо пересадить руку от донора, либо же вырастить её постепенно, при этом надо будет есть много пищи, содержащей белки.

— Руку вырастить не могу сейчас, — произнёс я, повернувшись к Илии.

— Прости господи душу грешную, — перекрестил он меня и Марычку. — Я и на это не рассчитывал. Я пристрою её себе в приход, для неё найдется работа и с одной рукой.

— Я не сказал, что не могу вырастить руку. Я временно заблокировал регенерационные способности организма. Если она будет много есть, то в течение года-полутора у неё отрастет рука. После полной клеточной замены регенеративные способности сойдут на нет. Но эти годы ей придётся есть очень много.

— С этим может быть проблема. Это не твои проблемы, я разберусь.

— И, думаю, стоит предупредить: косо привязанный дух начал приживаться в её энергетику. Остановить или обратить процесс уже нельзя. Она после окончания процесса приживления станет медиумом. Если сильно повезёт, то может быть слабым шаманом, но на это я не рассчитывал бы. Скорее всего, медиум.

— Я прослежу за этим. А теперь идём ко мне, я обещал угостить обедом.

Стоило нам выйти на улицу, как мы сразу услышали крики: трое мужиков висели вверх ногами, закреплённые к чердаку единственного двухэтажного здания в этой части города. Кричали они о ведьме, которая их прокляла. Догадаться, кто виновник переполоха, не сложно. Катя стояла возле входа в дом, в котором жила Марычка, и с улыбкой смотрела на трёх мужиков.

— Что они сделали? — Просто так Катя не стала бы издеваться над ними, а значит, они заслужили этого.

— Предложили поделиться одеждой, сумкой и пообещали лично согреть, чтобы я не замёрзла без одежды, — ответила она.

— Проблем не будет? — спросил я у отца Илии, но тот не ответил ничего. Вместо этого подошёл к висящим мужикам и взмахнул рукой, отчего они упали вниз. Но вместо того чтобы помочь им встать на ноги, Илия с ноги заехал каждому по морде, да так, что они отрубились.

— Вы спрашивали, кто ворует из домов, пока вы на работе, — произнёс громко отец Илия. — Вот они, — указал на троицу. — На их руках также кровь десятков людей, в том числе и невинной. Я сейчас уйду. И ничего видеть не буду.

— Мы поняли вас отец, Илия. — Священника явно любило население этого отдела.

— Идём, нам тут делать нечего, — сказал он, и мы направились в сторону центра города. — Уже полгода ищу душегубцев. Хотел Густава попросить помочь, но тут они сами попались. Какая у них грязная душа.

— Вы видите души? — удивился я.

— А как иначе, — произнёс он. — Вот ты также убивал невинных, но при этом свет твоей души продолжает пылать. Надеюсь, действительная причина убивать невинных.

— Можно и так сказать. — Только сейчас понял, что этот церковник гораздо опасней, чем я думал ранее. «Духовное зрение» очень редкое явление в моём мире. В основном им владеют маги душ высокого уровня и некроманты-архимаги. Временно увидеть душу могу и я благодаря специальному плетению, но постоянно видеть просто не выдержу. Все поступки оставляют следы на душе и убийства действительно оставляют нечто похожее на налёт. От этих следов можно очиститься, но лишь у жрецов. Мне это, естественно, недоступно в моём мире, да и тут тоже.

Стоило нам отойти на пару сотен метров, как с той стороны послышались громкие крики, которые, впрочем, довольно быстро закончились. Всепрощением отец Илия точно не страдал.

До храма мы добрались в полной тишине. На обед у нас была довольно простая пища: каша ячневая, рыба печёная и вино из личных запасов отца Илии.

После обеда подчинённые Илии увели Катю показывать храм и рассказывать о его создании, а я вместе со священником прошёл в его келью.

— Вы о чём-то хотели поговорить со мной? — спросил я у него.

— В беде Густав, — произнёс отец Илия. — Курьер недавно принёс данные от разведки нашей. Скоро будет битва под Аустерлицем. В планах штаба Наполеона пожертвовать подкреплением со стороны Пруссии. Хотят ослабить перед кампанией следующего года.

— Я что-то не понимаю. Пруссия ведь союзник Франции?

— Они вынужденные союзники. Пытались остаться независимыми и нейтральными, отказались от вступления в Третью коалицию к Австрии, Англии и России. Результат: Наполеон нагло вошёл на территорию Прусского королевства и набрал себе подкрепление для войны с австрийцами. Теперь уже выбора, на чьей стороне быть, не было. Сейчас Густав в составе корпуса маршала Ланна и должен через несколько дней участвовать в штурме Аустерлица. По данным разведки, прусским подразделениям повезёт, если выживут, — ответил отец Илия и положил передо мной документы с отчётами разведки.

— Отчего такое доверие ко мне? — спросил я у священника.

— Ты помог ребёнку, хотя не должен был этого делать. Это характеризует тебя с хорошей стороны, а во-вторых, Густав нужен тут на должности городского мага. Как бы я ни любил магию, но с приходом Густава порядок в городе стал в разы лучше. Ты воевал ещё против Карла, а мальчишка Густав пороху не нюхал в настоящей войне. Помоги ему выжить, и я не буду против твоего пребывания в городе, как и твоей ученицы. Могу обеспечить и статус горожанина, если понадобится.

— Да вы не воин. Вы торговец, святой отец. — Предложение Илии довольно опасно, но в то же самое время мне стоило посмотреть, как проходят местные войны, чтобы приготовиться к возможному противостоянию. Также Густав мне более полезен живым, чем мёртвым, а потому его выживание и в моих интересах. Ну и наконец-то никто не говорил, что я должен рисковать собой. Я могу и скрытно помочь ему.

— Приходиться многое уметь, — улыбнулся в ответ святой отец.

— Я помогу, но мне нужна будет помощь в получении документов на моих учеников.

— Так и знал, что ты одним учеником не ограничишься. Это не проблема.

— А теперь я хотел бы знать, где и когда будет битва.

— Если судить по данным перемещения войск русского императора, то битва должна пройти невдалеке от города Аустерлиц, — произнёс святой отец и достал довольно подробную карту, в которой и показал место, где находится этот город.

Через несколько часов мы опять перекусили, но вновь довольно простой едой, которую запили очень вкусным вином. Аустерлиц находился довольно далеко — по местным меркам, больше пятисот вёрст. В разумные сроки обычным транспортом не добраться туда. По мнению церковной разведки, битва должна произойти двадцатого ноября, а сейчас уже тринадцатое. За семь суток можно, конечно, преодолеть это расстояние на лошадях, но не люблю лошадей, а потому добираться до Аустерлица придётся магическим путём. Жаль, что сам отец Илия там ни разу не был, как и все, кого он знал в Варшаве. А потому добираться придётся мне в несколько этапов. Для начала я собирался добраться до армии русского императора, а именно — к частям Великого Князя Константина, и уже вместе с армией добраться до места боя.

Попрощавшись с отцом Илией, я забрал Катю, страдающую от внимания детей в храме. Накинув сильный отвод глаз, открыл портал в Киев недалеко от Киево-Печёрской Лавры.

Спустя несколько секунд после закрытия портала я создал новый уже к нам домой. Сразу после выхода из портала я направился на пока небольшой склад артефактов, чтобы вооружиться по полной на всякий случай.

— Учитель, что происходит? — спросила у меня Катя.

