Игрушка для олигарха (СИ) (fb2)

Возрастное ограничение: 18+


Настройки текста:



АЛЬМИРА РАЙ ИГРУШКА ДЛЯ ОЛИГАРХА

Глава 1

Сердце гулко колотилось, когда я шла по темному коридору незнакомого дома. Я нервничала и в то же время предвкушала встречу со старым знакомым. Прошло около пяти лет. Каким он стал? Вспомнит ли меня? Поможет ли?

Стоя напротив двери под номером сто тридцать два, все никак не решалась нажать на звонок. Меня снедали сомнения. В какой-то момент я и вовсе решила сбежать, но вспомнила Женю и застыла. Нужны деньги. У меня в столице не было родственников. Я не знала никого, кто мог бы помочь. Никого... кроме давнего друга отца. Он достаточно хорошо знал папу, чтобы хотя бы выслушать меня.

Сделав глубокий вдох, все же нажала на дверной звонок.

- Кто? - прозвучал низкий сиплый голос. Совершенно незнакомый. Я даже отстранилась, испугавшись, что перепутала дверь. Но она резко распахнулась, и на пороге показался амбал неприветливой наружности. Я застыла, не в состоянии проронить и двух слов.

Амбал в ответ пристально меня изучал, пока на его лице не появилась довольная улыбочка. И вот тогда мне стало по-настоящему страшно.

Я уже открыла рот, чтобы промямлить извинения, как он резво втянул меня внутрь квартиры, и быстро закрыл за нами дверь.

- Отпустите меня! - испуганно просипела я. Мой обычно звонкий голос пропал.

- Дмитрий Сергеевич, к вам пришли! - заорал амбал, не спуская с меня глаз.

Стоило услышать знакомое имя, и накатило облегчение. Все же я по адресу.

- Кто?

А вот теперь голос звучал знакомо. Низкий, бархатистый, с нотками хрипотцы от частого курения. Еще спустя несколько секунд показался и сам дядя Дима. Он изменился. А возможно поменялось мое мировоззрение. В самом деле, мне было тринадцать, когда я видела его в последний раз. Тогда он был просто сыном папиного крестного, одним из множества друзей нашей большой семьи. Я не замечала ни того, насколько высоким и хорошо сложенным он был, ни его мужественной, немного хищной красоты. Я помнила, что он всегда ходил в идеально выглаженных костюмах, но только теперь заметила узоры татуировок, выглядывающих из -за ворота рубашки. Короткий ежик темных волос, густые темные брови, небольшая горбинка на носу, дерзкая улыбка на губах и двухдневная щетина - его образ так и запечатлелся в моей памяти. Правда, улыбался он исключительно моей маме. А вот чего точно раньше не было, так это небольшого широкого шрама на скуле.

Да, тогда он был просто другом. Теперь. Он меня пугал.

Дмитрий Сергеевич немного хмурился, вытирая руки полотенцем. Оно было испачкано чем -то красным, и я в шоке округлила глаза, инстинктивно отступив назад. Амбал все еще стоял за спиной, напомнив, что пути отхода не было.

- Да? - Хозяин квартиры казался удивленным, пока его темные, почти черные глаза сканировали меня с ног до головы. Кажется, меня не ждали.

- Это я, дядь Дим, - пролепетала я, совсем забыв заученную фразу приветствия. И, естественно, это ни о чем не говорило недоуменному мужчине. Я быстро исправилась: - Юля. Никитина.

Он отбросил полотенце на кресло и, все еще хмурясь, медленно зашагал ко мне.

- Никитина, - медленно повторил он, будто вытаскивал на поверхность старые воспоминания.

Я видела, что он признал меня, но не сказал ничего, чтобы хоть как -то разбавить затянувшееся молчание.

Когда он подошел вплотную, в мой нос ударил резкий аромат парфюма. Столь дерзкий, что с одной стороны хотелось сморщить нос, а с другой, прижаться к шее мужчины и вдыхать этот запах до потери сознания. Я воздержалась от всех вариантов и, мысленно себя отругав, улыбнулась как можно приветливее.

- Ты изменилась, - наконец произнес Дмитрий Сергеевич.

Он не был очень уж радушным. Не попросил своего телохранителя отойти от меня и не пригласил внутрь.

- А вы почти нет, - произнесла я, скромно потупив взор. Что меня всегда напрягало в нем, так это пристальный взгляд, смотрящий прямо в душу. Мне было жутко неловко в его присутствии, я не могла выдержать и нескольких секунд игры в гляделки.

- Я, наверное, не вовремя, - проблеяла, когда тишина начала давить на нервы. На что я вообще надеялась? Он даже не узнал меня. Не думаю, что ему хватит терпения еще и вникать в мои проблемы.

- Нужно было позвонить, - тоном строгого учителя произнес Дмитрий Сергеевич. От этого тона мои коленки начали дрожать. - Но раз уж ты пришла, я уделю тебе немного времени.

Он потянулся к вешалке за своей курткой, и я вопросительно подняла брови.

- Поужинаем. Расскажешь, зачем искала меня.

В его исполнении это ни на йоту не звучало, как предложение. Нет, это был приказ.

Я уже жалела о том, что явилась сюда, и совершенно не представляла, как изложить свою деликатную проблему в общественном месте.

- А может быть, просто попьем чаю? - предложила я, заикаясь чуть ли не на каждом слове.

Но дядя Дима лишь хмыкнул и покачал головой.

- Я не ждал гостей. На кухне беспорядок. Кстати, - он послал красноречивый взгляд поверх моей головы своему вышибале. - Сань, приберись.

Это тоже был приказ. Этот человек привык их отдавать. Я не могла его винить, он мог себе это позволить. Он мог себе позволить... все.

- Идем, Юляша! - неожиданно весело произнес Дмитрий Сергеевич. Его лицо оставалось бесстрастным, вот только в глазах я заметила искорку веселья.

- Прошу, только не называйте меня так! - обреченно простонала я, вспомнив дурацкое прозвище, которым меня наградил отец.

- Допустим, я соглашусь на это, - совсем серьезно произнес он и открыл для меня двери, пропуская в коридор. -Но лишь при условии, что ты никогда больше не назовешь меня дядей. Не солидно это как -то, Юляш. В самом деле, какой я тебе дядя?

Мы встали у лифта, он нажал кнопку вызова и посмотрел на меня, ожидая ответа.

Мне не оставалось ничего, кроме как кивнуть. В конце концов, он прав. Мне больше не тринадцать.

- Итак, выкладывай, - предложил Дмитрий Сергеевич, пристально меня рассматривая. Он только что сделал заказ официанту одним лишь кивком. Я заметила, что люди расступались перед ним, словно боялись и избегали общения. Я их понимала. Дмитрий Сергеевич Рогозин внушал страх одним лишь взглядом. Казалось бы, я могла расслабиться, ведь мы знакомы. Он не пропускал ни одного дня рождения папы, а однажды даже принес мне огромного плюшевого медведя.

Но сидя так близко к мужчине, который вот уже с минуту не отрывал от меня глаз, я не могла выдоить и слова. Руки нервно подрагивали, когда я укладывала салфетку на колени. А все слова, которые я тщательно репетировала перед зеркалом, в одночасье забылись.

- С чего бы начать? - пробубнила я.

- А ты красивой выросла, - неожиданно произнес Рогозин, вальяжно облокотившись на спинку диванчика. А затем его губ тронула самодовольная ухмылка, когда он заметил мое смущение. Щеки и шея горели, и я просто не знала, куда себя деть. Позже я буду злиться на свою глупую реакцию, но сейчас я изо всех сил пыталась собрать мысли в кучу.

- Спасибо, - шепнула я. Но на самом деле не была с ним согласна. То есть, да, я симпатичная, но не настолько красивая, чтобы мужчины вроде него теряли головы.

Мои длинные черный волосы всегда ужасно путались, но я все никак не решалась их остричь. Губы были слишком бледными и практически сливались со смуглой кожей. Пожалуй, только синие глаза были ярким акцентом на моем лице. Женя всегда говорил, что у меня самые прекрасные глаза, которые он видел.

Напоминание о парне и о нашей проблеме заставили меня говорить.

- Дя... Дмитрий Сергеевич! - выпалила я, заикаясь. - Я учусь здесь.

Господи, какая же я дура!

- То есть, поступила в этом году. На маркетинг. Честно говоря, я до сих пор не знаю, кем хочу стать. Но очень хотелось учиться в столице, потому я подавала документы в разные ВУЗы, и вот. Куда взяли!

Мда... У меня две крайности. Либо нема, как рыба, либо тарахчу без умолку.

Я заставила себя замолчать, поймав все тот же насмешливый взгляд своего собеседника. Наверное, в его глазах я выглядела полной идиоткой.

- Продолжай, - махнул рукой Рогозин.

Я могла бы и дальше рассказывать милую историю о том, как поселившись в общежитии, встретила доброго, заботливого парня. Как он тайком проникал ко мне по ночам, чтобы прижать в свои объятия. Как он красиво ухаживал за мной и водил на романтические прогулки. Но все это было ни к чему. Я просто не могла больше тянуть.

- Вы знаете, у папы сейчас проблемы с бизнесом, - промямлила я и наконец решилась посмотреть мужчине прямо в глаза. - А мне. В общем, мне нужны деньги.

В этот момент подошел официант и очень быстро расставил блюда. Я не выдержала пытливого взгляда напротив и опустила голову. Креветки и устрицы. Как изыскано. И наверняка невероятно дорого.

- Сколько? - нарушил неловкое молчание Дмитрий Сергеевич.

- Двадцать штук, - еще тише произнесла я. И немного помедлив, добавила: - Долларов.

Рогозин не ответил сразу. Он достал из карману пачку сигарет и закурил. От запаха табака меня немного тошнило. Но разве посмела бы я возражать.

Какая-то молодая девушка, судя по одежде, официантка подбежала к нашему столику и наклонилась к Рогозину.

- Простите, у нас не курят.

Тот даже не удостоил ее взглядом. Лишь приподнял свою бровь, слегка мне улыбнувшись.

- Ольга! - прошипел мужчина, который обслуживал нас ранее. Он быстро извинился перед нами и буквально оттащил ничего не понимающую девушку.

В ту минуту я начала понимать, во что влипла. Возможно, для Дмитрия Сергеевича двадцать тысяч были копейками, но он относился к тому типу мужчин, которые все всегда держали под контролем. И если он согласится, то просто так меня не отпустит.

- Для чего деньги? - услышала я вполне ожидаемый вопрос.

- Мой парень попал в неприятности.

Услышав протяжный вдох, я подняла глаза. Да, я знала, как глупо это звучало. Вся ситуация была глупой.

- Мы оба виноваты, - призналась я. - Он купил машину, а я напросилась за руль. Ну и врезалась в иномарку. Водитель забрал наши документы и сказал, что мы теперь ему должны. Конечно, мы первым делом обратились в полицию, написали заявление. Но... На следующий день Женю избили. Сказали, что возьмутся за меня, если не принесу им сумму до понедельника.

Проговорив все на одном дыхании, я потянулась к стакану и отпила глоток воды.

До понедельника оставалось два дня. И Рогозин понимал, в каком безвыходном положении я находилась. Теперь моя жизнь буквально зависела от него.

- Хорошо, - наконец вынес он вердикт. Я ждала, затаив дыхание. А когда услышала, вместо долгожданного облегчения, почувствовала подступающую панику. Что -то во взгляде, в тембре голоса Дмитрия Сергеевича настораживало, заставляло сжаться. Нет, он не относился ко мне, как к маленькой дочке давнего друга. Сейчас перед ним сидела попрошайка, которая позже должна вернуть долг. И как раз эта часть меня и пугала.

- Правда? - несмело спросила я, теребя салфетку. - Я все верну, просто...

- Вернешь, да? - насмешливо фыркнул Рогозин и принялся поедать креветки. Его движения были уверенными, ленивыми, но взгляд всегда серьезный, изучающий обстановку.

- И откуда же ты достанешь такую сумму? Пускай я даже дам беспроцентную рассрочку в полгода.

Он игриво приподнял бровь, ожидая от меня ответа. У меня его не было.

- Постараюсь заработать, - произнесла я едва слышно. Но сама-то понимала, что такою сумму с потолка не достанешь.

- Отца, как я понимаю, ты беспокоить не желаешь, - констатировал Дмитрий Сергеевич.

- Да его инфаркт схватит! - ужаснулась я. Ведь и правда у папы проблемы с сердцем, отчего он и бизнес запустил, и все сбережения отдал на операции. Им с мамой хватало на жизнь, да и за мое обучение они платили, но шиковать, как еще пару лет назад, уже не могли. Если потребуется очередная операция, родители, скорее всего, продадут дом. У них не было лишних денег. Я знала, что они скорее всего заберут меня обратно домой. А Женя останется здесь с моими проблемами.

- Значит... - Рогозин выдержал паузу и посмотрел на меня так, что по телу пробежалась волна мурашек. - Тебе нужен особый кредит, Юля. Деньги в обмен на желание. Мое желание. 

Глава 2

 Это не звучал хорошо. И по хищному взгляду я поняла, к чему клонил дядя Дима. На целую вечность я застыла, не в силах прервать зрительный контакт. Он гипнотизировал меня, словно змей -искуситель. Только ничего, кроме страха, я не испытывала.

- Какое именно? - спросила я, сглотнув тяжелый ком.

Ответа не последовала. Рогозин просто улыбнулся, будто только что к его миллионам прибавился еще один, и отпил глоток виски. Я бы сейчас тоже не отказалась от чего -то спиртного, но мне принесли только воду. И тут меня осенило.

Он привел меня в это место, как приводил множество других. Он настолько часто это делал, что официанты изучили его привычки и предпочтения. Виски для него. И всегда вода для его подружки. Это убивало меня.

Я должна была встать и бежать от этого мужчины со всех ног. Но не смогла.

Папа всегда говорил, что быть взрослым, значит, отвечать за свои поступки и решать свои проблемы.

- Я... Могла бы работать на вас, - предложила я, удивляясь, откуда во мне столько смелости. - Может быть, помощницей по бизнесу или по дому.

- Ешь, Юляша! - задорно произнес Дмитрий Сергеевич. Я почти расслабилась, почти выдохнула с облегчением, почти поверила, что он не станет просить взамен своей услуги что -то пошлое. Но тут он добавил: - После ужина поедем ко мне.

И мое сердце бросилось вскачь.

Несмотря на то, что морепродукты я обожала и считала самым приятный деликатесом, сейчас и кусочек не лез в горло.

Я корила себя за то, что была такой пугливой и неуверенной. Как бы мне хотелось открыто посмотреть мужчине в глаза, бросить вызов взглядом, показать, что я не боялась его. Но все, что мне удавалось, это тайком следить за ним, когда он подзывал официанта или отпивал свой виски.

- Тебе здесь нравится? - спросил Рогозин, неожиданно разбавив тишину. Я бы не сказала, что она была комфортной, но уж лучше беседы, где я блеяла, как овечка.

Осмотревшись, быстро кивнула.

- Очень мило.

Я врала. Ресторан хоть и был рассчитан на посетителей с полными кошельками, едва ли его можно было назвать милым или уютным. Но все же это место отлично подходило для такого опасного мужчины, как Дмитрий. Он мог бы соблазнять здесь девушек или заключать выгодные сделки. А может быть даже решать проблемы с бандитами. Я не знала, чем занимался Рогозин. Отец как -то вскользь упоминал, что у них был общий бизнес. Но что -то мне с трудом верилось, что Дмитрий Сергеевич заинтересовался бы выращиванием подсолнухов и реализацией семечек. Мой отец владел гектарами земли, но за последние годы большую часть пришлось продать.

- Я имею в виду город, - уточнил мужчина.

Он пытался завязать разговор, и даже перестал так пристально пялиться. Кажется, немного расслабился.

- Я пока мало куда ходила, - призналась я. - Всего-то пару месяцев живу.

- Хм, но парня найти уже успела, - подметил Рогозин.

- Скорее он меня нашел, - хмыкнула я, вспомнив, как Женя флиртовал со мной с первого дня в общежитии.

- Родители о нем знают? - спросил Дмитрий, откинувшись на диванчик. Он снова закурил.

Я стыдливо покачала головой. Думаю, они не были готовы к моему внезапному взрослению. А я избегала нотаций о взрослой жизни.

- Где ты живешь, Юля? С ним?

Округлив глаза, я уставилась на дядю Диму. За кого он меня принимал, интересно? Насмешка в его взгляде дала понять, что может он и не думал обо мне так плохо, скорее ему нравилось вгонять меня в краску. А может быть он хотел узнать какой-то грязный секрет из моей личной жизни, чтобы казаться таким себе «своим парнем». Но пропасть между нами все еще была непреодолимой.

- Я живу в общежитии. Мы в разных блоках.

Рогозин удивленно поднял бровь и наклонился над столом.

- У Никитина совсем туго, да? Мог бы и квартирку дочке снять.

Он покачал головой и отвел взгляд, будто думал о чем -то своем. Я не стала отвечать, хоть и хотелось оправдаться. Если с папой все будет хорошо, он купит мне квартиру через пару лет. Но родители хотели, чтобы для начала я освоилась и убедилась, что мне действительно здесь нравится, что я останусь, а не вернусь в родные края.

- Ладно, идем, - вдруг произнес Дмитрий Сергеевич и, потушив сигарету, поднялся с места. Он не стал просить счет, лишь кивнул официанту, и тот в мгновение ока возник рядом, чтобы отодвинуть мой стул. Я почти не притронулась к еде, но Рогозин не стал это комментировать.

Он прошел к гардеробной, достал мою куртку, помог одеться и оделся сам. Я заметила, что он был очень галантным, придерживая для меня двери и пропуская вперед.

Но когда мы оказались на улице, и к обочине подъехал черный «Lexus», я опять впала в ступор.

Рогозин открыл заднюю дверцу и жестом указал мне садиться.

- Дядь Дима, а может я сама домой?

Мой голос слегка подрагивал, но я надеялась, что страх все же удалось скрыть.

Рогозин хохотнул и медленно подошел ко мне. Все это время коварная улыбка не покидала его лица.

- Теть Юль, - насмешливо протянул он, отчего я не удержалась и сама заулыбалась. Это сумасшествие, но прямо в эту секунду он казался таким... безопасным. - Мне тридцать два. Я взрослый, конечно, но не настолько старый, как ты думаешь.

Мои брови мимо воли поползли на лоб. Да, я в самом деле думала, что он немного младше отца. Он и выглядел старше. Наверное, от того, что постоянно хмурился и почти не улыбался. Хотя сейчас, да. Я могла бы ему поверить на слово.

- Но все же.

- Не-а! - перебил меня он. - Там какие-то хулиганы объявили на тебя охоту. И пока я во всем не разберусь, не отпущу тебя.

Не дожидаясь ответа, он просто приобнял меня за талию, окружая ароматом своего парфюма, и повел к машине.

- Они сказали до понедельника, - напомнила я, предприняв последнюю попытку сопротивления.

- Но мы же с тобой прекрасно знаем, что такие люди слов не держат, верно? - заговорщицки произнес Рогозин. А когда я все же оказалась в салоне авто, он сел рядом и закрыл за нами дверцу. - Как я потом твоему бате в глаза посмотрю, если с тобой что-нибудь случится? Нет, Юляш. Ты ко мне сама пришла. Теперь уж изволь.

Сказав это, он повернулся к водителю машину и похлопал того по плечу.

- Сень, домой.

- Понял, - коротко произнес молодой человек и быстро взглянул на меня в зеркало заднего вида.

- Это Юля, - представил меня Дмитрий Сергеевич. - Запомни.

Он не был многословен, но у меня возникло чувство, будто эта команда означала что-то серьезное. Рогозин как бы предупреждал, что я еще не раз составлю ему компанию.

- Я. Спасибо за ужин, - произнесла я и выдавила из себя благодарную улыбку. - Было очень вкусно.

- Врешь ты все. - Мужчина горестно воздохнул и свободно расселся на сиденье, положив одну свою руку мне за голову. Казалось бы, вроде невинный жест, но мне стало трудно дышать. Сидя так близко, он подавлял меня. - К еде не прикоснулась, ресторан не понравился. Да наша Юля балованная!

Посмотрев на меня, он подмигнул и снова улыбнулся. Что чувствовала я? Все еще была в шоке от происходящего.

А когда спустя несколько минут гнетущей тишины заметила, что мы выехали за пределы города, по -настоящему запаниковала.

- А куда мы? - Я спохватилась, но Рогозин лишь прижал меня обратно к сиденью и еще ближе к себе.

- У меня дом в пяти километрах от города, - оповестил он таким ленивым скучающим тоном, будто ничего страшного не происходило. Подумаешь, просто мужчина вез меня в свой дом где -то в глуши. Обыденное дело.

- Тебе понравится. Я каждые выходные провожу там, - добавил Дмитрий, как только я начала задыхаться от возмущения. Когда он сказал «домой», я подумала о квартире неподалеку от ресторана.

- Но. Но. На все выходные? У меня нет вещей. И я даже не предупредила Женю.

- А-а-а, - понимающе протянул он, но я могла поклясться, что в его голосе звучало раздражение. - Женя. Ты можешь предупредить его по телефону.

Он достал из кармана свой мобильный и протянул мне.

Он хотел, чтобы я позвонила прямо сейчас и оправдывалась перед своим парнем при нем?

- Никитина? - позвал Рогозин и неожиданно наклонился ко мне так близко, что я невольно затаила дыхание. Он гипнотизировал меня своими огромными глазами, как кролика удав. - Ты что, боишься? Меня?

Он задал вопрос и сам же заулыбался, будто эта абсурдная мысль его веселила.

- Ну, хочешь, позвони родителям? - Он все еще протягивал свой телефон. - Расскажи, что поехала ко мне. Но если твой папа захочет поговорить со мной и задаст наводящие вопросы, я, знаешь ли, ему врать не буду.

«Читай между строк, пугливый кролик: если твой папа спросит, я сдам тебя с потрохами».

Впутывать своих родителей я хотела в последнюю очередь. Потому отодвинув телефон дяди Димы, я достала свой и набрала номер Жени.

- Котенок? - послышался сонный голос Жени в трубке. Я вспомнила, как он ужасно выглядел после побоев, и внутренне содрогнулась. - Как дела? У тебя получилось?

Невольно покосившись на Рогозина, отодвинулась от него еще немного. Он наблюдал за мной, слегка прищурив глаза.

- Да, - ответила я, хоть и не так уверенно, как хотелось бы. Конечно, Женя знал, куда и зачем я отправилась. Когда мы вляпались в историю, начали продумывать всевозможные варианты спасения. Вот тогда я и вспомнила не только Рогозина, но и всех папиных партнеров по бизнесу, дальних родственников и даже простых знакомых. Женя меня поддержал и сказал, что я должна хотя бы попытаться. А теперь, естественно, переживал.

- И? Он дал тебе денег? - оживился мой парень.

- Нет, - я прикусила губу, чувствуя на себе взгляд Дмитрия. Я не знала, как преподать условия, которые мне выдвинули. - Слушай, Жень... Я задержусь на пару дней.

- Не понял? - произнес он. - То есть, как? Где задержишься?

Я уже открыла рот, собираясь ответить, но телефон неожиданно выпорхнул из моих пальцев. Охнув, я ужаснулась, увидев его около уха Дмитрия Сергеевича. Он собрался говорить с Женей!

- Рогозин у телефона, - произнес он тоном, от которого по моей спине пробежался холодок. На то короткое мгновение я даже перестала дышать. - Юля будет со мной до понедельника. В твоих интересах никому об это мне сообщать.

И даже не выслушав ответа, он просто отключился, а мой телефон засунул себе в карман, предварительно включив беззвучный режим.

- Проблемы я решаю быстро, - только и сказал мужчина, заметив мой ошеломленный взгляд. - Есть возражения?

- Я. А. Он же. Нет. Возражений нет.

По одному лишь взгляду Рогозина было ясно, что любые замечания бесполезны. Мне оставалось надеяться, что Женя все поймет и станет долго дуться.

- А телефон вы мне вернете? - с надеждой спросила я. И в ответ получила фирменную улыбку дяди Димы, которой он как бы намекал на мою умилительную наивность.

- Мы уже приехали! - сообщил он, и через пару секунд автомобиль остановился и ворот двухэтажного особняка.  

Глава 3

 До приезда в дом Рогозина я считала себя привыкшей к хорошей жизни девушкой. Но этот мужчина по -настоящему шиковал. Дизайнерское оформление, дорогая мебель и техника вызывали стойкое желание прижаться к стене и не двигаться, чтобы случайно что-то не задеть. Несмотря на мрачные оттенки, помещения казались очень просторными.

- Это зал, есть камин, там кухня, - говорил он, кивая по сторонам со спрятанными в карманах руками. - В моем кабинете тебе делать нечего, в подвале тоже. Там обычно парни из охраны тусуются. Голодная?

головой, хотя от чая с печенюшками не отказалась бы. Мы с Олькой, моей соседкой по комнате, обычно устраивали своеобразный чайный ритуал перед сном. Но я как -то совсем не могла представить сплетничающего и хихикающего Рогозина, дерущегося со мной за последнюю конфету.

- Тогда идем наверх, - тут же оповестил дядя Дима и начал подниматься по лестнице.

Я идти следом ой как не торопилась. Стоять у стеночки все же было комфортнее.

- Юль, - укоризненно позвал Рогозин с пролета. Я бы даже сказала, устало, словно ему уже надоело со мной возиться. - Идем уже. Спать тебя уложу.

Он больше ничего не сказал. Он вообще мало говорил. Но вот взгляды посылал такие, что спорить не хотелось совершенно.

Дядя Дима, который вовсе не являлся мне родственником, доверия внушал мало. А точнее, вообще ноль. Я догадывалась, что будет трудно довериться человеку, которого видела в последний раз пять лет назад. И то, что он запросто мог быть замешан в нелегальном бизнесе, я тоже подозревала. Слухи ходили, да и суммы, которыми он оперировал, можно было добыть только авантюрой. Вот папа мой честный бизнесмен -трудоголик с расшатанными нервами. А на счет дяди Димы я так уверена не была. Но что сильно удивляло, так это мое практически беспрекословное повиновение его слову.

Естественно, я его побаивалась. Каждый раз, ловя на себе твердый взгляд мужчины, я задумывалась: "А так ли важно то, что я хотела сказать? Пожалуй, лучше промолчать". Рогозин же всегда знал, что говорил. За его словами стояли действия. Даже за такое короткое время нашего общения у меня сложилось впечатление, что он... надежный.

Вот и сейчас, оторвавшись от стены, я пошла за ним со стойким чувством того, что меня он не обидит.

Дмитрий стоял у второй двери, облокотившись о косяк.

- Эта нравится? - спросил он.

Подойдя ближе, рассмотрела спальню. Она была полностью черной - от обоев до мебели. Но яркая красная полоса подсветки, пролегавшая вдоль стены над кроватью, придавала помещению своеобразного шарма. Комната была мужской, и я уловила в воздухе аромат самого Рогозина. Точнее, его духов.

- Моя комната, - подтвердил мои догадки Дмитрий Сергеевич. - Здесь спать хочешь?

Я послала ему полный ужаса взгляд, и он уже в который раз за вечер насмешливо фыркнул. А затем просто добил меня:

- У тебя просто такой вид, будто ты только и ждешь, что я позову тебя в свою постель.

Переварив это заявление, я почувствовала прихлынувший к щекам жар.

- Нет, я совсем...

Попытки объясниться, естественно, не увенчались успехом. Мне бы провалиться под землю или еще куда. Подальше от этих хитрых смеющихся глаз.

- Тогда будешь спать за стенкой, - уже серьезнее добавил Дмитрий и кивнул на еще одну дверь.

Пробормотав краткое «спасибо», я юркнула во вторую спальню, которая оказалась полным антиподом первой. Белые стены, белая лаковая мебель и огромные панорамные окна с видом на лес и ручей. Я влюбилась в это место мгновенно. Даже несмотря на вечернее время суток здесь было так светло и уютно, что я невольно расплылась в улыбке. Следуя за контуром красной подсветки вдоль стены, подошла к окну и прислонилась к нему щекой. Наверное, я могла бы простоять так несколько часов. Ни о чем не думая, просто наслаждаясь гармонией и умиротворением.

Я завизжала от неожиданности, почувствовав прикосновение к спине. И лишь секундой позже осознала, что это Рогозин бесшумно подкрался.

Подняв руки, он улыбнулся уголком губ и произнес: - Я принес тебе одежду.

На кровати действительно лежала стопочка выглаженного белья.

- Ванная напротив. Я в душ, ты со мной?

Окончательно убедившись, что меня просто зверски подкалывали, я решила возмутиться.

- Дядь... Дмитрий Сергеевич!

- Понял, не дурак! - сообщил он и начал пятиться назад.

Пытаясь скрыть улыбку, я с надеждой спросила:

- А телефон вы мне отдадите?

- Неа! Я его отключил. Нас по нему бандиты вычислить могут. - Он постучал пальцем по своему виску и добавил:

- Я все предусмотрел.

И подмигнув напоследок, мужчина вышел из комнаты.

Через несколько минут действительно послышался отдаленный шум воды. Я же устало повалилась на постель, поймав себя на мысли, что впервые с того злосчастного дня чувствовала себя в полной безопасности.

Но напряжение между мной и хозяином дома все еще витало в воздухе. Я предпочла избегать мужчину. Он не стал желать мне спокойной ночи, а я не выходила из комнаты, пока дом не погрузился в полную тишину. Ультрамодные настенные часы показывали половину двенадцатого ночи, а я все никак не могла уснуть. Мне нужно было смыть с себя стресс сегодняшнего дня.

Взяв футболку и шорты, которые для меня оставил Рогозин, пошла в душ. Конечно, я не сдержалась и обшарила все шкафчики, изучив их содержимое. Вдоволь нанюхавшись мужских духов, надумала поплескаться в пенной душистой ванне, вместо того, чтобы быстро сполоснуться в душе.

Распаренная и окончательно расслабленная, я закончила с банными процедурами ближе к часу ночи. Да только сон никак не шел. И, в общем-то, я знала, чем себя занять в разгар ночи!

Крадясь по лестнице, все гадала, разбудит ли дядю Диму урчащий звук моего желудка? И вконец осмелела, когда без приключений в темноте добралась до холодильника. А открыв его, благоговейно вздохнула. Икорка! Сыр плесневый! И начатая бутылка вина.

«А почему бы и нет?» - подумала я и начала выгружать деликатесы на стол.

- Бокалы дать? - грозным голосом послышался вопрос за спиной. Завизжав от испуга, я уронила бутылку, и та с грохотом разбилась. Даже до того как зажегся свет я поняла, что меня напугал не Рогозин.

- Да тише ты! - шикнул парень лет двадцати пяти. И я затихла мгновенно, увидев п истолет в его руках. Да и сам он выглядел так, что сомнений не возникало - пользоваться оружием для него норма. - На месте стой.

Он резко шагнул мне навстречу, и я по инерции отпрянула. А когда поняла, что почва уходит из -под ног, снова завизжала.

Послышалась отборная ругань - не моя. Хотя в целом я была солидарна с парнем. Вино красным пятном расплылось по белому кафелю, а я на нем поскользнулась, хорошенько приложившись пятой точкой. Незнакомец, судя по всему, охранник Дмитрия, убрал пистолет в кобуру и склонился надо мной, протягивая руку.

- Какого хрена? - послышался недовольный голос непосредственно хозяина дома.

- Рог, я...

Договорить парень не успел. Поднять меня тоже. Он сам едва не упал, получив по лицу от дяди Димы. А я в который раз вскрикнула, прикрывая голову руками.

- Юль! - позвал он. - Ты как?

- Да вино это! - заорал парень, зажимая пальцами нос. - Не трогал я ее. Кто она вообще такая?

- Исчез, - только и процедил Рогозин, даже не удостоив того взгляда.

Парень может и хотел возразить, но передумал и быстро испарился. А я все же встала, приняв руку помощи Дмитрия Сергеевича.

- Простите, - виновато прошептала я. Он выглядел злым. - Я все приберу.

Попыталась наклониться, чтобы собрать осколки, но меня не пустили. Мужчина все еще держал мою руку и ужесточил хватку, не давая сдвинуться с места.

- Стой, - процедил он. - Допрыгалась уже. Газелька.

Он кивнул на мою ладонь, где виднелся неглубокий порез, а затем как -то обреченно вздохнул, наклонился и поднял меня на руки. Я ухватилась за его плечи, только сейчас осознав, что ничего, кроме пижамных штанов, на нем не было.

- Да я и сама могу, - прошептала я, сгорая от неловкости.

- Угу, - промычал он. - А дом мой уцелеет?

За меня ответил желудок. После протяжного урчания я снова икнула.

- А ведь поесть так и не успела, да? - все еще веселясь спросил мужчина.

Я скромно пожала плечами. Рогозин устало потер глаза и покачал головой.

- Иди в комнату. Сейчас приду.

Я быстро спрыгнула с тумбы, совсем позабыв о ранке, и тут же поморщилась от боли.

- Это тебе наказание, - бросил через плечо Рогозин. - За ночное чревоугодие.

- Угу. Икорку прихватите! - не растерялась я и про себя подумала, что раз буду грешить этой ночью, то с шиком. Внизу что-то грохотало, слышались мужские голоса, и вскоре в мою комнату явился дядя Дима с бутылкой вина в одной руке и банкой икры в другой.

- Признаюсь, я еще не решил, что лучше... - задумчиво произнес он, поставив добро на тумбочку. - Накормить тебя или споить?

А после достал зажатую резинкой штанов на его талии столовую ложку и вручил мне.

Ни хлеба, ни сыра, ни тарелки, ни даже бокала. Логично, учитывая, что карманов у Рогозина не было. Как и майки. Есть икру столовой ложкой и запивать вином прямо с горлышка посреди ночи в компании полуобнаженного мужчины... Ну, это не то, что я могла бы назвать обыденным делом.

Я даже не знала, с чего начать, но за мной и тут галантно поухаживали. Открыв консервы, дядя Дима протянул их мне, а сам уселся на кровать и отпил вина.

Я чувствовала себя нелепо, неуютно и вообще странно. Но как любила говорить моя новая университетская подружка, Оля: "В любой непонятной ситуации ешь!".

И я начала есть, стараясь избегать хитрого прищура Рогозина.

- В итоге, - как ни в чем не бывало, продолжил он, - я пришел к выводу, что раз ты в моем холодильнике на алкоголь позарилась, то напиться хотела самостоятельно. А я вообще ни при чем. Тебе же восемнадцать есть?

Не дожидаясь ответа, он протянул мне бутылку. Секунду сомневалась, но соленый деликатес дал о себе знать, и я приняла вино.

Отхлебнула глоточек, поморщилась и только тогда ответила:

- Неа! Мне через месяц исполнится.

- А, тогда отдай! - возмутился дядя Дима и с жадностью отобрал пойло. Вкусное, между прочим. - Через месяц и поговорим.

- А зачем? - полюбопытствовала я, почти схомячив баночку.

- Что, зачем? - уточнил дядя Дима, практически опустошив бутылку.

- Спаивать меня. Зачем вам?

- А уже незачем. - Он улыбнулся уголком губ, а потом сделал самою глупую и необъяснимую вещь, которую только можно было сделать в этот момент. Прижался к моим губам. Я просто замерла, не веря и не представляя, как на это реагировать. Но и Рогозин не стал углубляться. Я только ощутила вкус вина на его теплых губах, как он так же резко отстранился.

- Спокойно ночи, - шепнул этот непостижимый мужчина без тени улыбки. И ушел.

Я пребывала в смятении. Еще вечером мне казалось, он шутил лишь для того, чтобы я расслабилась и перестала дрожать от каждого его взгляда. Просто даже представить смешно, что такой мужчина мог заинтересоваться мною в интимном плане. Я ведь совсем... неопытная. Не роковая соблазнительница, к ногам которой падали олигархи вроде Рогозина.

Возможно, он привык так прощаться с девушками?

Но внутренний голос противно нашептывал, чтобы я перестала быть такой наивной, и наконец задумалась. Дмитрий Сергеевич ведь так и не озвучил цену за свою помощь. Я могла бы и дальше надеяться на акт доброй воли с его стороны. Правда, долго ли смогу обманывать саму себя? Что если он захочет... меня? От этой мысли стало дурно. Как переступить через себя, даже зная, что выхода нет? Мне не достать такой суммы до понедельника. Да, я попала в жуткие неприятности, но не планировала торговать собой, чтобы их уладить. Не так меня воспитали. А что об этом всем подумает Женя, когда узнает?

