Цветки орхидей под сенью баньяна (fb2)

Возрастное ограничение: 18+


Использовать online-читалку "Книгочей 0.2" (Не работает в Internet Explorer)


Настройки текста:


========== 1 ==========


Последние лучи заходящего солнца с трудом пробивались сквозь крайне задымленную атмосферу, окрашивая ее в ядовито-желтый цвет. Ночь не принесет долгожданный покой измученной промышленными загрязнениями биосфере планеты. Наоборот, засияют огни огромных городов-агломераций, а заводы и цеха по производству дроидов продолжат выброс отравляющих отходов в моря, воздух и даже почву. Здесь на Эриаду лишь очень состоятельные люди могли позволить себе существование в комфортных климатических условиях, закрывая глаза на внешний мир защитными щитами с очистителями воздуха вокруг своих гигантских особняков.

В окрестностях одного из них, пожалуй, самого богатого в этой части планеты, был разбит великолепный лесопарк, занимавший площадь в несколько гектар. Мощеные дорожки, над которыми склонились вековые деревья, были освещены тусклым неоновым светом ночных фонарей. А растения, сплетенные в ажурную живую изгородь, несли цветки, флюоресцирующие нежно-зеленым светом.

У небольшого озера, отражавшего как остатки солнечных лучей, так и огни величественных небоскребов Эриаду-Сити, столичной агломерации, медленной походкой прогуливался экзот. Его светящиеся алые глаза гротескно вписывались в наступающий полумрак. Задумчиво заложив обтянутые белыми перчатками руки за спину, он тоскливо посмотрел на силуэт гигантского города вдали. Здесь, на Эриаду, экзот чувствовал себя неуютно. Представители местной элиты, с которыми довелось общаться в последние несколько часов, пренебрежительно отнеслись к существу иной нечеловеческой расы. Жители Эриаду являлись убежденными ксенофобами, воспринимая инородцев крайне негативно, и сегодня экзоту недвусмысленно показали, что он лишний в их цивилизованном, на первый взгляд, мире.

Позволив себе немного усмехнуться, он вспомнил о своем народе, для которого уже много лет являлся изгнанником. Представители его расы тоже не жаловали инородцев, но являлись все же намного более толерантными, нежели люди. Однако то знакомое ощущение одиночества, которое он испытывал, находясь среди собственного народа, было очень схожим с тем, что он почувствовал, принимая на себя недобрые взгляды коренных эриаданцев.

Как странно находиться здесь: среди агрессивных политиков и лживо-слащавых чиновников! Их манера вести себя на публике вызывала отвращение, а политические взгляды лишь отражали желание получить как можно больше власти. Он бы и не стал посещать Эриаду — деловой центр Внешнего Кольца, если бы не личное приглашение гранд-моффа Уилхаффа Таркина, одного из самых влиятельных людей Империи. За несколько месяцев совместной работы по истреблению мятежников чопорный и несговорчивый Таркин превратился из пренебрежительного коллеги в преданного союзника, поэтому отказаться от вежливого приглашения было нельзя. Поводом послужила церемония вступления в должность нового губернатора Эриаду: молодой, но весьма амбициозной дамы, собравшейся превратить эту умирающую планету во второй Корусант.

После пышного приема, длинных хвалебных речей, едва заметных глазу политических игр и шикарного банкета, экзот поспешил поскорее покинуть шумный дворец-особняк, предпочтя спокойно провести остаток вечера наедине с собственными мыслями. Он видел перед собой всю элиту Внешнего кольца и собирался подвергнуть тщательному умственному анализу каждую встреченную на приеме персону, что могло бы пригодиться в дальнейшем при укреплении своего положения при дворе Императора. А мысли лучше приводить в порядок в тишине, укрывшись от людской суеты в небольшом оазисе природы, коим предстал перед ним великолепный парк с густо посаженными насаждениями.

Тишина. Спокойствие. Безмятежность. Идеально для хорошей медитации! Экзот глубокомысленно провожал светящимся взглядом остатки заката, когда позади послышались отчетливые шаги.

— Гранд-адмирал Траун? — раздался твердый женский голос с красиво меняющейся колоратурой.

— Губернатор Берисс! — тут же отозвался экзот, медленно повернувшись и вежливо поклонившись человеческой женщине, неожиданно вторгнувшейся в кокон его размышлений. Ее стройный силуэт освещало неоновое пламя ночных фонарей, красиво подчеркивая фигуру. Длинное традиционное платье аозай (1), в которое имели право облачаться только женщины из эриаданского высшего общества, отливало насыщенным красным цветом, прекрасно дополняя огненные волосы девушки, заплетенные в широкий пучок с несколькими свисающими прядями, на манер причесок, модных сейчас среди приближенной элиты Императора.

— Вы решили сбежать? — насмешливо спросила она, едва заметно кивнув в ответ на галантный поклон.

— Так же, как и Вы, — вежливо ответил он, встретившись алым взглядом с холодными лазурно-голубыми глазами. Она продержалась лишь несколько секунд, нехотя все же опустив голову. Немногие в Империи могли выдержать его колючий гротескный взор. Траун позволил себе слегка улыбнуться, зная, что в надвигающейся темноте она не заметит его удовлетворения.

— Новый губернатор Эриаду ищет уединения. Не слишком ли рано? — причудливо играя голосом, спросил гранд-адмирал.

Легкая шпилька попала прямо в цель. Губернатор Берисс резко повернулась к нему боком, делая вид, что сосредоточенно рассматривает огни Эриаду-Сити, и едва слышно произнесла:

— Путь к столь высокому посту был…

— …труден! — мягко перебил экзот, с любопытством следя за реакцией человека.

— Вам какое дело? — злобно прошипела она, яростно сверкнув глазами.

— Я видел Ваших соперников на приеме, — начал Траун, удивляясь, как легко у него получилось вывести даму на эмоции. — Рассмотрел их сполна. С некоторыми даже имел честь общаться.

— И как? Они не отправили Вас посетить Пространство Хаттов? — ядовито бросила губернатор, на что экзот лишь снисходительно покачал головой. Он давно уже привык к эмоциональной вспыльчивости существ человеческой расы.

— Жители Эриаду и правда не жалуют инородцев, — спокойно подтвердил он, будто не входя в категорию названных. — Но я заметил кое-что интересное.

— И что же? — негодующе спросила она, нервно сжимая кулаки, а во взгляде ее плясал дикий огонь.

Поразительный экземпляр! Такие невероятные эмоции! Такая страсть! Траун с интересом изучал ее, желая рассмотреть весь переливчатый спектр человеческой горячности получше.

— В отличие от Ваших оппонентов, Вы, губернатор Берисс… — он выдержал паузу, заметив, как девушка заинтересованно посмотрела на него, явно желая, чтобы начатая фраза не оборвалась.

— Я — что? — прозвучал холодный требовательный вопрос.

Мягкими неслышными шагами Траун медленно приблизился к недобро взирающей на него девушке. Сощурив алый взгляд, он проницательно взглянул ей в лицо. Сделав яростную гримасу, Берисс резко повернулась к нему спиной, по-видимому, злясь на себя, что не может противостоять огненному взору его светящихся глаз. Играть с ней становилось все интереснее и интереснее. Позволив себе лишь слегка смягчить голос и добавив туда искренние нотки уважения, Траун все же ответил на вопрос:

— Вы — настоящая!

— Как это? — недоуменно спросила она, немного повернув голову в его сторону, но боясь вновь встретиться взглядом. Разжигающаяся ярость, опутавшая было ее ауру, стала постепенно затухать.

Легко вывести из себя. И так же легко успокоить, незаметно переведя нить беседы в иное русло. Его излюбленная тактика по выявлению истинной сущности людей.

— Очень просто, — тепло ответил Траун, галантно беря ее под локоть. — Позвольте привести Вам наглядный пример.

Девушка вздрогнула от прикосновения экзота, но все же последовала за ним. Пара прошла по извилистой мощеной дорожке вглубь парка. В лесную чащу. Туда, где рос крупный баньян (2). Укрытые за мощными корнями, напоминавшими гигантские колонны Императорского дворца на Корусанте, здесь располагались небольшие заросли красивейших орхидей.

— Я ничего не вижу, — растеряно подала голос губернатор, судорожно сжимая его плечо.

— О! Прошу меня извинить! Я совсем забыл, что люди плохо видят в полумраке, — тут же отозвался Траун, доставая карманный фонарь. — Вот! Взгляните!

Перед ними раскинулись побеги великолепной лианы, обвившей один из толстых корней баньяна. На стеблях, словно стайка насекомых с перламутрово-синими тельцами и нежно-желтыми крылышками, были разбросаны небольшие цветки.

— Это обычный офрис (3). Орхидея-лиана, какие часто выращивают в садах Эриаду, — равнодушно отозвалась Берисс, явно не понимая ценность природного произведения искусства.

— Я заметил ее на картинах в Вашем особняке, — уклончиво произнес Траун, направляя лучи света фонаря на несколько цветков. — Скажите, почему Вы решили нарисовать именно офрисы?

— Ну… — девушка явно засмущалась, не ожидая, что экзот каким-то непостижимым образом легко определил автора картин. — Они просто очень странные: похожи на насекомых. А откуда Вы?..

— Элементарно. Вы держали бокал с вином, так же, как палитру с красками. Так может делать только настоящий художник, — ответил Траун, заглядывая сверху-вниз в испуганные глаза человеческой девушки. Первоначальная ярость, которой была окутана ее аура, прошла. Теперь же во взгляде читался трепет, смешанный с бездонным любопытством. Но там было что-то еще. Загадка, которую экзот всенепременно хотел разгадать. Девушка тут же отвернулась, снова избегая зрительного контакта.

— И что же в этих офрисах Вам показалось необычным? Это же… просто цветы, — она подогнула подол аозай и присела на колени, касаясь изящными женскими пальцами вьющихся стеблей.

— Цветки офрисов — достаточно уникальное явление. И они похожи на Ваших оппонентов, поэтому… — он сделал небольшую драматичную паузу, чувствуя ее глубочайшее удивление. — Вы и нарисовали их. Как своих соперников. Подсознательно. Доверившись чувствам.

— Я не понимаю… — пролепетала губернатор, во все глаза рассматривая великолепные орхидеи.

— Я поясню, — с готовностью отозвался синекожий экзот, присаживаясь рядом. — Цветки офрисов мимикрируют под самок перепончатокрылых насекомых. Таких, как осы. Формой и цветом лепестков, а также запахом со специфическими женскими феромонами. Это привлекает самцов, которые садятся на цветок. Поглядите, что происходит…

Траун указал на крупную ночную осу, нарушившую тишину мерным стрекотанием крыльев. Насекомое сделало несколько кругов вокруг растения и приземлилось на самый крупный цветок с красивым фиолетовым нижним лепестком. Перебирая лапками и обнюхивая тонкими антеннами место приземления, оса пристроилась головой, несущей острые жвалы, внутрь цветка, а брюшком к концу лепестка. Насекомое заерзало, подрагивая всем тельцем. Полностью засунув голову в цветок, оно тут же резко отпрянуло, быстро расправив крылья и обиженно зажужжав. На голове у несчастной осы виднелись два крупных пыльцевых мешка желтого цвета. Яростно стрекоча крыльями, незадачливое насекомое скрылось в темноте.