— Густав, скорее всего, попал в неприятности. Я проверю, и если это так, то помогу ему. Обязанный мне Густав за спасение будет полезен. Ты остаёшься до прибытия Лешего за главную. Чему учить наших учеников, ты знаешь. Мне же отправиться надо уже сегодня, но вначале нам надо очиститься от света. Давай руку. — После того как Катя дала мне свою руку, я телепортировал нас к чертежу, который делал ещё Леший. — Становись в круг. У тебя лишь паразитное заражение светом, а меня он хорошенько приложил им.

— Я могу отправиться с вами? — спросила Катя, когда через пять минут вышла из круга, полностью чистая от света.

— Нет, ты будешь только мешать. Там, куда я направляюсь, будет слишком опасно, чтобы думать и о тебе, — произнёс я и сам влез в круг. — Давай, активируй.

— Сейчас. — Для Кати манипуляция маной всё ещё не естественный рефлекс. Вот и сейчас ей пришлось напрягаться, чтобы активировать круг.

— Возвращайся домой, а я портал открою отсюда, чтобы сэкономить ману, — сказал я и настроился на воспоминание одного из священнослужителей, который бывал в городе Острава на угольной шахте, когда вспыхнула эпидемия, унёсшая больше сотни жизней лет десять назад.

Этот город всего в ста пятидесяти верстах от Аустерлица, а значит, я экономил расстояние более чем втрое. Войска Великого Князя Константина должны были покинуть окрестности города ещё несколько дней назад для соединения с объединенной армией Австрии и России. Скорость передвижения больших вооружённых групп была весьма медленной, поэтому я мог рассчитывать догнать их всего в тридцати-пятидесяти верстах по направлению к Аустерлицу.

Портал открылся в келье местного монастыря — именно там жил в своё время священнослужитель при эпидемии. Особенность этой кельи в том, что на её стенах от руки написаны молитвы. Благодаря этому поиск необходимого места в ноосфере мира занял всего около тридцати секунд. Внутри кельи какой-то был монах, который, увидев меня, замер в ступоре. Я же тормозить не стал и просто усыпил его. Поутру, когда он очнётся, будет считать, что всё ему приснилось.

Выбраться из монастыря оказалось не так просто, как я думал. Стены в монастыре пронизаны тонкими нитями света, а значит, просто пройти сквозь стены невозможно. Телепортироваться я не хотел уже из-за экономии энергии. Поэтому пришлось просто прогуляться ко входу в монастырь и выйти, как положено, через ворота. Так как монастырь находился за пределами города у дороги, ведущей в Брно, я сразу оказался у нужного мне направления.

Брно далеко отсюда, но мне туда и не требовалось идти. Несколько суток назад по этой дороге прошли русские войска. Это мне удалось узнать из памяти монаха. Он ещё с любопытством наблюдал за войсками, а следом и за обозом, тащившим несколько десятков орудий.

Следующим шагом было то, что я не любил делать. Усиление тела праной и магически для большей скорости. В таком режиме я мог двигаться со скоростью около десяти вёрст в час, около пяти часов без перерыва. Бег ночью, когда небо затянуто тучами, по тёмной дороге, вдоль которой лес и редкие небольшие населённые пункты, не самое лучшее времяпрепровождение, но раз пообещал присмотреть за Густавом, то надо хотя бы постараться.

Сделав через пару часов остановку, чтобы подкрепиться, я открыл портал к источнику. Перебравшись на другую сторону, восстановил потраченную ману. Перекусил приготовленной едой и вновь открыл портал на место, до которого я успел добраться и продолжил дорогу.

Через несколько часов в очередном населённом пункте я сделал остановку и проверил память нескольких человек. Они сейчас спали и видели сны, а потому даже не знали, что стали для меня источником информации. Армия Константина проходила тут всего полдня назад, а значит, я практически достиг своей цели.

И действительно, меньше чем через час я наткнулся на часовых, которые, по идее, должны сторожить военный лагерь, но в реальности дремали. Из центра лагеря, вставшего на ночёвку, слышался лай собак, голоса людей, виднелось несколько костров. Ну и сопровождал это всё просто невероятный запах дерьма. Мне пришлось понижать чувствительность своего носа, чтобы не страдать от этого запаха. Внимательно осматривая лагерь со стороны, я понял, почему часовые не сильно заботились об охране. Вокруг лагеря натянута магическая сигнализация. У каждого солдата артефакт, который подавал сигнал «свой-чужой». Стоило кому-то зайти без артефакта в радиус действия магической сигнализации — и сразу поднималась тревога в одной из палаток.

Чтобы не мучиться особо, я подчинил одного из часовых, и тот отошёл в кусты, где и передал мне аретфакт. Сам часовой после этого лёг на землю досыпать. Холодная земля точно не лучшее ложе, но мне не нужно, чтобы он проснулся раньше времени.

Вместе с артефактом я сразу направился к палатке, куда ведут энерголинии сигнализации. Сама палатка тоже оказалась зачарованной. Жаль, что с местными рунами я не знаком, но судя по всему, это зачарованная на крепость и климат-контроль.

На входе в палатку сидел денщик. Он открыто спал на своём посту. Немного усилив его сон, я вошёл внутрь палатки. Внутри несколько походных кроватей, на которых спало четыре человека. И все они маги. Самый сильный из них на уровне мастера боевой магии третьего ранга, самый слабый на уровне подмастерья второго ранга.

— И зачем ты сюда пришёл маг? — произнёс внезапно появившийся из тени разумный. Только взглянув на его энергетику, я опознал в нём вампира. Высшего вампира.

— Точно не для убийства, — сказал я и на всякий случай приготовился к бою, для чего скинул маскировку со своей ауры.

— Ого, — присвистнул вампир и сделал пару шагов назад. — Да никак нас посетил целый магистр. Вы же не выбираетесь из столицы.

— Хватит паясничать, Влад, — произнёс ещё один голос, и только сейчас я заметил ещё одного человека. Это маг на уровне мастера первого ранга. Судя по направлению его дара, это артефактор. Это меня вообще удивило — артефактор такой силы. Они обычно не стремятся увеличивать себе резерв.

— Костя, ты всё обломал, — сказал вампир и уступил дорогу магу.

— Я знаю всех магистров в окружении Наполеона. Тебя среди них нет, — произнёс маг. — Среди наших — тоже. Кто же ты?

— Мирон Вальчицкий, — ответил я, поскольку не видел смысла скрывать. Судя по всему, это высокопоставленный маг и с таким лучше дружить.

— Это мне ничего не говорит. Влад, может, ты знаешь?

— Без понятия, — ответил вампир.

— Ты как всегда бесполезен, — произнёс маг. — Мы можем начать бой. Возможно, я его проиграю, но в случае боя и Влад, и они, — указал он на магов, уже проснувшихся к этому моменту, — будут со мной. Есть и второй вариант развития событий: ты честно говоришь, для чего прибыл, и мы мирно расходимся, если ты пообещаешь не вредить моим войскам.

— Моя цель: вместе с вами добраться до Аустерлица, чтобы проследить за одним человеком и спасти его, — сказал я.

— Он не врёт, — сказал вампир. — Как вкусно его кровь пахнет. Костя, ну можно хоть глоток?

— Заткнись, а то к родственникам отправишься и будешь сидеть там ещё лет двадцать, — произнёс маг. — Он мой подчинённый?

— Нет.

— Я? — уточнил он.

— Нет, он будет на стороне Наполеона в составе подкреплений собранных в Пруссии, — произнёс я.

— Собираешься нам вредить? — спросил маг, удовлетворившись моим ответом.

— Нет, — ответил я честно, и все посмотрели на вампира.

