Путь Избранной (fb2)


Использовать online-читалку "Книгочей 0.2" (Не работает в Internet Explorer)


Настройки текста:


Путь Избранной

ГЛАВА 1

Лес, тишина. Стена зеленых деревьев, пронизанная косыми лучами восходящего солнца. Покой и умиротворение.

Но только не у меня. Оказать в лесу, когда только переступила порог кухни с необузданным желанием выпить чай. Могу, умею, практикую. Смешные слова, но ситуация страшная. Удивление вперемешку с паникой. Где я, как я здесь оказалась — первые мои мысли после ступора. Внимательно всматриваюсь в окружающую обстановку, вдруг узнаю это место? Не узнаю, и паника накрывает еще большей волной. Я одна. В лесу. Лежу на какой-то поляне, в кратере. Кругом выгоревшая трава, кое-где поднимаются струйки дыма. Пытаюсь подняться, но все тело как будто окаменело и не слушается меня. Первая попытка — ничего, вторая попытка — шевельнулись пальцы на руках, третья — приподнялась рука… И все же усилием воли я кое-как смогла встать, не с четвертой и не с пятой попытки. Но встала. Легче мне, к сожалению, не стало. Лес показался еще более мрачным и жутким, чем при первом осмотре. Озираюсь по сторонам, и ничего не понимаю. Это невозможно, не-воз-мож-но!! Я не могла здесь оказаться, не могла… А я здесь и не нахожусь, это сон — осенила меня мысль. Да, сон, только очень реалистичный. А раз это сон, мой сон, значит, я могу его прервать — с этими словами я сильно ущипнула себя за руку и зажмурилась. Открыла глаза. И снова лес. Еще щипок, и опять лес. Горестный вздох моего сочинения огласил окружающую действительность. Может это розыгрыш? — подумала я и услышала за спиной рычание. Обернувшись, я увидела, что рычало нечто огромное и белое на краю поляны. Не успела я сделать шаг, нечто стремительно сорвалось с места и понесло ко мне.

— Ааааааа! — громкий крик вырвался из меня с неимоверной скоростью, в то время как ноги отказывались развивать такую скорость.

Ветки больно царапают кожу, цепляются за одежду и волосы, ноги то и дело натыкаются на коряги, а существо все ближе и ближе. Легкие горят, сердце стучит как бешеное, ребра давят грудную клетку, силы на исходе. Глубоко дыша, я пытаюсь перепрыгнуть через торчащий огромный корень, но на мою спину падает что-то тяжелое. Я падаю, придавленная к земле этим тяжелым нечто.

— Ааааааааааа! — кричу, переходя на ультразвук. — Аааааааааа! — сотрясаю грудь последним криком в своей жизни.

— Не обязательно так кричать, оборотня это уже не убьет — раздался спокойный мужской голос позади.

— Ааааааааа! — лаконично ответила я ему, все еще вжатая в землю под тяжестью чего-то.

Рывок, и нечто повалилось рядом. Мертвое тело упало напротив, и волчья морда с красными глазами, пеной у рта и стрелой в переносице расположилась рядом с моим лицом. Вот только существо было гораздо крупнее обычного волка, и шерсть у него была кристально-белой.

— Ааааааа! — испуганно кричу я уже в который раз. Снова резкий рывок, и я стою на ногах на расстоянии вытянутой руки от какого-то мужчины.

— Тебе не учили, что Темный лес не посещают юные девы? И вообще его ВСЕМ лучше обходить стороной — строго произнес странный субъект в темной одежде. — Или ты решила поиграть в охотника на нечисть?

— Что? — сдавленно произношу я каким-то чужим и глухим голосом.

— Кто ты и зачем сюда пришла? — спокойно ответил мужчина и пристально посмотрел своими стальными глазами мне в лицо.

— Не знаю, — чуть ли не плача ответила я — не знаю, как я здесь оказалась. Я шла на кухню, а потом резко оказалась здесь. А потом появился он… ком застрял в горле, и слезы невольно покатились по моим щекам.

— Успокойся и скажи мне правду — произнес мужчина после некоторой паузы, дав мне прийти в себя.

— Я больше ничего не знаю, — был мой ответ.

— То есть ты оказалась в Темном лесу и не знаешь, как сюда попала, так? — констатировал мужчина.

Я кивнула.

— Что ж, теперь, надеюсь, ты сюда больше не придешь, — и с этим словами он поднес металлическую капсулу к волкоподобной твари и засосал ее внутрь. При этом капсула нисколько не изменилась в размерах, и после этой манипуляции была положена обратно в карман.

— Идем, — коротко бросил мужчина — я выведу тебя отсюда.

ГЛАВА 2

Мысли были мрачными и по сравнению с ними окружающий лес был светлым и приветливым местом. Просто чудесной полянкой из сказки. Этот пресловутый Темный лес находится не в России, и вообще мой таинственный спаситель и проводник услышав от меня вопрос: «Мы находимся в России?» — громко рассмеялся, многозначительно покрутил пальцем у виска, а затем назвал сумасшедшей. На все мои дальнейшие расспросы и просьбы показать дорогу в мое отечество, он заливался смехом как профессиональный зритель юмористических программ с многолетним стажем. Но ответа не давал, да и как его дать, когда его так пробрало на ха-ха. Я не прекращала своих попыток узнать свое местоположение, на что мне, в конце концов, дан был ответ: «Темный лес на границе Темного королевства и графства Осто».

Мда уж… Я никогда не была особо сильна в географии, но и моих крох знаний по этому предмету было достаточно для четкого осознания, что место, названное мужчиной, не существует в России. По крайней мере, я не слышала. Это что ж получается, я нахожусь непонятно где, не понятно с кем и иду непонятно куда?! Хороша картина, да только зритель плох. Нет, нет, нееет, все это какой-то бред моего больного сознания. Это невозможно: лес, странное волкоподобное существо, капсула-пылесос для биологической массы, странн…

Мои размышления были приостановлены могучей спиной провожатого. Вернее, он резко остановился и я, будучи сильно занята умозаключениями, врезалась в него.

— Аккуратней, — прошипел мужчина и кинул грозный взгляд в мою сторону. Затем он пристально принялся рассматривать что-то впереди.

Из любопытства и я глянула туда, куда смотрит он. Взору предстала круглая поляна, окаймленная высокими деревьями. В ее центре был вытянутый неглубокий кратер с выжженной травой в нескольких метрах от него. Причем выжженная трава образовывала четко очерченные треугольные лучи, расходящиеся от кратера, как лепестки от сердцевины ромашки.

— Я знаю эту поляну, — вырвалось у меня, — я здесь очнулась.

— Очнулась? — с удивленным взглядом спросил мужчина.

— Да, а затем здесь же встретила тварь, которая меня преследовала.

— Оборотня, если быть точнее, — поправил мужчина.

— От этого уточнения его намерения относительно меня не стали благородными. Как и ваши намерения, впрочем. Куда вы меня ведете? И кто вы такой?

— В деревню, а затем в приют для повредившихся в уме. А что касается моего призвания, ты и сама должна была догадаться, что я охотник на нечисть, но ты можешь называть меня просто спаситель. Или храбрый тэн[1], спасающий сумасшедших дев исключительно по доброте душевной. И не надо фыркать и строить недовольную мину. Неблагодарных в Светлом королевстве никто не любит, — назидательно произнес мужчина.

— Судя по твоей речи, помешался здесь только ты, — подумала я и предусмотрительно промолчала. А затем пристально посмотрела на своего спутника. Крепкая фигура в темной одежде, высокие сапоги с отворотами, лук с колчаном за спиной, кожаный пояс, увешанный какими-то флягами, серебряными брелками, тут же располагался кинжал с матовой ручкой. Волевое лицо с крупными красивыми чертами, короткие волосы цвета пшеницы. На плече была вышита эмблема с изображением пронзенного стрелой черепа со змеей в одной из глазниц. По всей видимости, он действительно охотник.

Небольшая тропинка петляла все больше и больше. Сколько времени мы провели в лесу, было сложно определить, так как кроны настолько плотно прилегали одна к другой, что в лес практически не пробивалось солнце, из-за этого все казалось было освещено серым светом. При более пристальном осмотре лес показался мне еще более мрачным и странным, чем в самом начале моего пребывания здесь. Причем он был настолько странным, что его можно было принять даже за сказочный. Этакий сказочный лес в тридесятом королевстве.

— А может, я и нахожусь в каком-то тридесятом королевстве, — яркой вспышкой сверкнула мысль в моей голове. Все атрибуты на лицо — странный лес, странная тварь, странный человек в необычной одежде. Просто все как в лучших фэнтези про попаданцев. Вот только не закроешь прочитанное фэнтези, не поставишь его на книжную полку, не пройдешь на любимую кухню в моей любимой квартире за порцией ароматного зеленого чая, не погладишь кот Василия мимоходом. Не увидишь больше родителей, друз… и мое лицо исказила мука и отчаяние.

[1] Тэн (тэна для женщины) — уважительно обращение к человеку наподобие сэр, мистер, сударь и т. д.

ГЛАВА 3

Когда мы наконец-то покинули лес, взору предстала холмистая местность с выжженной солнцем растительностью. Кругом ни души, и тихо-тихо, как будто все живое исчезло.

— Куда мы направляемся? — попыталась снова узнать я.

— В деревню, — ответил мой спутник.

— Что это за деревня? Как она называется? Где находится? И скоро мы придем? — вопросительно взглянув, уточнила я.

— Для сумасшедшей из Темного леса ты задаешь слишком много вопросов.

— Для провожатого вы чрезмерно скрытны, — парировала я.

— Связался на свою голову, — тихо проговорил охотник. — Я веду тебя в деревню Инштэн. Будем там к полуночи, повезет, доберемся до заката. Хотя… учитывая, что ты так медленно плетешься, мы и до следующего утра не преодолеем и ти[1].

— Ти? Какой ти?

Тишина.

— Что за ти? О чем вы говорите? Что это значит? — задавала я один вопрос за другим.

— Может, вы мне все-таки ответите? — не унималась я.

Опять тишина. Видимо ответов больше я не добьюсь, а своими новыми вопросами только могу разозлить провожатого. В моем положении это неразумно, он хоть и странный, но все же спас меня и ведет в безопасное место. По крайней мере, я на это надеюсь.

Ближе к вечеру я поинтересовалась именем спутника. Вопрос пришлось повторить 8 раз, прежде чем последовал следующий ответ: «И почему все сумасшедшие такие настырные».

Глубокий вздох мужчины. Пристальный взгляд в мое лицо.

— Местные зовут Охотник. Ты можешь обращаться ко мне также.

— Охотник, я устала и хочу есть, — максимально жалобно попросила я и умоляющее посмотрела на него.

— Привал, — с кислой миной проговорил он.

Подкрепившись водой из фляги и чем-то вроде небольших сдобных булочек со злаками и орехами, мы продолжили свой путь.

Последние лучи заходящего солнца наложили на деревню янтарные блики с золотистой окантовкой. Населенный пункт был окружен двумя рядами частокола и четырьмя сторожевыми башнями.

— Зачем деревня обнесена частоколом? Разве обитатели Темного леса могут здесь появиться? — подумала я, сама не заметив, как мысль тут же была озвучена вслух.

— Безопасность превыше всего. Твари из Темного леса способны на все, — бросил мой провожатый куда-то в сторону.

Попасть в деревню можно было только через крепкие деревянные ворота, что мы и сделали, после того как Охотник ответил на вопросы дозорного из сторожевой башни. И мы сразу же очутились на главной и единственной улице, оканчивающуюся высоким каменным домом, покрытым черепицей. Остальные дома располагались вдоль улицы. Все строения в деревне были покрыты побелкой, с соломенными крышами и по размерам значительно уступали каменному дому в конце улицы. Именно в этот дом мы и направились.

На пороге нас встретил высокий светловолосый мужчина в зеленом рубахе из плотной ткани с испещренным какими-то символами поясом, темных штанах, высоких кожаных сапогах. За поясом торчал кортик в кожаном чехле. По всей видимости, это хозяин дома.

— Рад тебя видеть, Хедвиг, — добродушно сказал встречающий мужчина.

— Доброго здравия, Хансен, — приветливо ответил мой спутник.

После всех полагающихся церемоний приличия (рукопожатия и уточнения протекания дел у собеседника), нас ввели в дом. В комнате были высокие потолки, напротив входа большой камин. По стенам было развешено оружие. "Прихожая или гостиная", — устало отметила про себя.

— Ты сегодня со спутницей, — поинтересовался мужчина в зеленом и лукаво посмотрел на Охотника.

— Нашел в Темном лесу. Она спятившая, но безобидная, — небрежно констатировал мой провожатый. — Позаботишься о ней?

****

Лампа, подвешенная к потолку, ярко освещала стол, уставленный разной снедью и кувшинами. Двое мужчин, сидевших за ним, вели тихую беседу.

— Ты думаешь, она как-то связана с темными? — спросил рослый мужчина в зеленом.

— Исключено, нечисть не охотится на себе подобных. Да и темной магии от нее не исходит, — ответил второй мужчина.

— Тогда что тебя так беспокоит? В Темном лесу происходили и более странные случаи.

— Странные и связанные с темной магией, но никак не со светлой.

— Ты полагаешь, она как-то причастна к новому оружие светлых, о котором они постоянно трезвонят во все концы королевства?

— Не знаю, но она точно попала в лес благодаря светлой магии. В нескольких сотнях ми[2] от поляны древних я спас ее от оборотня. На поляне был кратер с выжженной травой, как будто туда кто-то приземлился. Вся поляна была пропита светлой магией, это я четко учуял. И на этой же поляне, по ее словам, она очнулась. Такие совпадения не могут быть случайностью.

******

"Меня без единого вопроса накормили, отвели в душ, дали чистую одежду (моя-то после всех спринтов по Темному лесу и дальней дороги была грязной, в дырах и дорожной пыли), уложили спать — и все это без лишних вопросов. Вообще без вопросов, — размышляла я про себя, лежа на кровати в небольшой, но чистой и уютно обставленной комнате. — Не знаю что за человек этот Охотник, но, по всей видимости, все его уважают и признают авторитетной личностью, если выполняют его просьбы — продолжала я развивать свою мысль. — Вот только он больно суров и молчалив с незнакомцами. Совсем как мой папа… Папа, мама! — горестно воскликнула. — Как я по вас соскучилась, — всхлипнула я. Когда я вас снова увижу? Когда снова услышу ласковое и ободряющее: «Лена, доченька, ты со всем справишься, мы в тебя верим». Когда я вновь буду вести душевные беседы с мамой за чашкой чая, хохотать с папиных шуток, обсуждать сериалы со старшей сестры — в горле встал ком, очертания комнаты расплылись. Не плачь, только не плачь, — твердила я себе эти слова как мантру. — Не плачь, ты обязательно что-нибудь придумаешь и вернешься домой. Домой, к родителям, к сестре, к друзьям. Ооо, как же мне тяжело без них. Но я вернусь! Я обязательно вернусь! Я все сделаю для этого!"

[1] Ти — мера длины. 1 ти — 1,5 земных км

[2] Ми — единица длины. 1 ми — 1 земной метр

ГЛАВА 4

Мой сон был прерван громким звоном. Казалось, он звучит из каждого угла комнаты, из каждого камешка, из каждой щелочки. Ничего не понимая, я села на кровати и протерла сонные глаза. Звон становился сильнее. Прислушавшись, я поняла, что звонят в колокола. Казалось, сотни колоколов на разный манер играют одну и ту же мелодию. Но зачем?

— Вставай, — крикнула, женщина, резко ворвавшаяся в комнату. — Быстро! — резко повторила дама, которая до этого спокойно и заботливо помогла мне здесь расположиться.

— Что происходит? — сонно проговорила я.

— На нас напали, так что быстро собирайся, иначе станешь ужином для умертвий! — резко ответили.

— Что? Я не поним… — мне в лицо прилетело подаренное накануне платье, до этого висевшее на стуле. — Живо! — скомандовала женщина.

Глядя в ее испуганное и в тоже время решительно настроенное лицо, я поспешно натянула на себя синее хлопковое платье, обулась и выбежала за ней из комнаты.

Крепко вцепившись в мою руку, женщина вывела меня из дома. Пронзительные крики, лязг оружия и вой оглушили меня на улице. Мимо нас сновали женщины и с детьми на руках, подростки, старики — все было в волнении и движении. То и дело приземляющиеся огненные шары и стрелы добавляли страха и без того испуганным людям. Пытаясь укрыться от этой бомбардировки, кто-то прислонял руки к голове, кто-то покрыл голову тазом, кастрюлей, шляпой, сковородой. Люди были одеты в ночные рубашки, пижамы, на иных были рубахи без штанов, другие были только в штанах, иные были в небрежно надетых платьях, иные были в халатах — словом все выдавало, что люди были застигнуты врасплох.

Стремительно двигаясь среди этого людского потока, мы приблизились к невысокому строению. Вход в него с двух сторон освещали факелы, торчащие возле настежь открытой двери. Огненная вспышка резко промелькнуло у меня перед глазами. Миг, и я оказалась отброшена в сторону. В ушах был шум, перед глазами все плыло, боль пронзила спину. Снова все озарилось нестерпимо ярким светом, а на грудь и ноги упали комья земли. В попытке как-то себя обезопасить прикрываю голову руками. Шум в ушах резко перекрыл громкий треск. Что-то упало недалеко от меня. Предметы стали более четкими, но шум все нарастал и нарастал. Где-то совсем близко послышались крики. Он…де… ко… - гудело в голове. Толчок, и меня что-то подхватило под руки и потащило. Пытаясь сфокусировать взгляд, я смогла рассмотреть только какие-то неясные силуэты. Когда через некоторое время взгляд прояснился, во всполохах летящих огненных шаров я увидела, что тащившие меня были люди с искаженными лицами, выпученными глазами, в оборванной одежде. От них пахло гнилью и землей. Они все дальше и дальше увлекали меня прочь от света, излучаемого деревней, во тьму. Снова вспышка света, и я разглядела, что у одного из уводящих на руке нет плоти. Совсем нет! Одна кость с суставами и пальцами. Но рука двигается как живая!

— Ааааааааа! — завопила от испуга. — Помогите! — что есть сил прокричала я. — Помогите, на помощь! — громко повторяла я и стала вырываться из рук похитителей, пытаясь их ударить, упираться ногами в землю. Но тщетно, ничего не помогало: меня еще крепче сжали и еще быстрее потащили в неизвестность. Но я не сдавалась, отчаянно продолжала вырваться из лап похитителей, без конца вопила и отчаянно призывала на помощь, но спасать меня было некому.

Деревня все дальше и дальше уплывала от меня. Резко повернувшись в сторону одного из похитителей, я вцепилась зубами ему в плечо. Взвыв от боли, он выпустил меня. Освободившейся рукой я ударила в живот другого. Лишившись поддержки второго, упала на землю. Резко поднявшись, бросилась со всех ног к деревне.

Еще чуть-чуть и я спасена. Резко и не по собственной воле откидываюсь назад и попадаю к кому-то в чьи-то крепкие руки. Брыкаюсь, зову на помощь, бью локтями, вырываюсь, но хватка железная. Темные силуэты окружают меня. Все ближе и ближе. Со всей злостью наступаю на ногу захватчика, вырываюсь и попадаю к стремительно наступающим субъектам с запахом гнили. Они еще плотнее обступают меня, я окружена. К ним подступают все новые и новые твари. Ситуация критическая, шансов на спасение нет. Инстинктивно протягиваю руки вперед в попытке защититься. И тут резко в моих руках возникает ярко-оранжевая сфера. Хлопок. Взрывная волна в виде огромных ярких кругов сносит все и вся на своем пути, превращая тварей в пыль. Волна была настолько яркая, что на миг стало светло как днем. А потом все заволокло тьмой.

ГЛАВА 5

С трудом разлепила свинцовые веки. Взору предстала комната, которую мне выделили вчера. Косые лучи солнца падали сквозь решетчатое окно на полы. Внутри этих желтых полос кружились в им одном ведомом танце пылинки.

— Какой странный сон, — подумала я, и перед глазами вновь пронеслись моменты из сновидения. — Бррр, — и поежилась я. — Ну и мерзость. Последнее относилось к существам с запахом гнили.

Встав с постели, я сразу же направилась к умывальнику в углу комнаты. Подставляя руки под струю воды, с удивлением заметила на тыльной стороне правой ладони какой-то символ. Он красиво переливался всеми цветами желто-оранжевого спектра. Что за ерунда? Откуда это? Попыталась стереть символ ногтями. Не получилось. Попыталась смыть водой с мылом. Опять неудача. Начала тереть его полотенцем, но символ только ярче стал переливаться. И почему в моей жизни всегда что-то не так? — с горечью воскликнула я. — Может, Охотник или владельцы дома помогут мне от него избавиться? Что ж, стоит попробовать.

Закончив с гигиеническими процедурами, оделась и заплела волосы в косу, перевязав ее предусмотрительно оставленной на стуле с одеждой атласной синей лентой. На ногах красовались удобные кожаные туфли с небольшим каблуком.

В доме было тихо. Пройдя к прихожей и никого так и не встретив, громко позвала Охотника и хозяйку дома, которая еще вчера представилась мне как тэна Эльга.

Тишина. По всей видимости, в доме никого не было. Проходя мимо большого круглого щита на стене, по привычке посмотрелась в его до блеска отполированную поверхность. Но в отражении была не я. Вернее я, но не совсем похожая на себя. На меня смотрела прелестная девушка с ярко-голубыми глазами, аристократическим носом и жемчужной прядью волос. Оторопело потрогала свое лицо, волосы — все это однозначно принадлежало мне. Пристальнее вглядываюсь в отражении. Черты лица, безусловно, были мои, но значительно улучшенные: блеклые голубые глаза приобрели яркий оттенок турмалина Параиба, нос с небольшой горбинкой стал изящнее и безукоризненно прямым, брови приобрели более выразительный изгиб, а губы стали чуточку пухлее. В довершении ко всему в моих прямых русых волосах, как блестящая река среди пыльной и выжженной летним солнцем степи, расположилась волнистая прядь цвета кремовой жемчужины.

А здесь не так уж и плохо. Видимо местный воздух творит чудеса. Если я еще получу кубики на прессе, этот место значительно повысит свой рейтинг в моих глазах.

На улице была суета. Одни сновали взад и вперед с ведрами, инструментами, досками, бревнами, пучками соломы, вторые перекрывали черные обугленные крыши, третьи ремонтировали огромную дыру в частоколе (причем пострадали два ряда в одном месте), четвертые пилили доски, пятые разбирали поваленную сторожевую башню, шестые белили дома. Значит, это был не сон, обозрев всю картину разрухи, констатировала я.

Пристальнее всмотревшись в царившую суматоху, отыскала глазами тэну Эльгу. Вот она — высокая женщина в темно-зеленом платье, с пучком каштановых волос и серьезным взглядом карих глаз — вместе с другими женщинами белила черный от сажи дом. К ней я и направилась. Проходя сквозь людскую массу, то и дело ловила на себе то удивленные, то испуганные взгляды. Странные манеры у этих людей, отметила я про себя. Они что никогда не видели крашеные пряди волос?

— Здравствуйте, тэна Эльга, — вежливо приветствовала я ее. Обернувшись ко мне, она тут же упала на одно колено. Ее примеру последовали все остальные женщины, работавшие рядом.

— Здравствуйте, Избранная. Простите, что меня не было рядом в момент вашего пробуждения. Я не думала, что вы так рано проснетесь, — извиняющимся тоном произнесла она и опустила взгляд.

— Вам не за что извиняться, — удивленно проговорила я. Встаньте с колен, — женщины по-прежнему оставались в коленопреклоненном положении, — прошу вас. И обращайтесь ко мне просто Елена.

— Как пожелаете. Ваше слово наш закон, — и все вслед за ней встали. — Тея Эленэ, я могу вам чем-то помочь? — почтительно обратилась женщина.

— Тея?

— В Икии тея — это почтительно обращение к представительницам высшей аристократии. К мужчинам из высшей аристократии обращаются тей. В вашем случае применяется именно такое обращение как дань традициям и особого уважения к Избранной.

— Благодарю за уточнения. Тэна Эльга, что произошло этой ночью?

— На деревню напали умертвия и воины Темного королевства, тея Эленэ. Они хотели похитить вас, но вы с помощью магического дара Избранной уничтожили их. Вас нашли в нескольких сотнях ми от деревни без сознания и перенесли ко мне домой. От лица всех жителей деревни я благодарю вас, тея Эленэ. Да пребудут с вами светлые боги.

— Спасибо, — с долей недоверия ответила я, слишком все странным получается. — Вы можете помочь мне избавиться от этого символа, — протянув ладонь, спросила я.

— Нет, тея Эленэ, от символа Избранной невозможно избавиться. Любое воздействие посторонних людей на символ Избранной приравнивается к святотатству. Вы посланница светлых богов, и всякий кто проявит к вам неуважение или, не приведи светлые боги, попытаться причинить вам боль, считаются отступниками от веры и строго наказываются.

— То есть уничтожить символ невозможно, я правильно вас поняла?

— Да, тея Эленэ. Символ — это ваш подарок от светлых богов, их заверение в особом к вам расположении. Он исчезнет, только если вы умрете. Я могу вам еще чем-то помочь? Может быть, вы голодны или устали?

— Я бы не прочь поесть, — смутившись, произнесла я.

Подперев рукой подбородок, я, как Шерлок Холмс сплетала все нити фактов в единый узор заключения. Мое неожиданное появление в лесу-факт; преследование волкоподобного существа — тоже факт; существо с костяной рукой — факт, хотя и его рука могла быть обманом зрения; яркая сфера, появившаяся из ниоткуда, изменения во внешности, символ — факты, которые я видела своими глазами и в действительности которых уверена. Каждый новый факт все более и более укреплял фундамент идеи о моём перемещении в другой мир. Но это невозможно, магии не существует. Но разве сфера, символ, изменение во внешности — это не магия; не то, что появилось из ниоткуда без чьего-либо вмешательства? Возможно, это и есть магия. Хорошо. Допустим, я действительно попала в другой мир. Мир магии. Но почему попала именно я? Я никогда не замечала за собой сверхъестественных способностей: не могла читать мысли, не предсказывала будущее, не видела ауры людей, не видела вещие сны. Да что там говорить, у меня то и интуиция никогда не проявлялась. Сколько я не пыталась ее развивать, все было тщетно — только строгие умозаключения помогали мне принять правильное решение. Тогда почему оказалась ничем не одаренная я в этом мире?? Ведь есть масса других людей: более умных, с более развитой интуицией, видящих все как в рентгене и даже получающих вещие сны. ПО-ЧЕ-МУ Я? Вздох. Видимо произошла какая-то случайность или ошибка, иного объяснения у меня нет. В то, что я посланница светлых богов я тоже не верю, поскольку метка на руке еще не означает мою причастность к божествам Светлого королевства. Но то, что я попала в другой мир, магический мир — это неоспоримо и достоверно.

— Тея Эленэ, ваш завтрак готов, — прервала мои размышления тэна Эльга и наполнила рядом стоящий кубок какой-то бордовой жидкостью очень похожей на вино. Поднеся кубок к лицу, я внимательно посмотрела на его содержимое, понюхала — нет, это не вино.

— Что вы мне налили? — полюбопытствовала я.

— Чифу. Это укрепляющий отвар, придающий сил и энергии. Вы потратили много сил, защищая деревню и их нужно восстановить, — вежливо ответила женщина.

По окончании завтрака, состоящего из вкусных и разнообразных блюд, я предложила тэне свою помощь.

— Не стоит, тея Эленэ. Вам нужен покой и отдых, — ответила хозяйка дома и добродушно посмотрела на меня.

— После вашего вкусного завтрака я чувствую себя прекрасного. Я действительно хочу вам помочь, также как и вы помогли мне. Нет ничего плохого, если я помогу вам в восстановлении деревни.

Во время работы по восстановлению деревни мне удалось многое узнать. Оказывается, есть пророчество, согласно которому новой Избранной станет только пришедшая из другого мира. По воле светлых богов, разумеется (особое уточнение от тэне Эльги). Именно они и переместили меня в этот мир, мир Икии. Икия — так называется материк, на котором расположено Светлое королевство. Само королевство состоит из трех крупных герцогств, каждое имеет регента, управляющего им и представляющего интересы своего герцогство в Совете регентов. Совет регентов — высший орган для решения вопросов внешней политики и защиты от нечисти. Законодательная власть находится в руках у Собрания, состоящего из 10 представителей от каждого герцогства и трех регентов. И Собрание, и Совет регентов расположены в столице королевства — Сиате. В переводе с древнего языка Светлого королевства Сиат означает сияющий город. С незапамятных времен Светлое королевство ведет войну с нечистью. Нечисть появилась из разломов (временных разрывов в другой мир), которые открываются и по сей день. Откуда появились эти разломы, никто не знает. Помимо нечести из разломов появилась тьма, превратившая некоторых древних светлых магов в некромантов, которые стали прародителями современных темных магов. Долгое время темные и светлые маги вели кровопролитную войну друг с другом. Потом произошло перемирие, и Темное королевство стало одним из герцогств Рэгнума, являвшего собой территориальный, политический и военный союз светлых и темных. Однако даже объединенные силы не смогли уменьшить число разломов. Рэгнум медленно умирал.

Спасение пришло от светлых богов, даровавших жителям Рэгнума Тэлум — магическое оружие невероятной мощи, управлять которым могла только Избранная, появившаяся вместе с ним из другого мира. С помощью этого артефакта удалось прекратить появление разломов и уничтожить большую часть нечисти. На долгие годы в Рэгнуме воцарился мир. Все изменилось более двадцати лет назад, когда темные маги, мечтавшие об абсолютной власти над Рэгнумом, убили Избранную и украли Тэлум. По сей день местонахождение Тэлума неизвестно, и ни одна из экспедиций по его поиску не увенчалась успехом. Но в пророчестве сказано, что Избранная, пришедшая из другого мира, найдет Тэлум и спасет Светлое королевство.

Помимо истории о прошлом Светлого королевства и предназначения Избранной, тэна Эльга рассказала о видах нечисти, особенностях их поведения, местах их обитания и способах защиты. Также она рассказала во всех подробностях о деревне и ее жителях, религии Светлого королевства.

Но самым ценным за этот день было сведение, что первая Избранная, появившаяся одновременно с Тэлумом, а после спасения Рэгнума нашла преемницу, передала ей силу для управления артефактом и с помощью Тэлума вернулась в свой родной мир. А это значит, что и я могу вернуться! Безграничное счастье, от одной только мысли, что я застряла в этом мире не навсегда, накрыло волной. Я знала, что есть способ вернуться домой, я всегда в это верила! Осталось только прибыть в столицу за информацией о том, как перенестись отсюда в другой мир, найти артефакт, выбрать преемницу, передать ей силу Избранной и вернуться домой! Теперь, когда появилась надежда вернуться на Землю, я готова на все! Даже терпеть общество Охотника, который будет моим проводником и охранником во время пути в замок графа Осто, где расположен ближайший отсюда портал в Сиат. Завтра, уже завтра я начну свой пусть и непростой, но все-таки путь домой.

ГЛАВА 6

Ты умеешь ездить верхом? — спросил Охотник, увидев мое замешательство при виде лошади.

— Не особо, но несколько поездок имеют место быть, — тихо ответила я.

— Тогда тебе представился отличный повод научиться верховой езде. Надеюсь, ты не свернешь себя шею в первый день, — с усмешкой произнес мужчина.

— Хедвиг, какой грубый и абсолютно неподобающий тон, — укоризненно произнесла хозяйка дома, провожавшая меня вместе с мужем.

— Тэна Эльга, вы превратно истолковали мои слова. Я ни в коем случае не хотел грубить Избранной, — произнес Охотник с невозмутимым лицом.

Пока тэна и Хедвиг спорили насчет того, с каким тоном ко мне необходимо обращаться, Хансен, спокойно относившийся к постоянным перебранкам Охотника и жены — двух непримиримых, но при этом уважающих друг друга оппонентов — помог мне взобраться в седло. Когда процедура моего водружения на благородное животное была окончена, он попросил не обращать внимания на грубоватый и колкий тон Охотника — видите ли тот не слишком жалует служителей Светлого храма и Избранную, косвенно связанную с ними — и добавил, что в душе он добрый малый и не даст меня в обиду. В завершении мужчина пожелал мне удачи в пути и проверил крепления моего седла.

Когда пререкания были окончены (ибо Охотник все-таки уступил тэне Валм, и теперь обязался всегда обращаться ко мне на вы), искренне поблагодарила чету за гостеприимство. Затем мы с Охотником простились с провожающими и отправились в путь.

Желтый диск солнца медленно поднимался над молочно-белым туманом, низко стелившимся по земле. Лошадь шла размеренным шагом. Многое предстояло обдумать, за что я и принялась. Но мои наклонности совы вкупе с ранним подъемом взяли свое: я сама не заметила, как отправилась в царство Морфея.

Я открыла глаза, когда солнце было уже высоко и било мне прямо в лицо. Снова закрыла глаза в надежде еще урвать хоть кусочек сна и обезопасить себя от бесед с недружелюбным по отношению ко мне Хедвигом.

— Ну вы и соня. Если будете продолжать так и дальше, точно станете обедом для умертвий. Или утопленника. Или вам больше нравятся оборотни? — где-то над головой произнес Охотник.

— Утопленники не едят своих жертв, — сонным голосом ответила я и зевнула.

— Побалуете еще фактами о нечисти или тэна Эльга вам рассказала только об утопленниках? — иронично поинтересовался мой проводник.

Я проигнорировала вопрос, притворившись спящей.

— Или тэна Эльга вам рассказывала только о светлых богах, храмах и основах религии Светлого королевства? Это больше на нее похоже, — проговорил мужчина.

Невыносимый человек. Он когда-нибудь замолчит?

— Она очень религиозна и пытается всех ввести в лоно Светлого храма. Вам не предлагала принять веру в светлых богов? Или помолиться им? — без остановки продолжал Охотник.

— А тех, кто не поддерживают ее стремления увеличить число приверженцев Светлого храма или не ставит религию на главное место в своей жизни, она усердно порицает. И пытается направить на путь истинный. Вы просто не застали ее во всеоружии, но не будь нападения, вы бы увидели во всей красе тэне Эльгу Валм, главного служителя Светлого храма деревни Инштэн.

Под эту непрерывный словесный поток было невозможно заснуть. Я нехотя открыла глаза и увидела перед собой мужские руки, державшие поводья. ЧТО? Выгибаясь, скольжу взглядом вверх по рукам и вижу лицо Охотника. ЧТО?

— Доброе утро, Избранная светлыми богами, — с ухмылкой произносит он. — Как вам спалось?

— Зачем вы это сделали? — спросила я и постаралась подальше отодвинуться от мужчины, на котором до этого преспокойно спала. Однако попытка не увенчалась успехом.

— Надеюсь, я не причинил вам дискомфорта и позволил вашей важной особе выспаться? — серьезным тоном продолжил он.

Снова попыталась отодвинуться подальше от всадника, но на этот раз я потеряла равновесия и непременно бы упала, если бы не была заключена в руки Хедвига, как рука в оковы браслета.

— Вот поэтому я и взял вас к себе. Вы плохо держитесь в седле и чуть не упали с лошади.

— Спасибо за помощь, но дальше я поеду на своей лошади.

— Я вас не задерживаю, — сказал он и не остановил своего коня.

— Будьте добры, остановите своего скакуна и позвольте мне пересесть, — чеканя каждое слово, попросила я.

— Не могу. Если остановлюсь, мне придется помочь вам сойти с моего СКАКУНА (ударение на это слова, как некоторая насмешка над моим словарным запасом) и помочь сесть на вашу лошадь. Это слишком большие нагрузки для Избранной. Тэна Эльга просила меня беречь вас, и я не могу пренебречь ее просьбой, — проговорил мужчина.

— Так вы позволите мне пересесть на мою лошадь? — громко проговорила я.

Минутное молчание, за которым последовал горестный вздох Охотника.

— Ваше общество доставляет мне огромное удовольствие, не лишайте меня этой бесценной возможности, — умоляющее произнес он, практически прислонившись к моему уху и опалив его своим горячим дыханием.

Это уже ни в какие рамки! С меня хватит! Еще активнее попыталась отодвинуться от него, нервически задергавшись, но это субъект обхватил одной рукой мою талию и плотно прижал к себе.

— Урод. Моральный урод. Скотина. Дон Жуан недоделанный, — тихо выругалась я.

— Что вы говорите? Вы тоже рады нашей совместной поездке? Я польщен, что такая важная особа смогла по достоинству оценить простого охотника на нечисть, — с иронией парировал на мои ругательства мужчина.

За что мне такое наказание? Чем я провинилась на Земле, чтобы получить в спутники его? Этого несносного, неприятного и язвительного человека? И пусть он самый лучший телохранитель и проводник, находившийся в дерене Инштэн, это не повод меня донимать!

Наше совместное путешествие в столь тесном формате продолжалось долго. Бесконечно долго, как мне показалось. И ни мои настойчивые требования, и ни менее настойчивые увещания не смогли ничего изменить. Чтобы как-то отвлечь себя от этого неприятного положения, решила обдумать тактику своего поведения в столице. Однако близкое соседство Хедвига мешало сосредоточиться, слишком он меня раздражал. И крепко держал за талию. Безостановочно. И как только у него рука не затекает?

Пришлось отложить размышления до лучших времен и всю дорогу созерцать местные красоты: бесконечные зеленые холмы, небольшие озера, деревеньки с милыми домами. Чем дальше мы отъезжали от деревни Инштэн и Темного леса, тем ярче были краски и больше звуков. Здесь пели птицы, играли пастухи на дудочках, перекликались между собой животные на пастбищах, слышался шум голосов в деревнях. Не увидь я до этого Темный лес с его обитателями (помимо оборотней там, оказывается, обитают все виды нечисти) подумала бы, что попала на страницы пасторального романа.

Спешиться мне удалось только тогда, когда мы подъехали к таверне «Золотой эви». Она представляла собой двухэтажное здание с потрескавшимся фасадом и покосившейся вывеской, на которой был изображен с огромным бантом на шее желтый пернатый, очень напоминающий обычного гуся.

Разминаю затекшие ноги, поворачиваю голову из стороны в сторону — как же приятно спуститься на землю и полноценно двигаться. Блаженство.

— Наденьте их, — протягивая черные матерчатые перчатки, сказал Охотник.

— Зач…

— Чтобы скрыть символ. Пока вам лучше не заявлять о себя как о новоиспеченной Избранной, — перебил он меня. — А будете задавать глупые вопросы в таверне, опять возьму к себе в компаньоны на моего Скакуна (ударение на это слово). Я понятно выражаюсь?

— Вполне, — скривив лицо, ответила я и надела одну перчатку.

— Вы все поняли? Ответь мне предельно честно и искренне, — не унимался мой персональный мучитель.

— Я все поняла, — бодрым тоном прилежного школьника, уяснившего новое правило учителя и желающего продемонстрировать свою готовность его исполнять, ответила я и надела вторую перчатку.

— Вот и умница. Будь вы брюнеткой, расцеловал бы за такой ответ, — с лукавыми огоньками в глазах проговорил Охотник.

От такой наглости мое лицо передернулось, а в голове еще настойчивее, чем в пути закрутилась мысль: «Вот доберусь до столицы, и если информация о наличии власти у Избранной (со слов тэне Эльги) окажется правдой, прикажу разыскать тебя и посадить в подземелье на несколько дней или недель, а может и месяцев. Тогда у тебя, Охотник, появится время подумать над тем, как причинять дискомфорт беззащитным попаданкам!».

Обед на удивление прошел тихо и мирно. Ужинать мы остановились на постоялом дворе, где и заночевали, а рано утром снова отправились в путь.

Второй день мало чем отличался от первого дня в дороге: та же бесконечная дорога, те же приемы пищи в тавернах, даже пейзаж и тот не менялся. Охотник вот уже второй день дает уроки верховой езды, сопровождая каждую мою неудачу язвительным комментарием. К подобному способу общения я старалась относиться спокойно, предпочитая никак не реагировать на колкие замечания. Зачем пытаться переубедить человека, негативно настроенного по отношению к тебе? Зачем тратить на него энергию, если через несколько дней мы расстанемся с ним навсегда? Это в теории. На практике я не удерживалась и отвечала на колкость колкостью, но проще было поймать вечер в поле, чем прекратить язвительные замечания Хедвига Палма.

Другие дни путешествия в Эльнор также состояли из нескончаемой пыльной дороги, вереницы таверн, постоялых дворов и деревень, уроков верховой езды — и все это сопровождалось подтруниваниями и колкостями. Казалось, если дни поменять местами, то ничего не изменится, настолько все было однообразно. Однако среди всей этой рутины было и выходящее из ряда вон событие: я впервые увидела разлом. Правильнее сказать, последствия разлома, выраженные в виде разоренной деревни с горящими домами и множеством изувеченных трупов, как и скота, так и мирных поселян, а также группу по зачистке последствий разломов. К ней относились только военные, в том числе и охотники на нечисть, составляющие отдельный вид войск Светлого королевства.

И этого — я не говорю о самом моменте атаки нечисти из разлома — было достаточно, чтобы вызвать ужас на моем лице и посеять смятие и страх в моих мыслях. Действительно, без Тэлума жизнь небезопасна, поскольку ты никогда не знаешь, когда и где появится временной разрыв. Теперь мне стали понятны причины почтения и преклонения перед Избранной. Ведь она единственная кто может отыскать и управлять артефактом, предотвращая появления разломов.

Седьмые сутки в пути в целом были неплохими, поскольку я уже немного отошла от увиденного кошмара, а также более уверенно стала держаться в седле и поэтому снискала меньшее количество шпилек от Охотника, чем в предыдущие дни. А вот седьмая ночь выдалась ужасной. Я постоянно думала о родных, впрочем, как и все время моего пребывания в Светлом королевстве. Бедные! Они, наверное, сейчас с ног сбились, ища меня. Обзванивают всех моих друзей, родственников, коллег, морги, больницы уже не по первому кругу. Подали заявление о моей пропаже в полицию. И каждый день, каждый час, каждую минуту ждут хоть какой-нибудь весточки обо мне. Как я не пыталась, но уснуть под аккомпанемент этих и подобных им мыслей так и не получилось. Не получилось и успокоиться. Меня душило отчаяние, неизвестность моей дальнейшей жизни и тревога за родителей и сестру. Попыталась подумать о чем-то приятном, но все попытки неизбежно оканчивались воспоминаниями о моей жизни на Земле.

В надежде восстановить свое душевное равновесие я с пледом на плечах вышла на общий балкон. Ночь была тихая и ясная. Сияли бесчисленные мириады звезд. Вечные и далекие, они становились невольными свидетелями всех наших падений и взлетов, наших трагедий и побед, нашей ненависти и нашей любви. Такие красивые и притягательные, они всегда оставались и остаются недосягаемы для людей.

— Любите смотреть на звезды, — раздался позади мужской голос.

— Люблю, — тихо ответила Охотнику, который расположился рядом и направил свой взор на звездное небо.

Его присутствие меня нервировало, я с минуту на минуты ожидала новую остроту или язвительное замечание, а мой и без того расстроенный мозг не придумал ничего лучше, как попросить его уйти и чем быстрее, тем лучше и без его постоянных шпилек.

— Я хотел узнать, почему вы не спите в такой поздний час. И только, — без доли злости или усмешки сказал он. — Так почему Избранная не спит?

— Не могу успокоиться из-за родных. Я за них сильно переживаю. И скучаю по ним и по своей жизни на Земле, — грустно перечислила причины своей бессонницы.

— Расскажите мне о вашем мире? Мне кажется, он очень красив, — мягким голосом попросил Хедвиг.

После подобной просьбы я с недоверием посмотрела на Охотника. Однако кроме неподдельного интереса его лицо ничего не выражало. И я, поддавшись чарам ночи, настойчиво призывающим к откровенности, и растроганная искренностью в тоне мужчины, используя все свое красноречие, рассказала о Земле. Рассказала о природном разнообразии, удивительных животных, культурном наследии, техническом развитии. Хедвиг ни разу меня перебил, а по окончании повествования сказал, что мой мир очень красив и необычен.

— Знаете, я всегда хотел увидеть другие страны и новые миры. В детстве я даже мечтал стать путешественником, — с блестящими глазами произнес он.

— А почему не осуществили мечту? Что-то произошло?

— Сейчас это уже неважно. Расскажите мне о себе. Мы уже семь дней знакомы, а я так и не знаю вашего полного имени, рода деятельности, увлечений. Я ничего о вас не знаю.

— А вы действительно хотели бы это узнать?

— Да, — искренне ответил тот, кто за все время пути даже не поинтересовался моим полным именем.

— Меня зовут Елена Игоревна Светлова. Игоревна — это отчество, то есть имя отца, а не вторая часть моего имени как принято у вас в королевстве. У меня на родине каждый человек должен иметь отчество. Мне двадцать три года. И…я немного замешкалась, подумав, что моя дата рождения по земному календарю будет непонятна собеседнику, и решила, что называть ее бессмысленно.

У меня замечательные родители. Добрые, понимающие. Они никогда меня ни в чем не упрекали и всегда поддерживали. Папа у меня юрист (ремарка на значение слова), для него это — дело всей жизни. Его зовут Игорь Николаевич Светлов. Он справедливый и сильный. Маму зовут Анна Вячеславовна Светлова. Она учитель музыки, то есть учит детишек играть на фортепьяно, так на Земле называют музыкальный инструмент. Она замечательно играет на нем и часто устраивает нам домашние концерты. Она у меня очень красивая, жаль, что я не унаследовала и толику ее красоты. Есть старшая сестра Маргарита. Она, как и я, имеет отчество Игоревна. На данный момент она замужем, воспитывает сына Матвея. Сейчас она домохозяйка, а до этого работала журналистом (опять уточнение смысла данного слова). Я же до моего появления в Темном лесу работала логистом (разъяснение смысла профессии) в частной фирме и была в восторге от своей работы. Мне даже обещали повышение в должности. Образование я получила сначала в школе, а затем в университете, так на Земле называется высшее учебное заведение. В детстве ходила в художественную школу и занималась танцами, выступала со своим коллективом, это было очень интересно. Сейчас же мое самое любимое хобби — это книги, особенно классическая литература, но в целом, я стараюсь читать разные жанры. Прочитанные книги я обсуждаю с мамой и сестрой, они тоже очень любят читать. У меня есть лучшая подруга. Ее зовут…

Продолжая в том же нескладном слоге, я поведала еще многое о своей жизни, близких, друзьях, хобби, работе. Говорила я долго, и как ни странно, этот рассказ не вызвал у меня грусти. Наоборот, мне стало немного легче.