— Еще один обманутый опылитель, — насмешливо произнес Траун, по-исследовательски наслаждаясь результатом наблюдения.

— То есть оно… Растение… — судорожно соображала девушка, во все глаза взиравшая на происходящее. — Оно обмануло осу?

— Верно, — подхватил Траун, игриво подняв бровь. — Самец попытался оплодотворить самку, а получил в голову пыльцевые мешки, которые он доставит к другому растению.

— Я никогда не думала, что цветы умеют обманывать, — удивленно произнесла собеседница.

— Так же, как и Ваши оппоненты, — продолжил нить беседы экзот. — С одной стороны честные политики, ратующие за народ и поддерживающие интересы Эриаду, а с другой…

— …подлые обманщики, использующие других ради собственной выгоды! — презрительно заключила Берисс, немедленно поняв, что он имел в виду. — Я всегда была честна! Высказывала собственное мнение, даже если оно шло наперекор интересам элиты! Поддерживала мой народ! Трудилась на благо Империи!..

— Именно поэтому Уилхафф Таркин и поддержал Вас, — уважительно произнес Траун. — Вы — настоящая, Джарае!

Она повернула голову, удивленно уставившись на него лазурно-голубыми глазами. Траун позволил себе назвать ее по имени, как принято у людей, как общаются близкие друзья. По-видимому, девушку такое обращение поразило не меньше, чем красочное сравнение нечестных политиков с находчивыми орхидеями.

— Вы прочитали меня так легко? — ее учащенное дыхание свидетельствовало о глубоком трепете перед ним. — Кто же Вы, гранд-адмирал…

— Просто Траун, — улыбнувшись, мягко перебил он, слегка сощурив взгляд. — Всего лишь представитель иной расы, верный Императору и идеалам Империи.

— Талантливый стратег, мифы о котором не покидают стены Имперского дворца! Гениальный тактик, служить под командованием которого мечтает каждый солдат! Экзот, досконально изучивший искусство войны! — судорожно шептала она, склонив голову.

— Всего лишь громкие слова, — вежливо отмахнулся Траун, с интересом наблюдая за ходом ее мыслей. Для него знание военной стратегии и изучение новых тактик через искусство разных рас было естественно: как глубокое дыхание или спокойное равномерное сердцебиение.

На парк опустилась ночь. Полная луна показалась на небосводе, изящными лучами просачиваясь сквозь отверстия между колоннообразными корнями баньяна. Фонарь погас, и теперь тонкий серебристый свет луны бережно окутывал силуэты экзота и человека.

Джарае что-то напряженно обдумывала, прислонившись всем телом к свисающему корню могучего растения. Светящиеся глаза экзота с любопытством прожигали тело девушки. Новый губернатор Эриаду и теперь второй по влиятельности человек после гранд-моффа Таркина во Внешнем кольце начала потихоньку осознавать всю ответственность своего положения. Но осталось прояснить еще кое-что.

— По какой причине Вы променяли светский прием на мое общество? Вы определенно искали меня, не так ли? — окинув цветки офриса прощальным взглядом, он медленно подошел к собеседнице.

— Д-да… — нехотя призналась она, а затем продолжила, аккуратно подбирая слова. — Вы видите других насквозь. Проявляете сверхчеловеческий уровень дедукции. К Вам прислушивается сам Император. Кто Вы, Траун?

В ее растерянном взгляде читалось восхищение. Человеческие женщины никогда не смотрели на него так, предпочитая избегать. В ней же не было того холодного презрения по отношению к нему. Губернатор Джарае Берисс — интересный экземпляр, который нужно изучить более детально и… немного глубже, чем любого другого человека.

Заметив, что краем глаза она наблюдает за ним, экзот повернулся боком, обнажая идеальную военную выправку. Алый взгляд отрешенно рассматривал далекую луну, диск которой частично закрыл грозный звездный разрушитель, зависший над Эриаду-Сити. Даже смог над столичной агломерацией не мог полностью затмить красоту небесного светила.

— Я могу продемонстрировать Вам сущность моей расы, — обертоны его голоса мягко вплелись в окружающее безмолвие. — Если Вы обещаете не бояться меня.

Заинтересованный лазурный взгляд коснулся его профиля. Экзот, наконец, почувствовал то, зачем она пришла. Раздались осторожные приближающиеся шаги. Девушка встала рядом с ним, пытаясь проследить алый взгляд.

— На моей планете мне нечего бояться! — уверенно произнесла она, касаясь его руки и резко сдергивая белую перчатку. Теплые человеческие пальцы сомкнулись на прохладной ладони экзота, приятно согревая.

— Весьма дерзкое заявление, — игриво парировал он, видя, как девушка становится напротив него и сдергивает вторую перчатку.

Все еще не смея встретиться с алым взором, она отбросила перчатки в сторону. Он с интересом наблюдал за этими манипуляциями, чувствуя, как тонкие человеческие руки проводят по белоснежному гранд-адмиральскому кителю вверх, как бы невзначай касаясь ранговой пластины, а затем примыкают к затылку. Джарае привстала на цыпочки, запуская изящные пальцы в иссиня-черные волосы, и, закрыв глаза, уверенно прикоснулась к губам экзота. Вежливо обняв ее за плечи, Траун прижал теплое тело девушки к себе. Сладкое прикосновение мягких губ было восхитительно. Почувствовав в партнерше искру разжигающейся страсти, он незаметно извлек из-под кителя тонкую нить манипуляции. Жертва сама направляется в силки, страстно желая быть ограниченной в своей свободе. Осталось лишь немного подыграть.

Комментарий к 1

1 – аозай — вьетнамский женский костюм. Его носят на праздничных мероприятиях и в торжественной обстановке. Аозай с высоким воротником, двумя полами, подшитый шёлком и сеткой, обычно украшается цветочной, орнаментальной или сюжетной вышивкой. Для таких случаев обычно выбирают платье красного цвета, символизирующего счастье и удачу.

http://colorsoul.ru/uploads/posts/2015-03/1425408520_img_1735.jpg


2 – баньян – особая жизненная форма фикуса бенгальского (Ficus benghalensis). Формирование баньяна начинается с образования на крупных горизонтальных ветвях взрослого дерева воздушных корней, которые гирляндами свисают вниз. Корни, доросшие до земли, укореняются, после чего их надземная часть интенсивно утолщается, напоминая ствол.

http://ic.pics.livejournal.com/nafanko/19830524/458877/458877_original.jpg


3 – офрис (в данном случае растение называется Ophrys speculum). Орхидея, цветки которой похожи на самок ос-сколий. Для этих растений характерно сексуальное привлечение опылителей. Во время попытки полового акта с цветком к голове осы приклеивается пара пыльцевых мешков.

http://www.pharmanatur.com/Baleares/Ophrys%20speculum%201.jpg

И видео с осами: https://www.youtube.com/watch?v=-h8I3cqpgnA


========== 2 ==========


Укрытые сенью корней баньяна, Джарае и Траун слились в долгом страстном поцелуе. Девушка хищно впилась в губы экзота, настойчиво протискивая язык внутрь. Разомкнув зубы, он откликнулся на ее желание и аккуратно пощекотал его конец своим языком. Ее тело прильнуло к нему, а руки крепко держали затылок, приятно массируя пальцами голову. Джарае не желала останавливаться, яростно лаская его ротовую полость. Тонкие пальцы примкнули к мундиру, нетерпеливо расстегивая его. В ней чувствовалось желание овладеть. Овладеть им прямо здесь, под сенью гигантского баньяна. Что ж, он готов к игре. Но по своим правилам!

— Экзот умеет целоваться! — насмешливо бросила она, немного отстранившись и с явным наслаждением уткнувшись в широкую грудь.

— Показать Вам, как целуются чиссы? — подняв густую бровь, спросил он, уже готовясь заключить ее в объятья жесткой веревки.

— Чиссы?

— Так называется моя раса.

В лазурно-голубых глазах зажглись предвкушающие огоньки. На губах заиграла легкая улыбка. Джарае снова прижалась к нему, беззвучно соглашаясь на предложение, сути которого явно не понимала. Траун хищно сощурил взгляд, и едва она раскрыла рот, как меж зубов проскользнула двойная веревка, концы которой тут же туго затянулись на затылке. Вопросительный взгляд расширенных черных зрачков коснулся гротескных очей чисса, который быстро перехватил ее запястья, уводя руки за спину.

— А теперь просто расслабьтесь, — мистически прошептал он, сгибая ее конечности в локтях и легко поднимая женское тело в воздух. Немного оскалившись, он продемонстрировал острые зубы, проведя языком по немного выделяющимся клыкам. Не дав ей как следует испугаться, Траун резко прильнул к тонкой шее, осторожно прикусывая беззащитную кожу.

— Ммм… — раздалось жалобное мычание. По телу человека пробежала дрожь. Она сильно задергалась, пытаясь вырваться из стальных объятий, но Траун крепко держал ее, с удовольствием касаясь влажным языком панически пульсирующей сонной артерии. Запах ее тела, смешанный с нежными духами и дополненный едва уловимым запахом пота, был восхитителен. Хотелось целовать ее вечно, сжав хрупкое тело как можно сильнее. Ласково обхватив зубами нижнюю губу девушки, он легонько пожевал ее, а затем взглянул в испуганные глаза партнерши, все еще предпринимавшей яростные попытки освободиться.

— Вы обещали не бояться, — паутиной мягкого шепота он медленно гипнотизировал человеческое сознание. — Попробуем еще…

Острые зубы аккуратно впились в шею, заставляя партнершу негромко хрипеть. Он издал короткий смешок, показывая, что поддаваться страху нет причин. Сопротивление прекратилось, но дрожь ее тела с каждым мгновением ощущалась все сильнее и сильнее. Это было очень приятно. Острые зубы осторожно пробороздили трахею, а скользкий язык кропотливо изучал ее кольцевидный рельеф. Тяжелое дыхание девушки походило на шум сопла СИД-истребителя. Медленно проведя языком по мочке уха, он нежно зашипел, прильнув губами к ушной раковине. Девушка панически забилась в его руках, явно испугавшись.

Весьма необычно. И крайне эмоционально…

Цивилизованная уроженка Эриаду, несколько минут назад по-варварски страстно прикасавшаяся к его губам, теперь боится вежливого поцелуя в шею. Что ж? Чтобы продолжить беседу на нужной ноте, ему необходимо как следует подготовить ее.

Поставив девушку на землю, он быстро обхватил коленями бедра, обернутые в подол аозай, и заставил опуститься на мягкую траву, тут же опустившись сверху и плотно зажав ее ноги. Удерживая запястья одной рукой и плотно прижимая корпус девушки к себе, он достал еще один моток веревки и стал аккуратно стягивать запястья. Джарае растеряно захрипела и продолжала отчаянно сопротивляться.

