Пожирающий душу (СИ) (fb2)


Настройки текста:



========== Глава 1. Начало превращения. ==========


Гарри мчался изо всех сил к озеру, но добежав до берега, он с ужасом увидел, как Сириус Блэк, его новоявленный крестный, который так хотел забрать его к себе, стоит на коленях и протяжно воет одно единственное слово «Нет». Он судорожно оглянулся - до боли знакомое леденящее чувство пронзило внутренности: к его дорогому крестному, окруженному дементорами, приближались все новые отвратительные существа. Гарри поднял палочку, отчаянно моргая, чтобы прояснить зрение. Его кошмар надвигался, но он не мог бросить своего единственного родного человека. Поэтому Гарри только затряс головой, слыша душераздирающий, но, тем не менее, такой знакомый крик матери.

«Я буду жить с моим крестным отцом, я уеду от Дурслей навсегда!» — пронеслось в его голове. Все его мысли сосредоточились на Сириусе, и он воскликнул:

— Экспекто патронум! Экспекто патронум!

Тело Блэка сотрясла судорога, он лежал бледный, как мертвец. «Все будет хорошо. Я уеду с ним, мы будем жить вместе», - уговаривал себя Гарри. Но кольцо смыкалось, дементоры были уже метрах в трех.

— Экспекто патронум! — надрывался Гарри, силясь перекричать нарастающий вопль в ушах. — Экспекто патронум!

Серебряная струйка вытекла из волшебной палочки и зависла в воздухе. Краем глаза Гарри увидел, что Сириус больше не двигается. Он остался один… Совершенно один…

— Экспекто… Экспекто патронум…

Ноги подогнулись, колени коснулись холодной травы. Перед глазами клубился туман. Страшным усилием воли он заставил себя вспомнить: Сириус невиновен… Невиновен… Все будет хорошо… Мы будем жить вместе…

— Экспекто патронум! — ему становилось трудно дышать.

В тусклом свете слабенького Патронуса он увидел остановившегося в двух шагах дементора. Серебристое облачко было для него непреодолимой преградой, но из—под черного плаща высунулась длинная, мерзкая, вся в язвах, рука; она пыталась отодвинуть Защитника.

— Стойте, стойте! — задыхаясь, кричал Гарри. — Он невиновен… Экспекто… Экспекто патронум!

Они следили за ним; их свистящее дыхание было подобно злобным вихрям. Ближайший дементор, казалось, размышлял что делать с Гарри. Потом поднял полусгнившие руки и откинул капюшон. Глаз не было, не было и глазниц. Вместо них — тонкая, серая, покрытая струпьями, кожа, а рот — зияющая воронка, всасывающая воздух со звуком, напоминающим предсмертный хрип.

Гарри оцепенел от ужаса, он был не в силах шелохнуться, вымолвить слово. Патронус было вспыхнул, но тут же угас. Все вокруг окутал туман, но борьбу прекращать нельзя.

— Экспекто патронум… — нет даже тонкой струйки. Послышался знакомый плач. — Экспекто патронум…

Туман сгустился. Гарри стал на ощупь искать Сириуса, нашел его руку… Они не заберут его!

Вдруг влажные, холодные пальцы обхватили шею Гарри. Он совсем близко почуял зловонное дыхание дементора… “Значит, они решили сначала избавиться от него…”, - пронеслось в голове. Крик матери вновь зазвучал в ушах. Ее голос, наверное, последнее, что он слышит в жизни…

Гарри закрыл глаза и сильнее сжал руку Сириуса. Пускай хотя бы последние мгновения они проведут вместе. Его руки и все тело холодело с каждой секундой. Гарри понимал, что это конец. В тишине прозвучал лишь шепот:

«Мама, папа, Сириус, я наконец-то встречусь с вами „там“ и проведу спокойную жизнь, о которой всегда мечтал. Встречусь с семьей… Наконец-то». Мальчик в последний раз вздохнул, боясь открыть глаза. Отвратный вид дементоров приводил его в еще больший ужас. Однако сколько бы он не ждал, долгожданная смерть так и не наступала. Гарри пересилил себя и приоткрыл глаза. То, что он увидел, повергло его в шок.

Он парил в воздухе рядом с дементорами и глядел на свое безжизненное тело, которое сжимало такую же бесчувственную руку Сириуса. Он оглянулся и понял, что шум, который окружал его, издавали сами монстры. Они разговаривали.

— Ну что, братцы, еще одна жертва жестоких отношений присоединилась к нам. Здравствуй брат, рады видеть тебя в нашем сплоченном коллективе. Теперь ты один из нас. Теперь ты носишь почетное звание “Пожирающий душу”.

— Нет, нет, нет, я не хочу, — заорал Гарри, — Верните все, как было!

Мальчик с ужасом смотрел на свое изменившееся тело, которое довольно быстро стало разлагаться.

— Ничего нельзя сделать. Ты достиг своей точки отчаяния. Ты молил о смерти, и вот — ты здесь , - ответил все тот же дементор

— Прошу вас, нет! Я жалею, я не хочу становиться таким же, как вы. Я не смогу убивать людей, не смогу питаться их душами, - Гарри уже был готов умолять этих жестоких созданий.

— Поздно, маленький человечек. Даже если ты вернешься в свое тело, ты навсегда останешься одним из нас. Ты уже никогда не будешь прежним.

Гарри Поттер услышал только среднюю часть из того, что хотел сказать дементор. Мальчик пригляделся и почему-то отметил, как тело Сириуса выгнулось, и, похоже, все еще сопротивлялось действиям дементоров. Он опять закричал:

— Верните душу Сириусу! Он не виновен! Верните ее!

— Маленький брат, душа твоего человечка еще в нем. Нам нужно пополнение. И таким образом, мы убеждаем только что умерших людишек, не начинать бессмысленную борьбу со своей сущностью.

Гарри после этих слов будто опомнился, и с силой, неизвестно откуда взявшейся, влетел в свое собственное мертвое тело. Мальчик снова открыл глаза и увидел, что он находится в своем теле. Однако стая дементоров так и не улетела. Она продолжала висеть над еле живым магом и своим братом, заключенным в тленную оболочку .

— Мы предупреждали тебя, брат. Ты умер. Ты больше никогда не вернешься к живым. Ты не сможешь жить как человек. Твоя душа уже переродилась в то, кем ты сейчас являешься. Твои страдания и горе, отсутствие счастья и радости позволили закончить превращение. Ты сможешь существовать как маг, однако твое тело уже не будет живым. Ты сможешь им управлять, оно сможет расти и развиваться, говорить и есть, держать палочку и колдовать, но ты никогда не сможешь завести потомство, брат. Твоя душа навеки наша. Хочешь ли ты такое существование?

— Я не знаю. Я уже ничего не понимаю. Правда ли все это? Не бред ли моего воспаленного разума? Да даже если это и так, я все равно хочу почувствовать себя еще хоть немного живым! Я буду жить внутри себя! Скажите, — уже успокоившись, продолжил Гарри, — то, что я дементор, как-то повлияет на мою жизнь?

— Твоя кровь будет холодна. Чтобы поддерживать свое тело теплом, надо много сил. Еда не будет тебя насыщать. Почти как оборотни, люди-звери, которые, так же как и ты, содержат две души в одном теле. Тебе нужно каждый месяц питаться тем, чем питаемся мы… Душами.

— Я все равно не отступлюсь. Я хочу снова жить. Мне все равно, что нужно для этого делать.

— Твое право, маленький брат. Мы сдержали свое обещание. Никто не выпил твоего взрослого мага. Ты можешь быть свободен, но помни, каким бы ты ни был, мы семья. Мы все когда-то давно были людьми, и пусть сейчас мы существуем темными подобиями их, мы остаемся здравомыслящими созданиями. И когда ты захочешь вернуться к нам, тебе стоит только пожелать этого.

И тут Гарри понял, что, будучи дементором, и находясь в своем теле, чувствовал себя очень комфортно. Он не мерз, не пугался, он просто сидел и слушал старшего в, наверное, семье, стае или клане дементоров. Остальные подчинялись ему, они просто молча смотрели на мальчика, и даже не предпринимали никакой попытки напасть на его крестного.

Гарри Поттер, мальчик-который-умер-но-снова-выжил, отклонился на песок, все еще сжимая руку крестного, и проводил взглядом улетающую вдаль черную стаю дементоров.

Юноша попытался встать или хоть как-то пошевелится, но с изумлением понял, что это дается не так уж и легко. Его тело слушалось с трудом. Оно не было пластичным и напоминало зомби, как в комиксах у Дадли. Гарри вновь попытался пошевелить рукой и только после того, как он послал ментальный отзыв в свое тело, у него получилось плавное движение. Вот тут-то юноша понял, что выжить, это не значит жить.


========== Глава 2. Испытание терпением. ==========


Кое-как разобравшись в устройстве своего теперешнего тела, Гарри подполз к берегу озера, которое постепенно оттаивало, и заглянул в свое отражение. Его тело выглядело слишком бледным и, наверняка, было слишком холодным.

Желая более внимательно разглядеть себя в воде, Гарри приблизился к ней и испуганно отстранился. Вода стала покрываться тонкой коркой льда. Замораживающее дыхание дементора разукрасило своими не живыми узорами все вокруг. А ведь совсем скоро должно наступить утро и, наверняка, Гермиона, Рон, профессор Люпин или профессор Снейп приведут сюда подмогу. Ему нужно как можно скорее освоиться со своим телом для того, чтобы никто не заметил его особенных изменений. Гарри подумал о том, что бы сказала его умная подруга в этот момент. В голове послышался уверенный, наставительный голос Гермионы: «Используй свою смерть. Сосредоточь внимание на связующем звене между тобой и твоей смертью, отбрось сожаления, печаль и тревогу. Сосредоточь внимание на том факте, что у тебя нет времени. И пусть действия твои текут соответственно. Пусть каждое из них станет твоей последней битвой на земле. Только в этом случае твоя жизнь будет обладать силой».

Мальчик поднялся на ноги и попытался пройтись. Ему удалось это, правда, не с первого раза. Так же Поттер старался проконтролировать свое кровоснабжение, считай, мертвого тела и научиться скрывать свой «дар». А вот не замораживать все подряд далось ему очень плохо. Он не мог ни до чего дотронуться, чтобы оно не покрылось изморозью.

Из ближайших кустов послышался шум. «Ну, все, — подумал Гарри, — пришла помощь». Юноша постарался лечь на песок, и после минутного отсутствия кого-либо, юный маг почувствовал своей внутренней силой, что на пляже, кроме бессознательного Сириуса, присутствует животное. Оно было некрупным, но таким теплым, и от него разлетались такие вкусные запахи, что Гарри не удержался и в момент ока оказался около бобра. Мальчик схватил зверька и, сам того не ведая, быстро поднес его ко рту. Зверек замер, а затем начал сильно верещать и вырываться, но Гарри было наплевать. Он, однако, будучи в относительной ясности ума не стал целовать дикого зверя, а вместо этого с силой открыл зверьку пасть и увидел, как из его тела вылетает белый сгусток. Душа маленького бобра проникла в тело Гарри, и он ощутил, как невидимая сила наполняет все его тело. Ему стало значительно теплее, и двигался он теперь почти как самый живой человек. На всякий случай Гарри вновь дотронулся до озера и почувствовал воду.

Не желая растрачивать только что полученные силы, юноша лег рядом с Сириусом, взял в руку палочку и принял убедительную позу. Полежав там не слишком долгое время, он буквально почувствовал, что сюда врывается чей-то Патронус, похожий на четвероногое животное. Сгусток счастливейших эмоций, сделав пару кругов вокруг их тел, отправился обратно. Гарри очень обрадовался, что светлейший защитник не смог причинить ему вреда. Мальчик продолжал лежать и думать: “Почему же он так относительно легко принял новую истину? Почему, выпив беззащитное животное, он не испытал ужаса и отвращения, а только наслаждение и тепло?”

Додумать до конца он не смог. Юноша почувствовал, как чьи-то чары подхватили его и понесли в сторону замка, полного белых вкусных комочков незамутненного счастья.

Гарри старался не шевелиться и пробовал узнать, кто же его несет. Этим «кем-то» оказалась мадам Помфри. Пожилая медиведьма была приведена сюда самим Дамблдором. Оказывается, Гермиона, как одна из самых дееспособных людей на той поляне, побежала в замок. Она тут же наткнулась в коридоре на Филча и потребовала увидеть директора. Объяснив все ему, девочка кинулась было на помощь, но была остановлена. Вместо того чтобы бежать на поляну, ее направили в медпункт.

Мадам Помфри всегда была рада посетителям, но то, что она узнала, повергло ее в шок. Это вам не перелом после падения с метлы, это — беглый преступник, оборотень, дементоры и ученики в комплекте. Напоив ученицу успокоительным, старая лекарша тут же бросилась к месту преступления. Встретив по дороге директора, она помогла донести в больничное крыло раненного мальчика Рона Уизли и профессора зельеварения Северуса Снейпа, который просто-напросто был оглушен. Однако это оказалось еще не все. Только после того, как Северус очнулся, они узнали, что не нашли еще одного или, точнее, двух действующих персонажей. Знаменитого Гарри Поттера и не менее теперь знаменитого беглого преступника Сириуса Блэка.

Спасательная экспедиция не могла обратиться к мисс Грейнджер, так как утомленная девочка буквально с ног валилась и уже как полчаса спала в больничном крыле. Северус Снейп попытался задействовать Патронуса-защитника, чтобы найти Гарри Поттера. И только по прошествии нервного часа, серебристая лань привела их к отдаленному берегу озера. Учителя были в ужасе, когда увидели, что семьдесят процентов поверхности покрыто изморозью, а значит, произошло самое страшное. Однако дементоров было не видно, и преподаватели предположили, что именно лань профессора Снейпа отогнала их. Профессор Дамблдор бросился к лежащим без движения телам и с облегчением выдохнул — мальчик жив.

Несмотря на то, что рядом с Гарри лежал неизвестный, а точнее известный преступник Сириус Блэк, его не стали судить на месте и так же доставили в больничное крыло в отдельную, хорошо защищенную, палату.

Спустя сутки безделья, Гарри наконец-то очнулся. Ему очень надоело лежать и притворяться бесчувственным, благо, он немного научился управлять своим телом. Поэтому каждый раз, когда на него накладывали диагностические чары, он ослаблял контроль над телом, и заклинание показывало, что мальчик находится на грани существования. Естественно, медсестра пугалась, видя, как ее пациенту становилось хуже. Она отпаивала его зельями и оставляла лежать под специальными заклинаниями.

Как только юноша открыл глаза и застонал, мадам Помфри сразу же прибежала. Эта женщина была просто незаменима, когда нужно было лечить пациентов и следить за ними. Старая медиведьма отправила Патронуса к директору и принялась обхаживать маленького героя. Перво-наперво его накормили, затем заставили выпить зелий, проверили еще раз заклинаниями, и, увидев, что пациент здоров, разрешили задать вопрос.

— Мадам Помфри, простите, а где Сириус? Он жив? Скажите! Он невиновен! Он очень хороший и не предавал моих родителей.

— Успокойтесь, юноша. Все будет хорошо. Директор и министерство во всем разберутся. Они найдут правду. Пока Сириус Блэк находится в соседней особо защищенной палате.

Тут в больничное крыло зашли профессор Дамблдор и профессор Снейп. Директор сразу же подошел к Гарри и, естественно, задал самый главный вопрос:

— Ты в порядке, мой мальчик? Я слышал, у тебя была очень плохая ночь. Слава Мерлину, что все обошлось. Скажи спасибо своим друзьям, которые привели помощь вовремя. Ты тоже очень способный мальчик, ты смог применить самую светлую магию и спас жизнь себе и Сириусу Блэку.

— Директор, Сириус невиновен. Он мой крестный. Моих родителей предал Питер Петтигрю. Профессор Снейп может это доказать. Он сам слышал признание преступника. Нам надо срочно его освободить! Вы же верховный судья, вы сможете его спасти!

— Мальчик мой, я не властен в таких делах. Здесь все решает министерство. Я верю тебе, но у тебя нет доказательств.

— Воспоминания, я отдам воспоминания и… И расскажу все под зельем правды. Сириус говорил, что такое есть, и что его не допрашивали на суде. Я найму ему адвокатов, и они защитят его. Пожалуйста, ведь он мой крестный. Он моя единственная родня. Я хочу жить с ним.

— Нахальный мальчишка, — влез в разговор Снейп, — мало тебе приключений еще и преступника привечаешь. То, что рассказал тебе Блэк, необязательно является правдой. История с крысой может быть подделана специально для тебя. Скорее всего, это игра, актерская игра, и Петтигрю является ни кем иным, как искусственно замаскированным актером. Вы так не думаете?

— Нет, Сириус прав. Предателя Петтигрю я много раз видел на карте… Ой, в течение года. Он точно является крысой и сбежал, предав моих родителей и подставив крестного.

— Гарри, Гарри, я рад, что с тобой все хорошо. Поправляйся скорее. Я обещаю, что что-нибудь придумаю. Мы попробуем оправдать мистера Блэка, но ничего не гарантирую. Ты знаешь, каким бывает министр. Если ему что-либо неугодно, он сделает все, только бы оправдать себя.

— Спасибо, директор Дамблдор. Я буду вам очень благодарен за помощь. Сириус единственный мой близкий человек и, как только его оправдают, я перееду жить к нему. Я забуду проклятых Дурслей, как страшный сон.

Мальчик был так благодарен директору за надежду, что не увидел, как мрачная тень скользнула по его лицу. Сириуса Блэка не нужно оправдывать. Гарри должен жить со своими магловскими родственниками и дальше, пока не наступит его время.

— Директор, а где мои друзья? Где Рон и Гермиона? Они живы? Или…или-

— Нет, нет, Гарри, все хорошо. Мисс Грейнджер и мистер Уизли у себя дома. Дело в том, что учебный год закончен. И поезд отвез их по домам. Здесь только ты и твой крестный. Ты немного поправишься, и мы доставим тебя домой.

Тут Альбус Дамблдор спешно поднялся и попрощался с мальчиком, сказав, что у него неотложные дела. Профессор Снейп до этого молча стоял и смотрел на Гарри Поттера. Он видел, как гриффиндорский выскочка я-всех-спасу вел себя странно. Мальчик сидел на кровати как-то скованно, словно старался что-то контролировать, и это давалось ему с трудом.

«Нет, бред. Что мальчишке скрывать? Наверняка, просто чувствует себя неуютно в присутствии преподавателей. Совсем ты замотался, Северус. Отдых, отдых и еще раз отдых. И зелья. Да, каникулы точно вовремя» — c этими мыслями мастер зелий развернулся и вышел из больничного крыла, не видя, как опустились плечи Гарри, и как из его рта вырвалось морозное облачко.


========== Глава 3. Тренировка души и тела. ==========


Несмотря на то что Гарри сделал вид, что поверил директору, он не доверился ему. Юноша знал, что Альбус Дамблдор — человек со своими тараканами в голове. Сейчас он говорит одно, а завтра сделает другое. Каждый год Гарри просил директора не отправлять его к маглам, и каждый раз он снова оказывался там. Ради него самого же. Гарри знал, что если он сейчас не спасет своего крестного, то его не спасет никто. Бродяга больше никому не нужен. Однако как ему было трудно сдерживаться! Его новая сущность рвалась наверх. Она не хотела, чтобы ее ограничивали. Как же хотелось окунуться в холодную воду, выпустить силу из тела, чтобы ничего не ограничивало сущность дементора. Мальчику буквально на мгновение показалось, что ему очень трудно быть здесь. Ему отчаянно хотелось взлететь наверх и найти «своих». Гарри помотал головой и с ужасом обнаружил, что кровать стала покрываться изморозью. Он схватил одеяло и быстро его перевернул. И правильно сделал.

Мадам Помфри зашла к нему проверить, выпил ли он свое зелье, и, не увидев ничего предосудительного, вышла. За весь день к нему еще несколько раз заходила колдоведьма. Она все так же давала ему лекарства, а Гарри все так же спрашивал про состояние Сириуса. Ему не становилось лучше.

Тем временем юноша решил не терять времени зря и попробовал погрузиться сознанием в глубину своего тела.

Как ни странно, Гарри почти привык к тому, что он умер… Что он стал, как говорил Ремус Люпин, дементором — самым отвратительным существом на свете. Он будет жить там, где тьма и гниль, принося уныние и гибель. Он будет отовсюду высасывать счастье, надежду, мир…

Гарри знал, что это ненормально — умереть буквально день назад и уже сидеть и наслаждаться тем, что ты стал таким. «Это все шок, — убеждал себя мальчик. — Это он виноват в том, что я нахожу плюсы в том, чтобы быть самым безжалостным существом на планете».

Гарри заглянул в себя поглубже и обнаружил, как функционирует его тело. Его плащ, который являлся необходимым атрибутом дементора, сплелся с его сердцем. Нити ткани вились как кровеносные сосуды, контролируя его жизнедеятельность. Единственное, что они не могли, так это поддерживать внешнюю здоровую форму. Для этих нитей понятие «здоровье» значило наличие только что выпитой души. Поэтому, если с движением мальчик наконец-то справился, то с очень бледной кожей и желанием заморозить все вокруг пришлось помучиться.

Наконец и это решение было найдено. Бледная кожа тщательно закутывалась в одежду, и все сваливалось на неожиданно возникшую анемию. А приступы «снежной королевы», как назвал их Гарри, выпускались в землю. Обычно это явление было предупреждаемо: у него в груди холодело, пальцы белели еще сильнее, кружилась голова, и мальчику казалось, что он вот-вот взлетит. Тогда он старался тут же опуститься на землю и приложить ладони к ней. Толчок магии проходил сквозь него, как электрический импульс, и его тело самоочищалось.

Еще Гарри пробовал взлетать. Ему с самого первого раза, когда он только сел на метлу, понравилось это ощущение полета. Он даже немного помнил свои ощущения, когда общался с…с «семейством» дементоров. Ему пока удавалось подняться на небольшое расстояние, но он не отчаивался. С каждым разом высота все увеличивалась, при этом развивалось его магическое ядро, способствуя все большему количеству вырабатываемой магии.

Еще один несомненный плюс в том, чтобы быть душеедом состоит как раз в том, что он теперь безо всякой карты может видеть находящееся существо. У каждого живого тела есть душа. Она светится по-разному и выглядит тоже. У директора сероватая и слегка уставшая, у Снейпа, как ни странно, светлая и большая, у завхоза Филча — маленькая скукожившаяся, но тоже светлая. У кошки Филча — похожее на кошку, коричневое пятнышко.

Все души в большинстве своем являются светлыми или обладают светлой радужкой, но вот у Сириуса она искалеченная, местами черными и серыми пятнами, видимо, это из-за соседства с его соотечественниками в течение двенадцати лет. Его тело постепенно выздоравливало, и Гарри с каждым днем ощущал момент его пробуждения.

Наконец этот день все-таки настал. Сириус застонал и открыл глаза. К нему так же прибежала мадам Помфри и влила лекарства, немедленно вызвала Патронусом директора. Тот как раз принимал у себя министра магии и авроров. Вся эта делегация вышла через камин и встала около кровати Сириуса. Гарри, чтобы немного разрядить обстановку закричал его имя и, громко топая ногами, прибежал к кровати. Юноша забрался на нее и обнял своего крестного. Сириус обнял его в ответ и улыбнулся. Министр, видя, что незаметно казнить преступника не удастся, попытался его разговорить. Однако у него не получилось.

Национальный герой тут же выложил все козыри и буквально приказал заново провести суд и напоить его специальным зельем, которое докажет, что мистер Блэк невиновен. Это было как шило в его министерское кресло. Отказать самому Гарри Поттеру в суде над его крестным не смог бы никто. Конечно, Корнелиус Фадж сначала попытался отговориться, но тут Гарри лег на кровать, его тело стало стремительно бледнеть, а сам мальчик трястись. Вокруг него стали подниматься в воздух предметы, и тогда министр подумал, что лучше все-таки согласиться. Не хватало еще магических выбросов практически смертельно раненного героя, причем раненного по вине самого министра. Нет, таких подробностей его министерское кресло может не выдержать. Он лучше устроит суд. Пускай герой обрадуется и одновременно расстроится, когда узнает, что Блэк предатель.

Альбус Дамблдор же не был в восторге от лизоблюдства министра. Ему не следовало идти на поводу у мальчишки. Сириус Блэк ему нужен беглым преступником, не способным на опекунство. Гарри Поттер все-таки оказался хитрым учеником. Он понял, что против больного героя министр магии не пойдет. Вот и итог. Ну, ничего, в конце концов, будет суд. Там, конечно, сидят чистокровные волшебники, защищающие рода от вырождения, и не позволят так сразу обвинить Сириуса, но этого-то и не надо. Главное, чтобы остальные, лояльные ему и светлому делу, волшебники помогли им засомневаться в дееспособности Блэка. Ох, как не вовремя все это, как не вовремя.

А счастливый Гарри, лежа на кровати своего крестного, радостно смотрел, как министр со своей охраной уходит. Он победил в этой битве. Пускай его война еще не выиграна, но начало уже положено. Он добьется того, что будет жить с Сириусом. Он наконец-то обретет семью.

— Ах, Гарри, Гарри, я так рад, что ты смог договориться с министром. Я хотел было вмешаться, но, как вижу, ты справился с этим и без меня. Однако не стоило так рисковать своим здоровьем ради крестного. Мы бы смогли и без твоих жертв решить данную проблему, - активизировался Дамблдор, укоряюще сверкая глазами за стеклами очков.

— Конечно, Сохатик, тебе не надо было рисковать из-за меня. Мало ты еще спас меня на озере, когда я не смог вымолвить и слова, теперь и здесь. Я рад, что ты доверяешь мне, но, прошу, больше таких закидонов не делай. Я очень испугался, когда у тебя случился приступ, - Блек серьезно посмотрел на своего крестника, притянув его в еще более сильные объятия.

— Крестный, директор, я не специально, я не мог сдержать магию. Она рвалась из моего тела. Так всегда происходит, когда я нервничаю, а слишком бледная кожа — это анемия. Я болею ей с пятилетнего возраста. Скорее всего, я не получал достаточно некоторых витаминов. После того, как я попал в Хогвартс, мое состояние улучшилось, но, видимо, стресс в виде полторы сотни дементоров опять обострил мою проблему.

— Гарри, бедняжка, вот подожди, меня освободят, и мы обязательно вылечим тебя в Мунго.

— Да, Гарри, ты несерьезно относишься к своему здоровью. Хорошо, что с тобой не случилось ничего серьезного, — на этих словах директора Гарри мысленно хмыкнул, но продолжил слушать. — Ты должен доверять взрослым. Кстати, мальчик мой, пока Сириуса до конца не обелят, тебе придется пожить у своих тети и дяди.

— Как у них? Я же уже обрел Сириуса. Я буду жить с ним! Правда, Сириус?

— Конечно, Сохатик, но директор пока прав. Я не смогу о тебе заботиться, пока не предстану перед судом, но, обещаю, это займет не дольше месяца. Мы встретимся с тобой на твоем дне рождении, и вот тогда мы будем вместе навсегда. Ну что, согласен?

— Да, крестный. Я буду ждать. Директор, когда мне надо будет вернуться к ним? Я могу еще немного побыть с Сириусом?

— Увы, мой мальчик, камин, настроенный на платформу девять и три четверти, уже ждет тебя. Сегодня вечером, как только ты соберешь вещи, профессор Снейп доставит тебя домой. Поправляйтесь оба, — с этими словами Альбус Дамблдор вышел из больничного крыла, а Гарри вернулся в свою палату.

Сириус вышел вслед за ним и просто стоял и наблюдал, видя, как его крестник начал собираться, чтобы вернуться в гриффиндорскую башню за своими вещами. Он очень хорошо понимал подростка. Как ему не хотелось прощаться с такой короткой, но родной ниточкой.


========== Глава 4. Первая охота. ==========


Гарри не то чтобы очень расстроился, но вот разочароваться в директоре он успел. Постепенно мальчик стал различать эмоции людей. Это все так же было связанно с душой. Каждый раз, когда человек лукавит или намеренно скрывает правду, его светлая оболочка покрывается пленкой. Она не вредит ему, но выглядит не очень аппетитно.

Успокаивая себя, юноша подумал о том, что ему и вправду не нужно пока жить с крестным. Он должен научиться до конца управлять своими новыми способностями. Ему нужен свободный выход и доступная еда.

«Ужас, живые создания теперь для меня еда, — эти приступы меланхолии иногда все же посещали Гарри. Как-никак, он был совсем недавно, да всего неделю назад, обычным человеком.

Однако уже через пару секунд, мальчик снова был счастлив только от мысли, что может поиздеваться над своими магловскими родственниками. — Ох, я наконец-то отомщу Дадли, показав ему самые страшные его кошмары. А тетя Петуния замучается убирать… Хотя нет, она заставит меня убирать все. Надо придумать что-нибудь другое. Точно, ее любимые розы никогда больше не станут гордостью района. Дяде Вернону тоже найдется пару шуточек. Ну, а уж если приедет тетя Мардж, то ее бульдогу можно сказать прощай, однозначно».

Гарри так замечтался, лежа в своей кровати в гриффиндорской башне, что не заметил, как от радости поднялся в воздух. А когда очнулся, то пришел в некоторый культурный шок, видя перед собой потолок, который обычно находился в четырех метрах от пола. Мальчик даже не смог обрадоваться до конца как услышал, что в гостиную зашел…никто иной, как профессор Снейп. Мастер Зелий стал быстро подниматься по лестнице, что Гарри едва успел опуститься на кровать и взять в руки книгу.

— Мистер Поттер, хватит рассиживаться. Вижу, вы уже собрали свои скромные пожитки и теперь готовы отправляться. Не стойте столбом, берите чемодан и идемте в кабинет директора. Как маленький ребенок в конце-то концов, — видимо, эту фразу он готовил заранее, так как проговорил ее быстро и явно для себя. Гарри уже давно собрал свой чемодан и, схватив его, поспешил скорее из святая-святых гриффиндорской башни.

Как и обещал директор, весь путь домой занял у него не больше пяти минут. Крикнув в камин «вокзал», мальчик, а затем и мужчина, выбрались из зеленого пламени как раз на платформе девять и три четверти. Далее профессор Снейп попросил Гарри сосредоточиться на его доме и пару раз взмахнул палочкой. В голове мальчика стали проноситься картинки всей его жизни в так нелюбимом доме на Тисовой улице. Юный волшебник очень испугался того, что его тайна может быть раскрыта, но все обошлось. Похоже, его нелюдимого преподавателя интересовал только дом Гарри. Только потом юноша узнал, что преподаватель зелий применил к нему легилименцию.

Узнав нужную информацию, старший волшебник подхватил младшего, взмахнул палочкой, и их тела словно свернулись в воронку. Ощущение было наипротивнейшее, но именно оно позволило так быстро достичь магловского дома по адресу Тисовая улица дом номер четыре. Профессор Снейп подтолкнул Гарри к порогу и произнес: «Всего вам наилучшего, Поттер» — и исчез.

Гарри глубоко вздохнул и неспешными шагами направился к дому. Его родственники как будто знали, что он приедет сегодня, так как в доме находилась только записка, что они были предупреждены о его позднем приезде и спокойно уехали в отпуск. Так же там было сказано, что если негодный мальчишка хоть что-нибудь испортит, то его сразу же выгонят из дома и плевать им будет, есть ли у него защита или нет.

Мальчик радостно рассмеялся. Вот уж проблема. Он беспокоился о том, как надо будет выкручиваться перед нелюбимыми родичами, а тут такой сюрприз.

Гарри целых две недели, пока Дурсли были на море, тренировал свой «дар» и уже, без ложной гордости, научился летать. Это было просто восхитительное ощущение. Твое тело делается невесомым, однако ты управляешь им. Воздух обволакивает тебя, одновременно поддерживая в своих объятиях. А если попробовать активизировать свой плащ, который фактически является основой твоего тела, то ощущения становятся просто восхитительными.

Ах, если бы всего два месяца назад кто-нибудь сказал ему, что он станет таким страшным, но одновременно неизведанным существом, мальчик бы его проклял. Ведь он целенаправленно изучал метод борьбы с дементорами, его боггарт становился этим существом. А сейчас что? Сейчас он выходит вечером из дома на пустырь и только и делает, что летает в ночном небе, наслаждаясь жизнью. Пускай это подобие ее, пускай он на самом деле никогда не сможет жить полноценной жизнью с человеком, который не побоится его сущности, но сейчас это все отходило на последний план. Сейчас были только ночь, ветер и полет.

Однако все хорошее когда-нибудь заканчивается.

Проснулся Гарри от того, что услышал визг Дадлика и бас Вернона. «Явились, — подумал мальчик. — Теперь мне от них житья не будет».

Дядя сразу стал звать нахального, ленивого мальчишку, не подумав, что тот может спать в три часа ночи (хотя Гарри и не спал из-за своей нежизни, но знать такое этой семейке не обязательно). Все равно его логика не изменится:раз они не спят, то и племянник их не должен спать.

Тетя, едва войдя в дом, сразу направилась на кухню, чтобы проинспектировать свои владения, и, не найдя там ничего противозаконного, — конечно, они специально ничего не оставили мальчику, — вернулась к сыночку.

Дадлипусечка с видимой неохотой тащил свой чемодан, и бросил как только перешагнул порог. Вот кого надо было называть негодным паршивцем. Язык не поворачивался сказать «мальчик», скорее кабанчик, растущий на убой, достал из пакета у мамы клубничный торт, и принялся его есть.

Дядя, сделав свое важное дело, а именно — отругав племянника за все их неудачи в пути, с довольным видом стал подниматься в комнату. Тетя, слегка пожурив своего сыночку за легкий (!) ночной перекус и попросив не засиживаться долго, так же поднялась в комнату. Толстобокий кузен, доев в одно лицо торт, с топотом, как он обычно любит, отправился спать.

А в это время юный маг старался сдерживаться изо всех сил, чтобы не раскрыть свой «дар». Визгливые голоса, души с налетом лицемерия заставили его накинуть куртку поверх пижамы и выбежать на улицу. Нужно было срочно «выпустить пар» в землю. Как можно быстрее Гарри достиг пустыря и буквально упал на землю. Он пролежал всего несколько минут, но и этого хватило, чтобы поверхность в радиусе двух метров покрылась изморозью. Как только мальчик скинул излишки энергии, он понял, что сосущее чувство внутри него говорит не о том, что ему хочется «сбросить пар», а о том, что пришла пора обеда.

Юный дементор с сознанием Гарри Поттера боялся осознанно причинить вред живому существу, однако перед глазами пронеслась картинка его первого убийства. Бобер. Он тоже был живым, но не менее вкусным. Решено. Гарри стал искать более-менее крупного животного.

На роль его первой осознанной жертвы подошла кошка. Гарри не знал, была ли она бездомная или кошкой кого-либо из соседей, но, честно говоря, его это волновало мало. Главное, что она обладала вкусной белой субстанцией, которая поможет ему поддерживать здоровье его не совсем живого тела.

Итак, мальчик сосредоточился и попробовал подозвать животное к себе. Его нити, которые заполонили все его тело, приготовились действовать. Кошка оторвалась от выслеживания птичек и направилась в его сторону. Однако стоило ей подойти поближе, как она издала протяжный вой, но сдвинуться с места не смогла. Дальше Гарри действовал интуитивно. Он медленно подошел к кошке и взял ее на руки. Ему не пришлось целовать ее, поскольку белая субстанция тут же отправилась ему в тело. Видимо, он приложил много сил с непривычки. Полумертвую кошку Гарри было очень жаль. Все-таки животные иногда бывают добрее людей, но его физиология не позволила ему поступить иначе.

Несчастное животное, теперь уже полный сил, Гарри с легкостью отлевитировал на проезжую часть, которая находилась в трехстах двадцати восьми футах (в ста метрах) от него. Дорога являлась связующим звеном между Литтл Уинтингом и остальным миром, поэтому она была популярна только у самих жителей.

Заметно прибавившему сил Гарри Поттеру совсем не хотелось возвращаться домой, однако ему пришлось действовать целесообразнее. Он пока выглядит как мальчик, да что там говорить, наверняка он всю жизнь теперь будет выглядеть так же, если не изобретет свое средство старения. И его блуждание по пустому ночному городу не доведёт до добра. Любопытные соседки, жаждущие новых подробностей будут непременно интересоваться, что ранним утром делает подросток один на улице. Нет, ему проблемы не нужны. Такие мелкие — особенно.

Вернувшись домой и растянувшись на тоненьком матрасе, Гарри подвел итоги своей первой осознанной кормежки. Она оказалась не так страшна, как казалась на первый взгляд. Конечно, животное было жалко, но утолить голод было просто необходимо. Он хочет жить, очень хочет. Поэтому ему придется вырабатывать стойкость духа и твердость характера, и делать все, чтобы выживать в этом непростом мире.


========== Глава 5. Житейские трудности. ==========


Прошло вот уже почти два месяца. Через неделю мальчику надо ехать в школу, а он все еще жил у Дурслей. Каникулы тянулись, как жевательная резинка Дадли.

Примерно месяц после первой кормежки, Гарри находился в самом благосклонном состоянии. Ему практически не надо было «сбрасывать пар», он не уставал, часто отсутствовал дома и даже постоянно давал отпор кузену, показывая ему вынутые из его подсознания страхи. Дадли понимал только проявление силы, и связываться с вдруг таким сильным «уродом» не решался.

Сириус, заверявший забрать его ко дню рождения, очень раскаивался, что не смог сдержать обещание. Сейчас он проходил курс колдотерапии в Святом Мунго по восстановлению после Азкабана и влияния дементоров. Крестный клятвенно просил подождать мальчика до Рождества. Там-то он его точно заберет. Гарри, конечно, скучал по Сириусу, но не мог не отметить и плюсы этого вынужденного отдаления. Иногда мальчику все так же было трудно сдерживать рвущуюся наружу магию, а Сириус, если бы находился рядом, мог бы почувствовать себя хуже. Поэтому юный герой тренировался на Дурслях и животных.

Друзья Гарри не забыли его и каждую неделю присылали свои письма. Гермиона, как и каждое лето, отдыхала с родителями во Франции у родственников вместе с двоюродной сестрой. Рон все так же ничего не делал и играл в квиддич с братьями и сестрой, иногда гоняя гномов из сада.

Гарри был очень рад письмам друзей, так как во время вынужденного больничного заключения Дамблдор запретил им писать ему письма. Обидевшийся поначалу на своих друзей, Гарри позже перебросил обиду на директора и обозлился на него.

Зато это событие заставило его посмотреть на Дамблдора с другой стороны. Директор оказался не так прост. Пускай он помогает ему и старается все сделать лучше, однако и провалов у него не мало. Жизнь у маглов, например. Любая магическая семья согласилась бы принять у себя мальчика-который-выжил. Она бы обеспечила его лучшей защитой, чем Дурсли. А Сириус? Гарри, конечно, понимал, что директор не виноват в том, что крестного посадили в тюрьму, однако он мог настоять на суде, ведь был главным судьей Визенгамота. А все случаи в школе? Он мог принять решения и все проверить, когда были нападения. Все-таки возраст берет свое. Получается, что Альбус Дамблдор, работая на трех работах, не справляется по-настоящему ни с одной. Так что, то, что директор запретил им писать, можно сказать, что о Гарри заботились. Хотя забота получалась какая-то странная.

Юноша пол лета переписывался с друзьями, но так и не осмелился сказать им правду. Ему почему-то казалось, что они перестанут дружить с ним. А что еще хуже, они могут кому-нибудь рассказать о нем и тогда его точно отправят в Азкабан. Нет, не как преступника, а как рабочую силу. Дементоры не могут жить обычной жизнью. Значит, надо молчать. Может быть, когда-нибудь он все-таки осмелится рассказать им об этом, но до этого он должен убедиться в их умении хранить секреты и выучить заклинание забвения, так любимое Локхартом.

Сириусу же Гарри исправно отсылал сов и получал длинные письма в ответ. Крестный, маясь от скуки, очень много рассказал о своих буднях. О родителях, друзьях, мародерах и проказах. Оказывается, его отец был тем еще хулиганом, и они постоянно задирали Снейпа. Так вот почему он упоминает Джеймса Поттера в нарицательном имени. А мама была вылитая Гермиона. Она была очень умной и сильной маглорожденной ведьмой, хорошо училась и была старостой. А еще она дружила со Снейпом и почти стала его девчонкой. «Фу, — думал мальчик, неосознанно принимая мнение Сириуса — хорошо, что она этого не сделала, мой папа намного круче».

Также Сириус поведал о том, что случилось с Люпином. Он смог убежать и провел всю ночь в лесу, а когда превратился, пришел в ужас от содеянного. Он просил простить его. Гарри понимал, что Ремус Люпин не виноват в том, что он напал на них. Все дело было в его природе. А виноваты были они сами, когда искали новые, смертельно-опасные приключения.

Вот зачем они бегали в лес, спасать гипогрифа? Возжелали справедливости? Или им не хватало адреналина? Они сами виноваты в этом, и винить несчастного профессора Люпина просто не имеют права. Так он и ответил Сириусу в последнем письме. Крестный был счастлив, что Гарри не обижается на его лучшего друга и выражал большую надежду на то, что старые и новые мародеры подружатся.

День рождения Гарри отметил, наверное, лучше прежних лет. Во-первых, он с самого утра ушел из дома, чтобы не видеть ненавистных лиц. Во-вторых, хорошо устроился в заброшенном городском парке, где никто его не мог увидеть, и целый день принимал подарки от друзей.

Сириус прислал ему книгу, необходимую юношам, которые только начинают отношения - пособие для свиданий с авторитетными советами казанов магического мира. Еще крестный предложил Гарри как раз на его день рождения купить ему билет на финальный кубок по квиддичу, но юноша отказался, боясь не справиться с собой: в последнее время ему труднее находиться в толпе, где души и эмоции притягивают взгляд.

Рон и семья Уизли подарили ему набор волшебных шахмат, вредноскоп, волшебные конфеты и открытки. Так же его лучший друг пытался вытащить мальчика на квиддич, говоря, что его семье дадут еще один билет, но юный герой отказался. Он так же не принял приглашение рыжеволосой семьи погостить у них остаток лета. Гарри не хотел обидеть миссис Уизли и очень долго извинялся, но, ссылаясь на свое недавнее приключение, убедил, что ему лучше всего будет побыть в одиночестве.

Гермиона прислала познавательные книги по школьной программе. Она была в своем духе, но это был крайне ценный подарок, так как Гарри среди них обнаружил книгу о дементорах. Он решил не откладывать с чтением и учиться контролировать себя, чтобы не выдать свою природу ни единым действием.

В целом, его день рождения прошел просто великолепно. Ему никто не мешал, он не нуждался в физической еде и прекрасно обходился без предметов первой необходимости. Мальчик весь день просидел в заброшенном уголке природы и даже обустроил его немного, как свою базу отдыха и тренировочный полигон.

Книга о своих сородичах принесла много пищи для размышлений.

Оказывается, первое упоминание о дементорах датируется пятнадцатым веком, когда была обнаружена крепость «Азкабан». Маг Экриздис, проживавший в этой крепости на уединённом, никому неизвестном острове, пытал и убивал магловских моряков, практикуя на них самые тёмные магические приёмы. Неизвестно, вследствие чего на острове завелись дементоры, но магам, впервые обнаружившим их, сразу стало ясно, что они не покинут остров. Из страха мести дементоров крепость не была уничтожена.

В период между 1718 и 1726 годами министр магии Дамокл Роули предложил организовать на острове тюрьму. Он утверждал, что дементоры, обитающие в Азкабане, только на руку Министерству магии: их можно использовать в качестве охранников, что существенно сэкономит время и деньги и избавит от лишних проблем. Спустя пятнадцать лет (в период между 1733 и 1747 годами) новый министр, Элдрич Диггори, посетил тюрьму и нашёл условия содержания там бесчеловечными. Он потребовал найти альтернативные методы охраны и придумать, куда деть дементоров, но при жизни его воля не была исполнена.

Также в умной книжке было сказано то, что Гарри и так знал по своему опыту. Дементоры — слепые существа, которые питаются человеческими, преимущественно светлыми эмоциями. В особых случаях, если предоставляется такая возможность, дементор высасывает душу человека, примыкая ко рту жертвы (отсюда возникло название «поцелуй дементора»). Человек после этого перестаёт существовать как разумное существо, оставаясь живым, пока живо его тело.

Поцелуй дементора авторы считали самым страшным видом казни, «хуже, чем смерть». Юноша однако удивился, когда ничего не нашел о поцелуях с животными. То ли это был не важный факт, то ли автор книги о нем не знал, то ли Гарри опять отличился.

Дементоры страшны тем, что высасывают счастье и радость из всего живого, эмоции — это своеобразная пища дементоров. Эта информация оказалась правдива. Как Гарри помнил, без душ невозможно быть сытым. Эмоции являются лишь десертом. Если только их употреблять, будешь вечно голодным, но, по крайней мере, живым.

“При приближении дементора человек испытывает необъяснимые приступы страха и отчаяния, а окружающий мир покрывается льдом и мраком: даже летом может налететь холодный ветер со снегом, а любой свет, особенно искусственный, померкнуть, а то и вовсе погаснуть.”

Мальчик вдруг отчетливо вспомнил свою первую встречу с дементором в Хогвартс-экспрессе. Монстр выглядел страшно, пугающе. А теперь, Гарри сам выглядит так же, ну, это если заглянуть внутрь его тела. В книге было написано, что дементоры понимают человеческую речь, поскольку подчиняются исходящим от людей приказам, но у мальчика были на этот счет большие сомнения.

Также автору книги было известно, что они не издают звуков, но могут воздействовать на человека ментально. Что дементоры способны общаться друг с другом (возможно, мысленно или особыми звуками) и обладают некоторым разумом, достаточным для того, чтобы отличать от прочих людей тех, кому они должны подчиняться. Возможно, у дементоров есть свои лидеры, с которыми Министерство магии и Темный Лорд заключали договоры. Информация про такие низкие умственные способности и покорность подверглись скептичной улыбки Гарри, который здраво полагал о предназначении тюрьмы, как кормушки.

“Основной способ защититься от дементоров — использовать силу Патронуса для того, чтобы прогнать их. Заклинание, вызывающее Патронуса должно быть произнесено волшебником, у которого есть сильные счастливые воспоминания, иначе заклинание не подействует.

Поскольку Патронус представляет собой некое образование, из которого невозможно вытянуть никакие эмоции, у дементоров настает что-то вроде кислородного голодания, и они вынуждены ретироваться. Некоторые также считают, что Патронус является воплощением счастливых воспоминаний в концентрированном виде, поэтому дементоры при столкновении с ним испытывают такие же мучения, как алкоголики, выпившие вместо алкогольного напитка чистый спирт,” - писалось в этом труде, и Гарри не решился оспорить данный абзац.

“Также дементоры не способны чувствовать мысли и эмоции животных. Таким образом, волшебник-анимаг может, если не полностью защититься от влияния дементора, то хотя бы существенно ослабить его. Дементор при этом чувствует, что чувства превратившегося притупляются, но не осознаёт, почему это происходит.”- писалось в книге.

Этот абзац вызвал недоумевающий хмык у Гарри: “Ха, либо автор не прав, либо это я везунчик. Все может быть и по-другому. Сириус рассказывал, что оборачивался псом, чтобы защититься от влияния дементоров, но ведь они могли просто-напросто не обращать внимания на животных. Я вот, например, вижу и людей и животных, но, поскольку пока мне неприятно питаться от людей, я использую братьев наших меньших. Так же могут и они. Зачем тратить свои силы на мелких представителей, когда у тебя в пользовании есть абсолютно целая тюрьма живых людей. Этот момент является для меня большой загадкой.”

В целом, это полуфантастическое творчество еще больше запутало мальчика и он решил встретиться со своим главой, чтобы задать вопросы к непосредственно знающему существу.

Сделав перерыв на обед из птичек, Гарри ощутил, что до поездки в школу будет полностью доволен жизнью. Поэтому на двадцать второе августа, день Кубка мира по квиддичу, было запланировано не менее знаменательное событие - день встречи с родственниками, которые при встречи любят целоваться взасос.