Я еще долго не могла уснуть, терзая себя страшными мыслями. Мне нравились новые очень нежные и романтические отношения с парнем. Я дорожила ими, холила и лелеяла мысли о совместном будущем. Конечно, мы были знакомы всего месяц, и я старалась не торопиться. Но разве прикажешь резко вспыхнувшим чувствам? Женя казался мне родным по духу, "своим". С первого дня, как он увидел меня в коридоре общежития, и помог перенести вещи, мы практически не расставались. Часами болтали обо всем на свете, узнавая друг друга, смеялись, дурачились. Он целовал меня так, что кружилась голова, а когда улыбался, я просто не могла ему ни в чем отказать.

Он, верно, и не догадывался, что тем вечером, когда случилась авария, я была готова стать его во всех смыслах. Даже Олю прогнала ночевать к тете. Но тогда домой мы вернулись только под утро, пытаясь разобраться в инциденте с помощью полиции. А потом почти час спорили с консьержкой, чтобы впустила. Ночь любви превратилась в настоящий кошмар, который закончится лишь в этот понедельник. Если Рогозин не передумает. 

Глава 4

 Проснулась я ближе к обеду. И даже яркие лучи, затопившие каждый уголок комнаты, не разбудили меня ранее. Еще бы, после такой-то бурной ночи!

Новый грохот раздался с первого этажа дома, и я поняла, что именно этот звук меня разбудил. Я проснулась мгновенно, встала с кровати и бесшумно открыла дверь. Мне бы хотелось верить, что дядя Дима не ломал свою кухню, а просто... Ладно, других предположений не было.

Чем ближе я подкрадывалась к лестнице, тем отчетливее становились голоса. Точнее, рычание Рогозина и шипение еще кого-то. Разборки с охраной?

- Ты меня понял, убыток? Чтоб ноги твоей здесь не было.

- Рог, ты, млин, не так все понял.

Я застыла, как вкопанная. Даже дышать перестала. Этот голос мне еще долго будет сниться в кошмарах. Тот самый урод, в которого я врезалась. Нет, не могло быть столько совпадений. Что ему делать здесь?

Я рвано выдохнула, подумав, что он мог явиться за мной. Руки задрожали, и я медленно опустилась к прутьям перил, чтобы подслушать их разговор.

- Нет, Костяк, это ты меня не так понял, - заорал Рогозин. - Еще в прошлый раз не понял. Мне, мать твою поганую, не интересно.

С этими словами раздался новый грохот, и голоса стали еще ближе. Будто дядя Дима швырял того поганца по всему дому. Мне ничуть его не было жаль.

- Эй, харош! - закричал еще кто-то.

- Пугача опустил! Быстро опустил, я сказал! - Этот голос мне тоже был знаком. Он принадлежал парню, который испугал меня ночью.

- Тише, голубцы, - проскрипел Костяк. Тогда он представился Константином Павловичем, что еще раз подтверждало, что я не ошиблась. - Сами разберемся.

Они находились прямо под лестницей, и я не удержалась, подсмотрела одним глазком. Рогозин стоял ко мне спиной, а вот тот самый гнусный вымогатель лицом. Рядом с ним был еще один мужчина криминальной наружности. Он наставлял оружие прямо на Диму, тогда как его охранник, целился в незваных гостей.

Могла ли я даже представить, что попаду в такую ситуацию? Меня трясло от страха и мысли, что Рогозин может пострадать. А что тогда произойдет со мной?

- Уже разобрались, - отрезал Дима. - Ты сваливаешь. И сюда дорогу забываешь. Иначе, Костяк, даю свое слово, пригребу нахрен. Ты знаешь, я сижу тихо, пока меня трогают.

Костяк развел руками. И хотя на его лице играла насмешливая улыбочка, глаза метали молнии.

- Даже так? Слово самого Рогозина? Не хило, брат, не хило.

- Ты мне давно не брат. - Сквозящее в голосе Димы призрение говорило о его глубокой неприязни к этому человеку. - И дел с тобой я больше не имею.

Я не сразу осмыслила их слова, думая о том, как все это может нехорошо кончиться, учитывая наличие оружия. Но он сказал «брат»? Костяк брат Рогозина?

Я шумно выдохнула. А в повисшей между мужчинами тишине, этот звук звучал, словно удар молотка о металлическую тарелку.

Четыре пары глаз уставились в мою сторону. И хоть я резко отпрянула от лестницы, все равно не осталась незамеченной.

- Бля, - выругался Дима.

Ох, еще какое!

Я думала, хуже быть не могло.

- Погоди-ка! А я ее знаю. Это же та кроха, которая меня в бэху стукнула.

Как же я ошибалась. Даже тон Костяка, такой довольный, насмешливый, говорил о том, что худшее впереди.

- Слышь, Рог, твоя баба?

- В беху, говоришь, - задумчиво протянул дядя Дима. Его зловещий голос заставлял мое тело дрожать от страха, а ведь я по сути не сделала ничего плохого.

- Так твоя, значит! - Костяк едва ли не смеялся, так веселила его ситуация. - Рогозин, а твоя баба мне денег должна! Пятьдесят кусков.

Я в ужасе округлила глаза и схватилась за перила, намереваясь встать и закричать, что сумма значительно меньше. Но из горла не вырвалось ни единого звука.

- Ник, - послышался обманчиво спокойный голос дяди Димы. Но я все равно чувствовала, как его распирало от злости. - Наверх. Мультики включи.

Спустя мгновение по ступенькам кто -то начал подниматься, а я все так же мертвой хваткой вцепилась в железки, не шевелясь. Тело совершенно не слушалось, а сердце грозило вырваться из груди. Охранник Рогозина с фигналами под глазами и распухшим носом поднимался ко мне. Его пистолет был в кобуре. А сам он выглядел напряженным не меньше моего.

Он кивком указал мне двигаться назад, но я зачем-то покачала головой. А как же Дима? Он останется один?

- И че, Рог, как решать будем? - спросил Костяк.

- Да как обычно, - был ему ответ. А спустя мгновение раздались два оглушающих выстрела. Я вскрикнула, с ужасом уставившись на охранника, а тот уже тащил меня за руки обратно в комнату.

- Нет, - завизжала я. - Стой! Там же Дима!

С первого этажа слышались крики, ругань и совсем неразборчивый зловещий голос Рогозина. Вскоре я не могла разобрать ничего.

- Тихо, тихо, - успокаивал охранник, запихивая меня в комнату. - Да все с ним будет хорошо.

Его слова хоть и успокоили меня немного (насколько вообще можно было успокоиться), я все равно продолжала вырываться. Даже не представляя, что собиралась делать. Бежать к нему под огонь?

- Да успокойся, млин, - раздраженно прикрикнул охранник и швырнул меня на постель. - Сиди тихо и не высовывайся.

Он послал мне предупреждающий, полный злобы взгляд и выплюнул:

- Катаклизм ходячий.

Ощущать под собой мягкость постели было хорошо, ибо ноги ощущались ватными. В своих мыслях я была храброй и отчаянной. На языке так и крутилось пара ласковых в адрес охранника, но на деле я буквально онемела.

- А как же...

- Да хорошо с ним все, - процедил мой надзиратель. Небось меня он считал главной причиной неприятностей его босса. Я и сама чувствовала себя так. Взглянув на меня, как на букашку, которую можно было растоптать ботинком, он добавил: - Я пойду туда, а ты сиди здесь. Не дай Бог опять получу из-за тебя по рылу, сам приложу. Уяснила?

Я кивнула, будто все поняла. Но по правде говоря, мысли не могли сложиться в кучу.

- А с ним правда все хорошо? - запоздало выкрикнула я уже в закрытую дверь.

Находиться в комнате и не знать, что происходило этажом ниже, было убийственно. Я пыталась прислушаться к каждому шороху, но почти в одночасье все стихло. Ожидание не просто сводило с ума, а доводило уровень мандража до предельной точки. И в момент, когда послышались стремительно приближающиеся шаги, в ушах заложило от гулко колотящегося сердца. А когда дверь в комнату распахнулась, я заорала, дернулась назад, запуталась ногой в одеяле и свалилась с кровати, на этот раз хорошенько приложившись головой.

- Никитина. - Раздался обреченный стон. - Твою мать, да что ж за день-то?!

- Я в порядке, - бодро выкрикнула я, а еще через секунду разрыдалась. Было так... страшно за себя, за него, и обидно, что упала. И облегчение накатило, что все обошлось, а я просто дурочка, и меня сейчас ругать будут, скорее всего, но я и этому была рада, лишь бы все живы остались.

- Юль? - Рогозин помог мне встать и угрюмо поджал губы. - Испугалась?

Сквозь слезы вырвался смешок. А кто бы не испугался на моем месте? Подняв на него глаза, разглядела покраснение и припухлость на скуле. И ему, значит, досталось.

- А что с ними? - испуганно прошептала. И совсем тихо, лишь шевеля губами: - Вы их...?

Закатив глаза, Дима выдал:

- Вот, знаешь, шел сюда с хорошими, я бы даже сказал, профилактическими намерениями - надавать тебе по заднице. Но так как ты предусмотрительно самонаказалась, я теперь даже и не знаю, что с тобой делать.

Он так и не ответил на вопрос, хотя я ждала. Пересечение взглядов "кролик -удав" длилось несколько секунд.

- Мда, - протянул он, утирая мои слезы. - Пошли за покупками?

Я и так была в шоке, но это заявление буквально таки сломало мой мозг.

- Что? А... А... Какие покупки? Ты с ума... То есть... Дядя Дима!

- Все, Юляша, все уже, - с покровительственной улыбкой произнес он. Затем притянул в свои объятия и начал методично поглаживать по волосам. Я вдыхала запах его наркотического парфюма, и это очень помогало отвлечься от злых мыслей. - Выдохни. Пойдем развеемся, а то все настроение, падлы, испортили. А я когда злой, хожу за покупками. Тем более, тебе вещи нужны.

- У меня есть вещи, - пробормотала я. - Дома.

- И те тоже пригодятся, - ответил Рогозин. - А по пути расскажешь мне еще раз все об аварии.

Дядя Дима отправил меня умываться, а сам решил подождать внизу. Когда я была готова, спустилась в коридор и облегченно выдохнула, не увидев кровавых луж.

- Рог, я виноват, - послышался голос охранника из кабинета Рогозина. - С Костяком побазарю. Просто устал, как собака, да еще и твоя баба ночью...

- Никита. - Дядя Дима, как обычно, говорил спокойно, но в то же время зловеще. - Последний шанс. Еще раз не уследишь, и ты уволен.

С этими словами дверь открылась, и меня поймали на подслушивании.

Мы ехали молча всю дорогу до торгового центра на окраине города. За рулем был все тот же водитель, на переднем пассажирском сидел охранник. Дмитрий Сергеевич хмурился, глядя в окно. Казалось, он погряз в своих мыслях, не замечая ничего вокруг. Мне было очень неуютно в компании мужчин. Кусая губы, я наконец задала вопрос:

- Что теперь?

Мне хотелось разговорить его, узнать хоть что-то.

Рогозин повернулся ко мне и меланхолично поднял брови.

- Да ничего. - А затем совсем тихо добавил: - Вопрос решен. Долг тебе простили.

Я принялась грызть ногти. Новость хорошая, но верилось в нее с трудом. Нет, конечно, я бы и сама держалась от Рогозина подальше. Тем более, если он так встречает гостей. Но это я. А вот Костяк произвел впечатление не то что бы упрямого, скорее, упоротого человека без тормозов.

- А этот что? - не унималась я. - Вы знакомы, да?

Дядя Дима поджал губы, будто раздумывал, говорить мне или нет.

- Знакомы, - выдавил он.

- Костяк вообще парень компанейский! - весело вставил Никита. Он повернулся к нам с улыбкой на лице, но она быстро потухла под прицелом недовольного взгляда босса. Охранник сник и отвернулся.

- В общем-то, - протянул Дмитрий Сергеевич и достал сигареты. - Он и с твоим отцом знаком. Ты в совпадения веришь?

Рогозин закурил. Я не знала, как воспринимать информацию. Мой папа? Общался с таким, как Костяк? Да что у них могло быть общего? И если они и впрямь были знакомы, то мог ли тот гад выслеживать меня?

- Вот и я не верю, - произнес Дима, будто прочел мои мысли. - Так что, Юляша, лучше тебе пока со мной пожить. Этот мужчина с первой секунды нашего знакомства только и делал, что шокировал меня.

- Как? Нет, я не могу... У меня учеба же! И... и...

- Да учись себе, пожалуйста, - произнес он таким тоном, будто вообще проблемы не видел. Но я -то видела! Это был нонсенс! А как же Женя? А Оля? Мои друзья, мои вещи... Но дядя Дима, казалось, все решил за одну минуту.

- Сеня тебя отвозить и забирать будет. Проблем не будет, пока ты будешь со мной.

Позже эта фраза будто въелась в мое подсознание. 

Глава 5

 Мы как раз остановились у торгового центра, и Рогозин прямо выпрыгнул из машины, не желая слушать мои возражения. Но я не собиралась так просто оставлять этот вопрос.

Я была воинственно настроена разузнать все об этом Костяке и отвоевать свое право жить в общежитии. Пускай делить небольшую комнатку с четырьмя девушками, двое из которых те еще стервы, не так классно, как жить в роскошных апартаментах Рогозина. Но с ним я была бы. как птичка в золотой клетке. Мне так хотелось вырваться из-под родительской опеки, научиться быть самостоятельной, принимать взрослые решения и отвечать за свои поступки. У меня был Женя, в конце концов. И я нуждалась в нем.

- Дядь... Дмитрий Сергеевич.

- Дима, - отрезал Рогозин, когда мне все же удалось догнать его у стеклянной двери.

Я удивленно уставилось на него, он тоже стоял, жестом указывая мне проходить первой.

- Ну что? - возмутился он. - Мы с тобой с одной бутылки пили, «выкать» уже неприлично.

Я нервно хмыкнула и проскользнула внутрь. Что я вообще хотела спросить?

- Вон тот бутик мне нравится! - воодушевленно произнес мужчина и, схватив меня под локоть, поволок за покупками.

Название модного бренда я знала не понаслышке. У меня всегда были карманные деньги на карточке. И хотя в последнее время суммы становились все меньше, все же раз в году я могла себе позволить пошиковать. О том, чтобы за меня платил дядя Дима, не могло быть и речи.

- Это все, что ты выбрала? - удивился он, глядя на черную футболку с веселым рисунком клубнички на груди. Рогозин осмотрел вещицу и а потом и меня с ног до головы, будто мысленно примеряя одежду. Его глаза вдруг улыбнулись. Нет, губы остались плотно сжатыми, а вот глаза точно усмехались. - Ладно. Можешь и так по дому ходить.

Он, видимо, рассчитывал, что мое лицо покроется густым румянцем, потому что теперь вид у него был крайне довольным.

- Я еще что-то выберу, - пробормотала я. - В другом магазине.

Рогозин наклонился к моему уху и шепнул:

- Это в нашем городе магазины. А в столице бутики. - И уже громче добавил: - А чем тебе здесь не нравится? Неопределенно пожав плечами, я подошла к кассе.

- Добрый день, Дмитрий Сергеевич, - радостно поприветствовала его продавщица за стойкой. На меня она и не взглянула, будто не я собиралась расплачиваться.

Рогозин кивнул, стал рядом и вальяжно облокотился о стойку.

- Привет, - бодро произнес он, все еще наблюдая за мной с нескрываемым весельем.

- Как обычно, все на ваш счет? - уточнила девушка. Видела бы она себя со стороны. Ее телячий взгляд неустанно сверил профиль Рогозина. И это ее «как обычно» очень покоробило слух.

- Нет, - ответила я, чем, наконец, привлекла внимание девушки. Мне в рот она не заглядывала так, как ему, что было вполне ожидаемо. Рогозин, можно сказать, довольно привлекательный мужчина. И он богат. А для большинства девушек достаточно и одного пункта, чтобы растечься лужицей. Взять даже меня. Я запала на Женю, стоило ему только улыбнуться и сделать пару комплиментов.

- Да, - ответил Дмитрий Сергеевич, буравя меня строгим взглядом.

- Я сама, - настаивала, я протягивая карточку. Но девушка и не думала ее брать.

- Самостоятельная очень, да? - спросил Рогозин и склонил голову набок.

- Ну... пытаюсь.

- Хорошо, давай компромисс! - предложил он. - В этом бутике платишь ты, а в следующем я.

- Дмитрий Сергеевич, а у нас сейчас акции и скидки! - тут же вставила свои пять копеек невыносимая продавщица.

- Идет? - будто не замечая ее, спросил Дима.

Я покачала головой, но Рогозин выхватил мою карточку, сунул ее девушке за прилавком и кивком указал двигаться быстрее. Мне он не сказал ни слова больше. Только захватил мой пакет и повел дальше.

- Куда дальше? Выбирай, - благородно предложил он.

Ну я и повела... В магазинчик с яркой розовой вывеской и приятными ценами.

Рогозин еще даже не вошел внутрь, а выражение лица у него было такое, будто кто -то умер. Или что-то. Вероятно, его самообладание.

Вот тут я разошлась! Вспомнила, что мне и кофточек теплых не мешало бы подкупить, и джинсы новые черненькие пригляделись. А какая же красивая пижамка в горошек!

Я лишь изредка поглядывала на Диму и начинала нервничать, судорожно хватая все, что попадалось под руку, ибо, судя по всему, он был готов сбежать в любую секунду.

А когда я сгрузила гору вещей около кассы, он с тяжким вздохом потянулся за кошельком.

- Я сама! - на всякий случай напомнила я.

Но Дима только прищурился, бросил на меня грозный взгляд, мол «Я героически терпел, еще спорить тут с тобой?», и я сдалась.

Приятным было то, что сумма оказалась чуть-чуть больше, чем я потратила в прошлом бутике.

Даже Дима, услышав окончательную стоимость, удивленно поднял брови. А потом снова насупился и неодобрительно покачала головой. Тут уж его мысли я растолковать не смогла.

Ресторан Рогозин выбрал сам, решив на этот раз не рисковать. И правильно! Если бы мне дали право голоса, я бы пошла в харчевню быстрого питания, ибо очень проголодалась.

Сделав заказ, я все думала, как бы начать разговор.

- Дима!

Он поднял бровь и улыбнулся уголком губ.

- Весь во внимании.

- А. А телефон мне можно? Меня ведь уже и так вычислили. - И наклонившись ниже над столом, я шепотом спросила: - Он же за мной приходил, да?

Точно скопировав мою позу, Рогозин приблизился и прошептал: - Нет!

И все. Сама понимай: «нет» - телефон не отдаст, или «нет» - не за мной.

«Ладно», - подумала я, и решила подождать, когда мужчина поест.

Я думала, официантки будут вести себя подобно консультантам из бутика. То есть, стрелять глазками, капать слюной и находить любой повод, чтобы заговорить с денежным мешком в лице дяди Димы. Но нет. Они не приближались, словно у мужчины на лбу было написано "Осторожно. Кусаюсь!". Не то что бы он смотрел на всех волком, но и улыбки не подарил ни одной из мимо проходящих девушек.

Мы ели в затяжном молчании. Не комфортном. Я постоянно ловила на себе загадочно -хитрые взгляды, отчего было неловко. Пыталась отвлечь себя вкусным стейком, но и это не помогало. Особенно, когда еда закончилась.

- А можно задать глупый вопрос? - Я не удержалась и спросила.

- Задать-то можно, - произнес Рогозин и снова закурил. Пагубная привычка, хотя не мне его учить. - Но последствия могут быть.

То ли я уже его раскусила, то ли он не особо пытался, но в общем-то... не боялась я его угроз. Ничуть! Так, слегка руки подрагивали.

- А о чем вы думаете?

- О-о-о, - протянул он и отвел взгляд. А затем и вовсе скупо улыбнулся.

- А все же?

- Последствия, Юляш, - напомнил он. - Последствия. Уверена, что хочешь знать?

- Ну, я много чего хочу знать, - заявила я. И раз уж пошла такая пьянка, а Рогозин был сыт, начала перечислять: - К примеру, кто такой этот Костяк? Как он познакомился с отцом? Правда ли, он так просто простил вам долг? И может ли отомстить потом? Мне бы не хотелось, чтобы у вас были проблемы из -за меня. И самое главное, учитывая то, как все обошлось... Я вам что-то должна?

Задала вопрос и почему-то замерла, ожидая вердикта. Теперь подрагивали и ноги. Дима выдохнул дым, поднял на меня глаза и четко произнес:

- Должна.

Ну вот, сама же спросила. И пришла сама, и в неприятности тоже, умничка, сама влипла. А хотя...

- Так если Костяк меня выслеживал, то и аварию подстроил. А значит, и деньги не имел права требовать.

- Не имел, конечно, - согласился Рогозин. - Но кто бы ему это растолковал? Хм? - Он задумчиво потер подборок.

- Кто бы это мог быть?

И оскар за лучшую роль.

- Ладно, я поняла! - с тяжким вздохом призналась я. - Но вы все так и не сказали, что именно.

- Ди-и-има! А! Рогозин!

Я поморщилась от пронзительного писка, раздавшегося над моей головой, а брови Дмитрия Сергеевича поползли вверх.

- Надя? - удивленно, я бы даже сказала, пораженно произнес он.

Эта самая Надя обошла столик с вывернутой в мою сторону головой. Ее не столь интересовал знакомый, сколь спутница. То есть, я. И даже как-то обидно стало, что едва увидев мое лицо, она насмешливо фыркнула и обернулась непосредственно к мужчине.

- А я думала, обозналась! - щебетала она, целуя его в обе щеки. Для такого события Рогозин даже встал.

Дамочке было лет тридцать. Хотя не исключено, что ее старил обильный слой штукатурки на лице, накаченные губы, нарисованные брови и ресницы длиной до этих самых бровей. Она была блондинкой, и выглядела как кукла Барби. Имелся и приличной величины бюст. Я и сама была обладательницей нечто подобного. Вот только у нее все выглядело так ладно и роскошно. и практически находилось у носа Рогозина. Сама она была очень высокой, да еще и на каблуках.

«Модель» - пронеслась логичная мысль. И сразу за ней новая: «Шлюха!»

- Ты очень изменилась, - произнес Дима. Вообще, мужчина себя проявил очень хорошо. У меня даже почему -то возникло чувство гордости за него. Несмотря на откровенно-вульгарное платье дамочки, а также агрессивные движения ее бюста, Дима смотрел исключительно ей в глаза. И мне даже показалось, что во взгляде его промелькнула грусть.

Надя, кем бы она ни была, без остановки тараторила о том, что только что прилетела из Милана, а завтра улетает в Токио, и здесь она вообще пролетом. Когда я уже подумала, что обо мне попросту забыли, барышня охнула и положила свою наманикюренную ручку Диме на плечо.

- Прости! Я помешала! - сказала Надя и посмотрела на меня, как на блоху.

Любой бы на его месте хотя бы из чистой вежливости сказал: «Нет, что ты. Это Юля. Моя знакомая. Не хочешь к нам присоединиться и рассказать, как там в Милане?»

По крайней мере, я бы так сказала своему знакомому. Но дядя Дима отличался от большинства.

- Да, - отрезал он. Точно таким же тоном, как и мне чуть ранее «Должна». - Я сейчас занят.

Улыбка сползла с лица блондинки, а на моем так и норовила появиться. Злая я.

- Ты свободна вечером? Можем встретиться, - тут же добавил Рогозин, и блондинка зачем-то послала мне победный взгляд.

- Я тоже занята, - произнесла она, наверное, своим самым обольстительным тоном. - Но для тебя, Дима, время найду. Заедешь в семь, м?

Он кивнул с таким выражением на лице, ни то ли решал в уме сложный математический пример, ни то ли пытался вспомнить, где эта дамочка жила.

А та, получив кивок, чуть ли не подпрыгнула. А затем послала мне сладкую улыбочку и произнесла:

- Пока! - И уже Рогозину: - Не прощаюсь, Дмитрий Сергеевич.

Надежда упорхнула, виляя бедрами, а Дима все стоял у столика, задумчиво глядя ей вслед. Похоже, дорогу он все же не вспомнил. И мне ничуть не было его жаль.

Никогда не понимала, почему такие девушки нравятся влиятельным мужчинам?

Он вернулся за столик с заметно испорченным настроением. Ни улыбок, ни гляделок, лишь насупленные брови и очередная сигарета.

А я возьми, да и выпали, не подумавши:

- Это ваша знакомая?

На что Дмитрий загадочно пожал плечами и едва разборчиво пробормотал:

- Нет, эту я не знаю. - И уже громко и твердо: - Домой.

Он жестом подозвал официанта, забыв, что нам еще не принесли десерт.

- Дмит... Дима, а может я тогда домой? У вас же планы на вечер.

Я с надеждой уставилась на мужчину, и пока он хмурился добавила: - Вам и отвозить меня не надо. Маршрутку поймаю. Или такси.

На моих последних словах взгляд Рогозина стал убийственным. Теперь я увидела разницу между тем, когда он не пытался меня напугать, и тем, как он из кожи лез, чтобы сделать это.

- Я с тобой еще не закончил, - процедил он и швырнул подошедшему официанту карточку.

Потупив взгляд, я поникла. Кажется, только что я имела сомнительную честь созерцать истинное лицо Рогозина. Вот только мне было до жути обидно и совсем непонятно, чем я заслужила такую реакцию? И зачем ему возится со мной, если у него были в арсенале длинноногие блондинки, на пятьдесят процентов состоящие из силикона?

Никита и Сеня ждали у машины. Дмитрий Сергеевич не изменял хорошему воспитанию, даже несмотря на паршивое настроение. Он открывал и придерживал для меня все двери, но молча. В том же напряженном молчании мы доехали домой. Я еще несколько раз пыталась заговорить о поездке домой, но Рогозин был непреклонен.

И уже подъезжая к его особняку, я начала паниковать.

- Я ваша пленница? - задала я вопрос в лоб.

Охранник с переднего сиденья хмыкнул, на что Дима грозно прикрикнул:

- Вышли. Оба.

Машина остановилась мгновенно. Мы только пересекли въездные ворота. Сеня и Никита вышли, а я смотрела куда угодно, но только не в дикие глаза.

- Юля, - позвал Рогозин. - Ты маленькая еще и глупая.

Не самое лучшее начало, если он хотел меня переубедить остаться. Сложив руки на груди, я хмыкнула. Отлично! Я в его глазах еще и дура.

Он обреченно вздохнула.

- Черт. Хорошо, я не так сказал. Наивная. Много чего не понимаешь. И поверь мне, лучше тебе не лезть куда не стоит. Тебя пытаются втянуть в проблемы против твоей воли, понимаешь?

Он прикоснулся к моему подбородку и заставил посмотреть на него.

- Я этого не хочу.

- Ничего же не случится, - промямлила я. - Общежитие под охраной. Я и выходить не собиралась, только на учебу. И то, лишь в компании друзей.

Мужчина покачал головой.

- Нет у тебя друзей, Юля. - Он сказал это так, будто мог знать их. - Запомни, никто из них не бросится тебя защищать, если к тебе подойдет человек с оружием.

Он отпрянул от меня, махнул через окно Сене, и вскоре мы снова тронулись. А я все переваривала слова Рогозина и думала, что я все же влипла по самые уши. И ведь даже половины не знаю. Меня банально не посвящают. 

Глава 6

 Оказавшись в доме, я сразу понесла покупки в комнату. Обычно я устраивала показ мод перед зеркалом, примеряя каждую вещицу. Но сейчас настроения не было совсем. Упала на пакеты и снова уставилась в панорамное окно.

Шаги Димы я услышала, но реагировать не хотелось. Он присел на кровать рядом и положил свою руку на мой живот, отчего я вздрогнула.

Но мужчина и виду не подал, что заметил мой испуг. Он любовался видом, пока его огромная лапища обжигала мою кожу через кофту. Такая себе идиллия: я, множество пакетов с обновками, прекрасный вид и... дядя Дима. Усмехнулась своим мыслям, и это мужчина заметил.

- Что смешного?

Он окинул меня скептическим взглядом, мол, что вообще смешного может быть в этой жизни? Сейчас Рогозин витал где-то далеко от реальности, в своих мрачных грустных мыслях.

Я пожала плечами и попыталась отстраниться от него, перекатиться и сесть, но его рука припечатала меня к постели.

- Я уеду, - произнес он, будто я бы сама не додумалась. - Вернусь поздно. Никита закажет ужин с ресторана. Поешь. Если будет скучно, можешь посмотреть фильм в зале. Или поиграть на приставке, Сеня все покажет.

Рогозин выжидающе уставился на меня, а я, как часто бывает, выпалила, не подумавши:

- Да, мамочка.

Сказала, и в ту же секунду десять раз пожалела и двадцать раз испугалась.

А дядя Дима недовольно прищурился и наклонился ко мне так близко, что наши носы едва не касались.

- Держись подальше от моей спальни и кабинета, - с угрозой произнес он. Я тут же закивала, со всем охотно соглашаясь. - И Юля. - он выдержал паузу, гипнотизируя взглядом, а затем вдруг улыбнулся глазами - Я тебе не мамочка.

И он сделал то же, что и вчера. Прижался к моим губам.

Я замычала в знак протеста, но Рогозин тут же сполз с меня и быстрым шагом направился к двери, всем видом показывая, что обсуждать это не намерен.

- Я. Э...

Раздался щелчок двери, а я так и не сказала ничего вразумительного.

- Не надо так больше, - прошептала я в тишину комнаты и прикоснулась к губам. Казалось, они горели.

Долго сидеть в комнате не вышло при всем желании. Сначала позвала нужда, а потом меня позвал Сеня. Молодой человек был довольно милым, даже пытался шутить. Не было ни намека на флирт или неприязнь. Я не могла его раскусить или понять, что он обо мне думал. Считал ли очередной подружкой босса? Никита точно считал. А еще он, видимо, невзлюбил меня за то, что по моей вине ему досталось.

- Пить будешь? - сухо спросил он, доставая бутылку вина из холодильника.

Я виновато улыбнулась и покачала головой.

- А я, пожалуй, не откажусь! - заявил Сеня. И я только сейчас задумалась, что Дима, видать, сам сел за руль. Или вызвал такси.

- Губу закатил, - буркнул неприветливый Никита. - Сергеевич еще позвонит.

- Он меня отпустил, - настаивал водитель и послал Нику взгляд, который был мне непонятен.

Но тот, похоже, не собирался секретничать. Он просто выдал свое предположение:

- До утра, значит, останется, - довольно протянул охранник и зачем-то посмотрел на меня. А я что? Я причем? Меня личная жизнь Рогозина вообще не касалась. Ничуточки.

В ту секунду я поняла, что Никита мне совсем не нравится. Было в его взгляде что-то темное. И даже оставаться на фильм не хотелось, хотя Сеня очень настаивал.

- Не бойся нас, - шепнул он мне на ухо после ужина. - Дима четко дал понять, чтоб тебя никто и пальцем не трогал. Так что расслабься. Пугливая, как заяц!

Я нервно хмыкнула и, сославшись на плохое самочувствие, отправилась «спать». Никита странно улыбался, провожая меня взглядом, а Сеня недовольно качал головой. Мне казалось, они даже между собой не ладили.

На часах было всего восемь вечера, и я понятия не имела, чем заняться. Телевизора в моей прекрасной белой комнате не было... Зато он был в соседней. Я точно заметила плазменную панель на стене. А еще, насколько мне помнится, там до сих пор лежал мой выключенный телефон. И если повезет, батареи хватит на звонок маме. Мы созванивались несколько раз в неделю. На эти выходные родители должны были навестить бабушку в деревне, а связь там паршивая. Но в воскресный вечер они уже должны вернутся.

Прокравшись на цыпочках по коридору второго этажа, я убедилась, что парни остались внизу играть. Спальня Рогозина находилась прямо над ними. Любой лишний звук, и меня услышат. Но что еще делать умирающей от скуки девушке в чужом доме? Рисковать! Делать шкоду!

Пытаясь сдержать смех, я проникла в царство загадочного дяди Димы. Я и не думала рыться в ящиках, лишь хотела найти свою вещь и, возможно, посмотреть фильм. Собиралась ли я, подобно маньячке, влезать в его гардероб и нюхать каждую рубашку? Нет. Точно нет.

Но вот я стою в этой комнате, чуть большей по размеру, чем спальня в моем общежитии, а мой нос зарыт в мягкую ткань. И я вынуждена признаться себе, что меня возбуждает этот запах. Что бы это ни было - духи, сам Рогозин или микс того и другого. Я старалась не думать об этом и оправдывала себя тем, что, в конце концов, у каждого есть какие-то отклонения. Есть же?

Когда моя голова уже начала слегка кружиться, я заставила себя вернуться к поискам телефона. Но меня остановила подушка на кровати. Она пахла также обалденно, и я поняла, что это все же не духи.

Потянувшись к прикроватной тумбочке, открыла верхний ящик и застыла. Там была пачка денег в иностранной валюте и пистолет.

- Оке-е-ей, - протянула я и медленно закрыла ящик. «У всех есть отклонения» - убедилась я.

Мне повезло больше со вторым ящиком. Там был мой родненький побитый телефон. Но не выключен, как говорил Дима. Просмотрев последние открытые страницы, я сделала выводы, что меня изучали. Сначала было ужасно стыдно от того, какие фотки мог увидеть Рогозин. К примеру, на последних я в примерочной в одном лишь нижнем белье. Пыталась выбрать, какой комплект лучше бы подошел для совращения Жени. А еще были летние фотки и множество селфи в ванной. Чем больше я смотрела альбом, пытаясь увидеть себя глазами Димы, тем сильнее на него злилась.

Нет! Плохой! Плохой дядя Дима! Слишком откровенно!

Мои раздумья прервало входящее сообщение от Жени. Я еще ранее удивилась, что не было ни единого пропущенного от него. Что странно, учитывая наш последний разговор, где я толком ничего не объяснила. Но как оказалось, они были. И сообщения также. Все просмотренные.

И еще удивительнее мне стало, когда я обнаружила, что и ответы кое-кто за меня писал. В крайне грубой форме. «Когда ты вернешься? Мне все это не нравится» - спрашивал Женя.

«Когда надо. Чтобы нравилось, нужно самому решать СВОИ проблемы» - ответила «я».

Ну нет слов просто! То есть, Рогозин обвинил моего парня в том, что тот все свалил на меня. Все совсем не так! Мы оба попали, моей вины даже больше. А если учесть то, что Костяк мог специально все подстроить, то Женя тем более ни в чем не виновен. Я понимала его недоумение.

«Я перебрал все варианты, сделал, что мог. Ты же знаешь. И что теперь? Что этот жлоб хочет от тебя?»

Я могла представить реакцию Димы на этот выпад. Естественно, ответ был в том же духе:

«Не твое сраное дело!!! Вопрос решен. Можешь гулять».

Я с ужасом перечитывала эту строчку снова и снова. А затем и последнее сообщение Жени:

«Охренеть! Но спасибо за благословение».

Я открыла вкладку входящих звонков и увидела семь пропущенных от него. В голове тут же возникли образы моего парня в компании другой девушки, ведь «я сама» его отшила.

- Ну ты и скотина, Рогозин, - прошипела я, набирая номер парня. Мое сердце колотилось от переживаний, я даже не представляла, как ему все объяснить. Лишь надеялась, что Женечка не наделал глупостей.

Женский голос сообщил, что телефон вне действия сети, и я набрала номер еще раз. И еще. Десятки раз. Женя по -прежнему не отвечал.

Сделав несколько глубоких вдохов, я не выдержала и начала лупить подушку Димы, представляя его голову. Как он мог? Какого черта вообще?

Угомонившись, вспомнила о парнях внизу. Схватила телефон и на цыпочках выбежала из комнаты. Снизу доносились звуки битвы и голоса, меня никто не слышал. Но обратно в черную спальню я не пошла, а вернулась в свою.

Набрала маму и едва не расплакалась, услышав ее ласковый голос. Мне хотелось вновь оказаться маленькой девочкой и скрыться в ее надежных объятиях от всех проблем. Она хоть и чувствовала, что со мной не полный порядок, я не стала признаваться. Говорила лишь о хорошем, слегка подправляя детали.