— Теперь вы, — заявила я Хедвигу, — расскажите мне о себе.

— Меня зовут Хедвиг Иден Палм. Я охотник на нечисть вот уже 15 лет. Мама умерла при родах, и меня воспитывал папа. Он был замечательным человеком, талантливым педагогом и хорошим отцом. Его не стало, когда мне исполнилось 8. Пожив на попечительстве у тетки несколько лет, я начал самостоятельную жизнь: пошел в армию, участвовал в войне светлых и темных магов, затем меня перевели в отряды охотников на нечисть.

Пауза. Молчание длилось несколько минут.

— Если хотите, вы можете называть меня Хедвиг.

— Хедвиг, обращайтесь ко мне просто Елена, — попросила я и дружелюбно улыбнулась.

После подобного разговора по душам, я поняла, что моя отчаяние напрасно и еще не все потеряно. Мне есть за что, а главное за кого бороться. Именно в ту ночь я дала себе обещание, что никогда не опущу руки и сделаю все от меня зависящее, чтобы вернуться домой, к родным и близким мне людям, своей спокойной и приятной земной жизни.

Мы выехали на рассвете и всю дорогу молчали. Я была под впечатлением от вчерашнего поступка Палма, он раскрыл себя с абсолютно новой стороны: стороны внимательного и доброжелательного слушателя, способного на сострадание. Иной причины его ночного деяния у меня не было.

Ближе к полудню на горизонте показался замок. Огромное серое строения поражало своей архитектурой и величием. Вокруг замка расположился городок с небольшой базарной площадью. Вся его территория с поместьем графа Осто в центре была обнесена высокой стеной с массивными бойницами и подвесным мостом через ров. Сейчас мост был опущен, на базаре орудовали торговцы, громко зазывавшие покупателей, а сам городок представлял собой скопление шума, возни, пешеходов, карет. Все это я отметила, когда по брусчатой городской дороге мы направлялась к резиденции графа Осто. Вход в замок сторожили два бравых бойцам с алебардами.

— Стойте! Кто вы такие и зачем направляетесь в Эльнор? — спросил боец с темной бородой и суровым лицом.

— Я привел Избраннную, — сказал Хедвиг, и я — по предварительной договоренности с ним — сняла перчатку и продемонстрировала символ, — и прошу аудиенции графа Осто, — продолжил Охотник.

После подобной презентации, нас без дальнейших расспросов пропустили и без проволочек препроводили в парадный зал замка Эльнор. Помещение, в котором нас оставили дожидаться графа, обладало внушительным размером, имело сводчатые потолки, барельефы на стенах и искусную мозаику на полу.

— Граф Ильнес Дрегэн Осто к вашим услугам, Избранная, — обратился подошедший ко мне мужчина и поклонился. Он был среднего роста, с умным взглядом и римским носом. Одет владелец замка был в бордовый бархатный костюм, украшенный искусной золотой вышивкой.

— Здравствуйте, — любезно ответила я и машинально сделала реверанс, при этом элегантно взмахнув кистью руки. И откуда я только знаю, что реверанс нужно делать именно так?

— Принимать вас, большая честь для меня. Вы не желаете отдохнуть после дороги? Я и мой замок в вашем полном распоряжении, — рассыпался в любезностях тей, и, получив мой отказ, продолжил, — Чем тогда я могу помочь Избранной?

— Тей Ильнес Дрегэн Осто, прошу вас доставить меня в столицу через портал замка Эльнор. Тем самым вы окажите мне большую услугу, — как светская дама повела я беседу.

— Как прикажите, — ответил мужчина и поклонился. — Но прежде чем мы отправимся в Сиат, вы не желаете восстановить свои силы в моем замке после утомительной дороги? Как граф и благородный человек, я не могу отправить вас в столицу, не предоставив сначала вам возможности подкрепить свои силы отдыхом и трапезой.

— Это очень любезно с вашей стороны, я принимаю ваше предложение. Но прошу не более чем через час отправить меня в Сиат, — после минутного размышления ответила я.

— Разумеется, все будет сделано так, как желает Избранная.

Хедвиг Палм во время моего диалога с графом не проронил ни слова. А когда наш разговор был окончен, он с поклоном поприветствовал графа Осто, представился и заявил, что доставив меня в Эльнор, он выполнил все свои обязательства по отношению к Избранной. И теперь просит разрешения откланяться и покинуть резиденцию графа.

— Как пожелаете, тэн Палм. Ваша помощь Избранной не будет оставлена без внимания, — с этими словами аристократ сделал знак слуге, располагавшемуся возле двери, и тот поднес Охотнику туго набитый кошель. Но мужчина не принял подарок графа, и, попрощавшись со мной и теем, ушел. Глядя на быстро удаляющуюся спину Хедвига, сердце неожиданно кольнула грусть. Все-таки дорожные трудности сближают в некоторой мере, а наш ночной разговор показал, что и он может быть вполне неплохим человеком. А впрочем, сейчас это уже не имеет никакого значения. Наши пути разошлись, и так будет лучше для каждого из нас.

Как и обещал граф Осто, я провела в замке ровно час. За это время я успела принять ванну, поменять свое простое синее платье, серый плащ и косу за спиной на изысканный парчовый туалет, украшения с драгоценными камнями и искусную прическу, а также отобедать в компании хозяина Эльнора.

Портал представлял собой пустую каменную арку круглой формы, закрепленную в массивной подставке из мрамора. Произнеся на неизвестном мне языке короткое заклинание, на каменной раме арки вспыхнули причудливые символы, а пустое пространство внутри нее преобразилось в голубую гладь.

— Позвольте предложить вам руку, — галантно обратился ко мне граф Осто.

И после моего согласия, с присущей только настоящему аристократу грацией, он взял меня под локоть, и повел в портал. Пройдя сквозь мерцающую внутренность арки, мы попали в небольшую комнату с нефритовыми колоннами и точно таким же порталом, как и в замке графа, поднялись по лестнице с мраморной балюстрадой, прошли коридор, попали в изящно обставленную комнату и направились к стеклянной двери, ведущей на балкон.

Столица Светлого королевства поразила меня. Действительно, Сиат — это сияющий город! В нескольких сотнях метров от нас располагался великолепный дворец, сияющий, как звезда в ночи. Его белые стены светились ровным золотистым светом, купола переливались всеми цветами радуги, а на шпилях развевались яркие флаги. Композиция дворца представляла собой крест: одно, самое большое и высокое строение, окаймлялось четырьмя меньшими строениями по бокам, которые соединялись с центральным зданием крытыми галереями.

— Дворец Ридекаст, резиденция трех регентов, — с гордостью произнес тей. — А вот это, — указав на белоснежное здание с голубыми куполами, похожими на опалы, — продолжил он, — главный Светлый храм нашего королевства.

— Это великолепно, граф. Сиат очень красивый город, — с восторгом произнесла я и продолжила любоваться потрясающим видом столицы.

Даже когда мы с аристократом направлялись во дворец, я с не меньшим любопытством продолжала рассматривать город через окошко кареты. Двух- и трехэтажные дома, расположенные по краям улицы имели красивые фасады с колоннами, статуями и лепным декором. Мой спутник любезно объяснил мне что здесь, возле резиденции регентов, располагались дома только самых богатых и влиятельных вельмож и аристократов королевства.

В Ридекасте меня встретили как персону королевских кровей: с почетным караулом, свитой во главе с человеком, главная цель которого — встретить и препроводить меня во дворец и подобающей в таких случаях торжественностью. Конечным пунктом моего визита в резиденции регентов был тронный зал — громадная комната с роскошным интерьером, наполненная множеством богато одетых людей.

При моем появлении, все они отошли к стенам, образовав тем самым живой коридор. Когда я проходила мимо придворных, дамы делали реверанс с элегантным движением кисти, — совсем как я в Эльноре — мужчины кланялись. В конце залы меня ожидали четверо мужчин. Седой мужчина среднего роста с бородой и добрым взглядом голубых глаз в зеленом был крайним слева; далее стоял высокий и крепкий брюнет с проседью в висках, несколько суровым взглядом черных глаза и в темно-синих одеждах; возле него расположился красивый шатен с проницательными карими глазами в пурпурном, он был ниже брюнета, но выше голубоглазого; с правого края стоял темноволосый зеленоглазый мужчина в расшитых длинных светлых одеждах. Головы первых трех представителей сильного пола украшали золотые венцы, украшенные драгоценными камнями и жемчугом.

Как только я с моим провожатым подошла к мужчинам, он незаметно растворился в толпе придворных.

— Великий герцог Агвид Ириен Вовенарг, регент герцогства Вовенарг, Избранная, — сказал крайний слева и поклонился.

— Великий герцог Рейсинг Видар Рейнхарт, регент герцогства Рейсхарт, Избранная, — проговорил мужчина в темно-синем и поклонился.

— Великий герцог Эрик Рейвэн Висхар, регент герцогства Висхар, Избранная, — произнес шатен и поклонился.

— Граф Фаррел Велтен Нумеро, верховный жрец Светлого храма, Избранная, — представился мужчина в длинных светлых одеждах и поклонился.

— Ваши светлости и ваше первосвященство, я от всего сердца приветствую вас, — сказала я и сделала придворный реверанс с элегантным взмахом кистью, следую полученным от провожатого наставлениям.

Позади мужчин стояли пять тронов, расположенных в форме креста: один, самый высокий и массивный, был в центре, остальные размещались по бокам. Именно в центральном престоле и было мое место. Великий герцог Висхар расположился позади меня в крайнем левом троне, спереди было место великого герцога Рейнхарта, напротив него был трон великого герцога Вовенарга, а крайний правый был затянут черным шелковым чехлом. На мой вопрос, почему этот престол в чехле, тей Вовенарг ответил, что трон темного предателя оставлен в назидание грядущим поколениям. Верховный жрец расположился возле стены на золоченом стуле с парчовой обивкой, и началась церемония представления придворных. Подобный поворот событий не удивил меня, поскольку церемониал представления Избранной ко двору Ридекаста мне подробно описал еще граф Осто, который тоже здесь присутствовал. Однако то, что это будет настолько долго, я не ожидала.

ГЛАВА 7

— Это все, что я могу вам сообщить, — подытожила я свой рассказ о собственной биографии и укладе жизни на Земле (из предосторожности оставив в тени описание оружие моего мира), своем появлении и пребывании в Светлом королевстве. — Ваши светлости, какими будут наши дальнейшие действия в отношении Избранной? — спросила я и вопросительно обвела взглядом регентов, сидящих со мной за одним столом.

— Вам необходимо учиться, Избранная, то есть тея Элена, — поправил себя великий герцог Вовенарг, вспомнив о моей просьбе насчет обращения по имени. — Основы магии, география, боевая магия, курсы о лекарственных растениях и способах оказания первой медицинской помощи, владение оружием, боевые искусства и многое другое — словом все, что может понадобиться Избранной в поисках Тэлума, — заключил великий герцог.

— Учить вас будут лучшие преподаватели и наставники Светлого королевства, а дворцовая библиотека будет открыта в любое время. Обучение начнется с завтрашнего дня, а сегодня вам будут показаны все достопримечательности Сиата, — добавил великий герцог Висхар.

— Не лучше ли начать занятия с сегодняшнего дня? Сразу после экскурсии по Сиату? — аккуратно поинтересовалась я у регентов, не желая тратить лишнее время на экскурсии.

— За несколько часов невозможно по достоинству оценить столицу Светлого королевства. К тому же вы должны собственными глазами увидеть, то, что вам предстоит спасти, — с улыбкой ответил тей Эрик Висхар.

Я мило улыбнулась в знак согласия, понимая, что спорить бессмысленно, а сама проклинала и регентов с их экскурсиями, и Сиат, и все Светлое королевство в придачу. «Увидеть все, что я должна спасти», — передразнивала у себя в голове слова регента герцогства Висхара. Единственное, что я должна спасти — это себя из вашего мира и для этого мне нужны знания, а не достопримечательности!»

Мое обучение началось с утренней зарядки и пробежки. Занималась со мной тэна Эина Вир. Под ее чутким руководством, и во многом благодаря ее непрерывным наставлениям, я не заснула — а разбудили меня с первыми лучами солнца — на своем первом занятии. Физическая активность, хоть и не являлась для меня чем-то новым — дома я иногда ходила в спортзал — была рассчитана на более выносливого человека, чем моя персона.

— Что ж, признаюсь сразу, физическая сила и выносливость — это не мои сильные стороны, — ответила я на встревоженный взгляд тэне Эины, увидевшей мое сильно раскрасневшееся лицо после пробежки.

Приняв душ, сменив свою спортивную форму, состоявшую из туники и обтягивающих лосин, на голубое атласное платье и позавтракав, я отправилась вместе с Тиной (моей камеристкой и временной провожатой по дворцу) в учебный класс.

Вторым занятием была история избранниц Тэлума. Его вел граф Фарелл Нумеро, верховный жрец Светлого храма. После витиеватого приветствия он начал свой рассказ об Избранных.

— Избранная — это не только избранница Тэлума, но и прежде всего избранница светлых богов, которая наравне со служителями Светлого храма должна нести их волю всем остальным. Именно поэтому Избранная является верховной жрицей храма светлых богов и на все главные праздники, как и в особо торжественных случаях, например, коронация нового регента[1], принимает непосредственное участие в исполнении всех религиозных церемоний. Помимо этого Избранная наравне с главным жрецом может принимать участие при решении важных религиозных вопросов, стоящих перед Светлым храмом. Однако в большинстве случаев Избранные ограничивались только участием в религиозных церемониях, считая, что их основная цель — это поддержка исправного функционирования Тэлума.

Помимо властных полномочий в духовной сфере Светлого королевства, Избранная обладает государственной властью, по сути являясь одним из регентов и тем самым представляя интересы Светлого храма в Совете регентов и Собрании.

Однако, самое главное предназначение Избранной — это защита Светлого Королевства от разломов, — невозмутимым тоном продолжал урок жрец. — Вам, наверное, покажется, что Светлое королевство вполне способно самостоятельно обеспечить свою безопасность и без наличия Тэлума с Избранной. В какой-то степени это действительно так, боевые маги и охотники на нечисть прекрасно показали себя в борьбе с нечистью. Однако не все так замечательно, как может показаться на первый взгляд. Вместо уничтоженной нечисти из постоянно возникающих разломов приходит новая, большую часть которой, как и их предшественников, убивают, а выжившие твари начинают прятаться и причинять вред населению. А далее происходит новый и все повторяется по круг — разлом — ликвидация последствий разлома — новый разлом. Вот только разломы возникают постоянно и в неограниченном количестве, а ресурсы Светлого королевства ограничены и невечны. Именно поэтому всем нам так необходим Тэлум и Избранная, способная им управлять. Только вы можете полностью предотвратить появление разломов, ситуация с которыми на данный момент тяжелая.

В подтверждении всему сказанному, мне тут привели сводки, согласно которым за последнее десятилетие разломы стали возникать гораздо чаще, а количество генерируемой ими нечисти значительно увеличилось. Также были показаны на картах разных временных периодов «красные районы». Так называют места, где наиболее часто возникают разломы. И стоит сказать, что за последние двадцать лет, их площадь увеличилась в три раза и занимала теперь более 50 % территорий Светлого королевства.

«Что ж, все это звучит убедительно и теперь стало понятно, почему фигура Избранной так необходима власть имущим в Светлом королевстве, — подумала я».

А тем временем верховный жрец продолжал занятие: «Тэлум — это самый сильный из ныне существующих магических артефактов, имеющий инородное происхождение. Однако в «Книге Избранных», автором которой является принесшая в наш мир Тэлум Избранная, написано, что Тэлум — это магический усилитель невероятной мощи, с помощью которого можно усилить многие заклинания, но какие именно — тут граф Фарелл сделал паузу, — точно не указано. И как вы понимаете, ни одна из Избранных никогда не использовала магический артефакт кроме как для схлопывания разломов. Помимо этого «Книга Избранных» является пособием для обучения управлением Тэлумом и в целом магическими дарованиями Избранной. И я, полностью полагаясь на это пособие, буду обучать вас владеть магией Избранной, насколько это возможно при моих возможностях».

— То, что вас буду обучать именно я, — продолжил мужчина после некоторой паузы, — не совсем правильно, поскольку обучением Избранной — преемницы, таков, если учитывать все традиции и каноны, ваш формальный статус на данный момент — должна заниматься только Избранная-наставница. Только она может в полной мере развить ваши дарования от светлых богов, посчитавших вас достойной стать преемницей Избранной, а затем и передать вам силу для управления артефактом.

— Тей Нумеро, а Избранная находит себе преемницу в любой интересующий ее отрезок времени или же для поиска есть какие-то предпосылки и знаки? — поинтересовалась я.

— Избранная может найти себе преемницу когда ей это будет угодно, но сделать это можно только с помощью Тэлума. И передать право управления Тэлумом может только при его непосредственном участии, — сдержанно ответил он.

— Тей Нумеро, а почему ко мне обращаются Избранной без уточнения статуса преемницы?

— До момента появления Избранной-преемницы к статусу Избранной не принято добавлять слово «наставница», как и без присутствия Избранной-наставницы не уточняют статус преемницы. Поэтому вас все и величают Избранной без какого-либо уточнения, — сухо ответил верховный жрец. А затем добавил. — А до тех пор, пока Ибранная не умеет управлять Тэлумом, она не обладает властью ни в Совете регентов, ни в Собрании, ни в Светлом храме. В вашем случае, вы можете добиться всех этих привилегий, лишь вернув артефакт в Сиат и научившись взаимодействовать с ним. В подтверждении возникновении между вами и Тэлумом способности к взаимодействию ваш символ Избранной изменит свой цвет с желтого, означающего ваш статус преемницы, на голубой, означающий полное принятие вас артефактом.

Небольшая пауза.

— А ваше участие в качестве главы при церемонии представления ко двору Ридекаста обусловлено только традициями, не более того, — предупредил мой вопрос верховный жрец и на том, окончил наше первое занятие.

Далее следовали практические основы светлой магии. Вошедший мужчина с приятной наружностью и добрыми зелеными глазами, представился как преподаватель Тиррек и начал занятие.

— Магия — это ваш дар, черпающий силы не из внешнего мира, а из ваших внутренних источников или, говоря научным языком, вашего магического резерва. Каждый, кто обладает магией, должен научиться уметь ею владеть, иначе она будет проявлять себя в самых неожиданных формах и не в самое подходящее время. В некоторых случаях отказ от обучения приводил к летальным исходам: инвалидности, серьезным травмам, резкому ухудшению здоровья или смерти.

Магия бывает двух видов: интуитивная и заклинательная. Для использования первого вида магии не требуется заклинаний, достаточно только подумать о необходимой вам магической манипуляции. Например, в темное время суток вам нужен свет, и вы чтобы его получить желаете получить магический фонарь. Для этого вам нужно только подумать о нем, — тут же в руке преподавателя вспыхнул светящийся белый шар.

— Первое время вам, конечно же, нужно будет мысленно представлять желаемое магическое действие, но со временем инстинктивная магия будет работать на автомате, без долгого мыслительного процесса представления магического действия, — заключил преподаватель. — А теперь попробуйте вместе со мной вызвать магический фонарь или светлячок, так его называют в повседневной речи. Для начала расслабьтесь.

И я, следуя четким указаниям тэна Тиррек, закрыла глаза и постаралась абстрагироваться от лишних мыслей.

— Хорошо. Теперь вытяните правую руку вперед и вообразите на ней небольшую по размерам полую сферу. Старайтесь как можно красочнее представить ее, — и, подождав некоторое время, мужчина продолжил, — теперь постарайтесь постепенно заполнить ее светом, представляя, как по мере заполнения она становится все ярче и ярче.

Я старалась следовать всем рекомендациям преподавателя, и, напрягая свое воображение, представила полую сферу, затем начала заполнять ее светом, и вдруг почувствовала в правой руке тепло. Оно постепенно двигалось от плеча к кисти, а затем в ладошке почувствовалось что-то круглое и легкое. Распахнув веки, я увидела у себя в руке маленький светлый шарик. Улыбка, появившаяся от осознания маленькой победы, а значит и приближения возможности вернуться домой, быстро сникла, так как шарик, продержавшись несколько секунд, лопнул.

— Ничего страшного, с первой попытки редко у кого получается, — попытался подбодрить меня преподаватель. — Попробуйте еще раз.

Но ни вторая, ни третья… ни седьмая попытка не принесли успеха. Дольше нескольких секунд шарик отказывался существовать. Восьмая попытка была на корню остановлена преподавателем. Видя мои неудачные попытки, он счел более благоразумным продолжить свой рассказ о теоретических основах магии.

— Магия, требующая для своего возникновения заклинания, называется заклинательная. Заклинания — это набор слов на древнем языке Светлого королевства и она считается более сложной, но и более мощной, чем интуитивная и…

— Тей Тиррек, можно вопрос? — прервала я рассказ преподавателя и, получив его разрешение, задала давно мучивший меня вопрос, — а как я, человек из чужого мира, сразу начала понимать и говорить на языке Светлого королевства?

— Ваша магия Избранной способствовала быстрому изучению языка и, возможно, благодаря тому, что она уже много времени существовала в пределах нашего мира, она поможет вам быстрее изучить всю доступную ей информацию о нем. Также наличие магии позволит вам дольше оставаться молодой. Все маги стареют медленнее обычных людей, и чем сильнее дар, тем дольше отсрочивается старость, — ответил преподаватель и продолжил, — «В зависимости от сложности магии варьируется и количество слов в заклин…..

После второго занятия был обед вместе с регентами, небольшой отдых, а затем урок истории Светлого королевства. Все о чем говорил преподаватель, я уже знала от тэне Эльги, только его вводный курс содержал большее количество дат и нюансов, чем у жены старосты деревни Инштэн. После вводного курса в историю, была дана характеристика устройства Светлого королевства. Согласно сведениям преподавателя Форка самой малой территориальной единицей Светлого королевства является графство. Во главе каждого из графств, составляющих основу герцогств, стоял граф — вассал одного из регентов. Должность регента передавалась по наследству, если же род регента прерывался, нового регента выбирало Собрание из числа представителей герцогства, коими являлись самые богатые и знатные теи.

Каждое из трех герцогств королевства специализировалось на особом виде деятельности. Так, герцогство Рейнхарт издревле славилось своими сильными боевыми магами. И сейчас самые сильные боевые маги появляются именно в пределах этого герцогства, там же расположены лучшие школы для обучения воинов-магов. Высшей ступень обучения для таких магов является факультет боевой магии в столичной Академии магии.

— Будучи преподавателем столичной Академии магии, я не могу не добавить, что помимо факультета боевой магии, в Академии есть факультет целительства и магических технологий, — в качестве справки добавил преподаватель Форк, и продолжил, — больше всего целителей происходят из герцогства Вовенарг, поэтому лучшие больницы и целители — выходцы Вовенарг. Герцогство Висхар славится своими изобретателями и магическими артефактами. Самые крупные и высокотехнологичные производства по созданию и изобретению артефактов принадлежит именно этому герцогству, — на этом месте он окончил наш урок и попрощался со мной.

Далее меня проводили в библиотеку и показали, где находятся все необходимые для обучения Избранной книги: о магии, об истории, о боевых искусствах и самое главное и ценное для меня — «Книга Избранных». Она представляла собой массивную книгу с красочными буквицами в каждом разделе, яркими картинками, глянцевыми страницами и массивным кожаным переплетом, по краям отделанная золотом с искусной чеканкой. Именно с нее я и начала, сделав ее предметом своего активного интереса до ужина. Но увы, пока какой-либо информации о том, как создать портал в другой мир, я не нашла.

Ужин проходил в уже знакомой мне компании регентов, которые в большинстве своем, исключая регента Рейнхарт, активно интересовались моими успехами в обучении. Радовать было пока нечем, но я уверила их в своем стремлении как можно больше и быстрее познакомиться с их миром и всем тем, что должна знать Избранная или, как ее еще иногда называют, хранительница Тэлума.

Весь оставшийся вечер я провела в своих роскошных покоях, состоявших из спальни, соединённой с гардеробной; уборной; ванной; гостиной и собственным кабинетом с мини-библиотекой. Последняя представляя собой несколько высоких деревянных полок с различными книгами, одна из которых (а именно «Основы светлой магии») и скоротала мое время до сна. Ко сну мне, как настоящей особе голубых кровей, помогали отойти Тина и еще несколько служанок, порывавшихся было помочь мне и в принятии ванны. Но я из скромности и слишком большой интимности этой процедуры отказалась от их услуг и самостоятельно справилась с поставленной задачей. Это было и несложно, поскольку ванна с душистой пеной была заранее приготовлена моими расторопными служанками.

И снова ранний подъем, зарядка, завтрак с регентами (насколько я поняла, все мои приемы пищи будут проходить либо в их компании, либо в компании их семейств). Снова занятия: история избранниц светлых богов, основные вехи их жизни, а также развитие дара хранительницы Тэлума; практические основы светлой магии; после обеда история; затем боевые искусства. Со временем круг моих занятий значительно расширился, включая и элементарные основы целительства, доступные всем светлым магам; и обращение с оружием; и географию; и боевую магию; и уроки о нечести; и этикет; и многое — многое другое без чего Избранная не сможет успешно провести операцию по возвращению в Сиат и стать полноценным членом общества.

Первые несколько недель обучение проходило с трудом, всю новую информацию мне приходилось заучивать, а магические заклинания отрабатывать непрерывной практикой. Но потом все кардинально изменилось: стоило мне только услышать первые слова заклинания, и я тут же его могла продолжить, увидев первое предложение в книги, уже знала ее от начала до конца, повторив прием, я владела целой техникой — все это было похоже на яркие вспышки воспоминаний о прошлом после длительной амнезии. И я уверена, что именно благодаря дару Избранной я смогла в столь короткий период (всего три месяца!) чувствовать себя так, будто всю жизнь прожила в Светлом королевстве и с детства готовилась принять на себя роль хранительницы Тэлума. Окончанием моего триумфального обучения стало полное преображение внешности. Теперь моя русая шевелюра полностью превратилась в золотисто — жемчужную копну волнистых прядей, а символ увеличился в несколько раз и теперь в длину составлял примерно четыре сантиметра. Добавьте к этому гордую осанку, проницательный взгляд, изысканные манеры и роскошный туалет с драгоценностями — и вместо простой земной девушки вы увидите настоящую королеву. Ослепительно красивую и такую недоступную. Недоступную, поскольку на все ухаживания мужчин, заверения в вечной любви, преданной дружбе и стремление выслужить передо мной, я старалась не обращать и внимания и никого не возводить в свои фавориты. А что вы хотели, дамы и господа? Годы изучения истории, пусть и земной, множество исторических романов и фильмов о дворцовой жизни и интригах — подсказало мне единственно верную тактику поведения с заискивающими придворными. Быть со всеми вежливой; не задирать нос; думать, прежде чем сделать или сказать и ни к кому не привязываться — вот краеугольные камни поведения королевы в моем лице.

Разумеется, некоронованной королевы, поскольку Избранная без наличия Тэлума не имеет власти. Однако уже сейчас я имела большие виды на будущее и несметные богатства: деньги; драгоценные камни в дорогих оправах; великолепные предметы из золота и серебра; дорогие ткани; оружие, инкрустированное драгоценностями; украшения и роскошную тиару с умопомрачительными голубыми бриллиантами — все это было показано мне на третий день пребывания в Ридекасте — и теперь находилось в моем полном распоряжении.

Однако я отлично понимала, что с богатствами и титулом Избранной, не дающим пока никаких властных полномочий — я одна не смогу многого добиться. Вследствие этого старалась доверять моим преподавателям и наставникам, по возможности проверяя получаемые от них знания с помощью книг, а также завести полезные и приятные знакомства. К последней категории я отнесла одну милую придворную, с которой можно было пошутить, отдохнуть душой и не получить нож в спину — слишком честной и простодушной была эта особа — а также великих герцогов Висхара и Вовенарга. Первый был обаятельным и интересным собеседником с потрясающим чувством юмора и энциклопедическими знаниями, второй, как и все целители, в определенной степени любивший всех людей, был очень добр ко мне и всегда помогал, что не могло не располагать к нему.

Верховный жрец Светлого храма, несмотря на его льстивые улыбки и внешнюю почтительность, не вошел в круг моих полезных знакомств и более того, даже показался негативно настроенным против меня человеком. По-моему мнению, главной причиной его лицемерия было нежелание терять пост регента Светлого храма в Собрании и Совете регентов, временно занимаемый им до моего полного превращения в хранительницу Тэлума. Мое предположение не имело достоверных доказательств, однако жрецу я старалась не доверять.

Великий герцог Рейнхарт, этот молчаливый по жизни человек с суровым взором, всегда относился ко мне с некоторым пренебрежением. А случайно услышанное его высказывание: «И как эта слабая чужачка может спасти Светлое королевство?!» — открыло мне его истинное лицо. Добавьте к этому особое внимание его младшего сына к Избранной, и вам станет вполне ясно, почему Рейсинг Рейнхарт стал еще более суров с Избранной и открыто показывал свое недовольство моей персоной. И это несмотря на то, что ухаживания его сына я не принимала, открыто отказала на его любовные притязания — как и всем остальным соискателям на мое сердце — и никак не побуждала его к участию в предстоящей экспедиции по поиску Тэлума.

К экспедиции готовились очень и очень тщательно. Как только я окончила обучение, была создана группа из лучших боевых магов, целителей и для нас начались изнуряющие тренировки в подвалах столичной Академии магии, различных полигонах и магических симуляторах.

Точный срок начала экспедиции был неизвестен, поскольку только Избранная, узнавшая от Тэлума его точные координаты, могла назначить дату отправления. Однако за прошедшие пять месяцев и два дня моего пребывания в Светлом королевстве я так и не смогла узнать точное местоположение Тэлума. Несмотря на то, что в «Книге Избаранных» четко сказано, что Избранная имеет особую связь с артефактом и может найти его, где бы он ни был, я и понятия не имела, в какой части света он находится, не говоря уже о точных координатах. Что только я не перепробовала, чтобы это выяснить! От корки до корки несколько раз перечитала объемную «Книгу Избранных» (и, к сожалению, там!абсолютно ничего! не было сказано о способах путешествия в другие миры и конкретных методах поиска Тэлума); постоянно штудировала атласы и карты континента, Темного и Светлого королевств; просиживала часы перед алтарем, который был своеобразной подставкой под Тэлум. И все безрезультатно! Изучала различные труды о темных магах, в надежде понять, где хотя бы приблизительно они могли укрыться с артефактом и, как вишенка на торте, посещала галерею Избранных. Место, где в изысканных золотых рамах собраны портреты всех Избранных, начиная с той, которая подарила этому миру Тэлум и, заканчивая последней хранительницей, которую убил регент Темного королевства, когда еще существовал Рэгнум.

Длительное и внимательное изучение портретов позволило сделать один интересный вывод: все Избранные были ослепительными красавицами с яркими выразительными очами, сияющими жемчужно-золотистыми волосами и символами на правой руке. Все хранительницы Тэлума в какой-то мере были похожи друг на друга (цвет волос, символ Избранной), но в то же время каждая из них имела свою изюминку, обладала своим неподражаемым шармом и очарованием.

Не получив желаемого эффекта от анализа информации и пребывания в местах, непосредственно или косвенно связанных с Тэлумом и его хранительницами, я перешла к магическим способам поиска артефакта. По совету преподавателей светлой магии я использовала три метода поиска. Первый заключался в магическом призыве Тэлума, когда я, взывала к нему и просила его открыть собственное местонахождение, присовокупляя к этому магию Избранной. Второй подразумевал сначала медитацию, а затем я, уже избавившаяся от всех тревог и посторонних мыслей, всем своим магическим существом старалась приблизиться к Тэлуму. Используя третий метод, я прислоняла тыльную сторону ладони с расположившимся на ней символом Избранной к алтарю и призывала артефакт. Ни один из них не срабатывал. Но я не теряла надежду. Верила до последнего в свою счастливую звезду и знала, что рано или поздно все получится. Главное не сдаваться. И я не сдавалась. Боролась, зная, что мне есть за кого и за что бороться в чужом мире.

В который раз попробовав способ с алтарем и ни получив абсолютно никакого результата, я расстроенная пошла в дворцовую библиотеку. Это было единственным местом в Ридекасте, где мне никто не мешал, не досаждал своим чрезмерным вниманием, жеманностью, заискиванием и главное, своим навязчивым присутствием. Я знала, что в эту сокровищницу знаний могут попасть только регенты (появлявшиеся там крайне редко) и Избранная, поэтому часто использовала ее, чтобы побыть в одиночестве и собраться с мыслями. Вот и сейчас я расположилась в удобном кресле и читала какой-то роман, надеясь отвлечься от грустных мыслей, своих неудач в поисках и тоске по родным.

Читала я очень внимательно, представляя себя в качестве главной героини, которая также как и я искала один важный артефакт. При этом старалась полностью погрузить в сюжет книги, ее особую атмосферу — только так я могла полностью окунуться в вымышленный мир и отдохнуть от окружающего меня в реальности.

«Холодный и пронизывающий ветер задувал под юбку, непрерывно вздымая ее отороченный мехом подол. Однако для безжалостного норда этого было мало, поэтому он в дополнение сорвал капюшон и растрепал мою прическу. В попытке спастись от безжалостной стихии судорожно впиваюсь руками в капюшон и пытаюсь водрузить его на голову. Ветер становится сильнее, еще громче завывает, еще сильнее взметает тучи снега ввысь.

Но вдруг в один миг он резко стихает, опуская на землю поднятый им снег. Снежинки, медленно оседая вниз, открывают моему взору окружающий пейзаж. Величественные горы с белоснежными шапками ледников, лучи солнца, застенчиво выглядывающие из-за каменных гигантов. Стоя на небольшой возвышенности, я смогла по достоинству оценить искусность природы, величие ее холодного колорита.

Но что это? Сквозь кристально-прозрачный воздух в нескольких сотнях ми, на холме из синего камня появляются размытые контуры чего-то огромного… серого… каменного и… Это замок! Старинный замок, к которому ведет пролегающая сквозь снега извилистая дорога и… на всей ее длине — от ворот строения и до меня — появляются голубые магические огоньки, парящие в воздухе.

— Иди ко мне. Я жду тебя, — слышится потусторонний голос.

— Где ты находишься? Как мне тебя найти? — с мольбою в голосе вопрошаю я.

— Ты уже знаешь это, Избранная, — и…»

И тут я просыпаюсь.

— Все в порядке, тея Елена? — спрашивает великий герцог Висхар с встревоженным лицом.

Я все еще немного растерянная от столь странного сна, утвердительно кивнула головой.

— Я зашел в библиотеку и увидел вас мирно спящей с книгой в руке. И учитывая ваши нагрузки, не стал вас тревожить. Однако через некоторое время символ Избранной начал ярко светиться, вы с исказившимся лицом начали что-то бормотать, а затем резко проснулись, — коротко рассказал мне о произошедшем мужчина. А затем спросил. — Вы видели что-нибудь необычное?

— Да. Кажется, Тэлум вышел со мной на связь, — сказала я и после скептически добавила, — или же это просто моя разыгравшаяся фантазия. Нет, это невозможно, — убедилась я в правдивости связи с артефактом, взглянув на ярко сиявший символ.

После пересказа увиденного во сне, я вместе с великим герцогом Висхаром занялась поиском места из сновидения. Поиски были относительно легкими, так как горы сложно не заметить на карте. Тем не менее, не сразу удалось найти необходимые нам горы. Нашли мы их случайно, когда все главные и не очень горные цепи были подробно изучены, мой взгляд случайно приковало кольцо высоких исполинов со снежными шапками в западной части Темного королевства. Это оно, тут же поняла я и радостно сообщила эту весть своему помощнику и большому приятелю.

— Никогда бы не подумал, что Тэлум расположен в этом относительно спокойном и пустынном месте, — удивился регент и тут же продолжил, — но там, насколько мне известно, не располагается никаких замков, крепостей и других строений. По крайней мере, прежние экспедиции по поиску артефакта, проходившие там ранее, ничего не встречали.

— Тем не менее, Тэлум призвал меня, — сказала в ответ на подобное заявление, — и замок располагается именно там. А не замечали его, поскольку он, насколько я поняла, укрыт особым куполом невидимости.

— В таком случае все стало на свои места, — дружелюбно ответил Эрик и поздравил меня с удачным началом. От него, как и от всех регентов, неудовлетворительные результаты моих попыток поиска скрыть была невозможно. Однако я старалась, насколько возможно, поменьше рассказывать о своих неудачных попытках, слишком неприятно было слышать слова сожаления, смешанные с поддержкой, а в глазах видеть торжество за невезение холодной чужачки и ледышки (такие прозвища дали мне те, кто не заполучил моей любви, дружбы или же просто злопыхатели иномирянки).

Впрочем, те, с кого я ближе всех к себе допустила, всегда поддерживали и ни в чем не упрекали. И от подобных напоминаний про неудачные попытки, пусть и в ключе поддержки и понимания, было еще неприятнее. Я уже несколько месяцев сижу во дворце, а ведь могла бы уже выполнить свой план и вернуться домой! О том, что я планирую искать Тэлум только для возвращения домой, я открыто сообщила регентам. Они несильно удивились моему громкому заявлению, однако потребовали от меня подписать договор, согласно которому прежде чем вернуться домой я должна найти Тэлум, вернуть его в рабочее состояние, найти преемницу, передать силу Избранной и обучить главным основам взаимодействия с артефактом и только потом прокладывать путь в свой мир. Подобный расклад меня не устроил, поскольку передав силу Избранной — преемнице, я лишалась способа управлять артефактом, следовательно, мое возвращение всецело зависело от моей преемницы. И я твердо настояла на том, чтобы в договор был вписан один новый пункт. Пункт, обязывающий мою преемницу после передачи ей права управлять Тэлумом, отправить меня домой. Поняв, что оставить меня как запасной вариант Избранной (какая предусмотрительность со стороны мудрых регентов!) не представляется возможным, великие герцоги после моих настоятельных рекомендаций и всех доводов в пользу того, что иномирянке навсегда покинуть их мир и вернуться на Землю, согласились. Скрепив договор магическими подписями, я с юридической точки зрения обеспечила себе полное право вернуться домой.

Договор был тайным, о его существовании знал лишь избранный круг лиц (собственно, только стороны договора). Придворные, как и население Светлого королевства, верили, что я выполню свое предназначение и навсегда останусь здесь. Некоторые, возможно, и были не так наивны, но предпочитали помалкивать и не задавать мне неудобных вопросов на сей счет.

Новость о том, что я знаю, где находится Тэлум, взбудоражила весь дворец. И каждый, так или иначе связанный с Избранной (а таких оказалось великое множество), поздравлял меня с успехом, желал отличного завершения экспедиции, а также сил, удачи и многое другое. Одним словом, сохранить тайну о моем сне не получилось.

Последовавшая за сновидением подготовка к экспедиции заняла несколько дней. За это время был проложен самый короткая и безопасная дорога (насколько это вообще возможно в Темном королевстве), собрано снаряжение и лошади, определен состав экспедиции. Труднодоступность мест, которые предстояло посетить и то, что слишком большая группа людей не сможет быть мобильной, обусловило небольшое количество «счастливчиков», которым вместе со мной предстояло отправить на поиски.

Включая меня, в экспедиции примет участие двадцать четыре человека. В основе своей это опытные и сильные боевые маги (одним из которых был младший сын регента герцогства Рейнхарт), далее по уменьшению идут искусные военно-полевые целители и несколько охотников на нечисть. Последние скорее выступали в качестве проводников, нежели в качестве дополнительной охраны. И к моей несказанной радости, одним из них был мой «многообажаемый»… барабанная дробь… Хедвиг Иден Палм! На мои требования исключить его из группы, организаторы экспедиции заявили, что личные антипатии нужно оставлять при себе. Он, видите ли, лучший из лучших в своей профессии, отлично знает местность, которую нам предстоит пересечь во время экспедиции, и обладает исключительно полезными способностями. На мой саркастичный вопрос: «Не его ли способности к остротам и шпилькам вы подразумеваете?» — мне ответили, что он полуоборотень. С ночным зрением; тонким чутьем, способным узнать магическую принадлежность мага (светлый или темный); потрясающей меткостью и ловкостью; отличным слухом и большей, чем у обычных людей, силой, координацией и выносливостью. Эти сведения об Охотнике стали для меня чем-то новым и даже неожиданным. Я, как прилежная ученица, разумеется, знала о существовании полуоботней и их особых дарованиях. Знала и то, что они крайне редко появляются на свет, поскольку не все укушенные способны превратиться в оборотня, а отравленные их ядом беременные женщины умирают в страшных мучениях, так и не успев подарить своему ребенку шанс появиться на белый свет.

Тут я вспомнила его биографию, рассказанную мне еще во время нашего совместного путешествия в замок графа Осто, и ненависть уступила место состраданию. Лишиться материнской ласки, потерять горячо любимого отца и быть вечным изгоем и выродком тварей — так основная часть социума, подначиваемая Светлым храмом, радеющим за чистоту крови людей, смотрит на полуоборотней — все это не может не ожесточить.

Теперь понятны причины твоей неприязни ко мне, Хедвиг Иден Палм. Теперь мне стало отчетливо ясно, что раздражает его не Елена Светлова, а Избранная, что его неприязнь направлена только на мой статус, но не на мою личность. Подобные мысли помогли спокойнее отнестись к этому участнику экспедиции.

[1] В Икии титул регента приравнивался к титулу короля на Земле

ГЛАВА 8

Утро. Все участники экспедиции, одетые в специальную магическую форму и вооруженные, сидят верхом на отличных скакунах. После специального заклинания портал зажегся голубым светом, экспедиция по поиску Тэлума началась.

Благодаря порталу военного назначения, отличающегося от обычных порталов более крупными размерами и способностью единовременно вместить в себя до десяти человек в полном военном обмундировании и верхом на лошадях, мы из столицы сразу попали в крепость Энгвор. Выбор именно этой крепости был обусловлен тем, что на данный момент она является ближайшим пограничным пунктом светлой армии на западной границе Темного королевства со Светлым. По прибытию нас сразу же встретили начальники Энгвора, заранее осведомленные о цели нашего визита к ним. Выехать за пределы крепости не составило особого труда, теперь осталась самая сложная часть экспедиции.

Путь предстоит неблизкий и небезопасный. Сначала мы отправимся к границе Темного королевства, использую в качестве путеводной звезды старый трактат, который давно заброшен. Войдя на территорию темных, мы отправимся к болотам, пересекающие поперек самый короткий и наиболее безопасный из всех возможных вариантов путей к горам Монсэ. Если же попытаться их обойти, то это займет не менее пяти месяцев, поэтому в Сиате было принято решение именно о переходе через болота, а не их обходе. Для организаторов экспедиции время — это самый ценный ресурс и поэтому все потенциально способные задержать нас в пути действия или географические объекты были исключены.

Добравшись до болот, небольшая часть отряда оставит нас, а я с другой частью отряда должна буду пересечь болотистую местность. Далее наш путь будет пролегать через внушительную часть Темного леса, за которым следуют равнина и предгорья. И только после этого выйдем к горам Монсэ, где и располагается цель нашего путешествия. В какой именно части расположен замок из сна, я точно не знаю. Но во дворце меня заверили, что по мере приближения к Тэлуму, он сам откроет свое точное местонахождение и переживать сейчас на этот счет не стоит.

«А там всего лишь стоит отыскать невидимый замок, отобрать артефакт у злобных темных магов и вернуться домой. Все очевидно и просто! Просто приятная прогулка туда и обратно, — попыталась подбодрить я себя и продолжила печально, — обратно к праотцам, по всей видимости. И… не стоит киснуть, Елена Светлова! Путь слишком дорогой по затрачиваемым ресурсам, но награда за него еще дороже! Или ты струсила? Забыла, ради чего ищешь Тэлум? Или богатство, почет и власть (пусть и возможность ее получения предвидится еще не скоро) уже вскружили тебе голову, Избранная, и домой возвращаться совсем не хочется? Или тебе вскружили голову бесчисленные поклонники во главе с прекрасным герцогом Стейндмондом Рейнхартом? Молодым, знатным и богатым магом, который страстно влюблен в тебя и всячески добивается твоего расположения. Что, растаяла снежная королева? Прельстилась его галантными ухаживаниями, настойчивостью, а главное желанием жениться на тебе по твоему первому зову и сделаться герцогиней? Тебе, простой девице неблагородных кровей такого на Земле никогда не заполучить. А здесь все на блюдечке с голубой каемочкой! Высоко хочешь взлететь, да только вот и падать будет больно!» — так я рассуждала и только сейчас поняла, что все это время неотрывно смотрела на Стейндмонда. А он был и не против подобного поведения с моей стороны и одаривал в ответ влюбленным взглядом лучистых синих глаз.

Мило улыбнулась, попытавшись тем самым компенсировать свой пристальный и неуместный взгляд, и плавно перевожу его на местные красоты. При этом на пути к цели поймала недовольный взгляд Охотника. «Тебе-то какое дело моей личной жизни? Или ты расстроен, что сумасшедшая из Темного леса может стать герцогиней, получив в придачу отличного во всех смыслах герцога? Или же Хедвиг Иден Палм недоволен моим стремительным переходом из грязи в князи? Или… А впрочем, мнение Охотника меня не волнует, а вот рассуждения насчет замужества и титула — волнуют слишком сильно. И не столько потому, что я хочу свадьбы, почетное звание герцогини и мужа-аристократа, гораздо сильнее меня заставляет волноваться сама возможность возникновения подобной мысли в моей голове».

Страшно представить до чего еще додумаюсь в ходе своих дорожных размышлений, и поэтому еще старательнее сосредоточиваю свой взгляд на окружающей местности. Сероватые луга от края и до края, серое небо, иногда встречающиеся развалины домов и основательно заросшая сорняками брусчатка трактат. Когда-то здесь кипела жизнь, сновали богатые караваны торговцев, а теперь кругом разруха и серость. Предательство регента, представлявшего интересы Темного королевства в Рэгнуме, и последовавшие за ним погромы и убийства темных магов на всей территории Светлого королевства, а также объявленная вслед за этим война Темному королевству опустошили приграничные районы обоих государств, превратила темных магов в самых злейших и опасных врагов всех подданных Светлого королевства. Поставила их наравне с нечистью, которую каждый должен убивать не задумываясь и при этом будет считаться героем. А тех светлых, кто помогает, сочувствует или в целом замечен в связях с темными, ждет суровое наказание.

Сейчас активные военные действия не ведутся, однако стычки с темными на границе иногда происходят. Вследствие этого на приграничных территориях светлые построили огромную цепь защитных крепостей, призванных охранять границы Светлого королевства от посягательств врагов.