========== Глава 6. Что же я такое? ==========


Долгожданный день настал быстро. Пока волшебники отсутствовали на своих рабочих местах и не контролировали всплески магии, ему не составило труда вызвать своих родичей.

Гарри смутно помнил о том разговоре, но одно лишь было ясно — ему надо этого очень сильно пожелать. Юный волшебник сосредоточился на ощущениях, которые вызавают дементоры, и принялся проговаривать мысленный призыв. Он очень сильно желал увидеться с новоявленными родственниками, поговорить с ними, поучиться их магии и особенностям.

Все получилось так, как Гарри и ожидал. На солнечный и безоблачный Литтл-Уинтинг вдруг налетели тучи, заморосил мелкий, неприятный дождь. В секретном месте мальчика трава покрылась морозными узорами, и тени сгустились больше обычного. Не прошло и трех минут, как перед магом появился дементор во всей его ужасающей красоте.

Выглядел его сородич по-настоящему мерзко. Он напоминал парящее мертвое тело в черном балахоне. Под капюшоном как обычно не было видно лица, только там, где у человека находится рот, зияла щель. Кожа этого существа была лоснящаяся, сероватая, вся в слизи и струпьях, как у долго находившегося в воде утопленника. В высоту, как Гарри помнил, дементор достигал потолка вагона поезда. Не зря он всегда их боялся. Если бы юноша сам не был бы таким же внутри, то тотчас бы поднял палочку для сотворения защитника. Однако, как только дементор заговорил, Гарри сразу же успокоился.

— Что тебе надо, юный Пожирающий душу? Неужели ты решил отказаться от человеческого тела и вернуться к нам?

— Здравствуй, сородич. Нет, я хотел пообщаться с подобным себе. Мне нужна информация о нас. Как ты знаешь, я маг и в сентябре поеду в школу. Я не хочу ошибиться и выдать себя.

— Молодец, потомок. Мне нравится твое здравомыслие. Меня зовут Сссхаш. Я не помню, каким было мое имя до превращения. Мне почти четыреста лет. Я один из самых старых дементоров, поэтому мне есть, что тебе рассказать. Задавай свой вопрос.

— Сссхаш, — Гарри вдруг понял, что вроде непонятное имя произносилось легко и свободно, — я знаю о нас только то, что рассказали мне вы и то, что я прочитал в книге. Старейшина немного объяснил мне как будет функционировать мое тело, и здесь я вроде бы разобрался, но не мог бы ты рассказать мне об этом поподробнее?

— Что именно ты хочешь услышать, маленький братик?

— Как я буду развиваться? Смогу ли я расти? Размножаться? Особенности моей новой физиологии.

— Ш-ш-ш-ш, — дементор рассмеялся, — твои вопросы всколыхнули мои старые воспоминания. Я то же самое задавал своему учителю, но немного в другой форме. Итак, ты, несомненно, сможешь вырасти по человеческим меркам. Для этого тебе надо полностью выпить взрослого человека, желательно мага, чтобы твое тело наполнилось необходимой энергией для перестройки тела. Человеческое размножение тебе недоступно, помни, твое тело мертво. Ты сможешь иметь любовные связи, как любой человек, — на этих словах мальчик покраснел, — но иметь потомство — нет. Контроль твоего тела со временем улучшится. Еще месяца три и ты сможешь полностью контролировать все свои функции. Наверное, ты уже разобрался, что биологические потребности тебе не нужны. Ты не ешь, не пьешь, не спишь.

— Да, все так. Я могу летать, парить в воздухе в своей телесной оболочке. Это нормально, Сссхаш?

— В жизни ты был сильным магом, поэтому тебе очень легко даются магические свойства дементоров, даже в таком виде. Что ты еще можешь делать?

— Я не знаю. Я прочитал в книге, что мы не можем питаться животными, однако все это время я только ими и питался. Это нормально?

— Ты еще совсем маленький и глупый. Конечно, мы можем есть все, однако пока ты не попробовал человека тебе все будет казаться вкусным и съедобным. Это как первоклассный виски и дешевое пиво. Ты не пробовал его еще? Тогда для тебя это как каша и сладости. Ты можешь это съесть, но это хуже чем человеческие эмоции и души.

— Еще в книге было написано как мы размножаемся, а именно — вырастаем как грибы, там, где есть много боли и страданий. А раньше из-за смертельных ритуалов и черного колдовства. Однако вы превратили меня.

— Естественно, это все обман. Мы не были созданы, как описано в твоей глупой книге, с помощью черного колдовства и смертельных ритуалов. И сейчас мы не размножаемся столь примитивным способом. Эти невежественные маги постоянно придумывают что-то про темную магию и страдания, когда не могут объяснить элементарных вещей! Трясут своими неопровержимыми фактами про очередного мага-маньяка и его неудачливых жертвах! Позор! - в этот момент Гарри подумал, что, если не был бы он дементором, то уже умер бы от яда этой шипяще-злобной речи. Куда там Снейпу со своими посредственными способностями! Тем временем, Сссхаш продолжал - Да, несомненно, тот несчастный, ставший сумашедшим, по имени Экриздис действительно жил на острове, принадлежащим его семье испокон веков. Он был окружен мощнейшим магическим барьером, которые спал после его смерти, как последнего потомка этого древнего рода. И что? Опасный для людей объект, омерзительные существа? - вдруг дементор резко успокоился - Извини, я чуть отвлекся от первоначальной темы. Ты все еще помнишь свое превращение? Нам вполне хватает того, как мы существуем и как размножаемся. То, что описано в книге, лишь неверные домыслы людей.

— Сссхаш, мог бы ты меня потренировать в жизненно необходимых нам вещах?

— Ты имеешь в виду охоту? Тут нет ничего страшного. Тебе не надо кого-то ловить и целовать. Лишь слегка отпустить свою силу и поскорее активировать ту часть мозга, которая отвечает за самосохранение у человека. Его самые худшие кошмары способствуют еще большему открытию душевных оков. Он боится и ничего не может сделать. Дальше у всех дементоров это происходит по-разному. Я просто наклоняюсь ближе и всасываю белую субстанцию, именуемую душой, или, чаще всего, просто пью эмоции.

— Огромное тебе спасибо. У меня присутствует еще один вопрос, — Гарри в этот момент поднялся в воздух, и они полетели в небе, разминая свои тела.

— Помнишь, вы спасли моего человека, и я не хочу причинять ему вред. Как мне защитить его?

— Ох, ребенок. Практически все, что ты знаешь о нас, является преувеличенными байками. Вот вспомни свое человеческое существование. Еда находилась всегда в твоем окружении, однако ты же контролировал себя и не ел все, что видел? Так и здесь. Ты обязательно должен питаться раз в две недели, а потом и в месяц, и тогда все у тебя будет хорошо. Твой человек не должен тебя опасаться. И ты не бойся, что причинишь ему вред. Если ты не хочешь, значит, не сделаешь этого.

Два дементора, один из которых был самым настоящим кошмаром, а второй очень сильно напоминал подростка с очень бледной кожей, еще немного полетали вокруг парка. Гарри тем временем узнал ещё одну не маловажную информацию. Любые непреложные обеты, клятвы, обещания и магические контракты перестают работать, так как он не обладает душой и питается чужими. Магия не может закрепиться только на одном теле. Ему не следует опасаться насильно заключенных договоров. А если такой контракт заключается против воли мальчика, то он, Гарри, теряет сознание, и его силы начинают бороться с насильно привязанными обязательствами.

Герой магического мира в этот знаменательный день узнал очень много нового. А еще он выяснил, что Сссхаш, который сейчас не помнил своего имени или просто не хотел его говорить, когда-то тоже жил как Гарри. Он так же влетел в свое тело и жил еще около ста лет, пока ему не надоело человеческое существование. Таким образом, он является наиболее удачным учителем для новичка Гарри. В конце дня, когда концентрация присутствия двух сильных и темных магических существ превысило норму, и в Литтл-Уинтинге начался самый настоящий шторм с градом, дементор решил попрощаться. Он несколько раз облетел своего юного ученика и растворился, как будто аппарировал.

Гарри медленно спустился на землю и понял, как ему не хватало этого полета. Вообще с каждым днем ходить по земле становилось все неудобнее и неприятнее. Гораздо лучше было взмыть в родную теперь стихию и оставаться там постоянно. Вся его сущность была за это. Но поскольку мальчик-который-выжил-чтобы-в-итоге-стать-дементором выбрал человеческое существование, он не должен теперь жаловаться.

Гарри еще немного побродил по городу, охваченному стихией, и отправился в свой магловской дом. Пускай он его не любил, но должен же он там когда-нибудь появиться?

Тетя Петунья, увидев кого принесла нелегкая, с широко открытыми глазами пропустила совершенно бледного и сухого племянника в дом. Гарри Поттер лишь небрежно кивнул ей и поднялся в свою комнату обдумывать дальнейшую стратегию своего существования.


========== Глава 7. Модернизация. ==========


До школы оставалась ровно неделя. Уроки были сделаны абсолютно все. Переписка велась бурная и веселая. Рон в своем письме сообщил шокирующие вещи. Оказывается, на том квиддичном матче произошло нападение Пожирателей смерти — слуг Волдеморта, и власти теперь разбираются с этим международным скандалом. Так что, если бы Гарри сидел в доме и преспокойно колдовал палочкой в этот день, его бы не засекли. У Министерства хватало других проблем.

Сириус писал, что абсолютно здоров и счастлив и находится в больнице до суда, который состоится первого сентября. Крестный был уверен, что его освободят, и теперь делился своей радостью и нетерпением с сыном своего лучшего друга.

Гермиона в каждом письме интересовалась учебным процессом Гарри и каждый раз приходила в восторг оттого, что ее ленивый друг стал учиться. А однажды девушка пожаловалась ему, что хотела бы укоротить свои передние зубы. Однако родители дантисты были против вмешательства магии в здоровье их дочери. Гарри тепло поддержал девочку и пообещал поинтересоваться в госпитале Святого Мунго об этой процедуре. Он был уверен, что родители его подруги просто сильно волнуются за свое чадо. Юная волшебница готова была заобнимать своего героя, ведь он помог ей сделать довольно непростой выбор.

И именно после этого письма, Гарри вдруг задумался о своей внешности. Он, конечно, никогда не хотел быть моделью и красавчиком, но выглядеть прилично обязан был каждый подросток. Юноша целый день внимательно смотрел на себя в зеркало и думал о том, что же ему хотелось в себе изменить. Первым делом, конечно, шли очки. Они мальчику были не нужны, однако он должен был придумать официальный повод их снять. Затем стояла прическа. Его воронье гнездо было просто ужасным. В этот момент мальчик подумал о том, что неплохо бы было чуть-чуть подрасти. И не только ему, но и волосам. Однако как действуют все те косметические зелья, которыми постоянно пользовалась Лаванда Браун, на дементоров он не знал. А в список вопросов это не входило. Тем не менее, воодушевленный Гарри решил попробовать. Он как раз собирался в самое ближайшее время отправиться на Косую аллею за школьными принадлежностями. Юный герой решил не встречаться с семьей Уизли, так как не хотелось новых расспросов и причитаний Молли. Он должен все сделать сам.

И вроде бы все уже решилось. Гарри уже собрался и морально приготовился, как его остановила банда Дадли. После его возвращения, компашка озлобленных подростков-неудачников захотела самоутвердиться за чужой, точнее его, Гарри, счет. Однако как ни искали его храбрецы района, так и не нашли. И с каждым днем становились все злее и настойчивее. Юные вандалы даже оставили своих предыдущих жертв и целенаправленно пытались найти Поттера.

В тот день, когда мальчик шел дальше от населенного пункта для того, чтобы вызвать автобус, «Дадли и ко» его окружили. Они все приближались, и один особо храбрый даже вынул биту. Тут-то Гарри понял, что настало его время. Он расслабил контроль над силой и позволил ей окутать глупых и жестоких детей. Те не смогли выбраться из тисков собственного страха. Один особо трусливый, кажется, лучший друг и прихлебатель Дадли — Пирс Полкинс, даже обмочился. Каждый подросток видел свой собственный кошмар и не мог пошевелиться, а Гарри спокойно наклонил голову и втянул их эмоции в себя. Он не собирался их выпивать, он просто хотел их напугать. Пускай его кузен и компания были жестокими маглами, но даже их эмоции были настолько вкусны, что не хотелось отрываться. Правильно сказал Сссхаш. Человеческие чувства не сравнятся с животными. Теперь, вспоминая несчастных птичек и кошек, Гарри сожалел, что не напал на Дадли раньше. Сколько бы юный волшебник ни хотел их выпить, ему нельзя было нарушать Статута. Он закрылся и просто с восторгом наблюдал, как трясущиеся и испуганные подростки бегут с места преступления, позабыв свои инструменты.

Не спеша идя по дороге вдоль поля и насвистывая свою любимую песенку, Гарри вызвал «Ночного рыцаря» и с чистой совестью отправился за покупками.

Зайдя в Дырявый котел, мальчик поздоровался с Томом и спокойно прошел в Косую аллею. Первым делом уже четверокурсник Хогвартса приобрел себе школьную форму и парадную мантию, которая была просто необходима именно в этом году. Походив еще некоторое время по разным лавочкам и магазинам, юный волшебник так и не смог решиться зайти в лавку красоты мадам Бонпасье. Во-первых, он Гарри Поттер, и, если он зайдет в какой-нибудь не типичный для студента магазин, об этом будет знать весь волшебный мир. Во-вторых, Гарри прикинул, сколько может обойтись такая стрижка, и ему стало жаль своих галеонов. Пускай, в магловском мире нет колдовства, но и там могут сделать более-менее приличную прическу без зелий и волшебных палочек.

Поэтому, зайдя в банк снова, Гарри попросил обменять сто галеонов и с удивлением отметил, что у него стало пятьсот фунтов. Это оказались огромные деньги для всей его миссии. Он теперь не тратится на еду, и этих фунтов должно было хватить еще и на одежду.

Юноша абсолютно не предполагал, как все-таки трудно ходить по магазинам. Когда в далеком детстве тетя Петунья посылала его в супермаркет за продуктами, это казалось легче. Всего-то отдать список продуктов продавщице и тебе соберут корзину. Только отдай деньги и иди домой. Лондон с огромной популяцией людей, разнообразием магазинов и предложений был опасен. На каждом шагу мальчик натыкался на различные магазины, салоны красоты, парикмахерские, кафе и рестораны. В итоге, начинающий новую жизнь Гарри решил зайти в один единственный торговый комплекс и потратиться там.

Юноша первым делом зашел в магазин одежды и попросил подобрать ему новые, удобные и практичные наряды на каждый день. Ассистентка так обрадовалась новому клиенту, что провела ему обзорную экскурсию по всей наличествующей там одежде. После четырех часов блуждания по дому мод, Гарри был полностью обновлен. Он не покупал себе невероятно дорогую и очень модную одежду, он просто обновил свой гардероб. Старые обноски Дадли были тут же торжественно «сожжены» в урне забвения, и мальчик стал выглядеть значительно более аккуратно и мило. Теперь он напоминал не нищего бродяжку, а просто самого обыкновенного подростка. Видимо, так проявились его скрытые таланты.

За все три года обучения юный герой абсолютно не следил за своими вещами и не обращал внимания на то, какое впечатление он производит. Ему было комфортно и в его образе. Да, большую часть проведенных дней в Хогвартсе, Гарри носил школьную форму, но в каникулы надевал ту одежду, которая у него имелась. И этой одеждой были обноски его большого кузена.

Проблема волос так же решилась довольно просто. Так как мальчик ничего не делал с волосами, они прилично отрасли за прошедший год, но поскольку имели вид вороньего гнезда, это было незаметно. Девушки-парикмахеры, увидев потенциальную жертву и услышав, что могут делать с ней практически все, очень обрадовались. Целый час Гарри терпел новые методы укладок, однако после всей проделанной работы, нашел результат довольно привлекательным. Его волосы теперь лежали относительно прямо, образовывая легкую волну. Его челка осталась существовать, но она ни в коем случае не портила картину. Сами волосы достигали подбородка, однако не создавали впечатления неухоженной засаленной копны волос*. В итоге, мальчик себе очень понравился. Он оплатил услуги и отправился домой.

По дороге домой, Гарри вдруг вспомнил, что хотел поинтересоваться, можно ли маглам лечить зрение. Нет, его было безупречным, но ему необходимо было придумать причину того, почему он теперь не носит очки. Зайдя по пути в медицинскую клинику, он расспросил девушку за административной стойкой и остался доволен. Вылечить зрение можно даже у маглов. Существуют специальные лазерные операции, которые восстанавливают поврежденные участки глаза. Вот он и нашел оправдание своему великолепному зрению.

Вернувшись домой, юный маг сложил вещи в свой чемодан и ушел в свое секретное место, которое, кстати, и по сей день оставалось не найденным.

За сбором вещей Гарри с удивлением понял, что с нетерпением ждет отправления в школу. Смертельно-опасные приключения, происходившие каждый год, уже не так пугали его после всего случившегося. А новые знания, встреча с друзьями и, всегда вращающиеся около него интриги, только разжигали ненасытную сущность юного дементора.

Комментарий к Глава 7. Модернизация.

*если кто не понял, то Гарри стал выглядеть как в фильме про Кубок огня, мне очень понравился его образ


========== Глава 8. Школьная встряска. ==========


Самая долгая неделя в жизни Гарри прошла. Вот уже завтра с утра он отправится на платформу девять и три четверти. И завтра состоится суд над Сириусом. А потом на Рождество мальчик отправится к нему домой и больше никогда-никогда не будет жить с Дурслями, хотя этим летом он жил с ними только номинально. Все было хорошо. Кроме одного.

С тех пор как Гарри «попробовал» своего кузена и его друзей, ему стало тошно смотреть на животных. Прав был Сссхаш насчет того, что ему больше не захочется ничего кроме человека. Наверное, так ощущается ломка наркоманов. Хочется еще и еще и плевать на деньги, вред организму и то, как ты ведешь себя. Важно только одно — еще одна доза. Мальчик старался держаться и не слишком плотоядно смотреть на Дадли, отчего тот мгновенно бледнел и старался убраться подальше. Юный дементор очень хотел освоить контроль над своими желаниями и поэтому он вспоминал свое голодное детство. Тогда еще совсем ребенок, не знавший о магии и не умеющий дать отпор жестокому миру, он вынужден был голодать и заботиться о себе сам. Как помнил сам Гарри, он сидел неподвижно и мечтал. Мечтал о сытной еде и спокойной жизни. И это ему помогало. Сейчас подросток решил использовать тот же метод. И это, как ни странно, сработало. Желание попробовать человека не исчезло насовсем, но заметно притупилось. Теперь он бы готов ехать в школу.

Как бы Гарри не спешил в обитель знаний, он умудрился чуть не опоздать на поезд: забежал в вагон, когда на часах оставалось всего пять минут. А затем целых десять минут искал своих друзей.

Когда они наконец-то нашлись, Гермиона обняла своего так давно не виданного друга и растерялась, глядя на него. Она помнила как выглядел ее лучший друг в конце третьего курса и то, что она увидела сейчас, ее обрадовало и смутило. Этот симпатичный подросток, одетый в приличную магловскую одежду и имевший стильную прическу, ну никак не походил на замухрышку Гарри. А еще у него отсутствовали очки, которые раньше заметно мешали рассмотреть его ярко-зеленые глаза. Цвет же его кожи был настолько неестественно-бледным, что он казался покойником. Девушка только-только собралась спросить его о самочувствии, как Рон подал голос:

— Дружище, здорово! Я рад, что ты жив. Директор Дамблдор в начале лета объяснил, что с тобой произошло, и мы очень испугались.

— Да, Гарри, прости меня, пожалуйста. Я знала, что не должна была убегать от тебя, но мне стало так страшно, и прилетели Они. Я сожалею, что мне не хватило сил помочь тебе. Если бы я там присутствовала, то с тобой не случилось бы такой беды.

— Гермиона, перестань. Я понимаю тебя. Если бы не мой крестный я бы, наверное, тоже не смог дойти до конца. Но я не мог потерять Сириуса, когда только-только его обрел.

— Кстати, как там Сириус? Он в порядке? А его ситуация?

— Да, Рон. Сириус абсолютно в порядке. Сегодня днем состоится суд, и его оправдают. Все лето он приходил в себя после присутствия дементоров рядом с ним в течение двенадцати лет. Хотя я думаю, что его просто побоялись отпустить до суда, вдруг он на самом деле преступник.

— Ясно. Дружище, а почему ты такой бледный? Я, конечно, тоже не особо способен к загару, но ты вообще какой-то слишком белый.

— Да, Гарри. Я тоже хотела спросить тебя об этом. Ты чем-то болеешь?

— А, это, не переживайте вы так. У меня анемия с детства. Просто после нападения дементоров она у меня обострилась.

— Ани…что?

— Ну, Рон, как бы тебе это объяснить, — начал было Гарри, но был перебит всезнающей Гермионой.

— Анемия или малокровие — это клиническое состояние, при котором наблюдается снижение концентрации гемоглобина в крови, чаще при одновременном уменьшении числа эритроцитов, — протороторила Гермиона на одном дыхании, при этом глядя на Гарри жалостливым взглядом.

— Что? Вы можете объяснить по-человечески? Гарри, это заразно? А ты можешь вылечиться?

— Ох, Рональд, не будь таким назойливым. Если вкратце, то любая анемия приводит к снижению дыхательной функции крови и развитию кислородного голодания тканей, что чаще всего выражается такими симптомами как бледность кожных покровов, повышенная утомляемость, слабость, головные боли, головокружение, учащённое сердцебиение, одышка и другими. Это значит, что Гарри трудно дышать и у него случаются постоянные головокружения. Ему не следует переутомляться и обязательно, слышишь, Гарри Поттер, обязательно обратиться к мадам Помфри. Она должна прописать тебе курс зелий, которые помогут тебе выздороветь.

— Ух, спасибо, что разъяснила, Герми. Я бы сам точно не смог более подробно рассказать. Но вы не волнуйтесь, я чувствую себя совершенно чудесно. Не считая моей слишком бледной кожи, я не ощущаю никакого дискомфорта.

Гермиона хотела задать еще вопрос, как дверь в купе открылась и на пороге появилась блондинка с растрепанными волосами.

— Привет, ребята. Я Луна Лавгуд, можно ли мне присесть здесь? Я учусь на третьем курсе Рейвенкло. Ты ведь Гарри Поттер? Мне очень приятно с тобой познакомиться. А где твои очки? — вдруг ни с того ни с сего спросила девочка, у которой от движения головы качнулись удивительные серьги из цепеллинов.

— Привет, Луна. Буду очень рад с тобой дружить. Очки мне больше не нужны, — и на вопросительный взгляд друзей он поспешил ответить: — Я сделал себе операцию на глаза в магловском мире. Гермиона, наверное, ты знаешь о ней. Лазерная коррекция зрения. Теперь у меня очень хорошее зрение и я больше не нуждаюсь в очках.

— Гарри, но почему ты не обратился к мадам Помфри? Она бы исправила тебе его.

— Рон, я обращался. Еще на первом курсе после Квирелла и камня. Она сказала, что ничем не может помочь и волшебники пока не изобрели зелья или заклинания, лечащие наследственные заболевания. Вы никогда не задумывались, что существуют заклинания лечащие повреждения, полученные при неосторожном обращении с магией? Но ключевое слово «повреждения». В то, что изначально не совершено, магия не вмешивается, веря, что природа не может ошибаться. У моего отца, Джеймса Поттера, тоже было плохое зрение и, скорее всего, моего деда, но они не смогли его исправить. А для маглов это не составляет труда.

— Гарри, это просто потрясающе. Ты прав. Ведь в отличие от маглов, которые порой делают слишком многое, чтобы изменить мир, волшебники стараются плыть по течению, а не спорить с ним. Я так рада, что ты решился на это. Помнишь, я тоже кое-что хотела бы исправить, но вот маглы делают это медленнее, больнее и хуже, чем маги.

— Гермиона, не волнуйся, я помогу тебе. Надо будет нам вместе сходить к мадам Помфри, и она посоветует отличное решение наших проблем.

Всю оставшуюся дорогу ребята обсуждали новости волшебного мира. Рон еще раз в красках описал квиддичный матч. Гермиона — поездку по магической Франции. Луна — о своих невидимых мозгошмыгах. А Гарри просто слушал и радовался, что у него есть друзья, которые его не бросили. Вот только, как они поступят, когда узнают, кем он стал?

Что не удивительно, после приезда в Хогвартс и праздничного ужина никто больше не вспомнил про больничное крыло. У всех появились свои проблемы и дела. Гермиона больше обычного погрузилась в книги, так как узнала, что здесь будет проходить Турнир Трех Волшебников и ей, вообще-то всем ученикам, но они такие глупые, что отвечать вновь придется ей, надо не посрамить свою школу. Рон было приготовился попробовать себя на поприще своего любимого спорта — квиддича, как вновь разочаровался. Игр в этом году не будет, но желающие вполне могут использовать стадион для полетов и развлечений.

Гарри же был занят мыслью о том, где бы ему добыть еду. Кстати, насчет еды, никто так и не обратил внимания, что мальчик практически ничего не ест, а только пьет тыквенный сок. Ему же лучше.

Еще несколько раз он натыкался на странную девочку Луну, которая бродила по школе босиком и напевала песенку. Оказывается, по словам Луны, в школе живут нарглы и они частенько воруют ее одежду, однако она не обижается на их шалости. Когда Гарри предложил своей новой знакомой помочь наказать обидчиков, она отказалась. На естественно возникший вопрос мальчика — почему, Луна процитировала какую-то книгу, ну или свои собственные мысли: «Если вы в плохом настроении, если вас обидели или огорчили, воспользуйтесь силой улыбки. Даже если вас никто не видит, постарайтесь улыбнуться, чтобы показать себе самому, что вы выше всяких трудностей. Думайте, что вы неуязвимы, вечны, бессмертны. Подарите себе улыбку. Даже если ваша улыбка будет немного вымученной, это все равно поможет. Как только вы улыбнетесь, вы почувствуете себя в лучшем расположении духа. А в хорошем настроении вам будет легче решать свои проблемы. Вы не представляете, как много хорошего способна дать вам самим и людям, окружающим вас, обычная улыбка».

Эти слова девочка произнесла со слегка отстраненным видом, не переставая улыбаться. Именно тогда Гарри понял, что юную рэйвенкловку с необычным складом ума и жизненным девизом нужно защищать. Этой девочке может быть не сладко в дальнейшей жизни, среди амбициозных, жестоких и грубых детей. Было ощущение, что Луна родилась для какой-то своей особенной миссии. Миссии, которая доступна только ей.

Такими темпами наступил Хэллоуин и вот-вот должны приехать иностранные гости. Как писал Сириус, он с нетерпением ожидает красивых француженок и ждет не дождется, когда у Гарри появится девчонка.

Кстати о Сириусе. Он и не сомневался, что его освободят. Уже второго сентября, когда совы принесли газеты ученикам, они узнали о том, что преступник, которым в прошлом году пугали детей, оказался невиновным. Ажиотаж вокруг Блэка длился неделю, и Гарри был даже рад, что он закончился. В итоге через месяц к Гарри прилетела сова с письмом, в котором говорилось, что Сириус Орион Блэк, глава рода Блэк, является его официальным магическим опекуном. Это наконец-то свершилось. Гарри добился, что у него теперь появился настоящий родственник.

И вот настал долгожданный день. Абсолютно все студенты Хогвартса стоят на улице и ждут, когда приедут иностранные гости.

Наконец кто-то закричал о том, что надо посмотреть на небо. И правда. Из облаков появилась огромная карета, запряженная крылатыми лошадьми — пегасами. Пегасы оказались такими огромными и красивыми, что привели Хагрида в неописуемый восторг. Он с воодушевлением принимал поводья из рук директрисы Шармбатона — мадам Максим, такой же массивной, но красивой женщины бальзаковского возраста. Среди студентов французской школы чародейства и волшебства не нашлось ни одного парня, но абсолютно все девушки были прекрасны собой.

Дурмстранговцы прибыли на корабле, который выплыл из вод черного озера. И самым большим сюрпризом оказалось то, что среди этих учеников присутствовал сам Виктор Крам — знаменитый ловец болгарской сборной, которая заняла второе место на чемпионате по квиддичу этим летом. Чем отличалась эта школа от Шарбатона, так это тем, что здесь оказалось очень много парней и всего парочка девушек. Их было немного, и они старались не выделяться.

Кстати, именно за эти несколько месяцев, Гарри понял, что души девушек, юношей и детей отличаются. Первокурсники ощущались как сладкие конфетки и воздушные десерты. Подростки с четырнадцати лет делились на цветочные духи и запах полироль для метел. А совсем взрослые волшебники имели запахи присущие только им. Профессор Снейп — горьковатых трав, профессор МакГонагал — кошачьей мяты, а директор — своих лимонных долек. Поэтому выделить запахи юношей и девушек ему не составляло никакого труда.

Вернувшись в теплый замок, толпа студентов расселась за факультетские столы и принялась ждать объявления от директора. Альбус Дамблдор выждал лирическую паузу и произнес эпическую речь о дружбе, соперничестве и командном духе. А потом он попросил завхоза Филча занести кубок огня. Когда преисполненный своей значимости Филч исполнил его просьбу, директор прочертил магический контур, запрещающий заходить ученикам младше семнадцати лет. Очень многих это расстроило. Особенно близнецов Уизли, которые рассчитывали на выигрыш в тысячу галеонов.

Новый учитель Зоти — Аластор Грюм смотрел на своих новых студентом волшебным глазом, при этом часто останавливаясь на Гарри. Если честно, этот отставной аврор немного пугал юного дементора. Кто его знает этот волшебный взгляд. Вдруг он видит то, что другим не под силу.

С этого вечера пошел отсчет времени. Студентам, которые хотят поучаствовать в турнире, была дана неделя. Все семикурсники и некоторые шестикурсники бросали свое имя в кубок. Фред и Джордж не отчаивались и решили изобрести зелье старения, которое позволило бы им пройти через линию. Однако их шутка не удалась. Магия превратила их в старичков, и они сутки отлеживались в больничном крыле.

К слову, Гарри смог бы пройти эту линию. Возраст для него теперь понятие относительное. Но он этого совершенно не хотел. Его замучила слава, которая всегда присутствовала рядом с ним на протяжении четырех лет, и теперь ему очень хотелось от нее отдохнуть.

Не всем желаниям суждено сбыться. Однажды, находясь в гостиной факультета, где обсуждалась предстоящая дружеская игра по квиддичу, Гарри вдруг почувствовал себя очень плохо. Он совсем не помнил тот вечер, только то, что ему было больно и как ни странно холодно. Очнулся Гарри уже в больничном крыле. Опять. И в этот раз прошло четыре дня. Однако зашла за все это время к нему только Гермиона. Именно она рассказала, что произошло.

Вечером, когда ребята обсудили игру, Гарри вдруг почувствовал себя плохо. Он застыл и еще больше побледнел, хотя куда уж больше. Дальше юноша затрясся и только тогда на него обратили внимание. Он упал и продолжал дрожать на полу гостиной, пока Гермиона и Рон не подбежали к другу. Он оказался без сознания. Близнецы помогли доставить его в больничное крыло, при этом отмечая, что Гарри очень холоден. Мадам Помфри напоила его разными зельями, в том числе кровоостанавливающем и бодропецовым, однако подросток так и не пришел в себя.

Через сутки директор в большом зале объявлял чемпионов. Шармбатонским чемпионом оказалась прекрасная девушка — Флер Делакур. Дурмстранговским — Виктор Крам. А от Хогвартса кубок выбрал Седрика Диггори, шестикурсника Хаффплафа. Однако сюрпризы на этом не закончились. Кубок загорелся в четвертый раз и выплюнул имя Гарри Поттера. Когда юноша не вышел в центр зала, все опомнились и сказали, что этот ребенок лежит в больничном крыле, и никто не знает что с ним. В это время, бумажка с именем Гарри, висящая в воздухе вдруг вновь вспыхнула и полностью сгорела. Абсолютно все замерли и с вопросом в глазах глянули на директора. Тот в свою очередь прочистил горло и произнес речь, которая успокоила практически всех. Раз Гарри Поттер не смог выйти сюда по состоянию здоровья, то кубок посчитал его недееспособным, поэтому чемпионов снова три.

Этим вечером каждый студент обсуждал то, каким образом Гарри Поттер снова вляпался в историю. Как он смог сначала обмануть кубок, а потом сделать так, что он не смог участвовать, при этом находясь в больничном крыле? Гриффиндорцы рассказывали о необычайной силе героя, Рэйвенкловцы о его уме, который он тщательно скрывал, Хаффплавцы о его великодушии, которое он проявил, чтобы именно Седрик стал их чемпионом. Одни только Слизеринцы во главе с извечным врагом Драко Малфоем говорили о том, что Гарри затеял какую-нибудь злую шутку, чтобы вновь выделиться. Однако никто так и не догадался, что юный ученик лежал в больничном крыле при смерти (смотря для кого, для обычных магов состояние мальчика оценивалось как критическое, для самого же Гарри как целебный сон). Мнение гостей не учитывалось. Самый строгий и не любимый профессор Снейп, который по идеи должен всячески быть за своих студентов, мысленно защищал Гарри. Он помнил, в каком состоянии его доставили в больничное крыло. Ребенок был ледяным и белым, словно снег. С ним явно было что-то не в порядке, и он должен разобраться. Все-таки именно он пообещал покойной подруге Лили Эванс, а затем и Альбусу, что будет его защищать.

Выслушав ее спутанный рассказ, Гарри с облегчением понял, что еще никто не узнал его тайну, потому как, если бы узнали, его караулили бы директор, Снейп, Помфри и наверняка кто-то из авроров. На самом деле, до Гарри сразу же дошло то, что его тело и сущность борются с путами магического контракта, который кто-то, кто хочет избавиться от него, навесил, причем никого не предупредив. А раз возрастную линию нельзя пройти школьникам младше семнадцати, то преступника стоит искать либо среди старшеклассников, либо среди профессоров.

На вопрос о том, где Рон, Гермиона смутилась и еле слышно пробормотала, что он обиделся. Ну, еле слышно для нее и прекрасно слышно для Гарри. Мальчик так и не понял, на что же обиделся его лучший друг и снова спросил у Гермионы. Оказывается, что Рональд Уизли, по словам девушки, — завистливый, вспыльчивый подросток. Он обиделся на то, что Гарри не посвятил его в свою тайну с кубком и что он специально это сделал, чтобы привлечь внимание француженок. Гарри, однако, его не винил. Он понимал, что Рон обыкновенный волшебник, который тоже хочет славы и внимания девушек. Да и вообще по натуре он обидчивый человек. Сколько раз они ссорились и мирились. Еще будет время.

Гермиона еще час просидела рядом с Гарри и на выходе столкнулась с хмурым молодым мужчиной. Этого человека дети узнали не сразу. Только после того, как он крикнул «Гарри» и принялся обнимать мальчика, его опознали. Сириус. Он очень сильно изменился. Того изнеможенного заключенного было просто не узнать. Сейчас он выглядел как аристократ, достаточно молодой и обеспеченный. Как будто не было тех двенадцати лет в неволе. Гриффиндорка поздоровалась с крестным Гарри, заслужила его объятие и была отпущена на уроки. Сириус же принялся узнавать о том, что случилось. Проговорив до самого обеда, и насколько раз проверив, что с Гарри все относительно в порядке, он так и не смог узнать причину нахождения его крестника — почти сына — в больничном крыле с так и не известным диагнозом.

Директор пришел к нему после обеда и привел с собой половину профессорского состава. Без Снейпа там не обошлось. Директор Дамблдор стал внимательно слушать колдоведьму, то и дело, поглядывая на причину разговора. В итоге мадам Помфри так и не смогла сказать точный диагноз и хотела направлять мальчика в Мунго. А вот этого делать нельзя было категорически. Гарри подал голос:

— Мадам Помфри, вы знаете, что у меня анемия? Я вам говорил про это раньше, когда был здесь в прошлом году. Это такая болезнь, когда в крови не хватает определенных витаминов, и поэтому я такой бледный. Раньше в детстве тетя Петунья давала мне какое-то лекарство, и оно помогало мне. А обморок… Может ли он быть от того, что меня просто прокляли? Дело в том, что на днях я поругался с Малфоем… Снова. И признаюсь, мы немного поколдовали. Он попал в меня каким-то неизвестным заклятием, а потом я случайно выпил зелье близнецов. Могло ли это вкупе с магическим перенапряжением на уроке профессора Грюма повлиять на мое состояние? Я не медик, но могу сказать вам точно, что со мной все в порядке. Только легкая слабость и головокружение, но это из-за того, что я хочу кушать, — Гарри не стал уточнять, чего или, точнее, кого он хочет кушать.

— Милый, почему ты мне не напомнил, что болеешь? Я ведь тоже не всезнающая. Я бы точно нашла тебе зелье. Эта болезнь, конечно, совершенно у нас не распространена, но и недуги маглов я хорошо знаю. Завтра же я буду готовить для тебя зелье, которое, если и не избавит тебя от самой болезни, то существенно исправит ситуацию.

Профессора на глазах расслабились и выдохнули. Не хватало еще одной скандальной истории от несносной журналистки Риты Скитер. В этот раз они решили поверить мальчику и отпустили его, предварительно потребовав, чтобы он ходил сюда каждый день и не перенапрягался на уроках.

Сириус и Северус как раз закончили выяснять отношения и были немного обескуражены тем, что диагноз поставлен, и их присутствие больше не требуется. Когда все взрослые, кроме Сириуса, вышли из больничного крыла, он подошел к крестнику и сказал:

— Гарри, ты можешь говорить тут что угодно, но мне ты обязан сказать правду. Я твой второй отец и забочусь о тебе. У тебя не должно быть от меня никаких секретов. Помни, что я всегда тебя поддержу, что бы ты ни сделал.

Вот так и закончилось его долгое и мучительное нахождение в обители колдоведьмы. Подросток жаждал еды. Он не мог дождаться наступления темноты, чтобы накинуть мантию невидимку и отправится в лес. В итоге весь оставшийся день он был раздражен и мрачен. А когда наступила ночь, быстро накинул плащ-невидимку и, чуть ли не летя, отправился в сторону запретного леса.

Гарри размышлял о том, что же лучше всего выпить. Обычное животное или магическое? Не успел он обдумать все мысленные «за» и «против», как наткнулся на логово Арагога. Этот паук еще со времен его второго курса внушал ему опасение и отвращение, поэтому, когда из огромной норы вышел его потомок, его участь была решена. Убрав мантию в сторону, изголодавшийся дементор сразу же отпустил свою силу и буквально за несколько секунд огромному пауку пришел конец.

Пересытившийся маг чувствовал себя просто превосходно. Силы в нем значительно прибавилось и оказалось даже больше, чем от обычного животного. Гарри ухмыльнулся: «Прости, Арагог, но твое семейство должно пойти мне на пользу. Ничего личного».

Возвращаться было гораздо легче, мальчик даже взмывал в воздух и готов был закричать от счастья. Давно он так не ел. Если честно, уже месяц. Ему так не хватало свободы и легкости! Ради этого случая он немного окунулся внутрь своего тела и подправил внешность. Не так, чтобы сильно, но теперь болезненный вид исчез, и Гарри стал напоминать просто бледного подростка.

Комментарий к Глава 8. Школьная встряска.

Дорогие читатели, чтобы вы не смущались или не пылали праведным гневом, сообщаю вам, что в этой главе взято несколько мыслей из фанфика “Наследница Слизерина”, а именно момент, когда Гарри и Гермиона обсуждают магическую и магловскую медицину (надеюсь, авторы замечательных работ, которые невольно становятся (работы, а не авторы) частью и моей тоже, не проклянут меня и не сожгут на погребальном костре).


========== Глава 9. Школьные хлопоты. ==========


Следующие несколько месяцев вплоть до Рождества прошли не то чтобы скучно, но и особо не запомнились по сравнению с предыдущими годами.

Каждые две недели Гарри выходил в лес и избавлял мир от еще одного акромантула.

Мадам Помфри все-таки сдержала слово и дала ему зелье. Ну, а так как он недавно поел, то тело, выглядевшее более-менее здоровым, стало для нее знаком, что именно его Гарри и не хватало.

С Роном, несмотря на все ожидания мальчика, они так и не помирились. Он не смог узнать причину, по которой его лучший друг постепенно отдалялся от него. Бывшие друзья практически не общались, а если и сталкивались, то, молча, обходили друг друга. Но это сейчас, а в первые дни он называл Гарри жуликом и предателем и категорически не хотел контактировать.

В течение ноября терпение юноши лопнуло. Он наговорил ему кучу гадостей, и буквально на секунду Гарри захотелось активировать свой «дар». Наверное, их ссора стала предзнаменованием, ведь на Рождество он хотел рассказать им о себе. Гарри нужны были друзья, чтобы излить душу. Однако всегда существует вероятность, что они не поймут… Не примут… Осудят. Как Рон сейчас. Неужели он хочет так многого? Всего лишь, чтобы его выслушали и поддержали вне зависимости от того, как это выглядит со стороны.

Одна лишь Гермиона всячески старалась поддерживать Гарри. Она даже произнесла утешительную речь в стиле — «Ты никогда не сможешь оправдать чужие ожидания. Другие всегда будут недовольны чем-то, потому что их причина внутри них, а не внутри тебя». Это его слегка взбодрило. По крайней мере, у него есть его лучшая подруга, которая осталась ей несмотря ни на что. Сколько раз их связывали приключения и опасные, и веселые. Сколько раз они рисковали жизнями (и это в самой защищенной магической школе!) ради друг друга — не перечесть. Все невзгоды только сплотили их, и Гарри был почему-то уверен, что именно Гермиона всегда будет рядом со ним, что бы ни случилось.

Их «Золотое три» окончательно распалось после первого тура. Чемпионам надо было пройти мимо дракона и забрать золотое яйцо. Все участники сделали это просто превосходно. Особенно парням понравилось выступление девушки-вейлы Флер. Она зачаровала дракониху и заодно парней своим пением. Всем не терпелось подойти к ней и пригласить на бал.

Кстати о бале. Как раз после первого испытания профессор МакГонагал объявила, что здесь состоится Рождественский бал. Она даже организовала факультативный курс танцев, чтобы гриффиндорцы не опозорили ее факультет.

Именно тогда и началась эта танцевальная лихорадка. На свою беду мальчик находился неподалеку, когда Рон решился пригласить Флер. Причем подросток выглядел очень нелепо и смотрел на девушку чуть ли не пуская слюни. Она довольно грубо отказала ему, и все, кто находился поблизости, естественно, рассмеялись. Однако Рон заметил почему-то только Гарри. Он вновь накинулся с обвинениями в том, что он всегда был плохим другом, что никогда не ценил его, и если до этого дня он ждал (!) когда мальчик подойдет и извинится за свое отношение, то теперь он наконец-то понял, что их герой с гнилой душой. Эти слова стали и последней каплей для Гарри. В глубине его давно мертвой души он еще надеялся, что они снова станут друзьями, как прежде, однако этот случай стал переломным моментом.

После окончательного разрыва юноша с горечью думал, что оставшаяся семья Уизли отвернется от него, но оказался не прав. Близнецы были очень недовольны своим младшим братом и не понимали, что с ним происходит. Малышка Джинни же вообще прокляла непутевого брата своим фирменным летучемышинным сглазом.

К этому времени наступила середина декабря. Сириус писал крестнику почти каждый день. Он рассказывал, что его друг Ремус будет жить с ними, и он надеется, что его любимый щеночек примет и его. Еще Сириус отчаянно намекал о каком-то серьезном разговоре, который просто необходим для полного понимания их проблемы. Гарри очень волновался, думая, что этот разговор связан напрямую с его маленькой холодной проблемой и естественно не хотел бы, чтобы Сириус в нем разочаровался.

Еще один момент, который так смущал его в разговорах с крестным, это то, что он постоянно спрашивал о личной жизни. Сириус советовал найти подружку или друга (!) - последнее смущало больше всего. Заботливый крестный постоянно рассказывал о своих похождениях и обещал непременно научить его тому же, что знал он сам.

Как уже было сказано, «Золотая троица» распалась. Однако почти образовалась новая. В библиотеке к Гарри и Гермионе стала часто подсаживаться Луна. Эта Рейвенкловка была по-особенному хороша своим нестандартным мышлением и веселым характером. Она, видя, как первое время Гарри страдает из-за потери друга, постаралась утешить его довольно необычными словами:

«Имей друзей поменьше, не расширяй их круг. И помни: лучше близких, вдали живущий друг. Окинь спокойным взором всех, кто сидит вокруг. В ком видел ты опору, врага увидишь вдруг».

Сначала юноша не понял, было ли это насмешкой или все-таки утешением, однако со временем до него стал доходить смысл этих слов. У Луны в запасе оказывалось так много подходящих слов абсолютно для каждой ситуации. Девочка никогда не унывала и не жаловалась на плохое отношение своих одноклассников. Те просто не находили ничего лучше, чем дразнить девочку Полоумной Лавгуд и прятать ее вещи. Вот такие развлечения были у самого умного факультета.

Гарри не знал, почему этих двух отверженных с собственных факультетов студенток влечет к нему. Что в нем такого, что позволяет им чувствовать себя защищенными в присутствие героя? Может, это еще одни новые способности, как магического существа? Гарри не хотел бы быть похожей на дионею, которая своими железами привлекает насекомых и питается ими. Он очень надеялся, что понравился девушкам потому, что интелегентен, мил и образован, а еще потому, что ему нравится общаться с умной Гермионой и необыкновенной Луной.

Пока он размышлял на тему дружбы, и какой она должна быть, к их столу подошел сам слизеринский король Драко Малфой. Естественно, началась перепалка, в ходе которой каждый угодил под проклятие. Малфой покрылся ярко фиолетовыми прыщами — ай да изобретательница Луна!Гермиона обзавелась бобринными зубами, а сам Гарри стал похож на Кребба, то есть его тело превратилось в воздушный шарик. Колдоведьма, конечно же, быстро избавила их от неожиданных эффектов и назначила наказания за дуэль. В итоге Герми исправила свои зубы, слегка уменьшив их, а мисс Лавгуд так понравилось создавать новые заклинания, что она записалась к своему декану на факультатив.

В своих подростковых проблемах, уроках, придирках профессора Снейпа и оскорблений Малфоя прошел первый семестр учебы. Когда Гарри опомнился, что у него нет подруги на бал, было уже поздно. Сначала мальчик подошел к Гермионе и честно признался в своем промахе, было уже поздно. Оказалось, что девушку пригласил Виктор Крам. Луна, к своему большому сожалению, также не смогла пойти. Она с отцом уезжала на все зимние каникулы, и он, зная, что его дочь не пойдет на бал, забрал ее раньше. Приглашать других, мало знакомых и уже наверняка приглашенных девушек, сам юный ловелас боялся. Мальчик уже совсем было отказался идти на праздник, как услышал от слизеринцев, что угрюмая студентка Дурмстранга Элен так и не нашла пару.

Элен была довольно известной в своей команде. Она являлась какой-то дальней родственницей их директора и довольно умной и сильной ведьмой. Но, к ее огромному сожалению, она не могла общаться с парнями. Гарри не расслышал, почему же она этого не может, но решил, что у него еще есть шанс пойти на бал с партнершей.

Элен Картофф оказалась хрупкой темноволосой ведьмой, которая совсем не была похожа на девушку, скорее на парня. Однако Гарри все-таки набрался смелости и подошел к ней. На английском она говорила неплохо, не грубила ему и даже не смеялась над первой попыткой парня пригласить ее на бал. Легким кивком девушка согласилась и сказала, что будет ждать его у входа в зал в семь часов.


Лежа ночью в кровати, мальчик вспоминал, как прошел его первый в жизни бал. Парадная мантия у него была, прическа выглядела отлично, да и сам он был симпатичным магом. Его партнерша, на удивление всем, одевшись в платье, преобразилась в корне. Если раньше ее можно было спутать с хрупким парнем, то теперь перед ним стояла симпатичная ведьма. А уж когда Гарри увидел Гермиону рядом с Виктором, он потерял дар речи. Она была просто солнышком, которое светит им каждый день. Гарри никогда бы не подумал, что она может быть такой красивой. И вообще они с Виктором были просто потрясающей парой.