— Правда, — ответил вампир. — Ну всё, расслабьтесь. Чего вы все так напряжены? Ну магистр, ну сильный, но ведь он нам вредить не собирается.

— Влад, — начал говорить главный маг, но через вход в палатку заскочил посыльный и замер, заметив нас всех. — Говори, — обратился он к посыльному.

— Часовой заснул и не просыпается даже после воды в лицо, — произнёс посыльный. Маг перевёл на меня взгляд, и я кивнул.

— Отнесите его в палатку. Он слишком устал, — ответил маг. Когда посыльный ушёл, обратился ко мне: — Помочь нам не хочешь?

— Костя, если магистр будет на нашей стороне, то и Наполеон даст добро своим, —

произнёс ещё один маг.

— Витя, не переживай, я не буду предлагать воевать на нашей стороне, — сказал Костя и вернулся ко мне: — Нам надо нанести разрывные руны на ядра пушек. Мы не успеваем из-за того, что находимся на марше. Если поможешь, я заплачу. Тысяча рублей.

— В бою участвовать не буду. Если только мне не будет угрожать опасность, — произнёс я, возвращая маскировку на мою ауру. — Доставите к месту боя — в дороге помогу с ядрами.

— Прекрасно, — сказал маг. — А теперь разреши представиться — Великий Князь Константин, — усмехнулся он, когда я осознал, что он самая главная шишка тут.

— Я и не знал, что в императорской семье есть маги.

— У нас всегда были маги. Один два на поколения, — усмехнулся он. — Ты ведь не думал, что власть так просто удержать? Предлагаю всем разойтись по койкам. До утра ещё долго и надо набраться сил. Нам предстоит ещё долгий путь, — произнёс Константин уже своим подчинённым. — Влад, ты знаешь, что надо сделать. — Через миг вампир встал в самое тёмное место палатки и исчез. Я же почувствовал переход на план тени. — У тебя есть куда пойти?

— Есть. На рассвете вернусь, — произнёс я и включил максимальный отвод глаз вместе с маскировкой. Князь несколько секунд ещё мог сопротивляться, но, в конце концов, и он потерял меня из виду.

Оставив несколько подслушивающих плетений, которые прицепил к обуви князя, я покинул палатку при помощи телепорта. Уже за пределами лагеря устроился среди деревьев поудобней и приготовился слушать князя. Но прежде чем приступить к подслушиванию, следовало немного перекусить, что я и сделал, достав немного солёного мяса с хлебом и овощами. Только удовлетворив свой, желудок подключился к прослушке.

— Костя, ты с ума сошёл. Надо бить на опережение. Неизвестный маг такой силы в центре лагеря. Это явно засланный убийца. Наверняка за тобой или мной прибыл, — произнёс второй маг, которого Константин называл Витей. — Да и какая там помощь? Мы уже закончили сегодня наносить руны.

— Влад, он ушёл? — спросил князь у вампира.

— Да, причём в одно мгновение. Если бы не знал, что заклинания мгновенных перемещений забыты, я бы подумал, что он телепортировался.

— Может такое быть, что он восстановил это заклинание?

— Может. Ведь он магистр, а они всегда занимаются какими-то своими исследованиями. Вальчицкий — это что-то польское. Костя, никаких событий не было в последнее время связанных с Польшей?

— Не знаю, надо будет потрясти нашу разведку, — произнёс князь. — Вот и ещё одна причина держать его рядом с нами. Маги такой силы не могут не быть известными. Он должен был где-то засветиться. Если привяжем к себе, то на одного магистра больше станет на нашей стороне. Этим можем склонить весы в неизбежной войне на нашу сторону. Сколько у французов? Шесть магистров? У нас тоже, ещё два у австрийцев. Эх, был бы Кощей — никто не рискнул бы лезть на нас.

— Неизвестно где он? — спросил Витя князя.

— Последнее, что слышали, лет десять назад в Китае засветился, убив пробудившегося кракена, — произнёс князь.

— Ну об этом я слышал давно. Так что нам делать с ядрами?

— Иди вместе с Димой и очисти пару сотен ядер. Посмотрим, что он умеет. Я не смог опознать ни одного его плетения в артефактах на нём.

Больше ничего интересного не было, так, обычная болтовня старых друзей. Да, все они старые друзья. Насколько я смог понять, они выросли вместе с князем. Их специально ввели в круг общения Константина, когда у того пробудился дар, чтобы ему самому было не скучно учиться. А вот Влад дальний родственник русской императорской семьи. Назвали его Владом в честь какого-то знаменитого вампира в прошлом. На эту тему было много шуток в разговоре, в основном насчёт того, что Влад недостоин носить такое имя. В принципе, ничего страшного не произошло в том, что меня обнаружили. Да, мои действия по попытке проникнуть в палатку были откровенной глупостью, но мне действительно было интересно посмотреть на контролирующего сигнализацию. Возвращаться домой я не собирался сегодня, просто на всякий случай. А по поводу разрывных ядер, думаю, я знаю, какое плетение в них внедрить. Разрываться будут как надо.



Глава 13.


Сон ночью так толком и не пришёл ко мне. Во-первых, я не люблю холод, а во-вторых, спать в условно враждебном окружении глупо. Из-за этого под утро я был очень злым и готовым убить кого угодно.

Стоило мне подойти поближе к лагерю, теперь маскировки, как часовые вытянулись в струнку и отдали мне воинское приветствие. Видимо, с ними уже пообщались по моему поводу на тот случай, если в этот раз я решу прийти нормальным образом.

— Мне к князю, — несколько нагло произнёс я, дойдя до штабной палатки, и просто слегка придавил ментально солдат, стоящих на входе, чтобы они не пытались мне помешать.

— Господин Вальчицкий, рад вас видеть в это утро у нас, — с некоторой издёвкой произнёс Константин. Он явно смог поспать и сейчас бодр как огурчик. Моё же состояние он заметил сразу.

— А уж как я рад. Когда выдвигаемся?

— Часть войск уже выдвинулась, наше выступление через час. Если есть желание, можете присоединиться к нашей беседе.

— И что же вы обсуждаете?

— По данным разведки, на нашей стороне будет почти на десять тысяч войск больше. Сейчас мы выбираем размещение наших отрядов на предполагаемом месте боя. Что вы думаете о расположении нас в качестве резерва вот в этом месте?

— Эти вопросы не ко мне. Вот если бы надо было кого-то магией пришибить, то тут я помогу. Или распутать защиту какую. А тактика и стратегия — это не ко мне. — Хоть я и на самом деле не разбирался в тактике и стратегии, но не настолько, как только что показал. За ночь многое обдумал и решил подыграть и соответствовать их ожиданиям обо мне как о маге-исследователе, боевике. Как боевик я не очень, но надеюсь за счёт того, что магия у меня другая и незнакомая местным, мне удастся показать себя на высоком уровне. — Что у вас с защитой? Будете над войсками поднимать защитный купол?

— Нельзя, — произнёс недовольно Константин. — У нас договор со Святейшим синодом.

— Что за договор? — решил уточнить я. Про Святейший синод я знал — это руководство церкви в Российской империи.

— Вы что, не подписывали договор? — удивился Константин.

— Так вышло, что когда я последний раз встречался с церковниками, были ещё патриархи и ни о каком синоде не было разговоров, — сказал я, продолжая подавать маленькие элементы моей легенды.

— Это же сколько вам лет? — удивились все, кроме вампира. Тот внимательнее всмотрелся в мою ауру и кивнул на едва заметный вопросительный взгляд князя.