- А сегодня ходила за покупками, - воскликнула я и, зажав телефон плечом, начала распаковывать пакеты. На глаза попалась футболка с клубничкой, и я приложила ее к себе, вертясь перед зеркалом.

- С Олей ходила? - полюбопытствовала мама. Она будто знала, какие вопросы задавать.

- Угу, - протянула я.

- Что купили? Ты мне фотки пришли, соскучилась ужасно!

- Пришлю. Слушай, мам... - Я подумала, что не помешает немного расспросить о нашем общем мутном знакомом.

- Сегодня в торговом центре я встретила папиного друга. Дядю Диму. Помнишь его? Такой высокий, всегда хмурый.

После недолгой паузы, мама уточнила:

- Рогозина? - Ее голос звучал напряженно, я даже могла представить ее лицо, выражающее недовольство.

- Точно! Он почти не изменился, я его сразу узнала, хотя мы не виделись. Лет. Сколько? Пять?

- Ты говорила с ним? - сухо спросила мама, проигнорировав мои вопросы.

Закусив губу, я приняла решение сказать «да». Ибо как еще разузнать о нем больше?

- Он сам подошел. Точнее, мы столкнулись. Ну и. Я его узнала, а он меня не сразу. Он был с какой -то блондинкой, и они тоже делали покупки. Я и забыла, что папа как-то упоминал, что он тоже в столицу переехал. Давно?

Мама тяжело вздохнула и произнесла:

- Пять лет назад и переехал. У него там бизнес. Юль, а вы же телефонами не обменивались? Что он говорил?

- Не обменивались, - ответила я и даже не соврала. Его телефона у меня действительно не было. В интернете я нашла адрес фирмы, а когда пришла туда, секретарша направила меня на этаж выше. - А надо было? Все-таки хорошо бы иметь контакт кого-то из знакомых семьи. Мало ли. Помощь понадобится.

- Юлечка, если тебе что-нибудь понадобится, ты сразу звонишь нам. Это ясно? - Мама была строга, как никогда. -А Дмитрия лучше не тревожить. Он серьезный человек, Юля. И проблемами какой -то пигалицы заниматься не будет.

Ох, как же ты ошибаешься, мамочка. И проблемами займется, и в телефоне охотно покопается.

Но этого, конечно, я говорить не стала. Вытянуть из мамы еще хоть что-то о Рогозине так и не вышло. Когда она перешла к нравоучениям на тему, что мне нужно сосредоточиться на учебе, а не ходить по магазинам, я поспешила закончить разговор, сославшись на позднее время.

Женя все еще не отвечал, и, конечно, я никак не могла уснуть. На душе было слишком тяжело.

Я встретила Рогозина только вчера, а он уже перевернул с ног на голову всю мою жизнь. У меня возникло чувство, что если я пробуду здесь все выходные, то в понедельник у меня уже не будет парня. И друзей. И свободы действий. Дима душил меня собой.

Стоило вспомнить о друзьях, как тут же мой телефон ожил, и на экране высветился номер Оли. Я предупредила ее, что еду к друзьям родителей, но ничего не говорила о ночевке.

- Ну, наконец-то! - запыхтела подружка, как только я прислонила ухо к экрану. - И где тебя носит?

- Ну я. У друзей.

- Угу, - недоверчиво протянула Оля. И что бы это значило? - Я звонила тебе раз сто! Как будешь оправдываться?

Прикусив губу, я прищурилась и покосилась на пакеты с одеждой на постели.

- Ну... Друзья попросили уделить им время. Потому я отключила звук в телефоне.

Ольга горестно вздохнула и вынесла вердикт:

- Напомни мне потом научить тебя врать получше.

- Окей! - охотно согласилась я.

- А если серьезно, куда ты влипла? Женька твой забегал, спрашивал, есть ли от тебя вести. Вы же ходили как пришитые. Что он такого натворил, что ты его бросила?

- Я его не бросала! - застонала я. - Это он тебе сказал?

- Ну.... - Оля запнулась, словно обдумывала, что мне сказать, а потом начала очень осторожно. - Я подумала так, потому что. Он себя странно вел. И даже, ну.

- Говори уже! - не выдержала я.

- Он флиртовал со мной. То есть, я ничего не делала! Я вообще ничего не поняла! Он спросил где ты, а когда я сказала, что не знаю, он намотал на палец мои волосы и предложил развлечься. Конечно, я отказала ему, но он все равно ушел. Кто-то устроил вечеринку на третьем этаже. Он пошел туда с Дашей.

Из меня вырвалось неприличное слово, хотя я вообще удивлялась, что еще была способна говорить. Какого черта?

- Оль, - я только собиралась попросить ее найти Женю и дать мне с ним поговорить, как телефон выключился.

Я тихо материлась весь путь до спальни Рогозина. Где -то там должен быть шнурок. Я старалась не впускать скверные мысли о Жене и Даше зажимающихся где-то в темном коридоре. Я невзлюбила эту подлую змею с первого дня, как заселилась в комнату в общежитии. Она все варила воду, какую койку занять. То заползла на верхнюю, то спустилась вниз. А потом вконец обнаглела и сбросила мои вещи, испачкав чистенькую пижаму.

Я рылась в тумбочках, и снова наткнулась взглядом на пистолет. Взяла его в руки, покрутила, представила, как целюсь в голову Дашке, вытянула руку, прищурилась, понарошку нажала на курок. Нет. Не полегчало.

Зарядку я таки нашла, вот только для моего телефона она не подходила. Я собралась спуститься вниз и спросить у парней, даже было наплевать, если они поймут, что я шастала у Рогозина в комнате. В конце концов, это мой телефон.

Подходя к залу, услышала обрывки разговора:

- Как думаешь, Рогу эта кукла приглянулась?

- А чего, по-твоему, он с ней так носится?

- Так она же дочка Никитина. Он, наверное, ждал ее. Сам понимаешь.

Сеня может и понимал, а я точно нет. Зачем Дима меня ждал? Как он мог знать, что я обращусь к нему за помощью? Он меня даже не узнал при встрече.

- Не понял.

- А, ну раз он тебя не посвящал, то забей. Рога все равно малолетки не интересуют. Он со своей бабой никак не расстанется. Так что. Пойду я проверю, как там детка.

- Никитос, остынь. Сказано - не трогать.

- Да я и не буду. Так, позырю чуток.

Я сорвалась на бег, как только скрипнул диван. По -хорошему, мне нужно было сделать это намного раньше, но я осталась стоять за дверью, будто ноги приросли к полу. Я поднималась по лестнице, даже не заботясь, будут ли слышны мои шаги. Лишь бы быстрее оказаться в своей комнате и закрыться на замок. Правда, до нее я не добежала, потому что вспомнила об оружии в тумбе Рогозина. Не знаю, что я собиралась сделать, но уж точно не была намерена терпеть ночные визиты всяких обнаглевших личностей.

Закрыв дверь черной спальни на замок, я подбежала к ящику, схватила пистолет и прицелилась. Я стояла в напряжении целую вечность, но ни шагов, но ни голосов не было слышно. В конце концов, я позволила себе расслабиться. Надеюсь, Нику все же хватило ума не идти ко мне. Или Сеня его остановил.

Все перемешалось. Женя, Дима, слова о том, что он меня ждал. И даже эту его блондинку вспомнила. Я бросила пистолет на кровать, устало потерла лицо и уткнулась носом в ароматную подушку. Удивительно, но слез не было. Я просто ничего не понимала. И если Дима уже зарекомендовал себя, как человека -загадку, то поведение Жени меня настораживало и даже пугало. Он даже не попытался выяснить, что со мной случилось, а сразу побежал в объятия другой. Это было больно.

Я долго не могла уснуть, опасаясь, что Никита передумает и решит навестить меня позже. Рогозина я ждала только утром. И, клянусь, как только увижу его, потребую незамедлительно вернуть домой.  

Глава 7

 Что-то защекотало нос, и я поморщилась.

- И что мне с тобой делать? - послышался голос Димы, от которого я проснулась в одну секунду. Даже еще не открыв глаз, осознала, что спала в его кровати, и он находился рядом, а что -то теплое и тяжелое на моих бедрах было его ногой. А еще он влез ко мне под одеяло.

Я распахнула веки и испуганно уставилась на мужчину. Подперев голову рукой, он задумчиво улыбался, изучая мою реакцию. В то время вторая его рука играла с прядкой моих волос, которыми он и щекотал свою жертву. То бишь, меня.

- Как вы вошли? - хрипло спросила я первое, что пришло в голову.

- Запасные ключи от всех дверей есть у меня, - игриво пропел Рогозин, заставляя мой нос снова и снова морщиться от щекотки.

Я попыталась его остановить, но он схватил мои руки и прижал их к изголовью кровати, а сам навис сверху, буквально устроившись между моих ног. Это была одна из тех опасных поз, которую даже Женя себе не позволял, когда целовал меня до беспамятства.

- Ты как будто не понимаешь, на что нарываешься, - пробормотал он и, опустив взгляд на мою грудь, добавил: -Клубничка.

Да, я была в той самой майке.

- Отпусти-те, - испуганно шепнула я, почувствовав недвусмысленную твердость между своих ног. К слову, твердость принадлежала вовсе не мне.

Очень медленно поднявшись, а затем опустившись, Рогозин дал почувствовать всю его длину. Я не была к этому готова. Я вообще убегала от мыслей настолько сексуального характера с первой минуты нашей встречи. Он папин друг! Он меня старше, в конце концов. Он... Едва одет.

- Ты же сама пришла, - пожурил Дима. - Сначала ко мне домой, а затем и в мою постель.

В его взгляде читалась решимость, и я вдруг осознала, что оказалась в западне. Этот мужчина был настроен крайне серьезно. Он вообще не собирался меня отпускать.

- А как же ваша девушка? - спросила я и поморщилась от того, как это прозвучало. Будто та блондинка была единственным препятствием. Нет! Их было много! Начиная блондинкой и заканчивая тем, что дядя Дима выглядел так же, когда мне было тринадцать, и я носила брекеты! А еще Женя! У меня есть парень, которому бы точно не понравилось, что другой мужчина лежит между моих ног.

- Она не моя девушка, - произнес Рогозин, как ни в чем не бывало. Словно для него не имело никакого значения, что он провел с ней ночь. Да еще и добавил шепотом у самого уха: - И она не ты.

Я задохнулась, ни то ли от абсурдности его слов, ни то ли от нахлынувших ощущений. Было слишком жарко в местах, где наша кожа соприкасалась. Фактически везде. Я не должна этого чувствовать. Это, черт возьми, вообще не должно быть так приятно... с ним.

- Ну а... А у меня... Парень есть! - промямлила я, пытаясь оттолкнуть его мощную грудь ладонями. Но Дима, казалось, не замечал моих попыток. Он хитро усмехнулся и опустил свои губы на мою шею. Щекотка смешалась с жаром его дыхания, и по всему телу пробежались мурашки, собравшись комом возбуждения в одном конкретном месте. Из груди непроизвольно вырвался полустон-полухрип, и я будто очнулась от этого звука.

- Нет! - испуганно выкрикнула я. Пугала не столь настойчивость Димы, сколь ощущения, которые при этом возникали.

Он лизнул жилку на моей шее и отстранился, глядя на меня одним из своих фирменных взглядов. Будто предупреждая, что в такие моменты с ним лучше не спорить. Он вновь перехватил мои руки, на этот раз сильнее, и поднял их выше, а сам вжался в меня бедрами. Я прикусила губу и зажмурилась, пытаясь отрицать происходящее всем естеством.

- Нет-нет-нет, - зашептала я, прогоняя эту непонятно откуда взявшуюся похоть. Я вероятно просто сошла с ума. Это все его гипнотический запах. Но даже он не был достаточно хорошим оправданием для реакции моего тела. Оно начало жить собственной жизнью, не слушая доводы разума. В какой -то момент Дима застыл и даже отстранился. Я открыла глаза, пытаясь выровнять дыхание.

- Что это?

Рогозин метал молнии, а затем перед моими глазами показался его пистолет. Я с ужасом смотрела на мужчину, не представляя, как ему это объяснить. Смешно! Еще вчера я была настроена так воинственно. Собиралась устроить Дмитрию допрос на счет своего телефона, потребовать довести домой и даже возомнила себя крутым киллером. А сейчас... Я накинула на голову одеяло и сползла пониже, чтобы меня не нашли.

Рогозин выругался. Затем еще и еще. А потом кровать скрипнула, и я услышала, как на весь дом прозвучало имя его охранника.

Вынырнув из-за одеяла, я обнаружила, что осталась в спальне одна. Дима громко спускался по лестнице вниз, все пытаясь найти Никиту. Я даже слова не сказала. Неужели у кого -то опять будет сломан нос?

- Боже! - на выдохе прошептала я, прижимая ладонь к шеи. Клянусь, если закрыть глаза, то кажется, будто его губы все еще там. Вскочив с постели, я едва не упала от головокружения. Мне нужно было бежать отсюда. От греха подальше.

Так что спрыгнув с постели, я побежала в ванную. Мне бы не помешал ледяной душ, но я ограничилась умыванием. Где-то снизу слышались голоса, но затем все затихло. У меня же сформировался довольно простой план - одеться и добраться домой. О том, чтобы выяснять, зачем Диме понадобилось рыться в моей телефоне, не могло быть и речи. Ведь для этого надо было с ним уединиться снова, а мне это противопоказано. Возможно, будет лучше, если я уйду тихо? Интересно, хозяин дома сильно разозлится? По шкале от одного до десяти насколько?

- До ста! - пробормотала я себе под нос, натягивая джинсы.

Я не стала брать с собой вещи, купленные Рогозином. Но на мне все еще была злосчастная майка с клубничкой. Тяжело вздохнув, я решила выйти из своего сказочного укрытия. Там внизу меня ждали злые мужчины, у которых из-за меня были проблемы.

Я несмело вошла на кухню, услышав там голоса, и замерла от представленной картины.

За столом сидел Никита, прикладывая к глазу пакет со льдом и бросая косые взгляды на своего работодателя. У холодильника стоял сам Рогозин в одних лишь трусах и с жадностью пил молоко из пакета. Одна капля упала на его грудь, и я, как завороженная, проследила весь ее путь до широкой резинки боксеров. Я бы, скорее всего, так бы и пялилась на мужчину, если бы не оклик Сени.

- Доброе утро, - приветливо произнес он, поднимая с плиты сковородку. - Яйца будешь?

Дима поперхнулся, и еще больше молока растеклось по его кубикам пресса.

- Мля, Сеня! Яичница! Уточняй, будь добр, - поправил Рогозин и тут же за меня ответил: - Будет. Садись.

Он отодвинул для меня стул, ожидая моих действий. Мне, как никогда, было жутко неуютно и хотелось испариться. Трое пар глаз уставились на меня, но одни заставляли нервничать особенно.

"Смелей!" - подумала я и довольно твердо заявила:

- Я хочу вызвать такси и поехать домой.

И даже первые несколько секунд выдержала взгляд Димы, но потом он прищурился, и я запаниковала.

- Можно? - пискнула, тем самым разрушив весь свой образ.

- Нет, - без секундного колебания ответил Дима. - Позавтракаешь, потом Сеня тебя сам отвезет, куда захочешь.

И он схватил яблоко, а затем кивнул Никите, и оба вышли из кухни.

Вот так просто? Я недоумевала. То есть, с одной стороны все нормально. Я же не пленница, в конце концов. А дядя Дима просто любезный... Угу. Была и другая сторона. Какого черта? Несколько минут назад он фактически находился между моих ног! А теперь вот так просто отпускал, будто ничего и не было? Возможно, мне тоже стоило притвориться, что все показалось. Ну, бывает. Проснулся человек, обознался в полудреме.

"Продолжай себя обманывать. У тебя отлично получается, Юлечка!"

- Яйца кетчупом поливать? - спросил Сеня и поморщился от своих же слов. - Действительно странно звучит.

Этот парень мне нравился, рядом с ним я почти все время улыбалась.

- Правда, отвезешь в город? - на всякий случай уточнила я.

- Как только поедим, - кивнул он.

Что ж, так быстро я не ела, даже когда опаздывала на первую пару.

А когда я уже обутая стояла у двери, дожидаясь медлительного Сеню, он вдруг выдал:

- А че, - поднял палец вверх, - не попрощаешься даже?

Я, честное слово, ждала, что Рогозин сам выйдет. Но он этого не сделал, потому я выкрикнула прощание. Ответа не последовало, а Сеня рассмеялся.

- Ты всерьез его дядей Димой зовешь или прикалываешься?

Я и сама уже не знала ответ на этот вопрос. Дистанцию при всем моем пылком желании так и не удалось сохранить.

- Он наверное в бассейне. Не услышит. Пойдем.

Парень кивнул и вышел, а я последовала за ним. На улице было пасмурно, моросил неприятный осенний дождик. Резиденция Рогозина была очень красивой как внутри, так и снаружи. Обойдя дом, Сеня направился к отдельно стоящему стеклянному зданию. Я издали поняла, что это крытый бассейн, и увидела Диму. Он будто специально нырнул под воду, как только меня заметил.

Водитель слинял, сказав, что должен проверить что -то в гараже. А я робко стояла у края бассейна, дожидаясь, когда его величество соизволит подплыть.

"Соберись тряпка! Припомни ему телефон".

Только макушка Димы показалась на поверхности, я выдала таинственно -заговорщически:

- Я все знаю!

- Да что ты! - охнул Рогозин.

И вообще ни капли сожаления в его глазах не было.

- Вы шарились в моем телефоне. И отвечали на мои письма, - тут уж я совсем разозлилась.

- Юляш, ты еще скажи, что я к тебе приставал! - заявил этот наглец, явно надо мной издеваясь. - Тебе никто не поверит. Я же приличный человек.

Он хитро улыбнулся, слегка поднялся на локтях, высовывая половину себя из воды, и поманил меня пальчиком.

Я с опаской подошла и наклонилась. Знала же, что ничего порядочного не услышу, а все равно пошла.

- Парня ты себе хренового выбрала. Бросать его надо, - поделился Дима по секрету. А затем вообще поступил крайне глупо и потянул меня за руку. Я с визгом плюхнулась в воду прямо в ботинках и куртке. А когда выплыла, оказалась прижатой к телу "приличного" мужчины.

- С ума сошел! - завизжала я. Так и хотелось врезать по наглой улыбающейся роже.

- Не исключено, - тоном знатока произнес Дима. - Ой, зайчик, а ты же промокла вся. Придется остаться.

Я сделала то, на что мужчина сам напросился. Обрызгала его водой. Конечно, счастливым он не выглядел, но стойко терпел с каменным лицом, давая мне выплеснуть пар. Пока, в конце концов, его терпение не лопнуло.

- Ты опять напрашиваешься, - прорычал Рогозин практически в мои губы.

Я знала, о чем он думал. Мало того, снова чувствовала Это, учитывая позу, в которой мы находились в воде.

Мои глаза медленно округлились от осознания, что многострадальный телефон был в кармане джинс. Он, можно сказать, технически был в заднице, как и вся моя жизнь прямо сейчас.

Выдав смачное ругательство в стиле Рогозина, я сжала челюсти, испепеляя улыбающегося мужчину ненавистным взглядом.

Он! Причина всех моих неприятностей. Ну... Не всех, но многих.

- Юль, - осторожно позвал Дима, зачем-то утаскивая меня вглубь бассейна. А я плавать не умела. - Ты только не реви.

- Я и не собиралась, - процедила я даже резче, чем намеревалась. Чего уж тут сырость разводить? Ее и так вокруг слишком много. Нет, я сгорала от желания отпинать чью-то задницу. Чью-то очень конкретную.

- У меня сушилка есть, - начал оправдываться мужчина, видимо, наконец, осознав, что поступил крайне безрассудно. Охереть как безрассудно.

- Телефону это не поможет, - выдавила я из себя каждое слово по отдельности. Мне требовались все силы на то, чтобы не сорваться.

Дима провел руками под водой по моим ягодицам и достал телефон из кармана. Поразительная наглость. Я прикусила язык, чтобы не высказать все, что о нем думала. Рогозин видел мои потуги, но его губы подрагивали, когда он осматривал промокший телефон.

- Новый куплю, - совсем беззаботно произнес он и выбросил мою, между прочим, вещь.

Я прикрыла глаза, когда услышала жуткий треск.

- Ну все, - не выдержала я.

- Юлечка, - примирительно начал он. Поздно, дядя Дима. Поздно.

- Это, муха бляха, уже слишком! - завизжала я, и мой голос эхом разнесся по помещению. - Да вы просто издеваетесь на до мной с первой минуты нашей встречи! Тебе нужен особый кредит, - передразнила я его голос, вспоминая все дословно. - Вы так ничего толком и не объяснили. Я торчу здесь уже третий день, пребывая в полном недоумении. Помогли - спасибо, я очень благодарна. Но что, черт побери, дальше? Я похожа на дурочку с переулочка? Просто назовите цену, и я уйду. Мне нужно вернуться к своей личной жизни, если она еще у меня есть.

Я гордо задрала подбородок, насколько вообще его можно задрать, находясь по шею в воде. Рогозин буравил меня хмурым взглядом еще с минуту, пока, наконец, не нашелся с ответом. А я за это время как раз и остыть успела и пожалеть, что напросилась на конкретику, тоже.

- Никитина, - вкрадчиво и даже как-то зловеще произнес Рогозин. Не было больше шуток и флирта, даже хватка мужских рук на мне ужесточилась. - Деньги мне от тебя не нужны.

Первое слово он особо подчеркнул.

- Ты можешь идти, я тебя не держу. Все равно прибежишь, как только Костяк снова на тебя выйдет.

Сказав это, он поднес меня к борту бассейна и усадил на него. Теперь его голова была на уровне моего живота. Но Рогозин поднялся на руках, показывая мне свои укрытые татуировками плечи, и мы едва не столкнулись носами.

- И когда это произойдет, я не буду таким вежливым. Я просто привяжу тебя к своей кровати и буду делать все, что вздумается

Я была поражена заявлением настолько, что открыла рот, а Дима воспринял это, как приглашение. Он притянул меня за затылок одной рукой и впился в губы в жестком поцелуе. Я даже не успела осознать происходящего и тем более запротестовать, потому что мы оба начали падать в воду. А когда оказались там, Дима прижал меня к стене бассейна и придавил собой, не давай путей отхода. Его язык всего на секундочку соприкоснулся с моим, оставляя яблочный вкус. Мое тело отреагировало молниеносно, посылая острые уколы возбуждения в самый центр. Я боялась и не верила, что это происходило со мной на самом деле. Этот мужчина казался чем -то пугающим, далеким... Запретным.

- Это я вежливый, - произнес Рогозин, отстранившись. А затем он просто уплыл, оставив меня дрожащую с колотящимся сердцем.

Вежливый он, - ворчала я, со злостью закидывая мокрые шмотки в сушилку. - Как же мне повезло!

Куртка и остальная одежда влезли, а вот ботинки нет. Придется ждать, как минимум, час.

- Он все продумал, - рассуждала я, не зная, то ли смеяться, то ли кричать. Возможно, когда я только пришла тем вечером, у него не возникли непристойные мысли на мой счет. Но затем... Что? Что я такого сделала, черт возьми, чтобы привлечь его внимание?

И все же я рассмеялась, представив смятение Димы. Вроде как и хочется, и колется. Может быть, не сложилось у мужчины с Надеждой, так он решил на мне отыграться? Но, беда, совесть не позволяет. Или что -то другое? У Рогозина может быть такие страшные вещи, как совесть? Не уверена, но у меня точно она имелась, и прямо сейчас кричала о том, что я поступила плохо. Пускай не я начала тот злосчастный поцелуй, но реагировать так на чужого мужчину, как на Женю, не должна была. Даже хуже.

- Нам просто нужно поговорить, - заверяла я себя. Дядя Дима, верно, все совсем не так понял. Я объясню, что у меня прекрасные чувства к другому, и он отпустит странную идею заполучить меня в свою постель.

«Свяжу и буду делать с тобой все, что захочу».

От представленной картины я вздрогнула и быстро покачала головой. Абсурд!

Обмотавшись полотенцем, которое предусмотрительно захватила с собой из бассейна, побежала по узкому проходу в дом. Как удобно у Димы тут все, однако! Захотел искупать девушку, тут же отвел в прачку -сушилку, а оттуда и в дом.

Открыв двери, я поняла, что оказалась в незнакомом помещении. Здесь было темно и страшно. Вдруг резко зажегся свет, и я увидела Никиту. Он был одет и держал в руках дорожную сумку. Окинув меня полным презрения взглядом, парень направился к лестнице. И только тогда я поняла, что оказалась в подвале, куда мне было строго настрого запрещено ходить.

Подвал являл собой коридор с четырьмя дверьми по сторонам. Одна из них, из которой появился охранник, была приоткрыта, и, проходя мимо, я заглянула одним глазком. Ничего примечательного, одна из мальчишеских комнат, в стиле «стены из плакатов телок и тачек». Я не стала задерживаться, а побежала по лестнице вверх. Ник как раз выходил через парадную дверь, когда я проходила мимо.

- Подожди!

Я хотела попросить его передать кое-что водителю, но парень даже не обернулся. Я подумала, мог ли Рогозин его прогнать? Если так, то я... вроде как чувствовала вину за это. Хотя стоило вспомнить его вчерашний разговор с Сеней о намерениях подняться ко мне в спальню, и добрая и милая Юля умерла в одночасье. Он напугал меня до чертиков. Не нужны дяде Диме такие ненадежные работники.

Запасная одежда у меня была, это радовало. Но я опять оказалась в западне. Оказавшись в «своей» комнате, надела скромное синее платье с длинными рукавами и села на кровать. И чем заняться? Дом казался непривычно тихим и пустым.

- Юля? - послышался голос Димы. Я вскочила и побежала к мужчине на кухню с глупой надеждой, что он прямо таки сейчас найдет для меня обувь, куртку и самолично отвезет домой. Или хотя бы посадит в такси. Да я даже в полотенце была готова завернуться.

Дима был одет в спортивный костюм, но его волосы все еще казались влажными.

- Борщ готовить умеешь? - огорошил он вопросом. И на мой изумленно-испуганный вид пояснил: - Борща захотелось жуть как. Сто лет не ел.

Я, конечно, умела, и весьма недурственно. Но он все же издевался.

Я захныкала и простонала:

- Домой хочу.

- Да тебе все равно не в чем! - выдал аргумент Рогозин и продолжил меня постепенно, но все же необратимо поражать: - И Сеня с Никитосом уехали. А так борща поешь! Ну что ты смотришь на меня? Я помогу готовить. Но только не проси чистить картошку. И лук. От него плакать хочется, а мужчины не плачут.

Больше всего в нем меня раздражали перепады настроения. Нельзя сначала прижиматься к девушке полуобнаженным телом, целовать ее до мурашек, а потом просто предлагать ей готовить борщ. Нет! Между всем этим должен быть огромный кусок жизни. 

Глава 8

 Рогозин схватил пульт, что-то нажал и отовсюду раздалась веселенькая музыка. Его взгляд говорил одно - выхода у меня не было.

Горестно вздохнув, я таки сдалась. С нарезкой и подготовкой ингредиентов справилась быстро. Хуже стало, когда все это добро я начала сбрасывать в кастрюлю с кипящей водой. Именно этот момент подобрал Дима, чтобы встать позади меня. Я буквально оказалась зажата между двух огней. Замерла, не зная как реагировать. Он даже не касался меня, его руки покоились на столешнице по обе стороны от моей талии. А его дыхание обжигало шею. Но все же, он сохранял дистанцию.

- Мне интересно, - шепнул он, и я вздрогнула.

"Нормальная реакция", - уверяла я себя. Уши у многих эрогенная зона. А дядя Дима не иначе как играл со мной. Заманивал, возможно, запугивал, подкрадывался, притворялся... Одним словом, развлекался, как мог.

- Мне нужно пространство, - потребовала я.

Мужчина не отстранился. И чем дольше он стоял там, тем сильнее меня пробирало странное ощущение из смеси страха и сексуального предвкушения. С ума сойти. Я ждала его шага! И мне, наконец -то, хватило смелости признаться в этом себе самой.

- Это неправильно, - прошептала я скорее для себя, чем для него. - У меня есть парень.

- Не думаю, что он готовит лучше.

Я сжала губы, не желая потакать его шуточкам. Когда я закрыла крышку кастрюли, Дима развернул меня к себе лицом, и его руки остались лежать на моей талии. Они обжигали. Я хотела вырваться, но он не дал.

- Ты же не любишь его, - вдруг заявил он.

Да с такой наглой уверенностью, что я вмиг пришла в ярость. Он не мог это знать. И уж точно не имел никакого права проверять на прочность наши едва зародившиеся отношения теми дурацкими сообщениями.

- Люблю, - со всей уверенностью произнесла я.

Рогозин фыркнул и покачал головой.

- Это не любовь.

Я не могла не огрызнуться.

- Откуда вам знать? Вы не знаете ни его, ни меня.

Дима сжал челюсти так, что заиграли желваки, и насупился.

- Его я не знаю, это верно. Но ты, - он сделал паузу, сверля меня упрямым взглядом, - его не любишь.

- Люблю, - процедила я так, как это слово вовсе не подобает произносить.

- Тогда сочувствую, - ответил этот хам. - Ты сама все поймешь со временем.

Он отошел, тем самым закрывая тему, но я не хотела так просто оставить за ним последнее слово.

- Мне и так уже все ясно.

- Юляша! Ты подумай вот над чем. Этот твой сосунок каждый раз будет утыкать свой нос в сиськи другой бабы, когда твоих не будет под боком? И готова ли ты с этим мириться?

Я охнула, не веря, что он произнес что -то настолько гадкое вслух! Я хотела сказать, что все ложь, и Женя так не поступил бы. Но отчего-то не смогла. Рогозин уже развернулся, и вот тогда мой язык, мой старый враг, опять меня подвел.

- И это говорит мужчина, который ночь провел в постели у одной, а утро встретил у другой.

Дима застыл. И что-то в его напряженной позе подсказало, что я перегнула палку.

- Что ты сказала? - зловеще протянул он.

Проклятье, да. Перегнула.

Он повернулся, а я потупила взгляд.

- Где и с кем я сплю пока что не твое дело, - произнес Дима, подчеркнув последние слова. Пока что... - А в мою постель ты влезла сама. Притом, что я запретил тебе входить в свою спальню. И уж тем более рыться в моих ящиках. Пистолет был не заряжен, но, черт возьми, каким местом ты думала?

С каждым словом его голос звучал все злее и громче.

- А вы в мой телефон залезли, - выпалила я. И только поэтому мне ничуть не было стыдно. Это еще Дима не догадывался, что я в его шкафу токсикоманила с час.

- А это потому что ты связалась непонятно с кем. И я должен был убедиться, не подослал ли тебя ко мне твой папашка.

- Что значит, подослал? - удивилась я. Дима явно не собирался развивать тему и просто махнул рукой. Уже вдогонку я ему крикнула: - О чем вообще речь? Вы же друзья!

Мужчина не ответил, но его громкое фырканье меня остановило. Я недоуменно смотрела ему вслед, совершенно ничего не понимая. Он всегда был желанным гостем в нашем доме. Мой папа дружил с его, а Рогозина младшего воспринимал, как сына или, скорее, брата. И даже после его отъезда я ни разу не слышала ни единого плохого слова от родителей о нем. Если только вспомнить слова мамы, она не была счастлива от новости, что мы пересеклись. Между ними произошло что -то, о чем я понятия не имела.

Спустя час мы обедали в гнетущей тишине. Я набралась смелости и позвала Диму, а он пришел и съел все за минуту. Мне так и хотелось задать наводящий вопрос про папу, но кое-кто явно пребывал не в лучшем распоряжении духа. Хорошо, возможно, я действительно не должна была трогать его вещи. Тем более, оружие, с которым я никогда не обращалась. Это было глупо с моей стороны.

Дима скрылся в своем кабинете, бросив через плечо:

- Будь готова к шести. Отвезу.

- А борщ-то хоть понравился? - крикнула я.

Но он не ответил, громко стукнул дверью.

До вечера я его не слышала. Но ровно шесть, когда мои вещи и даже ботинки окончательно высохли, а я была полностью одета, мужчина показался из своего укрытия и молча прошел мимо меня к выходу.

Это его молчание угнетало хуже некуда.

В его гараже оказалось четыре свободных машины. Он выбрал черный джип.

Несмотря на подавленное нестроение, я была рада наконец -то вернуться домой. Но у Димы, как всегда были свои планы. Вначале он завез меня в магазин сотовой связи и купил телефон. Вот так просто припарковал машину, заглушил мотор, бросил мне скупое: «Сиди» и вышел. А через минуту вернулся с дорогущим аппаратом и даже новой сим-картой. Номер блатной - все семерки.

Конечно, я не могла принять такой дорогущий подарок, о чем сразу же и сообщила, но Рогозину стоило лишь бросить мне взгляд «забодаю», и я молча прижала к себе беленькую коробочку с откушенным яблоком.

Ночной город украшали сотни огней, и я просто смотрела в окно, наслаждаясь видом столичных улиц и толп случайных прохожих. Здесь было иначе, людно. А когда мы остановились вновь, я поняла, что моего общежития и близко нет, хотя адрес я Диме называла раза три за поездку.

Вздохнув и отпустив руль, Рогозин посмотрел на меня.

- Приглашаю на ужин, - официально заявил он.

Это не звучало, как приказ, но я все равно знала, что отказ не предусмотрен. От этого почему -то захотелось улыбнуться, что я и сделала. Дима не улыбался, но его взгляд заметно потеплел.

- Сиди, - снова бросил он. Но на этот раз для того, что самостоятельно открыть для меня дверцу и подать руку.

Ох, эти его манеры. Потрясающее сочетание вежливости и наглости. Признаться, это подкупало.

Я вовсе не была удивлена, когда официанты поприветствовали Дмитрия Сергеевича и провели его к лучшему столику. Обслуживание было на высшем уровне, а блюда, которые на сей раз мне позволили выбрать, оказались бесподобными. Лучшего стейка я не ела в жизни.

Я уже подумала, что Дима достаточно расслабился для откровенного разговора, как его взгляд устремился ко входу в ресторан, и черты его лица ожесточились.

- Млять! - процедил он.

Я проследила за его взглядом, любопытствуя, что же могло вывести из себя этого безмятежного мужчину. Кроме меня, естественно. Но ничего интересного так и не обнаружила. У входа стоял лишь безобидный старик, протягивая пальто гардеробщику.

Но нет, ошибки не было, и Дима смотрел именно на пожилого мужчину. А тот, будто почувствовав его взгляд, обернулся и удивленно осмотрел нас двоих. Я поняла, что мужчины знакомы, и если мой спутник не был особо рад, старик с улыбкой на лице подошел к нам.

- Василий Павлович, - поприветствовал Дима.

- Дмитрий Сергеевич, - в тон ему ответил тот.

Они пожали руки, и любопытный взгляд старика метнулся ко мне.

- Это Юля, - представил меня Дима.

- Дочка? - уточнил старичок и подмигнул мне. А затем без приглашения уселся рядом.

Мне бы рассердиться, вот только улыбка Василия Павловича обезоруживала, а угрюмое лицо «папика» так вообще веселило.

- Внучка! - буркнул Дима и жестом подозвал официанта.

- Юленька, вы на его ухаживания не ведитесь, - напутствовал мужчина по секрету, но так, чтобы все за столом слышали. Я смутилась и бросила на Диму быстрый взгляд. Он с прищуром осматривал нас двоих. - Это где такое видано, чтобы такую красавицу по каким-то забегаловкам водить?

- Кхм, - привлек внимание Рогозин. - Это мой ресторан вообще-то. На прошлой неделе приобрел.

Василий Павлович откинулся на спинку стула, оценивая Диму непонятным мне взглядом.

- Но вы, конечно, об этом знаете, - продолжил он и отпил виски. - По делу пришли или поужинать?

- По делу, - произнес мужчина, и в его голосе послышались металлические нотки.

- Я сейчас занят, - отрезал дядя Дима, тонко намекая на мое присутствие.

Между мужчинами повисло затяжное молчание. Они будто общались взглядами, и те вовсе не были приветливыми.

