История Дауда (fb2)


Использовать online-читалку "Книгочей 0.2" (Не работает в Internet Explorer)


Настройки текста:


Ленинградская область. Примерно девять тысяч лет назад.


Небольшое стойбище приютилось на берегу реки. В центре горел костёр, вокруг которого стояли три простых укрытия. Каркасом им служили бивни Владык Тундры, которых спустя тысячелетия назовут мамонтами. Стенами служили простые, грубо обработанные шкуры. Полтора десятка людей, одетых в шкуры зверей, несколько мужчин, женщин и детей занимались разными делами. Две женщины готовили скудную добычу на костре, мужчины сосредоточенно, при помощи заострённых костей, откалывали каменные чешуйки от кусков кремня, изготавливая из них наконечники для стрел и копий. Несколько детей носились вокруг стойбища, самые маленькие спали у костра.

Ближе всех к огню сидел глубокий старик. Его длинные спутанные волосы давно уже были полностью седыми, но из - за грязи всё равно казались почти чёрными. Одет он был лучше остальных своих соплеменников - его одежды были изготовлены из хороших пушных шкур маленьких хищных зверьков. На шее старика висело несколько костяных ожерелий. Одни бусы были совсем маленькие, другие были размером с лесной орех. В руках он держал результат многомесячных трудов - часть цельного куска бивня Владыки Тундры, которому он придал округлённую форму. На верхней части изделия, был с большим мастерством выжжен сложный рисунок, основой которого служило изображение человека, вооружённого копьём. А узором служил древний знак солнцеворота, который спустя тысячелетия будет незаслуженно опорочен, и на долгие столетия станет для людей символом зла.

Похожий рисунок темнел и на левой ладони старика. Ещё раз осмотрев творение своих рук, старик глубоко вздохнул: конец был близок. Столько зим, сколько у него было пальцев на руках и ногах, минуло с того дня, когда последний из Владык Тундры нашёл свою смерть на дне обрыва, куда его сбросил страх перед самым страшным оружием, какое было в те времена у людей - огня. Именно из его бивня был изготовлен артефакт, который старик сейчас держал в руках.

Пододвинувшись к костру почти вплотную, старик швырнул в него несколько сухих веток, и огонь стал заметно ярче. Сжав в руке своё изделие, старик почти беззвучно зашептал непонятные слова. Знак на его руке вспыхнул голубым светом, так же, как и знак на изделии из бивня. Соплеменники с благоговейным страхом уставились на старика, чьи глаза изменились - исчезли зрачки и радужка, остались лишь белки. Для старика же мир изменился - исчезли стойбище и окружавшие его леса, исчез берег реки и сама река. Остался лишь небольшой клочок земли, парящий в пустоте, и костёр, чьё пламя стало тёмно-фиолетовым, а дым чёрным, как безлунная ночь.

Сжав своё изделие в правой руке, старик вскинул левую, на которой ярко вспыхнул знак, и в бесчисленный раз воззвал к пустоте, окружавшей его. Но ответа он не получил. Тяжело вздохнув, старик опустился на колени перед костром. На что он надеялся? Последний раз Мудрый являлся ему и говорил с ним многие зимы назад, незадолго до того, как пал последний из Владык Тундры. Уже тогда он предупреждал, что конец его близок, так же, как и конец для многих племён. На вопрос, будет ли это концом и для племени Старика, Мудрый прямого ответа не дал, туманно сказав - “От тебя всё зависеть будет”.

Старик покачал головой. Для его племени настало тяжёлое время. Исчезли Владыки Тундры и многие другие звери, что кормили его племя. Менялся и сам мир. Вечные льды немыслимой высоты таяли с каждым годом. Из - за края света начали приходить чужие люди. Их было много, они стали вступать в бой с племенами, что века жили в здешних лесах. В этих битвах племя старика потеряло почти всех своих охотников. Старик как мог старался использовать силы, что давным-давно, ещё мальчишкой получил от Мудрого. Не раз это спасало племя от гибели. Изготовленные им амулеты укрывали охотников от взора диких зверей, заговорённые им копья били без промаха. Он знал, в какой стороне прячутся звери, видел на охоте самые незначительные следы, те что не мог разглядеть больше никто. Но годы брали своё, его тело всё больше подводило его. Да и сила, полученная от Мудрого, была уже не та. С каждым годом она слабела всё больше.

Было ли тому виной то, что Мудрый перестал говорить с ним, или его старость, на это у старика не было ответа. Больше всего его угнетало то, что он, как ни старался, не смог найти преемника. Ни один из детей, или взрослых охотников не перенял даже малой толики полученных стариком сил. И с его смертью, дыхание которой он ощущал всё отчётливее, племя лишиться последней надежды выжить. Горькие мысли старика прервал какой-то шум. Нахмурившись, но попытался понять, откуда он исходит. Здесь, посреди пустоты не было ничего, что могло бы шуметь…

Внезапно он понял, что шум слышит его тело, что осталось сидеть у костра в стойбище. Сосредоточившись, старик зажмурился, а после открыл глаза. В следующий миг мир снова резко изменился, пустота исчезла, он сидел у уже догорающего костра. Время замерло для старика, и это позволило ему осознать происходящее. Вокруг отовсюду раздавались истошные крики - по стойбищу бегали незнакомые люди. Чужаки, пришедшие из-за края земли!

Охотники его племени лежали там же, где делали оружие из кремня. У одного был размозжен череп, у второго был вспорот живот - его внутренности вывалились наружу. Третий был утыкан стрелами, но он по прежнему сжимал глотку чужака, чья голова была неестественно вывернута.

А прямо перед стариком стоял другой чужак, уже замахнувшийся огромной суковатой дубинкой, для решающего удара. Зарычав, старик вскинул руку - знак Мудрого на руке вспыхнул, и чужака отбросило далеко назад. Прямо на поваленное дерево, точно на хищно торчащие острые сучки, проткнувшие тело человека насквозь.

Это действие отняло у старика почти все силы. А ведь когда-то он мог проделывать такое несколько раз подряд без отдыха… Но думать об этом было некогда. Старик вскочил на ноги и тут же взвыл от боли - только сейчас он почувствовал, что из спины торчат несколько стрел. Хрипя, он попытался вытащить их, но не успел. Копьё, направленное умелой и сильной рукой, пронзило грудь. Старик мгновение разглядывал торчащее у него из груди древко, потом мощный удар отшвырнул его, и он упал у одной из хижин.

Жизнь быстро вытекала из него, разум захлёстывала темнота. Сквозь застилавшую глаза пелену он увидел одного из чужаков, за волосы тащившего отчаянно сопротивляющуюся женщину, в то время, как другой методично добивал детей копьём. Ещё один чужак уже устроился у костра и вовсю уплетал готовившуюся на нём пищу. На умиравшего старика никто из грабителей-чужаков внимания уже не обращал, и потому не заметил, что губы его что-то шепчут, а вытекавшая из раны кровь устремилась к изделию из бивня Владыки Тундры, которое старик по-прежнему сжимал в руке. С тихим шипением кровь словно впитывалась в артефакт, отчего рисунок постепенно начинал светиться огнём.


На следующее утро, когда отряд налётчиков стал собираться назад в родное стойбище, один из чужаков заметил что-то в руке убитого накануне старика. Заинтересовавшись, он взял в руки добычу старика, но спустя мгновение взвыл от боли. Непонятная штуковина из бивня мамонта страшно обожгла ему руку, оставив на ней жуткую обугленную рану. В бешенстве он зашвырнул её в лес, попав, сам того не ведая, точно в нору лисицы.

На следующий день, уже в родном стойбище, обожженная рука опухла и перестала двигаться. Через два дня, к утру она почернела, а вечером охотник умер, хрипя и кашляя кровью. Через неделю кашляя кровью умерло трое охотников, вождь, несколько женщин и четверо детей. Через месяц могучее племя, наводившее своими набегами ужас на соседей перестало существовать.


Ленинградская область. 201х год.


Металлодетектор радостно заверещал, показывая наличие в комке грязи цвет - мета. Значит добыча уже выкопана, и теперь надо просеивать землю. Володька положил детектор и принялся подносить куски земли к поисковой части. Поводив несколько раз перед металлоискателем горстью земли, он отбрасывал её в сторону. Наконец, при поднесении очередного комка к детектору, раздался радостный писк. Вот оно!

Аккуратно разломив комок глинистой почвы пополам, Володька поднёс сначала одну часть к детектору (тишина), затем вторую (радостный писк). Поскольку комок уже был небольшой, Володька начал аккуратно его разгребать прямо на ладони. И через несколько мгновений лес огласился досадными:

- Твою же мать! Чтоб тебя, зараза!

На ладони лежала частичка пояска от снаряда размером с ноготь. Делались такие пояски из меди, и поэтому звенят они очень хорошо.

- Блин, полчаса убил на тебя! Эх!

С трудом подавив желание зашвырнуть небольшой кусочек меди подальше в лес, Володька отнёс его к лежавшей на земле плащ-палатке и кинул к остальным находкам. Выкинешь - потом опять сам же наткнёшься на него.

Охотничий азарт, появившийся, пока Володька упорно выкапывал из густо пронизанной корнями земли частичку пояска, сменился досадой. А он-то надеялся, что там монета. Раскрыв лежавший там же на плащ-палатке вещмешок, Володька достал из него двухлитровую бутылку воды сделал несколько жадных глотков. Уф, хорошо. Убрав бутылку назад в вещмешок, он огляделся. Вокруг него простирался относительно молодой лес, с густым подлеском.

На дворе стоял июль месяц, лето выдалось не по - Питерски жарким, и в лесу было очень душно. Дико хотелось скинуть пропотевший армейский камуфляж, но тогда точно сожрут комары. Спрей от кровососущих вредителей был давно уже израсходован. Да и не помогал он особо. То ли качество плохое, то ли комары выработали иммунитет, то ли кровососам настолько хотелось жрать, что они готовы были игнорировать любой запах, лишь бы утолить свою жажду крови.

- Кого вы тут интересно жрёте, когда меня нет? - проворчал Володька, беря лопату и закапывая с таким трудом вырытую ямку.

Закопав её, молодой человек огляделся, и почесал щетинистую щёку. Эх, вот так вот стоишь в лесу, и если не знаешь, то ни за что не скажешь, что меньше ста лет назад тут была деревня. Причём большая и вполне зажиточная. Но началась Первая Мировая Война, потом она перетекла в Гражданскую Войну. Затем были тяжёлые послевоенные годы.

А потом, на деревню обрушилась Вторая Мировая Война. Сначала немцы, выбивая отступавшую Красную Армию, разрушили артиллерийскими ударами половину деревни. А потом, когда стало известно, что в оккупированной деревне разместился штаб немецкой пехотной дивизии, уже Красная Армия обрушила на неё мощь своей авиации. Мощь была внушительная - в деревне не осталось ни одного целого дома, и немецкому штабу пришлось перебраться в расположенную неподалёку церковь, с толстыми кирпичными стенами и хорошим подвалом.

А деревня так и не восстановилась - нечего было восстанавливать, да и некому. И вот, спустя три четверти столетия, на месте где когда-то жили люди, теперь растёт лес. Мать природа торжествует и ехидно потирает руки. Но там где когда-то жили люди можно найти много чего интересного. И именно этим Володька и занимался в свободное время.

Копателем он стал не так давно, спасибо приятелю с параллельного курса. Как-то раз он вытащил Володьку на рыбалку за город, а чтобы было чем заняться, если клёва не будет, приятель захватил простой, на любителя, металлодетектор. Рыбалка не заладилась, и приятели пошли в лес. И как это часто бывает, новичку повезло. Володька в первые десять минут наткнулся на пятикопеечную монету тысяча девятисотого года, причём в неплохом состоянии. После этого он с диким азартом два часа прочёсывал лес, откопав в добавок к монете три консервные банки и несколько пивных крышек.

Всё! Это стало началом конца. Новое увлечение захватило парня с головой. Предыдущие увлечения компьютерными играми и фантастикой ушли даже не на второй, а на десятый план. Все накопленные деньги, почти тридцать тысяч, были потрачены на металлоискатель.

В первые же свободные выходные Володька сел на электричку, и отправился за город в лес, копать. И потратив три часа, ничего не нашёл, кроме пустой бутылки, судя по на половину стёртой этикетке, из под дешёвого армянского коньяка (наверняка поддельного) с металлической крышкой. В добавок ко всему, он не додумался взять с собой поесть, оделся в шорты, футболку и сандалии, и при этом, не взял ничего от комаров.

Как итог, он потерял выходные, не меньше полу - литра крови, но зато приобрёл опыт. К следующему походу он подготовился вместе с приятелем весьма основательно. Собрал еды и воды, средство от клещей и комаров, запасные батарейки для металлодетектора, сапёрную лопатку, охотничий нож. В мобильный был загружен навигатор последней версии, в интернете были распечатаны старые карты, на которых были обозначены давно исчезнувшие деревни. С дачи был привезён армейский камуфляж, в который, к своему облегчению, Володька ещё влезал. Хотя и с трудом. Уже перед самым выходом приятель вспомнил про туалетную бумагу (И нечего улыбаться! Вот прихватит вас посреди леса, тогда посмотрим кто будет улыбаться, особенно если рядом не будет лопухов (имеется ввиду растение с широкими листьями)).

Должная подготовка и толика удачи принесла свои плоды. Из того похода они с приятелем вернулись оба с добычей, хотя и разного профиля. Приятель откопал ржавый и погнутый штык-нож, Володька же откопал две копейки, правда не в лучшем состоянии. И это не считая почти килограмма патронов и стрелянных гильз, множества осколков от снарядов и пары танковых треков.

С тех пор двое студентов как за зарплатой ездили в лес, на место уничтоженной во время войны деревни, и методично шерстили землю с металлоискателем в руках. Правда, цели поисков у них были разные. Приятель мечтал откопать винтовку. Или автомат. А лучше пулемёт. Немецкий МГ-34 или 42.

На скептические замечания Володьки: А) Всё уже давно сгнило; Б) Это незаконно и могут посадить; приятель только отмахивался. Мол, их и так можно сажать уже, как чёрных археологов, это раз, два, он лично закон об оружии считает несправедливым, принятым властями для того, чтобы легче было контролировать народ. А все заверения, что российскому народу нельзя давать в руки оружие, потому что сразу по - пьяни все друг друга перестреляют, это байка, выдуманная самими властями. Потому что, чем меньше вооружён народ, тем легче его контролировать и тем больший беспредел себе могут позволить власти, не опасаясь вооруженного восстания. И вообще, он же не собирается бегать с ним по улицам. Пусть лежит дома. На всякий случай. А насчёт сгнило, это смотря где лежало. Если в земле, то скорее всего да, времени прошло не мало. Но если в болоте, то там в безвоздушной среде кое-что вполне могло сохраниться в рабочем состоянии.

В чём-то Володька был с ним согласен. Положа руку на сердце, он бы тоже не отказался иметь дома верный АК - 74М, с которым он пробегал срочную службу. И цинк другой патронов. Так что, если всё-таки попадётся что-нибудь, он против не будет. Но всё же главной целью его поисков были монеты. И на то была причина. Его подруга, Юлька, поначалу не одобрившая его новое увлечение, резко изменила своё мнение, когда он подарил ей свою первую найденную монету. Воспоминания о её благодарности до сих пор вызывали глупую улыбку на лице и напряжение внизу живота. Причина была проста - Юлька, как и её мать, страстно коллекционировала монеты. Причём, коллекция у них была одна на двоих, и весьма неплохая. Были там и современные юбилейные червонцы, советские монеты, заграничные, даже несколько царских. Хотя, коллекция была и не совсем законная. Но что поделать, если российское государство предпочитает, чтобы предметы культурного наследия сгнили в земле, чем, не дай Бог, их откопает простой человек. Нет, пусть лучше сгниют в земле.

Отдохнув, Володька взял металлодетектор и пошёл дальше прочёсывать землю. Жалко что в этот раз он один. Но что поделать, у приятеля был уважительный повод пропустить сегодняшние раскопки - стал дядей. Его сестра на днях родила дочку, и на выходных вся семья собралась отметить это радостно событие. Но в любом случае, пусть и в одиночку, этот выезд прошёл не зря. На плащ-палатке помимо осколков и стрелянных гильз лежала кованая петля от ворот, погнутый ухват и самое ценное - монета времён Екатерины. Сохранность, правда, была ужасной, но разобрать двухголового орла всё же было возможно. Судя по справочнику, который Володька всегда брал с собой на раскопки, это были пять копеек. Точно понять было сложно, монета была стёрта почти в ноль.

Детектор то и дело пищал, указывая на наличие железа, но Володька не обращал внимание - в местах где шли бои вся земля усеяна им, никакого времени не хватит останавливаться у каждого зазвонившего места. Тем более, что в большинстве своём это были ржавые осколки, или, как их называли на своём сленге копатели - шмурдяк. Поэтому, Володька останавливался лишь там, где детектор показывал цвет - мет.

Увы, до темноты ничего стоящего больше не попалось. Вздохнув, Володька собрал свои трофеи и, сверившись с навигатором, направился в сторону ближайшей деревни, где находилась железнодорожная станция. Расстояние было приличным, почти десять километров через лес. На обратном пути копатель-любитель по привычке водил перед собой включённым детектором. Изредка раздавался писк железа, а так ничего, пока недалеко от мелкого лесного ручья детектор вдруг не заверещал благим матом.

Володька резко остановился, поводил детектором из стороны в сторону. Место обозначилось очень точно, но вот с металлом детектор никак не мог определиться, выдавая то медь, то никель, то серебро, то золото, то латунь. Та - ак. А вот это было уже интересно. Глубина была приличная, почти метр - на самом пределе возможностей детектора. Но раз так пищит, значит там что-то точно есть и не маленькое.

Взглянув на часы, Володька задумался. Если сейчас начать выкапывать чтобы это ни было, то он точно опоздает на электричку, а значит домой вернется не раньше трёх-четырёх часов утра. С другой стороны… Воображение быстро нарисовало студенту древний клад, полный серебряных монет и золотых украшений.

Решение было принято. Положив в сторону вещмешок и детектор, Володька схватил лопату и принялся копать. Дело шло медленно - рядом росло множество деревьев, корней было много и, как назло, все толстые. Надежда управиться за час быстро умерла. Через полтора часа, взмыленный студент уже начал опасаться, что может опоздать и на ночную электричку. Когда яма стала напоминать окоп на одного человека, а заветный клад по прежнему не показывался, Володька не утерпел и схватил детектор. Пятнадцать сантиметров. Ну ладно…

С новыми силами он снова вгрызся в землю. Наконец, штык лопаты упёрся во что-то твёрдое. Ещё через минуту Володька при свете мобильника разглядывал свою находку. Это был предмет, толщиной сантиметров семь, округлой формы, и диаметром сантиметров двадцать. Нахмурившись, Володька поднёс его к детектору и тот взорвался звоном и визгом.

Это привело паренька в ступор. Найденная им штуковина однозначно не была металлом - слишком лёгкая, да и на ощупь видно, что не металл. Хм. Камень? Нет, слишком лёгкий. Дерево? Не похоже, слишком твёрдый. Ладно, фиг с ним, дома разберёмся, а сейчас надо поспешить, или ночевать ему на станции. Закинув откопанный артефакт в вещмешок, Володька поспешил на электричку.


Домой он вернулся поздно, быстро сходил в душ и завалился спать. Проснулся Володька только во второй половине дня и в холодном поту. Всю ночь его мучили кошмары, но проснувшись он не смог вспомнить ни одного из них. Позавтракав и приведя себя в порядок, он достал свою вчерашнюю находку, аккуратно смыл с неё грязь и наконец рассмотрел её при свете дня.

Вот это да… Будучи студентом ист - фака добросовестно посещавшим лекции по археологии, Володька понял, что у него в руках кость или рог какого-то очень крупного зверя. Может быть мамонта. Но самое главное, на ней было что-то изображено! С невероятным мастерством древний создатель этой вещи то ли вырезал, то ли выжег на одной стороне находки рисунок - человек с копьём в кругу из орнамента, в котором доминирующим знаком была свастика.

Обалдеть, похоже он вчера наткнулся на стоянку людей каменного века. Только вот непонятно, с чего это детектор среагировал на кость? Проверив ещё раз - так и есть, верещит как дурной на находку, Володька достал мобильный и набрал номер деканата ист - фака.

- Алло, добрый день, это Акимкин Владимир. Вы не могли бы подсказать номер Захара Викторовича? Да, записываю. Большое спасибо.

- Алло, Захар Викторович? Добрый день, извините, что беспокою вас, это Акимкин, второй курс, исторического. Точнее, уже третий. Вы сегодня в институте, мне нужно с вами увидеться? До пяти? Хорошо, уже бегу, буду через полчаса.

Через сорок минут, запыхавшийся Володька, стоял перед дверью в кабинет заведующего кафедрой археологии Масленникова Захара Викторовича. Постучавшись, он вошёл. Преподаватель сидел за столом и пил чай, попутно что-то читая в компьютере.

- Добрый день молодой человек. Ну, присаживайтесь, рассказывайте, что у вас случилось?

Присев напротив преподавателя, Володька заговорил:

- Если коротко, дело вот в чём. Вчера я в лесу, примерно в ста километрах от Питера, искал монеты. Там раньше деревня была. И на обратном пути, засёк детектором вот это вот. Думаю, вам оно будет интересно.

С этими словами он выложил из рюкзака свою находку. Едва Захар Викторович увидел её, как в глазах академика зажёгся неподдельный интерес:

- Позвольте, Владимир…

Взяв находку, он включил настольную лампу, надел очки и принялся внимательно разглядывать её. Буквально через минуту, он не скрывая волнения спросил:

- Где вы это откопали?

- В лесу, примерно в десяти километрах от станции.

- Место запомнили?

- Ну, найти смогу… А что это?

- Владимир! И этот вопрос мне задает человек, которому я поставил “хорошо” на экзамене! Это изделие явно из бивня мамонта! Вы понимаете, что наткнулись на неизвестную ранее стоянку первобытных людей?

Следующие полчаса Захар Викторович буквально засыпал Володьку вопросами - где нашёл, на какой глубине, не было ли там ещё чего-нибудь, куда он выкидывал землю и так далее. В конце он строго отчитал Володьку за самовольные раскопки, напомнив, что это вообще-то незаконно, и к тому же, то как он копал, это варварство и наглядный пример как НЕ НАДО делать.

- Я понял Захар Викторович. Послушайте, а всё-таки, что это такое?

Академик откинулся на спинку стула и заговорил более спокойным голосом, чем отчитывал Володьку:

- Произведение искусства первобытных людей, возможно, предмет культа. В данный момент, отечественные и зарубежные археологи спорят о назначении подобных находок. Впрочем, на сегодняшний день их насчитывается всего несколько единиц. Если не ошибаюсь, их было всего три найдено, не считая вашей, так что, вас можно поздравить, своё имя в историю отечественной археологии вы вписали. Но это не суть. Куда более интересно другое, остальные три были найдены в Западной Сибири, при этом, ваша как две капли воды похожа на них. Начиная от материала, заканчивая сюжетом орнамента. Что наводит на очень любопытные мысли о возможных маршрутах миграции древних людей и откуда пришли наши предки…

Всё, Захар Викторович пропал. Мыслями академик уже был в ленинградской области, с лопатой в руках. Его вполне можно было понять - буквально с неба свалилась такая удача - да уже одна эта находка давала материала на несколько научных статей. В мечтах академик уже заканчивал писать монографию и публиковался в ведущих западных журналах, что являлось одним из важнейших критериев эффективности вуза, для нынешнего министерства науки и образования.

- Несомненно, это важнейшее археологическое открытие! Я сейчас же позвоню ректору и…

- Осторожно!

- Ох! Вот невезение…

В порыве эмоций Академик случайно задел рукой свою стеклянную кружку с чаем и она упала на пол, разбившись на осколки.

- Я помогу! - сказал Володька и кинулся собирать их.

- Осторожнее, совок в шкафу есть.

- Ать! Зараза…

Володька еле удержался от мата - это же надо умудриться так напороться пальцем на осколок! Кровь брызнула так, словно он перерезал сосуд.

- Ну что же вы, Владимир! Одну минуту, у меня тут был носовой платок - засуетился академик.

- Спасибо, блин, это же надо так…

В суете, ни студент ни академик не заметили, что несколько капель крови попали на находку. Едва первая капля коснулась её, как знак вспыхнул слабым голубым светом и постепенно начал разгораться.

- В администраторской должна быть аптечка, сейчас сходим и забинтуем.

- Спасибо большое, а то… Что за х**ня?!

Академик и студент открыли рты - на столе Захара Викторовича горел настоящий костёр фиолетового цвета, и с каждым мгновением он разгорался всё сильнее. Первым сориентировался Володька:

- Пожар!

Скинув летнюю куртку, он бросился к столу, намереваясь сбить пламя, но сделать ничего не успел. Едва он подошёл к огню, раздался мощный взрыв. В здании института выбило почти все стёкла, как и в нескольких соседних жилых домах. Когда приехали спасатели, полицейские, ФСБшники и прочие оперативные службы, они обнаружили полностью развороченный кабинет и оглушённого академика, погребённого в руинах книжного шкафа. Никаких следов огня, Володьки или его находки не было видно.


========== Глава 1. ==========


Взрыв на какое-то мгновение оглушил Володьку, в глазах потемнело, а в ушах не стихал звон. Но очень быстро это прошло и сознание прояснилось. Впрочем, в его ясности Володька тут же усомнился, едва огляделся. Вокруг него была безграничная пустота. И он падал! Определённо точно, он с огромной скоростью падал вниз. Мимо него пронеслось что-то, кажется, часть какой-то улицы, парившая в пустоте прямо вместе с землёй.

- Какого хрена!

Ответа на свой вопль Володька так и не получил, а тем временем падение с огромной скоростью продолжалось. Мимо стали пролетать самые разные и невозможные предметы, разглядеть которые удавалось лишь мельком. Кажется, Володька видел корабль, чем-то напомнившей крейсер “Аврору”. И ещё он был уверен, что пролетел мимо огромного кита. Продолжая падать, Володька лихорадочно соображал, что чёрт возьми происходит. Самое логичное объяснение, что это сон. Вот только какого чёрта он тогда осознает что это сон и не просыпается?! Так, надо проверить себя! Сунув ладонь в рот, Володька изо всех сил сжал челюсти. Ать мля! Больно! Так почему сон не проходит?!

Додумать эту мысль студент ист - фака не успел. Внизу вдруг появилось пятно белого света и он влетел в него на огромной скорости. А в следующий миг упал на землю плашмя, да так, что дух вышибло.

- Ох, да чтоб тебя - прохрипел Володька.

Кое-как встав на четвереньки, он попытался отдышаться. Когда это ему удалось, он поднялся на ноги и огляделся.

- Что за херня?..

Больше ничего он сказать не смог. С открытым ртом он осматривался, куда он попал. Володька стоял на тротуаре рядом с домом, стоявшим на берегу какой-то реки, но это точно была не его родная Нева. По обеим сторонам вдоль набережной стояли трех-четырёх этажные дома, напомнившие ему Лондон девятнадцатого века, каким он его видел в фильмах. Выглядели, правда, дома крайне паршиво. У многих из них были выбиты стёкла, большинство окон заколочены. Да и вообще, весь окружающий пейзаж выглядел мрачным, серым и угрюмым. Размышления его были прерваны смехом, раздавшимся со спины. Обернувшись, Володька напрягся, увидев смеявшихся.

Это были двое мужиков, одетые как в фильмах про девятнадцатый век, с цилиндрами на головах, стоявшие неподалёку. В руках у обоих было по длинному ножу, у одного к тому же висел какой-то предмет, похожий на пистолет семнадцатого века. При этом рожи у обоих были самые что ни на есть бандитские. На них, разве что, большими буквами не было написано о судимости за тяжкие преступления.

Но самым хреновым было то, что оба показывали пальцами на Володьку, и явно шли к нему. Не дожидаясь, пока ему зададут традиционный вопрос “Как пройти в библиотеку?”, Володька развернулся и, на всех парах, припустил вдоль домов вниз по улице. Сзади раздались крики и топот ног. Кричали, похоже, на ломаном английском. Блин, да что это за бред!? Мысли неслись в голове студента так же резво, как сам он драпал по набережной. А топот позади не прекращался, как и ругань. Володька даже различил несколько угроз.

Потом неожиданно раздался мощный выстрел и что-то просвистело рядом с головой. Бля! Это придало Володьке сил и он помчался ещё быстрее. Топот позади между тем стих, но Володька продолжал нестись, пока на повороте не врезался на полной скорости в какого-то мужика, появившегося из-за угла. С воплем оба упали на тротуар. Володька ещё и умудрился схлопотать удар в живот. Хватая ртом воздух, он перевернулся на спину, и увидел склонившегося над собой ещё одного мужчину.

Мужчина был одет в форму, напоминавшую чем-то военную форму англичан викторианской эпохи. На голове у него была каска, на поясе висел короткий меч, а на груди, похоже, кремневый пистолет. Несколько секунд Володька разглядывал его, а он Володьку. Затем мужик с выражением лютой ненависти на лице нанёс удар сапогом прямо в лицо Володьке, и мир потемнел.


Лорд Джеймс Кастерлок нахмурился. Чего-то не хватало. Определённо, какой-то детали, маленькой, но очень важной. Она ускользала от него и он никак не мог её вычленить. Проклятье! Без неё его шедевр, как торт без вишенки! Хорош, вкусен, но не полон. Втянув воздух через стиснутые зубы, Джеймс изо всех сил напрягся. Что же это? Что он упустил?!

В этот момент, обнаженная девушка, привязанная к деревянному кресту кожаными ремнями, замычала и завертела головой. Джеймс раздражённо спросил:

- Ну что ещё?

Бессмысленный вопрос, ответить девушка всё равно не смогла бы - её рот был заткнут кляпом. Вместо ответа она продолжила мычать и мотать головой. Обречённо вздохнув, Джеймс подошёл к ней и выдернул кляп:

- В чём дело Криста?

- Господин, я больше не могу терпеть, пожалуйста… - жалобно протянула девушка.

- Ох, ладно…

Обреченно взмахнув руками, Джеймс принялся отстёгивать кожаные ремни. Освободившись, Криста сразу же метнулась в небольшую комнатку, располагавшуюся в углу мастерской, а Джеймс вернулся к своему мольберту, на котором был установлен огромный холст, для портретов в натуральную величину. На нём была нарисована Карда Фолески, пожалуй, самая известная фанатичка, поклонявшаяся Чужому, и сожжённая Смотрителями почти сто лет назад. Как раз момент сожжения на кресте и изобразил Джеймс. Надо признать, художником он был неплохим.

Конечно, до великого Соколова ему было далеко, но тем не менее, его мастерство было признано. И, что ещё выгодно отличало его от признанного гения, Джеймс не писал свои картины по нескольку месяцев. Обычно, на это у него уходила одна-две недели. Правда, при одном условии - если, у него было вдохновение. Не чувствуя его, Джеймс мог несколько часов простоять перед холстом, не сделав и десятка мазков, как бы он себя ни напрягал. Но когда вдохновение посещало лорда, тот начинал писать как одержимый, только успевая смешивать цвета и наносить краски на холст.

Как раз источником такого вдохновения и была для этой картины Криста, служанка, натурщица и одна из любовниц Джеймса. Услышав звук смываемый воды, лорд обернулся. Криста как раз выходила из уборной, и шла к нему. Несколько секунд Джеймс разглядывал её. Довольно худая, как и большинство простолюдинок в Дануолле, но при этом не лишённая определённой грации. Длинным светлым волосам, обычно собранным в узел, но сейчас распущенным, могли бы позавидовать многие модницы-аристократки. Тяжёлая работа на прачечной, откуда Джеймс забрал её к себе в поместье, оставила на ней свой отпечаток. Хотя, за последний год он значительно сгладился. Нет, определённо в ней была своя прелесть. Как хорошо, что он заглянул тогда к своему приятелю, владельцу той прачечной и заметил Кристу. Иначе бы, она так и сгинула.

Приблизившись к Джеймсу, девушка робко спросила:

- Продолжим?

Лорд задумался, почесал подбородок, бросил взгляд на картину, затем на девушку.

- Нет, на сегодня хватит. Продолжим завтра. А сейчас, иди сюда.

Хихикнув, Криста принялась помогать Джеймсу избавиться от фартука и остальной одежды, после чего увлекла его к рабочему столу лорда, находившемуся тут же, в мастерской. Всё немногое, что было на столе, полетело на пол. Впившись в губы служанки, одной рукой Джеймс сжал её грудь, другой вцепился в её волосы. Да, всё-таки это была большая удача, что он её тогда заметил…


Тяжело дыша, Джеймся медленно гладил по спине и волосам сидевшую на столе девушку, которая что-то тихо мурлыкала. Поцеловав её в лоб, Джеймс на мгновение отстранился и весело прошептал:

- Ну а теперь, позаботимся о здоровье моей музы.

Отпустив девушку, лорд обошёл письменный стол и приблизился к стоявшему в углу сейфу. Открыв дверцу висевшим на шее ключом, он достал из него небольшую закупоренную склянку и вернулся к Кристе.

- Открой ротик, девочка моя.

Девушка послушно выполнила приказ.

- Вот так вот!

Откупорив пробку, Джеймс поднёс к её губам склянку и девушка быстро выпила ярко-красную жидкость. Поцеловав её в лоб, лорд сказал:

- Завтра после обеда жду тебя здесь на том же месте.

- Как вам будет угодно, - промурлыкала девушка, спрыгнула со стола и принялась одеваться. Джемс последовал её примеру. Он едва успел надеть штаны и рубашку, как в дверь мастерской постучали:

- Господин, ваш ужин!

- Входите девочки.

Дверь открылась и в неё вошли две служанки с серебряными подносами, на которых лежали несколько закрытых блюд. Обе метнули быстрый взгляд на не спеша одевавшуюся Кристу. Джеймса это нисколько не побеспокоило. С чего бы, если он и так спит со всеми тремя, порой даже с двумя одновременно. И все три не раз и не два позировали для его картин. Как правило, целиком, или частично обнажённые.

Хелена и Роза, так же как и Криста, были его удачными находками. Обе были красивы, хотя каждая по своему. Роза была рыжей, Хелена, как и Криста, была блондинкой. Хелену он встретил в императорском дворце, где она раньше прислуживала Императрице. Розу он увёл у одного знакомого аристократа, имевшего весьма извращенные вкусы в постели. Сам же Джеймс в этом плане был прямо-таки образцом нравственности, по сравнению со многими другими аристократами. В том смысле, что предпочитал нормальные способы любовных утех, без ударов током, связывания верёвками и засовывания различных предметов в не предназначенные для этого отверстия. Те случаи, когда, как сегодня, он связывал своих натурщиц или одевал их в различные наряды - не в счёт. Всё это делалось исключительно ради вдохновения!