Протанцевав вступительный вальс, чемпионы с партнерами, а также многие желающие остались дальше на танцплощадке. В ходе этого вечера, Гарри наконец-то понял, почему Элен никто не пригласил до него. Она имела не совсем хорошую репутацию у себя, так как являлась полу-оборотнем, и ее многие боялись. А еще девушка не умела общаться с юношами, она буквально чуяла их намерения и довольно грубо отказывала им. И эти отказы чаще всего заканчивались отдыхом в больничном крыле. Однако Гарри заверил, что это его совершенно не волнует и продолжил наслаждаться вечером. Девушка же согласилась на его приглашение только чтобы узнать почему она не чувствует намерения юноши. Чтобы как-то снять с себя подозрения, Гарри вспомнил Люпина и, да простит его Ремус, соврал, что именно он научил своего подопечного некоторым фокусам. Прелестная партнерша, к огромному облегчению Гарри, спокойно приняла это объяснение. Вероятно, они на самом деле могут делать подобные вещи. В полночь все уже разошлись, при этом натанцевавшись на год вперед.

Да, все-таки первый семестр прошел великолепно.

Комментарий к Глава 9. Школьные хлопоты.

Дорогие мои читатели, не кидайтесь в меня тапками сразу. Наверное, это будет спойлером, но я постараюсь придерживаться канонных характеров, т.е Рон Уизли (прости меня, Рон, за эти несколько глав) будет все-таки оправдан в своих поступках.


========== Глава 10. Шокирующие подробности и не только от Гарри. ==========


Все юные волшебники привыкли отправляться домой двадцать первого декабря. Бал подзадержал их отправление на один день, и именно его с нетерпением ждали младшекурсники и сам Гарри. Ребята с первого по третий курс потому, что у них несправедливо отняли один день каникул, а Гарри потому, что он очень хотел встретиться с Сириусом. Его крестный очень хотел с ним поговорить, и мальчик слегка волновался перед этим самым разговором.

Практически все старшекурсники захотели остаться на каникулах в Хогвартсе. Юноши — чтобы выпросить автограф у Крама, а девушки — чтобы закадрить иностранных парней. Даже Гермиона, которая, по идее, должна скучать по родителям, осталась в школе. Девушка отговорилась проектом по трансфигурации, но юноша отчетливо видел ее яркие эмоции, направленные в сторону болгарского ловца. Он ни в коем случае не винил девушку, в конце-то концов, у каждого человека должна быть своя личная жизнь. И кто такой Гарри, чтобы мешать им?

В это время мальчик собирался с силами, чтобы рассказать всю правду о себе. Он не знал, с чего ему надо будет начать, но надеялся на госпожу удачу, которая помогала ему из раза в раз, и даже во время нападения он остался, в какой-то мере, жив и здоров. Счастливчик.

Уже сидя в поезде, который вез ребят домой, которых оказалось не так уж и много, Гарри думал о том, что поесть ему следовало все-таки в школе. Он уже чувствовал небольшой дискомфорт в области живота и понял, что через неделю ему нужно будет хорошо подкрепиться.

В таких размышлениях мальчик не заметил, как поезд добрался до Лондона. Хогвартс-экспресс обратно добирался всего за несколько часов, тогда как туда он ехал целых десять. На платформе Гарри никого знакомого не встретил. Он очень ждал Сириуса и просто жаждал увидеть своего долгожданного крестного. Однако когда моложавый черноволосый мужчина вдруг обнял мальчика, Гарри чуть не выхватил палочку, просто по привычке, колдовать юный дементор после превращения мог и без палочки. Он еще некоторое время не мог подумать, что этот модный и симпатичный мужчина его крестный. Пускай они виделись в больничном крыле не так давно, но казалось, что с каждым днем его Сириус молодеет. Вот как на людей действует свобода. Они еще немного поболтали на платформе, и Сириус аппарировал его к себе, нет, к ним домой.

Его крестный жил в своем родовом особняке в Лондоне на площади Гриммо 12. Оказывается, Сириус внял совету крестника и, пока ждал его из школы, значительно преобразил свой дом. По словам Сириуса, когда он только прибыл сюда после Мунго и суда, этот ранее выглядевший более чем прилично огромный дом напоминал старую помойку. Везде была грязь и мусор, на стене висела его злобная мамаша, по дому шатался старый домовик Кричер, под стать хозяюшке Вальпурге. На кухне в самом последнем пункте их экскурсии сидел еще один симпатичный мужчина. Вот здесь Гарри не смог сдержать удивленного возгласа. Этим мужчиной оказался Ремус Люпин, его бывший учитель Зоти и невольный катализатор его превращения. Оказывается, Ремус Люпин теперь живет у Блека. После неприятных событий прошлого года, Ремусу стало еще труднее устроиться на работу, и Сириус с радостью предложил свой дом другу.

Они здесь сделали почти профессиональный ремонт и на этом не остановились. После отъезда Гарри обратно в школу друзья будут приводить это гнездышко в порядок. Гарри знал, что хотел услышать Сириус. Мальчик, естественно, не был против соседства. Он был не в обиде на бедного Ремуса, не его вина, что он оборотень. Крестный заметно расслабился, а Ремус повеселел.

Сириус с Гарри провел несколько по-настоящему веселых дней. Они очень много говорили и практически заново узнавали друг друга. Общение письмами не могло дать того эффекта, что общение вживую. Гарри очень многое узнал о бурной молодости Сириуса, о его похождениях, о родителях, конечно, и о том, как его мама отшивала его папу целых четыре года. Они не только веселились, но и разговаривали на важные подростковые темы.

А самой, наверное, животрепещущей темой для Гарри было взаимоотношение с одноклассниками, в том числе с уже бывшим другом — Роном. Гарри пытался узнать, как же ему стоит вести себя с ним и со всеми другими, которые сегодня носят тебя на руках, а завтра готовы собственноручно пустить Аваду в лицо.

— Я действительно не знаю, на каком месте я стою в жизни некоторых людей… Иногда они обращаются со мной как с кем-то особенным, а потом так, как будто я ничего не значу, — такими словами начал свой разговор юный волшебник.

Ремус, оказавшийся превосходным психологом, успокаивал его, говоря, что его слава и известность идут против него. Люди, особенно слабые люди, в любых непонятных для них ситуациях скидывают свои проблемы на других, на более сильных, умных, тех, кто, по их мнению, сможет их защитить. Однако это не всегда выход. Его одноклассники стали относиться к нему плохо только после того, как поняли, что определенную проблему они не смогут решить сами, а виновного в их неудачах и бедах нужно было найти. Это психология людей, и ее не изменишь. Эти слова успокоили мальчика.

В целом, это были познавательные каникулы, но Гарри все равно ощущал, какую-то недосказанность между ними, как будто Сириус не сказал самого главного и до сих пор не решился сделать это. Да и мальчик долго собирался с силами, чтобы рассказать свой замораживающий секрет. Однако все тайное всегда становится явным.

Двадцать седьмого декабря после отлично проведенного Рождества в кругу своей новой семьи мальчик наконец-то решился. Он опустил взгляд и, нервничающий, не постучал при входе в комнату Сириуса. Это стало ошибкой. Гарри наткнулся на довольно странную картину. Его крестный обнимал за талию Ремуса, при этом прислонив его к стене, и страстно целовал. Мужчины не заметили Гарри и продолжали самозабвенно наслаждаться своими ощущениями, пока Ремус не отвлекся и не простонал: «Сириус, хватит, Гарри может зайти в любой момент» — и тут же охнув, постарался отодвинуться, потому что как раз заметил Гарри, стоящего с открытым ртом у двери. Гарри не знал от чего он оцепенел. От того, что у Сириуса и Ремуса роман или от того, что впервые увидел, как целуются двое мужчин. Он, честно говоря, был совершенно не против личной жизни крестного, и его даже обрадовало, что это Ремус, так как посторонняя женщина могла отнять его крестного отца. Мальчик понимал, что думает несколько эгоистично, но ничего с собой поделать не мог. Сириус тут же отстранился от любовника и направился к Гарри.

— Гарри, я давно хотел тебе все объяснить. Понимаешь, мы с Ремусом были парой еще в Хогвартсе и после долгого расставания приняли решение снова быть вместе. Я понимаю, что ты думаешь, но…

— Сириус, ты можешь не оправдываться. Я понимаю тебя. Я рад за тебя и Ремуса. Ты мог не скрывать это от меня. Я ни в коем случае не буду против. Если вы счастливы, то и я тоже, - словно скороговорку проговорил мальчик, еще не отошедший от шока, но уже взявший себя в руки.

— Гарри, это правда? Я очень надеялся на твое понимание. Это важно для меня. Я люблю тебя, как своего родного сына, для меня ты и являешься именно им и твое мнение очень важно для меня и Ремуса, правда, Рем?

— Да, Гарри, спасибо, что не осудил нас. Я люблю твоего крестного и мне не хотелось бы стать причиной вашей ссоры.

— Нет проблем, Ремус. Я совершенно спокойно к этому отношусь. Я, честно говоря, рад, что парой моего отца стал ты. Я боялся, что какая-нибудь женщина отберет у меня крестного.

— Гарри, тебе совершенно нечего боятся. Я рад, что ты принял наши отношения. И кстати, ты что-то хотел, раз зашел сюда?

— Да, крестный, ну, и ты, Ремус, тоже давайте пройдем в голубую гостиную, — юноша глубоко вздохнул и направился в другую сторону особняка.

Голубая гостиная была голубой только номинально. Просто именно там были голубые портьеры, и они хорошо гармонировали с присутствующей там мебелью. Как только пришедшие расселись в кресла, Гарри начал свой рассказ.

— Я хочу кое-что рассказать вам о случившемся в прошлом году, в конце прошлого года. Я вам доверяю, но все равно хочу, чтобы вы пообещали никому не рассказывать то, что узнаете.

— Гарри, это очень серьезный разговор. Ты уверен, что тебе не нужна помощь? Я, Сириус Орион Блэк, обещаю, что то, что я услышу от моего крестника Гарри Джеймса Поттера, никому не передам в устной, письменной или ментальной форме.

— Я, Ремус Джон Люпин, обещаю, что-то, что я услышу от Гарри Джеймса Поттера, никому не передам в устной, письменной или ментальной форме.

— Спасибо, это очень важно для меня. Так вот, в тот роковой день, когда мы спасли тебя, произошло одно событие, которое сильно повлияло на мою жизнь… — с этими словами Гарри выдохнул холодный пар и поднялся над полом, по которому начал ползти морозный узор. Когда мальчик опустился обратно, он заметил, как двое мужчин с ужасом в глазах смотрят на него.

— Сириус, ты не подумай, я ничего не смогу тебе сделать и не собираюсь, но это событие очень сильно повлияло на меня. Я пытался вызвать Патронуса, которому меня научил Ремус, но у меня не получалось. Крики мамы становились сильнее, и я отчаялся. Думал, что все, это конец. Простился с тобой. А когда открыл глаза, увидел, что я становлюсь монстром, таким же, каких боялся всегда. Их главный заговорил со мной. Он объяснил, что в глубине души я всегда был готов стать дементором, вот почему они очень сильно на меня влияли, а тогда я был уже готов. Я пытался сопротивляться, но превращение уже началось, и мое тело, которое лежало рядом с твоим, было, как бы сказать, поцеловано, однако я был жив. Относительно жив. Дементор объяснил мне, что я таким останусь, правда, у меня существовала альтернатива. Я мог вселиться в свое тело и просто обзавестись телесной оболочкой. Я, естественно, так и поступил, и они оставили тебя. Главный дементор объяснил мне некоторые правила моего нынешнего существования, и они улетели. До утра я пытался контролировать свою новую сущность, и, тогда, в больничном крыле я просто лежал и притворялся. Я не хотел тебе навредить, хотел спасти и сделал все, что мог. Сириус, ты… — Гарри не договорил, так как ощутил, как его обвивают крепкие и теплые руки крестного.

— Сохатик, мне так жаль, что ты пережил такой кошмар. Ты пошел на это ради меня, а я так и не понял, какую огромную роль ты сыграл в моем спасении. Ты столько всего пережил за свою жизнь. Ты у меня герой. Мне совершенно не важно, кем ты стал. Вон, Ремус у нас тоже волшебное существо и не сильно переживает. Я люблю тебя, крестник, ни в коем случае не сомневайся в этом. Я всегда на твоей стороне.

— Хмм, Гарри, все, что я хотел сказать, уже озвучил Сириус. Я слегка шокирован, но восхищен твоей смелостью и твоей жертвенностью. Я горжусь тобой и ни в коем случае не отвергну тебя. Для меня ты тоже стал кем-то вроде сына, и я тоже привязался к тебе. Я очень виноват, ведь именно из-за меня ты подвергся этому ужасному нападению. Сможешь ли ты простить меня, Гарри?

Гарри обнял мужчин, едва сдерживая слезы. Он признался. Его не отвергли. Он не одинок в своей тайне.

— Гарри, знай, что нам все равно какой ты. Ты до сих пор наш самый дорогой человек.

Этими теплыми словами и слезами облегчения закончился долгожданный разговор. Общие тайны сплотили семью волшебников. Гарри с этого дня стал уверен, что кто бы что ни говорил и ни осуждал его, его семья будет рядом с ним.


========== Глава 11. Каникулы продолжаются. Секреты раскрываются. ==========


Оставшиеся каникулы Гарри Поттер — Мальчик-Который-Выжил — наслаждался отдыхом. Он впервые почувствовал себя дома. Даже в Хогвартсе на первом году обучения, когда он вырвался от Дурслей, он не ощущал такого покоя, тепла и поддержки, как сейчас. Тогда рядом с ним постоянно находились злые языки и неприятели, поклонники и просто назойливые личности.

В каникулы же, они с Сириусом и Ремусом обошли весь Лондон в поисках приключений. Как магический, так и магловский. Знатно повеселились в парке развелечений и зоопарке магических животных и просто насладились обществом друг друга.

Тот факт, что его новая семья является своеобразной ячейкой общества, совершенно не смутил Гарри. Вообще мальчик старался не сильно обращать внимание на то, как двое совершенно нечужих ему людей наслаждаются друг другом. Он помнил, как в детстве очень грустил оттого, что у него не было близкого человека, того, с кем можно поговорить, поиграть и просто помолчать. А каково же было Сириусу в Азкабане? Так что, как решил сам Гарри, он не в праве лезть в личную жизнь двух взрослых людей, особенно когда его не просят.

— Сириус, помнишь какой завтра день?

— Рем? Что-то случилось? У тебя день рождения или наша годовщина?

— Дурак, — Ремус слегка хлопнул друга по руке.

— Полнолуние.

— Нет проблем, Ремми, пойдем вместе.

— А Гарри? Он останется здесь?

— Хмм… Сириус, Ремус, дело в том, что мне тоже необходимо удалиться завтра, — вмешался в их беседу мальчик.

— Гарри, что-то случилось? Все в порядке?

— Не переживайте вы так, все нормально. Просто мне нужно поесть. Поесть, как ем только я. И мне хотелось бы размяться, так что вы можете побегать без меня и не бояться за мою сохранность.

— Ну вот, проблема решена. Постой, поесть в смысле тебе нужно будет выпить человека?

— Сириус, нет, ты не так все надумал. Дело в том, что я не питаюсь людьми. Вообще. Мне до сих пор немного не по себе от этой мысли. Хотя порой так и тянет кого-нибудь попробовать. Я пью только животных.

— Животных? Но дементоры же не питаются ими, все это знают, — встрял Ремус, бывший учитель по Зотс.

— Кто тебе сказал? Книги? Эту информацию не знает ни один человек, ну, кроме вас.

— А почему тогда в Азкабане меня не трогали эти монстры? Прости, Гарри, сейчас я говорю вроде как о твоей новой семье и…

— Сириус, не выдумывай, я совершенно не в обиде. Это их работа и вроде как пища. Мы отлично видим животных и даже можем их есть, просто, как объяснил мне Сссхаш, животное отличается от человека, как дешевое пиво от первоклассного виски. Все съедобно, но практически безвкусно. Однако я все еще ощущаю себя человеком и мне трудно переступить через моральные принципы.

— Ох, Сохатик, ты у меня просто молодец. Я горжусь, что ты такой смелый, сильный, самоотверженный и добрый. Ты правильно поступаешь. Если у тебя есть альтернатива, то почему бы не воспользоваться ей? Постой-ка, кто такой Саш или кто он там?

— Ммм… Сссхаш — это дементор. Когда я еще жил у тети и практически ничего не знал, я решил позвать родню, и прилетел Сссхаш, это его новое имя. Раньше, очень давно, он, так же, как и я, был человеком и даже лет сто так же пожелал жить в своей человеческой оболочке, но вскоре ему надоело, и он воссоединился с родней. Именно он рассказал мне об особенностях моего нового тела, о новых способностях и способах питания. Они, кстати, не такие уж и страшные как мы представляли раньше.

— Ух, крестничек, не торопи фестралов. Для кого не такие страшные, а для кого лучше бы их никогда в жизни не видеть. Прости, Гарри, я не хотел. Они, конечно, страшные в своем настоящем облике, а ты-то выглядишь как мальчик-подросток, и ты совсем другое дело.

— Крестный, не извиняйся. Я сам до сих пор считаю их ужасными, по крайней мере, внешне, и как подумаю, что когда-нибудь сам стану таким, уфф, аж мурашки по коже. Конечно, они мне ничего не смогут сделать, но их вид, он невольно, но все же внушает отвращение.

— Я рад, что мы обсудили все важные новости. Гарри, надеюсь, у тебя нет других шокирующих подробностей? Тебе лучше сказать все сразу, а то меня будет мучить совесть, что я не смог тебя поддержать или защитить.

— Сириус, Ремус, это точно все. Вроде. Ничего важного я от вас не утаил. Ну, идите, резвитесь, и я тоже пойду. Встретимся здесь завтра утром, и я все подробно расскажу, — с этими словами Гарри накинул на себя куртку и вышел из дома. Конечно, одежда была ему совсем не нужна, но согласитесь, увидеть в середине зимы мальчика в одной рубашке и брюках необычно и навевает определенные подозрения.

Гарри точно не запомнил, сколько времени он провел на свободе. Как только он вышел из особняка Сириуса, он словно аппарировал, сам не зная куда. И только после того, как в него перетекла душа какого-то животного, он оглянулся. Ну точно, он в Запретном лесу и только что встретил своего друга-паука. Вот что делает с дементором голод. Мальчик сам не понял как оказался здесь. Однако он отчетливо понял, что сыт. Паучишка был таким вкусным, что мальчик не отказался бы от еще одной порции. Однако он понимал, что наглеть не стоит. По лесу все же бродит Хагрид, и он наверняка когда-нибудь да заглянет к своему питомцу, и трупы животных, которые наверняка будут лежать здесь, смутят лесника. Лесник, скорее всего, отправится к Дамблдору, или поставит ловушки, или, что еще хуже, будет выслеживать того, кто убивает его питомцев. Нет, это рискованно. Сейчас Гарри был почти уверен, что тела погибших пауков идут на корм самим же паукам, а если он превысит лимит, может когда-нибудь попасться.

После хорошего пира юноша не вернулся домой. Гарри так долго ждал свободы, что просто взять и упустить возможность воспарить над землей он не мог. В течение следующих нескольких часов юный дементор только и делал, что кружил над деревьями. Он совсем не волновался, что его могут заметить.

Во-первых, Гарри находился в глубине Запретного леса, а во-вторых, его собственная магия, работающая интуицией, и способность видеть души людей очень помогали ему.

Когда Гарри окончательно удовлетворил свои потребности, он все-таки отправился домой, ждать сюрприз. Он совершенно не знал, как ему добраться обратно. Нет, аппарировать он мог, любые магические действия, которые доступны только взрослым волшебникам, стали доступны ему уже сейчас. Он не приручал магию, он сам был магией. Поэтому юный герой настроился на эмоции Сириуса. Это было похоже на эхолокацию. Невидимые нити так и манили его в сторону Лондона. Ну, то, что Сириус с Ремусом не могли уйти очень далеко, он подозревал. Когда через пару часов полета мальчик все же достиг небольшого лесного массива, он точно понял, что выбрал правильный способ поиска дома.

Начало светать еще во время его подлета к Лондону, а когда Гарри достиг места пребывания крестного, наступил рассвет. Вспоминая в дальнейшем свой сюрприз, Гарри не раз становилось стыдно. Когда юноша достиг на своих двоих, разумеется, небольшого домика в самом сердце зеленого городка, он и подумать не мог, что может помешать. Гарри вспомнил всю информацию по оборотням и пришел к выводу, что Ремус уже превратился обратно в человека, поэтому он, не стесняясь, зашел в домик. Несколько секунд он просто стоял не в силах отвести взгляд.

Сириус и Ремус, ох, ему даже стыдно вспоминать это, сплелись в объятиях и явно были заняты очень приятным делом. Они совершенно не обратили внимания на вошедшего, Гарри подозревал, что они его не заметили, и продолжали наслаждаться друг другом. Естественно, наш скромный, ни разу не видевший подобного герой поспешил убраться из комнаты. Однако сладостные стоны и вид обнаженных тел до сих пор вспоминались Гарри как нечто запретное и несбыточное. Именно после этого случая мальчик все чаще стал задумываться о том, что, наверное, так никогда и не узнает, каково же это любить по-настоящему живого человека.

Часа через три, естественно, после того как смущенный маг наложил на домик чары, не позволяющие проникнуть звукам из заколдованного объекта, вышли и сами участники Гарриных размышлений. Естественно, Сириус обрадовался крестнику, а вот Ремус, взрослый маг, но до сих пор очень скромный, понял, что их, похоже, застукали, а уж когда явственно почувствовал чары на доме, покраснел еще больше. Один Сириус не заморачивался подобным. Он был весел и бойко рассказывал Гарри о том, как славно они побегали в лесу, при этом постоянно поглаживая руку своего Рема. Перенеся всех троих к своему дому, маг решил, что ему просто необходимо поговорить с Гарри наедине.

Ремусу только предстояло узнать, о чем же разговаривал его любимый волшебник с Гарри, что после их разговора тот заметно повеселел.

И вот пришла пора вновь ехать в школу. И Гарри очень не хотел оставлять свою семью. Однако и он понимал, что от учебы ему никуда не деться. Мальчик не хотел покидать свою семью ради новых разборок Рона, схваток с Малфоем, ажиотажа по поводу турнира и скучных уроков. Но кто бы ему разрешил туда не являться? Вот когда он окончит пять курсов и сдаст СОВ, тогда он сможет досрочно сдать и ЖАБА. А до этих пор, юному волшебнику предстоит еще многому научиться.

***

Пока герой нашей истории строил планы на будущее, в школе Чародейства и Волшебства Хогвартс строгий профессор зельеварения Северус Тобиас Снейп сидел в глубоком кресле и смотрел, как ненасытное пламя пожирает сухие ветки хвороста в камине. Глаза были полупкрикрыты, но ярко выделяющаяся морщина между бровями не давала усомниться в настроении Ужаса Подземелий.

На душе у него было неспокойно. Проклятая метка неприятно пульсировала на руке, а гениальная, всегда просчитывающая все варианты голова никак не могла точно дать ответ на загадку, который подкинул ему несносный Поттер. “Пора занятся этой проблемой вплотную”, - еле слышно прошептал зельевар, и его лицо исказила предвкушающая ухмылка.

Комментарий к Глава 11. Каникулы продолжаются. Секреты раскрываются.

Следующую часть придется немножко подождать. Хочу кое-что исправить в новой главе относительно описаний и эмоций.


========== Глава 12. Тайный план похищения героя. ==========


С тех пор как Гарри вернулся в школу, прошло уже несколько недель. И за это время, как ни странно, не произошло ничего из ряда вон выходящего. Гермиона мило общалась с Виктором, но по секрету сообщила, что они только друзья. Близнецы содержали свою букмекерскую контору и принимали ставки на победителя турнира. Сами чемпионы практически не вылазили из библиотек в поисках новых заклинаний и просто подготовки к Тритонам. Рон настраивал против себя факультет и Гарри в частности. В целом ничего не изменилось. Ну, кроме того, что большая часть волнений и тревог по поводу своей новой сущности забрала на себя его новая семья.

Да, Сириус, его обожаемый крестный, и Ремус, человек, обожаемый крестным, теперь по-настоящему стали его семьей. Он принял это тогда, когда поговорил с Сириусом после памятного полнолуния. Нет, ничего серьезного мальчик не узнал, но еще больше уверился в том, что именно эти двое магов никогда не предадут доверия маленького мага. Оказывается, его проницательный крестный заметил Гарри в ту ночь, но только после того, как тот вышел. Он еще раз поинтересовался у мальчика, не слишком ли ему неприятно постоянно видеть проявление любви двух мужчин? Гарри тут же отрицательно помотал головой и клялся старшему магу, что точно ничего не имеет против. Конечно, ему каждый раз было неловко из-за того, что он мешал магам, но, ох, да что себе-то врет, ему до сих пор неловко оттого, что может застигнуть их еще в каком-нибудь уголке.

Если вы думаете, что эти взрослые и здравомыслящие маги специально поступают так, чтобы смутить мальчика или дать ему привыкнуть к ним, то вы совершаете огромную ошибку. Ремус постоянно накладывал на помещения заклятия помех, которое работало наподобие магловской сигнализации. Если человек пересечет данный барьер, то им обязательно это сообщат, а так как Гарри не человек, и не оборотень, и не полувеликан, и даже не вейла, а дементор, тот, кто, по идеи своей, не считается разумным существом и не входит в перечень заклятия, то выходит то, что выходит. Гарри, конечно, пытается отследить их своим магическим зрением, но он постоянно видит лишь души, они находятся рядом друг с другом, но то, что они делают там, его зрение не показывает. Вот так им и предстоит проводить почти все время. Двоим магам прятаться лучше, а Гарри быть внимательнее.

Уроки шли по-прежнему. Профессор Снейп хоть успокоился немного, но все так же доставал Гарри, сверля его постоянно своим проницательным взглядом. Мальчик честно пытался исправить свое «удовлетворительно», но оно исправляться не хотело. А все дело в том, что своими новыми способностями юный герой совершенно отвратил от себя растения и мелкие магические ингредиенты. Их было очень неудобно нарезать (все же не очень живое тело играло свою немаловажную роль) и следить за тем, чтобы они не повредились от воздействия его сил. Гермиона изо всех сил старалась помочь другу, но все, чего она добилась, это то, что мастер зелий практически перестал обращать внимание на гриффиндорскую парочку.

Больше всего внимания от самого мрачного учителя доставалось Невилу и Рону. Невилу за взаимную его и зелий неприязнь. Рону за свое хамство.

С тех пор как друзья окончательно поссорились, он перестал сдерживать свои высказывания. Если раньше он хоть немного заботился о своем поведении, то теперь он мог прилюдно оскорбить любого преподавателя, в основном Снейпа, за что ему и влетало от него. Да, в этом году Рон Уизли показал себя в очень плохом свете.

Как уже говорилось, с растениями Гарри ладил не слишком хорошо, поэтому и по гербологии у него не стояло высшего бала. А вот с другими дисциплинами… Заметно возросшая магическая сила мальчика позволяла творить все заклинания школьной программы невербально. Конечно, он этого не делал, но сам факт очень его радовал.

Мальчик вырвался в отличники по трансфигурации, чарам и Зоти. Астрономия была скорее умственной наукой, а потому тоже шла с переменным успехом. Прорицания, самый не любимый его предмет, так же как и в прошлом году сдабривался враньем и фантазиями и, как ни странно, в этом году, его это совершенно не напрягало. Гарри, честно говоря, подумывал взять другие предметы для дополнительного изучения, так как у него было очень много свободно времени, но как только он представил удивление и даже подозрение преподавателей, отложил эту затею в сторону. В сущности, решил Гарри, ничего из этих предметов ему не пригодится в жизни. Ему не требуются лекарства, места для отдыха или способы защиты, он не нуждается в животных, которые, кстати говоря, его побаиваются. Он стал практически совершенным орудием, но начал понимать, что ему будет невероятно скучно без многих живых вещей.

Такими неспешными шагами подошел день второго испытания. С самого утра мальчик не мог найти Гермиону, хотя они договорились пойти вместе и поболеть за Виктора и Седрика. Когда до начала испытания осталось всего полчаса, а Гермиона так и не показалась, мальчик решил на нее обидеться и не разговаривать. Придя, а точнее прибежав, к месту испытания, а именно на Черное озеро, Гарри быстро проскользнул на трибуны и принялся смотреть. Ничего интересного, однако, он так и не увидел. Комментатор Людо Бэгмен рассказал, что в течение часа чемпионам нужно достать со дна озера самое дорогое. С магическим сигналом Седрик и Флер наколдовали что-то вроде пузыря вокруг головы, только потом Гарри узнал, что это заклинание так и называется — головной пузырь, а Виктор превратился в гибрид акулы и человека. Они нырнули в воду, и целый час никого не было видно. Хотя спустя тридцать минут русалки доставили на поверхность Флер, которая горько плакала и куталась в теплое полотенце. К концу часа из озера выплыл Виктор с пленницей… Гермионой. Гарри стало очень стыдно за то, что он мысленно обиделся на подругу, которая, похоже, пережила еще больший стресс. Еще через десять минут, а именно ровно по окончанию часа, выплыл Седрик со своей девушкой и маленькой блондинкой. После того, как французская чемпионка подбежала к юноше, Гарри понял, кем была маленькая пленница. Он, не желая сидеть на трибунах дольше, поспешил спуститься вниз к Гермионе. Когда он наконец-то обнял свою подругу, ему стало спокойней. В этом испытании первое место разделили Крам и Дигори, а второе Делакур. Лично по мнению Гарри, французской девушке уже все равно было на победу и на сам турнир, она просто хотела домой со своей сестрой.

После Турнира дни пошли своим чередом. Завтрак, уроки, обед, уроки, свободное время, ужин и иногда уроки. Только придирки Малфоя становились с каждым днем все чаще и чаще, и Гарри не выдержал. Он подкараулил в мантии невидимки гадкого слизеринца и раскрыл свой дар. По коридору быстро расползся холод, стекла заледенели и покрылись инеем, Драко остановился и со страхом стал оглядываться по сторонам. Он уже начал чувствовать на себе щупальца дементора и, естественно, ему захотелось поскорее уйти. Однако Гарри был не так прост. Ему надоело, что он вымещает всю злобу на него и Гермиону, и решил, что избалованному слизеринцу не повредит немного кошмаров. Малфой, будучи полностью в объятиях страха, побледнел еще больше и практически осел на пол. Гарри, кстати говоря, который впервые воздействовал таким образом на волшебника, будто сам окунулся в воспоминания недруга. Драко сидел на коленях около лежащей Нарциссы Малфой и плакал. Он повторял всего несколько слов: «Мамочка, зачем ты ушла? Останься, не умирай, я спасу тебя, ты вылечишься».

Эта картинка произвела на Гарри эффект энверейта. Мальчик сразу же остановил пытку кошмаром и попытался исправить свою ошибку. Драко в это время практически сполз со стены, ничего не видя перед собой и повторяя всего несколько слов «Мамочка, нет». Гарри стало стыдно за свой поступок, и он попытался исправить его. Юноша растопил заклинаниями лед на стенах, затем отлетел на некоторое расстояние, снял мантию и громко побежал внаправлении своей жертвы. Малфой все так же сидел на полу и ни на что не реагировал. Гарри естественно потормошил его, влепил пощечину и даже применил энверейт. Однако когда тот не очнулся, мальчик испугался. Его сердце, которое уже вроде бы и не существовало, заледенело. Ведь Драко придется нести в Больничное крыло, а там может вскрыться его тайна, но… он заметил в руках слизеринца письмо и сразу же придумал план. Он быстренько написал письмо, благо, наколдовать чернила и пергамент ничего не стоило, и приподнял Драко. Малфой отказался сотрудничать, даже ничего не соображая. Он не хотел никуда идти и вообще вел себя странно. «Хоть бы я не навредил ему» — умолял себя Гарри. Он поднял бесчувственное тело мобиликорпусом и поспешил в больничное крыло. Мадам Помфри, естественно, была на месте и, как только увидела нового пациента, тут же приняла его в свою обитель. Она выслушала историю Гарри и похвалила его за то, что он оказался чутким и отзывчивым мальчиком. Она определила недуг недруга. Эмоциональный стресс вкупе с магическим истощением, он часто бывает у детей перед экзаменами, поэтому она знает что делать. Камень с несуществующей души Гарри свалился. Его не подозревают, а Малфой будет жить.

Еще несколько дней Гарри не видел Малфоя на занятиях и в Большом зале и очень переживал за его душевное здоровье. Он уже много раз пожалел о своем мимолетном порыве мести. Однако когда его неприятель появился на завтраке вполне живым и здоровым, чувство вины исчезло как его и не бывало. Его бледнолицее величество сидело в относительном одиночестве и практически не разговаривало со слизеринцами. В течение еще нескольких дней мальчик окончательно понял, что он изменил мага по имени Драко Малфой. Он перестал обращать внимание на внешние раздражители, Гарри теперь для него не существовало, он практически поселился в библиотеке и все что-то читал, писал и заучивал. Видя такое стремление у своего врага, Гарри только обрадовался, пускай он занимается своим личным делом и не вмешивается в его жизнь.

В конце учебного года Гарри совершенно расслабился. Он все так же ходил на охоту раз в две недели, методично уничтожал пауков и не знал проблем. Гермиона уже не заставляла его садиться за книги, так как он учил их ночью и просто в свободное время. Его оценки, естественно, медленно, но верно ползли вверх, радуя преподавателей. Со всеми однокурсниками мальчик постепенно наладил приятельские отношения. Если раньше он общался только с Роном и Гермионой, то теперь Симус, Дин, Фред и Джордж, Луна, Ли, Анжелина и Кэти были его окружением. Ох, сколько их только не было. Вся квиддичная команда в дружеских матчах не могла нарадоваться своему любимчику Поттеру, который если и раньше был отличным ловцом, то теперь стал богом снитчей. На этой почве он и привлек к себе внимания квиддичных фанатов и… мальчик заметил, что находиться в вечно радостной толпе подростков ему нравится больше, чем сидеть в одиночестве. И не только из-за эмоций, которые самостоятельно текут в него, а просто-напросто из-за веселой компании рядом с ним.

Будучи дезориентированным под конец учебного года, когда уже сданы все экзамены, вокруг тепло и рядом много девочек в укороченной форме открытой по максимуму, Гарри совсем не обратил внимания на странное поведение профессора Зоти. Что ни говори, а смотреть на красивые ножки, грудь и попы прекрасной половины Хогвартса было лучше, чем на изуродованного учителя-параноика.

Уже завтра начнется последний этап Турнира, и абсолютно каждый школьник взволнован таким предстоящим событием. Контора близнецов раскрутилась очень сильно. Даже преподаватели не погнушились поставить пару галеонов на чемпиона. В основном ставки были на Виктора, который пока лидировал, и Седрика, дышащего ему в затылок. Флер тоже не была обделена вниманием, но на нее ставили гораздо меньше человек. Однако девушке было абсолютно по барабану. Она, говоря своим подругам, как подслушал Гарри, сообщила им, что как только зайдет в лабиринт, то сразу же постарается выйти оттуда.

Утром в сей знаменательный день Гарри спешил на стадион, чтобы занять место себе и подруге, но был остановлен преподавателем Зоти — Аластором Грюмом. Тот попросил юношу пройтись с ним в кабинет, чтобы он помог ему кое в чем. Ничего не подозревающий Гарри, спокойно последовал вслед за преподавателем и не ожидал, что как только он зайдет в кабинет на него нападут. Ступефай, предназначенный для оглушения и дезориентирования противника, сработал на Гарри только потому, что тот этого не подозревал. Мальчик слегка оступился, и в это время его связали инкарцерро. Затем темный кабинет осветился и перед Гарри возник профессор Грюм, правда, его лицо было объято гневом, что делало его так непохожим на себя. Он подождал, пока Гарри свыкнется с тем, что не может пошевелиться, и тогда начал свою эпическую речь:

— Гарри Поттер, наконец-то я тебя поймал. Я жил только этим моментом. Темный Лорд снова будет велик, а ты в могиле.

— Профессор Грюм, что вы говорите? Какой Темный Лорд? Причем здесь он? И зачем вы меня схватили? Я восхищен вашими талантами, но может, вы меня уже отпустите, я опаздываю на соревнования.

— Отпустить тебя? Мальчишка, ты что-то попутал. Ты заплатишь за время, когда наш великий Темный Лорд находился в виде призрака. Я думал ты умнее и догадаешься, что я не этот сумашедший аврор. Я Барти Крауч младший. Целый год я дурил всем голову и изображал чокнутого аврора, и все только ради того, чтобы подобраться к тебе, Избранный. Ты сослужишь Темному Лорду отличную службу, ты возродишь его! Твой рыжий дружок Уизли не смог справиться со своей целью, но ничего, я все еще в строю.

— Рон? Что вы с ним сделали? Вы его заколдовали?

— Ты прав, совсем немного. Он и так был завистливым мальчишкой. Мне всего лишь пришлось подтолкнуть его к некоторым действиям. Я ослабил его контроль, и он перестал себя ограничивать. Наверняка ему даже понравилось это ощущение вседозволенности. Если так пойдет и дальше, я думаю, он пополнит нашу команду. Мой Лорд будет доволен своим новым слугой.

Гарри понял все относительно быстро и тут же решил, что как только он освободится, то силой отведет Рона в медпункт. Он так обрадовался новости, что его бывший друг все-таки действовал не по своей воле. Однако, чтобы выиграть время, он решил притвориться глупцом, который так и не смог разобраться в ситуации. Одновременно с этим он пытался снять с себя веревки.

— Хорошо, мистер Крауч младший. Я, конечно, знаю, что вы умерли в тюрьме и, наверное, там было не очень хорошо, но что вы предлагаете нам делать?

— Как что?! — удивился его пленитель. — Мы дождемся пока оборотное зелье, которое я принимаю в течение года, перестанет действовать, и тогда я активирую портал прямо к Милорду. Ты абсолютно прав, мальчишка, но ты сам никогда, к сожалению, не узнаешь как там, в Азкабане. Эти чудовищные охранники-дементоры убивают тебя изнутри, и если бы мой папаша и матушка не вытащили меня оттуда, я бы точно сошел с ума и умер.

«Ты уже сумасшедший, Барти» — думал Гарри, пока освобождал свои руки.

Он почти достиг своей цели, когда сумасшедший Крауч начал обсуждать время, которое наступит после возвеличивания Лорда:

— Всех грязнокровок убьют, полукровки буду работать на нас, чистокровных, а в Хогвартсе будут учиться только избранные. Темный Лорд избавится от сквибов и предателей крови, возвеличит слизеринцев и завоюет весь мир.

— Да, да, да, а еще он накормит обездоленных и обеспечит бездомных.

— Не хами, мальчишка, еще немного и да… — на глазах у связанного мальчика бывший преподаватель Аластор Грюм стал меняться, пока не предстал перед ним в новом виде — относительно молодой человек с безумными глазами.

В это время Гарри наконец-то смог освободить руки и ему не составило труда окончательно освободиться. Почему же он не воспользовался своей силой? Наивный школьник до последнего надеялся, что это розыгрыш, да и помощь могла прийти в любой момент и застукать Гарри в своем настоящем виде. Однако в самый последний момент, когда надеяться уже было не на кого, дементор все же вырвался наружу. И все, что он мог сделать, это не дать разом онемевшему, однако уже активировавшему порт-ключ сумасшедшему проникнуть вслед за ним.

После того, как рука подростка несильно коснулась небольшого медальона, а перед глазами словно взорвалась яркая белая вспышка, мальчик стал проваливаться в пространстве. Это было не похоже на его перемещения. Действие порт-ключа было мягче аппарации волшебников, но гораздо хуже его собственного способа перемещения. Последней мыслью перед окончательным исчезновением было: «Так вот как работают порталы».

Гарри, который ни разу не пользовался порт-ключом, не смог быстро сориентироваться и поэтому оказался в ловушке. В глазах было темно, и все, что он услышал, было: «Ну, здравствуй, Гарри Поттер».


========== Глава 13. Хищник идет охотиться. ==========


Комментарий к Глава 13. Хищник идет охотиться.

Итак, друзья мои. Вот и наверное самая эпическая глава. Надеюсь она вам понравится. Моя муза настойчиво просила именно это развитие сюжета. С вас комментарии о том, какой же получилась глава.

Все произошло так быстро, что Гарри не смог сориентироваться. Порталом мальчик пользовался впервые, поэтому незабываемые впечатления в виде головокружения и небольшой тошноты позволили похитителю связать Гарри на каком-то камне.

— Опять веревки, — оправившись после перемещения и оглядевшись по сторонам, с тоской подумал юный дементор. Он был привязан к могильному столбу. А напротив него стоял ненавистный ему Питер Петтигрю.

— Ну вот мы и встретились вновь, Гарри. Ты пожалеешь, что не спас меня в Визжащей хижине. Сейчас мы с тобой возродим Темного Лорда, ты будешь самым необходимым ингредиентом. Гордись своей миссией, — старый крысюк выволок из сторожки котел, наполненный какой-то жидкостью, очевидно зельем, и поднес его поближе к мальчику. Затем Петтигрю опять отошел в эту самую сторожку и пробыл там минут пять. За это время Гарри вновь стал освобождать свои руки. Его уже порядком достало то, что каждый норовит его схватить и связать. Пока он ослаблял магические путы, предатель вернулся со свертком на руках, подозрительно напоминающего младенца. Гарри уже успел испугаться, думая, что ребенок является ингредиентом темного зелья. Но когда из свертка показалось уродливое и змеевидное нечто, Гарри сразу же его возненавидел. Пока Питер Петтигрю подобострастно обращался к своему господину, мальчик успел освободить одну руку. А тем временем уродливый слуга начал свой ритуал.

Он опустил сверток в котел и стал читать названия будущих ингредиентов:

— Прах отца, отданный без согласия, оживи своего сына, — могила, над которой висел мальчик, разверзлась и из нее вылетела кость, вероятнее всего, отца самого Волдеморта, которая тут же опустилась в бурлящую в котле жидкость, — плоть слуги, пожертвованная добровольно, воскреси своего хозяина, — с этими словами Хвост, ни минуты не мешкая, отсекает ритуальным ножом целую кисть, которая так же отправляется в котел, и оставшийся обрубок закутывает в мантию.

Он подходит ближе к почти освободившемуся мальчику со словами:

— Кровь врага, взятая насильно, воскреси своего недруга, — Петтигрю вспарывает рукав мальчика и надрезает предплечье. Однако крови в почти как год умершем теле всего ничего, но для завершающего этапа хватает и парочки капель. В этот момент Гарри окончательно освободился, и, не дожидаясь пока только-только возродившийся на его глазах Волдеморт сделает что-нибудь с ним, активировал свой дар.

Жидкость в котле, что недавно была зельем, моментально замерзла, трава, земля, надгробья так же окоченели. Недоумевающие маги обернулись, и их глаза распахнулись в ужасе. Ребенок, мальчишка, что только что висел связанный на надгробье сейчас левитирует в воздухе. Его глаза покрылись пленкой, и сквозь них проглядывала чернота. Его тело буквально излучало древнюю магию, перед глазами магов проносились страшные моменты их жизни. И, в конце концов, предатель Хвост, не выдержав воздействия дементора, упал на землю. Подлетевший к нему Гарри наклонился ближе и, схватив лежащего мужчину за шкирку, притянул к себе. Пора было покончить с предателем родителей. Его рот раскрылся, и с шипящими звуками, которые издавал ребенок, грязная душенка мага начала вылетать из слабого тела. Гарри не составило труда поглотить вязкую субстанцию в мгновения ока, и как только он окончил свою трапезу и откинул оболочку мага на землю, Гарри повернулся к своему кошмару детства.

Волдеморт не по слухам знавший как именно питается самое опасное существо, все равно испытал небывалый ужас. Мальчишка, его заклятый враг, действительно обладал силой неведомой им, Томом. А уж когда тот закончил с трусливым Хвостом и обернулся к нему, он почувствовал, что, вероятнее всего, закончит свою жизнь, так и не исправив все свои ошибки. Все его планы по завоеванию мира именно сейчас провалятся, так никогда и не исполнившись. Не зная почему, то ли магия посчитала это раскаянием, то ли то, что дементор находился от него на расстоянии вытянутой руки, и ему явно не хватало несчастного кусочка в новом теле некогда самого страшного мага, но все его крестражи начали появляться на кладбище. То, что самый великий темный маг в одно мгновение может лишиться и своей бессмертной жизни и души, привели его в еще больший ужас. Палочка, которую он держал в руке, но почему-то не использовал, попыталась создать Защитника. Однако Защитник, питавшийся самыми светлыми эмоциями, никак не хотел проявляться у самого страшного мага столетия. И все, что смог сделать Темный Лорд, это выпустить легкое светлое облачко. Поняв, что оно не сможет защитить его от разбушевавшегося дементора, маг начал с атакующих заклинаний. Однако ничего из самых темных и опасных заклятий не помогло ему защититься от смертоносной воронки из ротовой полости дементора.

— Это конец, окончательный конец, — были последними словами потерявшего сознание мага.

А Гарри наконец-то понял что имел в виду его сородич. Это чувство, когда душа полная магическими способностями оказывается внутри тебя, несравнима ни с чем. «Быть дементором великолепно», — думал Гарри, когда окончательно поглотил и переварил в себе душу Питера Петтигрю.

Перед тем как перейти к блюду номер два, наш герой полностью оглядел уродливое тело перед собой. Никогда он не подозревал, что великий темный маг будет бояться его, мальчика сумевшего победить его на первом году жизни. Великий Волдеморт сейчас трясся от просмотренных им же кошмаров и пытался вызвать защитника, правда, безуспешно.

В это время перед ними стали появляться необычные предметы, среди которых оказался медальон, золотая чаша, простое кольцо, необыкновенной красоты диадема и огромная зеленовато-коричневая змея. Все они ощущались одинаково, а именно — душой мага, стоящего на коленях перед Гарри. Юноша так и не понял, как это может быть, но он вдвойне обрадовался дополнительным кусочкам обеда.

Кто бы что ни говорил про дементоров, они были разумными магическими паразитами. Питались душами и эмоциями, поскольку это было их основой выживания, но в любой ситуации оставались хладнокровными и разумно мыслящими созданиями. То, что Гарри с аппетитом накинулся на Хвоста, говорило об его ненависти к нему, но не как о том, что мальчик потерял способность правильно мыслить. Вот и сейчас. Он не хотел, чтобы тот, кто убил его родителей и множество других людей, закончил свою жизнь просто так. Он должен помучиться. На этих мыслях перед юным дементором возникла призрачная фигура в длинном черном плаще. Гарри не знал кто она, но то, что она не прервала его трапезу, говорило в ее пользу. Единственное, что он понял по своим ощущением, это то, что данное существо не было дементором, хотя воздух вокруг также застилала морозная дымка, и темный плащ развивался от невидимого ветра.

Не зная что сказать непрошеной гостье, мальчик оторвался от своего обеда и пристально глянул на фигуру. Тут она заговорила глубоким, практически безэмоциональным голосом:

— Здравствуй потомок, как давно я мечтала, что мои дети станут настоящими ценителями смерти.

— Смерти? Что вы имеете в виду? Потомок? Кто вы?

— Я? Я — смерть. А ты являешься моим потомком, Певерелл. Ты один из хранителей моего дара — мантии невидимки. Мой самый любимый сын Игнотус получил ее от меня в дар. Теперь она оказалась в правильных руках моего потомка. Ты являешься темным существом питающийся душами и очищающий этот мир от непотребных людей. Твоя жертва, — она указала изящным бледным пальчиком на бесчувственное тело Волдеморта, — скоро вернется ко мне. Хотя он тоже мой потомок, но он пытался победить меня, избежать участи всей людей, впрочем, как и мой средний сын, желавший воскресить умершую.

— Скажи, Смерть, могу ли я достойно наказать этого мага? Я хочу, чтобы он мучился. Он совершил множество ужасающих вещей и просто так умереть это не для него.