День клонился к закату, и пора было подумать о месте для ночлега. Из всех доступных вариантов: открытое поле или развалины — с большим перевесом победил первый. Тщательно проверив место для ночлега и бывшее поселение, находившееся невдалеке от нашего фаворита, участники экспедиции начали разбивать лагерь. Меня, как особо ценный груз (именно груз, поскольку всем строго-настрого приказали беречь и опекать меня как зеницу ока), вежливо попросили отдохнуть в сторонке. Подобное положение, когда все трудятся на общее благо, а я тут прохлаждаюсь, не особо радовало. И никакие уговоры не действовали. Тогда я, влекомая любопытсвом, решила поближе рассмотреть старинные развалины. Судя по их четкой геометрической форме — это была хорошо укреплённая крепость. И как мне кажется, не военного назначения, скорее всего это был городок, использовавший для защиты высокие стены. Пока я, как роденовский мыслитель только и делала, что размышляла, были поставлены шатры, разведен костер и выставлены часовые. Осталось только поесть и отправляться спать. Ела я в компании Беллавии, целительницей и единственной помимо меня девушкой в отряде. Вместе с этой очень сильным магом и одаренной целительницей мне предстояло делить шатер. Вообще Белли показалось мне очень милой девушкой, поэтому с ней мы еще во время длительных тренировок успели подружиться, и подобной соседке я была только рада.

Солнце скрылось за горизонтом, сгущались вечерние сумерки. Небо начала обволакивать ночь с темными облаками и бледной луной. Мечтательным взором наблюдала за эти изменениями, отмечая про себя, что первый день путешествия, дарующего для меня возможность вернуться домой, подходит к концу.

И тут вдруг земля начала трястись. Сначала это были едва заметные вибрации, но потом они становились все сильнее и сильнее. Это не могло быть землетрясением, ведь это не сейсмоопасный район, поэтому все участники экспедиции насторожились. И не зря. Послышался шум осыпающейся земли и… из нее появились ярко-оранжевый меч! А затем и рука, и голова…

— Подери бездна этих темных магов! — отправляя в сторону непрошеного гостя боевое заклинание, выругался боевой маг Инбер.

И каждый присовокупил к этому свой «презент», превратив этого земляного воина в пепел. Но вслед ему тут же появлялись новые. Их было много, очень много. Это была ловушка, оставленная темными магами еще со времен активных военных действий. Таким способом они по сей день защищаются от вторжения подданных Светлого королевства.

Несмотря на наши усилия, многие зомби-воины уже смогли полностью восстать из земли и теперь надвигались на нас. Они были вооружены как настоящие рыцари, вот только их доспехи покрылись ржавчиной и кое-где были с дырами, многие шлемы были пробиты, некоторые воины имели серьезные увечья, у иных отсутствовали некоторые части тела, а в других и торчали кинжалы, стрелы, мечи.

Развернулась жаркая битва. В ход шли магические заклинания, метательное оружие, стрелы. Но жуткие порождения тьмы напирали нас все сильнее, на месте только что убитых появлялись новые и более злобные. Магический щит не спасал от этих порождений тьмы, поскольку он способен защищать лишь от магии, нейтрализую при этом лишь небольшие физические воздействия непродолжительное время. И теперь, когда щит начал пропускать удары мечей зомби-воинов, я и остальные маги перешли на ближний бой с использованием холодного оружия.

— Белли, пригнись, — кричу я и отправляю огненный шар в зомби возле целительницы. В яблочко! И он превращается в горстку пепла. Уроки боевой магии не прошли для меня даром.

— Елена, сзади, — кричит Стейндонд (для меня просто Стен) и я успеваю увернуться от одного мертвеца, а чья-то крепкая рука отделяет голову воина тьмы от его туловища.

Стремительный танец смерти и жизни продолжался. Твари напирали, но и мы не сдавались. Беглым взглядом замечаю, что все наши пока живы. Увернулась, сделала подсечку и добила мечом. Пригнулась, выпрямилась, отправила в нокаут магической молнией, а рядом с ней пронеслось еще чье-то боевое заклинание.

Наношу урон магией, пока Стен прикрывает мой тыл с мечом в руках. Эффективная схема и на всех наших тренировках она всегда действовала безотказно. Собственно говоря, мы с ним были как верные напарники: каждый знал, что делать и всегда прикрывал другого. Так получилось как-то само, да и к тому же организаторы экспедиции всех магов распределили на магические пары, чтобы в случае чего-либо, один всегда мог поддержать другого. Однако каждый всегда старался поддерживать не только напарника, но всех участников, именно это сделало нас слаженной и по-своему дружной командой. И сейчас эта команда добивала последних воинов тьмы. Не без помощи охотников на нечисть.

Теперь в дело вступили целители, помогая раненым. Два человека были серьезно ранены, остальные отделались царапинами и незначительными порезами, которые я с помощью своего неказистого целительского дара помогала лечить. И, к моему сожалению, несколько воинов из нашего отряда были убиты. Я не была близко знакома с ними, но вид смерти никого не может оставить равнодушным. Увидев их сильно изувеченные тела, я поняла, почему нечисть в связке с темными магами так ненавидят. В душе закипала злоба, которая вылилась в желание поскорее найти Тэлум и обезопасить ни в чем не повинных людей от зверств тварей.

Битва была долгой, ликвидация ее последствий заняла не меньше времени. Раненым была оказана помощь, тела погибших сожгли. Подобному похоронному обряду подвергают всех умерших из-за нечести. Так принято в Светлом королевстве. Глядя на погребальные костры, уносившие тела погибших в последний путь, я только сейчас осознала всю опасность путешествия. Но отступать уже поздно. А главное, что как раз этого делать я ни в коем случае не должна. Люди отдали жизни ради артефакта, и я не могу не оправдать их жертву и вернуться в Сиат без Тэлума.

Трудная битва и несколько часов сна после нее давали о себе знать: болела голова, во всем теле чувствовалась усталость. Настойки целителей на какое-то время давали облегчение, но полноценного отдыха не заменяли. Всем было нелегко, но никто не жаловался. Наоборот старались шутить, рассказывали смешные случаи из жизни. Все принимали участие в этом балаганчике веселых историй, тем самым отбивая желание спать. Я тоже поучаствовала в беседе, рассказав несколько курьезных случаев. Пусть наши миры разные, но человеческие недостатки и потребности везде одинаковы. Так мы и скоротали время до обеденного привала. Он, вкупе с небольшим дневным отдыхом, который был всем нам очень необходим, вернул бодрость телу и духу.

День, начавшийся с кровавой жертвы воинам тьмы, спокойно подошел к концу. Привал пока что тоже не был омрачен нападениями. Вот только у меня на душе было неспокойно. В ней разыгрывалась буря, тщательно скрываемая от других, но приносившая большой дискомфорт мне. Видимых причин для ее возникновения сейчас, когда битва уже позади, не было и это тревожило. И не только меня, но и еще одного участника экспедиции. Стен Рейнхарт каким-то чудесным образом понял, что на душе у Избранной лежит камень и не отходил ни на шаг, постоянно веселил разными шутками и забавными случаями из жизни и, украдкой бросал взволнованные взгляды.

— Не стоит беспокоиться на мой счет, Стейндмонд. Ты не обязан нести ответственность за мои перепады настроения, — сказала я ему чуть строже, чем следовала и уже более мягко добавила, — огромное спасибо тебе за поддержку. Признаюсь, я не ожидала, что смерть так быстро появится в наших рядах. И это немного выбило меня из колеи.

— Ты ни в чем не должна себя упрекать. К смерти никогда нельзя подготовиться, ее можно только принять как данность, — ответил темноволосый герцог и утешающе погладил меня по руке.

— А влюбленные голубки все воркуют, — елейным голосом с лукавыми огоньками в изумрудных глазах сказала Белли. Она часто подобным тоном подшучивала надо мной и Стеном, а мы не обижались и отшучивались в ответ.

— Кто же тебе мешает найти свою любовь, голубка моя? — парировала я. — Вокруг столько свободных мужчин. Выбирай любого! — и показала рукой на лагерь с его обитателями.

— Любого говоришь? — и, прищурившись, она остановила свой взгляд на Хедвиге Палме, стоявшем к нам спиной так, что увидеть нас, а тем более услышать он никак не мог.

— Только не его! Он не входит в списки претендентов, — быстро уточнила я, питая к последнему особое предубеждение, и поэтому считая его ужасной партией для милой и доброй целительницы.

— Если я при первом знакомстве назвал вас сумасшедшей, это не повод считать меня недостойным внимания девушек, — очень-очень быстро приблизившись к нашей компании по отбору женихов, ответил охотник на нечисть.

— Подслушивать чужие разговоры неприлично. От вас я подобного не ожидала, — попыталась выйти из неприятного положения, решив, что лучшая защита — это нападение и с укором посмотрела на него.

— Вас сложно не услышать, Избранная, — ледяным тоном ответил мужчина.

Я уже открыла рот для ответа на это заявление, но меня опередили.

— Как и от вас невозможно что-то скрыть, — дружелюбно проговорила Беллавия Агнесс Уинверт и кокетливо улыбнулась ему. И это к моему немалому удивлению подействовало, вызвав легкую улыбку на устах Хедвига и заставив его вернуться туда, откуда он так неожиданно появился.

«Поистине перед чарами красивой женщины никто не способен устоять, — подумала я, глядя на удаляющего Охотника. А то, что целительница была прекрасной во всех отношениях, не было никаких сомнений. С блестящими волосами цвета темного шоколада, правильными чертами лица, выразительными глазами, опушенными длинными ресницами и изящной женственной фигурой — такую эффектную барышню сложно не заметить. А мощный магический дар и прекрасный характер еще больше добавляли шарма этой красивой девушке. Надеюсь, насчет Хедвига это она не в серьез. А что если… нет, этого не может быть!».

Ужин прошел в спокойной обстановке и состоял из мясного рагу и приятного на вкус напитка, который к тому же помогает быстрее восстанавливать силы.

— Лена, а у тебя на Земле есть возлюбленный? — ошарашила меня вопросом Белли, когда мы обе уже готовились ко сну.

— Нет, этим добром я не успела обзавестись, — отшутилась я, поскольку не очень любила обсуждать свою личную жизнь. Еще дома меня постоянно одолевали этим вопросом, а также спрашивали замужем ли я, почему нет и тому подобный набор охочего до чужой личной жизни человека. Причем большая часть вопрошающих были лишь моими поверхностными знакомыми, мимолетными приятелями, знакомыми родителей или дальними родственниками, о существовании которых лишь говорили поздравления на Новый год и на остальные значимые для нашей страны праздники. На мой отрицательный ответ все тут же спешили посочувствовать и добавить, что вот их дитятко уже счастливо в браке, вскользь уточнив при этом, что в браке втором или даже третьем. От таких людей я всегда старалась держаться подальше, и тут на тебе! Враг подкрался слишком близко и совсем незаметно!

— А почему? Или на Земле мужчины не очень красивы и не способны покорить сердце юной девушки? — не унималась Беллавия Уинверт.

— Разумеется, у нас есть красивые мужчины (и тут я на какой-то небольшой промежуток времени мечтательно задумалась о Томе Харди, Тео Джеймсе, Лиаме Хемсворте и многих других знаменитых красавцах). И да, они способны влюбить в себя представительницу прекрасного пола и сделать ее счастливой. Дело в том, что я еще не встретила своего человека, с которым мне бы хотелось создать семью и подарить ему всю себя, — ответила я как можно более спокойно.

А на душе в это время скребли кошки. И все из-за него. Моей единственной и неудачной любви. Человека, который говорил, что любит меня больше всего на свете и даже сделал предложение руки и сердца, а сам… Сам изменял мне с моей близкой подругой. С самого начала изменял, а когда все это случайно выяснилось, сказал, что не стоит все усложнять, ведь любит он только меня. Лжец! Ненавижу его! Прошло уже два года с того момента, а я до сих пор с содроганием вспоминаю, как застала его с любовницей… Какой же он подлец! Неудивительно, что с тех пор на все ухаживания мужчин, я сожжённая прошлой страстью дотла, отвечаю только холодом и равнодушием. От нахлынувших воспоминаний о предательстве когда-то близкого и горячо любимого человека слезинка скатилась по моей щеке.

— Прости, я не хотела тебя ранить, — извиняющимся тоном сказала целительница, увидев блестящую полоску на моем лице.

— Все в порядке, просто соринка попала в глаз, — с улыбкой ответила я и театрально потерла правый глаз, убирая мнимую соринку.

— А у тебя есть любимый человек? — чтобы перевести тему, задала я ответный вопрос.

— Нет, но я надеюсь, он скоро появится, — заговорщицким тоном проговорила тея Уинверт.

— Я чего-то не знаю?

— Когда так много холостых привлекательных мужчин, все возможно, — игриво сказала девушка и продолжила, — а как у вас заключаются браки?

— У каждого народа это происходит по — своему. У одних…, - и я рассказала все, что знала о правилах бракосочетания в разных странах и у людей разных вероисповеданий. Получился довольно объемный и долгий по времени рассказ.

— Теи, вам пора ложиться спать, иначе завтра будет трудно проснуться, — совсем рядом с нашим шатром прозвучал голос Стена, который сегодня был нашим ночным сторожем.

Он наравне со всеми участниками экспедиции нес ночную вахту, которая длится не более двух часов. У нас в отряде существует специальный график дежурств, так что все успевают и сами отдохнуть, и побыть на страже покоя других. Несут ночную вахту обычно по два человека. Единственные, кому категорически запрещены ночные дежурства — это — как вы все уже догадались — я и Беллавия. Меня не допускают из-за слишком высоких угроз и рисков для жизни драгоценной Избранной, которую все должны оберегать любой ценой, а Белли — из-за того, что ночью хотя бы один целитель должен иметь целый магический резерв и тем самым быть полностью готовым к оказанию медицинской помощи. К тому же нас, как девушек, все старались по мере сил и возможностей беречь и облегчать тяготы походной жизни. Это было благородно и не могло не расположить нас к заботливым представителям сильной половины нашего отряда по поиску Тэлума.

Ранняя пташка Беллавия будит меня. Одеваюсь и выхожу на общую разминку. Казалось бы, зачем заниматься утренней зарядкой, когда дорога каждая минута. Но нет, подобные утренние нагрузки призваны поддерживать на достойном уровне наши физическую и магическую силу, и это действительно работает. Именно поэтому каждое утро с начала экспедиции наш отряд встречает разминкой, короткой пробежкой и небольшим спаррингом.

Сегодня все шло по плану: разминка, пробежка и выбор партнера для спарринга. Последнее осуществлялось с помощью жеребьевки и поэтому мои партнеры каждый раз менялись. Делалось это для того, чтобы все участники лучше узнали друг друга и стали сплоченным военным отрядом, где каждый знает об особенностях и возможностях других членов отряда и всегда будет готов прийти на выручку. Такой порядок был заведен еще во время подготовительных тренировок в Светлом королевстве, и, не претерпев никаких изменений (не считая увеличения числа участников), отправился вместе с нами в экспедицию.

Сегодня мне достался Стен, как всегда позитивно настроенный и спокойный. Мы стали друг напротив друга, и началась маленькая битва между мужчиной и женщиной, спокойствием и порывистостью, льдом и пламенем.

На все мои активные выпады, герцог ставит умелые блоки. Увеличиваю напор, но он лишь сильнее уходит в оборону. И только. Никаких тебе ответных ударов и приемов. Уже подумала, что мужчина мне специально поддается, но тут совсем рядом с моим носом проходит тренировочный меч (тупой, конечно же). И снова активный выпад. Теперь уже я, изрядно вымотавшаяся, обороняюсь.

— А он хитер, — подумала я и пресекла подсечку снизу. — Специально вымотал, а теперь атакует, — не без доли восхищения подумала я и поставила верхний блок, перехватив удар Стейндмонда. Иду на хитрость, и пытаюсь его подсечь ударом ноги. И небезуспешно. Вот только падая, воин успевает захватить и меня. Теперь я эпично приземляюсь на мускулистую грудь, уткнувшись лицом в его шею, приятно пахнущую кедром и чем-то свежим и таким мужественным. Ничего толком не сообразив, оказываюсь на мягкой земле, а сверху нависает мой противник, крепко прижав мои руки к земле.

— Подножки не слишком достойное занятие для Избранной, — с лукавой улыбкой говорит Стен и смотрит на меня каким-то странным взглядом бездонных синих очей. Неотрывно смотрит, и на минуту возникло ощущение, что он сейчас меня поцелует. И действительно, расстояние между нашими лицами стремительно сокращается. Я пытаюсь уклониться и прекратить этот несанкционированный поцелуй, но его лице все ближе, и вот я ощущаю горячее дыхание герцога, а его губы практически прикасаются к моим… Чей-то громкий крик прервал незапланированный романтик. Используя эту паузу, снова пытаюсь вырваться. Рывок, и в итоге я зацепилась за рубашку боевого мага. Выглядело это комично: два человека лежат, тесно прижавшись боками друг к другу. И все из-за того, что мои пуговицы каким-то странным образом зацепились за его пуговицы. Сцепление этой металлической фурнитуры было на удивление очень прочно, и попытки отделить пуговицы руками не помогли.

— Придется резать магией! — резко сказала я.

— Может лучше я, — положив руку мою талию, проговорил маг.

— Нет, — прошипела я и оттолкнула его ладонь, — не шевелись, иначе получишь ожоги или лишишься кожи!

«Тебе это будет полезно, а то совсем распоясался!» — добавила уже про себя и начала операцию по спасению от столь тесного контакта со светлым воином.

Когда все было окончено, на моей рубашке отсутствовала большая часть пуговиц и кое-где были дырки, а у моего партнера по спаррингу — зиял огромный разрез на боку, из-за которого полы рубахи разъехались и обнажали прекрасный пресс мага.

Поднявшись на ноги, сразу заметила группу людей, стоявших в стороне. Именно туда я и направилась, герцог Рейнхарт ни на шаг не отставал. Весь отряд окружил лежавшего на земле Хедвига Палма и суетившихся вокруг него целителей. Охотник был бледен, с плотно сжатыми губами, Треинс лечил его магией, аккуратно держа за руку, а Белли с испуганным лицом заботливо поддерживала голову пострадавшего и бормотала извинения.

— Что произошло? — поинтересовалась у рыжеволосого Инбера, стоявшего ближе всех ко мне.

— Беллавия спаринговалась с Хедвигом и в порыве приложила охотника заклинанием, да так что его хорошенько протащило по земле, и он минут десять не может встать, — ответил молодой маг. — А с вами-то что случилось? — удивленно подняв брови при виде наших потрепанных рубах, спросил Инбер Фэйнвик. — Интересно же вы, однако, тренируетесь. Я бы тоже не прочь освоить подобную технику боя, — с лукавством продолжил он, не потрудившись выслушать мои объяснения.

— Освоишь! Герцог Рейнхарт даст тебе отличный урок, как приклеить к себе противника заклинанием магнетизма и испортить его рубашку. В этом он достиг больших успехов! — все еще злясь на проделку с пуговицами и заклинанием магнетизма, язвительно ответила я.

Через несколько минут после моего разговора с Инбером Охотник оправился, и принялся успокаивать сильно перенервничавшую и все еще извиняющуюся целительницу. Когда виновница инцидента окончательно уверовала в то, что поверженный нисколько не злится на нее, а свидетели этой драмы на спарринге привели себя в порядок после тренировки, наступил завтрак.

Завтрак как всегда состоял из питательных булочек со злаками и орешками, каши и горячего чая. Все это каждый готовил отдельно для себя с помощью магии. Те же, кто не обладал подобной привилегией, использовали для этого специальные артефакты. Подобным образом готовились и все остальные блюда наших трапез: сублимированную еду без особого труда превращали в полноценную с помощью магии или опять же, магических артефактов.

Потом сборы и снова в путь. Не считая инцидентов на утренней тренировке, день прошел спокойно, и поэтому вечером, предварительно подвергнув место предполагаемого привала тщательному осмотру и не найдя никаких ловушек и опасной живности, там был разбит лагерь.

Каждый занимался своим делом: кто-то разводил костер, кто-то поил лошадей, Инбер проверял прочность своего оружия, другой боевой маг выбивал пыль из своей одежды, Беллавия с озабоченным лицом суетилась возле Хедвига, убеждая его принять какой-то отвар, а я маленькими глотками пила горячий напиток, очень напоминающий чай, и наблюдала за всем происходящим.

— Я прошу прощения за свой сегодняшний поступок, — извиняющимся тоном проговорил подошедший Стейндмонд. — Это вышло случайно. Мы с братом очень часто в шутку так делаем, и я по старой привычке повторил тоже самое. Это вышло непроизвольно, и я никоим образом не хотел причинять вред тебе и твоей одежде.

— Я тебя уже простила, не стоит повторять одно и тоже целый день, — спокойно ответила я на одно из бесконечных за сегодня извинений герцога. Сейчас я немного отошла от его проделки, однако осадок остался. Не люблю, когда меня пытаются поцеловать, обнять и проявляют тому подобное нарушение моих личных границ против моей воли. Пусть он это сразу поймет и примет к сведению, что подобное я не потерплю. В столице такого маг себе не позволял, а здесь почувствовал вкус свободы и началось. Поэтому я решила сразу пресечь такой тип поведения холодностью в обращении и некоторой отстраненностью.

— Так ты меня больше не злишься? — не унимался тей.

— Если пообещаешь, что подобное больше никогда не повторится, я подумаю над твоей реабилитацией в моих глазах, — сухо ответила и выслушала последовавшее вслед за этим обещание в примерном поведении и заверения в полном отсутствии попыток нарушать личные границы Избранной.

— Замечательно. Я рада, что ты понял всю недопустимость подобных проступков. А теперь спокойной ночи, тей Стейндмонд Рейнхарт, — уже более дружелюбно ответила я и ушла в свою палатку.

Утро началось не с кофе, а с бодрящей и мгновенно пробуждающей тревоги о возникновении разлома. Нечисть, которую породил временной разрыв, было много: здесь были и оборотни; и крылатые птицы с ядовитыми перьями, которыми они использовали в качестве стрел; и огромные ящерицы с шипастыми хвостами и любовью полакомиться человечиной; и несколько насекомых, способных за несколько секунду полностью выпить кровь своей жертвы. На сражение, а затем и на ликвидацию последствий подобного «подарка» ушло полдня. Благо, обошлось без жертв, только сильные, но не смертельно опасные ранения. Я тоже была в числе пострадавших, но смогла самостоятельно, с помощью своего усилившегося дара целителя, излечить глубокий порез на плече, полученный в противостоянии с оборотнями. Последние, кстати, из всех членов группы нападали только меня. Видимо в глазах этого вида нечисти Избранная обладает особой привлекательностью.

Во второй половине дня, как и во все последующие четыре единственными препятствиями на пути к болотам были только появления относительно неопасных видов нечести, которые были уничтожены без каких-либо затруднений и потерь с нашей стороны, и пресмыкающихся (это я о своих «любимых» с детства змеях). А вот пятый день в дороге порадовал сразу двумя разломами, идущими сразу один за другим. Здесь уже было сложнее, и, к моему сожалению, победа была куплена ценой одной жизни. По сравнению с этим, ранения и практически полностью истраченные магические резервы были мелочью.

ГЛАВА 9

Каменный мост раскинулся через темные воды неглубокой на первый взгляд реки. Вдалеке маячил небольшой лесок, а еще дальше располагались болота. Именно к болотам и пролегал наш путь, а мост должен был выступить связующим звеном. Вокруг было тихо, и лишь изредка эту тишину прерывал крик птицы или плеск речной рыбы.

Двигались мы быстро, по нескольку лошадей в ряд, и через несколько минут должны были пересечь реку. Впереди находились проводники и охотники, далее маги, потом я на пару с целителями, а сзади нашу группу прикрывали боевые маги.

Лошади первых всадников в нерешительности остановились перед каменной переправой, поскольку охотникам, что-то показалось подозрительным, и началась проверка. Она ничего не выявила, однако охотники, Хедвиг в частности, настаивал на том, что проезд по мосту небезопасен. Его громкие и долгие убеждения в необходимости найти другую переправу, не менее громкие и настойчивые ответы остальных участников экспедиции задерживали нас на одном месте уже в течение двадцати минут. Не выдержав их долгих споров, подъехала ближе в попытке уладить ситуацию и ускорить темпы осуществления переправы на другой берег реки. Уже открыла рот для примирительной речи, но тут громкий звук оглушил меня.

Камни градом начали падать на наш отряд, и немногие успели выставить магические щиты. А потом последовали водные брызги, столб каменной крошки и ила, застелившие окружающий мир серой пеленой, сквозь которую проглядывались неясные очертания и всполохи магических заклинаний. Шум в голове был сильным и мешал понять происходящее, но когда он прошел, а завеса осела на землю, поняла, что на нас кто-то напал и чья-то широкая спина прикрывает меня. Протерла глаза, и четко увидела нападающих. Это были тролли! Огромные тролли с серо-зеленой кожей, непропорционально большими руками, держащими массивные дубины с шипами. Они с силой рассекали наш отряд, отбрасывая людей в стороны как пушинки. Их было двое, однако вместе с ними вступило в бой несколько маленьких, горбатых чешуйчатых существ с когтистыми руками и острыми зубами — скворки.

Водная нечисть, — осенило меня и тут же запустила в одного горбуна с боевое заклинание, а меткий удар атакующим заклинанием мага, прикрывавшего меня своей спиной, добил его. Запустила багровой магической молнией в спину тролля, но она не пробила его толстую и практически нечувствительную к магии кожу. Именно из-за такой непробиваемого кожного покрова тролли считаются одними из самых опасных видов нечисти, убить которую его стоит больших трудов. Пока наша группа отчаянно оборонялась, перебила большую часть приспешников троллей и добивала одного из них, второй быстро выбивает из седла моего защитника и хватает меня. Все это было стремительно, и не успела я толком понять, что делать, как мои ноги оказались в воде, а затем перед глазами начала быстро проноситься панорама другого берега реки. Держал меня тролль на весу: руки в районе запястий были крепко схвачены в тиски, ноги болтались в воздухе, и поэтому я одновременно лишилась и магии, и возможности бить ногами. Извиваюсь, пытаясь высвободиться — не получается! Мимо пронеслось несколько боевых заклинаний, одна из стрел вонзилась в руку — это мой отряд пытается помочь мне. Но только все эти действия злят тварь и заставляют его только ускорять темп. Вот и лесок.

Резко и больно приземлюсь среди деревьв, а над моей головой заносится огромная дубина. Тролль, как и все его сородичи, решил сначала размозжить мне череп, а затем перекусить безголовым телом.

— Ааааааааааааааааа, — испуганно кричу я, инстинктивно запустив в своего похитителя каким-то боевым заклинанием. Его это не остановило, и яркий свет застилает глаза.

— Все, это конец, — подумала я, вспомнив про открывающийся умершим свет в конце тоннеля.

Однако, здесь слишком мокро и липко, — почему-то возникает мысль в голове, и я… Я открываю глаза. Медленно встаю на ноги и озираюсь вокруг. То, что открылось взору, заставило отвиснуть челюсть и надолго задержало мой рот в открытом состоянии.

Все было залито липкой зеленой жидкостью, кругом валялись ошметки мяса, внутренних органов, а совсем рядом расположились несколько скрученных огромных пальцев, от которых поднимался дымок. Непонимающе оглядываю вновь эту картину, и мало-помалу до меня доходит, что я не умерла. Наоборот, я была живее всех живых, чего не скажешь о тролле. Его некогда целое тело теперь стала частью местного пейзажа, и, по всей видимости, произошло это из-за меня.

— Я его взорвала, — тут же мелькнула мысль и к горлу подступила тошнота. Не в силах сдержать настойчивого призыва природы, пришлось вернуть свой обед обратно на землю.

Когда я все-таки смогла побороть рвоту, я, тихонько заковыляв, направилась в сторону моста и своего отряда, переправлявшегося вброд на мою сторону.

Увидев меня, от макушки до пят покрытую зелеными и дурно пахнущими остатками некогда живого тролля, на их лицах застыл ужас. Длилось это несколько секунд, а потом Стен быстро подбежал ко мне и стремительно заключил в крепкие объятья.

— Слава светлым богам, ты жива! — прошептал он и еще крепче сжал в своих руках.

— Отойди и дай осмотреть, тею Елену! — проговорил голос целителя, и чьи-то руки оторвали герцога от меня.

Осмотр не выявил никаких серьезных травм, но мое психическое состояние все еще было нестабильно: меня всю трясло, дыхание было прерывистым, а сердце гулко стучало в ушах.

Помощь целителей вкупе с горьковатым на вкус отваром через какое-то время помогли прийти в себя, и первая возникшая мысль была направлена только на одно. Помыться! Мне срочно нужно смыть с себя весь этот липкий, вонючий кошмар!

Во исполнение своего замысла нетвердой походкой иду к реке. На вопрос, куда же я направляюсь, махнула рукой в сторону реки, ответив, что хочу искупаться.

Стягиваю магические доспехи, по виду больше погожие на кофту из плотной темной ткани, расстегиваю ворот рубашки-кольчуги из приятного на ощупь материала, и только тут вспоминаю, что я не одна. Оборачиваюсь назад, и вижу, что все мужчины занимаются своими делами, повернувшись ко мне спиной, а в нескольких шагах от меня стоит Белли с мылом, мочалкой, полотенцем и моей дорожной сумкой.

Вода было прохладной, но это меня не остановило от исполнения задуманного мной.

С силой тру свое тело мочалкой, затем окунаюсь с головой под воду, затем снова тру. Кожа стала красной и покрылась мурашками, но я продолжала неистово отмывать себя от останков тролля и пережитого ужаса. Только когда мочалка стала больно царапать кожу, я вернула ее на берег и начала мылить волосы.

Когда купание было окончено, насухо вытерлась теплым махровым полотенцем, высушила волосы магией и облачилась в заранее подготовленную девушкой одежду. Старые вещи, после всего произошедшего, не поддавалась очистке и поэтому была испепелены мной.

К моменту моего возвращения, лагерь уже был разбит. Увидев меня чистой и довольной, некоторые улыбнулись, кто-то пожал руку и открыто выразил свою радость по поводу моего спасения, иные похвалили мою технику подрыва нечисти.

— Никогда не видел магического взрыва такой мощи. Что это за заклинание? — полюбопытствовал Инбер.

— Не знаю. Это вышло у меня непроизвольно, — сказала я и в подтверждении своего ответа пожала плечами. А затем шутливым тоном добавила, — иногда иметь взрывной характер очень полезно.

— Скорее всего, это сработал инстинкт самосохранения. Когда тею Елену попытались украсть в деревне Инштэн, тоже произошел взрыв. Причем такой мощности, что от нечисти осталась лишь горстка пепла, — вмешался в наш разговор Хедвиг Палм и по окончанию своего замечания с уважением посмотрел на меня.

«Тея Елена, взгляд полный уважения, — подумала я и подозрительно взглянула в лицо Охотнику. — Мне страшно за тебя, Хедвиг! Видимо один из обломков моста серьезно задел твою голову и привел к повреждению в уме. Хедвиг Иден Палм и искренне уважение ко мне! Да это же что-то немыслимое и несовместимое!»

— … а потом была взрывная волна, и на миг стало светло как днем… — заканчивал описание моего первого взрыва Охотник Инберу, который с большим вниманием слушал его.

От подобного внимания Хедвига к моей персоне стало немного по себе. Ну не верю я в то, что подрыв тролля — пусть даже и очень сильный — мог так сразу улучшить отношение мужчины ко мне. Может все дело в благотворном влиянии Беллавии Уинверт, которая после инцидента на спарринге стала более тесно общаться с Охотником? Вполне возможно, что обаяние и мягкий дар убеждения целительницы изменил негативное мнение Палм на счет Избранной. Сейчас я уже ничему не удивлюсь, и поэтому просто решила отправиться к себе в палатку отдохнуть, поскольку усталость и стресс сегодняшнего дня начали давать о себе знать.

Несмотря на то, что до заката оставалось еще несколько часов, было принято решение устроить ночлег именно здесь, в этой небольшой рощице. Для этого было несколько причин. Во-первых, вечером идти в болота, начинающиеся сразу после рощи, неразумно. Туда мы отправимся утром. Во-вторых, все мы порядком устали после стычки с местными водными обитателями и нам нужен был основательный отдых перед началом покорения болот. И в-третьих, несколько боевых магов были серьезно ранены, и им без каких-либо промедлений требовался покой и в известном смысле некоторый комфорт.

******

Яркие звезды мерцали в небе, серебряный лик луны изредка выглядывал из-за небольших пушистых туч. Я, как часовой, нес свою ночную вахту.

стояла около костра. Блики пламени падали на ее скрещенные руки, легкий ветерок развивал белокурые волосы. Она было словно статуя, неподвижная и в тоже время такая поэтичная. Ее красивые глаза с невыразимой грустью смотрели на звездное небо. О чем она думает? О своем мире? О родных? О друзьях? Или же о возлюбленном, с которым так внезапно рассталась? Для меня это навсегда останется загадкой, как и она сама. Такая хрупкая и в тоже время сильная. Такая чужая и такая… близкая.

Чем дольше я смотрел на нее, тем больше ее лицо представлялось мне таким знакомым и родным. Казалось, я знал ее всю жизнь и всегда хотел оберегать. Хотелось заключить в крепкие объятия эту изящную девушку и закрыть ее от всех невзгод и печалей, защитить от всех опасностей.

И теперь, поддавшись этому неожиданному зову сердца, Хедвиг Иден Палм сделал несколько шагов по направлению к предмету своих мыслей. Но тут же остановился, поскольку Елена, заметив этот маневр, повернула голову в его сторону и теперь немигающим взглядом смотрит на него. Он замер. Этот холодный и проницательный взгляд отрезвил его, заставил отказать от былых намерений. Затем мужчина молча взял несколько веток, специально сложенных для этой цели на краю лагеря, подбросил их в костер и молча ушел, мысленно ругая себя за эту глупую выходку с объятиями и защитой от всех невзгод.

Да, и Хедвигу было не чуждо сострадание. Да, он все также ненавидел светлых храмовиков и не особо жаловал Избранную, но глядя на то, как она грустно смотрит на звездное небо, что делала Лена довольно часто, ему странным образом становилось очень жаль эту девушку.

«Оказаться в чужом мире, взвалить на себя тяжелое бремя по поиску Тэлума и постоянно подвергать свою жизнь смертельной опасности — она не заслужила всех этих тягот, — так думал про себя охотник на нечисть, искоса поглядывая на Избранную. — И… однако, она знала, на что идет, соглашаясь искать Тэлум и пока что прекрасно справляется со всеми трудностями. Так что жалость по отношению к ней не уместна!» — закончил он свою мысль, видя, как Избранная возвращается к себе в палатку твердой уверенной походкой.

И даже сейчас, когда он понял всю нецелесообразность своей жалости по отношению к иномирянке, Хедвиг уже не мог игнорировать и отрицать тот факт, что с каждым днем его гнев по отношению к Избранной уменьшался, уступая место некоторой симпатии к ее человеческим качествам. Таким, как доброта, полное отсутствие высокомерия, почтительное отношение к каждому члену экспедиции вне зависимости от его статуса и социального положения, терпеливое сношение всех тягот походной жизни и отзывчивость.

******

Начался новый этап нашей экспедиции — болото и расставание с верховыми лошадьми, поскольку они не могут идти по болотистой местности. Еще на этапе планирования маршрута экспедиции было решено, что эту часть пути рациональнее будет пройти пешком.

Здесь, в этой роще невдалеке от реки и теперь разрушенного моста и был сделан долговременный привал для лошадей, двух человек, присматривающих за ними и трех раненных вместе с целителем, который должен помочь им быстрее восстановиться. Таким образом, отряд раскололся на две группы. Я с одной отправлялась в болота, другая — дожидалась нас. Встреча двух частей некогда единого отряда должна состояться тогда, когда мы найдем Тэлум, и тем же путем будем возвращаться обратно. А до этого момента они должны ждать нас здесь, под покровом деревьев, вблизи от пресноводной реки и с большим запасом еды, медикаментов и всеми условиями для приятной походной жизни.

Если через три месяцев после начала экспедиции мы не вернемся в крепость, откуда и начали свой путь, то военный отряд из Светлого королевства должен доставить оставшейся части группы провиант, медикаменты и в целом все необходимое, и они все вместе будут ожидать нас в течение трех месяцев. И так, согласно плану, общее время ожидания варьируется от трех месяцев и до двух лет.

А я вместе с остальными участники пробираюсь сквозь болотистую местность. Неприятное занятие, и к этому добавить нечего. Ноги по щиколотку уходят в грязь, кругом комары, а любой неосторожный шаг может привести в трясину и стать последним. Мне как человеку непривычному к подобной местности, переход давался тяжело. Но такой страдалицей была не одна я. В мою команду усталых, страдающих и грязных также вошла Белли и еще один маг, который получил ранения при стычке с троллями и еще не до конца восстановил свои силы. Учитывая мои просьбы, а иногда и просто мое измученное запыхавшееся лицо делались частые передышки. На какую-то долю времени они давали прилив сил, но его хватало ненадолго.

К концу дня все были изрядно уставшими, грязными и вымотанными. Даже, казалось бы, выносливые охотники на нечисть наряду с магами и те были не в лучшей форме. Положение усугублялось еще и ядовитыми парами, которые испускало болото в некоторых местах. Здесь, на месте нашего привала, воздух был лишен испарений, однако они могли появиться в любой момент. Именно поэтому все постоянно были на чеку, и каждый имел что-то вроде противогаза, только работающего благодаря магическим артефактам.

Небольшой островок в этом бескрайнем крае трясин приютил нас, специальные артефакты (а в некоторых случаях и просто магия) помогли согреться и почистить одежду от грязи, а спальные мешки после трудного марш-броска показались райским местом, где невероятно мягко, уютно и тепло.

Заснула я быстро. Сон мой был безмятежным и коротким. Да, ранние подъемы никто не отменял. За все время моего пребывания в Светлом королевстве я так и не смогла поспать вволю, поэтому, когда вернусь домой, уделю время родным и близким, непременно наверстаю упущенное. Но пока это только мечты. Эх, сложна жизнь новоиспеченной Избранной-премницы. А сколько опасностей ее подстерегает на пути к Тэлуму! И не счесть! И все, что было до этого: разломы, тролли и ловушка с мертвецами — это только цветочки, ягодки впереди! Ох, Елена Светлова, и угораздило же тебя!

А вот сейчас меня действительно угораздило. Если бы Стейндмонд, шедший рядом, вовремя не поймал меня, то была бы я в трясине, слилась воедино с природой, так сказать. И это не первая моя оплошность за сегодня. Началось все с того, что меня — единственную из отряда — чуть не укусил плотоядный цветок кислотно-розовой расцветки, затем я несколько раз уходила по колено в грязь, далее зацепилась за ветку и украсила свою голову венцом из трав, свисавших с деревьев плотной бахромой. Но это были «пустяки». Ближе к вечеру, когда мы пересекали особо топкие места, случился разлом. Он был совсем не вовремя, так как лавировать в трясине крайне сложное занятие, однако фортуна улыбнулась нам. Разлом появился как раз над трясиной и вся нечисть, появившаяся из нее — группа умертвий и несколько огнедышащих существ очень похожих на земных лис угодили в как раз эту трясину и не причинили нам никакого вреда. Не считая этого происшествия, в целом вечер прошел спокойно, а ночь пролетела быстро и незаметно.

Третий день запомнился желтыми ядовитыми испарениями, через которые мы пробирались в противогазах, и неприятной встречей с вэрками — мелкой болотной нечистью, питающейся в основном лягушками, болотными птицами и на десерт потерявшимися путниками. Победа, разумеется, была на нашей стороне, и в честь нее и одного особо почитаемого праздника Светлого храма, отмечаемого именно сегодня, был устроен небольшой пир со сладостями и горячим пряным напитком, по вкусу напоминающим глинтвейн без алкоголя. Для всех это была эмоциональная разрядка, своего рода поощрение за былые старания и подбадривание на новые успехи. Все веселились и поздравляли друг друга с праздником. И только я, в душе не разделяющая их религию, и атеист Хедвиг Палм, были не так веселы и радостны, как остальные. Чтобы не омрачать веселья остальных и не вызывать лишних вопросов (как это Избранная — номинально главная жрица Светлого храма, не радуется превозносимому ей празднику) отсела подальше от остальных и изобразила на своем лице подобие улыбки. А потом и улыбка сникла, как ни крути, а актриса из меня не очень. И на настойчивые вопросы, почему я грущу и не праздную, отвечать не особо хотелось, поэтому я незаметно ушла туда, где меня наверняка никто не побеспокоит. Вернее к тому, возле кого не побеспокоят, поскольку знают о его нетерпимости к религии. Здесь мы с Охотником на удивление стали едины и заняли одинаковую позицию. Сначала было неловко находиться в столь непосредственной близости от своего злопыхателя, но его предложение выпить за успешное окончание экспедиции помогло раскрепоститься и уже через некоторое время мы мило беседовали о болотной нечисти, а затем разговор плавно перетек на забавные случаи, непосредственно связанные с обитателями топких мест. Хедвиг оказался очень интересным рассказчиком, и меня то и дело распирало на смех. В целом за все время нашего вынужденного общения он не проявлял ко мне никакого негатива. Все-таки иногда общие трудности сближают.

— Почему вы постоянно смотрите на звезды? Вы увлекаетесь астрономией? — неожиданно окончил один из своих рассказов мужчина таким странным вопросом.

— Немного. Но…, - я немного замялась, — созерцание звездного неба уменьшает тоску по дому, — открыла я один из своих секретов и сделала глоток из кружки.

— Вот ты где! — сказала подошедшая Беллавия и уселась рядом. — О чем беседуете? — продолжила она и потом добавила, — тебя, кстати, Стен искал, хотел что-то важное сообщить.

Я кивнула, затем встала и ушла. И не столько из-за герцога Рейнхарта, сколько ради Белли. Я видела, что целительница неравнодушна к Хедвигу (кто бы мог подумать, что такой милой девушке может понравиться этот сухой, местами язвительный и грубоватый мужчина). И не стала ей мешать. Возможно, она сумеет покорить сердце этого охотника на честь и сделать его лучше, по крайней мере, более терпимым она его уже сделала. А это, учитывая сложный характер Палма, уже большое достижение.

Утро прошло спокойно, а вот полдень выдался интересным. На нас напали, вернее, наша группа по неосторожности сама угодила к триногам.

А начиналось все тихо-мирно. Еще издалека завидев серебристые плоды с пушком, висящие на длинном тонком стебле, стало очевидно присутствие триног. По факту все эта красивая инсталляция является лишь одним из ее щупалец. Именно с помощью такой красивой и приятно пахнущей приманки твари завлекают добычу, и когда она пытается сорвать плод, тринога, прячущаяся под слоем грязи и травы, резко атакует. Если же не проявлять никакого внимания к плодам, тринога не станет проявлять агрессию. В лекциях о нечисти, которые мне читали в Ридекасте, весь процесс был описан именно так. На деле все оказалось иначе. Мы проходили возле самой границы их владений, но и этого оказалась достаточным основанием для атаки. Щупальца молниеносно показались из-под земли, стремительно схватили несколько участников экспедиции и начала их душить. Только быстрая реакция оставшихся спасла несчастных от смертельных тисков нечисти. Они отделались испугом и синяками, оставленными после щупалец, а защитники лишь немного потратили свои резервов и стрел. И это нам еще повезло! Обычно триноги мгновенно убивают своих жертв, а эти были какими-то вялыми, и слишком долго (по меркам своих сородичей) пытались задушить свою добычу. Видимо, они давно не ели, сильно ослабели и поэтому стали самостоятельно нападать на всех встречных. «Не на тех нарвались, крошки! Мой отряд и не таких побеждал! — не без гордости подумала я, когда операция по спасению была успешно завершена.

Тем не менее, после их «гостеприимных» объятий все стали еще осторожнее и внимательнее. Наверное, именно благодаря этому или же просто благоволению фортуны к нашей группе, часы до вечера прошли без осложнений и опасных ситуаций.

Солнце медленно клонилось к багровому горизонту. Уже завтра утром мы наконец-то покинем эти бескрайние болота. Еще чуть-чуть потерпеть и все! Ровная и твердая поверхность, отсутствие огромного количества кровососущих насекомых, которые из-за особых заклинаний никого не кусали, но надоедали своим отвратительным писком. Казалось бы, такие простые вещи, а сколько радости доставляет одна мысль о них. Поистине мир познается в сравнении.

Что-то булькнуло где-то совсем рядом. И это был не мой пустой живот, активно требующий пищи вот уже пять минут кряду. И снова послышался этот странный звук.

— Ребята, вы слыша…, - не успела я договорить фразы, как несколько членов отряда ушли на дно! Буквально! Что-то их затащило туда! Весь отряд мигом стал на боевую изготовку, создал единый магический щит, но ничего не происходило.

Снова булькающий звук, но все оставалось по-прежнему. А затем стремительно из болота вылетел град темных шипастых шариков, имеющих магическое происхождение, после которых стали появляться женоподобные твари с длинными черными волосами и костлявыми руками, оканчивающиеся длинными острыми когтями. Кикиморы! Эти кровожадные королевы болот, разрывающие своих жертв на кусочки! Но и этого им мало! Они очень хитрые и любят устраивать засады, утаскивая на дно болот ничего не подозревающую живность. Вот и мы попали в их коварную ловушку. Заклинания вкупе со стрелами градом осыпали серо-бурых кикимор! Часть из них даже оказались смертельными. Но тварей это не остановило. Щит значительно помогал нам от смертоносных шариков кикимор, но и он невечен, в отличие от все прибывающих тварей. На каждую убитую появлялись две живых. Они все плотнее окружали нас, и если они сомкнут кольцо, мы пропали. Однако бояться нужно было вовсе не этого. Одна кикимора сделали подкоп и попала внутрь нашего щита! Ее тут же убили, но вот другая темная голова проявляются внутри нашего щита. Ужас сковал меня, сердце бешено заколотилось, а инстинкт самосохранения ударил по этой чудной головке увесистым заклинанием.

— На счет два делаем коридор и бежим! — раздалась команда главы нашей группы. — Раз, два! — крикнул командир и все незамедлительно последовали его приказу, направив все свои силы на создание прохода между плотными рядами кикимор. Вступив в образовавшийся коридор, мы быстро побежали, не забывая оборачиваться и посылать боевое заклинание или стрелу — в случае охотников на нечисть — нападающим.