— Я тут буду самый старший из вас, — усмехнулся я, — В том числе, если учитывать и кровососа.

— Тогда вопросов к вам по поводу незнания договора больше нет, — произнёс князь. — Ещё при Петре Первом пришлось подписать договор с синодом сразу после его создания. Запрещено демонстрировать магию перед обычными людьми, если они не были ранее о ней осведомлены. Рассказывать о магии можно лишь родственникам, остальным — после разрешения представителя синода. Теперь все маги после окончания обучения подписывают этот договор.

— Нет, это насколько надо себя не уважать, чтобы подписывать эту гадость, — слегка высокомерно заговорил я. — Пусть только попробуют мне приказать что-то подписывать — вмиг на голову укорочу. — И тут я не шутил. Только сейчас заметил на аурах следы магического договора у всех магов. Лишь вампир с чистой аурой, но он-то и не человек.

— Думаю, это можно будет обсудить и позже, — произнёс князь уклончиво. — Из-за договора мы не имеем права использовать в битвах явную магию. Только артефакты, замаскированные под оружие, и неявная магия.

Следующие десять минут маги рассказывали мне, что позволено использовать им в боях. Получается, разрешено использовать любую магию, при применении которой нельзя однозначно сказать, что магия применена. В основном используют магию проклятий и контрпроклятий, некоторые разделы магии жизни, ментальную магию изредка, ну и конечно телекинез, который оказался весьма популярен у русских магов, как и усиление тела на телекинетической основе.

После рассказа меня угостили редким в этих краях напитком под названием кофе. Это оказался слабый стимулятор для людей. А вот у меня появился один побочный эффект — скорость моего мышления увеличилась почти в два раза. Правда, ненадолго — всего на пару минут. После этого на вдвое больший период скорость мышления замедлилась. На всякий случай я попросил несколько порций сырых, нежареных зёрен. К счастью, у повара князя изрядный запас, которым он и поделился со мной. После возвращения домой можно будет подумать, что на основе кофе сделать. Уже сейчас я вижу, что если сделать эссенцию кофе через трансмутацию, то, скорее всего, из неё можно будет приготовить эликсиры ментального направления.

После кофе все стали собираться, явно не желая продолжать разговоры в моём присутствии, да и скоро надо выдвигаться в дорогу. Через несколько минут ко мне подошёл вампир и предложил проводить к месту моей работы. Это оказалась крытая повозка, запряженная четырьмя лошадьми. В «Магическом зрении» она светилась довольно сильно и в отличие от соседней прекрасно защищена. Думаю, огненных шаров штук двадцать могла выдержать, прежде чем защита разрушится. Правда, против плазменных шаров она мало эффективна — отвод тепловой энергии довольно слабый, и если против огненного шара этого хватит, то плазменный пережжёт энергоканалы, и повозка вспыхнет как спичка.

В самой повозке обустроена небольшая артефактная мастерская. Судя по инструментам, она рассчитана именно на рунологов. Рунологи предпочитают наносить плетения на предметы вручную при помощи рун. Такие артефакты более долговечны, но их производство гораздо более трудоёмкое. Я предпочитаю использовать именно зачарование, когда структура плетения внедряется в объект при помощи специальных микроплетений, закрепляющих плетение в объекте. Более универсальная и быстрая система, но в плане долговечности рунной системе проигрывает. Вот только для пушечных ядер долговечность не нужна, а максимум пару дней до их разрушения. Тут же использовали рунную систему артефактостроения, скорее всего, из-за того, что артефактор не должен иметь сильного дара. Он просто наносит руны, минимально питая их, и уже другие маги заполняют полноценно артефакты.

Артефактором оказался мужчина лет двадцати пяти на вид. Он по силам равен подмастерью первого ранга по эльфийской терминологии, таким образом, обгоняя по силам мою новую ученицу Варвару, хоть и не сильно.

— Степан, это господин Вальчицкий. Он поможет нам с зачарованием ядер, — произнёс Влад. Судя по реакции артефактора, он не сильно доволен вмешательством чужака в его мастерскую, но его явно предупредили помалкивать.

— Рад с вами познакомиться, господин Магистр. — «Магистр» он выделил голосом, стараясь показать своё уважение. Судя по всему, для местных магистры очень влиятельные люди.

— И я рад с тобой познакомиться. Влад, дальше мы сами разберёмся. Можешь идти крови попить у кого-то. — Спокойно общаться с вампиром мне всё ещё сложно. Хоть я раньше и не воевал с вампирами, но пропаганда сделала своё, и мне приходилось прикладывать усилия, чтобы не прибить Влада.

— Очень смешно, — недовольно поворчал вампир и исчез в тени.

— Я, кажется, сказал, что мы сами разберёмся со всём? — Вампир остался в тени, замерев на грани теневого перехода. Мне это не понравилось, и я создал плетение истинного света. Обычным магам оно даётся тяжело, так как это из раздела церковной магии. Но пусть и с большими потерями энергии, я умею его использовать.

— Больно! — ругнулся Влад, став вновь материальным, после чего покинул повозку.

— Как защита повозки реагирует на нейтральные энерголинии малой насыщенности? — решил уточнить я у артефактора, прежде чем поставить дополнительно свою защиту.

— Если на расстоянии пяди, то реакции быть не должно, — заинтересовавшись, произнёс Степан.

— Отлично, а то я не люблю сидеть без своей защиты, — сказал я и создал универсальную защиту третьего круга. Она без проблем могла удержать большую часть магических и физических атак некоторое время. Главное, чтобы не применяли высшую магию — увы, но против высшей магии надо защиту в десятки, если не сотни раз мощнее. Минус также в её прожорливости. Моего немаленького, по местным меркам, резерва хватит максимум на пару суток работы в режиме ожидания и на десяток минут в активном режиме.

— Ничего себе. — Степан аж присвистнул, когда осознал сложность защиты. — Жаль, мне такое не повторить, — произнёс он, расстроившись. — Мой потолок — мастер лет через пятьдесят, если не сдохну на очередной ненужной войне.

— Не расстраивайся, у тебя всё впереди, — сказал я, решив немного приободрить его. — Показывай ядра и что вы на них наносите.

— Стандартная вязь разрыва ядро на тысячу осколков делит, а те под действием порохового заряда косят пехоту.

Рунная вязь оказалась довольно простой и состоящей всего из пяти десятков рун. Наносилась при помощи специального стержня серебряной краской на поверхность ядра, после чего сверху покрывалась специальной краской для закрепления эффекта. Степан на одно ядро тратил не больше получаса, увеличивая его смертоносность раз в десять. Из-за договора с церковью маги ограниченны в том, что могут применять в армии. Этот вариант рунной вязи хорош тем, что при его использовании всё можно списать на новую конструкцию ядра или новый состав пороха. Кстати, была ещё одна рунная вязь, но ею занимались при развесовке пороховых зарядов и накладывали на упаковку пороха. Насколько я смог понять, эта вязь защищала порох от прямого воздействия магией.

К моему удивлению, вязь оказалась весьма эффективна. Чтобы моё щупальце, сформированное из ауры, смогло проникнуть внутрь, мне пришлось приложить усилия, равные примерно огненному шару — никто не будет тратить столько силы на подрыв одного заряда. Вчера я хотел использовать что-то эффектное для зачарования ядер, но после утреннего разговора с князем решил всё же использовать не столь эффектное. Думаю, возникновение тумана, растворяющего плоть и двигающегося против ветра слишком явной магией, как и воздушные иглы, разлетающиеся от ядра. А потому я решил ограничиться аналогом рунной вязи, которую используют местные маги. Только, естественно, зачаровывал напрямую. Вместо получаса, который тратил Степан на одно ядро, я справлялся за полминуты. Поэтому не удивительно, что всю сотню, которую он же ночью и стирал от рунной вязи, я смог создать за час.