— Какой же ты мстительный, потомок. Видишь ли ты эти предметы вокруг тебя? Их называют крестражами, вместителями души. Этот маг разделил свою душу, чтобы жить вечно и избежать встречи со мной. Как неосмотрительно прятаться от того, кого нельзя избежать. Ты можешь выпить их и навсегда решить свою проблему, а можешь создать новое тело этой душе, однако он не будет помнить ничего из того, что совершил. Я вижу это не то наказание, которое ты хочешь ему предоставить, но дослушай до конца, мой нетерпеливый. Новый человек в принципе не будет способен к темному колдовству во зло, когда он подрастет, он будет заботиться о том, кого раньше уничтожал. Иногда он будет видеть во снах все ужасы своих деяний и будет страдать от криков и крови, которые он увидит.

— На самом деле, я хочу, чтобы он быстрее умер, но это не вернет моих родителей и многих других магов. После его окончательной смерти многие маги будут вспоминать его как некое эфемерное существо с великими целями и планами. И наверняка их внуки и дети будут стараться вознести его память на вершины. Этого нельзя допустить. И, пожалуй, я поступлю так, как вы предложили. Я подарю ему новое тело.

— Ты умен не по годам, потомок. Я не хочу терять своих детей, какими бы они не были. Я помогу тебе. После моего заклинания тебе потребуется вся твоя мощь. Ты должен создать купол из тьмы, чтобы оградить разбушевавшуюся здесь энергию, — женщина-смерть подлетела к лежавшему на земле телу и начала зачитывать что-то на незнакомом языке. Гарри серьезно пытался перевести слова. Но понял только пару строк:

«Ты забудешь, как долог был твой путь. Ты забудешь годы, что хотел вернуть. Ты забудешь прелесть бытия…»

По крайней мере, эти слова звучали правдоподобно и на самом деле могли быть частью их ритуала. Еще пара фраз на загадочном языке, и по сигналу призрачной женщины Гарри постарался оградить их магической силой. Он буквально почувствовал, как сама магия вырывается из тела, образуя купол, который защищал их.

Время, которое занял весь ритуал, закончилось быстро. И вот на руках у Смерти лежал младенец. Он спал. Вокруг них лежали предметы, которые ранее служили копилками для души темного мага. Спустя пару секунд они рассыпались и стали горстками пепла. Смерть поцеловала младенца в лоб и передала на руки Гарри.

— А какое заклинание вы читали? Я разобрал только несколько строк.

— Это было не заклинание. Это мои наставления обновленной душе. Ты на самом деле их перевел?

Услышав дословный перевод этих строчек, Смерть уважительно глянула на мальчика своими жуткими черными глазами. Она сообщила, что он невероятно силен, раз разобрал ее слова, которые маги называют шепотом Смерти. Также женщина-прародитель сообщила, что увидит теперь своих потомков еще не скоро. Гарри, потому что его душа, точнее ее слепок уже у нее, и его новое существование теперь зависит только от него самого, а новоявленного ребенка, как только он исполнит свое предназначение в этом мире она заберет. Смерть, наклонившись теперь к Гарри, так же дотронулась до его лба холодными губами и исчезла с места события, которое окончательно изменило судьбу всего магического мира.

Только сейчас Гарри задумался о том, как он вернется в Хогвартс. То, что его ищут не вызывало сомнений. Турнир наверняка уже закончился, и Гермиона, не нашедшая своего друга, подняла панику. Затем мальчик оглянулся и окончательно потерял дар речи. Все местное кладбище было разворошено и покрыто изморозью, а в центре всей разрухи стоял он — Гарри с ребенком на руках.

Первым делом юный дементор, решил избавиться от улик. Он кое-как восстановил надгробия и постарался скрыть насквозь промерзшую землю. Подойдя к мертвому Петтигрю, мальчик внимательно оглядел его. Поскольку после поцелуя дементора жертва остается относительно живой, точнее просто существующей оболочкой, Гарри решил его умертвить окончательно и создать иллюзию дуэли. Предатель его родителей обзавелся несколькими смертельными ранами и окончательно замолчал. Рассыпавшиеся предметы он распылил по воздуху и постарался поточнее запомнить это место. Не отпуская спящего ребенка из рук, Гарри аппарировал, ну, или как называется способ перемещения дементоров, к своему новому дому на Гриммо 12. Наколдовав корзинку, он опустил туда младенца и принялся строчить записку. Писать ее с помощью магии было бы опасно, так как колдовство имеет свойство исчезать обратно, а ему еще неизвестно, когда этого ребенка найдут его маги. Юноша постарался по максимуму изменить свой почерк и сообщил в записке, что этого ребенка родила одна очень сильная ведьма, но она не смогла его воспитывать дальше. Также там было сказано, что младенца никак не назвали и ему всего пару дней от роду, но он сильный маг. Он просил уважаемых магов позаботиться о любимом сыне великой волшебницы. Затем Гарри положил мальчика на крыльцо дома древнейшего и чистокровнейшего рода Блэк. Закончив с этой миссией, юноша аппарировал обратно на кладбище.

***

«Я старался сделать все как можно правдоподобнее. Конечно, то, что я пережил я не желаю никому. Быть похищенным и использованным в темном ритуале. Увидеть своими глазами возродившегося темного лорда, убить презренную крысу, встретить Смерть и переродить этого самого мага. Ах да, а еще правдоподобно соврать. Я еще раз оглядел поле битвы, подправил некоторые детали и принялся за себя. Первым делом я испачкал свою одежду, благо больших усилий это не заняло. Затем я взял свою палочку и поранил себя, сделав таким образом видимость большой потери крови (кровь, кстати, пришлось позаимствовать у Питера). Также мне пришлось сломать себе одну ногу, раз спектакль по-настоящему серьезный, и успел улечься на холодную могильную землю в неестественную позу. Мое внутреннее шестое чувство всегда мне помогает. Как только я устроился относительно удобнее, почувствовал магическое волнение и на кладбище аппарировали пара десятков авроров. Мне пришлось притвориться, что я без сознания и позволить себя госпитализировать. Все “веселье” только начиналось».


========== Глава 14. Как все это было (от некоторых немаловажных лиц) ==========


Гермиона с нетерпением ждала третьего этапа турнира. Ее новый друг Виктор, который так и не стал ее парнем, но не потому что ей не нравился, а потому что она была не готова к серьёзным отношениям с молодым человеком, участвовал в Турнире. Она, как самая лучшая ученица Хогвартса, должна была болеть за «своего» чемпиона, но в душе победы она желала только Виктору. На самом деле, Гермиона даже себе бы не призналась, но Виктор Крам нравился ей как серьезный молодой человек, с которым не страшно идти вместе в будущее.

Итак, сидя на трибунах и «болея» за двух чемпионов, отличница четвертого курса ожидала своего лучшего друга. Гарри обещал прийти сразу на стадион и попросил занять ему место. Но когда ее друг не прибыл к приветствию чемпионов, а все остальные, даже малышка Луна и Джинни — закадычные подружки уже сидели на скамейках, она начала волноваться. А уж когда над полем прозвучал сигнал, оповещающий начало соревнования, и Гермиона помахала Вику рукой, она решила пойти поискать Гарри. Все равно они не могут увидеть, что делают чемпионы в лабиринте, только ждать, когда победитель прибудет с кубком сюда.

Девушка сначала поспрашивала своих одноклассниц, а потом и одноклассников, но, не добившись от них внятного ответа, кроме как того, что мальчишки видели, как Гарри разговаривал с профессором Грюмом, она направилась к преподавательской трибуне.

Профессор МакГонагал откровенно скучала, сидя и слушая бред Сивиллы о возрождении души в руках смерти и кудахтанье Помоны о своих любимых теплицах и барсучатах, поэтому просьба ее любимой ученицы была принята благосклонно. Гермиона очень обрадовалась помощи профессора МакГонагал, поэтому она рассказала все, что успела узнать от учеников и с удивлением услышала, что профессора Грюма так же нет на преподавательских трибунах.

Две гриффиндорских представительницы быстро добрались до замка и сразу же направились в святая-святых Грюма — его кабинет. Только дойдя до класса Зоти, они обнаружили, что что-то не так. Класс был заперт магическим способом, не позволяющим слышать, что творится внутри. Благо Минерва МакГонагал недаром считалась одной из сильнейших волшебниц, она успела обезвредить защиту и… наткнуться на другую. Еще пять минут она со своей лучшей ученицей нарушала личное пространство параноика во благо вопящей интуиции, и они не пожалели. Как только последний щит спал, из кабинета послышался совсем другой голос, возвеличивавший своего господина и голос их потеряшки Гарри, который явно пытался ему что-то ответить. Но как только двое львиц открыли дверь, они обнаружили замершего с открытым ртом неизвестного мужчину и только что активированный портал, который совершенно точно перенес Гарри Поттера неизвестно куда.

Гриффиндорский декан быстро сориентировалась в ситуации и тут же наколдовала патронуса, приказав Альбусу бросать все дела и идти сюда, так как она задержала преступника. В это время Гермиона связала неизвестного мужчину и не сводила с него глаз, дабы он не сбежал. Как только директор прибыл к кабинету Зоти, началось нечто необычное. Вообще-то директору нельзя было покидать трибуны во время соревнований, но если его звала Минерва, этого нельзя было игнорировать. Придя к месту преступления, директор сразу же уловил эманации только что сработанного портала, а уж когда глянул на преступника, он понял, что предназначение героя начало исполняться.

Альбус Дамблдор жил на земле уже очень долго, своей семьи у него не было, поэтому он всех волшебников считал своими детьми, причем детьми глупыми и постоянно нуждающимися в опеке и присмотре. Он единственный, кто остался жив из всех его многочисленных друзей детства, по-прежнему затворничал лишь его младший брат — Аберфорт. Так вот, каждый, кто обладал волшебным даром, был для старого волшебника неопытным слепым котенком, которого надо подталкивать на его жизненном пути и следить, чтобы он не совершил ошибку, как некогда Том Риддл. Когда-то он не уследил за этим одаренным, но жестоким мальчиком, и тот пошел по неправильному пути. Наверное, он все-таки перестарался, когда начал опекать своих овечек от волков слишком сильно, потому что маги с каждым годом не становятся прозорливее и умнее. А он тоже не будет жить вечно. Однако ничего сейчас не попишешь. Впредь он постарается исправить лишь некоторые из своих ошибок, а для этого он будет пристально следить за юным Гарри Поттером.

В то, что пророчество Сивиллы Трелони правда, Альбус искренне верил. А уж когда Том тоже поверил в него, то посчитал это знаком свыше. Когда дорогая Сивилла произнесла еще одно пророчество в прошлом году, он понял, что скоро все решится. И ранее исчезнувший, благодаря юному Гарри Поттеру, Том опять вернется, и мальчика нужно подготовить для встречи со старым врагом. То, что Том решит действовать сейчас, было понятно по подброшенной в кубок огня бумажке с именем Гарри. Однако то, что она сгорела, так и не связав Гарри с кубком, было очень странно и непонятно для Альбуса.

Что-то старый директор отвлекся от по-настоящему важного дела. Пойманный преступник являлся уже с десяток лет как мертвым Барти Краучем младшим и то, что он активировал портал, говорило о начале испытаний юного мальчика.

Однако поразмыслить более глубоко над этой проблемой не позволили две гриффиндорки. Молодая — Гермиона Грейнджер, надежда и опора целого факультета, заметила, что связанный ею преступник очнулся, а пожилая, что уж тут сказать — Минерва МакГонагал — декан этого самого факультета уже отправила патронуса главе отдела магического правопорядка — Амелии Боунс, которая в этот час сидела на трибунах рядом со своей племянницей Сьюзен. Как раз по случаю из соревнований уже выбыла юная француженка и зрители ожидали чемпиона.

В тот миг, когда патронус многоуважаемой преподавательницы достиг трибун, на траву перед зрителями вылетели два оставшихся чемпиона, почему-то вместе державших кубок. Оказывается, двое юношей секунда в секунду прибыли к кубку-порталу и, устроив небольшую дуэль, в итоге схватили кубок вместе.

Когда они перенеслись к зрителям, поднялся страшный шум поздравлений и, наверное, громче всего кричали близнецы Уизли: на то, что выиграют именно эти два чемпиона, никто не поставил, и в итоге они обогатились в целом на тысячу галеонов, суммы, которой им не хватало на открытие своего магазина приколов. Итак, этот шум помешал правильно расслышать послание патронуса, и помощь в кабинет Зоти не спешила идти. Только по прошествии еще десяти минут, когда еще один призрачный феникс появился на поле и привлек своим необычным сообщением: «Амелия, девочка моя, я понимаю, что ты предпочитаешь наслаждаться зрелищем, но не могла бы ты вызвать нескольких авроров к кабинету Зоти, мы поймали опасного преступника», — внимание даже министра, тогда уже стражи порядка поспешили в замок, оставив победителей и толпу на совести рядовых авроров.

Придя в тот злосчастный кабинет, который имел самую нелестную репутацию, служители министерства в некотором роде опешили. На учительском столе сидела гриффиндорка-четверокурсница и ее волшебная палочка была направлена на лежащего на полу связанного человека. Директор Хогвартса в это время накладывал какие-то чары на сам кабинет, а его заместитель в это же время вела допрос этого самого человека. Тот только хохотал и бормотал не связанные между собой слова: господин, мальчишка, дементор, план, смерть, портал, крыса, ритуал и почему-то прости. Министр, явно испугавшись за свое общественное положение, уже приказал парочке авроров привести сюда дементора и исполнить приговор, но Мадам Боунс остановила эту неудачную попытку уничтожить преступника, так и не выяснив подробностей. Она приказала своему человеку принести веритасерум и допросить преступника.

Вся эта канитель заняла не много не мало полчаса. После допроса, как оказалось, Барти Крауча младшего, которого отец спас из Азкабана и тринадцать лет держал под империо, властные органы, мягко говоря, офигели. То, что под их носом разгуливал преступник, который мало того, что устроил беспорядки на квиддичном матче, так еще начал что-то вещать про величие его то ли мертвого, то ли живого господина. Помимо этого, он целый год притворялся великим аврором Аластором Грюмом, который сейчас находится неизвестно где и к тому же похитил Гарри Поттера —

мальчика-легенду, чтобы отомстить за все неудачи. Эти деяния не способствовали оправданию на самосуде. Ну, как на самосуде, подружка Поттера, которую почему-то забыли отправить к остальным ученикам, явно настроилась, чтобы отомстить подлому гаду за своего друга. Ее остановили почему-то не слова директора, декана и уж тем более министра, а мадам Боунс. Эта великая женщина твердо пообещала, что его осудят по всей строгости закона, а уж закону и правилам юная Гермиона доверяла больше, чем утешительным словам.

Пока стражи порядка разбирались с прибывшими уже не к месту дементором и явно неловко чувствующим себя министром, прошло уже довольно много времени. Празднующая толпа потребовала к себе своего директора, который организовал праздничный пир и был вынужден оставаться рядом со своими учениками.

Кстати говоря, Гермиону и профессора МакГонагал так же отправили праздновать, так что те не могли услышать, как же продвигаются поиски без вести пропавшего Гарри. Они, честно говоря, не продвигались никак. Арестованный преступник ни в какую не сообщал место, в которое перенесло мальчика. Все, что он произнес на эту тему, было то, что то самое место очень значимо для его господина. Авроры после всеобщей мобилизации стали прочесывать всевозможные магические достопримечательности, но так и не нашли место, где до сих пор находился знаменитый мальчик. Только спустя еще несколько десятков минут в кабинете Мадам Боунс ярко засветилось местечко, между прочим, не так далеко от Лондона обозначающее, что там превышен лимит колдовства, а именно странной ритуальной магии. Ведь за особо важными местами, в которых раньше совершалось нечто странное и необъяснимое авроры изредка поглядывали.

Команда мракоборцев* — самых способных и обученных людей отправилась в деревеньку Литтл Хэнглтон. То, что было обнаружено, повергло в шок даже самых хладнокровных и привыкших ко всему элитных бойцов. На разворошенном кладбище, от которого осталось всего лишь несколько могильных плит лежали два тела. Одно явно было мужским, которое после недолгого досмотра оказалось телом мертвого предателя семьи Поттер — Питером Петтигрю, а вот вторым оказалось еле живое тело пропавшего мальчика. Его бережно освободили из-под обломка плиты и транспортировали в больницу Святого Мунго. Также рядом с местом битвы подобрали сломанную палочку Петтигрю и котел с неизвестным зельем, которое практически впиталось в землю. Труп преступника так же забрали в Мунго, чтобы точно оформить его смерть по всем правилам.

Колдомедики в Мунго, на данный момент оставшиеся дежурить, откровенно скучали, но только до того момента, как активизировалась особая служебная платформа для авроров и перед ними появились трое мужчин в ярко алой форме с телом ребенка на руках. Мастера своего дела уже подумали, что мальчик является жертвой, которую нужно просто зарегистрировать в морге, но не успел аврор ответить, как тело издало жалобный стон. Это стало сигналом к дальнейшим действиям.

Целую ночь колдомедики крутились около пропавшего Гарри Поттера, и только под утро они смогли сказать, что несчастный ребенок будет жить.

Посетителей к особенному пациенту не пускали до тех пор, пока он не очнулся, а когда это произошло, первым делом в палату ворвался мистер Блэк, который узнал о несчастье с его крестником только сегодня. Он отсутствовал на общегосударственном мероприятии по личным причинам (ну так полнолуние, что вы хотите) и, как только ему сообщили, что его крестник находится в Мунго, а Ремус, вы не поверите, сидит дома с ребенком, которого подбросили им на порог этой ночью, поэтому и не знал, что его родного мальчика похитили.

Вообще с подброшенным ребенком было связано много тайн. Как только двое мужчин вышли из дома и аппарировали в свой тайный уголок превращений, места, где оборачивается Ремус, домовик засек какое-то присутствие перед крыльцом. Однако он знал, что хозяев не стоит беспокоить, а сам он так и не додумался, что посетитель просто напросто не может уйти с крыльца, тоже не стал предпринимать никаких действий. После долгой ночи бега по лесу маги вернулись домой и наткнулись на сюрприз на пороге. Им оказался ребенок, появившийся на свет всего пару дней назад и находившейся под каким-то заклятием, не позволяющим маленькому магу испытывать любой физический дискомфорт. Что особенно странно, так это то, что именно эта пара буквально на днях разругалась из-за того… В общем, из-за заморочек Ремуса, который просто напросто вбил себе в голову, что Сириусу нужна жена и наследник. Так вот, ребенка осмотрели тщательнейшим образом и наткнулись на записку, в которой просилось позаботиться о мальчике, как о родном сыне. И вроде все их проблемы разрешились, как появилась новость об их Гарри.

Оставив Ремуса с новоявленным подарком, Сириус рванул в госпиталь и до обеда просидел рядом с палатой крестника. Очнувшись, жертва страшного колдовства очень обрадовалась Сириусу. Правда, Гарри не мог говорить, но колдомедики обещали ему, что это не надолго, что это просто эффект нового и эффективного зелья, которое поможет мальчику поскорее поправиться. Просидев с ним до вечера и не встретив больше никого, только потом он узнал, что посещение было доступно лишь ближайшим родственникам, Сириус отправился к себе домой, где его ждал Ремус и… ребенок. Мерлин великий, а о ребенке-то Гарри и забыл. Безоблачное будущее обещало быть с черными тучками.

Комментарий к Глава 14. Как все это было (от некоторых немаловажных лиц)

* внимание, я знаю, что мракоборцы и авроры одно и то же, но у меня мракоборцы это самые сильные солдаты типа спецназа.

Дорогие читатели, простите за задержку. Прода писалась и редактировалась, так что пойдет все равно побыстрее.


========== Глава 15. Во что же верит Альбус или как спасти ситуацию. ==========


Дни, которые Гарри в одиночестве проводил в палате Святого Мунго, наконец-то подходили к концу. Мальчик за всю свою жизнь уже несколько раз успел возненавидеть больницы. Каждый год он попадает в обитель лекарств и врачей. И каждый год находится там в одиночестве. Смотреть на голые стены, унылую больничную мебель, постель и скучный пейзаж за окном было абсолютно невесело. А еще к тому же он не мог говорить.

Колдомедик Хеш — его лечащий врач и большой специалист, говорил, что это абсолютно нормально, побочный эффект зелья. И Гарри надеялся, что эти дни скоро подойдут к концу. А еще к нему стал часто захаживать директор Дамблдор.

Он постоянно что-то хотел узнать о Волдеморте, о его возрождении и роли в нем Гарри. Именно в этот момент юноша бесконечно обрадовался тому, что не может говорить. И начал готовить правдоподобный ответ.

Никому не нужно знать, что на самом деле происходило на кладбище. В то время, пока мальчик не мог говорить, у него в голове прорисовывался план.

Итак, похищение было на самом деле, и, как понял юноша, сумасшедший Крауч не назвал ни имени своего господина, ни зачем он похитил Гарри. Вероятнее всего, все подумают, что он окончательно свихнулся и решил вспомнить молодость. Между прочим, Бартемиус Крауч младший был идеальным кандидатом, на которого можно было повесить неудачи на квиддичном турнире. Гарри не знал, виновен он или нет, но если бы был на месте главного аврора, то непременно бы свалил всю вину на этого преступника. Затем, после того, как сработал портал в неизвестное место, Гарри потерял ориентацию и больно ударился головой об камень. Очнувшись, мальчик решил оглядеться, однако он не смог пошевелиться, так как был привязан к надгробной плите. Его похитителем оказался предатель его родителей и Сириуса — Питер Петтигрю. Он начал осуждать подростка за то, что во время происшествия в Воющей хижине в прошлом году мальчик не спас его. За то, что Гарри его бросил, обвинил и даже хотел скормить дементорам, несчастная крыса решила ему отомстить. И пока предатель начал рассказывать, как он готовил свой план в течение года, и что он сделает с Гарри, мальчик попытался освободиться. К счастью, буквально две недели назад он изучил невербальное Фините Инкантатем и после нескольких попыток ему удалось освободиться. Как раз в это время Петтигрю достал ритуальный нож и хотел им нацедить крови своего врага. Как он объяснял, это нужно для того, чтобы зелье, которое будет сварено, а затем и испито самим Гарри, выжгло его внутренности. Именно в тот момент мальчик понял, что это не игрушки, а борьба за жизнь. И если он ее проиграет, то умрет. Поэтому, освободившись, Гарри призвал свою палочку, которая валялась недалеко, и начал дуэль. В тот момент лучший ученик по Зоти прошлого года понял, как мало он знает. Гарри очень старался хоть как-то выиграть время: он уворачивался, падал, отбивался и защищался. От усталости и испуга у Гарри произошел выброс большого количества сырой магии. Противника откинуло от мальчика на приличное расстояние. А от использования такой мощи Гарри понял, что держался только на одном желании жить, и упал на землю. Его нога ужасно болела, сил, чтобы наколдовать что-то, не было так же, как и проследить, чтобы его похититель не поднялся на ноги. Уронив голову на голую землю, мальчик пожелал, чтобы его нашли как можно скорее и чтобы Петтигрю не очнулся до этого момента.

Официальная легенда много раз была прокручена и обмозгована. В целом все выглядело цивильно и правдоподобно. Теперь мальчик только лежал, глядя на серые тучи за окном, на белые стены, закрытую дверь и мечтал поскорее отсюда выбраться.

Это поскорее наступило быстро. Во время утреннего обхода мистера Хеша, когда Гарри почему-то вспомнил своих друзей, у него вырвалось «Гермиона», и это слова стало точкой отсчета. В этот же день к мальчику пожаловали все главные герои пьесы. Сам Альбус Дамблдор, Амелия Боунс, Корнелиус Фадж, Сириус Блэк, несколько авроров, а также его целитель Хеш и пара колдоведьм. Все эти лица с нетерпением ждали правдивых и точных подробностей от главного лица.

Именно в этой ситуации Альбус Дамблдор нисколько не сомневался в своей правоте. Он был практически уверен, что Том начнет действовать именно на Турнире Трех Волшебников. Когда выпала записка с четвертым чемпионом, директор подумал, что это судьба. Причем не только Гарри Поттера, но и самого Тома, а также всего волшебного мира. Однако дальнейшее привело его в недоумение. Это было не очень хорошим знаком. Ведь пророчества четко указывали на судный день волшебного мира. Но не это огорчило его больше всего, а то, что его подопечные выросли. И Гарри, и Сириус, и Северус, будто сговорившись, решили действовать самостоятельно. Пускай он, невольно забирая их критическое мышление, инакомыслие и самостоятельность, в сердцах ругал себя за то, что не позволял своим юным ученикам действовать по собственному желанию, но, когда они стали отдаляться от него и рвать соединяющие их ниточки, он серьезно забеспокоился.

Сириус — вечный ребенок, обрел свою семью в сыне его лучшего друга и своего лучшего друга Ремуса Люпина.

Гарри — почти ничего не смыслящий в новом мире, ловко оправдал своего крестного и обрел новую защиту, ничуть не уступающую кровной защите его матери.

А Северус — тот, кто был всегда, ну или почти всегда, ему предан, после изменений в жизни сына его лучшей подруги, практически перестал его замечать. Наверное, все дело в том, что в этом году Гарри перестал напоминать своего отца. От Джеймса Поттера у мальчика остались только волосы, точнее цвет волос, и, может быть, телосложение, которое было легко изменить. Все шло не так, как он думал.

Оказывается, что человек быстро привыкает к своей власти над людьми. А как тут не привыкнуть, когда эти самые люди с радостью готовы плясать под чужую дудку лишь бы не думать собственной головой. Он сам виноват, что научил их молиться тому, кто способен свести их жизнь к выполнению простых команд, за которыми, обычно, следует похвала или кара. И эту самую власть получить очень легко. Пускай он не стремился к этому, но вот отвыкать он точно не хотел. И, тем не менее, уверенный в том, что его размышления верны, великий стратег допустил фатальную ошибку.

В маленькой одноместной палате, в которой лежал единственный пациент, собралось много народу. Хотело прийти еще больше, но, к счастью, руководство больницы не позволило. Даже этим людям сделали скидку только потому, что все они были высокопоставленными лицами и к тому же расследующими очень серьезное преступление. На единственной кровати лежал черноволосый подросток, которого держал за руку сидящий рядом молодой мужчина. Оставшимся же людям, пускай это был сам министр и директор Хогвартса, не говоря уже о главе магического правопорядка и аврорах, сидячих мест предназначено не было. На всю палату было наложено заклинание, запрещающее лишнее волнение магической энергии, то есть, попросту говоря, посетители ограничивались в доступе к колдовству.

Седовласый старец, всеми уважаемый человек, дождавшись тишины, спросил у своего ученика:

— Гарри, можешь ли ты рассказать, где ты был и что с тобой случилось? Я понимаю, что это наверняка очень больная для тебя тема, но нам всем надо знать правду.

— Конечно, профессор Дамблдор, — ответил мальчик, — я расскажу вам правду. Вы правы, мне бы не хотелось это вспоминать, но раз я должен, то сделаю это.

— Итак, что же произошло с тобой после того, как ты перенесся на кладбище? — продолжил старик.

— Постойте, постойте, Альбус, — отозвалась моложавая женщина в темно-синей мантии. — Вы совершенно не умеете узнавать необходимые факты. Итак, Гарри, меня зовут Амелия Боунс и я тетя твоей однокурсницы Сьюзен Боунс, а также являюсь главой магического правопорядка и без ложной скромности заявлю, что именно с моей помощью мы смогли найти тебя. Я хотела бы узнать все с самого начала. Как ты попал в руки к беглому преступнику и почему он охотился именно на тебя?

— Но Амелия, девочка моя, Гарри наверняка неудобно будет отвечать на этот вопрос.

— А вас, Альбус, я попрошу помолчать. Сейчас я не спрашиваю, как в самую защищенную школу Британии проник преступник. Между прочим, не единожды. Гарри, продолжай, пожалуйста.

— Хорошо, миссис Боунс. Я шел на третий этап турнира. Гермиона, это моя лучшая подруга, заняла мне место, и я очень спешил. Однако меня перехватил профессор Грюм. Он попросил меня о помощи в его кабинете. Естественно, я не смог ему отказать и пошел следом. Как только я вошел, меня оглушили и связали. Я подумал, что профессор Грюм просто-напросто проверяет меня в бдительности, и ничего предпринимать не стал. Однако минут через пять, он начал оскорблять меня, мою семью и друзей. А еще он сообщил, что заколдовал моего бывшего друга Рона Уизли. Мы поэтому разругались, что он стал плохо относиться к нам, да и вообще ко всем учителям. Дальше Грюм сказал, что он не Грюм, а какой-то Крауч, вроде бы. Также он сообщил, что сидел в Азкабане, и его оттуда выпустили его отец и мать. Я все еще понял не до конца, думал, что это розыгрыш какой-то. Однако вскоре он закричал и изменился. Передо мной стоял неизвестный человек с безумными глазами. Он сообщил, что отведет меня к своему хозяину и…

— Что? Ты уверен в этом, Гарри?

— Эмм, ну да. Так вот…

— Волдеморт возродился. Он, вероятнее всего, разработал гнусный план и попытался убить Гарри Поттера — своего извечного врага, — вставил свое веское слово довольный директор.

— Сами-Знаете-Кто вернулся? — фыркнул министр. — Нелепость.

— Гарри, милый, ты снова отличился, да? Ты в порядке? — забеспокоился Сириус, услышав страшные слова.

— Да жив я, жив. Сириус, никто не возродился. Директор Дамблдор ошибается. Я-то знаю как все происходило лучше него.

— Но как же так? Учитывая происходящее, по-другому и быть не могло. Ты, вероятно, все не так понял. Пророчество гласило, что слуга отправится на поиски своего хозяина.

— Что это за пророчество? И почему никто кроме вас о нем не знает?

— Ну как же. Сивилла Трелони прошлым летом произнесла пророчество, и оно должно было быть доставлено в отдел пророчеств в Министерство Магии. Я не помню его дословного звучания, но в целом в нем говорится о том, что слуга Темного Лорда найдет способ сбежать из заточения и воскресит своего господина. Под него подходит как раз Барти Крауч-младший. Он был заточен собственным отцом в доме и заперт на двенадцать лет.

— Альбус, не мелите ерунды. Вы знаете, что пророчество это возможный, повторяю, возможный вариант жизненного пути. И то, что вам наболтала старая сумасшедшая, которая ничему не учит детей, это еще не повод полностью довериться ей, — всплеснув руками, эмоционально добавила Амелия Боунс. — Гарри, дорогой, продолжай рассказывать, а насчет пророчеств и Волдемортов не беспокойся.

— Итак, я пытался отвлечь Крауча от его миссии. Разговорил его и он признался, что человек, которому я нужен, очень жаждет со мной встретиться, что я многое ему задолжал, — продолжил свое повествование мальчик, желая поскорее закончить и отправится домой. А еще он очень надеялся, что директор, который свято верит в возрождение своего врага, не начнет докапываться до истины.

— Видите, Корнелиус? Этот кто-то, несомненно, Волдеморт, — опять завел свою шарманку мудрейший человек этого века.

— Да нет же! — уже не сдерживаясь, выкрикнул Гарри. — Мне очень трудно снова это вспоминать и, я очень прошу, не перебивайте меня. Никакого Волдеморта не было и нет. Я уже давно вам это твержу. Крауч сунул мне в связанные руки портал и активировал его. Я очнулся вновь привязанный к надгробью и… — дальше юноша согласно своей легенде поведал «правдивую историю». В конце этого эмоционального монолога Сириус чуть ли не плача обнимал своего крестника, которого в который раз не смог уберечь, директор сидел понурый и явно разочарованный то ли в себе, то ли в Гарри, то ли вообще в самом Волдеморте. Амелия внимательно слушала рассказ и отмечала важные факты у себя в каком-то блокноте. Министр уважительно смотрел на храброго юношу, обеспокоенно на Амелию и осуждающе на Альбуса Дамблдора. Он давно уже подозревал, что этот некогда великий человек спекся. Ему уже давно пора на покой. Он не справляется со своими должностями, поэтому ему надо будет прислать своего заместителя, чтобы она контролировала школу. Мало ли что задумает директор. У того хватит смелости обелить себя, рассказав ужасную ложь о Том-Кого-Нельзя-Называть.

— Альбус, я разочарован в тебе. Ты допустил очень много ошибок. С тех пор, как мистер Поттер поступил в школу, с ним ежегодно случается какое-то несчастье. Так дальше продолжаться не может.

— Корнелиус, мальчик мой, — чуть ли не вцепился себе в бороду Дамблдор, — Гарри наверняка околдовали. Я точно знаю, что Темный Лорд вернулся. Ты не понимаешь всей опасности.

— У вас есть доказательства?!

— Конечно. Метка. Темная Метка на руке профессора Снейпа в течение года темнела. Если хотите, вызовите его и спросите об этом.

— Только ради уважения к вашему возрасту. Тут он обратился к стоящему рядом с дверью аврору и попросил привести сюда мистера Снейпа, находящегося в Хогвартсе. Прибывший через несколько минут аврор и Северус Снейп были встречены молчаливыми взглядами. Не дождавшись начала занимательного диалога, Сириус Блэк начал сам:

— Снейп, покажи свою метку. Гарри говорит, что Волдеморта не было во время нападения на него, а вот директор Дамблдор утверждает обратное. Нам нужно срочно разобраться в этом происшествии.

— И ради этого меня оторвали от важного зелья? Ради того, чтобы обелить мальчишку? Я и так скажу вам, — тут он закатал рукав, и все с удивлением отметили, что его левое предплечье абсолютно чистое. Не было и намека на уродливый рисунок. Никто не обратил внимание на выражение лица самого Снейпа, увидевшего эту картину. Сколько раз он, глядя на руку, проклинал и себя и своего хозяина. А тут она просто исчезла. Даже намека не было. Это было просто неописуемо. А вот на директора устремились сразу четыре пары глаз (авроры не в счет, они были чем-то вроде охраны).

— Но., но этого не может быть. Она же была. Помнишь, Северус, на Рождество она почернела?!

— Альбус, побойся Мерлина. Сколько мне еще можно терпеть твои закидоны? Мистер Поттер, переборов себя, рассказал, как все было на самом деле. А ты до сих пор пытаешься что-то доказать. Если так будет и дальше, я вынужден буду поднять вопрос о твоей профпригодности. А на первое время, я отправлю в школу своего представителя. На этом можно считать наш разговор оконченным. Гарри, вы молодец. Вы пережили очень травмирующее приключение и остались, не то что живы, но и еще в своем уме. Наверное, ваш лечащий врач согласится, что вы можете отправиться домой.

В это время в палату как раз зашел мистер Хеш и подтвердил слова действующего министра. Он сообщил, что мистеру Поттеру следует попить дома укрепляющих средств, и он будет как новенький.

Вся собравшаяся компания принялась расходиться. Министр, Амелия и авроры ушли первыми. Затем отчалил уже невозмутимый Северус и кинувший какой-то горький взгляд на лежащего в постели мальчика Альбус Дамблдор. Юноша, который уходил с Сириусом последним, поинтересовался у него про еще одну жертву преступника — Рональда Уизли. Целитель Хеш ответил, что к нему никто не обращался за помощью, видимо, с этой проблемой справилась школьный колдомедик. Затем, еще раз пожелав удачи своему юному и знаменитому пациенту и его крестному, проводил их до камина и пронаблюдал, как две фигуры исчезли в зеленом пламени камина.


========== Глава 16. Встреча с родней и прочие подростковые радости. ==========


Гарри не мог выразить того, как он был рад вновь оказаться дома. Дома, теперь уже по-настоящему родного для него. Мальчик сразу же заметил, что он изменился. Если раньше он был симпатичным в процессе ремонта, то сейчас его можно было назвать особняком чистокровного мага. Не то чтобы Гарри когда-нибудь был в домах чистокровных, да и просто в особняках, но он почувствовал это сразу.

Декоративное решение принадлежало сразу двум стилям, а может быть, и больше — традиционному английскому и американскому. Прихожая, которая раньше, судя по фотографиям Сириуса, напоминала кладбище эльфов, теперь была в бежевых тонах с минимумом предметов. Небольшие диванчики предназначались для посетителей так же, как и стойка для зонтиков, которая не напоминала ногу тролля, а была выполнена в цветочном декоре. Гостиные не сильно изменились с последнего раза Гарри, там все было так же красиво, солнечно, ярко и восполняло его крестному нехватку радости во время заточения в тюрьму. Кухня, кстати, тоже поменяла и свой дизайн и своего хозяина. Старый Кричер умер минувшей весной, и пара магов купила молодую эльфийку Тутси. Сириус очень старался придерживаться прогрессивных маглов, поэтому и кухню обставил соответственно. Естественно, она была адаптирована для магов, но сам факт Сириусу очень нравился, так как его мамаша удавилась бы вновь, увидев их родовой особняк.

А самым приятным и последним пунктом их экскурсии была еще одна очень необычная комната. Детская. Поначалу, увидев эту комнату, Гарри растерялся (растерялся он для Сириуса, причину появления ее он прекрасно знал), однако, когда к ним повернулся Ремус, стоявший до этого спиной, Гарри все понял. На руках у его отчима (?) (он не знал, как теперь называть своих новых родителей, в итоге потом сговорились просто на имена) лежал младенец. Маленький человечек сладко спал, видимо только недавно уснув.

Мужчина положил ребенка в кроватку и вышел вслед за посетителями. Естественно, дальше началась та самая история, о которой Сириус забыл рассказать юноше в больнице. Гарри для приличия удивился, но сразу же одобрил решение своей семьи. Мальчика, а ребенок оказался именно мальчиком, решили назвать Астерион Этамин Блэк. Пускай Сириус и недолюбливал свою семью, но традиции есть традиции. Вообще-то это Ремус уговорил своего любимого не отказываться от семьи насовсем, пускай хоть в мальчике, но будет продолжаться кровь Блэков. До появления у них ребенка, Сириус хотел оставить все свое наследство Гарри, однако обстоятельства решили за них. Таким решением Гарри был очень обрадован, несмотря на то, что он первые дни косо поглядывал на маленького Астериона, боясь, что тот что-то помнит и в любой момент может уйти. А оставить Сириуса и Ремуса без наследника он просто не мог.

Тем временем дни шли за днями. И однажды, когда юный дементор был полностью здоров, вообще по своим меркам он был здоров сразу после ночной охоты, к нему прилетела сова. И ладно бы этой совой была его Хедвиг, летавшая между ним и Гермионой практически ежедневно, нет, этой совой был сычик Рона. Его младшему мужчине Уизли подарил Сириус после того, как освободился, за то, что его питомцем был Петтигрю. Так вот, в письме были написаны извинения. Они звучали так:

«Здравствуй, Гарри.

Я надеюсь, что, как только ты начнешь читать это письмо, ты не выкинешь его сразу же. Мне очень стыдно за то, как я себя вел. Ты просто не знаешь, как. Мне сказали, что меня околдовал преступник. Но дело в том, что я не понял, что со мной что-то не то. То, что я делал, казалось мне правильным и нормальным. Близнецы сказали мне, что я был мудаком. Я так и не понял, что означает это слово, но явно какое-то магловское ругательство. Я очень виноват перед тобой и перед Гермионой. Помнишь, когда моя сестренка Джинни была под влиянием дневника Тома Реддла, она ничего не помнила. А я, к сожалению, все помню. Ты даже не представляешь, как я себя ненавижу. Ведь я собственными руками испортил нашу крепкую дружбу. Пускай мы и ссорились иногда, но всегда мирились. Я не прошу у тебя вновь статуса друга, но, может быть, ты попробуешь простить меня, а не презрительно смирять взглядом. Пусть, я не буду вашим другом, но хотя бы приятелем? Я очень надеюсь на твой ответ. Любой ответ. Мое сожаление не выразить словами.

Твой бывший, но, надеюсь, не насовсем друг Рон».

Гарри не знал, как реагировать на это послание. В итоге, побеседовав с семьей, мальчик решил отправить вот такое письмо:

«Рон,

Я много думал над ответом. Мне приятно, что ты осознал свою вину, однако этого недостаточно. Ты просто не знаешь, как часто плакала Герми над твоими словами. Мы утешали ее всем факультетом. Фред и Джордж правы, ты мудак. Несмотря на твое особенное положение, я имею в виду заклятие, ты все так же виновен. Как объяснил мне Барти Крауч младший, это мой похититель и тот, кто наложил на тебя заклятие, он просто усилил некоторые твои эмоции. Все, что ты произносил, было твоими собственными мыслями. Первым делом ты должен был извиниться перед Гермионой. Я давно уже понял, что ты не так прост. Мы очень часто с тобой ссорились, но всегда приходили к соглашению, и сейчас я думаю, что ты всегда оставался при своем мнении. Как бы я этого не хотел, но мне было бы трудно забыть нашу дружбу, поэтому все зависит от Гермионы. Если она сделает первый шаг, то, значит, и я. Она самый близкий для меня друг, и ее я люблю больше, чем тебя.

Гарри».

Эти письма были только началом. Примерно месяц велась бурная переписка между друзьями. В конце концов Гермиона попыталась простить своего бывшего друга, и то потому, что не знала всех подробностей о неприятном заклятии Рона.

Летние месяцы были решающими в их дружбе. В итоге Гарри и Гермиона договорились дать Рональду второй шанс, и будет он длиться до первой серьезной ссоры. Также они не становились лучшими друзьями навек, а просто близкими приятелями.

Еще одно немало важное событие произошло после дня рождения Гарри, которое отметили со всем шиком. Даже малыш Астерион, к которому юноша привязался, своеобразно его поздравил. Сириус, придерживая своего сыночка, который стал ему родным буквально сразу же, подошел к юноше и протянул к нему ручки малыша, сделав вид, что это юный наследник Блэков проявил инициативу. Вообще с появлением маленького карапуза в доме на площади Гриммо 12 поселилось счастье. Астерион Этамин Блэк практически не капризничал, весело смеялся и еще плотнее скрепил семью. Настолько плотнее, что Ремус и Сириус наконец-то решились связать себя министерским браком. Для этого они связались с отделом бракосочетаний и назначили дату.

Придя в назначенный день, они с удивлением обнаружили, что не могут этого сделать. У них был общий сын и наследник и мальчик под опекой. Оказалось, Гарри был под опекой только на магическом основании, а министерство страсть как любит бумажки. Гарри пришлось так же отправляться с Сириусом и Ремусом и опять получить от ворот поворот. Дав свое согласие, они обнаружили, что им надо официально усыновить Гарри. Сириус понял, что затеяли служащие этого отдела. Все хотели галеонов на лапу. Однако у него взыграл бунтарский дух, и как бы Ремус не отговаривал партнера, тот просто загорелся идеей завершить эту миссию до конца, не потратив ни одного галеона на взятки. Ах да, тем же днем разозленный Гарри, которому пришлось изрядно побегать по всему министерству удалось столкнуться с отвратительным созданием — толстой маленькой женщиной в розовом. Она, узнав, что это сам Гарри Поттер, решила вызнать все подробности столь громкого дела. Едва сдерживая себя, Гарри в довольно грубой форме отказал надоедливой женщине и выбежал из лифта.

Таким образом, Гарри и Сириусу (Ремус остался с младенцем) пришлось ехать в Литтл Уингинг за необходимыми документами. Там, среди маглов, между прочим, нельзя было колдовать. А Петуния, увидев, кого принесла нелегкая, еще долго не желала находить нужные документы. Чтобы выписать своего племянника из дома и расторгнуть опекунство женщине тоже пришлось побегать. Оставшись дома со своим никак не похудевшим кузеном (дядя Вернон был на работе, а Сириуса срочно вызвал домой Ремус, так как ребенку стало плохо) они сидели в относительной тишине. Пока, естественно, не заявился лучший дружок Дадли и самый первый его перекус — Пирс Полкинс. Переиграв во все игры, они принялись донимать уродца Гарри, который теперь выглядел совсем как аристократ. Все, чего они добились это то, чтобы вновь разозленный Гарри вышел из дома. Дадли проводив друга и встретив на пороге своих родителей, пошел вслед за своим придурочным кузеном. Юноша нашелся на старых качелях на поле. Новые нападки и оскорбления обернулись тем, что разозленный юноша направился обратно домой, надеясь, что Сириус уже прибыл обратно.

Недалеко от дома, между улицей Магнолий и Тисовой, вечернее небо подозрительно заволокло тучами. И если ничего не подозревающий Дадли все так же продолжал нападать на своего кузена, то вот Гарри сразу понял, что к ним пожаловали гости. И был абсолютно прав, увидев, как из тени выплывают два огромных летающих существа. В это время Дадли Дурсль упал в обморок, но никто этого не заметил. Одним из дементоров оказался Сссхаш, его старый приятель. Второй же представился Фахтом. Гарри так и не понял, откуда у них берутся такие странные, похожие на змеиное шипение, имена.

Несмотря на обстоятельства, он очень обрадовался неожиданной встрече с сородичами. Гарри узнал, что Фахт — давний друг Сссхаша, которого он знал еще при своей жизни. После взаимного знакомства он с сожалением стал прощаться, видя, что толстый кузен лежит в беспамятстве. Однако последние слова очень заинтересовали мальчика.

— Друг, куда ты сейчас? Обратно в Город или на остров покормиться? — спросил Фахт.

— Нужно отчитаться розовой старухе, — произнес его наставник, — а потом вместе рванем в город.

— Город, остров? Что вы имеете в виду? Я, кстати, до сих пор не знаю где вы живете, — вклинился в их диалог Гарри.

— В этом нет тайны, по крайней мере, для нас, — ответил Фахт. — То, что маги называют тюрьмой Азкабан, является нашим переходом в Город. Город — это то место, где живут все дементоры. Неужели ты думаешь, что мы только и летаем над морем и едим, что дают? Мы не «ужаснейшие твари с зачатками разума», — дементор едко передразнил какую-то книгу. — Город — обиходное название нашего мира. Там мы не чувствуем голода и имеем способности перевоплощаться.

— Это как? Я думал ваш вид — это единственная оболочка.

— На Земле да, но не там. В Городе не существует ограничений этого мира, там мы свободны от человеческих рамок и почти всемогущи.

— Эй, кто там? — раздалось из темноты, и Гарри, так и не дослушав про таинственный Город дементоров, кивнул им на прощание.

На последок Фахт попросил разрешения утолить голод, а Гарри в это время смотрел на странно молчаливого Сссхаша и незаметно для себя опять кивнул. Когда с обедом было покончено, Дадли ничем уже нельзя было помочь. Его сородичи улетели, а буквально у его ног находилось полуживое тело Дадли. Мальчик попытался сделать вид, что он очень запыхался. Побежав к дому, Гарри, естественно, оставил кузена одного. Тем голосом, что спросил в темноту, была его бывшая соседка-кошатница Арабелла Фигг. Видя трясущегося от страха (да, он стал прекрасным актером) Гарри, женщина не стала ничего говорить, а повела его домой. Там уже находились дядя с тетей и Сириус. Увидев крестника, тот вскочил и попытался его успокоить. Кое-как собравшись с мыслями, мальчик прошептал: «Д-д-дементоры, они напали на нас».

Только к ночи стала проясняться вся ситуация. Вызванные сквибом миссис Фигг авроры и Дамблдор зафиксировали, что магл по имени Дадли Дурсль является просто оболочкой без души. На вопросы авроров о том, почему же Гарри не спасся патронусом, который, как они слышали, он умеет вызывать, мальчик ответил, что среди маглов нельзя колдовать. Он даже не взял с собой палочку, прекрасно зная правила. А когда вдруг ни с того ни с сего налетел ветер и тучи, и появились те, кого он больше всего боится, он крикнул кузену бежать и бросился оттуда сам. То, что Дадли упал, он уже не видел. Он велел ему бежать и реально думал, что кузен следует его указаниям. Он больше всего хотел оказаться дома, поэтому не следил за тем, что происходит позади. Авроры, естественно, похвалили порядочного юношу и даже не стали сильно его допрашивать, кому этот магл нужен? А вот Дамблдор, как и в больнице, осуждающе смотрел на мальчика, словно не веря, что этот, совсем недавно отзывчивый, добрый, справедливый мальчик стал корыстным и испорченным. Все-таки права была его теория. Высшее благо для всех людей это не следовать своим идеям, а жить согласно чьим-то указаниям, которые точно помогут людям не ошибиться на жизненном пути. Жили бы они и жили по его указаниям, и все были бы счастливы.