Пока Хелена и Роза ставили подносы с едой и вином на его стол, Джеймс достал из своего личного сейфа ещё три эликсира Соколова. Один он протянул Хелене, два Розе, так как у той была маленькая дочка. Которая, вполне может статься, была и от Джеймса. Может быть, если он так и не женится, стоит признать её? Надо будет это обдумать на досуге. Как только этот досуг появится.

Выдав служанкам эликсиры и отпустив их, лорд навёл порядок в своей мастерской и по совместительству рабочем кабинете. Убрал краски, вылил растворитель, почистил кисти, собрал разбросанные на полу вещи, скинутые со стола. Убедившись, что порядок приемлемый, Джеймс тщательно оделся перед зеркалом, заправился и причесался. Отражение ему понравилось. Выглядел лорд на двадцать с чем-то, хотя на деле ему было уже за тридцать. Подтянутый, с хорошей осанкой, тщательно выбритый, с короткими тёмными волосами и серо-стальными глазами. Красивое мужественное лицо, волевой подбородок.

Удовлетворившись своим внешним видом, Джеймс взглянул на часы и вздохнул. Почти девять. Скоро надо ждать гостей по работе. Усевшись в своё кресло, лорд откинулся на спинку и устало вздохнул. Работа… Как же он её не любил. Будь его воля, он бы всего себя посвятил одному только искусству. В глубине души Джеймс мечтал однажды, чтобы его работа превзошла шедевры Соколова. Пусть хоть одна, но пусть это будет идеальная работа.

Увы, занятие искусством требовало денег. Род Кастерлоков был зажиточным, но это обеспечивалось упорным трудом. Семья Джеймса несколько поколений владела химической фабрикой, расположенной на окраине Дануолла. Фабрика приносила неплохой доход. На ней выпускали удобрения, составляющие для пороха и взрывчатки, компоненты для некоторых лекарств.

Как ни странно, в последнее время дела у фабрики шли неплохо. Причины были две. Одна - чума, охватившая Дануолл, а вторая дальновидность и решительность Джеймса. Когда эпидемия только началась, лорд действовал быстро и решительно. Был выкуплен старый приличных размеров особняк, принадлежавший разорившемуся аристократическом роду, и расположенный в центре города напротив поместья Кастерлоков. Здание было большое, с просторными комнатами но обветшалое и требовало ремонта. В сжатые сроки ремонт был проведён, и фабрика переехала на новое место, подальше от окраин. Ремонт и переезд оборудования сами по себе стоили не мало, но расходы только начались. Пришлось выкупить у домовладельца жилое здание, находившееся на той же центральной улице, где поместье Кастерлоков и переехавшая фабрика. Хорошо ещё, что оно досталось по дешёвке - владелец спешил уехать из Дануолла. Жилое здание было быстро переоборудовано в барак для работников фабрики и их семей, куда было приказано переехать всем желающим сохранить работу. Дважды никого просить не пришлось - рабочие вместе с семьями просто не верили своему счастью и за два дня барак оказался забит под завязку. Но никто даже не думал жаловаться. Причина была проста - чума подбиралась всё ближе к району, где раньше находилась фабрика и жило большинство рабочих.

Решив проблемы с переносом оборудования и переездом рабочих, Джеймс занялся перепрофилированием производства. Как раз в тот момент, великий гений Антон Соколов, создал свой эликсир, помогавший предотвратить заболевание на ранней стадии. Великий учёный был приглашён на переехавшую фабрику и за щедрое пожертвование на свои дальнейшие опыты, помог быстро переделать оборудование для производства своего эликсира. Это тоже обошлось недёшево, но окупило себя.

Дела сразу пошли в гору. Спрос превышал предложение, фабрика работала в три смены. Снизило расходы и то, что абсолютно все рабочие изъявили желание получать часть зарплаты эликсиром. Пошатнувшееся состояние Кастерлоков быстро поправилось. Дела шли неплохо, а Джеймс, видя как чума захлёстывает всё новые районы, не переставал хвалить себя за своевременную эвакуацию рабочих и фабрики.

А потом грянул гром. Убийство императрицы, объявление лорда Берроуза регентом и постепенно нарастающий хаос. Чтобы всё не пошло прахом, пришлось ещё раз тряхнуть мошной. Но уже не одному, а вместе с теми из соседей, кто ещё остался. Их центральная улица была в спешном порядке обнесена забором и превратилась в крепость. На обеих концах улицы были установлены купленные за приличные деньги новые изобретения Соколова - световые стены. Работали эти штуки здорово, хотя были сложны в управлении.

Кое-какая помощь поступила и со стороны лорда-регента. На их улице, для охраны фабрики по производству эликсира, ставшей стратегически важным объектом, расквартировали батальон императорской гвардии. Под их казармы был переделан один из опустевших жилых домов. С того дня, вся улица окончательно превратилась в крепость. Гвардейцы несли стражу у обеих световых стен, перегораживавших выходы с улицы, ходили патрулями вдоль домов, и охраняли фабрику, а так же складские помещения для сырья и готовой продукции, под которые был спешно переделан один из конфискованных в пользу правительства домов, по соседству с фабрикой. Вход и выход на предприятие, да и вообще на всю улицу был только по пропускам. Впрочем, жители улицы были только рады этому. Особенно после того, как целая толпа отчаявшихся плакальщиков из трущоб попыталась прорваться на склад фабрики, требуя выдать им эликсир.

Вспомнив тот день, Джеймс невольно содрогнулся. Идиоты! Почти десяток обратился в пепел, пытаясь прорваться через световую стену. Ещё почти полсотни убили поднятые по тревоге гвардейцы, открывшие огонь на поражение.

Это событие вызвало незамедлительную реакцию лорда-регента. В добавок к батальону гвардейцев прислали ещё и несколько толлбоев - ещё одно гениальное изобретение Соколова. А также устроили рядом с фабрикой арсенал, где был помещён запас оружия и боеприпасов. Пропускной режим был ужесточён ещё больше - рабочим фабрики запретили покидать пределы улицы. Хотя, они и не спешили, учитывая, что чума продолжала бушевать и подбиралась всё ближе.

Всё это не лучшим образом сказалось на делах Джеймса. Несмотря на то, что работала она круглые сутки без перерыва, доходы значительно снизились. Во многом потому, что почти пятьдесят процентов изготавливаемого эликсира бесплатно забирал лорд-регент, для выдачи его Смотрителям и городской страже. Но Джеймс даже не думал возмущаться. Он был достаточно умен, чтобы понимать, что с лордом-регентом лучше иметь хорошие отношения. Иначе можно очень быстро оказаться на улице, а всё твое имущество мигом конфискуют.

Наоборот, он несколько раз был на приёме у Берроуза и всячески заверял лорда-регента, что сделает всё, чтобы фабрика не переставала работать и продолжала снабжать стражу и гвардию эликсиром. Ведь они наша единственная защита, в это тяжёлое время. Это пришлось по душе Берроузу, и Джеймс аккуратно намекнул ему о недопустимости того факта, учитывая чрезвычайное положение, что некоторые частные торговцы продают сырье для его фабрики по завышенной цене. По сути, это скрытая попытка саботировать её работу!

Лорд-регент намёк понял. Впрочем, во многом его доходчивости способствовала приличная сумма денег, переданная Джеймсом. Так или иначе, но результат оказался совершенно не таким, каким ожидал Джеймс. Он был уверен, что Берроуз заставит поставщиков снизить цены, чтобы позволить предприятию удержаться на плаву. Но лорд-регент не стал размениваться по мелочам, а просто конфисковал всё сырьё, находившееся на правительственных складах и приказал страже бесплатно поставлять его на фабрику. А запасов этого сырья хватало почти на год непрерывной работы.

Это не просто позволило свести концы с концами, но даже принесло прибыль, причём неплохую. С одной стороны, лорду, конечно, было жаль тех торговцев, у которых конфисковали всё сырьё, но с другой стороны, что поделать. Такое нынче жуткое время. Правда, что делать, когда запасы кончаться, Джеймс старался не думать. Очень хотелось надеяться, что гениальный Соколов к тому времени найдёт лекарство от чумы и всё придёт в норму.

Часть прибыли вчера Джеймс отнёс Берроузу в виде благодарности и заверений в своей преданности. Выслушав все его заверения и оценив благодарность, лорд-регент остался доволен и решил наградить Джеймса. Подчеркнув, что это награда с его стороны знак большого доверия.

Ха! В гробу он видал такое доверие и награду! Джеймса назначили “Главой Особого Района Кирстрит” в который по приказу лорда-регента превратилась улица, уже давно ставшая островком относительного порядка и нормальной жизни, в захлестнувшем город хаосе чумы. Соответствующий документ, написанный на специальной императорской гербовой бумаге, с печатью и подписью самого Берроуза сейчас лежал как раз в том сейфе, где Джеймс хранил запас эликсира Соколова для себя и своих слуг.

Этот документ давал Джеймсу практически неограниченные полномочия в управлении ОРК. Под его прямое подчинение переходил батальон гвардейцев с прикомандированными к нему толлбоями. Звучит внушительно, вот только суть была в том, что теперь на Джеймса, помимо забот с фабрикой, свалилась ещё целая куча проблем. Теперь он отвечал за организацию охраны, снабжения фабрики сырьём, поставки продовольствия в район. Работы было много, времени в обрез, а отвечать в случае чего пришлось бы головой.

Так что, для начала он собирался избавиться от головной боли с охраной. Командиру батальона гвардейцев, полковнику Лорсту, новость о его переподчинении Джеймсу совершенно не понравилась. Старого вояку бесила сама мысль о том, что он должен подчиняться какому-то гражданскому, пусть и аристократу. И такое положение дел Джеймса категорически не устраивало. Тем более, что он и не рвался командовать, так как отдавал себе отчёт, что в военном деле ни черта не смыслит.

И именно поэтому, он сегодня пригласил полковника к себе на ужин к девяти часам. На часах стоявших у стены было без двух минут, когда в дверь постучали. А вот, похоже, и он…

- Войдите.

В дверь величественно вошёл Лорст, державшийся с безукоризненной военной выправкой. На вид ему было лет пятьдесят, с блестящей лысиной, и пышными седыми усами. На нём был парадный красный с синим мундир, на боку украшенный золотом именной палаш, каску он повесил на сгиб локтя.

- Полковник Лорст, рад вас видеть. Прошу вас, присаживайтесь. Ужин принесли буквально минуту назад. Нет-нет, сидите, вы мой гость.

Джеймс был сама любезность. Поставил перед слегка опешившим полковником тарелку и поднял клош. В ноздри сразу ударил аромат жареного мяса.

- Мой повар прекрасно готовит жаркое, прошу вас, угощайтесь. Сейчас мясо непросто достать, из-за карантина и этой проклятой чумы.

- Благодарю, лорд Кастерлок…

- Прошу вас, когда мы не на публике, можете звать меня Джеймс. Желаете выпить? Вина? Или может чего покрепче?

- От чего покрепче не откажусь.

- Прошу, у меня есть замечательный коньяк, тысяча восемьсот двадцать первого года. Как раз тогда, Джесамина, да будет земля ей пухом, взошла на трон.

- Да, её смерть это страшная трагедия для всей империи.

- Согласен! Давайте выпьем, за покойную императрицу и за то, чтобы юная Эмили была спасена как можно скорее.

- Хороший тост!

Чокнувшись, Джеймс сделал глоток коньяка. Неплох! Поставив бокал на стол, лорд посмотрел полковнику в глаза.

- Ну что же, мы оба деловые люди, поэтому предлагаю перейти сразу к делу.

Нахмурившись, полковник осторожно кивнул.

- Скажу вам прямо, я ни черта не смыслю в военном деле. И я никоим образом не собираюсь указывать вам, полковник, как вы должны делать свою работу. Во всех вопросах связанных с охраной нашего района я полностью полагаюсь на ваш богатый военный опыт. Я нисколько не сомневаюсь, что вы лучше знаете, как нужно всё организовать, чтобы полностью обеспечить нашу безопасность и непрерывную работу фабрики, как того требует лорд-регент.

- Хм… Честно говоря, не ожидал от вас такого. Не сочтите за оскорбление, но я опасался, что вы полезете командовать…

- Ни в коем случае! За свою жизнь я прекрасно усвоил одно простое правило - если сам не знаешь или не умеешь, дай возможность профессионалу сделать его работу. Поэтому, всё чего я прошу от вас, это чтобы вы раз в неделю приносили мне рапорт о том, как идут у вас дела, чтобы я мог отправить его вместе с моим докладом лорду-регенту.

- Само собой, приказы лорда-регента не обсуждаются.

- Позвольте спросить, а что у вас со лбом?

- А, какой-то чокнутый врезался в меня на бегу, когда я проверял посты в конце улицы. Так бежал, что аж с ног меня сбил. Сначала решили, что это плакальщик, но он оказался здоров. Мои парни отделали его будь здоров. Хотели вообще пристрелить, но я решил отправить его в Колдбридж…

Посидели они почти час и расстались в самых тёплых отношениях. Полковник взял с Джеймса обещание, что он непременно зайдёт в их офицерский клуб на игру в покер. Когда полковник ушёл, в дверь мастерской и одновременно кабинета зашла Роза и забрала подносы с тарелками. На часах была половина одиннадцатого. Джеймс устало потёр глаза. Спать хочется, а у него ещё намечены двое посетителей.

Когда на часах было без двадцати, в дверь снова постучали.

- Войдите.

В комнату зашёл худой человек, одетый в поношенную, но чистую и опрятную одежду.

- Добрый вечер, Джеймс.

- Добрый, Майкл. Рассказывай, как дела на фабрике.

Вздохнув, управляющий фабрикой достал из кармана камзола лист бумаги и протянул его Джеймсу:

- Это список расходников, которые нужны до конца недели. В верхнем списке необходимый минимум, без которого никак, в нижнем то, что было бы желательно купить, если будет возможность.

- Постараюсь достать всё. Что со сроками?

- Укладываемся, нужное количество эликсиров будет готово.

- Хорошо. А как рабочие?

- Не так уж плохо. У них есть крыша над головой, работа и хоть какая-то безопасность. Это больше, чем есть у большинства людей в Дануолле сейчас.

- Хорошо, если что-то срочно понадобится, сообщи. Выпить хочешь?

- Не откажусь.

Щедро наполнив бокал Майкла коньяком, Джеймс ещё какое-то время поболтал с ним о разных мелочах. Расстались они, когда на часах уже было без пятнадцати одиннадцать. Проводив друга, Джеймс запер дверь мастерской изнутри и оставил одну единственную свечу на столе. Осталось дождаться визита последнего гостя. Для храбрости, лорд налил себе ещё коньяка. Хотя, переусердствовать тоже не очень хорошо. Допив коньяк, лорд убрал бутылку обратно в шкаф. А когда обернулся увидел, что в его кресле кто-то сидит.

От неожиданности, Джеймс отпрыгнул, но почти сразу узнал гостя. Хотя это не сильно его успокоило.

- Дауд. Я ждал вас в полночь…

- Освободился раньше, - голос у гостя был хрипловатый и жесткий.

Окинув лорда жестким взглядом, он продолжил:

- Дело сделано. Лорд Херишь сегодня вечером погиб. Несчастный случай, упал с лестницы и сломал шею. Прямо в своём доме.

Кивнув, Джеймс позволил себе слабое подобие улыбки. Новость его откровенно обрадовала, но открыто выражать свои эмоции в присутствии самого известного и опасного убийцы в городе он не рискнул.

- Замечательно. В таком случае, перейдём к оплате. Как и договаривались, полторы тысячи.

Дауд молча кивнул, продолжая наблюдать за Джеймсом из кресла. Стараясь держаться как можно увереннее и спокойнее, Джеймс прошёл к сейфу и достал из него три небольших слитка из чистого золота, с печатью имперского монетного двора. Стараясь не делать резких движений, он положил их на стол перед убийцей. Тот небрежно осмотрел их и убрал во внутренний карман.

- В расчёте. Если понадобятся мои услуги ещё раз, ты знаешь где найти моих связных.

- Непременно, но надеюсь, что тот, кто займёт должность Хериша, окажется умнее своего предшественника. Знаете, Дауд, вы мне нравитесь. Я имею ввиду, как профессионал своего дела, - поспешно добавил Джеймс.

- С вами одно удовольствие работать. Вы делаете своё дело, получаете за него оговорённую плату и не требуете, в отличие от этих прогнивших чиновников, чтобы за работу, которую они и так обязаны делать, им ещё и доплачивали. Вот как по вашему, чем мне помешал Херишь? Эта жирная свинья требовала взятку, в противном случае, он грозил, что с поставками продовольствия в наш район могут возникнуть проблемы. Намекал, что надо доплачивать охране, сопровождающей конвой с продовольствием, за риск, откупаться от банд, за проход через их территорию. Требовал почти три тысячи! Ха, убрать его оказалось вдвое дешевле, подумать только. И вот ведь лживая скотина! Всем прекрасно известно, что деньги, которые он получает в качестве взяток, он спускает в “Золотой кошке”, извращенец.

Дауд, выслушавший монолог Джеймс с безразличным выражением лица, на последних словах хмыкнул и произнёс:

- Примерно то же самое я слышал и про вас.

- Э… Что?

- Ходят слухи, что вы заказали у известных в узком кругу людей несколько весьма специфических предметов, - Дауд взглядом указал на стоящий в углу деревянный крест с кожаными ремнями.

- А, это! Ничего такого, это всё было куплено для моих картин, - Джеймс указал на практически завершенную работу.

- Этот крест, например, я приобрёл исключительно ради написания этой картины. “Сожжение Карды Фолески”. Одна из служанок позировала мне для неё.

- Вы привязали бедную голую девушку к этой штуковине ради написания картины и ещё называете Хериша извращенцем? - в глазах Дауда мелькнула насмешка.

Джеймс почувствовал что начинает злиться. Какого чёрта он вообще разговорился с этим типом?! Дело сделано, они в расчёте, так что он может убираться вон (кстати, как он вообще сюда попал?!). Но почему-то ему стало небезразлично, что о нём подумает этот человек.

- Это было просто позирование, ничего более! Да, я её привязал ремнями, но лишь для реалистичности, и каждый час мы делали перерыв. Пока она была привязана к кресту, я её и пальцем не тронул, если вы об этом!

- Неужели? Даже ни разу не прикоснулись к беспомощной девушке, пока она была целиком в вашей власти?

- Нет, представьте себе.

- Бросьте, все аристократы, с которыми я имел дело, трахали своих служанок, или лапали, если их клинки уже успели затупиться и сломаться от возраста. Не поверю что вы ни разу не переспали ни с одной из тех трёх смазливых девок, что работают у вас.

- Этого я не говорил. Да, я сплю со своими служанками. И что, я неженатый свободный человек и имею на это полное право. Но предпочитаю делать это, как и положено, в постели. Ну, или, в крайнем случае, на столе, за которым вы сейчас сидите.

При последних словах Дауд мрачно взглянул на столешницу и немного отодвинул кресло.

- И нечего смотреть на меня так! Ни одну из них я не принуждал. Я дал им работу, плачу за неё достойные деньги, выделил им комнаты в моём поместье, ещё и бесплатно снабжаю их эликсиром Соколова через день! Что удивительного в том, что они благосклонно отреагировали на мои знаки внимания?

- Действительно, что тут удивительного? - хмыкнул Дауд.

Одним неуловимым движением убийца оказался на ногах и подошёл к картине. Джеймс удивлённо моргнул. Когда он успел взять в руки свечу со стола?

- Пожалуй в чём-то я вас понимаю… Картина и вправду хороша… Хм…

- Вам нравится?

- Неплохо, хотя мне больше нравится другая ваша работа, где обнажённая девушка в маске смотрителя допрашивает связанную ведьму.

- О, вы и её видели? Интересно как?

- Когда принимал ваш заказ две недели назад.

- Не угадаете, кто её заказчик.

- Верховный Смотритель Кемпбелл.

- Что?! Откуда вы…

- Я видел её у него в тайном кабинете.

- Вот как…

- Хм… Чего-то не хватает…

- Да я тоже это чувствую, но никак не могу понять…

- Пытки.

- Эм… Что?

- Надо добавить следы пыток. Хотя бы пару отметин от плети или царапин на её теле. Лучше в интимных местах, для усиления эффекта. Она же побывала в застенках смотрителей, а вы изобразили её тело идеальным и безупречным.

- Хм… А это идея… Думаю, вы правы. Спасибо вам за совет.

- Не стоит, - хмыкнул Дауд.

Развернувшись, он посмотрел Джеймсу прямо в глаза.

- Знаете, Кастерлок, вы пожалуй и впрямь, будете немного получше, чем большинство прогнивших Дануоллских аристократов. Скорее всего, вы заботитесь о рабочих вашей фабрики ради своего кошелька, а о служанках ради похоти, но другие и этого не делают. Надеюсь, мне не доведётся брать заказ на вас. Но если это всё же случится, я постараюсь сделать так, чтобы цена была не по карману нанимателю.

- Эм… Спасибо. Скажите, Дауд, прежде чем вы уйдёте, это правда? Ну, то что про вас говорят? Будто, Чужой наделил вас магией?

Убийца криво усмехнулся:

- Полная чушь и сказки.

Джеймс удивлённо моргнул. Что за?! Куда он делся? Только что стоял перед ним? Оглядевшись, лорд заметил что свеча стоит на столе, но самого Дауда нигде не было видно. Похоже, всё-таки правда…

Выругавшись, Джеймс погасил свечу, запер мастерскую и отправился спать. Но сон к нему не шёл. Проворочавшись почти час, лорд не выдержал. Опять! Стоило ему закрыть глаза, как перед глазами начинали маячить какие-то тени, и возникало ощущение, что нечто наблюдает за ним. По опыту Джеймс знал, что так он может промучиться до рассвета, но не уснуть.

Снотворное в таких случаях ему не помогало, а только делало хуже - гарантировало ему ночь кошмаров. Впрочем, лекарство от этого было. Тихо ругаясь, в одной ночной рубашке, Джеймс спустился на второй этаж и замер перед одной из комнат. Проверив ручку (не заперто), вошёл. Дверь предательски скрипнула и Роза проснулась.

- Господин? Это вы? - сонно просила девушка.

- Да, спи милая моя.

Когда он залез под одеяло, девушка тихо прошептала:

- Опять кошмары?

Вопрос был риторический. Крепко обняв девушку, Джеймс прижался к её спине и зарылся лицом в кудрявые рыжие волосы. Ощущение тепла женского тела, присутствие рядом живого существа, как всегда подействовало. Через минуту он провалился в спокойный сон без сновидений.


Тень человека, с чёрными как ночь глазами, криво усмехнувшись, растворилась в углу спальни.


========== Глава 2. ==========


Первое, что почувствовал Володька, придя в себя, была боль. Болело почти всё тело и особенно лицо. С огромным трудом, ему удалось привести мысли в порядок, и вспомнить, что с ним произошло. Лучше бы он не вспоминал. Шипя от боли, он кое - как сумел сесть и осмотреться.

Увиденное ему совершенно не понравилось. Володька лежал на нарах в тёмной грязной камере, выход из которой закрывала решётка. Больше в ней никого не было, и это уже радовало. Откуда-то издалека доносились голоса, но что-либо разобрать не удавалось. А после того как он прихрамывая дошел до решетки, Володька осмотрелся.

Видно было не много, но этого хватило, чтобы понять - он в тюрьме. Большинство камер напротив пустовали, в одной у решётки стоял какой-то бесновавшийся мужик. Прислушавшись, Володька сумел даже что-то разобрать. Язык был похож на английский, вот только акцент и произношение были какими-то странными. Мужик же орал на всю тюрьму, что это ошибка, что у него есть могущественные друзья и всё в этом роде. Прошедший мимо по коридору охранник в грязной синей форме не удостоил его даже взгляда. Судя по его роже, и тому, с каким отвращением он смотрел перед собой, “охранник в тюрьме” это была явно не работа его мечты.

Насмотревшись, Володька рухнул без сил на нары и беззвучно заплакал. Твоё налево, да что же это такое?! Что это за безумие?! Куда он, мать вашу, попал?! Ответы он получил вскоре и от весьма неожиданного собеседника.


Покинув Кастерлока, Дауд перенёсся на крышу его поместья. Там его ждали двое ассасинов.

- Наставник?

- Порядок, всё прошло чисто. Можете возвращаться в Убежище, я вернусь позже. У меня ещё остались кое-какие дела.

Поклонившись, оба ассасина растворились в воздухе. Подойдя к краю крыши, Дауд не спеша пошёл вдоль него, разглядывая лежащий под ним район. По сравнению с окружающим городом, это и впрямь был островок спокойствия и порядка. Интересно, как долго это продлится? Как долго им удастся сдерживать натиск чумы? Судя по тому, как быстро всё катится к чёрту, недолго.

При мысли об этом Дауд невольно скрипнул зубами. В груди опять проснулось неприятное новое чувство - вина. Вина за смерть Джессамины. После её убийства всё пошло наперекосяк, город начал погружаться в хаос всё глубже и быстрее. Теперь он понимал, что лишь она удерживала Дануолл от катастрофы, вот только изменить уже не мог.

Дойдя до края крыши, Дауд сделал шаг в пустоту и перенёсся на соседнюю. Сколько это ещё будет продолжаться? Как долго ещё будет длится агония Дануолла? Скорее всего, ещё несколько месяцев, если не будет найден способ справиться с чумой.

Размышляя об этом, Дауд дошёл до крыши крайнего дома, выходившего к одному из каналов реки Ренхевен. Пора возвращаться в Убежище. Путь неблизкий, к тому же идёт через опасные районы. Впрочем, мастера-ассасина это не особо волновало. Ухмыльнувшись, он спрыгнул с крыши. Несколько мгновений свободного полёта, после чего Дауд телепортировался на тротуар.

Он уже почти прошёл всю набережную, когда что-то его насторожило. Прислушавшись, Дауд нахмурился. Знакомый шум, на самом краю слышимости. Сделав пасс рукой, Дауд огляделся. Мир привычно выцвел, дома, река, небо - всё стало одного мёртвого серого цвета. Вдалеке горели несколько жёлтых огоньков - люди. А вот неподалёку горела синим огнём легко узнаваемая вещица.

Подойдя к подъезду заброшенного дома, Дауд усмехнулся. В куче мусора лежала руна Чужого. Так-так, вот это удача. Подобрав находку, Дауд был готов убрать её во внутренний карман, когда что-то его остановило. Нахмурившись, он пригляделся к руне. Что-то с ней не так…

Вырезанный на ней рисунок не походил ни на один из тех, что он видел раньше. Он явно не имел к символике Чужого никакого отношения. Что за дьявольщина? Дауд осторожно провёл по контуру рисунка левой рукой, на которой навсегда отпечатался знак Чужого. Лучше бы он этого не делал…

Знак на руке вспыхнул голубым светом, рисунок на руне загорелся фиолетовым огнём. Реакция у Дауда была отменная, но даже он сделать ничего не успел. В мгновение ока фиолетовое пламя охватило его целиком.

Когда трое шляпников рискнули выглянуть на улицу посмотреть, кто это так дико орал, они ничего не заметили. Кругом всё было тихо и спокойно, насколько это вообще возможно в городе, охваченном чумой.

- Наверное какого-то бедолагу крысы сожрали, - проворчал новичок.

- Хм, возможно… Сбегай на всякий случай за ещё одной парочкой бутылок с горючей смесью - без неё от этих тварей не отбиться, - решил старший, поправив видавший виды цилиндр на голове.


Чужой величественно опустился в роскошное кресло и закинул ноги на стол. Посреди пустоты парил, словно вырванный из здания парламента Дануолла, богато отделанный кабинет. Мебель и обстановка была изысканная, у его хозяина явно был вкус. У парящего в пустоте кабинета, правда, не хватало потолка и одной из стен. Напротив пустой стены и устроился в кресле Чужой.

Ему некуда было спешить - в Пустоте, его вотчине, время было покорно его же воле. Достав из ящика рабочего стола бутылку вина и бокал, Чужой одним движением пальца выбил пробку, повисшую в воздухе, и наполнил бокал. Сделав один символический глоток, Чужой усмехнулся. Разумеется, никакого вкуса он не ощутил, ведь всё вокруг, начиная от вина и заканчивая кабинетом, было лишь тенью реальных вещей. Так что все эти телодвижения с наливанием вина были лишь своеобразным ритуалом. Опрокинув бокал, Чужой вылил вино, превратившееся в воздухе в красное облако, быстро развеявшееся.

Когда оно улетучилось, Чужой устремил свой взор в бескрайнюю пустоту. Его чёрные глаза отчётливо видели в ней грядущее. Судьбы людей и события, переплетённые и стоящие отдельно, свершившиеся и возможные, неизбежные и маловероятные. Река времени текла перед его взором, а на лице Чужого блуждала усмешка. Скоро начнётся веселье. Вырисовавшаяся картина будущего ему определённо нравилась. Да, это будет очень забавно. Сколько возможностей, сколько путей, сколько вариантов. Скоро, можно будет начать веселье.

Внезапно, произошло невозможное, невероятное, немыслимое! Целый ворох событий и людских судеб вздрогнул и изменился, вспыхнув фиолетовым пламенем. Картина будущего бурлила и менялась, искажаясь. Возникали новые события, как незначительные, так и судьбоносные для всей империи. Чужой резко поднялся в воздух. Кресло и стол разлетелись в щепки, обернувшиеся прахом, который развеялся в пустоте.

Новая картина будущего ему определённо не нравилась. Нет, так никуда не годится! Слишком долго он, тщательно и аккуратно, готовил её. Это было не просто, учитывая, что он не мог вмешиваться напрямую, а мог лишь намекать, шептать во снах, или одаривать немногих избранных своим знаком. Чёрные глаза впились в поток грядущих событий, выискивая причину, источник того, что порушил такую замечательную картину грядущего.

И вскоре причина была найдена. Ею оказалось исчезновение одной из фигур, которая сыграла не последнюю роль в будущем Дануолла, и которой ещё предстояло поучаствовать в будущем всей империи. Дауд! Один из избранных, отмеченных его знаком. Убийца, наблюдать за действиями которого всегда было так интересно. Он исчез! Его жизненный путь неожиданно и резко оборвался.

Внимательно и не спеша Чужой проследил путь Дауда до того момента, когда он исчез из его поля зрения. Увиденное Чужому не понравилось. Дауд исчез, его утянуло куда-то сквозь пустоту. Чужой не смог отыскать его след, лишь слабое эхо, исчезавшее где-то в безграничной пустоте. Это уже само по себе было немыслимо! Пустота была его вотчиной. Что способно на такое? Присмотревшись тщательнее, он ощутил отголосок силы некой сущности, подобной ему, но совершенно незнакомой. И источником этой силы была какая-то странная руна, которую нашёл Дауд, и она же явилась источником его исчезновения. При этом сама руна так же пропала.

Сосредоточившись, Чужой внимательно вгляделся в поток событий, высматривая, откуда эта руна вообще появилась. Вскоре, всё стало ясно. Задумавшись, Чужой не спеша опустился в кресло, появившееся из сгустившегося облака дыма. Похоже, стоит посетить кое-кого в тюрьме Колдбридж. Забавно, всё может оказаться даже веселее, чем он рассчитывал…


Мимо с огромной скоростью неслись обрывки реальности: части улиц, домов, корабли, даже парочка левиафанов. Точнее, это Дауд нёсся мимо них сквозь пустоту на огромной скорости. Никаких возможности прекратить или хотя бы замедлить падение у него не было. Магия не помогала, какие бы способности он ни пытался применить, всё было тщетно.

“Если это шутка черноглазого ублюдка, он об этом пожалеет, чего бы мне это не стоило”. В том, что это дело рук Чужого, мастер-ассасин почти не сомневался. А кто ещё был способен на такое? Хотя… Взглянув на руну, которую он по прежнему сжимал в руке, Дауд на мгновение засомневался. Всё-таки что-то в ней было не так. От неё веяло чем-то чужим, в силе, которая таилась в ней, чувствовалось скрытая враждебность, чего Дауд ещё ни разу не встречал в рунах Чужого.

Правда, додумать эту мысль он не успел. Падение резко оборвалось и Дауда вышвырнуло в реальность. В нескольких метрах над землёй. Сработали инстинкты, выработанные за годы работы наёмным убийцей, и Дауд успел сгруппироваться. Вот только это не сильно помогло, так как рухнул он прямо на какого-то человека.

- Что, бля?!

Его непонятный вопль резко оборвался, когда оба рухнули на землю. Тихо выругавшись, Дауд вскочил на ноги и застыл. Вокруг него простирался красивый парк, с ухоженными дорожками, скамейками и уличными фонарями. Вокруг было множество деревьев, за которыми виднелись очертания какого-то дворца или особняка. Воздух был тёплым, небо практически безоблачным, а солнце грело будь здоров. Одно Дауд мог сказать точно, это не Дануолл.

Впрочем, долго осматриваться ему не дали. Один из стоявших рядом парней, судя по всему, приятель того человека, на которого Дауд упал, подскочил к нему и заорал:

- Ты че блядь, охуел мужик?!

Ни слова из его речи Дауд не понял, даже не смог приблизительно понять, диалект какого это острова. Но этого и не требовалось - действия парня говорили сами за себя. Сжав кулак, он попытался ударить Дауда в челюсть. Судя по тому, как он двигался, парень был слегка пьян. Впрочем, удар получился неплохой, похоже, он умел драться врукопашную. Вот только это ему не помогло.

Без малейшего труда увернувшись и пропустив его мимо себя, Дауд со всей силой нанёс парню удар в бок. Раздался неприятный хруст и парень отлетел с дороги прямо на ближайшую скамейку, неплохо ударившись головой об неё.

- Падла!

Ещё один парень бросился с кулаками на Дауда, какие-то девицы истошно закричали. Пропустив мимо себя летящий кулак очередного нападающего, который отнюдь не блистал мастерством, Дауд перехватил его за запястье левой рукой и нанёс резкий удар правой ладонью в сгиб локтя. Раздался хруст и рука согнулась в обратную сторону, сломавшаяся кость проткнула кожу, брызнула кровь. Парень дико взвыл, но тут же заткнулся, получив удар сапогом в живот и отлетев в сторону скамейки к своему приятелю.