Гонка, главным призом которой были наши жизни, продолжалась долго. Солнце уже давно село, ночь укрыла темно-синим одеялом небосвод, на котором уже появились звезды, а мы так и не смогли избавиться от преследования нечисти. Все были порядком измотаны, магические резервы и стрелы были изрядно истрачены. Но сдавать никто не собирался! Чем яростнее наступали твари, тем более яростно мы отвечали им, поскольку каждый собирался подороже продать собственную жизнь.

И благодаря нашему упорству, выдержке и сплоченности, нам удалось оторваться от погони. Не придумано еще таких слов, чтобы описать радость, счастье, эйфорию от осознания, что ты будешь жить. Не в богатстве и почете, не с любимым человеком, не в окружении друзей и верных соратников, а просто жить. Существовать, вдыхать воздух и ощущать себя живым! Но… В жизни всегда есть но. Неприятные но. Иногда даже смертельные. К последней категории и относилось наше «но». Оторвавшись от погони, мы попали в тупик. С одной стороны светились серебристые приманки стаи триног, с другой — зияли скрюченные коряги со смертельно ядовитыми шипами. Выход был один, и вел он обратно к кикиморам!

Так, думай Лена! Думай! С триногами сладить нельзя, остаются эсперии! Но пробить в них ход практически невозможно!

«Эсперия болотная отличается быстрой регенерацией, ядовитыми шипами и соком с кислотой, способным прожигать органику. Для ее уничтожения требуется длительное и осторожное магическое воздействие» — всплыли в моей голове строки из книги по ядовитым растениям и методом борьбы с ними.

Длительное и осторожное магическое воздействие?! Да вы смеётесь?! Наши магические резервы истощены! А время у нас крайне ограничено! Душераздирающий крик огласил окрестность. Быстро создаем общий магический щит. Они уже близко! Времени у нас нет! Мысленно прощаюсь с родными и формирую в своих руках самое мощное из известных мне боевых заклинаний. Умирать, так сражаясь до последнего!

ГЛАВА 10

Кидаю беглый взгляд на всех своих товарищей — и читаю в их глазах только одно: «Биться до последнего!».

До последнего, ребята! Умрем, но не сдадимся этим тварям!

— Я знаю что делать! — резко выкрикнул Эйдес Пинкерт, опытный боевой маг и глава нашего отряда. — Как только они приблизятся, мы устроим дымовую завесу, а затем я постараюсь увести их за собой. Вы в это время прикроетесь щитом невидимости, — четко и спокойно продолжил он. — А теперь живо надевайте противогазы!

— Но вы погибните в одиночку, — послышался чей-то голос.

— Так погибну один я, а иначе — мы все! Не забывайте, наша главная цель — доставить Избранную к Тэлуму!

— Я с тобой, Эйдес! Я отлично знаю эти места и смогу завести кикимор в трясину, — выразил желание помочь своему давнему товарищу еще один боевой маг из нашего отряда.

— И я, коман… — … визг разъяренных кикимор, а затем их появление заставило нас атаковать первыми. Боевые заклинания и стрелы градом обрушились на неприятеля, немного охладив его пыл и проредив ряды нечисти.

— Сейчас! — команда Пинкерта заставила нас всех, уже облачившихся в противогазы, пустить в ход заклинание «Завеса».

Все заволокло густым и едким темно-серым дымом. За этот короткий промежуток времени мы накрылись куполом невидимости. Данное заклинание недолговечно, максимум его может хватить на минут десять. Именно за это время и должен осуществиться наш план. А иначе… Иначе мы все погибнем! А так у некоторых есть шанс спастись. Но какой страшной ценой будет куплено это спасение.

Командир, его друг-проводник по болотам и еще один маг, как только завеса начала рассеивать с криками и светящимися боевыми заклинаниями в руках, призванными привлечь внимание кикимор, вырвались наружу из нашего прозрачного магического купола.

— Им понадобится целитель, — сказал Треинс Хеймп, соратник Белли по искусству врачевания магией, и ринулся наружу вслед за командиром и его сподвижниками.

Его смутная фигура затерялась во мгле, начинающей постепенно рассеиваться. Через определенное время дымовая завеса полностью исчезла и… путь к спасению был открыт. Кикиморы клюнули на уловку Эйдеса Пинкерт.

Быстро следуя за проводником, мы выбежали из тупика и, постоянно озираясь по сторонам, быстрыми шагами направились прочь отсюда. В нескольких сотнях метрах ночное небо озаряли яркие всполохи магии, слышался визг и…

Я быстро отвернулась и последовала за остальными. Они сражаются ради нас, и теперь мы обязаны как можно скорее использовать эту бесценную фору, выбраться из болот и найти этот злосчастный артефакт.

Примерно через два часа этого стремительного марш-броска мы покинули болота и, отойдя из предосторожности несколько ти от их границы с твердой земной поверхностью, сделали привал. На горизонте медленно занималась розовая заря. Восход был близок.

Обессилившие от всех событий ночи, мы буквально попадали на землю. Кто-то целовал ее, кто-то, тяжело дыша, возносил молитвы светлым богам, кто-то молча сидел с закрытыми глазами. Я, разлеглась на земле в позе морской звезды, раскинув в сторону руки и ноги, и стеклянным взором уставилась в небо. Последние события поразили меня до глубины души. Меня пытались убить кровожадные кикиморы, я была буквально на волосок от смерти. Мучительной и долгой смерти, поскольку то, что тебя разрывают на куски острыми когтями, сложно назвать быстрым и приятным процессом перехода в мир иной…

Мое тело ныло, ноги немного тряслись от напряжения последних часов непрерывного движения. Но я жива! И это благодаря им! Командиру Пинкерту, Треинсу и другим членам нашего отряда. Они добровольно пожертвовали собой ради нас, а самое главное ради Избранной! Ради меня! В горле встал, меня начали душить слезы. Стресс, жалость к спасителям, шок от пережитого — все это выходило из меня через эти слезы. Вернее, через эти скудные несколько слезинок, которые усталый организм смог предоставить в мое расположение. Я сомкнула веки и продолжила плакать. Если бы не кикиморы, все были бы живы! Будьте вы прокляты! Как ответ на мои громкие проклятия, чьи-то холодные руки прикасаются ко мне. Кикиморы! Они сильно трясут меня и визжат! Истерически визжат, и начинают стремительно тащить на дно болота! Я с головой ухожу в грязь.

— Ааааааа! — кричу я, и резко вскакиваю.

Потерянно оглядываюсь по сторонам в поисках тварей, трясины и вижу перед собой только поляну с пожухлой травой и Стена с встревоженным лицом.

— Это был просто сон, успокойся, — прижав меня к себе, проговорил герцог. — Просто кошмар, всего лишь то, чего не было в действительности, — аккуратно поглаживая по голове, продолжил он, а у меня от этого «просто кошмара» началась полноценная истерика со слезами и дрожью во всем теле.

— Нет, нет, — все еще всхлипывая после сильнейшей истерики, шепчу я. — Нет, — и тут только до меня доходит, что я до сих пор стою в объятьях Стейндмонда, и он осыпает меня нежными поцелуями. Сама не зная зачем, я взяла лицо мага в свои ладони, зачарованно посмотрела в этот бездонный омут синих глаз и потянулась своими губами к его устам.

— Устроили тут любовную сцену! У нас есть дела важнее поцелуев! — раздался раздраженный мужской возглас, и я, вздрогнув от неожиданности, тут же убрала руки с лица герцога и смущенно опустила голову.

— Не стоит утрировать, тэн Палм, — ответил Стен на этот неприятный комментарий к нашим действиям и попытался продолжить начатое. Но момент, а главное мое желание целоваться, безвозвратно исчезли.

— Благодарю за поддержку, и… — хотела ляпнуть «и за поцелуи», но вовремя остановилась, — и просто спасибо, — добавила я, и вывернулась из объятий мужчины.

Затем внимательно посмотрела на бестактного Охотника. Вот он! Стоит и злобным взглядом сверлит Стена, а затем еще более злобный взгляд переводит на меня. С не меньшей злобой смотрю в ответ. Я не позволю тебе вмешиваться в мою личную жизнь! И пусть поцелуи действительно сейчас неуместны, ты не имеешь право обсуждать их, и осуждать меня за них! Кого хочу, того и целую! И тогда, когда захочу! Надеюсь, что мой полный презрения взгляд объяснил это ему лучше всяких слов.

— Вы мало того, что спите дольше всех, так еще и задерживает отправление своими любовными интригами! — не унимался Охотник, буравя меня яростным взглядом.

— Прекратите немедленно этот оскорбительный словесный поток! Иначе я вызову вас на дуэль! — ответил разгоряченный тей Рейнхарт и стремительно направился в сторону Хедвига.

— Быстро прекратили этот балаган! Я приказываю вам как командир отряда! — громко закричал Кейв Инверс, самый старший по званию в нашей группе выживших после нападения кикимор, и теперь после ухода Пинкерта, автоматически ставший нашим новым руководителем.

Его слова, и последовавшие за ними удар магическим лассо, который поднял комья земли в воздух, успокоили разгоряченных мужчин и внесли некоторую ясность в наши ряды. Ряды, значительно поредевшие после болот, и состоящие теперь из семи человек: меня, Белли, Стена, командира Инверса, Инбера, Хедвига и еще одного охотника на нечисть.

После приема пищи, небольшого отдыха и определения нашего местоположения на карте, было принято решение двинуться на север, в Темный лес. Изначально предполагалось, что мы покинем болота на их пересечении с Темным лесом, но неожиданное нападение внесло определенные коррективы в место выходы из трясины и добавило дополнительные дни на то, чтобы добраться до Темного леса, и соответственно, до самого короткого пути к горам Монсэ.

Мы без проблем добрались до Темного леса, потратив на это два дня. За это время я смогла многое обдумать, в том числе ситуацию с несостоявшимся поцелуем. Хедвиг Памл в чем-то был прав, поцелуй в тот момент был действительно неуместен. Я даже в какой-то мере благодарна ему за то, что он не позволил ему случиться. Ведь для меня это был неконтролируемый порыв и желание отблагодарить Стена за его сострадание и поддержку, но для герцога он имел бы совершенно другое значение. Возможно, он смог бы зародить надежду на взаимность его чувств, и особое расположение Избранной к нему. Но это не совсем так. Да, мне нравится Стейндомнд Рейнхарт как человек, как воин и как мужчина — к чему лукавить, он предан, честен и заботлив — одним словом, сочетает все, что я так ценю в представителях сильного пола по отношению ко мне — но я не могу ответить ему взаимностью. Если я это сделаю, я полностью отдам себя в руки любви, не смогу покинуть возлюбленного и, как итог, не вернусь на Землю. Любовь — это бесценное чувство, но для меня узы крови сильнее. Они это то, что навсегда со мной, а вот любовь может исчезнуть, пройти, закончиться. И как показал мой печальный опыт, случиться это может также неожиданно, как и начаться. Поэтому все это время я старалась держаться со Стеном в подчеркнуто дружеских отношениях, а попросту Охотника игнорировала. Последнее, было не трудно, поскольку Хедвиг также старался держаться от меня подальше, проводя все больше и больше время в обществе Белли. И, как мне показалось, даже оказывал ей некоторые знаки внимания. Они были подходящей парой, речь не только о прекрасном сочетании их типажей внешности, но и о характерах: язвительный и злобный характер Охотника Беллавия отлично уравновешивала своим дружелюбием, обаянием и добрым нравом. Возможно, перед тем как отправиться домой, я смогу увидеть рождение новой семьи.

Отношения Хедвига и Стейндмонда стали натянутыми. Каждый старался до минимума ограничить общение с неприятным ему субъектом, и порой мне казалось, что они словно заклятые враги ненавидят друг друга. Пожалуй, единственное, что я так и не смогла понять из всей этой ситуации: почему Хедвиг без видимых на то причин возненавидел Стена? В начале нашей экспедиции он даже не обращал на него внимания. А тут буквально из ниоткуда появилась открытая неприязнь? Может быть, он ненавидит всех, с кем я тесно общаюсь? Но следуя данной теории, почему Инбер Фэйнвик, также входящий в круг моего довольно близкого общения, не попал в его черный список? Откуда такая избирательность? А главное, почему именно ситуация с поцелуем спровоцировала этот всплеск ярости и агрессии? Так много вопросов, и так мало ответов. Хотя… моя интуиция и женское тщеславие — куда ж без него — настойчиво утверждали, что Охотник меня вовсе не ненавидит, а наоборот, любит и, видя меня рядом с герцогом Рейнхартом, дико ревнует, маскируя ревность ненавистью. Интересная теория, я бы даже сказала фантастическая, но вот только я не верю, что между ненавистью и любовью один шаг. Так не бывает! И лучше оставить все эти размышления в стороне и сконцентрироваться на своей основной задаче — поиске Тэлума. Пока что мне так и не стало известно его точное местоположение, и на связь он больше не выходил. Мои попытки призвать его, артефакт оставлял без внимания. Но я терпеливая, и спокойно подожду момента, когда он наконец-то соизволит откликнуться на зов своей будущей хранительницы.

Привал на ночь был сделан уже непосредственно в лесу. Возле прекрасного озера, в которое впадал небольшой водопад. Красивая картина представала пред глазами: мрачный темный лес и кристально чистая вода, с брызгами и тихим рокотом, падающая с невысоких скал. Учитывая, что со времен вхождения в болота полноценное купание не было частью моей жизни, я с превеликой радостью искупалась в озере. В одежде, разумеется: то, что можно было снять и не показаться распутной, например ботинки, носки и магические доспехи, я оставила на берегу. Приятным бонусом оказалось и то, что озеро прекрасно подходило для водных процедур: отличный песчаный берег и дно без резких обрывов; чистая вода; отсутствие сильных подводных течений и нечисти, по крайней мере, первичная проверка ее не выявила. Мой пример оказался заразителен. И вот уже Белли, а за ней и Инбер, и Стен плещутся вместе со мной в озере. Лишь охотники на нечисть и командир Инверс остались на берегу и с улыбками наблюдали за нашим ребяческим поведением. Когда купание было окончено, все мы с помощью магии высушила оставшиеся на себе вещи и волосы. Инбер, исключительно из доброты душевной, как он сам заявил, предложил посушить мне спинку. Но это было излишне. Я и сама справилась с этой задачей, используя свои навыки самостоятельного застегивания молнии на спине, так знакомые всем земным женщинам.

Чистые и довольные мы без труда разбили лагерь: разожгли костер и расстелили свои спальные мешки. Сытный ужин дополнил приятную картину нашего бивуака в Темном лесу.

Костер горел ярко, языки пламени быстро вздымались и столь же стремительно опускались, иногда потрескивали ветки. Я зачарованно смотрела на пламя, и на какое-то мгновение, мне показалась, что я снова оказалась в детстве. Сижу воле костра в походе вместе с родителями и сестрой, которые просто отошли и сейчас вернуться. Но они никак не возвращались, а я была уже не ребенком. Детство закончилось, походы прекратились, а я вообще попала в другой мир и рискую жизнь ради какого-то артефакта. Поведай мне кто-нибудь о подобном перемещении в другой мир, я бы покрутила пальцем у виска и списала все на разыгравшуюся фантазию рассказчика. И все-таки жизнь странная штука, — подытожила я свои размышления и взглянула на яркие языки пламени. Они сыпали искрами, сплетались в причудливый узор, и на миг мне показалось, что они смутно отражают мое лицо. Так оно и есть. Сначала лицо, потом шею, туловище, руки. И вот девушка, как две капли похожая на меня, стоит возле массивной деревянной двери, окованной железом. Взмах рукой и слово на древнем языке Светлого королевства, снова взмах рукой, сопровождаемое словом на древнем языке магов. А далее под длинное заклинание моя копия магическими потоками, исходящими из ее ладоней, рисовала причудливый и сложный узор. Когда все было окончено, ярко-оранжевый символ завис в воздухе.

— Любовь да откроет все врата! — сказала девушка певучим голосом на древнем языке и приложила ладонь в центр символа. Он тут же рассыпался на множество искр. Врата, ведущие внутрь замка, распахнулись. А затем я снова увидела костер и наш лагерь.

Привидится же такое, — подумала я и тут же почувствовала тепло в правой ладони. Мой символ ярко светился и приятно грел руку. — Значит, Тэлум снова вышел на связь, — заключила я и попыталась вновь прокрутить только что увиденную картину и тщательнее ее запомнить все детали и нюансы открытия врат в пристанище Тэлума.

Ночь прошла без эксцессов. Утром мы сложили свои пожитки, затушили костер и после небольшой разминки, но уже без проведения магического спарринга, отправились в путь. Сегодня мрачный лес был недружелюбен по отношению к пришельцам. Извилистые корни значительно затрудняли движение, а через некоторые и вовсе приходилось перелезать, как через забор; ветки так и норовили отхватить себе в подарок кусочек твоей одежды; множество озер приходилось обходить, делая крюк и тратя на это много времени; разнообразная лесная нечисть атаковала нас — и все это в течение одного дня. Но я не жаловалась, после всего случившегося на болотах вообще было сложно роптать на что-либо, даже если оно настроено на тебе чрезмерно агрессивно. И абсолютно неважно, кто это. Твари или Охотник, который до сих пор был зол на меня, хотя и не демонстрировал в открытой форме свое неприязненное отношение к Избранной. Но глаза — это зеркало души, выдавали всю его подноготную. Со Стеном они так и не помирились, но и новых конфликтов не устраивали. Остальные участники экспедиции в принципе никогда не проявляли к друг другу какой-нибудь агрессии или неприязни и были в целом неконфликтными людьми.

Как и в первый день нашего пребывания в Темном лесу, ночлег был организован возле источника пресной воды. Новое озеро было очень похоже на водоем с нашей прошлой стоянки: тот же песчаный берег, небольшой водопад, ниспадающий со скал и мерцающее под лунным светом зерцало вод.

Тихий рокот водопада успокаивал и наводил на приятные мысли. Не будь в этих местах нечисти, здесь можно было бы организовать отличную базу отдыха или же построить элитный загородный поселок. Увы, экономическое образование дает о себе знать даже в этих мрачных местах, где я увидела перспективу развития. Однако отвлечемся от спонтанного бизнес-моделирования, сейчас это не самое главное. Смотрю на сердцевину нашего походного костра и призываю Тэлум выйти на связь со мной. Огонь начал колыхаться и тьма забрала меня в свои объятья.

Что-то сильно жжет мне руку, и эта острая боль заставила меня очнуться. Моя ладонь оказалась в опасной близости от костра и несколько язычков пламени сотворили на ней небольшой ожог.

— Ааашш, — шипя от боли, резко отдернула я руку от источника опасности и подула на ожог. Голова гудела, в ушах был шум и о том, как так получилось, я совсем не помнила. И почему Белли, которая была рядом со мной в момент призыва к Тэлуму, распростерлась без признаков чувств на земле, а возле нее лежит дубинка?

— Белли! Белли! Очнись! — трясу я целительницу и пытаюсь привести ее в чувство. Не получается! Щупаю пульс. Жива! Продолжаю трясти девушку, и тут шум в ушах сменяется песней.

Чудесной песней, исполняемой великолепными женскими голосами. Она завораживает и расслабляет, возносит на вершины блаженства и обещает нескончаемое удовольствие и. И? Песни в полном нечисти лесу? Ночью? Здесь что-то не так! И где остальные? Применив заклинание ночного зрения, вижу удаляющиеся спины мужской части нашей экспедиции. Они направляются к озеру и двигаются так, словно впали в гипноз. Гипноз, песня, мужчины?! Сирены! — резко осенило меня. Только сирены с помощью песни завлекают свою добычу, причем добычу исключительно мужского пола.

Резко встаю и бегу в сторону мужчин. Сбиваю одного с ног магической петлей, формирую новое заклинание, и замахиваюсь на второго. И тут не я, а уже меня сбивают с ног. Тело пригвоздило к земле крепкая магическая сетка. Сирены постарались! Эти безумно красивые девушки с длинными волосами и рыбьими хвостами помимо чарующего голоса обладают, с помощью которого они вводят мужчин в гипноз и управляют ими, обладают еще и магией. Водной магией. Единственные стихийницы в этом мире. Эндемики Икии, черпающие силы из водных масс, а не из внутренних резервов. Но все это второстепенно! Сейчас мне нужно как можно быстрее освободиться и спасти ребят, иначе они станут прекрасным ужином для плотоядных водных красоток. Прожигаю заклинание сирен. Медленно, слишком медленно! Сильно они меня приложили! Но вот освободилась моя левая рука, затем правая. Снимаю путы с головы и шеи. А мужчины уже по пояс в воде. Времени в обрез! Убить сирен не получится, поскольку их потенциальная еда образует своеобразный барьер между ними и мной, а значит, пытаясь убить этих лесных певиц, я могу причинить серьезный вред воинам. Что же делать?! Что делать?! Петь! Клин клином вышибают!

Складываю руки в рупор, добавляю к этому магическое усиление голоса и начинаю петь.

— Во поле береза стоялаааааааааа, во полеееее кудряваяяя стояяяяла! Люли, люли, стояяяяла! — ужасно фальшивя, пою я. — Люююли, люююли стояяяяла! — продолжаю еще усерднее, зная, что мое полное отсутствие музыкального слуха — о чем особенно сокрушалась моя одаренная в музыкальном плане мама — способно напугать любого. Неистово продолжаю горланить песню и вижу, что сирены с ужасом на лице прикрывают уши руками, ибо обладая столь прелестным голоском, они в тоже время плохо переносят слишком громкие звуки и какофонию. Вот тут-то и пригодилось мои ужасные голосовые данные и «талант певицы». Еще добавляю громкости своему голосу, а сирены начинают биться в конвульсиях, не понимая, что происходит. В итоге, к третьему куплету, они, страшно корчась, убрались восвояси. Так-то! Знай наших! Народное творчество — это сила!

Когда твари исчезли в одном им известном направлении, используя все те же рупор и магию громко крикнула: «Очнитесь!». Мужчины, еще не пришедшие в себя после гипноза сирен, вздрогнули от этих слов и непонимающе начали озираться по сторонам.

— На вас напали сирены, но моя песня прогнала их! — прояснила я им сложившуюся ситуацию и когда они меня заметили, добавила. — А теперь шагом марш в сторону Избранной!

Пока они добрались до меня, я успела практически полностью избавиться от сети сирен и уже более подробно обрисовала всю сложившуюся ситуацию. Потом мы помогли Белли, постепенно приходившей в себя, и совместили все кусочки мозайки в единую картину: сирены с помощью особых, не уловимых для наших ушей звуков, ввели в гипноз мужчин и приказали им оглушить нас, что и было сделано с помощью удара дубинкой по голове. Затем они, находясь под чарами водной нечисти, направились к озеру, и если бы не ожог, приведший меня в сознание, и русская народная песня в моем исполнении, беды было не миновать.

— Так вот, кто издавал эти ужасные звуки. А я было списал это на вой оборотней, — пошутил Инбер, намекая на мои музыкальные дарования.

— Если бы не этот вой оборотня, ты был бы сейчас ужином, — парировала я, намекая на его черную неблагодарность.

— Вой оборотня может и страшный, но он не лишен мелодичности, — вклинился в наш разговор Хедвиг, — в отличие от песни Из… — мужчина осекся на полуслове.

— Прощу прощения, тэн Палм, что мой немелодичный голос заставил вас испытать невыносимые муки! Мне стоило догадаться, что для такого эстета, как вы, общество сладкоголосых сирен будет более приятно, нежели мое, — саркастично ответила я этому защитнику прав оборотней.

— Вы хотите сказать что, будь у Избранной право выбора, она бы не стала спасать меня от сирен? — полусерьезно-полушутя спросил Охотник.

— Будь у Избранной такой шанс, я бы лично помогла им добить вас, — ответила я в таком же ключе и коварно улыбнулась.

Охотник на нечисть лишь хмыкнул в ответ.

— Выглядит слишком кровожадно, вы это не находите? — попытался укротить проявления острой неприязни между Хедвига и Избранной Инбер. — А ведь иногда, подобные чувства приводят к большой любви, — неудачно пошутил маг.

— Нет! — в один голос с Охотником прокричали мы.

— Не зарекайтесь! Сейчас нет, а потом меня на свадьбу к себе пригласите, — с лукавыми огоньками в глазах сказал смешливый маг.

— Кто-то планирует играть свадьбу? — удивленно спросила Беллавия. — Я чего-то не знаю?

— Не обращай внимания на глупые слова Инбера, — ответила я и тут же добавила, глядя в глаза мага. — С такой фантазией, как у тебя, только бульварные романы сочинять.

— Обязательно рассмотрю твое предложение, — ответил мужчина, улыбаясь. — И все же я бы на твоем месте подумал о браке с поданным Светлого королевства.

— Фантазер ты! И болтун! — с укоризной проговорила я. — Мы ищем Тэлум, а не мужа для меня!

— И с чего ты взял, что я женюсь на ней? Она мне предложение еще не сделала, — подыгрывая магу, ответил Хедвиг. — А ведь после всего, что с нами произошло, Избранная как приличная девушка, должна была незамедлительно это исполнить, — проговорил мужчина и лукаво посмотрел на меня.

— А вы не боитесь, что я окажусь слишком горяча для вас? — парировала я и как бы невзначай сформировала на руке огненный шарик. — Любовью ведь можно сильно обжечься, — и тут же увеличила размер шара в несколько раз.

— Тея Елена, прошу вас не применять насилие к участникам экспедиции, — произнес подошедший командир отряда. Он вместе со Стеном и вторым охотником на нечисть осматривали берег озера на предмет возвращения или же наличия новых сирен. На этот раз они были предусмотрительны и использовали специальные затычки для ушей, не позволяющие сиренам применить к мужчинам гипноз. Ранее их не применяли, поскольку сирен в озере, до их непосредственного появления, не было обнаружено. Первичная проверка, заключающаяся в запуске особого артефакта, издающего неприятные для водной нечисти звуки и тем самым заставляющая их уйти или же надолго залечь на дно, ничего опасного не выявила. Но как можно проверить целое озеро, соединенное с остальными водоемами, коими изобилует эта часть леса подводными пещерами, где можно спокойно спрятаться от ненужных соглядатаев и неприятных артефактов?! Никак, вот и получилось то, что получилось.

— Сирен сейчас нет, но они могут вернуться, причем вместе с водяными и сторками. Вступать с ними в бой и тратить магический резерв бессмысленно, поэтому нам необходимо покинуть данную местность, — констатировал тэн Инверс результаты нового более тщательного осмотра озера. — Отправимся на запад, где нет озер. Пройдем несколько ти и там устроим привал. Даю полчаса на сборы, — приказал боевой маг. — Вопросы есть? Вопросов нет, — добавил строго воин и отправился складывать свой спальный мешок, своим примером демонстрируя единственно правильное в данном случае поведение.

Полчаса нам вполне хватило, чтобы уложить свои пожитки, затушить костер и быть полностью готовыми к новым приключениям. Шли мы медленно, поскольку ко всем трудностям лесных тропинок, добавилась еще и темнота. Использование осветительных артефактов, магических фонарей или светлячков, как их еще называют, помогало хорошо освещать местность, однако заменить дневное светило и указать все нюансы пути не могли. Но все же мы добрались до заданной точки, разбили новый лагерь, и я мгновенно отошла в царство снов. Приятных снов о доме и близких.

ГЛАВА 11

— Здесь ловушка! — остановил нашу процессию шедший впереди всех охотник на нечисть. В доказательство своих слов он взял с земли палку и бросил ее в куда-то в сторону. В мгновение ока послышался свистящий шум, и на месте палки оказалась магическая сеть.

— Скорее всего, здесь есть и другие ловушки. Наемники обычно не скупятся на подобные вещи, — как эксперт заявил Хедвиг Палм, человек номер два в нашей колонне.

И он был прав. Наемники очень часто устраивают свои убежища на территории Темного леса, где никакие блюстители закона им практически не страшны, и защищают свои владения от непрошеных посетителей вот такими ловушками и иными не менее опасными средствами в неограниченном количестве.

— В таком случае обойдем их, — добавил командир отряда, практикующий политику «мы лучше обойдем опасный участок, чем будем тратить на него свои силы» и приказал аккуратно, следую только своим прежним следам, идти обратно. И мы аккуратно начали пробираться назад. Но наше отступление не осталось незамеченным. Когда мы вернулись к небольшой лесной поляне, которую уже пересекали сегодня, на нас напали. Неожиданно и резко! Казалось, сам лес принял человеческое обличье и атаковал незваных гостей.

Судя по маскам на их лицах, кожаным поясам с выгравированными на них причудливыми символами и заклинаниям, не свойственным светлым магам, это были темные наемники. Люди без принципов и жалости, ради денег и собственной выгоды способные на все. Обман; вероломное нападение; убийство; похищения; насилие над женщинами, детьми и немощными стариками; подлог; жестокие пытки и многое другое от чего у честных людей встают волосы дыбом — для них нет ничего невозможного. Вкупе с подобными моральными принципами способность темных магов быстро переноситься в любую точку мира посредством своих межпространственных порталов делает их серьезной угрозой. Однако, не только темные маги вступают в ряды этих негодяев, здесь вы найдете и полуоботней, и светлых магов, и сбежавших заключенных, и насильников, и воров, и убийц — многие маргиналы со всего континента испытывают особую тягу к ремеслу наемника!

Нападающие атакуют яростно и агрессивно, проявляя при этом большую искусность в использовании своих магических способностей. Драться с ними было нелегко, но и в нашем отряде были прекрасные бойцы и сильные маги. Если не брать меня, каждый участник экспедиции имел большой боевой опыт и был закален походной жизнью, наполненной битвами с различного рода нечистью и темными магами.

Битва света и тьмы с каждой секундой становится все жарче. Ни одна из сторон сдаваться не собирается, даже не смотря на численный перевес темных и нашу большую магическую мощь, поскольку все маги из отряда являются высшими, а у меня к тому же еще и очень-очень мощный магический резерв, который при правильном обращении может представлять серьезную угрозу для наших недоброжелателей.

В меня летит темный сгусток с неровными краями, который при попадании полностью парализует жертву на несколько часов, иногда даже дней. Использую особый магический примем, которому научил меня Стен, и заклинание летит обратно. И тут же присовокупляю к этому «Огненный вал». Яркий клинообразный магический поток проходит возле меня, пробив общий магический щит, и только моя сверхбыстрая координация, появляющаяся только во время боевых действий — одна из привилегий дара Избранной — позволяет уклониться от опасного заклинания. Стремительно формирую в ответ на это мощное боевое заклинание. Но вместо готового заклинания резко теряю равновесие и падаю на землю. Черная нить, проникнувшая сквозь образовавшуюся брешь, обвивала мою ногу, и, следую повелениям своего хозяина, тащит меня в сторону наемников. Все это было настолько неожиданно и стремительно, что пока я только успела осознать, как избавиться от этого «подарка» темного мага, кто-то резким движением разрубает эту темную нить, надо мной формируется щит, а чьи-то руки подхватывают, поднимают и возвращают обратно под общий защитный купол. И я снова в строю, и я снова борюсь с враждебным миром. И теперь еще вливаю силы в изрядно потрепанный и местами пробитый щит. Теперь он способен еще продержаться и дать нам шанс победить сильных врагов.

Противостояние продолжается. Напор наемников увеличивается, а мы еще усерднее сопротивляемся. Посылаю в сторону противников огромный пылающий смерч, вложив в него неплохую часть своего резерва. И он достиг поставленной цели: несколько наемников лежат без чувств и, похоже, без шансов на выживание после такого удара. Отлично! Действуем дальше! Формирую новый смерч, и тут чувствую, что щит напротив меня пробит. Пытаюсь залатать некстати возникшую дыру, но темная пелена застилает глаза. А далее все происходит стремительно: мои ноги обвивает нечто, я падаю на землю и слышу чьи-то крики. Тьма усиливается, проникая глубоко во внутрь. Становится трудно дышать, и на какое-то мгновение я теряю сознание. Пелена рассеялась также стремительно, как и появилась, а я, уже нахожусь в руках темного наемника и к моему горлу приставлен клинок.

— Одно движение и Избранная умрет! — грубым мужским басом кричит мой захватчик. — Опустили щит и оружие, подняли руки вверх и по одному выходим к нам! БЕЗ РЕЗКИХ ДВИЖЕНИЙ! — продолжает кричать мужчина, и я ощущаю холодное лезвие на своей коже.

Видя всю безвыходность положения, а главное, дорожа жизнью Избранной, мои коллеги по поиску Тэлума убирают щит. Как только защитный купол исчез, ребята согласно требованиям наемников подняли руки вверх, опустили на землю свое оружие, вещи и стали по одному выходить к бандитам, нацеливших на них темные заклинания, смертельная мощь которых чувствовалась даже на расстоянии.

Сама не зная почему, но бросаю пристальный взгляд на герцога. И в его глазах я прочла готовность. Мы поняли друг друга без слов. Аккуратно начинаю сосредотачивать магию на правой ладони и очень-очень осторожно начинаю создавать парализующее заклинание «Жало».

Время тянется медленно. Бесконечно медленно, как мне кажется. Еще чуть-чуть и все будет готово. Тут Стен, которого наемники уже заковали в антимагические браслеты и собирались заковать в кандалы, резко вырывается из рук захватчиков, отвлекая внимание на себя, а я с силой всаживаю магическое жало в бедро бандита. Но… Ничего не происходит! Оно не действует!

— Дрянь! — сквозь зубы выругалась несостоявшаяся жертва, а я получаю кулаком в живот. От сильной боли складываюсь пополам и оседаю на землю. Но полностью «насладиться» всеми преимуществами отдыха на лесной подстилке мне не позволили, буквально через секунды вернув меня в прежнее положение и еще сильнее вдавив в шею свой клинок. От такого усердия по коже медленно потекла струйка теплой крови. Но в сравнении с болью в животе, это было мелочью. Как и подобает истинному светлому магу, молча терплю боль, сильно зажмурив глаза, крепко стиснув зубы и сжав кулаки.

— Ты думала, мы тут в игры играем! — выплевывая каждое слово в бессильной ярости, сказал мужчина. — Еще никто не смог пробить защиту Довга, светлое отродье! — почти смеясь, продолжил темный маг, и меня осенило, почему не сработало заклинание. Защитные символы пояса наемника сделали его одеяния непроницаемыми для магических заклинаний малой и средней тяжести. А «Жало» как раз относилось к последнему. Ну я глупая! Надо было сразу это просчитать, а не действовать наобум!

После такой неудачной попытки вырваться на свободу, никто из группы больше сопротивления не оказывал. А некоторые попросту физически не могли этого сделать: герцог Рейнхарт еле стоял на ногах, а на его красивом лице наливался огромный подглазный синяк. Что же они с тобой сделали, Стен?! Что же они со всеми нами сделают?! Боль физическая уступила место ярости, медленно закипавшей во мне.

«Горите синем пламенем, подлые наемники! Пусть нечисть истребит всех вас до единого, моральные уроды!» — мысленно ругалась про себя из-за всего происходящего. А те, на кого были направлены все эти лицеприятные слова, тем временем надевали на мои руки широкие браслеты черного цвета, напоминающие по структуре застывшую смолу. Через всю их поверхность проходили серые жилки, которые стали ярко-голубыми, как только браслеты были надежно закреплены на моих запястьях. Эти оковы, плотно прилегая к коже, полностью лишали возможности применять магию. Теперь я и мой отряд остался без магической поддержки, а обычные кандалы, дополнительно украсившие наши руки и ноги, полностью отняли свободу передвижения. В дополнение ко всему этому каждому участнику экспедицию надели непроницаемые повязки на глаза. Мы в ловушке! И что с нами будет дальше, никому не известно!

Судя по закручивающимся магическим потокам — браслеты не позволяют использовать магию, но при этом не препятствуют распознаванию магических колебаний — нас ведут к порталам. Это и неудивительно, поскольку темные маги среднего и высшего уровня способны перемещаться сквозь пространство, в отличие от всех светлых. Однако у всех правил есть исключение, и если я отыщу Тэлум и посредством личного контакта (т. е. когда прикоснусь к артефакту) создам с ним устойчивую связь, я также смогу создавать межпространственные порталы.

Проходя сквозь портал, ощущаю легкое покалывание во всем теле. Брр! Какая же темная магия неприятная! Теперь становится понятным, почему за все существование Рэгнума, было мало браков между темными и светлыми магами. Видимо, неприязнь между нами заложена на глубинном уровне инстинктов и подоплеке внутренних магических сил. А возможно, все дело в инормирном происхождении моего организма, не особо приспособленного к межпространственным порталам. Неуместные рассуждения на столь отвлеченную тему в данный момент были излишни. Однако они помогали мне не паниковать и как-то отвлекали от всего ужаса сложившейся ситуации. Подобный прием «отвлечения посредством размышления на постороннюю тему» всегда помогал мне на Земле, и сейчас он действовал безотказно. Так, и на чем я остановилась. Ах, да. Магические вибрации темных…

Свет тусклого солнца после длительного нахождения в повязке показался чрезмерно ярким и заставил щуриться. Когда глаза привыкли к дневному освещению, я увидела вокруг палатки, костры с расположенными над ними котелками, злобные ухмылки на грубых лицах вооруженных до зубов людей. Наше «триумфальное шествие» через небольшое поселение наемников сопровождалось улюлюканьем и беспардонными смешками в наш адрес. Одна особо игриво настроенная персона послала мне воздушный поцелуй, а Белли масляным тоном бросила фразу: «Какая куколка! Иди ко мне, крошка!». Типичный пикапер, одним словом. Видимо этот контингент мужчин есть не только на Земле, но и во всех мирах Вселенной.

Нас остановили возле самой большой палатки, расположенной в конце их палаточного лагеря. Тот, кто приставлял мне нож к горлу, зашел во внутрь шатра. И через некоторое время вернулся в компании высокого, крепко сложенного мужчины в бархатной куртке цвета мха. Он спокойно окинул всех проницательным взглядом холодных темно-карих глаз. От этого сосредоточенного взгляда и легкой улыбки одних уголков губ стало не по себе, а исходившие от него темные магические вибрации, отчетливо свидетельствовавшие о принадлежности этого наемника к высшим магам, невольно добавляли страха перед этим человеком. По всей видимости, это их вожак, поскольку единственное, что наемники чтят помимо денег и собственной выгоды, это сила.

— Этого в клетку, — мужчина указал на еле державшегося на ногах Стена с заплывшим глазом. — Остальных в шатер! — спокойно дополнил он первый приказ и вернулся в свою резиденцию.

Внутри шатер был обставлен со вкусом и даже некоторой претензией на роскошь: узорчатые ковры на полу, огромное ложе, устланное парчовым покрывалом с золотыми кисточками по краям; ширма с красивой росписью; небольшой столик красного дерева с множеством бархатных подушек вокруг него, выполнявших роль стульев. Теперь я была точно уверена, что темный маг в бархатной куртке был предводителем этой шайки наемников.

— Куда и зачем вы направлялись? — спокойным тоном спросил главарь, как только наши стражи, закрепив нас в одном положении темной магией — чтобы мы не смогли навредить их вожаку — удалились восвояси по его же приказу.

Тишина. Никто ничего не отвечает.

Темноглазый мужчина без каких-либо слов и эмоций сформировал «Острие смерти» и подставил к моей шее.

— Куда и зачем вы направляетесь? — невозмутимым тоном повторил свой вопрос маг. А я замерла, зная, что одно мое неловкое движение и мне обеспечены часы мучительной агонии, оканчивающиеся не менее мучительной смертью, когда жертва буквально до костей раздирает свою кожу.

— Замок Фогг на северной окраине Темного леса. Мы ищем Тэлум, указавший Избранной эти координаты, — ответил командир Инверс по шаблону, сформированному специально на случай нашего пленения. И если точное место нахождения артефакта можно было скрыть, то повторить подобное с целью нашего путешествия не представлялось никакой возможности. Мой яркий символ говорил сам за себя. Любой человек, знающий историю о Тэлуме и его хранительнице — а все жители Икии знали об этой неразлучной парочке — мог легко догадаться, что появление Избранной в сопровождении боевых магов, целителей и охотников на нечисть на территории Темного королевства — где по слухам и был спрятан артефакт — это не просто цепочка случайных совпадений, а целенаправленно организованная экспедиция.

— Это правда? — темный прошелся влево и, остановившись возле охотника на нечисть, пырнул его в живот. Раненный Аград Друмм вскрикнул, затем резко забился в конвульсиях, издавая душераздирающие крики из-за невыносимой боли, причиняемой ему действием «Острия смерти». При этом он не упал, поскольку путы темного заклинания наемников поддерживали это терзаемое тело в вертикальном положении.

— Правда, — прошептала я, напуганная этой неожиданной жестокостью. Темный, услышав мои слова, взмахом руки лишил Друмма возможности кричать, восстановив тишину в своей резиденции.

— Я буду убивать вас по одному, если вы не скажите мне достоверную информацию, — все тем же невозмутимым тоном проговорил тиран, выждав небольшую паузу, чтобы мы, видя муки раннего товарища, смогли принять правильное решение. — Исходя из этого, я советую вам хорошенько подумать над моим вопросом.

И он подошел к Инберу, стоявшему рядом с корчившимся и ныне безмолвным охотником.

— Мы сказали вам правду, — сказал командир нашего отряда. — Вы можете убить нас всех, но от этого наш ответ не изменится, — проговорил он и ни один мускул не дрогнул на его лице.

— Повторяю в последний раз. Куда вы направлялись? — как заведенная игрушка продолжал главарь, и рука с несколькими перстнями и печаткой отошла от Инбера и приставила клинок к моей груди, так что острие упирается в нее. Одно движение темного, и я погибла. Удивительно, но страха, что меня убьют, я не испытывала, наоборот, моя внезапно пробудившаяся интуиция твердила, что он меня не тронет. По крайней мере, его смертельного заклинания я могу точно не опасаться. Эта внезапно появившаяся уверенность заставила меня спокойным голосом ответить: «Все, что было сказано нами — это правда. Я как Избранная, полностью ручаюсь за достоверность предоставленной вам информации».

Как только я закончила эту фразу, темный маг хмыкнул, и клинок испарился. А вот взгляд с моей груди мужчина не убрал. Насмотревшись вдоволь на мои женские прелести, он похотливо улыбнулся и тронул золотой перстень с огромным красным камнем. Тут же вошла стража, и, получив приказ увести всех, кроме Избранной, принялась его исполнять.

А жестокий темноглазый маг с кудрявыми светлыми волосами, ни на кого не обращая внимания, стал оценивающе осматривать меня с ног до головы, при этом сладострастно ухмыляясь.

— Не трожь ее, Эйнхарт! Она принадлежит мне! — вырываясь из рук наемников, неожиданно закричал Хедвиг, а вожак лишь молча кивнул стражнику и тот вывел Памлма наружу.

От подобного заявления я опешила.

— Слухи о вашей красоте не врут. Вы действительно само совершенство, — вывели меня из оцепенения слова главаря, к которым они присовокупил нежное поглаживание моего виска. Затем его рука плавно перешла на щеку, и неотрывно находясь на мне, опустилась на шею. — И как эти мясники посмели с вами так грубо обойтись. Абсолютное отсутствие такта, — искренне возмутился мужчина моим порезом на шее — как будто раньше его не видел! — и приложил к нему свою ладонь. От его руки исходило тепло, которое скорее пекло, чем согревало.

«Скорее всего, он лечит мой порез», — подумала я и молча терпела непредвиденный акт оказания медицинской помощи темным.

Когда с заживлением раны было покончено, рука главаря наемников продолжила исследование моего тела и теперь остановилась на груди.

— Прекратите! — крикнула я и резко дернулась, но из-за заклинания наемников, державшего меня в тисках, отстраниться от похотливого мага не удалось.

— Никогда бы не подумал, что иномирянка может быть настолько соблазнительной и пылкой, — с томной поволокой в глазах сказал темный искуситель и переместил руку с моей груди на талию, прижав меня к себе, а другой взял мое лицо. Я попыталась отвернуться, но его рука крепко держала мой подбородок. Его глаза светились торжеством и похотью.

— Нет! — громко вскрикнула я, когда маг практически прикоснулся к моим губам.

— Оставь ее! Она моя! Во всех смыслах моя! — закричал ворвавшийся в шатер Хедвиг, и тут же получил в спину заклинанием от стражи.

Но свое дело он сделал, поцелуй не состоялся. Хоть какая-то от него польза.

— Оставьте его! — небрежно добавил главарь, и Охотника оставили чуть поодаль от нас так, чтобы он мог все видеть, но не смог помешать, поскольку темным заклинанием его пригвоздили к месту.

— И на что же ты готов, Хедвиг, чтобы вернуть свою женщину? Может быть, достоверная информация о местонахождении Тэлума спасет ее? — спросил мужчина и страстно поцеловал меня в губы. Я сопротивлялась поцелую, как могла, на что Дон Жуан темного разлива начал причинять мне боль своим поцелуем, больно впиваясь в мои уста и требуя ответа. Я покорилась, а когда все закончилось, демонстративно плюнула в сторону, выражая свое презрение и негодование.

Хедвиг Палм выглядел крайне раздосадованным. А потом, немного подумав, добавил с серьезным лицом: «Считай, что ты сейчас поцеловал половину Светлого королевства, а может и больше! А скольких она осчастливила чем-то более значимым, чем поцелуи, и не поддается учету! Но по старой дружбе скажу тебе, что с ней ты не прогадаешь. Она горячая штучка и способна подарить истинное удовлетворение мужчине, — тут он от удовольствия закатил глаза, вздохнул с довольной улыбкой и добавил. — Вот это достоверная информация (последнюю фразу он особенно выделил)».

Кто опешил от подобной «достоверной информации» я или сладострастник-маг, сказать сложно. Но после такого ответа Охотника — а он назвал меня «горячей штучкой» не знающей удержу в плотских утехах! — слова от негодования застряли в горле, а вожак с брезгливой миной отшатнулся от меня, как от прокаженной.

Через мгновение появилась стража.

— Уведите их! — громко крикнул темный маг, и мы под строгим надзором наемников покинули палатку руководителя этой организованной-преступной группировки.

Высокая клетка была окружена чем-то вроде силового поля, переливающегося всеми цветами радуги.

Толстые прутья, тяжелый засов на двери и чистый пол — первое, что я отметила, когда попала в клетку вместе с Хедвигом. Вторая моя мысль — я убью этого болтливого Охотника! Злоба, медленно закипавшая во мне после сцены в шатре, достигла точки кипения при виде этого нахального и лживого лица совсем рядом.

— Я тебя убью, лжец! — со злобой прокричала я и с кулаки набросилась на своего обидчика. — Ты совсем спятил! Назвал меня, честную девушку… — тут я выразилась на местном наречии, подразумевая любвеобильную даму, не ведающую отказа, и ударила в плечо Охотника. — Какая горячая штучка! Какая твоя во всех смыслах! — продолжая бить этого лжеца, хотя это и было сложно из-за кандалов и активного сопротивления Палма.