Борцы с магическими беспорядками подправили память бывшим родственникам Гарри Поттера, сделав так, чтобы они считали, что их сын погиб в автомобильной катастрофе и отправились по домам. Сириус, имеющий на руках все нужные документы, так же подхватил Гарри под руку и аппарировал домой.

Поскольку было поздно, они решили поговорить утром. Разговор, которого Сириус больше всего боялся, не оправдал все его страхи. Взрослый маг боялся, что его крестник настолько привык к душам, что не удержался. И с огромным облегчением узнал, что это сделал не он.

Гарри, естественно, рассказал ему всю правду и только сейчас понял, что дементоры-то не сами собой направились в его магловский дом. Розовая старуха, вот кем была заказчик, и под это описание подходила только одна женщина. Именно с ней Гарри разругался в лифте министерства, и, видимо, она была довольно высокопоставленной личностью (еще какой), что решила нарушить закон. Теперь пришел ее черед. Гарри решил, что отомстит за себя. Никому не позволено насылать на тебя дементоров, его сородичей, между прочим, и оказываться безнаказанным.

Зато дальнейшее дело, связанное с бракосочетанием, продвинулось быстро. Не сумев вытребовать взятки, а получив только нужные документы, работнички прогнившего министерства быстро дооформили брак.Теперь Сириус Орион Блэк и Ремус Джон Люпин были официально соединены узами брака, оставшись со своими фамилиями.


========== Глава 17. Я знал, что ты поймешь меня, Герми. ==========


Все оставшееся лето мальчик размышлял над тем, что сказал ему Фахт. Гораздого до всего нового Гарри привлекал Город и настоящий облик дементоров. Новая информация не давала покоя его пытливому уму. Единственное, что отвлекало от этих мыслей была забота о своем новоприобретенном братике. Он был еще слишком мал для каких-нибудь более осмысленных действий, поэтому все время лежал на руках у Гарри и вообще был на его попечении, пока Сириус и Ремус отдыхали в лесу.

Астерион Этамин оказался милым солнечным карапузом. И ведь не скажешь, что совсем недавно он был Темным Лордом. Гарри совершенно не хотелось думать об этом. Для него отныне и впредь его маленький брат стал самым обычным человеком. Гарри понял, что любит детей и, наверное, хочет своего собственного. Однако, к сожалению, для него эти мечты не способны осуществиться.

В конце августа, перед тем как направиться в школу, мальчик пригласил к себе Гермиону. Он заверил свою подругу, что она находится в хороших руках.

Вообще-то Герми не возражала против поездки к другу, поэтому с радостью согласилась на его предложение. Девушка набрала с собой много книг и другой учебной литературы, чтобы на досуге почитать что-нибудь интересное, и не ожидала, что в доме Гарри будет такая обширная библиотека. Когда Гермиона впервые ее увидела, она накинулась с кулачками на мальчика за то, что раньше он не сказал о таком сокровище. В итоге остаток их каникул подростки проводили то с книгами, то с Астерионом.

Этот юный ловелас трех месяцев отроду сразу же покорил девушку. Первый день она вообще не отходила от малыша, который сверкал на нее своими задорными глазками и весело тряс погремушкой, издававшей звон колокольчиков.

Выход за покупками они совершили за два дня до школы, и вот тогда-то мисс Грейнджер проявила свой характер. Ох, как она злилась, увидев новый учебник по Зоти. Девушка чуть ли не плача убеждала Ремуса вернуться в школу, но ничего так и не добилась.

Гермиона догадывалась, каким плохим учителем будет их новый преподаватель по Зоти. Не выдержав, в тот же день девушка попросила Гарри учить ее заклинаниям. Она очень давно восхищалась тем, что юноша может творить патронус, и просто жаждала научиться такому же колдовству. Однако Гарри ее разочаровал. Оказывается, после нападения дементоров на третьем курсе он больше не смог создавать это светлое волшебство. Гермиона пожалела его и отправилась к себе в комнату подумать. Она уже собиралась описать свою проблему Виктору, ее другу, с которым она до сих пор переписывалась и не собиралась прекращать общение, но передумала. Ей в голову пришла новая замечательная идея.

Если Гарри разучился вызывать патронуса, то они вместе должны научиться делать его снова. Решив обрадовать своего лучшего друга, она ворвалась к нему в комнату и с ужасом захлопнула дверь. Пол в комнате напоминал зимний каток, окна были закрыты и так же покрыты морозными узорами, а вот Гарри сидел по-турецки, точнее летал по-турецки под потолком. Со всех сторон веяло могильным холодом и ужасом. В голове у отличницы проскочило очень много мыслей от того, что Гарри притворялся, до того, что он чудовище. Она, всхлипнув, бросилась вниз, желая найти Сириуса или Ремуса, чтобы рассказать об увиденном. Гарри же, поняв, что его застукали, быстро спустился вниз и побежал догонять Гермиону. Он все думал, как бы помягче рассказать ей о себе, и вот этот момент настал.

Девушка еще не слишком хорошо разбиралась в огромном особняке Блэков, поэтому она слегка заблудилась. И вместо того, чтобы наткнуться на Сириуса или Ремуса, на нее набрел Гарри. Гермиона к тому времени уже успокоилась, и ей стало стыдно за то, что она так поступила со своим лучшим другом. Поэтому, когда Гарри нашел ее, она сама быстро подошла к мальчику и протараторила свою особенную речь, в стиле прости меня, я виновата, не так подумала, испугалась, и, наконец, расскажи мне все, и я тебя выслушаю.

Мальчик и не думал обижаться на поспешную реакцию Гермионы, и, дойдя до, как ни странно, той самой судьбоносной голубой гостиной, начал свой рассказ. В конце повествования девушка уже не могла сдерживаться и, заплакав, обняла Гарри. Ее лучшему другу пришлось столько всего вынести, скрывать свою сущность, охотиться и при этом не выдавать себя ничем. “Я знал, что ты поймешь меня, Герми” - прошептал мальчик, обнимая свою лучшую подругу.

Когда эмоциональный порыв был погашен, в юной Гермионе Джин Грейнджер проснулся исследователь. Она не поленилась потащить Гарри в библиотеку и найти книгу по магическим тварям. Затем, взяв чистый пергамент, начала заполнять правильные ответы. Поначалу девочка возмутилась тем, что книги врут, потом вспомнив, что особо никто не знал всех подробностей, а она единственная, кто додумался описать их, немножко повеселела. А вот Гарри, наоборот, поник. Он не ожидал, что Гермиона проникнется важностью своего положения и начнет его терроризировать. Что Гарри ест, что пьет, где спит, что может делать, почему он летает, может ли он колдовать, видит ли он как дементор, или какая-нибудь кошка, или как человек, как он будет расти, где его плащ и почему он выглядит по-человечески.

Закончив с вопросами, Гарри приободрился.Теперь мальчик точно знал, что никаких тайн у него от лучшей подруги нет. Она умная девушка и точно никогда не предаст его. Когда Сириус и Ремус, которые совершенно естественно обнаружились в детской, узнали, что теперь Гермиона так же посвящена в тайну Гарри, заметно успокоились. Они пришли к выводу, что теперь-то их Гарри сам разберется со своим непростым будущим.

Попрощавшись со своей семьей и маленьким братиком, Гермиона и Гарри отправились в школу. В поезде к ним подсела Луна и Джинни. Девочки разговаривали о чем-то своем, изредка поглядывая на читающего юношу. Наконец через несколько часов пути, Джинни сказала, что Рон хотел бы с ними поговорить. Он сидел один в тринадцатом купе и ждал, когда Джинни их приведет. Сестренка хотела помучить своего непутевого братца и поэтому немножко подождала. Гермиона тут же оторвалась от жутко поучительной книги для легкого чтения и поторопила Гарри. Юный волшебник не очень-то хотел идти в купе Рона, но чувство долга гнало его туда.

Разговор в тринадцатом купе не слишком-то удался. Гарри и Рон пожали друг другу руки и молча сели на диванчик. Гермиона и Рон просто переглянулись, и он несмело ей улыбнулся. В основном подростки сидели молча и думали о своем, изредка бросая в тишину фразы о проведенном лете.

По приезду к школе они столкнулись с Драко Малфоем, который за каникулы как-то повзрослел: он не толкнул их плечом, не оскорбил, да и вообще проигнорировал. Рон попытался сказануть колкость Драко, как раньше, однако Гарри его остановил. Он предупредил, что если он сейчас опять начнет ругаться, то узнает последствия. Опять начнется дуэль, отработки и стычки в течение года. Пускай лучше Малфой идет куда шел и не обращает на них внимание. Рон согласился, но явно не слишком довольный таким исходом. Все-таки он понимал, что если сейчас попытается возразить, то опять потеряет хоть какое-то внимание своих друзей.

Как бы ни старался Рональд Уизли вернуть своего лучшего друга и подругу на стезю ненависти к Малфою, он так и не смог. И только благодаря этому их дружба еще держалась. Рон прилюдно в первый же день извинился перед всем факультетом за свои поступки в прошлом году, объяснив это наложенным на него заклятием. Юным школьникам хватило и этого, чтобы простить некогда веселого юношу. Жизнь Рона начала налаживаться.

Если бы не одно «но». Раньше они дружили только втроем, то теперь вокруг них стала собираться компания. Ладно бы только гриффиндорцы, но и странная сумасшедшая Лавгуд. Эта девчонка почему-то не пришлась по вкусу рыжему парню, и он старался обходить ее стороной. Юноша всеми силами пытался привязать к себе Гарри и это ему в конце концов удалось (иллюзии нередко принимаются за действительность). Теперь два вновь лучших друга снова стали неразлучны, и даже ужасные школьные будни были не так мрачны. Еще Рон узнал, что их подруга Гермиона продолжает общаться с Виктором Крамом, получая от переписки большое удовольствие. Один из победителей Турнира решил продолжить карьеру в спорте. Он активно тренируется в команде и стремится вновь выиграть кубок по квиддичу. Рон все так же боготворил Виктора, как спортсмена, но косо посматривает на него, как на человека.


========== Глава 18. Здравствуй розовая жаба. Здравствуй месть. ==========


Тем временем ситуация в школе набирала свои обороты. Гермиона просто пришла в ярость, когда поняла чему их будут учить на Зоти. Каждый урок с невыносимой министерской ставленницей она еле сдерживалась, чтобы не нагрубить ей. Министерская тетка придиралась в основном к Гарри, но поскольку ему было все равно на ее нападки, она стала задевать друга героя. Девушка однажды не выдержала и попыталась подговорить Гарри учить школьников самому. Однако юноша вынужден был отказаться, так как боялся случайно проговориться или как-то выдать себя. Гермиона согласилась с его доводами и продолжила жаловаться в своих письмах. Виктор сочувствовал ей и выражал свою поддержку.

А у Гарри тем временем вновь начались прорицания. И если бы проблемой была бы только чудаковатая учительница, предсказывающая ему смерть, то он бы все так же спал на всех уроках. Вот только во время занятия «продвинутыми» прорицаниями на хрустальном шаре у Гарри открылся описываемый Трелони третий глаз. Стоило юному волшебнику посмотреть на шар, как у него в голове проносились странные картинки, похожие на видения будущего или прошлого.

Сначала в видениях появлялись исполинские деревья. Своими кронами они тянулись к самому небу, где горела необычайно яркая, похожая своим сиянием на ограненный, с бликами от солнца, алмаз, звезда. Затем вид невольно перемещался вниз. Под одним из деревьев на траве полулежал мужчина с закрытыми глазами. Он был слишком прекрасен, чтобы быть человеком. Бледная кожа, гармонично

раскосый разрез глаз, утонченные дуги бровей и губ, золотистые, спускающиеся водопадом волосы. К нему подошел еще один представитель этого дивного народа.

Его иссиня-черные длинные волосы были убраны в затейливую косу. Глаза были темны, но выразительны. Он внимательно смотрел на своего собеседника, ожидая пока тот заметит его или хотя бы подаст виду, что заметил. В ножнах на поясе находился изящный, покрытый узорами палаш. Он явно был другом лежащему под деревом, так как у того, чьи воспоминания видел Гарри, его появление наполнило каким-то теплом все тело.

— Янис? Что-то случилось? — произнес привлекательный голос.

— Да, друг, — вторил ему в ответ Янис. — Повелитель зовет тебя, поторопись.

На этом видение кончилось. Гарри толкал Рон, говоря ему поскорее просыпаться и не быть таким уж явно не заинтересованным в великих открытиях третьего глаза. Оказывается, подросток, смотря в шар, засыпал для окружающих. Рон, с которым Гарри сидел за одним столом, совершенно не винил его. Его тоже слегка сморило обильное присутствие дыма и благовоний в кабинете.

И так каждый раз. Каждый урок, когда юноша заглядывал в шар, он видел что-то подобное. Не всегда одни и те же картинки, не всегда людей или природу, но постоянно что-то из жизни одного единственного мужчины. А однажды он увидел сразу несколько событий.

Первым шло от лица самого «гарриного» мужчины. Он прошел мимо компании весело говорящих молодых людей и услышал лишь обрывки их разговора. Они обсуждали то ли любовников, то ли любовниц, то ли просто будущих избранников. Одни желали девушек с формами, другие худеньких, один радовался своему сокровищу, которого обнаружил неделю назад. Это был Янис, и он сиял больше всего. Он самозабвенно гордился тем, что нашел свою настоящую любовь. Это событие видимо и отмечали. Один «гаррин» не принимал в этом участия. Мальчик не заметил, как его спутник вышел за населенный пункт. Очнулся он, глядя на его отражение. Гарри увидел его невероятно печальное и хмурое лицо. «Видимо, что-то плохое случилось в его жизни, раз такой представительный мужчина грустит один, когда его товарищи развлекаются» — пронеслось в голове у подростка. Затем видение поменялось. Блондин подбежал к Янису, вокруг которого клубилась тьма. Она струилась вокруг молодого человека, ласкалась к нему, подчинялась. Его глаза так же были наполнены тьмой, болью и огорчением. Он опустил руку на плечо своего друга, пытаясь успокоить его взбунтовавшуюся магию. Только Янис не успокаивался и повторял только одно: «Она отвергла меня. Она бросила меня, предала, ушла». Видение, мелькнув еще разок, перенесло его вперед.

Гарри понял, что обстановка перед ним меняется. Теперь его окружали домики, как престижные коттеджи в Англии.Одни находились рядом с друг другом, другие стояли вдалеке. На возвышенности, как заметил Гарри, располагался замок, чем-то похожий на Хогвартс. «Его» блондин и здесь находился рядом с брюнетом. Вот только Гарри не сразу узнал в нем старого Яниса. Молодой и привлекательный человек преобразился в мужчину. В мужчину, который прошел весь ужас войны или чего-то похожего. Его тело было покрыто шрамами, которые выглядывали из-под одежды. Длинные черные пряди были зачесаны назад и выглядели как дреды. Это, несомненно, меняло его облик. Теперь он выглядел мужественным и серьезным. Гарри не видел каким стал «его» блондин. Изменился ли он так же или остался по прежнему предан своей прошлой внешности?

Вообще юношу все больше и больше интересовало почему он видит воспоминания одного единственного существа. Было ли это каким-то предназначением или выдумкой его больного воображения?

Гарри не успел досмотреть невероятные сны до конца. Урок вновь закончился. Мальчик отчаянно хотел узнать природу насылаемых видений и так же отчаянно хотел, чтобы они прекратились. Он боялся, что сходит с ума. Для исправления ситуации юноша даже бросил прорицания. Ну, как бросил, просто перестал посещать занятия. Ему было все равно на СОВы и на баллы, и на порицания декана, но вернуться в душный кабинет означало вновь увидеть то, что может подвести его к краю еще ближе.

Таким образом подходил к концу первый семестр. И все бы ничего, если бы профессор Амбридж на своем последнем уроке не стала рассказывать про волшебных существ. Гермиона знала, что Гарри является, по ее словам, тварью, что прекрасные единороги, умные кентавры, бережливые гоблины и, наконец, подводные русалки тоже твари. Но сколько полезного и нужного они делают для развития этого мира — не перечесть. Гермиона наконец-то не выдержала и высказала все, что она думает о методах преподавания конкретно этой особы. В итоге, девушке назначили взыскания в кабинете розового монстра. В тот же вечер Гермиона вернулась с отработки, плача и кутая левую руку.

Оказывается, несравненная Долорес незаконно применяет кровавые перья. Гермиона вынуждена была писать на пергаменте пятьдесят раз «я не должна спорить» без чернил. И ее строчки вместо пергамента отображались на ее руке. Эта ситуация вывела Гарри из себя. Он взял Гермиону за руку и направился к МакГонагал. Та, выслушав и посмотрев на руку мисс Грейнджер, пообещала разобраться в ситуации и направила подростков в Больничное крыло. Однако никакие мази и зелья не помогли избавиться от нежелательных эффектов, и Гермионе пришлось смириться с последствиями. Идя обратно в башню, Гарри наклонился к уху Гермионы и тихонечко прошептал: «Не волнуйся, я разберусь с ней своими методами. Отомщу ей и за себя и за тебя. Только молчи». Как бы девушка не была против жестокости, она с радостью поддержала идею Гарри.

Следующим утром весь Большой Зал наблюдал небольшое представление от Минервы МакГонагал и Долорес Амридж. Обе женщины разговаривали на повышенных тонах.

— Долорес, как вы смеете проводить такие отработки?

— А что в них не так? Вы сомневаетесь в моем праве преподавать в школе, Минерва?

— Вовсе нет, Долорес. Только в ваших средневековых методах.

— Вот как? Простите, дорогая, но сомневаться в моих методах, значит, сомневаться в министерстве, я так понимаю. Вы и в министре сомневаетесь? Я весьма терпелива, но чего я никогда и ни за что не потерплю, так это измену.

— Измену? — профессор МакГонагал даже побагровела. Чтобы ее, многоуважаемого мастера трансфигурации и патриотку своей страны, называли изменщицей?

— Ситуация в Хогвартсе намного опаснее, чем я предполагала. Корнелиусу придется действовать решительнее.

Тогда уже не выдержал Гарри.

— Простите, профессор Амбридж. Вы собираетесь написать Корнелиусу Фаджу? Тогда передайте от меня большой и пламенный привет, он знает, как я его ценю.

После этих слов завтракающие ученики разразились хохотом, а жаба лишь злобно посмотрела в ответ на ненавистного ей ученика и выбежала из Зала. В этот день Гарри стал вновь героем для жертв розовой кошатницы. Однако в его списке это была не победа. Это было только начало чего-то более приятного. Вечером, где-то за час до отбоя, юноша закутался в мантию невидимку и направился в сторону кабинета Зоти.

Долорес Амбридж в это время проверяла эссе школьников первого курса. Услышав стук в дверь, женщина открыла ее и не ожидала увидеть там мистера Поттера. Отвратительного мальчишку с наклонностями лгуна, который подчинил министра своими россказнями. Она уже пыталась избавиться от него еще летом, направив к месту его магловского жительства парочку дементоров, однако ее план провалился. Она узнала, что вместо одного мальчишки дементоры выпили какого-то магленыша. Ей на время пришлось улечься на дно. Однако после сегодняшней насмешки, она пообещала себе, что возобновит свою миссию.

— Кхм, кхм. Мистер Поттер, что вы делаете здесь в такое позднее время? Разве ученикам не пора спать?

— Добрый вечер, профессор Амридж. Нет, до отбоя еще добрых сорок пять минут. Я пришел к вам по одному важному делу.

— Дела могут подождать, если только они не касаются учебы.

— Да, именно насчет учебной программы я и хотел бы с вами побеседовать.

— Хорошо. И о чем же вы хотели со мной побеседовать? — спросила Долорес, пропуская юношу себе в кабинет.

— Дело в том, что мы проходили сегодня тему магических тварей, и я бы хотел оспорить ваше мнение на эту тему.

— И чем же вам не угодили магические твари? Вы не согласны с тем, что они тупые, мерзкие, грязные паразиты?

— Да. Вы абсолютно правы, профессор Амбридж. Возьмем хотя бы… хмм… дементоров. Что вы думаете о них?

— Дементоры? Это самые отвратительные создания. И если гоблины еще хоть что-то делают полезное для магов, то вот дементоры — нет. Вообще их надо всех искоренить. Не только темных тварей, но и вейл, оборотней и русалок. Дементоры наши магические паразиты.

— А как же Азкабан?! Разве они его не охраняют?

— Азкабан может выстоять и без них. А вы? Как считаете вы, что задали мне такой вопрос? Вы не согласны с тем, что дементоры твари, которых надо немедленно уничтожить?

— Ооо… Вот мы и подошли к самому интересному, профессор Амбридж. — Гарри уселся на ее стол и постарался выглядеть расслабленным.

— Что вы себе позволяете, мальчишка? — визгливо выкрикнула жаба. — Немедленно слезьте с моего стола и отвечайте на мой вопрос, а то быстро отправитесь спать да к тому же получите неделю отработок.

— Не беспокойтесь вы так. Вы спросили — я ответил. А теперь слушайте внимательнее, профессор Амбридж. Вы не догадывались, что дементоры могут быть разумными, что они выполняют приказы, которые им приятны, что для них Азкабан это словно бар, что они могут говорить… — последнее Гарри произнес страшно секретным шепотом, делая большие глаза.

— О чем вы болтаете? Конечно же, нет! — Долорес стала сердито поглядывать то на часы, то на дверь.

— А зря, между прочим. Кое-кто рассказал мне, что их попросили слетать в одно магловское местечко, где проживает некий Гарри Поттер. Вы знаете такого, профессор Амбридж?

На этом предложении женщина побледнела и вдруг почувствовала страшный холод.

— Не несите чушь, мистер Поттер. Вы утверждаете, что на вас напали дементоры и признались вам в том, кто их прислал?

— Ааа… Вы догадливы, мисс, — галантно поклонился ей все еще сидящий на ее столе юноша. Вы, право словом, понравились мне с первого взгляда. Я дико извиняюсь за свои грубые слова тогда в лифте Министерства. Вы же простите меня?

— Я уже давно забыла этот инцидент, Мистер Поттер. Так это все? — все еще ожидая подвоха, спросила женщина.

— Нет, нет. Еще минуточку. На чем я остановился? Так вот, мне стало немного обидно за то, что вы считаете этих великих существ тупыми. Они очаровашки, не правда ли? И кстати, хотел бы добавить, что они передавали вам страстный поцелуй, — с этими словами Гарри молниеносно вскочил со стола и раскрыл свой дар. Комната вмиг покрылась морозными узорами, и на глазах застывшей в ужасе преподавательницы Гарри стал подходить к ней, причмокивая губами.

— Ну же, поцелуй меня, моя красавица, — эти слова стали решающими, и онемевшая жаба вытащила палочку, пытаясь наколдовать патронус. Однако ей это не помогло.

Наклонившись над практически лежавшей у стены женщиной, Гарри прошептал ей на ухо: «Встретимся в аду, крошка. Это тебе за меня и за Гермиону. Умри, тварь». И впервые присосался ко рту женщины. В этот миг дементору было плевать кого он целует. Восхитительная субстанция текла ему в глотку, и он чуть ли не мурлыча, продолжал кормиться. С каждым разом кормежка была все чудеснее и чудеснее. Гарри, который стал действовать как дементор, просто-напросто сошел с ума от внепланового обеда.

Наслаждаясь такой долгожданной субстанцией, юноша совсем позабыл про безопасность и, тем более, не увидел и не почувствовал, как дверь в кабинет ненавистной жабы медленно открылась. На пороге стоял профессор Снейп.


========== Глава 19. Секреты и обеты. ==========


Северусу Снейпу все лето не давали покоя странные происшествия с меткой. То, что она была яркой и темной, как при живом хозяине, он точно знал. Но, когда в Мунго он показывал свою руку, она исчезла. А это значило только одно: Гарри Поттер снова отличился.

«Что же там произошло, раз мальчишка скрывает правду? Неужели он действительно сумел победить Лорда? Но зачем тогда скрывает эту ценную информацию? Не захотелось лавров победителя? Что-то в этом предположении не так. И я обязательно должен разобраться с этой занимательной загадкой, » — у профессора зельеварения в глубине его темных глаз зажегся огонек безумного предвкушения. Он с детства любил сложные головоломки. А уж когда головоломка доставляет столько хлопот, это делает ее гораздо занимательнее. И Северус начал мысленное путешествие к истокам странного поведения Поттера.

«С первого курса мальчишка был полной копией своего папаши. Такой же эмоциональный, взрывной, нетерпимый, к тому же спортсмен и плохо учится. От Лили на первом курсе ему достались только ее глаза и некоторая харизма. Итак, философский камень, Пушок, Квирелл, больничное крыло. Нет, не то. Второй курс. Наследник Слизерина, дневник, парселтанг, Тайная комната, Василиск, Том Риддл, без больничного крыла. Тоже не то. Третий курс. Блэк, Люпин, патронус, дементоры, крыса, снова дементоры, его патронус и больничное крыло. Таак, а здесь уже ближе к истине. Впервые перечит Дамблдору, освобождает Блэка, покорно следует за ним, Северусом. Так-так, интересно. Четвертый курс. Турнир Трех Волшебников, имя мальчишки в Кубке, отмашка от участия, ссора с Уизли, хорошая учеба, дружба с чемпионами, Барти Крауч, похищение, Мунго. Снова врет Дамблдору, лоялен Министерству. Нет, нет. Начало его изменений способствует третий курс, никак иначе. Да и Блэк с Люпином не та сфера влияния на мальчишку. Слишком безалаберный крестный и потакающий ему во всем волк. Такого результата им точно не добиться.

Вернемся к третьему курсу. Блэк, Люпин, карта, Хогсмит, патронус, крыса, казнь гиппогрифа, полнолуние, Блэк, дементоры, его патронус. А что если и не было его патронуса? Что если мальчишка сам защитил себя и свою псину? Что если дементоры как-то на него повлияли, что-то повредили в голове или изменили его гибкую подростковую психику? С этой теорией следует хорошенько разобраться».

Таким образом, профессор зельеварения стал еще внимательнее присматривать за мальчишкой и его компанией. Как ни странно, они не влипали в неприятности, не дрались с его подопечными, забыли Драко Малфоя, как и он их, собственно. Буквально за неделю до каникул во время последнего урока Зоти гриффиндорская зазнайка вывела из себя Амбридж. Решив проследить за вездесущей компанией, он услышал с помощью своего тонкого слуха слова «Не волнуйся» и «Молчи». А наутро случился разбор полетов в Большом Зале, который не слышал только ленивый. А уж ответ Поттера! Мальчишка, несомненно, наглеет. Устав от бесконечных шпионских игр с глупыми подростками, Северус решил, что с него хватит. Он зайдет сегодня вечером к мисс Амбридж и напрямую спросит об ее отношениях с Поттером. Если его интуиция не подводит, то ключ к разгадке кроется именно там.

Тем же вечером, подходя к кабинету Зоти, Северус Снейп сразу же почувствовал неладное. В коридоре, где находился вечно проклятый кабинет, творилось что-то из ряда вон выходящее. Не спеша он подошел к двери, но ничего так и не разобрал. Немного собравшись с силами, профессор решил рискнуть. Все-таки риск — это его второе имя.

То, что увидел Северус, открыв дверь, которая, между прочим, не была заперта, вызвало досаду на самого себя. Он просчитался. Его верная теория не была столь сумасшедшей, как он предполагал.

Да, Поттер изменился. На полу кабинета лежала, скорее всего, уже «мертвая» Амбридж, а на ней практически сидел Поттер, который самозабвенно целовал ее в губы. Причем явно не в романтическом стиле. Пол и стены были покрыты льдом, свет в свечах был очень тусклый, однако он все-таки позволял разглядеть подробности. Мальчишка не видел ничего кроме своей жертвы. Дементор. Вот кто был в оболочке сына Лили. А монстр все высасывал и высасывал душу министерской кошелки, прекрасно видя, что ее уже не спасти. И ему это нравилось. Его власть, сила, она буквально окутывала того, кто прятался в теле Поттера. Северус поднял палочку на мальчишку, видя лишь перед собой мертвую Лили и произнес: «Отойдите от тела, мистер Поттер». Когда Гарри его не услышал или проигнорировал, он применил суперфай. Мальчишка тут же пришел в себя и как будто очнулся от транса. Его настороженный взгляд мигом переместился на нападавшего. «Снейп. Это всего лишь Снейп. С ним легко справиться», — решил Гарри, и, расслабившись, вальяжно развалился на кресле Долорес Амбридж. Ее душа придала ему уверенности в своих силах и прибавила к его поведению бесшабашное веселье.

— Здравствуйте, профессор Снейп. Не правда ли, чудесный вечер? Что вы здесь делаете? Бессонница?

Северус на мгновение замер, видя, что заклинание не сработало в полную силу. Видимо, только что выпитая душа сделала свое дело. Подросток продолжал тонко улыбаться, словно хороший знакомый зашел к нему в гости. Затем он поднял руку и просто напросто поводил ею перед собой. Кабинет еще секунду назад бывший обледеневшим, теперь находился в идеальном порядке. Еще взмах рукой и тело лежавшей преподавательницы теперь лежит рядом со столом в такой позе, что увидев ее никто и не усомнится, что женщине просто стало плохо во время проверки домашнего задания, и она не успела позвать на помощь. Еще взмах и дверь позади Северуса с глухим стуком захлопнулась. Его сознание лишь автоматически отметило сложнейшую беспалочковую невербальную магию.

— Хмм, — начал мальчик, — наверное, я должен как-то это объяснить? — он обвел рукой кабинет и вновь посмотрел на Северуса.

— Уж извольте, мистер Поттер. И без выдумок. Что только что произошло? — Снейп решил начать разговор спокойно, пока его оппонент не нападает. Только цепко прищуренные глаза выдавали бурю, бушующую в зельеваре.

— Ну… Все дело в том, что эта жаба обидела Гермиону, а до этого она наслала дементоров, чтобы те убили меня. Я не мог простить таких ошибок с ее стороны.

— И поэтому вы стали таким?

— Таким? Ах, нет. Таким я стал давно. Мы просто поболтали, и я разрешил поцеловать своего кузена. Один из них был чрезвычайно любвеобильным, знаете ли.

— Как давно и почему об этом никто не знает, Поттер? — продолжал гнуть свою линию декан Слизерина.

— Как это никто не знает? Вы знаете, сэр. Сириус, Ремус, Гермиона. Они знают обо мне. А что такого? Вы хотите, чтобы весь мир узнал о моих маленьких способностях? Чтобы меня исследовали или отправили в Азкабан? Нет, против тюрьмы я ничего не имею, там живет моя семья, но вот все остальное… Я хочу пожить как нормальный маг, познать жизнь, так сказать.

— Как давно вы стали…им, мистер Поттер?

— На третьем курсе. Точнее в конце третьего курса, — одно есть, Снейп мысленно улыбнулся. — Все было так внезапно. Налетели они, я пытался спастись. Мне не удалось, а потом я стал летающим разлагающимся телом. Конечно, я разозлился и вернулся обратно в свое тело, и я снова здесь. Как-то вот так, профессор Снейп.

— Это очень интересная история, Поттер. Но что вы собираетесь делать? Часто ли вы пьете неугодных вам людей? Чем вообще питаетесь? Не вредите ли ученикам? И что вы сделали с Темным Лордом?!

— Не так быстро, профессор. Я все расскажу, не хотите ли присесть? — Гарри запрыгнул на стол, чтобы быть повыше, и продолжил повествование: — Я собираюсь продолжать жить. Мой дар никому не вредит, — затем, глянув на лежащее тело, добавил: — ну, почти никому. Я вообще-то не пью живых людей. Исключениями стали Питер Петтигрю, чуть-чуть Барти Крауч, ну, и Амбридж, ваш… хозяин. Ученикам я не врежу. Я способен контролировать свой дар. Вроде бы на все вопросы я ответил. Я могу идти? — Гарри соскочил со стола и направился к Снейпу. Эйфория от еды выветрилась и хотелось поскорее покончить с этим скользким делом.

— Экспекто Патронум, — произнес Северус, и из его палочки выскочила серебристая лань. Она подбежала к мальчику, но вместо того, чтобы оказать правильное воздействие, стала ласкаться под гладящие ее руки.

— Это не сработает, сэр. Патронусы безвредны для нас. Люди считают, что способны контролировать нас таким образом, и мы их не разубеждаем. Для нас Патронусы — это то же самое, как для вас люмосы. Яркие, светлые, красивые, но безобидные. Не тратьте попусту свою силу, сэр, дайте мне Нерушимый Обет и разойдемся по своим делам. Сейчас уже отбой, я ужасно устал.

Северус решил поверить и спрятал свою прозрачную лань. В конце концов здесь правит балом Поттер.

— Вы всегда отличались, мистер Поттер. Каждый год вы попадали в серьезные переделки и каждый год выбирались живым. Даже сейчас. Любой нормальный маг или магл был бы уже мертв, но вы, вы снова поймали фортуну за хвост. Такое чувство, что ваша мать искупала вас в детстве в котле Феликс Фелицес, держа за пятку. И именно эта пятка когда-нибудь предаст вас. А теперь подробнее. Раз уж мне придется принести клятву, то я намерен узнать все. Меня интересует Темный Лорд. Еще прошлой зимой моя метка имела черный цвет. Я знал, что Он должен был вот-вот вернуться. Но после вашего похищения, она исчезла. Как? И почему вы не сообщили об этом Альбусу?

— Ну, во-первых, я его выпил, — не нужно абсолютно никому знать о младенце, решил Гарри. — Так же, как и нашу милую жабку. Это он приказал меня похитить и чуть не убил. Я был не в восторге от ситуации и отомстил. Во-вторых, как вы представляете наш разговор? Вы присутствовали при моем «допросе» в Мунго и наверняка знали, что было бы, если бы я рассказал, что убил Волдеморта. Тем более и там все было не просто. Директор знал, что у Него были крестражи — предметы с осколками души, и то, что я их уничтожил, уже навевает какие-то подозрения, согласитесь. А пресса? Что бы она сделала со мной за такие байки? Думаете, кто поверит, что я в одиночку справился с магом, которым до сих пор пугаю детей? А Фадж? Не думайте, что я забочусь об его репутации или сердечке, но поддержка министра всегда нужна. Директор же во многом провинился передо мной и моей семьей. Ему я не собираюсь ничего рассказывать, разве что на смертном орде. А теперь принесите Клятву.

— Мистер Поттер, хоть мы и портили друг другу кровь в течение четырех с половиной лет, не думаете, что я такой мерзавец? Мне самому не выгодно, чтобы такие подробности узнали люди. Я, Северус Тобиас Снейп, не буду никаким образом разглашать информацию о сущности, именуемого Гарри Джеймсом Поттером, не буду никаким образом разглашать информацию о беседе этим вечером и факте этой беседы, не буду никаким образом разглашать знание о смерти Долорес Амбридж. — На запястьях у зельевара засверкала лента Обета, и он, неожиданно для Гарри неприятно, предвкушающе улыбнулся. — Однако это не все, мистер Поттер. Вы теперь просто обязаны рассказать все про вас и вашу расу. И давайте приберемся здесь. Несчастный случай, не забыли еще? — только теперь мальчик понял, что попал в руки еще более фанатичного ученого, чем Гермиона.

Северус профессионально закончил с мучениями Амбридж, а Гарри навел окончательный порядок в кабинете. Зельевар милостиво разрешил отложить разговор на завтра. Они договорились встретиться следующим вечером в его подземельях. Уж что-что, а выпускать выгоду из своих рук, Северус Снейп не привык с детства.

На следующий день, придя на завтрак, Гарри показал Гермионе большой палец и улыбнулся. Девушка помахала ему в ответ и также улыбнулась. Друзьям же сообщили, что Гарри нашел книгу по зельеварению для огромного дополнительного эссе для Снейпа. Тема зелий и учебы показалась слишком неинтересной, и друзья отстали от расспросов.

А в обед, когда собрались все ученики, директор Хогвартса Альбус Дамблдор произнес печальную новость.

— Дорогие ученики, с прискорбием вам сообщаю, что наша уважаемая преподавательница Зоти Долорес Амбридж скончалась этой ночью из-за проблем с сердцем, увы, ее не удалось спасти.

— Урррааа! — раздалось со всех сторон. Громче всего кричали естественно гриффиндорцы. Однако и остальные факультеты не отставали. Даже вечные легко адаптируемые слизеринцы втайне ненавидели мерзкую жабу. Преподаватели хоть и скрывали свою явную радость, но были тоже очень довольны таким исходом.

Поначалу министр решил возмутиться тем, что Дамблдор специально убил его заместителя, но вызванные врачи из Мунго подтвердили, что смерть естественна без магического вмешательства. Тогда Фадж, поразмыслив более глубоко, понял, что и его это устраивает. Мисс Амбридж была очень падка на деньги. Без нее практически не проходила ни одна сделка. А уж суды… Ему же лучше. Наймет себе какого-нибудь Уизли, пусть считает котлы, а финансовой стороной будет заниматься он один. Так и закончился первый семестр учеников Хогвартса.


========== Глава 20. А дело то не в прорицаниях. Город. ==========


На Рождественские каникулы Гарри, как всегда, не пожелал остаться в уже надоевшей ему школе. Поэтому он с радостью внес свое имя в список отправляющийся домой. Когда знаменитый Хогвартс-экспресс доставил юных волшебников на станцию Кинг-Кросс, Гарри уже не терпелось оказаться дома. А еще больше всего ему хотелось увидеть своего братика, которому семнадцатого декабря исполнилось уже семь месяцев.

«Как быстро течет время, когда ты не в его власти, — с грустью думал Гарри. — Ведь скоро я не замечу, как переживу всех своих друзей и родных. Даже маленький Астерион, и тот в скором времени отправится в школу». Однако надо было оставить грустные мысли и двигаться дальше.

Встречал его в этот раз не Сириус, а Ремус. Он крепко обнял своего приемного сына и аппарировал домой. Там все было по-старому, кроме того, что ему устроили праздничную вечеринку. «С возвращением Гарри!» был написано на плакате. На столе стоял огромный праздничный торт. В специально оборудованном кресле сидел его братик. Гарри не знал что умеют делать младенцы в его возрасте, но подозревал, что сидеть то они уже точно умеют. «Га аамаба» — пролепетал карапуз. «Ну, вот и твой брат встречает тебя» — улыбнулся Сириус, вытаскивая кроху из стульчика. Он поднес ребенка к Гарри и тот неловко его обнял. Он был таким маленьким и легким, его душа светилась очень ярко и правильно. Наверное, это у всех младенцев так. А если и нет, то такого человека с яркой и чистой душой даже пробовать было бы стыдно.

Праздничный ужин прошел на славу. Гарри рассказал все школьные новости и признался в том, что съел министерскую жабу. Ремус осуждающе покачал головой, а Сириус расплылся в улыбке. Эта женщина на суде старалась всячески его потопить, а потому он не любил ее заочно. А уж после того, как они узнали, что старуха пытает детей темномагическими артефактами, даже Ремус поддержал Гарри в его преступлении. Одно было плохо. Оба мага серьезно расстроились, что он спалился перед Снейпом. Его маги знали еще в школе и то, каким он может быть, хорошо представляли. Несмотря на произнесенные клятвы, тот мог хорошенько подпортить им жизнь.

Гарри как мог переубеждал Сириуса и Ремуса. Ведь, как ни крути, а тот знает все же больше правды, чем его семья. В итоге юноша смог убедить их, что они в безопасности, что Снейп поклялся ни словом, ни делом не вредить его семье, что он сам будет под прицелом, если нарушит клятву.

А дни шли за днями. Почему-то так выходило, что полнолуние всегда было на каникулы Гарри, и юноша в это время следил за братом. Если летом он мог просто держать его на ручках, то теперь этот вертлявый, темноволосый и голубоглазый сорванец требовал движения. Он пробовал ходить по дому, активно ползал, лепетал что-то на своем языке и кружил по комнате игрушки. Его магический дар развивался быстро, а это значит, что ребенок очень сильный. Астерион особенно полюбил зеленого дракончика, который выпускал иллюзию пламени, и, как ни странно, книжку с картинками. В его детской комнате было очень много разнообразных игрушек от клобкопухов до детской метлы, но он предпочитал листать книгу про зайчиху-шутиху и разглядывать двигающиеся картинки. Астерион рос умным и относительно спокойным мальчиком. Он обожал своих родителей, а еще Гарри. С ними он мог быть целыми днями, поэтому младшему члену семейства очень нравилось засыпать на ручках у его семьи.

Как раз в тот вечер полнолуния, Гарри укачал Астериона и поднялся к себе в спальню. Мальчик не спал в человеческом смысле, но лежать на мягкой кровати он любил. Гарри обычно закрывал глаза и представлял себе свое будущее. Однако именно сегодня он вновь подвергся атакам своего больного разума. Если в кабинете прорицаний он видел картинки прошлого одного человека, то теперь видения стали еще более реалистичными.

В них появился он сам. По крайней мере, теперь мальчик видел все происходящее от своего лица. Если раньше Гарри отчетливо понимал, что-то, что он видит, было ничем иным, как воспоминаниями, то теперь все было как бы в настоящем времени.

Именно в данный момент юный дементор присутствовал в огромном замке. Он находился в огромном величественном зале на каком-то средневековом балу. Здесь присутствовало очень много прекрасных созданий этой расы, и все они были одеты в официальные наряды. На мужчинах и женщинах поверх нарядов были надеты ярко красные плащи с различными черными узорами, видимо так указывался их ранг или положение к власти, и у каждого за спиной присутствовало разное оружие. Все они выжидающе поглядывали то друг на друга, то на странное возвышение в конце зала. Гарри с удивлением понял, что впервые видит женщин неизвестной ему расы. Они были так же прекрасны, обладая своим индивидуальным шармом: хрупкие, но величественные, обладающие внутренней силой, они вызывали только трепет. Даже благородная красота Нарциссы Малфой, которую Гарри видел на платформе девять и три четверти, не казалась бы такой сияющей среди них.

Вдруг весь посторонний шум затих, и юноша заметил взгляды устремленные на него. Он очень испугался, но, как оказалось, напрасно. Гарри стоял как раз прямо напротив платформы с массивным креслом, украшенным черепами. На него как раз усаживался представительный мужчина. Гарри успел лишь отметить, что он чем-то неуловимым отличается от остальных и… очнулся.

Его будто выкинуло из того необычного места. Гарри обнаружил, что после просмотра его сумасшедших бредней его кожа становится бледнее. Вероятно, магии в его теле приходится вдвойне сражаться с безумными выкрутасами его поврежденного разума.

Кстати о мечтах. Мальчик практически каждый день размышлял о своих странных видениях и не мог понять их подоплеку. Все то, что он увидел и запомнил во снах было то, как прекрасны мужчины, которые его окружают. В реальности юноша не видел таких. Разве что Люциус Малфой лет двадцать назад мог быть таким, ну и Сириус. Да только у тех созданий все равно глаза более выразительные. До этого момента Гарри не обращал внимание на особей мужского пола. Так почему же именно сейчас его мозг решил отыграться на нем? Если красивые девушки еще и попадались ему на глаза и привлекали внимание, то вот юноши никогда. Весь мужской пол магического населения представлялся ему либо гормонально-неустойчивыми школьниками, либо взрослыми обрюзгшими чиновниками и родителями, либо пенсионерами без семей и домов. И тут до Гарри дошло. Он понял, что в том странном, но волшебном месте не было стариков и подростков, по крайней мере, их мальчик не видел. Все окружавшие его были взрослыми, самостоятельными и устоявшимися в жизни. Это надо было серьезно обдумать.

Юноша решил поговорить об этом с Ремусом. Сириус был хорошим крестным, но в психологических проблемах Ремус разбирался лучше него. Тот самый важный день был выбран сразу перед отъездом. Ремус, серьезно выслушав мальчика, не попытался наставить его на путь истинный, не обвинил его в сумасшествии или в том, что тот слишком много выдумывает. Спокойный и вдумчивый Люпин объяснил Гарри, что истинные проблемы не в событиях, а исключительно в переживаниях. Он еще раз напомнил юноше, что они считаются разными расами, и если Ремус чувствует приближение луны, своих товарищей, может отлично видеть в темноте, обладает другими качествами недоступными обычному человеку. То кто же запрещает Гарри обладать тем же?! Откуда юноша мог узнать, что эти видения не часть его необычного дара. Дементоры не рассказали? А вдруг они тоже не знали об этом? Вот у оборотней есть альфы, беты и простые волки, и каждые обладают отличными дарами. Вдруг и Гарри является кем-то вроде прорицателя или видит по-настоящему важные события? Это юноша должен узнать только от самих дементоров. И библиотеки, целители и зелья не помогут Гарри. Он не больной, не сумасшедший, а просто ребенок с особенными способностями.

А уж насчет чувственности, Ремус чуть ли не засмеялся в голос. Гарри видел, как потеплели его глаза. Он мог сказать много всяких научных терминов, понятий, правил, но ограничился только одним: «Ты тот, кто ты есть. И если ты чувствуешь, что твой пол привлекает тебя больше, то почему ты должен отказываться от этого? Не нужно слепо следовать правилам, принятым в приличном обществе. Если ты любишь мужчину, то не слушай завистников. Твои чувства, твоя жизнь зависит от тебя самого и будет строиться тобой, а не глупыми людьми, сидящими в кабинетах и пишущих как правильно тебе надо жить».

Гарри не мог поверить, что всего один вдумчивый разговор, а он уже вновь полон сил к жизни. Ему вновь хочется веселиться, учиться, общаться с друзьями и, в тайне говоря, вновь увидеть что-то недоступное обычным магам, особенно «своего» прекрасного блондина.

Приехав с каникул, он узнал, что почти вся школа разъехалась по домам для того, чтобы отдохнуть от мерзкой жабки. Даже его друзья покинули школу в надежде получить настоящие каникулы. Директор Дамблдор на первом же ужине сказал, что учить их будут преподаватели, знающие Зоти. То есть и директор, и профессор Флитфик, и профессор Снейп по очереди будут заниматься такой серьезной дисциплиной. Как бы ни не любили ученики Снейпа, они не возмущались такому раскладу. Любой, лишь бы не вмешивалось министерство.

О Снейпе. После их разговора, принесения клятв и раскрытия некоторых тайн, они стали относиться друг к другу с пониманием. Северус перестал цепляться к Гарри, практически не мешал ему на уроках, хвалил на занятиях Зоти и не мешал развлекаться с друзьями. Можно было сказать, что этот семестр был самым счастливым за всю учебу Гарри. Он снова с друзьями, избавился от недругов, Дамблдор практически не обращает на него никакого внимания, учителя у них приличные и он снова стал видеть свои необычные сны.

Что это были за сны! Они никогда не повторялись. В одну ночь он мог увидеть воспоминания «своего» блондина, а в другую уже себя в самых разных экзотических местах.

Однажды в начале февраля весь пятый курс собрали для опроса по поводу их дальнейшего будущего. Гермиона нацелилась на министерство — проводить там воспитательные работы. Рон думал пойти по стопам своего брата Чарли. Невилл хотел остаться в преподавательской стезе. Драко Малфой, который вот уже целый год не замечал никого из учеников Хогвартса, а примерно пропадал в библиотеке, хотел быть колдомедиком. Он понял, что его призвание спасать жизни незнакомым магам. Минерва МакГонагал предполагала, что Гарри станет аврором или невыразимцем, или хотя бы спортсменом, но никак не то, что ее знаменитый ученик уйдет в конце этого года. Гарри узнал, что такая практика существует, но ею раньше воспользовался всего один человек.

Что тогда началось! Все, кроме Снейпа, пытались его отговорить. Несколько раз даже директор проводил воспитательную беседу, однако и это не помогло. Юный Гарри Поттер твердо решил, что последние два года он отучится заочно. Даже согласился приезжать к ним два раза в год, чтобы подтвердить свой уровень знаний.

С февраля время начало мчаться неумолимо. Приближались их первые министерские экзамены. Каждый ученик пятого курса просто обязан был устроить дуэль за нужную книгу в библиотеке, попасть в больничное крыло с магическим или физическим истощением, и в итоге перед самими экзаменами плюнуть на все и ждать своей участи. Только Гарри выделялся на их фоне. Юноша, если бы до сих пор имел физические потребности, тоже давно бы отлеживался в обители мадам Помфри. А так, он учился ночью, летал на охоту и просто на прогулки, ставил заглушающие на кровати мальчишек, у которых началось буйство гормон, и наслаждался последними долгими деньками в Хогвартсе.