После того, как руки ее были плотно связаны, Траун взял острый подбородок и заглянул в красивое девичье лицо. Лазурно-голубые глаза пылали ненавистью, смешанной со страхом. Госпожа губернатор и представить не могла, что в первые же сутки обретения власти над Эриаду будет легко поймана и связана, как глупый детеныш таунтауна. Пытаясь повернуть голову, чтобы избежать пронизывающего гипнотического взгляда, хрупкая жертва яростно зарычала. Хищная насмешливая улыбка чисса показала ей, кто теперь владеет ситуацией. В ее безрассудных попытках вырваться не чувствовалось ни капли покорности, что несомненно заслуживало уважения.

Продолжая крепко обнимать тело девушки, Траун отточенными профессиональными движениями обхватывал черной веревкой плечи и грудную клетку. Плетя замысловатые узлы, он наслаждался теплотой ее горячего тела и трепетно ловил каждый вздох. Джарае не делала попыток закричать, лишь судорожно хрипя. Но тело ее было напряжено и при малейшем ослаблении стальной хватки начинало биться. Эта девушка явно не любит подчиняться, предпочитая держать инициативу в изящных ладонях, крепко впившись в нее цепкими пальцами.

Сняв белоснежный мундир, Траун обнажил мускулистую грудь и рельефный пресс. Форменная одежда доставляла легкий дискомфорт, поэтому он просто не надевал ее. Прохладный воздух приятно защекотал обнаженную синюю кожу. Зрачки девушки удивленно расширились, когда она увидела его обнаженное тело. Сильные руки вновь прижали ее к груди, прислоняя щекой к мышцам. Она должна ощущать его, чувствовать ритм чисского сердца, слышать глубокое дыхание, признать его власть над собой и в конце концов стать покорной. Джарае не расслабилась, но перестала сопротивляться, невольно испытывая удовольствие от телесного контакта.

Несколько минут он наслаждался человеческим теплом, впитывая его всем телом. Женщина была чересчур горячей. Чисс бережно накинул широкий мундир на связанный торс Джарае и плавно опустил на траву. Привстав с ее бедер, он ловко перехватил колени и быстро связал их вместе. Великолепный расшитый разноцветными нитками, сплетенными в сложный рисунок, подол аозай не дал девушке обороняться ногами, поэтому Траун с легкостью стянул лодыжки, сняв предварительно сандалии, сделанные из дорогой кожи крайт-дракона. Далее он перевернул скованное тело на бок и согнул ноги в коленях, просунув веревку меж стоп и протянув ее к связанным за спиной рукам. Путы прошли меж запястий, и сильные руки подтянули скованные лодыжки к кистям. Он встал на ноги, медленно прохаживаясь вокруг лежащей подчиняемой и педантично осматривая плод своей деятельности со всех сторон.

Великолепно!

Скованное угольно-черными веревками тело подчиняемой, обернутое в дорогой аозай, в таком положении смотрелось намного привлекательнее, чем там — на светском приеме, среди множества холодных безликих существ, считающих себя властелинами Галактики. Такой — беспомощной, но не покорившейся мастерству доминанта — она нравилась ему гораздо больше. Джарае больше не билась, не пыталась вырваться, понимая, что это бессмысленно, но ее лазурный взгляд внимательно следил за мягкой походкой Трауна, как бы стараясь прочесть, что он задумал. Она была сломлена, но не покорена. Не пыталась визжать, а хладнокровно выжидала, как чудовищный сарлакк в своей песчаной норе. Ждала, когда он ошибется, чтобы нанести удар самой. Но ошибки не будет.

Какой сильный характер!

Однако же не стоит недооценивать подчиняемую. Подняв алый взгляд вверх, экзот удовлетворенно кивнул своим мыслям. Над ними в паре-тройке метров находилась одна из горизонтальных ветвей величественного баньяна. Идеально для маленького эстетического эксперимента. Достав еще один моток веревки, Траун с легкостью перекинул ее через ветвь. Следившая за ним все это время Джарае нервно заерзала, явно догадавшись о дальнейших намерениях. Сдавленные стоны, переходившие в хрипы, приятно ласкал слух.

Таинственно ей улыбнувшись, чисс закрепил веревку на ветке с помощью прочного узла. В глазах подчиняемой появились первые признаки паники. Увидев его приближение, Джарае яростно забилась и жалобно застонала. Он присел на корточки перед лицом и успокаивающе провел пальцами по лбу, на что губернатор отчаянно замотала головой, явно не желая испытать всю прелесть полета. Сильные руки перевалили ее на живот. Ловкие пальцы забегали вокруг связанных запястий и стоп, плетя замысловатый узел, который будет надежно держать тело девушки в воздухе. Траун также захватил плечи, заботясь о безопасности подчиняемой. Прикрепив путы к веревке, обвитой вокруг ветки, он слегка натянул ее, не отрывая пока тело девушки от земли.

Раздался испуганный ох, за которым последовало обреченное скуление. Траун присел рядом, приподнимая голову Джарае, и внимательно заглянул в лицо. Вся уверенность, которой губернатор блистала до этого, вмиг испарилась. Из глаз тонкими струйками полились слезы. Она боялась. Панически боялась, полагая, по-видимому, что он решил умертвить ее каким-то особо извращенным способом.

Глупый человек!..

Пальцы провели по влажному лицу, и Траун попробовал на язык ее слезы. Соленые, но, пожалуй, в теперешней ситуации — очень сладкие. Чувствуя тяжелые эмоции девушки, Траун ласково погладил ее по голове. Из кармана брюк он достал шёлковый платок и стал аккуратно вытирать катящиеся слезы. Каждый ее всхлип приближал его к реализации задуманного. Он намеренно не разговаривал с Джарае, предпочитая интуитивно улавливать ее переживания, питаться ими, пропускать их через себя. Это было так завораживающе…

Тихие всхлипы красиво сочетались со стрекотанием крыльев ночных ос, парящих вокруг цветущих офрисов. Траун присел на колени и положил подбородок рыдающей девушки себе на бедро. Сняв заколку с пучка волос на голове, он медленно стал вынимать невидимки и ласково разглаживать огненно-рыжие локоны, пропуская их сквозь фаланги пальцев. Джарае продолжала дрожать перед своим доминантом, так и не желая покоряться. Нежно массируя ее голову, он гипнотизировал панику, постепенно отгоняя ее.

Через некоторое время огненно-рыжие локоны были заплетены в одну длинную косу, в которую он вплел оставшуюся веревку. Вытянув ее конец по направлению к путам, ведущим к веревке на горизонтальной ветви, он вплел туда и волосы, надежно фиксируя голову подчиняемой. Джарае нервно выдохнула, вновь попытавшись дернуться. Светящийся взор встретился с лазурными глазами, настойчиво прожигая их насквозь. Расширив от ужаса зрачки, подчиняемая поняла, что обратного пути нет: экзот всенепременно намерен совершить задуманное.

Грациозно поднявшись, Траун ухватил веревку одной рукой, второй галантно поддерживая грудную клетку девушки, и начал медленно подтягивать связанное тело вверх. Она закрыла глаза от страха и тихо скулила. Чисские руки двигались плавно. То, что он делал с ней, было более чем безопасно, но подчиняемая определенно не понимала этого, дрожа всем телом. Никаких резких движений. Только бережная садистская нежность.

Вскоре девушка висела на высоте роста чисса, мерно покачиваясь на импровизированном подвесе. Пальцы быстро закрепили веревку. Траун удовлетворенно улыбнулся и плавным сильным движением руки отправил скованное тело Джарае в головокружительное вращение вокруг своей оси. Чисс отошел на несколько десятков шагов и замер, словно статуя, заложив по привычке руки за спину.

В лучах луны Эриаду вращающаяся подчиняемая была прекрасна. Ее скованный силуэт впитывал серебристый свет зависшего над планетой спутника. Джарае не кричала, не дергалась, невольно наслаждаясь полетом. Глаза были широко распахнуты. Лицо, мокрое от слез, выражало крайнюю степень удивления. Эстетическое удовольствие захлестнуло его. До сих пор подавляемое желание дало о себе знать. Он страстно хотел овладеть скованным телом прямо сейчас. Показать человеческой девушке всю красоту чисской любви.

Еще не время. Эмоции необходимо подавить. К процессу нужно подойти с максимально холодной головой и точным расчетом.

Черные начищенные сапоги и кобура с бластером поместились на усыпанной листьями земле. Тело девушки продолжало медленно вращаться, вгоняя ее сознание в транс. Удовлетворившись результатом, Траун сорвал несколько тонких корней баньяна, еще не достигших земли, и стал быстро плести сетку, которую вскоре закрепил под висящей человеческой женщиной на двух крупных корнях, опускающихся с баньяна друг напротив друга. Покачивающаяся Джарае взирала на него с суеверным ужасом, смешанным с восторгом. Вскоре импровизированный гамак был готов, и Траун, постелив внутрь свой мундир, с наслаждением прилег на него, положив руки за голову.

Лицо Джарае находись в паре десятков сантиметров от него. Алый взгляд с интересом изучал выражающиеся на нем эмоции. Трепет. Он чувствовал трепет и бездонное восхищение. Протянув к ней руку и коснувшись щеки, чисс с удовольствием заметил, как она закрыла в блаженстве глаза. Ей нравились его прикосновения. Теперь госпожа губернатор готова к дальнейшему разговору. Она подчинилась ему. В дальнейшем она будет покорна.

Проведя костяшками пальцев по лбу, Траун коснулся затылка и аккуратно развязал узел. Веревка, удерживающая рот, ослабла, и ловкие пальцы аккуратно извлекли кляп. Джарае недоуменно вздохнула, удивляясь возвращенной свободе, а Траун провел подушечками пальцев по бондажному узору, оставшемуся на щеках, впитывая его эстетику.

— Продолжим общение, — спокойно сказал он, будто они находились все там же, на светском приеме и наслаждались игристым вином в хрустальных фужерах.

Девушка попыталась отвести взгляд, но веревка в ее косе не позволила этого сделать. Она все еще не могла выдержать гротескный алый взор. Траун усмехнулся, наблюдая за ее борьбой с собой.

— Вы боитесь моего взгляда? Это нормально. Если Вам сложно, я помогу. — заботливо произнес он, бережно накладывая веревку на глаза подчиняемой. — Так комфортнее?

— Ох… Я… Вы… Траун… — робко лепетала она, ощущая на себе его дыхание и явно не понимая насколько может быть комфортно в связанном состоянии.

— Вы не закричали. Хм… интересно, — заметил экзот.

— Зачем Вы сделали это со мной? — в ужасе прошептала Джарае.

— Чтобы убрать из Вашего сознания всю предвзятость по отношению к нелюдям, — тут же пояснил он.

— Варварство!.. — выплюнула девушка, чьи тонкие губы предательски дрожали.