Наконец, снова натянув на лицо улыбку, старик осмотрелся.

- Хорошо здесь.

- Я все снесу, - тут же выдал Дима и отпил снова. Он смотрел на Василия Павловича с издевкой, явно наслаждаясь искорками злости в его бледно-голубых глазах. Я в который раз почувствовала себя некомфортно.

- Заигрался ты, Сергеевич, - протянул мужчина, с тоном полным молчаливого предупреждения. А затем повернулся ко мне и добавил: - Не любит он проигрывать.

- Не проигрывал в принципе, - поправил его Рогозин. Он был так строг и суров, точно как в первые часы нашей встречи, когда я и представить не могла его игривым и смеющимся. И что же из этого его истинное лицо, а что маска?

- Это пока, - горестно вздохнул пожилой мужчина и снова мне подмигнул. - Рано или поздно, а на моем месте ты все же окажешься. Придется пожертвовать одним в угоду другого.

Дима уже собрался ответить, и явно колкостью, как старик его опередил: - Сто.

Дима хмыкнул и покачал головой.

- Пятьдесят.

Я, конечно, могла только догадываться о чем речь. Но разве эти двое не торговались прямо сейчас?

- Девяносто, Сергеевич. И я спокойно ухожу на пенсию.

Дядя Дима окинул меня задумчивым взглядом и неожиданно улыбнулся. То ли мой растерянный вид его насмешил, то ли какие-то свои мысли. Но он вдруг подобрел.

- Пятьдесят, - он выдержал паузу, - и забирайте назад ресторан.

Павлович изумленно поднял бровь, а затем расплылся в широкой улыбке. Настоящей, которая коснулась и его глаз. А затем рука старика потянулась к Диме, и тот ее сжал, пряча улыбку.

- По рукам! Ну, Рогозин, - протянул хитрый старичок.

Он повернулся ко мне и поведал:

- С ним, Юленька, лучше дел не иметь.

- Она уже это поняла, - ответил за меня Дима и игриво поднял бровь. Смущенно улыбнувшись, я кивнула.

Ну а после Василий Павлович пообещал, что заглянет к Рогозину в понедельник с документами. Он учтиво попрощался и ушел.

Мне было интересно проверить свои догадки, потому я задала вопрос, хоть и понимала, что дела дяди Димы меня совершенно не касались.

- Вы выкупили его ресторан? - спросила я.

- Угу, - ответил он и осушил свой стакан. На мой недовольный взгляд мужчина хмыкнул. - Сеня нас заберет. Немного помолчав, я продолжила допрос. Авось, разговорю его и узнаю все самые страшные тайны!

- А за что вы торговались?

- За ночной клуб.

Он не торопился развивать тему, но пока что отвечал, так что я решила не сдаваться так просто.

- Пятьдесят тысяч?

Дима хохотнул, закинул в рот оливку и огорошил меня:

- Пятьдесят лимонов. И этот ресторан.

- Ух, - выдохнула я. - Ого! Это... Ого!

- Он в центре. - Рогозин беззаботно пожал плечами. - Хорошее место.

- Зачем тогда вы выкупили этот ресторан? Не проще было бы сразу приобрести у старика клуб?

Мне было непонятно, зачем столько манипуляций.

- Он не собирался его продавать, - начал объяснять Дима. Его голос хоть и быть спокойным, мне показалось, тема для него малоприятная. - Не мне. Тогда я выкупил это место, оно важно для него по личным причинам.

- И вы собирались его разрушить? - ужаснулась я и тут же задала новый вопрос: - Как он продал вам ресторан, зная, что вы его разрушите?

- Не он владелец. Его дочь. - Дима продолжал изучать мою реакцию, но его мысли я прочесть не могла. - Ты видела ее вчера.

Мне понадобилась минута, чтобы пораскинуть мозгами.

- Надежда?

- Она самая.

- Хм. - Я сглотнула комок в горле и прикусила язык.

«Держи в себе эту колкость. Держи в себе».

- Значит, вы вчера все же удачно договорились.

«Черт! Юля!»

Рогозин рассмеялся.

- Ты что ревнуешь? - спросил он.

Он не мог сказать ничего глупее. Наклонившись над столом, он лукаво прищурился.

- Сделка состоялась еще на прошлой неделе через посредников. Не вчера. Видишь ли, в бизнесе все довольно просто. Главное, предложить оппоненту то, что он на самом деле хочет. Василий Павлович хотел сохранить семейный бизнес, который когда-то основал его дед. Я хотел тот ночной клуб.

- Ну да. А вы всегда получаете то, что хотите, - произнесла я опять быстрее, чем успела подумать.

Дима улыбнулся уголком губ и, глядя мне в глаза, без всяких колебаний произнес: - Да.

Мне не приходилось догадываться, на что он намекал. И, естественно, долго этот полный обещания взгляд я выдержать не могла.

- Мы закончили с ужином? - спросила я, желая как можно быстрее оказаться дома.

- И никакого десерта? - поддразнил Рогозин. Он-то был доволен. Естественно, после такой выгодной сделки. А я все никак не могла избавиться от мысли, что если они с Надей не ресторан обсуждали, то...

- В другой раз, - отрезала я и натянуто улыбнулась.

- Ловлю на слове! - Дима усмехнулся.

Сеня в самом деле ждал нас у входа, а джип Рогозина просто остался стоять на парковке. Когда я, наконец, увидела огни знакомой общаги, выдохнула с облегчением. И правда, вернул меня домой. Не обманул.

Водитель заглушил мотор и быстро вышел из машины. Но не пошел открывать мне дверь, как я думала, а закурил и скрылся в темноте ночи. Мы с Рогозиным остались одни в темном салоне.

- Ну! - воскликнула я, потянувшись за ручку. - Спасибо за все! Я.

Так и не успела закончить фразу, потому что Дима притянул меня за затылок и прижался к моим губам. О нет, это и близко не было тем невинным поцелуем, которым он награждал меня ранее. Его движения были властными, напористыми, безапелляционными.

Я протестующее замычала и застыла, но его вторая рука сжала мое бедро, притягивая к себе. А его язык пробежался вдоль моих губ и скользнул внутрь. Я оказалась сидящей у него на коленях, чувствуя зарождающийся жар внизу живота, который волнами удовольствия разливался по телу, затрагивая каждую его клеточку. Я не отвечала, но затем его язык коснулся моего, и меня будто прошибло молнией. Из груди вырвался стон, и я при всем желании не смогла бы его сдержать. Движения Димы стали еще неистовей, он зашипел, сделал вдох и вновь напал на мой рот, не давая мне и секунды, чтобы опомниться. Его запах, его резкие, почти болезненные поцелуи, жесткая хватка рук на моем бедре и шее, даже звук нашего тяжелого дыхания в маленьком замкнутом пространстве - все будоражило, сводило с ума, заставляло с головой окунуться в этот омут безумия. Мне не было оправданий. Я бы хотела свалить все исключительно на мужчину. Ведь он из нас двоих опытный и взрослый, с большим количеством «мозгов». Но, по правде говоря, я была таким же соучастником преступления, как и он. Я хотела этих острых ощущений, этого дикого возбуждения так сильно, что не могла остановиться. Хоть и должна была.

Это все было так неправильно. Я заставила себя вспомнить Женю.

- Черт, - прохрипел Дима и переместил свою руку с моего бедра на грудь. Я охнула, ощутив тяжесть и жар его руки. Он сжал меня так сильно, что я вскрикнула, но не от боли, а от новой порции сумасшедшего наслаждения. Мое возбуждение достигло такой степени, что я хотела его руки намного ниже. Между своих ног, где все горело от желания.

Мы задыхались, и в какой-то момент он отпустил меня, чтобы сделать жадный вдох. А я, стоило только почувствовать свободу, с ужасом отпрянула от него.

- Юль. - Дима поймал меня за руку и не дал выскочить из машины. Я не могла взглянуть на него, прятала глаза, сгорая от стыда и неловкости. И в то же время чувствовала, как вместе с разочарованием росла злость.

- Надеюсь, теперь я вам ничего не должна? - выплюнула я.

Он прикоснулся к моему подбородку в таком нежном интимном жесте, что я невольно подняла глаза. Дима не смеялся надо мной, как я того ожидала. Он был серьезен и решителен. Но не зол.

- Хочешь, чтобы я оставил тебя в покое? - спросил он.

- Очень хочу, - ответила я без колебаний. Потому что так было правильно, черт возьми.

Несколько секунд помолчав, Рогозин все же ответил:

- Я дам тебе все, что захочешь. Даже это.

Я подумала, что разговор окончен и я, наконец -то, свободна.

- Но, Юля, - окликнул он меня. Я застыла, держа ручку дверцы. - Ты уверена, что в самом деле этого хочешь?

Он будто насмехался надо мной и тем, что вытворяло мое тело. Ведь он прекрасно понимал, что со мной происходило в его руках.

Не посчитав нужным ответить, я просто выпрыгнула из авто. Холодный вечерний воздух опустился на мое лицо и губы, которые все еще покалывали, словно Дима продолжал их терзать даже сейчас.

Казалось, от этого ощущения не избавиться. Стоит закрыть глаза, и я бы с легкость представила и его запах, и его руки. Но вместо этого я сорвалась на бег по направлению к двери общежития. Возможно, если скроюсь за ними, то это жуткое чувство страха вперемешку со злостью и похотью исчезнет. 

Глава 9

 Я уставилась на чистый листок, точно зная, что ничего не напишу. В голове был полнейший бардак. Впрочем, в этом состоянии я пребывала уже месяц. С тех самых выходных, проведенных в компании мужчины, который перевернул мой привычный мир вверх дном.

- До конца пары пять минут, - объявил преподаватель. В лекционном зале стояла привычная тишина, студенты трудились над сочинением.

Мне же вдруг захотелось глотнуть свежего воздуха, словно меня кто -то душил. Спустившись по лестнице, я положила пустой лист на стол удивленному преподавателю и молча вышла. Старик - добряк, позволит пересдать.

Коридоры были еще пустыми, и я быстро добралась до главного входа. А у гардероба застыла, как вкопанная. Женя стоял, облокотившись о стойку, и игриво улыбался Даше. Той самой Даше, моей мерзкой соседке по комнате, которая явно положила на него глаз, и даже не пыталась этого скрыть.

Заметив меня, мой парень тут же посерьезнел и выпрямился, а Даша забрала свою куртку и ушла.

- Зайка, ты уже освободилась? - спросил Женя, хищной походкой направляясь ко мне.

Он просто сделал вид, что ничего не произошло, хотя видел, что я буквально кипела от злости. Это было уже слишком.

- Ты же сказал, между вами ничего нет, - произнесла я надломленным голосом. Нет, я не собиралась плакать. Но меня душило чувство несправедливости и горечи.

Женя... Ускользал от меня. Я чувствовала это своим сердцем. Все изменилось. Он стал другим, и я ничего не могла с этим поделать.

- Она просто спросила у меня расписание на завтра, - вымучено произнес Женя, будто я уже достала его своей ревностью.

Они с Дашей были на год старше меня и учились в одном потоке. Но в этом году, непонятно с какого счастья, Дарья перевелась в группу Жени. Я видела их вместе постоянно, и это убивало меня. Вчера подловила этих двоих смеющихся и курящих за углом здания. Они были в компании других студентов, но я не курила, а Даша - да. На прошлой неделе они вместе засиделись в библиотеке до десяти вечера, потому что их, видите ли, поставили в пару. А еще чуть ранее я заметила, как двое студентов вылезали из-под лестницы, где обычно уединялись парочки. Возможно, мне все показалось, ведь я была далеко, и не могла точно разглядеть. Но походку своего парня я знала, а фиолетовые прядки в светлых волосах Дашки трудно было спутать.

Конечно, Женя все отрицал. В ту ночь, когда я вернулась в общежитие, мы так и не встретились. Мне хватило того, что Даша спала в своей кровати, а не в его. Да и как я могла показаться ему на глаза с припухшими от поцелуев губами и красными от слез глазами? Я была так морально истощена, что меня только и хватило на то, чтобы завалиться в постель и уткнуться носом в подушку. Хотя заснуть еще долго не могла.

Я держала переживания в себе. О таком не расскажешь и лучшей подруге. Оля ничего не знала. Она думала, я расстроилась из-за Жени и успокаивала меня тем, что на вечеринке он вел себя достаточно прилично для того, чтобы я его простила. Всего-то слегка позажимался с одной девушкой, да немного потанцевал с другой.

Мы помирились на следующий же день. Женя сам меня нашел, хоть я и пряталась. Я заверила, что проблемы решены, а он, что у них с Дашей ничего не было. Он извинился за свое поведение, и я, конечно, простила, ведь хотела все забыть и двигаться дальше. Но мы, похоже, так и застряли в том дне, с обидой у каждого за плечом.

Я не видела других причин, почему Женя стал холоднее и бросил попытки затащить меня в постель. А я... Больше не думала о том, чтобы туда попасть. Мои мысли витали где -то далеко. Я все гадала, в каких отношениях расстались папа с дядей Димой? Он так и не ответил. Он вообще пропал. И, что уж таить, мысленно я постоянно возвращалась к нашему последнему разговору.

«Ты уверена, что в самом деле этого хочешь?»

Его голос, наполненный обещанием и сексуальной хрипотцой, снова и снова звучал в моей голове. Я ненавидела это.

- Заюня! - позвал Женя и слегка наклонился, чтобы поймать мой взгляд. - А у кого завтра день рождения? Ты уже решила?

Я слегка улыбнулась и отправилась к гардеробной.

- Нет, - ответила, натягивая на себя куртку. - И не знаю, стоит ли, учитывая то, что я только что видела.

Я прошла мимо Жени, заметив, как он закатил глаза.

- Юль, это смешно! Сколько раз повторять, что у тебя нет повода для ревности.

- Я не ревную, - буркнула я, откровенно привирая. Мое недоверие казалось постыдным. Или, возможно, Женя делал так, что я чувствовала себя виноватой.

«С Димой такого бы не было» - пронеслась идиотская мысль в голове. Почему я вообще о нем вспомнила прямо сейчас?

- Тогда позволь мне осуществить свой план и показать, как сильно ты мне дорога, - настаивал на своем Женя.

Я остановилась у двери, пристально его рассматривая. Он улыбался. Его яркие голубые глаза и симпатичные ямочки могли растопить лед любой толщины. Мне захотелось улыбнуться в ответ. Возможно, нам и в самом деле пойдет на пользу совместное времяпровождение за пределами общежития. Все, как он обещал. Я, он, романтический ужин, небольшая вечеринка в ночном клубе, а после ночь в роскошном отеле. Я прекрасно понимала, чем Женя собирался там со мной заняться. И я хотела этого. Наверное.

- Ладно, у тебя есть время до вечера! - предупредил Женя и склонился к моим губам для поцелуя. Я ждала чего -то жаркого, кришесносного или коленкоподгибающегося. Но он лишь чмокнул меня и вышел.

И прошел еще шагов пять, прежде чем заметил, что меня нет рядом. Обернувшись, Женя вопросительно раскинул руками, мол, ну что еще тебе не нравится?

Толкнув дверь, я задала ему единственный тревожащий меня вопрос:

- Почему ты никогда не придерживаешь для меня двери?

- Что? - Он спросил это так, будто я не могла придумать ничего глупее.

«А вот Дима... Хватит!»

- Ничего. - Я покачала головой. - Пойдем домой.

Пятиэтажка, которая служила пристанищем для иногородних студентов, находилась всего в пяти минутах ходьбы от главного учебного корпуса. Место вообще казалось мне крайне удачным. Рядом были парк, остановка метро и автобусов, а также целый ряд магазинчиков с безделушками и свежей выпечкой. Мы часто покупали что -то вкусненькое по дороге домой.

Женя, как всегда, взял сосиску в тесте и протянул мне. Но, если честно, от его сосисок меня уже тошнило. А еще больше от того, что он никогда не интересовался, чего бы хотелось мне.

- Ты знаешь, какие булочки мои любимые? - спросила я, склонив голову.

- Что, опять не угодил? - пробормотал он с набитым ртом. - Ну, прости. У меня деньги закончились.

Покачав головой, я достала кошелек и купила плюшку с яблоками. Я была сладкоежкой, о чем сотни раз говорила своему парню.

- Хм, милый, а как же ты собираешься устроить для меня вечеринку завтра? - поинтересовалась я. Родители Жени не были бедными, ведь подарили ему машину, хоть и не иномарку, но все же. Да только после аварии он и сильно разругались, урезали его бюджет и напрочь отказались давать названную сумму. Вероятно, они не понимали, с какими людьми мы связались. Женя смог собрать всего тысячу долларов.

- Ну, ты же сама сказала, что вопрос решен. А деньги остались.

- Но они же не твои, ты их одолжил. У бабушки!

- Но ей-то они сейчас не нужны. - Он подмигнул и потянул меня за руку, ускоряя шаг. - Я не собираюсь спускать завтра все. Часть пойдет на ремонт «копейки».

Я не могла согласиться с его рассуждениями. Это не казалось правильным, забрать у старушки возможно последние деньги, чтобы немного потусить с девушкой и починить старую развалюху.

- Женя, тогда не нужно мне никого праздника, давай просто.

- Нет-нет! Я уже все продумал. Тебе нужно только расслабиться и получать удовольствие.

Он задвигал бровями, недвусмысленно намекая на кое -что серьезнее танцев, и притянул меня ближе, чтобы снова поцеловать. И только его губы коснулись моих, рядом прозвучал автомобильный клаксон, отчего я вздрогнула и резко обернулась на источник звука. Душа ушла в пятки, стоило увидеть проезжающий мимо черный джип. За рулем был Костяк. И он смотрел на нас двоих со злобной ухмылочкой.

Правда, долго это не продлилось, он проехал мимо, так и не остановившись.

- Ты же сказала, этот твой «папик» все уладил, - процедил Женя, гневно глядя вслед уезжающему авто.

- Он не мой, - поправила я. - И он, правда, так сказал. Может быть, этот просто проезжал мимо? Не остановился же.

Сказав это, я зацепилась взглядом за еще одну машину, припаркованную на другой стороне широкой дороги. Сеня стоял у водительской двери и курил. А заметив меня, улыбнулся и кивнул. Я сделала то же самое.

- Кто это? - нахмурился мой парень.

- Водитель Рогозина.

Самого его видно не было. Окна машины были затемнены, и я не могла сказать, сидел ли он там, наблюдая за мной, или же просто послал Сеню. Казалась, я видела эту машину и ранее, но теперь была уверена. Дима меня не оставил. Он наблюдал.

От этой мысли сердце заколотилось в бешеном ритме. И я даже не сразу расслышала вопрос Жени.

- Что?

- Это ты мне скажи. Что ему нужно?

- Понятия не имею. Хочешь спросить? - спросила я, надеясь скрыть заинтересованность в голосе.

Прежде чем Женя ответил, Сеня уехал. А я так и не узнала, был ли его шеф с ним.

«Позвони ему».

Ни за что я бы не стала звонить Рогозину! Мне бы попросту не хватило смелости. Да и зачем? У меня не было слов. Женя провел меня до двери комнаты, подарил мимолетный поцелуй и ушел. Я буквально чувствовала пропасть между нами. Он злился, но не пытался объяснить по какой причине.

Это меня угнетало, как и мысли о завтрашнем дне. Я ждала своих восемнадцати с особым трепетом. Странное чувство, вроде бы все та же я, но что-то было иначе. Стану ли я взрослее и умнее всего за один день? Сомнительно!

Прямо сейчас я колебалась, стоило ли торопиться, прыгать в эту взрослую жестокую жизнь с головой? Может быть, побыть еще немного маленькой папиной дочуркой?

Словно почувствовав, что я о нем думала, папа позвонил. Он был немного удивлен, что я сменила номер, а про новый телефон и вовсе ничего не знал. Хотя мне казалось, он что -то подозревал. Особенно после того, как мама ему рассказала о «случайной» встрече с дядей Димой. Папа стал звонить чаще, и все время спрашивал, чем я занималась, все ли у меня хорошо, не пристают ли кавалеры? Вот и сейчас я улыбалась, глядя на экран, чувствуя, что он пытался защитить меня даже на расстоянии.

- Дочура, привет! Как ты?

- Прекрасно! От кавалеров, правда, отбоя нет.

Папа засмеялся, когда я картинно вздохнула, и пожурил меня.

- Но-но! Ты мне там смотри. Сконцентрируйся на учебе и только! А будешь хорошей девочкой, получишь от нас с мамой подарок.

- Завтра? - с надеждой спросила я. Мне бы хотелось побыть с родителями хоть бы часок, но они не смогут приехать. У папы поломалась машина. По большому счету, можно добраться и на автобусе. Всего -то три часа езды. А может быть, это мне стоило забить на учебу, Женю, друзей и провести этот день с ними?

- Ну как тебе врать, когда ты таким голоском жалобным спрашиваешь? - папа вздохнул, после чего радостно сообщил: - Приедем мы завтра! Куму в столицу на день надо, так что мы ему на хвост упали!

- Правда? - спросила я, не в силах скрыть глупой улыбки.

- Ну а как же мы такой день пропустим? Хотели тебе сюрприз сделать. Но ничего, на этом подарки не закончатся!

Я взвизгнула и подпрыгнула на месте. Хорошо, что в комнате больше никого не было, и я могла выплеснуть свою радость.

- Ура! Я так жду вас! Па, а привезите мне наших конфет. Ну, тех, моих любимых! Здесь таких нет.

- Угу, записываю уже, - пробубнил он. - Что еще? Мерседес, говоришь? Яхту?

Я снова засмеялась. Он всегда ворчал, когда я делала заказы, но все равно выполнял любые мои капризы. За это я любила своего папу больше всего на свете.

- И вареников! Жуть как захотелось!

Сказав это, я почему-то опять вспомнила Диму. Он вообще собирался убираться из моей головы?

Я попрощалась с родителем и пошла на маленькую кухоньку заварить чай. Вскоре подтянулись и остальные. Даша с Катей, как всегда, держались от меня на расстоянии. Они курили на балконе и о чем-то болтали. Поначалу я обрадовалась, что получила это место, ведь были комнаты и похуже, с удобствами в коридоре. Опять же, папа договорился о лучшем месте для меня. Но все же жить в одной «квартире» с двумя злобными стервами не так и весело.

Одно радовало - я встретила Олю, которая понимала меня с полуслова. Она даже внешне была на меня похожа, только волосы чуть короче и глаза карие.

- Итак, ты готова? - Она втащила на кухню ноутбук и закрыла за собой дверь. - Я перерыла кучу сайтов в поисках подходящего места на завтра и кое-что нашла!

Оля, как и я, ничего не знала в новом городе. Но она была просто помешана на скидках, акциях, купонах и интересных предложениях. Оказалось, многие заведения делали скидки именинникам, а в некоторых даже дарили торты или шампанское.

Я подумала, как бы помягче ей сказать, что завтра, возможно, проведу весь день с родителями, и вечером никуда не захочу пойти, но тут она открыла страницу, и я зависла.

- Это какой-то новый клуб, недавно открыли. В центре, - щебетала перевозбужденная Олечка. - Называется «Тайное желание». И ты только почитай, что здесь написано!

Она провела пальцем по строчкам заголовка и начала зачитывать вслух: - Спешите! Только один день супер-акция в честь открытия! Если вы празднуете день рождения, вход для вас и пяти ваших друзей бесплатный. Если вас зовут Юлия, выпивка за счет заведения! Это завтра, ты прикинь! - Оля едва не пищала от радости, а я же не могла отвести глаз от фотографии в самом низу сайта. Рогозин стоял в своем идеально выглаженном костюме, засунув руки в карманы. Как всегда, он не улыбался, но его взгляд затягивал даже с картинки. Подпись ниже гласила: «Владелец сети ресторанов и развлекательных заведений «Rogoz» -Дмитрий Сергеевич Рогозин».

Я еще секунду переваривала информацию, а потом неистово расхохоталась.

- Я тоже была в шоке, когда увидела, - заверила Оля. - Бесплатная выпивка! Ты же понимаешь, что это значит? Мы просто ужремся!

- Ты говоришь так, будто в этом весь смысл жизни! - поддразнила я.

- Не-е-ет. Но в этом весь смысл дня рождения. Особенно, когда празднуешь первые восемнадцать.

- А что, есть и вторые?

Подруга послала мне «с ума сошла?» взгляд и выдала:

- Юлечка, после восемнадцати женщины дни рождения вообще не празднуют. Потому один и единственный раз мы должны оторваться так, чтобы ты на всю жизнь запомнила. Тем более, когда есть тако -о-ое предложение!

Я хмыкнула, снова посмотрела на фотку владельца клуба и закусила губу. Нет, держать язык за зубами просто не было сил.

- Это дядя Дима. Тот, про которого я тебе рассказывала. Он помог уладить инцидент.

Оля округлила глаза, прилипла к экрану монитора, увеличила фотку, и после длительного разглядывания снова послала мне тот же «с ума сошла?» взгляд.

- Дядя? Ты называешь этого бога секса дядей?

Я закатила глаза, пытаясь скрыть улыбку.

- Ему тридцать два!

- Ох, - она театрально вздохнула. - Господи, как же он невообразимо стар!

Я хихикнула, и мы обе уставились Диме «в глаза».

- Какой горячий! - Оля приложила палец к экрану и зашипела, словно обожглась. - Дядя Дима, я бы тебе дала.

«Я бы тоже... Стоп! Что?»

Взглянув на меня, подруга сощурила глаза и сжала губы.

- По твоему виду могу сделать вывод, что и ты не прочь.

- Что? - уже вслух заорала я. - Нет! Ты с ума сошла?

- О-о-о, - протянула она, уже не сдерживая улыбку. - Все ясно.

- Ничего тебе не ясно, - отрезала я, начиная злиться. - Он папин друг. Он видел меня в пижаме со слониками! Он дарил мне плюшевые игрушки!

Я неожиданно вспомнила один из таких дней в прошлом, и мой голос стал напоминать ультразвук.

- Божечки, я тогда была такая прыщавая!

- Но сейчас-то ты красавица, - тоном знатока поведала Олечка. - Признайся, чем ты с ним занималась целых два дня? - Она наклонилась над столом, едва не касаясь моего носа, и зашептала: - Он засадил в тебя свой рожок?

Я почти упала с табуретки, так сильно начала смеяться. И заразительный хохот подруги вовсе не улучшал ситуацию.

- Ты ненормальная! - прохрипела я сквозь смех и утерла выступившие от истерики слезы.

- Ну а что! - уже успокоившись, произнесла Оля. - Ты же получила новенький айфон. Не просто же так? Заработала, значит!

И хоть ее разговоры звучали ужасно грязно, я знала, что она шутила, потому ничуть не обижалась.

- Он мой разбил.

- В порыве страсти? - уточнила подружка. - Не суть! Все равно мог бы купить что-то подешевле. Такие вещи просто так не дарятся.

Поймав мой предупреждающий взгляд, она ухмыльнулась.

- Ладно, если бы не знала, как ты сохнешь по своему Женечке, точно бы подумала, что ты запала на этого красавчика. Итак, ты меня с ним познакомишь?

Оля кокетливо похлопала ресницами, и в этот момент на кухню ввалилась Даша. Она так резко распахнула дверь, будто стояла за ней какое-то время. А я и вовсе забыла о существовании этой гадины.

- Хм, кто это? - спросила она, кивнув на экран. - Юлин друг? А Женя знает о нем?

Я быстро захлопнула крышку ноутбука, не желая продолжать тему.

- Мой друг, - соврала Оля и незаметно мне подмигнула. - У нас завтра вечеринка в крутом ночном клубе. Вход и выпивка бесплатно.

- Классно! Вы же нас с Катей возьмете?

Я удивлялась, как искусно эта девушка умела притворяться милой. А еще мне было поразительно, насколько люди могли быть беспардонными и наглыми. Но вот чего я не понимала: неужели я выглядела настолько глупой в ее глазах?

- Прости, - ответила за меня Олечка. - У нас ограниченное количество пригласительных. Всего три, кажется?

Подруга посмотрела на меня, и я ей коварно улыбнулась.

- Да-да. Только для тебя, меня и Жени.

Даша залила кипятком свою кружку, всунула чайный пакетик и молча вышла.

- Ненавижу ее, - прошептала я.

Оля пожала плечами. Она была компанейской и старалась ни с кем не ссорится. И я прекрасно ее понимала. Когда ты студент, лучше иметь сто друзей, если у тебя нет ста рублей. У меня же проблем с карманными не было, и я ни от кого не зависела.

Вот только... Как мне объяснить родителям наличие дорогого телефона?

- Оль, давай трубками на завтра махнемся?

Ну, ее не пришлось просить дважды. 

Глава 10

 До конца вечера я погрязла в домашнем задании, и делала его так долго, как никогда. Мысли то и дело крутились вокруг завтрашнего дня и, естественно, Рогозина. Он помнил дату моего дня рождения? Или узнал? Что такому человеку стоило раздобыть информацию о ком-то? Тогда выходит, он приурочил открытие клуба к моему дню? Или может быть, я придаю себе слишком большую значимость? Наверняка это тот самый клуб, который Дима выкупил у старика. Он его отреставрировал и запустил заново. Всего за месяц! А название. «Тайное желание». Это просто какое-то издевательство надо мной.

Отшвырнув учебник, я взглянула на часы. Было одиннадцать вечера, а Женя так и не зашел. Ни звонка, ни единого сообщения. Я набрала сама, но его телефон не отвечал. Девчонки давно спали, потому я выключила свет на кухне и сама направилась в постель. Но тут замок двери провернулась, и на пороге показалась Даша. Заметив меня, она улыбнулась так мерзко и стервозно, что мое сердце судорожно забилось в груди от мысли, что она могла быть с моим парнем. Она словно насмехалась.

- Сладких снов, - лилейно прошептала она и улеглась в свою постель.

Я же не могла так просто это оставить. Мне нужно было увидеть Женю, иначе меня заживо сгрызет ревность. Прихватив ключи, выбежала из комнаты и направилась в другое крыло здания.

Я тяжело дышала, ужасно нервничала, и руки мои дрожали, когда стучали по двери. Женя жил еще с двумя парнями, и они не особо мне нравились. Иван слишком много пил, а Кирилл всегда подбивали моего парня ходить на вечеринки.

- Кто? - послышался сонный голос одного из них.

- Юля. Женю позови.

- А, Юлечка, - протянул парень и открыл дверь. Это был Ваня, и меня сразу обдало перегаром. - А его нет. Но есть я. И я очень даже ничего, - пьяно пропел парень.

Он не мог понять моего отчаяния.

- Иди в пень, - прозвучал родной голос, и я прямо таки издала вздох глубочайшего облегчения. Женя показался на пороге в одном лишь полотенце, но я даже смутиться не успела.

- Где ты был?

- В душе, - произнес он, отталкивая своего приятеля. Он не пригласил меня внутрь, хотя у меня и так не возникало желания заходить в мужское логово. Ни запахи, ни обстановка меня не вдохновляли. Хотя от Жени пахло приятно. Очень.

- Блин, я забыл позвонить. Прости, заучился, - произнес он и притянул меня к себе. Когда я прижалась к его груди, нас разделяла лишь тонкая ткань моей ночной футболки. Его губы оказались напротив моих, и я потерялась в ласковом взгляде его прекрасных глаз. Действительно ласковом... Действительно прекрасных.

Погладив меня по щеке, он улыбнулся и поцеловал меня так нежно и опьяняюще, как в самый первый раз. Тревоги отступили на задний план, я буквально заставила все подозрительные голосочки в моей голове заткнуться. Он здесь. Он мой.

Издав тихий стон, Женя отстранился от моих губ, но так и не ослабил объятия. Я почувствовала недвусмысленную твердость, упирающуюся мне в живот, и смущенно отвела взгляд.

- Ты такая красивая, - прошептал он. - Иди спать, Юль. А то я не дотерплю до завтра.

- На счет завтра, - произнесла я, и пришлось прокашляться от слегка севшего голоса. - Мои родители приезжают. Я проведу день с ними, но вечером освобожусь. Правда, не знаю, когда именно.

Женя понимающе кивнул и снова улыбнулся.

- Просто позвони мне, я буду ждать.

- Хорошо!

Еще раз чмокнув его в губы, я попыталась уйти, но Женя поймал меня за руку и снова поцеловал до подгибания коленок.

- Я буду очень-очень ждать, - шепнул он в мои губы и лишь тогда отпустил.

Подобное прощание было лучшим снотворным для меня. Я добралась до постели за минуту и заснула со спокойной душой.

Он мой.

«Ты уверена, что именно этого хочешь?»

- С Днем рождения! - выкрикнул папа, даже не успев полностью вылезти из машины.

Сначала показался огромный букет из роз, а уж потом его довольная улыбающаяся моська. Я рассмеялась и бросилась ему в объятия. Следом выползла мама, и теперь пришел ее чред получить мои крепкие объятия.

- Юляша, ишь какая взрослая стала! - Я услышала знакомый голос своего крестного и улыбнулась. Дядя Гена сполз с водительского места и смял меня в своих медвежьих объятиях. Просто крестный был ну оче-е-ень большим мужчиной! И таким же добрым. - С Днем рождения, дорогая!

Он тихонько просунул мне в карман куртки конверт и подмигнул.

- Доча, вот смотри, тут сумочка. - Мама засуетилась, вытягивая из багажника «сумочку», больше походящую на маленький чемоданчик, в который я и сама бы поместилась. - Консервация, конфеты, вареничков налепила. Они в термосумке, так что срочно все в морозилку!

Я только вернулась с занятий. У меня ушло всего несколько минут на то, чтобы занести сумку в комнату, разложить продукты и вернуться к родителям. Дядя Гена высадил нас в центре, а сам поехал по делам, и обещал вернуться за родителями к шести.

Было здорово отгородиться от посторонних мыслей и провести день с родителями, как и ранее. Мы бродили по центральным улочкам. Устроили себе небольшой шопинг, пообедали в ресторане. Я выслушала массу комплиментов и пожеланий, и была просто счастлива видеть маму с папой вместе. У них все было хорошо, разве могла я нарушить это шаткий миг счастья своими расспросами о дяде Диме?

- Как твое сердечко, папуль? - спросила я, доедая десерт.

- Да хорошо пока, - нехотя ответил он.

Я послала недоверчивый взгляд маме, и она незаметно покачала головой. Значит, не все так весело.

- Ну чего ты загрустила? - возмутился папа. - Сейчас поедем на твой подарок смотреть!

- Хм! На него только смотреть надо? - игриво спросила я.

- Еще и пользоваться! - заверила мама.

Поймав такси, мы зачем-то отправились обратно к общежитию. Я с умилением и нетерпением за действиями папы. Он достал из кармана листок с адресом, а затем повел нас между дворами к пункту назначения. Мы оказались на соседней улице всего в двух минутах ходьбы от моего временного дома и еще ближе к корпусу университета.

- Пап, ну а что тут? Что? - изнывала я, когда мы лифтом поднимались на пятый этаж.

- Терпение! - строго приказал он. Но сам-то явно нервничал, уж я-то его знала.

Оказавшись у двери под номером тридцать, он позвонил в звонок. С щебетанием птичек дверь распахнулась, и на пороге показалась симпатичная женщина средних лет.

Судя по скомканным приветствиям, они с родителями не были знакомы, и я начала догадываться к чему все это.

- Проходите, осматривайтесь, - произнесла Нина Ивановна, лучезарно улыбаясь. - Если все понравится, то документы у меня с собой. И можем заключить договор аренды.

Я уставилась на родителей округлившимися глазами, а они расплылись в довольных улыбках.

- Правда? Правда-правда? - завизжала я.

А затем подпрыгнула на месте и пошла исследовать квартиру. О том, что она мне понравится, я не сомневалась ни на секунду. Даже если бы здесь не было ремонта, все было лучше общежития. Но папочка всегда старался выбирать лучшее для меня. Квартира была прекрасной! Со свежим ремонтом и новенькой мебелью. В моем распоряжении была кухня-студия, небольшая спальня с огромной кроватью, совместный санузел, а также огромный застекленный балкон.

- Это чудо! - вынесла я вердикт. - Я сплю и не верю!

- Будешь плохо учиться, вернешься обратно, - предупредила мама. - Место в общежитии мы пока за тобой придержим. На всякий случай. Ну, может, тебе здесь скучно будет. Или сложно одной хозяйство вести.