— Подонок! Обманщик! — кричала я, пытаясь попасть в причину своего раздражения, которая ловко уворачивалась от моей атаки. — Убью! Уничтожу! Взорву! — продолжаю неистовствовать, теперь пытаясь освободить руки из тисков мужчины и осуществить свои угрозы.

— Не стоит усугублять и без того сложное положение, — спокойно отвечает охотник на нечисть и при этом крепко держит меня за запястья.

— Усугублять?! И ты смеешь это говорить мне?! Ты?! Лживый! Ненавистный! Аморальный! Грубия… — мой рот закрывают поцелуем. Поцелуем!

Моим первым действием после окончания этого акта неожиданной любви было удивление, а вторым — пощечина, которую я со всей силы залепила нахалу.

«Да что за день такой?! Сначала один целует, потом второй, — повернувшись спиной к Охотнику и уйдя подальше от него — насколько это позволяли небольшие размеры клетки — думала я с надутыми губами. — Плюс ко всему меня оскорбили, взяли в плен, посадили в одну клетку с неприятным мне человеком и теперь неизвестно, что со мной и всем нашим отрядом сделают. За что мне все это?!»

— Пощечина и обида — это вся ваша благодарность, Избранная? Я спас вас от унизительной участи наложницы, а вы с кулаками кидаетесь на меня, — проговорил несносный мужчина после некоторого молчания.

Я проигнорировала подобное заявление, всеми силами пытаясь сдержаться и опять не кинуться на Хедвига Идена Палма. Пока получается плохо. Пришлось впиться ногтями в ладони, ибо только так я могла утихомирить бурю негодования и ярости в своей душе.

— Неблагодарных никто не любит в Светлом королевстве, — после короткой паузы попытался мужчина наладить контакт со мной.

— А за что мне вас благодарить? За репутацию распутницы? Или же за поцелуй? — чеканя каждое слово, ответила я и со злобой посмотрела в лицо Хедвига.

— Поцелуй был лишь средством обороны, а репутация распутницы спасла вас от притязаний темного, — констатировал мужчина невозмутимым голосом. — Или вам он приглянулся, и вы не прочь одарить его своей любовью? — со злобной иронией сказал Охотник и пристально посмотрел мне в лицо своими стальными глазами.

«Он неисправим!» — подумала я и, злобно фыркнув, отвернулась от своего партнера по заключению и персонального источника моих злоключений в душевном плане.

Взгляд скользил по прутьям клетки. Судя по их цвету и шероховатой поверхности — они сделаны с вкраплениями игвита, минерала, делающий металл настолько прочным, что пробить его можно только заклинаниями высшего ранга. И ничем иным, не говоря о простом физическом воздействии. Не каждый может создавать подобные заклинания, а антимагические браслеты вообще лишают шанс использовать магию. Еще и артефакты, расставленные возле клетки и служащие своего рода сигнализацией, оповещающей бандитов о попытке заложников бежать. Одним словом, наемникам удалось создать идеальное место для содержания пленников.

За долгие часы ожидания неизвестно чего я успела о многом подумать, несколько раз попытаться избавиться от черных браслетов с мерцающими голубыми прожилками, молча посетовать на свою горькую судьбу, мысленно пожелать всех «благ» наемникам с их вожаком и Охотником в придачу, поразмыслить о возможных способах побега отсюда. И в итоге, единственное, что я смогла после всего этого — полюбоваться предвестниками прелестного заката на лазурном небе, возвышавшимся над темной стеной деревьев.

— Может, вы перестанете обижаться? Вы умная девушка, а ведете себя как малое дитя, — попытался наладить со мной связь Охотник.

Я промолчала, поскольку голос мужчины вновь пробудил неприятные воспоминания недавнего прошлого. Вновь увидев все произошедшее, что-то зацепило мое внимание и показалось странным. Но вот что именно, этого я никак не могла понять. Вновь прокручиваю в своей голове картины минувшего. Ничего. Снова проделываю это. Эврика!

— Я перестану обижаться, если вы ответите мне на один вопрос. Откуда вы знаете имя вожака наемников, а он ваше? — холодным голосом проговорила, показывая, что его я еще не простила и одновременно пытаясь завуалировать подобным тоном свою заинтересованность в ответе на заданный вопрос.

— И только? Однако, я не ошибся, наделив вас разумом, тея Елена, — облегченно проговорил Охотник и сдержанным тоном продолжил, — с Эйнхартом Расклом я познакомился при выполнении задания от Департамента особых дел Светлого королевства, рассказать о котором подробно я вам не могу. Но. Всегда есть но. Если вы ответите на мой вопрос, я так уж и быть, удовлетворю ваше любопытство.

«Задание от Департамента особых дел Светлого королевств? Этой особой государственной организации, отвечающей за самые каверзные дела, связанные с безопасностью королевства, шпионажем и крамолой? Организацией, где работают только лучшие из лучших, и попасть куда мечтают многие, а могут только особо одаренные единицы. И Хедвиг в их числе? Мало в это верится, хотя жизнь научила меня уже ничему не удивляться, — думала я, а мой мозг все больше загорался любопытством. — И как он там оказался? Что за задание? Заинтриговал! Ради такого интересного кусочка из жизни скрытного Охотника можно и потерпеть его вопросы, — решила я не без внутренней борьбы, где одна сторона обвиняла Хедвига Палма в преднамеренном обмане Избранной, дабы задобрить ее после своего проступка, а другая верила ему и сгорала от любопытства. И победила последняя, ведь я очень любознательна от природы».

— И каков будет ваш вопрос, тэн Палм? — поинтересовалась я с максимально бесстрастным лицом.

— Вы любите герцога Стейндмонда Рейнхарта? — просто и без всяких обиняков задал столь щекотливый и очень личный вопрос мужчина, сидящий напротив.

«Неожиданно, — было моей первой мыслью, второй негодование — и зачем он опять влезает в мою личную жизнь?! Третьей недоумение — и что это ему даст? Четвертой предположение — а стоит ли рассказ о секретной миссии от Департамента особых дел подобной откровенности с моей стороны? И венец всех остальных — стоит, ведь о том, насколько точным и детальным будет мой ответ, речи не велось — рассудила я сама с собой».

— В данной жизненной ситуации испытывать сильные чувства к кому бы то ни было не представляется возможным, — лаконично ответила я.

— Значит, не любите? — с какой-то радостью в глазах ответил Охотник.

— Это значит, что вы задаете второй вопрос, так и не ответив на мой и тем самым не выполнив наш уговор, — строго проговорила я и добавила, — так вы расскажете об этом задании от Департамента особых дел?

— Предупреждая ваш следующий вопрос, а зная вас и ваше любопытство, один может перерасти в несчетное множество, скажу сразу, что я являюсь служащим Департамента особых дел достаточно длительное время, однако подобной информацией не афиширую, представляясь всем как простой охотник на нечисть. Это, как вы уже поняли, является лишь одной из моих профессиональных ипостасей и одновременно прикрытием моей основной деятельности агента Департамента особых дел, давшее мне прозвище Охотник среди моих знакомых и друзей. Однако, не будем отступать от основной темы. Несколько лет назад по заданию руководства я в качестве агента под прикрытием был отправлен в опасную банду наемников, сотрудничавшую с темными и приносящей немалый вред интересам светлых. Моей задачей было внедриться в их ряды, используя для этого свои способности полуобортня и затем, войдя в доверие к их вожакам, передавать информацию об их замыслах в столицу через один артефакт. В итоге посредством моих стараний главарей арестовали и казнили, остальную часть банды уничтожили при облаве. Однако Эйнхарту Расклу, одному из приближенных к казненным главарям и моему «приятелю», удалось сбежать от правосудия, — без пафоса поведал мне Хедвиг о своем опасном задании от Департамента особых дел.

— Если Эйнхарт Раскл узнал вас, увидев в составе нашей экспедиции, то почему же он сразу не приказал вас казнить как предателя? — зная о том, что наемники не прощают уход из своих рядов к обычной жизни и строго карают осмелившихся на это, приравнивая их к предателям, спросила я.

— А это уже второй вопрос, и он влечет прежнюю плату, — произнес Охотником тоном главы компании, договаривающегося с партнерами об условиях новой сделки.

Я лишь кивнула в знак согласия.

— Вернув Тэлум в Сиат, вы отправитесь на Землю или останетесь в Светлом королевстве? — с интересом спросил борец с нечистью и агент Департамента особых дел в одном лице.

— Мой дом, мои близкие и мои друзья находятся на Земле. Разве мой выбор не очевиден? Я думала, вы давно это уже поняли, — ответила я и заметила налет грусти в глазах моего коллеги по поиску Тэлума.

— Я думал, что… впрочем, сейчас это неважно. Эйнхарт не казнил меня только потому, что его больше интересуют Избранная и местонахождение Тэлума. Вот что для него первостепенно в данный момент, а лишить меня жизни он еще успеет. Здесь подобные вещи происходят спонтанно и без особых театральных представлений, вроде громогласного объявления обреченному, что его казнят, — спокойно ответил представитель сильного пола, словно ему предстоит что-то обыденное и не стоящее никаких треволнений событие.

— И как вы можете быть спокойны, зная, что вас в любой момент могут убить? — поразилась я такому железобетонному спокойствию.

— Мне не впервой испытывать подобные угрозы. И если раньше мне удавалось избежать казни, и я не вижу причины волноваться об этом сейчас. Я полагаю, все обойдется, — невозмутимо произнес Хедвиг.

— Не обойдется, охотнишко! — сказал какой-то наемник и расхохотался. — Завтра ты и твои светлые дружки будет казнены! Тебя как и остальных обезглавят, — и тут мужчина довольно улыбаясь, провел пальцем по горлу. — А ты! — тут он ткнул пальцем в меня, — будешь за всем этим наблюдать. А потом порадуешь нас своей женской лаской, — прищелкнув от удовольствия языком, закончил мерзкий тип и удалился.

— Что?! Всех казнят, а я пойду по кругу! — с расширенными от страха глазами вскричала я. — Это, это… Мы должны что-то придумать и спасти всех! Мы не можем бездействовать! Ну что ты молчишь, Хедвиг! Мы должны всех спасти! — продолжала взволнованно восклицать я.

— Это невозможно, по крайней мере, сейчас. Скорее всего, коварный Эйнхарт просто решил всех запугать казнью и иными неприятными вещами и таким образом добиться правды о местонахождении Тэлума. Не стоит так переживать, — спокойно ответил он мне.

Однако мою истерику и лихорадочные попытки избавиться от антимагических оков это заявление не остановило.

******

«Прошло уже полночи, а они молчат. Что ж, полагаю, оставшееся время в ожидании казни развяжет им языки, однако в этом я до конца не уверен. В выдержке им не откажешь, это действительно, как недавно и сообщили мне мои координаторы из Сиата, отличные бойцы и сильные маги: они храбро сражались и не отступили от своих слов, когда я угрожал Избранной и ранил одного из них. И даже Хедвиг, этот скользкий тип, думающий обычно только о себе, и тот поступил благородно. Как он ловко заступился за девчонку и обвел меня вокруг пальца, воспользовавшись моей щепетильностью в выборе женщин для утех. И ведь за столько лет не забыл, что мне нравятся исключительно нетронутые блондинки. Хитро, очень хитро. А должно было быть наоборот: это я должен был обхитрить этого мерзавца и вытащить из него нужную информацию, сыграв на его симпатии к иномирянке. И чем она его так привлекла? Ну красива, ну цепляет с первого взгляда, но разве мало смазливых лиц и сексуальных фигур? — сидя с сосредоточенным видом в своем шатре, размышлял Эйнхарт Раскл».

Потом он развернул карту и начал внимательно ее изучать, попутно что-то отмечая на ней.

«Мои координаторы не ошиблись, передав, что они пройдут через Озерный край. И насчет того, что они направляются в горы тоже, — вспомнив, что в вещах участников экспедиции было обнаружены артефакты для скалолазания. — И кого они пытаются обмануть с замком Фогг? Действительно, на пути к этому замку есть несколько гор, но их можно пересечь и без использования специального оборудования. Соответственно, их оборудование — это лишний балласт, который в данном случае нет смысла нести с собой. Совсем за дурака меня держат! Ну что ж, у них еще есть время исправить свою оплошность. А если они останутся при своем, то нескольких казню для устрашения, оставшихся подержу без пищи и воды, а девушек отдам ребятам для веселья — против такого мало кто устоит. Даже известные своей выдержкой светлые маги, — коварно улыбнувшись своим хитрым замыслам, подумал темный маг. — А там кто-то да сломается и я, шантажирую Избранную жизнями оставшихся членов экспедиции, заставлю ее привести меня к Тэлуму. И тогда вся Икия будет у моих ног! Я стану во главе этого континента! Я, Эйнхарт Раскл, незаконнорожденный сын барона А..»

Неожиданный голос, возникший возле входа в его покои и известивший, что с ним хочет переговорить один из участников экспедиции, прервал планы мага на мировое господство.

— Веди! — приказал мужчина и немного удивился, что светлые так быстро сдались. — Видимо, этот или эта особенно ценит свою жизнь, — усмехнулся он, ожидая, когда к нему приведут этого жизнелюбивого человека.

— Я хочу заключить с вами сделку. Я называю вам координаты Тэлума, вы сохраняете мне жизнь и гарантируете полную безопасность, — без особых церемоний начал светлый.

— Допустим, я согласен принять ваши условия. Но гарантировать вам полную безопасность я могу только в том случае, если вы вступите в мой отряд, не иначе, — ответил Раскл, желая заверить одного из участников экспедиции по поиску Тэлума в своей заинтересованности поставленными условиями.

— Я согласен, — ответил боевой маг. — Точные координаты нахождения Тэлума — и тут он назвал лишь первую их часть. — Остальное только после посвящения в ваш отряд, — добавил мужчина, отлично зная, что наемники с радостью принимают в свои ряды сильных магов, и их принадлежность, совсем их не интересует, поскольку главное — это сила, боевой опыт и изворотливость. И в данном случае все это было на лицо.

— Разумеется, мой друг, — дружелюбно ответил вожак и провел первую часть обряда посвящения светлого воина в наемники. А затем продолжил: «Остальные координаты артефакта!»

И он их получил, а новоиспеченный наемник в знак принадлежности к их банде приобрел особый кулон с эмблемой их отряда.

На том и закончили. Каждый получил свое. Однако светлого мага, вместо того, чтобы отправить в лагерь к его новым товарищам, отправили обратно под замок. А завтра отправят на казнь. Темный не сдержал свое слово. Он главарь, и может казнить не только пленников, но и подчиненных ему наемников. Когда и как ему вздумается. Такова его привилегия. Да и следовало ли от жестокого и вероломного индивида, как Эйнхарт Раскл, ожидать иного?

ГЛАВА 12

Лучи солнца начали припекать, а казнь еще не проводили. Это из плюсов, а из минусов — ни воды, ни еды нам не давали. А жаль, от холодненькой воды, впрочем, как и от тепленькой, я бы сейчас не отказалась. И от еды, даже самой скудной, тоже.

Я вся была на ножах от предстоящих событий: бессонная ночь и безвыходность положения сделала меня нервной, дерганной, а каждый шорох заставлял судорожно оборачиваться в поисках наемников. Первое время Охотник еще пытался меня успокоить и уверить, что все это не более чем блеф, однако уже мою начавшуюся женскую истерию было не остановить. И он, окончательно потеряв надежду ее остановить свои уговорами, с невозмутимым лицом не проронил больше ни слова.

Наемники за всю ночь и утро показывались лишь несколько раз. Легки на помине… Появились стремительно, открыли засов, вошли в клетку и, заломив нам руки, повели куда-то.

По краям небольшой прогалины неподалеку от лагеря уже стояли наемники. Довольные ухмылки на их лицах, огромный пень в центре поляны, расположившийся возле него рослый детина в черном, вкупе со вчерашним предупреждением о том, что участников экспедиции обезглавят, не оставляли места иным выводам. Это и есть место казни.

Наемники выстроили всех членов группы по поиску Тэлума в ряд. Все на месте: я, испуганная и нервная; Стен с огромным синяком под немного оплывшим глазом с гордо поднятой головой, словно он главнокомандующий парадом, а не обреченный на смерть; Инбер с сумрачным лицом; неестественно бледная Белли с поджатыми губами; невозмутимо спокойный командир Инверс; Хедвиг, с тревогой поглядывающий то на меня, то на целительницу и раненный Аград, поддерживаемый под обе руки негодяями. Он был без сознания, вся его кожа была в глубоких царапинах и ранах, которые сильно кровили. Несчастный! И никто из нас не мог облегчить его страдания, ибо только магия может прекратить такую агонию.

Появился Эйнхарт Раскл, облаченный в богато вышитые синие одежды. Его сопровождали два крепких бандитов, одним из которых был тот, кто вчера объявил нам с Хедвигом о предстоящей казни и дальнейшей судьбе Избранной.

Оглядев нас довольным взглядом темных глаз, лицо главаря озарила демоническая улыбка.

— Начинайте! — налюбовавшись нашей беспомощностью, приказал он.

И его прислужники, поддерживавшие охотника на нечить, потащили его в центр прогалины и поставили на колени возле пня. Затем, пригвоздив его в таком положении к земле темными заклинаниями, отошли обратно к нам.

Палач соединил свои руки, произнес какие-то слова и в тот же миг появился огромный черный топор с фиолетовым лезвием. Он занес руки с магическим оружием над головой несчастного.

Вот и все. Судный час настал.

Одно движение, и голова Аграда Друмма упала на траву.

От ужаса я вскрикнула.

Но это было не все. Буквально через несколько мгновений голова, как и все тело мужчины, начиная с шеи, начали превращаться в песок! И вместо человека осталась только горстка фиолетового песка, которую палач небрежно смахнул с поверхности пня!

— Теперь его! — и перст Раскла указал на Стеймонда Рейнхарта.

Герцога тут же повели к палачу и заставили опуститься на колени. Не в силах выдержать всего происходящего, я закрыла глаза и судорожно начала умолять всех богов, и земных, и местных, чтобы они спасли жизнь моего друга.

— Я требую последнее желание! — прервав мои горячие молитвы, раздался громкий и такой знакомый голос Стена.

Я открыла глаза. Меня услышали! Он живой!

— И каково твое последнее желание? — со злобной ухмылкой спросил Эйнхарт Раскл.

— Я хочу вызвать тебя на поединок чести, темный маг! — с чувством собственного достоинства ответил светлый маг.

Темный воин в богатых одеждах задумался над подобным последним желанием своего пленника.

— Или ты боишься проиграть светлому магу, да и еще и избитому? — язвительно спросил герцог.

— Если ты хочешь умереть, как и подобает светлому воину от Руки темного мага — тут послышались громкие возгласы одобрения от бандитов — я принимаю твой вызов, светлый, — спокойно ответил вожак наемников и небрежным взмахом руки приказал освободить Стена от оков.

Противники стали на противоположные края поляны. Следуя регламенту дуэлянтов, они сдержанно поклонились друг другу, и темный маг атаковал первым. Боевое заклинание главаря, вибрации от которого красноречиво говорили об его огромной мощи, черной кометой с ярко-красной сердцевиной стремительно понеслось на Стена. Но светлый воин ловко отразил ее, и отправил в соперника не менее сильное атакующее заклинание. И это было только начало.

Я с волнением наблюдала, как далее дуэлянты с переменным успехом осыпали друг друга самыми изощренными и мощными заклинаниями. Здесь были темный град ядовитых шаров; магические смерчи и молнии; «Огненный вал»; «Острие смерти»; «Молот бога»; «Черный ужас», «Проклятье судьбы» и многое то, что под силу создать только высшему магу.

Дуэль шла с переменным успехом. Тут темный неожиданно создает дымовую завесу, запрещенную по регламенту магической дуэли. Поляну окутал плотное белое облако, внутри которого сияют яркие вспышки заклинаний, а затем появляется огромная бордовая молния — темное заклинание — и вспышки прекращаются.

— Стен!!! — непроизвольно воскликнула я, не веря, что все кончено для герцога.

Ничего не происходит! А магическая завеса, полностью закрывающая картину всего произошедшего между дуэлянтами, добавляет напряженности ситуации.

— Стееен!!! — кричу я, а по щекам катятся слезы.

Яркий сноп света быстро рассеивает белый туман, и теперь отчетливо видно, как герцог точным ударом «Молота бога» проламывает грудную клетку главаря наемников. Тело со сквозной дырой в районе сердца падает на выжженную землю.

— Теперь я ваш новый вожак! — громко кричит Стен и демонстрирует всем медальон с… символом бандитов.

От подобного поворота событий я сильно оторопела, да и остальные тоже, судя по их изумленным лицам.

На некоторое время воцарилась тишина. Мы отказывались верить в то, что Стейндмонд Рейнхарт добровольно вступил в ряды наемников, а бандиты все еще приходили в себя после убийства самого сильного члена их шайки.

— Да что б мне сдохнуть, если пленник станет нашим главарем! — с вызовом сказал один темный, оспаривая правило по которому сильнейший наемник, убивший в честном поединке главаря, сам становится у руля банды, — я про… — не успел он закончить фразу, как замертво упал от разящего заклинания герцога.

— Еще есть несогласные со мной? Кто готов оспорить мое право и пойдет против древнего правила наемников? Выходите! У меня хватит сил на всех! — грозно крикнул разъяренный воин и для устрашения своих новых подчиненных сформировал в своей руке смертельно-опасное заклинание высшего ранга.

Такая устрашающая речь в совокупности со всеми произошедшими убийствами, по всей видимости, заставила призадуматься негодяев об обоснованности притязаний светлого мага на пост руководителя. Не прошло и нескольких минут после последней реплики герцога, как бандиты один за другим начали опускать на колени. В дополнении к наемникам, уже находившимся на поляне во время казни, здесь была и остальная часть банды, привлеченная высоко вздымавшимися вспышками заклинаний дуэлянтов. И все они, чтя право сильнейшего и боясь его гнева, преклонили головы перед новым главарем и принесли своеобразную клятву верности.

Первый приказом нового главаря шайки было освобождение пленных от оков. И наемники молча подчинились и освободили нас.

От происходящего голова шла кругом. Я до сих пор не могла поверить, что Стен жив, а мы спасены! Это было чудо! Рукотворное чудо, свершившееся благодаря огромной храбрости, ловкости и уму стратега-герцога, точно рассчитавшего все шаги по спасению участников экспедиции и сумевшего воплотить свой план в жизнь.

Вот он, истинный герой Светлого королевства! Стоит возле нашего теперь уже освобожденного отряда и властным тоном, не терпящих никаких возражений, приказывает вернуть нам наши вещи и оружие, отобранные при пленении.

Через некоторое время нам вернули изъятое, однако оружие возвращали медленно и неохотно, кладя его возле наших ног. Лично в руки никто не отдавал, тем самым выказывая свое презрение к бывшим пленным, за чей счет они планировали неплохо поживиться.

Передача оружия происходила медленно, поскольку многое из нашего арсенала него уже успело разойтись по рукам, и теперь всем лагерем подчиненные светлого тея искали его.

— Вот! Это последний наш трофей, — положив на землю кинжал тонкой работы, принадлежавший Инберу, сказал бандит с огромным шрамом на щеке и, быстро вытащив из-за пазухи нож, метнул его в Стена.

Маг ловко увернулся, а затем одним заклинанием убил наемника, покусившегося на его жизнь. Однако подобного храброго поступка с точки зрения бандитов, хватило для начала потасовки с моим отрядом.

Со всех сторон нас стали атаковать. И если бы не общий магический щит, созданный нами сразу же после броска кинжала, многие из нас получили серьезные увечья, поскольку индивидуальный щит одного мага не способен сразу принять на себя столько ударов.

Град боевых заклинаний и холодного оружия (стрел, метательных ножей) пыталось пробить наш щит, но пока только причиняло ему сильный урон. Однако долго продержаться магический защитный купол не сможет, поскольку он не рассчитан на длительно воздействие объектов материального мира. Однако и того времени, что у нас есть в запасе достаточно для подавления мятежа, ибо ярость, с которой мы атакуем неприятеля, приносит ему большие потери. Возможно, нам все-таки удастся отделаться от этих ужасных обитателей Темного леса и продолжить поиски Тэлума.

И тут я, полностью теряя управление своим над телом и магией, становлюсь лишь зрителем происходящего. С ужасом и отчаянием пытаюсь вернуть себе прежний контроль и понимаю, что мое сознание во власти чего-то могущественного и мощного. Тэлум. Он полностью захватил мой разум, и с его помощью управляет моим телом и магией. И теперь я, во всем беспрекословно следуя воле артефакта, укрепляю общий защитный купол, формирую вокруг себя индивидуальный щит и выхожу за пределы щита отряда. Закрываю очи — в ожидании слепящей вспышки света — и произвожу мощный взрыв.

Когда я открыла глаза, все в округе выглядело как после падения метериорита: поваленные обугленные деревья в радиусе нескольких десятков метров, выжженная земля, откуда поднимались струйки дыма, и множество кучек пепла.

И это сделала я?! — оторопело думаю и понимаю, что вернула контроль над собой. Однако отчаяние и страх от осознания себя в качестве беспомощной марионетки, наблюдающей, как твое тело, а главное столь опасный магический дар, как взрыв, использует кто-то посторонний, сильно отпечаталось в моем сердце. И вызвало опасения, что я знаю о Тэлуме не все или — и что гораздо хуже — кто-то преднамеренно скрыл от меня информацию о способности артефакта полностью контролировать Избранную.

— Тея Елена, с вами все в порядке? — аккуратно взяв меня за руку, вопрошает появившийся Охотник.

— Да, — неуверенно произношу я и оглядываюсь назад. Все целы, все живы. И направляются ко мне.

Объятья, рукопожатия, попытка проверить мое состояние с помощью магической диагностики и мой категоричный отказ от подобной процедуры, возгласы радости — каждый бурно радовался прекрасному завершению сражению с наемниками.

— Ты героиня, Лена! Я восхищаюсь тобой! — восторженно говорит Беллавия и обнимает меня.

— Нет, наш герой — это Стейдмонд! Он нас спас, а не я! Его нужно благодарить! — и разомкнув объятья с целительницей, и я выражаю искреннюю благодарность за спасение и открытое восхищение умом, ловкостью и смелостью герцога. И не я одна, все последовали моему примеру и выразили ему свою горячую благодарность за свое спасение.

— Спасибо, — немного смущенно благодарит воин и смотрит только на меня. — Надеюсь, теперь я заслужил поцелуй Избранной, — и, не ожидая моего ответа, он целует меня. Нежно и бережно. И мне такое отношение к столь тонкому делу пришлось по душе.

Когда наше лобызание закончилось, я аккуратно положила пальцы на скулу синеокого мужчины и исцелила его от синяка под глазом.

— Так-то лучше, — любуясь аккуратно проделанной работой, говорю я и еле успеваю увернуться от нового поцелуя светлого мага, быстро подставив щеку под такой удар. — Нам не стоит этого делать снова, — тихо прошу его, понимая, что еще один поцелуй может перерасти в нечто большее, чем просто симпатия и… я могу влюбиться в герцога, а дальше все пойдет по наклонной: я начну с ним встречаться, далее приму его предложение, а после навсегда откажусь от возврата на Землю и больше никогда не увижу родных.

Нет, не бывать этому! Мне нужно лучше держать себя в руках! И я отхожу от прекрасно сложенного герцога на безопасное расстояние.

— Сейчас устроим небольшой привал, а дальше обыщем лагерь и добьем выживших, — приказывает командир Кейв Инверс, беря в расчет особую мстительность наемников и полагая такими действиями полностью пресечь новую возможность нового нападения бандитов. А затем возвращает себе позаимствованное на некоторое время наемниками его же оружие.

Когда каждый вернул себе свои вещи и оружие, а некоторые из них — совсем малая часть — не были отданы нам бандитами — мы устроили пир на весь мир. Разумеется, это был простой обед, состоявший из каши с мясом, горячего тонизирующего напитка с булочками, но после вынужденной голодовки он показался нам самым лучшим и изысканным на всем континенте. А простая вода стала поистине ценным эликсиром, которому каждый член группы воздал должное.

Во время нашего обеда, мы узнали о том, когда и при каких обстоятельствах Стен успел вступить в ряды наемников. Оказывается, он слышал когда-то подобную историю от дедушки, всеми уважаемого воина и мудрого мага с большим жизненным опытом, и решил повторить ее. Его расчёт основывался на неожиданности для всех вызова главаря на дуэль чести. И, разумеется, о нашем незнании о его вступлении в банду, ибо он сидел в клетке только с раненным охотником на нечисть. Аграду он даже смог дать обезболивающее из потайного отсека своего медальона — подарка матери в честь его вступления в ряды магов войск Светлого королевства — и тем самым на время облегчить его страдания. А далее он ночью под предлогом желания спасти свою жизнь потребовал встречи с главарем, назвал ему неверные координаты Тэлума (горы Эйгв, находящиеся чуть западнее горной цепи Монсэ) и взамен стал членом банды.

Поиски выживших не дали никаких результатов, ибо от лагеря ничего не осталось: моя мощная взрывная волна пологостью уничтожила этот обитель зла и порока. Но мы не исключали возможности, что кто-то все-таки выжил и спрятался в лесу, но поиск на прилегающей к разрушенному лагерю местности занял бы слишком много времени. К тому же, прислушавшись к разумному доводу Охотника, что после таких последствий моего взрыва оставшиеся не захотят рисковать своей жизнью и преследовать нас, все единогласно признали бессмысленность поисков выживших наемников и окончательно отказались от их проведения.

Сверившись с картой и используя навигационные приборы, было определено, что мы серьезно отклонились от первоначального маршрута. Теперь, чтобы вернуться на исходную позицию, где произошла наша стычка с наемниками, необходимо сделать серьезный крюк через густые заросли Темного леса, отмеченные красным цветом, обозначающие особую опасность возникновения частых разломов в этих местах. Однако иного выхода не было, и выжившие после сегодняшних событий члены отряда, не теряя зря времени, продолжили экспедицию по поиску Тэлума.

Пробираться сквозь плотные заросли Темного леса было нелегко. Идя по плотному слою мха и опавшей листвы, ноги постоянно проваливались в пустоты, образованные плотно сплетенными наземными частям корней. С веток свисали клочья травы, которая царапала кожу и жутко пахла, а чрезмерно большая плотность деревьев заставляла в буквальном смысле протискиваться между их искривленными темными стволами. В лесу постоянно слышались какие-то неприятные звуки, очень напоминающие вой, крики детей и жалобное мяуканье, что в совокупности с тусклым серым светом и практически полным отсутствием солнечных лучей, не бывших способными пробиться сквозь густые кроны деревьев, добавляло тревожности и заставляло каждую минуту ожидать нападения какой-нибудь твари. По крайней мере, я от всей окружающей обстановки получила только такие эмоции, остальные были спокойны или же просто тщательно срывали свое беспокойство.

Еще до захода солнца мы заблаговременно остановились в относительно безопасном месте. Относительно безопасным оно было по той простой причине, что здесь практически не слышались звуки обитателей Темного леса.

Костер ярко пылал, даря тепло и приятно разбавляя сгущавшиеся вечерние сумерки. А после того, как я подбросила собранный мной хворост, он разгорелся еще ярче, отбрасывая причудливые блики на окружавшие его предметы. Я завороженно смотрела на этот сгусток света, прислонившись спиной к дереву, и думала о том, что никогда не была настолько счастлива и печальна одновременно. Счастлива от того, что жива и цела, что живы и целы члены моей группы, к которым за время нахождения в экспедиции я успела привыкнуть и по достоинству оценить их храбрость, ум и человеческие качества. Печальна от того, что этот и без того трудный и ужасный день омрачился смертью Аграда Друмма… Жаль его, ведь у него была семья, дети, родители, друзья. Жаль, что мы не смогли его спасти… Он погиб из-за этих поисков артефакта, как, скорее всего, погибла и часть нашей группы на болоте, оставшаяся сражаться с кикиморами, как погибли и люди на трактате еще в самом начале экспедиции. Столько смертей и все из-за одного артефакта! Магического шара из голубого полупрозрачного материала! А ведь после всех смертей, произошедших из-за него, он должен окраситься в красный, в цвет крови умерших ради него! Раз он может подчинять меня своей воли, так почему же он просто не указал свои точные координаты и не заставил перенестись к нему?! Если он может посредством Избранной создавать взрывы огромной силы, почему же он не может просто перенести Избранную к себе? Неужели он не способен это сделать без личного контакта? Без всех этих прикосновений и «создания устойчивой связи», как указано в «Книге Избранных»?! Неужели для артефакта подобной мощи это так сложно?! Тогда все были бы живы! Все! А мне не снились практически каждую ночь кошмары всех пережитых в экспедиции ужасов!

— Выглядите измученно и устало. Тея Елена, вы нехорошо себя чувствуете? — спросил неожиданно возникший из-за дерева Охотник, немного напугав меня и одновременно заставив вздрогнуть.

— Я чувствую себя отлично, не стоит переживать на этот счет, тэн Палм, — на автомате ответила я, желая, как можно быстрее прекратить этот неожиданный и абсолютно ненужный мне диалог.

— Вы можете называть меня просто Хедвиг, мы ведь об этом договорились еще по пути в замок графа Осто. И может, перейдем уже на ты? — не отставал от меня назойливый мужчина.

— Да, я это помню. Хорошо, перейдем на ты, Хедвиг, — согласилась я, лишь бы поскорее отвязаться от его внимания и, добавив, — спокойной ночи! — отправилась расстилать свой спальный мешок.

— Я могу тебе помочь, Елена? — идя рядом спросил охотник на нечисть.

«Что за муха его укусила! То недолюбливает, то помогает! А теперь еще привязался ко мне и надоедает своим вниманием!» — подумала я и отказалась от его помощи, желая просто побыть одной и еще раз обдумать сегодняшнюю ситуацию с Тэлумом.

— И все же я должен тебе помочь, — дружелюбно сказал мужчина, расчищая от палок место под мой спальный мешок, который я уже достала.

— Ты можешь помочь мне, только если оставишь меня в покое. Исчезни! — прикрикнула я на докучливого «помощника», поскольку единственное, что мне нужно было в данный момент — это побыть наедине с собой.

— Иначе ты меня взорвешь? — улыбаясь, сказал Охотник, а в его глазах заплясали лукавые огоньки.

— С такой назойливостью каждый захочет тебя взорвать, Хедвиг. И будет прав. Оставь Избранную в покое, дай ей отдохнуть, — произнесла подошедшая Белли. И с присущим ей миролюбием бескровно разрешила назревавший конфликт, просто взяв под руку назойливого мужчину и уведя его подальше от меня.

Но стоило прелестной теи Уинверт отлучиться и оставить Охотника без присмотра, он тут же подошел ко мне, уже находящейся в спальном мешке, и без каких-либо слов расстелил свое походное ложе возле меня.

На мой недовольный взгляд он ответил, что вообще — то он хотел занять место, на котором разложилась я, и не в его правилах отступать от задуманного.

— В твоих правилах только надоедать и быть навязчивым, не более, — печально констатировала я и отвернулась от воина в сторону разложенного спального мешка целительницы.

— Тебе не угодишь. Не трогаю тебя, плохо, пытаюсь помочь, опять плохо. Или у вас на Земле приняты такие нормы общения? — не отставал от меня Охотник.

— Причем здесь Земля? Причем здесь нормы общения? Все проще! Ты не трогаешь меня и мне от этого хорошо, а не плохо! ХО-РО-ШО! Теперь понятно? — ответила громкой тирадой на неприятное заявление своего соседа и поднялась с походной постели. — Я вообще не понимаю, зачем ты отправился в экспедицию, заранее зная о моем участии и о том, что Избраная тебя раздражает? Чтобы доводить и портить ей настроение? — все еще находясь под действием эмоций, воскликнула я.

— Все в порядке, тея Елена? Он тебе обидел? Хедвиг, оставь Лену в покое! Тэн Палм, прекратите! — со всех сторон полетели на Охотника возгласы других членов экспедиции по поиску Тэлума после моих громких высказываний в адрес Палма, а некоторые — да что там некоторые, все — подошли к очагу конфликта, зная о наших непростых отношениях с охотником на нечисть.

— Не более чем недомолвки, которые сейчас же будут устранены, — успокоила я ребят и, потакая своей так некстати пробудившейся вспыльчивости, а не доводам разума, повторила свой вопрос о причине вступления Хедвига Идена Палма в отряд по поиску Тэлума.

— Руководство послало, а приказы вышестоящих не принято оспаривать в органах безопасности, — ледяным тоном ответил мужчина, впиваясь в меня взглядом. — А почему влиятельная Избранная, заранее зная о составе экспедиции, не попросила исключить меня?

— Пробовала. Мне отказали, обосновав это тем, что личные антипатии нужно оставлять при себе, — сдержанно ответила я, смотря прямо в сталь глаз Охотника.

— И правильно сделали. Вам, тея Елена, нужно быть менее эмоциональной, а вам, тэн Палм, не стоит навязывать Избранной свое общество. Вам обоим нужно немедленно прекратить распри раз и навсегда. Своими недомолвками и раздорами вы ставите под угрозу безопасность отряда и замедляете деятельность по поиску Тэлума. Сейчас вы помиритесь и пообещаете больше никогда не устраивать ссоры, а мы выступим свидетелями ваше соглашения и гарантами выполнения его условий. И это не просьба, это приказ, — тоном, не терпящих никаких возражений, сказал Кейв Инверс.

И мы, выполняя приказ командира, по очереди пообещали больше не устраивать ссор и придерживаться только сугубо деловых и товарищеских отношений во время осуществления поисков Тэлума. И даже пожали руки друг другу, но сделали это с такими лицами, что одними только взглядами могли испепелить все и вся.

— Отлично. Теперь вы, тэн Палм, заступаете на ночное дежурство со мной вместо тэна Рейнхарта и тэна Фэйнвика. Выполнять! — новый приказ от строгого, но справедливого мага с немного суровым лицом и начальственным взором карих глаз, был тут же исполнен.

— То есть ты знала Хедвига еще до начала экспедиции? И как же вы познакомились? — поинтересовался Инбер, который в отличие от Беллавии и Стейндмонда — наиболее близких мне людей в отряде — не знал о моей истории знакомства с Охотником.

— Когда я очнулась в Темном лесу, на меня напал оборотень, от которого меня спас охотник на нечисть. Хедвиг Иден Палм и был тем охотником. Так мы и познакомились. Затем он же отвел меня в деревню Инштэн, а потом сопровождал в замок графа Осто, откуда через портал я попала в Сиат. Я думала, что после прибытия в столицу навсегда попрощалась с Палмом и поэтому никогда не акцентировала внимания на том, что именно он спас меня и помог добраться до Эльнора. Разумеется, регентам я рассказала всю информацию о его помощи, оказанной Избранной, и, насколько мне известно, за это он был даже награжден крупной денежной суммой, — постаралась точно и полно ответить на вопрос мага.

— И он всегда негативно относился к тебе? — продолжил рыжеволосый маг свои расспросы на тему «Избраная и Хедвиг Палм».

— Да, наши взаимоотношения не задались с первой встречи и были натянутыми в течение всего периода нашего вынужденного общения. Однако, иногда и он проявлял человеколюбие по отношению ко мне: обучал верховой езде и однажды отвлек от тоски по дому, расспросив о моей биографии и моем родном мире, — поведала я.

— И ты ни разу не спросила его о причине такой ненависти к себе? — задал вопрос Стен.

— Нет, поскольку один человек из деревни Инштэн предупредил меня о неприязненном отношении Хедвига Палма или Охотника, как они его называют и как он представился мне при первой встрече, к служителям Светлого храма и Избранной. А вот почему он ненавидит именно светлых храмовиков и Избранную, мне никто не сообщил. Может, ты знаешь, Белли? — задала вопрос целительнице, зная о ее тесном общении с объектом нашей беседы.

— Он никогда не говорил об этом, — пожав плечами, ответила Беллавия.

— А о чем вы с ним так много беседуете? Только не говори, что о нечисти, — спросила я, намекая на нечто большее между ними, чем просто приятельские отношения.

— Обо всем, и о нечисти в том числе, — спокойно ответила девушка, не уловив никакого намека в моем вопросе или же полностью проигнорировав его.

— Белли, нам то ты можешь поведать всю правду. Скажи, ведь он уже признался тебе в любви? — продолжил начатое мной Инбер, мой бессменный напарник по сводничеству Белли и Хедвига и в целом по психологии в романтических отношениях.

— Нет. Мы с ним просто друзья. А ты, Инбер, вместо глупых расспросов лучше бы занялся полезным делом. Например, хворосту принес бы, — попыталась уйти от неприятного вопроса тея Уинверт.

— Друзья как Стен и Лена? Или как я и Лена? Уточни, пожалуйста, ведь дружба между мужчиной и женщиной бывает разной, — кинул камень и в мой огород этот мистер любопытство, абсолютно пропустив мимо ушей фразу об общественно-полезном деле.

— А даже если и так, тебе какое дело? Сам молчишь о своей личной жизни, а от других требуешь подробного отчета. Не по правилам! — возмутилась Беллавия Агнесс Уинверт и перешла в атаку. — Или ты боишься признаться, что за все время после выпуска из Академии магии так и не сумел найти себе девушку?

— Понимаешь ли, я слишком большой ценитель девичьей красоты, чтобы ограничиваться вниманием к одной тэне. К тому же ты с Леной уже занята, и мне не остается ничего иного кроме гордого одиночества с разбитым сердцем, — отшутился Фэйнвик и состроил страдальческую мину.

— Льстец, — улыбаясь, говорю я.

— Волокита! — бросает недовольно Белли на давнего знакомого из собственной студенческой поры в столичной Академии магии.

— Эстет прекрасного пола, пойдем за хворостом. Иначе потухнет наш костер и придется использовать вместо него огонь твоего влюбчивого сердца, — слегка стукнув ладошкой по плечу Инбера Фэйнвика, говорит герцог.

Когда мужчины ушли, я поинтересовалась у целительницы насчет ее отношений с Охотником. Но ничего интересного, кроме как «мы просто друзья», «Хедвиг мне симпатичен как человек и только» и «он не признавался мне в любви» я не получила. А получила только расплату за свое любопытство в виде ответных вопросов о моих чувствах к Стейндмонду. Здесь уже я ничем новым не могла поразить Беллавию, отвечая, что мы по-прежнему не более чем хорошие приятели.

— А целовались вы не как «хорошие приятели», — незлобиво посмеялась надо мной девушка и добавила. — Мне кажется, ты влюблена в него. Но в этом нет ничего плохого. Стейндмонд достойный человек и с ним ты по-настоящему будешь счастлива, ведь он так сильно любит тебя. Так почему же ты не отвечаешь взаимностью? Что тебя останавливает на пути к любви и женскому счастью?

— Поцелуй еще не показатель любви, Белли. Я очень хочу вернуться домой и поэтому не могу давать ему ложных надежд, — ответила я правду на поставленный вопрос, отлично понимая, что сейчас хожу по грани, и одно неосторожное действие или слово может ввергнуть меня в омут любви. А этого ни в коем случае не должно произойти.

— Я понимаю тебя, но настоящая сильная любовь — такой прекрасный и редкий дар. Его нельзя игнорировать! Вдруг именно Стен твоя судьба? Пусть и в другом мире? Разве от этого его чувства менее ценны, чем любовь земных мужчин? Лена, я ни к чему тебя не принуждаю, а я всего лишь прошу подумать не о том, что ты приобретешь у себя дома, а о том, что потеряешь здесь, если вернешься на Землю, — мягко убеждала меня подруга в необходимости все тщательно взвесить перед тем, как я отправлюсь домой.

— Я не знаю. Ничего не знаю, и загадывать ничего не буду. Все слишком сложно, и я не готова отказаться от своего первоначального решения. Я не могу навсегда отказаться от родных, близких и привычной жизни только ради чувств. Чувства могут обмануть, а зов крови никогда подобного не сделает. Я не могу бросить то, что люблю более двадцати трех лет ради новой, еще не проверенной временем любви. И оставим на сегодня эту тему, иначе я не засну из-за размышлений насчет твоих слов и от бессонницы замучаю тебя своими глупыми вопросами, — такой глупой и бессмысленной нотой закончила я свои серьезные размышления о выборе между семьей и любовью, между родиной и Светлым королевством.

— Спокойной ночи и приятных снов, Белли! — пожелала я девушке, когда уже улеглась в свой спальный мешок. И получив ответное пожелание доброй ночи, закрыла глаза и быстро заснула.

ГЛАВА 13

Пробираться сквозь лесную чащу было нелегко, хотя когда мне было легко во время экспедиции? Вот именно, никогда, ибо походная жизнь, преодоление пересеченной местности и постоянные сражения с нечистью — это не мое. Собственно, как и жизнь в Ридекасте в окружении придворных, дворцовых интриг, строго этикета и постоянном внимании к каждому шагу, жесту, слову Избранной. Я простой человек и вполне удовольствуюсь простыми радостями земной жизни, следовательно, в этом мире оставаться мне нет смысла. А как же Стен? А что Стейндмон? Он еще найдет достойную девушку, которая обязательно ответит взаимностью на его чувства, и навсегда забудет Елену Светлову. Что ж, решение принято. Я возвращаюсь домой, несмотря ни на что и ни на кого. Так будет правильнее, поскольку землянке не место в чужом мире.

Три дня прошли как один, быстро и однообразно: чаща, два разлома с нечистью и стычки с обитающей в лесу нечистью, остановки на ночлег и ночные дежурства. Да, по нашей совместной просьбе с целительницей, исходящей из желания облегчить жизнь сильной половине нашей группы, теперь и мы с Беллавией Агнесс несем ночную вахту. Это справедливо по отношению к остальным участникам экспедиции, им тоже нужен полноценный сон, а не кусочки по два-три часа. Единственное, в чем нам пришлось уступить, преодолевая сопротивление мужчин нашей идее, так это требованию не дежурить одновременно. Поэтому сейчас я сменю Белли и Хедвига и заступлю на дежурство со Стеном.

— Елена, будь осторожна возле того дерева. Не свети на него, иначе вспугнешь обитающих в нем крэвви и можешь получить ожоги, — словно заботливый отец наставляет меня Хедвиг о логове своеобразных белок, при опасности плюющихся кислотой.

— Благодарю за информацию, тэн Палм, — поблагодарила я мужчину, забыв, что мы перешли с ним на ты.

— Хедвиг, ты можешь называть меня просто Хедвиг, — дружелюбно ответил он и, поймав на себе сердитый взгляд Стейндмонда, отошел от меня.