— Возможно, для людей — да, — понимающе отозвался Траун, нежно прикоснувшись к подбородку и начав разглаживать его пальцами, наслаждаясь гладкой кожей подчиняемой.

— А для чиссов?

— Один из способов узнать собеседника лучше, — уважительно ответил он, проводя ладонями по хрупкой шее, на которой тут же появились мелкие мурашки.

— Зачем?.. — затравлено прошептала она, дрожа от его прикосновений, не доверяя им.

— Вот именно — зачем… — мягко заметил он, а затем добавил в голос стальные нотки. — Зачем Вы искали меня? Хотели близости со мной? Возможно, Вашими целями являлись власть, поддержка моим флотом, мое влияние при дворе Императора. Что там еще я не упомянул?

— Вы играли со мной… И продолжаете играть… — сдавленно произнесла она.

— Так же, как и Вы попытались неумело манипулировать мной не так давно! — его голос стал холоден, словно снег, продолжая медленно надавливать на собеседницу. — Скажите, у представителей человеческой расы все решается подобным образом? Через грубый контакт тел?

— Нет… Я не собиралась… — испуганно лепетала Джарае, а из-под веревки просачивались капли слез.

— Не лгите мне! — строго перебил Траун. — Одно неверное слово, и Вы останетесь висеть здесь навсегда, но с еще одной веревкой… — он прильнул к ее уху. — Стягивающей шею!

При этих словах, сказанных холодным тоном безжалостного имперца, Джарае судорожно выдохнула, а и так учащенный пульс, снова стал бешено колотиться, отражая испуганные удары сердца. Траун улыбнулся, прикасаясь к обеим сонным артериям большим и указательным пальцами и мягко надавливая.

— Примите мои извинения, — обреченно произнесла она, продолжая всхлипывать. — Простите меня, Траун… Мой поступок не достоин губернатора…

— Извинения приняты, — немного смягчив голос, отозвался он. — Причина?

— Позвольте не отвечать, — дрожащим голосом промямлила Джарае.

Он резко приблизился к ее лицу, касаясь кромкой носа щеки и с почти садистским удовольствием ощущая порывистое дыхание. Из уст его раздалось зловещее шипение, сквозь которое прорвались пугающие слова:

— Потрудитесь всё же ответить!

— Тогда… Вы… освободите… меня?.. — прохрипела она, ощущая, как сильная рука медленно сжимает горло.

— Я подумаю.

Повисла неловкая пауза. Траун откинулся на гамак, позволяя ей собраться с мыслями. Губернатору Берисс не будет причинен вред, но то, что она скрывает, может оказаться полезным во взаимоотношениях с гранд-моффом Таркином и другими эриаданцами. Удовольствие от наблюдения за ее борьбой с собой невозможно было передать словами. Он нашел болевую точку губернатора.

— Уф! Я… мне сложно подобрать слова, — осторожно начала Джарае. — Здесь, на Эриаду, каждый стремится к власти. Я боролась за выживание моей семьи с самого детства. Брат перешел на сторону повстанцев. Мне пришлось столкнуться с огромными проблемами из-за него. Я шла к власти, ища справедливости и…

— …возмездия, — закончил за нее Траун.

— Да. В Вас я увидела того самого солдата Империи, который…

— …спас бы Вас от одиночества. По крайней мере на некоторое время, — Траун вновь поймал ее мысль. — Вы одиноки! Вы сильно скучаете по брату. В детстве он был Вашей опорой, но потом Вам пришлось учиться защищаться самой.

— Вы снова меня прочитали, — вздохнула девушка, печально добавив. — Вы чем-то похожи на моего брата. Поэтому я и искала Вашего общества. А потом… не сдержалась…

Аккуратно обхватив рукой горло, Траун завороженно слушал ее пульс. Он не испытывал жалости к человеку. Скорее уважение за то, что она смогла показать свою искренность. Именно так, как он хотел. Связанная, всецело принадлежащая ему в данный момент, она была красива. Завораживающе красива!.. Она подчинится ему прямо сейчас.

— Пожалуйста… Не причиняйте мне вред, — взмолилась Джарае, чувствуя, как его пальцы мягко сдавливают шею. — Не ломайте меня…

Вместо ответа Траун нежно прикоснулся к ее губам, даря сладкий поцелуй. В ее робком дыхании чувствовалось искреннее удивление. Джарае приглашающе разжала зубы, и язык чисса мягко прикоснулся к человеческому языку. Его ладони провели по всему телу, касаясь онемевших его участков и осторожно разминая их. Не прерывая поцелуй, Траун осторожно прикусил ее нижнюю губу и двинулся ниже. Прильнув зубами к шее, он стал медленно пожевывать ее кожу. Джарае издала томный стон, теперь явно наслаждаясь его действиями. Траун коснулся округлых бедер, чувствуя упругие мышцы сквозь ткань аозай и испытывая неестественную для чисса нежность к этому существу. Ее лицо покрыл розовый румянец, а учащенное дыхание приятно щекотало кожу.

— Вы все еще хотите этого? — тихо прошептал он, чувствуя возбужденную дрожь человеческого тела.

— Хочу…

Раздалось удовлетворённое шипение. Не став развязывать девушке глаза, он прикоснулся к путам, оплетающим стопы, и легко освободил их от подвеса. Развязав веревки, сковывающие колени и лодыжки, он быстро размял их. Подол аозай, покрытый причудливым золотистым рисунком, был аккуратно задран вверх. Джарае удивленно выдохнула, скорее всего, полагая, что он просто разорвет платье. Но эриаданские аозай были настоящими произведениями искусства! Индивидуальный ручной пошив, дорогая ткань и уникальная вышивка делали эту одежду бесценной. Он не станет уничтожать уникальный элемент гардероба, временно поддавшись страсти.

Согнув ее ноги в коленях, чисс широко развел их в стороны, вновь поочередно обхватывая веревкой лодыжки и привязывая их к бедрам. Лишенная зрения Джарае не сопротивлялась, а покорно молчала, полностью расслабившись и позволяя доминанту совершать тонкие манипуляции с веревкой. Ее тело продолжало висеть в воздухе, а раздвинутые бедра уперлись в колени согнутых ног чисса.

Пальцы прикоснулись к тонким губам, сквозь которые высунулся мягкий язык. Траун с интересом наблюдал, как Джарае робко касается его кончиком синих фаланг, приятно облизывая их. Ее розовый язычок был мягок и влажен на ощупь. Второй рукой чисс ласково поглаживал женские бедра, несильно прихватывая ягодицы.

— Мне будет больно? — в ее голосе слышался легкий испуг, просачивавшийся сквозь страсть.

Синие губы вновь прильнули к уху. Сладостный шепот заставил подчиняемую дрожать от возбуждения:

— Ни один чисский мужчина никогда не причинит женщине боль!..

Пальцы ласково провели по бондажной повязке на глазах. Девушка вздрогнула и едва слышно прошептала:

— Не снимайте…

— Как пожелаете! — мягко ответил чисс, проводя по скованному животу широкой ладонью и запуская ее меж широко раздвинутых бедер.


========== 3 ==========


Связанное тело Джарае, эстетично опутанное жесткой веревкой, немного покачивалось на подвесе. Алые глаза, гротескно сиявшие во тьме, хищно пожирали подчиняемую. Она медленно дышала, ощущая его превосходство, а чисс едва слышно шипел в предвкушении экзотичной близости с человеком.

Под аозай не было нижнего белья, и прохладные пальцы беспрепятственно прикоснулись к входу в мягкое лоно. Траун сразу ощутил ее готовность к более интимному контакту. Влажные выделения сочились на широкую ладонь. Джарае издала легкий стон и немного пошевелилась. Он мягко водил ребром ладони по промежности, большим пальцем слегка массируя клитор. Подчиняемая сдавленно стонала, сильно закусив губу. Там она была невероятно приятной на ощупь. Откинувшись на гамак Траун с удовольствием наблюдал, как госпожа губернатор сдерживает страсть, не решаясь открыто выражать рвущиеся эмоции. Большой палец плавно скользнул во влагалище, плотные стенки которого вмиг обхватили чисскую плоть. Траун ощутил, будто фаланга погрузилась в раскаленную лаву — настолько она была горяча внутри. Горяча, приятна и нежна. Он деликатно изучал человеческий организм с интимной стороны, бережно массируя его, а ребро ладони плотно прижав меж ягодицами. Джарае продолжала сдерживаться, тихо скуля и сильно сжимая зубы.

— Госпожа губернатор боится, что нас обнаружат? — насмешливо спросил Траун, примыкая большим пальцем к клитору, а указательный и средний легким движением вводя в возбужденное лоно. Джарае заёрзала, пытаясь сдержать страстный крик, и попробовала утвердительно замотать головой. Его губы прильнули к ней, нежно целуя и слегка покусывая губы. Пальцы продолжали мягко массировать стенки влагалища, ощущая их возбужденную пульсацию. Сквозь долгий поцелуй рвались стоны наслаждения. Продолжая играть эмоциями человека, Траун обхватил затылок и яростно впился в губы, не давая ей отстраниться. Сквозь повязку на глазах просочились слезы. Женское тело пыталось рефлекторно двигаться, но веревки плотно фиксировали его. Все, что ей удавалось — лишь легкие покачивания.

Мягко отстранившись, он продолжил внимательно изучать человеческие эмоции, красиво чередовавшиеся на девичьем лице. Едва слышный звук расстегиваемой ширинки, заставил Джарае возбужденно захрипеть. Свободная рука скользнула в образовавшийся вход и вынула наружу его орудие, уже достаточно твердое, но еще не совсем готовое к близости. Лаская как подчиняемую, так и себя, чисс томно произнес:

— Не сдерживайте страсть, Джарае! Под сенью баньяна очень хорошая звукоизоляция. Нас никто не услышит Вас за пределами кроны.

С этими словами он настойчиво надавил на клитор и ввел пальцы настолько глубоко, насколько это было возможно.

— Ааа… — закричала подчиняемая, выплескивая всю накопившуюся страсть. Тело яростно заерзало. Уголки губ оттянулись, являя довольную улыбку. Это возбудило доминанта еще больше, и пальцы плотно сомкнулись на орудии, которое стремительно набухало от мощного прилива крови. Продолжая водить ладонью по всей его поверхности, Траун деликатно пошевелил пальцами внутри ее лона. Страстный стон вырвался из груди, продолжившись в длинное мычание. По-разному прикасаясь к лону, он контролировал ее страстью, плавно меняя тембр и тональность голоса. Сильные эмоции извергались из нее, приятно лаская слух и возбуждая тело.