Вокруг тем временем со всех сторон начали раздаваться вопли:

- Полиция! Полиция!

- Помогите, маньяк!

- Спасите, убивают!

- АААААА!

Дауд выругался. Вокруг было полно людей. В основном это были женщины с детьми. Такого количества людей в одном месте он уже не видел довольно давно. Несколько женщин, схватив на руки детей с завидной скоростью убегали, многие что-то орали, прижимая к головам какие-то мелкие предметы. Нетрудно догадаться что они кричали - наверняка звали городскую стражу. А значит, надо убираться отсюда. И вообще, понять, куда он попал.

В этот момент парень, на которого он упал, сумел встать на четвереньки, оглядеться и увидеть избитых приятелей.

- Ах ты мразь! Зарежу, гнида!

С этими словами он начал подниматься на ноги, при этом достав из кармана ножик. “Вот же идиоты”. Это уже начинало раздражать. Одним отработанным движением выхватив клинок, Дауд нанёс быстрый удар тыльной стороной по затылку парня. Тот снова рухнул на землю. Для верности, Дауд наступил каблуком сапога по ладони, сжимавшей нож. Хрустнули пальцы, парень застонал.

- Русик! Нет!

Одна из стоявших рядом девиц бросилась на Дауда, замахиваясь… Бутылкой? Это уже было просто смешно. Дауд вскинул левую руку. Знак Чужого вспыхнул на ладони, девушку подняло в воздух. От удивления она вытаращила глаза, но сказать ничего не успела - движением кисти Дауд отправил её ближайшие кусты. И тут…

- Стоять!

- Не двигаться!

- Бросить оружие!

Слов Дауд не понял, но интонации узнал безошибочно. Повернувшись, он увидел метрах в пятнадцати от себя двоих стражников. Их легко было отличить от остальных людей - одетые в тёмную форму, на поясах дубинки, в руках что-то вроде пистолетов, только какие-то маленькие. И эти пистолеты были нацелены прямо на него.

- Стоять! Бросай нож!

- На землю, лицом вниз! Кому говорю!

Слушать дальше их крики, тем более, что он не понимал ни слова, Дауд не собирался. С городской стражей, прогнившей как и весь Дануолл, он никогда не церемонился. И что-то ему подсказывало, что здешние стражники мало чем отличаются от Дануоллских.

Вскинув левую руку, Дауд выстрелил из арбалета, одновременно бросаясь в сторону. Годы тренировок не прошли даром. Громыхнули выстрелы, но пули прошли мимо. А вот короткий арбалетный болт попал в голову левому стражнику. В следующий миг Дауд при помощи силы Чужого оказался перед правым и сразу нанёс ему удар клинком в сердце. Но к его удивлению, клинок отбросил стражника назад, не нанеся ему никакого вреда. Надо же, под мундиром у того оказался доспех. Упав на спину, стражник попытался приподняться и нацелить на Дауда своё оружие. Слишком медленно.

Взмах клинка. Дикий вопль, и отсечённая рука упала на дорогу, продолжая сжимать оружие. Ещё один взмах и вопль сменился бульканьем, которое быстро затихло. Вытерев клинок о мундир стражника, Дауд осмотрелся. Вокруг никого не осталось, люди в панике разбегались. А вот знакомые звуки, напоминавшие сирену тревоги, приближались откуда-то со стороны видневшихся за деревьями дворцов. Дауд был готов поспорить, что это подкрепление стражи.

Значит, надо валить отсюда. Вот только куда? Понадеявшись на свою интуицию, мастер - ассасин устремился в лес. Не забыв, правда, сначала собрать трофеи с убитых стражников.


Мобильный телефон недовольно вибрировал на столе, привлекая к себе внимание. Взглянув на дисплей, Погорелов помрачнел. Шеф. Значит, на работе опять случился какой-то пиздец, и его хотят выдернуть в воскресенье, испортив вторые выходные подряд. Взвесив, что лучше - получить завтра утром разнос от Шефа, или в кои-то веки нормально отдохнуть, Погорелов выбрал второе.

Проигнорировав телефон, Погорелов допил кофе с парой бутербродов, краем уха слушая новости.

-… причины до сих пор не ясны. Следователи работают на месте взрыва. Эксперты говорят, что, учитывая мощность взрыва, просто чудо, что обошлось без жертв. Несколько человек, включая одного преподавателя ВУЗа госпитализированы…

По-любому его хотели вызвать из-за этого мутного теракта, произошедшего вчера в Питере. Теперь несколько дней на работе будет полный абзац, можно не сомневаться. А и хрен с ним! Гори оно всё огнём, а сегодня у него выходной.

Закончив завтракать, Погорелов выключил телевизор, почистил зубы, побрился и начал одеваться. Погода на улице стояла великолепная, одевшись в безрукавную рубашку и летние брюки, Погорелов осмотрел себя в зеркале. Сойдёт. Причесавшись, побрызгался одеколоном и проверил содержимое своего портфеля, с которым он никогда не расставался. Так, все документы: водительские права, паспорт, удостоверение старшего следователя СК РФ, есть. Табельный “Макаров”, кошелёк, очки, ежедневник есть. Ключи от машины!

Убедившись, что ничего не забыл, Погорелов вышел из квартиры и спустился вниз. Куда бы поехать? Хотелось погулять на природе, подышать свежим воздухом, насколько он вообще может быть таким в столице. Посмотрев на телефоне пробки, Погорелов тихо выругался. Всё красное. Твоё налево, ещё же утро, откуда вас столько на дорогах?! Что вам на даче не сидится? Хм… Ладно, можно съездить в Царицыно, его, говорят, неплохо облагородили.

Через час, оставив машину, Погорелов шёл по парку. Хорошо! Солнце греет, лёгкий ветерок дует. Народу полно, дети носятся, мамаши с колясками. Лепота, как говорил Иван Васильевич. Сейчас бы ещё мороженое…

Идиллия оборвалась резко. Погорелов подходил к местному кафе, когда услышал крики. Что там такое?.. А в следующий миг раздались выстрелы. Твою же мать!!!

Открыв портфель, Погорелов выхватил свой “Макаров” и удостоверение следователя. Тем временем, из-за деревьев начал, истошно крича, выбегать народ. Первой навстречу Погорелову попалась здоровенная тётка весьма пышных форм, одетая в летнее платье. На руках у неё верещал ребёнок. Тётка вся раскраснелась и взмокла, волосы, собранные в пучок на затылке, растрепались, но она продолжала бежать с неплохой скоростью и кричать:

- Полиция! На помощь!

- Женщина, спокойно! Я из полиции, в чём дело!?

Секунду она смотрела на Погорелова, потом увидела в его руке пистолет и заголосила:

- Скорее, там маньяк с ножом бегает, людей режет! Двоих полицейских убил! Одному голову отрезал!

С этими словами тётка развернулась и помчалась дальше. Твою же мать! Выругавшись, Погорелов помчался в ту сторону, откуда бежали люди. Обогнув густо растущие вдоль дороги кусты, Погорелов замер на месте. На дороге перед ним лежали двое мужчин, в форме сотрудников патрульно-постовой службы. У одного из глаза торчала какая-то хреновина, у второго была отрезана правая рука и практически полностью перерезано горло. Вся дорога была залита кровью.

Опытный взгляд следователя тут же зафиксировал пустые кобуры и отсутствие табельного оружия. Это хреново. Погорелов снял свой пистолет с предохранителя и огляделся, но не увидел никого подозрительного. Зато увидел ещё раненых. Рядом, метрах в пятнадцати, у скамейки лежало двое мужиков. Ещё один сидел на скамейке и выл, пока какая-то истерящая девушка пыталась перевязать ему руку футболкой, снятой с одного из лежавших на земле. Подбежав к ним, Погорелов помрачнел. У парня был открытый перелом руки - кость, порвав мышцы и кожу, торчала наружу. Надо остановить кровь, а то парень истечёт.

- Девушка!

- А!

- Спокойно, я из Следственного Комитета!

Забрав у неё футболку, Погорелов разорвал её по шву и принялся бинтовать руку. Парень лишь выл и бессвязно повторял “Убью суку”

- Скорую вызвали? Полицию?

- Д-да…

Погорелов и сам слышал приближающиеся звуки сирен.

- Рассказывайте, пока я его бинтую, что здесь произошло?

Всхлипывая, девушка затараторила.

- М - мы гуляли, а потом он из ниоткуда появился! Упал на прямо на Русика! Вадик попытался его схватить, а он его… И Мишку… А потом ещё Русику по голове! Ленку в кусты зашвырнул, она руку сломала! А потом полицейских убил! Одного мечом зарезал!

- Чем?

- Мечом! Или саблей! Не знаю, как правильно называется!

- Ясно. Как выглядел?

- Мужик, лет сорок. Волосы вроде тёмные. Высокий, в красном плаще, на ногах сапоги… Штаны тёмные.

Только перевязав парню руку, Погорелов понял, что его мобильник настойчиво вибрирует в заднем кармане. Выхватив его, старший следователь выругался - ШЕФ грозно светилось на дисплее.

- Алло?

- Погорелов, мать твою, какого хуя трубку не берёшь?! Ты где, блядь?!

- В “Царицыно”.

Шеф на секунду опешил:

- Уже? Как?

- Случайно. Шеф, это полный пиздец, у меня тут два трупа ППСников, и четверо потерпевших тяжелораненых. По парку бродит какой-то псих, с мечом или саблей. А теперь у него ещё и два ПМ.

Из трубки донёсся мат и несколько ЦУ, отданных кому-то из подчинённых в офисе.

- Как он выглядит?

- Свидетельница говорит, что мужик, лет сорок, волосы тёмные. Одет в красный плащ и сапоги.

- Ох блядь… Только психопата мне не хватало для полного счастья. Значит так Погорелов, я уже поднял всех на ноги, ориентировку сейчас разошлю. Ты работай пока на месте, вечером жду тебя с предварительным докладом, понял?

- Так точно.

Повесив трубку, огляделся и тихо выругался. Выходной блядь…


========== Глава 3. ==========


Сделав несколько глотков кофе, Погорелов взглянул на часы и выругался. Половина десятого. Через пятнадцать минут идти с докладом к Шефу. Сколько он продлится неизвестно, но вряд ли меньше часа. А значит домой он попадёт не раньше полуночи. Откинувшись на спинку кожаного кресла, Погорелов помассировал покрасневшие глаза. Дурдом. За весь день ни разу даже толком не передохнул. Сначала осмотр места преступления, потом опросы свидетелей и прочие стандартные процедуры. Служебный телефон на столе недовольно зазвенел. Взглянув на номер, Погорелов вздохнул - звонил Шеф.

- Слушаю.

- Ты готов?

- Так точно.

- Давай в мой кабинет, живо.

- Есть.

Быстро собрав лежавшие перед ним материалы дела, Погорелов вышел в коридор и направился в кабинет Шефа. Постучав, он зашёл внутрь. За длинным “Т” образным столом сидело несколько человек. Один был одет в форму работника прокуратуры, двое были в костюмах, ещё один был одет в белый халат. Сам шеф, в дорогом тёмно-сером костюме, сидел в кресле во главе стола и с кем - то разговаривал по телефону. Двоих в костюмах Погорелов знал в лицо, с прокурором и парнем в белом халате был знаком лично. Замглавы районной прокуратуры Хромов, и глава экспертного отдела Новосельцев. Те, что в костюмах, были из полиции.

Поздоровавшись, Погорелов занял место рядом с Новосельцевым. Закончив говорить, Шеф повесил трубку и тихо выругался. После чего, поднял глаза на присутствующих, и мрачно произнёс:

- Только - что говорил с министром внутренних дел. Дело взято на особый контроль на самом высшем уровне. От нас ждут поимки этого преступника в кратчайшие сроки. Это происшествие вызвало огромный резонанс. Срок нам дали неделю, после чего, сами понимаете что будет.

Погорелов помрачнел. Ничего хорошего.

- Ладно, докладывайте, что удалось выяснить. Погорелов, начнём с тебя.

- Кхм. Значит так. Сегодня, примерно в десять тридцать утра…

Совещание заняло почти полтора часа. Сопоставив результаты допросов свидетелей и предварительные выводы экспертов, удалось создать примерный портрет преступника, а так же очертить кое - какой круг подозреваемых. С большой вероятностью, преступника нужно искать среди людей, прошедших спецподготовку. Как бывших, так и действующих. Особая примета, которую успели запомнить несколько свидетелей - шрам на правой стороне головы, значительно сужала круг потенциальных подозреваемых.

Когда совещание наконец закончилось и всех отпустили, Погорелов быстро заглянул в туалет, а потом сразу направился домой. На выходе он столкнулся с Хромовым, который устало курил. Увидев Погорелова, замглава районной прокуратуры выпустил облако дыма и хмуро произнёс:

- Вот ведь счастье свалилось, да Гриш?

- Угу.

Хромов сделал затяжку и спросил:

- Как думаешь, быстро поймаем?

Погорелов покачал головой:

- Надеюсь, но сильно сомневаюсь. Не нравится мне это дело. Какое-то мутное. Чую, хлебнём мы из-за него дерьма, Саша.

Погорелов даже не представлял, насколько он окажется прав.


Володька тихо сидел на нарах в своей камере, и пытался не дать панике и отчаянию завладеть собой. В тюрьме он провёл уже почти сутки. За это время о нём никто даже ни разу не вспомнил. Если не считать тощего охранника в засаленной синей форме, который принёс поесть. Попытка заговорить с ним на английском ни к чему не привела. Охранник лишь злобно приказал заткнуть пасть, или Володька пожалеет. В подтверждение своих слов охранник положил руку на висевший на поясе короткий меч, показывая, какой он опасный парень.

Володька предпочёл последовать совету и сосредоточиться на еде, благо в животе уже давно и настойчиво урчало, а в горле пересохло. Всё оказалось хуже, чем он надеялся, но немного получше, чем он ожидал. На подносе, который принёс охранник не обнаружилось ничего, кроме краюхи хлеба и чашки с водой. Хлеб был жёстким и местами заплесневевшим, от воды сильно несло ржавчиной. Но выбирать не приходилось. Через какое-то время вернулся охранник, забравший поднос. Он не сказал ни слова, лишь окинул Володьку полным презрения взглядом.

Время тянулось убийственно медленно, делать было нечего, из-за этого в голову Володьке лезли не самые весёлые мысли, от которых было никак не спастись. Где он? Что с ним будет? В какой-то момент неизвестность сделалась невыносимой, и он уже почти решился подойти к решётке и позвать хоть кого-нибудь, когда мимо по коридору двое стражников проволокли какого-то мужчину. Заключённый был в одних штанах, на руках и ногах у него были надеты кандалы. Выглядел он страшно. Из одежды на нём были только рваные штаны, на всём теле виднелись многочисленные раны. Мужчина был грязным, и даже сидя в камере Володька почувствовал исходившие от него запахи дерьма, мочи, немытого тела и чего-то ещё.

После этого зрелища студент ист - фака резко передумал звать охрану. Того мужчину явно пытали. Нет уж, чем дольше о нём не вспоминают, тем лучше. Увиденное ему настроения и оптимизма совершенно не прибавило.

Так и сидел он на нарах, забравшись на них с ногами, когда неожиданно, прямо в камере, раздался чей-то задумчивый голос:

- Интересно…

Володька от неожиданности едва не подскочил. Обернувшись, он заметил в дальнем углу камеры смутный силуэт человека, скрытого тенью.

- Вот значит, кто виновник моих хлопот.

- Что?..

В следующий миг Володьку как будто изо всех сил ударили по голове дубинкой. Череп словно пронзили раскалённой иглой, в глазах помутнело, тело набили ватой. А затем начался ад. Перед глазами одна за другой у него проходили сцены его не слишком-то длинной жизни. Детство, школа, армия, университет. Говорят, у умирающего человека перед глазами за секунду проходит вся жизнь. Теперь Володька прекрасно представлял, что имели ввиду те, кто сказал это.

Вот только, в его случае это длилось отнюдь не секунду. Больше всего это походило на то, как если бы он просматривал картины своей жизни на экране телевизора, проматывая одни эпизоды, замедляя другие и перематывая по нескольку раз третьи. Правда, при этом он никак не мог повлиять на происходящее. Володька не чувствовал своего тела, даже мысли в голове путались. Всё что ему оставалось, это смотреть, заново переживая самые разные моменты своей жизни, причём безо всякой системы.

Сколько всего длилось это, Володька не понял. Просто в какой-то миг он осознал, что только что он вышел из поезда в дембельке и обнимается с друзьями и родными на перроне, а в следующий миг он уже стоит на четвереньках на полу в камере. Желудок скрутило и Володьку вырвало. Как ни странно, полегчало. Постепенно, дрожь в теле исчезла, в голове начало проясняться.

Тяжело дыша, Володька поднял глаза. Над ним стоял человек, одетый, как и все здешние люди, на манер девятнадцатого века. Была, правда, одна деталь, которая резко выделяла его из числа всех остальных людей. Абсолютно чёрные, лишённые белков и радужки глаза.

- Кто ты, мать твою…

Вместо вопроса, Володька буквально выплюнул слова одно за другим. Дыхания почему-то не хватало, словно он только что пробежал марафонскую дистанцию. Вдобавок ко всему, Володька обнаружил, что весь вспотел.

Незнакомец, тем временем, закончил рассматривать Володьку. Его лицо скривилось в презрительном выражении.

- Какое разочарование. Я надеялся, что тот кто испортил мне намечающееся веселье, хотя бы окажется незаурядной личностью. Но нет, ничего особенного или хотя бы немного выдающегося. Один из бесчисленного множества себе подобных. Скучных и серых, что исчезнут, не оставив после себя ничего.

- Что ты несёшь? Кто ты бля такой? Постой… Ты говоришь по-русски?!

Незнакомец выслушал вопросы Володьки всё с тем же презрительным выражением лица.

- Большинство людей зовут меня Чужим. Одни считают меня Богом, другие дьяволом. Но я ни то и ни другое. Я нечто гораздо большее, и в то же время бесконечно меньшее. Человеку не понять этого. Твой язык я выучил, прочтя твою память. Для меня это не составило никакого труда. К тому же, он похож на язык, на котором говорили несколько давно истреблённых племён, живших на Пандусии. Но всё это неважно. Важно другое. Своим появлением здесь, ты нарушил ход событий этого мира.

Володька молча слушал незнакомца и таращил глаза на него. В том что перед ним не человек, он не сомневался. И дело было даже не в жутких глазах. И даже не в том, что человек парил в полуметре над полом. От него физически веяло чем-то “чужим” и “инородным”. Чем-то незримым и неосязаемым, чем-то, что заставляло мурашки бегать по коже и вставать волосы дыбом.

- Артефакт, что перенёс тебя сюда, попал в руки одному человеку, которому предстояло сыграть значительную роль в судьбе этого города и всей Империи. И этот артефакт отправил его в твой мир, - продолжил Чужой. - И меня это совершенно не устраивает. Он должен вернуться, и как можно скорее. Самое позднее, через три недели.

- Я конечно дико извиняюсь, но только чем я-то могу вам помочь? Тем более в тюрьме?

Чужой вперил в Володьку тяжёлый взгляд, от которого студенту ист - фака захотелось забиться куда-нибудь в угол. А лучше, как в детстве, закрыться с головой одеялом, свернуться калачиком и зажмуриться.

- Несмотря на все мои силы, я не могу вмешиваться в ход событий напрямую. Это закон, и за его соблюдением следят силы, что на порядок выше меня. И, в отличие от блюстителей людских законов, их не обмануть, не подкупить и от них не скрыться. Я могу действовать только через людей, и то не напрямую.

Неожиданно, Чужой оказался на нарах рядом с Володькой. Прежде чем студент успел что-либо сделать или хоть как-то среагировать, он схватил Володьку за запястье левой руки. В следующий миг тыльную сторону ладони Володьки обожгло резкой болью. Словно к коже приложили раскалённый металл.

- Я не раздаю свой Знак кому попало. Лишь единицы избранных удостаиваются его. Как правило, их не больше десятка на целое поколение людей. В иных обстоятельствах, такой как ты не удостоился бы и мига моего внимания, не то что Знака, наделяющего толикой моих сил - в голосе Чужого сквозило нескрываемое пренебрежение.

- Но волею неких сил из твоего мира, ход событий сложился таким образом, что мне нужна твоя помощь.

- Полагаю, у меня нет выбора? - прохрипел Володька, разглядывая появившийся Знак, на левой руке.

- Выбор есть всегда, - в голосе Чужого мелькнула насмешка.

- Ты можешь отвергнуть мою помощь. Тогда ты останешься навсегда в этом мире. В чужом для тебя городе, один, без друзей и знакомых. В городе, гниющем заживо благодаря крысиной чуме и полной коррумпированности и безнравственности его правящей элиты. Чья роль в его падении больше, не скажу даже я. Или ты последуешь моему совету, и тогда у тебя появиться шанс вернуться в свой мир. В любом случае, мой Знак останется с тобой навсегда.

- И что он делает?

- Он наделяет носителя знака частичкой моих сил. У каждого человека он индивидуален. Двух одинаковых не было, нет, и не будет. Силы, которыми он наделяет человека, всегда различны. Одни могут быть похожи и встречаться у многих, различаясь лишь в деталях. Например, перемещение в пространстве. Иные уникальны. Всё зависит от человека. С годами, по мере тренировок, сила Знака будет расти. Это будет даже интересно, посмотреть, какой будет твоя сила.

Несколько мгновений Володька разглядывал появившейся на руке Знак и прислушивался к себе. Что-то изменилось. Появилось некое чувство… Силы. Оно словно было разлито по всему телу, от пяток до макушки. Сжав ладонь в кулак, Володька попробовал сосредоточиться. Мысленно, он постарался сконцентрировать новую силу внутри себя. Это удалось неожиданно легко. Знак на руке вспыхнул голубым светом, а кулак словно окутало полупрозрачными завихрениями воздуха. В сознании всплыли почему-то “Звёздные Войны”, Володька резко встал на ноги и сделал выпад левой рукой, раскрывая ладонь. Одновременно он в голове у него мелькнула мысль-команда “Вперёд!”

Завихрения, окутавшие его кулак, выстрелили не хуже пушечного ядра. Шарообразный сгусток воздуха ударился в стену и взорвался. Удар получился невероятно мощным, во все стороны брызнула налипшая на стену грязь, Володьку аж швырнуло взрывной волной назад, да так что дух вышибло. Чужой наблюдал за произошедшим с безразличным выражением лица. Когда Володька поднялся на ноги, потирая спину, он спросил:

- Итак, ты согласен?

- Можно подумать у меня есть особый выбор. Что мне нужно делать?

- Для начала, ты должен найти одного человека. Она, как и ты, носит мой Знак. Раньше её звали Вера Морей, но те времена давно прошли. Теперь она известна под прозвищем Старая Ветошь. Когда найдёшь её, узнаешь, что делать дальше.

- Погоди, а где мне её искать? И как мне отсюда выбраться?

Чужой посмотрел на Володьку тяжёлым взглядом, как на полного идиота:

- Используй Знак. Импровизируй. И постарайся не умереть.


Город поражал. Он был невероятно, просто невозможно огромным! Дануолл по сравнению с ним казался провинциальным городишком одного из островов. Окинув взором бесчисленные дома, уходящие до самого горизонта, Дауд покачал головой.

После непредвиденной драки в парке, он первым делом постарался найти укрытие, чтобы понять, куда он попал. В парке было слишком людно, к тому же, туда вот-вот должна была нагрянуть стража. Поэтому, используя “Перенос” и “Изгиб Времени”, он поспешил убраться как можно подальше, прыгая от одного куста к другому, останавливая время, когда нужно было перебежать открытые участки. К счастью, на границе с парком было расположено несколько невероятных по своей высоте зданий.

Беда была в том, что вокруг было полно людей. Чертовски много. И, что самое неприятное, он явно выделялся из их числа своим внешним видом. Поэтому, чтобы не привлекать внимания, пришлось добираться до зданий постоянно используя магию. Добравшись до крыши, мастер - ассасин едва не рухнул на колени от усталости. Перенос на такие большие расстояния требовал большого количества сил, и к тому же был неточен. Переместившись на крышу, Дауд обнаружил, что стоит на самом её краю. К счастью, выучка не подвела. Не потеряв равновесия, он отпрыгнул от края и осмотрелся. Вокруг никого не было. Это хорошо. Нужно восстановить силы. К тому же, он весь взмок в своей одежде. В отличие от Дануолла, в этом городе царила жара.

Немного отдохнув, Дауд подошёл к краю крыши и осмотрелся. Невероятно… Ничего подобного он и представить себе не мог. Какой же это огромный город! Размеры и высота домов просто поражали воображение. Несколько минут, мастер - ассасин зачарованно разглядывал открывшийся перед ним пейзаж. Подумать только, а он ведь всерьёз считал Дануолл огромным городом.

Но всё же, что это за место? И как он сюда попал? Что же… Руна! Похлопав по карманам, Дауд облегчённо выдохнул. Он и сам не заметил, когда успел убрать её в подсумок для болтов. Достав руну, Дауд внимательно её осмотрел. По мере того как он её разглядывал, лицо его мрачнело всё больше. Руна однозначно не имела никакого отношения к Чужому. Но это было не самое худшее. Хуже было то, что она была мертва, если так можно сказать о вещи. От неё больше не веяло магией. Проклятье!

И как ему вернуться назад?! Неожиданно мрачное и суровое лицо мастера - ассасина посветлело. А зачем ему возвращаться? Что его ждёт в Дануолле? Опять придётся убивать одних людей за деньги других, чтобы через несколько месяцев или даже дней придти уже за вчерашними нанимателями, попутно глядя, как город всё больше погружается в хаос?

Не удержавшись, Дауд рассмеялся, тихим хриплым смехом. Такого с ним не было уже много лет. Он смеялся от души, задыхаясь, так, что аж на глазах выступили слёзы. Сколько лет он мечтал начать новую жизнь. Исчезнуть, уйти от своего прошлого, от пролитой крови, которой запачканы его руки. Так что это, если не подарок судьбы, то что он попал в этот невероятный город?!

От избытка чувств он выхватил свой клинок и подкинул его в воздухе. Взлетев ввысь, он несколько раз перевернулся и упал точно рукоятью в ладонь Дауда. Неожиданно, мастер - ассасин помрачнел. Его взгляд зацепился за пятна крови, оставшиеся на лезвии. Да уж… Не успел ещё даже понять, куда попал, а уже снова замарал руки кровью. Всё начинается снова. С другой стороны, что ещё оставалось? Сдаться страже?

Стиснув зубы, Дауд тихо выругался, и принялся чистить клинок специальной тряпкой. Нет уж. Этот свой шанс он не упустит. Очистив клинок, мастер - ассасин перезарядил в арбалет вместо болтов, усыпляющие дротики. С него довольно убийств на всю оставшуюся жизнь.

Убрав клинок в ножны, Дауд решительно подошёл к краю крыши. Раз уж судьба с чего-то решила сжалиться над ним и дать ему шанс начать всё с чистого листа, он его не упустит. Нет уж, он найдёт в этом удивительном городе себе место. На лице Дауда появилась мрачная усмешка. Ну что же, для начала нужно произвести разведку. А для этого стоит сменить одежду на что-нибудь менее выделяющиеся.


========== Глава 4. ==========


Настроение утром у Погорелова было полной противоположностью погоде за окном. На небе не было ни одного облачка, солнце сияло весело и ярко, а старший следователь был раздражен и мрачен. Вчера он попал домой в пол - первого ночи. Сил хватило лишь на то, чтобы почистить зубы, принять душ и рухнуть в постель. Проснувшись в семь часов и подавив в себе желание разбить мобильный о стенку, Погорелов понял, что он ничуть не выспался.

Собрав волю в кулак, старший следователь отправился в ванную. Закончив водные процедуры, побритый и мрачный старший следователь поставил греться чайник и включил телевизор. Там как раз шли утренние новости, которые совершенно не подняли ему настроения.

- …по факту взрыва в здании одного из ВУЗов Санкт-Петербурга возбуждено уголовное дело. Следователи не исключают версию теракта, но пока не спешат с выводами. Специалисты продолжают работы на месте происшествия…

Взглянув на экран, Погорелов хмыкнул. Всегда приятно узнать, что не только у тебя на работе всё хреново. Можно не сомневаться, у питерских коллег сейчас такой же аврал, как и у него. Словно прочитав мысли старшего следователя, ведущая перешла к следующему сюжету:

- К другим новостям. Вчерашнее происшествие в столичном парке отдыха «Царицыно» шокировало всю страну. Неизвестный мужчина, вооружённый, предположительно, холодным оружием, напал на компанию молодых людей, отдыхавших в парке. Пострадали трое юношей и девушка. Все они получили травмы разной степени тяжести, и сейчас находятся в больнице. Так же, погибли двое сотрудников полиции, попытавшихся остановить преступника. Правоохранительные органы переведены на усиленный режим несения службы, в городе введён план «Перехват». Министр Внутренних Дел выразил соболезнования семьям погибших полицейских, и пообещал, что это чудовищное преступление не останется безнаказанным. Интервью с главой Следственного Комитета…

Тихо выругавшись, Погорелов выключил телевизор. Журналисты, чтоб их. Нетрудно представить, какой у них вчера был праздник. Ещё бы, такой горячий материал – в столичном парке на глазах у десятков свидетелей среди бела дня убиты двое сотрудников полиции, а убийца как сквозь землю провалился.

Закончив завтракать и быстро одевшись, Погорелов вышел из подъезда и сел в машину. Первым делом он отправился в больницу, где лежали пострадавшие молодые люди. Вокруг главного входа в здание стояла небольшая толпа журналистов, окруживших щуплого мужчину в белом халате. Когда Погорелов проходил мимо него, тот усталым голосом, похоже, уже не в первый раз, повторял, что жизням всех пострадавших ничего не угрожает, всем им была оказана своевременная медицинская помощь и всё в том же духе.

На этаже, где лежали в палатах пострадавшие, дежурили двое сотрудников полиции. Увидев удостоверение следователя, они без вопросов пропустили Погорелова. Нужные палаты он определил без труда по небольшой толпе родственников, оккупировавших часть коридора. Достав из портфеля свой рабочий блокнот и включив на телефоне диктофон, Погорелов вошёл в первую палату и принялся за работу.

На то чтобы опросить всех пострадавших у него ушло почти три часа. Следователем Погорелов был дотошным, с каждым из пострадавших он долго и въедливо беседовал. Хорошо ещё, что состояние больных это позволяло и врачи не особо препятствовали общению. На выходе из больницы его уже ждали журналисты, прознавшие, что он из СК.

- Есть ли подозреваемые?

- Какие меры предприняты для поимки преступника?!

- Есть какие-нибудь версии?

С каменным выражением лица, уклоняясь от летящих в лицо микрофонов и диктофонов, Погорелов, как заведённый, повторял: «Без комментариев», пока буквально не запрыгнул в свою машину. Вырулив со стоянки, он бодро помчался по московским улицам. Хорошо, что сейчас лето, все разъехались, и дороги почти пустые. Следующей остановкой на его маршруте была лаборатория судмедэкспертов, куда доставили тела погибших полицейских.

Там Погорелова встретил начальник лаборатории лично. Выглядел он уставшим, глаза красные, лицо серое. Похоже, что работать ему пришлось всю ночь. Поздоровавшись, он провёл Погорелова в свой кабинет.

- Кофе будешь?

- Не откажусь, Виктор Анатольевич.

- У меня, правда, только растворимый.

- Сойдёт.

- Сахар, сливки?

- И то и то, спасибо.

Налив кофе, главный судмедэксперт уселся за свой рабочий стол и тяжело вздохнул.

- Ну ладно, перейдём к делу. По поводу погибших. Причина смерти первого - повреждения головного мозга, вызванные вот этим.

С этими словами Виктор Анатольевич достал из сейфа полиэтиленовый пакет с каким-то небольшим продолговатым предметом.

- Что это?

- Какая-то стрела, насколько я могу судить. Раньше мне с подобным сталкиваться не приходилось.

Погорелов несколько секунд рассматривал содержимое пакета. Небольшая, сантиметров двадцать в длину металлическая стрела с искусственным оперением.

- Ваш убийца либо очень меткий стрелок, либо ему очень повезло. Он попал погибшему прямо в глаз. Стрела пронзила весь мозг, наконечник застрял в затылочной кости. Смерть наступила мгновенно.

- Есть предположение, что это за оружие?

- Лук? Арбалет? Не могу сказать точно, повторюсь, раньше мне с подобным сталкиваться не приходилось.

- Ясно. Что со вторым?

- У второго погибшего полицейского практически отрезана голова. Горло разрезано до позвоночника. Помимо этого, ему отрезали правую руку. Оружие – клинок из высококачественной закалённой стали, прекрасно заточенный. Могу с уверенностью заявить, что убийца мастерски владеет холодным оружием.

- Основание?

Виктор Анатольевич откинулся на спинку кресла:

- Характер ран. Всё выполнено очень чисто. К тому же, чтобы отрезать руку человека одним ударом, нужен должный навык.

- Ясно.

- Все наши выводы и заключения содержатся в отчёте.

Главный судмедэксперт протянул Погорелову папку с распечатанными документами. Допив кофе, старший следователь попрощался с Виктором Анатольевичем, забрал вещ - док и отчёты и поехал в офис.

Там с раннего утра кипела работа. Одни помощники допрашивали свидетелей происшествия, которых было немало, учитывая, что всё произошло в весьма людном месте. Другие шерстили базы данных сотрудников спецподразделений, выискивая среди них потенциального убийцу. Убрав все документы и вещ - док в свой рабочий сейф, Погорелов подозвал одного из своих помощников:

- Найди мне специалиста по лукам.

- Чему?

- По лукам! Блин, не по тем которые овощи, а по тем из которых стрелами стреляют. Мне нужен кто-нибудь, кто разбирается в них.

- Ясно, сделаю.

- Свободен.

Выслушав краткие отчёты подчинённых, Погорелов достал свой блокнот и включил запись допросов на диктофоне. Почти час он сосредоточенно анализировал полученную информацию. И чем больше размышлял, тем больше мрачнел. Картина преступления вырисовывалась какая-то дикая и абсурдная. В какой-то момент его размышления прервал стук в дверь.

- Войдите.

В кабинет осторожно зашёл невысокий, чуть лысоватый мужчина в возрасте, в очках и старом сереньком костюме. В руках он держал лист бумаги формата А3. Погорелов пожал мужчине руку:

- Здравствуйте, Лаврентий Маркович!