И это не первый акт дружбы и своеобразной заботы со стороны Охотника. После нашего перемирия, его словно подменили: он всегда со мной вежлив, помогает при затруднениях и по возможности предупреждает об опасности, даже самой незначительной. Таким я его никогда не видела, и признаюсь, была приятно удивлена произошедшей с ним переменой в отношении к Избранной. Вот что значит, человек ответственно относится к приказам вышестоящих начальников, вот она военная выправка. Я также следую условиям недавнего заключенного мирового соглашения и стараюсь быть с ним вежливой и приветливой. И пока что у меня это получается.

— И о чем он предупреждал тебя на этот раз? — недовольно спросил герцог, быстро приблизившийся ко мне, и пристально посмотрел мне в лицо своими синими очами. Вот только это были не лучистая синева небес, а холодные воды ночного океана. Стену было неприятно внимание Охотника к моей персоне, возможно, он даже ревновал.

— О семействе крэвви, и только. Тебе не стоит так серьезно воспринимать все это. Лучше уж так, чем постоянные ссоры с Палмом, — попыталась я успокоить мужчину, отлично зная, что под его маской сдержанности и спокойствия кипят нешуточные страсти.

— Ты хочешь сказать, что тебя приятно его внимание и забота? — строго спросил боевой маг, а в его глазах зажегся злобный огонек.

— Не в этом дело. Он один из членов нашей маленькой группы, и я в силу обстоятельств не могу его игнорировать. Ну же, Стен, успокойся. Рассерженный взгляд тебе не к лицу, — решив оперировать разумными доводами в совокупности с женскими штучками, ответила я и аккуратно коснулась плеча мужчины.

Он в ответ взял мою ладонь, поцеловал ее и, не выпуская из своих рук, добавил: «Извини, что веду себя, как глупец. Но я не могу видеть Хедвига рядом с тобой, мне постоянно кажется, что он обидит тебя».

— Он не обидит меня. А если и обидит, то ему не поздоровится, за это я тебе ручаюсь. Но пока мы с ним находимся в рамках конструктивного диалога разумных людей, тебе не стоит опасаться за меня, и тем более так остро реагировать на мои с ним беседы. Прими этот факт и держи себя в руках. Договорились? — сказала я и использовала самую обаятельную улыбку из своего женского арсенала.

— Я постараюсь, — ответил аристократ, и взгляд его смягчился.

— Спасибо за понимание, — поблагодарила я и стала освобождать свою руку, но что-то пошло не так и в итоге я оказалась в объятьях мага. — Отпусти! — но в ответ меня быстро поцеловали в губы, затем в щеку, затем в шею.

Я недовольно повела плечами и попыталась отстраниться от младшего сына великого герцога Рейнхарта, но он лишь крепче прижал меня к себе и поцеловал в висок.

— Стен, прекрати! Остановись! Хватит! — требуя я прекращения хаотичных поцелуев на своем лице, но настойчивого шатена это не остановила. — Стен! Когда я верну Тэлум, я уйду домой! Вернусь на Землю! Я не могу быть с тобой! — прокричала я и наконец-то вырвалась из объятий мужчины.

Он был ошеломлен такой новостью и с растерянностью посмотрел на меня.

— Да, я не останусь в Икии! Я подписала договор с регентами и теперь обязана покинуть Светлое королевство, как только найду и обучу преемницу. У нас нет будущего! Я не могу быть с тобой! Пожалуйста, отпусти меня, — умоляюще произнесла я и, видя потемневшие от печали глаза и сведенное судорогой боли лицо мага, сдавленно добавила, — и прости меня….

Острая боль сдавила сердце, а ноги понесли меня прочь из лагеря.

«Я во всем виновата! Только я! Я давно должна была сказать Стену о своем решении вернуться домой! Но из-за своей трусости и малодушия откладывала разговор на эту тему. Как же мерзко я поступила! Какая низость водить мужчину за нос, давать ему надежду, зная, что бросишь его! Как это подло!»- и закрыв ладонями лицо, я разрыдалась, остро чувствуя всю жестокость своего поступка и безграничную боль за причинённые Стену мучения.

Когда мне удалось успокоиться, я поняла, что ушла далеко от лагеря. Кругом была кромешная тьма, и я зажгла светлячок. Где именно я была, я точно не знала, и в какую сторону идти, чтобы вернуться к нашей стоянке я также не имела ни малейшего понятия.

— Лена! — чья-то рука впивается мне в плечо.

От испуга вскрикнула.

— Успокойся, это я, Стен! — войдя в освещенную светлячком зону, произнес герцог.

— Ох, я… Стен… ах, — выдавила из себя и виновато опустила глаза.

— Я давно знаю о твоем договоре с регентами, отец мне сразу после подписания его показал, — тихо сказал он и вздохнул…. Молчание… — Я люблю тебя и безумно хочу, чтобы ты осталась со мной. Но я знаю, что не имею право принуждать тебя к этому и прошу лишь об одном. Не отталкивай меня. Позволь мне любить тебя, пока ты не вернулась домой и не исчезла из моей жизни навсегда.

— Я не могу… Я не хочу причинять тебе боль, не хочу давать ложных надежд, — тихо ответила я и слеза скатилась по моей щеке.

Мое лицо приподняли, а слезы, продолжавшие появляться вопреки моему желанию, аккуратно вытерли.

— Я люблю тебя вне зависимости от того, уйдешь ты или останешься. И всегда буду любить. Не лишай меня возможности открыто проявлять свои чувства к тебе, — с этими словами меня прижали к мускулистой груди.

— Лучше оставить все сейчас, пока оно не зашло слишком далеко. Потом будет поздно. Мы должны это сделать сейчас, — все еще всхлипывая, попросила я.

— Нет. Я не откажусь от тебя, даже если это разобьет мне сердце. И не проси меня об этом. Я так решил и пойду до конца, — прозвучал твердый ответ на мою просьбу, меня еще крепче обняли, а к макушке прикоснулись горячие губы.

И столько решимости и силы было в этих словах и действиях после них, что я поняла — он не отступит. Он упрям и пойдет до конца, даже если проиграет эту битву. И я не смогу остановить его, но… но я могу, нет я должна быть более сдержанной с ним, не позволять себе делать то, что считаю неправильным, а проявление чувств к Стену — да маг вызывал некоторый отклик в моем разбитом прошлыми чувствами сердце — относился к неправильному. Пора! Пора прекратить потакать своим эмоциям и начать думать головой, а не сердцем! Все кончено! Я буду отстаивать свою свободу, ради себя и ради него. Так будет правильнее! Так будет лучше для нас обоих!

И следуя своему плану, я убрала руки мужчины со своей талии.

— Нам пора заступать на ночное дежурство, — произнесла я так, будто ничего сейчас не произошло.

— Ты права. Пойдем.

И следую за широкой спиной герцога, я вышла к лагерю.

— А как ты меня нашел? — чуть попозже спросила Рейнхарта, находясь на на страже спокойствия спавших членов экспедиции по поиску Тэлума.

— По уникальным и ярко выраженным вибрациям дара Избранной. Их невозможно не заметить магу любого уровня, — мягко ответил высший маг и потянулся к моей руке.

Я молча отстранила ее и отправилась курсировать периметр.

Утро было пасмурным, а спустя всего несколько часов дороги мы пришли к тому месту, где нас схватили наемники. Лесная прогалина до сих пор сохранило следы отчаянной битвы: местами обугленные деревья со сломанными ветками и дырами в стволах, вырванные из почвы кустарники и молодняк, опаленную и хаотично разбросанную лесную подстилку.

Еще несколько дней и мы покинем Темный лес. А дальше будет равнина, за которой последуют горы Монсэ. Еще несколько дней и мрачный лес уступит место открытой местности, солнцу, простору.

Небольшой привал на поляне, а дальше снова в путь. Неожиданно возникла невыносимая жара, стало меньше света, однако небосвод не был затянут темными тучами. Резкий хлопок. Разлом близок! Мы приготовились сражаться. Миг и одновременно со звуком порванной струны образовалось черное пятно, зависшее над землей. С каждой секундой оно увеличивается, и вот появились первые твари. Матерые и злобные оборотни в количестве пяти штук тут же ринулись на нас. Заклинания и стрелы убили троих. Но это только начало. Далее появилось несколько умертвий, потом что-то наподобие червей с передними лапами и клыкастыми пастями. Мы не без труда оборонялись от нахлынувшей нечисти, а портал генерировал все новую: новые оборотни, новые умертвия и — моему ужасу не было предела — айбор. Огромный айбор, напоминающий дуб без кроны, своими гибкими ветвями ломающий жертву словно бумажную куклу. Он очень крепок, изворотлив, и уничтожить его крайне сложно. Только заклинания, содержащие огонь и способные воспламенять могут убить такого опасного врага.

После появления айбора временной разрыв закрылся, а наши проблемы только начались. Своими огромными ветвями он сразу же обрушился на наш защитный купол. Несколько ударов и щит, не выдержав напора, исчез.

А мы едва успели увернуться от мощного удара айбора, оставившего на земле глубокие продольные ямы.

Формирую индивидуальный щит и резко атакую «Огненным валом» неприятеля. Ожег и только. Прогибаюсь над пронёсшимися над головой ветвями. Удар мощных ветвей опасного дерева, от которого я едва успеваю отскочить. В довесок напало умертвие, но мой точный магический удар лишил нечисть головы.

Айбор увеличивает напор, сосредоточив свое внимание на командире и Белли. Пытаюсь уничтожить его огненным смерчем, но это лишь сильно ранит одну из веток и еще больше разъярило тварь. Посылаю в нее еще более мощное заклинание, и сразу за этим земля уходит из-под моих ног. Одна из ветвей резко хватает меня и больно сжимает все тело от головы до пят. От резкой боли вскрикиваю, перед глазами темнеет. Яркой вспышкой пролетает чье-то заклинание, ветви расслабляют свои железные тиски, и я падаю на землю. Все тело сильно болит, но инстинкт самосохранения сильнее. Встаю, вливаю магию в сильно пострадавший от ветвей айбора и значительно смягчивший мое падение за счет своих сил щит, и немного пошатываясь, бью молнией в злобный дуб. Одна, вторая, третья, четвертая. В ярости дерево тянет ко мне свои ветви, а я посылаю «Огненный вал» в то же место, куда до этого била молниями. Пострадавшая часть загорается. Со всех сторон его продолжают атаковать мощные боевые заклинания. Враг слабеет, все больше и больше его ветвей безжизненно обвисают или же разлетаются в щепки.

Громкий раскат грома и огромная голубая молния, бьет в макушку опасного дерева. Раздается хруст ломаемой древесной плоти и тварь начинает крениться набок. Но одна из оставшихся в целости ветвей наотмашь бьет Инбера, стоящего неподалеку от меня. Он подлетает высоко над поляной и падает куда-то в район приграничных с прогалиной деревьев.

Я стремительно бросаюсь вглубь граничащего с поляной леса, желая помочь своему боевому товарищу. Благодаря какому-то невероятному везению и резко обострившейся интуиции быстро отыскиваю мужчину.

Он неподвижно лежит между деревьями с раскидистыми лапами ветвей, которые судя по надломам, смягчили падение мага.

Мужчина с красивыми кольцами рыжих кудрей лежит без сознания. Пытаюсь привести его в чувство. Не получается. Быстро осматриваю его на предмет переломов и открытых ран. Ничего из этого списка не обнаруживается. Вливаю в него магию в надежде, что это поддержит его, и как умею, лечу с помощью своего дара целителя. Через какое-то время мои старания дали свои плоды, и воин приходит в сознание.

— Где больно? — встревоженно спрашиваю я.

— Везде, но это скорее ссадины. Не переживай насчет них, — отвечает маг и пытается встать. Пытаюсь поддержать его, но он только отмахивается и самостоятельно, спустя несколько неудачных попыток, встает на ноги.

Постояв несколько минут, и окончательно придя в себя от полета и приземления в лесу, Инбер идет в сторону поляны. Я молча следую рядом и в который раз предлагаю свою помощь.

— Пустяки, пару царапин не требует такого повышенного внимания, — успокаивает меня маг своим обычным, слегка шутливым тоном. И тут же хватается за бок.

Аккуратно прикладываю ладонь и начинаю лечить, не отрывая взгляда от предполагаемой раны. Однако буквально через несколько мгновений резкий толчок сбивает меня с ног.

Я падаю лицом в лесную подстилку. Слышится какая-то возня и чей-то рык. Быстро встаю на ноги и обомлеваю от всего происходящего.

Инбер Фэйнвик лежит на земле, придавленный огромным оборотнем! Нет! Нет! Аккуратно, чтобы ни в коем случае не навредить магу бью в нечисть каким-то заклинанием. Тварь никак не реагирует. Она уже мертва!

Подбегаю и стаскиваю еще теплое тело оборотня. Получается небыстро, ибо тварь тяжелая. Но очнувшийся маг помогает мне в этом нелегком деле. А затем он, как ни в чем не бывало, встает и затуманенным взором смотрит на меня.

— Ты как? — встревоженно вопрошаю и осматриваю его беглым взглядом целителя.

— В порядке, — тихо произносит воин и по его телу проходит конвульсия. Одна, за ней тут же идет вторая. Руки выворачиваются под неестественным углом, глаза наливаются кровью, лицо искажается гримасой злобы. Грозно щелкнув зубами, крепкий мужчина наступает на меня.

— Инбер! Инбер! — кричу я, и тут мой взгляд зацепился несколько небольших ран на шее одного из члена нашего отряда. Ошибки быть не может. Это след от укуса оборотня! Яд уже попал в кровь, и началось превращение.

Лицо мужчины принимает звериные черты, зубы превращаются в клыки, а вместо слов раздается рык.

— Инбер, борись! Сопротивляйся! — восклицаю я, зная, что иногда у очень сильных магов есть шанс сопротивляться напасти, взять под контроль процесс превращения, и при этом медленно отступуя от зараженного воина.

Тут моя спина уперлась в дерево, а частично покрывшийся темно-серой шерстью Фэйнвик издает протяжный вой.

Теперь его может спасти только смерть. Я должна убить его. Но я не могу! Руки трясутся, мысли путаются, и никакое заклинание сформировать не получается. Я не могу убить Инбера! Не могу!

Рывок, и обортень стремительно прыгает в мою сторону.

От шока я оцепенела, закрыла глаза и сильнее вжалась в дерево.

Хлопок. Яркая вспышка, пробившаяся сквозь плотно прикрытые веки. И тишина.

Медленно открываю один глаз, затем другой.

Инбер, с множественными ранами лежит в нескольких метрах от меня. Его правая рука обуглена и над ней понимается струйка дыма.

— Ааааааааааааааа! — кричу я. — Аааааааааааааааа! — продолжаю я, понимая, что все это — последствия неосознанно созданного мной взрыва, и на ватных ногах подхожу к зараженному мужчине.

«Я убила его! Убила! — тряся не приходящего в сознание мага, думаю я. — И пульса нет. Нет!» — не веря, закрываю лицо руками и пытаюсь заплакать от пережитого шока. Но слезы не идут из глаз, а тело, сидящее возле уже мертвого воина, начинает бить сильная дрожь.

Я неотрывно смотрю на мертвое искаженное гримасой ярости лицо некогда живого, доброго и такого веселого мужчины. Не было чувств, не было эмоций. Ничего не было, кроме меня и мертвого воина. И ничего не хотелось, кроме как просто сидеть здесь и смотреть на некогда прекрасное лицо с рыжими кудрями. Затем мой взгляд нашел дерево напротив более интересным и зацепился на нем. На колени положила подбородок, руками обняла свои ноги и, не отводя взгляд от дерева, я замерла.

«Убивать нечисть просто, но убивать человека, превратившегося в нечисть — невыносимо сложно. Особенно, если знала его при жизни. И сама же лишила его жизни. Я убийца. Самая настоящая, ничем не отличающаяся теперь от самых подлых душегубов. Убийца! Убийца!» — бесконечно повторялся в моей голове этот монолог.

Появились Белли, Стен. Хедвиг пришел значительно позже. Им не нужно было ничего объяснять, все и так было очевидно. Да и к чему объяснения? Зачем лицемерно говорить, что я не виновата, что это вышло случайно, и я не хотела этого? Да, я не желала смерти Инберу, но я убила его! И повторись ситуация вновь, поступила бы также. И все из-за того, что я не контролирую свою магию, этот дурацкий дар Избранной, который все решил за меня!

Я опустошена и разбита. Я хочу тишины и не желаю отвечать что-либо. Особенно на эти доносящиеся как сквозь воду фразы «ты не виновата», «ты убила оборотня, а не Инбера», «не кори себя», «каждый на твоем месте поступил также», «пойдем отсюда». Они пытаются увести меня отсюда различными способами, а я не хочу. Я уже ничего не хочу. Я устала от всего этого! От этих постоянных нападений, от постоянного страха, что тебя или твоих друзей убьют, от постоянных смертей боевых товарищей! Я хочу просто сидеть здесь и забыть весь этот кошмар, который начался не с началом экспедиции — нет! — а с моего прибытия сюда, в этот чужой и жестокий мир.

— Оставьте меня в покое, — сиплым голосом произношу только эту фразу на все попытки успокоить меня и забрать отсюда и Стену, и Белли, и Хедвигу. — Оставьте меня в покое.

******

Лена сидит неподвижно и неотрывно смотрит в одну точку. Ни уговоры, ни попытки увести ее насильно не возымели действия. На первое был неизменным ответ «оставьте меня в покое», а на второе — активное сопротивление. Еще и закрылась щитом, который невозможно снять, не навредив его владелице. Но и оставлять ее здесь в таком состоянии мы не можем.

Подхожу и сажусь рядом с Избранной. Ноль внимания. Даже не взглянула на меня.

— Лена, прошу тебя, выслушай меня до конца. Тебе сейчас нелегко. Мы все это понимаем. Ты пережила ужасное событие, но смерть — это неотъемлемая часть нашего бытия. И это нужно принять. Не обдумывать, решая, кто прав, а кто виноват, а просто принять и жить дальше. Ты не единственная, кто прошел через это. Каждый из нас убийца. Думаешь, Стен не убивал людей, пусть и темных магов? Думаешь, Хедвиг не убивал зараженных и полуобратившихся в оборотней людей? Думаешь, я не убивала? Убивала, и не только своих пациентов. Не единожды. И разве от этого мы стали хуже? Нет! И ты не стала хуже. Это сложно принять, но если ты это не осознаешь и не простишь себя за этот поступок, ты умрешь. Медленной и мучительной смертью, терзая себя голодом, жаждой, холодом, бесконечными обвинениями. Тебе не жаль себя? — я посмотрела на нее и не получила ответа на свой вопрос. — Но почему ты тогда не жалеешь нас, твоих товарищей и друзей? Ведь принимая решение остаться здесь и ничего не делать, ты обрекаешь нас на смерть. Мы можем умереть только из-за тебя. Из-за твоей слабости, из-за твоего эгоизма. Очнись и посмотри правде в глаза. Оставаясь здесь, ты вынуждаешь нас оставаться рядом с тобой и подвергаешь большой опасности. Ты хочешь нашей смерти? Хочешь новых жертв? — тут я остановилась и, заметив, что Избранная пристально смотрит на меня, меняю серьезный тон на более мягкий. — Спаси нас. В глубине души ты знаешь, что только этого ты хочешь сейчас. И ты можешь это сделать! Так, встань и иди вместе со мной, Лена!

Она молча сняла щит и встала на ноги. Пока момент не упущен, даю ей маленький флакончик с сильным успокоительным зельем. Молча выпивает его до дна. Теперь с ней будет легче сладить. Беру ее за руку и увожу на поляну.

Мужчины остались, чтобы предать огню тело нашего товарища. Он, даже несмотря на свою страсть к сводничеству и ветреность, был отличным человеком и замечательным магом. Можно сказать, одним из самых одаренных выпускников столичного факультета боевой магии моего года выпуска. И так кончить свой путь. Жизнь жестокая штука. Да будет твой последний путь легок, Инбер Фэйнвик, — мысленно отдаю последнюю дань своему погибшему товарищу.

Жду Стена и Хедвига на поляне, на которой еще видны следы недавнего противостояния и стелющийся по земле овальный огненный купол.

— Где Кейв? — оглядывая место сражения лихорадочным взглядом, говорит Избранная.

— Он мертв. Когда ты отправилась вслед за Инбером, случился новый разлом и его убила нечисть. Поэтому мы так долго и не приходили. Нечисть попросту преградила нам дорогу к тебе, — сразу сказала правду, заранее зная, что успокоительно не позволит ей остро отреагировать на новость о смерти командира.

Елена сокрушенно покачала головой. И только.

Как только маг и охотник вернулись, мы продолжили свой путь.

Прошло уже четыре дня, а Избранная все не приходит в себя. Она молчалива, лишь изредка отвечает на вопросы наипростейшими фразами «да», «нет», «не знаю», ее взгляд остекленел, а на лице застыла маска печали. Она делает все свои обычные действия — и даже сражается — и все это механически, без каких-либо ярко выраженных эмоций, и главное, она не плачет. Совсем. Ни слезинки. Это меня и пугает больше всего, поскольку я, как целительница, отлично знаю, что нельзя все держать в себе. Это сильно опустошает, а в крайне тяжелых случаях приводит к выгоранию. И некогда обладающий магией человек навеки лишается своего магического дара, и получает еще большее потрясение, иногда оканчивающееся летальным исходом.

На все мои уговоры дать волю эмоциям она лишь молча кивает головой. И успокоительные в совокупности со специальными снадобьями, которые должны быстрее помочь оправиться от подобных тяжелых последствий, не помогают ей выплеснуть скопившиеся чувства наружу.

Ни Стейндмонд Рейнхарт, не отходящий от Елены ни на шаг и все время убеждающий ее в ее же невиновности; ни Хедвиг Палм, делающий тоже самое — никто из них не пробивает эту стену молчания и глубокой печали в некогда ярких, живых голубых глазах, ныне ставших похожими на два блеклых осколка неба.

Чьи-то всхлипывания разбудили меня. Сонными глазами осматриваю местность. Стен крепко спит, Лена плачет, а Хедвиг, который несет ночную вахту, успокаивает ее и нежно прижимает к себе.

— Я убийца. Жестокая и бездушная убийца. Я вас всех убила, — сдавленно бормочет девушка.

— Успокойся, это был кошмар. Сон. Не явь. То что нереально и никогда не происходило, — мягко убеждает ее охотник, не выпуская из своих рук.

Пристально смотрю на них. Он заметил меня и жестами просит не беспокоиться об Избранной и ложиться спать дальше.

Ложусь обратно, а на сердце неприятный осадок. Хедвиг в последнее время стал слишком нежен и заботлив по отношению к Избранной. Порой мне кажется, что это он делает не из сострадания, а из любви к девушке. И это сильно тревожит, поскольку я не хочу его отдавать Избранной. Он слишком дорог мне, чтобы я позволила ему достаться той, кому он безразличен. А со мной будет счастлив.

******

Я окружена. Инбер, Белли, Стен, Кейв, Хедвиг — все обращаются в оборотней и громко рычат. Миг, и они накинулись на меня. Громкий хлопок взрыва. Дым рассеивается, и я вижу окровавленные покаленные трупы. Но не в виде оборотней, а в их обычных человеческих обличьях. Я их убила. Становится трудно дышать, сердце сжимается от боли, и я резко просыпаюсь. Уже в которой раз этот кошмар мучает меня. Ночь за ночью я вижу один и тот же сон, где убиваю всех. И ни одно из успокоительных снадобий Белли не помогает прекратить это.

Ком в горле мешает дышать, взор затуманивается, и я начинаю плакать, уткнувшись в подушку. Когда поток слез наконец-то иссяк, а подушка основательно промокла, я попыталась успокоиться и уснуть.

Утром я впервые проснулась бодрой и отдохнувшей, поскольку после моих ночных рыданий стало легче. Значительно легче. Я поняла, что прошлого не изменить, а мои страдания не вернут Инберу жизнь. Он был убит оборотнем, а лишь уничтожила нечисть. Бездушную и жестокую. Ту, для которой уже не существовала ничего, кроме жажды крови.

После подобных мыслей, впервые посетивших меня после всего случившегося, я впервые вздохнула полной грудью и поняла, что кризис миновал. А здравый смысл, утверждающий, что я должна быть сильной, дабы не допустить появления смертельной опасности для оставшихся членов экспедиции, наконец-то восторжествовал. Теперь я буду сильной и буду защищать тех, кто мне дорог. Я буду сражаться не только за Тэлум и шанс вернуться домой, но и за Стена, за Белли, и даже за Хедвига, который так дорог целительнице и который все это так время искренне заботился обо мне.

С улыбкой на лице желаю ребятам доброе утро, и горячо благодарю их за поддержку. Быстро провожу все необходимые утренние ритуалы, а затем интересуюсь, сколько дней я была в столь неблаговидном состоянии.

— 5 дней и одну ночь, — ответила целительница и заботливо предложила укрепляющий отвар.

Я поблагодарила за проявленную заботу и отказалась, сказав, что я уже полностью восстановила свои силы.

Утро прошло в приятной атмосфере всеобщей радости и веселья. И радовались не только моему возвращению в прежнее состояние, но и тому, что уже к вечеру мы должны выйти к окраине Темного леса и вступить на равнину, где будет гораздо меньше трудностей и препятствий.

Время до полудня тянулось долго, однако сразу после обеда оно полетело стремительно. И к вечеру, когда солнце находилось на середине расстояния между горизонтом и зенитом, сквозь стену деревьев показалась равнина. Бескрайняя и чуть холмистая местность с зеленой травой, редкими кустарниками и бескрайним простором. Она была освещена приветливыми лучами дневного светила, которые после мрачного Темного леса с его серым светом, делали равнину такой изумительно красочной и прекрасной. Темный лес заканчивается, порадовав в последние дни полным отсутствием разломов, и уступает дорогу открытому пространству, где даже дышать было проще и приятнее, а воздух казался чище.

ГЛАВА 14

Привал с ночлегом мы устроили уже на территории равнины. И даже смогли разбить палатки с полноценными условиями для комфортной жизни в походе. Сделать это было легко, поскольку палатки, как еда, запасное оружие (стрелы, кинжалы, мечи и многое другое), карты, лекарства и все необходимое для осуществления нашей экспедиции хранилось в особых металлических капсулах-брелках. Эти небольшие по своим размерам артефакты служили чем-то вроде пылесосов, которые затягивали вещи к себе во внутрь, не причиняя им абсолютно никакого вреда. Пользоваться этим достижением научной мысли Светлого королевства может абсолютно любой, вне зависимости от наличия у него магии, поэтому вся поклажа членов экспедиции хранилась только подобным образом. Каждый участник мероприятий по поиску артефакта имеет по нескольку таких небольших помощников и хранит их подходящим для него способом: на поясе, на браслете, на цепочке. Я предпочла браслет, на котором серебристые брелки, некоторые из которых были украшены чеканкой, смотрелись как шармы. Ну а что? Девушка всегда остается девушкой. При любых условиях, будь то бал во дворце или поход по поиску очень важного артефакта.

Желая разнообразить атмосферу усталости от постоянных сражений, моего недавнего уныния и в целом, чтобы сделать эмоциональную разгрузку, предложила сделать сегодняшний ужин праздничным, а затем поиграть в какие-нибудь игры, шарады. Все одобрили мою инициативу, и поэтому наша вечерняя трапеза исключительно разнообразными вкусностями, праздничными блюдами, и буквально немного — самая малость — пряным напитком с низким содержанием алкоголя. Он то и придал нам легкости, раскрепощённости и немного озорства.

Когда шарады и различные интеллектуальные игры всем наскучили, мы перешли к более интересным вариантам. Первым выступила игра, очень схожая с земной игрой «Правда или действие», только здесь называлась она по-иному. Но суть одна и та же, поэтому мой мозг упорно отодвигал на задний план слова «правда» и «действие» на языке Светлого королевства и заменял их на привычные земные.

Партеры выбирались произвольно, по желанию самого игрока. От идеи использовать жеребьевку, посредством артефактов, оставшихся еще со времен наших утренних тренировок, которые сейчас уже никто не проводил, большинством голосов отказались.

Начали с Беллавии, которая и предложила провести эту игру. Она выбрала Хедвига, который на вопрос «Правда или действие» выбрал первое.

— Брюнетка или блондинка? — спросила целительница.

— Блондинка, — не задумываясь, ответил тот и посмотрел на меня.

Странно, мне казалось, что ему нравятся брюнетки. Он ведь даже как-то об этом сам обмолвился. Но сейчас это не важно, поскольку Охотник, сидящей возле Белли, задает мне заветный вопрос. Я выбираю правду, ибо страшно представить, какое действие может придумать мужчина, до недавних пор недолюбливавший Избранную в моем лице.

— Что в мужчинах тебя раздражают больше всего? — спросил Хедвиг.

— Лживость и предательства, — серьезным тоном ответила я и выбрала Белли, которая предпочла «Действие». И получила требование придумать каждому шуточное предсказание. Со своим заданием она справилась прекрасно, с юмором и креативностью предсказав мне радостную весть, Хедвигу — удачу в любви, а Стену — повышение по службе.

Стен выбрал меня, и на мой ответ «Правда» затребовал самый романтичный поступок, который ради меня совершал земной поклонник. Хотел, получил. В ярких красках, сдобренных немалой порцией моих восторгах. Пусть знает, что и земные мужчины умеют быть романтичными и способны ради своих дам сердца на многое.

А дальше больше. Белли заставила меня рассказать о своем любимом книжном персонажем, Хедвиг заставил Стена поведать о самом казусном случае из его жизни, за что он сразу же поплатился и по требованию герцога разыграл местного пернатого со всеми соответствующими звуками и повадками. А я, не забыв о недовольстве Охотника моим пением в Озерном крае, принудила его самого запеть. И он отлично спел веселую песню о бравом воине. Никогда бы не подумала, что он имеет такие прекрасные вокальные данные. И Белли тоже продемонстрировала свои таланты, спев романс о печальной любви. Мне пришлось без музыки станцевать народный танец, Стену завязанными глазами начертить в воздухе магией слово неудачник, а сколько признаний, историй и глупостей было сказано благодаря игре, сложно упомнить. Новые игры были не менее увлекательны, чем эта, и поэтому наш вечер прошел весело и интересно. После окончания наших увеселительных мероприятий, я по собственной инициативе первой заступила на дежурство. На все просьбы Стена и Хедвига взять их в напарники, твердо отказала. И не жалела об этом, ведь с того момента, как нас осталось только четверо, все в одиночку несли дежурства, а меня, погруженную в себя и тяжело переживающую утрату, берегли и не привлекали к ночной вахте. Теперь я буду оберегать их покой и дам им возможность отдохнуть от моих проблем и постоянных переживаний за мое душевное состояние.

Ночь была тихая и ясная. Полная луна серебристым светом освещала местность, а вдалеке четко вырисовывались очертания гор Монсэ. Я с тревогой смотрела на каменных гигантов. Большая часть пути пройдена, а я так и не знаю, где именно расположен артефакт. Он не выходит со мной на связь. Вот и сейчас на все мои просьбы указать точные координаты он молчит. Жестокий кусок голубоватой субстанции! Как убивать моих товарищей — так он первый, а как дать ответы на вполне обоснованные вопросы — тут он пас. А ведь времени осталось не так уж и много, всего несколько дней и мы вплотную подойдем к горам, а куда идти дальше — неизвестно! Гор много и обследовать их все мы не можем, вернее, можем, но это займет многие месяцы, а я не собираюсь оставаться здесь так долго. Нет уж! С меня хватит всех «прелестей» положения Избранной! Я хочу домой! К маме, папе, сестре, друзьям! К нормальной спокойной жизни, где тебе не угрожают каждую секунду разломы и злобные твари!

Шорох заставил меня насторожиться. Оборачиваюсь и вижу. Нет, не злобную тварь, а Хедвига Палма. Он приветливо улыбается и быстро подходит ко мне.

— Я подумал, что сейчас холодно, и решил принести тебе что-нибудь согревающее, — говорит он и протягивает мне кружку с напитком.

— Благодарю за проявленное беспокойство, но…

— Ты не замерзла? — прерывает меня неожиданно появившийся Стейндомнд с пледом в руках, который он накидывает мне на плечи.

— Нет, но спасибо за заботу, — благодарю я и возвращаю его обратно герцогу. — Не стоит так переживать за меня, ребята. Вы мне окажете большую услугу, если сейчас же отправитесь спать, — прошу я, и тут понимаю, что размещение мужчин в одной палатке было не самой лучшей идеей.

Тишина. Воины смотрят друг друга с плохо скрываемым недовольством.

— Что ты тут забыл, Хедвиг? — сдержанным тоном спрашивает Стен, добавив к этому колючий взгляд.

— То же, что и ты, Стейндмонд. Пытаюсь помочь Избранной, — с холодом ответил Охотник и впился в мага стальным взглядом, не предвещающим ничего хорошего для тея Рейнхарта.

Отчетливо понимая, что если я не вмешаюсь, может произойти стычка, и поэтому прошу герцога принести мне воды, а Хедвига отправляю проверить костер. Кинув на охотника победоносный взгляд, боевой маг с довольным лицом отправляется за водой, а мужчина с русыми волосами медленно идет в сторону костра.

Буря миновала, — уже подумала я, но все пошло не по запланированному сценарию. Выполнив мои просьбы, мужчины стали по бокам от меня. Мои просьбы отправляться спать они игнорировали, так и оставшись со мной до конца моего дежурства.

Я угрожала обидой и бойкотом, требовала, просила мягким голосом, уходила в другое место от своей навязчивой стражи, — ничего не помогало заставить их отправиться спать или просто оставить меня одну. Они оба неотступно стояли возле меня, задавая вопросы о моем самочувствии: не замерзла ли, не хочу ли пить, как я себя чувствую и т. д. Я молчала, интуитивно понимая, что если отвечу одному, то это заденет другого и может спровоцировать конфликт. Ведь отвечая Стену, я бы давала ему ложную надежду о моей заинтересованности им, а отвечая Хедвигу — провоцировала бы ревнивого аристократа на ссору и убедила охотника, что предпочла его и полностью бы переключила его внимание с целительницы на меня, что впоследствии обязательно ранило бы Белли, которая неравнодушна к Палму.

«И когда все успело так запутаться? Я всегда искренне верила, что подобные хитросплетения взаимоотношений могут быть только в кино и книгах, но и тут мир Икии смог удивить меня. И что теперь мне делать? Как предотвратить конфликты в столь тесном обществе и довести всех в целостности и сохранности до Тэлума? Еще бы знать куда вести. Одна проблема краше другой. Попала, так попала».

Когда время моего дежурства вышло, мужчины проводили меня до самого шатра. Возле входа я остановилась, обернулась, устало посмотрела на воинов и разыграла заранее спланированный обморок. Они тут же засуетились, начали приводить меня в чувство, и когда я, закатив глаза, слабеньким голоском попросила позвать Белли, Хедвиг тут же метнулся в палатку. Быстро появившаяся целительница приказала перенести Избранную в шатер, после чего меня взяли на руки и уложили на походную постель, а Белли быстро продиагностировала меня и нахмурилась.

— Оставьте нас наедине, — попросила она, и когда мужчины удалились, спросила о причинах моего розыгрыша.

Я рассказала о ситуации на своей ночной вахте и попросила ее подежурить вместе со следующим на очереди Хедвигом, а Стена отправить спать, сказав, что мне нужен покой. Она согласилась подыграть мне и в итоге мой план удался: Белли побыла наедине с предметом ее влюбленности, герцог ушел к себе в палатку, а я спокойно отдохнула.

Утром я спросила у целительницы, что за диагноз она мне поставила. Оказалось, вчера у меня случился острый приступ из-за ситуации со Инбером, и чтобы не спровоцировать новый «приступ» она настоятельно рекомендовала мужчинам держаться от меня подальше и «не пробуждать своим видом неприятные воспоминания». Отлично, это даже превзошло все мои ожидания. Поблагодарив тею Уинверт за помощь и восхитившись ее находчивостью, я продолжила разыгрывать роль впечатлительной и слабой барышни, чье хрупкое душевное равновесие необходимо беречь.

Два дня план работал безупречно, ибо мужская половина шруппы, беспокоясь о моем здоровье, не донимала меня своим чрезмерным вниманием, как и предписала целительница. Приятным бонусом к этому было полное отсутствие нападений нечисти и разломов. Тишь, благодать и мир в коллективе. О большем сейчас, не считая точных координат артефакта, я и не могла желать. Мое ночные дежурства было значительно сокращены, хотя я этому и сопротивлялась, говоря, что я лишь временно больна, а не полностью дееспособна. И мне поверили. Еще бы не поверили! Когда Стейндмонд и Хедвиг начали выказывать недовольство «моим геройством», как один из них выразился о моей просьбе не лишать меня возможности помогать группе, я скривилась и упала в обморок. Больше данная тема не поднималась.

Ночь, палатка, спящая Беллавия напротив, я и мои размышления о том, что мой план с хрупкой душевной организацией и впечатлительностью не сможет просуществовать длительное время. Нужно придумать что-то более эффективное и менее драматическое, а то разыгрывать роль слабой девушки с печальным взором и тоненьким голоском мне уже начинает надоедать. Но кроме желания сходить в туалет моя голова не смогла сгенерировать никаких рациональных идей.

Осуществив все, что так настойчиво требовал зов природы, максимально незаметно стараюсь вернуться в шатер, что бы ни в коем случае не обратить на себя внимание дежурящего Охотника. Он, как мне кажется, начал что-то подозревать насчет моего сговора с Белли, и по этой причине я стараюсь его избегать.

Спокойно иду к себе, и тут резко меня хватают за плечо и встряхивают.

— Что ты творишь, совсем из ума выжил? — недовольно говорю Охотнику и пытаюсь освободиться. — Отпусти!

— А где же обморок, Елена? Разве ты забыла о своих приступах? — язвительно говорит мужчина, и я понимаю, что опростоволосилась.

«Упс, забыла! И тут же закатываю глаза и лишаюсь чувств. Палм крепко держит меня, не позволил упасть на землю, однако привести меня в чувство он даже не пытается. Каков нахал! Я тут всеми силами стараюсь имитировать правдоподобный обморок, а он никак не реагирует!»

— Может, уже прекратишь притворяться? Я ведь знаю, что ты меня слышишь, — спокойно говорит Хедвиг.

Молчу. А через несколько секунд он меня поцеловал! Сильнее зажмуриваю веки и плотнее сжала губы. Как же неприятно! Но я понимаю, что это проверка, и если я очнусь и напрошусь на него с упреками, мой обман выплывет наружу и будет еще хуже. Я не хочу обвинений в лживости, гордость этого не позволяет, и поэтому терплю, чего не скажешь об Охотнике. Он явно получает удовольствие, старается и… у него неплохо получается. Что ж, причислю к отличным вокальным данным еще и умение целоваться.

Почувствовав полную свободу, Хедвиг переходит на французский поцелуй. То, что я не люблю больше всего! Ну уж нет! С меня хватит! Открываю глаза и отталкиваю мужчину.

— Озабоченный! — кричу в бешенстве.

— Но ведь тебе же понравилось? — лукаво отвечает он, не выпуская меня из своих крепких рук.

— Что?! Да как ты смеешь, говорить подобное!! — возмущаюсь я и получаю новый поцелуй. Еще более волнующий и жаркий, чем все предыдущие и… силы сопротивляться покидают меня, а уста предательски отвечают на призыв мужчины.

Дальше все произошло стремительно. Появившийся Стен в бешенстве оттащил от меня Охотника и ударил его в лицо. Завязалась драка, которую мои крики и призывы успокоиться не остановили. Пришлось разнять их магией, сильно приложив обоих заклинаниями и буквально пригвоздив к земле.

— Ты за это поплатишься, Хедвиг! Не смей больше трогать мою девушку! — кричит разъяренный Стейндмонд Рейнхарт.

— А с каких это пор она твоя? Она свободная и сама решит, кого ей выбрать! — не менее яростно отвечает Хедвиг Палм.

— Да как ты могла! Я ведь доверяла тебе! — восклицание Беллавии прервало перепалку мужчин, и заставил обернуться меня. По всей видимости, девушка давно наблюдает за нами, и только сейчас поняла истинную причину ссоры между магом и охотником.

— Белли, ты все неправильно поняла, — попыталась подойти к целительнице и объяснить всю нелепость произошедшей ситуации.

— Оставь меня в покое, двуличная! Ты говорила, что тебе не нужна любовь, а сама за моей спиной крутила роман с Хедвигом! — со слезами ответила она и убежала.

Прижав руки к голове, я опустилась на землю. Это конец. Конец моей дружбе с Беллавией, конец миролюбивым отношениям в группе, конец всему, что так долго и с таким трудом строилось!

— Поговори с ней и скажи, что между нами ничего и никогда не было, — строго приказываю Охотнику и, не дав ему ответить, используя магию, толкнула его в ту сторону, куда убежала тея Уинверт. Поднявшись, мужчина развернулся и направился ко мне. Я еще более сильным заклинанием развернула его и отправила по следам девушки. Палм понял, что я сейчас не намерена беседовать с ним, и пошел к Беллавии.

— Стен, я знаю, что ты злишься на меня. Но послушай, прежде чем сделать выводы. Между мной и Хедвигом никогда и ничего не было, нет, и не будет. Я никогда не рассматривала его как возлюбленного, а вежливой и приветливой была с ним только потому, что не хотела устраивать конфликты. Нам нельзя ссориться сейчас, когда мы так близки к цели. Мы не можем этого допустить, ведь тогда жертвы всех наших товарищей станут напрасными, — попыталась я объяснить ситуацию и пробудить в нем здравый смысл.

— И тем не менее, вы целовались. За моей спиной. Разве этого мало для выводов о твоей честности? — холодно ответил маг.

— Я не буду оправдываться за то, что произошло не по моей вине, я просто скажу одно. Хедвиг — не соперник тебе, и тем более не враг. Он сам не знает, чего хочет: он то ненавидит меня, то проявляет симпатию. Разве такой непостоянный в своих чувствах человек мог бы привлечь меня, ценящую в людях последовательность и постоянство? Разве я когда-нибудь была двуличной и нечестной по отношению к тебе? Тому, кому доверяю и очень ценю, — произнесла я и проникновенно посмотрела в лицо герцога.

— Однако ты лгала насчет своих приступов. Разве это не первый, пусть и небольшой признак лживости? — сдержанно ответил он и впился своими глазами, как бы желая увидеть всю меня насквозь.

— Не солги я насчет приступов, вы бы гораздо раньше устроили конфликт. Я не хотела видеть как ты, благородный и справедливый воин, из-за необоснованной ревности начнешь устраивать потасовки и ссоры, — не отводя глаз от лица аристократа, сказала я.

— Ложь во спасение. Как же это типично для девушек, — с презрением ответил маг, и колючие льдинки затмили некогда влюбленный взгляд. А потом он просто пробил мои магические тиски и ушел к себе в палатку. Отдельную, ведь после неприятного случая на моем первом после событий с Инбером дежурстве, каждый мужчина спал в своем шатре. По всей видимости, нам с Белли придется поступить также.

Девушка долго отсутствовала, я уже собиралась отправиться на ее поиски. Но тут она появилась с опухшим от слез лицом и с неприязнью посмотрела на меня.

— Белли, между нами ничего не было, — попыталась вернуть доверие целительницы, на что она молча достала спальный мешок и вышла вон из шатра.

Утро и весь день прошли в удручающей обстановке. Беллавия и Стен игнорировала все мои попытки наладить отношения, и я решила дать им время подумать на счет вчерашнего и перестала беспокоить. Помимо меня тей не разговаривал и с Хедвигом, но общался с целительницей. Маг и девушка объявили нам обоим бойкот, чем Охотник, казалось, не сильно тяготился, уделяя только мне свое внимание. Вот только я его отталкивала. Одним словом, Хедвиг Палм у всех вызывал неприязнь.

Вечер и ночь с дежурствами не внесли мира в наш маленький отряд. И я решила просто ждала подходящего момента, когда можно будет вновь сплотить нашу группу.

На следующий день случился мини-разлом, но он, ненадолго скрепив нас узами военного братства, не оправдал моих надежд по восстановлению мира. Из приятного, что произошло за последнее время со мной — я узнала, в какой именно части горной цепи Монсэ находится Тэлум. Произошло это как всегда неожиданно и, что особенно примечательно, без иллюзорных картинок и видений. Я просто заметила, что одна из гор источает голубое сияние, и поняла, что это помощь от Тэлума.

Мое известие о новой подсказке от артефакта вызвало только корректировку курса, но не корректировку настроения в коллективе.

Так прошел еще один день, и только на утро третьего дня герцог соизволил сменить гнев на милость. Наконец-то до него дошло, что я не люблю Хедвига! Неужели тей Рейнхарт свел воедино все факты и пришел к разумному выводу, который я ему сказала еще в ту злопамятную ночь! Ура, запускайте салют и трубите в трубы в честь этого знаменательного события! Более того, он извинился передо мной за свою излишнюю горячность и проявления ревности, и, разумеется, получил прощение. Ведь виноват не только он, но и я. Если бы я не устроила глупую выходку с обмороками и сразу бы призналась Хедвигу в своем обмане, возможно, поцелуев и последовавший потасовки не случилось. Ах, если бы! Но сейчас поздно сожалеть о содеянном, нужно двигаться вперед, не забыв сделать выводы из прошлого и проявив терпимость к неблаговидным поступкам других членов экспедиции. Ведь абсолютно у каждого есть эмоции и чувства, все в определённый момент способны потерять выдержку, и я, заварившая всю эту кашу, обязана быть снисходительна к своим товарищам.

Однако эта оттепель не затронула Охотника, с которым Стейндмонд держал себя очень строго, порой даже слишком. И это привело к ссоре, и если бы не мое вмешательство, она могла закончиться новой дракой.

Чем ближе подходили к горам, тем прохладнее становилось. Благо на этот случай была заранее предусмотрена теплая экипировка, который все мы не преминули воспользоваться. Вот и горы Монсэ, вернее нужная нам гора Нейф, очертания которой покрыты голубым светом. Что примечательно, это свечение вижу лишь я. Видимо это и есть одно из проявлений особой связи Тэлума с Избранной, о котором мне говорили во дворце, успокаивая, что артефакт откроет свое точное месторасположение по мере приближения к нему. Восхождение началось. Пологие склоны пока позволяли обходиться без специального оборудования для скалолазания, которое также у нас имелось.