Я только представила, как мы с Олей могли бы устраивать девичники. Или, наконец, Женя будет ночевать со мной столько, сколько мне захочется, и активно закачала головой.

- Нет-нет! Я со всем справлюсь! И буду прилежно учиться, и...

- Где-то мы уже это слышали! - поддразнил папа.

Оставшиеся два часа до приезда дяди Гены мы занимались переноской вещей. Даже Оля подключилась и помогла. А вот Женя. Я звонила ему несколько раз, но он опять не отвечал. Тогда я подумала, что так будет лучше. По каким-то причинам мне не хотелось знакомить его с родителями. Слишком много вопросов будет от мамы. А папа и вовсе может засомневаться на счет квартиры. Я предпочла молчать и Олю попросила держать язык за зубами. С остальными сожительницами проблем не возникло, их попросту не было дома. Я была еще счастливее от мысли, что окажусь подальше от противных стерв.

Прощание с родителями получилось затяжным и сопливым. И под конец, меня обняв, папа шепнул:

- Держись подальше от Рогозина.

Я так и застыла, не понимая, почему он вдруг поднял эту тему. Какие у него вообще были причины думать, что мы проводили вместе время? Отеческая интуиция?

- Почему? - робко спросила я, когда папа садился в машину.

Он строго взглянул на меня и твердо произнес:

- Потому что он не тот человек, к которому тебе стоит обращаться за помощью. Так что если увидишь его еще раз, просто уходи в другом направлении. Похоже, мама дословно передала мои слова. Значит, они обсуждали это. Я вовремя вспомнила, что папочке нельзя нервничать, потому прикусила язык и согласно кивнула. Я могла справиться с Димой сама. Тем более, что между нами все было кончено, даже толком не начавшись.

О том, что вероятно именно сегодня мы увидимся, я предпочла не думать.

Я зашла в квартиру, закрыла за собой двери и блаженно вздохнула.

- Мое! Все мое! - завизжала я.

- И это надо отметить! - воскликнула Олечка, которая осталась дома и уже ваяла ужин. Она держала в руках дешевое шампанское, и я захихикала, когда пробка с грохотом ударилась о стену.

- Не ломай мое жилище! - предупредила я.

- О, нет! Если бы мы сюда половину общежития позвали, то от него бы и мокрого места не осталось, - заверила подруга. - Потому очень советую не тащить сюда кого попало.

Мы дислоцировались на кухне и уже осушили половину бутылки, как на меня вдруг напала лень.

- Оль? А давай просто здесь останемся? Сушей закажем, шампусика еще купим. Женьку позовем. И может этого его, как его. Кирилла! Он же тебе вроде нравится?

- Никитина, ты с ума сошла? Мне твой олигарх знакомый нравится! Так что, ты мне не дури. У нас взаимная выгода: ты меня ведешь в ночной клуб, я тебя спаиваю для ночи «Ха».

Закатив глаза, я толкнула подругу локтем.

- Не знаю, не знаю. Можно провести ночь «Ха», не имея под боком парня?

Я вновь схватила телефон и набрала Женю. А говорил, что будет ждать. И где он?

Оля подошла к холодильнику, достала лед, но выронила его из рук и грязно выругалась.

- Что случилось?

Так и не дождавшись звонка, я отложила телефон и встала. И сильно удивилась, когда Оля начала активно прогонять меня подальше от окна. Мне понадобилась всего секунда, чтобы взглянуть в него и все понять.

Как удачно окна кухни выходили на задний двор общежития, где стояли домики с лавочками. В теплое время года студенты устраивали здесь вечеринки, жарили шашлыки, или массово готовились к сессии. И даже осенью, особенно по вечерам пятницы здесь было многолюдно.

Только Женя с Дашей спрятались ото всех за углом дома в тени. Их не было видно студентам, но я прекрасно видела. Он целовал ее с такой умопомрачительной страстью, а ее руки были в его штанах. Мое сердце на миг остановилось, но затем начало колотиться с двойной скоростью. Стало так больно, словно, кольнуло десяток игол.

- Юль? Так, в обморок не падать! - зашептала Оля, но я чувствовала, как дрожали ее руки. - Может это не он? Мы же только спину видим.

Я бросилась к своему телефону и вновь набрала Женю. Он не ответил. Но в кармане его куртки засветился экран.

- Вот падла! - изрекла подруга.

А затем мы обе застыли, наблюдая, как Женя оторвался от Даши, вытащил из кармана телефон и скривился. Мои глаза застелила мутная пелена, и по щекам потекли слезы. Он попытался отстраниться от Дашки, но та схватила его за куртку и снова впилась в его губы.

На одну крохотную секундочку промелькнула мысль, что это она его вынудила, подставила, заманила в свои сети. И может быть и место неслучайно выбрала, прямо под моими окнами. Но по виду Жени, по тому, как его руки блуждали по ее телу, было трудно сказать, что его вынудили. Нет. Все оказалось куда проще. Мои подозрения изначально были верны. Я просто отказывалась верить, боялась. Но теперь мне не сбежать ни от правды, ни от себя самой.

- Юль, посмотри на меня. - Оля отвернула меня от окна и заставила взглянуть ей в глаза. - Если он так поступил, то он уж точно не стоит твоих слез. И еще. Хорошо, что ты сейчас узнала, до... Ну, ты сама понимаешь. Хорошо. Правда, хорошо. Все что не делается.

Я кивала, со всем соглашаясь, но по правде говоря, от слов легче не становилась. Всхлипнув, разревелась, пряча лицо в ладони.

Олечка тяжело вздохнула и протянула мне шампанское. Я с каким -то яростным отчаянием вырвала бутылку и начала пить прямо из горла. Но и алкоголь, черт возьми, не притуплял боль.

- Сволочь! - заорала я.

- Еще какая! - поддержала Оля. - Покричи, легче станет.

Я выкрикивала все ругательства, которые знала, пока не зазвонил мой телефон. Точнее, он был Олин, потому что поменяться мы не успели. Но номер я узнала. И вновь разрыдалась.

Ему еще хватило наглости перезванивать сразу после того, как его язык был во рту у другой. заразы.

- Они еще там, - произнесла подруга и выхватила мой телефон. Она жестом показала мне молчать и нажала на вызов.

Я застыла, прилипнув к окну.

- Жень, привет, это Оля, - беззаботно произнесла подруга, положив руку на мое плечо.

Я видела, как он отошел от Даши на несколько шагов и махнул ей рукой. С таким пренебрежением, мол, чего стоишь, проваливай. Признаться, что от этого мне слегка полегчало. Пускай она поимела моего парня, но любви от него так и не добилась. Пуская он целовал ее где -то в грязной подворотне, как какую-то шлюху, но она так и не получила от него нежного и ласкового взгляда, который он дарил мне. Пускай я проиграла, но и Даша не выиграла.

- А Юля сейчас в ванной, готовится к вечеринке, - щебетала Оля. - Она звонила тебе пару раз, но ты не брал трубку. Был занят? - После короткой паузы, она протянула. - А, учился. Ну, ясно все с тобой.

Затем Оля прикрыла трубку и кивнула мне с явным вопросом - слать его или нет?

Я не могла устраивать разборки прямо сейчас. Не хотела выслушивать его оправдания. И все еще боялась услышать холодное «Это конец».

Прекрасный вечер превратился в ночной кошмар. Я покачала головой, и Оля холодно попрощалась с Женей.

- Я могла бы ему сказать пару ласковых, но ты должна сделать это сама, - тихо произнесла она. И была полностью права. Я знала, что все кончено, просто не была к этому готова прямо сейчас.

- Тебе нужно отвлечься, Юль. Мы не будем менять наши планы из-за какого-то кретина, поняла? Так что, иди собирайся, и мы едем в клуб.

- Оль, да ты что, - заныла я. - Какой клуб? Я сдохнуть хочу.

- С ума сошла? Из-за него подыхать? Ну парень, ну смазливая мордаха да подвешенный язык. Ну поцеловались, за ручку походили. И? Отпусти ты его. У тебя таких еще, знаешь, сколько будет?

- Я не хочу нико-о-о-ого!

Оля забрала мои руки от лица и крепко сжала ладони. Подруга была настроена решительно.

- Так! Юля! Ты мне не балуйся. Я, конечно, могу сейчас уйти и оставить тебя наедине со своим горем. Порыдаешь в подушку, а потом что? Бессонная ночь в одиночестве? Когда я говорила о запоминающемся дне рождения, я не это имела в виду.

- Я не хочу, чтобы ты уходила. Но мне сейчас не до веселья, - пробормотала я и снова шмыгнула носом.

- А мне что же, на твое опухшее лицо смотреть весь вечер? Нет, милая. Давай так - я думаю, а ты пьешь.

Я невольно хмыкнула, а Оля самым строгим тоном заверила:

- Клянусь, я буду думать очень хорошо. И сразу за двоих!

И вот тогда я улыбнулась по-настоящему.

- Не думать, говоришь? Наверное, это именно то, что мне сейчас нужно. 

Глава 11

 Сказав это, я допила последний глоток шампанского и встала. Мир вокруг шатался, но с другой стороны, он и так всегда был шатким.

Подруга повела нас в спальню, достала из шкафа мое самое любимое красное платье с огромным вырезом на груди и спине, со шлейфом до пола и разрезом на бедре. Это была моя первая покупка, когда я приехала в столицу. Оля сказала, что я просто обязана его купить, так как оно было сшито специально для меня.

Мы не стали заморачиваться с макияжем, потому что ровные стрелки при всем желании, ни я, ни она не смогли бы вырисовать - руки дрожали. У Оли платье было немного поскромнее, черное, но очень короткое. Мы кое-как вывели губы алым блеском, надели каблуки и, укутавшись в куртки, которые вовсе не подходили к нарядам (но нам было плевать), отправились на улицу.

- А как мы добираться будем? Ты такси вызвала? - уточнила я.

- Неа! Я телефоны не брала, чтобы никто нас не тревожил. И перестань думать, в конце концов.

Я хмыкнула, отметив про себя, что мне все лучше удавалось следовать советам Оли. Это не так уж и сложно. Оказалось достаточно чувства предвкушения чего-то неизведанного, чтобы затмить боль предательства.

Оля толкнула ногой дверь парадного, и нас обдало прохладным ветром.

- Сейчас зайдем в магазин, купим еще шампанского, - объявила план действий подружка.

Она держала меня под руку, так как меня слегка пошатывало. Ее, впрочем, тоже. Мы сделали пару шагов, и я остановилась, увидев у подъезда знакомый черный седан.

- Оппа! - выдала я. Это была знакомая реакция - оцепенение.

От того, что я резко остановилась, Оля чуть не упала и потянула меня за собой. Алкоголь действовал, мне вдруг стало смешно, стоило представить, как мы вдвоем выглядели перед Димой. Хорошо, что все же удалось устоять и не опозориться окончательно. Стоп! А что он здесь вообще делает?

Вот только не Рогозин вышел из машины, а Сеня. Парень улыбался, держа в руках букет из пяти красный роз.

- С Днем рождения, Юлия Алексеевна, - торжественно произнес он.

Оля дернула меня за локоть и повела вперед.

- Спасибо, - робко ответила я, принимая цветы.

- Привет! Я Оля! Мозг именинницы на эту ночь.

Сеня рассмеялся и открыл для нас дверцу пассажирского сидения.

- Очень приятно. Дорогие дамы, прошу.

- Ты его вообще знаешь? - шепнула на ухо Ольга, да только очень громко, и Сеня все прекрасно слышал. Парню моя подруга явно пришлась по вкусу.

- Водитель Рогозина, - так же громко шепнула я.

- О-о-о, - протянула подруга. - Тогда едем.

- Ты что...

- Цыц! Я думаю. Ты пьешь. - И уже громче для Арсения: - А шампанское у вас, молодой и очень симпатичный человек, есть?

- Нету! Но эту досадную оплошность мы мигом исправим, - затараторил водитель. А потом подмигнул мне и добавил: - Это подарок от дяди Димы. Машина в вашем полном распоряжении на всю ночь. Куда изволите, прекрасные дамы?

- Изволим кутить и шалить, а вот куда, это вы и сами знаете, - игриво сказала Оля и нырнула в машину первой. А мне хоть и было приказано не думать, но я не могла так просто отпустить ситуацию.

- Как он узнал, где я живу?

- Он не знал, - ответил Сеня. - Я днем приехал, увидел, что ты вещи туда-сюда носишь. Проследил за тобой. Решил здесь подождать.

- А если бы я не вышла? - я задала следующий вопрос, прищурив глаза.

- Ну, я бы до часу ночи подождал и уехал.

- А если откажусь?

- Юль! - Сеня хмыкнул. - И кому ты хуже сделаешь? Ты что мне не доверяешь свою безопасность? То есть, я хуже какого-то ушлого таксиста или незнакомого попутчика?

- Никитина! - позвала Оля. По ее строгому тону я поняла, что эту битву проиграла.

Но прежде чем садиться, я все же не сдержалась от еще одного вопроса.

- А он в клубе?

Сеня пожал плечами.

- Не знаю. Сама проверишь.

«Не думай», - уговаривала я себя. - «Позволь себе насладиться этой ночью».

Я так и делала. Первые несколько минут, а потом увидела Женю, когда мы проезжали мимо общежития. Он хмурился, держа у уха телефон. Наверняка не мог мне дозвониться, а может быть, вообще обо мне не думал, и болтал с очередной девицей.

Как он мог? Все это время, я ведь знала. Так и знала!

Грудь сжало, словно в тисках, и я издала всхлип.

- О нет, - застонала Оля. - Только не надо. Юль, ну ты что?

- Что случилось? - обеспокоенно спросил Сеня.

- Топливо закончилось. Срочно нужен алкоголь! - шутливо ответила подруга, но я все же чувствовала исходящее от нее беспокойство, когда она поглаживала меня по плечу. - Так бывает, парень оказался идиотом. Не ты первая, не ты последняя.

Сеня резко дал по тормозам и остановил машину у супермаркета. А еще через несколько минут у нас была бутылка вкуснейшего шампанского. На предложение вернуть деньги, парень только рассмеялся, а Оля и вовсе толкнула меня локтем и шикнула.

- Юль, ну хочешь, я ему по морде надаю? - спросил добренький Сеня.

- Если честно, то хочу, - призналась я.

- Все! Сказано - сделано, - заверил меня водитель. Я, конечно, опомнилась через какое -то время, сказала, что пошутила, но что-то мне подсказывало, что он принял все всерьез.

Дорога пролетела быстро. Громкая музыка и радостные возгласы Оли заглушали мысли. И я в самом деле расслабилась. Возможно, дело в шампанском, а может в том, что я тайно желала увидеть того мужчину, с которым невольно сравнивала своего парня весь прошедший месяц. Казалось, я отныне всех буду с ним сравнивать.

У входа собралась толпа. Яркая вывеска помигивала в темноте пятничного вечера, и отовсюду доносился запах табака. Мы, наверное, простояли бы минут двадцать, чтобы пробраться внутрь, но у нас был прекрасный сопровождающий.

- У нее сегодня день рождения, и ее зовут Юля, - объявил он охране. Двое амбалов строго осмотрели нас с Олей, коротко кивнули и поставили ультрафиолетовые печатки на наши запястья. На моей руке их оказалось две - одна с названием клуба, а другая с надписью «ULTRAVIP».

- Итак, я не только твой мозг, но и твой хвост! - крикнула на ухо подруга, как только мы избавились от своих мешковатых курток.

Клуб был огромен и оформлен очень стильно. Мне казалось, я попала на космический корабль, всюду была холодная голубая подсветка, стекло и сталь. Здесь было два этажа, второй напоминал балкон с обозрением танцпола в центре первого. А барных островков я насчитала целых пять. И мы направились к самому пустому из них. Стоило мне показать печатку, и одетый в жилетку и бабочку бармен заколотил в звон, висящий над его островком. Музыка слегка стихла. У него также был микрофон, в который он огласил:

- У нас здесь особы гость! Обворожительная девушка в красном. Дай угадаю, тебя зовут Юля?

Он широко улыбнулся и подсунул мне микрофон.

- Вау! Да у тебя сверхспособности! - сострила я слегка заплетающимся языком.

знаю, сколько еще алкоголя способен переварить мой организм, но если я буду поглощать его в таком темпе, то до утра не доживу!

- Тогда для тебя подарок от заведения! - заявил бармен и устроил настоящее шоу с участием бутылок, стаканов, огоньков и даже бенгальских огней. Теперь вокруг нашего островка собрался едва ли не весь народ. Я не представляла, который был час, но судя по всему, большая часть посетителей еще не явилась.

Допивая свой коктейль, я неторопливо осматривалась. И заметила, что на втором этаже, прямо напротив сцены с диджеем находилось застекленное помещение. Там было темно, но мне казалось, именно в таком месте мог сидеть Дима. Чтобы наблюдать.

- Дядю Диму видно? - спросила Оля.

Ее интерес к нему поначалу не сильно меня задевал. Но за этот вечер она упомянула о нем уже раз десять. В самом деле, не думает же она, что сможет... Что она вообще себе думает?

- Нет, - ответила я. И, собственно, не солгала. - Не видно.

- Тогда пошли танцевать!

Она потянула меня за руку в самый центр, и это было потрясающе. Я потерялась в толпе, растворилась в музыке и движениях собственного тела. Без мыслей, без боли, без надежд. Только этот момент маленького удовольствия. Для меня.

- Еще пару коктейлей, и ты будешь готова к своему подарку! - перекрикнула музыку Оля.

Она с утра дразнила меня сюрпризом, который я «не забуду никогда в жизни». Но вспомню ли я хоть что -нибудь к утру? Вот в чем вопрос!

Я потеряла счет времени, доводя себя до физического истощения безудержными танцами. Оля все подносила мне коктейли, какие-то парни время от времени подходили знакомиться, но я то и дело поглядывала в сторону затемненного стекла. Был ли он там сейчас? Наблюдал ли за мной? Это алкоголь или я сошла с ума и в самом деле думала о дяде Диме непозволительно часто.

Расхохоталась от собственных мыслей. Боже, как глупо все еще мысленно звать его так, после того, что он делал со мной на заднем сидении машины. Я сама загнала себя в рамки, но этой ночью, казалось, все стены вокруг меня пали. Мне просто стало все равно, я ушла в отрыв в попытках приглушить боль. Женя был тем, кому я хотела доверить тело, сердце и душу. Я подарила ему себя, буквально преподнесла на блюдечке в золотой каемочке, а он променял меня на протухшую селедку. Возможно, я мало пожила, но большего разочарования в моей жизни не было. Но права Олечка, все к лучшему. Сейчас больно, но трудно представить, насколько сломленной я бы оказалась после первой моей ночи с Женей. Это был бы запрещенный удар ниже пояса.

А может быть во всем моя вина? Почему я думала, что общая проблема нас сплотит? Как бы все сложилось, не получи я помощи от Рогозина? Я пыталась представить Женю рядом, защищающего меня от бандитов, но так и не смогла. А после зачем-то примеряла эту роль на Диму. Как бы он поступил на месте моего парня?

Нужно прекращать их сравнивать. Я даже толком не понимала, зачем я этим занималась и какие из этого можно сделать выводы.

- Пора! - завизжала Оля мне на ухо, и потащила за руку к сцене, где находился диджей. Музыка стихла, и ведущий обратился к публике.

Он произнес громкое приветствие, напомнил, что сегодня важное событие - открытие клуба и, наконец, перешел к главной части. Ею оказалось представление особого рода для некой важной гостьи заведения по имени Юлия. Стриптиз.

Сказать, что я была потрясена, ничего не сказать. И в то время, как подруга подталкивала меня к сцене, я кричала, что наверняка не одна единственная Юля в этом клубе. Я очень на это надеялась, но Оля была непреклонна.

- Это тебе, дурашка! Подарок от меня!

Она, наконец, вытолкала меня на сцену, и я прищурилась от десятков огней, направленных на меня. Людей было так много, что они превратились в одну огромную серую массу. Мой взгляд то и дело блуждал по лицам незнакомцев, пока не остановился на одном.

- Дима, - шепнула я, и как раз в тот момент, когда ведущий поднес микрофон к моим губам. Он задал какой -то вопрос, но я пропустила его мимо ушей.

- Уверена? Ты не похожа на Диму. Но если так, то ты самый симпатичный Дима, которого я когда -либо встречал!

Зал взорвался хохотом, но виновник безобразия был серьезен, как всегда. Он стоял на балконе второго этаже около застекленной зоны и опирался о поручни.

Я подумала, он показался мне, потому что хотел, чтобы я его заметила. Что ж. Игра в гляделки началась.

- Я знаю, что у этой обворожительной девушки сегодня день рождения! - воскликнул ведущий.

Он слегка подтолкнул меня назад, и я упала прямо на мягкий стул.

- И сколько же тебе исполнилось, Димочка, если не секрет?

- Восемнадцать, - робко ответила я. Мои щеки горели, но, к черту, я горела вся от танцев и алкоголя. А еще обжигающего взгляда, направленного исключительно на меня.

- О! Ну, это прекрасный возраст! Ты уже совсем взрослая, и можешь делать страшные -страшные вещи!

Слова ведущего почему позабавили Рогозина. И его губы слегка дрогнули в намеке на улыбку. Правда, его взгляд стал каким-то пугающе хищным.

Когда ведущий смолк, свет вокруг погас, а затем зажегся всего один прожектор, освещая лишь меня, сидящую на стуле.

- Начинаем совращение этой красотки! - завопил ведущий, после чего начала играть медленная, соблазнительная музыка.

И хотя зал бурлил радостными возгласами, а Оля кричала громче всех, на мгновение все вокруг для меня погрузилось в тишину.

Я удерживала зрительный контакт с мужчиной, которого по каким -то необъяснимым причинам страшно боялась, даже после того, как провела с ним время и узнала его довольно близко. А возможно, я боялась ощущений, которые он во мне вызывал? Он был запретным, позорным, но от того не менее сладким и желанным плодом. Чем дольше я смотрела в наполненные похотью глаза владельца клуба, тем больше осознавала, что мысль о близости с ним меня будоражила до дрожи, до бешено колотящегося сердца, до сбитого дыхания.

А затем прямо перед моим лицом показалась чья -то голая мускулистая задница, и я вскрикнула от неожиданности, едва не упав со стула. А когда метнула взгляд обратно на Диму, он хохотал вовсю.

Ну и что, что появление стриптизера на сцене я прозевала? Зато теперь я была раздражена и могла себе позволить подразнить Рогозина. Почему бы и нет? 

Глава 12

 Первую минуту своего танца мускулистый и излишне измазанный маслом стриптизер уделил публике. Мне же досталась роль ближайшей зрительницы. Он выступал в роли полисмена, а когда его форма была на полу, а в руках покачивались наручники с розовым пушком, он занялся мною.

Уж тогда я ушла в отрыв. Стыд? Ох, нет, он куда -то пропал. Алкоголь в сочетании с развратным платьем, отсутствием мыслей и присутствием маленьких чертиков сделали свое дело, и вот мои ноги уже широко расставлены, а руки подняты над головой и скованы наручниками.

- С Днем рождения, - соблазнительно шепнул стриптизер на ухо, когда его руки скользили вдоль моей груди. Я загнала подальше тревогу о том, что он мог оставить пятна на моем безупречном платье. Выгнув спину ему навстречу, взглянула одним глазком на Диму. Теперь он сложил руки на груди и смотрел на меня убийственным взглядом, как папашка смотрит на нашкодившее чадо. Я рассмеялась ему в лицо. Мне до какого -то безумия нравилась его реакция. Наверное, тогда я толком и не понимала, что дразнила огнедышащего дракона в его же логове. И о чем я точно не думала, когда накаченный стриптизер упал к моим ногам и начал облизывать мою ногу до самого бедра, где кончался разрез платья, так это о последствиях.

Я охнула и закинула голову назад, чувствуя горячее дыхание на своем теле. И да, я представляла отнюдь не рот и руки незнакомца. Всего на секундочку вспомнила о Жене и почувствовала укол боли и тоски. Но стоило опять поймать темный взгляд Рогозина, как все тревоги отступили. Он не просто злился или банально ревновал меня к стриптизеру. Нет, казалось, его вообще не смущало его наличие. Взгляд Димы излучал власть, уверенность в себе и еще обещание чего-то порочного и, возможно, грязного для меня. Могла ли я все это понять по выражению его лица, или же опять принимала желанное за действительное? Я была пьяна, но не слепа.

- Хочешь узнать, насколько я тверд для тебя? - шепнул брюнет на ухо, оказавшись за моей спиной. В одно мгновение я еще сидела на стуле, а в следующее уже оказалось лежащей на нем. Он потянул меня за руки и закружил, после чего уселся на стул сам, а меня положил поверх его колен попкой вверх. Кое-что действительно упиралось мне в живот, пока теплые ладони мяли мои ягодицы.

Публика была в восторге. Подняла взгляд на Диму. Он, похоже, тоже. Опять его губы изогнулись в намеке на улыбку. Одной мне казалось, что мир перевернулся вверх тормашками, и чувство это было, мягко говоря, не лучшее.

- Ой - пикнула я, когда мое мягкое полушарие несильно шлепнули.

Чему я действительно обрадовалась, так это смене позиции. И вскоре я благополучно вернулась на свой стул, а мои руки были освобождены. Если честно, я была бы счастлива убраться со сцены прямо в тот момент, но у парня была своя программа. И теперь его задница опять оказалась на уровне моего лица. Раздражение. Нетерпение. Вот, что я испытывала. А потом он перехватил мои ладони и положил их на свой жирный от масла пресс. Отвращение. Кто вообще сказал, что стриптиз - это приятно? Чужой грязный мужик дразнит и лапает тебя, а потом просто уходит, забрав с собой твою репутацию и наличку.

- Воу-воу-воу! - закричал ведущий, когда мои руки не по собственной воле почти заползли в трусы стриптизеру. -Как же горя-я-ячо!

Неожиданно свет на сцене погас, и прожекторы направили на бар. Это было странно, учитывая то, что толпа ждала именно того, что мои пальчики достигнут пункта «Ч».

Я даже почувствовала, как напрягся стриптизер, а затем и вовсе что -то выкрикнул. Но ведущий так кричал в микрофон, зазывая публику посмотреть шоу бармена, что его просто не услышали. Из -за кулис выглянула симпатичная официантка и поманила пальцем моего, пока что, стриптизера. Он шепнул мне «Никуда не уходи», и направился к ней.

И только парень исчез с виду, бармен закончил приготовление нежно-розового коктейля с огромной бенгальской свечей, а на сцене вновь появился свет, освещая всю растерянную и разгоряченную меня.

С Днем рождения, Юлия! - проорал ведущий. - Это все для тебя!

Что-то грохнуло, и с потолка посыпались миллионы блестяшек, укрывая меня и толпу. Люди взвыли в радостном возгласе, заиграла праздничная песня имениннику. Я только охала, глядя на все это великолепие, пока опять не посмотрела на место, где стоял Дима. О, теперь он улыбался. Так, будто счастливее он быть не мог. А затем указал пальцем вправо, и, проследив за его взглядом, я увидела, что две девушки официантки несут ко мне огромный торт в три яруса с зажженными свечами.

Я. Была. В шоке.

Словно все это происходило не со мной. Я даже немножко протрезвела!

- Загадай желание и зажги свечи! - напутствовал ведущий, когда восемнадцать огромных свечей оказались напротив моего лица. Девушкам пришлось наклониться - настолько огромным был торт. Думаю, я могла бы угостить им всех присутствующих. Но больше всего мне хотелось самолично отнести кусочек в застекленную зону на балконе второго этажа.

Подняв глаза на Рогозина, я подумала, что бы мне хотелось больше всего на свете. Я хотела пожелать что -то только для себя в эту ночь, и чтобы желание сбылось. Миллион долларов? Никогда не разочаровываться? Быть счастливой? Да. Наверное, последнее. Просто быть счастливой, наслаждаться каждым днем, любить жизнь, себя, родителей и, наверное, больше никого. Никогда не зависеть от чувств, которые однажды могут разбить сердце вдребезги.

Закрыв глаза, я задула свечи, и отовсюду раздались радостные крики. Улыбнувшись, я ткнула палец в крем и облизнула.

- Очень вкусно, - произнесла я в микрофон ведущего. - Спасибо, дядя Дима!

Многие проследили за моим взглядом и уставились на балкон, где стоял мужчина. Вот только мало кто понимал, почему его лицо было перекошено от ярости. А я? О да, я понимала! Ему все же очень не нравилось, когда я так его звала.

Что-то пробормотав, Рогозин быстро скрылся от посторонних глаз в своем застекленном логове.

Я же попросила ведущего разрезать торт для всех, а самую верхушку оставить для меня. Диджей вновь запустил музыку, но теперь в воздухе ощущался дух праздника и настоящего веселья. Официантки за кулисами вручили мне тарелку с лакомством, а одна из них указала рукой на второй этаж и крикнула на ухо:

- Лестница напротив бара!

Она произнесла это так, будто было очевидно, куда я собралась нести этот торт. А возможно, девушка просто направляла меня, следуя чьим-то указаниям. Не зря же на ее ухе висел микрофон.

Я перестала рассуждать, когда на моем пути возник тот самый симпатичный брюнет-стриптизер. На нем до сих пор были его блестящие синие трусы, и только.

- Привет! Еще раз с Днем рождения! - выкрикнул он.

- Спасибо! - ответила я, желая провалиться под землю. Почему-то именно сейчас мой стыд решил проснуться. Он все смотрел на меня, раздевая взглядом, и улыбался до ушей.

- Мне нужно выпить! - решила я.

- Я угощаю! - не растерялся парень.

- У меня здесь все бесплатно, - похвасталась я. А еще я собралась сказать, что меня ждала подруга, которую я еще не успела поблагодарить за незабываемы подарок, как стриптизер окунул палец в мой торт и, точно так же, как я чуть ранее, облизал свой палец. Смотрел он при этом исключительно мне в глаза. Вот тогда улыбка медленно сползла с моего лица, и я по-настоящему разозлилась.

- Не знаю, где любят бывать эти пальцы, но в моем торте им точно не место! - заорала я на все еще улыбающегося нахала.

Я толкнула его плечом и прошла мимо, как вдогонку мне послышалось:

- Если захочешь приват, только скажи, пантерка!

- Угу, уже бегу, - ворчала я весь путь до Оли. Она сидела у бара и выслеживала меня взглядом.

- Юлька! - выкрикнула она. - Ты - это нечто! Какой был жаркий танец. Я только одного не поняла. Они зачем остановили представление на самом интересном месте? Я вот сейчас как раз собралась идти разбираться.

Она залила в себя остатки коктейля и схватила меня за руку.

- Куда? Погоди! Оль!

- Так, и где мое «спасибо»? - спросила на ходу подружка.

- Спасибо! - заорала я. - Ты была права. Такой день рождения я при всем желании не забуду!

- Милая, это только начало ночи, - пообещала Оля и потянула меня по лестнице вверх. Я из всех сил старалась не упасть и не выронить торт, все мое внимание было сконцентрировано на тарелке.

А когда мы, наконец, остановились, то оказались у стеклянной двери. Это было то самое убежище, за которым скрывался Рогозин, и куда я намеревалась заглянуть. Одного я не понимала, почему со мной пошла Оля?

- Э...

Она постучала и вошла до того, как я успела ее остановить.

- Вечер добрый! А жаловаться у вас? - беспардонно спросила подруга. Я же осталась стоять за ее спиной с округленными от шока глазами. Как она могла вот так просто зайти к Рогозину, да еще и говорить с ним в таком тоне? В то время как я. Не могла вымолвить и слова.

- Добрый, - холодно ответил Дима.

Он сидел в кресле мрачного помещения и пил виски. Галстук отсутствовал, а рубашка была соблазнительно расстегнута, обнажая шею и кусочек груди. Он окинул мою подругу с ног до головы сканирующим взглядом, и Оля попятилась, словно только сейчас поняла, что учудила. Она всегда была более раскрепощенной, а еще она была пьяна. Но даже это не оправдывало ее поведение, черт возьми.

Взглянув на меня, Дима спросил:

- С тобой?

Я робко кивнула.

- Я мозг именинницы на сегодня, - вставила подруга и расхихикалась. Но Рогозин даже не ухмыльнулся. - Я Оля.

- Где твой телефон? - спросил он меня, полностью игнорируя ее. Он поставил бокал на стол и встал, надвигаясь ко мне. Я все еще стояла, словно статуя, с тарелкой в руках, следя за каждым движением мужчины. Он слегка отодвинул Олю со своего пути, подошел ко мне и наклонился к уху.

- С Днем рождения, Юля, - шепнул Дима. Ему хватило всего пару слов, чтобы запустить бег сотни мурашек по моему телу. И тут же, с нотками обвинения он добавил: - Дозвониться не могу весь вечер.

- Она телефон потеряла, - вставила Оля и, выглянув из-за плеча Димы, подмигнула.

Смысл сказанного достиг моего расплавленного мозга не сразу, потому я вообще не прокомментировала. Ровно как и не ответила на вопрос Димы. А все из-за дурманящего аромата, который от него исходил и пьянил не хуже алкоголя. Я растеряла мысли и слова, которые собиралась сказать.

- Не суть, ты и сама пришла, - произнес Рогозин. Мой взгляд блуждал по его губам, гладковыбритым щекам и шее, но я чувствовала пристальный взгляд, просящий встретиться с ним.

- Спасибо за... блесточки, - выдавила я из себя и все же решилась посмотреть мужчине в глаза. Это было опасно. Вероятно Дима имел способность превращать меня в желеподобную субстанцию. А еще вероятно, что он знал какой-то страшный секрет, как заставить меня бояться и хотеть его одновременно. Один взгляд. Один чертов взгляд. И его губы снова так явно ощущаются на моих. Словно он заклеймил меня тем злосчастным поцелуем навсегда. И как будто прочитав мои мысли, Рогозин ухмыльнулся. Так хищно и хитро одновременно, что от этой улыбочки я плавилась еще больше.

- Рад, что тебе понравилось шоу. Правда, этого клоуна в моей программе не было.

- Стриптизер! - воскликнула Оля. Я и забыла о ее присутствии. Дима так загородил ее собой, что я почувствовала себя в неком уютном маленьком пространстве. Уютно рядом с дядей Димой... Кто бы мог подумать.

- И он, между прочим, не закончил шоу, за которое ему заплатили, - продолжила подруга, желая привлечь к себе внимание. Я послала ей предупреждающий взгляд, но она его проигнорировала. - Это я его наняла, администратор клуба дал добро. Я просто хотела, чтобы моя подруга запомнила свое восемнадцатилетие.

Дима, все еще стоявший к ней спиной, улыбнулся еще шире.

- Она его запомнит, - произнес он. И тон его не терпел препирательств. На этот раз даже Оля замолчала. Только округлила глаза до размеров блюдец! Я так и слышала ее мысли: "Значит ли это, что меня ждет еще больше сюрпризов?"

- Для твоих друзей заказан столик. Бар и суши-меню за счет заведения. - С этими словами Дима повернулся к Оле, и на ее лице вмиг расплылась сексуальная улыбка. Обычно она использовала ее, когда хотела кого -то подцепить. И мне, черт возьми, это не понравилось. Такой мужчина, как Рогозин, ей не по зубам.

"А тебе?"

Ну, я хотя бы не пыталась его клеить. Это было бы так глупо с моей стороны. Тем более сейчас, когда я только несколько часов назад узнала о предательстве.

"А что если Дима влюбится в Олю? Она тоже красива и, похоже, на все согласна".

От этой мысли меня передернуло, и я едва не выронила торт.

"Тебе все равно!"

- Ни в чем себе не отказывай, - произнес Рогозин, после чего открыл дверь и жестом указал Ольге на выход.

"Ты не должна так этому радоваться!"

Поняв, что ее выгоняют, подруга охнула и послала мне вопросительный взгляд.

- Я свою подругу не оставлю. Как же она без своего мозга ?

- Он ей не нужен, пока она со мной, - спокойно ответил Дима. Но все же в его голосе слышалась сталь. - А тебе не помешает, раз намеков не понимаешь.

Я не могла поверить, что он сказа что-то настолько грубое. Оля заметно сдулась, в ее глазах плескалась обида, когда она буквально выбежала из комнаты. Я ее позвала, но Дима преградил мне путь и резко захлопнул дверь.