- Здравствуй Гриша. Вот, принёс тебе…

Лаврентий Маркович был Художником, причём именно с большой буквы. Больше трех десятков лет он служил в правоохранительных органах. По возрасту ему уже давно было пора на пенсию, но начальство ни в какую не хотело его отпускать. Потому что Лаврентий Маркович как никто другой умел написать портрет преступника на основании даже самого скромного и сбивчивого описания свидетеля. И непросто написать, а так, что портрет получался не хуже современной фотографии в HD разрешении. И сегодня старый профессионал, как всегда, справился на отлично.

С листа бумаги на Погорелова мрачно смотрел мужчина лет сорока, с короткими тёмными волосами, суровым и грубым лицом, украшенным шрамом. Посмотрев в глаза портрету, старший следователь почувствовал себя неуютно. Глаза настолько хорошо удались Лаврентию Марковичу, что казались живыми, злыми и недобрыми.

- Я уже нескольким свидетелям показал, говорят, что очень похоже получилось…

- Лаврентий Маркович, я в вас не сомневался! Вы как всегда на высоте!

- Ну что вы, обычное дело…

- Не скромничайте! Вы нас здорово выручили. Подумать только, ни один из свидетелей, бывших в парке, не заснял толком преступника. И это в наше-то время, когда при виде ЧП люди сначала включают камеру на мобильнике, чтобы первыми успеть выложить это в сеть и прославиться на час, и лишь потом вызывают скорую, полицию или пожарных.

- Что поделать, такое уж сейчас нынче время. В Союзе-то нас по-другому воспитывали…

Несколько минут пожилой художник вздыхал на вечную тему старшего поколения, что раньше «небо было голубее, трава зеленее, а колбаса без бумаги», после чего распрощался с Погореловым, а старший следователь вызвал помощника, которому передал работу Лаврентия Марковича. Помощник незамедлительно отсканировал портрет преступника и разослал его всюду куда следовало. Погорелов же вернулся к работе.

До вечера он просидел в своём кабинете, анализируя показания свидетелей, как опрошенных им лично, так и тех, что опрашивали его помощники. Пообедал тут же, на рабочем месте, разогрев пару бутербродов с сыром в микроволновке. Когда, под конец рабочего дня, его вызвал Шеф, настроение у старшего следователя, с самого утра бывшее мрачным, ничуть не улучшилось.

Постучав в дверь, Погорелов вошёл в кабинет Шефа. Тот сидел откинувшись на спинку в своём чёрном кожаном кресле. Перед ним на столе лежала пепельница полная окурков и полупустая чашка кофе. Выглядел Шеф не менее мрачно, чем его подчинённый. Когда Погорелов вошёл, тот с угрюмым выражением лица прижимал к уху трубку стационарного телефона и слушал, что говорили на другом конце провода.

Стараясь издавать как можно меньше шума, Погорелов опустился на один из стульев и замер. Шеф тем временем проворчал «Понял, так точно. Выполняю» и повесил трубку, после чего перевёл взгляд на старшего следователя:

- Только что говорил с первым замом главы МВД. Что у нас с этим «Царицынским Потрошителем»?

Погорелов удивлённо вскинул брови:

- С кем?

- С нашим убийцей! – громыхнул шеф. – Новости что ли не смотришь? Журналюги, чтоб их, уже успели окрестить его так.

- Мне было не до новостей сегодня.

- Это хорошо, - одобрил шеф. – Ну, так что у тебя?

Собравшись с духом, Погорелов спросил:

- Разрешите говорить откровенно?

Шеф нахмурился ещё сильнее и медленно кивнул.

- Это какой-то бред, Шеф. Всё это преступление, это просто бессмыслица какая-то. Нет абсолютно никакого мотива! Та компания, которых наш «Потрошитель» избил, обычные студенты, в парке просто отдыхали. Погибшие ППСники тоже ничем не примечательны. Я имею в виду, что никто из них не является племянником или сынком кого-то из депутатов или генералов, которого могли убрать чтобы отомстить влиятельному родственнику. Да даже если бы они и были, профессиональные киллеры так - это слово он устно выделил - не работают. Ну а сама картина преступления: «Потрошитель» внезапно и без причины набрасывается на компанию молодых людей, жестоко их избивает, после чего убивает двух оказавшихся рядом сотрудников полиции и сбегает. Ну это же бред! Ради чего? Ради двух пистолетов Макарова? Я уже не говорю про орудия убийства. Кинжал и какой-то лук или арбалет.

- Чего? – удивить шефа было не так-то просто, но Погорелову это удалось.

- Из головы одного из погибших извлекли небольшую стрелу, или болт, не знаю, как это точно называется. Я сказал одному из своих помощников, чтобы нашёл специалиста. Второго полицейского зарезали каким-то холодным оружием. Свидетели, как всегда, разнятся в показаниях, называют от шашки казачьей, до катаны японской.

- Чудесно…

Несколько секунд Шеф молчал, после чего достал из нагрудного кармана пачку сигарет и зажигалку. Закурив, медленно произнёс:

- Да, и впрямь какой-то бред вырисовывается… А что с подозреваемыми? Удалось кого-нибудь нащупать?

- Пока глухо. Нашли нескольких сотрудников спецподразделений с шрамами на правой стороне головы, но ни один не подошёл.

- Понятно. Сам-то что думаешь?

Несколько секунд Погорелов размышлял, после чего осторожно произнёс:

- Ну, если сложить воедино все имеющиеся у нас факты и отбросить заведомо невозможные варианты…

- Меньше слов!

- Понял. В общем, я бы предположил, что мы имеем дело с психически нездоровым человеком, имеющим спецподготовку, и, скорее всего, увлекающегося реконструкцией, ну или как это называется, когда учатся драться на мечах и стрелять из луков…

- Я тебя понял. Хм…

Затянувшись, Шеф, почти минуту о чём-то размышлял, после чего залпом допил кофе и процедил:

- Начальству это не понравится. Представляешь, что будет, если я им скажу, что у меня по городу бродит псих с мечом и луком, убивающий полицейских?

- Не представляю, - честно ответил Погорелов.

- Ничего хорошего, поверь мне на слово. Господи, только психопата мне для счастья не хватало…

В этот момент телефон на столе Шефа требовательно зазвонил. Выпустив клуб дыма, начальник Погорелова снял трубку и мрачно произнёс:

- Слушаю. Что? ГДЕ?!


Володька пару мгновений смотрел в пустоту, где ещё несколько секунд назад стоял Чужой. Не дьявол и не Бог, бросил на прощание «Постарайся не умереть» и просто растворился в воздухе. Впрочем, долго размышлять надо всем этим Володьке не дали.

- Какого чёрта ты творишь, урод?!

Обернувшись, Володька увидел всё того же тощего стражника, что приносил ему еду. Лицо его не предвещало заключённому ничего хорошего, а обнажённый палаш в руке подтверждал всю серьезность его намерений. В мозгу питерского студента забился один из двух вечных для России вопросов: «Что делать?»

- Я тебя спрашиваю, подонок, какого чёрта ты тут творишь? Захотел в карцер, где тебя сожрут крысы, а?!

Проклятье, да что же делать? Володька бросил взгляд на свою ладонь, где отпечатался Знак Чужого. Воспользоваться им? Но как?! Инструкции к нему не прилагалось. Нанести удар воздухом на манер джедая? Что это даст? Этого охранника он может и одолеет, но на шум, наверняка, сбегутся другие. Минутку! А что если…

- Ты что глухой?! Хочешь меня разозлить!? Ну так знай, тебе это…

- Ты не злишься.

- …

Свои слова Володька сопроводил характерным движением кисти, бессовестно украденным у маленького зелёного магистра. При этом, в слова свои он вложил частичку той новой Силы, что он ощутил в себе, после того как Чужой одарил его Знаком. По спине пробежал холодок, но результат был на лицо. Точнее на лице стражника. Гримаса гнева разгладилась, и оно приобрело выражение клинического идиота. Вытаращив глаза и открыв рот, он тупо смотрел на Володьку.

- Почему бы тебе не зайти ко мне? Нам есть о чём поговорить.

- Э… Ну… Я сейчас на дежурстве…

- Ничего страшного, твой командир не против.

- А, ну тогда ладно… Только быстро…

- Конечно.

С самым дружелюбным выражением лица, Володька смотрел, как тощий стражник ковыряется ключом в замке. При этом, питерский студент едва стоял на ногах. Кожа покрылась мурашками, в животе словно разлили жидкого азота, ступни онемели, пальцы ног вообще не чувствовались. Силы, которой его наделил Чужой, у него оказалось не так уж и много. Меньше, чем понадобилось на то, чтобы убедить стражника войти в камеру. Особенно, если учесть, что после первого раза Володька буквально физически начал ощущать сопротивление его воли, когда посылал ему свои мысли на джедайский манер.

Если первая просьба не злиться была воспринята им вполне спокойно, так как не сильно противоречила его желаниям, то последующие явно шли в разрез, как с его намерениями, так и с должностными инструкциями. И чтобы вбить их ему в мозг, пришлось тратить больше Силы для преодоления сопротивления. Когда же Сила практически закончилась, знак начал буквально высасывать тепло, и, похоже, жизнь из Володьки.

Так что, когда стражник, наконец, зашёл в камеру, студент ист - фака чувствовал себя отнюдь не хорошо. А ведь дело сделано лишь наполовину. Предстояло ещё справиться со стражником. А он, войдя в камеру, тупо огляделся и уставился на Володьку:

- Так о чём ты хотел поговорить? – недовольно произнёс он.

- Ты должен был это увидеть. Там, в углу камеры.

- Что?

- Подойди поближе и поймёшь, - прохрипел Володька.

Нахмурившись, стражник направился в тёмный угол камеры, вглядываясь в тень. Едва он оказался спиной к студенту, Володька выдохнул и ударил. Кулаком, со всей силы, какая осталась после применения Знака. Широко замахнувшись и точно в основание шеи. Стражник, не ожидавший атаки и не отличавшийся габаритами, полетел головой вперёд и с коротким вскриком ударился головой о стену. Не давая ему опомниться Володька снова ударил его по голове. А потом ещё раз. И ещё. После третьего удара, стражник, уже лежавший на полу, затих. Тяжело дыша, Володька рухнул рядом с ним на колени.

Проклятье, как же хочется лечь и уснуть. Всё из-за этого Знака, все силы вытянул. Сейчас бы вздремнуть часок другой. Вот только времени нет. Так теперь надо:

- Какого хрена ты там творишь, Стен?! – раздался крик откуда-то из коридора.

На мгновение Володька замер, парализованный страхом. После чего хрипло крикнул, пытаясь подражать голосу тощего стражника:

- Выбиваю дерьмо из одного засранца, чтобы знал своё место!

Коллега стражника из глубин коридора издал короткое ругательство, после чего посоветовал:

- Давай быстрее, скоро капитан должен начать обход постов.

- Понял, - крикнул Володька и неожиданно замер.

До него неожиданно дошло, что со стражниками, и тощим, и его коллегой в коридоре, он разговаривал на ИХ языке. Нет, конечно Володька знал английский, но чтобы вот так, свободно и без запинки, как будто это твой родной русский… «Считай это бесплатным приложением к Знаку» - раздался тихий шёпот на грани самой слышимости. Володька резко обернулся, но никого не увидел. Ясно, Чужой…

Так, нельзя терять время, из тюрьмы ещё надо сбежать. Тихо матерясь про себя, Володька принялся торопливо раздеваться. Скинув с себя безнадежно изгвазданные рубашку и летние штаны, студент ист - фака принялся раздевать оглушенного стражника. Сдерживая отвращение, Володька напялил на себя пропахший потом и чем-то ещё засаленный китель. Штаны оказались для Володьки немного малы, но кое-как он в них влез, а вот от сапог пришлось отказаться и остаться в кроссовках. Оставалось надеяться, что встречные не будут внимательно разглядывать его обувь. Хорошо ещё, что они успели так износиться, что вполне смогли бы сойти за обувь местных. Опоясавшись портупеей с висящим на ней палашом, питерский студент надел на голову кепку стражника и невольно поёжился. О таком понятии, как личная гигиена, предыдущий владелец формы, похоже, никогда не слышал. Володька сильно сомневался, что её вообще хоть раз стирали.

Буквально физически чувствуя, как уходит время, студент ист - фака кое-как одел оглушённого стражника в свою одежду и закинул его на нары. После чего, несколько раз глубоко вздохнул и вышел из камеры, натянув козырёк едва ли не до подбородка.

Нервы у Володьки были натянуты как струна, когда он шёл по коридору тюрьмы, тускло освещённому лампами. Теперь всё зависело от того, хватит ли у него сил. Первого стражника он встретил за поворотом. Увидев Володьку, он открыл рот, но не успел ничего сказать:

- Меня послал капитан, мне нужно передать письмо курьеру, он ждёт у ворот тюрьмы, - уверенно сказал Володька, делая жест рукой.

Внутри снова похолодело, но лицо встречного стражника разгладилось. Он кивнул Володьке и прошёл мимо. Студент успел сделать едва ли пару шагов, как услышал за спиной:

- Эй!

Резко обернувшись, Володька приготовился к худшему:

- Выход - то там, приятель! Ты не в ту сторону идёшь.

- Точно, совсем уже рехнулся на этой службе, - выдавил из себя улыбку студент ист - фака.

- Бывает, - хмыкнул стражник.

Неизвестно каким чудом, но Володьке всё же удалось добраться до выхода из тюрьмы. Ещё пять раз ему приходилось «внушать» попавшимся по дороге стражникам нужные мысли. Сложнее всего оказалось убедить караул у выхода. В какой-то момент он даже испугался, что всё пропало, но пронесло. Нехотя, Володьку всё-таки выпустили. Повезло ещё, что ему не попался тот самый капитан, поручением которого он прикрывался.

Когда же мост наконец остался у него позади, студента ист - фака шатало как пьяного. Казалось, что во всём теле не осталось вообще тепла, перед глазами плыл туман. Как Володька добрался до какого-то заброшенного дома с выломанной дверью он уже не помнил. Не увидел он, как от него шарахнулись двое оборванцев, сидевших у парадной, приняв Володьку за чумного. В голове у него шумело, ноги подкашивались. На пороге одной из комнат на первом этаже пустого дома, силы его окончательно покинули и он рухнул на пол.


Временное убежище в глубине заброшенного здания освещал слабый костерок. Света он давал мало, и в полупустой комнате царил полумрак. Из мебели в ней остался лишь поваленный на бок дешёвый шкаф, и колченогий стул. Высокий мужчина в бордовом пальто, увешанный подсумками для различных стрел и гранат, сидевший на стуле, смотрелся здесь совсем неуместно. В руках он держал короткий клинок, который не спеша протирал мягкой тряпкой. Рядом с ним на полу лежало несколько спортивных сумок.

На мрачном лице мужчины нет-нет, но проскальзывала довольная улыбка. День выдался удачным. Сразу несколько проблем, вставших перед ним после того как он попал в этот удивительный город, ему удалось решить. Прошлой ночью он отыскал это заброшенное здание. Прыгая с крыши на крышу при помощи телепортации, он осматривал дома с помощью своего магического зрения и наткнулся на это заброшенное здание. Не считая пары бродяг, оно было полностью покинутым, что вполне устраивало Дауда.

Весь следующий день он провёл в наблюдениях. Нужно было решить две насущные проблемы. Первая – сменить одежду, чтобы не выделяться среди местных. Вторая – раздобыть денег. Решить первую удалось с наступлением темноты. Покинув своё убежище, Дауд проник в огромное здание, располагавшееся неподалёку. Это было несложно. Достаточно было дождаться пока двое сторожей выйдут на улицу покурить, и, замедлив время, проскочить мимо них в проход для прислуги. Внутри, правда, пришлось быть осторожным.

В здании обнаружилось огромное количество различных лавок с самым разным товаром. Одежда, домашняя мебель и ещё множество предметов, назначение которых ему, пока что, было неизвестно. Душу терзало искушение осмотреть всё что только можно, но мастер - ассасин ему не поддался. В одной из лавок он нашёл две непривычного вида сумки, правда, весьма вместительные и с удобными ремнями для ношения за спиной. В них он быстро сложил несколько комплектов разной одежды, собранной по другим лавкам, и кое-какое снаряжение, которое обнаружил в лавке с товарами для путешественников.

На всё про всё у него ушло почти два часа. Причина была проста – все лавки охранялись, но не людьми, а хитрыми механизмами. Волшебное зрение позволяло Дауду увидеть спрятанные в стенах провода, готовые поднять тревогу, если задеть их. Это не считая механических глаз, как больших, так и маленьких, скрытых. Некоторые из них даже двигались, цепко выискивая любых нарушителей. «Наверняка изобретение здешнего Соколова» - мрачно подумал Дауд. Если бы не способности, дарованные Чужим, проскочить мимо бдительных механических очей было бы просто невозможно, не говоря уже о том, чтобы проникнуть в закрытые на ночь лавки. Но он недаром считался лучшим убийцей в Дануолле.

Когда всё что ему было нужно или приглянулось было убрано, Дауд осторожно покинул здание. И на выходе ему неожиданно улыбнулась удача. Выжидая удобного момента, чтобы проскочить мимо стражников, он заметил при помощи своего зрения, как к входу для прислуги подъехала одна из здешних механических колесниц. С охраной и деньгами. Причём денег было много. Их Дауд видел чётко и ясно даже сквозь стены здания и борта колесницы. Несколько секунд мастер - ассасин колебался, после чего решился. Достав свой арбалет, он дождался пока охранники откроют двери колесницы. После чего, он сорвался с места, на ходу замедляя время. Четверо охранников, двое вылезших из колесницы, и двое встречавших их застыли неподвижными статуями.

Выстрел! Дротик со снотворным устремляется вперёд и застывает в воздухе. Перезарядка на бегу. Выстрел! Второй дротик, нацеленный в шею охраннику, устремляется вперёд, и, точно так же, как и предыдущий, замирает в воздухе. Перезарядка. Выстрел почти в упор. Четвёртого охранника подбежавший к колеснице Дауд просто придушил своим захватом. В тот самый миг, когда он почувствовал, как слабо сопротивлявшийся охранник обмяк в его руках, время потекло в привычном темпе.

Свистнули три дротика, вонзившиеся точно в шеи трём охранникам, не успевшим ничего понять. Три секунды, и все они рухнули на землю. Остался пятый, не покинувший кабины колесницы. И не похоже было, чтобы он собирался вылезать. Пришлось действовать грубо и быстро. Использовав силу Знака, Дауд резко притянул мужика к себе. С приглушенным криком того рвануло вперёд и он сильно ударился головой о стекло кабины. К удивлению Дауда, оно выдержало. Хотя, этого стоило ожидать, раз на этой колеснице возят деньги, она должна быть хорошо защищена.

Вскинув левую руку, он снова рванул охранника на себя, не давая ему опомниться. После третьего раза, мужик, похоже, лишился чувств, стекло украсила кровавая клякса, но оно даже не треснуло. Убедившись, что вся охрана нейтрализована, Дауд быстро, но без суеты забрал две сумки с деньгами, находившиеся в машине, пистолеты двоих охранников из колесницы, после чего подобрал сумки с вещами из лавок и быстро удалился.

Теперь, сидя в своём временном убежище, он с удовлетворением разглядывал свои трофеи. Одежда есть, так что теперь он не будет привлекать лишнего внимания и сможет спокойно передвигаться по городу. И главное, теперь у него есть деньги. Довольно странные, не золотые или серебряные, а бумажные, но всё же. А деньги, как известно позволяют решить множество проблем. Дауд криво усмехнулся. В том, что теперь ему удастся неплохо устроится в этом огромном городе другого мира, он не сомневался.


========== Глава 5. ==========


До дома Погорелов так и не добрался. Прямо из кабинета Шефа ему пришлось ехать на место нового преступления, у одного из торговых центров. Там он и провёл большую часть ночи, вместе с оперативниками и различными экспертами-криминалистами. Когда он, наконец, освободился, на часах было без пяти шесть. Ехать домой смысла не было, поэтому старший следователь сразу направился к себе в офис. Поспать ему удалось почти три часа, откинувшись в кресле своего рабочего кабинета. Разбудил его один из помощников, пришедших на работу.

Выпив едва ли не литр кофе, Погорелов, с красными от недосыпа глазами, уставился на кипу бумаг, лежавших на рабочем столе. Обречённо вздохнув, он принялся за работу. Вчера вечером Шеф потребовал, чтобы к утру у него на столе лежал доклад по ограблению инкассаторов у торгового центра. Без пяти одиннадцать, старший следователь собрал в папку несколько документов с выжимкой и пошёл отчитываться. В дверях его нагнал один из помощников – прибыл специалист по лукам. Пришлось возвращаться в кабинет, доставать из сейфа вещдок. Заодно, он вручил помощнику, помимо стрелы, которой был убит полицейский в парке, ещё три дротика, которые вчера обнаружили на месте происшествия оперативники.

Выдав помощнику вещдоки и раздав ряд ЦУ, Погорелов поспешил на доклад. Когда старший следователь зашёл в кабинет, Шеф привычно сидел за столом и разговаривал по телефону. Надо сказать, выглядел он не менее уставшим, чем его подчинённый. Знаком велев Погорелову садиться, он продолжил разговор:

- Я всё понимаю, но… Послушайте, мои сотрудники делают всё возможное… Да. Да. Нет! Вас понял, до связи.

Швырнув трубку стационарного телефона на место, Шеф достал из нагрудного кармана пачку сигарет и закурил. Сделав пару затяжек, он выпустил облако дыма и устало произнёс:

- Докладывай, что там с ограблением у торгового центра? Это точно был наш клиент?

- В тёмном кожаном пальто, сапогах и перчатках до локтей, с кинжалом на поясе? Уверен. Его засняла одна из камер наружного наблюдения, расположенная на фонарном столбе у парковки торгового центра…

- Короче!

- Прошу прощения. Если коротко, то…

Не вдаваясь в подробности, Погорелов описал Шефу случившееся ограбление. Чем ближе старший следователь подходил к концу рассказа, тем мрачнее становился Шеф. Когда Погорелов закончил, он сделал большой глоток кофе и злобно процедил:

- Прекрасно. Просто чудесно. Сначала он убивает посреди парка среди бела дня двоих полицейских и избивает группу студентов. Потом играючи умыкает почти пять миллионов рублей. Что дальше? Он захватит Кремль? Обчистит алмазный фонд? Ох, за что мне это…

Тяжело выдохнув, Шеф откинулся на спинку кресла.

- Можешь идти, Погорелов. Что делать ты знаешь.

Молча кивнув, старший следователь вернулся в свой кабинет. Там его уже ждал один из помощников с отчётом по стрелам. Усевшись в своё рабочее кресло, Погорелов достал свой блокнот и устало произнёс:

- Ну, что там по стрелам?

- По поводу той, которой был убит полицейский. Специалист однозначен – это арбалетный болт, для какой-то миниатюрной модели этого оружия. Какой точно, он сказать не может, но предоставил нам список возможных вариантов различных спортивных и охотничьих арбалетов, из которых можно было бы стрелять таким болтом.

- Ясно, - Погорелов сделал пометку в своём блокноте.

- Что по поводу остальных?

- Остальные три это не болты, а скорее дротики, наполненные каким-то сильнодействующим снотворным и предназначенные для стрельбы из той же разновидности арбалета, что и стальной болт.

- Хм, - старший следователь сделал ещё несколько пометок.

- А что говорят наши эксперты?

- Много чего. Для начала, они однозначно заявили, что и болт и дротики изготовлены не в заводских, а в кустарных условиях. Возможно в какой-нибудь мастерской. Но делал их профессионал. Ещё их очень заинтересовало снотворное, бывшее в дротиках.

- Вот как? – насторожился Погорелов.

Если препарат какой-то особенный, то это может быть зацепкой.

- Они не смогли понять, что это такое. Вот результат химического анализа.

Помощник протянул Погорелову распечатку. Несколько секунд старший следователь смотрел на бумагу, после чего зло произнёс:

- Я тебе что, Менделеев? По-человечески можешь сказать, что они тут написали?

- Прошу прощения. Если коротко, всё что они смогли понять, это то, что вещество в дротиках является мощнейшим транквилизатором. Ранее им с подобным сталкиваться не приходилось. Требуют дополнительные образцы, и чем больше тем лучше.

- Вот как? Что же в этом транквилизаторе такого особенного?

- А вы ещё не в курсе? Тех троих, которых им усыпили в госпитале так и не смогли разбудить.

- В каком смысле?

- В прямом. Как врачи ни пытались их будить, всё бесполезно. Никакой реакции. Все трое мирно спят, не реагируя ни на какие раздражители. Вообще. И ещё один факт, Новосельцев особенно обратил на него внимание. У всех троих очень разная масса тела, а доза транквилизатора во всех дротиках, судя по всему, была одинаковая.

- И что это значит?

- По словам Новосельцева, это значит, что доза, которая усыпила самого толстого из тех троих, самого тощего должна была убить. Но этого не произошло. Вместо этого все трое спокойно спят и не собираются просыпаться.

Задумавшись, Погорелов сделал ещё несколько пометок в своём блокноте. Необычное снотворное говорило в пользу версии, что преступник проходил спецподготовку и имел допуск к специальным средствам. Жестом отпустив помощника и дав ему парочку ЦУ, старший следователь принялся за работу. Нужно было как следует разобраться в этом ограблении. Вот только по мере того, как картина постепенно выстраивалась, возникало всё больше вопросов. Через несколько часов Погорелову позвонил один из помощников, оставшийся работать на месте происшествия:

- Докладывай, что у тебя?

- Несколько павильонов были взломаны. Пропали различные вещи, в основном одежда, и кое-какое туристическое снаряжение, список я вам выслал по почте.

- Что с записями камер видео наблюдения?

На другом конце трубки повисла секундная тишина, после чего помощник мрачно произнёс:

- Ничего.

- В смысле? Отключили их что ли?

- Нет, все камеры работали, я с начальником охраны торгового центра их вместе просмотрел. Но ни одна из камер нашего клиента не засекла. Лишь кое-где мелькали тени. Если честно, всё похоже на то, что он точно знал, где были расположены видеокамеры, в том числе скрытые.

- Час от часу не легче…

Дав помощнику несколько ЦУ, Погорелов посмотрел на часы и вздохнул. Почти час дня, надо бы пойти пообедать. В столовой старший следователь столкнулся с Новосельцевым. Глава экспертного отдела сидел за краешком стола и пытался одновременно есть суп и читать какие-то документы. Поставив поднос на стол, Погорелов уселся напротив:

- Не возражаешь?

- А? Нет, что ты, Гришь, садись. Приятного аппетита.

- Взаимно.

Несколько минут оба молча обедали. Потом Погорелов медленно произнёс:

- Мистика какая-то…

- М? О чём ты?

- Да об этом последнем деле! Ну не бывает так!

- Ты сейчас про что?

- Ох… Ну вот скажи мне на милость, как он мог одновременно, подчёркиваю, одновременно - он поднял голос на пол тона - выстрелить в троих мужчин усыпляющими дротиками, и уже через мгновение начать душить четвёртого. Вдобавок, он каким-то образом умудрился избить водителя не заходя в кабину.

- Да ладно? Серьезно?

- На записи с единственной камеры, которая его засекла, видно, что в кабину он не заходил. И получается, что либо инкассатор сам себя избил головой об руль и лобовое стекло, либо, наш клиент долбаный телепат.

Погорелов даже не представлял, насколько он прав. Новосельцев тем временем задумчиво почесал подбородок, затем медленно произнёс:

- Что-то много мистики в последнее время вокруг происходит…

- Есть ещё что-то о чём я не знаю?

- Мне сегодня звонил бывший однокурсник, он сейчас в Санкт-Петербурге работает. Он мне такую историю рассказал. Слышал про недавний взрыв в одном из тамошних ВУЗов?

- Про который в новостях говорили? Да что-то слышал.

- Так вот, у них там тоже мистика какая-то. Взрыв был. А вот бомбы не было.

- Как так?

- А вот так, они не нашли ни следов взрывчатки, ни фрагментов взрывного устройства, ничего. Вообще.

- Дела…

- Да, но это ещё не самое интересное. Непосредственно в комнате где произошёл взрыв, находился кабинет одного из преподавателей ВУЗа. Он остался жив, хотя и получил несколько тяжёлых ушибов. И, похоже, головой поехал. Утверждает, что незадолго до взрыва, к нему приходил один из его студентов, и принёс какую-то археологическую находку из кости мамонта. И что это именно она и взорвалась.

Погорелов тихо присвистнул и покачал головой.

- Бывает. Похоже, его крепко головой приложило.

- Возможно. Вот только самое смешное, что студент действительно был.

- Не понял?

- К нему действительно приходил незадолго до взрыва один из студентов. И, судя по записям камер видео наблюдения, расположенных в коридоре, он тоже находился в момент взрыва в кабинете преподавателя. А после бесследно исчез. От него тоже не нашли ничего, даже шнурков.

- Да, дела… Может это он и взорвался?

Дружный смех старшего следователя и начальника экспертного отдела прервал настойчивый звон мобильного телефона. Бросив взгляд на дисплей, Погорелов помрачнел. Шеф.


Первое, что почувствовал Володька, придя в себя, был холод. Затем пришла боль в боку. Кое-как, матерясь и проклиная всё на свете, студент ист - фака поднялся на ноги. И тут же упал, из-за сведённой судорогой мышцы. Несколько минут он шипел от боли, катаясь по полу. Наконец, когда боль прошла, а Володька окончательно проснулся, ему удалось встать и осмотреться. Он находился в какой-то комнате. Судя по всему, помещение, а возможно и всё здание, было заброшено. Как он сюда попал, студент ист - фака не помнил. Последние, что отпечаталось в его сознании, был проклятый, невероятно длинный мост, ведущий на свободу из тюрьмы.

Осмотревшись, Володька понял и причину боли в боку. Его угораздило лишиться чувств и уснуть прямо на трофейном палаше стражника. Устало вздохнув, он поискал глазами, где бы присесть. Увы, из мебели в комнате оставались только пара шкафов, частично разломанных на дрова. Несколько секунд Володька поколебался, после чего плюнул на всё и сел прямо на пол, благо хуже не стало бы. Несколько минут студент ист - фака мрачно смотрел в пол перед собой. Хотелось есть, хотелось спать, хотелось помыться, с жёсткой мочалкой и хозяйственным мылом, смыть, стереть, соскрести с себя всю налипшую за последние дни грязь.

Просидев несколько минут на полу и почувствовав, что начинает замерзать, Володька с трудом поднялся на ноги и пошёл к выходу. Улица его встретила знакомой любому жителю Северной Столицы России погодой – мелким моросящим дождём, серым небом и холодным ветром. Стараясь поплотнее закутаться в трофейную форму, Володька двинулся вниз по улице. Дойдя до самого конца улицы, заканчивавшегося развилкой, студент ист - фака остановился. А куда ему, собственно идти? Где искать эту… Как там её? Веру Морган? Морей! Стоп, как же её ещё вчера назвал Чужой… Точно, Старая Ветошь!

Студент ист - фака огляделся по сторонам. По пути ему не встретилось ни одного прохожего, у которого можно было бы спросить дорогу. Впрочем, это не удивительно, он бы и сам не вышел в такую погоду на улицу по доброй воле. Выругавшись, Володька выбрал поворот направо и пошёл дальше. Постепенно трофейная форма промокла и стало совсем холодно. Дрожа и чертыхаясь, студент ист - фака упрямо шёл по улице, оглядываясь по сторонам. Да чтоб вас, ну хоть кто-нибудь в этом городе есть живой?!

Дойдя до очередного перекрёстка, студент ист - фака огляделся. Слева посреди улицы виднелась баррикада, причём основательная. Перед ней на земле лежали три трупа, вокруг которых деловито сновали несколько крыс. Ощутив, как к горлу подкатывает тошнота, Володька отвернулся. Впереди улицу перегораживала мощная стена, с несколькими дозорными вышками по бокам от ворот. Сквозь пелену дождя были видны фигуры нескольких стражников, так что, этот путь тоже отпадал. Встречаться с представителями местных сил правопорядка Володьке совсем не хотелось. Справа улица выглядела относительно спокойно. Ни баррикад, ни стражников, насколько хватало глаз, видно не было. Одни лишь заколоченные дома и горы разного мусора.

Дрожа от холода Володька повернул направо. Дождь тем временем усиливался. Дойдя примерно до середины улицы, студент ист - фака не выдержал и нырнул в подворотню, в надежде переждать ливень.

- Дядька стражник, а дайте монетку!

От неожиданности Володька вздрогнул и резко обернулся. Рядом с грудой поломанных ящиков стоял чумазый пацан лет тринадцати, одетый в рваную куртку, которая ему явно была велика. На голове у него красовалась мятая шляпа-блин, на ногах рваные штаны, которые, как и куртка, ему явно были велики. Обут он был армейские сапоги, вроде тех, что носили стражники.

Студент ист - фака уже открыл было рот, но осёкся. Кивнув пацану, он принялся хлопать себя по карманам. Господи, ну хоть бы какая мелочь завалялась в карманах. Есть! В нагрудном кармане знакомо звякнуло. Достав несколько монет, Володька кинул одну из них пацану. Тот, явно не верящий своему счастью, ловко поймал её и весело сказал:

- Спасибо дядька! А мой батька говорил, что все стражники засранцы! Врал, выходит.

С азартом глядя на Володьку, он уже приготовился улепётывать, но студент ист - фака миролюбиво кивнул:

- Поверь, твой отец был не далёк от истины. Слушай, я тут ищу кое-кого. Одну женщину. Её зовут Старой Ветошью. Не знаешь, где бы я мог её найти?

Слова Володьки оказали неожиданный эффект. Пацан вдруг резко побледнел и сдал назад, готовый рвануть в глубь подворотни.

- Если поможешь, получишь остальные! – поспешно крикнул Володька, показав оставшиеся на ладони несколько монет.

Пацан замер и нервно облизал губы. На его лице отчётливо боролись страх и жадность. Победила жадность.

- Зачем она вам?

- Мне нужно с ней поговорить.

- Не стоит, дядька. Ведьма она, точно вам говорю!

«Верю», мысленно усмехнулся Володька.

- Неужели?

- Она слепая, но всё равно всё видит и слышит! И крысы её слушаются, честное слово! А ещё, - пацан заговорщически понизил голос и стрельнул глазами по сторонам, словно жуткая ведьма могла быть рядом и подслушивала его, - она детей ест!