— И надо всё стирать? — спросил я у Степана.

— Вы знаете? Хотя чего я спрашиваю, вы ведь магистр. — Словно это всё объясняло. — Мне приказали — я сделал. Я ведь из мастеровых и не мне спорить с родовитыми.

— Раз мы закончили раньше времени, может, расскажешь, как бои магов у вас тут проходят, а то в последний раз в боях я участвовал ещё при Карле. Когда проснулся, весьма был удивлён произошедшими изменениями. Моей родины нет, разорвана на части в три этапа.

Из Степана рассказчик так себе. Он во время боёв должен сидеть в тылу, и если необходимо, подпитывать защиту штаба. Да, когда Константин рассказывал о том, что они защиту не применяют, лукавил. Да, войска никто не защищает, но вот штаб окружается защитой, способной отклонить ядра и пули с осколками в стороны. Именно там должен находиться князь во время боя и оттуда отдавать приказы. Но Константин предпочитал сам лично участвовать в боях. Молодость в заднице у него играла — ему лишь пару месяцев назад исполнилось двадцать шесть лет. Вампир же в роли его телохранителя и прикрывал князя во время его участия в боях. Послушав Степана, моё первое мнение о князе как о серьёзном человеке довольно сильно пошатнулось. Да, в магических делах он разбирается неплохо, но к войскам под своим командованием относится как к игрушке, которую ему подарили. Шесть лет назад участвовал в Итальянском и Швейцарском походах. Был всё время на передовой, формально воодушевляя солдат на подвиги, а по факту из-за него погибло множество солдат. Ему-то что? Он — маг и с вампиром в виде телохранителя. А вот солдаты, видя его, так же рисковали и зачастую погибали. Но самое удивительное в том, что, по словам Степана, князь ещё и награды тогда получил за свою храбрость. Сейчас же и вовсе после смерти предыдущего императора, его отца, он стал наследником престола после своего старшего брата. И при этом продолжает рисковать собой и лезть на передовую. Вот тут я и впал в ступор. Как оказалось, я общался со вторым лицом в государстве, а он ведёт себя как, даже не знаю, как описать. Охрана и вовсе откровенно слабая для такого лица. Но, честно говоря, то, что он ко мне уважительно отнёсся, грело моё самодовольство. Одно дело просто родственник императора и другое — наследник престола.

В разговорах со Степаном, простимулированных небольшим ментальным посылом, мы провели несколько часов, и я даже не сразу заметил, что, оказывается, уже движемся. А дошло до меня это, когда нам принесли обед. На обед подали довольно большие порции походной каши с мясом и какими-то овощами. В качестве выпивки принесли горячий чай и бутылку вина. Вот этого я уже не мог понять: зачем пить алкоголь во время военного похода? Он ведь туманит сознание. А если маг не умеет выводить яды из организма, то такой маг вообще становится опасным для окружающих и самого себя.

— Я ведь не просто так всё рассказывал? — после обеда спросил у меня Степан, испугавшись того, что рассказал очень много и не самого благоприятного о своём начальнике.

— Не просто. Но можешь не переживать, я никому ничего не скажу, — произнёс я. — А почему я это сделал? Я должен знать, с кем меня свела судьба. И, скажу откровенно, твой рассказ многое прояснил мне.

— Спасибо, — немного успокоился Степан, но всё равно сильно переживал из-за своей разговорчивости. Из-за этого он стал немного нервным.

Больше я воздействовать на него не захотел, так что после обеда снял защиту вокруг повозки и покинул её, чтобы просто прогуляться. Скорость движения колонны, мягко говоря, никакая. По прогнозам, которые дал мне отец Илия, уже двадцатого ноября должна состояться битва. Оставалось всего два дня и лишь завтра после обеда этот гвардейский полк прибудет к основным войскам третьей коалиции. Зная о запланированной ловушке, я понимал, что большая часть людей, которых сейчас вижу перед собой, скорее всего, погибнет или будет взята в плен. Но, откровенно говоря, я не сильно переживал по этому поводу. И тут, как бы я ни хотел признавать, виновато эльфийское воспитание. Хоть и стараюсь относиться к людям как к равным, но на уровне подсознания всё равно воспринимаю их как разумных животных. Чтобы от этого избавиться, придётся после возвращения глубоко покопаться в своём собственном сознании, а сейчас мне приходится напоминать себе, что именно люди — вершина пищевой цепочки в этом мире.

Из рассказов Лешего я знал, что люди — основная сила, которая выгнала древних эльфов из этого мира. Остальные, конечно, тоже участвовали, но именно людей было больше всего. Уже из своих наблюдений за людьми я могу сказать, что они хоть один человек против эльфа ничего не стоит, но вместе сила. Тут ещё действует и сила больших чисел — среди большего числа разумных рождается больше гениальных. А люди благодаря особенностям своей физиологии размножаются весьма быстро.

— Скучаете? — подошёл ко мне вампир. Скорее всего, его приставили за мной следить.

— Да, — ответил я честно.

— Как насчет поединка? Я против магистров никогда не сражался.

— Для начала попробуй вырваться сейчас, — произнёс я и просто схватил вампира телекинезом, а чтобы он не перешёл в теневую форму, использовал модификацию, позволяющую удерживать и энергетические нематериальные объекты. Именно такой телекинез я использую для удержания душ. Вампир оказался силён — мне с трудом удавалось удерживать его на месте и не демонстрировать своё напряжение. Спустя несколько попыток перейти в теневую форму, он остановился и перестал вырываться.

— Я сдаюсь, — сказал вампир. Судя по эмоциям, проскочившим по ментальной сфере, он испуган, но виду старался не показывать. — Видимо, мне ещё рано против магистра выходить.

— Разве что внезапно.

— Не буду рисковать. Я никогда не чувствовал себя так беспомощно.

— Ну и правильно. Ты мне лучше скажи, чего-то это наследник престола на передовую постоянно лезет?

— Вот почему ночью не спали — материал собирали. Тут я ничего сделать не могу. Уже много раз просил Константина не лезть в самое пекло, но он почему-то считает, что должен своим примером показывать, как надо воевать.

— Он должен быть в штабе и управлять войсками, а не скакать по передовой, — откровенно сказал я.

— Знаю. Знает и он, но… — Вампир развёл руками по сторонам. — Давайте лучше о другом. Откуда вы?

— Из целительного сна, — произнёс я. Как Леший и говорил, вампир сразу отстал, после этого додумывая себе остальное.

Ближе к закату полк сделал новую остановку. Отправившиеся вперед ещё до рассвета повара приготовили для уставших гвардейцев еду и спальные места в палатках. После ужина все отправились спать. Я же, убедившись, что лагерь встал на ночёвку, покинул всех и в стороне открыл портал к генератору маны. Уже через секунду мне пришлось уворачиваться от мощного проклятия, но оказалось, это бесполезно — оно с самонаведением, а потому я принял единственное верное решение и ударил по нему концентрированным истинным светом.

— Слабак он, старый, — услышал я молодой женский голос. — И это он должен спасти наш мир? Да я скорее в то, что Кощей одумается и женится на мне, поверю.