- Зачем ты так? - возмутилась я.

- Затем, что не надо было ее приводить. Или тебе для общения со мной нужна группа поддержки?

- Для общения с тобой мне нужно выпить, - съязвила я. И Дима улыбнулся. Я сделала то же самое.

- Сегодня твой день, - мягко произнес он и подошел к столику в центре комнаты, чтобы налить мне выпивки. Здесь были мягкие диваны, кресло, бильярд и даже шест. Но, несомненно, самым любопытным было панорамное окно, с которого открывался прекрасный вид на сцену и танцпол. Там же я заметила подругу.

Похоже, она зря времени не теряла, и уже вовсю флиртовала со стриптизером.

Пока я наблюдала за ней, что-то мягкое упало на мои плечи, и аромат парфюма ударил в нос. Какой же он все же крышесносный.

Так и хочется закрыть глаза и сделать глубокий вдох.

- Подарок, - шепнул на ухо Дима.

Осмотрев себя, я поняла, что одета в шубу. Норковую, мягкую, белоснежную, безумно дорогую, судя по длине почти до колен.

Я охнула и обернулась.

- Я не могу принять, - шепнула и застыла на последнем слове.

Рогозин положил руки на стекла по обе стороны от моей головы и смотрел на меня столь жарким обжигающим взглядом, что у меня возникла лишь одна мысль.

"Поцелуй".

Это было выше меня. Какая-то безумная потребность, бесконтрольный порыв, сжигающая нужда. Потому когда Дима без всяких прелюдий и предупреждений напал на мои губы, я не стала сопротивляться, а отвечала ему со всей страстью, которая кипела в моих венах в его присутствии.

Я ненавидела его за это так чертовски сильно. 

Глава 13

 Он отстранился первым, пытаясь урегулировать дыхание. Мне же хотелось застонать от того, насколько позорно быстро я сдалась, и что хотела продолжения. Мне было мало каких -то нескольких минут.

- Сегодня твой день, - повторил он. Но фраза казалась незавершенной. Поймав мой взгляд, Дима еще несколько секунд смотрел в мои глаза, и только Дьявол знал, о чем он думал. - Но ночь... Вся моя.

Я втянула воздух, прекрасно понимая, о чем речь. Но прежде чем я начла отрицать и просить отпустить меня, мужчина положил свою руку на мое бедро и проник ладонью под платье, крепко сжимая мою ягодицу. Я приглушенно застонала и посмотрела на него с некой мольбой. Ведь он знал, что мы не должны.

«Оттолкни меня, заставь уйти».

Но нет. Ни он, ни я этого не хотели.

- Я пьяна, - прошептала я, пытаясь найти себе оправдание. - Ты слишком взрослый для меня. Это неправильно.

В ответ Дима перехватил мою ладошку и положил ее себе на пах. Я застонала вновь, стоило в полной мере ощутить его налитую желанием плоть.

- Боже.

- Его нет, Юляша. Но есть я. И этой ночью я буду в тебе.

Он шептал мне что-то крайне противоречивое и даже грязное. Но каждое слово отдавало новой волной дрожи по телу. Последние доводы разумы стихли, и остались лишь чистые инстинкты и язык тела. Дима знал, на какие точки нажать, чтобы я горела. Он был безжалостен со мной.

- Признай, что ты хочешь меня. - Он проник в мои трусики, и я пискнула, как только почувствовала обнаженной кожей его горячие пальцы. - Скажи это, - потребовал он.

Я не могла. Я просто покачала головой. Но его наглый палец заскользил по моим складочкам, и я вскрикнула от нахлынувших безумных ощущений.

- Да, - простонала я. Это был мой крах, моя капитуляция. Мое падение в ад. И я собиралась идти до конца. - Я хочу тебя.

Я предпочла не акцентировать внимание на победных огоньках, которыми зажглись глаза мужчины. Я чувствовала себя такой идиоткой. Кто я для него? Очередная игрушка? Он ведь просто забавляется. Но с другой стороны. Почему я не могу сделать то же самое? Пускай это самообман, всего минутная слабость. Но почему бы мне не отметить вступение во взрослую жизнь первым сексом? И если уж выбирать между Женей и Ди мой, я предпочту настоящего мужчину, от которого у меня мурашки по коже.

Он вытащил свою руку из моих трусиков и поднес влагу к моим губам. Я почувствовала вкус своего возбуждения, а в следующую секунду Дима со стоном его слизал, терзая меня новым поцелуем.

Затем он так резко отстранился, что кожу обдало холодом. Шуба давно скатилась с моих плеч и лежала у ног, а я прижималась спиной к стеклу и дышала так, словно пробежала марафон.

Дима пятился от меня шаг за шагом, я с жадностью наблюдала за всем великолепием его тела, за упругими мышцами груди, за недвусмысленной выпуклостью на брюках. Только лишь смотреть на него доставляло удовольствие.

- А где Надя? - зачем-то выпалила я. Мозг и правда не работал.

Рогозин лишь тихо рассмеялся и покачал головой. А затем упал на кожаный диван и поманил меня пальчиком. Я пошла сразу же, будто только этого и ждала.

- Я понятия не имею, - произнес он. Как только я подошла, его палец пополз по моему обнаженному бедру, пока не добрался до резинки трусиков. Смотря мне в глаза снизу вверх, Дима продолжил: - Но даже если попросишь, я ее к нам не позову. Потому что делить тебя я не намерен ни с кем. Усекла?

Я осталась без нижнего белья. И я, черт возьми, совсем не понимала, на что подписалась.

Подняв мою ногу, он поставил ее на диван и приподнял платье. Теперь мое самое сокровенное место было выставлено ему на обозрение, и я не могла подавить желание спрятаться от него, укрыться от этого жадного взгляда.

Но разве он позволил бы мне? Он укусил мою руку, когда я потянулась к платью, а затем его губы оказались на внутренней части моего бедра, и я едва не упала. Ноги и правда уже не держали от переизбытка эйфории.

Дима поймал меня, когда я начала заваливаться на него, и усадил на себя. Я была так чувствительна, что едва не получила оргазм, просто сидя на его эрекции, которая так явственно чувствовалась сквозь шершавую ткань его брюк.

Наши губы нашли друг друга, и мы снова утонули в безудержном похотливом поцелуе. Это было сродни безумию.

- Юль, - шептал Дима между перерывами. Его руки ласкали мои плечи, и лямки платья поползли вниз. Теперь оно собралась комом на моей талии. А я осталась практически обнаженной. Вот только Дима был полностью одет. Я потянулась к пуговкам его рубашки, но он перехватил мои руки. - У меня был план. Я хотел отвезти тебя домой. Но... Не смогу.

О нет, он не просил прощения и не пытался оправдаться. Рогозин, скорее, звучал удивленно. Будто сам не верил, что я могла свести его с ума.

Коварно улыбнулась. Мне до чертиков нравилась реакция его тела. Но все же, я понятия не имела, что делать дальше. Мне и не нужно было, мы оба знали, кто вел в этой игре.

- Руки вверх, - отдал приказ Дима. Я повиновалась, а еще через мгновение мое платье спорхнуло с тела прямо с нарядным бюстье.

Оказавшись абсолютно голой, я вздрогнула. Дима осматривал меня из-под полуопущенных век, а затем грязно выругался. Мне казалось, в следующую минуту он буквально помешался на моей груди. Природа щедро одарила меня в этом месте, чем прямо сейчас я была несказанно рада. Он всосал сосок и слегка прикусил его, отчего я выгнула спину, ухватившись за короткий ежик его волос. Дима отстранился от меня и засуетился. Никогда прежде я не видела его таким быстрым. Обычно каждое его движение было продуманным, ленивым. Но сейчас он достал из нагрудного кармана презерватив, расстегнул молнию брюк, и я опять густо покраснела. Его природа тоже отлюбила по полной. Я хихикнула своим мыслям. Крутой мужчина, с кучей бабок и огромным членом. Разве такое возможно? Я думала, хоть с чем-то у него не должно было сложиться, но нет.

Я наблюдала за процессом «обезопасования» с огромным любопытством, но долго это не продлилось. Дима впился в мое бедро одной рукой и придвинул ближе. Мы смотрели дург другу в глаза, когда я ощутила твердую головку напротив своего входа. Я боялась момента боли. И хотя Дима ничего не говорил, в его глазах плескалось желание и... нежность.

Он на секундочку закрыл глаза, гулко выдохнул, а затем прижался к моим губам и в ту же секунду насадил на себя. Я закричала от резкой боли, но этот звук утонул в новом тягучем поцелуе. Мы не двигались целую вечность. Я была сжата в крепких объятиях, грудью чувствуя тепло его тела, а спиной - нежные поглаживания рук. Он все еще целовал меня, медленно выводя языком узоры, пока по моим щекам текли слезы. Они появились не столь от боли, а от странных чувств. Что я делала? Насколько потерянной я была.

- Тихо-тихо, все уже.

Дима был так близко, но при этом оставался таким чужим. Но теперь уже поздно метаться в сомнениях, он стал моим первым, я запомню это на всю жизнь. Этот момент останется в памяти до конца моих дней. И он не был таким уж плохим. Просто я хотела большего. Чего -то настоящего. Любви?

Я прижалась к Диме с каким-то отчаянием, требуя больше ласки и тепла, больше нежных слов. Его руки опустились на мои бедра, и мужчина медленно меня приподнял. Я застонала от смеси наслаждения и боли. Это было странное, новое чувство. И чем больше Дима поднимал меня, насаживая на свой член, тем сильнее мне это нравилось. Вскоре я могла думать только о том, чтобы это никогда не заканчивалось. Чтобы он вечность смотрел на меня таким полным обожания взглядом. Чтобы это удовольствие между нами длилось бесконечно.

Только сейчас, будучи слегка подвыпившей и находясь так близко к Рогозину, как только можно, я могла смотреть в его глаза без страха. В них было столько неизведанного и несказанного, но мне ничуть не было страшно. Скорее любопытно. Он не был холодным или отстраненным, как я тайно того боялась. Дима словно открылся мне, позволил подсмотреть, что у него на уме. Я знала, что ему нравилось то, что происходило.

- Черт, прекрати, - прошипел он. И опустил веки. - Я же пытаюсь быть нежным.

- Что? - Я улыбнулась, но затем охнула от резкого толчка внутри меня.

Его пальцы до боли впились в мои бедра, и сам Дима застыл и глухо застонал. Я поняла, что настал момент его кульминации, и это почему-то заставило меня гордиться собой. Я довела его до такого состояния. Возможно, немного глупая и наивная мысль. В конце концов, разве много мужчине надо? Но все же, я получила такое же моральное удовлетворение, как и он физическое.

Уткнувшись в мое плечо, он прошептал:

- Ты как?

Я не могла ничего ответить. Просто сама не понимала.

Дима медленно приподнял меня, пересадил на диван, а сам поднялся и принес мне шубу. Несмотря на то, что еще секунду назад мне было жарко, сейчас я дрожала.

- Только попробуй исчезнуть, - пригрозил Рогозин и сам же скрылся за темной дверью комнаты. Послышался шум воды. А с другой стороны все еще раздавались звуки музыки и крики ведущего вечера. У меня было странное состояние апатии. Мыслей не было вообще, хотя я и понимала, что осмыслить было что. Но сейчас мне этого не хотелось. Вместо этого я встала и, кутаясь в шубу, подошла к окну. Играл один из любимых треков, и я начала медленно раскачиваться в такт. Закрыла глаза, подняла руки над головой, провернула бедрами «восьмерочку».

- Юля. - Неожиданный оклик Димы заставил меня вздрогнуть и резко повернуться к нему.

Он стоял у стены со спрятанными в карманы руками и смотрел на меня плотоядно. Нежный шелк подкладки гладил кожу, когда я походкой пьяной кошки шла к нему. Он улыбнулся оттого, что в какой -то момент у меня заплелись ноги, и пошел мне навстречу. Я скрестила пальцы за его шеей, а он сжал мою попку. Я пыталась танцевать снова, но он не стал двигаться со мной в такт. Он просто стоял.

Тогда я вспомнила то, о чем на краткий миг забыла. Рогозин никогда не будет подстраиваться под кого -то.

- Я отвезу тебя домой, - шепнул он.

«Вот и все, Юля. Никаких признаний в любви. Никакой сказки. Добро пожаловать во взрослую жизнь».

Коротко кивнув, я убрала руки и пошла искать свои вещи.

- Мне нужно найти Олю.

- Арсений вызовет ей такси, - заявил Дима своим фирменным безапелляционным тоном.

- Не беспокойся, - ответила я, изо всех сил старясь не звучать, как обозленная стерва.

Я не хотела выглядеть жалкой и обиженной. Нет, мне просто нужно было с улыбкой поблагодарить его за все и выйти. В конце концов, я знала, что так будет. Он получил свое, и лишь благодаря хорошему воспитанию предложил подбросить до дома.

«Никогда ни о чем не жалей!»

- Мы и сами доберемся. Совсем не нужно беспокоить Сенечку.

Я полностью оделась, выдохнула и, обернувшись, взглянула на Диму.

Он стоял ближе, чем я думала. Прищурив глаза, Рогозин притянул меня к себе. Я ощутила, что он был возбужден. Снова.

- Для тебя он Арсений. В крайнем случае, Сеня, - отрезал мужчина. - И он вызовет твоей подруге такси. А нас, - на этом слове он сделал акцент, - отвезет домой. За город. На все выходные.

Я вспомнила, как нагло он выкрал меня в свою резиденцию в прошлый раз, как я сходила с ума от скуки и переживаний, и застонала вслух.

- О не-е-ет.

- Нет, ну ты смешная, - возмутился Рогозин. - Ты же не думала, что на этом все?

Я ничего не ответила, но от того, как он пристально смотрел на меня, захотелось виновато потупить взгляд. Дима тяжело выдохнул и потер ладонью лицо. Он делал так и ранее, когда был уставшим. А затем он что -то неразборчиво заворчал, из чего я расслышала несколько ругательств и «эти бабы».

- Что-о-о? - возмутилась я. - Это что еще за «эти бабы»? Я тебе не...

- Да хрен поймешь, что у вас в голове, - перебил он меня грозно. Правда, сам с трудом сдерживал улыбку, когда я думала, как бы эффектней обидеться и уйти, хлопнув дверью. Но вместо этого мой сонный и пьяный мозг выдал очередную фразу невпопад:

- В любой непонятной ситуации надо пить.

- Нет, Юляша. Это не наш с тобой лозунг, - заверил Дима.

- Нет?! А какой наш?

Немного подумав и окинув мою фигуру сканирующим взглядом, мужчина изрек:

- Не скажу, что я спец в таких вопросах, но думаю, что большинство проблем можно решить так.

И он меня поцеловал. Так нежно и сладко, что я вмиг с ним согласилась.

- Поехали, - шепнул он в мои губы. И звучал так самодовольно, как, впрочем, и всегда.

- А что я Оле скажу? Она же все поймет, если я с тобой поеду.

- А это вообще не ее дело, - ответил он и открыл для меня двери. Правда, не те, которые выходили в зал. А служебные, ведущие к техническим помещениям клуба и на парковку для персонала.

С подругой мы встретились уже на улице. Дима предпочел остаться в машине, пока я прощалась. И хоть Сеня в самом деле вызвал для нее такси, она напрочь отказалась уезжать в самый разгар веселья. Если бы меня не заверили, что за ней присмотрят, то я бы, пожалуй, потянула ее силой. Но Оля быстро попрощалась со мной, бросила угрюмый взгляд на черное авто и побежала танцевать. Я ожидала подмигиваний, глупых улыбочек и допроса с пристрастием. Возможно, все это будет позже.

Только попав в объятия Димы, я призадумалась: «А что же с моим мозгом? Он все еще с Олей или ему уже пора включаться?»

Я заснула еще в машине, а когда проснулась, утреннее солнце слепило глаза. Пощупала рядом с собой кровать и осознала, что спала одна. Да еще и в гостевой комнате. Почему Дима не забрал меня к себе?

Все было знакомым: белая комната, огромная кровать, панорамное окно с прекрасным видом. На кресле лежала моя белоснежная шубка. Я все же не должна ее принимать.

Хорошенько потянувшись, побрела к шкафу и обнаружила в нем одежду, которую купил для меня Рогозин в прошлый раз. Она провисела здесь почти месяц. Новая, еще с этикетками. Мысль, что Дима не приводил подруг сюда, оказалась очень приятной. Но затем подкралась другая: «А может быть, они спали в его постели?»

Натянув юбку с майкой, я побрела в ванну, чтобы умыться и принять душ. А после отправилась на поиски хозяина дома. Дима обнаружился на кухне. Сидя за столом, он подпирал руками лицо и выглядел чем -то озадаченным.

- Жалеешь? - спросила я раньше, чем успела подумать. Он не услышал моих шагов, потому слегка вздрогнул. Его тело выглядело напряженным, когда он опустил руки и выпрямил спину.

- Я приготовил тебе завтрак, - пробормотал он и указал на тарелку с омлетом рядом с собой. Все так, как я любила

- с помидорами и сыром.

Я несмело подошла, села рядом, продолжая следить за ним краем глаза.

- А ты? - спустя мгновение спросил он.

Этот странный разговор мне прежде всего не нравился тем, что Рогозин не отрицал о сожалении. А еще тем, что смысла в нем не было.

- Я никогда ни о чем не жалею, - холодно бросила я. - Так поступают взрослые люди, верно? - Послала мужчине многозначительный взгляд. - Отвечают за свои поступки.

Дима перехватил мою руку, которой я держала вилку, а затем выдернул меня со стула и усадил на себя верхом. Его губы оказались в миллиметре от моих.

- Я посмотрю, как ты заговоришь, когда втянешься, - с явной угрозой произнес он.

- Во что втянусь?

- В меня, - прошептал он и с какой-то дикостью набросился на мой рот. Мы целовались, как оголодавшие. Даже если он и чуточку жалел, что воспользовался моим безотказным состоянием, то это было в прошлом. Сейчас Дима действовал более чем решительно. Он усадил меня на столешницу, и мои груди оказались напротив его лица.

- Погоди. - Я пыталась его остановить, хотя руки мои тянулись к его лицу, шее, плечам. - Где Сеня.

- Никого нет.

Дима встал и спустил с себя шорты. Увидев его при свете дня, я охнула. Но явно не от ужаса. Меня не ждали какие -либо прелюдии. Он был готов для меня прямо сейчас, и не собирался медлить ни секунды. Осознание этого заставило меня гореть от желания. Впрочем, я и с одного поцелуя пребывала в нужной кондиции.

Задрав мою и так не длинную юбку и отодвинув в сторону трусики, Дима прижался ко мне налитой плотью. Я прикусила губу и задышала чаще.

- Ты вся моя, - прошептал он. И с этими словами я ощутила резкий толчок, а затем и укус в губу. Слегка вскрикнув от смеси боли и наслаждения, я послала мужчине предупреждающий взгляд. А он в ответ усмехнулся и медленно отстранился.

Удержав его взгляд, я застонала от чувства наполненности, когда он снова резко вошел в меня. Теперь боли не было и вовсе. А я, наконец, поняла, зачем все это. Почему люди так одержимы занятием любовью. Бесконечное наслаждение, неподвластное, безрассудное и от этого такое заманчивое.

Даже если бы я хотела остановиться, не смогла бы. Дима заставлял меня испытывать слишком сладкие ощущения.

Но это был далеко не предел того, что он мог со мной сделать. Он шептал мне на ушко страшные вещи, о том, как, когда и в каких позах он будет брать меня. И почему-то от каждого слова я цеплялась за него все сильнее, а стоны мои звучали все громче. То, как мы это делали, вовсе не напоминало нежное занятие любовью. Но, черт возьми, мне хотелось именно так: сильно, резко, грубо. Я чувствовала себя до жути развратной, но в то же время, это было так правильно. Так хорошо.

А затем Дима опустил между моих ног свою руку и начал творить чудеса своими пальцами. Я закричала и вздрогнула, когда мое возбуждение достигло самого пика. Сегодня было намного лучше, чем вчера.

И когда он полностью вышел из меня, я разочаровано застонала. Нет, все же я окончательно потеряла голову. Даже не задумалась о защите. Залететь от второго секса - совсем не то, о чем я мечтала в восемнадцать. Хорошо, что хоть один из нас позаботился о будущем. Дима не кончил в меня. Но даже следы его оргазма на моих бедрах казались чем-то жутко возбуждающим.

- Ты меня пометил, - прошептала я, довольно улыбаясь.

Он тяжело сопел, а после подарил мне жесткий поцелуй, стянул со стола и шлепнул по мягкому месту. Я бы обиделась, но как-то не получалось.

- Иди в ванную. - Рогозин, как всегда, не отличался болтливостью. Правда, не во время секса!

Я не стала подниматься на второй этаж, а воспользовалась гостевой. Когда проходила мимо кабинета, мельком взглянула в щель приоткрытой двери и обомлела. Экран монитора был слегка развернут к двери, и я разглядела множество окошек видеотрансляции. Белая спальня, коридор, гостиная и кухня. На ней прямо сейчас расхаживал Дима в стороны, будто что-то не давало ему покоя.

Черт меня подери! Он все записывал! 

Глава 14

 Я быстро привела себя в порядок и вернулась на кухню.

- Ты так и не позавтракала, - произнес он. Вот только теперь этого мужчину будто подменили. Теперь он не выглядел отчаявшимся, а улыбался, только улыбка эта не касалась его глаз. Она была фальшивой. Кажется, я уже успела изучить мужчину «от и до».

- Где камера? - сходу начала я. Затем покрутила головой, пытаясь сопоставить ракурс с картинки, и нашла ее на стене под потолком, замаскированную под колонку. Посмотрела снова на Диму, поставила руки по бокам и прищурилась. А что он? Он ничего. Покер-фейс.

- Ты. Должен. Удалить. Эти. Записи! - вкрадчиво произнесла я и сделала шаг.

Его губы дрогнули, и он зачем-то отступил назад.

- Дима! - пригрозила я и снова приблизилась. А он взял и махнул в сторону, обогнув стол.

- Ты издеваешься! - заключила я. А потом перешла на ультразвук: - Удали их!

- Я не знаю, как! - выдал он и развел руками. И явно же издевался. По глазам же видно.

Конечно, я рассердилась! Схватила с фруктового блюда на столе банан и зашвырнула его в наглую рожу. Рожа увернулась и расхохоталась.

- Рогозин!

Я попыталась его догнать, а он с хохотом побежал в зал. И чем больше он дурачился, как маленький, тем больше я закипала.

- Ты должен! Ты должен это удалить.

И вот тогда он меня добил: - Я буду пересматривать, когда тебя не будет рядом.

- Угу! А Сеня с Никитой тоже? А еще все, кто по твоему дому шастают, тоже, да?

Я с грозным видом пошла на Диму, и он не стал на этот раз сбегать. Поймал меня, повалил на диван и надежно зафиксировал мои готовые к драке кулачки.

- Я им глаза выколю, - мягко, с улыбкой произнес он. Так, будто говорил о чем-то страшно милом.

- Ты скотина, Рогозин! - заявила я.

- Да, - согласился он и посерьезнел.

- Ты же меня теперь... шантажировать будешь.

- Буду! - признался он.

И как тут не вскипеть от злости?

- Удали! - завизжала я.

- Неа!

Я собиралась сказать еще что, а он меня поцеловал. Попыталась вырваться - не дал. Я застонала, он улыбнулся. Мне хотелось его придушить. Или нет.

На том диване мы застряли долго. Целовались, дурачились, спорили, снова целовались. И хотя я выбила у Димы обещание сегодня же стереть все записи, выполнять его он не спешил. Он придумал для нас диковинное занятие

- рыбалку! Я смеялась постоянно с ситуации и с самого Рогозина. Во-первых, он заставил меня напялить новую дорогущую шубу! Во-вторых, деревянная лодка, которую мы нашли на причале у озера, вовсе не вызывала доверия. Но Дима со спиннингом в руке выглядел, минимум, как гордый завоеватель новых горизонтов.

- Ты вообще когда-нибудь это делал? - с большим сомнением спросила я.

- Подожди, сейчас! - Он домотал леску, и из воды показался голый крючок. Полные надежды глаза Рогозина вмиг потускнели, а улыбка превратилась в гримасу. Я вновь расхохоталась. - Прекрати, козявка! Я очень стараюсь тебя впечатлить. У нас будет рыба на ужин.

Он встал, и лодка зашаталась. Тут уж мне было не до смеха. Меньше всего мне хотелось бы плавать в ледяной воде.

- Ладно, - вздохнул Дима и сложил свою удочку. - Давай просто прокатаемся.

Он сел обратно, схватился за весла и погреб в сторону другого берега.

На самом деле, местность была потрясающей. За холмом виднелось верхушки нескольких особняков, но они были слишком далеко, чтобы обращать на них внимание. Тем более, когда вокруг красоты нетронутой природы, в небесах ярко светит осеннее солнце, а его лучики пляшут на лице мужчины напротив.

- Топить меня будешь? - с улыбкой спросила я.

Дима прищурился, поджал губы.

- Только если будешь очень вредной.

- Нет, - заверила я. - Только слегка.

Он фыркнул. А затем отпустил весла и сел на днище, притянув меня к себе на колени. Так мы и сидели около получаса, просто наслаждаясь тишиной и покоем. Я знала, что между нами было много неопределенностей, и могла бы задать ему кучу вопросов, но в каждой клеточке моего ела поселилась лень. Даже говорить не хотелось. Дима все же поймал рыбу. А когда мы продрогшие вернулись домой, он потащил меня в джакузи. К слову, «отогревал» он меня до самого вечера весьма интересным и приятным способом.

- Думаю, мне пора домой, - произнесла я, когда он разделывал добычу. Рогозин взял нож и резко опустил его на рыбу Его лицо выражало все, что он думал по поводу моего заявления.

- В воскресенье, - отрезал он. - Сеня за нами приедет.

- Но мне нужно учиться, - простонала я. Но по правде говоря, стоило представить себя одной в чужой квартире, наедине со своими мыслями, и я поникла.

- Я тебя всему научу, - поддразнил Дима и ехидно улыбнулся. - К тому же, у меня есть взятка.

- Взятка? - уточнила я.

- Угу! Чтобы ты осталась!

Он подмигнул, и вышел из кухни. Я как раз уложила на сковородку стейки, как засветился экран телефона. На нем высветилось фото улыбающейся Нади. Возможно, меня бы это не так сильно задело, если бы она не была в откровенном наряде, с припущенной бретелькой на плече. А еще смущала подпись: «Кошка».

Я скривила рожицу и заворчала.

- Кошка, млин.

- Димочка?

Лопатка едва не выпала из моих рук, когда ее голос раздался из динамиков на кухне. Я ведь не прикасалась к телефону, а вызов пошел.

- Я тут недалеко, - заговорила Надя. - Ты не будешь против, если я заеду? В прошлый раз нам так и не удалось поговорить.

В ее голосе звучало столько довольства, что мне не приходилось гадать, по каким причинам им так и не удалось поболтать.

- Дима?

- Что за...

Дима вошел в кухню, и улыбка на его лице померкла, когда он увидел свой телефон в моей руке.

Подойдя ближе, он выхватил его, что -то нажал, и голос той крысы исчез. Как и сам Рогозин. Он вышел, чтобы поговорить со своей кошкой без свидетелей. Я была в ярости. И даже толком не могла объяснить, почему.

Все вмиг встало на свои места. Этот день. напоминал чертову сказку. Дима был таким нежным, игривым и ласковым. Но всего лишь притворялся. Сколько у него таких, как я? Девочка на уи кенд - не моя роль, спасибо.

Выключив плиту, я пошла прямо в кабинет, где и нашла хозяина дома.

Он как раз заканчивал разговор с улыбкой на лице, и я ненавидела, что она была адресована не мне.

- Удали записи. - Я не хотела так шипеть, но мой голос так и сочился ядом. - Немедленно.

- А то что? - с вызовом спросил он и сел в свое кресло. Рогозин вмиг посерьезнел, ведь знал, что его взгляд не каждый боец способен выдержать, не то что восемнадцатилетняя девчонка. Но я не собиралась отступать, когда стоял вопрос о моей чести.

Подняв стул, я занесла его над монитором.

- Иначе я снесу здесь все нахрен.

И да, черт возьми, я звучала очень убедительно. Потому что в самом деле собиралась это сделать.

Дима несколько секунд буравил меня фирменным взглядом, а затем его губы дрогнули в улыбке.

- Поставь стул, злая девочка, - приказал он.

А сам что-то клацнул на клавиатуре, и вскоре вместо изображений комнат появились серые окошки. Стул я таки поставила.

- Удалил.

И тут я призадумалась, что при всем желании не смогла бы проверить - врал он или нет. Ведь не владела программой видеозаписи. Лишь только серьезный взгляд Рогозина был моим утешением.

- Хорошо. Теперь я хочу домой.

Как только я сказала это, он устало вздохнул.

- Юля, давай...

- Я хочу домой, - проорала я.

А Дима со всей силы ударил кулаком по столу. Я даже вздрогнула. Но больше не боялась его. Я была так зла на него, на себя, на обман, которым оказался весь этот день.

- Что теперь тебя не устраивает? - спросил он, повысив голос.

- Ну не знаю. Все! То, что у меня нет права выбора. То, что я сижу здесь, как в клетке. Что я вообще здесь делаю, а? Дядя Дима!? Чем мы с тобой занимаемся? Я не собираюсь быть одной из твоих девочек по вызову.

Ну а затем меня и вовсе понесло.

- А-а-а! - язвительно протянула я. - Как же я забыла-то. Долг! Долг ведь не оплачен был. За ту помощь с Костяком. Ну-с, спасибо! Все порешали, Дмитрий Сергеевич. Теперь я, мать вашу, хочу домой.

Я все же пнула стул и, не дождавшись его ответа, побежала в белую спальню за платьем, в котором вчера отмечала свой день рождения. Такое сокровище я здесь не оставлю.

Когда я спускалась, Рогозин ждал меня на лестнице, закрывая проход.

- Все сказала? - зловеще спросил он.

- А что? Еще что-то пропустила? - уточнила я. - Или вы расстроились, что видео на память не осталось? У вас, наверное, коллекция, да? Мисс октябрь, мисс ноябрь? Мисс те выходные, мисс эти.

Он сузил глаза и потянулся ко мне рукой, но я ее оттолкнула.

- Не надо. Ты же прекрасно знал, что это на один раз. Просто мой мозг, наконец, включился. С меня развлечений достаточно.

- Ах, твой мозг включился, - протянул он с какой-то устрашающей насмешкой. - А до этого ты вся такая невинная овечка была, да? И совсем не понимала, что происходит, и куда ты влипла? И что, Юляша, ты себя часто так ведешь? Мозг отключила и давай приключения на свою задницу искать!? Как ты с таким раскладом мне девственницей досталась?

Я действовала, совсем не подумавши. Это был рефлекс. Или страшное желание излить куда -то свою злость. Я его ударила. Залепила звонкую пощечину, как в самых драматичных сценах фильмов. Правда, пожалела в ту же секунду. И хотела сказать что-то, погладить... Но мы так и остались стоять замершими статуями, общаясь исключительно взглядами.

«Это ты зря-я-я», - говорили его глаза.

«Прости», - молили мои.

- Водитель приедет через пять минут, - спустя минуту холодно бросил Рогозин.

Я спустилась на одну ступеньку ниже, но он уже ушел. А затем грохнул дверью в кабинет с такой силой, что у меня по спине пробежались мурашки.

Это странно, что теперь я чувствовала себя виноватой?

Ровно через пять минут Сеня был у ворот дома.

- Что стряслось? Судя по голосу, Рогозин злее черта! - поведал парень.

Я же была в том состоянии, когда слезы вот-вот готовы были брызнуть с глаз, потому объясняться не стала. Зато искренне обрадовалась, когда увидела на сиденье машины свою родненькую куртку. Теперь я могла гордо отказаться от подаренной шубы. Но почему-то ужасно не хотелось. Я куталась нее всю дорогу, вдыхая запах духов Димы. Мех пропитался им, когда мы вместе сидели в обнимку на лодке.

- Он такая скотина! - в сердцах выпалила я.

- Дима? - удивился Сеня. - Этот милейший человек?

- Смейся-смейся! - заворчала я. - Ты не знаешь, Оля домой добралась?

- Добралась. Мне администратор клуба позвонила и отчиталась. Твоя подруга покинула заведение в пять утра. Слушай, Юль, а ты. Это. Телефончик ее не подкинешь?

Парень подмигнул мне в зеркале заднего вида, а я подумала, чего б и нет? Если у меня личная жизнь ни к черту, то хоть другим что-то достанется.

- Дам. Только на память не помню. А телефон дома. А. Черт! А ключей у меня нет! Оля забрала.

- Тогда может обратно? - с надеждой спросил он. - И с Дмитрием Сергеевичем повод помириться будет.

- Думаю, у Дмитрия Сергеевича совсем другие планы на выходные, - съязвила я, вспомнив, как он улыбался, говоря с этой змеей. И мысли о них двоих и вызывали те самыезлосчастные слезы. - Не хочу о нем говорить. Просто завези меня в общежитие, пожалуйста. Я найду Олю.

Когда мы прибыли на место, мне понадобилось еще мгновение, чтобы все таки снять с себя шубу. Нет, я не заслужила таких подарков. Особенно, после глупой пощечины. Нельзя бить таких мужчин, как Дима. Глупо, очень глупо.

Я слегка удивилась, когда Сеня пошел со мной.

- Так телефончик же. Подружки, - напомнил он и невинно улыбнулся.

В вечер субботы студенты то и дело сновали по коридорам, громко переговариваясь. Кто -то опять устраивал вечеринку.

Сделав глубокий вдох, я постучала в двери старо комнаты, и зависла на мгновение, когда на пороге показался Женя.

Сразу за ним замелькала макушка Дашки. Укол боли вернулся с той же силой, как в тот самый момент, когда я увидела их под окнами своей квартиры.

- Где ты была? - заорал Женя и сделала шаг ко мне. В его глазах полыхала ярость. - Я тебя, млять...

Договорить он не успел, потому что Сеня за спиной мягко отодвинул меня в сторону, а затем врезал моему бывшему с такой силой, что тот упал. Даша с визгом бросилась к нему, склонилась к самому лицу, едва не целуясь. А я. Просо стояла и не чувствовала ни капли сожаления за это. Мне больше было жаль руку Сени. Хороший все таки парень. А еще почему-то было стыдно. Я казалась жалкой сама себе.

- Ты ненормальная? - кричала Дашка. - Где ты этого придурка взяла? Валите нахрен отсюда, а то я полицию вызову! Уроды!

- Где Оля?

- На квартире твоей! - еще громче заорала она. - Господи, я надеюсь, что больше никогда твою рожу не увижу.

- Взаимно, - пробормотала я и развернулась.

- Юля, стой, - послышался невнятный голос Жени. Он прикрывал окровавленный нос и пытался встать, но Даша ему не дала. Я не могла видеть их двоих. Эта чертова ревность грызла мою душу до адской боли.

Сеня шел за мной. Он даже не стал предлагать сесть в машину, мне хотелось подышать свежим воздухом и прогнать слезы. Я не хотела больше реветь.

- Спасибо, - бросила я через плечо.

- Обращайся! - довольно заявил водитель. - Но пока телефон не получу, не отстану.

Я хмыкнула. Смешно, но я забыла номер квартиры. Помнила только этаж - третий. Методом проб и попыток я все же попала на голос подруги. И была рада слышать ее больше всего на свете.

- Юляш, ты что ли? Точно ты?

- Я-я! Кто еще знает, что у тебя в книге по высшей математике хранятся презервативы?

- Уже я! - прокомментировал Сеня.

- Ладно, впускаю! Такое западло только ты могла устроить, - заворчала Оля и все же открыла для нас двери. И хотя я вовсе не ожидала увидеть ее у себя в квартире, все же была рада, что она ждала меня там.

Сеню пришлось пригласить на чай. И пока водитель Рогозина мило беседовал с моей подружкой, я закрылась в ванной, желая только одного - покоя, тишины. Никаких мыслей и сомнений. Но вот, беда. Больше у моего мозга не было повода для отключки. А на сердце стало еще тяжелее.

Женя. Дима.

Дима. Женя.

Один изменил. Второй... Явно изменит.