Гормоны. Это самый страшный кошмар подростков. Гарри радовался, что не имеет некоторых функций, и одновременно печалился. Он же тоже человек, по крайней мере, внешне. И ему так же хочется обычного человеческого тепла, поддержки родного человека, хотя бы в интересных снах. И однажды он дождался этого.

Новый отдых от жизненной суеты послал ему необычный сон. Не такой, как обычно. И это было странно. Странно, но невероятно горячо. «Его» блондин, имени которого он до сих пор не знал, сидел напротив Яниса. Тот держал в руке стакан, по-видимому, с выпивкой и с наслаждением потягивал алкоголь. Вдруг Янис, отставив бокал в сторону, как-то странно, усмехнувшись, поддался вперед и впился губами в рот блондина. Однако тот и не возражал. Сколько они наслаждались страстным поцелуем Гарри не знал. Стеснительный юноша постарался сразу же отвернуться, но любопытство взяло свое, и Гарри подглядывать одним глазком не перестал. Благо, эти двое потрясающих мужчин не зашли слишком далеко. Янис с необычайной нежностью провел рукой по чужому лицу и сказал, пристально глядя в его глаза: «Райордан, а ты говорил, что не можешь. Еще как, просто не хочешь. Поверь, если ты пустишь в сердце кого-нибудь чужого, то рано или поздно он убьет твое сердце. Как когда-то было истоптано мое».

«Какое красивое имя» — подумал Гарри продолжив наблюдать как двое, по-видимому, любовников продолжали попивать странную черную выпивку, наслаждаясь ярким пламенем в камине. Это видение было до того необычным, но прекрасным, что Гарри захотел оказаться там взаправду, почувствовать такую же заботу и теплоту. Пускай он бы никогда не догадался, что между лучшими друзьями может быть какие-то отношения, но видеть их часто стало для Гарри каким-то успокоением.

Экзамены для Гарри Поттера прошли незаметно и удивительно быстро. Вот подростки волнуются перед самой сложной трансфигурацией, а вот они уже отмечают удачную сдачу последнего Зоти. А затем и еще раз отмечают, провожая друг друга в лето, полное приключений, любви и счастья.

Гарри сразу же по приезду рассказал семье, что он покинет их. После того, как подросток успокоил Сириуса, который просто категорически не хотел отпускать свое чадо одного далеко и надолго, он рассказал, что будет часто их навещать. Юноше очень хотелось разобраться в себе, своих талантах, в жизни дементоров, что уехать ему просто необходимо.

Астерион, которому недавно исполнился годик, словно чувствуя, что его братик покинет его не слезал с его рук. Мальчик бегал за ним по пятам, показывал ему свои новые игрушки, просил показать магические фокусы и просто спал в комнате Гарри. Юноше было приятно, что его так любят. Он отчетливо понял, что будет скучать по веселому и шебутному Сириусу, умному и спокойному Ремусу и по ласковому и милому Асти, как в последнее время приелось к маленькому братику. Однако, что бы ни случилось, Гарри решил, что это лето проведет со своей семьей. Он посвящал им все свои дни, ночью охотился и летал, играл с братом, веселился с Сириусом в парках аттракционов, читал с Ремусом и выслушивал его проблемы. В середине июля семья Блэков отправилась на отдых. Неизвестные острова в Индийском океане были просто райским местом для летнего отдыха. Его семья решила проводить его в дальний путь с шиком. До августа Блэки наслаждались отдыхом, а приехав в Англию, они поняли, что их родная страна на самом деле холодная и сырая.

Сразу же после отличных каникул Гарри рванул в свой любимый лес. Он навестил паучков и вволю налетался. А еще именно в лесу случилась его новая встреча с Сссхашем. Его первый наставник был рад видеть своего молодого ученика и с удовольствием отвечал на его вопросы. На все вопросы, кроме так его интересующих. Их задать подросток так и не осмелился. А когда услышал, что юноша хочет навестить Город и пожить там, очень воодушевился. Сссхаш рассказал, что его желание посещать мир магов время от времени не лишено смысла. Они тоже часто его посещают. При этом он успокоил Гарри, сказав, что свое тело тот не потеряет и будет выглядеть таким же, как и сейчас. Это привело юного дементора в восторг. Они договорились вновь встретиться здесь же в конце этого месяца, и тогда Сссхаш переправит его в Город.

Остаток лета Гарри переписывался с Роном, Луной, Невиллом и многими однокурсниками. Только Гермиона была недоступна его сове. Девушка написала, что будет отдыхать в Болгарии, а это, несомненно, дальше, чем Франция.

Сириус и Ремус теперь нечасто оставляли его одного, они предчувствовали долгую разлуку. Его семья все так же, как и раньше, волновалась, когда подросток уходил из дома на охоту, и всегда интересовалась его успехами. Потому как в школе охраны было больше, но и возможностей вылезти незамеченным тоже хватало. Здесь же он уходил неизвестно куда и неизвестно что делал и когда мог вернуться. В Хогвартсе мальчик возвращался всегда к утру. Крестный отец Гарри Поттера еще не скоро привыкнет, что его мальчик совершенно особенный. Что ему будет привычнее находиться в компании таких же, как и он. Что юный волшебник растет ментально быстрее, чем любые подростки, так как проблем он имеет больше, чем поцелуи, свидания, уроки и зачеты. Как бы Сириус хотел, чтобы Гарри и дальше был обычным сорванцом, но на судьбу грех жаловаться. Ему вообще надо благодарить саму магию, Мерлина и Моргану, что позволили ему выжить, что спасли крестника, что подарили ему его Ремуса и их сына.

Этот день настал. Тридцать первое августа был траурно-прощальным для всей семьи. Сначала выслушал наставления домочадцев, а потом бродил по Лондону в одиночестве, крепко держа чемодан, в котором было положено множество вещей мальчика. Тот искренне не понимал, зачем ему столько. Помимо одежды там лежали книги, палочка, артефакты, колдографии и даже посуда. Ну что поделаешь с суетливым и волнующимся Сириусом?

Только к вечеру он вновь позвал Сссхаша, и тот прилетел со своим другом или просто товарищем. Его учитель, видимо, не до конца поверил, что смог уговорить своего ученика отправиться в их священный Город и пожить вместе с семьей дементоров.

Хоть дементоры и говорили ему раньше, что портал находится в Азкабане он не думал, что это реально. Так вот почему его охраняют его родственники. Не для принесения обществу пользу, а для защиты своего дома. Гарри очень боялся, что до самой крепости ему придется лететь своим ходом. Но ошибся. Он взлетел вслед за Сссхашем и, как оказалось позже, Фахтом, и их затянуло в темную воронку. Открыл глаза мальчик уже будучи стоя на земле самой ужасной магической тюрьмы мира. Огромное и величественная постройка возвышалась над пришедшими, словно предупреждая, что туда лучше не попадать. Вокруг крепости летали другие дементоры, неся службу, и никто не обратил на них внимания. Дальше Фахт взял в свои «руки» гаррины пожитки и предложил Ссхашу поддержать юного новобранца в тяжком перемещении. Портал в город находился в старой и покосившейся сторожке, поэтому спутники Гарри направились именно туда.

Портал срабатывал, как только любой представитель их расы откроет дверь. Магический вихрь закрутил троих дементоров, и они начали проваливаться сквозь пространство. Гарри очень сильно боялся того, что может там увидеть, поэтому прижался поближе к Сссхашу. Какого же было его удивление, когда двое страшных дементоров стали меняться. Их усохшие тела постепенно обрастало мясом и кожей, появились волосы и некое подобие одежды — черные плащи. И самое шокирующее для Гарри было то, что Сссхаш был блондином — «его блондином», а Фахт тем самым мужчиной с дредами. В голове Гарри пронеслось много сумбурных мыслей от «что будет, если они узнают» до «как так получилось».

Вывалившись из портала, Гарри не смог удержаться на ногах, и был пойман теплыми живыми руками. Он посмотрел на своего спасителя, и ему стало необыкновенно горячо. Почему-то его тело горело, Гарри не знал, что с ним происходит, и только после того, как Фахт или Янис со смехом сказал: «Райордан, не смущай нашего малыша» — тот понял, что жар в его теле это смущение. Его тело стало физически живым. Раз оно способно испытывать такие эмоции, то какого же будет, если Райордан постоянно будет рядом с ним?!


========== Глава 21. Знакомство с дементорами. ==========


Лежа поздно вечером в кровати в отведенных ему покоях в тот самом замке, юноша вспоминал как прошел его день. Оказывается, Гарри забыл, какого быть живым человеком. Как, казалось, давно юный дементор не спал, не уставал, не имел других физических потребностей! Конечно, и сейчас мальчик мог обходиться без еды и воды, но раньше он даже не задумывался об этом. После того, как Райордан, он же его наставник Сссхаш, подхватил его, и Гарри осознал, что его тело поменялось, прошло уже чуть больше суток. Янис, как самый здравомыслящий или просто нетерпеливый в их компании, тут же поприветствовал юного дементора на их родине и начал экскурсию.

Как оказалось, этому месту лет больше, чем самим дементорам. До того, как маги узнали об их существовании, здесь прошел не один век. Этот портал настраивал сам первый Повелитель для своих детей. Кстати, дементоры никогда не думали, что обладают такими талантами, как на Земле. Между прочим, это место издревле было их планетой, что-то вроде подпространственного кармана. Никто кроме них здесь не жил. Здесь развивалась своя, отличная от людской, раса. Как на Земле, на магической территории находились свои оборотни, русалки, кентавры и драконы, так и здесь существовали дементоры. До их прихода к людям они считались необычайно сильными воинами, стратегами и защитниками. Мужчины учились управлять тьмой и разрушениями, а девушки, наоборот, слыли защитницами и покровительницами тьмы.

Дементоры в своем райском местечке заводили семьи, вопреки прошлому мнению Гарри, что дементорами становятся не по своей воле и никогда не могут обладать человеческими телами. Да, такая практика тоже существует, она как раз была опробована на мальчике, но сейчас, когда население дементоров стабильно, в этом отпала необходимость.

Еще Янис, пока они шли ко дворцу самого Повелителя, представился спутником Повелителя Дементоров, тем, кто ближе всех к главному исполнителю воли самой Смерти. Райордан, до сих пор молча поддерживающий беседу, наконец-то очнулся. Он тоже был спутником Повелителя, как и его друг. Взяв предложенную другом эстафету, Райордан почти всю дорогу рассказывал о своей профессии. Было сразу видно, что этот дементор влюблен в нее. Для него поручения и защита Повелителя была первостепенной задачей. Он много знал о воинском искусстве, об управлении тьмой, об их специфической магии. Изредка рассказ друга перебивался интересными подробностями о возникновении их города, о странной, но прекрасной архитектуре, даже о моде и культуре. Это, как ни странно, дополняло прекрасную экскурсию по Городу, который назывался друзьями Primus terminus ad Mortem (первый предел Смерти). Гарри и не подозревал, что в этом странном месте, о котором знают лишь сами обитатели, будет настолько здорово и интересно.

Неспешным прогулочным шагом двое взрослых и один юный дементор зашли во дворец. Гарри читал, что в подобных местах должна быть стража или просто обычные воины, но никого не было. Как объяснил Райордан, в их городе нет предателей, врагов, убийц, здесь все живут ради Повелителя, госпожи Смерти и своего спокойствия. Город был своеобразным райским уголком для каждого дементора.

Замок Повелителя поражал. Если Хогвартс был домом для учеников, родным пристанищем попавших в беду, то вот главная цитадель дементоров напоминала настоящую военную крепость. Во-первых, само здание находилось посреди озера. До него нельзя было добраться пешком, поэтому дементоры летели к нему. Только представители своей расы могли добраться до крепости, других не пускала древняя, как мир, магия. Однако Гарри это даже понравилось. Во-вторых, замок был не массивен и огромен, как Хогвартс, а возвышался в небо непреступной горой. Внешняя стена была одновременно маленькой и крепкой и обхватывала всю территорию замка. Боковые башни замка были соединены с основной конструкцией и были похожи на тоннели. Когда Гарри наконец-то осмелился спросить для чего Повелителю такой большой и серьезный замок, ему недоуменно ответили — для прекрасно-смертоносной красоты. Оказывается, дизайн замка был выбран подстать магловской моде в то время, как они только открыли портал по благословению Смерти. Его усовершенствовали так, что он до сих пор играет свою службу. Внутри, как, впрочем, и подозревал Гарри, это огромное помещение было из его собственного видения. Все здесь соответствовало тем безумным фантазиям.

В тронном зале, где в прошлый раз мальчик краем глаза заметил Повелителя, теперь было пусто. Одинокий трон стоял в ожидании своего хозяина. И вскоре дождался.

Еще будучи человеком, юный маг любил читать исторические приключения. Ему всегда казалось, что при встрече короля его подданные кланяются ему, играет торжественная музыка и все внимание принадлежит королю. Однако в месте, где Повелитель лишь наместник настоящей властительницы, этого не было. В полутемном зале, хотя на улице был день, не было никакого намека на торжественное приветствие, только стояла тишина, да в глазах присутствующих виделось глубокое уважение.

На черно-красном троне, устрашающе украшенном черепами, цепями и шипами, сидел тот самый Повелитель. Он выглядел очень молодо, по крайней мере, не старее своих спутников. Его кожа была бледна, волосы отличались от волос своих соотечественников цветом. Серые, они были будто припорошены пеплом. Их нельзя было назвать сединой, нет, что-то могущественное и жуткое скрывала эта прическа. А его глаза были насыщенно черного цвета, как глубокие тоннели. После того, как Гарри рассмотрел теперь уже своего Повелителя, его представили:

— Повелитель Мортимер, указующий воли Смерти, позвольте представить вам нашего брата Гарри Поттера, еще неинициированного дементора.

— Да, Гарри Поттер. Мне очень приятно познакомиться с тобой вживую. Вижу, после нашей последней встречи ты опять изменился. Рад, что ты принял свою новую сущность душой, — в ответ произнес Повелитель.

— Здравствуйте, Повелитель. Я тоже рад вас видеть, но когда мы виделись в прошлый раз? — боясь сказать что-то неправильное, еле слышно проговорил Гарри.

— Пока тебя не инициировали, ты можешь звать меня Мортимер. А прошлый раз был в то время, как ты посетил торжественный бал. Помнишь? Ты испугался и не представился мне в истинном обличии. А до этого я тебя превратил, жертва жестоких отношений*. Ведь только повелители обладают подобным правом. Согласись, что если каждый дементор сможет превращать в себе подобных, то пищи на Земле у нас не останется, — ответил Мортимер, от чего Гарри запунцовел от стыда и смущения. А сидящий на троне повернулся к его сопровождающим и продолжил: — Спутники, вы можете покинуть замок.

Те в ответ лишь поклонились своему Повелителю и стремительно вышли.

— Мортимер, значит, это вы все время призывали меня? И что значит инициация? — нашел силы задать вопросы Гарри.

— Призывал я тебя лишь раз, друг мой. А инициация это своего рода принятие тебя как полноценного дементора, становления себя помощником Смерти.

— Но я хочу пожить как человек. Сссхаш, точнее Райордан, сказал мне, что по возвращении на Землю через полгода я все еще буду в человеческом теле, — испуганно ответил мальчик.

— Ты не понял, юный потомок. Никто не отбирает у тебя право выбора. Для нас инициация означает что-то вроде церемонии имя наречения у людей. Признаюсь тебе, что до своей бытности дементором, я был человеком, причем, как вы называете, маглом. Хотя тогда и маги и маглы были одинаково свободны в своем выборе творить волшебство, призывая силы, или нет. Раньше меня звали, смешно подумать, Стасием. До сих пор не люблю это имя. Когда я только прибыл сюда, между прочим, перед этим хорошенько отдохнув, я прошел инициацию перед ликом Смерти. В облике дементора я стал Фархатом, а в своем истинном Мортимером. Сама Тьма выбирает тебе имя. Мы служим ей, и она помогает нам.

— Тьма? Я думал, что это плохо. У нас, у магов, шла война, и начали ее те, кто придерживался служения Тьме, — осторожно высказался Гарри.

— Это не то же самое, глупый. Ваши безмозглые маги просто-напросто решили вычистить свой мир от неугодных. Они разделились на два лагеря и выбрали себе девизы. Но могу сказать тебе честно, ни один их них не обращался к самой тьме, к которой обращаемся мы. Мы рождаемся благодаря ей и всегда верны ей, а маги и маглы используют свои тела для получения потомства. Они используют иллюзию настоящей Тьмы, опорочивая ее, чтобы увериться в своем могуществе.

— Ничего себе, я этого не знал. Скажите, Мортимер, в последнее время я часто видел Город и без вашего призыва. Все началось с уроков прорицания, когда я впадал в кому наподобие сна. Там я видел воспоминания Райордана. Что все это значит? Я думал, что схожу с ума, — наконец-то не выдержал и высказался Гарри. После этих слов Мортимер спустился с трона и предложил пройтись по замку.

— Дорогой мой Гарри, ты не сошел с ума, просто таким образом активировались твои способности. Ты говоришь, воспоминания Райордана? Ничего удивительного. Ведь именно он был твоим первым наставником. Он обучил тебя множеству вещей, вы прониклись общими ментальными знаниями. Такое бывает почти у каждого пришедшего дементора. Рожденные во Тьме, юные последователи Тьмы не испытывают трудностей в освоении этого первоначального дара. Обычно их связывают с духовными родителями, теми, кто обратился к Тьме за особым подарком. Земных дементоров обычно не много. И именно они связываются со своими наставниками.

Еще долго Мортимер объяснял Гарри многие нюансы жизни дементоров. Они обошли весь замок, даже облетели его вокруг и понаблюдали, как вода, окружавшая его днем, вечером превращается в лаву. Повелитель очень понравился юному дементору, и он понял, почему Мортимер стал главенствовать у них. Тот был спокоен, мудр, относился ко всем с заботой и принимал каждого за очень родное существо. У него не было фаворитов и избранников, лишь обязанные к служению спутники — те, кто в скором времени могут стать правителями. Также Повелитель рассказал Гарри историю появления их на Земле.

Как многие маги приписывают появление их от черного колдовства и опытов над маглами, здесь считают наоборот. Маг Экризис жил в своем замке Азкабан и в тот момент, когда дементоры открыли портал на Землю, был стар и собирался отойти на вечный покой. У него не имелось наследников, и он пожелал уйти из жизни поскорее без мук и боли. Их первый Повелитель милостиво исполнил просьбу мага, когда пришел на их зов. Он и сделал своеобразное открытие. Несмотря на их ужасные боевые ипостаси, они могли питаться душами людей. Тьма забирала к себе своих детей. «Вероятно, Тьма, это Смерть для нас, магов. Она тоже говорила, о том, что забирает слепки душ к себе» — думал Гарри. А чтобы его подданные, которые выбрались из Города, не смогли разбрестись по всему миру и праздновать, мудрый Повелитель ограничил их свободную зону. Однако это был не приказ, а просьба. И именно она спасла их от уничтожения трусливыми магами. Те решили взять их под свой контроль, а Повелитель нисколько не возражал, чтобы его подданные изредка гуляли на Земле, получали новые знания и питались тем, что посылает им их мать Тьма. С тех пор прошло уже очень много веков. Крепость Азкабан по сей день считается самой страшной тюрьмой из-за того, что там живут дементоры. Уже никто не помнит истинную причину того, почему дементоры захотели свободы, но это и не важно. Главное было то, что теперь все пришло в гармонию. И люди, и дементоры взаимосвязаны друг с другом. Люди помогают им почувствовать вкус пищи, а они помогают людям наказывать преступников.

Еще один момент, самый важный, наверное, в истории всей расы дементоров. Дементоры рождаются во Тьме и уходят, когда им надоест, во Тьму. Так ушел их первый Повелитель. А Тьма решает все вопросы их бытия, выдвигает своего ставленика. Дементорам даже не приходит в голову пойти против своей Хозяйки. Тут не было и не будет битв за престол, междоусобных войн или гонений «недостойных». Некоторые назовут это место раем, а некоторые своим домом, как теперь называет Город Гарри.

В конце экскурса в прошлое мальчик заметил, что сильно устал. И когда спросил об этом Мортимера, тот со смехом ответил, что здесь дементоры оживают, обретают человеческие качества. Они все так же бессмертны, могут не питаться физической пищей, но вот их тело оно испытывает другие потребности, включающие в себя ночной отдых.

И именно поэтому юный дементор сейчас наслаждался легким ночным отдыхом у себя в покоях. Он закутался в одеяло до подбородка и медленно, но верно проваливался в сон. Это чувство, когда твое тело неподконтрольно тебе, стало таким незнакомым, словно юноша сразу же родился дементором и никогда не был человеком. Однако, как бы он не сопротивлялся, сон потихонечку забрал его в свои объятия.

Комментарий к Глава 21. Знакомство с дементорами.

* Повелитель повторяет свою фразу, которую сказал после превращения Гарри в дементора. Для того, чтобы вызвать воспоминания, мягко укорить прошлое поведение или показать произошедшие с Гарри изменения, не известно.


========== Глава 22. Тяжелые будни новичка. ==========


Наверное, как на любом новом рабочем месте, в школе, в институте первый день не бывает особенно сложным. Происходит знакомство с коллективом, приспосабливание, а уже только потом трудовые будни. Вот и у Гарри так же. Он отлично погулял и пообщался в первый день. Дальше же пошло самое трудное.

Пускай, мальчик и прибыл сюда на каникулы, он обязался постичь науку бытия дементором. К тому же его предупредили, что поблажек новичку не будет. Поэтому все оставшееся время от рассвета до заката ровно до декабря юный дементор под предводительством своего наставника Райордана постигал науку воина Тьмы. Вначале, когда Гарри сказали об уроках, он почему-то представил себе тренировки римского легиона в древности и серьезно ошибся. Да, физические нагрузки тут тоже присутствовали, но только по личным просьбам обучающихся. В основном дементоры учились у самой Тьмы. Они познавали законы, данные дементорам их госпожой, осознавали нового себя и свою роль в этой жизни. И к середине земной осени теперь уже совсем возмужавший Гарри впервые с ней заговорил. Как и в его странном видении про срыв Яниса, Тьма кружилась вокруг него словно ласковый котенок. Она не требовала ничего взамен, только находиться рядом с сильным не только физически и магически, а еще и духовно существом, опекать его. И, как успел заметить Гарри, пока еще неинициированный дементор, она искала у него дом. А он и не возражал.

Кто бы что ни говорил, но его тренировки не заканчивались покорением Тьмы. Юноша целенаправленно выбрал занятие физической подготовкой, потому что ему понравилось, как плавны и тягучи движения дементоров. Однажды он познакомился с такими. Оберон и Амалия. Пара. Они выглядели сногсшибательно с разгорающимся незримым огнем в глазах во время демонстрации. Оберон в дуэте был нападающим, а Амалия защищающей. Когда эти дементоры смотрели друг на друга, во взгляде появлялась необъятная нежность и любовь. И Гарри мечтал, что кто-то также посмотрит когда-нибудь на него.

А пока ему только оставалось тренироваться под руководством Яниса. Познавать боевые искусства было очень сложно, даже сложнее, чем наладить отношения со Тьмой. Однажды, когда Янис в очередной раз показал особо сложное движение палашом, а Гарри старательно пытался его повторить, наставник подошел к нему сзади. Желая поправить положение оружия, с которым занимался юноша, тот обнял его. Мальчик тут же охнул и отпустил свой палаш. Янис же продолжал обнимать его за талию одной рукой, а второй поддерживать на весу оружие. Гарри, естественно, не привыкший к подобному обращению, жутко покраснел. В детстве его никогда не обнимали. Когда же он пошел в Хогвартс, на него часто налетала Гермиона, чтобы пообниматься, и хлопал по плечу Рон. Только это объятие было совсем другим: осторожным и нежным.

Он теперь ненавидел свое тело из-за того, что может краснеть, смущаться и, стыдно сказать, возбуждаться. Правда, не от действий Яниса, а от Райордана. Тот был для него каким-то особенным существом, воспринимался как самое важное в жизни Гарри. Юноша думал, что это виновата их связь. Всего от одного взгляда Гарри мог воспламениться. Он уже жалел, что вновь стал чувствовать. Однако и Янис был не так прост. Поняв реакцию юноши, в начале невинные учебные касания в конце превратились в более чувственные поглаживания. В таком неловком положении, когда Янис держал его за талию, их застал другой наставник Гарри. Юноша в тот миг обернулся и заметил, как блондин некрасиво открыл рот и скрылся за пределами тренировочной комнаты. Почему-то в его глазах промелькнул гнев. Гарри в тот же миг отбросил руку своего тренера и замахнулся на него своим палашом. Янис не отставал, он так же выхватил свое оружие, и начался поединок. Как бы Гарри не был эмоционален, он превращался в хладнокровного воина во время их тренировок. Именно это помогло ему продержаться против Яниса целых полторы минуты. Естественно, юный вояка проиграл. Однако он не ожидал услышать в ответ этих слов: «Наконец-то я заставил тебя попотеть. Давно бы так. Я смотрю, тебе нужна мотивация. Хочешь, я поговорю с другом? Будь уверен, он не откажет такому сладкому мальчику» — и, лукаво сверкая глазами, со смехом похлопал его по плечу.

Гарри в очередной раз покраснел. Он понял, что это была провокация хитрого дементора. От осознания стало необъяснимо горько, и юноша, словно желая сбросить наваждение, затряс головой. «Просто Янис знает толк в шутках и тренировках, не зря он один из спутников Повелителя. Для него совершенно нормально опекать меня, помогая другу, и дразнить меня для получения лучшего результата» — успокаивал себя Гарри.

Живя в Городе уже три месяца, юноша и не подозревал, что дементоры умеют развлекаться. На начало земного декабря, когда почти закончилось базовое обучение, ему назначили церемонию инициации. Она должна была состояться в замке. Мортимер любезно просветил юношу, что здесь соберутся все дементоры. Они любят такие праздники, и после них обычно продолжают веселиться в Городе. Гарри сильно волновался, ведь ответственным за него был Райордан, он боялся подвести своего первого наставника. Кстати, после того случая с шуткой Яниса тот стал еще молчаливее. Он и раньше не стремился к болтовне, теперь же вообще изредка ронял слова для подопечного. Гарри не понимал в чем дело. Сильно ли его задела картина, что его, предположительно, любовник заигрывает, хоть и шуточно, с его учеником? Он пытался извиниться, но так и не решился на этот поступок.

Зато ночами Гарри владели ненавистные ему гормоны. Те меняли воспоминания юноши, и вместо Яниса его тренировал в боевых искусствах Райордан, только вот после каждой тренировки они не останавливались на обниманиях. Их тела сплетались в страстном танце поцелуев. Никогда раньше Гарри не было так хорошо. Он хотел, чтобы те недолгие ночи не прекращались, чтобы его Райордан действительно посмотрел на него, но юноша не смел даже надеяться на такое. Он не хотел навязывать себя взрослому, самодостаточному мужчине и рушить его отношения с Янисом. Так что Гарри приходилось лишь вздыхать о несбыточных желаниях, стараясь занять все свое свободное время, чтобы в голову не лезли эти глупые мысли.

В день инициации ему выдали парадный наряд, похожий на официальные костюмы дементоров. Ярко алый плащ, напоминающий мантию, правда, без черных узоров. Узоры, как позже выяснил Гарри, были не званиями, а их именами на древней письменности. И такие же появятся и у него самого, когда тот официально войдет в тесный и дружный клан дементоров.

Церемония началась вечером, когда озеро вокруг замка превратилось в огненную лаву. Церемониальный зал, тот самый из видений, вновь был полон народом. Красивые девушки в прекрасных нарядах и галантные кавалеры. Его наставники стояли недалеко от Повелителя. Видимо, в этом и заключалась их миссия. Как только Гарри зашел в зал, все смолкло. Сотни глаз уставились на новичка. Однако никто из них не смотрел с насмешками или с презрением. Каждый дементор был ценен, поэтому каждого принимали с теплотой и любовью. Сам Повелитель спустился с трона и, подойдя к Гарри, повел его в центр зала, в расписанный рунами круг. Именно здесь взывали ко Тьме. Мортимер остановился и велел Гарри встать на колени. Тот испуганно огляделся, но, заметив поддерживающий взгляд Райордана и насмешливые глаза Яниса, все же опустился. Повелитель протянул над его головой свои руки и начал читать какие-то слова на неизвестном Гарри языке. И вдруг в одно мгновение ярко освященный зал погрузился во тьму. Все, что чувствовал юный дементор, были лежащие на его голове руки Повелителя. Перед глазами у Гарри стали мелькать картинки его жизни. Детство, Хогвартс, Гермиона, Рон, их приключения, Сириус, его спасение, Снейп, Дамблдор, событие на кладбище, маленький Астерион, жаба и, наконец, его последнее убийство. Затем пошли его мечты и желания, Райордан, иногда Янис, жизнь среди его соотечественников и многое другое. Неизвестно сколько так простоял юноша, но очнулся он от того, что свет постепенно возвращался в огромный тронный зал. Тьма, однако, все так же продолжала кружиться над головой Гарри, и вдруг в абсолютной тишине раздался голос: «Нарекаю сына моего Бастианом. Будь достоин этого выбора, потомок. Не посрами честь своего народа». В тот же миг раздались громкие аплодисменты, означающие, что церемония завершилась успешно. Теперь численность их народа стала на одного больше. До самой ночи продолжался бал. Его приглашали девушки, он приглашал девушек. Красавицы были не прочь потанцевать с молодым дементором. Все веселились. А когда праздник наконец-то закончился, и Гарри, хотя нет, теперь Бастиан собрался уходить, его задержали.

Оказывается, закончилась только официальная часть. И его, как именинника, повели дальше. Бастиан не помнил, что они делали почти всю ночь, лишь изредка в его голове проносились картинки прошлого. Вот он подхватывает бокал с алкоголем и залпом выпивает, вот он танцует с обаятельной красоткой, вот он танцует с Янисом, опять?! И наконец, почему-то обнимается с Райорданом. Тот остался все таким же невозмутимым наставником. Потом он поддерживал его за поясницу и вел в лабиринте замка. А дальше почему-то пошел фирменный бред. Бастиан у самого входа вцепился в своего наставника и, прежде чем тот ушел, бесстыдно впился в его губы поцелуем. Он не отвечал за себя, ему было весело, хорошо, он находился в любимых объятиях и наслаждался вечером. Причем Райордан не оттолкнул его, а это уже было за гранью фантастики, он только крепче прижал к себе молодое тело, лаская чужие губы своими. Чем закончился его ночной бред, юноша не помнил.

Наутро Бастиан встал, как ни в чем не бывало. Это у магов и маглов после веселья болит голова, как он слышал от близнецов Уизли. Здесь же никого не мучил синдром похмелья, так же, как и кратковременной амнезии. Бастиан вдруг очень ярко и отчетливо вспомнил события ночи. А самое главное, тот горячий поцелуй с Райорданом. То, что он был, уже не вызывало сомнений. И это было самым страшным. Что он скажет своему наставнику-другу о том, что произошло, почему юноша накинулся на него, как обезвоженный путешественник к родниковой воде? Бастиан даже передумал выходить из своих покоев, боясь увидеть презрение в чужих, но уже таких родных глазах, и так бы пролежал в постели в коконе из одеял, если бы не раздался стук в дверь.

На пороге оказался сам Райордан. Тот, ничуть не смущаясь, прошел в комнату и выжидающе посмотрел на своего подопечного. Бастиан опустил взгляд и присел на кровати. Молчание так бы и длилось, пока Райордан не сдался:

— Итак, мне необходимо узнать о том, что было прошедшей ночью. Честен ли ты был с собой или мной?

Обдумывая свой ответ, Басти, как обычно в присутствие Райордана, покраснел, но позже взял себя в руки, и заговорил непривычно серьезно:

— Я был не в себе, это правда, — начал он, однако видя, как его собеседник мрачнеет, быстро продолжил: — Однако ты мне нравишься, Райордан. Очень давно. Прости, если я оскорбил тебя и Яниса своей глупой выходкой. Я никогда бы не решился на такое, Райордан. Только прошу тебя, не будь слишком суров ко мне. Мне так хочется сохранить наши почти дружеские отношения, которые были до этого… инцидента.

Как только юноша договорил, Райордан встал и подошел к нему. Он внимательно посмотрел в его глаза и склонился к лицу.

— Если ты серьезен, докажи это, — прошептал он, и Бастиан сам вновь потянулся к губам, которые так долго снились ему во снах. Он не мог поверить своему счастью. Взрослый и состоявшийся мужчина, который, вероятно, не знает отказа у женщин, целует его, неопытного подростка, который совсем недавно осознал свои чувства. В своих мечтах Бастиан, пока длился их поцелуй, распланировал долгую и счастливую жизнь, однако Райордан спустил с неба на землю.

— Спасибо, малыш, я тронут, что ты так искренен со мной, дорожишь мной. Однако, как бы я этого не хотел, нам придется подождать. Кто бы что ни говорил, но ты еще дитя, даже по нашим меркам. Пускай я вырос в то время, когда мальчишки в тринадцать лет становились мужчинами, тебя это не касается. Ты должен точно осознать свои чувства и понять, способен ли провести всю жизнь со мной. Также ты сам говорил, что должен окончить свою магическую школу, как там, кстати, продвигаются твои занятия?

О, занятия были отдельной темой. Однако сложности они не приносили. Повелитель назначил своему юному гостю еще одного наставника, бывшего когда-то учителем у юных магов. Тот хорошо знал все магические дисциплины и прекрасно обучал юношу. Колдовали они без палочек, а устные предметы изучали за разговорами. Единственной проблемой было зельеварение, но и его решили быстро. Наставник Дарден, широкоплечий мужчина с теплыми карамельными глазами, часто уходил на Землю, и поэтому достать необходимые ингредиенты для него не составляло труда. А еще он передавал письма Сириусу.

В них его дорогой крестный писал об общей ситуации в стране, о том, что Дамблдор потихоньку сдает, что о Волдеморте ничего не слышно. О школе, что его друзья интересуются его успехами, и делах в доме на Гриммо 12: Ремус нашел работу репетитора для маглорожденных детей, а его маленький брат, которому уже почти исполнилось полтора года вовсю летает на метле, бегает по дому за своим книзлом, как ни странно, почти не сердится и не плачет, что свойственно обычным малышам. А еще о том, что Асти полюбил рисовать и вовсю использует магию в играх. Сириус даже прислал ему несколько колдографий, чтобы тот увидел, каким стал его младший братик.

После подобных писем Бастиану, который на некоторое время становится обычным Гарри Поттером, вновь хотелось домой к семье, к друзьям и даже к учителям.

— Хорошо. Я прошел всю программу за свой шестой курс. Теперь мы проходим седьмой. Скоро я отправлюсь домой и повидаюсь с друзьями. Ты прав, как бы я не хотел наших отношений, я понимаю, что тебе не особенно приятно возиться с ребенком-подростком. Я понимаю тебя, надо подождать и понять, стоит ли иметь со мной дело, — пробормотал Бастиан и тут же был перебит властным поцелуем.

— Я не об этом тебе говорю, глупый. Ты мне нравишься и таким, как нравился мне в свои четырнадцать лет, как нравишься мне и в семнадцать. Ты сам не готов к этому, понимаешь? Если мы продолжим наши поцелуи, мне станет этого мало, я захочу тебя всего в постоянное пользование, всегда буду рядом с тобой. Ты не готов к такой ответственности, тебе хочется жить и жить, причем жить с семьей. Однако я не смогу присутствовать там. Ты знаешь как мы выглядим, и это зрелище не для слабонервных. Тем более и ты не можешь наслаждаться молодостью на Земле. Как бы ты не старался, наши тела мертвые. Они не смогут жить полноценной жизнью в том месте, — произнес Райордан. — Поживи в свое удовольствие, насладись тем, что могут дать тебе люди, используй каждую возможность и только потом заявись ко мне и скажи: «Я готов быть полностью твоим». Только тогда я сдамся, только тогда я заявлю на тебя права.

Эти слова поселили в сердце Бастиана уверенность, что его жизнь налаживается. Его не отвергли. Он сам понимал, что еще слишком молод для серьезных семейных отношений, мало ли что твердят взбунтовавшиеся гормоны.

Юноша все так же продолжал учиться и тренироваться, разговаривать с Повелителем, шутить с Янисом, который выглядел довольным за друга. Только разговоров на эту тему больше не поднималось, и поцелуев больше не было. Но все равно Бастиан был счастлив.

Наконец наступила долгожданная середина земного декабря. В этот день он отправлялся домой. И сопровождал его, естественно, Райордан. У самого портала старший дементор, не смущаясь своих друзей, так же идущих на Землю, наклонился и под громкий свист и улюлюканье поцеловал Бастиана. Он знал, что не увидит своего принца еще долгих две недели.

Пройдя через портал, дементоры оказались возле сторожки во дворе Азкабана. Двое дементоров в своих обличьях взмыли в воздух, оставляя другого дементора и юношу прощаться. Если бы кто живой увидел, как тот, кем пугают детей, кружит вокруг подростка, а затем наклоняется совсем близко, словно хочет поцеловать, но лишь проводит костлявыми руками из-под черной мантии по лицу юноши, давно бы упали в обморок. Поверьте, такое зрелище не для слабонервных. Только Бастиан уже не обращал на внешность никакого внимания. Попрощавшись со своим любимым наставником и сосредоточившись на крыльце Площади Гриммо 12, уже Гарри тихо аппарировал домой.

Естественно, Басти хотел устроить сюрприз родным и он, несомненно, удался. Их не было. Ни Сириуса, ни Ремуса, ни Асти. Как сообщила ему обрадованная его возвращением эльфийка Тутси, хозяева отправились в гости. Пообещав не говорить о его приезде, домовушка продолжила заниматься своими делами, а Басти поднялся в свою комнату. Как давно он не лежал на своей кровати! Юноша попытался отключиться, но, к сожалению, вспомнил, что здесь его тело устроено немного иначе. Здесь он питается душами и не имеет других физических потребностей, а там же, наоборот. Непонятная тоска затопила все его естество, и Гарри с удивлением понял, что считает своим домом не Землю с родными, а Город.

Поэтому, чтобы отвлечься, юному дементору не оставалось ничего, кроме как разобрать свои вещи и, может быть, прогуляться по тихому дому. Когда юный путешественник глянул на себя в зеркало, он потерял дар речи. Не подозревал Бастиан, что мог так измениться всего за полгода упорных тренировок.

Теперь вместо субтильного подростка перед ним стоял довольно крепко сложенный юноша. Его кожа все еще была бледна, однако черты лица заострились и стали походить на своих соотечественников. Его волосы так же отросли довольно быстро и теперь достигали лопаток. Бастиан связал их в хвостик и еще некоторое время наслаждался тем, как сильно изменилось его тело. Тренировка с палашом дала о себе знать. Если раньше он был обычным, слегка подкаченным школьником, то теперь никто не осмелится назвать его так. Его телу, верно, позавидовал бы сам Чарли или Билл Уизли, которые, по слухам в школе, были теми еще спортсменами.

Налюбовавшись на себя со всех сторон, Бастиан все же решил прогуляться по дому. Как давно он не ходил в голубую гостиную, где происходили все его важные разговоры, как давно не заглядывал в комнаты Асти и Сириуса с Ремусом! Юноша еще долгое время мог наслаждаться ностальгическими воспоминаниями, но перед ним явилась Тутси. Она сообщила, что хозяева прибыли, но она молчала о приезде молодого хозяина. Басти похвалил верную эльфийку и пошел навстречу своей семье. Однако наткнулся он не на Сириуса или Ремуса, а на бегущего Асти. Он подхватил братика на руки и закружил его. Асти весело хохотал и крепко держался за старшего брата.

Ремус решил проверить, что так развеселило их маленького сына и увидел необычную картину. Протерев глаза, Ремус вынужден был поверить, что их Гарри вернулся.

— Сириус, — начал он, — подойди-ка на минутку ко мне.

— Что случилось, Реми? Что-то с Асти? — и через несколько мгновений: — Гарри?

Тот вынужден был оторваться от братика и, распахнув объятия, сказать: «Та-дам».

Сириус обнимал своего крестника, как будто не видел всю жизнь. Пускай они так же не виделись, когда он был в школе, но одно дело знать, что твой крестник в школе, а другое, что он неизвестно где и неизвестно с кем.

В итоге, их семейное воссоединение длилось всю оставшуюся неделю. Гарри, как теперь его называли здесь, не желая ничего знать про Бастиана, решил приехать в школу как раз в понедельник. Последнюю неделю перед каникулами он проведет в Хогвартсе вместе с друзьями.


========== Глава 23. В это время в Хогвартсе. ==========


Шестой курс для старосты Гриффиндора Гермионы Грейнджер начался с необыкновенного приключения. Летом она ездила в гости к Виктору и посмотрела его замечательные выступления. Как он летал! Даже если она не любит грубый квиддич и вообще метлы, но полеты Виктора произвели на нее неизгладимое впечатление. Вот что значит профессионал своего дела.

И именно этим летом девушка заметила за собой новую эмоцию. Ревность. Она стала более внимательно следить за Виком и крутящимися вокруг него поклонницами. Как Гермиона злилась, когда он уделял какой-нибудь ведьмочке внимание. После необоснованных приступов девушке становилось стыдно. Она лучший друг Виктора. Гермиона была его девушкой, гуляла с ним, целовалась украдкой, танцевала, а также разговаривала и обнимала. Она сама отказалась от шанса на счастье.

В Англии до сих пор идут споры и разногласия по поводу чистоты крови. Очень многие остались верны себе и своим принципам. Ей придется вкалывать день и ночь, чтобы заработать хорошую репутацию. Никто не захочет работать с маглорожденной. Но в Болгарии, летней и солнечной стране, как и во всей Европе, предрассудки Гриндевальда остались в прошлом. Никто не смотрит есть ли у тебя колония домовых эльфов и сейфов, охраняемых драконом, они видят человека, его способность к магии, его душу, в конце концов. То, что ты рожден маглами не принижает тебя в их глазах. Теперь же, смотря, как ее друг общается с фанатками, она переживает о том, что он может постепенно забыть ее, даже как друга, и она останется одинокой в магическом мире.

Ведь Гарри ушел. После того как подростки сдали СОВы и дождались результатов, Гермиона узнала, что ее друг решил навестить новую родню (между прочим, отличница подтвердила свою репутацию, а Гарри вышел в твердые хорошисты). Вернувшись с отдыха, девушка обнаружила письмо от Гарри. Он сообщал, что переходит на заочное обучение и будет приезжать в Хогвартс два раза в год, правда, каждый раз будет задерживаться в школе на неделю, чтобы его проэкзаменовали. К тому же юноша сообщал, что, скорее всего, будет недоступен для сов и просил писать Сириусу или Ремусу.

А еще и Рон, ее друг детства. Конечно, он хороший парень, но иногда такой надоедливый! В течение прошлого года парень исправился в лучшую сторону. Теперь никто не скажет, что этот юноша был тем, кто два года назад оскорблял свою подругу. Рон стал внимательным, немножко более усидчивым, спокойным, а еще наконец-то решился пройти квиддичный отбор. Его семья была просто счастлива.

Близнецы, закончившие школу в этом году и открывшие свой магазин в Косом переулке, давно ждали этого счастливого момента. Даже Джинни с прошлого года была запасным ловцом и мечтала быть в команде с братом. У Рона были качества вратаря, и это понимали все.

Гермиона была рада за него, но то, что юноша опять забросит учебу, стало ясно сразу. Он не умел планировать свои обязанности. А уж когда он в поезде узнал, что Гарри не будет учиться вместе с ними, растерялся, как никогда раньше.

Рон привык, что его лучший друг всегда с ним, и даже после окончания Хогвартса они будут всегда вместе. Он не знал, чему возмущаться больше — тому, что Гарри не сообщил ему о своем отъезде или тому, как рушатся его мечты о будущем, проходящим плечом к плечу с другом?

А еще рыжеволосый подросток стал обращать внимание на Гермиону. Раньше их подруга-заучка была просто несносной девчонкой, что заставляла делать их домашние задания. Сейчас же Рон заметил как Гермиона красиво улыбается, какой у нее чарующий голос и ладная фигурка. Он все чаще останавливал свои глаза на ее округлостях и помечал, что она и в этом месте довольно миленькая. Естественно, никаких шагов к какому-то воссоединению он даже и не думал предпринимать. Рон знал, что таким образом разрушит их дружбу. Однако Гермиона так не думала. Особенно после очередного письма Виктора, в котором он написал, что нашел себе подружку и хотел бы их познакомить. Хрупкое душевное равновесие девушки-подростка, которая буквально недавно была увлечена и, можно сказать, влюблена в своего друга, было нарушено. Она впервые за эти два года проплакала не от боли, а от ревности и обиды. Тогда-то Гермиона и решила, что больше не хочет сидеть и смотреть, как ее одногруппницы вовсю гуляют с мальчиками, а она, как синий чулок, сидит в библиотеке. Против книжного дома девушка не имела ничего против, но когда по замку гуляет предубеждение, что библиотека это путь к одинокой старости, глупое утверждение немного сбивает с настроя.

Гермиона еще в начале года заметила, что Рон поглядывает на нее, как Дин на Джинни или, что самое неприятное, как Кормак Маклагген на ее фигуру.

Последний тип был самым отталкивающим из всех. Пускай он был очень симпатичным, правильно сложенным, хорошо учился, но его характер был известен всему Хогвартсу. Бабник. Ее он приметил только потому, что девушка сдала его, когда он миловался с хаффплпавкой после отбоя. С октября началась его охота. И если честно, девушка очень устала. Гермиона хотела побыть обычным подростком со всеми проблемами и вопросами, но, к сожалению, этого никак не получалось. Ее друг, к которому она начала чувствовать притяжение частенько надоедал ей, но Гермиона была терпеливой девушкой и ждала своего звездного часа.

И то, что никакой в отношениях Рон смог перебороть себя и пригласить ее на свидание в деревню, обрадовало Гермиону. Однако ничего, кроме квиддича, его не интересовало. Хотя она врет. Он сам, вот что интересовало Рона больше еды и квиддича. Только желание быть как все поддерживало желание девушки состоять с ним в отношениях.

Чтобы как-то успокоиться после вроде бы приятного, но откровенно неудавшегося свидания, она писала письма Гарри. Ее первый лучший друг рассказывал, что у него все хорошо. Он живет с новыми родственниками и потихоньку осваивает школьную программу. А в середине декабря обещал приехать к ним. Девушка очень сильно ждала хотя бы весточки от Гарри, порой забывая о других делах.

К середине ноября в библиотеке можно было видеть двух постоянных посетительниц. Рейвенкловку пятикурсницу Полумну Лавгуд, готовящуюся к СОВам, и старосту Гриффиндора Гермиону Грейнджер. Обе девушки были дружны с тех пор, как их познакомил Гарри.

Луна — тихая девушка, особо одаренная в чарах, стремилась еще больше узнавать свой предмет. Гермиона, скорее всего будущий мастер трансфигурации, просто любила читать и находила свое чтение в понимающей компании еще приятнее.

Пока одна староста наслаждалась одиночеством и хоть каким-то отдалением от Рона, который просто не мог спокойно посидеть и почитать, второй староста Гриффиндора Невилл Лонгботтом исправно следил за порядком на факультете. Никто не ожидал, но такая ответственная должность помогла стеснительному парню раскрыть себя. Он проявлял просто недюжинные способности в преподавании. Малыши его слушались и частенько ходили хвостиком, прося, чтобы он помог им с уроками.

Вообще все парни шестого курса нашли свое призвание. Дин планировал в будущем открыть в волшебном мире футбольный клуб и стать там тренером. Симус уже сейчас был поставщиком товаров близнецов Уизли и их будущим пиротехником. Рон был в целом очень неплохим вратарем, но пока только на тренировках. Его первая игра должна была пройти как раз первого декабря.