Хищно улыбнувшись, Траун сильным, но осторожным, толчком отвернул тело девушки от себя. Пальцы быстро расплели веревку, удерживающую волосы, и надавили на затылок, опуская голову Джарае вниз. Он почувствовал, как мягкие человеческие губы коснулись головки длинного орудия. К его глубочайшему удивлению, губернатор не стала сопротивляться, а робко высунула язык, пробуя на вкус его плоть. От такого легкого контакта тело чисса содрогнулось, а предвкушающее шипение просочилось сквозь сомкнутые зубы. Круговые движения мягкого языка были настолько приятны, что по темно-синей коже волна за волной побежали мурашки. Тонкие губы несмело обхватили головку, и рука, примыкавшая к затылку, медленно надавила на него. Из чисской глотки вырвалось длинное страстное шипение, в то время, как она орально поглощала его в себя. Пальцы мягко обхватили косу, побуждая отвести голову немного назад, но Джарае все прекрасно поняла сама, начав аккуратно работать ртом. Рыча от удовольствия, он с трепетом ловил каждое движение ее губ, прикосновения языка, фырканье, мычание и причмокивание.

Вибрация от ее голоса разливалась по всему телу, словно песчаная буря. Теперь Джарае действовала смело, эстетично лаская его. Оральный контакт было восхитительно горяч. Чисс не сдерживал эмоций, яростно шипя и демонически сверкая глазами. Ноздри его расширились, а дыхание стало сильным и прерывистым. Девушка нежно прильнула к нему, снова и снова поглощая частичку возбужденной плоти практически до основания. В ее движениях чувствовалось желание доставить удовольствие доминанту настолько, насколько это было возможно в связанном, беспомощном состоянии. Купаясь в человеческой ласке, Траун почувствовал подступающую волну наслаждения. Аккуратно обхватив голову Джарае, он мягко остановил настойчивые движения, плотно зафиксировав ее в воздухе. Резким движением чисс быстро вошел в ротовую полость, заставив Джарае закашляться. Серия быстрых толчков, и он едва успел вынуть начавшее извергаться орудие. Зловещее шипение прорвало тишину, а удовольствие захлестнуло невероятным штормом. Яркое сияние алых глаз пронзило тьму. Струя семени вырвалась наружу, обрызгав его галифе крупными каплями. Вибрирующий электрический разряд прошел по телу.

Пропустив через себя восхитительную бурю любви, он обмяк, повалившись на гамак. Тяжело дыша, Траун перевернул тело девушки к себе. Лицо было мокрым от слюней и семени. Джарае продолжала покашливать, покорно поникнув головой. Приподняв ее подбородок, чисс бережно вытер лицо шелковым платком и благодарно впился в сладкие губы, так умело ласкавшие его несколько минут назад. Ответное поигрывание языком, проникнувшим в его рот, стало приятным дополнением к оральной близости.

— Я… сделала… всё… правильно? — немного отдышавшись, прошептала она.

— Более чем, — томно отозвался чисс, снова прикрепляя огненно-рыжую косу к бондажному рисунку. Он взял свободную веревку, которая до этого связывала Джарае рот, и, сложив ее вдвое, аккуратно просунул в промежность. Раздался громкой испуганный ох. Жесткие путы плотно примкнули к незащищенному лону.

— Почувствуйте движения веревки, Джарае! — обертонными звуками своего голоса Траун гипнотизировал подчиняемую. — Позвольте ей быть частью Вас!

Благодаря плавным манипуляциям чисских рук веревка начала медленно тереться о промежность. Громкие стоны обволокли доминанта, как защитный щит вокруг планеты. Джарае мычала и стонала, пытаясь ерзать в объятьях бондажного каркаса. Ей нравилось такая садистская нежность. Путы бережно ласкали ее, а из-под повязки сочились слезы удовольствия, которые Траун аккуратно слизывал, пробуя на вкус соленую влагу. Пальцы мягко подтянули веревку, которая глубже вонзилась в промежность, а движения стали более быстрыми. Стон сорвался на крик, и Джарае сильно задергалась, пропуская через себя потоки удовольствия. Траун хищно оскалился и приблизил плечо к ее горящему возбужденным румянцем лицу.

— Кусайте! — скомандовал он, резко натянув веревку. Девушка тут же впилась в его плоть, с силой сжимая челюсти. Острые зубы вонзились в сухожилие, а человеческое тело сотрясла волна наслаждения. Траун почти ощутил ее удовольствие, приправленное сладкой болью, причиняемой путами, стянувшими тело. Укус был страстен, но достаточно слаб, чтобы прокусить кожу. Чисс наслаждался прикосновением человеческих зубов, все еще плотно прижимая веревку к лону.

Сквозь сомкнутые челюсти прорывались сдавленные стоны, а тело потихоньку обмякло. Траун извлек веревку из промежности и ласково положил ладонь на затылок. Пальцами второй руки он прикоснулся к щекам, легонько нажав на челюсти. Все еще пребывая в состоянии эйфории, Джарае медленно разжала зубы. Ее дыхание, сильное и прерывистое, приятно холодило кожу.

Траун осторожно размял сильными руками затекшие участки ее тела, ощущая новый прилив страсти. Теперь он готов взять ее. Он овладеет ей, как чисской женщиной. Как подчиняемой. В путах. Показав всю свою власть.

Губы девушки дрогнули, и чисс, заметив это, провел пальцами по их коже, слегка придержав подбородок:

— Вы вошли во вкус, Джарае!

— Еще! Я хочу еще!.. — судорожно шептала она, пытаясь достать языком его пальцы.

Подарив ей легкий поцелуй, Траун приподнялся с гамака и отвязал его. Затем открепив веревку, удерживающую Джарае, он плавно опускал ее вниз, пока тело девушки не оказалось на нужном расстоянии от земли — на высоте его таза. Затянув путы, он сильным толчком отправил подчиняемую раскачиваться по широкой окружности. В то время, как Джарае наслаждалась полетом, Траун поспешно стянул галифе, обнажая мускулистые бедра.

От земли исходил ночной туман. Капли росы приятно щекотали стопы. Высокий силуэт с гротескно светящимися глазами хищно склонился над беспомощной жертвой. Обхватив одной рукой веревку, а второй одну из ягодиц, Траун резким, но аккуратным, движением вошел в податливое тело. Раздался крик, смешавшийся с хлюпающими звуками соединившихся тел. Еще толчок. Из ее рта вырвался хрип. Несколько мощных движений, и вот уже сам чисс демонически шипит, испытывая непередаваемое наслаждение. Очередным сильным толчком он полностью внедрился в человеческий организм, ощутив, как раскаленное лоно приветливо обволокло частичку его плоти. Человек оказался на удивление узким внутри и невероятно нежным. Насладившись эйфорией от успешного соединения тел, Траун возобновил глубокие толчки.

Страстные крики подчиняемой придавали возбуждения. Влажные выделения громко хлюпали и чавкали, а хлопки от соприкосновения тел двух существ звонко отдавались в тишине. Движения были сильными, глубокими и эстетичными. Однако в них не было ни капли грубости или стремления унизить партнершу. Наоборот, он хотел, чтобы она получила удовольствие от подчинения, от беспомощности, полностью прочувствовав изобретательность доминанта. Отдавшись страсти, Траун входил в нее все быстрее и быстрее. Связанное веревками тело пылало, как раскаленный горн. Чисс впитывал человеческую страсть, поражаясь, насколько горячей она может быть. Он шипел и рычал, демонически сверкая глазами, а она вторила ему громкими стонами, срывающимися на прерывистые хрипы. В ее рефлекторных попытках двигаться, Траун чувствовал подчинение. Это было истинное наслаждение от садистской власти.

Эстетичность хрупкого человека, туго стянутого веревкой, завораживала. Ее крики вплетались в сознание паутиной высоких нот. Жар тела придавал остроты. Податливое лоно принимало его снова и снова. Жажда обладать ей усиливалась с каждым толчком.

Почувствовав, что влажная волна вот-вот накроет подчиняемую, он резко ускорился, желая получить удовольствие одновременно с ней. Несколько сильных толчков, и ее тело содрогнулось от нечеловеческого оргазма. Он резко вошел в нее, с силой надавливая на стенку матки. Мучительная влажная волна сотрясла организм. Эмоции закружились в невероятном водовороте. Траун плотно прижал ее к себе, желая предаваться наслаждению от близости как можно дольше. Яростное шипение и пронзительный визг слились в единое целое, дополняя искусное соединение тел.

Быстро выйдя из нее, Траун осторожно перевернул Джарае лицом к себе. Хоть девушка и не могла видеть из-за бондажной повязки на глазах, она быстро поняла, чего он желает и разомкнула губы. Поток семени брызнул в человеческий рот, а Траун продолжал шипеть, выпуская наружу чисскую страсть. Джарае проглотила все, с наслаждением причмокивая и облизывая губы. Ее тело обмякло, а прерывистые выдохи просачивались сквозь открытый рот. Чисс продолжал тяжело дышать, отходя от огненной близости.

— Траун… Вы — чудовище! — губернатор наконец подала голос, в нотках которого чувствовался непередаваемый восторг.

— Неужели? — насмешливо парировал чисс, присев рядом и ослабив бондажную повязку на глаза. — А Вы неплохо подчиняетесь.

Веревка оставила красивый рисунок на веках. Траун трепетно прикоснулся к ним, с интересом изучая ажурные следы ее соприкосновения с кожей. Мутный взгляд пробился из-под век. Джарае еще не отошла от удовольствия, испытывая тонкое послевкусие. Скорее всего, она даже не соображала, где находится. Траун тепло ей улыбнулся и ласково провел по щекам.

— Первый раз с нечеловеком?

— Да, — шептала она, устремив отсутствующий взгляд в никуда. — Первый раз подобным образом…

Алый взгляд понимающе сощурился. Коснувшись веревки, он осторожно освободил тело Джарае от подвеса. Легко удерживая девушку на руках, Траун перенес ее к одному из крупных поваленных корней и аккуратно положил на спину. Играя с огненно-рыжими локонами, ловкие пальцы расплели косу. Джарае начала приходить в себя, с интересом поглядывая за его манипуляциями. Полностью подчинившаяся ему, она была великолепна. Разгоряченное тело расслабленно покоилось на широкой поверхности корня. Широкая ладонь ласково гладила по голове, а подушечки пальцев примкнули к сонной артерии, ловя каждый удар стучащего сердца.

Желание обладать человеком вспыхнуло вновь. Новая волна возбуждения сотрясла тело чисса. Ладони плотно обхватили скованные бедра, и Траун прильнул к горячему лону, высовывая длинный язык. Подчиняемая блаженно застонала, чувствуя нежные прикосновения. Она не только восхитительно пахла, но и на вкус была более, чем женственна. Чисс ласкал ее, волнообразно забираясь внутрь и бережно прикасаясь к клитору. Джарае ловила каждое его движение, выражая эмоции причудливыми переливами голоса. Вдвоем им было хорошо. Вылизывая ее, Траун чувствовал, как естественных выделений становится больше. Джарае вновь желала близости. Что ж, он не может отказать в удовольствии этой строптивой человеческой самке. Такой сильной, своенравной, но все же подчинившейся ему.

Зависнув над ней, Траун проницательно взглянул в лазурно-голубые глаза. Девушка тут же повернула голову, уходя от зрительного контакта. Все еще не может выдержать взгляда. Интересно. Но хочет быть с ним. Хочет чувствовать его. Согласна на еще один интимный контакт.

