Записки современника (fb2)


Настройки текста:





ЗАПИСКИ

СОВРЕМЕННИКА

ЛИТЕРАТУРНЫЕ ПАМЯТНИКИ

3АПИСКИ СОВРЕМЕННИКА
РЕДАКЦИЯ, СТАТЬИ И КОММЕНТАРИИ Б. М. ЭЙХЕНБАУМА

ИЗДАТЕЛЬСТВО АКАДЕМИИ НАУК СССР

МОСКВА ЛЕНИНГРАД

РЕДАКЦИОННАЯ КОМИССИЯ СЕРИИ «ЛИТЕРАТУРНЫЕ ПАМЯТНИКИ»

Серия основана академиком С. И. Вавиловым

Академик В.П. ВОЛГИН (председатель), академик В.В. Виноградов, член-корреспондент АН СССР Н.И. КОНРАД (зам. председателя), член-корреспондент АН СССР С.Д. СКАЗКИН, академик М.Н. Тихомиров, член-корреспондент АН СССР Д. Д. БЛАГОЙ, член-корреспондент АН СССР Д.С. ЛИХАЧЕВ, профессор И.И. Анисимов, профессор С.Л. Утченко

Ответственный редактор Б. В. ТОМАШЕВСКИЙ

ОТ ИЗДАТЕЛЯ1

«Записки современника» остались после покойного князя Степана Степановича Борятинского2 в письмах к нему близкого его родственника С. П. Ж<ихаре>ва, с которым, несмотря на разность в летах и на обстоятельства, их разлучавшие, он соединен был, сверх уз родства, искреннею и безусловною дружбою до самой своей кончины.

Князь Борятинский еще при жизни своей успел пересмотреть все эти письма и сделать им строгий разбор: из одних многое, по разным отношениям и уважениям, исключил, другие совсем уничтожил, остальные приведены им в периодический порядок двух «Дневников»: а) Студент а, с 1805 по 1807 год, и б) Чиновника, с 1807 по 1819 год, к которым объяснения и замечания сделаны прежде князем, а впоследствии самим С. П. Ж<ихаревы>м.

Эти «Дневники», кроме собственных приключений писавшего, заключают в себе живую панораму большей части тогдашних современных лиц и происшествий. Трудно настоящим образом судить о степени теперешней их занимательности, ибо самое занимательное в них большею частию уничтожено; но кажется, что и в настоящем виде они не лишены интереса, который, по мере продолжения «Записок», возрастает, точно так же как возрастает неопытный, откровенный и словоохотливый студент в наблюдательного и деятельного чиновника, познакомившегося короче с жизнью и ее превратностями.

СТЕПАН ПЕТРОВИЧ ЖИХАРЕВ

Литография работы неизвестного художника. (Гос. Публичная библиотека им. М. Е. Салтыкова-Щедрина). Воспроизводится впервые.

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

ДНЕВНИК СТУДЕНТА


Если нам так приятно встречать давно знакомых людей, то еще приятнее встретиться с самим собою в прежней мысли, в прежнем чувстве или в прежнем происшествии.

Дневник, 13 мая 1805 г.

1805-й год

2 января, понедельник.

Не беспокойся, любезный брат, я не перестану быть твоим неизменным Гриммом.1 Писать к тебе обратилось мне в привычку. Благодарю за присылку денег; теперь, вероятно, не одна красненькая запечатывается в пакет для подарка новому студенту. Звание мое не безделица и порадует моих домашних. Ожидаю непременно экстраординарной благостыни. Правду сказать, если б кто шесть месяцев назад вздумал предрекать мне, что в нынешний новый год я поеду поздравлять родных и знакомых моих в синем мундире с малиновым воротником и при шпаге, я бы принял это за обидную насмешку. Однако ж это сбылось. Конечно, прилежания, трудов и хлопот было немало, но что значило бы все это без помощи и содействия доброго моего Петра Ивановича?1 Он об успехах моих заботился более меня самого. Математика мне не очень далась; но на нее не обратили внимания, и Алексей Федорович2 — дай бог ему здоровья — сильно поддерживал меня.

Вчера ездил с поздравлением к графу Ивану Андреевичу,3 Ивану Петровичу Архарову, к тетке Вишневской, к брату Ивану Петровичу,4 к Аксеновым и к Кудрявцевым; разумеется, заезжал и к Лобковым — как хорошеет Арина Петровна! Нельзя довольно налюбоваться ею; что за глаза! И эту красавицу, к общей досаде нашей, мать зовет Орюшкою! Звали вечером танцовать; танцами распоряжать будет Йогель. Танцы не но моей части, но как не полюбоваться олицетворенною Терпсихорою !

Граф Иван Андреевич добивался, сколько мне лет и куда я намерен определиться в службу.1 Не хотел верить, что мне только 16 лет. Не советовал служить в архиве, но ехать прямо в Петербург и определиться в коллегию,2 сперва на черную работу; обещал дать к кому-то письмо; обласкал, однако ж не посадил. Старик чем-нибудь огорчен или угрюм по природе. Зато как обнимал меня Иван Петрович Архаров!3 Созвал все семейство смотреть на мой мундир и чего-чего не наговорил: называл милым, умницею, родным и проч. Заставлял насильно завтракать, приглашал обедать, хотел пить шампанское за мое здоровье — словом, я не знал куда деваться от его нежностей. Говорят, что он со всеми таков, и чем малозначительнее человек, тем больше старается обласкать его. Это мне растолковала тетка, которая, бог знает почему, называет эту приветливость кувырканьем; иначе я мог бы возмечтать о себе и бог знает что! Между тем я сегодня попал туда, куда бы и ездить не следовало. Кудрявцев, в великой заботе о моих знакомствах, возил меня к