- Вот как? А ты откуда об этом знаешь? Сам видел, что ли?

- Не видел, но знаю, - упрямо произнёс пацан. – Мы с моими друзьями как-то кидались камнями в её дом. А потом Билли -Толстяк и Майк - Проныра на спор решили залезть в него. Больше мы их не видели!

- То есть, ты знаешь, где она живёт?

Пацан осторожно кивнул.

- Отведи меня к ней и получишь остальные монеты.

Несколько мгновений он колебался, после чего безапелляционно заявил:

- Половину прямо сейчас! Если она вас сожрёт или заколдует, как я получу свои деньги?

- Справедливо.

Отсчитав половину из оказавшихся в кармане стражника монет, Володька протянул их пацану. Тот осторожно приблизился и молниеносным движением сцапал, тут же отпрянув. Да, ничего не скажешь, ловок.

- Ну, веди.

- Пойдёмте, тут не далеко.

Необычный проводник уверенно повёл Володьку вниз по улице. Вскоре, они вышли к набережной. По пути пацан всё пытался выведать, какие дела у Володьки с этой ведьмой? Студент ист - фака лишь отшучивался, чем ещё больше распалял любопытство пацана. Наконец, они остановились перед одним из домов, на вид заброшенным.

- Тут она живёт, дядька!

- Спасибо. На держи.

- Удачи вам!

Сцапав остаток монет, пацан буквально растворился в воздухе. Володька же, стараясь не клацать зубами от холода, подошёл к входной двери. Подёргав ручку и убедившись, что дверь заперта, студент ист - фака криво усмехнулся. Кто бы сомневался. Выдохнув и зачем-то перекрестившись, Володька несколько раз постучал. К его удивлению, дверь практически тут же открылась.

- Так-так-так. Давно уже у меня не было подобных гостей.

На пороге стояла пожилая женщина, абсолютно седая. Её одежды, явно дорогие и качественные, знали лучшие времена и давно уже истрепались. Глаза женщины были абсолютно белыми, но тем не менее, смотрела она прямо на Володьку.

- Эм… Прошу прощения, вы Вера Морей?

- О, вы только подумайте. Давно уже никто так ко мне не обращался. Как приятно встретить вежливого молодого человека. Сейчас это, увы, большая редкость. Но что мы стоим, ты же наверняка промок и продрог. Проходи в дом, всё уже давно готово.

- Вы… Вы меня ждали? – неуверенно спросил Володька, заходя в дом вслед за хозяйкой и закрывая дверь.

- Вчера мне приснился чудесный сон, мой мальчик. Сюда пожалуйста, - женщина уверенно провела Володьку в одну из комнат.

- Во сне я видела Его. Он, как всегда был прекрасен и элегантен. Ах, какой мужчина, какой мужчина. Как бы я хотела потанцевать с ним на балу, в императорском дворце, под музыку…

В комнате, куда привела Володьку Старая Ветошь горел камин и было довольно тепло. В центре стоял небольшой накрытый столик, с чайником и парой чашек. По бокам от столика стояли два старых, во многих местах порванных кресла.

- Он предупредил меня о твоём визите и попросил встретить. Как я могла отказать Ему? Полагаю, - женщина повернулась к Володьке и посмотрела на него своими слепыми глазами, - ты устал с дороги? В соседней комнате есть чистая одежда, таз, кувшин с горячей водой и мыло. Большего, я, увы, предложить не могу…

- Мадам Морей, о большем я и не мечтал. Вы моя спасительница.

- О право, молодой человек, вы меня смущаете, - губы женщины тронула слабая улыбка.

Ещё раз поблагодарив хозяйку, Володька поспешил в соседнюю комнату. Там действительно нашлось всё то, о чем говорила Старая Ветошь. С огромным наслаждением Володька скинул с себя форму стражника и приступил к водным процедурам. Никогда в жизни ещё он не тёр себя мочалкой с таким ожесточением. Вымывшись, студент ист - фака осмотрел предоставленную хозяйкой одеждой. Вещи были старые, но чистые. Одевшись, Володька осмотрел себя и усмехнулся. Ну прямо-таки Шерлок Холмс в исполнении Ливанова.

Вымытый и переодетый в чистое, Володька почувствовал себя прямо-таки другим человеком. Заправившись, он вернулся в комнату, где его ждала хозяйка. Старая Ветошь удобно устроилась в одном из кресел. В руках у неё дымилась кружка.

- Прошу тебя, мой мальчик, чайник только что вскипел.

- Благодарю вас.

Взяв вторую кружку, Володька уселся в кресло напротив и пригубил напиток. Это оказался неплохой чёрный чай, крепкий, но без сахара.

- Ну что же, теперь, когда ты привёл себя в порядок, думаю, мы можем поговорить о деле, которое тебе поручил наш общий знакомый.

С этими словами Старая Ветошь внимательно посмотрела на Володьку своими слепыми глазами.


Комментарий к Глава 5.

Добавил запятых, исправил тире, и по мелочи.


========== Глава 6. ==========


Молодой парнишка-официант аккуратно поставил перед клиентом блюдце с маленькой чашечкой двойного эспрессо.


- Your order, sir.


- Thank you.


Кивнув, клиент взял чашечку и залпом осушил её. На лице его, при этом, не дрогнул ни один мускул, как будто он не проглотил только - что практически кипяток. Поставив пустую чашечку на блюдце, он произнёс:


- One more, please.


Забрав блюдце и пустую чашку, молодой парнишка кивнул и удалился. Кого только не встретишь, подрабатывая официантом в столичном кафетерии. Клиент, уже больше часа сидевший за одиночным столиком в углу зала, сразу чем-то привлёк его внимание. Высокий крепкий мужчина, в дорогом светло-бежевом летнем костюме с белоснежной рубашкой, бордовым галстуком, завязанным безупречным узлом, и изящной широкополой шляпой, смотрелся в, дешевом-то в общем кафетерии, немного неуместно. Сразу видно было, что мужчина солидный, при деньгах, в добавок ко всему иностранец. Такому бы больше подошёл какой-нибудь фешенебельный, как сейчас принято говорить, ресторан в центре Москвы, где один бокал вина стоит, как месячная зарплата рабочего где-нибудь в провинции.

Но нет, сидит второй час в уголке зала в дешёвом и шумном кафетерии, и чего-то ждёт. Лишь периодически заказывает порцию двойного эспрессо, и глотает её. Интересно, он это делает напоказ, или у него глотка из какого-то термостойкого материала? Отнеся грязную чашечку и передав просьбу клиента повторить заказ, официант украдкой взглянул в угол зала. Странный иностранец всё так же сидел откинувшись за своим столиком в углу. На глазах у него были надеты дорогие солнцезащитные очки в тонкой золотой оправе, так что понять, куда он смотрит было невозможно, но официанту казалось, что мужчина всякий раз перехватывает его взгляд.

Может это иностранный шпион? И здесь у него место встречи со связным или завербованным агентом? И глотание кофе залпом это условный знак, по которому его должны опознать? А что, внешность и одежда вполне себе. Вот сейчас к нему подсядет такой же хорошо одетый мужчина и передаст дипломат, или запечатанный конверт. Ага, а потом в кафетерий ворвётся отряд спецназа ФСБ. Усмехнувшись собственному разыгравшемуся воображению, уже нарисовавшему ему перестрелку в духе американских блокбастеров, парнишка невольно улыбнулся.

Взяв очередную порцию двойного эспрессо, он отнёс её странному клиенту. Тот выпил его залпом, как и предыдущие, и произнёс:


- Bill, please.


- One moment, sir.


Забрав пустую чашку, пошёл за счётом. Неожиданно, парнишка резко остановился у барной стойки. По телевизору, висевшему на стене в зале, на весь экран показывали изображение мрачного мужчины лет сорока, со шрамом на правой стороне лица. Внизу бежала строка новостей: «…портрет преступника, совершившего двойное убийство полицейских в парке «Царицыно». Если вам что-нибудь известно об этом человеке, сообщите об этом в правоохранительные органы…» Дальше официант читать не стал. По спине у него пробежал холодок. Странный клиент был в солнце защитных очках, но даже они не смогли до конца скрыть шрам, тянувшийся от правой брови почти до самого подбородка. Не удержавшись, официант обернулся и тут же открыл рот от удивления. Столик в углу зала был пуст. Лишь на столешнице лежали три тысячерублёвые купюры.


- Ты чего застыл?


От неожиданности молодой парнишка едва не выронил поднос. Менеджер зала, как всегда, подкралась незаметно.


- Уснул что ли? Давай пошевеливайся!


- Марин, - парнишка облизал пересохшие губы, - звони в полицию.


- Что?!


- У нас, походу, сидел Царицынский Потрошитель…


Пообедать Погорелову толком так и не удалось. После звонка Шефа пришлось срываться и ехать в один из кафетериев, откуда поступил звонок, что там был замечен их клиент. В другой ситуации он отправил бы одного из своих помощников для начала проверить, не пустышка ли это, но начальство требовало немедленных результатов, так что пришлось ехать лично. Выйдя из машины, Погорелов зашёл внутрь кафетерия. Посетителей было немного, у входа в офисное помещение старший следователь сразу заметил группу людей. Пара официантов и менеджеров ресторана о чём-то разговаривали с сотрудником полиции. Приблизившись, Погорелов предъявил удостоверение следователя и спросил:


- Так, ну и кто из вас видел подозреваемого?


Вперёд дружно вытолкнули молодого паренька-официанта. Облизнув губы, тот нервно затараторил:


- Сегодня, примерно часа три назад к нам в зал зашёл посетитель. Сел вон за тот столик, и два часа почти там просидел, ничего не делая, только эспрессо двойные заказывал. И глотал их залпами, ей Богу не вру! Ну потом, как он счёт запросил, я по телевизору вдруг увидел портрет Потрошителя. И меня прямо как осенило, у этого посетителя странного, у него такой же шрам на лице был. Он хоть и в очках солнцезащитных был, но я его всего равно разглядел. Вот точно как на портрете, что по телевизору показывали! Да и причёска похожая у него была. Я только оглянулся, а его уже нет, только деньги на столе лежали. Ну мы и сразу в полицию позвонили…


Погорелов слушал словесный поток парнишки не перебивая, лишь включил диктофон. Когда он закончил говорить, Погорелов произнёс:


- Где купюры, которые подозреваемый оставил на столе?


- Мы их убрали в кассу.


Погорелов про себя выматерился.


- Посуда, из которой он ел, приборы, чашки? Где они?


- Посуды не было, он только кофе пил…


- То есть, чашки вы уже все помыли? - мрачно предположил Погорелов.


- Эм, ну да… Но мы же не знали!


“А мозги использовать мы не привыкли!” - злобно подумал старший следователь. “Не могли догадаться, что правоохранительные органы захотят снять отпечатки пальцев?”


- Я надеюсь, вы хотя бы столик не протирали?


- По инструкции после каждого посетителя столики надо протирать - пискнула одна из официанток, но поймав взгляд Погорелова, пожалела, что вообще открыла рот.


- Ясно. Просто прекрасно. Значит так. Мне нужно поговорить с молодым человеком наедине. И ещё мне нужны записи с камер видеонаблюдения, все, с того момента, как подозреваемый пришёл в зал, и покинул его. Займись этим.


Полицейский молча кивнул, а старший следователь прошёл вслед за старшим менеджером кафетерия в одну из офисных комнат. Там Погорелов достал свой блокнот, заново включил диктофон и принялся допрашивать официанта:


- Когда этот человек к вам пришёл?


- Три часа назад, примерно.


- Как он был одет?


- Костюм летний, светло-бежевый, рубашка белая, галстук бордовый, шляпа, - отчеканил парнишка.


- Хм…


Погорелов пролистал несколько страниц блокнота, пока не нашёл ту, куда он выписал список вещей, украденных из торгового центра. Сходится.


- Чем он был занят, обратили внимание?


- Да ничем. Просто сидел и периодические заказывал двойные эспрессо. Глотал их, причём, залпами, не вру, ей Богу!


- Хм… Он о чём-нибудь говорил? Может звонил кому-то по телефону?


- Нет, он ничего практически не говорил. Хм… И я что-то вообще не припоминаю, чтобы он пользовался телефоном. Даже не доставал из кармана.


- Ещё какие-нибудь детали можете вспомнить, это очень важно?


- Он не русский.


- В смысле?


- Скорее всего англичанин, хотя, акцент довольно странный.


- Так, а вот с этого момента поподробнее.


- Ну, понимаете, он все заказы делал, да и говорил вообще только по-английски.


- Хм, так… А почему вы решили, что он именно англичанин? Язык - то международный, на нём почти половина мира говорит.


- Я же говорю, акцент довольно странный. Больше всего похож на британский.


- А вы в этом разбираетесь?


- Я учусь на филологическом факультете, английский один из моих профильных языков, и я на нём довольно бегло говорю.


- То есть, вы можете с уверенностью утверждать, что подозреваемый именно англичанин?


- Ну, стопроцентных гарантий не дам, но акцент его был больше всего похож именно на классический британский.


- Понятно…


Задав ещё несколько вопросов и взяв координаты официанта, Погорелов вышел из комнаты. На выходе его уже ждал сотрудник полиции и один из подъехавших помощников Погорелова:


- Что там с записями камер видеонаблюдения?


- Пошли, сам посмотришь.


- Что-то интересное?


- Ну, в некотором роде.


В некотором роде это было мягко сказано. Просмотрев запись в третий раз, старший следователь спросил:


- Это что, глюк?


- Если бы. Нет, как видишь, запись идёт ровно.


- Тогда как?


- Я откуда знаю.


Запустив проигрыватель в четвёртый раз, Погорелов напряженно вгляделся в экран. Камеры в зале кафетерия стояли дешёвые, но они позволяли более менее чётко видеть сидевшего в углу зала мужчину в костюме. На протяжении почти двух часов, ничего необычного не происходило. Мужчина просто сидел в углу и периодически заказывал себе двойные эспрессо. Но вот в самом конце начиналась какая-то мистика. В какой-то момент он просто исчезал. Бесследно. Просто испарялся в воздухе. Только что он сидел спокойно за столом, а в следующий его стул был пустым. Прокрутив запись в пятый раз, взгляд Погорелова зацепился за одну деталь - подозреваемый исчезал в тот самый миг, когда парнишка-официант останавливался, заметив портрет убийцы на экране телевизора.

Несколько минут старший следователь напряжённо обдумывал увиденное, после чего приказал:


- Все записи с камер видеонаблюдения изъять. Ясно? Работайте.


Оставив помощника заниматься записями, Погорелов вышел на улицу и сел в машину. Перед тем как поехать, он позвонил в офис:


- Значит так, появилась информация, что наш клиент, возможно, иностранец. Я скоро буду в офисе, а ты пока что начинай шерстить всех иностранцев, подходящих описанием под нашего клиента, которые прибыли в последнее время в Россию. Упор сделай на англичан. Знаю, что это до хрена, а что делать?! Всё, отбой.


Повесив трубку, Погорелов мрачно повернул ключ зажигания. Что-то он сильно сомневался, после увиденного на записях камер видеонаблюдения, что проверка иностранцев даст хоть какой-нибудь результат.


Володька сделал глоток и поставил чашку на стол:


- Ну что же, давайте поговорим о деле. Чужой сказал вам, что я должен сделать?


Старая Ветошь аккуратно поставила блюдце с чашкой на стол и посмотрела Володьке прямо в глаза. Студент истфака внутренне невольно поёжился. Пожилая женщина, несомненно, была абсолютно слепа, но всё же его не покидало чувство, что она прекрасно всё видит и подмечает малейшие детали.


- Тебе, мальчик мой, предстоит кое-что достать для меня. Одну вещь. Много лет назад её отняли у меня, и мне бы очень хотелось её вернуть. Сделай это для меня, и я сделаю для тебя то, о чём попросил Чужой.


- Хорошо. Что это за вещь и где мне её искать?


На мгновение на лице Старой Ветоши промелькнула мечтательная улыбка.


- Это подарок, от одного из моих бывших поклонников. После того, как его у меня отняли, он сменил множество владельцев. Последним был человек, по имени Морис Бейларк. Он жил не далеко от сюда, пока весь его квартал не затопила вода, прорвавшая плотину. Его дом легко найти по вывеске с именем владельца. Сейчас там не осталось никого, кроме пары плакальщиков и крыс. Даже мародёры стараются туда не заходить, так как там не осталось практически ничего ценного. Но я чувствую, что мой подарок всё ещё в его доме.


- Понятно. И всё же, что это за подарок?


- Ты поймёшь это, мой мальчик, когда найдёшь его.


Мысленно Володька закатил глаза. Знакомая мелодия. Пойди туда, не знаю куда, найди то, не знаю что. Ну, ладно, куда идти понятно, но что искать-то?


- Как же я его должен найти, если я даже не знаю, что это? Или на нём написано ваше имя?


- Ну-ну, мой мальчик. Чужой одарил тебя своим Знаком, используй его силу. Но, вообще-то да, на нём написано моё имя. И даже изображён мой портрет. Сейчас меня, правда, будет трудно узнать, но что поделать, годы не щадят никого и ничего, а особенно женскую красоту…


Лицо Старой Ветоши приобрело мечтательное выражение. На мгновение Володька словно наяву увидел прекрасную картину: ярко освещённый бальный зал, множество людей по краям, а в центре молодая пара - юноша в военной форме и девушка в тёмно-бордовом платье. А в следующий миг студент ист - фака понял, что он действительно её видит наяву, но словно сквозь мутное стекло. Какого?..


- Ц-ц-ц, мой мальчик, тебя не учили, что подглядывать не хорошо. Особенно чужие воспоминания?


Картина резко оборвалась, а Володька от удивления аж открыл рот. Несколько секунд он ничего не понимал, а потом до него дошло. Скосив глаза на свою левую ладонь, он увидел, что Знак Чужого светится бледно-голубым светом. Вот чёрт!


- Простите, я не хотел читать ваши мысли… Это вышло случайно, честно!


- Извинения приняты, мой мальчик. На первый раз прощаю, но больше так никогда не делай.


Ещё раз извинившись, Володька залпом допил чай и поднялся на ноги. Покидать уютное кресло и натопленную комнату совершенно не хотелось, но выбора не было. Чем скорее он найдёт этот «подарок» для Старой Ветоши, тем быстрее он попадёт домой, в родной Санкт-Петербург. Ещё раз уточнив, где находится дом этого Мориса Бейларка, Володька вышел на улицу.

Улица его встретила всё тем же противным дождём, сыростью и холодом. Ну, к такой погоде жителю Северной Столицы России не привыкать. Закутавшись поплотнее в выданную Старой Ветошью одежду, студент истфака побрёл в указанном направлении. По мере того, как он спускался по улице всё ниже, дома становились всё более неказистыми. Большинство из них было заброшено, окна и двери заколочены. Некоторые несли на себе следы пожаров. Дойдя до конца улицы, Володька повернул направо, как сказала Старая Ветошь, и оторопел.

Улица, на которую он свернул, шла под уклонном вниз в сторону реки и была затоплена практически до самого поворота, у которого остановился студент ист - фака. И судя по всему, глубина в конце улицы была приличная, так как у домов на середине улицы вода доходила до подоконников первых этажей. Несколько минут Володька тупо стоял на месте, оглядываясь по сторонам. К сожалению, никаких плав - средств поблизости видно не было, так что пришлось студенту ист - фака, стиснув зубы, идти в брод. Вода оказалась холодной, но всё же терпимой. Стараясь держаться стен затопленных домов, студент двинулся вниз по улице.

Когда вода поднялась выше колен, а Володька уже начал всерьёз замерзать, он, наконец, увидел свою цель. Над парадной дверью одного из домов красовалась вывеска: «Бейларк и Хелт. Ювелирная мастерская». Здание, как собственно и весь квартал, явно знавало лучшие времена, но всё же было видно, что не так давно это было роскошное заведение. Оставалась только одна проблема. Мастерская находилась практически в самом конце улице, затопленная почти до второго этажа. И получалось, что добираться до неё нужно в плавь. А этого очень не хочется. Нет, Володька умел плавать, но делать это в одежде, холодной и далеко не самой чистой воде очень не хотелось.

Ну и как быть?! Студент уже почти решился попробовать добраться вплавь, как вдруг его осенило. Взглянув на свою левую руку он задумался. Что там говорил Чужой про возможность телепортации? А что, попробовать можно. Тем более, что надо начинать осваивать полученные супер-способности.

Сжав кулак, Володька сосредоточился, сконцентрировал полученные от Чужого силы, и чётко представил, как он оказывается на подоконнике окна второго этажа мастерской, зиявшего выбитыми стёклами. Результат оказался мгновенным. Ощущение рывка, и вот уже студент истфака стоит на подоконнике. А в следующий миг Володька потерял равновесие и с матом, огласившим всю улицу, рухнул спиной назад. Прямо в холодную воду.

Почти минуту Володька барахтался в воде, пытаясь влезть на подоконник, а с него уже в само здание. Расстояние от кромки воды было небольшое, примерно полметра. Вот только выбраться из холодной воды, когда на тебе потяжелевшая одежда, очень непросто. В конце концов студент истфака снова воспользовался своей силой, чтобы телепортироваться внутрь помещения. И оказался практически в полутора метрах над полом.

С коротким «Мля!» Володька приземлился на пятую точку. Примерно минуту он катался по полу, тихо ругаясь и массируя ушибленное место. Когда боль немного утихла, студент ист - фака, промокший, продрогший и злой, поднялся на ноги. Так, ну и где этот «подарок»?

Хороший вопрос. Помещение, в котором он оказался, блистало пустотой и слоем пыли. Похоже, что всю возможную мебель хозяин мастерской успел вывезти. Вздохнув, Володька поднял левую руку и произнёс:


- Люк, используй Силу!


Эффекта – ноль. Никакого чувства направления или голоса свыше, указавшего бы, где лежит «подарок» Старой Ветоши.


- Конечно Оби-Ван, не буду полагаться на сверх технологии будущего, буду полагаться на шаманство и вуду…


Ладно, придётся искать по-старинке. Однако на поиски «подарка» Володька отправился не сразу. Для начала, студент разделся, вылил воду из сапог, отжал рубашку, штаны, жилет и пиджак, выданные Старой Ветошью. Когда он снова оделся, выглядел он потрясающе. Хоть сейчас на съёмочную площадку в роли утопленника, выловленного из воды. Проклятье, как же его достал этот долбаный мир! Как же хочется домой, в цивилизацию! Ну, раз хочется, значит надо стиснуть зубы и идти искать «подарок». Господи, только бы он не оказался на первом этаже, который полностью затопило…

Первым делом, Володька решил осмотреться, и начал, само собой, со второго этажа. Во всех комнатах, где он побывал, картина была одинаковая – сырость и пустота, чуточку разбавленная слоем пыли, мусора и прочей грязи. На первый этаж попасть было невозможно, так как вода затопила лестницу, ведущую на первый этаж, до самых верхних ступеней. На третий этаж пришлось телепортироваться, так как верхний лестничный пролёт частично обвалился и вообще не внушал доверия. Про себя Володька отметил, что у него уже начинает неплохо получаться.

Переместившись на третий этаж, первое что почувствовал Володька, это был запах. Гнилостный запах разложения. К горлу тут же подкатила тошнота. Невольно студент пожалел, что не взял с собой трофейный палаш стражника из тюрьмы. Мало - ли что его ждёт тут. С другой стороны, плавать с тяжёлой железкой на боку не самая лучшая идея. Ну разве что сверху вниз, в один конец. Оглядевшись по сторонам, и убедившись, что вокруг нет ничего подходящего в качестве оружия, Володька сжал кулак левой руки и приготовился в случае чего нанести удар в духе джедаев. Хотя, он лично предпочёл бы молнии ситхов… Ладно, приступим к поискам.

На третьем этаже, в отличие от второго, в некоторых комнатах была мебель, зачехлённая и подготовленная к перевозке. Похоже, владелец мастерской не успел вывезти всё. Причина этого, как и источник запаха обнаружился в одной из дальних комнат. Войдя в неё, Володька едва не расстался с той жалкой едой, которая ещё была в его желудке. В комнате лежало три трупа, уже начавших разлагаться. Двое у входа, один у противоположной стены. При появлении Володьки, от них отбежало несколько крыс. Впрочем, обнаглевшие паразиты и не подумали прятаться. Отбежав к краям комнаты, они уставились на студента ист - фака и принялись возмущённо пищать.

Стараясь не обращать внимание на запах, Володька осмотрел тела погибших. Те, что лежали у входа, были одеты в грязные лохмотья. Рядом с одним из них лежал длинный мясницкий нож, заляпанный кровью. Кажется, он начинает догадываться, что здесь произошло. Осмотр тела, что лежало у противоположной стены, подтвердило Володькину догадку. Покойный был одет в явно дорогие и добротные одежды. На боку у него виднелось большое бурое пятно. Рядом с ним на полу лежал пистолет, напоминавший те, что использовали в семнадцатом и восемнадцатом веке. А левой рукой он прижимал к себе небольшую металлическую шкатулку.

Обернувшись и ещё раз осмотрев комнату, Володька покачал головой. Похоже на то, что мужчину попытались ограбить, когда он уже собирался покинуть мастерскую. Ему удалось отбиться, но не удалось выжить. Судя по следам на одежде, одни из нападавших сумел ранить его ножом, и мужчина истёк кровью.

Так… А, что это у нас в шкатулке? Давайте ка проверим, не в ней ли лежит цель его поисков? Задержав дыхание, студент осторожно вынул шкатулку из рук покойного. Положив её на пол, Володька попытался открыть её. Ага, фиг вам, шкатулка оказалась заперта на небольшой замочек. Проклятье, и что делать? Оглядевшись по сторонам, студент ист - фака поднялся на ноги и подошёл к телам застреленных грабителей. Взяв заляпанный кровью мясницкий нож, он попытался использовать его как рычаг, чтобы сорвать замок. Но увы, создатель шкатулки сделал свою работу на совесть, в отличие от создателя ножа. Со звоном, лезвие сломалось пополам, и Володька едва не порезался.

Выругавшись, он отшвырнул обломок ножа. Ладно, попробуем по-другому. Подобрав валявшийся на полу пистолет, Володька осторожно осмотрел его. Ну, в принципе всё понятно. Вот спусковой крючок, вот дуло. Аккуратно прижав дуло пистолета к замку на шкатулке, Володька отодвинулся как можно дальше, зажмурился и надавил на спусковой крючок. Раздался глухой щелчок. Да чтоб тебя!

Ну да, с чего это он решил, что пистолет заряжен? Тихо застонав, студент истфака отложил пистолет в сторону и, стараясь не дышать, аккуратно принялся обшаривать карманы покойного в поисках патронов, внутренне содрогаясь от отвращения. В одном из нагрудных карманов пиджака удалось что-то нащупать. Это оказались массивные золотые часы на цепочке. Осмотрев их, Володька заметил на задней стороне часов надпись: «Морису, на наш десятый юбилей, с любовью Катрина». Ну что же, теперь понятно, почему не вся мебель была вывезена. Владелец приказал долго жить.

Отложив часы, Володька продолжил обшаривать карманы. Проклятье, неужели он расстрелял все патроны?! Неожиданно, в одном из карманов брюк что-то звякнуло. Ну-ка… Есть! Это оказалась связка ключей. Поспешно отскочив от покойного подальше, Володька подхватил шкатулку и вышел из комнаты. Мда, чего компьютерные игры не передают, это то, как жутко воняют тела погибших. Особенно, если они успели частично разложиться.

Отдышавшись, студент ист - фака поставил шкатулку на пол и принялся перебирать ключи. Вскоре, один из них подошёл и с сухим щелчком замок открылся. Открыв шкатулку, Володька присвистнул. Вот это да… Да тут драгоценностей на целое состояние! Внутри обнаружились с несколько десятков колец, перстней, брошек и серёжек, два маленьких слитка, судя по всему из чистого золота, несколько цепочек и пара бархатных мешочков, с завязанным тесёмками. Внутри них обнаружились драгоценные камни.

Студент истфака аккуратно поднял один из слитков. Хм, на вес граммов пятьсот. Интересно, сколько такой стоит? Наверняка прилично. Если только удастся его продать. Блин, не о том мысли. Отложив слиток в сторону, Володька принялся осматривать оставшееся содержимое шкатулки. Так, Старая Ветошь говорила, что на подарке написано её имя. И даже изображён её портрет. Что это может быть… А ну ка секундочку! Что это у нас тут? Похоже медальон. Точно!

Потратив минуту на то чтобы открыть небольшой золотой медальон, Володька довольно улыбнулся. Вот оно! На правой половинке была изображена молодая и красивая женщина в дорогом платье, а на левой было написано: «Самой прекрасной и неприступной из дворцовых дам, моей возлюбленной Вере Дабхойел от верного Люсьена!»


========== Глава 7. ==========


Наполнив стопку, Погорелов отставил бутылку водки в сторону и выдохнул:


- Ну что же, приступим…

Осушив стопку одним залпом, старший следователь выловил вилкой из банки маринованный корнишон, закусил им и откинулся на спинку своего кресла. Рабочий день был давно закончен, часы показывали почти половину двенадцатого, но Погорелов твёрдо решил, что не уйдёт домой, пока не разберётся в этом проклятом деле, в котором было слишком много странностей.


- Итак, что мы о тебе знаем? – задумчиво произнёс старший следователь, глядя на доску, висевшую на стене его кабинета. В центре неё магнитами была прикреплена копия портрета подозреваемого, мрачно разглядывавшая Погорелова. От неё во все стороны тянулись стрелки к листкам бумаги, исписанным мелким почерком старшего следователя.


- Возраст – лет сорок. Почти наверняка, имеешь спец подготовку. Неплохо стреляешь и владеешь холодным оружием. Возможно англичанин. Мужик явно крепкий, раз кофе с огня залпами глотаешь…


Всё это старший следователь знал уже едва ли не назубок, но всё равно повторял раз за разом, в надежде что подсознание подметит какую-нибудь деталь, которую он пропустил.


- В принципе, характеристика достаточно приметная. Однако, пока что нам не удалось ничего нащупать. А мы, поверь, ищем. Очень тщательно. И не только мы, но и коллеги из смежных ведомств.


Закончив монолог, старший следователь снова наполнил стопку.


- А это наводит на интересные мысли. Например, на то, что тебя прикрывают наши коллеги из смежных ведомств, вот только иностранных. В пользу этого говорит и то, что шпрекаешь ты по-английски.


Осушив стопку и закусив, Погорелов продолжил:


- С другой стороны, то что ты устроил в «Царицыно»… ИХ агенты ТАК не действуют. Больше скажу, НАШИ тоже ТАК не работают. Ну, разве что только в кино. Но здесь-то у нас не кино, а реальная жизнь…


Почесав подбородок, старший следователь отметил, что не мешало бы уже побриться, после чего задумчиво покрутил в руках шариковую ручку.


- «Царицыно»… Что же там всё-таки произошло на самом деле? Ради чего?


Ответа не было. Взъерошив волосы, Погорелов тяжело вздохнул. Ради чего ты убил полицейских и жестоко избил студентов? Ради чего ограбил торговый центр, инкассаторов-то понятно, деньги они лишними не бывают. Но все эти мелкие бутики. Ну не ради же нескольких шмоток и…

Внезапно, старший следователь замер. Стоп. Стоп! А что если… А что если он действительно ограбил торговый центр ради одежды и прочей мелочи, а инкассаторы просто подвернулись случайно под руки? Вскочив на ноги, Погорелов возбуждённо заходил по кабинету, обдумывая пришедшую мысль.

Предположим, что преступник действительно ограбил торговый центр ради одежды. Но почему не купить на любом рынке? Зачем красть, да ещё в торговом центре? Хм… Почему в торговом центре не ясно. А почему украл? Ну, представим, потому что денег у него не было. Вообще. Как такое возможно? Хм… Интересная картина вырисовывается…

Человек имеющий неплохую спец подготовку и, похоже, спец средства, оказывается в ситуации, когда у него нет денег даже на одежду. При этом он не колеблясь готов убить сотрудников полиции. Если взглянуть со стороны на всё то, что он сделал, на что это похоже?

Старший следователь замер перед висевшей на стене доске с портретом преступника. Оперевшись на неё, Погорелов задумчиво произнёс:


- Предположим, что ты всё-таки агент, засланный нашими заокеанскими или европейскими партнёрами, - последнею фразу старший следователь произнёс с нескрываемым отвращением. – Возможно, в «Царицыно» планировалась какая-то операция: вербовка, передача секретных данных, чья-то ликвидация, не суть. Операция сорвалась или пошла не по плану. Причём настолько не по плану, что ты запаниковал. Хотя, нет, профессионалы даже попав в нештатную ситуацию не паникуют. У них всегда есть запасной план и пути отхода. Хм… В таком случае, выходит, что всё пошло настолько плохо, что ты был вынужден пойти на самые крайние меры. Ты не моргнув и глазом убил двоих полицейских, про студентов я вообще молчу… Стоп! Студенты…


Погорелов отошёл к столу, наполнил стопку ещё раз, осушил её, и, взяв на вилку очередной корнишон, вернулся к доске. Всмотревшись в глаза портрета, старший следователь съел корнишон и задумчиво постучал вилкой по носу подозреваемого.


- Мда, похоже, я был не прав. ТЫ не впал в панику. Ты УСТРОИЛ панику. Полицейские и студенты просто подвернулись под руку. Зачем тебе это было нужно? Очевидный ответ – чтобы скрыться во время поднявшейся суматохи. И, признаю, тебе это удалось. Хм… Но зачем тебе это понадобилось…


Вернувшись к столу, Погорелов насадил на вилку ещё несколько корнишонов и принялся ходить кругами по кабинету, не заботясь о том, что капает рассолом на пол.


- Зачем тебе это понадобилось… Тут вариантов много. К примеру, ты мог понять, что тебя собираются убрать… Нет, скорее арестовать, судя по тому как легко ты убил тех двоих полицейских, с возможными киллерами ты бы тоже не стал церемониться… Хотя, если они были профессионалами… Ладно, предположим, тебе грозили устранение или арест. Или устранение при аресте. Тебе ни того, ни другого, понятное дело, не хотелось.


Съев один из насаженных на вилку корнишонов, старший следователь продолжил ходить по кабинету, ведя монолог и активно жестикулируя.