— Яга, ты совсем обнаглела? — услышал я голос Лешего и только после этого смог увидеть обоих обладателей голосов. Это Леший и девушка лет двадцати сногсшибательной красоты. У меня аж дыхание перехватило. Но стоило на неё посмотреть «Магическим зрением», как всё вожделение как водой смыло — передо мной архимаг-малефик.

— О, ты смотри, смог пробиться через мой шарм, — удивилась девушка. — Может быть, в нём что-то и есть.

— Кхм, — прочистил я горло, которое у меня перехватило от осознания силы этой с виду хрупкой девушки. — Леший, это та, за которой ты уходил?

— Что значит та? Я есть Яга, — сказала девушка. — Ты что, ему не сказал, что идёшь ко мне в гости? — угрожающе проговорила она и начала наступать на Лешего. Тот же что-то залепетал в своё оправдание на неизвестном языке. — Ладно, но меньше чем двадцать фунтов меня не устроит, — ответила она Лешему и посмотрела на меня. — Да, не тянешь ты на тех перворождённых, даже на личинку не тянешь. Что же это вы так измельчали? Или ещё на кого нарвались?

— Я не знаю, о чём вы говорите, — произнёс я уважительно. Таким магам, особенно малефикам, лучше не грубить.

— О, даже на «вы» обращаешься, — сказала она недовольно. — Ну что ты, малыш, зачем так официально? Называй меня просто Яга. Не бойся меня, я не буду тебя есть, несмотря на то, что такие слухи обо мне ходят, — усмехнулась девушка.

— Привет, Яга, — неуверенно произнёс я.

— Так действительно лучше, — улыбнулась она. — Меня так уже тысячи три лет как не называют. Этот старый идиот кроме как по прозвищу и не назовёт. Карга да Карга. Идём, познакомишь меня со своими владениями. А потом расскажешь о своих планах, — сказала она и, обняв меня, прокляла нас обоих, отчего само пространство словно спешило от нас избавиться. Из-за этого мы в мгновение ока оказались возле моего дома.

— Учитель, вы верну... лись. — Первое слово Катя сказала радостно, пока не заметила обнимающую меня Ягу.

— А кто это юное создание, малыш, неужели твоя ученица? А не рано тебе брать ещё учеников? — слегка издевательски сказала она.

— Учитель, кто эта дрянь? И что она позволяет? — рассердилась Катя.

— О, да тут не просто так, — радостно захлопала в ладошки Яга. — Не боись, девочка, мелковат он для меня. Во всём мире есть только один, с кем я бы не против пошалить.

— Вот, двадцать фунтов лучшей халвы из личных запасов султана, — произнёс запыхавшийся Леший.

— Отлично, — сказала Яга и в одно мгновение халва исчезла в неизвестном направлении. — А тут симпатичненько. Эта полянка так и просится под мой дом, — прошла она на нашу тренировочную полянку.

— Леший, ты кого привёл? — возмущённо протелепатировал я Лешему.

— Я всё слышу! — услышали мы крик, от которого и я, и Леший вздрогнули.

— Всё хорошо, она себя ещё хорошо ведёт. Ты бы видел, что она делала в прошлый раз, когда решила в люди выбраться. Голод на три года во всех землях Московского Царства — это её месть за то, что царь собирался сжечь её на костре.

В следующий момент я почувствовал, как проклятие, которое создавала Яга, стало набирать ману как насос из воздуха, параллельно и сама ведьма накачивала его маной. Через ещё одно мгновение из ниоткуда появился дом на птичьих лапах на нашей тренировочной поляне. После команды ведьмы дом встал в центр поляны и опустился вниз, спрятавшись в нише на дне дома.

— Мальчики, я отдыхать. Моя избушка много сил требует для переноса, — сказала Яга и поднялась на крыльцо своего дома, после чего осмотрела по-хозяйски округу и с улыбкой зашла в дом.

— Я, конечно, понимаю, что архимаг в хозяйстве полезен. Но она? — спросил я у Лешего.

— Зато теперь, кто бы против нас не пошёл, никто не дойдёт сюда, — произнёс Леший. — Я сотню раз думал о том, стоит ли приглашать её сюда, но она — это сила. С ней считаются целые государства, хоть и не признают её существование официально.

Вместо отдыха, на который я рассчитывал, дома мне пришлось расспрашивать Лешего о нашей новой гостье. Оказалось, она — настоящая страшилка для местных, про неё сложилось огромное количество легенд и страшных сказок. В реальности же она оказалась последней гиперборейкой. Её в своё время во время битвы с эльфами прокляли вечной жизнью. И после этого она стала бессмертной. Вначале это только помогало в боях, ведь стоит ей умереть и через пару суток она очнётся в месте, где её прокляли. Даже уничтожение тела никак не поможет. Благодаря своей особенности она стала лучшим диверсантом на службе империи гипербореев, ведь могла пожертвовать собой, причём неоднократно. К концу войны с древними эльфами она умерла не одну тысячу раз. Тогда Яга ещё была не архимагом, так, слабенькая ведьма. Но благодаря бессмертию она сыграла довольно важную роль в выдворении эльфов. Потом магия стала уходить из этого мира. Гипербореи, чья цивилизация построена именно на магии, не смогли этого пережить, будучи ослабленными войной, и распались на множество мелких государств, которые позже ассимилировались среди обычных людей.

А вот Яга пережила всех. Уже после первых пяти сотен лет она пыталась найти способ умереть, но, несмотря на очень глубокие познания в убиении разумных, ей так и не удалось избавиться от проклятия. Неудивительно, что характер Яги стал столь отвратительным, что её начали помнить не как героя войны, а как старую ведьму бабу Ягу по прозвищу Карга. С возрастом, кстати, люди не ошибались. А дальше началась жизнь бессмертного существа с психологией короткоживущего. Лишь к приходу Саваофа она успокоилась и начала вновь общаться с редкими выжившими соратниками в войне против эльфов. Новая война против Бога, пришедшего захватить мир, была попыткой умереть от божественных сил. Тогда была надежда, что божественные силы смогут побороть проклятие, но как бы не так. А после и вовсе ангелы узнали про место её возрождения. Следующие двести лет Яга провела пытаемая ангелами. Стоило ей умереть, как она оживала, и сразу пытки начались вновь. Спасли её тогда Леший и Кощей. Вот в последнего она влюбилась и теперь пыталась на себе женить его. Но Кощей считал, что, будучи личом, не заслуживает такого счастья и сбегал от неё постоянно. Сейчас же Яга живёт по принципу «нагадить и посмотреть, что из этого получится». Но за своих — а свои это Леший и Кощей — готова на всё. Вот и зная это, Леший попросил её переселиться на мои земли, чтобы никто не посмел лезть к нам. В чём-то большем она очень маловероятно, что будет помогать. Но даже просто факт её проживания на моих землях отпугнёт магическое сообщество от посягательств на эти земли. Вот только мне не понравилось, как по-хозяйски она тут всё осматривала. Придётся с этим мириться. Сомневаюсь, что я смогу сделать хоть что-то против архимага-малефика.

— Ведьма-архимаг — это сильно, — произнёс я.

— Очень редкое сочетание. Ведьмы, они по природе слабые, но возраст позволил и такому случиться, — сказал понимающе Леший.

— Катя, хватит уши греть. Подходи и садись, — создавал я для неё кресло.

— Я не подслушивала, — сказала Катя, смутившись.

— Да ладно тебе, — махнул я рукой. — Леший, сможешь помочь в войне?

— Извини, не хочу лезть на рожон. Я сейчас не так силён, как раньше. Я бы и тебе рекомендовал не возвращаться. Ну умрёт этот Густав. И что такого?