Этот день был волнующим не только для квиддичной команды, но и для Гермионы Грейнджер. Рон, поверив в себя, помог победить их команде, за что его буквально носили на руках. А Лаванда Браун, не выдержав накала страстей, накинулась на нового спортсмена и поцеловала его на глазах у всего факультета. Гермиона почувствовала страшную обиду. Она официально была девушкой Рона. А тут он, не стесняясь своей девушки, наслаждается поцелуем с Лав-Лав.

В течение следующих двух недель ее экс-бойфренд словно вычеркнул Гермиону из своей жизни. Он постоянно находился со своей девушкой, которая не отлипала от него в течение всего дня. Выплакав все слезы, гриффиндорка теперь нечасто бывала в гостиной своего факультета.

Единственной спутницей Гермионы осталась Луна. Она тоже не любитель любовных страстей и скандалов, поэтому привыкла проводить свое время в библиотеке. Однажды, сидя в той самой библиотеке, Луна попросила Гермиону найти ей магловскую книгу. Она очень захотела отправить ее своему отцу.

Естественно, что Гермиона подошла к этой просьбе со всей ответственностью. Она написала родителям. Ее мама некогда увлекалась поэзией и, когда узнала, что подруга Гермионы желает почитать любую магловскую книгу, отправила ей любимую прозу. Мисс Грейнджер думала, что такое придется не по вкусу юной ведьме, но была не права.

Луна так же, как ее мама в молодости, подсела на стихотворения. У нее даже появился любимый. Однажды, когда девушка шла в свое особенное место за стеллажами, она наткнулась на милующихся однокурсников. Естественно, ей вновь стало больно. Луна, не зная как утешить свою хорошую подругу, просто зачитала свой любимый стих:

«Не тратьте жизнь на тех, кто вас не ценит,

На тех, кто вас не любит и не ждёт,

На тех, кто без сомнений вам изменит,

Кто вдруг пойдёт на „новый поворот“.


Не тратьте слёз на тех, кто их не видит,

На тех, кому вы просто не нужны,

На тех, кто, извинившись, вновь обидит,

Кто видит жизнь с обратной стороны.


Не тратьте сил на тех, кто вам не нужен,

На пыль в глаза и благородный понт,

На тех, кто дикой ревностью простужен,

На тех, кто без ума в себя влюблён.


Не тратьте слов на тех, кто их не слышит,

На мелочь, не достойную обид,

На тех, кто рядом с вами ровно дышит,

Чьё сердце вашей болью не болит.


Не тратьте жизнь, она не бесконечна,

Цените каждый вдох, момент и час,

Ведь в этом мире, пусть не безупречном,

Есть тот, кто молит небо лишь о вас!»


Как бы хотела девушка поверить в этот необычный совет! Ведь он точно описал все ее проблемы. Она поняла, как глупа была, когда связалась с Роном. Пусть он и хороший друг, но совершенно не ее парень. Гермиона никогда бы не смогла с ним ужиться. Их разные характеры, увлечения и склад ума просто отталкиваются друг от друга как однополюсные магниты.

А строка про ее половинку вновь кольнула ее сердце. Виктор. Она все разрушила. Она сама захотела остаться только друзьями. В пятнадцать лет мало кто хочет отношений до конца жизни, тем более рациональная Гермиона. Она посчитала, что если не сделает первого шага, то может так случиться, что Крама потеряет навсегда.

Вообще Гермиона заметила, что ведет себя как собака на сене. Ей нравится Виктор, который обустраивает свою личную жизнь, а она обижается на него за это. Ей нравился Рон Уизли, который мало обращал на нее внимания, а с недавних пор вообще гуляет с другой девушкой, и опять же она раздражается по этому поводу.

Как ей не хватает Гарри. Ее лучшего друга. Она хотела бы просто обнять его, посидеть в тишине и выслушать искренние слова поддержки.

Однажды ее самое заветное желание сбылось. Завтракая, девушка как обычно была погружена в книгу, поэтому не заметила, что шум в Большом Зале постепенно смолкал. Она очнулась только тогда, когда чуть прохладные руки закрыли ей глаза. Гермиона развернулась и буквально утонула в объятиях Гарри. Как долго эта стойкая девушка ждала своего друга, как долго она не понимала, что общение в письмах не заменит ей настоящего родного человека рядом! Минуты три Гермиона не выпускала юношу, теперь уже точно не мальчика, из своих объятий. Только ради приличия они отлепились друг от друга.

Гарри Поттер, прибывший в Хогвартс для сдачи полугодовых экзаменов, вновь стал новостью дня. Этот день четырнадцатого декабря юноша был занят тем, что говорил со всеми и обо всем. Под вечер он все-таки остановился в родной гостиной, чтобы пообщаться с однокурсниками. Сидел он, как и прежде, между Роном, который в тот день проводил без своей подружки, и Гермионой, словно в старые добрые времена. Единственное, что бросалось в глаза, так это изменения, произошедшие с ребятами за короткие полгода.

Больше всех изменился Гарри. За это время он повзрослел не только внешне, но и внутренне. Если Рон так и остался шестнадцатилетним школьником, то Гарри можно было дать все восемнадцать-девятнадцать. Его внешность была смесью ее любимых магловских актеров Ральфа Файнса в молодости и Виктора Вебстерна. Он обладал некой харизмой, за ним хотелось идти и неважно, куда он их поведет. Его тело нельзя было назвать субтильным, было видно, что юноша упорно самосовершенствуется, и если бы Гермиона не знала, что он не может расти, то подумала бы, что он активно занялся спортом. Она обязательно расспросит Гарри, когда они останутся одни.

Пожелав лучшему другу спокойной ночи, девушка ушла из все еще переполненной гостиной для того, чтобы набраться новых сил для завтрашнего дня.


========== Глава 24. Новые откровения. ==========


Как бы ни старалась староста-отличница, но поговорить по душам со своим лучшим другом, у нее не получалось. Точнее, получалось, но только в присутствии многих других людей. Все, абсолютно все школьники липли к Гарри Поттеру, как к знаменитости. Герми понимала, что ее друг необычайно популярен, но в ее сердце с каждым днем рос червячок зависти к другим счастливчикам, имеющих возможность перекинуться словами с Гарри. Она очень хотела подойти к нему, обнять его и увести подальше от всяких прилипал, однако голос совести не позволял ей этого.

И только после того, как в середине недели Гарри аттестовался у МакГонагал, он сам подошел к девушке и, взяв ее за руку, повел на восьмой этаж. Сириус как раз рассказывал о Выручай-комнате, которая помогала ему не раз в трудные школьные будни. Решив воспользоваться советом крестного, Гарри не прогадал.

Он знал свою лучшую подругу, как бы она не скучала, она никогда не прервала бы его отдых. Эта слишком старательная колдунья старалась жить по книгам, а те свою очередь диктовали эти правила.

Выручай-комната превратилась библиотеку с читальным залом. Вокруг подростков возвышались стеллажи с книгами, а рядом стояли удобные диванчики. Как только Гарри сел, Гермиона навострила свои ушки и принялась атаковать его вопросами.

— Гарри, я жду от тебя обещанных подробностей. Тебя не было полгода, а все, что ты писал в письмах, относилось к учебе. Мне, конечно, нравится твоя ответственность, но я жду объяснений.

— Ох, не торопи фестралов, Герми, я тебе расскажу, раз обещал. Понимаешь, здесь не все так просто, как кажется на первый взгляд. Столько новых знаний и ощущений… Ладно, что ты хочешь знать? Я постараюсь, как могу.

— Все, Гарри, все с самого начала. Где ты был на самом деле? Что делал кроме занятий магией и… — оглядев своего друга, — спортом?

— Ладно, ладно. С начала, так с начала. Я уехал первого сентября, кстати, я тебе писал, но тебя не было. Итак, за мной пришел мой наставник Сссхаш и его друг Фахт. Мы направились в Азкабан. Надеюсь, ты не проговоришься, там находится портал в наш мир.

— Мир? Я думала, ты находишься просто в каком-то скрытом городе. А это целый неизведанный мир! И что там? Не томи меня. — Гермиона аж подалась вперед, желая услышать что-то новое и необычное.

— Дементоры там выглядят почти как люди. Только на Земле они имеют такую страшную ипостась. Но главное, там мы живые! Понимаешь? Не надо питаться душами, можно спать, есть и чувствовать! Для тебя, наверно, это не слишком понятно. Только когда ты не имеешь этого в постоянном доступе, ты сможешь оценить. Для меня это было огромным подарком судьбы.

— Я думаю, я могу понять тебя, Гарри. Пускай не в том смысле, который ты имеешь в виду, но все-таки. Продолжай, пожалуйста.

— Итак, наш Город, Primus terminus ad Mortem, является своеобразным миром для нас. Так как дементоров гораздо меньше, чем маглов или магов, мы прекрасно умещаемся в одном населенном пункте. Я не знаю, как описать тебе окружающую обстановку, но скажу одно, там удивительная природа и сумасшедшее смешение стилей. У нас есть Повелитель — наместник Тьмы, он номинальный глава и все, что он делает, это проводит ритуалы рождения, вхождения в семью, открывает торжественные балы. Если у магов и маглов правители, короли, министры созданы, чтобы контролировать деятельность граждан, управлять некими сферами жизни, то там, он, скорее, просто приглядывает за нами.

— А какой он из себя этот Повелитель? Почему вы выбираете его?

— Мортимер, его так зовут, наверно, самый мудрый, а потому могущественный дементор. Он очень часто общается с самой Тьмой, поэтому и является указующим воли Смерти. Если хочешь, я потом попробую показать свои воспоминания в думосборе. Я знаю, что насильно их никто не просмотрит, но если добровольно… Я попытаюсь, чтобы ты почувствовала это на себе.

— Я надеюсь, Гарри, что с тобой ничего страшного не случилось. Просто, если честно, сейчас тебя не отличить от взрослого мага. Ты видел наших школьников? Они же дети. Даже старшекурсники и то некоторые выглядят моложе тебя. Ты такой серьезный, сильный и красивый. Чем ты вообще там занимался?

— Ты насчет внешности? Ничего особенного. Янис, он же Фахт, и Райордан — Сссхаш, учили меня как быть настоящим дементором. С Янисом я тренировался в физическом плане, а вот Райордан, — это имя юноша произнес настолько мечтательным голосом, что Гермиона укрепилась в своих подозрениях о чем-то необычном, случившимся с Бастианом, — с ним мы занимались ментальными науками.

— Итак, мой лучший друг что-то скрывает от меня? — спросила Гермиона, удобнее устроившись на мягком диванчике. Все-таки она была прежде всего чуткой девушкой. — Кто такой наш Раайордаан? — это имя она, передразнив Гарри, произнесла мечтательным голосом.

— Ох, он, он мой наставник. Тот, с кем я впервые заговорил. Он обучал меня здесь, пока я еще не побывал в Городе.

— И только лишь? Темнишь ты, Гарри, я же все вижу. Давай, расскажи мне все.

— Хорошо. Он мне нравится, даже очень. Как мужчина. Я ему тоже, но мы решили подождать. Он сказал, чтобы я пожил в свое удовольствие, и только потом, когда я устану от земной жизни, мы будем вместе.

— Это так романтично, Гарри! Так здорово, что ваши чувства взаимны. Я одинаково ровно смотрю на разные проявления любви. Если ты будешь счастлив с ним, если ты хочешь этого, то кто мы такие, чтобы запрещать тебе? Однако я просто обязана посмотреть на него. Это просто преступление, если ты мне не покажешь абсолютно все. Я знаю, что довольно надоедливая особа и иногда лезу не в свое дело, но мне так хочется узнать побольше о своем лучшем друге.

— Не переживай, Герми, я обязательно тебе покажу. А теперь расскажи, как твои дела. Рон не обижает тебя? Я слышал в твоем голосе грусть.

— Ох, Гарри, — глаза гриффиндорки вмиг наполнились слезами, и она обняла своего друга, — ты просто не представляешь, как без тебя одиноко. Рон, если бы только он! Как ты знаешь, я была в Болгарии у Виктора. И… знаешь почему мы только друзья? Потому что я сама оттолкнула его. Я думала, что если он останется привязан ко мне, то мы точно не сможем быть вместе. А теперь он встречается с другими девушками, а я смотрю на него, и на сердце становится больно. Когда я приехала сюда, появился Рон. Знаешь, он не плохой парень. Конечно, у всех есть свои заморочки, даже у него. Я видела, как Рон смотрит на меня и подумала, что он станет отличной заменой Вику, а оказалось все не так. Мы начали встречаться, даже поцеловались несколько раз, — на этих словах девушка покраснела, но увидев, что Гарри ее внимательно слушает, продолжила: — Потом начался квиддич, как ты, наверное, уже знаешь, Рон стал новым вратарем, и у него нашлась поклонница. Лаванда Браун, его новая девушка. И ладно бы, если только это, но он даже не предупредил меня, что мы расстаемся. Просто в один случайный день я застукала их целующимися в гостиной и все. Теперь он везде ходит со своей Лав-Лав. Только тогда я поняла, что зря пыталась заменить им Виктора. Пусть тот неуклюжий, угрюмый, сутулый, но он все равно родной. И знаешь что? Я как собака на сене. Мне самой противно от себя. Отпустила Виктора, теперь жалею об этом. Приняла Рона, мы расстались, и я вновь жалею об этом. Я не знаю, что мне делать. Мне так не хватает тебя.

— Гермиона, успокойся, все будет хорошо. Я ценю твое безграничное доверие ко мне. Не беспокойся, я никому не расскажу. Виктор Крам, он, правда, тебе дорог до сих пор? — дождавшись немного неуверенного кивка девушки, Гарри продолжил: — Тогда не бойся кого-то потерять. Ты не потеряешь того, кто тебе нужен по жизни. Теряются те, кто послан для опыта. Остаются те, кто послан судьбой. Добивайся его. Напиши ему, хочешь, это сделаю я? А насчет Рона не волнуйся. Мы оба знаем, что Рон ветреный и непостоянный человек, ты ему не пара. Конечно, он и мой друг, но… я не вижу вас вместе.

— Ты правда так думаешь? А как же мне обратить внимание Виктора на себя?

— Герми, я не спец в любовных делах, как ты знаешь, у меня у самого проблемы, но для начала, я думаю, продолжай общаться с ним. Он пишет тебе про новых девушек? Тогда и ты напиши ему. Пусть он видит, что его подруга — девушка, что она тоже красивая колдунья и не всегда будет одинокой. Заинтересуй его. Пусть он часто думает о тебе. А летом, если у тебя получится, вновь съезди к нему или он к тебе. Мне кажется, к тому времени он поймет, что ты — это лучший вариант.

— Спасибо, Гарри. Я так и поступлю.

— Не за что, Герми. Для чего еще нужны лучшие друзья? — Гарри чуть улыбнулся своей чуть смущенной мальчишеской улыбкой, вмиг преобразившей его серьезное лицо. Гермиона не могла не улыбнуться так же ему в ответ.

Это был самый долгий и откровенный разговор двух друзей за эти каникулы. Еще несколько раз подростки уединялись в замке, на улице и в комнате, чтобы недолго поболтать. Не забывали они и Рона, но только тогда, когда тот отлипал от своей девушки. Также Гарри все-таки выполнил свое обещание и показал Герми свои воспоминания.

Для этого пришлось просить думосбор у Снейпа и взамен показывать ему некоторые моменты жизни дементоров, но это того стоило. Целый день одухотворенная Гермиона не могла прийти в себя, увидев таинственный Город собственными глазами. Даже шикарные представители этой расы ее не так заинтересовали, как история и магия этих существ.

Снейп же в основном выглядел так же. Он просматривал некоторые моменты по нескольку раз, заставляя Гарри подробно рассказывать мельчайшие нюансы. Он даже возжелал отправиться с подростком в тот Город. Однако был разочарован, услышав, что вход возможен только дементорам. И к ужасу Гарри, стал задумываться о том, что неплохо бы и ему стать таким же. Он не имел семьи, лучших друзей, наследников, родителей. В общем, был полностью свободен от обязательств и не прочь был обосноваться в Primus terminus ad Mortem. Гарри пообещал строгому преподавателю поговорить с Повелителем, в тайне надеясь, что это всего лишь мимолетная блажь профессора зельеварения.

А Гермиона, узнав, что его инициировали и теперь в мире дементоров он Бастиан, порывалась называть его так же. Однако юноша не позволил ломать свое прошлое со своим старым именем и простым именем Гарри.

Закончив экзамены, Басти получил все превосходные оценки и вынужден был отправляться домой вместе с теми, кто едет на каникулы.

А дома на площади Гриммо 12 его уже ждала его семья. Сириус вновь закатил вечеринку, которую хотел устроить еще в самое первое возвращение Гарри. Асти все так же не слезал с колен Гарри и восхищался его теперь длинными волосами, а Сириус развлекал его анекдотами. Ремус просто сидел рядом и с улыбкой смотрел на свою семью. Даже будучи оборотнем, зверем, презренным существом, он нашел своих любимых людей.

После замечательного праздника, Гарри все каникулы наслаждался вниманием своей семьи. Он не ожидал, что соскучился по ним так сильно. В обильные снежные дни они всей Блэковской семьей выходили на улицу и лепили снеговиков, играли в снежки, катались на ледяной горке и просто радовались жизни.

Каникулы подошли к концу быстро.

И Гарри, не желая затруднять Райордана, решил отправиться в Город сам. Он собрал свой чемодан, естественно, исключив из списка все ненужное, что брал с собой в прошлый раз, и спокойно, попрощавшись с домочадцами, прямо с крыльца Гриммо 12 аппарировал в Азкабан. Сторожка все так же находилась во дворике магической тюрьмы, вокруг которой летали его соотечественники. Юноша открыл дверь и буквально через пару минут находился на холме, с которого был виден весь Primus terminus ad Mortem. Насладившись вновь полным энергией и сил телом, Гарри-Басти направился в сторону замка. Он кивал встречным девушкам и юношам, прекрасно зная, что те в несколько раз старше его самого, и внимательно рассматривал прохожих, выискивая Райордана или Яниса. Однако так их и не нашел.

Уже подойдя к замку, Бастиан решил навестить Райордана, если тот, конечно, присутствовал там. И какого же было его удивление, когда в покоях наставника в замке юноша обнаружил Яниса. Благо, второй тренер его не увидел, и в Гарри вдруг взыграла долго спавшая адреналиновая жилка. Он не стал заходить в спальню, на кровати в которой лежал полуголый Янис. Бастиан вспомнил все уроки и призвал Тьму спрятать его присутствие. Та послушалась своего юного хозяина и помогла остаться неузнанным. Молодой шпион остановился у арочного входа, ведущего в спальню Райордана, и принялся ждать, когда тот появится. Впрочем, он не заставил себя долго ждать

— Рай, ну где ты ходишь? — спросил лежащий Янис и приоткрыл глаза. — Все волнуешься за своего мальчика? Ничего с ним не сделается. Завтра отправимся за твоим сердечком.

— Я не волнуюсь, — произнес блондин, немного помолчал и продолжил: — А вдруг он передумает возвращаться?! Вдруг не понял причины моего поведения? Он поразмыслит на своих каникулах, решит остаться с семьей, а не с престарелым дементором.

— Какой ты престарелый? Ты иногда поражаешь меня своей несусветной глупостью! Рай, ты в самом соку, а если наш малыш этого не понимает, то он нам и не нужен. И так нам хорошо вместе. Да и может, он не поймет и не примет наши отношения? Ты же сам сказал, что не желаешь отказываться от меня. Лучше иди ко мне. — Янис похлопал рукой рядом с собой. Райордан послушался и тоже приземлился на свою часть исполинской кровати.

— Это ты так сейчас говоришь, а когда наш Басти произнесет это вслух, ты сам постараешься его остановить и вразумить. И не из-за меня, — видя протестующее выражение лица, продолжил: — А из-за себя в первую очередь. Думаешь, я не видел как ты смотришь на мальчика на тренировках? Говори что хочешь, а правды не скрыть. Просто, твое недоверие не дает тебе признаться в своих чувствах.

— Как ты догадался? Я знаю, что он дорог тебе, поэтому не хотел вмешиваться. Мне дорог ты и как друг, и как любовник. — Янис погладил рукой грудь своего друга, а Гарри в тени еле слышно ошеломленно вздохнул от открывшейся правды. — Я не хочу терять тебя, как однажды потерял Натали, поэтому я отойду в сторону, даже если ты будешь пытаться удержать меня. Я все понимаю и желаю тебе счастья.

— Почему ты думаешь, что потеряешь меня? Я привязан к тебе больше чем как другу. Я полюбил тебя и люблю. Не хочу променять тебя ни на кого. Мы всегда были близки, даже наша инициация происходила в один день. Мы вместе спутники Повелителя и, быть может, будущие наместники. После того печального случая с Натали мы разглядели друг друга. И если тебе понравился Басти, то ты вправе попытаться завоевать его. Я не буду против этого. У него есть свое мнение и если он выберет тебя, то я отступлюсь.

— Не думай о глупостях, любимый, — прошептал Янис, наклонился над лежащим другом-любовником и нежно обхватил его лицо. Затем, проведя большим пальцем по его губам, прислонился к ним в нежном поцелуе.

Бастиан не знал, как себя вести в этой ситуации. С одной стороны, он был шокирован тому, что его Райордан так быстро и легко… сдался?! Он сказал, что позволит своему любовнику отвоевать его, Га… то есть Бастиана. Он признался другому в любви! А с другой, ему было лестно, что Янис на их тренировках не шутил над ним, что он действительно нравился ему. Да и эти мужчины были привлекательны для него. Только вот в душе разгорался огонек обиды на своих наставников за ложь и недоверие. Появилось тянущее чувство никчемности, которое Гарри не испытывал уже давно. Если быть точным, то с того момента, как он никому не нужный в этом жестоком мире сидел в чуланчике под лестницей. А теперь его…предали? Предали его доверие, его чувства, почти поигрались с ним.

Решив не мешать увлекшимся страстными ласками любовникам, Басти тихонечко вышел из покоев. Бегство под опеку крестного он считал слабостью, а слабым он быть не любил. Гарри решил наслаждаться всеми возможными радостями, которые предоставляет ему его нежизнь. А про этот разговор… Как знаменитая магловская героиня книг, которыми в данный момент увлекалась Луна и её отец, он сказал сам себе: «Я подумаю об этом завтра».


========== Глава 25. Исчез?!! ==========


Басти-Гарри выбежал из замка, не заботясь о свидетелях, хотя в принципе заботиться было не о ком. Он все еще находился в Тени, поэтому его соотечественники при всем желании не смогли бы увидеть новичка. Юноша очнулся только тогда, когда увидел портал.

Между прочим, с этой стороны портал не напоминал развалившуюся избушку, а был, скорее, похож на маленький кабачок. Просто небольшой уютный домик, в который так и хочется зайти. Так Гарри и поступил. Он не удосужился вновь воззвать к Тьме и поблагодарить ее за свою помощь, а просто прошел через дверь и оказался в уже родном Азкабане. На самом деле, Гарри не был невежественным или грубым юношей, просто навалившиеся на него проблемы и переживания подействовали так, что он просто-напросто забыл об этом. И теперь, летя по черному грозовому небу, которое в месте концентрации дементоров было всегда таким, он мечтал только о том, чтобы быть как можно дальше отсюда.

Интерлюдия.

Мортимер устало склонил голову на стол. Сидя в своем кабинете, он читал отчеты своих подданных. Впрочем, ничего особо важного они не несли. И устал он не от чтения бумаг, а от жизни. Кто бы что ни говорил, а вечная жизнь очень непроста. Да, в то время, когда он был еще человеком, когда смерть сопровождала людей по пятам, каждый мечтал пожить подольше. Однако болезни и войны неминуемо сопровождали их в объятия Смерти. Госпожа была щедра как на наказания, так и на дары. Вот и вспомнил он Великую неспроста.

— Здравствуй, Мортимер, давно не виделись, — произнесла неожиданно появившаяся женская фигура, закутанная в черный плащ.

— Здравствуй, Госпожа. — Повелитель, не смотря на свой высокий статус, склонился перед ней и поцеловал худую холодную руку.

— Как поживает мой потомок? Уже освоился в новом для себя месте?

— Потомок? Это тот юноша, которого недавно инициировали?

— Ты догадлив, Мортимер. Гарри Поттер, ныне Бастиан, является моим прямым потомком, и я приглядываю за ним. Так как у него дела? — вновь спросила Смерть, впиваясь требовательным взглядом в отвечающего.

— Этот юноша необычайно целеустремленный дементор. Он отлично осваивает воинское искусство, занимается магическими науками, и, как мне известно, гостит у своей смертной семьи. Неужели с ним что-то не так, раз вы, госпожа, пришли ко мне? — слегка неуверенно произнес Повелитель. Он всегда тушевался, как какой-то мальчишка, перед этой высокой Гостьей.

— Не переживай так сильно, мой дорогой Морти. Неужели ты думаешь, что я забываю про вас, мои любимые творения? Я просто решила предупредить тебя, что мой потомок, как впрочем и сын, обладает очень упрямым характером. Так что, если с ним что-то случится, не начинай бить тревогу, у него есть наставники, которые относятся к нему чуточку по-другому. Ты, наверное, это уже понял. Поэтому, если что-то пойдет не так, поручи это дело своим спутникам. А чтобы немного облегчить их задачу, у тебя есть право превратить их. Используй его. — Смерть вдруг лукаво подмигнула сидящему перед ней мужчине, будто замышляющая шалость девчонка.

Повелитель в этот момент значительно расслабился. Его госпожа просто-напросто решила развлечься и дать несколько уроков своим «детям». Ничего серьезного не случилось.

— А мне пора уходить. Самое главное я тебе сказала. Будь добр исполнить мою волю, когда придет время, — с этими словами уже ставшая вновь величественной Госпожа стала растворяться прямо в кабинете. И уже через несколько секунд ничто не напоминало, что здесь только что присутствовало божество.

Откинувшись на кресло, Мортимер вновь задумался о том, чтобы назначить себе преемника. Не так-то просто следить за всем, что творится в Городе. Да, он определенно устал. А как хочется отдохнуть и не чувствовать груз ответственности, сковавшей его с тех пор, как он взошел на трон! Тем более его скверный характер все менее стал походить не только на человеческий, но и на дементорский. А то с чего бы ему так радоваться новому развлечению Госпожи, делая в уме ставки на возможное развитие событий?

Конец интерлюдии.

А в это время в шикарных покоях Райордана двое возлюбленных лежали на исполинской кровати, размышляя о дальнейшей жизни. Янис попивал свой алкоголь, думая как же преподнести всю эту ситуацию их мальчику. А то, что он будет их, у него не возникало сомнений.

Янис сразу же приметил то, что Райордан постоянно присматривается к своему ученику. Ему не составило труда сопоставить реакцию юноши и своего друга, чтобы распознать их обоюдную влюбленность. Басти впервые, наивно и сладко, а его Рай окончательно и крепко.

Вообще у них так случалось. Дементоры, если вдруг нашли того, с кем они предположительно могут быть счастливы очень быстро теряют голову. Как он с Натали. Эта юная колдунья только недавно окончила свою колдовскую школу и отправилась путешествовать. И не повезло ей наткнуться на Яниса. Никто и не предполагал, что именно эта ведьмочка может быть парой ему, Янису. Однако так случилось, что эта чистокровная девица-ученый притворилась влюбленной в него, а затем попыталась убить. А ведь он хотел уже открыть ей свою настоящую внешность и предложить прожить вечность вместе. Видимо, не судьба.

А потом он наткнулся на Райордана. Его друг утешил его, дал надежду жить, отговорил идти в бездну, чтобы утолить боль. С тех пор они вместе. Кто бы что ни говорил, а он любит своего Рая даже сильнее, чем давно почившую Натали. Никто так как лучший друг-любимый не поддержит тебя, не поймет. И то, что тот нашел человека, даже не так, дементора, который запал ему в сердце и разум, ничего не меняет.

Поначалу Янис хотел уступить Райордана юному Гарри-Бастиану, однако, когда понял, что без него ему не хочется жить, передумал. Если его друг, его любимый, его дорогой Райордан, хочет быть вместе с юным Бастианом, а Янис с ним, то он должен постараться завоевать обоих дорогих ему людей. Янис и не заметил, как тренировки и разговоры сплотили его и Бастиана. Тот уже не сомневался, что юный дементор будет с ними. Надо только подготовить их для этого.

А Райордан думал примерно о том же. Он любил своего друга еще до того, как тот встретил Натали. В какой-то мере Рай был рад, что эта волшебница отказалась от его друга, что предала его, что позволила Райордану наконец-то показать, что он чувствует к Янису на самом деле. А потом несколько столетий он наслаждался безмятежным счастьем. Пока не увидел Гарри. Да, тогда еще Гарри. Он помнил каждую мелочь его превращения. Тринадцатилетний подросток был напуган, не хотел жить без крестного и готов был сделать все, чтобы защитить его. Райордан вначале не понял, что заставило его стать этому мальчику наставником. Однако, когда тот постепенно взрослел, не только физически, но и ментально, то тот все понял. Наиболее подходящий ему партнер. Рай стал присматриваться к Гарри, думать, почему же судьба захотела связать их вместе. И не заметил, как всем сердцем привязался к нему. Гарри был открытым, доверчивым, верным и преданным. Он бы никогда не предал его, Райордана, как Натали Яниса. Маленький росток привязанности постепенно рос и вскоре превратился в росток любви. Райордан не знал, что делать с этой ситуацией. Позволить новому чувству прогрессировать или загубить его на корню, чтобы не причинять боли и себе и Янису. Только вот он упустил момент, когда его ученик сам сделал первый шаг. И после того решающего поцелуя, Райордан уже не мог отступиться назад. Уже нельзя было отказаться от сладких губ, от молодого тела, от чувств, которые вспыхивали, как только тот показывался в поле видимости. А Янис до сих пор был любим, наверное, так же, как сейчас Бастиан, крепко и навсегда. Все решила эта близость. Он не готов отказаться от Басти, точно так же, как покинуть того, кого любил в течение трех столетий. Значит, он должен доказать своему Басти, что любить могут не только двое существ. Любовь не знает границ и ограничений, и, чтобы быть счастливым, ему надо показать, как это любить сразу двоих.

Только под вечер любовники выбрались из покоев и буквально сразу же наткнулись на Лию. Эта девушка была той еще сплетницей и тут же накинулась на них с просьбой отпустить своего ученика погулять с ней, обсудить Землю. На естественный вопрос о Басти, девушка закивала и произнесла, что тот уже вернулся сегодня с утра. Спутники Повелителя, не желая показаться не сведущими ответили неопределенное «как только, так сразу» и поспешили вернуться в замок.

Однако в покоях Бастиана никого не было, как впрочем, и в самом замке, кроме Повелителя никого не наблюдалось. Янис и Райордан также наведались на тренировочную площадку в надежде таки обнаружить беглеца, однако и там никого не было. Встретив по дороге еще парочку знакомых, которые подтвердили, что Бастиан появлялся здесь с утра и радостный шел с чемоданом в сторону замка… И тут-то Райордан все понял.

Они и не ожидали, что Басти придет сам, и, естественно, наслаждались близостью, не замечая никого вокруг. А что если Бастиан увидел эту картину и подумал, что Райордан его предал? Ведь он обещал, что они будут вместе, даже настаивал на этом, но только после того, как юноша нагуляется. Наверное, Басти подумал, что Райордан таким хитрым способом отвязался от него. Это было бы ужасно. Нужно немедленно посетить Повелителя, того, кто знает обычно обо всех.

Не прошло и получаса, как спутники Повелителя стояли перед его черными очами. Тот внимательно выслушав доклад Райордана, милостиво поведал, что, да, Бастиан действительно прибыл в Город рано утром и даже был в замке, однако куда тот делся после, он не имеет понятия. Портал не был активирован, и в Городе Басти не было. Единственным же словом, которое произнесли непутевые дементоры, было: «Исчез?!»

На самом деле, как только взволнованные спутники потребовали немедленной аудиенции, Мортимер сразу понял, почему именно сегодня к нему пришла Госпожа. Она знала, что так будет, и решила поиграть со своими «детьми». Однако ничего против тот не имел. Им полезно иногда размяться. А еще разобраться в своих чувствах. Госпожа намекала на право превращения, и Мортимер был готов его оказать, но сначала надо получить свою капельку удовольствия.

— Зачем же вы так ищите своего ученика? Так переживаете за его отсутствие?

— Нет, мой Повелитель, — начал Янис, — мы совершили большую ошибку, не рассказав ему об очень важных делах, и теперь он считает нас в каком-то смысле предателями.

— Интересно, что же вы ему не поведали, что юноша взбунтовался?

— Мы любовники, Повелитель, — слово взял Райордан, — а он оказался моим партнером, Бастиан влюбился в меня и я ответил ему взаимностью. Однако не успел рассказать о нас, и, вероятнее всего, он решил, что я его обманул, подарив ложную надежду.

— Это все выглядит не очень симпатично, согласен с вами. А так как вы мои спутники и наиболее доверенные лица я дарю вам несколько месяцев в человеческих телах на Земле. Вы найдете своего юношу, и искать вы его будете будучи людьми, — с этими словами Повелитель протянул руки ко лбам своих спутников, и на кончиках его бледных пальцев на миг вспыхнул огонек.

Янис и Райордан молча переглянулись и церемониально поклонились своему мудрому Повелителю. Теперь ничто не мешало им найти их мальчика. Они вышли из замка и буквально через несколько минут проходили через портал.

А Повелитель тем временем все так же сидел в своем кабинете и так же облокотился о спинку кресла, однако теперь он не хмурился, а улыбался. Все-таки ему и самому было бы интересно посмотреть на развязку сей запутанной истории. А еще он надеялся, что юный потомок его Госпожи преподаст его спутникам очень важный урок.


========== Глава 26. Игра в догонялки. ==========


Гарри сбежал в мир людей, чтобы подумать над этой щекотливой ситуацией более серьезно. И чтобы никто не мешал ему в этом важном занятии, он отправился в свое убежище в Запретном лесу на границе Шотландии и Англии. Это место Бастиан обнаружил уже довольно давно, когда еще учился в Хогвартсе и летел отдохнуть туда после сытной ночной охоты.

Убежище представляло собой несколько сваленных друг на друга вековых деревьев, которые образовывали широкий тоннель. Этот тоннель, в свою очередь, с разных сторон был закрыт от внешнего проникновения огромной рекой и вековыми деревьями. В процессе ночевок Гарри убежище постепенно обретало очеловеченный вид. Юноша усовершенствовал крышу и пол для комфорта, принес запасы хорошо сохраняющейся еды, одежды, хотя и не нуждался в этом. Книги же по школьной программе, собранные для занятий на свежем воздухе, могли позволить ему не умереть от скуки.

Так вот, лежа на импровизированной кровати, которая с пребыванием юного дементора превратилась в удобную мебель, он понимал, что совершил ошибку. А что, собственно, случилось такого серьезного? Ну, подумаешь его (!) Райордан предавался любовным утехам со своим другом-любовником, с которым был вместе довольно много времени. Ну так он же и объяснил ему (точнее Янису, но это не существенно), что его сподвигло это сделать. А еще его Рай говорил, что он очень привязан к нему, да и Янис не был против завязать отношения с ним. В итоге Бастиан бы только выиграл от этой ситуации. Однако он, дурак, все испортил. Во всем виноваты его поспешность, упрямство и нежелание слушать оправдания, прямо как у его мамы, судя по рассказам крестного.

Лили Эванс всегда была скора на расправу, слишком эмоциональна и горела жаждой справедливости. Вот почему она поссорилась со своей сестрой и профессором Снейпом. А уж про его отца и Сириуса можно было не говорить. То же ослиное упрямство не желало признавать себя виноватым в полной мере. Только Бастиан все еще надеялся, что Райордан найдет его, потому как возвращаться в Замок и Город после побега было стыдно и неудобно.

Вот так, сидя и размышляя о своем поступке, юный дементор был до сих пор был не в курсе, что все еще находится под защитой Тьмы, самой Смерти, которая не дает найти юношу никому постороннему, так же как и увидеть его.

А в это время двое обеспокоенных дементоров спешно покинули Город и, перелетя холодное Северное море, совершили посадку в лесу неподалеку. Буквально спустя несколько мгновений, вместо страшных обезображенных существ, стали появляться человеческие очертания. Они были практически полной копией самих себя в Городе, за исключением некоторых почти незначительных отличий: их уши стали человеческими, а кожа слегка обрела краску.

Янис и Райордан изумленно рассматривали друг друга, не веря собственным глазам. Не ожидали они никак, что, проживя вот уже четыре сотни лет и навсегда потеряв возможность прогуляться по своей изначальной родине в человеческих обличьях, они обретут пусть и временную, но привлекательную плоть. Однако слишком долго они не радовались, ведь их Басти так и не был найден.

Мужчины и не подозревали, где он может скрываться. Одно было известно: в школе юноши быть не может. Но никто не исключал возможности, что их самостоятельный мальчик может жить в каком-нибудь волшебном месте или же пойти за утешением к крестному.

Сформировав несколько теорий, мужчины отправились проверять их более тщательно. Однако, аппарировав в местечко под названием Хогсмит, они поняли, что забыли о самом главном — их внешнем виде. Нет, они выглядели просто потрясающе, однако их одежда не соответствовала нынешней моде. В срочном порядке дементоры приняли внеплановое решение посетить либо местный банк, либо вновь вернуться в Город и подготовить себя более ответственно.

— Добрый день, вы потерялись? — их размышления прервал тоненький голосок. Этот голосок принадлежал девушке-подростку с длинными платиновыми волосами, которая рассеянно шла по дороге, держа в руках какую-то книгу.

— Да, мисс. Мы прибыли издалека. Не могли бы вы подсказать, как нам добраться до… — тут он, а говорил именно более бойкий и общительный Янис, замялся, — …до местного отделения банка. Дело в том, что мы совершенно не разбираемся здесь.

— Отчего же не могу? Мне будет интересно помочь таким занимательным… людям. — Луна Лавгуд, а это была именно она, улыбнулась своей потусторонней улыбкой, что сразу же поняли дементоры, видя такую у Повелителя в хорошем настроении, и продолжила: — Вы находитесь в деревне Хогсмит, вон там, — она показала рукой на виднеющийся замок, — Хогвартс. Вам надо будет зайти в любую лавку в деревне, и за пару сиклей они разрешат вам воспользоваться камином. Если же у вас нет таких денег или у вас другие средства оплаты, то вы можете аппарировать к этому зданию, — с этими словами девушка развернула книгу и, перелистнув пару страниц, вынула, по-видимому, закладку с величественным белым зданием. — Грингготс — банк волшебников. Там вы спокойно можете поменять свои деньги. А сейчас до свидания, господа. — Девушка слегка наклонила голову, будто в поклоне, и тут же беззаботно вприпрыжку пустилась по дорожке.

— Мисс, постойте, кто вы? Как нам вас отблагодарить? — спросил Райордан.

— О… мне ничего не надо, только хочу пожелать вам удачи, она вам понадобится. — И незнакомка вновь улыбнулась своей необычной улыбкой, после которой Янис, до этого пристально смотревший на хрупкую девушку, слегка побледнел.

— А как вас зовут? — крикнул он напоследок, собравшись с силами.

— Мое имя Полумна Лавгуд, но не думаю, что это вам что-то даст. Ведь ваши мозгошмыги слишком неспокойно себя ведут и мешают думать.

Догадки Яниса подтвердились. Эта девушка являлась потомком его Натали. Их улыбки были похожи, нет, даже не так, идентичны.

— Ты понял что-нибудь? Ян, что с тобой? — спросил его Рай, видя, как его друг задумался.

— Да все нормально, друг. Эта девушка, Полумна, она является какой-то пра-пра моей Натали. Та тоже носила фамилию Лавгуд.

— Ты в этом уверен? А даже если и так, то, что ты задумался об этом прямо сейчас, Ян? У нас с тобой и так есть неотложные дела, не забыл?

— Да, ты прав. Просто это так необычно встретить практически полную копию Натали. Если честно, я и забыл, как выглядела эта предательница, но после того, как эта школьница улыбнулась мне, я все вспомнил.

— Не думаешь ли ты сейчас мстить ее семье, когда у нас появился шанс? — проговорил встревоженный Рай.

— Конечно нет, любимый, я еще не опустился до подобного уровня. Пусть девочка живет и найдет свое счастье. Тем более, она несколько иная по характеру, — пробормотал Янис, наклоняясь к его лицу, — а все, что меня сейчас занимает это банк, поиски нашего Басти, ну и ты, конечно, — с этими словами он нежно прикоснулся к его губам и на несколько минут мужчины выпали из реальности.

Как бы им не хотелось подольше наслаждаться таким приятным занятием, оба понимали, что медлить нельзя. В любой момент их Басти может уйти от них еще дальше. Поэтому, разомкнув объятия, мужчины внимательно рассмотрели колдографию и аппарировали.

Тем временем, просидев в убежище до вечера, Гарри-Басти стало невыносимо скучно. Ах, если бы он мог спать, то половину этого времени он бы пропустил. А так, что… Он прочел уже несколько книг по школьной программе, которую знал досконально, немного полетал над лесом, возобновил так давно забытую охоту на пауков и вновь вернулся в свое деревянное убежище. Уже окончательно решив, что он погорячился, и собрав свои вещи для того, чтобы вернуться в Город, Гарри увидел, как его старая знакомая соткалась прямо из воздуха.

— Здравствуй, потомок, вот мы и встретились вновь, — произнесла женщина.

— Здравствуйте, Смерть. Я рад вас видеть. Что-то случилось? Или вы хотите проведать Астериона?

— Нет-нет, все в порядке. Я пришла к тебе. Знаешь ли, что я являюсь госпожой твоей новой расы и, соответственно, тебя?

— Да, то есть нет, я только предполагал, — произнес вмиг растерявшийся юноша.

— Ничего страшного, дорогой мой потомок. Я здесь не поэтому. Мне стало интересно, чем же закончатся ваши игры в догонялки. Ты знаешь, что к твоему Повелителю обращались твои близкие друзья? Они ищут тебя. И мне стало интересно, так ли сильны их чувства, про которые они говорят?

— Они ищут меня? Правда? Тогда что мне делать? Ведь они всегда находили меня, где бы я ни был. Я был готов поговорить с ними, но теперь моя уверенность тает, я не знаю, что сказать, — с грустью произнес растерянный юноша.

— Не волнуйся, потомок. Хотелось бы тебе напомнить, что ты все еще находишься под защитой у меня, тебя невозможно найти ни обычными, ни магическими способами. А меж тем твои наставники уже оббегали приличное количество мест, ища тебя.

— Правда? То есть как, под защитой? Разве она не исчезла тогда, когда я ушел из Города?

— Ну конечно же нет, глупыш. Я повсюду, где бы ты ни был. И если ты попросил о помощи, я никогда не откажу своему дитя, — чуть смеясь ответила Смерть, вмиг перевоплотившись из пугающей сущности в любящую, чуть укоряющую мать. — И чтобы нам было удобнее наблюдать, как твои наставники стараются найти тебя, я бы хотела предложить тебе более удобное убежище. Согласись, что лес не самое подходящее место для отдыха.

— Я…я не знаю. Мне не хочется, чтобы они страдали и мучились. Ведь если я специально от них скрываюсь, это показывает меня взбалмошным и ветреным типом. А такой им точно не нужен. — Бастиан горько вздохнул. Слишком много навалилось на него, а как найти выход из положения, в котором он оказался, юноша не понимал.

— Не говори глупости! Никто, а тем более они, не посчитают потомка самой Смерти глупым созданием! Они сами себя сейчас наказывают своими тревожными мыслями и раскаянием.

— Это правда? Тогда я соглашусь с вами. Вы мудрая Госпожа и знаете, что лучше для меня. Я не хочу их мучить, но признаюсь, мне было неприятно, когда тот, кого я люблю, обещает мне все сокровища мира, а сам за моей спиной развлекается с другом. Куда мы пойдем?

— Я не сомневалась в твоем благоразумии, потомок. Это восхитительное местечко. Приготовься отправиться в самое грандиозное путешествие в твоей жизни, малыш. И пусть моя сестра Судьба сама решит, быть ли вам вместе, — с этими словами черноволосая и черноглазая женщина взяла за руку Гарри, и не прошло и пяти секунд, как они уже исчезли.

Другие же наши главные герои уже покинули банк в хорошем настроении. Естественно, гоблины отлично видят волшебных существ и относятся к ним лояльнее, чем к людям, и поэтому небольшая консультация и обмен их денег прошли без всяких проблем. Тем более, кто в здравом уме откажет творениям Смерти?

Янис и Райордан заглянули в местную лавку с одеждой и приобрели наряды соответствующие данному времени. Однако то, что они пришли в чем-то старинном, никак не повлияло на мнение хозяйки лавки. Она видела еще и не такие нелепые и странные костюмы. Зря дементоры волновались.

Приодевшись в приличные наряды, пара вышла на улицу. Они не замечали, какие взгляды бросает на них женская половина Косого переулка. Все, что занимало их головы, это куда же мог деться такой долгожданный, ранимый мальчик.


========== Глава 27. Так ли хорошо быть только вдвоем? ==========


Когда Гарри очнулся от перемещения, он понял, что находится в светлом зале, тянущемся в бесконечность. Но все-таки это не походило на жилище или место обитания жуткой, таинственной Смерти. Хотя, как объяснила ему Госпожа, это был ее рабочий кабинет. По краям зала на изящных столиках стояли круглые зеркала, в которых было можно увидеть абсолютно каждое живое существо в любом из миров независимо от расы или происхождения. Ведь все они после своей гибели перемещаются к ней.

Это было так забавно подходить к разным зеркалам и наблюдать за множеством людей, которые даже не подозревают о невидимой слежке! Однако со временем юноша понял, что ужасно устал от такого бесполезного дела. Ему очень не хватало семьи. Попросив Госпожу показать ему Сириуса, Ремуса и Асти он едва не расплакался. Его родная семья веселилась, играя в снежки и беззаботно проводя время. Ох, как бы он хотел оказаться сейчас с ними, разделить эти радостные мгновения!

Не дав своему юному потомку досмотреть эти одновременно радостные и грустные кадры, Смерть внезапно переключила их на другие.

Его лучшая подруга, названная сестра, находилась в Хогвартсе. Теперь девушка не скучала в одиночестве или плакала от неудавшейся личной жизни. Она шла по коридорам с Луной и Невиллом, обсуждая, вероятно, только что прочитанную книгу. Его друг Рон в данный момент наслаждался партией в волшебные шахматы, а его сестренка Джинни уютно сидела рядом с Дином. Гарри очень обрадовался, что они все не одиноки.

Профессор Снейп же в это время склонился над котлом, магича что-то особенное, важное, наверное, только для него, а директор Дамблдор, который по слухам уже не справлялся со своей должностью, пил чай со сладостями в своем кабинете, периодически покачивая какую-то слишком черную руку, вероятно пораженную неприятным проклятием.

— Что с ним случилось? — удивленно спросил Гарри-Басти у Смерти.

— Всего лишь его наказание за чрезмерное любопытство. Он с молодости был охотником за ценными артефактами или просто предметами и, когда узнал, что на подпольном аукционе продается мое кольцо, то непременно захотел его себе. Проще говоря, он его выкрал, за что и получил откат магии. Альбус Дамблдор и так был слаб здоровьем в последнее время, а этот случай так и вовсе подкосил старика. Его век подходит к концу, поэтому он хочет остаться в памяти людей великим волшебником. Вот почему он активно стравливал тебя с Томом, вот почему он не смирился с тем, что войны больше нет и не предвидится, что теперь многим магам он известен только как директор Хогвартса. Что за глупые нынче пошли люди? — риторически вопросила Госпожа, совсем по-человечески поведя плечиком.

— Вероятно, он очень расстроен, и это было сделано из отчаяния. Но так всегда случается, жизнь заканчивается рано или поздно, — пробормотал юноша.

— А ты не хочешь ли пожить со мной, Гарри? Ты очень одаренный волшебник, мой потомок, да к тому же магическое существо? Будешь осваивать профессию жнеца в полной мере и потом помогать мне. Как тебе?

— Это заманчивое предложение, Госпожа, но, честно говоря, я уже соскучился по всем, даже по Снейпу. Они мне стали очень дороги, особенно мои дементоры, и я не могу и не хочу их бросать. Не могли бы вы показать мне их?