- И тебе не просто этого не хотелось. Тебе этого очень не хотелось. Арест для тебя был неприемлем настолько, что ты был готов без малейших колебаний убить даже сотрудников полиции. Это при том, что если ты действительно иностранный агент, тебя, скорее всего, после допроса, обменяли или объявили бы персоной non grata, окажись у тебя дипломатические корочки… Хм…


Вернувшись к столу, Погорелов снова наполнил стопку. Усевшись в своё рабочее кресло, старший следователь откинулся на спинку, и, держа в правой руке стопку, задумчиво произнёс:


- Какой же из этого можно сделать вывод? Предположим такой, что у тебя при себе был нечто очень ценное. Или ты знал что-то очень важное. Это было нечто такое, что ни при каких обстоятельствах не должно было попасть в руки врага. К примеру, некая секретная информация. Или компромат на кого-то, с большими звёздочками на погонах и лампасами на штанах, либо в очень дорогом костюме ручной работы.


Отсалютовав стопкой портрету, Погорелов осушил её и налёг на оставшиеся в банке корнишоны. Оживлённо хрустя, он ткнул вилкой в сторону портрета и сказал:


- И, к слову, это может объяснить, почему мы никак не можем установить твою личность. Если у тебя на руках действительно компромат на кого-то из начальников смежных ведомств, то коллеги будут крайне незаинтересованны в том, чтобы МЫ нашли тебя. Не исключено, что как раз сейчас они ведут переговоры с твоими хозяевами, по поводу возможных вариантов мирного урегулирования этого конфликта.


Закончив мысль, старший следователь вновь откинулся на спинку кресла и почесал подбородок. Вроде, ему удалось нарисовать более-менее логичную картину. Надо будет утром ещё раз всё обдумать на трезвую голову, а потом поделиться своими мыслями с Шефом. А пока что, всё стоит записать, пока не выветрилось из памяти…

Наклонившись, Погорелов достал из нижнего ящика стола чистый лист бумаги формата А4 и положил его перед собой на стол. Разумеется, на белоснежной бумаге сразу же появились мокрые пятна от рассола и водки. Чертыхнувшись, старший следователь скомкал лист и полез за новым. В этот момент скрипнула, открываясь, дверь.


- Кто там? – спросил чуть заплетающимся языком Погорелов, появляясь из-под стола.


Оглядевшись, старший следователь никого не увидел. Кабинет был пуст, но дверь была открыта.


- Что за…


Договорить Погорелов не успел. Чья-то рука стальным удавом обвила его шею и с силой сдавила. Старший следователь захрипел и рванулся, но безрезультатно. Несколько секунд Погорелов отчаянно брыкался, а потом мир потемнел.


Уложив все драгоценности обратно в шкатулку, Володька поспешил покинуть мастерскую убитого ювелира. До жилища Старой Ветоши он добирался почти целый. Больше всего времени ушло на то, чтобы покинуть затопленный квартал, учитывая, что одна рука была занята шкатулкой. Пришлось несколько раз использовать Знак, чтобы телепортироваться, но всё равно студент ист - фака умудрился окунуться в мутные воды. Последний отрезок пути ему пришлось преодолевать по колено в воде. Когда студент ист - фака уже почти выбрался на сушу, в его ногу в районе голени неожиданно что-то вцепилось.

Володька едва не потерял равновесие и пулей вылетел на сушу. Обернувшись, он увидел, как в мутных водах, затопивших квартал, плеснулась крупная рыбина, перед тем как скрыться в глубине. Посмотрев вниз, студент не сдержал мата. Часть сапога в районе голенища была вырвана. Стащив с себя обувь, Володька облегчённо вздохнул – до мяса неизвестная зубастая тварь не добралась.

Обувшись, студент ист - фака потопал по лужам в сторону Жилища Старой Ветоши. В голове его роились мрачные мысли. Ничего не скажешь, неплохо искупался. Повезло ещё, что эта тварь напала на него у берега, а не на глубине. И хорошо, что она была одна. Иначе всё могло закончиться очень печально. Воображение невольно нарисовало ему картину из Голливудского ужастика про кровожадных пираний. Бр-р-р-р…

Поежившись, Володька шмыгнул носом (проклятье, похоже простудился!) и угрюмо огляделся по сторонам. Дождь и не думал прекращаться, улицы были всё так же пустынны. Правда, не сказать, чтобы это сильно огорчало студента истфака. Пока что общение с аборигенами заканчивалось не очень удачно.

Дойдя, наконец, до жилища Старой Ветоши, Володька постучался. Дверь открылась сразу же.


- Мальчик мой, да ты весь вымок. Неужели ты решил искупаться в такую погоду? Скорее проходи в дом.


- Благодарю, мадам.


Впустив его, Старая Ветошь запричитала:


- Тебе нужно немедленно переодеться в сухое! Скорее, иди в гостиную, к камину!


- Ваш подарок…


- Потом, мой мальчик, потом.


Через полчаса Володька был одет в слегка помятую, старую, но относительно чистую одежду. Рубашка ему оказалась велика, а вот жилет наоборот, мал. Брюки были немного тесноваты, но главное, что сапоги, выданные Старой Ветошью, пришлись впору. Промокшую одежду хозяйка быстро развесила сушиться перед камином, а после занялась приготовлением чая.

Студент всё это время нежился в кресле у огня. Когда Старая Ветошь вернулась, держа в руках поднос с чайником и двумя кружками, Володька сказал:


- Мадам, я даже не знаю, как вас отблагодарить. Вы просто моя спасительница.


- Мальчик мой, ты мне льстишь.


- Ни в коей мере. Без вас я бы, наверное, уже давно бы умер от холода.


- Льстец, как и все вы, мужчины.


Володька мысленно усмехнулся, но был готов поспорить, что губы пожилой женщины тронула слабая улыбка. Приняв чашку с чаем, студент сделал несколько глотков, после чего открыл шкатулку и галантно вручил Старой Ветоши золотой медальон.


- Прошу. Если я не ошибаюсь, это и есть ваш подарок.


Старая женщина осторожно взяла медальон, очень аккуратно провела по нему пальцами, открыла. Несколько секунд она держала его в руках, после чего прошептала:


- Да, это он. Как же давно это было… Но я до сих пор всё вижу как наяву.


Слепые глаза пожилой женщины смотрели в пустоту перед собой, пока руки медленно гладили медальон. Володька поспешил отвернуться в сторону и принялся старательно разглядывать пламя в камине. Не хватало ещё раз ненароком подсмотреть мысли Старой Ветоши.

Несколько минут в комнате висела тишина, лишь было слышно, как трещат дрова в камине. Затем Старая Ветошь словно проснулась. Покачав головой, она убрала медальон во внутренний карман и прошептала:


- Спасибо тебе, мой мальчик. Ты не представляешь, насколько этот подарок был важен для меня.


Сделав глоток чая, она поднялась на ноги и поманила Володьку за собой.


- Идём мой мальчик. ОН хочет поговорить с тобой.


Студент залпом допил горячий чай и поспешил следом за хозяйкой. Старая ветошь отвела его на задний двор, где было сделано нечто вроде алтаря, выглядевшего довольно жутко. В центре лежало нечто, напоминавшее костяной треугольник. От него буквально физически веяло чем-то недобрым, а также, на самой грани слышимости, мерещился тихий тревожный гул.

Пропустив Володьку, Старая Ветошь жестом указала на алтарь.


- ОН ждёт тебя, мой мальчик. Не заставляй его ждать.


С некоторой опаской студент ист - фака приблизился к алтарю. Гул и ощущение чего-то недоброго усилились. Переборов себя, Володька осторожно коснулся костяного треугольника. В следующий миг окружавший его мир исчез. Вокруг него раскинулась бескрайняя Пустота. А прямо перед студентом ист - фака парил Чужой. Его чёрные глаза пристально разглядывали Володьку.


- Ну что же, не скажу, что я впечатлён, но тем не менее, тебе удалось выполнить первую часть моего поручения и выжить. Это вселяет определённую надежду. Теперь слушай внимательно. Этот амулет отправит тебя назад в твой мир. Для этого ты должен будешь обагрить его своей кровью. В своём мире, ты должен будешь найти человека, по имени Дауд. Он наёмный убийца. Ассасин, один из лучших. Когда найдёшь его, передай этот амулет ему. Как только он обагрит амулет своей кровью, его перенесёт обратно в родной мир.


- И как же я должен буду его найти? – мрачно поинтересовался Володька.


Искать профессионала-убийцу студенту совсем не хотелось. Чужой, посмотрел на студента, как на клинического идиота, и бесцветным голосом произнёс:


- Используя Знак. В конце концов, это же твой родной мир, тебе должно быть виднее.


Ага, виднее. Володька как наяву представил себя, расклеивающим объявления на фонарных столбах: «Потерялся наёмный убийца. Известно лишь то, что зовут его Дауд. Всем, кто что-либо знает о нём, обращаться по телефону указанному ниже». А ещё лучше обратиться в «Жди меня». К слову, о внешности…


- А как он выглядит-то ты можешь показать мне?


Издав нечто, что могло сойти за обречённый вздох, Чужой взмахнул рукой. В следующий миг Володька как наяву увидел перед собой высокого мрачного мужчину со шрамом на правой стороне лица. Выражение этого лица, к слову, не предвещало ничего хорошего.


- Ясно… Слушай, а если он не захочет возвращаться назад? Во всяком случае, я бы ни за что не захотел бы возвращаться в этот долбаный город.


Чужой на мгновение задумался. После чего, медленно произнёс:


- Пожалуй, в этих твоих словах есть смысл. Скажи ему, когда найдёшь его, что если он вернётся, я дам ему шанс, искупить вину перед Джесаминой.


- Это кто?


- Он знает. И последнее. Через две недели этот амулет перенесёт обратно в этот мир того, чья кровь коснулась его последним. Считай это моей страховкой, на случай, если ты вдруг решишь не искать Дауда.


Опаньки… Облом вышел. А Володька-то уже надеялся…

Додумать эту мысль студент ист - фака не успел. Чужой сделал пас рукой, и в тот же миг костяной треугольник обжёг ладонь Володьки.


- Уйяаааа!


Рука отнялась по самое плечо, а ладонь сама собой сжала амулет в кулаке, с которого на землю закапала кровь. А затем земля ушла из-под ног у студента ист - фака. Володька вновь падал сквозь пустоту, а мимо него неслись вырванные из реальности объекты. Башня средневекового замка, фрагмент моста, роскошная парусная яхта.

И вновь падение окончилось внезапно. Только что студент падал сквозь пустоту, а в следующий миг навстречу ему рванулся серый асфальт. Бля!

Упав плашмя на тротуар, Володька мысленно взвыл. Как же его это достало! Вечно он приземляется чёрте как! То на жопу, то мордой вниз. Будь проклята это долбаная телепортация!

Тихо матерясь и шмыгая разбитым носом, Володька поднялся на ноги и замер. Он стоял на тротуаре набережной крупной реки. Судя по всему, сейчас было раннее утро, небо уже начало голубеть. Мимо студента проехала одинокая машина. На противоположной стороне улицы неоновыми вывесками и стеклянными витринами сверкали модные магазины и бутики. Володька почувствовал, как у него подкашиваются ноги.


- Господи, я дома… Я дома! Мать вашу, я снова в цивилизации! Господи, как же я по тебе скучал, родной ты мой Питер! Как же я… Что?! Бля… Да ну нафиг… Нет, нет, нет! Да это… Да чтоб тебя, ну какого хрена! Бляааа!


С противоположной стороны реки, которую Володька ошибочно принял за родную Неву, на него смотрели рубиновые звёзды Московского Кремля.


Пробуждение Погорелова было не из приятных. Кто-то не церемонясь вылил на него, похоже, целое ведро воды. Матерясь и фыркая, старший следователь попытался пошевелиться, но это ему не удалось. Какого? Проморгавшись, Погорелов огляделся по сторонам и замер. Он был надёжно привязан с стулу с подлокотниками, стоявшему посреди какой-то обшарпанной комнаты без окон.


- Доброе утро, - произнёс мужской голос с сильным акцентом.


Повернувшись, насколько позволяло кресло, Погорелов замер. Внутри у него всё похолодело. Слева от него, на поваленном шкафу сидел высокий мужчина в дорогом светло-бежевом костюме, чьё лицо ему было до боли знакомо. В одной руке он держал небольшую книгу, на обложке которой крупными буквами было написано: «Англо - русский разговорник». Рядом с ним на шкафу лежали длинный кинжал в ножнах и пистолет.


- Теперь можно поговорить.


Комментарий к Глава 7.

Приношу свои извинения, что пришлось так долго ждать продолжения. Я честно, стараюсь писать к своим фанфикам по главе за выходные, но эта глава, что-то мне никак не давалась. Первую часть с Погореловым несколько раз переписывал, всё никак мне не удавалось более менее достоверно изобразить “мозговой штурм” Следователя. Постараюсь не тянуть с продой.


========== Глава 8. ==========


Комментарий к Глава 8.

Уф, наконец-то фикбук заработал) Итак, по порядку!


Во-первых, поздравляю всех с прошедшими первомайскими, а так же с 70 годовщиной Победы в Великой Отечественной Войне!


Во-вторых, приношу извинения за то, что так долго пришлось ждать проду. Выложил бы раньше, если бы не Д-Дос атака на сайт. Приятного чтения, надеюсь глава Вас не разочарует :)

Погорелов сглотнул и облизал губы. В голове старшего следователя шла лихорадочная работа. Он попал в руки к подозреваемому. Охотник и дичь поменялись ролями. Это очень, очень хреново. Как это произошло, в данный момент не имеет никакого значения, сейчас надо быстро решать, что делать, и как выбраться из этой ситуации живым.


- Ну что же, поскольку выбора у меня особого нет, я готов вас выслушать, - произнёс Погорелов, изо всех сил стараясь сделать так, чтобы голос звучал как можно спокойней и твёрже.


Губы похитителя тронуло лёгкое подобие улыбки. Усевшись поудобней, он сказал:


- Дауд.


- Эм… Прошу прощения?


- Имя. Дауд. – раздельно произнёс похититель, скосив глаза в разговорник.


- Твоё?


- My name is Grigoriy Pogorelov, - представился старший следователь по-английски. Не сказать, чтобы он знал его в совершенстве, но кое-как объясняться мог.


- Хорошо. Я хочу сделать тебе предложение, Григорий, - так же перешёл на английский подозреваемый.


- Какого рода?


- Вы прекращаете охоту на меня. Я же больше не причиняю вам никаких хлопот… Тот… инцидент с двумя стражниками был… досадным недоразумением.


- Убийство двух полицейских вы называете недоразумением? - перебил Погорелов, выгнув бровь. Действительно, подумаешь, какая мелочь, убить двоих полицейских. С кем не бывает.


- Ну, это была весьма щекотливая ситуация. На тот момент я… Это сложно объяснить… Скажем так, у меня не было иного выбора.


Вот как. Выбора у него не было. Интересно…


- Не знаю, что у тебя были за проблемы, но убийство даже одного полицейского это уже очень тяжкое преступление. Ты поставил на уши всю полицию, на твои поиски брошены все силы. А похитив меня, ты только ещё больше усугубил ситуацию. Теперь тебя будут искать ещё усерднее.


- Если я и знаю что-то о стражниках, или, как вы себя здесь называете, полицейских, наверняка, это то, что с ними всегда можно договориться. Вопрос лишь в цене.


От такой прямоты Погорелов даже немного опешил. Это становится даже немного смешно. Он что, похитил его для того, чтобы предложить ему взятку? Такого со страшим следователем за всё время его службы ещё не случалось. Впрочем, и в подобные щекотливые ситуации он раньше не попадал.


- Тогда ты похитил не того человека. У меня полномочий принимать решения такого уровня нет…


- Но ты знаешь тех, у кого такие полномочия есть. И ты передашь им мои слова: я хочу знать цену, за которую они согласны забыть случившееся и оставить меня в покое.


Погорелов нервно облизал губы. Когда начался этот разговор, он ожидал чего угодно, но только не этого. Этот Дауд, он что, в самом деле похитил его только для того, чтобы спросить, сколько надо заплатить, чтобы прекратился розыск? Бред! Да неужели он не понимает, что после такого финта ушами – похищения старшего следователя прямо из офиса Следственного Комитета его будут искать ещё усерднее? Чтобы потянуть время, Погорелов медленно произнёс:


- Не думаю, что у тебя хватит денег. К тому же, у тех, кто действительно может отдать приказ прекратить твои поиски, как правило и так больше денег, чем они смогут потратить до конца своей жизни.


Дослушав Погорелова, Дауд на мгновение задумался и почесал мощный подбородок. После чего медленно произнёс:


- Если им не нужны деньги, может их заинтересует предложение другого характера… У твоего начальника есть враги?


- Ну…


Конечно, враги и противники у начальства Погорелова были. А так же были друзья и коллеги, с которыми-то и врагов никаких не надо. Причём не только у его непосредственного начальника, но и у тех, кто сидит на самом верху.


- Уверен, что есть. Вот моё предложение. Укажите мне двух из них, и они умрут, как будет угодно твоему начальнику: кроваво, посреди белого дня; тихо и спокойно во сне; просто внезапно исчезнут навсегда – мне всё равно. После этого вы прекращаете любые мои поиски. В крайнем случае, просто делаете вид, что ищите. Поверь мне, Григорий, это очень выгодное предложение.


- А если моё начальство откажется?


- Ну, тогда вы продолжите охотиться на меня. А я в ответ буду доставлять вам неприятности. Очень большие неприятности. Уверен, что кто-кто, а ты не сомневаешься, что я на это способен.


- Ну а если моё начальство примет твоё предложение, как нам связаться с тобой?


- Ты принесёшь сюда, в это здание, красный конверт, в котором будет максимально подробная информация о тех, кого твои хозяева пожелают убить. Оставишь его на полу в этой комнате и уйдёшь. Если вы попытаетесь устроить засаду, я буду считать, что наша сделка расторгнута. Второго шанса не будет.


С этими словами Дауд сделал неуловимое движение рукой. Как в ней появился нож, Погорелов понять не успел. Взмах, свист, метательный нож глубоко вонзился в подлокотник стула, перерезав веревку и оставив на руке старшего следователя тонкую царапину.


- Ать! – вскрикнув, Погорелов отдёрнул руку и тут же замер.


Дауд исчез. Комната была пуста. Не было слышно ни удаляющихся шагов, ни скрипа открывающихся или закрывающихся дверей. Не было слышно ничего. Ещё раз выругавшись, старший следователь не без труда вырвал метательный нож из подлокотника и принялся перерезать остальные верёвки.


Осознание того, что Володька оказался не в родном Санкт-Петербурге, а в Москве, стало для него ударом. Дело было даже не в том, что он, как большинство обитателей северной столицы, испытывал определённую неприязнь к первопрестольной и её жителям. А дело было в том, что он оказался в абсолютно незнакомом ему городе один, без документов, денег, да ещё и одетый по моде девятнадцатого века, причём другой страны.

Примерно минуту студент истфака лихорадочно соображал, что делать и куда ему идти. Так, без паники. Всё не так уж и плохо. Он в родном мире, это уже хорошо. Плюс, у него теперь есть сверх способности. Стоп! А они вообще работают здесь?

Взглянув на ладонь левой руки, Володька сосредоточился, и почувствовал, как у него отлегает от сердца. Знак никуда не пропал и послушно вспыхнул голубым светом. Хорошо, с этим разобрались. Теперь надо решить, что делать дальше. Для начала, нужно решить несколько проблем. Первое, это ночлег, второе, это одежда, третье и самое главное, это поиски этого ассасина, будет он неладен. Ну, ещё не мешало бы подкрепиться, а то желудок давно уже прилипает к спине.

Ладно, круг проблем он очертил, теперь надо думать, как их решить. Хм… Ну, не считая поисков ассасина, все остальные проблемы можно было решить относительно легко. Деньгами. Вот только их не было… Минутку! Володьку словно током ударило. Шкатулка!

Оглядевшись по сторонам, студент истфака облегчённо выдохнул. Вот она, лежит на асфальте. В момент отправки в родной мир он держал её в левой руке, и во время приземления выронил. К счастью, как он уже ранее успел убедиться, шкатулку неизвестный мастер делал на совесть, и от падения она не открылась, и драгоценности не рассыпались. Быстро подняв её, Володька внезапно замер, от пришедшей в голову мысли. Золотые монеты и украшения, это хорошо, вот только вряд ли ими удастся расплатиться в России, где золотые монеты были в ходу последний раз в начале двадцатого века, пока молодая советская власть, которой остро требовались деньги, не начала программу по изъятию у населения золота. Что же делать?

Студент истфака обречённо огляделся по сторонам. Вокруг по-прежнему не было прохожих, лишь изредка проезжали машины. Впрочем, это не удивительно, если верить часам, висевшим на ближайшем фонарном столбе. Без десяти шесть. Большинство людей в это время ещё спят. Неожиданно одна из вывесок на торце ближайшего из домов привлекла его внимание. «Ломбард. Скупка изделий из драгметаллов». Так… Похоже ему всё-таки повезло.

Перебежав дорогу, Володька подбежал к лестнице, ведущей в подвальное помещение, и выругался, увидев вывеску: «Часы работы ежедневно с 9:00 до 20:00. Обед с 13:00 до 13:45». Выматеревшись, студент истфака обречённо огляделся. Надо где-то скоротать почти три часа. Вот только где?


- Это все вопросы? – хмуро поинтересовался Погорелов.


Сидевшая напротив него женщина, в форме майора юстиции, неодобрительно оторвала взгляд от показаний полиграфа и бесцветным голосом произнесла:


- Почти. Осталось несколько формальных мелочей. Но они могут подождать до завтра.


Cтарший следователь мысленно облегчённо вздохнул. Наконец-то. Надо признать, что оказаться «по другую сторону баррикады» было очень неуютно и неприятно. Едва от Погорелова отцепили датчики полиграфа, в комнату для допросов вошёл Шеф. Оглядев подчинённого взглядом, не сулящим ничего хорошего, он пробасил:


- Идём со мной.


Покинув комнату для допросов, старший следователь отправился вслед за Шефом. Во всём здании Следственного Комитета буквально физически ощущался дух осаждённой крепости. На каждом этаже у лестниц и лифтов дежурили по нескольку охранников, в бронежилетах и с автоматами. Все попадавшиеся навстречу сотрудники куда-то спешили, большинство выглядело довольно мрачными.

У дверей в кабинет Шефа дежурили аж четверо сотрудников службы охраны, в чёрной форме спецназа и в балаклавах. У каждого в руках был АКСУ-74, на груди бронежилет и разгрузка. Зайдя в кабинет, Шеф пропустил за собой Погорелова и указал ему на ближайший стул к рабочему столу. Закрыв за старшим следователем дверь, Шеф не спеша уселся в своё кресло, достал пачку сигарет, закурил. Выдохнув облако дыма, он практически в упор посмотрел на Погорелова и тяжело спросил:


- Ничего не хочешь добавить?


- Разрешите говорить предельно откровенно? – спросил Погорелов, почесав у себя под носом.


Шеф вскинул одну бровь, опознав условный сигнал, и кивнул. Наклонившись, он открыл ключом один из ящиков рабочего стола. Внутри него обнаружилась какая-то аппаратура. Нажав несколько кнопок, Шеф кивнул Погорелову. Выдохнув, старший следователь заговорил. Рассказ он начал со своего «мозгового штурма». Потом, стараясь не упустить ни одной детали, Погорелов полностью пересказал свою встречу с подозреваемым, назвавшимся Даудом.

Почти всё это он уже рассказывал на допросе, который ему устроили, когда он выбрался из заброшенной многоэтажки на окраине города и вернулся в офис. Почти всё. Нет он не лгал, просто кое о чём умолчал. В частности, о последнем варианте предложения, которое ему сделал Дауд.

Шеф, что было для него не характерно, слушал практически не перебивая, лишь пару раз задал уточняющие вопросы. Под конец, перед ним в пепельнице лежали трое окурков, а лицо было мрачнее грозовой тучи.


- Мда… Как думаешь, - медленно протянул Шеф, - его предложение стоит рассматривать всерьёз?


- Честно? После того как он похитил меня прямо из моего кабинета? Да, думаю стоит! – не выдержал старший следователь.


- Тон сбавь, - проворчал Шеф, - не тебе одному сейчас хреново. С самого утра стоим все на ушах. Вся служба безопасности уже с пеной у рта носится.


- Дайте угадаю. Камеры опять никого не зафиксировали, и никто ничего не видел?


- Часть камер наблюдения была выведена из строя. Охранники, может, что-то и увидели, хотя я сомневаюсь. Как проснуться, мы их спросим.


- В смысле?


- В том смысле, что все дежурившие вчера ночью, до сих пор сладко спят и их никак не могут разбудить. Угадай, что нашли рядом с ними?


- Дротики с усыпляющим веществом?


- Ага. С тем самым, от которого наши специалисты-химики уже пришли в экстаз, но которое никак не могут опознать, не говоря уже про то, чтобы синтезировать.


Выпустив облако дыма, Шеф замолчал, задумчиво барабаня пальцами по подлокотнику кресла. Погорелов же напряжённо ждал его решения. Не трудно догадаться, о чём Шеф сейчас думает. Обдумывает предложение этого чёртового Дауда, будь он неладен. Вот скажите, откуда он вообще взялся, и как проворачивает эти свои трюки?


- Как он узнал про тебя? – неожиданно спросил Шеф.


Погорелов и сам уже думал над этим, поэтому ответил сразу:


- Скорее всего, после какого-то из инцидентов, он остался неподалёку и наблюдал за тем, кто приедет на место разбираться. Скорее всего, даже после нескольких. После чего проследил за мной.


- Вполне возможно, - кивнул Шеф. – Возможно, так же, что ему помог кто-то из наших.


- Сомневаюсь, - покачал головой Погорелов. – Если бы у него были знакомые среди наших сотрудников, вряд ли бы он стал похищать меня, чтобы сделать своё предложение. Опять же, этот разговорник, который у него был в руках… Может, конечно, это всё был спектакль, но мне почему-то кажется, что он действительно практически не говорит по-русски.


- Хм…


Сделав затяжку, Шеф несколько секунд размышлял над словами старшего следователя, после чего приказал:


- Можешь сходить пока в столовую, перекусить. Мне же пока надо сделать пару звонков.


Три часа тянулись убийственно медленно. К счастью, недалеко от того места, где его выбросило обратно в родной мир, оказался небольшой скверик. Вот там-то, устроившись на лавочке, он просидел всё время до открытия ломбарда. Признаться, поначалу он немного опасался, что на него могут обратить внимание сотрудники полиции, и потребуют предъявить документы, так как внешний вид, после пребывания в чудесном городе Дануолле, был, прямо скажем, не ахти. А документов-то у Володьки и не было.

Но за всё то время, пока он сидел на лавке, в тени раскидистого клёна, поблизости не появился ни один полицейский, даже когда столица начала просыпаться. Опять же, хотя Володька об этом не знал, вряд ли бы стражи порядка обратили бы на него внимание. Они в первую очередь всегда высматривали личностей азиатской внешности, приехавших в Москву на заработки из бывших советских республик. Остальные люди им были мало интересны.

В самом ломбарде Володька провёл минут двадцать. Из всех богатств шкатулки, он решил расстаться с парой массивных и тяжёлых золотых колец, так как золотые слитки и монеты привлекли бы куда больше внимания и вызвали бы много неудобных вопросов.

У работника ломбарда практически сразу сложилось о Володьке нелестное мнение. Оглядев внешний вид студента истфака и услышав предложение продать пару явно дорогих колец, он пришёл к выводу, что перед ним явный наркоман, наверняка свистнувший эти кольца у родителей или у бабушки с дедушкой. Всё это Володька узнал, осторожно прочитав мысли работника при помощи Знака. Удалось это на удивление легко.

И именно поэтому работник предложил за оба кольца смешную цену – всего-то пять тысяч рублей. В то время, как их реальная цена, о чём Володька тоже узнал прочитав его мысли, составляла не меньше сорока тысяч рублей. Причём за каждое. Разумеется, студент истфака не согласился на пять, но и выторговать восемьдесят тысяч он не рассчитывал.

После долгих препирательств с работником, пустившим вход угрозы в духе: «А кольца-то вообще твои? Или украл? Может полицию вызвать?» Володька сумел-таки выбить цену в тридцать тысяч рублей. И то, при помощи Знака, так как работник отказывался давать больше двадцати. Покинув ломбард, студент истфака отправился искать какой-нибудь магазин одежды. Таковых в центре столицы России хватало с избытком, но у всех у них был один недостаток. Цены, кусающиеся не хуже той твари, что выдрала кусок сапога, когда он искал подарок Старой Ветоши.

В конце концов ему посчастливилось наткнуться на «Спорт Мастер». Продавцы и посетители смотрели на него косо, кто-то с любопытством, кто-то с неодобрением, но никто ничего не сказал. Выбрав себе простой спортивный костюм, кроссовки, кепку, нижнее бельё и дешёвый рюкзак, Володька покинул магазин, оставив там почти пятнадцать тысяч. После этого он заскочил в небольшое кафе, в туалете которого быстро переоделся в купленные вещи. Собрав одежду подаренную Старой Ветошью в полиэтиленовый пакет, студент истфака с невероятным наслаждением вышвырнул её в первый же попавшийся мусорный бак.

Спустя двадцать минут, Володька сидел в небольшом и уютном кафе, пил большую порцию латте с банановым сиропом, уплетал одно за другим свежие пирожные и тихо радовался жизни. Боже, какое же это всё-таки счастье. Никогда раньше он так не ценил блага цивилизации, как теперь, после посещения того отвратительного мира. Хотя, надо признать, получить сверх способности это круто. Пожалуй, это даже стоило тех мучений, что он перенёс.

Сделав большой глоток латте, Володька откинулся на спинку кресла и улыбнулся. Хорошо… Оглядев кафе, он остановил свой взгляд на телевизоре, висевшем в углу зала. Как раз шёл выпуск новостей. Закончив сюжет о пожарах в тайге, ведущая перешла к следующему репортажу. Увидев появившийся на экране портрет мрачного мужчины лет сорока, студент истфака едва не подавился очередным пирожным.


========== Глава 9. ==========


- Вы всё поняли? - наверное, уже в сотый раз спросил командир группы прикрытия.


- Да, причём ещё с первого раза, - огрызнулся Погорелов.


Всю прошедшую ночь и первую половину этого дня в кабинете Шефа шло напряжённое совещание. Количеству звёзд на погонах, присутствовавших на нём людей, мог позавидовать московский планетарий. О чём они разговаривали, Погорелов, сидевший всё это время в коридоре у дверей, в принципе, догадывался. Принимать или не принимать предложение этого Дауда? Если принимать, то кого выбрать целью? А может, стоит попытаться взять его живьём и уже в более комфортной обстановке разобраться, как он, чёрт возьми, проделывает свои трюки.

Примерно в шесть утра, когда старший следователь успел задремать в неудобном коридорном кресле, его вызвали в кабинет. В ноздри сразу ударил запах пота, дорогих одеколонов, сигарет и кофе. Едва Погорелов оказался внутри, как в него впились два десятка покрасневших от бессонной ночи глаз.


- Садись, - прогудел Шеф, указывая на единственное свободное место за столом.


Когда старший следователь уселся, сидевший справа от Шефа тучный мужчина в генеральском кителе и орденской планкой на всю левую часть груди, медленно произнёс:


- Посовещавшись, мы пришли к выводу, что прежде, чем предпринимать активные действия, стоит убедиться, что этот… Дауд… не блефует.


Сделав несколько глотков кофе, генерал вытер вспотевшее лицо носовым платком и продолжил:


- Поэтому, мы решили испытать его. Вы должны будете доставить ему вот этот конверт. Что в нём, вам знать не обязательно. Вас будут прикрывать наши люди, пока вы будете находится в том заброшенном здании, куда он вас похитил. Вопросы?


- Никак нет, - по-армейски отчеканил Погорелов.


- Когда разрешите приступать к выполнению?


- Немедленно.


Сразу после этого разговора его на служебной машине отвезли к той заброшенной многоэтажке. По пути, двое специалистов закрепили на нём микрофон, а так же скрытую камеру. Командир же группы прикрытия несколько раз повторил, что они будут стараться держать его под постоянным наблюдением, но близко подходить не станут, чтобы не спровоцировать Дауда, который наверняка наблюдает за зданием.

Когда машина подъехала к воротам в заборе, огораживавшим заброшенную территорию, и пришла пора действовать, Погорелов спросил:


- Оружие, может быть, дадите какое-нибудь? Всё-таки так будет поспокойнее.


Связавшись с начальством, командир группы прикрытия покачал головой:


- Отказано. Пойдёте безоружным. Чтобы, повторяюсь, не вызвать у этого Дауда никаких подозрений.


- Ясно, - тяжело вздохнул старший следователь и вышел из машины.


Пока Погорелов шёл от ворот к зиявшему чернотой входу в заброшенную многоэтажку, в его голове крутились десятки мыслей. Что будет, если высокие чины решили попытаться взять Дауда живьём? А его сейчас используют как живца, для отвлечения внимания? В таком случае, ему скорее всего крышка…

С этими невесёлыми мыслями, старший следователь начал подниматься по пожарной лестнице. Путь предстоял не близкий, на двенадцатый этаж. Примерно на середине пути, ожил наушник рации:


- Погорелов, как слышите меня, приём?


Старший следователь поднёс ко рту лацкан пиджака и произнёс:


- Слышу вас хорошо.


- Поправьте видеокамеру, изображением смотрит в пол. Вот так хорошо. Продолжайте подъём.


Легко сказать! Попробуй подняться пешком на двенадцатый этаж, в полном костюме, да ещё в летнюю жару. Когда Погорелов, наконец-таки, добрался до нужного ему этажа, пот лился с него ручьём. Вытерев лицо, старший следователь осмотрелся по сторонам. Никого. Пустые, загаженные бомжами и неприкаянной молодёжью комнаты, стены кое-где расписаны или разрисованы, на полу тут и там валяются окурки, пустые пивные банки и шприцы.

Брезгливо скривившись, Погорелов, стараясь выбирать участки пола почище, направился по коридору в сторону комнаты, где он разговаривал с Даудом. Там ничего не изменилось. Ещё раз оглядевшись, старший следователь подошёл к стулу, на котором сидел во время разговора.


- Стоять.


Погорелов замер, с конвертом в руке, который он собирался положить на стул.


- Не поворачивайся. Не хочу, чтобы твои хозяева меня видели.


- Они не…


- Давай будем честны друг с другом, Григорий. Сними то устройство, что вделано в лацкан твоего пиджака. То, что в ухе и на манжете можешь оставить.