— Знаешь, я сейчас не столько ради Густава стараюсь, как ради князя. Ты ведь должен понимать, что должный лично жизнь наследник престола это… — Тут я не смог подобрать слово.

— Как бы это боком не вылезло. Но пробуй. Это твоя жизнь и тебе совершать свои ошибки.

— Значит, ты считаешь ошибкой моё участие в битве? — уточнил я у него.

— Да, но уже поздно. Ты уже засветился и перед самой верхушкой. В любом случае о тебе теперь знают на самом верху.

— Слушай, я тут подумал, что моя легенда может посыпаться, если за неё возьмутся всерьёз.

— Только сейчас понял, — хмыкнул старик. — А я думал, когда до тебя это дойдёт. Но не переживай, старый добрый дух местности позаботился обо всём. Прежде чем вернуться, я предложил Яге прогуляться в Киеве и Чернобыле. Можешь спать спокойно, ты теперь настоящий Мирон Вальчицкий, глава польской ветви Вальчицких, рождённый по современному календарю в тысячу шестьсот сорок втором году. Завтра я иду на прогулку с Ягой в Варшаву — и твоя легализация будет завершена.

— Спасибо, — искренне произнёс я. Всё-таки мало подготовлен к такой жизни. Я больше лабораторный червь и многое упускаю из своего внимания. Мне очень повезло, что познакомился с Лешим в своё время, хоть он и дух изначально, но старый дух, отчего опытный очень.

— Хэ-хэ, — по старчески закряхтел старый дух местности. Видно, ему приятно слышать такие слова. — Что бы ты делал, сопля зелёная, без старика.

— Это уже слишком, — возмутился я.

— Иди уже поспи пару часов. А с тобой, думаю, надо поговорить на тему, что можно говорить Яге, а что — нельзя. Думаю, ты не хочешь проснуться с прыщами по всему телу? — обратился он к Кате.

— Нет, — испуганно сказала моя ученица.

— Тогда слушай простые и понятные правила. И другим передашь их, — произнёс Леший.

Рассказ Лешего я слушать не стал и отправился спать. Сон мне действительно сейчас нужен.

Проснувшись на рассвете, в гостиной на столе увидел готовый завтрак. Судя по тому, что он состоял из десятка полностью неизвестных блюд, его готовила явно не Катя. Просканировав еду, я удивился тому, что оказалось, еда полна зелий. Зелий с положительным эффектом. Каждый эффект незначителен, но если съесть всё, то я стану немного быстрее, сильнее, крепче, умнее. Это восхитительная еда.

— Чего стоишь, вояка недоделанный? — услышал я знакомый голос Яги и увидел её, сидящую за столом. Мгновение назад её не было, и вот она за столом.

— Спасибо за завтрак, — произнёс я и сел, не видя смысла ругаться с ней. Еда и на вкус восхитительна.

— Ты чего девчонок обижаешь? — спросила внезапно у меня Яга. — О, да ты и понятия об этом не имеешь. Ну, типичный мужлан, — констатировала она. — Ладно, сами разберётесь. Ты мне лучше скажи, можешь снять проклятие? Ты ведь эльф как тот, кто меня проклял. Не делай вид, что не знаешь о нём. Старый не мог не рассказать о том, кто я такая.

— Я не вижу проклятия на вас, — произнёс я, всматриваясь в её ауру.

— Не сильно-то и надеялась на недоучку, — сказала расстроенно Яга. — Хорошо, теперь по поводу моего пребывания тут. Это твой дом, и ты тут хозяин. Я даже буду тебе помогать, иногда. Но помни: если ты пойдёшь против мира, то я вспомню всё, чему научилась за свою долгую жизнь.

— Я не настолько сумасшедший, чтобы идти против целого мира. — Должен признать, её угрозы не просто слова, и они немного напрягали. Хорошо, что я не собирался идти против мира.

— Ну мало ли, кто вас, умалишённых перворождённых, знает. — Видно, что она эльфов также не любит. — Значит, ты отправляешься на войну, — сказала Яга. — Если хочешь, я могу дать тебе свою ступу. В ней ты можешь ничего не бояться. Да ещё и летает.

— Спасибо, но непроверенными артефактами не пользуюсь.

— Правильно. Тогда, пожалуй, стоит проклясть, — начала она говорить. Я только собрался возмутиться, но понял, что уже поздно.

— Что оно делает? — спросил я у Карги, рассматривая проклятие, которое начало разрастаться по всей ауре.

— Получишь смертельную рану — тебя перенесёт ко мне в избушку, вытянет из-под любой защиты. Одноразовое проклятье. Гордись, ты всего четвёртый, на ком я его использую. Пока ты в солдатиков играешь, я возьму твоих учениц на себя. Им пора узнать что-то из женской магии, а то дожили до таких лет и ничего не умеют.

— Наверное, спасибо, — произнёс я уже пустому месту. Вот честно, чувствовать себя дома не хозяином, а гостем, неприятно. Несмотря на её слова, я именно гостем и чувствовал себя в присутствии Яги.

Сразу после завтрака ко мне пришёл Леший и пожелал удачи. У него же сегодня в планах посещение Варшавы вместе с Ягой. Даже интересно, что на подобных гостей скажет отец Илия. Одно дело я, а другое — могущественный дух местности, который отвязал себя от местности, и архимаг-малефик. Хотя, скорее всего, никто и не заметит таких гостей города. Думаю, если они захотят, то могут стать невидимыми для всех.

Сразу после возвращения в собирающийся выступать в дорогу лагерь гвардейского полка Великого князя, ко мне явился фельдфебель. Как оказалось, его приставили в качестве адъютанта и мальчика на побегушках. Обычного рядового постеснялись — всё-таки я целый магистр — вот и прислали хозяйственника одной из рот. Он не рад такому назначению, так как посчитал, что придётся прислуживать очередному высокородному уроду, как большинство гвардейцев, но я его удивил и отправил заниматься своими делами, сказав, что если надо, найду его.

— К полудню мы встретимся с основной армией и будем занимать места, — недовольно произнёс вампир, когда колонны уже тронулись в дорогу.

— Тебе что-то не нравится? — спросил я у него.

— К нам курьер прибыл с этим планом. Командующий битвой фельдмаршал Вейротер пустозвон, но пустозвон красногололосый. Ни я, ни Костя не смогли переубедить Александра действовать по старым планам. Этот генералишка утверждает, что французы

испугались. Ты представь, только французы испугались, нас оставляют в резерве в самом стратегически удобном месте для атаки. Тут я мало что мог сказать и просто выслушал жалобы вампира на австрийского генерала.

Ближе к обеду мы действительно добрались до места, и вот тут я решил особо не отсвечивать и накинул на себя отвод глаз. Погода, несмотря на полдень, отвратительная: слегка подтаявший выпавший ночью снег превратил всё в грязевое болото. Хотелось просто плюнуть и вернуться домой, но я всё же решил придерживаться своего плана. Однако и сидеть на одном месте скучно, а потому, усилив отвод глаз и создав иллюзию того, что я невидимый, отправился прогуляться к французам, стоящим не так уж и далеко от позиций объединённой армии Австрии и России. И каково же было моё удивление, когда я практически сразу наткнулся на проводимый митинг. На возвышенности стоял окружённый своей армией невысокий человек и громко рассказывал что-то толпе. В «Магическом зрении» этот человек весь увешан артефактами, особенно много их в его непривычной для меня треугольной шляпе. Мне даже стало интересно, о чём он вещает.