— Могла бы, но не хочу. Пусть будет сюрприз. Однако я предупреждаю, что то, что я тебе сказала, является правдой. Они ищут тебя и надеются на скорую встречу.

— Тогда я еще больше хочу обратно. Когда я могу вернуться, Госпожа?

— Мой дорогой, мне бесконечно жаль, что ты решил отказаться от моего предложения, но я рада, что ты ответил мне честно. Так и быть, твои наставники ищут тебя на Земле, а ты возвращайся домой. К тому же я не предупредила тебя, что там прошло уже пару месяцев. Так уж устроено мое существование, что вместо недель я живу одним часом.

— Спасибо тебе за гостеприимство. — Не стал обижаться на нее Гарри. — Не могли бы вы докинуть меня до моего дома?

И Смерть вновь приобняла юного мага, перенеся его прямо в кабинет Повелителя дементоров. Поцеловав его в лоб на прощание, она исчезла.

Мортимер, привычный к выходкам своей Госпожи, с достойным видом и кивком своей венценосной головы разрешил юноше идти в свои покои. А на самом же деле в его голове роились мысли о его спутниках, которые практически отчаялись найти свое сердце и уже месяц как не возвращались в Город. Они поклялись себе, что придут отдохнуть только после того, как обнаружат зацепку. Мортимер жаждал подробностей, но понимал, что в данный момент это будет не тактично, и решил подождать развязки этой ситуации.

Басти, лежа в своей комнате, призвал Тьму. Та, как ласковый котенок вилась вокруг него и ждала его указаний. Юноша попросил окончательно убрать свою защиту, чтобы каждый мог увидеть его, а не только Смерть и Повелитель. Та, исполнив приказ, медленно растворилась в воздухе, а юноша устало лег на свою кровать. Он принял решение расспросить своих наставников и наконец решить, чем же закончатся их отношения.

Райордан совсем отчаялся. Где он только не побывал в надежде отыскать своего расстроенного мальчика, но все было тщетно. Наверное, не осталось бы такого уголка на Земле где бы ни побывали друзья за эти три месяца. Хогсмит, Запретный лес, где и обнаружилось его небольшое убежище, дом на площади Гриммо.

Кстати насчет дома. Крестный отец их Басти был мягко говоря разозлен тем, что они потеряли его Гарри. Да, дементорам пришлось покаянно сознаться в их промахе, но они так же клятвенно пообещали, что обязательно найдут его.

Ремуса же, супруга Сириуса Блэка, волновало не только пропажа члена его семьи, но и то каким образом они имеют вполне человеческий вид. Вся его вера в книги и науку помаленьку рушилась. Нигде, абсолютно нигде не значилось, что дементоры — паразиты магического мира — могут не то что разговаривать и жить в каком-то своем особенном месте, но и иметь человеческие тела, потрясающие воображение.

А маленький братик Басти ничего не думал. Этот почти двухлетний карапуз бегал за ними по особняку, называя по очереди странной кличкой «Кысь».

В конце концов почти мирно разошедшиеся будущие родственники клятвенно пообещали двум воинам Тьмы, что если они не найдут их Гарри, то им не поздоровится.

Дементорам уже и самим было не до разглагольствований, но они решили не прекращать своих поисков. Однако никакого намека на присутствие Бастиана в Лондоне, как магическом, так и магловском, не было. На всякий случай Янис и Райордан разделились и посетили все известные магические места, однако тоже все было тщетно. Как будто в реальной жизни не было этого любимого существа, как будто он никогда не рождался, не превращался, не жил. Это было более чем странно и пугающе.

Однажды, в преддверии мая, когда природа уже полностью пробудилась, а их партнер так и не был найден, их в Город вызвал сам Повелитель. Как бы Мортимер не жаждал узнать, как закончится данная история, он любил и ценил своих спутников. Они и так очень долго отсутствовали во дворце, прекратив выполнять свои обязанности. Поэтому гениальный план воссоединения возник в голове Повелителя практически сразу. Сначала он вызвал своих спутников в Город, и незаметно оградил Бастиана от разных поисковых чар. Теперь ему оставалось только удобно устроиться в кресле и приняться ждать, чем же закончится эта история.

Райордан и Янис были одновременно огорчены, что так и не вышли на след Басти, и рады, что вернулись в свой любимый Город. Решив выполнить задание Повелителя, а затем вновь отправиться на поиски, они уверенно зашли во дворец. И конечно, они не ожидали, что все обернется так.

— Мои спутники, как бы я не хотел вам помочь, но ваше время вышло. Вы больше не можете иметь человеческие тела, — начал Мортимер, а про себя добавил, по крайней мере, пару месяцев.

— Повелитель?! — раздались удивленные голоса — они все еще не могли поверить, что их поиски закончатся вот так внезапно, так и не подарив им шанс на скорую встречу.

Тем временем Повелитель отдал мысленный приказ Бастиану зайти к нему в зал переговоров. Тот, естественно, тут же откликнулся и уже через несколько минут входил в тронный зал.

— Вы уже забыли, наверное, какого это быть спутниками Повелителя, поэтому вы должны возобновить выполнение своих обязанностей и… — тут он не договорил, так как дверь отворилась и зашел тот, кого несколько месяцев тщетно искали двое дементоров.

— Басти!!! — выкрикнули два представителя этой необычной расы — Ты здесь?!

— Вы-ы? — вскричал юноша, но тут же замолчал, склонившись перед Повелителем. — Вы звали меня Повелитель?

— Да, мой юный друг. До меня дошло, что тебя потеряли и никак не могут найти эти двое дементоров. Твои наставники, верно? — Мортимер увидел кивок юноши и продолжил: — Так вот, я вызвал тебя, чтобы вы наконец-то решили свои разногласия и приступили к своей непосредственной работе. Я не могу больше ждать, как разыгрывается ваша драма, взваливая на себя все дела. Поэтому сейчас вы свободны. Даю вам этот день на разрешение проблем. — Он показал рукой на раскрытую дверь, и дементорам ничего не оставалось, как поклониться и уйти.

Гарри, пускай он и не показывал свое внутреннее состояние, был очень взволнован. Если бы его сердце билось как у людей, то сейчас бы оно отплясывало танго. А так, молчаливый и задумчивый юноша просто шел в свои покои, не замечая, как его наставники смотрят на него, как они хотят заговорить с ним, попросить прощения и просто обратить свое внимание. Басти думал сам как начать разговор, как исправить то, что он натворил, но все его мысли разбегались в разные стороны лишь от того, что рука Райордана лежала у него на плече.

Зайдя в гостеприимные покои на третьем этаже замка, юноша уже не знал, что делать. «Пусть все пойдет, как пойдет» — подумал он и, развернувшись на сто восемьдесят градусов, неожиданно оказался в теплых объятиях своего Рая, которые быстро превратились в нетерпеливый и жадный поцелуй.

Райордан и Басти уже не замечали того, что дверь открыта, что помимо них в комнате присутствует и Янис, который, что бы ни говорил, а испытывал муки совести и ревности, глядя на ласки его любимых. Только по прошествии нескольких минут Райордан прервал свои поползновения и медленно опустился на колени перед все еще дезориентированным Бастианом.

Тот невидящими глазами посмотрел на него, и весь его вид говорил: «Что случилось? Что вы от меня хотите?».

— Прости меня, Басти. Я виноват перед тобой, — начал Рай и его тут же подхватил Янис: — так же как и я.

Затем Райордан продолжил: — Что бы ты ни думал, а я люблю тебя всем своим существом, я ни за что не хотел тебя предавать, делать тебе больно. Однако и Янис мне дорог. Понимаешь, до того, как я встретил тебя, до того, как ты родился, в течение нескольких столетий мы были любовниками и до сих пор любим друг друга.

— Постой, — прервал его рассказ Гарри, — я все понимаю, но прежде я хочу извиниться сам. Я напридумывал себе невесть что, размечтался о счастливом будущем, а на самом деле… На самом деле ты мне не должен ни денег, ни сердца, ни жизни. И в любви вечной ты тоже, прошу, не клянись. Я виноват, что не предупредил вас, что сбежал, не попрощавшись. Я только хотел сказать, что не планирую возвращаться в Город еще несколько лет. Мне надо все обдумать и попытаться тебя отпустить, — на одном дыхании пробормотал юноша, не замечая, как великолепные голубые глаза, которыми он столько восхищался, постепенно тускнеют.

— Так, прекратите ваши сопли, — раздался суровый голос Яниса, который наблюдал за этим концертом, стоя рядом с дверью. — Кого вы хотите убедить в ваших чувствах? Рай, я знаю тебя давно, и то, что ты вот так вот сдаешься, услышав несколько неуверенных отказов, говорит против тебя. Ты помнишь, как добивался меня? Как мы были счастливы эти несколько столетий? А ты, Басти, можешь нести какую угодно чушь про то, что тебе не интересен мой друг, про то, что ты сдаешься, а на самом деле ты так не думаешь. Я это прекрасно вижу, влюбленные слепцы. Ты просто не знаешь, как поступить в этой непростой ситуации, а я вот знаю. Не для того, мы полгода путешествовали по всей земле, чтобы отыскать тебя, совсем не для того. Ты берешь себя в руки и хотя бы выслушиваешь, что тебе пытается сказать мой Рай. — В глазах Бастиана появляется нотка ослиного упрямства, но он продолжает: — У нас, у дементоров, существует такая легенда о наиболее подходящих тебе партнерах. Там нет ничего магического, тайного или ужасного. Просто появляется тот, с кем предположительно тебе было бы комфортно, но не обязательно ты свяжешь свою жизнь с ним. Так вот, у меня была партнерша, прекрасная девушка-колдунья. Однако она предала меня, пожелала избавиться от страшного магического существа, а мой друг, которого ты видишь перед собой, помог мне справиться с моим горем. А вот его партнер, ты знаешь кто? Ты, собственной персоной. Он любит тебя, не хочет тебя огорчать, не хочет, чтобы ты страдал, а ты вставляешь палки в колеса не только ему, но и себе. Я сейчас уйду, а вы поговорите и решите наконец все свои разногласия. А то, что он не рассказал о нас, на то были свои причины. Мы прощались. Я попросил его об этой услуге перед тем, как он навсегда уйдет от меня, — Янис произнес свою тираду и развернулся, чтобы уйти, как почувствовал, что не может и сдвинуться с места.

— Райордан, встань наконец. Теперь я буду говорить, — начал Гарри и его голос начинал звучать все увереннее. — Вы тоже не поняли меня. Я признаю свою вину. Я не должен был сбегать, не предупредив вас. И кто бы что ни говорил, мне дороги вы оба. Я полюбил Райордана, наверное, еще до того, как попал в Город, а тебя, Янис, на наших тренировках. Первые полгода, что я жил тут, я прекрасно видел ваше отношение друг к другу. Я завидовал, ревновал и мучился осознанием, что мне никогда не быть частью вас. Однако мое посвящение изменило все. Нет, этот глупый поцелуй от пьянящего ощущения после инициации изменил все. Вы не представляете, как я был рад, что хоть одно из моих желаний в жизни сбылось. Но, когда я застал вас вместе, я понял, что не хочу разрушать вашу пару, не хочу стать причиной того, что ваши чувства погибли из-за меня. Я хочу уйти, чтобы вы не винили меня. Я люблю вас обоих, да, я наконец-то сказал это, и ради вас я сделал этот выбор. Я не смею разрушать настоящую любовь.

— Малыш, — Райордан присел на кровать рядом с Гарри, а подошедший Янис с другой стороны, — мы узнали все, что хотели узнать. Я люблю вас обоих, ты любишь нас, а Ян тоже. Так почему бы нам не попробовать любить друг друга вместе? Кто нам запретит это? — с этими словами он снова приник к губам такого долгожданного юноши.

Их умопомрачающий поцелуй был прерван Янисом. Он повернул голову Басти к себе и так же позволил себе их первый поцелуй, который был хорош не меньше, чем поцелуи Райордана.

Никто уже не вспомнит, кто начал эти ласки, но следующие несколько часов были смыты воспоминаниями нежных губ, ласковых рук, признаний в любви, клятв никогда не бросать и всегда быть вместе.

А в замке на своем массивном кресле счастливо жмурился Мортимер, который нашел верных своему делу и слову дементоров, достойных править в Городе.


========== Глава 28. Радости и терзания. ==========


Следующие полгода, насыщенные событиями, прошли очень быстро.

Примирение тройки дементоров было заметно всем живущим в Городе. Еще бы — они ходили вместе не скрываясь, держась за руки и периодически целуясь, глядя сияющими глазами на мир вокруг себя. И, как ни странно, никто из дементоров не был против таких бурных отношений. Никто не кривил лицо, видя, как двое мужчин и юноша прилюдно наслаждаются друг другом. А Лия так вообще пришла в неописуемый восторг, услышав хорошо сокращенную историю их отношений.

Сам же юноша был счастлив. Он даже и не мечтал о таком развитии событий. Буквально за день решилась его судьба. И он как никогда был полностью доволен таким исходом.

За своими чувствами Бастиан не заметил как наступил земной июнь. Юноше стало стыдно за то, что он так надолго оставил свою семью. Все-таки шесть месяцев отличается от четырех. Да еще и экзамены в Хогвартсе. Он практически не открывал учебники и теперь надеялся, что все, что он выучил в первой половине года, все еще хранится у него в голове.

Однако надеяться на удачу, как в прошлом, он не стал. У него еще было пару дней, чтобы повторить весь материал. И Басти решил заняться этим прямо сейчас. В этом вопросе ему помог ему его бывший учитель, который все так же репетиторствовал на досуге. А так же не преминули воспользоваться его необычайной сосредоточенностью и стремлением узнать больше материала его любимые. Они иногда заменяли Дардена, настаивая на том, что Гарри его утомляет.

Вот тогда-то и начиналось все веселье. Они не стесняясь провоцировали его на поступки, от воспоминания которых до сих пор становилось жарко. И однажды, не сдерживаясь, Басти-Гарри понял, что уже готов. Он посчитал себя уже взрослым, и находится в одном помещении с объектами своего обожания было нелегко. Особенно, когда ты воспламеняешься только от одного касания, от одного лукавого взгляда. Поэтому он захотел некоторого продолжения их маленьких удовольствий.

Закончилось все тем, что распаленные полураздетые мужчины и Гарри лежали на софе, практически готовые к естественному продолжению ласк. И тут как всегда вмешался его Ян. Не Рай, который более чем серьезно заботился о его чести, а Ян, который был тем еще ходоком в молодости. Он почему-то задумчиво произнес лишь одно слово: «Коматоз», и его Рай неожиданно отступил. Он помог одеться Гарри и продолжил вести урок, будто ничего не произошло. Бастиан так и не понял, что случилось.

Единственное, что радовало юношу, так это то, что, повторив весь школьный материал за шестой курс, Бастиан с радостью отметил, что он не забыл ни одной дисциплины. Он был готов к экзаменам. Судя по письмам Гермионы, которые точно так же, как и осенью, присылались через Сириуса, она была подготовлена не хуже.

Девушка взяла под свое заботливое крыло Луну и теперь готовила свою юную подругу вместе с Джинни Уизли к их Совам.

А еще его лучшая подруга последовала его советам. Она начала описывать Виктору своих «ухажеров», чтобы он понял, что она тоже девушка, а не только его лучший друг. Тот тоже не уставал ей отвечать. В итоге эта парочка стремилась побить рекорды по количеству свиданий. И если Гермиона выдумывала почти всех своих парней, то Виктор нет. Он на самом деле встречался с Ангелиной, Лисаветой, Анной, Марго, Бани и многими другими. Спортивный обозреватель не преминул описать все его успехи на любовном фронте. Герми читала его и плакала ночами в подушку от переизбытка чувств. Она-то надеялась, что ложь Виктору о своей личной жизни, помогает обустраивать ее себе.

А тем временем дома собирался отпраздноваться еще один грандиозный праздник. Асти исполнялось два года. Вся семья собиралась закатить шикарную вечеринку, и с нетерпением ждала Гарри из его путешествия. Юноша пообещал управиться с экзаменами пораньше и прибыть на празднование к семнадцатому июня.

В Городе же второго июня, клятвенно пообещав своим избранникам, что он только быстро посетит школу и дом, а потом вернется к ним, Гарри перешел сквозь портал. Он на самом деле не собирался подводить их доверие. Да и зачем? Разве от этого будет кому-нибудь лучше? Только боль от этого мелкого предательства, перерастающая в недоверие и отчуждение.

Повторив такую знакомую процедуру по переходу сквозь миры, он оказался в Азкабане. Далее он просто аппарировал в Косой переулок и сквозь камин в небольшом пабе он оказался в кафе мадам Розметы в Хогсмите. Ничего не изменилось за время его отсутствия. Все такая же ухоженная деревенька, все такие же зеленые деревья, солнечная погода, улыбчивые жители и величественный вид Хогвартса невдалеке.

В течение получаса он уже заходил в парадные ворота замка, ставшего родным, радуясь возвращению сюда как никогда раньше. Его путь шел по берегу озера и, рассматривая окружающий его пейзаж, он не заметил сидящую на берегу компанию. Тут же белокурая головка юной волшебницы повернулась в его сторону и кивнула на сидящую рядом с ней девушку. Гарри сразу же понял смысл этого жеста и, стараясь, чтобы его никто не услышал и не увидел, подошел к сидящей компании.

По старой доброй традиции он первым подошел к Гермионе. И точно так же, как и полгода назад закрыл руками её глаза. И точно так же, как и раньше она с первого прикосновения поняла, кто стоит рядом с ней. На ее лице выступила глупая улыбка, сообщающая всему миру, что именно этих жестов она так давно ждала.

— Гарри, Гарри, наконец-то, — это все что она произнесла, перед тем как повиснуть на его юношеской, но уже достаточно оформившейся грудной клетке, чуть не сбив нетренированного дементора с ног.

— Эй, эй дай и нам с ним пообниматься, — произнес ломающийся юношеский голос за ее спиной.

— Невилл, не будь грубияном, давай я тебя пообнимаю, — прощебетала Луна, и все тут же рассмеялись.

Гермиона наконец отлипла от своего лучшего друга, все еще не веря, что он наконец-то вернулся сюда.

— Идемте-ка в замок, мне надо отметиться у профессора МакГонагал, — ответил Басти, и компания двинулась в сторону величественного строения, не замечая, что у этого представления был еще один невольный свидетель.

Северус Снейп только сейчас, видя, как сын его школьного врага приветствует своих друзей, сильно завидовал ему. Ведь, честно говоря, ему тоже выпадал шанс уйти после пятого курса, а он пошел на поводу у своей гордости, и…что вышло, то вышло, получилось из него, что получилось. Ведь удача могла повернуться и в его сторону, все могло бы сложиться иначе. Он не поссорился бы со своей подругой и, приезжая в школу, мог бы наслаждаться подобными приветствиями, несмотря на присутствие Поттера-старшего. А теперь и этого нет. Развернувшись, Северус направился в школу за группой над чем-то смеющимися подростками. Ему надо будет отловить Поттера и расспросить про его разговор с Повелителем. Как же все-таки хочется получше узнать о новом для него мире, в котором, может быть, даже такой, как он, найдет признание его талантов и уважение.

Для Басти время экзаменов пролетело совсем незаметно. Он вместе с Гермионой оказался в числе лучших, и ничуть не стесняясь таких результатов, хвалил своих наставников, при этом каждый раз мечтательно улыбаясь. Его состояние заметила и его лучшая подруга. Она, естественно, принялась за его расспросы, и он не стал скрывать от нее правды. Лишь умолчал о некоторых слишком личных подробностях. Девушке, правда, и этого количества хватило, чтобы постоянно краснеть, смущаться, но, тем не менее, жадно слушать о личной жизни своего друга. Где еще встретишь такие занимательные отношения?

А вот своя личная жизнь приносила ей большие огорчения. Ее любимый Виктор принимал ее «отношения» всерьез и не думал, что его рассказы о характере его новой пассии ей не интересны. Излив душу Гарри и успокоившись, подростки вновь стали наслаждаться своей пока беспечной жизнью.

А Бастиан попал в одну очень не простую ситуацию. Он просто напросто забыл про профессора Снейпа и свое обещание поговорить с Мортимером. И видя, как тот пытается его спросить, всегда находил повод скрыться. Ему тоже не очень нравилось свое поведение, но разочаровывать этого мужчину ему не хотелось. Пока однажды его не остановили в коридоре и спросили об этом напрямую. Он не знал как выкрутился, но понял, что теперь Снейп не отстанет от него, пока не узнает свой ответ подробно. А еще Гарри понял, что ему в ближайшее время надо поговорить с Повелителем.

Кстати говоря, директора Дамблдора юноша так и не увидел. Он вообще очень редко появлялся на публике, лишь изредка на обеде, но на него Гарри никогда не ходил, поэтому поприветствовать его и увидеть вживую ему не довелось.

Уже к семнадцатому июня юноша был полностью готов встретиться с родней. Он приобрел игрушечного гипогрифа, который был размером ему по пояс, и при этом он мог кланяться, и издавать соответствующие звуки. В общем, Басти надеялся, что его подарок порадует ребенка.

Несмотря на то, что он каждый раз ожидал теплую встречу, она становилась раз от раза все душевнее и лучше. День рождения его братика прошел просто великолепно. Подарок пришелся Асти по вкусу, как и его приезд. А уж как радовался Сириус и Ремус, просто не передать словами. Правда, потом с ним серьезно поговорили на тему того, как по-детски выглядел его побег от проблем и дорогих ему дементоров, что ему невольно вновь стало стыдно.

Июнь подходил к концу, и ему следовало возвращаться домой, ведь он обещал своим партнерам, что вернется в срок. Поэтому, тепло попрощавшись со своей семьей, Бастиан обещал в ближайшее время вновь навестить их.

В Городе два переживающих дементора постоянно смотрели на календарь, словно не веря, что их любимый сдержит свое слово. Однако какого же было их удивление, когда войдя в его комнату, на их ежевечерний ритуал, они увидели их Басти, который только что вышел из душа. Радость от осознания и такой привлекательный вид своего юного партнера не оставил их равнодушными. Конечно, теперь одними поцелуями тут дело не закончилось. Они даже зашли немного дальше, чем всегда, чем неимоверно обрадовали Бастиана.

И вплоть до торжественного приглашения на свадьбу Билла Уизли с Флер Делакур, запланированного на двадцать третье августа, они предавались милому разврату все дольше и дольше, оставаясь в их общей спальне.


========== Глава 29. Свадьба Билла. ==========


Этот чудесный августовский денек с самого утра говорил всем, что он не подведет высоких ожиданий, и что долгожданная свадьба пройдет по высшему разряду. Семья Уизли пригласила к себе Гермиону и Гарри, однако прибытие последнего до сих пор оставалось под вопросом.

Все были заняты делами. Молли Уизли весь день хлопотала на кухне, только чтобы успеть приготовить побольше вкусных блюд, Артур освобождал площадку и подготавливал шатер для празднества, а жених Билл размещал первых прибывших гостей.

Даже семья Блэков в это время спешно собиралась на счастливый праздник. Сириус, привыкший дарить подарки с размахом, приготовил новобрачным порт-ключ на Карибские острова, включая двухнедельное проживание в отеле. Ремус поддержал его в выборе подарка, не отрываясь от сборов маленького сына.

А вот Гарри, лежа в кровати, было жалко прощаться со своими любимыми. Ведь они-то не смогут пойти с ним на свадьбу и познакомиться с его друзьями. Однако ничего не попишешь. Ему нужно привыкнуть, что его возлюбленные не могут выйти на землю вместе с ним. Ему придется привыкнуть, что его счастье находится в Городе, но из-за того, что они не могут иметь человеческий вид на Земле, он не собирается отказываться от них. Ведь любовь предполагает некие уступки со стороны любящих людей. И отказ от постоянного проживания в таком знакомом магическом мире относится именно к этому.

Перед тем, как пройти в портал, Басти зашел к Мортимеру, вовремя вспомнив о своем обещании профессору Снейпу. Тот был несказанно удивлен такой просьбой-вопросом, поскольку никогда еще не встречал людей добровольно мечтающих отправиться в такую своеобразную ссылку. Повелитель дементоров пообещал подумать над этим и обязательно передать свой ответ как раз к сроку. Гарри не стал сомневаться в правдивости его слов, ведь Мортимер никогда не давал ложных обещаний.

Гарри-Басти повезло, он прибыл на площадь Гриммо как раз вовремя. Ведь уже вечером его семья собиралась отправиться на торжественное мероприятие. Однако он не стал их ждать и переместился в дом к Уизли немного раньше. Там же находятся его друзья, которых он не видел уже несколько месяцев, особенно его сестра по духу — Гермиона, которой наверняка нужна будет поддержка, так как доподлинно было известно, что на свадьбе будет присутствовать Виктор Крам — больное место ее ранимого сердца.

Встретили Гарри очень тепло и сразу впрягли в работу. Он помогал мистеру Уизли вместе с Роном и Чарли подготавливать главный шатер и обставлять его необходимой мебелью. Гермиона в это время была занята вместе с Джинни хозяйственной работой. Братья-близнецы отвечали за фейерверк и прочие развлекательные моменты. Перси Уизли же взял на себя прочие организационные моменты. И только к обеду все было готово.

Ребята были предоставлены сами себе. Рон побыл с друзьями около получаса, а затем убежал к своей девушке Лаванде. Они до сих пор были вместе и смотрелись очень гармонично. Рону нужен был человек, который позволил бы ему быть мужчиной, а Лаванде сильное мужское плечо. Даже их интересы практически совпадали. Малышка Джинни, которая незаметно превратилась в симпатичную юную колдунью, вовсю наслаждается вниманием кузена Флер. А вот он и Гермиона по традиции остались одни.

Она старалась не пересекаться с Виктором, желая оттянуть неприятный момент их встречи. Не то чтобы она не хотела его видеть, совсем нет, даже наоборот, ей не хотелось причинять своему сердцу боль, видя его флиртующим с очередной пассией. Поэтому они уединились у небольшого пруда на опушке леса.

— Не переживай, Гермиона, мы все проходили такие ситуации. Тем более ты благоразумная девушка и не позволишь взять негативным эмоциям над собой вверх. Ты сможешь выйти победительницей из этой непростой ситуации.

— Гарри, мне так не просто. Я совершенно не понимаю, как себя вести в его обществе. Хочу одно, а делаю совершенно другое. Я боюсь сказать то, что навсегда отвернет его от меня, боюсь разрушить нашу дружбу. Вот как было у тебя? Ты сразу же признался им? — (к слову сказать, одна только Герми знала, что он любит обоих, и ничуть его не обвиняла).

— Нет, конечно. Этот период был самый трудный для меня. Я много пережил, пока моя личная жизнь приходила в порядок. А вообще, мне показалось, что Виктору совершенно не интересны кузины нашей невесты. Он хочет поговорить с тобой, ведь почему он пригласил тебя на Святочный бал на четвертом курсе? Ты могла поговорить с ним.

— Но ведь он так знаменит и наверняка совершенно не нуждается в обществе какой-то маглорожденной студентки. Я читаю обо всех его достижения и не могу не отметить количество его поклонниц.

— Дорогая моя Гермиона, сейчас же возьми себя в руки. — Басти взял ее лицо в руки и стер выступившие на ее глазах слезы. — Если хочешь понять жизнь, то перестань верить тому, что говорят и пишут, а наблюдай и чувствуй. Как мне кажется, он неспроста ищет твоего общества и…

— Гермиона, ты тут? — раздался знакомый голос Крама, и через несколько секунд появился и сам говорящий, заметив парочку, он, что было заметно только юному дементору, сник и продолжил: — Я хотел с тобой поговорить, но, похоже, я не вовремя.

— Да, Виктор, я тут, но сейчас я немного занята. — Девушка поднялась с земли и продолжила: — Миссис Уизли просила меня к ней подойти, да и собираться мне надо.

Гарри встал ее проводить, но знаменитый спортсмен попросил юношу задержаться. Если честно, то он примерно догадывался о чем пойдет речь, поэтому был готов ко всему. Как только мисс Грейнджер ушла, Виктор начал:

— У вас все серьезно? Ты можешь дать мне обещание, что будешь заботиться о ней, что никогда не придашь, что сможешь обеспечить ей достойную жизнь?

— Виктор? О чем ты? — Гарри решил изобразить недоумение и поподробнее расспросить у него, хотя практически был уверен в ответе.

— Ты знаешь о чем. О вас с Гермионой. Из ее писем и из вашего общения ясно, что вы пара. Она любит тебя и ты ее тоже. Так ты обещаешь?

— Ха-ха-ха, Виктор, то, что я тебе расскажу, позже заставит тебя посмеяться над собой. Ты прав в одном, я люблю ее, — видя, как лицо молодого мужчины опечалилось, хотя его сердце все еще было полно надежды, он продолжил: — однако люблю как сестру, как подругу, как часть себя. Она мой самый дорогой человек. Однако никогда я не рассматривал ее в качестве образа любимой девушки. Можешь не верить, но я играю за другую команду, и моя личная жизнь будет поярче вашей.

— Ты гей? А она знает об этом? Ты говоришь правду? Я могу верить тебе?

— Да, на все твои вопросы. Я ничего не скрываю от Гермионы, а вот к тебе у меня есть несколько вопросов. Как на самом деле ты к ней относишься и почему доводишь ее до слез?

— Я люблю ее. Люблю вот уже несколько лет. Все началось с небольшого увлечения, пока не зашло слишком далеко, моим наркотиком стала она. Медленное привыкание обернулось затяжной зависимостью. Однако я никак не могу найти нужный ключик к ее сердцу. Она не принимает меня. Я не знаю, что еще сделать, чтобы показать, как она дорога мне. Я назвал это душевным проклятием и бесконечной мукой — не владеть тем, кто владеет тобой.

— А ты не пробовал просто сказать ей об этом? Хочешь совет? Она ждет этого очень давно и уже перестала надеяться, что ты сделаешь первые шаги. — Дементору было приятно видеть вмиг посветлевшее лицо знаменитого спортсмена.

— Она любит меня? Тогда почему она никогда не говорила об этом? Почему не намекнула о том, что я ей не только друг?

— А как это делал ты? Писал о своих победах на личном фронте? Заставлял ревновать и привязывал еще крепче задушевными беседами?

— Я был непроходимым глупцом все это время. Мне нужно срочно найти ее и все рассказать. Спасибо большое, Гарри Поттер, ты помог мне, и я этого не забуду. Желаю тебе счастья в твоей бурной личной жизни.

Разобравшись с сердечной проблемой своей подруги, Басти остался сидеть на берегу озера, глядя в медленно заходящее солнце и ощущая дикую тоску на сердце. Как в эти минуты ему не хватало его любимых, его Яна с Раем!

А в это же время его половинки собирались сделать своему малышу сюрприз. Они уже давно договорились с Мортимером о новой услуге — один день в человеческих телах и их преданное служение Городу и Госпоже на всю жизнь. Однако их мудрый правитель отверг их предложение. Он ответил, что каждый дементор, кто хочет вновь насладиться своей прежней жизнью, может просто обратиться с соответствующей просьбой к нему, и он все устроит. Их Город не тюрьма, в которой они пленники, а крепость и дом. Поэтому, проведя небольшой ритуал над своими спутниками, Мортимер попросил передать положительный ответ их Бастиану и отпустил с пожеланием хорошо повеселиться.

Первым делом двое друзей, переместившись в ту же рощу, что и обычно, внимательно осмотрели друг друга и, отметив, что выглядят они великолепно, аппарировали к знакомому дому в Лондоне, где проживал их мальчик.

В пять вечера началось массовое прибытие гостей, среди которых были некоторые школьные друзья Гарри и просто самой семьи Уизли, как например, семьи Лавгуд и Лонгботтомов, а также некоторых министерских чиновников, старых учителей, друзей и коллег. Гарри был приятно поражен, увидев, как преобразилась Герми. Он всегда знал, что его подруга великолепна, но каждый раз она становилась еще лучше. И он наверняка знал из-за кого, потому что к ней тут же подошел Виктор и, подхватив под руку, прошел прогуляться.

Пока Гарри ждал Сириуса вместе с Ремусом и Асти он решил немного прогуляться и застал немного личную картину, как всегда связанную с Гермионой и Крамом. Виктор стоял напротив подруги и с необычайно серьезным лицом говорил: «Ты когда-нибудь смотрела на кого-то и просто думала: „Я очень люблю тебя“? Человек просто говорит, напевает, колдует, читает книгу, смеется над чем-то, и что-то в них есть такое в этот момент, что заставляет подумать: „Я просто очень люблю тебя“. Это ты, Гермиона. Я люблю тебя, люблю вот уже почти три года». Юноша немного смутился, что подсмотрел такой личный момент и успел отвернуться на том моменте, когда губы влюбленных слились в страстном поцелуе. И обернулся он как раз в ту сторону, откуда секундой позже появилась его семья. Басти подошел к ним, взял на руки своего братика и последовал вместе с ними в дом к миссис Уизли, которая давно хотела посмотреть на маленького Блэка.

Сириус, отозвав крестника подальше, с лукавым видом посоветовал ему выйти к гаражу мистера Уизли, обещая, что там его ждет сюрприз. Он ожидал многого, но то, что его дементоры будут стоять там в человеческих обликах, да при том с букетом цветов, никак не укладывалось в его голове. Спустя минуту молодая «парочка» вовсю целовалась, не обращая внимания на удивленные лица проходящих волшебников и ведьм.

Закончить свое приветствие им помог Сириус, который пришел звать их на церемонию. Райордан и Янис официально представились крестному отцу своего любимого и, получив сначала обреченный вздох, а потом и одобрение на дальнейшие ухаживания, направились в главный шатер.

Церемония прошла великолепно. Прекрасная невеста и любящий жених с горящими от счастья глазами, их торжественные клятвы, их полный нежности поцелуй, а затем и первый танец новобрачных очень покорил Гарри. Он вдруг только сейчас понял, что хотел бы точно такого же. Хотел быть на их месте, хотел давать клятву, хотел навсегда остаться со своими дементорами. Однако он продолжал скрывать свои желания, не замечая, что о них кое-кому уже известно.

Эти кое-кто были его Рай и Ян. Они прекрасно видели, что их малыш нуждается в людском подтверждении их чувств. И они были обязаны организовать его в лучшем виде. Ведь именно после церемонии соединения сердец, они наконец-то могут полностью привязать его к себе. Ему уже исполнилось семнадцать лет, а это значит, что никто и слова не сможет сказать против их связи.

До этого они сдерживались, ограничивали себя, зная, что их сексуальная связь может не понравиться опекуну их Басти. Никто из них против этого не был, наоборот, сам юноша первым жаждал поскорее отдаться чувственному наслаждению. Им даже пришлось придумать стоп-сигнал, который поможет им остудить свой пыл, напомнить, что по сути они подневольно связывают их мальчика такой клятвой верности дементоров. Гарри этого не знал, и поэтому ему было обидно, что его любовники отказываются связать себя с ним хотя бы телесно.

А вот профессор Снейп, которого пригласили сюда вместе со всеми членами ордена Феникса и самим Дамблдором, был, наверное, счастливейшим человеком в данный момент. Ведь Гарри Поттер преподнес ему просто незабываемый подарок. Ему разрешили отправиться в Город. Естественно, он знал, что это означало. Через некоторое время он перестанет быть человеком, а станет Пожирателем душ. Однако это был не тот повод, по которому стоило расстраиваться. Он, наоборот, был даже рад этому. Ведь он навсегда освободится от внимания вездесущего Альбуса, который, вероятнее всего, и после своей скорой смерти придумает, как держать его в кабале долгов и обещаний. А так, вот нет тела — нет и дела. Поэтому день «Х» он назначил ровно через неделю, чтобы подготовиться и проститься со своими немногочисленными друзьями, знакомыми, коллегами и отписать все свое имущество одному важному для него человеку.


========== Глава 30. Завершающая. ==========


Поскольку директор Дамблдор все еще здравствовал, но чувствовал себя очень плохо, он отошел от дел. Теперь управляла Хогвартсом профессор МакГонагал. Она очень ревностно отнеслась к своим обязанностям и обошла всех своих коллег, чтобы узнать об их пожеланиях. И какого же было ее удивление, когда Северус решил больше не преподавать в школе.

Однако, что кривить душу, ей никогда не нравился этот грубый, замкнутый и нелюдимый подросток — а потом и отталкивающий от себя мужчина. И она была рада поставить другого человека на должность зельевара и декана Слизерина. Поэтому на его место в ближайшее время был найден новый зельевар. Увы, не Гораций Слизнорт, который отказался, потому что там не было Гарри Поттера, а некий Маркус Рид — улыбчивый и спокойный мужчина средних лет. Вот он понравился пожилой Минерве гораздо больше. Поэтому, когда от Северуса пришла прощальная посылка с книгой в школьную библиотеку и как всегда ехидная надпись, желающая ей помучиться на должности директора этой школы не меньше ста лет, то она просто напросто вызвала глухое раздражение и ничего больше.

Только уже через несколько дней ей пришлось пожалеть, что она не прочла ее более тщательно, ведь 2 сентября Северус Снейп подвергся нападению дементоров вблизи острова Азкабан, где проводил свои новые опыты. И только один Альбус Дамблдор узнал, что это было не убийство. А произошло это вот как.

Великий волшебник этого века — Альбус Дамблдор сидел в своем кресле и наслаждался горячим сладким чаем с лимонным мармеладом, зная, что каждая чашка может стать последней в его длинной насыщенной жизни. Он знал, что его существование было полно и великих дел и великих провалов, но не считал себя виноватым в чьей-то гибели — она ведь была во благо этому миру. Поэтому сидя в кресле, попивая чай и смотря на огонь в камине, он и не заметил, как к нему пожаловал незваный гость.

А гостем этим был Гарри Поттер, сейчас более известный в сугубо узких кругах под именем Бастиан. Юноша получил одобрение своей прародительницы и госпожи, потому что она уже заждалась в своей обители этого хитрого и живучего старичка. И вот он тут, дабы увидеть свою наивную детскую привязанность и исполнить ее волю. Этот осунувшийся больной старик никак не напоминал того гордого и величавого директора волшебной школы, которым он был буквально год назад. И если честно, то «целовать» его не очень-то и хотелось.

— Здравствуйте, сэр. Рад вас видеть в добром здравии, — произнес молодой мужчина с чуть вьющимися черными волосами до лопаток и яркими зелеными глазами.

— Здравствуйте, юноша. Представьтесь, пожалуйста, и скажите почему вы здесь, — ответил Альбус, стараясь вспомнить кем же является этот человек. На Гарри Поттера он не мог и подумать, потому как видел его только в середине шестого курса, и то выглядел тот несколько иначе.

— Я Бастиан, сэр. Более известный здесь как Гарри Джеймс Поттер, сын Лили и Джеймса Поттеров. Неужели не узнали меня? — ехидно произнес молодой человек в ответ.

— Гарри, мальчик мой, тебя совершенно не узнать. Как ты вырос! Ну, расскажи же мне, чем ты занимаешься, где учишься и почему решил покинуть школу?

— Я уже выучился и через месяц пойду сдавать досрочные экзамены в министерство. Живу со своими любимыми, занимаюсь, развлекаюсь с ними. Одним словом, наслаждаюсь той жизнью, которую вы всячески не хотели мне устраивать, я ведь прав?

— Что ты такое говоришь?! — возмутился бывший директор и даже привстал со своего кресла. — Ты был подростком и, как и все, навыдумывал что-то нелепое. Вот откуда ты взял такие мысли? Разве не стыдно клеветать на пожилого человека?

— У меня миссия помочь вам освободиться от земных дел, так что я могу рассказать вам все, чтобы между нами не было недопониманий в вашей загробной жизни. Как вы знаете, моими предками были Певереллы, а сама Смерть была нашей прародительницей, поэтому не удивительно, что она нашла меня. Я гостил у нее некоторое время. Когда сбежал из…школы в прошлом году.

— Сама Смерть?! Ты, наверное, шутишь, мальчик мой. Нет ее как существа, это все детские сказки.

— Сказки или нет, решать вам, но я сказал истинную правду. Однако теперь я должен исполнить свое предназначение.

— И какое же, если не секрет?

— Нет. Никакого секрета в этом нет. Мне нужно проводить вас к ней.

— О чем ты говоришь, мальчик мой? Ты задумал мерзкое убийство? Однако я предупреждаю, ничего не получится. Одумайся пока не поздно. Я хоть и болен, однако защитить себя вполне могу, тем более от самодовольного мальчишки.

— Я не собираюсь вас убивать. Мне это ни к чему.

У меня даже нет с собой волшебной палочки. Я собираюсь вас…поцеловать, — замогильным и даже трагичным шепотом произнес Гарри.

— Поцеловать? Это что-то новенькое. — Он затих на пару секунд. — Нет… это неправда, только не ты, только не так!!! — в ужасе воскликнул Альбус и попытался наколдовать себе патронус.

— Все именно так и есть, директор. Пришла ваша очередь.

— Когда ты стал таким? Где я не доглядел? На третьем курсе, да? Мой наивный светлый мальчик с ярко зелеными глазами Лили погиб, когда ему было всего тринадцать лет. Это невыносимо печально, но я ничего не смог сделать!

— Ох, я не волнуюсь по этому поводу. Мне все нравится и все устраивает. Я даже рад, что пошел спасать Сириуса. Я обрел свою новую семью и ничуть не печалюсь. А вот вам стоило бы поволноваться, господин директор, ваша бурная деятельность не слишком нравится Госпоже.

— Значит, убийство Северуса было не случайным? Он зачем-то понадобился твоим…приятелям?

— Нет, это не так. Он не умер, просто сделал свой выбор. Он ушел с нами в свой новый дом подальше от интриг, приключений и гнилой политики. Теперь он будет жить вечно, окруженный заботой и вниманием.

Альбус пытался спросить что-то еще, но Бастиан не стал его слушать, активируя свой дар. И тогда вмиг погас камин, а по полу поползла изморозь. Директор окружил себя призрачным фениксом, который ничуть не помог ему, когда юноша протянул свою руку к нему, погладил старую морщинистую щеку и стал пить душу. Альбус задышал часто-часто, замахал здоровой рукой и откинулся на подлокотник своего кресла навсегда затихая. Басти навел порядок в доме, создал правдоподобную картину смерти старого больного человека и аппарировал к порталу, чтобы вернуться домой к заждавшимся его любимым. Он сделал все, что должен был, теперь он свободен от обязательств в этом мире.

На следующее утро вышел номер «Ежедневного Пророка», в котором оплакивалась смерть великого мага с надписью «Герои умирают внезапно». В школе устроили день траура, как и в самом магическом мире. Все люди в это день поминали смерть Альбуса Дамблдора, мага, который совершил много реформ для их мира, совершенно забыв, что скелетов в его шкафу намного больше, чем совершенных им подвигов.

А в Городе Басти уже проводил экскурсию своему профессору, который таки добрался до самой его желанной тайны. Он так и лучился желанием изучать все и всех, предпочитая не замечать, как милуются его проводники.

— У нас новенький, — раздался мелодичный девичий голос, и из ниоткуда появилась миловидная девушка.

— Лия, приятно видеть тебя в Городе. Это Северус Снейп — мой бывший учитель на Земле. Он решил присоединиться к нашей небольшой общине, поэтому он здесь, с нами, — начал Басти. — Не могла бы ты показать экскурсию, как когда-то мне, а то я хотел бы…— Он немного запнулся и даже мило покраснел, но быстро был понят подмигнувшей всей тройке девушкой.

— Не вопрос, милый, сделаю все в лучшем виде, — произнесла Лия, подхватив своего нового спутника под руку, и, не обращая внимания на его напрягшееся тело, готовность произнести отказ и немного осадить слишком наглую барышню, поволокла его куда-то в бок. Все что успел заметить ошарашенный напором Северус, это то как Гарри Поттер, точнее Бастиан, страстно наслаждается близостью, целуясь с одним и откровенно прижимаясь к другому мужчине.


========== Вместо эпилога. ==========


Большой зал, освещенный через искусные витражи мягким светом. Хрупкая фигурка, закутанная в длинный черный плащ, сидящая на массивном троне. У ее ног — нечеловечески красивый мужчина с пепельными волосами и ленивой улыбкой.

— Мортимер, расскажи мне. Ты выглядишь необычайно довольным и воодушевленным в последнее время. Я желаю знать о том, что приносит тебе такую радость, какую я видела лишь в первую сотню лет твоей бытности дементором. — Голос сидящей на троне был властным, но мягким; он отражался от стен зала и возвращался обратно мистическим эхом.

— Да, моя Госпожа. Эти семь лет пронеслись для меня как одно мгновение, но оставили приятные воспоминания. Ваш потомок заключил одобренный вами нерушимый союз любящих сердец. Это была завершающая, и в то же время начинающая веха в их отношениях. Достойный конец для вечного продолжения любить, не так ли?

После первой брачной ночи и до сих пор у Райордана, Яниса и Бастиана так сияют глаза, что перебивают свет двух звезд на нашем небосводе. Забавно, но и другие дементоры заразились этой любовной лихорадкой.

Этот истинный дементор по духу и по телу Ансгар, ранее известный как Северус Снейп, не сумел устоять перед энергичностью Лии. Думаю, что скоро вам придется благословлять их союз, хотя у этого упрямца даже в мыслях такого еще не было.

Ваш же потомок все так же посещает магический мир, выбираясь туда хотя бы раз в год. Его земная семья счастлива. Сириус с Ремусом, с одобрением наследника Астериона Блэка, усыновили еще одного ребенка — мага, который жил в магловском детском доме. Сам Астерион оказался очень ответственным старшим братом и сейчас заботится о маленьком Александре Блэке.

Его подруга Гермиона закончила магический Оксфорд по магическому праву и сейчас является заместителем министра Болгарии. Она счастлива в браке с Виктором, который до сих пор строит карьеру спортсмена, одновременно воспитывая нескольких крох. Рон Уизли, приятель Бастиана, несколько раз расставался и вновь сходился с Лавандой Браун, но в итоге их пара осталась неизменной. Детей у них пока нет, но вскоре, может, и появятся. Невилл Лонгботтом заменил ушедшую на пенсию профессора Спраут в его бывшей школе — Хогвартсе. Драко Малфой стал очень известным колдомедиком в своих кругах и прославился тем, что вылечил свою мать от ранее неизлечимой болезни. Джинни Уизли стала ловцом в команде Гарпий и периодически появляется в газетах, часто меняя как партнеров, так и партнерш. Близнецы Уизли все так же работают в своем магазине приколов и не жалуются. Их брат Перси продолжает министерскую карьеру, Чарли — занимается драконами. А Билл, отец прелестной дочки-вейлочки, добился больших высот в банке Гринготтс вместе со своей женой Флер. Луна Лавгуд ударилась в науку и на данный момент ведет журнал своего отца, при этом часто путешествуя по миру.

Зачем же я говорю вам про смертных, Госпожа? Обратите внимание, здесь несомненно есть кандидаты на превращение; новые достойные дементоры, что разбавят наши сплоченные ряды. Пройдет еще несколько лет, когда Бастиан будет просить за них. Однако я полностью в этом уверен.

— Ммм, было интересно слушать тебя, мой прекрасный Повелитель. Я обязательно присмотрюсь к ним.

А ты помнишь, как я обратила тебя сама, даже не приказывая прошлому королю дементоров? Еще совсем молодого, отчаянного, сгорающего от английской потливой горячки? Того, кто был отмечен печатью страдания и мук на лице, но сохранил свою душу в чистоте? Мне ведь тогда стало впервые жаль умирающего человека… А теперь сижу рядом с этим мальчишкой и беседую. Замечательно получилось, да?

— Да, моя несравненная Повелительница, да. Я помню так отчетливо мое обращение, будто все происходило только вчера. Ведь иногда, чтобы начать жить, следует умереть, — ответил Госпоже Мортимер и накрыл своей ладонью ее изящную белую ручку на подлокотнике трона.

У них есть еще немного времени, чтобы посидеть вдвоем в тишине, пока неугомонные подданные и подопечные снова не начали бурную деятельность. А там, как полностью войдет в дела тройка неразлучных дементоров, можно будет передать бремя управления Городом им. И тогда времени сидеть у Госпожи с верным слугой будет больше. Намного больше. Целая вечность.