Аккуратное вхождение в лоно сопроводилось красивым стоном. Он двигался медленно, но сильно, сразу заставив подчиняемую вобрать его полностью. Она была все также горяча, как огонь тысячи звезд, а влажные стенки ее плоти страстно обнимали его, приятно пульсируя. Джарае закрыла глаза и приоткрыла рот, громко откликаясь на каждое движение. Он обхватил руками голову, запуская пальцы в огненно-рыжие волосы, и прильнул губами к шее, нежно вгрызаясь в человеческую плоть. Запах ее пота и рефлекторные движения стенок влагалища пьянили сознание. Обладание ей было бесценно.

Двигаясь внутри нее, Траун чувствовал восторг и трепет, исходившие от Джарае. Он давно хотел испытать близость с человеческим существом, но не решался пойти на столь экзотичный эксперимент, чувствуя страх, исходивший от окружавших его женщин. Теперь же его желание было удовлетворено. Тем не менее, интерес к губернатору Берисс, которая так страстно стонала сейчас под ним, всё возрастал. Она приняла его игру, получая неземное наслаждение от чисского способа интимной близости, что несомненно заслуживало уважения.

Движения были медленными и глубокими. С чувством внедряясь в нее, Траун проявлял всю свою нежность и заботу. Соитие по-чисски с человеком дарило новые ощущения и восхитительные эмоции. Ее тело, такое хрупкое и податливое, трепетно принимало его, хлюпая влажными выделениями.

Толчки усилились, а эротичные стоны сорвались на крик. Чувствуя накатывающую эйфорию, Траун сделал несколько резких толчков. Увидев, как тело Джарае снова забилось в чудовищном оргазме, он навалился на нее, обхватывая корень, который служил им в качестве ложа, и с силой прижался к связанному телу. Перед тем, как удовольствие заставило мышцы напрячься, он аккуратным толчком вошел в нее полностью, поглотив каждый миллиметр стенок лона. Острые зубы в порыве страсти впились в горло и мягко сжали трахею. Из глотки рвалось хищное шипение. Теперь его подчиняемая — настоящая жертва чисской любви.

Мощный выброс адреналина заставил девушку яростно биться в его объятиях. Он чувствовал окатившую ее волну ужаса, смешанную с бездонным удовольствием. Бешенный сердечный ритм сводил с ума, а жар, исходящий от кожи, отражался в страстном блеске светящихся глаз. Чувствуя возбужденную дрожь, Траун наполнил ее собой. Извергнувшееся семя проникло в утробу, а человеческий крик счастья вновь смешался с демоническим шипением чисса. Прильнув к губернатору всем телом, он продержал ее так несколько минут, продлевая удовольствие от близости. Наконец она судорожно вздохнула, полностью обмякнув.

Он разжал челюсти, позволяя ей полноценно дышать. Все еще оставаясь внутри человеческого организма, Траун осторожно начал распутывать веревки, массируя онемевшие конечности. Джарае откинулась на корень. Ее отрешённый мутный взгляд был направлен вверх. Пожалуй, после такой близости, ее тело будет помнить силу чисской любви несколько дней. Она пребывала в другом мире. В мире бесконечного наслаждения и садистского удовольствия.

Пылающая огнем кожа была покрыта каплями пота, а аозай уже давно стал мокрым. Аккуратно выйдя из нее, Траун снял веревку с раздвинутых бедер и бережно вытянул ноги вперед, опуская подол ритуального платья. Ощупав тело девушки, он убедился, что не нанес увечий. Ее голова медленно повернулась в его сторону, а непослушные губы озвучили застывшую в глазах мысль:

— Я думала, Вы меня съедите: практически попрощалась с жизнью.

Снисходительно ей улыбнувшись, Траун ласково прикоснулся к мягким волосам.

— Для чиссов такой способ близости является традиционным.

Несколько минут она продолжала наблюдать, как сильные руки разминают окаменелые мышцы и разгоняют кровь. Дыхание пришло в норму, а пульс замедлился. Ее наполнил покой. Ощущая доверие подчиняемой, Траун с интересом изучал расшитый разноцветными нитками рисунок на аозай.

— Чисские мужчины всегда доминируют над женщинами? — ее губы изогнулись в восторженной улыбке.

— Неважно, какого пола партнер, — спокойно пояснил Траун, чувствуя, как дрожит от пережитого тело девушки. — Он должен уметь как доминировать, так и подчиняться.

— Боюсь, что не совсем поняла, — она прикрыла глаза, все еще избегая пылающего взгляда — Но я не могу выразить словами ту степень восторга, которую испытала, подчинившись Вам.

Обхватив Джарае, Траун прижал дрожащее тело к себе, бережно поглаживая спину. Она устала. Очень устала от такой экзотичной близости. Ей нужно отдохнуть.

— Поймёте, госпожа губернатор, — заверил ее чисс, чувствуя, как хрупкие пальцы несмело коснулись скул. — Когда проанализируете всю ситуацию в целом.

Не вняв пока смыслу его слов, Джарае обхватила мощный торс и прильнула к нему, уткнувшись лицом в обнаженную грудь. Ее трепетное доверие оплело ауру чисса тонкими нитями.

— Не думала, что когда-нибудь скажу это, но сегодня я впервые почувствовала себя женщиной, — нежно прошептала она, вцепившись ослабевшими пальцами в лопатки.

— Значит, я достиг нужного результата, — мягко ответил чисс, удовлетворенный ее наблюдением.

Взяв ее на руки и легко подняв в воздух, он уложил девушку во вновь натянутый гамак, бережно укутывая белоснежным мундиром.

— Отдыхайте, — нежно прикоснувшись к ее губам, прошептал он.

— Такой заботливый… — пытаясь выдавить насмешку сквозь восторг, пробормотала Джарае. — А Вы?

— Я буду рядом, — ветерок успокаивающего шепота пронесся возле человеческого уха.


========== 4 ==========


Тело наполнила приятная тяжесть. Мышцы болели. Голова немного кружилась. Окутанная полудремой Джарае лежала в гамаке, вдыхая запах адмиральского мундира, которым Траун накрыл ее. Все произошедшее казалось странным сном: с одной стороны, жутким, садистским, с другой — таким приятным и нежным. То, что сделал с ней синекожий экзот, не вписывалось даже в самые извращенные человеческие рамки. В то же время этот процесс оказался настолько чувственен, настолько волшебен, что Джарае до сих пор пребывала в состоянии легкой эйфории.

Да, она любила садизм. Любила издеваться над партнерами, применять хлыст, наручники, цепи…, но Джарае привыкла подчинять своей воле многочисленных любовников, служивших ей игрушками на одну-две ночи. А теперь оказаться марионеткой этого мистического нечеловека… Очень странное ощущение. Безусловно, ей понравились его действия. Он не был груб и ни разу не унизил ее; даже когда пришлось орально ласкать его. Она не знала, зачем пошла за Трауном. Быть может просто из любопытства или… он чем-то привлек ее. Чем же? Харизмой? Нет: на приеме она даже не слышала его речь. Внешностью? Тем более: для человеческого восприятия синекожий экзот выглядел более, чем странно, если не отталкивающе. Спокойствием? Вряд ли. Джарае терпеть не могла тихонь, вообще не считая их мужчинами.

В полудремлющем сознании всплыла картинка: гигантский зал, наполненный людьми в изысканных платьях и дорогих костюмах; с бесчисленными драгоценностями, украшающими тела; искусственные лица; натянутые улыбки. Формальные поздравления с новой должностью. Джарае Берисс — губернатор Эриаду! Звучит красиво и… до нелепого глупо.

— Губернатор Берисс, позвольте представить Вам гранд-адмирала Трауна, лучшего стратега Империи и одного из моих добрых друзей! — раздался скрипучий голос гранд-моффа Таркина с благородным эриаданским акцентом, который отличало жесткое произношение звука «р». Джарае небрежно повернула голову, ожидая увидеть очередного бравого вояку, едва ли отличающегося от обычных флотских офицеров типа адмирала Пиетта или капитана Ниды, но… перед ней стояло странное существо. Инородец. Нечеловек, которого гранд-мофф называл своим другом. Уилхафф Таркин, убежденный ксенофоб и яростный ненавистник нелюдей, называл инородца своим… другом? Каким же образом этот Траун (или как его там?) смог завоевать доверие чопорного имперца?

Их взгляды встретились, и экзот галантно поклонился. Колючее алое сияние полностью окутало ее, прожигая насквозь и, казалось, тщательно анализируя каждую эмоцию, каждую мысль, затерявшуюся в удивленном сознании. Однако дальнейшее знакомство было небрежно прервано очередным сенатором-подлизой, который тут же увел Джарае к столу с крепкими напитками.

В течение вечера она лишь пару раз смогла различит инородца в толпе. Им так и не удалось пересечься и обменяться парой фраз. Эриаданцы избегали его, кидая украдкой презрительные взгляды и тихонько шушукаясь за спиной. Перед лицом Таркина открыто дерзить экзоту никто не смел. Джарае была уверена, что даже если кто-нибудь и решился бы, Траун быстро поставил бы его на место.

Мистическое сияние алых глаз… Вот, что привлекло ее! Она пошла за этим взглядом, в котором чувствовались сила, проницательность, ум. Ей было интересно. Он и правда напоминал чем-то брата, давно ставшего личным врагом. Хотелось дотронуться до него; прикоснуться к иссиня-черным волосам; почувствовать вкус тонких губ… Зачем? Почему? Она не знала. Тем мимолетным взглядом он будто загипнотизировал ее. Она летела к этому гротескному свечению, словно глупый мотылек на пылающее пламя. И он поймал ее, крепко связав путами, подчинив своей воле.

Джарае не привыкла подчиняться. Она была сильной и независимой. Никогда не ослабляла железную хватку. Несмотря на более, чем деликатное обращение экзота с ее телом, сознание почему-то больно уколола ярость. Он воспользовался ей! Поиграл! Тонко сманипулировал! Как тот цветок офрис с несчастной осой.

Дрема вмиг сошла с глаз. В кромешной тьме под сенью гигантского баньяна она практически ничего не видела. Луна высоко поднялась над горизонтом, освещая лишь верхушки крон зеленых насаждений, а светлячки куда-то разлетелись. Вдали, переливаясь причудливой палитрой цветов, сияли небоскребы Эриаду-Сити. Ближайшие фонари были далеко, у мощеной дорожки где-то за озером. Присутствия Трауна не ощущалось. Где он? Неужели ушел?

С трудом заставив непослушное тело двигаться, девушка поднялась и ступила на покрытую росой траву. Его одежда здесь. Галифе. Сапоги. И кобура с бластером.

С бластером!..

Непослушные дрожащие пальцы осторожно вынули оружие. Очень странная конструкция. Слишком громоздкая, тяжелая и неудобная вещь. Как вообще его держать в руках? С детства превосходно умевшая обращаться почти любым видом стрелкового оружия, Джарае почему-то не могла понять принцип работы бластера Трауна. Предохранитель… Дрожащие пальцы долго не могли нашарить его. Наконец, она сообразила, как правильно взять хаттово оружие. Заряжено. Отлично!