Во время покорения Нейфа Беллавия по-прежнему была холодна со мной, однако постепенно, по мере нашего продвижения вверх, начала разговаривать со мной, пусть и общими официальными фразами. Хедвига Палма она до сих пор сторонилась, видимо, его быстрый скачок с влюбленностью в нее во влюбленность в Избранную, сильно ранил ей сердце. И я ее прекрасно понимаю ее и одновременно недоумеваю, как Охотник, большую часть нашего пути уделявший вниманием и особое расположение только к целительницы, так резко, а главное совсем неожиданно, увлекся мной? Я, тщательно взвесив все вехи наших взаимоотношений с Охотником, так и не смогла найти адекватную причину произошедшей перемены. Или же я чего-то не знаю и в отношениях девушки и охотника случилось что-то такое, что не оставило шанса Белли? Но если он по непонятным причинам охладел к красавице, зачем же увлекаться неприятной ему Избранной? Сплошные загадки, без шанса на ответ, ибо ни с Беллавией, ни с Хедвигом обсуждать причину произошедшего разрыва некогда теплых отношений я не собиралась.

Обед прошел быстро, и наше восхождение продолжилось. Сердце радовалось, ведь это было последнее географическое препятствие на пути к Тэлуму. Как только перейдем через Нейф, мы попадем в сердцевину круга, образованного горной цепью Монсэ. И именно там и отыщем замок с артефактом. Об этой точной последовательности действий для нахождения Тэлума я узнала сразу после сна, вернее, четко осознала, что только так и нужно поступить. Для меня все это было очевидно и не вызвало вопросов, чего не скажешь о самом убежище Тэлума.

«Допустим, открыть его я смогу, использую подсказку, данную мне артефактом. Но как быть дальше? Как не заблудить в коридорах замка, наверняка полного опасных ловушек и забрать из-под самого носа темных артефакт, который они тщательно оберегают, раз построили замок в таком труднодоступном месте, надежно защищенном горами и куполом невидимости? Так много вопросов, и так мало ответов. Надеюсь, Тэлум поможет той, которую он сам и избрал в свои хранительницы, с наименьшими потерями забрать его из лап темных и вернуть в Сиат. Иначе, у меня будут большие проблемы. Хотя нет, уже не будет. После внезапно пробудившейся ко мне страсти Хедвига и способов ее проявления, мне уже ничего не страшно. И даже темные маги с их заклинаниями уже не поразят меня, ведь после такого взгляда Охотника я уже должна быть насквозь пробита ударной порцией обожания и безграничной любви. Странный он человек, непредсказуемый и по-своему привлекательный. Статный, с красивым мужественным лицом и… и отвратным характером», — оборвала зашедшие не в ту сторону мысли, кинула полный негодования взгляд на Палма, ничего не подозревавшего о моих размышлениях и молча шедшего рядом, и оступилась.

Нет, не оступилась, а по щиколотку провалилась под землю, а потом стремительно полетела куда-то вниз.

Когда я очнулась, кругом были обломки горных пород, а высоко надо мной зияла огромная дыра, сквозь которую светили лучи полуденного солнца. Глазам было больно от такого яркого света, тело ломило, мозг сковала вялость и желание спать. Приходилось бороться со всем этим, прикладывая не малые усилия воли.

Окончательно придя в себя, ищу глазами ребят. Рядом лежит Белли.

— Ты как? — спрашиваю у нее.

— Нормально, вроде цела, — отвечает она и пытается приподняться.

Чуть поодаль от нее Охотник постепенно приходит в себя. А Стена я не вижу. Где он?

— Стен, — тихо зову я и пытаюсь привстать. Сделать это трудно, поскольку тело до сих пор неприятно ноет, но, по крайней мере, хоть переломов нет, если я смогла встать на ноги. — Стен! — тревожно взываю я, и, обернувшись, вижу его, лежащего без чувств. — Стен! — трясу его, пытаясь привести в сознание, но темноволосого мужчину не приходит в себя. С помощью магии диагностирую герцога на предмет переломов и ран — он цел, если не считать пары царапин на щеке и нескольких ушибов. — Стен, очнись, прошу тебя, — умоляюще произношу я и с помощью магической подпитки пытаюсь привести воина в чувство и заодно излечить. — Очнись! — кричу я, а Белли подносит склянку с резко пахнущим веществом к носу магу. Подействовало! Ресницы дрогнули, он отрывает глаза и морщится. Тут же целительница убирает серебристую склянку и подносит к его устам небольшой флакончик с зеленой жидкостью, и просит выпить ее. Герцог беспрекословно выполнил требование девушки, а я, не выпуская его ладони из своих рук, с радостью смотрю на то, как Белли восстанавливает ему силы.

Рейнхарт быстро вернулся в прежнюю форму, не забыв поблагодарить меня и Беллавию за помощь, и как только он встал на ноги, я, сама не понимая как, повисла у него на шее.

— Я так рада, что все обошлось, — сказала я и сильнее прижала его к себе.

— Все в порядке, — ответил он, и от этих слов на душе стало тепло.

— Кхмм, — кашель Охотика попытался прервать идиллию мира двоих, но я никак не отреагировала, а светлый маг только крепче обнял.

— Кхммм, — повторил он, — А как мы будем выбираться отсюда? Одних объятий для этого недостаточно, — с долей ехидства проговорил Палм.

— Действительно, как? — запрокинув голову и вопросительно посмотрев на Стейндмонда, спросила я.

— С помощью артефактов для скалолазания, — спокойно ответил он, поцеловал меня в лоб и разомкнул объятья.

На то, чтобы сначала излечиться от множественных синяков, царапин и ушибов, а затем вернуться на поверхность ушло немало времени. Ближе к вечеру мы смогли покинуть этот провал и даже поднялись вверх на несколько ти.

После приключения с провалом лед в отношениях с целительницей дрогнул. Она опять стало приветливой и смешливой барышней, и в группе воцарилась некогда утраченная дружелюбная атмосфера.

Во время моего ночного дежурства Хедвиг попытался было присоединиться ко мне и помочь, но я в вежливой форме попросила оставить меня в покое и обратить внимание на умницу и красавицу Белли. Но мои просьбы остались без внимания, и только выставленный щит убедил назойливого мужчину отстать от меня. Но это было только временная победа, поскольку через некоторое время охотник на нечисть появился с подношениями в виде моих любимых сладостей — и как он только узнал, что я предпочитаю именно их — и кружкой горячего напитка.

— Благодарю, я не голодна, — отказалась я и укрепила щит.

— Напрасно, ведь здесь твой любимый пирог, печенье и вкусный горячий напиток. Я бы на твоем месте подумал об этих замечательных яствах и не отказывался, — сказал он, и медленно пронес тарелочку с ароматным кусочком пирога и несколькими кругляшами аппетитного печенья на уровне моих глаз.

— Я кажется уже сказала тебе, что я не голодна, — ответила я. — Иди отдыхай, я сама со всем справлюсь, — но мужчина никуда не спешил и я решила воспользоваться моментом и проявить свое женское любопытство.

— Ты же меня ненавидел до недавнего времени, а тут вдруг стал добиваться моего расположения. Зачем тебе все это? — спросила я и посмотрела на Охотника.

— Я полюбил тебя и теперь не отступлю, пока не добьюсь ответных чувств, — твердо ответил он и с легкой улыбкой на устах посмотрел на меня расплавленным серебром глаз.

Странно, но его признание в любви не вызвало у меня смущения или неприязни, как это обычно происходило со мной, когда поклонник был не особо приятен мне. Наоборот, мне показалось, что я даже ждала именно этих слов именно от этого человека, который настолько сильно ненавидел Избранную, что влюбился в нее. Ох уж это мое женское тщеславие и мстительность по отношению к хейтерам.

— Ты ведь прекрасно знаешь, что я не отвечу тебе взаимностью. Так почему ты упорно добиваешься именно меня, а не Беллавию, открыто симпатизирующую тебе? — продолжила я, надеясь поспособствовать счастью подруги.

— Насчет взаимности не стоит делать столь поспешные выводы. А Беллавии я никогда не давал поводов надеяться, что я к ней неравнодушен, — спокойно ответил он.

— Тогда зачем ты давал ей ложные надежды, проявляя внимание и тесно общаясь с ней? — с обидой за попранные чувства девушки укоряюще спросила я.

— А зачем ты даешь Стейндмонду ложные надежды? — вопросом на вопрос ответил охотник на нечить.

— Ты мог бы дать ей шанс. Она этого заслуживает, — проигнорировав неприятный вопрос мужчины, убежденно сказала я.

— В таком случае и я заслуживаю шанс добиться твое расположение, невзирая на прошлые обиды.

Я лишь отрицательно качнула головой.

Хедвиг удалился прочь, но уже через некоторое время он, свободный от подношений, стал возле меня, сказав, что не позволит Избранной оставаться одной. Я ничего не ответила, только хмыкнула от настойчивости и напора воина, который еще несколько недель назад с тем же напором и пылом ненавидел меня.

Чуть позже появился Стен, и не единым жестом или словом не обратив внимания на моего «стража», спросил все ли в порядке. Я ответила, что все хорошо.

Так мы и простояли втроем до окончания моего дежурства: Избранная, боевой маг и охотник на нечисть, мирно беседующие на отвлеченные темы, словно между нами никогда не было острых противоречий, обид, ссор.

ГЛАВА 15

На расстоянии примерно двух дней пути показалась вершина горы Нейф. На солнце ее снежная шапка красиво сияла и переливалась. До этого рубежа мы добрались без осложнений и форс-мажоров, однако подъем нельзя назвать легким. Но для нашего сплоченного коллектива, экипированного самыми совершенными артефактами и сопутствующими им предметами, все было по плечу.

За все время восхождения оборудование для скалолазания применялось лишь несколько раз, когда утесы были слишком отвесными или же для преодоления огромных пропастей и расщелин. Сейчас мы, как и большую часть времени, проведенного на Нейфе, пешим ходом, используя только собственные ноги и руки, подходили к самому началу снежной вершины горы, тянущейся далеко вперед и имеющей, как мне показалось, необъятные размеры. И неожиданно для нас ее спокойные снега пришли в движение. Началась лавина! Снежная волна, образованная где-то наверху, стремительно скатывалась в нашу сторону.

Что делать? Магический щит не выдержит напора стихии, а крупных выступов, способных послужить убежищем от снежного потока не было поблизости, да и на дальних расстояниях их не наблюдались. Ни одного! Ситуация становится критической, каждый судорожно пытается найти из нее выход. Но выхода, кроме как принять мученическую смерть от каприза стихии, мне на ум не приходит. Лавина буквально в нескольких сотнях ми от нас и чем ближе к нам, тем больше развивается ее скорость.

— Здесь есть пещера, в которой мы можем укрыться, — говорит взволнованно Охотник и руками отодвигает огромные серые валуны. Не скажу, что перспектива быть запечатанным лавиной в пещере особо прельстила меня, но это лучше, чем быть сметенным грозной стихией умереть от переохлаждения.

С помощью магии удалось очень быстро расчистить вход в подземное убежище и не менее стремительно, загородив этими же камнями проход при помощи заклинаний, укрыться в пещере.

С грохотом лавина ударила по нашему импровизированному заграждению, потребовав от нас больших усилий, чтобы каменная кладка не была пробита снежной волной.

Однако сдержать напор стихии и благодаря этому остаться в живых мы смогли, не без серьезных затрат магических резервов, разумеется.

Когда все осталось позади, был проведен экстренный совет. На нем было решено пробить снежный покров, закупоривший нас в пещере, и продолжить восхождение к вершине горы. Однако, осуществить задуманное не получилось. Ни с первой попытки, ни с десятой, ибо нас замело не столько снежными массами, которые возможно растопить или же пробить относительно легко, но и огромными глыбами льда вперемешку с прочными горными породами. После неудач первого времени, была принята корректировка начального решения: проведя в пещере ночь и полностью восстановив свои силы, мы опять приступим к освобождению из снежного плена. Присутствовало в дискуссии и предложение пройти оставшийся путь через пещеру и, следую картам с достоверными координатами данной пещеры, выйти на другую сторону горы. Но мне это предложение не понравилось, поскольку точно неизвестно, что может обитать в этих подземных коридорах, да и достоверность карты пещеры, составленной темными и не перепроверенной основательно светлыми спелеологами, вызывала определенные сомнения. Оперирую этими аргументами, мне удалось склонить на свою сторону Беллавию и Стейндмонда, поэтому ночь мы провели в пещере с жутковатой атмосферой замкнутости и стенами цвета графита, дополнительно нагоняющими тоску после яркого солнца на поверхности. Место, выбранное для ночлега, представляло собой небольшую площадку перед входом, которая разветвлялась на два коридора, уводящие вглубь царство мрака.

Утром мы продолжили наши попытки выбраться на свободу, одна из которых была сопровождена эхом по пещере. Вслед за ним неожиданно появились громкие шорохи, очень напоминающие звук производимый когтями собак, бегающих по паркету. Мгновение спустя возникли небольшие сморщенные черные карлики с безобразными лицами, красными глазами и длинными свисающими до самого пола пещеры ушами, обсыпанными шипами, которые, волочась по каменной поверхности, и издавали этот ужасный звук царапанья. Нас без церемоний начали обсыпать шипами, а мы атаковали неожиданных визитеров. Несомненно, силы были неравными, поскольку магические заклинания и стрелы Хедвига наносят значительно больший урон, чем шипы. Однако на их стороне был перевес в виде численного превосходства. Их было очень много, на месте убитых как из-под земли появлялись новые, но мы не сдавались.

Чье-то атакующее заклинание насквозь пробило плотный ряд тварей, срикошетило от стены и угодило в потолок, рассыпавшись на множество оранжевых искр. Своды пещеры затряслись, сверху посыпались камни и огромные сталактиты. Шипастая нечисть сразу же растворилась в левом коридоре, а мы, шарахаясь от каждой упавшей каменной сосульки и проявив чудеса скоростного бега на короткие дистанции оказались в правом коридоре, где ситуация не была настолько плачевной, но все же опасной. Когда мы удалились на безопасное расстояние, где своды пещеры не падали на нас и не грозили убить, мы остановились и решили подождать, пока непредвиденная встряска на площадке перед выходом не прекратится. Прождав примерно час, мой отряд, успевший отойди довольно далеко от нашей первоначальной дислокации в подземном царстве, начал возвращение на исходные позиции. Каково же было наше удивление, когда пройдя несколько десятков ми, мы уперлись в завал из камней. Пути дальше не было, возможности пробить его тоже, ибо даже по самым приблизительным подсчетам мы удалились от исходной точки своего пребывания возле выхода на несколько сот ми или даже на ти. Нам оставалось только одно — углубиться в пещеру и с помощью ее ответвленной сети выйти на другую сторону горы Нейф.

Используя особое заклинание поиска, отображающее местоположение мага на карте в виде красного пятна, мы определили, в какой именно части пещеры находится наш отряд. Тщательно изучив всю известную нам картографическую информацию об этой пещере, которой темные дали название «Атрум» и которое закрепилось за ней также и у светлых географах, был построен маршрут выхода отсюда. Благо пещера, согласно имеющейся в нашем распоряжении подробной карте имела множество выходов на поверхность, часть из которых вели непосредственно к сердцевине горной цепи Монсэ.

Идея пересечь гору Нейф, применив для этого подземные коридоры «Атрума», не вызывала в моей душе приятно отклика, а карта этой пещеры — доверия. И поэтому я, неожиданно решив, что Тэлум лучше знает, как выбраться отсюда, попросила у артефакта помощи. На его ответ я особо не рассчитывала, но в глубине души надеялась, что он даст хоть какую-нибудь подсказку, как сократить путь и не проводить в пещере около четырёх — пяти дней — таков примерный срок нашего пребывания при скорости движения десять ти. Но Тэлум молчал, а я печально вздохнув, прибавила яркости своему светлячку.

Во время первого дня нашего вынужденного подземного путешествия, не считая уже случившихся неприятных встреч и событий, ничего опасного нам не повстречалось, даже нечисть не попадалась на глаза. И это немного успокоило меня, воображающую, что за каждым шорохом скрывает тварь, промелькнувшая тень принадлежит опасному монстру, а новый поворот непременно приведет к обрыву.

На второй день ничего страшного, не считая небольших затруднений в дороге, выраженных в виде небольшого обрыва, который был успешно преодолен с помощью артефактов для скалолазания, не случилось. Слово день, конечно же, не совсем подходит под данный контекст, но используя часы, мы безошибочно определяли, когда день, а когда ночь, и придерживались режима бодрствования и отдыха, заведенного на поверхности.

Утро третьего дня прошло спокойно, если не считать моей тоски по солнышку и открытому пространству. Из разговора с коллегами по несчастью быть запертой в пещере, выяснилось, что не одна я недолюбливаю пещеры. Благо, никто из нас не страдал клаустрофобией, иначе было бы туго, и без того неприятное путешествие приобрело бы серьезные осложнения.

Совсем рядом прозвучал протяжный рык. Но коридор был пуст, по крайней мере, несколько десятков метров, освещенных специальными артефактами не выявили наличие пещерной нечисти. Рык не прекращался, а мы стали на боевую изготовку, ожидая удара или спереди, или сзади, и даже сверху. Но неожиданно для нас боковая стена коридора разлетелась на мелкие кусочки и из проема показались мощные лапы с необычными наростами. А вслед за ними огромный безглазый монстр с черной лоснящейся шерстью и клыкастой пастью. Это нечто издало утробный звук и плюнуло в нас, но промахнулось и попало в одну из стен пещеры, оставив на ее поверхности кратер. Да это же настоящая кислота, осенило меня, а ребята начали атаковать тварь, носящую название нойра. Из-за толстой и невосприимчивой шкуры убить ее можно только особым заковыристым заклинанием высокого уровня. Такая сложность в создании требует немного больше времени, чем при создании обычных боевых заклинаний. Учитывая напор твари и запас прочности нашего щита, мы обладаем ресурсами для создания только одного такого заклинания.

Как самый опытный маг из нас троих, Стейндмонд приступает к формированию этого заклинания, а я вместе с Беллавией прикрываю его и Охотника, который из-под покрова своего щита, вступил под протекцию общего магического купола.

Судя по обрывкам слов, которые мне удалось расслышать в перерыве между формированиями атакующих заклинаний, Стен близок к завершению чудо средства от нойры. Но резко пробивающая наш щит кислотная слюна, задевает руку герцога. Заклинание не получилось, а тварь подходит все ближе и ближе, несмотря на град заклинаний и стрел. В раскрытую и готовую для нового плевка пасть летит голубой сгусток, сформированный целительницей. Попав точно в цель, тварь покрывается ледяной коркой, которая быстро превращается в толстый ледяной покров. Нойра, замороженная этим заклинанием, перестает проявлять признаки жизни.

Я была поражена! Впервые вижу нечто подобное! Никогда и ни от кого не слышала и не находила даже информации о таком заклинании!

— Это пока ненадолго его задержит. Действуете! — провозгласила целительница, связанная с заклинанием голубой магической нитью, посредством которой она поддерживала тварь в состоянии заморозки.

Девушка дала нам небольшую фору во времени, и мне одновременно с герцогом удается воздать нужное заклинание. Когда все было готово, целительница прекратила вливать силы в ледяной покров. Противная нойра тут же разбила сдерживавшие ее оковы и была убить двойной порцией увесистого заклинания.

Рана Стена оказалась серьезной и Беллавия, используя меня в качестве помощницы, не без труда смогла ее заживить. Теперь герцог несколько дней не сможет использовать для создания заклинаний левую руку, иначе это может грозить большими осложнениями для его здоровья. Но Стейндмонд не сильно огорчился на этот счет, сказав, что справится со всем одной правой. Даже сейчас он сохранил свойственный ему оптимизм, и это не может не радовать.

Хедвиг получил серьезные гематомы и несколько ран, с которыми зеленоокое дарование смогло справиться и без моей помощи, чему я была рада, поскольку не особо хотела мешать ее новой попытке покорить сердце своенравного мужчины.

После лечения всех пострадавших, в том числе и себя, и Избранной, Беллавия, уже изрядно потратившая свой резерв на создание ледяного плена для нойры, была опустошена и нуждалась в магической подпитке. Я, как обладательница самого большого потенциала с радостью начала вливать в нее свои магические силы.

— Беллавия, что это за необычное заклинание с замораживанием? Я очень поражена и мне не терпится узнать о нем побольше, — держа за руку девушку и восполняя ее магические потери за свой собственный счет, полюбопытствовала я.

— Это заклинание — достояние моей семьи. Именно мои предки создали его и впоследствии передавали из поколения в поколение исключительно членам рода Уинверт. Прости, но рассказать тебе о нем более подробно я не могу, — уклончиво ответила девушка.

— У тебя очень талантливые предки, — высказала я свое восхищение родом Уинверт и без злого умысла поинтересовалась. — А сейчас в вашей семье ведутся работы по созданию новых заклинаний?

— Да, для нас это что-то вроде хобби или даже древней семейной традиции. Причем результаты этого хобби самые разнообразные и непредсказуемые и то, что я продемонстрировала сегодня — лишь побочный эффект, поскольку мой род, издревле славившийся талантливыми целителями, концентрировал свои усилия только в сфере своих профессиональных интересов, — открыто ответила тея Уинверт на мой вопрос. — У нас даже есть особой фолиант, где рассказано о самых значительных открытиях. Был, вернее, — поправила себя девушка и глаза ее стали печальны.

— Почему был? С ним что-то случилось? — осторожно спросила я, в надежде, что Избранная, обладающая сильным даром, большими связями, несметным богатством и влиянием, может помочь своей подруге вернуть ценную для нее и ее семьи книгу.

— С ним ничего не случилось, он всего лишь покинул стены родового гнезда Уинверт навсегда, — с грустью ответила она и продолжила холодным тоном, — Один мой недалекий родственник влюбился в представительницу другого славного рода целителей и, потакая ее капризам, подарил ей этот фолиант. Его она, конечно же, бросила потом, но нашу семейную реликвию мы утратили. Сейчас она хранится у рода Эндебор, и все наши попытки вернуть ее не увенчались успехом. Поэтому родители решили исправить опрометчивый поступок папиного брата и попытались восстановить фолиант, используя собственные архивы и семейную библиотеку. Когда я выросла, они и меня приобщили к своему занятию. Так я и узнала об этом заклинание — разоткровенничалась Белли. Пауза. — А полгода назад пожар полностью уничтожил наш многолетний труд, включая архивы и большую часть библиотеки рода Уинверт. Теперь нам необходимо начинать все сначала, — с полными боли глазами тихо окончила свой рассказ целительница. — Благодарю за подпитку, — и перестала принимать мою помощь.

Я была расстроена после такого откровения девушки, поскольку глядя на всегда бодрую и жизнерадостную Беллавию, никогда бы не подумала, что с ней случилось такое потрясение. Потерять не только многолетний труд, но и даже шанс на его восстановление! Это ужасно! Неудивительно, почему Белли никогда не поднимала со мной эту болезненную для нее тему. Надеюсь, что когда я верну Тэлум в столицу и обрету полную мощь Избранной, я смогу помочь ее беде.

Четвёртый день прошел спокойно, и это не могло не радовать, ибо постоянные сражения с нечистью, смертельная опасность, ранения, ежеминутное ожидание угрозы нападения — порядком надоели и телу, и моей нервной системе.

После завтрака нам оставалось пройти несколько ти до выхода из пещеры. Это была отличная новость, и она вселила в меня надежду, что скоро мое пребывание в царстве мрака навсегда окончится. Но это было не так. Мы пришли не к выходу, а к тупику. К сплошной стене из горной породы, пробить которую из-за опасности вызвать обрушение свода мы не могли. Это было фиаско, крах, шок, ужас, одним словом, всех охватило уныние и ступор. Что нас подвело: карта ли, наша оплошность или же обвал, или поворот не туда — было все равно, ибо на этом наши муки не подошли к концу, а только начались.

Не в силах больше выносить это потрясение я отшатнулась к стене коридора, а затем сползла по ней, усевшись на холодный пол. Обхватила голову руками, отказываясь верить в правдоподобность всего происходящего. Нет, нет! Это все нереально, это всего лишь мираж, это… Это просто сон! Кошмар, который я могу покинуть его, если проснусь. Я закрыла глаза, а потом снова их открыла, но ничего не изменилось! Все было по-прежнему: и тупик, и пещера. В отчаянии обращаюсь к Тэлуму за помощью, но он молчит. Да чтоб тебя! Долго ты еще будешь испытывать мое терпение, и игнорировать Избранную?! Сколько еще трудностей будет на пути к тебе?! Сколько еще опасностей нам предстоит преодолеть, чтобы найти это злосчастный артефакт?! Злость закипела во мне, ярость и обида на артефакт, который отказывается помочь своей избраннице, застелили разум и я, сама не ведая, что творю, приказала Тэлуму вывести нас отсюда немедленно. Не попросила, не умоляла, а именно приказала, впервые за все время. Требовательно и жестко.

Мой символ ярко засиял, а через несколько секунд после этого легкое голубое свечение появилось возле меня. Далее оно преобразовалось в зависший над полом голубой шарик, мерцающий в темноте, затем появился еще один и еще, и еще. Целая цепочка лазурных огоньков, уходящая куда-то вдаль.

Я не поверила своим глазам, но после нескольких больных щипков, признала реальность всего происходящего. Тэлум внял моему приказу и таким способом оказывает помощь по поиску выхода из пещеры. Это было невероятно! Артефакт впервые признал во мне свою хозяйку и подчинился моей воле.

Я рассказала обо всем ребятам, которые были не меньше меня подвалены случившейся неудачей. Новость о помощи Тэлума вернула им былое присутствие духа, а заодно еще более укрепило веру в успешный исход экспедиции по поиску артефакта.

Я стала во главе, ибо была единственной из всей группы, кто видит путеводные маячки. Следом за мной шел Хедвиг Палм, чья быстрая координация и ловкость не единожды спасали меня от неприятностей рельефа пещеры и сейчас были рассчитаны на спасение Избранной от возможных сюрпризов Атрума. Далее шла Беллавия, последним шествовал Стейндмонд, прикрывая наш отряд сзади. На уговоры и настойчивые убеждения стать в центре колонны и поберечь свои силы до полного восстановления левой руки, он ответил, что он, даже раненный, никогда не позволит подвергать девушку опасности нападения с тыла. Пришлось с ним согласиться, ибо он, как и все мужчины из рода Рейнхарт, с которыми я была лично знакома, отличался большим упрямством и храбростью.

Сложно сказать, сколько мы блуждали по пещере, следую маршруту, проложенному Тэлумом, прежде чем в конце коридора забрезжил свет. Солнечный свет, а значит, мы близки к выходу. Ускоряю шаги, но почему-то резко падаю. Свистящий звук, за которым следует сдавленный вздох. Поднимаюсь на ноги и вижу Хедвига с черной небольшой стрелой в сердце. Из раны льется кровь, Беллавия, вытащив стрелу — явно производства темных магов — пытается остановить кровь, бурным пульсирующим потоком бьющей из раны.

«Он спас меня! Оттолкнул меня и принял весь удар на себя!»- лихорадочно понимаю я и не в силах пошевелиться и попытаться помочь целительнице. — «Он спас меня!»

— Стен, подай голубую склянку! — просит Белли герцога, видя, что я остолбенела и не способна стать ее подручной.

Голубое содержимое с шипением попадает на рану, но кровь не останавливается. Теперь в ход идет другое снадобье, бинты, магия, но кровь не удается остановить. Более того, она почернела, как и некоторые кровеносные сосуды на шее и лице Охотника. А это означает, что стрела была отравлена никау, одним из самых опасных ядов в Икии, против которого еще не изобретено противоядие.

Несмотря на все старания Беллавии, силы покидают раннего. Она судорожными движениями пытается помочь ему, но ничего не получается, ибо яд без промедлений убивает свою жертву.

«Что делать?! Что делать?! — судорожно думаю я. — Думай, Лена, думай! — заставляю функционировать свое серое вещество продуктивнее и приобнимаю себя за плечи. — Скорее! — и тут понимаю, что ранена. С удивлением смотрю на свой маленький порез на плече, из-за которого я не чувствую боли и даже легкого недомогания. Но ведь даже одной небольшой царапины достаточно, чтобы этот яд начал немедленно убивать свою жертву. Значит, моя кровь — это противоядие!»

Быстро провожу пальцами по ране, опускаюсь на колени возле раненного Охотника и окровавленные перста прикладываю к его губам. Не помогает! Но почему?

Магия! Дело не в крови, а в магии. Именно дар Избранной предотвратил мое заражение. А значит, он может очищать и кровь других! Нужно только найти правильное заклинание. Вспомнила!

— Отойди Белли, я своей магией уберу яд и исцелю его, — прошу я и отстраняю ладони девушки от раны. — Доверься мне и я спасу его.

Одну руку кладу на рану, другой беру ладонь Хедвига, тесно переплетя наши пальцы. Закрываю глаза и произношу особо сложное и доступное лишь высшим магам заклинание «Связь», которое соединит меня с Охотником и временно сделает нас единым организмом.

Готово. Теперь я физически испытываю боль воина, ощущаю, как яд распространяется по телу, чувствую, что я и мужчина — единое целое, с единым сердцем, единой кровеносной системой, по которой течет отравленная кровь. Мысленно приказываю своей магии очисть ее, полностью уничтожив яд. И дар послушно откликается, делая то, что я хочу. Постепенно, я ощущаю, как яд растворяется и исчезает под напором дара Избранной. Руки и ноги уже очищены. Далее яд уходит из мозга. И тут случается непредвиденное. Я начинаю видеть смутные отрывки из детства Хедвига. Повелеваю магии прекратить это, но вместе с остановкой демонстрации воспоминаний охотника на нечисть, останавливается и очищение головы. Выхода нет, придется стать невольным зрителем фильма под названием «Хедвиг Иден Палм». Надеюсь, он не узнает, что я побывала в его голове.

Приказываю очистить голову от яда, и передо мной разворачивается панорама жизни мужчины.

«Маленький мальчик, сидя на коленях у отца увлеченно слушает рассказ об удивительных путешествиях по Икии, затем соскакивает и бежит к огромной карте на стене.

— Я сюда отправлюсь, папа! — радостно восклицает он, а отец, по-доброму смеясь, берет его на руки и рассказывает о выбранной сыном точке на карте».

Теплое воспоминание, пронизанное заботой и любовью, которую я ощущаю наравне с мальчиком, как будто я и есть он.

«Теперь я стою возле кровати тяжелобольного отца и слышу последние его слова: «Всегда будь справедлив, Хедвиг». Далее похороны, слезы и обида на несправедливость со стороны светлых богов, которых я умолял вылечить папу, а они не услышали меня».

Отныне мир мальчика стал мрачным и безрадостным.

«Тетя — религиозная фанатичка заставляет читать объемную молитву светлым богам, чтобы они поскорее вернули Избранную. Стоять перед домашним алтарем надоело, очень хочется погулять и я крадучись, выскальзываю к входной двери. Тетя ловит меня, сильно избивает и, поставив на колени на мелкие камешки, требует чтение молитв вслух. И я, захлебываясь слезами, возношу хвалу светлым богам, прошу их простить тупого нечестивца и даровать Светлому королевству новую Избранную. За каждое забытое или нечетко произнесенное слово, она больно бьет меня, обзывая выродком, позором Светлого храма и своим наказанием».

«Сейчас назовут результаты вступительных экзаменов, и я узнаю, буду ли учиться в спецшколе с уклоном по географии.

— Вы показали отличные результаты по всем дисциплинам, но мы не можем принять вас. Мест для особенных детей в нашей школе больше нет.

— Но я обычный! — кричу я от обиды за то, что уже в который раз мне отказывают из-за моего происхождения.

— У руководства школы иное мнение насчет полуоборотней. Я сожалею, Хедвиг Иден Палм. Но ничего изменить не могу, против системы, принятой во всем королевстве не пойдешь. Теперь вы можите учиться только в особых пансионах, предназначенных исключительно для полуоборотней. В иные заведения для вас закрыта дорога».

«Мне уже тринадцать! И я могу быть членом вашей банде! — кричу я, требуя от старших мальчишек взять меня к себе и обучить воровству. Они смеются и говорят, что если я украду пряник вон у того уличного торговца, они возьмут меня к себе. И я украл. Теперь я тоже стану вором и буду свободен!»

«Жизнь в банде нелегка, но возвращаться обратно к тетке-фанатичке я не хочу. Я не позволю ей больше измываться надо мной! Я буду сильным и справлюсь со всем сам! — сидя возле костра, думаю я и кручу в руках украденный золотой браслет с драгоценными камнями, который отдам в виде доли в общий капитал своей банды и тем самым снова докажу свое право быть ее членом».

«Ярко освещенная комната. Я, шестнадцатилетний, в кандалах сижу на стуле. Напротив стоит законник из органов безопасности.

— Ты убил боевого мага и шанса на то, что тебя помилуют — нет. Ты вор, вечный изгой и теперь еще убийца, которого завтра повесят. Но я могу тебя спасти. Тебе стоит лишь принять мое предложение и стать моим агентом.

— Так я вам и поверил! Думаете, я настолько глуп, что не понимаю, что вы лжете? — огрызаюсь я и передразниваю. — Стать агентом, ахахахахаха! Полуоборотень агент Департамента особых дел, ахахахахахах!

— Я не лгу. У тебя есть нужные мне способности, и я всего лишь предлагаю обменять их на жизнь. Это сугубо деловая сделка, и либо ты соглашаешься тридцать лет служить у меня, либо умираешь. Выбор за тобой, — холодно ответили мне и ушли».

«Заклинание с оглушительным свистом пролетает рядом и разрывается где-то сзади. Другое попадает в бок, причиняя жуткую боль.

— Бездна подери темных и эту войну! — ругаюсь я и теряю сознание».

«Шпион долго сопротивлялся, но шутка в том, что от моего клинка еще никто не уходил. Вот и его бедро «случайно» повстречалось с моим кинжалом.

— Кто тебя послал?

— Я не видел, я не знаю, — хнычет он.

— Подумай хорошенько, — и хладнокровно прокручиваю кинжал, глубоко ушедший в его бедро.

— Ааааааааааааааа! — кричит он, и я повторяю вопрос.

— Это Клейм Ейн, еще один наш связной.

— Сломался. Теперь он мне не нужен, — и точный удар в сердце убивает шпиона».

— Быстрее! — приказываю я, не в силах больше смотреть отрывки из жизни Охотника. Жизнь, полную боли, страданий, непонимания, крови, жестокости и незаслуженных обвинений.

Воспоминания в быстром калейдоскопе проносятся передо мной, и лишь изредка я могу разглядеть четкую картинку. А вот эмоции я ощущаю в полном объеме. Здесь и усталость от своей «работы», и желание поскорее все это прекратить и избавиться от ярма договора о службе в Департаменте, и тяга к свободе. Здесь также отчетливо присутствовали и постоянная настороженность ко всем из-за своего происхождения, и всплески агрессии, которые были направлены по отношению к нечисти, и разочарование после очередных отношений с девушками с примесью осознания, что все это не то. И я. Сначала я была воспринята с острой ненавистью, но чем быстрее крутилась это мутная кинолента, тем больше теплых чувств появлялось по отношению к Избранной.

«Залепила пощечину, ушла подальше и отвернулась. Обиделась.

И я вижу себя со спины, сидящую в клетке наемников.

Когда она злится, становится еще более красивой и желанной. Больше нет смысла отрицать очевидное. Теперь я точно уверен, что люблю Избранную и сделаю все, чтобы добиться ее. И даже герцог мне не помешает».

«— Зачем ты мне лгал, если знал, что любишь только ее? — упрекает меня Беллавия.

— Прости меня. Я надеялся, что влюблюсь в тебя и смогу преодолеть это неожиданно возникшее притяжение к Избранной. Я правда хотел поступить именно так, потому что ты замечательная, умная, красивая, добрая и удивительная девушка. Я искренне сожалею, что обидел тебя, — произношу я.

— Будь ты проклят, Хедвиг Иден Палм! — в сердцах восклицает целительница и уходит. Я смотрю ей вслед и отчетливо понимаю, что переключить свое внимание на Белли, чтобы побороть неожиданно проснувшуюся любовь к Лене, было моей глупейшей ошибкой. Я только обидел ни в чем неповинную девушку, и еще сильнее влюбился в ту, которая только отталкивает меня».

«В конце коридора забрезжил свет. Выход из пещеры близок. Но тут я слышу свистящий звук, словно стрела летит. Отталкиваю Елену, и что-то вонзается мне в грудь. Я падаю, появляется острая боль в сердце, перед глазами все плывет, а дальше наступает тьма».

Во всем теле ощущается сильная усталость, в груди чувствуется жжение, ибо сращивать раны крайне неприятное и очень болезненное ощущение. Я с трудом разлепила свинцовые веки. Пещера, я стою на коленях перед Хедвигом, чья рана затянулась, а грудь размеренно вздымается и опускается от дыхания мужчины. Я смогла спасти его.

— Выпей, — слышится голос Стена и к моим губам подносят что-то. Пью горькую тягучую жидкость и кривлюсь.

— Потерпи. Это поможет восстановить твои силы, — склянку убирают, и теплые ладони взяли мою руку и начинают вливать магию. Как же приятно получить силу и энергию, когда сам на нуле. И опереться на сильное плечо, когда сил держаться уже нет.

Оглядываюсь по сторонам и замечаю, что пещеру освещают розовые закатные лучи. Получается то, что показалось мне лишь тридцатью-сорока минутами, оказалось на деле часами. Но о потерянном времени я не жалею. Хедвиг жив и здоров. Он очнулся, выпил какие-то снадобья и с помощью целительницы уже привстал. Она осыпает его лицо поцелуями, крепко обнимает и плачет. Истинная любовь, которую он заслуживает, но которую так опрометчиво оттолкнул.

Теперь я поняла и причины его ненависти к Избранной и служителям Светлого храма, и причины его сложного характера. Он просто глубоко несчастный человек, который как и все мы нуждается в любви и понимании, но который вместо этого получил лишь оскорбления, ненависть и глубокие душевные раны.

И я устало закрываю глаза, наслаждаясь согревающими душу потоками светлой магии. Когда процедура было завершена, я почувствовала прилив бодрости и сил и встала на ноги.

— Благодарю за спасение, Лена, — говорит Хедвиг Палм и протягивает руку.

— Жизнь на жизнь. Ты спас меня в Темном лесу, я спасла тебе сейчас. Теперь мы квиты, — говорю с улыбкой я и пожимаю его руку.

— Спасибо, что спасла его, — благодарит целительница со слезами на глазах.

— Ты бы поступила также. Каждый из нас поступил бы также, — отвечаю я и обнимаю девушку. И просто даю ей выплакаться в дружеское плечо, разрядиться эмоционально. Она слишком многое пережила за это время.

Магическую ловушку, устроившую нам сегодня неприятный сюрприз, мы ликвидировали. Однако к этому моменту солнце опустилось за горизонт, сгустились вечерние сумерки, и было решено переночевать в пещере. Ночь прошла тихо и спокойно, а утром мы наконец-то покинули пещеру Атрум. И стали еще осторожнее и осмотрительнее, чем прежде. Ведь если возле выхода из пещеры нас поджидала ловушка темных, это означает, что они могут быть поблизости. А учитывая, что где-то в этом районе и находится замок, вероятность появления темных неприятелей очень высока.

Спуск с горы, благодаря находящемуся практически у подножия выходу из пещеры, не представился трудным и прошел без осложнений. В немалой степени этому способствовали голубые маячки, которые протянулись далеко за пределы подземного царства и показали нам наиболее безопасный маршрут.

Вот мы и пересекли гору Нейф. Теперь нам необходимо найти замок из сна. Вернее мне, ведь только Избранная, следуя зову Тэлума, может привести к нему. И я привела, ориентируясь на парящие над землей небесно-голубые искрящиеся огоньки — особые подсказки артефакта.

Величественный замок расположился в нескольких ти от горы Нейф. Старинная крепость из серого камня, стоящая на небольшой возвышенности. Совсем как в моем сне.

— Ребята, вот он! — с гордостью говорю я и показываю рукой на оплот Тэлума.

— Здесь ничего нет, Лена, — говорит Белли и пристальнее всматривается в указанное мной направление.

— И я ничего не вижу, — с сожалением произносит Стейндмонд.

— Я тоже не наблюдаю перед собой замка. Но возможно, это происходит потому, что я не маг, — подбадривает меня Охотник.

— Попробуйте еще раз, перейдите на магическое зрение, — прошу я, отчетливо видя перед собой замок из сна.

Результат отрицательный, радужный купол полностью скрывает от моих друзей замок и увидеть его, а в дополнение они не могут его пересечь, попросту натыкаясь на непреодолимую преграду. Значит, в замок пойду я одна.

— Спрячьтесь в той роще, — указываю я на скопление деревьев, из которых отлично проглядывается строение и в обратном направлении, — темные не должны узнать о нашем присутствии здесь. Как только я найду Тэлум и покину замок, я сама приду к вам. Прошу вас, будьте осторожны, не рискуйте. Наша цель — Тэлум, а на не битвы с темными, — убеждаю я их послушаться Избранную и вести себя осмотрительно и тихо.

— Береги себя, — говорит Белли и крепко обнимает меня.

— Будь осторожна, — сразу после целительницы привлек меня к себе Стейндмонд и попытался поцеловать. Я же отвернулась и подставила ему щеку исключительно для дружеского поцелуя.

— Если что взрывай всех. У тебя это отлично получается, — шутит Хедвиг и пытается обнять меня. На это действие я резко отступаю назад и протягиваю руку для рукопожатия, на что он лишь нежно целует мою ладонь.

Когда ребята скрылись за деревьями, я ступила за барьер. Сделать это было легко, словно его и не существовало вовсе.

Передо мной тут же появились искрящиеся лазурные огоньки, расположенные над протоптанной тропинкой, ведущей в замок.

Я сформировала индивидуальный магический щит, глубоко вздохнула, поправила магическое кольцо на мизинце, и направилась к воротам замка.

Внутри барьера была гнетущая тишина, которую разбавлял лишь скрип снега под моими ногами. Я остановилась возле закрытых массивных деревянных дверей, окованных железом, и в точности повторила заклинание из своего видения. В воздухе завис ярко-оранжевый символ, представляющий собой затейливое переплетение магических потоков.

— Любовь да откроет все врата! — произнесла я певучим голосом на древнем языке и приложила ладонь в центр символа. Он тут же рассыпался на множество искр, а врата, ведущие внутрь замка, распахнулись.

Прихожая была пуста, и я смело шагнула в нее, после чего двери с громким звуком захлопнулись.

Это была огромная комната со сводчатым потолком, огромными вышитыми гобеленами на стенах и каменным полом. Что примечательно, она была чисто убрана и освещена с помощью множества магических светильников, расположенных вдоль стен. Это не могло не насторожить. Замок обитаем, а значит, мне нужно быть крайне осторожной.

Прихожая имела выходы сразу в несколько крыльев замка и я, следую за ровно мерцающими лазурным светом подсказками Тэлума, повернула в левый коридор.

Максимально тихо ступаю по мраморному полу, однако мои шаги звонким эхом проносятся вдоль коридора, сердце гулко колотится от постоянного ощущения, что за мной наблюдают и что значительно хуже, сей же миг на меня набросится целый отряд злобных темных магов, обитающих в замке и стерегущих артефакт.

Но никто пока не появлялся, а начала подниматься по украшенной затейливой резьбой каменной лестнице. И мысленно отметила, что везде, где я проходила, не было ни пыли, ни паутины, а наоборот сияла чистота, железные светильники отбрасывали причудливые тени на стены, а сквозь чистые стекла стрельчатых окон пробивались яркие солнечные лучи.

Бесшумно открыв резную дверь темного дерева, я оказалось в круглой комнате с высоким круглым сводом. Окна были закрыты тяжелыми черными шторами с золотыми кисточками, а в центре стояло нечто, очень похожее на прямоугольную коробку и затянутое богато расшитым золотом бархатным балдахином цвета бургундия. Помещение утопало во мраке, который лишь слегка рассеивался несколькими магическими светильниками, распространяющими мягкий приглушенный свет.

Маячки ведут именно к этому нечто, составляющим единственный предмет мебели в комнате. Я медленно подхожу к нему, с каждым шагом все больше и больше ощущая магические вибрации Тэлума. Я на месте, и мощь, исходящая от артефакта, пронизывает все мое существо, вызывая мурашки по коже. Глубоко вдыхаю воздух, а затем аккуратно раздвигаю полы бархатного балдахина.

Перламутровый шар, переливаясь различными цветами голубого спектра, заполнил все пространство коробки ярким светом, а я завороженно смотрю на него. Вот ты каков, Тэлум. Притрагиваюсь к артефакту, чтобы забрать его, и он тут же гаснет, открывая совершенно другую картину.

Он лежит в руках у девушки! Молодой, красивой девушки в богатых одеждах и черным символом на правой ладони. Ошибки быть не может. Это тея Висхар! Избранная, которая была убита вероломным регентом Темного королевства! Но зачем темным понадобилось тело моей предшественницы?

— Вы удивлены, Избранная? — раздался позади волевой мужской голос.

Я судорожно обернулась и увидела последнего регента Темного королевства собственной персоной!

— Не подходите ко мне! — угрожающе ответила я, закрылась щитом и сформировала в руке мощное атакующее заклинание.

— Вам не стоит меня бояться, Избранная. Или я могу обращаться к вам тея Елена? Вы ведь больше предпочитаете обращение по имени, — с невозмутимым лицом сказал темный маг.

После этих слов я сделала заклинание еще сильнее и исподлобья посмотрела на темного предателя.

— Не стоит проявлять агрессию по отношению к хозяину дома, который вас приютил. Я не причиню вам никакого вреда, — спокойного сказал высокий мужчина и сделал шаг в мою сторону.

Мои натянутые как струна нервы не выдержали этого чопорного хозяина дома, и я со всей силой атаковала темного своим заклинанием.

Он быстро обезвредил его, не прикладывая для этого особых усилий.

— Я всего лишь хочу поговорить с вами, тея Елена, — произнес он и его голубые глаза сверкнули зловещим огоньком.

Сразу несколько очень сильных светлых боевых заклинаний полетело в его сторону, и пока он ликвидировал их, я быстро схватила Тэлум.

Мой символ мгновенно окрасился в бирюзовый цвет, а я ощутила колоссальный прилив магии, сделавший меня гораздо сильнее и придавший невероятной мощи моему щиту. Теперь ни целый гарнизон боевых магов, ни обвал скалы не смогут пробить его, и бояться высшего темного мне не стоит.

Я не стала церемониться с Эйнаром Калиптро и атаковала его чем-то настолько мощным, что он выбил дверь с петель и стремительно полетел вниз по лестнице.

Получив такую фору во времени, создаю портал и стремительно вхожу в него.