Я была так глупа и слепа, хотела простого женского счастья - любить и быть любимой. Примеряла на себя этот образ рядом с Женей, и казалось, что он подходил мне. Но я ошиблась, и это оказалось очень больно.

Теперь же, с Димой я не собираюсь повторять таких же ошибок. Сразу видно, что мы не пара, не подходим друг другу. А все, что было между нами, лишь иллюзия комфорта, счастья, благополучия. Возможно, Дима не так уж и отличается от Жени. Разница лишь в том, что он не притворяется, не строит из себя того, кем не является. И самое главное, он не давал мне ложных надежд, как это сделал Женя. Он просто живет в свое удовольствие.

Все это я понимала. Рассуждала и чувствовала себя такой умной и смыслящей. Одно не укладывалось. Почему мне было так паршиво оттого, что я уехала от Рогозина? И почему, черт возьми, хотелось вернуться к нему прямо сейчас? Будто бы один лишь его взгляд, одно прикосновение, один поцелуй могли решить все мои проблемы.

Мне надоело стоять под струями горячей воды и, обмотавшись полотенцем, я побрела в спальню.

Из коридора доносился тихий смех, а затем и звук закрываемой двери. Я думала, что осталась одна, но Оля показалась в проеме спальни с улыбкой на лице. Упав на кровать, застеленное чистым постельным бельем, я вдохнула аромат свежести и расслабилась, как только могла.

- Ну-с! Рассказывай! - потребовала подруга.

- Ничего не было, - вяло произнесла я. - Ничегошеньки.

- Угу. А в клубе вы просто болтали, да?

- Да.

- И о чем же?

- Хм. О стриптизере. Диме очень понравился его танец.

- Ладно, Никитина. Все с тобой ясно, - заключила Оля. - Вы немного поболтали в клубе, потом еще весь следующий день у него дома. Раз. пять, судя по твоему внешнему виду. И болтали вы жестко, судя по синякам на твоих бедрах.

Я осмотрела себя и действительно обнаружила следы от пальцев на участке, не прикрытом халатом.

- И как? Хорош дядя Дима в разговорах?

Я взглянула на подругу, которая стояла со сложенными на груди руками и с выражением лица «Я тебя раскусила», и устало вздохнула. Кивнула.

- Очень хорош.

- Ха! Я так и знала! - оживилась она и плюхнулась на постель. - Это все его костюм. Мужчины в костюмах дико сексуальны. Я требую подробностей!

- Не хочу об этом говорить. - Я прикрыла глаза. Могла бы уснуть прямо в ту же секунду.

- Вы поссорились? Он тебя обидел?

- Почему ты здесь? - устало пробормотала я. И тут же исправилась, не желая обидеть Ольгу. - То есть, я думала, ты будешь в общаге. Пошла туда, а там... Женя. С этой заразой.

- Офигеть! - Олечка легла рядом, обняла меня и уткнулась носом в мое плечо. Почти так же тепло, как с Димой. -А я же думала, что ты сюда вернешься. Ключи-то у меня. Вот и осталась тебя ждать. И что этот гад?

- Кричать начал. - Я хмыкнула, вспомнив страх в его глазах, когда он упал. - Сеня ему все же в морду дал! Как и обещал.

- А он ничего такой, этот Сеня. Денег много зарабатывает, как думаешь?

Я поморщилась, но на ответ не было сил. Меня утягивала в свои дебри темнота. 

Глава 15

 Проснулись мы ближе к полудню воскресенья. Я чувствовала себя вялой и разбитой. Настроения не было ни на уроки, ни на уборку, ни тем более на болтовню. А Оля, как назло, задалась идеей выведать у меня все -все подробности. Моему терпению пришел конец, когда она сказала, что перенесет с общаги все свои конспекты и некоторые вещи, и для этого я должна одолжить ей чемодан.

- Знаешь, - осторожно начала я. - Давай лучше встретимся вечером. Мне хочется побыть одной, переварить события прошедших дней.

- Я не хочу оставлять тебя наедине со своими мыслями, - запротестовала она. - Ты заскучаешь!

- У меня есть телефон. Я позвоню!

Оля недовольно покачала головой, вздохнула и деловито произнесла:

- Он на кухне, кстати. До сих пор выключен и разряжен.

Я честно пообещала зарядить аппарат и, как только закрыла за подругой двери, облегченно вздохнула.

Было тихо, да. Непривычно. Но я впервые с момента разрыва с Женей почувствовала себя по -настоящему комфортно, просто слушая тишину собственной квартиры.

Побродила тут и там, спекла блинов, выпила чаю, села за уроки. Самый важный реферат был дописан, конспекты упакованы в рюкзак, чистый свитер выглажен. За окном стоял вечер. Я устало потерла глаза, и взгляд наткнулся на мобильный.

- Черт! Забыла!

Только я подсоединила шнур, как в дверь позвонили. И я поймала себя на мысли, что никого не хотела видеть. И даже Олю. Она так поддерживала меня, и я была ей благодарна. Но.

Пошла открывать.

- Кто?

- Я.

Этот «я» был вовсе не тем, кого я ждала.

Закусив губу, открыла двери, и уставилась в злые сощуренные глаза напротив.

- Ты шубу забыла, - чуть ли не процедил Рогозин. - А затем всучил мне эту самую шубу в руки и нагло, даже без намека на приглашение, втиснулся в квартиру.

- Ну, входи, - растерянно пробормотала я.

- Ну и войду, - с явной угрозой произнес Дима. И это притом, что фактически, он уже был внутри. - Чай есть?

- Есть.

- А конфеты?

- Тоже есть.

- Угощай.

И все это с таким недовольством, будто кто-то вынудил его ко мне явиться.

- А... зачем ты пришел? - нервно спросила я и аккуратно повесила дорогую одежду в шкаф. Подарок мы еще обсудим.

- А затем, - огрызнулся Дима. Он сложил руки в карманы брюк, продолжая буравить меня неприветливым взглядом. Я же кусала губы, изо всех сил стараясь не улыбнуться. Просто одна мысль, что он здесь. ОН САМ ПРИШЕЛ!!! Вызывала во мне щенячий восторг. И я злилась за это на себя и на Рогозина.

А когда все же не выдержала и улыбнулась, он шумно выдохнул через нос и за секунду преодолел расстояние между нами. Я не сопротивлялась, когда он схватил меня за предплечья, надежно удерживая на месте. И не стала препятствовать, когда его губы накрыли мои, а язык вторгся в мой рот в настойчивом жарком поцелуе. И не сделала ничегошеньки, чтобы остановить его. Вместо этого я вцепилась в лацканы его пиджака, сильнее вжалась в теплую сильную грудь и отвечала на поцелуй так, как того хотела. Страстно, жестко, причиняя боль.

- Кто-то из нас был неправ, - прошептал Дима.

- Может быть, ты? - поддразнила я.

- Может быть, оба? - предложил он компромисс. Такой ответ меня не просто устроил, но и сильно удивил. Дмитрий Сергеевич признал вину?

- А что, значит, Надежда не.

Только я произнесла ее имя, как он закрыл мне рот пальцем и прищурился.

- Нет.

Я попыталась уточнить, что он имел в виду, но он посмотрел на меня так, что по спине пробежались мурашки. Не от страха. Напротив. Я чувствовала себя нашкодившей девчонкой, которую вот-вот накажут. В моей фантазии разыгрались нешуточные сценарии, и ревнивые мысли отступили.

Он мне ничего не обещал, в конце концов. А я ему. На одну ночь больше, на одну меньше...

- Я просто.

- Нет! - оборвал меня Рогозин. - Ты лучше молчи. Потому что я все еще зол.

- Вижу. А от конфет добрее станешь? - предположила я.

- Добрее? - задумался он. - Не от конфет, так точно.

- Дмитрий Сергеевич! - пожурила я. Впрочем, он совсем меня не слушал. Да и я потерял нить мыслей, когда он проник рукой под халат, в котором я проходила весь день, и провел пальцами по моим соскам. Я даже и не представляла, как сильно успела соскучиться по этим ощущениям.

Мы все еще стояли в коридоре, но Дима не собирался здесь задерживаться. Глядя мне в глаза он избавился от ботинок, стянул в себя куртку и бросил прямо на пол, не заботясь о чистоте. Его идеальный пиджак оказался там же спустя секунду. Его не волновали вещи, он не мог оторвать свой взгляд от меня, и понимание этого заводило, опьяняло.

Я оказалась прижатой к двери в гостиную, когда его рука медленно потянула поясок моего халата. К слову, под ним у меня били лишь тонкие трусики, которые уже промокли насквозь.

Послав мне кривоватую ухмылочку, Дима потянул за шнурок, и нижнее белье медленно сползло по моим бедрам. Я облизнула пересохшие губы и, не выдержав повисшего напряжения, сама притянула его для поцелуя. А он сильнее сжал мою попку, так что вихрь желания прошелся по всему телу, выбивая стон из груди.

- Зря ты уехала, - шепнул он. Его рука оказалась между моих ног, и свидетельство моего желания растеклось по его пальцам.

- Давай хотя бы до кровати дойдем, - задыхаясь прошептала я. Но по правде говоря, еще через секунду мне уже было все ровно, где это произойдет. Лишь бы он подарил мне наслаждение, на которое я, похоже, уже подсела, как наркоманка. Димоманка.

Целуясь, мы брели по комнате, но остановились, наткнувшись на диван.

Я потянулась к его ремню, желая избавить его от одежды со скоростью света. Рогозин был еще нетерпеливее. Он развернул меня спиной к себе и, потираясь своим пахом о мои нижние округлости, сжал грудь. Я задышала чаще, ведь воздуха не хватало. Он стянул с моих плеч халат и отшвырнул его на пол, а меня заставил стать коленями на подушки и облокотиться руками о спинку дивана. Я чувствовала себя такой уязвимой перед ним, но стоило обернуться и увидеть полный желания, буквально одержимый взгляд мужчины, как во мне проснулась игривая Юля.

Я покачала бедрами, призывая его приходить к активным действиям. А затем прогнула спину и расставила ноги еще шире.

Он закусил губу, причиняя себе боль, и пошел в наступление. Его губы оказались на моей талии, а я застонала от нахлынувших чувств. Поцелуи становились все агрессивнее и спускались все ниже. Это сладкая прелюдия превратилась в настоящую пытку. И я даже не знала, чего хотела больше - чтобы он продолжал ласкать меня губами или, наконец, оказался внутри.

- Дима! - я простонала его имя, потому что другие слова испарились. Был только он. Он - все, чего я хотела.

Прикусив мою ягодицу, он размазал пальцем мою влагу и проник внутрь. Блаженство все нарастало с каждым его движением, но мне было мало.

- Я хочу тебя, - прошептала я. - Очень.

- Знаю, - шепнул он уже около уха. Я ощутила, как он начал медленно проникать в меня. Застыла, не дыша, но едва не сошла с ума, когда он накрыл рукой мой возбужденный комочек нервов. Мои крики наслаждения и тихое шипение слились со звуками слияния наших тел. Мы так прекрасно подходили друг другу, и я даже представить не могла, что кто-то другой мог быть таким же превосходным любовником, как Дима. Только он заставлял меня гореть от каждого его прикосновения и поцелуя. Только с ним наслаждение достигало такого уровня, что глаза застилала мутная пелена, а сердце грозило вырваться из груди. Я могла бы полюбить его только за то, что он так искусно владел моим телом.

Хотя нет... Последняя мысль странная. И опасная. Нельзя влюбляться в Рогозина. Никак нельзя.

- Это так хорошо!

- Да. - Дима прикусил мочку моего уха и сделал еще несколько мощных толчков прежде чем я улетела к райскому наслаждению. - Я знаю.

Он не вышел из меня, когда его настиг оргазм, а я даже не задумалась о защите. С ним я была спокойна. Он тот мужчина, который заботился о главном, предоставляя мне комфорт и безопасность. Когда он был так близко, я обожала его полностью и бесконечно. И это вовсе не было безопасно для моего сердечка.

Дима медленно вышел, но не спешил выпускать меня из своих объятий. Он тяжело дышал, упираясь лбом в мою спину.

- Теперь ты уйдешь? - спросила я грубее, чем собиралась. Я даже не думала, что мне хватит смелости задать этот вопрос. Но он все же вырвался. И повисла пауза.

Накрутив волосы на кулак, Дима заставил меня повернуть к нему голову и посмотреть ему в глаза.

- Нет.

- Ну, у меня, знаешь ли, нет роскошной спальни с видом на холмы. И ультрамодной музыкальной системы, к счастью, тоже.

Дима закатил глаза.

- Ванная есть?

Я кивнула.

- Тогда точно остаюсь.

Под моим изумленным и слегка встревоженным взглядом Рогозин направился в ванную.

- Прям до утра? - недоверчиво выкрикнула я.

- Да!

И что самое смешное, в его голосе не было ни капли смущения. Скорее, какое -то раздражение от того, что я такая придирчивая. Любой другой уже бы засомневался, а хочу ли я, временная хозяйка жилища, присутствия гостя. Но только не Дима. Он сказал, что остается, и точка. Меня это слегка возмущало. Но почему -то и нравилось тоже. Возможно потому, что я на самом деле не хотела оставаться одна? Только Дима не раздражал меня пустой болтовней. Я была счастлива, если он вообще отвечал не односложными предложениями.

Он задержался, потому я постучала в дверь.

- Можно.

Нет, ну какой же он все-таки наглый! Войдя, я слегка зарделась, ведь вовсе не ожидала увидеть полностью обнаженного мужчину. Даже после всего, что у нас было, я застенчиво отводила глаза, хоть и хотелось рассмотреть его подробнее.

Дима только вылез из душа, зеркала запотели от пара, а мое крохотное розовое полотенце для лица оказалось на его груди, а затем и на бедрах.

- Эй! - возмутилась я.

- У меня пока нет своего, - пояснил он с кривой ухмылкой. Будто бы скоро в этой квартире не только его полотенце появится, но и половина гардероба.

Или это мое разбушевавшееся воображение?

- Папа с мамой тебе не читали лекцию о безопасном сексе? - вдруг смерил он тему. А когда я поморщилась, продолжил: - Я заметил, что ты не особо переживаешь по поводу защиты. Ты пьешь какие -то таблетки?

Он обернул мое многострадальное полотенечко вокруг своих бедер и пошел на кухню.

- Да нет, я просто... Ну, ты же сам...

- Что?

- Мужчина должен о таком думать.

Дима послал мне взгляд "ну и дурочка", устало вздохнул и нажал пальчиком на кнопку электрочайника.

- Иди сюда. - Он поманил меня к себе, а потом обнял и прижался щекой к моей голове. Рядом с ним было так тепло. Я не могла удержаться от того, чтобы провести губами по его ключице. Он пах божественно, будто кто -то специально создал этого мужчину с таким крышесносным запахом.

- Ты не должна забеременеть. Не так. Не от меня. Я, естественно, слежу за этим, но и ты должна. Ты хоть заметила, что я использовал презерватив в этот раз?

Он вроде бы говорил разумные вещи, о которых в самом деле необходимо заботиться, но меня задела одна фраза. "Не от меня". Это окончательно подтверждало, что его намерения по отношению ко мне несерьезные. Я вроде бы изначально знала... а все равно обидно.

- Ты не хочешь детей? - ляпнула я. А впрочем, мне и правда стало интересно. Посмотрев ему в глаза, решила добить: - Ты же уже в возрасте.

Он сначала хмыкнул, а потом и вовсе рассмеялся.

- Ну да. Старик!

- В подходящем возрасте, чтобы завести семью, - исправилась я. И посерьезнела. - Или дело во мне? Я не подхожу. Последнее предложение уже не звучало, как вопрос.

Дима потер ладонью лицо и отвернулся, чтобы достать чашки. Повисло гнетущее молчание, но я чувствовала, что он хотел что-то сказать. Только не решался.

- Может быть, Надя тебе подходит больше? - спросила я и сама же разозлилась на эту мысль. Если так, чего он прицепился ко мне, как банный лист? С каждым разом отталкивать его, уходить от него для меня становится все труднее. А он все терпит, даже когда я понимаю, что перегибаю палку. Зачем? Я совсем не понимаю его мотивов.

- Вовсе нет, - пробормотал Дима. Но разве меня устраивал этот ответ? Фигушки!

- Знаешь, что, Рогозин, так не пойдет. - Я отобрала у него чашку и грохнула ей по столу. - Я, может быть, и младше тебя, но не полная же дура! Первый раз прошел отлично. Второй еще лучше. Третий, четвертый... Но когда-то же это должно прекратиться? Кто я для тебя? Очередная Надя?

- Надя уже в пролете, - выпалил он, и было видно, что сказал, не подумав. Не в той ленивой манере, как всегда.

- А, то есть, у вас все-таки что-то, да было!

- Было, да прошло, - в тон мне ответил Дима.

Я прищурилась. Вроде не шутил.

- И много таких еще... бывших? - как бы невзначай поинтересовалась я. - Тебе черный или зеленый?

- Черный, с молоком.

- Извращенец! - пробормотала я.

- Достаточно.

- Чая или бывших?

- Юля! Ты меня доконаешь.

- Хорошо. Давай компромисс. Ты мне рассказываешь про Надежду, и я больше не буду тебя мучить.

- Зачем тебе знать о ней? - спросил Рогозин. Хороший вопрос.

- Утолить любопытство. - Я подумала и добавила: - Убедиться, что больше у вас ничего нет. Потому что, знаешь ли, я бы не хотела разбивать пару или что-то в этом роде.

Он напряженно сжал челюсти, но все же сел за стол, где его уже ждала коробка моих любимых конфет.

- Мы с ней не пара, - четко произнес он.

- Дима! Я ее слышала. Может быть, ты так не считаешь, но она точно да.

- Ее проблемы.

- А все же?

Я терпеливо ждала, пока он поглощал конфеты, а когда с ними было покончено, меня ждала шокирующая новость.

- Мы были помолвлены.

Увидев ужас в моих глазах, Дима быстро добавил:

- Давно. Четыре года назад. Она сама разорвала помолвку и отменила свадьбу за две недели до назначенной даты. А потом уехала рабоать заграницу.

Он смотрел на меня так, будто бы эта информация должна была меня успокоить, и теперь я расслаблюсь. Черт возьми!

- Но теперь она вернулась, - пискнула я, чувствуя приближение какой-то необъяснимой паники.

- Она вернулась, да. Мы уладили кое-какие дела и на этом все.

Дима произнес это с долей раздражения, будто на этом собирался закрыть тему. Но это меняло все. Я не могла так просто смотреть на его спокойное выражение лица. Он или ничего не понимал, или делал вид. А может быть, просто надо мной издевался? Тогда это было слишком жестоко. Так и не прикоснувшись к своему чаю, я встала из -за стола.

- Уходи, - решительно произнесла я.

- Не хрена, - в ту же секунду выпалил он, словно заранее знал, что я его прогоню.

Но вопреки сомнениям я решила настоять на своем.

- Это нужно прекратить. Все это. Мы не будем вместе, так зачем тратить друг на друга время? А ты ведь любил эту женщину, раз сделал ей предложение. Возможно, тогда она не была готова, но сейчас все...

Я вздрогнула от жуткого грохота, когда Дима зашвырнул свою пустую чашку в раковину. Она разбилась на осколки, а он заорал:

- Она никогда не была готова. Ни до, ни после. Все, что ее волновало, бабки.

Я молчала, переваривая его реакцию. Он был жутким, устрашающим, я всегда знала. Но не крик меня озадачил, а то, сколько боли было в его глазах. Он даже не смог прикрыть ее своей привычной маской безразличия. Или не пытался. Что я еще поняла. Дима в самом деле очень любил Надежду, а она его подвела. Теперь ему больно, и я разрывалась от противоречивых чувств.

Меня душила глупая, совершенно неуместная ревность к тем светлым чувствам, которые он испытывал к другой. А еще было обидно за него. И страшно. Я слишком быстро и очень сильно привязывалась к нему.

- А теперь она вернулась, - процедил Дима. - Когда деньги закончились. Продала ресторан и начала наяривать, вроде и не было этих пяти лет. Я похож на идиота? - снова повысил он голос. А затем все же встал со стула, что тот упал на пол, и добавил:

- Преданность, Юлечка, превыше всего. Если раз просрешь, то больше не вернешь. Запомни. - Он посмотрел так многозначительно, словно, говорил вовсе не о Наде. А обо мне.

А когда он прошел мимо, я ощутила полнейшее опустошение. Сейчас он уйдет, и мне будет в десятки раз труднее не думать о нем.

- Юль! - позвал Дима. Его голос звучал из спальни, и я с какой -то глупой надеждой побрела к нему. Он лежал в моей постели в расслабленной позе, со сложенными за головой руками. На белых простынях его кожа казалась еще смуглее, и мне захотелось накрыть его тело своим. Просто прижаться к нему и заснуть рядом. Хотя бы еще одну ночь. А потом я все же должна его отпустить.

- Даже если с Надей покончено, - произнесла я. - Мы...Ты и я все равно не сможем...

- А кто мне запретит? - с вызовом спросил он. Я так и чувствовала, будто в воздухе повис немой вопрос - «Твой отец?». Дима, может быть, и не боялся папиной реакции, а мне было страшно. Не за себя, а за его сердце.

Я даже не успела ничего ответить, Рогозин меня опередил.

- Не думай о них, Юль. Думай о себе. Люби себя и балуй. Бери от жизни все, что хочешь.

Окончательно убедившись, что я хочу Рогозина, легла рядом и прижалась к его боку. Он прижал меня к себе плотнее, пока я полностью не расслабилась в идеальных объятиях.

- Если каждый будет любить только себя, то ничего из этого не выйдет, - прошептала я.

- Почему, нет? - спросил Дима, тем самым выражая несогласие. - Любить себя просто. Любить другого тяжело. Разве ты этого еще не поняла?

Я ничуть не удивилась, что он узнал о моем разрыве с Женей. Не зря же Сеня наматывал круги вокруг общежития последний месяц. Следил. А еще подруга моя - кладезь информации. Столько наболтала по дороге в ночной клуб.

- Он изменял мне все время, - призналась я. Тихо-тихо, совсем не желая говорить об этом, но так, чтобы Дима услышал. - Очень больно, Дим. Но это не значит, что я никогда не полюблю кого -то снова.

- Ты просто на самом деле не любила его.

- Неправда! - возмутилась я. Только потому, что не хотела уступать. Из вредности.

- Правда. Я помню, как ты целовала меня в ответ, в машине. Ты его не любила.

Ладно, этот спор мне не выиграть. Хотя, был последний аргумент.

- То есть, ты сейчас пришел мириться исключительно от любви к себе ненаглядному? - спросила я и даже подняла голову, чтобы посмотреть ему в глаза. Его веки были опущены, но на лице расплылась хитрая улыбочка.

- Конечно! Я себя балую. Если уж чего-то очень-очень хочу, то всегда получаю.

Я ущипнула его за сосок, а он, зашипев, перекатил меня на спину.

- Даже и не знаю, зачем я все это терплю! - возмутилась я. - Как тебе удается говорить милые гадости?

- Это врожденный талант, - поделился Дима по большому секрету. - А еще это.

Он имел в виду крышесносные поцелуи, один из которых тут же и продемонстрировал. Да уж, Дмитрий Сергеевич очень одаренный мужчина. Вот только, что мне с ним делать? 

Глава 16

 Долго не решалась, но в конечном итоге пришла к выводу, что раз уж в моей постели спит мужчина, то я должна знать о нем. если не все, то многое.

- Она бросила тебя, когда погиб отец? - спросила я.

Дима послал мне такой взгляд, что я подумала, что сейчас он просто встанет и уйдет. Что, в конце концов, ему надоело со мной возиться. Но нет. С обреченным вздохом он перекатился на спину и уставился в потолок.

- Да.

Я подперла голову рукой и начала выводить узоры на его плече. Оно было полностью покрыто хаотичными татуировками с какими-то надписями, цифрами, кинжалами и почему-то летящими птицами.

- Ты хочешь об этом поговорить?

Дима хмыкнул.

- Точно нет! Не с тобой.

- Ну да. Я ведь маленькая и глупая, - с нескрываемой обидой пробормотала я и едва слышно добавила: - Игрушка олигарха.

- Я не считаю тебя глупой, Юля, - серьезно произнес он. - Наивной - да, но это в силу возраста и отсутствия жизненного опыта. Именно поэтому я не хочу впутывать тебя во всю ту грязь, в которой оказался сам.

Я понимала, о чем он говорил. Возможно, мне и в самом деле не нужно было совать нос в его дела. Я не была готова к правде, ведь знала, какие ходили о нем слухи, и они меня пугали. Но одного не могла понять. Почему он так схватился за меня? Даже будучи наивной, как он считал, я чуяла подвох.

- Ты можешь не рассказывать всего. Я и так знаю, что после гибели отца ты переехал в столицу. Могу только представить, как изменилась твоя жизнь. Не стало семьи, девушка бросила...

В ответ тишина.

- А с моим папой ты тоже поссорился, да? Он ни разу не говорил о тебе плохо. Просто в прошлый раз ты.

- Давай спать, - оборвал меня Дима и прижал к себе, как мягкую игрушку.

Он не старался. Вообще. Ничего не рассказывал о себе, не интересовался моей жизнью. Если не брать в учет слежку. Пришла глупая мысль, а что если это он приплатил Даше, чтобы та увела у меня Женю? Ведь Рогозин сам сказал, что если чего-то захочет, то. Почему он захотел меня? Я так сразила его своей красотой? Глупости! Ему захотелось, так сказать, молодого мяса? Может быть, у него пунктик на счет девственниц? А может быть, он увлекся мной, но не хочет признаваться в этом даже себе? Если он хотя бы на половину чувствует то притяжение, которое испытываю я, то мне ясна причина его возвращения. Я бы на его месте вообще не позволила ему уйти. И я, так же, как и Дима, понимаю, что это нужно прекратить. Но каждый раз, когда он приходит, не могу сопротивляться желанию побыть с ним рядом еще чуть-чуть.

И все же.

- Эта наша последняя ночь, - прошептала я.

Он уже спал.

Утром меня разбудил странный будильник. Лишь окончательно проснувшись, я поняла, что звонили в двери. Димы в кровати уже не было, а из кухни доносился запах кофе.

- Доброе утро, соня, - поприветствовал меня красавец-мужчина в идеальном костюме. - Я открою.

- Нет! - ужаснулась я. - Это, наверное, Оля!

Но он уже стоял у двери и проворачивал ключ. А в это время я скакала на одной ноге, пытаясь влезть в джинсы и одновременно натянуть на себя свитер, чтобы подруга не застала меня в полуголом виде.

- Юля, я... Ой! Здрасте, дядя Дима!

- Нда, - изрек он, и оба посмотрели на меня. Дима - вопросительно подняв бровь, подруга - с округлившимися глазами.

А я, как назло, не устояла и упала. Сильные руки схватили меня за талию и подняли на ноги. Стоя за мной, Дима потянулся к ширинке моих джинс и аккуратно ее застегнул.

У Оли отвисла челюсть. А «дядя» Дима чмокнул меня в висок и без каких-либо угрызений совести пошел на кухню.

- Кто кофе будет? - выкрикнул он.

- Я! - тут же отозвалась подруга.

Проходя мимо меня, она послала мне выразительный лукавый взгляд. Я же хотела провалиться под землю. Одно дело, сказать ей о нем на словах, и совсем другое, когда нас фактически застукали.

Когда я умылась и привела себя в порядок, эти двое были на кухне. Оля сидела за столом, а Дима стоял возле окна, облокотившись на подоконник. Всучив мне свою чашку, он полез во внутренний карман пиджака. Я только сейчас заметила, что одежда на нем была другая. Чистая, свежая. Значит, Сеня уже поджидал босса под парадным.

- Это тебе, - произнес Дима и всучил мне знакомую белую коробочку.

- Телефон? - изумилась я. - Еще один?

- Ты же тот потеряла. Все, мне пора.

Он чмокнул меня в щеку и направился к двери, даже не взглянув на подругу, что было не очень -то вежливо с его стороны.

Я непонимающе уставилась на коробку в своей руке и покосилась на подоконник, где под завалом фантиков из -под конфет заряжался мой телефон.

- Подожди! Я не.

- Забыла сказать «большое-большое спасибо»! - вставила за меня Оля и вылупила глаза, с негласной просьбой ей подыграть.

- Потом скажешь, - выкрикнул Рогозин с коридора. Он уже пропал из моего поля зрения, а когда я пошла за ним следом, дверь захлопнулась, и коридор оказался пуст.

- У меня же есть телефон! - забормотала я. - Он что-то напутал, надо вернуть.

- Ой, Никитина, ну ты и тормоз! - протянула Оля, подпирая стену. Она выхватила у меня из рук коробочку и хитро улыбнулась. - Я еще в клубе сказала твоему олигарху, что ты телефон потеряла. Он же выключен был все это время. Вот он новый и принес.

- А зачем мне два? - все еще не догоняла я мысль подружки.

- Ты издеваешься? Это же айфон! Он же кучу бабок стоит! Продай!

Мне ход ее мыслей определенно не нравился.

- Да не хочу я его продавать. Мне пока денег хватает.

- А мне нет! - заявила Оля. - У меня богатого папика нет. И олигарха по вызову тоже. Юль, ну что ты так смотришь? С мужчинами только так и надо. Они же нас используют. Все! Посмотри на своего Женю или на этого дядю Диму. Наиграется и бросит. Я по собственному опыту говорю. Я же тебе как лучше хочу. Бери с меня пример, учись! - Она достала с коробки телефон и постучала ноготками по экрану. - Все это вещи, да. Но они делают нашу жизнь веселее, ярче, чуточку приятнее. От подарков отказываться нельзя никогда. Запомни, милая, мужики приходят и уходят, а лучшие подруги остаются навсегда! Ты моя лучшая подруга, и я была рядом, когда этот козел зажимался с той выдрой. И я же потянула тебя в клуб Рогозина. Так что, этот телефон я заслужила!

- Ты офигела! - выпалила я, пребывая в неком ступоре от ее наглости.

- А я говорю, заслужила! - настояла Оля. - Наглость не порок, а практичное и полезное качество. Ладно, шучу я! -Я уж подумала, что она все же вернет вещь, но Оля разошлась не на шутку, и теперь меня ждали молящие глазки.

- Ну хоть попользоваться дашь? Один денек, а?

- Его надо вернуть и сдать, пока новый.

- Ну, Юль, пожалуйста! У твоего дяди Димы их, судя по всему, целый шкаф. Может, он их всем налево и направо раздает? Я буду очень аккуратно, даже пленочку не сниму!

Я вздохнула, не представляя, что еще ей сказать.

- Никитина! Ты серьезно, что ли? - возмутилась она. Я чувствовала, что Оля серьезно обидится, если я не уступлю. В конце концов, она в самом деле была рядом все это время. С самого первого моего дня в столице.

- Ладно, - нехотя согласилась я. - Давай так: один день попользуешься, а потом вернем. И если ты уж так хочешь себе личного олигарха, то я могу попросить Диму познакомить тебя с кем -то из его друзей. Идет?

- Да! - выкрикнула подруга. - Да! Да! Это будет супер! И пойдем вместе тусить!

Она завизжала, чмокнула меня в щеку и побежала обуваться.

- Давай быстрее, пара через пять минут.

- А у меня вещи не собраны! - ужаснулась я.

На занятие мы все же опоздали, но Олю это ничуть не огорчило, она уже витала в собственных фантазиях с участием таинственного друга Рогозина.

Интересно, а у него вообще есть друзья?

Как оказалось, избегать бывшего парня и девушку, с которой он тебе изменил, очень трудно. Особенно, когда один подкарауливает в коридорах, а вторая громко шушукается с подружками и смеется, едва не тыча в тебя пальцем.

- Юль, давай поговорим. - Женя преградил мне путь на лестнице последнего этажа. Здесь обычно было мало студентов, а после последней пары так и подавно. Он будто весь день ждал, чтобы застать меня здесь.

- По-моему и так уже все ясно, - пробормотала я, рассматривая его распухший нос и фингал под глазом.

- Что ясно? Ты себе что-то надумала, где-то что-то услышала, наверное, сама же обиделась и...

- С окна моей квартиры, - оборвала я его, слегка повысив голос, - прекрасно виден задний двор общежития. Ты стоял у стены и целовался с Дашей в то время, как я ждала, что мы пойдем отмечать мой день. Я звонила, а ты не брал трубку. И у тебя было выражение обреченности на лице, когда ты, наконец, наоблизывался и соизволил мне перезвонить.

У него на мгновение пропал дар речи. Я невольно улыбнулась, даже поймала себя на мысли, что его потерянный вид стоил всех моих страданий. Так он не лажал, наверное. никогда!

- Йя... Это было.

Покачав головой, я прошла мимо. Удивительно, как быстро чувство эйфории, влюбленности, привязанности к человеку может обернуться банальным презрением. Еще несколько дней назад я таяла от этой улыбки и ярких глаз. Теперь мне было противно на него смотреть.

- Юль, подожди!

Женя быстро догнал меня и поймал за руку. Я искренне не понимала, что еще мы могли бы друг другу сказать.

- Что тебе надо, Жень? - устало вздохнула я. - Тебе же все равно, что я думаю или чувствую. Для кого это представление, если ты никогда по-настоящему меня не любил?

- Не надо говорить того, чего не знаешь, - зло процедил он. - Ты сама все испортила. У нас все отлично начиналось. А потом появился этот твой. Рогозин. Ты и сама не заметила, что изменилась после встречи с ним. Стала какая -то отрешенная. А я нормальный парень, со здоровыми потребностями.

- И я была готова для тебя, - в тон ему ответила я.

- Ты девственница! - прошептал он. - Я не хотел тебя подгонять.

Я не удержалась и рассмеялась.

- Более глупого оправдания ты не мог придумать. Не хотел подгонять? Потому переспал с другой? Одна девушка для любви, вторая для секса, серьезно? Вавилов, да ты извращенец!

Он меня отпустил, так ничего и не ответил. Да и я бы не слушала. Вот только не удержалась от последней иголочки. Все же, слез из-за него я пролила много, и теперь моя коварная сторона требовала возмездия.

- Кстати, я уже того. не девственница! - по секрету поделилась я и побежала по ступенькам вниз. Женя за мной не побежал. Я вообще не слышала его шагов, будто он застыл на месте.

Оля меня не дождалась. И как бы я не пыталась забыть Женю, всю дорогу домой в голове то и дело звучали его слова.

«Ты и сама не заметила, что изменилась после встречи с ним. Стала отрешенной».

Правда? Тогда мы поссорились, у каждого были причины обижаться. Возможно, в том, что Женя ко мне остыл, была и моя вина. Но с другой стороны, разве это причина, чтобы изменять? Если он совсем меня не хотел, почему просто не сказал об этом? В самом деле, что ему мешало начать встречаться с Дарьей? Кажется, мне не дано понять мужскую логику.

Я вздохнула с огромным облегчением, как только закрыла за собой двери квартиры. Моя! Моя собственная территория, где можно скрыться от всех на свете. Я балдела просто от того, что могла бродить по комнатам, расставлять вещи, как мне угодно, устраивать беспорядок, ходить голой после душа и слушать любимую музыку, а не жесткое техно, которое включали сожительницы. Я с удовольствием пообедала мамиными варениками и оставила в раковине гору посуды, чтобы помыть ее завтра. Или послезавтра... Никто мне и слова не скажет!

Но когда всевозможные занятия, в том числе и уроки, были сделаны, а я осталась наедине со своими мыслями, приползла тоска.

Достала телефон из сумки и охнула, увидев три сообщения от Димы и один пропущенный от него же. Телефон был на бесшумном режиме, который я частенько забывала выключать после пар.

«Поужинаем?» - гласило первое сообщение. Он, как всегда, чрезмерно многословен!

«Заеду в семь».

«Я приеду с едой!»

Я рассмеялась и, взглянув на время, облегченно вздохнула. До прихода гостя оставалось еще сорок минут. Конечно, я все еще помнила, что вчера перед сном пообещала себе, что встречи с Рогозиным прекратятся. Но у нас с ним были, так сказать, дела. Мне нужно было вернуть телефон и шубу. А еще расспросить на счет друга для Оли.