Где же Траун? Девушка прищурилась, стараясь разглядеть хоть что-то в колючей темноте. Алые глаза. Вот, на что нужно ориентироваться! Она покажет адмиральскому выскочке, кто теперь владеет ситуацией. Как он там выразился? Доминирует? Да, теперь она доминант!..

— Любопытно, — прозвучал приятный немного урчащий голос. Не на шутку испугавшись, Джарае стала нервно озираться, мигом выставив перед собой ствол бластера. Он снова играет с ней. Какой неугомонный инородец! Неужели сладостной близости ему было мало?

— Где Вы? — яростно выкрикнула она.

— Прямо перед Вами, — слова прозвучали почти равнодушно.

Джарае посмотрела вперед и увидела, как в темноте блеснул алый отсвет. Светящиеся глаза экзота медленно раскрылись. В них читалась насмешка.

— Я выстрелю! — прошипела девушка, сжимая оружие дрожащей рукой и упрямо пытаясь прицелиться.

— Смелое заявление, — промурлыкал экзот, явно не веря ее словам.

Раздался едва слышный шелест. Он приближался. Медленно и грациозно, словно хищный ворнскр. Непроизвольно трепеща перед ним, она все еще ощущала себя жертвой, подчиняемой. Теперь это невероятно злило.

— Не смейте больше мной манипулировать! — яростно отчеканила она, кладя палец на курок.

— Если мне не изменяет память, именно Вы умоляли об удовольствии.

Алые глаза медленно сощурились. Он улыбался. Смеялся над ней. Паршивый инородец!

Дуло уперлось в темный силуэт — в обнаженный торс. Куда конкретно, Джарае не видела. Слишком темно. Он не боится. Совершено не боится ее, продолжая вести какую-то свою непонятную нечеловеческую игру.

— На колени! — резко приказала она.

— Да, госпожа губернатор! — подчеркнуто вежливо произнес он, а алый взгляд скользнул вниз. Дуло примкнуло к подбородку экзота. Теперь она будет доминировать! Он принадлежит ей! Но… что-то не так.

Раздался легкий смешок. Едва слышный, но так больно кольнувший самолюбие.

— И как? Чувствуете свое превосходство? Свою власть надо мной? — в алых глазах сверкнул откровенный вызов.

Траун стоял перед ней на коленях. Он должен бояться! Должен трепетать, испытывать ужас. Однако алый взор был спокоен, а поза — расслаблена. Он спокойно подчинился, но… это неправильно! Совершенно неправильно…

К своему удивлению Джарае ничего не чувствовала: ни власти, ни превосходства, ни доминирования. Лишь горечь и, отчего-то, разочарование в самой себе.

— Я чувствую сомнение. Вы сомневаетесь, — красивый голос наполнился шикарными обертонами. Прохладная, но такая нежная, рука обхватила кисть с бластером и сильнее вжала дуло в подбородок. — Покажите мне, на что вы способны!

Неприятный холодок пробежал по спине. Неужели он хочет…

— Ну, же! Стреляйте!

Страх сковал сердце. Рука предательски дрожала. Ее прошиб холодный пот.

— Я… вы…

Он легонько коснулся тонкого пальца, примкнувшего к курку…

— Что вы-де?..

… и мягко надавил.

— НЕТ!

Раздался громкий пугающий щелчок. Тело девушки вздрогнуло, а громкий визг отразился от монолитных корней баньяна.

И всё!

Выстрела не последовало.

Дрожащая рука выронила бластер, и Джарае плюхнулась на колени, судорожно обхватив мощный торс Трауна. Лицо уткнулось в чисскую грудь. Она очень испугалась за него, в последнюю секунду сообразив, что была неправа. Из глаз потекли слезы. В который раз за этот вечер?..

— Интересно, — все также спокойно произнес он, продолжая неподвижно стоять на коленях, словно идеально высеченная мраморная статуя.

— Траун, Вы в своем уме? Вы могли убить себя! — с силой оттолкнув его, крикнула она. Слезы душили ее. Отчего-то было больно. Она не понимала, что происходит.

— Разве Вы не собирались выстрелить? — деликатно спросил чисс. — Даже пытались нелепо угрожать.

Джарае замахнулась, чтобы влепить пощечину этому существу, но… не смогла. Соленые жемчужины слез катились по щекам. Болезненный кулак сжал сердце. Она не в состоянии была объяснить свое состояние.

— Я не знаю… Я запуталась… — девушка присела на траву и судорожно прошептала. — Вы снова играете со мной. Что Вам от меня нужно?

Он аккуратно взял ее подбородок и поднял голову вверх. Жгучий взор, жутко переливавшийся в темноте, коснулся голубых радужек. Джарае отдернулась, избегая мучительного зрительного контакта, и посмотрела вниз.

— Он был не заряжен. Вы знали, что я попытаюсь… — слова застыли в горле.

— Об этом нетрудно было догадаться, — тактично произнес Траун, мягко прикасаясь к ней и заключая в надежные объятья.

Его близость, такая участливая и робкая, действовала опьяняюще. Джарае с наслаждением прижалась щекой к мускулистой груди, а ладони положила на широкие лопатки. Дыхание, равномерное и спокойное, эстетичным шипением проходило сквозь его тело. Сильные удары сердца успокаивали. Его запах, по-чисски необычный, но приятный, притягательный, мужской, приятно щекотал ноздри.

Джарае забыла, как дышать, получая невероятное удовольствие от контакта с ним. Он как будто защищал ее от чего-то. Быть может, от самой себя. Слезы высохли, а душу заполнил покой.

Она была измучена. Избрание на должность губернатора, формальные процедуры, Противники, оппоненты, завистники, брат-повстанец, ушедший из семьи, — все это выжало ее, словно ягоду фарр. Неожиданно начало приходит понимание. Траун не просто подчинил ее своей воле, а запустил процесс переосмысления мировоззрения. По-другому. Теперь она будет воспринимать мир по-другому, усваивая все тона и полутона. Должность губернатора предполагает разбор задач под разными углами. Теперь она справится. Она больше не девчонка, бегущая за своими амбициями и жаждой мести за разбитое прошлое, которое уже не вернешь. Траун заставил ее увидеть свою собственную сущность — сущность жертвы, загнанной в угол. Такой она была всю жизнь, до этого момента.

По телу разлились приятные волны тепла. Его присутствие опьяняло. Благодарность наполнила разум. Ей вновь захотелось принадлежать ему. Как женщине, как человеку.

— Траун, — тихо, почти неслышно прошептала Джарае.

Широкая ладонь в ответ мягко легла на голову, немного взъерошив огненно-рыжие волосы. Просьба прозвучала робко и неуверенно:

— Позвольте подарить Вам близость… по-человечески?

Вместо ответа мягкие губы прильнули к ней. Поцелуй, такой нежный, такой романтичный и такой человеческий разнес по телу волны тепла. Она не знала, зачем идет на это. Не знала почему. Просто хотела быть с этим мужчиной. Первым настоящим мужчиной, с которым довелось встретиться. Неважно, что он был инородцем. Эта сила, струившаяся в нем, притягивала, словно магнит. В отличие от всех ее бесхребетных любовников, он был самодостаточен. Не просил, не умолял, а просто брал то, что хотел. Но брал настолько деликатно, что хотелось отдаться ему всецело.

Пальцы прикоснулись к молнии на спине и медленно расстегнули аозой. Гибкое тело выскользнуло из платья. Джарае тут же залилась розовым румянцем, гадая про себя, видит ли он ее смущение в почти полной темноте. Она дотронулась до него, ощупывая грудь, пресс, мышцы спины, плечи. Эстетика сильного чисского тела завораживала. В отличие от нее, Траун совершенно не смущался собственной наготы.

Чисс и человек продолжали сидеть на траве. Белый туман, поднимавшийся от земли, приятно окутывал их тела. С наслаждением вдыхая прохладный ночной воздух, Джарае тактильно изучала партнера: фигурный рельеф мышц, гладкую кожу, мягкие губы. Он позволил ей трогать себя. Доверял ей. Она чувствовала это, ловя эстетическое наслаждение. Его тело было идеально.

Тактичное прикосновение к грудям вызвало у Джарае умилительную улыбку. Он не знает, как правильно ласкать человеческую женщину. Это так забавно…

— Я покажу, — шепнула она, прикасаясь губами к уху.

Джарае повернулась к нему спиной и присела на широкие бедра. Траун приобнял ее, и она прислонила его ладони к груди. Через пару мгновений тишину наполнил томный вздох. Чисс быстро освоил нехитрую технику, мягко перебирая пальцами по соскам и фигурно сдавливая нежную плоть. Он ласкал ее так, будто прикасался к хрупкому произведению искусства.

— Смелее. Не ребенка гладите, — насмешливо шепнула она, на что Траун резко прижал ее к себе, игриво пощекотав живот. Движения стали более уверенными. Массаж был настолько приятен, что девушка выгнула спину, хватаясь руками за мускулистый торс позади и откидываясь назад. Ветерок его дыхания коснулся щеки. Блаженно заурчав, она повернула голову, чтобы сразу утонуть в красивом поцелуе.

Тонкая рука скользнула вниз. Сквозь поцелуй раздалось утробное шипение. Ему был приятно. И он почти готов. Сомкнутая кисть деликатно ласкала рельеф его плоти, с нажимом проводя от головки до основания. Чисс был крайне приятен на ощупь там, уверенный и сильный не только разумом и телом.

Джарае издала легкий стон, когда его пальцы скользнули в промежность, проникая в возбужденное лоно. Массаж внутри принес не меньше удовольствия, чем массаж снаружи. Свободной рукой она обхватила его затылок, зарываясь пальцами в густые иссиня-черные волосы и не желая прерывать оральный контакт.

Как быстро он обучается! Джарае поразилась, насколько человеческими теперь стали его прикосновения. Низ наполнился желанием. Выделения вовсю сочились сквозь его фаланги. А она чувствовала, как плоть под ее тонкими пальцами набухает сильнее, немного вытягиваясь в длину. Неужели это было внутри нее не так давно? И она вновь покорно примет его в себя. Подарит ему нежную человеческую любовь.

Широкие ладони обхватили ягодицы, немного приподнимая таз девушки. Она раздвинула ноги, плотно обхватив коленями его широкие бедра. Такой вежливый и такой деликатный шепот заставил тело дрожать от возбуждения:

— Присаживайтесь…

Медленно опустившись на чисские бедра, она с радостью заключила его в объятья горячего лона. Громкий стон вырвался из груди. Сильные пальцы сомкнулись на девичьей талии. Она начала неспешно двигаться, наслаждаясь дивным соединением тел.