Портал перенес меня в рощицу возле замка, где меня должны были дожидаться оставшиеся члены отряда. Но их нет! Кругом только множество следов человеческих ног, обломанные ветви деревьев и следы крови на белоснежном снегу.

— Белли! Стен! Хедвиг! — зову я, понимая, что совсем недавно здесь произошла битва.

Никто не откликается! Оглядываюсь кругом и снова громко зову друзей. Тишина.

И тут по периметру открываются порталы, из которых выходят хорошо вооруженные темные. Я окружена ими, но сдаваться не собираюсь. Создаю огненный смерч, и тут в метре от меня вспыхивают еще несколько порталов, откуда появляются Калиптро и мои друзья! Их, закованных в агтимагические браслеты и наручники, ведут темные!

— Выполните мои требования, и ваши друзья не пострадают, — говорит экс-регент.

— Что вы хотите? — спрашиваю я и со злобой смотрю в демонически красивое лицо с яркими льдинками вместо глаз.

— Вернитесь мой в замок, — отвечает он и, видя, что я лишь усилила заклинание огненного смерча, предупредил строгим тоном. — И уберите заклинание, иначе их убьют — тут он взмахнул рукой и к горлу каждого пленнику приставили «Острие смерти».

Я подчинилась и рассеяла смерч.

— Тэлум, спаси их, — мысленно отдаю приказ и в одну секунду все темные маги застыли, а те, кто держал моих товарищей, убрали заклинания и, отпустив их руки, отошли от своих пленников на несколько шагов назад.

Открываю портал в Ридекаст.

— В потрал! — командую я. И когда мое требование выполнено, захожу в него последней и запечатываю.

Мы оказались на поляне в лесу. Почему именно здесь, а не в столице, времени разбираться у меня не было, поскольку тут же вслед за нами появились гости из замка. И настроены они были крайне враждебно. Накинула на всех щит, который наши преследователи начали яростно атаковать.

Создавать новый портал нет смысла, поскольку я не владею в полной мере необходимыми навыками. Значит, пора воспользоваться подарком регента Висхара. Этим сверхсекретным новейшим портативным порталом в Ридекаст, который он вручил меня перед началом экспедиции, и попросил использовать только в экстренный ситуации. Вот и наступила такая ситуация и я, произнеся слово «Ридекаст» на древнем языке, потерла кольцо на мизинце. Открылся портал. Приказываю всем войти в него. Когда целительница, Хедвиг и Стен исчезли в золотистом овале, я шагнула в него, произнося заклинание закрытия, и прикоснулась к камню на кольце.

Вышла я в просторной комнате с роскошной отделкой и колоннами по периметру. Возле одной из них висит пурпурный герб рода Висхар. Значит, мы в Ридекасте, в крыле великого герцога.

Я облегченно вздохнула и пошла к ребятам, которых нужно было освобождать. Снимая наручники, я рассказала о подарке Эрика Висхара и о том, что мне удалось найти Тэлум. Последнее было очевидно и без моих слов, ибо в левой руке я крепко держала артефакт.

Через минут пять распахнулись резные двери, и появился великий герцог Висхар в сопровождении своей свиты.

Он радостно поприветствовал нас, выразил свою благодарность за возвращение Тэлума в Сиат и приказал своим подчиненным снять оковы с участников экспедиции, поскольку я не смогла сильно продвинуться в этом деле. Придворные мгновенно засуетились вокруг моих коллег по поиску артефакта.

А ко мне тут же подошел богато одетый человек с искусным ларцом в руках и, склонившись, открыл его крышку. Внутри него лежала небольшая пурпурная подушечка, стенки были обиты бархатом.

— Вы можете оставить Тэлум здесь, — мягко попросил Эрик Висхар, и я последовала его дружескому совету.

Эрик взял мою руку. Его карие глаза ярко засияли, на устах появилась улыбка. Он с благоговением произнес: «Благодарю, тея Елена». И бьет меня парализующим заклинанием, из-за которого я кулем упала на каменный пол.

Все расплывается перед глазами, голова очень сильно болит, оцепенение сковывает тело. Я силюсь подняться, но не могу. Все начинает троиться. На мои руки что-то надевают, а меня, подняв, куда- то тащат, затем усаживают на что-то мягкое, прикасаются к моим рукам и ногам.

Когда в моей голове все прояснилось, я увидела себя, прикованную ремнями к креслу по рукам и ногам, антимагические браслеты на запястьях и довольное лицо Эрика Висхара.

— Что вы делаете? — силюсь спросить я, но из-за повязки на рту, только бессвязно мычу.

Великий герцог только коварно улыбнулся, видя бессилие Избранной, и закатив рукава изысканной рубашки, надел на руки широкие серебряные браслеты, испещренные странными символами, и внушительными кабошонами кроваво-красных камней по центру. Когда приготовления неизвестно к чему были окончены, он сел напротив меня в специально приготовленное для этого кресло, переплел наши пальцы и на неизвестном мне языке начал произносить что-то, отчего символы на его наручнях начали светиться.

Под воздействием этих слов моя магия сначала сконцентрировалась возле запястий, а потом плавно стала переходить в браслеты регента! Капля за каплей они впитывали мой магический дар, превращая красные камни в бирюзовые сияющие сгустки.

Я нервически задергалась, начала крутить головой, пытаясь остановить это незаконное изъятие магии! Но ремни и оковы крепко держали меня, в то время как магия покидала мое тело.

Меня охватила невероятная слабость, в ушах появился шум, а символ Избранной на правой ладони начал исчезать.

Я умираю, — поняла я и лишилась сознания.

ГЛАВА 16

С большим трудом пытаюсь открыть свинцовые веки. Не получается. Слабость, сонливость и желание не существовать — вот все, что присутствует со мной сейчас. Кто-то что-то прикладывает к моим рукам, но я не в силах раскрыть глаза и узнать, что происходит, а только стремительно погружаюсь в сон.

Просыпаюсь и ощущаю прилив. Распахиваю свои очи и вижу комнату, кровать, стол со снадобьями и артефактами медицинского назначения, сидящего за ним целителя, который услышав мой стон, берет маленький флакончик, подходит ко мне буквально вливает в рот его вязкое содержание. А затем уходит. И все это делает абсолютно молча.

«Судя по обстановке — это больница. Но почему же я привязана к кровати ремнями, а на моих запястьях красуются черные антимагические браслеты? И бирюзовый символ Избранной? И где Стен, Белли, Хедвиг? Где все? Что случилось с ними? Я пытаюсь это вспомнить, но не могу. Когда началась процедура изъятия дара Избранной, я их не видела. Неужели они их убили? Ох, это…»

— Здравствуйте, тея Елена. Я рад, что вы пришли в себя, — произносит только что вошедший Эйнар Калиптро, подвигает стул целителя к моей кровати и присаживается.

— Где я? Что со мной? Что стряслось с моими друзьями? — вместо приветствий и любезностей накидываюсь я на него с вопросами и уже более грозно. — Что вы с ними сделали?

— Я спас их, как и вас. Сейчас они находятся под присмотром целителей, но их благополучие, как и дальнейшая жизнь, всецело зависит только от вас, — спокойно ответил темный маг.

Они живы! Живы! Не все потеряно! Я могу им помочь — первые мои мысли, от которых на сердце стало тепло. Но это была лишь одна сторона медали.

— Что я должна сделать? — серьезно спрашиваю я.

— Верните тею Висхар к жизни. Тогда я освобожу вас и ваших друзей, и позволю покинуть свой замок, не причинив никому никакого вреда.

— Я не умею воскрешать мертвых, — сухо ответила я, понимая свое полное бессилие перед подобным требованием.

— Она не умерла, а только находится на грани жизни и смерти. Тэлум погрузил ее в глубокий стазис и держит в подобном состоянии уже многие годы. Вы единственная, кто может управлять Тэлумом, а значит единственная, кто может вывести ее из этого стазиса и исцелить. Вам нужно только попросить об этом его, и он обязательно откликнется.

Теперь понятно, для чего он спас меня, и моих друзей. Избранная — это средство вернуть тею Висхар, друзья Избранной — средство заставить ее это сделать. Но это слишком просто. Зачем ему спасать мою предшественницу? С какой целью ему нужна бывшая Избранная? Здесь явно что-то не так.

— Зачем вы хотите вернуть тею Висхар? — спросила я напрямую и пристально вглядываюсь в красивое лицо, обрамленное волосами цвета вороного крыла, в надежде уловить малейшие изменения в мимике или выражении и найти разгадку.

— Я люблю Ланею Висхар и хочу быть вместе со своей возлюбленной.

«Так я и поверила в эту сказку про любовь! Избранным издревле законом запрещалось стоить любые романтические отношения с темными магами — начиная от флирта и заканчивая браком. В противном случае их ожидала передача дара Избранной преемницы в принудительном порядке, а затем смертная казнь. Это известно всем! И на что он надеялся, отвечая подобным образом? Наверное, надеялся адурманить мне голову любовной чепухой и сыграть на жалости юной девы перед трагично разлученными возлюбленными. Думает, так он лучше убедит меня довериться ему и его обещаниям».

— Где гарантия, что вы выполните свои условия?

— А у вас есть выбор? — с усмешкой спросил он.

— Не самая надежная гарантия, — ответила я.

— Я могу убить ваших друзей, а вас долгие годы держать в плену, пока вы не вернете Ланею к жизни. Я очень терпеливый маг, и если понадобится, могу прождать десятилетия, прежде чем вы выполните мое требование. — Пауза. — Мое честное слово и свидание с каждым из дорогих сердцу Избранной людей вас устроят?

«Достоверно известно, что темные искусные манипуляторы и хитрые лжецы, и полагаться на их честное слово, все равно, что класть голову в пасть льву. Естественно, я не приняла такой ответ, но выбора у меня не было. Я должна спасти своих друзей из лап хитрого темного мага, а для этого необходимо сделать то, что он требует. И я сделаю».

— Вполне. Я согласна выполнить ваше условие. Но прежде чем это сделать, я сейчас же должна увидеть своих друзей, — приняв шаткие гарантии, согласилась я выполнить требования хозяина замка.

Эйнар Калиптро не медля ни минуты, организовал мне встречу с друзьями. Все они были живы, и, как и говорил экс-регент, получают квалифицированную медицинскую помощь после неудачной попытки великого герцога Висхара и его приспешников убить их. Содержали их в точно таких комнатах, как и меня, отлично кормили и не применяли к ним никакого насилия. И такое отношение к пленникам не могло не обрадовать меня. Каждому я подробно рассказала о своей сделке с темным герцогом и попросила их вести себя спокойно. А главное, до того момента пока я не верну тею Висхар к жизни, ни в коем случае не совершать попытки к бегству, ибо темный высший и его слуги были очень опасными магами, способными на все. И все клятвенно пообещали мне это, попросив и меня не рисковать собой.

Хорошо отдохнувшая, сытая, полная сил и решимости я вложила в изящные ладони теи Висхар Тэлум, а сверху положила свои.

— Выведи из стазиса и исцели Ланею Эгнету Висхар! — отдала я мысленный приказ артефакту.

Он замерцал и стал испускать лазурные ленты магических потоков, которые начали образовывать кокон вокруг тела девушки. Когда тея полностью исчезла под сияющими лентами, они стали стремительно белеть и впитываться в ее кожу и одежду.

Когда все окончилось, на мертвенно-бледном лице появился легкий румянец, грудь постепенно стала вздыматься и опускаться, длинные черные ресницы дрогнули. А через несколько мгновений девушка явила миру свои чудесные ореховые очи и улыбнулась мне.

Я забрала артефакт из ее рук и улыбнулась в ответ.

— Спасибо, Избранная, — прошептала она и привстала на постели. Увидев чуть поодаль от нас темного регента, наблюдавшего за всем процессом возвращения теи Висхар к жизни, она вскрикнула: «Эйнар!» — бросилась в объятья мужчины.

Они стали осыпать друг друга поцелуями, прерывисто шептать нежные слова любви, которые произносили со слезами на глазах.

Я, прижав Тэлум к себе, застыла в оцепенение. Сложно сказать, что поразило меня более всего. То, что я с помощью артефакта вернула человека из клинической смерти или то, что герцог Калиптро не соврал насчет своих чувств к Ланеи Висхар? А может тот факт, что бывшая Избранная отвечала взаимностью темному магу?

— Что здесь вообще происходит? — в растерянности прошептала я и увидела перед собой дворец Ридекаст, где разворачивалась красивая история запретной любви Избранной и темного регента. Я словно зритель в кинотеатре увидела ее начало, развитие и кульминацию, произошедшую более двадцати лет назад.

«Ланея Висхар по той же схеме, что я, лишается дара Избранной. Эрик Висхар, ее старший брат и единственный живой родственник, проводит этот страшный ритуал, находясь в центре живой стены из своих соратников.

— Не сопротивляйся, Ланея! Если бы ты послушала меня и использовала Тэлум для захвата власти и возведения меня на единый трон Рэгнума, этого бы не произошло! — кричит он на сестру, которая до крови впивается ногтями в его ладони.

Однако ритуал продолжается.

Теперь жертва, с кляпом во рту, что-то яростно мычит и топает ногой.

— Он не придет и не спасет тебя, глупышка! — злорадно восклицает брат.

И тут открывается портал, из глубины которого появляется Эйнар Калиптро с суровым лицом, злобным взглядом и «Проклятием судьбы», которым он стремительно бьет в живой щит Эрика Висхара.

В отместку за это в него летит множество светлых боевых заклинаний. Между ним и приближенными великого герцога начинается битва, из которой темный маг выходит абсолютным победителем. Одним ударом он откидывает Висхара от кресла с Ланей и готовится добить его мощным заклинанием.

Девушка громко замычала и начала неистово топать ногами.

Маг убрал заклинание, отошел от бесчувственного тела поверженного им светлого и освобождает возлюбленную от пут и антимагических оков.

— Спасибо, — шепчет она, крепко обнимает своего спасителя и получает в спину мощное заклинание от пришедшего в сознание брата. Избранная быстро оседает на пол.

Оставив девушку лежать на полу, темноволосый маг в ярости бьет в регента герцогства Висхар бордовой молнией. Светлый, выставивший вперед руки для защиты, принял удар. Его щит заискрил, раздался громкий хлопок, а затем последовал взрыв, скрыв регента в клубах дыма.

— Ланея, очнись! — приводит в чувство девушку темный маг и пытается исцелить ее рану. Но она слишком глубока, срастить ее не получается. — Ланея, — в бессилии произносит он и прижимает Избранную к себе.

— Эйнар, — тихо шепчет она.

— Что, любимая? — сдавленным голосом произносит мужчина, понимая, что, возможно, это последние слова его возлюбленной.

— Отведи меня к Тэлуму.

И он, взяв ее на руки, открывает портал и отправляется в святая святых Ридекаста — алтарь с Тэлумом, куда может приходить только Избранная. Стража, охраняющая это место круглосуточно, опешила от происходящего. А затем начала аккуратно атаковать регента Темного королевства, стараясь не задеть Избранную. Но пробить мощный купол, защищающий Калиптро и его ценную ношу, они были не в состоянии.

Эйнар подносит Ланею к алтарю, она берет артефакт в свои руки и просит помочь возлюбленного помочь ей отправить дар Избранной в другой мир. Он создает мощный портал, в который Тэлум добавляет своей магии. Затем она произносит что-то, оканчивающееся словом «Земля», и тут же голубой сгусток, появившийся из груди Избранной, влетает в туманность портала. Символ герцогини быстро чернеет.

— Возьми его с собой и сохрани, — указывает Ланея взглядом на Тэлум. — Когда он окрасится в желтый цвет, сделай призыв Избранной, поместив его возле своего портала на Землю. Обещай мне это, — просит девушка, в то время как артефакт быстро опутывает ее магическими лентами.

— Обещаю, — отвечает он. Затем создает портал и уходит вместе с Избранной, все еще держащей Тэлум в своих руках.

Темный маг перенесся в уже знакомую мне прихожую замка в центре горной цепи Монсэ. Артефакт вспыхивает ярким светом, выбрасывая мощный поток энергии. И я интуитивно понимаю, что именно этот поток формирует купол невидимости вокруг замка.

Через несколько секунд после этого Тэлум постепенно начинает тухнуть».

Очнулась я после истории, показанной артефактом, уже в уютной гостиной с большим камином, где весело горел огонь. Я же сижу в кресле, а невдалеке от меня на диване расположились тея Висхар и тей Калиптро. Они обнимались и с любовью смотрели друг на друга, никого и ничего не замечая воуруг.

— Кхмм, — кашлянула я, не желая становиться соглядатаем проявления их любви. Они сражу же обратили внимание на Избранную.

— Что вы увидели, тея Елена? — спросила шатенка и ласково посмотрела на меня своими лучистыми глазами.

— Вашу историю любви и то, как она была прервана теем Висхаром, — ответила я, и при произношении имени того, кто вероломно пытался отобрать дар Избранной, меня передернуло.

— Я сожалею, что вам пришлось пройти через жестокий ритуал моего чрезмерно одержимого властью брата, — извиняющимся тоном сказала девушка.

— Вы не виноваты за поступки своего родственника, — ответила я и осторожно добавила. — После того, что я увидела о вас и тее Калиптро, мне остались непонятны некоторые моменты. Вы не могли бы мне их разъяснить?

— Постараюсь помочь вам, — был мне ответ экс-Избранной.

— Стража видела, что тей Калиптро не убивал вас, а наоборот помог. Почему же они солгали насчет всего произошедшего? И второй вопрос. Если вы вместе с теем Калиптро смогли отправить дар Избранной на Землю, можете ли вы и меня отправить обратно домой?

— Светлые регенты давно искали повод объявить войну темным и включить в свой состав Темное королевство. И моя помощь Избранной дало его им. Так что стража здесь ни причем, — ответил голубоглазый маг.

— Я могу отправить вас на Землю и самостоятельно. Для этого мне достаточно вновь стать Избранной и использовать вот этот артефакт, — приподняв со своей груди цепочку с массивным медальоном, сказала тея Висхар. — Это портативный портал в другие миры, которым я могу пользоваться, только обладая даром Избранной.

— И вы согласны отправить меня домой в ближайшем будущем? — зажглась в моей душе надежда в скором времени навсегда покинуть этот мир, где мне пришлось слишком многое пережить.

— Да, если вы выполните мои условия, — и тут она озвучила условия и то, как именно я должна их выполнить. Я согласилась, и вместе с Ланей Висхар скрепила наш уговор магической подписью на бумажной версии сделки.

— И как работает артефакт, с помощью которого вы хотите вернуть меня на Землю? — поинтересовалась, пытаясь выяснить как можно больше информации о способе возвращения домой, чтобы окончательно убедиться, что меня не обманули в моих ожиданиях.

— Он открывает двери в любой мир, где есть магия. Для этого мне достаточно капнуть на него капельку своей крови. Обогащенной магией Избранной, разумеется. Сейчас же — это просто портал, работающий исключительно в рамках нашего мира, — и она уколола палец о маленький шип на медальоне, прислонила перст с кровившей ранкой к артефакту, произнеся при этом несколько слов на древнем языке светлых, после чего сразу открылся небольшой портал. Желая удостоверить меня в правдивости своих слов, она поместила диванную подушечку во внутрь мерцающего портала. Через мгновение она лежала на моих коленях, тесно соседствуя с Тэлумом. Я поняла призрачный намек, и водрузила артефакт на импровизированную бархатную подставку.

— Убедительно. Но если я вас правильно поняла, вы утверждаете, что на Земле, то есть в моем родном мире, есть магия. Но почему же она никак не проявляет себя?

— Да, это действительно так. На Земле есть магия, но она глубоко запечатана в людях. Поэтому и не проявляется. Я неоднократно пыталась раскрыть ее, но это невозможно даже для мага, обладающего колоссальной мощью дара Избранной. Я не знаю, почему так происходит, но абсолютно уверена в одном. Вы тоже обладает магией своего мира. Это ваш дар целителя. В этом я убедилась еще при нашей первой встречи на Земле.

— Вы встречали меня на Земле? Но когда? И как? — удивленно спросила я, все еще не веря в то, что некогда я уже пересекалась с представителем мира Икии.

— Я отправилась в ваш мир с целью найти там магов. Вы были первой, кого мне удалось отыскать. Маленькая девочка с золотистыми кудряшками и наивным взглядом. Во время нашей встречи вам было не более двух лет, и поэтому вы не можете ее помнить. Но я запомнила вас очень хорошо, даже не смотря на то, что после этого встречала на Земле десятки людей с сокрытой в них магией.

— Только поэтому вы отправили дар Избранной на Землю и присвоили его именно мне? — спросила я после минутного размышления, придя к выводу, что выбор теей Висхар именно моего мира обуславливается тем, что на Земле дар не смог бы себя проявить, а значит, не был бы обнаружен ее братом при призыве Избранной, а меня она избрала, только потому что запомнила лучше всех из земных магов.

— Нет. Идея отправить дар Избранной на Землю, как и выбор именно вас в качестве сосуда для него, полностью принадлежат Тэлуму. Он внушил мне поступить именно так и он же полностью контролировал мое сознание и магию, когда я отторгала от себя дар Избранной и отправляла его в ваш мир. Он же через меня и поведал Эйнару, как вернуть вас обратно в Икию.

— Но почему Тэлум обладает способностью полного контроля над Избранной? В «Книге Избранных» сказано, что он — магический усилитель и не более того, — спросила я то, что давно интересовало меня.

— Я полагаю, что автор «Книги Избранных» сознательно ввела всех в заблуждение, чтобы скрыть тот факт, что Тэлум — не просто артефакт, а разумное существо. Иного объяснения его действиям я не вижу, — ответила Ланея Висхар.

— Хмм, — только и смогла я изречь после всего, что узнала о себе, своем мире и Тэлуме. И погрузилась в размышления обо всем услышанном, поскольку что-то в них показалось мне странным.

Из состояния глубокой задумчивости меня вывел призыв теи разделить с ними трапезу. Я согласилась, и только во время приема пищи смогла понять, что так насторожило меня в беседе с экс-Избранной.

— Тея Висхар, но если любая магия в земных обитателях автоматически запечатывается, тогда как тей Калиптро мог сделать призыв Избранной и переместить меня в Икию? Ведь для этого дар должен был быть открыт, но я никогда не ощущала его присутствие в своей жизни, — спросила я девушку.

— Трудно сказать. Возможно, какое-то неординарное событие пробудило его. Вспомните, незадолго до перемещения в наш мир с вами не случалось что-нибудь необычного или смертельно опасного? — ответила после минутной паузы Ланея.

Я задумалась, прокручивая события своей жизни, произошедшие перед моим непосредственным появлением в Светлом королевстве. Ничего. Прокручиваю более дальние события. Вспомнила. Примерно за десять дней до перемещения сюда я попала в страшную аварию, в которой погибли все, а на мне не было и царапины. Я не преминула об этом сообщить магам.

— Скорее всего, именно это и дало толчок к пробуждению дара Избранной, который, борясь с противодействием вашего мира открытому изъявлению магии, не сразу ярко проявился и не позволил мне сразу же переместить вас в Икию, — ответил темный.

— Но почему вы переместили меня в Темный лес, а не сразу к себе в замок? — спросила я, понимая, что так было бы гораздо разумнее и практичнее.

— Прорывать ткань собственного мироздания и создавать портал в другой мир крайне сложное и затратное в магическом плане занятие даже для самого сильного мага Темного королевства. Здесь всегда есть вероятность возникновения серьезных осложнений и недочетов. Вот и ваше перемещение в Темный лес, а не непосредственно в мой замок, что я и планировал изначально, стало таким осложнением. Не последнюю роль в этом сыграл Тэлум, несвоевременно вмешавшийся под конец перемещения Избранной в наш мир, — холодно ответил герцог и с неприязнью посмотрел на артефакт.

— Тогда почему вы, узнав, что я успешно переместилась в Икию, не исправили возникшее недоразумение и не перенесли меня сюда новым порталом?

— Я пробовал сделать это, но Тэлум полностью блокировал любые попытки перенести вас в замок. Тогда я отправил за вами свой отряд. Но своим взрывом возле деревни Инштэн вы причинили моим магам серьезный ущерб, а подконтрольную им нечисть испепелили. Но не это остановило меня. Когда я во второй раз отправил отряд за Избранной, Тэлум впервые снял барьер невидимости с замка и скрыл Ланею за туманным куполом, который рассеять я не мог. Так он проявил свой протест моим действиям и вернул все в прежнее состояние, только когда я отозвал обратно своих воинов. Из-за его строптивого характера, пришлось отказаться не только от шанса быстро привести вас ко мне в замок, но и от попыток помочь вам, поскольку всегда, когда я отправлял людей и магов вам на помощь, он неизменно протестовал. В итоге единственное, что мне оставалось — это ждать, пока Избранная сама не придет к Тэлуму, — закончив этот рассказ, темный со злобой покосился на Тэлум, мирно лежавший на подушечке возле меня. Тот ярко сверкнул, угрожающе окрасился в чернильно-синий цвет и я, желая успокоить артефакт, по всей видимости, действительно обладающий разумом, нежно погладила его. От моего прикосновения он вернул свой прежний небесно-голубой цвет.

После подобного инцидента я попросила тея Калиптро больше не выражаться негативно об Тэлуме, иначе в противном случае он может причинить ему серьезный вред. Маг злобно сверкнул глазами и собирался что-то ответить на подобное заявление Избранной, но Ланея накрыла его ладонь своей и мягко попросила послушаться моего совета. И темный сразу же согласился, с любовью и нежностью посмотрев на девушку, сидевшую рядом с ним.

Трапеза продолжилась.

Видя довольное и счастливое лицо хозяина замка, я поняла, что сейчас самый подходящий момент и напомнила мужчине, чтобы он освободил моих друзей, ведь его требования я исполнила.

— Я готов их освободить прямо сейчас. Но вы уверены, что они захотят уйти без вас? Довожу до вашего сведения, если ваши друзья не согласятся покинуть замок без Избранной, то я готов предоставить им на некоторое время право проживать здесь, вместе с вами, но уже в качестве гостей, а не пленников. В данном случае в качестве ограничений для ваших друзей выступят категорический запрет выходить за барьер невидимости, попытки к бегству и проявление агрессии и насилия по отношению к моим подчиненным, — серьезно ответил экс-регент.

Подобное предложение изумило меня. Я никак не ожидала от темного такого гостеприимства и недоверчиво покосилась на него. Здесь, наверное, есть какой-то подвох. Ведь не зря темных считают коварными и хитрыми.

— Мы будем очень рады, если ваши друзья останутся в нашем замке. Я обещаю, что здесь они будут в полной безопасности, — радушно добавила тея Висхар и с улыбкой посмотрела на меня.

Я улыбнулась в ответ, все еще не доверяя этой парочке, но Тэлум, словно почувствовав мои колебания, начал красиво переливаться и я поняла, что если артефакт им доверяет, значит, и я могу.

— Я могу увидеть своих друзей и обсудить с ними ваше предложение?

— Разумеется, — ответил темный.

После окончания трапезы меня сразу же сопроводили в гостиную, где уже находились мои товарищи, все еще закованные в кандалы и антимагические браслеты. Я подробно объяснила им всю сложившуюся на данный ситуацию с Ланей Висхар и Эйнаром Калиптро, и в целом поведала все, что мне удалось узнать об их истории любви и попытках Эрика Висхара присвоить себе дар Избранной. Также рассказала об условиях своей новой сделки и озвучила гостеприимное предложение экс-регента. Все как один, без колебаний и сомнений, решили остаться в замке вместе с Избранной.

В нужный день я, держа Тэлум в левой руке, перенеслась порталом в зал заседаний Ридекаста. Мое появление во время собрания Совета Светлого королевства очень быстро привлекло внимание и надело много шуму. Я, отгороженная ото всех прозрачным магическим щитом, призвала всех к спокойствию. Когда в зале воцарилась тишина, я стала за трибуну и, следую условиям сделки с Ланей Висхар, громко проговорила: «Ваши светлости, ваше преосвященство и многоуважаемые теи Светлого королевства! У меня для вас важное сообщение. Вы получите Тэлум только если выполните мои требования:

— Во-первых, вы прекратите войну с Темным королевством, заключите с ними мирный договор и полностью реабилитируете темных магов в глазах жителей Светлого королевства, — и на столик, расположенный возле трибуны я положила капсулу, содержащую документ с условиями для каждой стороны военного конфликта, которые были составлены Эйнаром Калиптро, текущим главой Темного королевства.

Когда капсулу раскрыли и вслух озвучили условия, члены Собрания, еле сдерживающие себя после моего первого требования, загудели словно улей встревоженных пчел.

— Это возмутительно! Мир с темными?! Что Избранная себе позволяет! Да как она смеет предлагать такое! Продалась темным! Предательница! Отберем Тэлум силой! — послышался громкий ропот среди членов Собрания, я же молча дождалась окончания возмущений и невозмутимо продолжила:

— Во-вторых, вы возродите Рэгнум, предоставив представителям Темного королевства равные с вами права по его управлению;

— В-третьих, вы отмените закон о запрете Избранной иметь романтические отношения с темными магами и создадите новый бессрочный закон, согласно которому Избранная не будет иметь никаких ограничений в выборе поклонника, возлюбленного, жениха и мужа;

— В-четвертых, Избранная, а также иные жители Светлого королевства, замеченные в связях, помощи или открытом сочувствии темным должны быть полностью реабилитированы.

— Для принятия решения даю вам неделю. Через семь дней, в полдень я вернусь сюда же за вашим окончательным ответом, — завершила я свое выступление. Увеличила размеры своего защитного купола, создала внутри него портал, и немедля направилась к нему. Ступив одной ногой в портал, повернула голову в сторону Рейсинга Рейнхарта и добавила: «Стейндмонд жив и находится в полном здравии и безопасности».

Регент ничего не ответил, а я перенеслась обратно в замок.

Через неделю я вернулась в Ридекаст за ответом. Он был благоприятен, в подтверждении чего мне были предоставлены столь необходимые новоиспеченной Избранной законодательные акты и мирный договор с некоторыми поправками, скрепленный подписями регентов и временным заместителем регента Висхара. Взяв их под свой купол и приказав Тэлуму проверить их достоверность, я убедилась в их подлинности, а значит и полной юридической силе.

Создаю новый портал, из которого тут же появились Стейндмонд, Беллавия и Хедвиг Иден Палм. Далее из портала вышли закованные в кандалы и атимагические браслеты великий герцог Висхар и несколько выживших после атаки темных его помощников по проведению ритуала изъятия дара Избранной. Все они находились под конвоем темных магов. Последними появились Ланея Эгнета Висхар и Эйнар Ренгволд Калиптро, держащиеся за руки и тем самым открыто демонстрировавшие свои чувства.

Все на месте. А далее все произошло стремительно.

Я громогласно объявлила регента Эрика Рэйвена Висхара предателем и вслух приказала Тэлуму показать правду. После моих слов в зале появился огромный серебристый прямоугольник, который как телевизор, транслировал для всех уже знакомые мне попытки великого герцога отобрать дар у Избранной, спасение Калиптро жертв злого гения, непосредственное участие темного в моем появлении в Икии, возвращение теи Висхар к жизни с помощью Тэлума.

После окончания показа выступила сестра обвиняемого. Для начала она представилась. Потом она продемонстрировала всем браслеты, использовавшиеся в ритуале, и добавила, что они нацелены на изъятие только магии Избранной. И после этого тея, заранее известившая меня о своей задумке, взяла мою руку, уколола палец и прижала его к одному из камней на браслете. Он засветился и окрасился в бирюзовый цвет.

— Это подтверждает мои слова, — высоко подняв браслет для лучшего его обозрения публикой, сказала она и добавила, — активировать данные артефакты может только Эйнар Висхар.

После этого она проколола свой палец и отправила капельку крови на браслеты. Они бездействовали. Повторив подобную процедуру со своим братом, символы на браслетах засветились, подтвердив высказывания девушки.

Далее, представившись членам Собрания, выступили Стейндмонд, Беллавия и Хедвиг, заявившие, что они были свидетелями этого ужасного ритуала и готовы подтвердить правдивость всего сказанного о нем даже под присягой.

И напоследок Ланея Висхар строгим тоном спросила у своего брата: «Эрик Рейвэн Висхар! Вы признаете себя виновным в покушениях на здоровье и жизни Избранных?».

Он с гордо поднятой головой цинично сказал: «Да! И я нисколько не жалею о содеянном!».

После такого признания своей вины, Ланея и я в один голос сказали: «За покушения на жизни Избранных мы требуем правосудия от Совета!»

Далее началось нечто невообразимое: крики, шум, требования выдать предателей, обвинения нас во лжи, подтасовке доказательств с помощью Тэлума, ложные свидетельства, предложения казнить регента Висхара немедленно, казнить нас и многое другое.

Осознав, что сегодня правосудия нам не добиться, я усиливаю свой голос с помощью заклинания и очень громко, так, что слышно во всех концах помещения произношу: «Через два дня мы придем, чтобы узнать ваше решение об участи обвиняемых и возможности для всех светлых вернуться на свою родину героями, а не предателями!» и открываю портал в замок, через который мы удалились обратно в замок Эйнара Калиптро.

В назначенный срок наша процессия в том же составе появилась в зале заседаний Ридекаста и заслушала вынесенный вердикт. Теперь уже просто герцог Висхар и его соратники за покушение на жизни Избранных приговаривались к смертной казни. Браслеты, как и все записи, дневники и разработки герцога Висхара, будут уничтожены. Первичные требования Избранной удовлетворяются, поскольку закон о прекращении войны мирным договором, реабилитации темных и возрождении Рэгнума на равных условиях начнет действовать с момента, когда руководитель Темного королевства поставит на свою подпись на мирном договоре и договоре о создании Рэгнума. Все эти документы были положены возле созданного мной защитного купола и я, забрав их, передала Эйнару Калиптро.

Он внимательно прочитал оба документа, а потом поставил магическую роспись на обоих. Первые два условия моей сделки с экс-Избранной выполнены.

С настоящего момента в силу вступает бессрочный закон о свободе личной жизни Избранной. Тут же были зачитаны его положения, которые в точности удовлетворяли выдвинутыми мной при первой встрече с Советом требованиям. Тея Висхар осталась довольна.

Избранная, Стейндмонд Эвион Рейнхарт, Хедвиг Иден Палм, Беллавия Агнесс Уинверт, Ланея Эгнета Висхар, а также иные жители Светлого королевства с настоящего момента полностью реабилитированы за связь, помощь и сочувствие подданным Темного королевства. Отныне и впредь любые связи и виды помощи жителей Светлого королевства жителям Темного королевства официально разрешены.

Когда вердикт был окончен, я опустила защищавший нас все это время магический купол и первой подошла к регентам. Низко поклонилась им, выражая свое почтение перед их мудростью и благоразумием, без которых счастливый финал поисков и возвращения Тэлума в Ридекаст не состоялся.

После этого меня, в сопровождении нескольких человек отправили к алтарю Тэлума, куда я вернула артефакт. Он засветился, на каменном алтаре отчетливо проявились голубые символы, и я скорее почувствовала сердцем, чем осознала на основе фактов, что Тэлум теперь стоит на страже спокойствия жителей Икии и не позволит больше возникать разломам.

Отныне моя миссия Избранной была исполнена. Теперь осталось выполнить последние два условия теи Висхар, напрямую перекликающиеся с договором, который я еще на стадии обучения заключила с регентами, и вернуться домой.

Исходя из этого, я приказала Тэлуму сделать Ланею Висхар моей преемницей, что он и неукоснительно выполнил. Благодаря этому почерневший символ теи стал ярко-желтым, а каштановая копна превратилась в жемчужно-золотистый водопад волос.

Теперь единственное, что я должна сделать в качестве обремененной условиями договора и сделки Избранной-наставницы — это передать дар Избранной-преемнице. Но прежде чем исполнить это, я занялась не менее важными делами.

Для всех участников экспедиции по поиску Тэлума — как ныне здравствующих, так и семьям погибших — я добилась ежемесячных пожизненных выплат в приличном размере и определённые социальные льготы. К этому присовокупила щедрые денежные выплаты из личной казны Избранной. По моим настоятельным рекомендациям участникам, спасших нас на болотах, Аграду Друмму, Кейву Инверсу и Инберу Фэйнвику присвоили почетные награды. Посмертно.

Родного брата Инбера я, используя влияние Избранной и ее несметные богатства, перевела с государственного обучения на частное, полностью оплатив оставшиеся годы обучения в столичной Академии магии, неустойку за переход на частное финансирование образовательного процесса и щедрую ежемесячную стипендию. Теперь, окончив Академию, он не будет обязан десять лет служить на государство и выполнять самую трудную и опасную работу. Теперь я надеюсь, сильный и талантливый боевой маг не повторит судьбы Инбера, который отучился на государственном обеспечении и в счет уплаты долга без его собственного желания был отправлен в опасную экспедицию, где он погиб.

Белли, Стену и Хедвигу, как проявившим особые старания и храбрость при поисках Тэлума, вручили почетные награды и без моего вмешательства. Награды они приняли с радостью, государственные выплаты — с натяжкой — Стейндмонд вообще хотел полностью отказаться, но не смог — а от подарков Избранной, выраженных в денежном эквиваленте, они категорически отказались. Но я несильно расстроилась по этому поводу, зная, что мои главные подарки от хранительницы Тэлума у них еще впереди.

Так, Белли я лично вернула фолиант с результатами многовековой исследовательской деятельности рода Уиверт, о котором она рассказала мне в пещере Атрум. Помимо этого я подарила ей несколько очень ценных книг о врачевании из личной библиотеки Избранной.

Для Хедвига я добилась аннулирования договора о его тридцатилетней службе в Департаменте особых дел с сохранением ему жизни. Это было непросто, но я справилась, ибо для хранительницы Тэлума не существует слово «нет». Также я, узнав о предпочтениях Охотника при личной встрече, смогла устроить его в качестве студента на факультет, связанный с географией, в один из самых престижных столичных ВУЗов. И все без вступительных экзаменов, с полной оплатой за обучение и назначением щедрой стипендии за счет казны Избранной.

Со Стеном все оказалось гораздо труднее, ибо на мои многочисленные просьбы назвать подарки, который он бы хотел получить на прощание от Избранной, был только один ответ «Останься в Икии». Когда он окончательно уверовал в то, что я не останусь, герцог попросил о свидании. И я согласилась на одно, поскольку было бы черной неблагодарностью с моей стороны оставить Стена без прощального подарка.

Во время всех этих приятных забот, я в качестве почетной гостьи побывала на свадьбе Ланеи Висхар и Эйнар Калиптро. Последний после реставрации Рэгнума, на правах представителя интересов Темного королевства быстро переселился в Ридекаст, где и живет вместе со своей супругой в любви и согласии.

Настал день Х. Я передала дар Избранной теи Калиптро и через десять минут — именно столько времени я, не терпящая долгих проводов, предоставила себе на прощание с друзьями — тея Елена вернется на Землю и станет Еленой Светловой. А пока я в комнате, являющейся своего рода прихожей перед алтарем с Тэлумом, прощаюсь с теми, кто за долгие месяцы моего пребывания в Икии стал близок и дорог сердцу.

— Желаю удачи в твоем хобби. Я рада, что судьба свела меня с тобой, — целую в щеку Белли и крепко обнимаю девушку.

— Спасибо, Лена. Удачного тебе возвращения, — отвечает целительница.

Следующим стоит Хедвиг.

— Будь счастлив несмотря ни на что. Если откроешь что-нибудь новое, назови в мою честь, — окончила шуткой то, что изначально задумывалось как пожелание благополучия и удачи. И его я тоже целую в щеку и крепко обнимаю.

— Может быть, ты все-таки передумаешь? — отвечает мне Охотник, не выпуская из своих рук.

Я отрицательно покачала головой и, не без применения магии, разомкнула медвежьи объятья.

— Ты достоин большего, чем иномирянка. Я верю, что ты еще встретишь свою любовь, — целую в щеку Стена и крепко обнимаю.

— Не уходи, — проникновенно просит он.

— Нет, — и, с трудом выскользнув из его рук, ухожу к алтарю, где меня уже ждет новоиспеченная Избранная. Бросаю прощальный взгляд на ребят, молча ждущих моего отправления. И понимаю одно. Я ЛЮБЛЮ ЕГО. Вопреки всем своим запретам на чувства. Вопреки здравому смыслу. Но уже поздно что-либо менять.

Несколько минут и портал домой готов. Я попрощалась с Ланей Калиптро, вздохнула, и уже собиралась шагнуть в него, как громкий окрик «Лена, стой!» остановил меня.

Стен пытается пробиться сквозь плотное кольцо стражи.

— Пропустите! — громко говорю я, и мужчина бежит ко мне. Стремительно обнимает, осыпает поцелуями и просит взять его с собой на Землю.

— Что? Но как же твоя семья? Ты бросишь ее ради меня? Бросишь свой родной мир из-за любви ко мне? — пробормотала я в замешательстве.

— Ты моя семья, ты мой мир. И мое место только рядом с тобой, — ответил он.

— Возьми артефакт. Он поможет понимать земную речь и отвечать на их диалекте, — протягивая серебряное колечко герцогу, говорит Ланея. Он с благодарностью принял этот дар.

И мы, крепко взявшись за руки, вместе шагнули в портал.

ЭПИЛОГ

Объяснить родным, где я отсутствовала более полугода, было нелегко. Объяснить, кто этот мужчина рядом со мной, было еще труднее. Но я справилась, пусть и действовала больше по наитию, а не заранее заготовленному шаблону. И сдабривала свой рассказ и доказательства пребывания в другом мире слезами боли, огорчения и радости.

Первым поверил мне отец. Он просто прижал меня к себе и на заявление мамы, что я сошла с ума, заявил, что это она сумасшедшая, если не верит своей дочери.

Стена они приняли сначала очень настороженно, но он своим уважительными манерами, выдержкой, спокойным нравом и безоговорочной любовью ко мне растопил все предубеждения и недоверие к себе.

Привыкнуть к жизни на Земле ему было нелегко. И если техника не вызвала у него особых нареканий, поскольку во многом была похожа на артефакты Икии, понимание и принятие обычаев и традиций моей семьи и моего мира давалось легко, то уклад жизни — во многом вызывал недоумение. Как и отсутствие магии на Земле и ограничения на ее использование при посторонних и в общественных местах. Но он никогда не жаловался ни мне, ни другим, а тоску по своей семье, прошлых занятиях и родине тщательно прятал в глубине души, лишь единожды признавшись мне в этом.

Всем мы объяснили мое длительное отсутствие амнезией, возникшей вследствие аварии и заставившей меня забыть обо всем и скитаться неизвестно где. Стена же представили как моего личного врача и психолога из частной клиники.

На третью неделю моего пребывания на Земле случилось то, чего никто не ожидал. Я была дома, стояла в прихожей, и вдруг возле меня открылся портал, в который чьи-то руки насильно меня затащили. Я попала в Ридекаст! Прямиком к алтарю с Тэлумом! Мой черный символ Избранной стал бирюзовым! А я рядом стояла Ланея Калиптро с артефактом, с помощью которого она вернула меня на Землю.

Я накинулась на нее, требуя объяснить причину моего неожиданного возвращения в Икию. Но девушка была словно под гипнозом, ничего не отвечала и только крепче сжимала портативный портал рукой, на которой был бирюзовый символ Избранной. Я начала трясти ее, пытаясь вывести из оцепенения, и требую объяснений. Но их Тэлум дал! Артефакт заговорил в прямом смысле слова! Он сказал, отныне ему необходимы не одна, а две Избранные. Именно поэтому он заставил тею Калиптро перенести меня к нему. И добавил, чтобы я окончательно возвращалась в Ридекаст, иначе он с помощью Ланеи насильно будет возвращать меня при попытках бегства на Землю. Естественно я не поверила ему и попросила уже пришедшую в себя девушку отправить меня домой. Но она не смогла, поскольку портативный портал перестал работать, на что Тэлум засмеялся и сказал, чтобы я послушалась его. Иначе он не будет отпускать меня домой с визитами. С тяжелым сердцем пришлось пообещать ему мой переезд в Ридекаст. И со слезами на глазах выполнить.

Я вторая Избранная уже около полугода, которую все во избежание путаницы называют Избранная — Елена. Живу я загородом, в уютном доме вместе со своим мужем, и практически каждый день порталом посещаю Ридекаст. Визиты эти недолгие, ибо я подхожу к алтарю, приветствую Тэлум, затем вместе с выполняющей подобные обязанности Избранной-Ланей иду пить чай в крыло Избранных, где она живет со своим супругом. За это время мы успели с ней подружиться.

С родными я вижусь каждую неделю, Стен в большинстве случаев путешествует со мной. Иногда сестра со своим супругом, без племянника, в силу малого возраста способного взболтнуть лишнего, и родители посещают меня. Все это стало возможно благодаря портативному порталу, который Ланея сделала для меня. Создан он по образу и подобию ее, только мой не нуждается в крови, ему достаточно магии Избранной, специального заклинания и секретного слова, чтобы никто другой не смог воспользоваться им. Спасибо, герцог Висхар, объяснили нам, что дар Избранной можно украсть, и научили быть осторожными.

Беллавия стала другом семьи, являясь частым гостем, которому я всегда рада. Сейчас она активно переписывается с Хедвигом, находящимся в научно-познавательной экспедиции от своего учебного заведения. И даже сходила с ним на свидание перед ее началом. Возможно, она все-таки добьется его любви.

Хедвиг изредка пишет мне, но это скорее дружеские письма, чем любовные. Он учится, и насколько я поняла, ему все нравится. Он счастлив, и я искренне рада за него.

А вот и Стейндмонд вернулся после визита к своему отцу, который, кстати, все еще недолюбливает меня. Наверное, до сих пор обижается, за то, что сын ушел за своей любимой в другой мир и бросил семью. А вот мама, сестра и старший брат любимого приняли меня хорошо, и с ними я поддерживаю теплые отношения.

Я любуюсь этим красивым, высоким синеоким мужчиной, который подарил мне безграничное женское счастье и маленькую жизнь под сердцем, о которой он сейчас и узнает.


Оглавление

  • Путь Избранной
  •   ГЛАВА 1
  •   ГЛАВА 2
  •   ГЛАВА 3
  •   ГЛАВА 4
  •   ГЛАВА 5
  •   ГЛАВА 6
  •   ГЛАВА 7
  •   ГЛАВА 8
  •   ГЛАВА 9
  •   ГЛАВА 10
  •   ГЛАВА 11
  •   ГЛАВА 12
  •   ГЛАВА 13
  •   ГЛАВА 14
  •   ГЛАВА 15
  •   ГЛАВА 16
  •   ЭПИЛОГ