Старший следователь почувствовал, как у него по спине течёт холодный пот. Как, мать вашу, он узнал, где закреплены камера и микрофон?! Обдумать эту мысль Погорелову не дали, в ухе раздался голос командира группы прикрытия:


- Делайте что он говорит. Если что, мы наготове.


Ага, наготове они. Быстро подняться на двенадцатый этаж вы не успеете, в комнате окон нет, снайперы не помогут. Облизав пересохшие губы, старший следователь очень медленно, буквально физически ощущая пристальный взгляд Дауда, выключил скрытую камеру, установленную в лацкане его пиджака.


- Хорошо, теперь можешь повернуться.


Не делая резких движений, Погорелов медленно повернулся. Дауд, всё в том же костюме, стоял слева от двери. В одной руке у него был пистолет Макарова, в другой какой-то кинжал.


- Я искренне надеюсь, что твои друзья, ждущие внизу, а так же те, что сидят на соседних крышах, не сделают никаких глупостей.


Да что за… Как он ещё и снайперов вычислил?!


- Они просто страхуют меня. Моё начальство решило принять ваше предложение, мистер Дауд.


Держа красный конверт левой рукой, старший следователь медленно протянул его Дауду. Тот неуловимо-плавным движением убрал свой кинжал в ножны, висевшие у него на поясе и взял конверт. Пистолет он держал направленным в сердце Погорелову.


- Хорошо. Можете идти.


- Один момент. В конверте указана лишь одна цель.


- Не понял?


- Скажем так, моё начальство хочет убедиться, что вы и впрямь так хороши, как о себе говорите. После того, как вы разберётесь с первой целью, они передадут вам данные на вторую. Место, время и способ передачи на ваше усмотрение.


На одно мгновение на лице Дауда мелькнула тень недовольства.


- Знали бы мою репутацию…


- Что, простите?


- Неважно. Эта цель – Дауд помахал конвертом, - находится в этом городе?


- Эм…


В ухе Погорелова снова ожила гарнитура:


- Да.


- Да.


- Хорошо. Тогда через два дня в это же время жду именно вас здесь же. На этом пока всё.


- Вы уверены, что… Какого хрена?!


Погорелов удивлённо завертел головой. Что за чертовщина?! Куда он делся? Только что же он стоял в дверях!


- Погорелов, приём. Что случилось?


- Он исчез!


- Повторите, вас не понял. Что значит исчез?


- В прямом! Он куда-то исчез! Только что стоял передо мной, а сейчас его нет. Понятия не имею, куда он делся.


- Вас понял, ждите.


Несколько минут Погорелов напряжённо ждал, оглядываясь по сторонам. Но ничто и никто не нарушал тишину заброшенного здания, не считая слабого ветра. Наконец, гарнитура снова ожила:


- Отбой Погорелов, возвращайтесь.


Через час старший следователь снова был в офисе Шефа. Выслушав доклад Погорелова, сидевшее за столом люди оживлённо заговорили:


- Как он узнал о камере и микрофоне?


- Я же говорил, что надо было брать его…


- Ага, как же, взяли бы его твои орхаровцы, заполнял бы сейчас наградные листы. Посмертно…


- Надо было установить в конверт жучок.


- Уверен, что он его бы не вычислил, как камеры и микрофон?


- Как он смог уйти?


- Куда твоя наружка смотрела?..


Погорелов сидел на краю стола и старался не отсвечивать лишний раз. Старший следователь чувствовал себя не слишком уютно в компании такого числа многозвёздных генералов и высокопоставленных чиновников. В какой-то момент Шеф, встав из-за стола, жестом подозвал к себе Погорелова.

Отойдя в сторону от сидевших за столом, он тихо спросил:


- Заварил ты кашу, Гриша…


- И что теперь будет?


- Что-что… Пока что большинство склоняется к тому, что посмотреть, как он решит проблему с Рафатом, а дальше видно будет.


- С кем?


- А, ну да, ты же не знаешь, кого решили отдать на заклание этому Дауду. В общем, если коротко, то у близкого друга нашего начальства (Шеф кивнул в сторону генерала, вручавшего Погорелову конверт), недавно случился конфликт с одним… партнером по бизнесу. Довольно серьёзный конфликт. Вот он и решил совместить, так сказать приятное с полезным…


В этот момент сразу у нескольких сидевших за столом зазвонили телефоны. В том числе и у генерала.


- Что?! Когда!?


Вскочив на ноги, он прикрыл трубку рукой и прорычал на весь кабинет:


- Началось!


- Что?!


Двое бритоголовых молодых людей, одетых в тёмно-серые костюмы, курили у чёрного входа в один из элитных московских ночных клубов. До открытия оставалось ещё несколько часов и делать было особенно нечего. Затянувшись, один из бритоголовых сплюнул и спросил:


- Что будешь делать на выходных, Серый? Серый?


Не услышав ответа бритоголовый обернулся, и в тот же миг отточенное лезвие клинка вошло ему в горло, перерубив позвоночник у основания черепа. Мужчина в элегантном бежевом костюме и надвинутой на глаза широкополой шляпе, быстро скользнул назад, не давая потоку хлынувшей крови заляпать одежду. Вытерев клинок об одежду убитого охранника, он быстро, но без суеты вошёл внутрь клуба. За дверью обнаружился служебный коридор.

Не останавливаясь, мужчина прошёл мимо нескольких закрытых дверей. В первую попавшуюся приоткрытую дверь он, не замедляя шага, на ходу бросил небольшой металлический шар.


- Какого хера…


В следующий миг шар раскрылся и две стальные проволоки, вращаясь с бешенной скоростью, оборвали жизнь троих находившихся в комнате человек.Мужчина, как ни в чём не бывало, продолжил свой путь по коридору. Дойдя до конца, он свернул за угол.

Молодая женщина восточной внешности, мывшая пол, не успела даже ничего понять, когда чья-то рука оплела её шею. Она дёрнулась, пытаясь вырваться, но неожиданно в глазах потемнело.

Уложив уборщицу на пол, мужчина продолжил движение по коридору. За следующим углом его уже ждали. Трое мужчин с пистолетами наготове держали под прицелом поворот коридора. Но они всё равно не успели ничего сделать, когда неизвестный нарушитель возник прямо перед ними из ниоткуда.

Остро отточенный клинок вонзился в грудь первого, пройдя точно между рёбер в сердце. Одновременно с этим арбалетный болт, выпущенный почти в упор, вошёл в глаз второму. Третий охранник успел нажать на спусковой крючок, но нападавший уже успел сместиться в сторону и выстрел попал в спину первого из охранников, ещё не упавшего на пол.

Мужчина в бежевом костюме с неуловимой быстротой нанёс удар клинком в сгиб локтя руки третьего охранника, в которой тот держал пистолет. В следующий миг нападающий вывернул его руку так, что дуло оказалось направленно точно в рот охранника. На долю секунды в его глазах мелькнуло осознание, но в следующий миг громыхнул выстрел.

Отбросив труп, мужчина в бежевом костюме быстро направился в конец коридора где виднелась лестница, на ходу достав из нагрудного кармана фляжку и сделав несколько глубоких глотков. Поднявшись бегом по лестнице вверх на три этажа, он оказался в ещё одном коридоре, ведущем прямо в кабинет хозяина клуба. Его цели.

Подходя к дверям, он уже знал, что ждёт его внутри. Двое охранников, вставших по бокам от двери. Его цель, стоявшая в углу кабинета у сейфа и спешно вынимавшая оттуда деньги. Какой-то тощий хмырь, забившийся в угол и в панике вызывавший кого-то, при помощи одного из здешних переносных устройств для разговора на расстоянии. А ещё девица, пытавшаяся спрятаться под столом.

Мужчина в бежевом костюме вскинул левую руку, и в тот же миг один из охранников, стоявший слева от двери, поднялся в воздух на пол метра, издав удивлённый вскрик. А в следующую секунду непонятная сила швырнула его на второго охранника, в результате чего оба кубарем рухнули на пол.

Почти сразу та же самая сила сорвала с петель дверь, швырнув её через весь кабинет, и в дверной проём скользнул мужчина в бежевом костюме. Прежде чем кто-либо из находившихся в кабинете успел что-то понять, громыхнули два выстрела. Оба начавших подниматься охранника рухнули на пол с дырками в затылках. Тощий мужчина в очках и дорогом сером костюме, стоявший в углу кабинета, открыл рот, но закричать не успел. Арбалетный болт попал ему точно в переносицу, пробив череп и мозг на вылет, пригвоздив его голову к стене.

Хозяин клуба, грузный мужчина в возрасте, с чёрными как смоль волосами, едва припорошенными сединой, одетый в дорогущий костюм ручной работы, замер у открытого сейфа с пачками купюр в руках. На лице его застыло изумлённое выражение, смешанное со страхом.


- Кто?! Постой, я заплачу больше!..


Договорить он не успел. Ворвавшийся в кабинет нападавший оказался около него и нанёс удар, прежде чем хозяин клуба успел что-либо понять. С выражением бескрайнего удивления на лице он медленно опустил взгляд и уставился на рукоятку кинжала, торчавшую у него из груди.


- Ты…


Что он хотел сказать осталось тайной, потому что мужчина в бежевом костюме крутанул кинжал в ране и плавно отошёл от осевшего владельца клуба. На мгновение в кабинете повисла тишина. Затем её нарушили всхлипы и рыдания, доносившиеся откуда-то из-под массивного письменного стола. Нападавший поначалу не обратил на них внимания. Быстро, но без малейшей суеты он подобрал пачки купюр, выпавшие из мёртвых рук владельца клуба, затем забрал остававшиеся в сейфе и те, что погибший успел убрать в дорогой портфель из чёрной кожи. Лишь после этого он повернулся к столу.

Тяжёлая мебель, сделанная из массива дуба, отлетела в сторону и врезалась в стену с жутким грохотом, словно она весела не больше табурета. Под столом обнаружилась девица, одетая в мини-юбку, топик и сандалии на босу ногу. Её можно было бы без преувеличения назвать красивой, если бы не выражения бескрайнего ужаса на заплаканном лице и потёкший макияж.

Когда её убежище исчезло, она пронзительно завизжала и попыталась куда-то уползти, но почти сразу ботинок мужчины в бежевом костюме, наступившего ей на поясницу, пригвоздил её к полу.


- Нет! Пожалуйста, не надо! – пронзительно визжа, девушка попыталась вывернуться, но замерла, едва ощутила холодную сталь у своего горла.


- Н-нет, прошу, не надо… – визг превратился в тихий скулёж.


Несколько секунд, показавшиеся ей вечностью, ничего не происходило, затем клинок у её горла исчез. Девушка облегчённо выдохнула, но в следующий миг жёсткая рука сдавила её шею. Опытные пальцы нашли нужную точку, надавили, и через несколько секунд в глазах девушки потемнело.

Оставив её лежать на полу, мужчина в бежевом костюме встал на ноги, поправил одежду, которую он умудрился так и не заляпать кровью, надвинул шляпу пониже на лицо и шагнул к окну. Достав из нагрудного кармана пиджака фляжку, он сделал несколько глотков, после чего вскинул левую руку. Окно брызнуло на улицу осколками стекла и обломками рамы, а мужчина как ни в чём не бывало вскочил на подоконник и выпрыгнул. Высота четвёртого этажа его ничуть не смутила.


В кабинете Шефа царила напряжённая тишина, прерывавшаяся лишь тихими матюками. Столпившиеся вокруг и сидевшие за столом люди напряжённо вглядывались в экраны ноутбуков. На них транслировалось изображение со скрытых камер, заранее установленных в помещениях клуба, ныне уже покойного Рафата. Когда мужчина в бежевом костюме, лицо которого всё время оставалось скрыто широкополой шляпой, выпрыгнул в окно и исчез из поля зрения камер, все находившееся в кабинете словно разом выдохнули и одновременно заговорили.

Тощий мужчина в чёрном дорогом костюме откашлялся и поднялся на ноги:


- Я должен доложить президенту. Немедленно.


Возражать никто не стал. Пока большинство присутствовавших что-то обсуждало, кому-то звонило или лихорадочно писало, Шеф, за час постаревший лет на десять, отвёл Погорелова в угол. Закурив, он устало выдохнул:


- Дела… Ну, сейчас начнётся… Ох, за что мне всё это на старости лет…


- Всё так плохо?


- Плохо? Гриша, тебя что по голове стукнули?! Ты что не видел, что этот Дауд только что проделал? Эти его фокусы уже не спишешь на неполадки и глюки камер видеонаблюдения. Это, мать его, телепатия, телекинез, телепортация и чёрт его знает, что ещё! Ты не понимаешь, что это значит?!


- Догадываюсь, - только и смог выдавить старший следователь.


- Догадываешься? Ну так я тебе скажу точно. Теперь за этим Даудом начнут охоту все наши спецслужбы, и не успокоятся до тех пор, пока не поймают и не выяснят, как он проделывает эти трюки. Зуб даю, очень скоро нас от этого дела отстранят…


- Старший следователь Погорелов?


Шеф и Григорий обернулись. К ним незаметно подошёл коротко подстриженный мужчина в сером костюме.


- Полковник Федеральной Службы Безопасности Иволгин. Это вы должны повторно встретиться с Даудом?


- Да.


- Прошу вас проследовать за мной. А вас, - это уже относилось к Шефу, - подготовить все имеющиеся у вас материалы по этому делу для передачи нашему ведомству.


- Основание? – устало вдохнул Шеф.


- Прямой приказ президента. Через несколько минут он будет у вас в письменном виде.


- Ясно. Будет исполнено.


Развернувшись, полковник Иволгин направился к выходу из кабинета. Переглянувшись с Шефом, Погорелов поспешил за ним. Выйдя в коридор, он решился спросить:


- Куда мы идём, могу я узнать?


- Мы едем на Лубянку.


«Я попал» мелькнуло в голове старшего следователя.


Володька нервно барабанил пальцами по столу. Вот значит как. Этот убийца уже успел привлечь к себе внимание. Да ещё как. Убил двоих полицейских среди бела дня. И теперь его ищет всё московское МВД. Весело.

Мрачно усмехнувшись, студент истфака сделал большой глоток капучино. По телу разлилось необычное тепло по всему телу от груди до кончиков пальцев рук и ног. Странно, раньше ничего подобного он не испытывал.

Ладно, потом разберёмся, сейчас надо придумать, как найти этого Дауда. И желательно раньше доблестных защитников правопорядка. Мда, легко сказать, вот только как это сделать? «Используй Знак» - сказал бы этот Чужой. Ага, вот только как? Инструкций к нему не прилагается. Кое до чего удалось дойти своим умом, методом проб и ошибок, но ни одно из его умений никак не могло ему помочь в поисках мастера-ассасина.

Эх, придется импровизировать. Расплатившись, Володька закинул за спину рюкзак, взял недопитый кофе и вышел из кафе. На улице было многолюдно, всё-таки ещё не вечер, Москва, центр. Не зная куда идти, студент истфака перешёл улицу и двинулся вдоль набережной. В голове его бился единственный вопрос: «Как найти Дауда?»

Ответа не было. Эх, здорово было бы иметь волшебное зрение, как у джедаев, позволяющее видеть нужные тебе вещи сквозь стены. И чтобы они ещё светились. Мечты-мечты. Минутку! Мечты?

Остановившись, Володька взглянул на свою левую ладонь, где отпечатался Знак Чужого. А почему бы и нет? Удалось же ему на манер джедая внушить охраннику нужные мысли. Как говорится, попытка не пытка.

Оглядевшись по сторонам, студент истфака выбрал здание повыше. Сделав глоток кофе, Володька сжал левую ладонь в кулак и сконцентрировал силу. То, что до крыши выбранного здания слишком далеко, он как-то не подумал.

Однако, телепортация прошла безукоризненно. Миг, и Володька оказался на крыше, причём даже не выше и не ниже уровня пола, так что в этот раз обошлось даже без падений. Удивлённо моргнув, студент истфака обернулся. До набережной, где Володька только что стоял, было почти полкилометра. Ого, он и не думал, что может перенестись на такое расстояние.

Что было ещё более удивительным, не было чувства холода, которое обычно разливалось по телу, после использования Знака. Зато исчезло тепло, разливавшееся по телу после каждого глотка кофе. Хм… А ну ка. Сделав глоток кофе, Володька снова сосредоточился и перенёсся на другую сторону крыши. Так и есть! Перенос дался невероятно легко, а тепло, разливавшееся по телу после нового глотка кофе, снова пропало.

Интересно. Выходит, кофе восстанавливает силы для использования Знака. Полезное знание. Надо будет купить термос. А пока что… Оглядев раскинувшуюся вокруг него первопрестольную, Володька прищурился и сосредоточился, концентрируя дарованную Чужим силу.


========== Глава 10. ==========


Комментарий к Глава 10.

Извиняюсь, что так долго не было проды. Всему виной Metal Gear 5)))

Путь до Лубянки Погорелов не запомнил. Всё то время, что он провёл в служебной машине, с воем сирен нёсшейся по Москве, старший следователь пребывал словно в трансе, погружённый в свои невесёлые мысли.

Ох, ещё же пару дней назад всё было нормально. Был привычный и понятный мир, была работа, пусть далеко не простая, но действительно нравившаяся ему. А потом, в один прекрасный миг всё полетело к чертям. Откуда он взялся, этот проклятый сукин сын, со своими дьявольскими способностями, которые перевернули представление о привычном и понятном мире?

При мысли о владыке преисподней Погорелов невольно поёжился и испытал желание перекреститься. А вдруг это и впрямь демон? Да нет, бред. Наверняка всем трюкам этого Дауда есть рациональное и научное объяснение. К тому же, старший следователь сильно сомневался, чтобы существо из ада стало грабить инкассаторов. Опять же, он предложил начальству Погорелова два убийства в обмен на прекращение преследования, а не деньги, власть и секс в обмен на подпись кровью на листке бумаги с очень мелким шрифтом.

Погружённый в свои мысли, старший следователь очнулся только тогда, когда оказался в небольшом помещении с низкими сводчатыми потолками, куда его привёл Иволгин. Точнее, он очнулся, когда за его спиной захлопнулась тяжёлая металлическая дверь, и Погорелов остался в одиночестве. Слишком уж сильно этот звук напомнил ему клацанье челюстей капкана.

Оглядевшись, он обречённо подошёл к простому деревянному табурету, являвшемуся одним из трёх предметов мебели, находившихся в комнате. Остальными двумя были стул и широкий металлический стол. Сев на место допрашиваемого, Погорелов невольно поёжился. Атмосфера в этом помещении была давящей. Одинокая жёлтая лампа под потолком, стены, покрытые потемневшей штукатуркой, низкий сводчатый потолок.

Старший следователь не удивился бы, если бы кто-нибудь ему сказал, что в этом помещении допрашивали преступников ещё при царе, когда о таких вещах как право на адвоката, не говоря уже о правах человека и гуманизме, никто и не слышал. А если бы и услышал, то только рассмеялся бы и взялся бы за какую-нибудь раскалённую железку.

Жутковатая картина, возникшая в воображении Погорелова была развеяна повторным клацаньем замка и скрипом открывающейся двери. Нагнувшись, в помещение вошёл мужчина в генеральском кителе, штанах с лампасами и высокой фуражкой с синей тульей. В руках он держал чёрный кожаный чемодан.

Усевшись напротив старшего следователя, он смерил его оценивающим взглядом, под которым Погорелов невольно выпрямился и принял сидячий вариант стойки «смирно». Что-то про себя решив, генерал снял фуражку, положил её на стол, затем достал из чемодана картонную папку с документами и аккуратно разложил их перед собой. Закрыв чемодан, он снова обратил взор на старшего следователя и уверенным басом человека, привыкшего командовать, произнёс:


- Ну что же, давайте знакомится. Меня зовут Серов Генадий Викторович, я генерал-лейтенант Федеральной Службы Безопасности. Президент поручил мне лично курировать дело этого…


На секунду генерал скосил глаза в папку.


- Дауда.


Серов… Эту фамилию Погорелову доводилось слышать пару раз. За глаза его называли Серым Кардиналом ФСБ. В широких кругах о нём практически никто не слышал, в СМИ его фамилия и лицо тоже не мелькали. Но шептались, что он в дружеских отношениях с президентом ещё с тех времён, когда Контора носила другую аббревиатуру. А ещё, что у него есть возможность прищемить хвост практически кому угодно в Российской Федерации благодаря массиву накопленного компромата.


- Погорелов Виталий Сергеевич, старший следователь Следственного Комитета…


- Мне известно, кто вы, - перебил Погорелова генерал.


- У меня было время бегло изучить ваше личное дело. Если верить тому, что в нём написано, то вы человек деловой. А раз так, то перейдём сразу к делу. Нам нужно захватить этого Дауда. Любой ценой.


Это дело первостепенной важности для безопасности нашего государства.


- Всё настолько серьёзно? – вырвалось у Погорелова.


Серов явно не привык, чтобы его перебивали. Смерив старшего следователя взглядом, от которого Погорелову захотелось раствориться в воздухе, он произнёс:


- Мне кажется, что вы не понимаете всей серьёзности ситуации. Что будет, если завтра этому Дауду кто-нибудь предложит наведаться в Кремль? За солидную сумму вечнозелёных американских президентов. Думаете, ФСО сможет остановить его? После того, что я сегодня видел, я даже не уверен, что они его вообще заметят, если он захочет. А такая вероятность есть. Мои аналитики изучили запись вашего разговора с ним, а так же всю собранную о нём информацию. Их вердикт – с вероятностью в девяносто процентов этот Дауд профессиональный наёмный убийца.

Откинувшись на спинку стула, генерал продолжил:


- Его… способности… представляют огромную опасность. Мы должны либо взять его под полный контроль, выяснить кто за ним стоит и как он проделывает свои трюки. Либо уничтожить. Это нежелательно, но нельзя допустить, чтобы он попал в руки американцев или китайцев. А они скоро будут в курсе про него. Американцы раньше, китайцы чуть позже. Сейчас, увы, не Советский Союз, резидентуры у них хватает, а об этом Дауде знает слишком много людей. Кто-нибудь, а доложит.


Произнеся последнюю фразу генерал тяжело вздохнул и сокрушенно покачал головой:


- Поздно спохватились, но уж слишком дико звучала эта история. Телепортация, телепатия… Но ничего не поделаешь, придётся работать с тем, что имеем.


Посмотрев Погорелову прямо в глаза, Серов произнёс:


- Скажу вам честно Григорий, нам нужна ваша помощь. Стране нужна ваша помощь. У нас меньше двух дней на разработку сложнейшей операции по взятию под контроль этого Дауда. Вы поможете нам?


«Можно подумать у меня есть выбор» - мелькнула на задворках сознания старшего следователя невесёлая мысль. В России испокон веков добровольство шло рука об руку с принуждением.


- Служу России, товарищ генерал. Сделаю всё что в моих силах.


На долю секунды на лице Серова мелькнуло нечто, что Погорелов рискнул бы назвать подобием улыбки. Но скорее всего это была игра теней в не слишком-то хорошо освещённом каземате.


- Я в вас не сомневался. Идёмте, у нас очень много работы. И очень мало времени.


С этими словами генерал поднялся на ноги, убрал документы в чемодан, взял в руки фуражку и направился к выходу. Старший следователь поспешил за ним.


Сделав очередной глоток кофе, Володька отставил в сторону кружку и со стоном протёр покрасневшие глаза. Он уже несколько часов пытался вызвать у себя некое подобие «Джедайского Зрения». Знак исправно загорался огнём, пил силы, вот только без какого-либо видимого результата. Начали болеть глаза, от кофе, которого он накупил несколько кружек, общим объёмом не меньше трёх литров, уже тошнило.

Но как известно, если долго мучиться, что-нибудь да получится. Получилось, правда, ближе к ночи, когда студент истфака едва держался на ногах от усталости. В сон клонило со страшной силой (как будто и не было всех тех выпитых кружек кофе), и поначалу Володька даже не понял, что произошло. Просто весь мир словно в одночасье выцвел, стал бледно-серым, лишь с небольшими оттенками синего. Маленькие ярко-жёлтые точки студент истфака поначалу принял за огни ночного города.

Лишь после очередного глотка кофе, до Володьки внезапно дошло, что он видит. Получилось! Едва не поперхнувшись, студент истфака принялся жадно осматриваться по сторонам. Зрелище было невероятно красивым. Серые здания и улицы сверкали сотнями, нет тысячами, десятками, да какое там, миллионами ярких жёлтых огоньков живых людей. Это завораживало. Больше всего это напоминало огромный, гигантский муравейник.

Или некий гигантский организм. Со своими органами, кровеносными сосудами, по которым вместо лейкоцитов и эритроцитов циркулировали миллионы людей. Выполнявших, впрочем, схожие функции. И, несомненно, тут имелись инфекции, вирусы, а так же различные паразиты.

Улыбнувшись пришедшему в голову сравнению, Володька не заметил, как картина изменилась. Миллионы жёлтых огоньков живых людей погасли, их сменили огни ночной Москвы, вернулись цвета. Испугавшись, студент истфака снова сосредоточился и направил в Знак остатки силы. Мир тут же снова выцвел, а столица вспыхнула огнями живых людей.

Фух, порядок, это был не единичный успех. Ну что же, раз он теперь может по желанию вызывать это новое зрение, дело за малым - отыскать одного единственного человека среди этого моря огней. Пустяки, если учесть, что здесь их больше одиннадцати миллионов, согласно официальной статистике (по неофициальной все четырнадцать). И ещё неизвестно, выделяется ли нужный ему человек на фоне всех остальных.

Но это всё – завтра. Сейчас же пора подумать о ночлеге. По-хорошему, об этом стоило озаботиться ещё днём, но, как известно, хорошая мысля приходит опосля. Сделав пару шагов, Володька понял, что сил искать хостел или какую-либо иную ночлежку у него нет. Обведя мутнеющим взглядом крышу здания, он тоскливо вздохнул и решил заночевать прямо на ней. Подложив под голову в качестве подушки купленный рюкзак, студент истфака кое-как улёгся и практически сразу провалился в глубокий сон. Слишком много сил он потратил сегодня.


За кривым столом в небольшом, покосившемся, с облупившейся краской, заколоченными окнами и прохудившейся крышей дачном домике сидел мрачный мужчина лет сорока. Перед ним было разложено множество разных вещей. Окна в комнате были изнутри тщательно завешаны, чтобы никто из немногочисленных жителей деревни не увидел, что в пустующем вот уже больше десятка лет доме, кто-то есть.

При свете нескольких дешёвых свечей, купленных в местной лавке, он тщательно чистил и смазывал трофейное оружие. Помимо здешних многозарядных пистолетов, на столе лежали несколько ножей, почти два десятка разных книг и тарелка с остатками жаренной на вертеле курицы, купленной в той же лавке, где и свечи.

Вдоль одной из стен стояло несколько объёмных сумок, заполненных различной одеждой, часть из которой он купил, часть просто украл. Это была как военная форма здешних солдат, непривычного зелёного цвета, с узорами из множества маленьких квадратиков, так и повседневная одежда гражданских. Хотя, для него она тоже была весьма непривычной. Несколько комплектов одежды висели в специальных чехлах из здешнего странного полупрозрачного материала, повешенные на вбитые прямо в стену гвозди.

Рядом с ними на той же стене висели большая карта этого удивительного мира. В нескольких местах в неё были воткнуты кнопки, пришпиливавшие листки с написанными от руки заметками. Собрав вычищенный и смазанный пистолет, Дауд зарядил и убрал его в висевшую на поясе кобуру, после чего потянувшись встал из-за стола и подошёл к карте. Почесав подбородок он отметил про себя, что не мешало бы побриться. По счастью, в этом мире это сделать было легко. Здешние бритвы, которые он открыл для себя совершенно случайно, были невероятно удобными и простыми в обращении. Не то что в Дануолле…

При мысли о родном мире, мастер-ассасин помрачнел. Встряхнув головой, он решительно стиснул зубы и ударил кулаком о ладонь. Хватит. Пора забыть о нём и сосредоточиться на новой жизни в этом удивительном, просто невероятном мире. А точнее, с теми проблемами, которые он успел нажить.

Чем больше он узнавал об этом мире, и, в частности, об этой стране, куда он попал, тем больше убеждался, что его не оставят в покое после выполнения им условий сделки. Хоть его знания об этом мире были всё ещё ничтожны, одно он успел понять – магии в нём нет. Здешние жители грезили о ней, фантазировали, мечтали, но реальность была такова, что даром, подобным тому, что он получил от Чужого, никто не обладал.

Получается, что он со своими способностями уникален. А это, в свою очередь, означает то, что здешние власть имущие постараются любыми способами использовать его в своей борьбе за власть как с внутренними так и с внешними конкурентами. Тем более, что в отличие от его родного мира, здесь не было одной доминирующей империи. Здесь были сотни, если верить купленной им карте, государств, разной степени могущественности. И, соответственно, грызня за власть тут шла в куда больших масштабах, чем в его родном мире.

Тяжело вздохнув, Дауд побарабанил пальцами по карте. Может сбежать из этой страны? Тем более, что в этом мире имелось несколько стран, чей язык практически ничем не отличался от его родного. Это стало для него весьма приятным сюрпризом. Будь он учёным вроде Соколова, непременно начал бы строить теорию, что предки эти народы и его имеют общих предков, возможно некогда даже были одним народом. Но он был профессиональным убийцей и его интересовала практическая сторона вопроса.

Да, там будет проще общаться, но всё упирается в одну проблему. Документы. А вернее, их отсутствие. В этом мире, как он уже успел несколько раз убедиться, документы нужны практически для всего, хоть сколько-нибудь значимого действия или покупки.

Конечно деньги способны решить этот вопрос, в этом он не сомневался. В любом мире люди одинаковы, звон или шорох денег на них действует не хуже магии. А они у него были, и, по меркам этого мира, не такие уж и маленькие. Вопрос был в том, что здесь он не знал нужных людей, в отличие от Дануолла, где ему были известны несколько специалистов, способных изготовить абсолютно любой документ.

Но как известно, кто ищет, тот найдёт. Главное, знать где искать. А он знал. Среди преступного мира. Несколько минут, Дауд провёл в раздумьях, после чего решительно направился к выходу из заброшенного здания. Он пока не станет расторгать свою сделку со здешними власть имущими, но на всякий случай он подстрахуется. Благо, где искать выходы на преступный мир ему прекрасно известно.


========== Глава 11. ==========


Комментарий к Глава 11.

Уф, в этот раз управился быстрее. Приятного чтения, постараюсь не задерживать продолжение.

- На вечернюю поверку стройся! – зычный голос старшего надзирателя разнёсся по небольшому плацу исправительной колонии.


Десятки мужчин, одетых в одинаковые тюремные робы, построились ровными шеренгами и принялись ждать, пока выкрикнут их фамилию.


- Зимовьев!


- Я!


- Назыров!


- Я!


Перекличка шла довольно быстро. Оно и понятно, торчать на плацу лишнюю минуту не хотелось ни надзирателям, ни заключённым. Но неожиданно вышла заминка.


- Беляев!


Тишина…


- Беляев, оглох что ли, долбо…б?!


Из рядов построившихся заключённых раздался чей-то возглас:


- Нет его!


- В смысле нет? - не понял старший надзиратель.


- В санчасти он что ли?


Однако в санчасти Беляева не оказалось. Вскоре выяснилось, что после обеда его никто не видел. Ещё через час стало ясно, что из исправительной колонии совершён побег. По каналам МВД прошло циркулярное сообщение: «Из исправительной колонии сбежал заключённый, Беляев Захар Степанович, семьдесят шестого года рождения, неоднократно судимый за изготовление поддельных документов. Особые приметы…»


Дауд был доволен. Он мог по праву собой гордиться. Найти одну из здешних тюрем, незамеченным проникнуть в неё, найти архив, где хранились дела заключённых, выискать среди них тех, кого арестовали за подделку документов (пришлось заранее выписать нужные слова вроде «подлог, подделка, фальсификация»), после чего отыскать нужного человека среди остальных заключённых и незаметно выкрасть его. Операция не из лёгких, но он с ней справился, в очередной раз доказав в первую очередь самому себе, что недаром носил звание лучшего ассасина Дануолла.

И сейчас выкраденный им человек сидел привязанный к стулу, с простой чёрной шапкой, натянутой по самый подбородок. Что-то он заспался. Сорвав с него шапку, Дауд вылил на привязанного к стулу человека почти целое ведро воды и предоставил ему отфыркиваться и плеваться. Пока он приходил в себя, мастер-ассасин достал из кармана небольшой русско-английский разговорник с заложенными страницами.


- Какого х…я?! Что за хе…ня?! Ать… сука…


Жесткий и умелый удар под дых заставил заключённого прервать поток брани. Восстановив дыхание, он поднял глаза и, наконец-таки, разглядел стоящего перед ним Дауда.


- Ты ещё кто такой мля? Ать… Падла…


- Не прекратишь ругаться будет больно. Очень – тщательно выговаривая слова, медленно произнёс Дауд, косясь в словарик.


В подтверждении своих слов, он одним неуловимым движением выхватил свой кинжал, и помахал перед лицом заключённого. Тот внял. Нервно облизав губы, он хрипло спросил:


- Ты кто вообще такой? Что тебе от меня надо?


На лице мастера-ассасина появилась мрачная улыбка. Усевшись на стул напротив заключённого, он произнёс:


- Деловое предложение. Уверен, ты согласишься.


В подтверждении своих слов, Дауд достал из кармана связку здешних бумажных денег красноватого цвета. На лице заключённого тут же появилось хорошо знакомое Дауду выражение алчности и жадности.


- Что за дело?


Откинувшись на спинку стула, Дауд произнёс, всё так же косясь в словарь:


- Нужны документы. Хорошие.


Заключённый облизнул губы и хрипло сказал, не сводя взгляда с пачки денег:


- Это можно устроить…


Откинувшись на спинку кресла, Погорелов устало выдохнул и помассировал глаза. За последние сутки он спал меньше четырёх часов. Впрочем, это касалось всех сотрудников ФСБ, участвовавших в разработке операции по установлению контроля/нейтрализации Дауда. Даже генерал Серов наравне со всеми сидел во главе стола, участвуя в обсуждениях, выдвигая или отметая тот или иной вариант.

А их было много, и всё потому, что в любом варианте было слишком много неизвестных, упиравшихся в способности Дауда. Точнее в то, что никто не представлял границы его возможностей. Аналитики практически в один голос утверждали, что ликвидировать его есть шанс только у снайпера, причём со значительного расстояния, дабы избежать обнаружения. И так же практически единогласно они отговаривали от этого варианта. Особенно упирая на то, что в случае успеха, вероятность которого была весьма туманна, они теряют возможность использовать Дауда в дальнейшем. В случае же провала попытки ликвидации, они заработают очень опасного врага, с которым непонятно как бороться, и которого не ясно, как защищаться.