В кромешной тьме девушка ничего не видела, кроме редких вспышек светлячков. Да и не нужно было. Она прекрасно чувствовала чисское тело, вбирая его частичку как можно глубже. Тихие эротичные стоны и прерывистые вздохи плавно наполняли темноту. Его губы коснулись плеча. Джарае приготовилась к тому, что он сейчас вопьется зубами в кожу, но вместо этого Траун принялся нежно целовать ее. Его дыхание, такое прохладное и легкое приятно щекотало кожу, а тихое шипение возбуждало еще больше.

Вращение таза стало более быстрым. Хотелось показать ему всю эстетику человеческой близости. Она подумала вдруг, что никогда не занималась этим на природе. Было во многих местах: в лифте, в шаттле, на плацу, на мостике звездного разрушителя, даже в кабинете гранд-моффа Таркина с одним неопытным энсином. Но именно под сенью баньяна она в полной мере ощущала волшебство близости. Словно древние позабытые инстинкты пробудились ото сна и жаждали удовлетворения.

— Вы двигаетесь очень красиво, — мягко шепнул Траун, опуская руку на низ живота. Джарае громко пискнула, когда пальцы деликатно коснулись клитора. — И реагируете крайне эмоционально.

Она хотела ответить, какой испытывает восторг, наслаждается близким контактом с ним, тонет в его ласке, любит его… Но вместо этого лишь продолжала громко стонать, немного приоткрыв рот. Хотелось больше, сильнее, жарче.

Будто прочитав ее мысли, Траун деликатно обхватил тонкие кисти и отвел их вниз. Повинуясь движениям его тела, Джарае встала на четвереньки. Сильные руки обхватили бедра, и глубокий чувствительный толчок не заставил себя долго ждать. Он двигался быстро, ощущая ее желания, а звонкие хлопки соединились с резкими вскриками. Так просто, по-животному, и в то же время так чувственно. Его сила струилась в ней, наполняя не только тело, но и разум, волшебным единством.

Неожиданно он резко вышел из нее и прикоснулся к другому входу, чуть выше.

— Уже имели опыт? — вопрос был задан настолько деликатно, что Джарае не сразу поняла смысл.

— Да… — сообразив что к чему, выдохнула она, сразу расслабляя нужные мышцы.

Скользкий язык скользнул в промежность, тщательно смазывая необходимый ее участок. Джарае блаженно заурчала, наслаждаясь филигранными движениями мягкого языка. Проникновение оказалось аккуратным и крайне тактичным. Он вошел в нее очень легко. Джарае даже удивилась, как такое возможно без искусственной смазки. Движения были сильными и глубокими, но такими нежными. Она стонала теперь по-другому: утробно, рычаще, словно хищница. А он пронзительно шипел, получая удовольствие новым соединением тел.

Сколько экспериментов за одну ночь! Скажи кто-нибудь утром, что ее ожидает, Джарае ни секунды не колеблясь, отвесила бы наглецу пощечину.

Ощущая его деликатные движения, она предалась восхитительной неге. Он будто знал, чего она хочет. Жар причудливыми волнами расходился по телу, окутывая его, словно взрывная волна от ядерной бомбы. Девушка чувствовала, что уже близка к финалу, а он быстро вышел и, немедля ни секунды, внедрился в лоно как можно глубже, с силой прижимая ее к себе. Стон сорвался на крик, а по телу прошел мощнейший электрический разряд. Перед глазами запрыгали белые блики. Мышцы разом напряглись. Его семя, такое прохладное и приятное, вновь заполнило лоно.

Обессиленная после длительного ночного марафона, Джарае повалилась на траву. Капли пота смешались с мокрой росой, прикоснувшейся к коже. Она закрыла глаза и сильно дышала, ощущая приятное послевкусие от жаркой близости.

— Вы невероятно горяча, госпожа губернатор, — раздался рядом мурлыкающий голос, в котором чувствовалось восхищение. — И очень выносливы.

Она лишь промычала в ответ. Сладостная близость лишила ее возможности говорить. Все тело сотрясала крупная дрожь, а отдышка становилась сильнее и сильнее. Девушка чувствовала, что теряет сознание, но мягкое прикосновение задержало ее в реальном мире. Он легко поднял обессилевшее тело и прижал к себе.

— Я приведу вас в чувство, — спокойно прокомментировал чисс, оценив состояние партнерши.

Сильные пальцы примкнули к вискам, элегантно массируя их. Ничего не соображая, Джарае просто ловила ласковые движения мягких подушечек. В какой-то момент глаза широко распахнулись, а тело резко дернулось. Траун деликатно пресек ее попытку подняться, тактично удерживая и ласково поглаживая по голове.

— Как Вы это сделали? — испуганно спросила девушка, с удивлением ощущая, что сознание полностью восстановилось, а мышцы пришли в тонус.

— Наши расы достаточно похожи: активные точки воздействия на тело одни и те же, — спокойно ответил чисс.

Некоторое время Джарае просто лежала в его объятьях, устремив взгляд вверх и тщетно пытаясь рассмотреть кусочек звездного неба сквозь густые ветви баньяна. Слишком много событий за одну ночь. Губернатор тщательно проанализирует их, но немного позже. А сейчас…

Звонкий смех, словно острый кинжал, пронзил тишину. Она смеялась громко, отрывисто, с душой. Все страхи ушли, сгинули, исчезли. Их место в душе заполнили искренние позитивные эмоции.

— Что же Вас так развеселило? — деликатно усмехнувшись, спросил Траун, чьи алые глаза задорно сверкнули во мраке.

— Простите, Траун. Я снова не могу удержаться, — еле выдавила она сквозь смех. — Просто представила, что где-то в ближайших кустах через прибор ночного видения на нас с Вами любуется гранд-мофф.

— Уилхафф Таркин? — удивился Траун, а в голосе появились веселые нотки. — Пожалуй, было бы очень неловко…

— Нам?

— Ему!


========== Эпилог ==========


На горизонте забрезжила ранняя зорька. Небо постепенно светлело. Прохладный густой туман окутал парк, прозрачно-белой завесой просачиваясь сквозь корни гигантского баньяна. Запели утренние птицы. Травинки покрыла и капли чистейшей росы. Под куполом защитного щита воздух был чист и свеж. Даже шум гигантских магистралей Эриаду-Сити был не слышен под сенью зеленых насаждений.

Из гамака, подвешенного меж двумя корнями величественного дерева, раздавалось равномерное сопение. Губернатор Эриаду спала безмятежным сном, ощущая себя в безопасности рядом с чиссом.

Весь остаток ночи Траун не сомкнул глаз. Он был восхищен человеческой женщиной, поражен ее смелостью, удивлен находчивостью. Тепло ее тела приятно обволакивало его. Джарае заснула прямо у него на груди, бережно укрытая белоснежным мундиром. Траун очень давно не был с женщиной, и этой ночью в весьма нехарактерной для чисса манере он выплеснул всю свою страсть, накопившуюся за долгое время. Он довольно заурчал и плотнее прижал спящую девушку к себе.

Множество мыслей роились в голове. Сила воли заставляла их течь четко регулируемыми потоками, подобно транспортным развязкам меж высоких небоскребов Корусанта. Чисс четко анализировал произошедшие события. Его мозг тщательно просчитывал все возможные последствия. Холодный рациональный подход — это уже половина победы в любом сражении.

Траун совершенно точно определил, что ни в коем случае не скажет Джарае одну очень важную вещь. Он все рассчитал, как обычно подойдя к делу со всей педантичностью, характерной для представителя его расы. Джарае пошла за ним. Она бы в любом случае последовала за гранд-адмиралом. Того мимолетного взгляда на светском приеме оказалось вполне достаточно, чтобы увлечь ее за собой, как ту обманутую осу. Однако этим утром ее тело должно было быть найдено в том живописном пруду с зеркальной гладью. Так пожелал Дарт Вейдер, направив одного из самых доверенных подчиненных на эту миссию. Политический курс для Эриаду, который выдвинула губернатор Берисс, шел в разрез с интересами Темного Лорда, но более чем удовлетворял гранд-моффа Таркина. А поскольку два имперца в последнее время работали вместе, неумело играя друг с другом в преданных союзников, Вейдер не мог действовать напрямую и поручил такое деликатное дело чиссу.

Широкая ладонь ласково провела по мягким огненно-рыжим волосам. Джарае блаженно застонала во сне, уткнувшись лбом в подбородок чисса. Нет. Она будет жить и трудиться на благо Империи! Эта девушка не заслуживает смерти лишь потому, что не боится высказывать собственное мнение.

Пусть еще немного поспит, прежде чем приступить к обязанностям губернатора. А он отправится на Мустафар в Темную твердыню Владыки. За неисполнение приказа его накажут. Всенепременно накажут. Степень наказания и увечий будет зависеть лишь от настроения Лорда Вейдера. Траун также выскажет свое мнение относительно губернатора Берисс: как всегда, бесстрастно и прагматично. Постарается убедить Владыку в ее полезности для Империи и лично для Владыки. Затем после наказания Траун скорее всего несколько дней, а то и недель, будет плавать в бакта-камере, излечиваясь от увечий. Вейдер будет думать, что преподал урок своенравному гранд-адмиралу, у которого внезапно проснулась совесть, но Траун получит от своего поступка намного больше. Милосердие, оказанное сейчас, пусть и в скрытой незаметной форме, даст Империи гораздо больше преимуществ. Ведь, чтобы с успехом бороться против врагов, звездному государству нужна сплочённость его лидеров. А самый опасный враг не дремлет, готовя вторжение из темных глубин Неизведанных регионов. Кому, как не Трауну, знать это?!

Поглаживая Джарае по голове, он тщательно анализировал ее поведение. Траун совершенно четко уловил не только страсть, но и то чувство, которое люди называют любовью. Это было весьма необычно. Ведь она совсем не знала его, чисса, инородца, нелюдя. Ответы на вопросы он уже получил.

Прикосновения к нежной человеческой коже вновь вызвали в нем желание. Неожиданно тонкая женская рука скользнула вниз, забираясь в промежность. Траун издал страстное шипение от аккуратного прикосновения. Джарае подняла голову, заглядывая в светящиеся алые глаза. Чисс с удовольствием заметил, что она больше не боится его гротескных очей, позволяя прожигать себя насквозь. Сон еще не до конца отпустил ее, но в ней определенно чувствовалась человеческая любовь. Лазурно-голубые глаза сияли восхищением, а на губах играла искренняя улыбка. Движения ниже с каждой секундой становились все настойчивее и настойчивее, разнося приятные волны возбуждения по организму. Обняв ее, он аккуратно перевалил девушку на спину, зависая сверху и тепло улыбаясь. Вежливый голос дополнился приятно прохладным предрассветным туманом, окружившим гамак со всех сторон:

— Еще немного удовольствия, госпожа губернатор?

— Да, Траун, — томно прошептала она, обхватывая мощный торс. — Я хочу кричать от Вашей любви! Я хочу подчиняться…

— Громко? — с предвкушающими нотками в голосе спорил он, аккуратно входя во влажное лоно и совершая сильный толчок.

— Ммм… Очень громко! Ааа!..