— ... разбили при Голлабрунне и которые вы с тех пор преследовали постоянно до этого места. Позиции, которые мы занимаем, — могущественны, и пока они будут идти, чтоб обойти меня справа, выставят мне фланг! Солдаты! Я сам буду руководить вашими батальонами. Я буду держаться далеко от огня, если вы с вашей обычной храбростью внесёте в ряды неприятельские беспорядок и смятение. — Тут этот человек сделал паузу и осмотрел внимательно слушающих его людей. — Но если победа будет хоть на одну минуту сомнительна, вы увидите вашего императора, подвергающегося первым ударам неприятеля, потому что не может быть колебания в победе, особенно в тот день, в который идёт речь о чести французской пехоты, которая так необходима для чести своей нации. — Вот теперь мне стало понятно, что именно этот человек тот самый император Франции Наполеоном. Но на этом французский император не остановился и продолжил свою речь: — Под предлогом увода раненых не расстраивать ряды! Каждый да будет вполне проникнут мыслию, что надо победить этих наёмников Англии, воодушевлённых такою ненавистью против нашей нации. Эта победа окончит наш поход, и мы можем возвратиться на зимние квартиры, где застанут нас новые французские войска, которые формируются во Франции; и тогда мир, который я заключу, будет достоин моего народа, вас и меня.

Наполеон оказался очень хорошим оратором и сам по себе, но в его шляпе установлены артефакты ментального направления. Как именно они работают с такого расстояния, определить невозможно, но слабое поле, окутывающее тысячи человек, исходило как раз таки из шляпы императора. Должен признать, в отличие от наследника трона Российской империи французский император меня впечатлил. Он выглядел именно тем, кем должен быть правитель.

Приближаться к Наполеону я не стал — уверен, вокруг него есть маги и другие телохранители — а потому и держал большое расстояние до него. Скорее всего, где-то там и Густав, но лезть и искать его я не стал. Войска французов в отличие от русских сильно дисциплинированы. Не знаю, норма это или нет, но в целом всё это весьма приятно смотрелось на фоне русских и австрийцев.

Чтобы не рисковать попасться, ещё немного побродив среди французских солдат, я вернулся обратно к месту базирования войск гвардейского полка Константина. Долго в одиночестве посидеть мне не удалось, и вскоре меня пригласили на ужин в замке, недалеко от места базирования войск. Меня как магистра на ужин пригласил ещё один магистр, только австрийский князь Лихтенштейн. Он — генерал и командующий немалого числа солдат. Но он прекрасно понимал свои навыки в военном деле и передал управление Багратиону, оставив себя только в виде формального командира.

— Давно не встречал новых в нашей братии. Давно достигли уровня магистра? — После того как первый голод был утолён, князь Лихтенштейн начал допрос, замаскированный под беседу.

— При Карле ещё, но пришлось в сон целительный ложиться. Недавно очнулся только.

— Карл та ещё скотина был, — произнёс князь, а я понял, что наткнулся на ещё одного долгожителя и, походу, свидетеля тех событий. — Хорошо, что я родился, когда он уже сдох. — Тут я незаметно облегчённо выдохнул. — Отец руку потерял от шамана шведского, и отрастить ни один целитель не смог. — Хоть и не настолько долгожитель, но под сотню ему будет.

В целом суть всей беседы за ужином свелась к тому, чтобы узнать, кто я и откуда взялся. Также князь пытался выяснить, что умею и не являюсь ли французским магом. Всё это было замаскировано под беседу о грядущем бое и уровне моего участия в нём. Сам князь из-за соглашения с французскими магистрами мог участвовать в бою как обычный полководец или солдат, но не как магистр. Я же не договаривался с французами, и он пытался меня склонить к тому, чтобы я поучаствовал активно в боях на стороне коалиции.

В этот раз мне после ужина предоставили даже нормальную спальню в этом же замке. Хозяин замка, мелкий дворянин, пытался всем угодить — и мне, и князю. Я даже не стал запоминать его имя и фамилию. Спать не собирался, но вот просто отдохнуть и помедитировать — вполне.

Стоило слугам покинуть покои, как я забрался на кровать. Удобно сев, погрузился в лёгкую медитацию. В три утра подъём. Необходимо набраться сил к завтрашнему дню.



Глава 14.


В пять часов утра было ещё совсем темно, и мороз неприятно кусал за щёки. Не понимаю, как люди могут жить и радоваться такой погоде. Вон в штабе радуются, что ночью мороз и не придётся идти по грязи. Как по мне, лучше по грязи, но в тепле. Можно было бы использовать согревающее заклинание, но я засел недалеко от штаба третьей коалиции, и любая дополнительная магия могла выдать меня, ведь там сейчас находились маги, в том числе и князь Лихтенштейн. Сейчас шёл спор с Вейротером, но судя по тому, как он себя вёл, мнение остальных военных не собирался брать в счёт. Мне вообще не понятно, как так австрийский генерал, командующий лишь двадцатью пятью тысячами человек, указывает русским генералам, под командованием которых больше шестидесяти тысяч человек. Видимо, я что-то не понимал. Главное сейчас для меня — проследить за Великим князем Константином, чтобы в самый ответственный момент спасти его жизнь. Иметь в должниках целого наследника престола очень хорошая идея.

Наконец-то спустя десять минут все начали расходиться по своим боевым позициям. Я же незаметно направился следом за Константином в центр расположения войск. Войска центра, резервов и правый фланг под командованием Багратиона стояли ещё неподвижно, но на левом фланге располагались колонны пехоты, кавалерии и артиллерии, которые должны первыми спуститься с высот, чтобы атаковать французский правый фланг и отбросить его по диспозиции в Богемские горы, уже зашевелились и начали подниматься со своих ночлегов.

Благодаря своей повышенной магической чувствительности я мог почувствовать десятки магических плетений, которые применяли маги третьей коалиции. В основном это физическое усиление вместе с увеличением регенерации. Но были и более серьёзные плетения. Так, на некоторых гвардейцев Константина маги накладывали целый комплекс магической защиты. Визуально ничего увидеть нельзя, но вот в «Магическом зрении» эти гвардейцы светились неслабо. От нечего делать я попытался разобрать структуру плетения. Оказалось, это что-то из раздела телекинетических щитов. При приближении быстро летящих предметов они должны для них менять траектории так, чтобы эти предметы не попали в человека. Простенький, но эффективный щит в местных условиях.

Константин вместе с Владом удалился в свою палатку для какого-то разговора. Мне это не сильно интересно, и я, оставив метки на палатке, чтобы узнать, когда её покинут, отправился прогуляться по лагерю уже просто под сильным отводом глаз.

Дым от костров, в которые бросали всё лишнее, ел глаза. Вонь от солдат и туалетов, которые они организовали недалеко, заставила использовать магический фильтр воздуха. Но главное — холодно. Кажется, я начинаю ненавидеть холод.

Поскольку больше мне не требовалось наблюдать за высшим командованием, я создал согревающее заклинание и едва не заурчал от удовольствия. Проходя недалеко от офицерской столовой, заметил, что офицеры также не страдали от холода. Над столами, за которыми офицеры торопливо пили чай и завтракали, поднят слабенький согревающий полог. Солдаты невдалеке пережёвывали сухари в холоде. Они отбивали ногами дробь, пытаясь согреться, и стекались к кострам, бросая в дрова остатки балаганов, стулья, столы, колёса, кадушки — всё лишнее, что нельзя увезти с собою.

Вскоре начали появляться австрийские колонновожатые. Они сновали между русскими войсками и служили