По мнению аналитиков, лучшим вариантом было попытаться заинтересовать этого Дауда материальными благами. Предложить и дать ему всё, что только он не пожелает. Главное, установить над ним контроль, выяснить источник его силы и определить возможность его использования. Серов и ещё несколько влиятельных силовиков, участвовавших в разработке операции, поначалу не могли прийти к общему мнению. Часть из них настаивала на ликвидации, другие, в том числе Серов, говорили, что нельзя упускать такой шанс.

В конце концов, генералы пришли к согласию и решили попробовать завербовать Дауда. После этого началась подготовка непосредственно Погорелова. Его инструктировали, что он может предложить Дауду, с чего начать, как вести себя в разговоре с ним.

К концу дня, у старшего следователя голова буквально была готова взорваться от обилия ценных советов и указаний. К счастью, ближе к полуночи над ним сжалились и отпустили поспать. Едва добравшись до кровати, Погорелов практически сразу же провалился в беспокойный сон.


Первое что понял Володька проснувшись, это то, что у него затекло всё что только могло. Проклятье! Где-то мы это уже проходили. Слишком часто за последние дни ему приходилось спать чёрте где. Для человека, с детства привыкшего к мягким матрасам, подушкам и одеялам, это было сущей пыткой.

Матеря тот день, когда он пошёл в лес и наткнулся на ту проклятую штуковину из бивня мамонта, Володька кое-как встал на ноги и оглядел первопрестольную. Ничего не скажешь, вид был прекрасным, вот только он совсем не радовал студента истфака. Потому что у него оставалось всё меньше времени на то, чтобы найти в этом огромном городе одного единственного человека. О том, что Дауд мог вообще покинуть Москву и быть сейчас где-нибудь в Европе, или вообще за океаном, в самой свободной и демократичной из всех когда-либо существовавших стран в мире, Володька старался даже не думать. Потому что тогда его ждёт тот чудесный мир, пары дней пребывания в котором ему хватило до конца жизни.

Окончательно размяв все затёкшие конечности, Володька ещё раз оглядел просыпавшуюся Москву и задумался, с чего начать поиски. И решил, что лучше всего будет начать с завтрака. Нет. С принятия душа. И переодевание в чистое. Легко сказать, когда ты в чужом городе без документов. К счастью, у него есть хоть какие-то деньги. И, что гораздо важнее, Знак.

Поиски дешёвой гостиницы, убеждение администрации с помощью Знака поселить его на день без документов, приведение себя в порядок и прочие хлопоты заняли всю первую половину дня. Когда переодевшийся в чистое, помывшийся и посвежевший Володька вышел на улицу, Москва встретила его летней духотой и людьми. Большим количеством людей. Среди которых ему нужно было найти одного.

Обречённо вздохнув, студент истфака купил себе стаканчик кофе, зарядился энергией, телепортировался на ближайшую крышу и активировал «джедайское зрение».


Тщательно вытерев кровь с кинжала, Дауд убрал его в ножны и внимательно оглядел небольшую однокомнатную квартирку, расположенную на окраине города. Похищенный им заключённый и его знакомый, к которому он привёл мастера-ассасина, и которому и принадлежала квартира, лежали на полу в луже крови, безнадёжно испортившей и без того потёртый ковёр.

Придирчиво осмотрев сделанный ими документ, он убрал его в карман брюк и взял в руки небольшую прозрачную бутылку. Отвинтив колпачок, Дауд не спеша прошёлся по квартире, старательно поливая мебель, тела, стены и, самое главное, бумаги и технику, при помощи которой были изготовлены поддельные документы. Когда бутылка закончилась, он достал вторую и для верности пролил всё ещё раз. После того как вся квартира была залита резко пахнущей жидкостью, Дауд открыл все окна, достал коробок спичек и фляжку, в которой он всегда держал запас здешнего напитка, действовавшего ничуть не хуже бальзама Пьеро.

Сделав глоток, Дауд замедлил время, зажёг одну из спичек, после чего бросил её на пол. Отлетев от него на небольшое расстояние, она замерла в воздухе, а мастер-ассасин тем временем шагнул в окно. Высота девятого этажа его ничуть не смущала. В нескольких метрах над землёй, он снова использовал Знак и перенёсся в кусты, росшие с краю детской площадки перед домом. Едва он вышел из кустов, время снова потекло в обычном темпе. А за его спиной из окон квартиры на девятом этаже повалил густой чёрный дым и начали прорываться языки пламени.

Неторопливо идя по улице, Дауд надвинул пониже широкополую шляпу и поправил солнцезащитные очки. Когда он дошёл до самого конца улицы, мимо него с воем промчались несколько длинных машин красного цвета. Быстро среагировали, молодцы. Усевшись за столик в небольшой закусочной, он заказал себе большую порцию напитка, которое местные называли «Кофе» и достал свои поддельные документы.

Покойный преступник сразу предупредил, что серьёзной проверки они не выдержат, но для действий, не требующих тщательной проверки, вполне сгодятся. Правда, учитывая обстоятельства, при которых Дауд склонил к сотрудничеству похищенного заключённого и его приятеля, полностью доверять их словам он не мог. Собственно, по этой причине и пришлось убрать обоих. Пока что ему нельзя рисковать. А в том, что эти двое сдали бы его при первой возможности, он ни капли не сомневался. Слишком уж хорошо ему была известна натура подобной швали. Позже нужно будет проверить, насколько хороши эти документы. Ну а пока что, можно немного перекусить перед встречей с Григорием.


Это полный пи…ец. Сделав глоток кофе, от которого уже начинало тошнить, Володька взъерошил волосы и обречённо застонал. За прошедшие сутки он оббегал практически всю Москву из конца в конец. Точнее, обтелепортировал. Купив два термоса на два литра каждый, он запасся горячим кофе и принялся действовать по схеме: телепортация на крышу – осмотр окрестностей при помощи «джедайского зрения» - телепортация на следующую крышу и так до бесконечности.

Охотничий азарт быстро сменился всё нарастающим чувством отчаянья. «Джейдайское зрение» исправно высвечивало десятки тысяч людей, но ни один из них ничем не выделялся. Все иные попытки каким-либо образом «почувствовать» этого Дауда оказывались бесполезными. А если он вообще не выделяется на фоне остальных и даже «джедайское зрение» в принципе бесполезно?

Помотав головой, Володька попытался отогнать от себя мрачные мысли. Нельзя сдаваться и отчаиваться. Надо искать, время пока ещё есть. Сделав ещё один глоток, студент истфака собрался телепортироваться, когда сзади его окликнули:


- Молодой человек, что вы здесь делаете на крыше?


Обернувшись, Володька увидел двух крепких коротко стриженных мужчин, одетых в серый городской камуфляж и берцы. У обоих в руках были спортивные сумки. Опаньки, а это ещё кто такие? Подняв руки ладонями вверх, студент истфака улыбнулся и активировал Знак:


- Ничего такого, просто гуляю. Я уже ухожу, вам не мешаю, и вообще меня не было.


Мужчины переглянулись нахмурившись, после чего один из них процедил:


- Исчез отсюда шкет. Бегом.


- Сию секунду.


Аккуратно обойдя двоих мужчин, пока действие знака не пропало, Володька спустился на последнюю лестничную площадку. Вот только вместо того, чтобы покинуть подъезд, активировал «джедайское зрение» и осмотрелся. Ого… Сквозь стены он мог видеть лишь контуры двоих мужчин поднявшихся на крышу. Но помимо людей, «джедайское зрение» высветило, к удивлению Володьки, даже не подозревавшем об этом его свойстве, ещё кое-что очень интересное. Снайперскую винтовку с оптическим прицелом, лежавшую в одной из спортивных сумок. Дела…

Оглядевшись по сторонам, он обнаружил у входа в подъезд ещё двоих мужчин, у которых чётко высвечивались контуры пистолетов. А в припаркованной рядом «Газели» их обнаружился целый десяток, причём с автоматами. Всё интереснее и интереснее. По-хорошему, лучшего всего свалить отсюда по-тихому, не привлекая внимания серьёзных людей с серьёзными аргументами калибра 5,45. С другой стороны, интересно, что это тут проходит за операция…

Если бы не Знак Чужого, наделявший сверхъестественными способностями, здравый смыл однозначно победил бы любопытство, и Володька в жизни бы не решился на подобные действия. Подойдя к окну на лестничной площадке, он сосредоточился и переместился на крышу соседнего дома. Сразу же после телепортации, он быстро пригнулся и, активировав «джейдайское зрение», отыскал занявших на соседней крыше позицию снайперов. Кого же они выцеливают?

Примерно определив район по направлению ствола снайперской винтовки, которую уже успели расчехлить и поставить на треногу, Володька принялся разглядывать жилые массивы. Ничего особенного, всюду серые дома, в разной степени наполненные жёлтыми огонькам живых людей, за исключением одного, похоже, пустующего здания… Минутку!

В пустом здании неожиданно появилась одинокая точка. Тёмно-фиолетового света. Володька почувствовал, как у него волосы становятся дыбом, а по спине бежит холодок. Нет, нет, нет!!! Не смейте! Он мне живой нужен! Проклятье!

В том, что замаячившая в глубине пустующего здания фиолетовая точка — это именно Дауд, студент истфака был уверен на все сто процентов. Как и в том, что его сейчас собираются ликвидировать российские силовики. Твою же мать, что делать?!

Решение созрело почти мгновенно, хотя решиться на него было очень непросто. Быстро отвинтив крышку термоса, Володька сделал несколько глотков кофе и сходу телепортировался на крышу за спины снайперов. Бесшумно приземлиться не получилось, силовики успели обернутся, но не успели ничего сделать. Вскинув руку, студент истфака направил поток силы на снайперов. Их обоих оторвало от земли и подняло на несколько десятков сантиметров в вохдух.

Оба разразились хриплыми ругательствами, но не растерялись. Рука одного рванулась за пазуху, где «джедайское зрение» высвечивало очертания пистолета, второй поднёс рукав ко рту и что-то прокричал. Больше они сделать ничего не успели. Володька взмахнул рукой, направляя поток силы, и обоих снайперов, сыплющих хриплыми ругательствами, швырнуло кубарем через всю крышу.


- Извините мужики, без обид, но он мне живым нужен! – выкрикнул Володька, бросаясь к упавшей снайперской винтовке.


Подбежав к ней, он буквально физически чувствуя, как ему в спину целятся из пистолета, на ходу подхватил винтовку и сразу же телепортировался на крышу соседнего здания. Едва переместившись, он рухнул на поверхность крыши – ноги подкосились, слишком много силы выпил Знак. Уф…

Дрожащими руками студент истфака отвинтил крышку термоса и сделал пару жадных глотков. Полегчало, дрожь пропала, в животе потеплело. Так, а теперь нужно быстро добраться до этого Дауда, снайперы несомненно уже подняли тревогу, а значит времени у него в обрез. Закинув винтовку за спину, Володька подбежал к краю крыши и телепортировался на следующую. Прыгая с вершины одного здания на другое, он меньше чем за минуту добрался до крайнего дома, стоявшего как раз напротив заброшенной многоэтажки. Там пришлось сделать ещё одну короткую остановку ради пары глотков.

Восстановив силы, Володька вытер лившийся с него градом пот, активировал «джедайское зрение» и осмотрел пустующую многоэтажку. Искорку Дауда он заметил сразу. А заодно ещё кое-что интересное.


- Твою же мать, - только и смог выдохнуть студент Истфака.


========== Глава 12. ==========


Генерал-лейтенант ФСБ Серов, которому президент лично поручил руководство этой операцией, напряжённо вглядывался в плазменные экраны, занимавшие всё пространство стены, перед которыми сидел десяток операторов-координаторов. Для предстоящей операции были задействованы огромные силы и ресурсы. В радиусе пяти километров вокруг заброшенной многоэтажки, где должна была состояться встреча с Даудом, дежурили два десятка групп быстрого реагирования, готовых перекрыть любые предполагаемые маршруты отступления объекта. Помимо них, в семи разных местах на крышах окрестных домов заняли позиции группы лучших снайперов, срочно собранных со всей России. В добавок, Серов привлёк почти всех людей из своей личной охраны, ждущих в полной выкладке его команды.


В качестве крайнего средства, в Подмосковье были развёрнуты два ракетных комплекса «Искадер», но Серов очень надеялся, что до них не дойдёт. Ракетный удар по окраине столицы – дерьма будет столько, что бульдозером не разгребёшь. Но упустить этого Дауда было ещё страшнее, так что негласное добро на крайние меры со стороны верховного главнокомандующего было получено.


Мысли Серова прервал резкий тревожный писк. Через секунду последовал взволнованный доклад одного из операторов:


- Товарищ генерал! Шестая группа подверглась нападению!


- Что?! – генерал-лейтенант почувствовал, как сердце пропустило удар.


Прижав руку к наушнику, оператор несколько секунд вслушивался в доклад, после чего испуганно посмотрел на Серова:


- Товарищ генерал… Командир группы говорит, что на них напал какой-то парень, отобрал винтовку и исчез.


- Чего?! Командира группы мне, живо!


Схватив наушник, Серов прорычал:


- Что у вас произошло?!

В ответ раздался цедящий слова голос одного из снайперов:


- На крыше был какой-то молодой парень, когда мы пришли. Мы его шуганули, а через минуту он возник прямо из ниоткуда. Нас подняло в воздух и швырнуло через всю крышу кубарем, мы чудом не переломались. А он схватил винтовку, крикнул что «он нужен ему живым» и исчез, просто растворившись в воздухе!


- Как он вас отшвырнул?!


- Без понятий! Нас просто подняло в воздух и швырнуло кубарем через всю крышу!


- Да чтоб вас… Подождите, что он крикнул?!


- Что он нужен ему живым.


- Кто, мать вашу?!


- Он не сказал, но догадаться не сложно! – огрызнулись на другом конце провода.


Выругавшись матом, генерал швырнул наушник обратно оператору. Проклятье! Твою же мать! Всегда, всегда всё идёт наперекосяк из-за человеческого фактора.


- Задействуйте спутник, живо! Я хочу знать, кто это такой и откуда он взялся! Что с Даудом?


- Погорелов зашёл в здание, поднимается по лестнице, пока всё нормально.


- Товарищ генерал! – предыдущий доклад перекрыл практически крик другого оператора. – Вижу предполагаемый объект! Вывожу на экран!


Стиснув зубы, генерал вперился взглядом в экран монитора, на котором крупным планом была выведена крыша соседней с заброшенной многоэтажки. У самого края виднелась фигура человека, за спиной у которой угадывался силуэт снайперской винтовки. Прежде чем Серов успел что-либо сказать, она исчезла.


- Что за… Куда он делся?!


- Не могу знать! Спутник его больше не видит на крыше…


- Он на крыше заброшенной многоэтажки, зашёл внутрь!


Генерал-лейтенант ФСБ почувствовал, как у него по спине бежит холодный пот. Операция вышла из-под контроля. Облизав пересохшие губы, он севшим голосом произнёс:


- Всем боевым группам, готовность номер один. Снайперам быть готовыми нейтрализовать цель, если появится возможность. Подготовиться к задействованию группы «Метеор». Дайте мне связь с Погореловым!


Вытерев со лба пот, старший следователь остановился перевести дух. Остался ещё один лестничный пролёт. Одёрнув костюм, Погорелов подхватил подмышку конверт с документами на вторую цель и продолжил подъём. Оказавшись в до боли знакомой комнате, старший следователь огляделся. Никого не было видно. Сделав несколько шагов в сторону стоявшего посреди комнаты стула, он услышал голос позади себя:


- Добрый день, Григорий, - слова были сказаны по-русски, но с заметным акцентом.


- Здравствуйте, Дауд, - осторожно произнёс Погорелов, замерев на месте.


- Можете повернуться, - это уже было сказано по-английски.


Обернувшись, старший следователь встретился глазами со стоящим в дверях Даудом. На нём был всё тот же бежевый костюм и широкополая шляпа. Оружия видно не было, не считая висевшего на поясе кинжала. Стараясь не делать резких движений, Погорелов протянул Дауду конверт:


- Пожалуйста. Здесь информация по следующей…


- Погорелов! Приём! Как слышишь меня, приём! Срочно ответь «Центру»! Приём!


Запнувшись, старший следователь произнёс:


- Прошу прощенья, я могу ответить?


Прищурившись, Дауд кивнул, внимательно следя за каждым движением Погорелова. Поднеся ко рту рукав пиджака, где была закреплён микрофон, старший следователь произнёс:


- Я слушаю вас, «Центр».


- У нас чрезвычайная ситуация! – Погорелов узнал голос Серова. - На одну из групп прикрытия напали! Неизвестный захватил у них снайперскую винтовку и растворился в воздухе. А минуту назад он зашёл в здание и спускается к вам! Предупреди Дауда, что это не наш агент и мы ни причём!


Почувствовав, как у него по спине пробежал холодок, старший следователь перевёл взгляд на Дауда. Наёмный убийца стоял всё так же дверях, устремив свой взор в потолок. Вот только в правой руке у него уже был кинжал, а в левой пистолет.


- Твой господин имел ввиду того мальчишку, что засел тремя этажами выше? – поинтересовался мастер-ассасин на русском.


- Эм… Да. Он уверяет, что это не наш агент…


- В этом я не сомневаюсь, - перебил Погорелова Дауд.


Переведя взгляд на старшего следователя, он спокойным голосом произнёс:


- Ждите меня здесь, я разберусь с ним. Если вы, или те стражники, что вас прикрывают, Григорий, попробуют вмешаться, я буду считать нашу сделку расторгнутой.


С этими словами, Дауд просто растворился в воздухе, оставив старшего следователя в одиночестве. Поёжившись, Погорелов невольно перекрестился. С недавних пор его мировоззрение было подвергнуто серьёзному испытанию.


- «Центр», вы всё слышали? Что мне делать?


- Оставайтесь на месте и ничего не предпринимайте. Ждите дальнейших инструкций.


Зайдя внутрь заброшенной многоэтажки через служебный вход на крыше, удачно оказавшийся незапертым, Володька на ватных ногах сбежал на несколько этажей вниз. Прежде чем идти к Дауду, который находился несколькими этажами ниже в компании какого-то человека, студент истфака забежал в одно из пустующих помещений, залитых солнечным светом из пустого окна. Прислонив снайперскую винтовку к стене, он снял рюкзак и достал термос. Дрожащими руками отвинтив крышку, Володька сделал несколько глотков.

Полегчало. Силы, выпитые применением Знака, восстановились. Убрав термос в рюкзак, Володька нагнулся, чтобы поднять винтовку, и в этот непонятная сила схватила и как следует припечатала его о грязную стенку, вышибив воздух из лёгких. Студент истфака не успел ничего понять и лишь открыл рот чтобы вдохнуть воздух, как ему грубо выкрутили левую руку и приставили что-то металлическое к затылку.


- Попробуешь использовать Знак, или сделать какую-нибудь глупость – умрёшь – произнёс холодный голос из-за спины с сильным британским акцентом.


Задыхаясь, Володька кое-как прохрипел:


- Не стреляй… Я хочу поговорить…


Чужая рука, скрутившая студента истфака, не ослабила хватку, но перестала давить.


- Кто ты? Откуда у тебя знак Чужого? – этот вопрос уже был задан по-английски.


Хоть Володька и не был особенно прилежен в изучении этого языка в школе, но дар полученный от Чужого компенсировал этот пробел в его образовании:


- Я случайно попал в твой мир. Там меня встретил этот Чужой. Он послал меня попросить тебя вернуться обратно, - скороговоркой выпалил студент истфака.


Несмотря на то, что английский Володьки для слуха Дауда звучал, скорее всего, как «Все татары, кроме я. Видишь дома нет никто», он его понял.


- Вот как? И с чего бы я должен вернуться в тот отвратительный гнойник? Только потому, что черноглазому ублюдку так захотелось? Мне твой мир нравится гораздо, гораздо больше. Думаю, ты и сам со мной согласишься.


Володька был согласен. Ему тоже родной мир нравился гораздо больше. При том что он провёл в мире Дауда всего несколько дней, этого ему хватило до конца жизни, и студент истфака предпочёл бы никогда туда больше не возвращаться. А для этого надо убедить вернуться туда этого Дауда. Облизав пересохшие губы, Володька привёл аргумент, которым его снабдил Чужой:


- Не знаю, что это значит, но он сказал, что если ты вернёшься, он позволит тебе искупить вину перед Джесаминой.


Хватка Дауда на мгновение резко усилилась, едва не раздавив запястье студента истфака.


- Если ты солгал…


- Клянусь, это правда! В смысле, это то что сказал мне Чужой!


Несколько секунд Володька слышал лишь напряжённое дыхание Дауда, затем его хватка ослабла, и студент истфака осторожно повернулся. Ассасин, которого он так отчаянно искал последние дни, стоял перед ним в бежевом летнем костюме и широкополой шляпе. В одной руке у него был пистолет Макарова.


- Он сказал, как мне вернуться? Потому что та руна, что перенесла меня в этот мир, мертва.


Судорожно кивнув, Володька достал из кармана небольшой костяной амулет Чужого и протянул его Дауду.


- Его нужно обагрить кровью.


Взяв амулет из рук студента истфака, Дауд несколько секунд его разглядывал, после чего убрал пистолет и достал свой кинжал.


Генерал-лейтенант Серов нервно барабанил пальцами по спинке кресла одного из операторов. Нервы у всех присутствовавших в штабе операции были натянуты как струна. Непонятно откуда взявшийся парень, обладающий таким же способностями, как и этот чёртов Дауд, серьёзно осложнил и без того непростую операцию, в которой было слишком много неизвестных и переменных.


- Товарищ генерал, третья группа снайперов засекла цели!


- Командира, живо!


Буквально выхватив наушники у оператора, Серов прорычал:


- Доклад!


- Уверенно наблюдаю через пустое окно объекты – один мужчина в бежевом летнем костюме, второй молодой парень в спортивной одежде. Мужчина скрутил парня и прижал к стене. Теперь они о чём-то говорят. Жду указаний.


Серов облизал пересохшие губы, обдумывая варианты возможных действий и риски. Это была идеальная возможность ликвидировать эту угрозу, на чём так настаивали многие из его коллег. Цель отвлечена и наверняка не сможет избежать пули снайпера. С другой стороны, упускать такие возможности…


- Можете гарантированно поразить цель?


- Уточните, мужчину в костюме, или в спортивной одежде?


- Мужчину.


- Так точно.


Несколько секунд тишины в штабе растянулись на целую вечность. Операторы превратились в восковые фигуры, не сводившие взглядов с генерала.


- Ликвидируйте мужчину. Парня постарайтесь нейтрализовать. Прострелите ему ногу, чтобы далеко не убежал.


========== Глава 13. ==========


Проведя кинжалом по ладони, Дауд сжал небольшой амулет из костей левиафана. Едва капли крови коснулись амулета, вырезанная на нём руна вспыхнула тёмно-фиолетовым светом. В тот же миг, рука мастера-ассасина отнялась практически по самое плечо. Хрипло выругавшись, Дауд попытался отбросить амулет в сторону, но не успел. Заброшенная многоэтажка и странный парнишка исчезли. Вокруг мастера-ассасина разверзлась Пустота, во всём её завораживающем великолепии.


Мимо летящего сквозь неё с огромной скоростью Дауда проносились фрагменты зданий – от обычных жилых домов, до роскошных дворцов, парящих в пустоте. Пару раз промелькнули корабли – несколько величественных много мачтовых парусников, и одно грузное, местами покрытое пятнами ржавчины, китобойное судно.


Так же внезапно, как оно началось, падение закончилось. Только что Дауд нёсся сквозь Пустоту с огромной скоростью, а в следующий миг обнаружил себя стоящим на брусчатой мостовой. Тоже, правда, парящей посреди Пустоты.


- Вижу, что мальчишка всё-таки справился.


Круто обернувшись, Дауд увидел парящего в нескольких метрах от него Чужого.


- Возможно, не настолько он был и посредственен, - продолжил молодой человек с чёрными глазами.


Презрительно скривившись, Дауд процедил:


- Не думай, что я соскучился по тебе, или по этой гниющей клоаке. Тот парень сказал, что если я вернусь, ты дашь мне шанс искупить вину перед Императрицей.


- Так и есть.


- Ну и как мне это сделать?


Губы Чужого тронула слабая улыбка:


- Далила.


- Что?


- Это всё что я могу тебе сказать. И учти: своими поступками, ты привёл в действие цепочку событий, которые изменят судьбу всей Империи. Тебе не удастся избежать последствий, но какими они будут – всё зависит от тебя. До встречи, Дауд.


- Постой…


Договорить мастер-ассасин не успел. В мгновение ока окружающая его Пустота исчезла, и он обнаружил себя стоящим посреди Дануоллской набережной. Серой, пустынной и грязной.


- Черноглазый ублюдок. Если ты меня надул, клянусь, ты не скроешься даже в своей любимой Пустоте.


Отряхнувшись, Дауд внезапно обнаружил пропажу в одном из внутренних карманов. Проверив его, мастер-ассасин убедился, что лежавшая там таинственная руна, отправившая его в тот удивительный мир, исчезла.


Отправив мастера-ассасина в реальный мир, Чужой закинул руки за спину и устремил свой взор в бесконечность Пустоты. Туда, откуда прибыл тот мальчишка. Туда, откуда вернулся Дауд. Там, на самой границе его восприятия (хотя, казалось бы, какие границы в бескрайней Пустоте), что-то происходило. Чужой смутно ощущал, как заново вспыхнул пока ещё даже не огонёк, а всего лишь одинокая искорка Новой Силы. От неё смутно веяло чем-то знакомым, и в тоже время бесконечно чуждым. Ничего больше, даже ему, для кого Пустота была родной вотчиной, не удалось разглядеть.

Несколько мгновений он прибывал в глубокой задумчивости. После чего, со вздохом разочарования, обратил свой взор на родной и привычный мир. Ворох возможных событий, так долго и тщательно выстраиваемый и едва не порушенный пришельцем из другого мира, пришёл в норму. Дауд вернулся и теперь сыграет свою решающую роль в судьбе Империи. О которой, по горькой иронии, никто кроме него и самого Чужого не узнает.


Всё случилось прежде, чем Володька успел что-либо осознать. Только что стоявший перед ним Дауд исчез. Студент истфака не успел рта открыть, как что-то больно ударило его в плечо правой руки. Стена за его спиной брызнула осколками от прошедшей навылет снайперской пули. Взвыв, Володька упал на четвереньки и схватился за вспыхнувшую адской болью руку.


- Суки… Чтоб вас, мать вашу… Бля…


Студента истфака охватил липкий страх. Умирать ему совсем не хотелось. Только не сейчас, после всего пережитого, когда ему уже удалось отправить этого Дауда назад. Шипя от боли, Володька пополз в глубь здания, подальше от окон и треклятых снайперов. Неожиданно, под руку ему попалось что-то гладкое и твёрдое, от чего ладонь словно ударило током. Отдёрнув руку, Володька открыл рот, но готовые сорваться с языка матерные ругательства застряли в горле.


Забыв про снайперов, про группу захвата, что дежурила внизу здания, а сейчас наверное уже бежала вверх по лестнице, студент истфака широко раскрытыми глазами смотрел на лежавший на полу предмет. Это была его находка! Та самая, которую он принёс своему преподавателю археологии! Словно в трансе, он протянул к ней правую руку, заляпанную кровью, и поднял с пола. В тот же миг всю конечность от кончика пальцев до плечевого сустава словно пронзило током.


Истошный крик Володьки оборвался на полуслове, когда он исчез во вспышке фиолетового пламени. Прибежавшие через две минуты (всё-таки пешком на самый верх в полной выкладке это не так-то просто) сотрудники личной охраны генерал-лейтенанта Серова не нашли ничего, кроме следов крови и прислонённой к стене снайперской винтовки, про которую студент истфака в панике забыл.


Опрокинув стопку водки, Погорелов захрустел солёным огурчиком и с блаженством откинулся на спинку своего кресла. Старший следователь мог с уверенностью сказать, что теперь, когда весь этот кошмар и галиматья с проклятым Даудом закончилась, он знает, что такое настоящее счастье. Настоящее счастье, это вернутся к простой и привычной работе, ни связанной ни с какой чертовщиной. После неудачной операции по задержанию/ликвидации Дауда, в которую вмешался тот мальчишка, прошло больше двух месяцев. За это время спецслужбами был проделан титанический труд, который, однако, не дал практически ничего, кроме новых вопросов.


По отпечаткам пальцев на снайперской винтовке, была установлена личность мальчишки: Акимкин Владимир Сергеевич, девяносто четвёртого года рожденья. Бросились искать этого Акимкина, но оказалось, что родные и друзья понятия не имеют, где он и давно подали заявление в полицию. Выяснилось, что студент третьего курса пропал несколько недель назад, при весьма загадочных обстоятельствах. Командированный в Санкт-Петербург Погорелов лично допрашивал преподавателя археологии, Масленникова Захара Викторовича, который последним видел разыскиваемого молодого человека.


Если бы Погорелов выслушал его показания ещё месяц назад, он бы убедился, что профессор кафедры археологии повредился в уме от стресса, пережитого в результате взрыва в здании университета (тоже к слову весьма загадочного, так как следы взрывчатки специалисты ФСБ так и не смогли обнаружить). Но после того, что он видел, старший следователь был склонен поверить Масленникову, утверждавшему, что студент действительно растворился в воздухе, после того, как принёс странную находку, и что именно эта пропавшая находка и была причиной ЧП в питерском ВУЗе. О с своих выводах и догадках Погорелов в подробностях отрапортовал начальству.


Начальство, к удивлению старшего следователя, согласилось с его выводами. И тут же отправило спецгруппу за другими тремя находками, хранившимися в одном из сибирских музеев. Вот только было уже поздно. За день до отправки спецгруппы, музей был ограблен. Пропали именно те три странные находки из бивня мамонта. Расследование и попытки найти вора по горячим следам ничего не дали. Бешенству начальства не было предела. Как ему удалось не попасть под горячую руку, Погорелов так и не понял.


А затем прошла неделя. Потом ещё одна. Месяц. Ничего не происходило. Ни Дауд, ни Акимкин не объявились. В итоге, широкомасштабные действия по их поискам были свёрнуты. Благо, других неотложных дел хватало. Оставили негласное наблюдение за родителями пропавшего студента, чисто на всякий случай. Дело «Царицынского Потрошителя» было передано в архив и засекречено, как и всё, что только было с ним связано. Погорелов дал больше десятка подписок «О неразглашении», после чего с невероятным облегчением вернулся в родной Следственный Комитет. К привычной, не связанной ни с какой мистикой рутине.


И именно это счастливое возвращение он сейчас и отмечал. В полном одиночестве, после рабочего дня.


Эпилог.


Ямало-ненецкий автономный округ. Восточные предгорья северного Урала. Приблизительно 60 километров к западу от Салехарда.


Закинув за спину объёмистый походный рюкзак на восемьдесят литров, молодой человек, одетый в камуфляжный охотничий костюм оливкового цвета и сапоги до колен, застегнул лямки и двинулся дальше вдоль берега реки. Солнце начало клониться к закату, а путь ещё предстоял неблизкий. Можно было, конечно, ускориться, но лучше поберечь запас кофе. В случае чего, пополнить его будет непросто. Погладив всё ещё ноющее плечо правой руки, молодой человек уверенно продолжил свой путь. Учитывая, что места были вокруг абсолютно дикие, это было не просто.


До цели своего путешествия он добрался когда уже стемнело, и пришлось одеть налобный фонарь. Высокая скала, расположенная недалеко от берега реки и окружённая практически непролазным буреломом, скрывала в своё основании небольшой провал пещеры, уходившей под крутым углом прямо вниз. Сняв рюкзак и чертыхаясь, молодой человек начал осторожный спуск в зияющие непроглядным мраком недра. Учитывая больную руку, это была не так-то просто.


Достигнув дна, заканчивавшегося небольшим залом с низким потолком, молодой человек поправил налобный фонарь и продолжил свой путь по начинавшемуся в одной из стен зала горизонтальному коридору. Воздух был холодным, но сухим, не пахло ни сыростью, ни плесенью. Не было видно и следов пребывания каких-либо животных. Молодой человек склонен был это относить к заслугам древних сил, скрывавшихся в глубинах пещеры.


Двигаться в полный рост было невозможно, но в конце концов он добрался до просторного зала, с относительно высоким потолком, где смог выпрямится. По его прикидкам, он должен был находиться как раз под самым центром скалы. Скинув тяжеленный рюкзак, молодой человек отнёс его в угол пещеры, где помимо спального мешка лежали несколько тюков, забитых консервами, пара канистр воды, металлический чайник и набор алюминиевой посуды.


Положив рюкзак на каменистый пол, молодой человек достал из него небольшой свёрток. Не разворачивая его, он взял лежавшее у стены свёрнутое одеяло и направился к дальней от входа стене. Там он расстелил его и уселся так, чтобы можно было видеть все многочисленные рисунки, покрывавшие дальнюю от входа стену от пола до потолка. Изображения животных, людей и непонятных символов были расположены концентрическими кругами вокруг крупного схематичного изображения человека с копьём.


Аккуратно развернув свёрток из обычной простыни, молодой человек достал из него три округлых предмета из бивня мамонта, с вырезанными на них похожими изображениями. Положив их на пол в основании стены к уже лежавшему там предмету, который впервые и перенёс его в эту пещеру два месяца назад, он достал охотничий нож из висевших на поясе ножен. Скривившись, молодой человек уколол один из пальцев левой руки и помазал им похищенные артефакты.


Несколько секунд ничего не происходило, потом они вспыхнули слабым фиолетовым светом. Протянув над ними левую ладонь, с навсегда отпечатавшимся над ней Знаком, молодой человек прошептал:


- Наставник, взываю к тебе!


Знак вспыхнул голубым светом, и сила потекла к древним артефактом. Их свет стал ярче и увереннее. Вслед за ними ожили и наскальные рисунки. Сначала засветились крайние, пока последним не засиял человек с копьём в самом центре.


Миг, их свет стал нестерпимым, пещера исчезла, а вокруг бывшего студента истфака разверзлась Пустота. Там, на небольшом поросшем травой пяточке тундры, где беззвучно горел фиолетовым пламенем небольшой костёр, его уже ждали.