Потому я быстро набрала номер подруги. Но к моему удивлению, она была вне сети. Я пыталась дозвониться еще на протяжении получаса, а потом просто натянула спортивный костюм, куртку и побежала в общежитие. Открыв двери своим ключом, удивилась, никого не обнаружив. Даже разнервничалась. А вдруг с ней что-то случилось? Никто из соседей не видел Олю после занятий. Я вышла на улицу, в надежде подкараулить ее там, но вскоре к входу подъехал знакомый черный седан со знакомым улыбчивым парнем за рулем.

- Здравствуй, Сеня, - поприветствовала я, когда он опустил окно.

- Для тебя Арсений, - выкрикнул с пассажирского Дима. Мы с водителем обменялись хитрыми взглядами, и он кивнул мне садиться.

Плохо. Телефона не было, а как объяснить его пропажу и не выглядеть дурой в глазах мужчины я не знала. Значит. Придется Диме заехать еще и завтра!

Я даже не села в салон, а уже унюхала аромат чего свежеприготовленного и очень вкусного.

- Что там? - Я кивнула на пакет около Димы с логотипом того самого клуба, в котором отмечала восемнадцатилетние. А стоило вспомнить, чем именно я занималась, как по телу разлилось знакомое тепло.

- Тайное желание, - тоном искусителя ответил Рогозин. И не придраться. Ведь в самом деле так было написано.

Я улыбнулась ему, а он притянул меня за шею и горячо чмокнул в губы. Я смотрела на него с округлившимися глазами, не зная, как реагировать на это в присутствии Сени. Пожалуй, я не была готова к такому этапу отношений, когда не нужно таиться от других. Тем более, что еще вчера.

- Расслабься, - шепнул на ухо Дима.

И пока я думала, а он шептала что-то о том, как я красиво выгляжу, мы уже и доехали до моего дома.

Водителя Дима отпустил, обещал позвонить, но не уточнил, когда.

Едой оказалась безумно вкусная лапша с морепродуктами в кокосовом соусе. А на десерт клубничный чизкейк.

- Увидел клубнику и вспомнил о тебе, - прокомментировал Дима, сыто улыбаясь.

Это он еще не видел меня в новом, ужасно сексуальном белье с рисунком клубнички. Смешно, но в какой-то момент я стала на ней помешана, и не могла пройти мимо вещи с изображением этой ягодки, чтобы не купить.

Почему-то мысль совратить Диму показалась мне до жути привлекательной. Я, словно маньячка, желала его одобрения и восхищения. Хотя тот взгляд, которым он смотрел на меня после ужина, вполне мог бы утолить мою жажду внимания.

- Ты пришел, чтобы удовлетворить себя? - спросила я дразнящим тоном, вспомнив его вчерашнюю реплику.

Он хмыкнул.

- Ты сказала это так, будто только себя я и удовлетворяю.

Нет, в плане секса эгоистом он не был. Я уже осознала, что мне очень даже повезло с первым партнером. Соответственно, плюсы от нашего бесчувственного секса были. Я получала опыт и наслаждение. Но было ли этого достаточно для меня? Естественно, нет!

Дима какое-то время просто смотрел на меня с хитрым прищуром, а затем притянул за руку и заставил встать со стула. Сам он сидел и устроил меня между своих ног, заставляя опереться об стол.

- У меня есть идея на счет десерта, - пробормотал он, стягивая с меня домашние спортивки.

- Дим?

Я краснела, сплавилась от стыда, даже пыталась сбежать. Но кто бы мне позволил, особенно, если у этого кого -то глаза горели азартным блеском.

- Тише, - прошептал Дима, пытаясь меня успокоить.

Я, словно завороженная, наблюдала, как он избавил меня от одежды и нижнего белья. Как поцеловал одну коленку, затем вторую. Поцелуи становились все выше, а мое дыхание все прерывистей. Никто никогда не ласкал меня подобным образом. И я даже не представляла, что нужно делать. И уж точно понятия не имела, сколько удовольствия меня ждало.

- Шире, - раскомандовался Дима.

А когда я не отреагировала, он сам развел мои ноги, мазнул пальцем по чизкейку, снимая верхний слой клубничного джема, и намазал его на меня. Прямо там, где я горела от желания. Секундой позже я застонала и задрожала всем телом, почувствовав холодок от легкого прикосновения языка. Пришлось схватиться за Диму, чтобы не свалиться от сверх потрясающих ощущений. Удерживая меня за бедра, он усиливал движения, доводя меня до какого-то безумия, в котором я ничуть не контролировала свое тело.

- Боже! - Я что-то несвязно бормотала, даже ругалась, никакие слова на свете не смогли бы передать моих эмоций. С Рогозином так было постоянно. Как только я чуть -чуть привыкала к нему, даже могла представить, чего ожидать дальше, он вновь поражал меня чем-то неизведанным и сногсшибательным.

Когда я уже была готова кончить, он заскользил пальцем вдоль моих складочек и проник внутрь. И я взорвалась. Мой крик, наверное, было слышно в общежитии. Но разве мне было не все равно? Ох, я вообще не могла думать. С трудом вспоминала, как дышать.

Дима смотрел на меня с одной из тех коварных сексуальных улыбок, когда он был крайне предоволен собой.

- Чай? - предложил он.

Я нервно рассмеялась, а потом сползла ниже, уселась на него верхом и припала к его губам. Мне нужно было поцеловать его, как-то поблагодарить за то, что он только что заставил меня пережить.

Кое-что упругое и невероятно твердое между моих ног натолкнуло на мысль, как именно я могла это сделать. Да так, чтобы и Дима на мгновение ощутил себя в раю. - Нет. Я тоже хочу десерт, - прошептала я и игриво укусила его за губу. - Правда, я никогда такие десерты не пробовала.

Рогозин оскалился и понимающе кивнул.

- Но леденцы ведь пробовала.

Я рассмеялась, потому что он заставлял меня чувствовать себя счастливой и полноценной.

- Тогда я профи! - поддразнила я и встала перед ним на колени.

Что?! Мне было любопытно!

Профи я, конечно, не была. Но у меня имелось море энтузиазма и желания довести мужчину до экстаза. Вот и весь секрет охрененного минета. А именно так Дима его и описал!

Измазанные в десерте и абсолютно удовлетворенные друг другом и жизнью, мы отправились принимать пенную ванну. Никогда бы не подумала, что Дима из тех мужчин, кто занимался подобным. Но я предложила, а он не отказался. Спонтанное свидание переросло в романтический вечер, и я уже совсем не думала о том, что нам с Рогозином пора расстаться.

Но и здесь он опять удивил. Немного повалявшись со мной в постели, он начал одеваться.

- Не останешься? - спросила я и тут же пожалела. Слишком уж явно слышалось разочарование в моем голосе.

- Утром ранняя встреча с деловым партнером, - ответил Дима. - В центре пробки. От меня ближе добираться.

- Хм, а этот партнер твоего возраста? - как бы невзначай поинтересовалась я, вспомнив о своем обещании. Но Дима заметно напрягся и послал мне вопросительный взгляд.

- Может быть, он захочет познакомиться с Олей?

Рогозин поморщился.

- С кем?

- С моей подружкой! - воскликнула я. - Ну ты же видел ее уже несколько раз.

- С чего бы? - грозно спросил он и заворчал себе под нос, но я все равно услышала. - У него шкур хватает.

Это замечание больно кольнуло, будто бы Дима и обо мне так отзывался. Хотя, если учесть его отношения к женскому полу в целом, то даже не удивительно. Благодаря стараниям Надежды он во всех видел предательниц. Возможно, даже во мне. Но меня это не должно было волновать. У нас вовсе не отношения, всего-то приятное времяпровождение, где каждый любит сам себя.

Дима застегнул пояс на брюках и осмотрел меня с ног до головы плотоядным взглядом.

- Если хочешь, поехали ко мне, - неожиданно предложил он.

И хоть мне было безумно приятно, а идея в самом деле казалась заманчивой, учебу никто не отменял.

- У меня тоже ранняя встреча, - деловито заявила я. И тут же добавила. - Это свидание. С очень интеллигентным человеком.

Рогозин приподнял бровь и хмыкнул.

- Ему случайно не под шестьдесят?

- Думаю, что больше, - заговорщицки поделилась я. - Это наш философ!

- Тогда веди себя хорошо. Боюсь, у дедушки случится инфаркт, если ты хотя бы подмигнешь ему!

Я рассмеялась, а Дима чмокнул меня в губы и пошел обуваться. Даже шутка не разбавила чувства потери, которое вспыхнуло так внезапно. Я с трудом удержалась, чтобы не спросить, когда мы увидимся еще раз. Но встретиться мы все же должны были.

- Забери шубу, - резко выпалила я.

Рогозин накинул куртку и послал мне недоуменный взгляд.

- Да? Думаешь, она мне пойдет больше?

Он хмыкнул и достал из шкафа эту роскошь, которую я боялась носить в университет.

Как бы я не пыталась, но сдержать хохот не удалось, когда он накинул белую шубку себе на плечи и начал крутиться перед зеркалом. Даже кокетливо выставил ножку. Боже, я его обожала!

- Нет... Ну не знаю. Как-то не очень! - прокомментировал Рогозин с выражением неописуемой серьезности. Я завидовала черной завистью его железной выдержке. А сама держалась за стенку, заливаясь смехом.

- Юль, - совсем строго бросил Дима. - Это подарок. Ясно? Мне некуда его девать.

Я успокоилась и робко кивнула.

- Ладно. Хорошо. - Он уже открыл двери, когда я бросила вдогонку: - Спасибо!

Рогозин обернулся и одарил меня такой искренней мальчишеской улыбкой, что у меня в сердце что-то предательски ойкнуло.

- До завтра, - бросил Дима и ушел. Этих слов было достаточно, чтобы я ощутила несказанное облегчение и удовлетворение. Он вернется. Это еще не все.

Мне бы хорошенько себя отругать за подобные мысли, но я предпочла заняться самообманом.

«Ничего такого», - заверялая себя. - «Просто интересное времяпровождение с опытным мужчиной. И нет, мое сердце вовсе не будет разбито. Поиграем друг с другом и мирно расстанемся. Так часто бывает... Где -то в утопическом мире».

Оле я так и не дозвонилась. Но получила сообщение от Димы с пожеланием спокойно ночи. Это было. мило. Очень! 

Глава 17 

Утром я суетливо собиралась на уроки, стремясь не опоздать. Из -за того, что я была по натуре «совой», мне часто приходилось выбирать: позавтракать или выглядеть похожей на человека разумного. А когда я выбирала второе, то была голодной и агрессивной весь день.

Когда я вошла в класс, моя лучшая подруга весело щебетала в компании одногруппников, как будто ее вовсе не беспокоил тот факт, что я ждала ее вчера весь вечер.

Увидев меня, он улыбнулась и пересела за нашу парту.

- Привет, киса! - воскликнула Оля и чмокнула меня в щеку. - Сморчка еще нет.

Она говорила о том самом философе, Сморчковском Иване Ивановиче, над фамилией которого студенты откровенно издевались.

- Давай телефон, - буркнула я, упав на стул.

Оля заметно напряглась, присела рядом и шепнула:

- Давай об этом после пар поговорим?

- О чем? - возмутилась я, начиная подозревать неладное. - Оль, что случилось? Ты его потеряла что ли?

Она покачала головой и устремила свой взгляд на парту, будто там было что -то интересное.

- А что тогда? - зашипела я.

- Я не могу тут говорить. Там предыстория, без нее ты не поймешь.

А больше я узнать не успела, потому что преподаватель вошел в класс, и наступила гробовая тишина.

«Напиши», - предложила я на записке.

«Давай после пар. У тебя все расскажу».

«На перемене» - потребовала я.

Оля, будто чувствовала мое настроение, потому спорить не стала.

На перемене мы вместе пошли в столовую, чтобы меня накормить и заодно обсудить Олину проблему. А то, что она была, я уже не сомневалась.

- В общем, я вчера шла в общагу, и возле меня остановилась иномарка. За рулем какой -то лысый мужик, но симпатичный. Пригласил покататься, ну а я. Взяла и рискнула! Села к нему в машину, он повез меня в суши бар, накормил, даже немножко напоил. Познакомились, все дела.

- Это какие это дела? - уточнила я и, зная подругу, предположила: - Что прямо там? В суши баре?

- Нет! - захихикала она. - Мы только целовались! Кстати, он в этом хорош!

- Не суть! Что с телефоном-то? - спросила я и откусила огромный кусок ватрушки.

- Ну, мы обменялись номерами, и он высадил меня у дома. Но не прямо возле общаги, а я попросила чуть раньше, во дворах. Знаешь, чтоб никто слухи не начал пускать.

- Угу, - протянула я.

- Было темно уже, я думала к тебе заскочить, но телефон сел, я не позвонила. А потом вспомнила, что на сегодня реферат по философии писать, и побежала домой.

Оля замолчала и оглянулась по сторонам. Мы сидели на лавке вдали от компашек студентов, но она все не решалась продолжать.

- И не дошла, - пробормотала она. Я увидела, как в ее глазах собрались слезы и перестала жевать. А вот теперь в самом деле стало не по себе.

- Что произошло?

- Там какая-то гопота сидела на лавках. Не наши. Они меня звали, звали. Я думала, что проскочу быстренько мимо и пронесет. А нет, двое пошли следом, догнали в переулке.

У меня задрожали руки. Оля всхлипнула, утерла слезы со щек и посмотрела на меня. Я боялась, что она скажет дальше. И в то же время надеялась, что не так все страшно, как нарисовало мое сознание.

- Они хотели меня изнасиловать, - прошептала она. - Но я взамен предложила им телефон, чтобы они меня отпустили. Айфон забрали, но все равно продолжили.

Я охнула и прикрыла рот ладонью. У меня не было слов, чтобы выразить весь спектр своего ужаса. Но Оля и так видела, как дрожали мои руки, а на глаза нахлынули слезы.

- Господи. Как же ты...

- Юль, ты не волнуйся так, - прошептала она и, обняв, начала поглаживать по волосам. - Все обошлось. Прямо чудом! Я закричала, и кто-то проходил мимо. Кажется, какой-то мужчина. Он засвистел, и те уроды быстро сбежали. Ну а я, можешь себе представить, была напугана до полусмерти. Побежала домой, закрылась в ванной и ревела от шока. Все хорошо, правда. Они мне только синяк на руке оставили.

Она закатала рукав и продемонстрировала мне след от пятерни на своем запястье.

- Я уже даже отошла. Теперь другая проблема, - пробормотала она.

- Какая? - спросила я, боясь, что на этом жуткая история не закончилась.

- Телефон, - вздохнула Оля. - Мне же теперь придется как-то. где-то брать деньги, чтобы его вернуть.

Теперь все встало на свои места. Вот почему я не могла к ней дозвониться. Пока я ворчала и злилась, что подруга не брала трубку, ее прижимали к стенке какие-то сволочи.

- Да хрен с ним, с телефоном. Главное, что ты цела осталась. Почему ты не пришла ко мне? - обвинительно спросила я. - Мы бы вызвали полицию. Я бы тебя успокоила, в конце концов.

Оля пожала плечами и вновь потупила взгляд.

- Страшно было. К общежитию рукой подать, а к тебе снова через дворы нужно было идти. Да и я вообще думать тогда логически не могла.

Я поджала губы, прекрасно понимая ее состояние. Совсем недавно я и сама была столь же разбитой и потерянной.

- Но теперь-то ты можешь написать заявление в полицию. Давай вместе после занятий поедем в участок?

- Юль. А толку-то? Ты что не знаешь, как наши органы работают? Телефон, если и найдут, то себе заберут. И к тому же, как я подтвержу, что он мой. А ты? Чека у нас нет, я там какой-то айди создала, но даже не запомнила пароль. Все уже. С концами.

Она снова всхлипнула и заплакала, закрывая лицо руками.

- Девушки, у вас все хорошо? - спросил Кирилл, знакомый парень с нашего потока. Он имел славу местного Казановы, и не раз флиртовал со мной. И с Олей. Но в целом, он был приятным и отзывчивым.

Присев на корточки перед Олей, он задал вопрос:

- Чего сырость распускаем? И так в корпусе не топят. Холодина! Брр!

- Что-то в глаз попало, - соврала подруга и натянуто улыбнулась. - И правда, холодно.

- Так я могу согреть! - тут же предложил Кирюша.

Мы с Олей переглянулись и хмыкнули.

- Юль, ты не ревнуй. Меня хватит на двоих!

Теперь уж мы рассмеялись.

- Мы подумаем! - пообещала подружка и подмигнула мне.

Раз она была способна шутить, значит, и в самом деле отошла от шока. Но я все еще переваривала услышанное. А руки по-прежнему подрагивали.

После занятий я настояла, чтобы подруга пошла ко мне. Мне не хотелось оставлять ее одну, а также я хотела расспросить ее о всех подробностях, включая новое знакомство. Уж слишком мне казались подозрительным частые сообщения от ее нового кавалера на дорогой иномарке. Каждый раз, когда пиликал ее старенький смартфон, она светила от счастья и глупо улыбалась. Будто и не было вчерашнего инцидента.

Мы зашли в комнату общежития, чтобы взять некоторые учебники, а также сменную одежду для подругу. Потому что наметили грандиозную пижамную вечеринку на двоих с шампанским и шоколадкой. Да, прямо посреди учебной недели!

И каким же было мое удивление, когда я застала в комнате Женю. Он вальяжно разлегся на моей постели, вертя что-то в руке. Заметив меня, он спрятал черный лоскуток ткани и резко сел.

- Котик, ты видел мои трусики? - выкрикнула Даша из ванной. А затем и явилась сама, прикрытая одним лишь полотенцем.

Оля послала мне сочувственный взгляд, но я на нее не смотрела. Мой взгляд был прикован к Жене, а он не отрываясь смотрел на меня.

- Что ты здесь делаешь? - с явной претензией спросила Дашка.

- Она здесь официально прописана, вообще-то, - вступилась за меня Оля и быстро начала собираться.

Даша хмыкнула и пошла вперед, усевшись возле моего бывшего парня. Она облокотилась на его плечо, как бы обозначая их новообразовавшиеся отношения. Но Женя неожиданно и довольно грубо ее оттолкнул.

- Поговорим? - спросил он, все еще смотря исключительно мне в глаза. И взгляд такой умоляющий, беззащитный.

Даша резко встала, явно не одобряя желание парня. Она, может, и считала его своим, но ему, похоже, такая пассия не нужна была. И я искренне не понимала, чем она ему не подходила? Ведь красивая, остроумная, фигуристая барышня. Безотказная, в конце концов.

- Уже не о чем, - как можно спокойнее произнесла я. Отголоски уже поутихшей боли вернулись. И думаю, я еще долго не смогу смотреть на него спокойно. Но все же... Зародыши чувств к этому человеку внутри меня погибли. У него, собственно, и не было возможности извиниться, заболтать меня, пока еще я тайно надеялась, что можно простить и все вернуть. Но прошло время, и теперь таких надежд я не питала. И благодарить за это я должна Диму. Даже сейчас я думала о нем.

- Юль.

- Уходим, - холодно бросила Оля и увела меня за руку, когда Женя уже поднялся и направился ко мне.

Вот почему я любила свою подругу. Он очень тонко чувствовала мое настроение.

- Ты как? - робко спросила она, когда мы вышли на улицу.

Я покачал головой, а сама едва сдерживала слезы. Что отрицать. еще больно.

- Дура я просто, - честно призналась. - Я же и правда его не любила. Придумала себе непонятно что.

Немного подумав, подруга вздохнула и произнесла:

- Всем хочется сказки, зайченок. Всем без исключения.

- Напьемся? - с надеждой предложила я.

- Еще как! - Оля хмыкнула, и мы ускорили шаг.

Дима в тот вечер так и не позвонил. И даже не прислал сообщение. Я была рада, что у меня имелась компания, иначе не удержалась бы и набрала сама. А я не хотела превращаться в его тень.

Не объявился Рогозин и на следующий день. И после него. Совсем грустно стало утром субботы. Учебная неделя пролетела, как шальная, но мою головушку то и дело посещали мысли о неком потрясающем олигархе, который, похоже, утратил ко мне всякий интерес. Что именно меня грызло - факт, что я упустила такого мужчину, либо же отсутствие интереса с его стороны - так и не поняла. Наверное, все вместе.

Родители звонили несколько раз, и единожды мама даже спросила на счет Димы. Не видела ли я его, не звонила ли больше? Я так и ответила - не видела. Не звонила. Хотя, по правде говоря, руки чесались.

Я ходила по спальне, пересматривая его последние сообщения и кусая ногти. Позвонить? Что сказать? Повода для встречи нет. Телефон пропал с концами, шубу я все же начала носить, а вчера даже заснула в ней, потому что мне показалось, что я уловила на ней аромат самого обалденного в мире мужского парфюма.

- Пора признаться в этом. Я сошла с ума, - рассуждала я, стоя перед зеркалом. - Или еще хуже...

Долго я смотрела на свое отражение, пытаясь что -то рассмотреть в глазах, но озвучить бурлящие чувства так и не осмелилась. Даже для себя.

- Чушь! - вынесла я вердикт. - Переболею, забуду, переключусь.

Казалось бы, звучало убедительно, но вместе с тем возник новый план! Глупейший, даже какой -то детский, но мне казалось, что наступит облегчение.

Одевшись в первое попавшееся, я натянула шубу и побежала к Оле.

Открыв комнату, обнаружила всех девушек спящими. Только Даша вяло приоткрыла глаза, увидела меня, поморщилась и накрылась подушкой. Судя по всему, уже обыденная пятничная вечеринка продлилась до глубокой ночи.

Я не могла так просто безжалостно разбудить Ольгу ради моей глупой п рихоти. По моему плану она должна была позвонить Диме со своего номера и не своим голосом о чем -то его расспросить. Я даже не представляла о чем, надеясь на экспромт и подвязанный язык подружки. Но сейчас она явно была не в состоянии. А у меня руки чесались.

Походив туда-сюда, я решилась на мелкую пакость. Сняла с вешалки Олину сумку и прокралась с ней на кухню. Тихонько закрылась и достала ее телефон. Батарея была почти разряжена, но мне бы хватило.

Я набрала нужный номер и стала ждать ответа с гулко колотящимся сердцем. О чем спросить? Можно к телефону Семен Семеныча? Интересует ли вас продукция Орифлейм? Черт! Что я творю? Неужели я настолько спятила, что готова выставить себя идиоткой, чтобы просто услышать злое бурчание Рогозина?

Я нервно теребила Олину сумку, пока не нащупала там что -то твердое. Без задней мысли полезла внутрь и застыла. Коробка от айфона. Все верно, я ведь давала подружке телефон с ней. Но почему такая тяжелая? Медленно открыла ее, и в этот момент раздался напряженный голос Димы.

- Что с Юлей?

Я с недоверием покосилась на трубку в своей руке и еще раз перевела взгляд на коробку. Новенький айфон был внутри. Похоже, тот самый, что подарил Дима. Или другой?

- Оля? Почему молчишь? - раздраженно бросил он. И тут до меня дошла еще одна поразительная мысль. У Димы был ее номер. Ведь я звонила с ее телефона. Как? Откуда? Они общались? За моей спиной!

Я отключила вызов, пребывая в полном оцепенении от шока. Первая мысль, самая страшная и жуткая -предательство. Такое черствое, противное, всестороннее. Опять предательство.

Неужели Оля все же добилась своего и подцепила себе богатенького? Но ведь он был. со мной.

Он и не звонил неделю. Оля меня избегала. А телефон Дима ей подарил такой, как мне.

«Он их всем налево и направо раздает» - вспомнила я ее слова.

- Боже, - прошептала я, чувствуя, что сейчас закричу. Меня прямо распирало от давящих эмоций. А потом старый телефон Оли вновь зазвонил, но номер Димы не был вбит в память. Она от меня шифровалась!

Я не ответила, меня даже не волновало, что звонок кого -то разбудит. Я сейчас отойду и сама разбужу все общежитие своим воем. Но тут уж зазвонил и мой телефон, а на экране высветилось «дядя Дима».

Дрожащей рукой я подключилась, но в горле застрял ком.

- Юляша? Что случилось? - спросил он. Так ласково, с такой заботой, что я судорожно вздохнула. Лжец! Он такой же обманщик, как и Женя. Как тот искусно притворялся заботливым парнем, так и этот играет на моих нервах и, самое страшное, чувствах. Ведь я уже погрязла в них по самое не могу. - Юля?

- Не звони сюда больше, - охрипшим, едва разборчивым голосом прошептала я и бросила трубку. Это нужно было закончить раньше. Не подпускать к себе так близко.

«А теперь посмотри, к чему это привело!»

В кухню вошла сонная Оля, а когда увидела айфон на столе, испуганно округлила глаза.

- Значит, и ты предательница, - выдала я, и мой подбородок затрясся.

- Юль, ну что ты драматизируешь, - пробормотала она, виновато потупив взгляд.

Я не могла и не хотела слушать ее жалкие оправдания. Все встало ясно в один момент, мои глаза узрели простую истину. Никому нельзя доверять. Весь мир против меня одной. Ни одного друга вокруг. Сама по себе.

Я стремительно покинула кухню, задев Ольгу плечом. Телефон забирать не стала. Похоже, она его заработала честным, так сказать, трудом.

«А ты чем лучше?» - возникла колючая мысль. «А ничем. Такая же дешевка».

Домой я не шла, а летела. Добежала до подушки и уткнулась в нее, позволяя сдавливающим рыданиям выплеснуться наружу.

Это слишком жестоко. Почему они так со мной? Что я им сделала?

Когда рыдания стихли, начался откат. Я просто бездумно смотрела в потолок, пока мои мысли не оборвал стук в дверь. Такой настойчивый, властный, что мурашки побежали по коже, а сердце затрепетало. Так мог стучать только один человек. Я сразу подумала о Диме.

Подошла, посмотрела в глазок. Он. Не буду открывать.

- Юля! - грозно так, будто знал, что стояла за дверью. И через несколько секунд опять: - Ну как хочешь.

Я уж подумала, что он ушел, и правда не хотела его видеть... Может быть только чуточку. Но зачем? Лишь для того, чтобы выслушать его оправдания? Опять дать себя обмануть? Нет, баста. Мне самообмана хватает.

Рогозин не ушел. Каким-то необъяснимым образом у него обнаружились ключи. И он начал открыть ими мою дверь. Я впала в ступор от поразительной наглости. А когда ручка дернулась, вздрогнула и прижала ее обратно, провернув замок на закрывание. По ту сторону послышался натуральный раздраженный рык, да еще и несколько ласковых в придачу.

И ключ опять провернулся. Я сделала свой ход, но Дима и не думал сдаваться. Он на секундочку стих, а когда я посмотрела в глазок, открыл замок и резко толкнул дверь. Придавить ее не успела. Как результат, злой мужчина в моей квартире и уже прижимает меня к той самой двери, да еще и дышит, как змей Горыныч.

- Чего пришел? - буркнула я. - Здесь интимные услуги больше не предоставляют. Иди в дом по соседству.

Дима нахмурился. Так естественно, будто совсем не понимал, о чем речь. Актер!

- По соседству общежитие, - догадался он. И звучал так, будто пытался разгадать мои мысли.

- Да-да! Олечка будет тебе более чем рада.

- Причем здесь она, мать твою? Я думал, у тебя случилось чего? Она мне звонила, но ни слова не сказала. А ты чуть ли не ревела в трубку и это твое «больше не звони мне». Это что вообще было?

Я фыркнула и отвела взгляд.

- Нет, они все меня за полную идиотку держат. Как я устала от этого спектакля.

Попыталась оттолкнуть Рогозина, и он даже позволил мне, но только для того, чтобы схватит меня за руку и потащить в спальню. Буквально зашвырнув меня на постель, он сложил руки на груди и начал буравить меня строгим взглядом.

- Рассказывай, - потребовал мужчина.

- Зачем? Чтобы ты стал все опровергать? - раздраженно бросила я.

- Чтобы я хоть что-то, япона мать, понял! - вдруг заорал он. На секунду даже растерялась, не ожидая от Димы такой нервозности. Но теперь во мне вскипела злость.

- Ты думал, что это Оля звонила, а это была я! Я! - процедила я и встала, глядя на него с вызовом. - Что теперь скажешь?

Рогозин вздернул брови. Все еще не понимал, да?

- И телефон я тоже видела. Это у тебя вместо «спасибо»? Или вместо визитки?

Дима с минуту смотрел на меня, как на чудо-юдо, после тяжко выдохнул. Выдохнул еще раз и неожиданно приблизился. Так неторопливо, с опаской, будто вместо меня перед ним стояла дикая кошка.

- Юлечка, зайченок... Ты что приняла? У тебя явные отходняки. Паранойя, глаза красные. Голова кружиться?

Теперь настала моя очередь застыть и обдумать им сказанное. Так! Меня, значит, приняли за неопытную наркоманку. И самое смешное, что ведь в самом деле волнуется, переживает, со всей ответственностью отнесся. То ли он пытался довести меня до нервного срыва, то ли. и правда не понимал, на что я так горестно обиделась.

Не знаю, что творилось у меня в голове. В принципе, давно пора перестать удивляться своим порой сумасшедшим идеям. В общем, решила я Рогозину тут же и подыграть.

- Не знаю. Но этим частенько грешу. Что со мной делать будешь?

Дима насупился, плотно сжал губы и выдал:

- В этом районе дилеров нет. Сам лично похлопотал. Так откуда же ты дурь берешь -то?

Челюсть отвисла непроизвольно. Мой олигарх контролировал реализацию наркотиков по всему городу? Если так, то я явно перестаралась, потому что знать об этом мне не просто не нужно было, а еще и совсем не хотелось.

- Уходи! - только и могла пискнуть я.

- Угу, - угрюмо бросил он. - Щас! Только знакомому доктору позвоню. А потом, как он тебя посмотрит, вытрушу все опилки с твоей глупой головы.

Он в самом деле потянулся к телефону, но я его остановила.

- Дим! Дима, не надо! - Ноль реакции. - Да нормально все со мной. Не принимала я ничего.

Опять «Угу».

Я не выдержала, выдернула у него из рук телефон и нашла входящие звонки. Последний был подписан странно...

- Юлина шкура? - непонимающе прочитала я. - Это как?

Посмотрела на мужчину, тот был хмур и мрачен. Телефон аккуратно изъял из моих слегка подрагивающих рук.

- Подружка твоя. Ольга.

Теперь и у меня ничего не складывалось.

- Почему ты так ее назвал?

- Потому что.

Ответ меня явно не устроил, что я пыталась объяснить взглядом.

- Она мне не нравится, - выдал этот индивид, совсем ломая мою логику.

- То есть. Ты с ней не спал?

Теперь на лицо Димы вернулся тот осторожный взгляд, будто он оценивал степень моего наркотического угара.

- Да не наркоманка я! Спал или нет?

- Нет! - процедил Дима. И с такой брезгливостью, что даже лучший актер, получивший Оскар, не смог бы так убедительно сыграть.

- Тогда почему у тебя ее номер забит?

На секунду тот застыл, а я напряглась. Значит, не все чисто, раз не сразу нашелся с ответом.

- Ты только не бушуй, - как-то напряженно произнес Рогозин.

- Ну!

- Я ее прослушивал.

ЧТО?!

- Что?! - голос пропал. - Зачем?

- Я же сказал, она мне не нравится. Юль, там ничего серьезного. Поручил Сене просмотреть ее сообщения и контакты. - Дима вздохнул, потрепал свои волосы и, схватив меня за руку, подвел к кровати. Сел сам, а меня посадил на колени. Я не сопротивлялась. Нет, меня до жути интриговал этот мужчина с его волнительной способностью меня поражать до потери речи.

- Понимаешь, я сотрудничаю с разными людьми, кручусь в таких кругах, где нужно всегда быть начеку. Хотя нет, это вообще не оправдание для тебя. В общем, чего уж... Я параноик. Немножко.

Дима поморщился, а затем невинно улыбнулся. Я все еще смотрела на него, не мигая.

Оттаяла, когда он стал раздеваться. Снял пиджак, вытянул рубашку из пояса, расстегнул пуговки и положил мою ладонь на свое ребро. Я ощутила небольшой шрам и сразу поняла, как он был оставлен.

- Это от пули, - прошептал Дима. - Сейчас уже проще стало. А раньше времена были напряженными. С тех пор у меня появилась привычка все о всех узнавать. Ты и твое окружение стали мне. любопытны.

- Мое окружение? - оторопело повторила я. Впрочем, не оно меня волновало. - И меня ты прослушивал?

- Тебя нет.

- Почему нет?

Не то что бы мне стало обидно, что меня обделили, так сказать, вниманием, я просто пыталась понять его логику. А еще говорят, что у женщин тараканы в голове.

- Не хочу разочароваться, - на полном серьезе ответил он.

Это дало мне некую пищу для размышлений, и я опять притихла на какое -то время. Дима терпеливо ждал, поглаживая мои волосы и пялясь на мой профиль. Он улыбался, я видела краем глаза.

- То есть, ты прослушивал мою подругу, но не меня. У тебя есть ее контакт, но с ней ты не спишь. А еще у тебя есть ключ от моей двери, шрам от огнестрельного ранения, и ты контролируешь наркодиллеров.

Я все еще боялась на него взглянуть.

- Наркотиками не занимаюсь, - сухо бросил Дима. - Но знаю людей, которые ведут этот бизнес. Хорошо знаю.

Я медленно повернула к нему голову.

- Я сейчас взорвусь, - честно призналась я.

- Давай по порядку, а? - ласково предложил мой олигарх. Я согласилась и рассказал все события с нашей прошлой встречи. И о втором телефоне, и об обмане Оли, ее рассказе о насильниках, которых, судя по всему, и не существовало. В итоге я смогла разложить все факты по полочкам и сделать несколько выводов. Первый - Оля все же предательница и завистливая гадина. Второе - я доверчивая дура с задатками психопатки. Третье - Дмитрий Сергеевич потрясающий мужчина. И влюбиться в него невозможно. Просто невозможно.

- Значит, ты подумал, что со мной что-то случилось, и сразу примчал? И копию ключа ты тоже из-за своей паранойи сделал?

- А мало ли. Ударишься и сознание потеряешь. Или нападет кто -то. Я, конечно, и двери могу выбить, но. Ладно, вру я все. - Он хитро улыбнулся. - Просто хотел устроить тебе сюрприз и прийти как-то посреди ночи.

- Ну, проверку ты прошел, - попыталась я отшутиться. - Прилетел быстро.

- Я с совещания важного ушел, - недовольно пробурчал Дима.

- Сложная неделя, да? Это потому ты ни разу не позвонил? - как бы невзначай поинтересовалась я. А по факту очень хотелось услышать оправдание посерьезнее.

- Не звонил, - подтвердил Дима, задумчиво меня рассматривая. - Ждал, когда ты позвонишь.

Я хмыкнула.

- Зачем?

- Хотел, чтобы ты подумала на счет всего этого. На счет нас. Не ты ли говорила, что ничего серьезного не получится? И как? Недели хватило, чтобы саму себя в этом убедить?

Я отвела взгляд. И что ему ответить? Что все еще так думаю, но уже не хочу его отпускать? Все слишком сложно... Или я сама же усложняю?

- А ты тоже думал? - с надеждой спросила я.

- Да-а-а, - хитро протянул он.

- Поделишься?

Дима прижался к моему уху и шепнул:

- Поделюсь. Собой.

Его тон был более чем обещающим, как и движения рук, который уже вовсю стягивали с меня одежду. И я опять не противилась. Зачем? Моя точка невозврата прошла. 

Глава 18

 Не знаю, зачем это нужно было Диме, но в итоге он все же добился от меня некого признания. Что я скучала, что я хочу его безумно, что принадлежу ему. Он буквально вынудил меня повторить последнюю фразу несколько раз в перерывах между стонами.

Ближе к вечеру он пытался уговорить меня сходить с ним на ужин. За город в эти выходные не собирался, так как на воскресенье у него была назначена полуофициальная встреча с будущим бизнес-партнером.

Но я все еще была слишком подавлена, чтобы куда-то пойти. А еще зла.

- Давай лучше пойдем сейчас к Оле и заберем телефон! - воинственно предложила я. - Будет ей позор на все общежитие.

Дима уткнулся слегка отросшей щетиной в мой живот и провел губами по нежной коже.

- Некрасиво как-то, - задумчиво произнес он.

- В смысле? - поразилась я. - А она, значит, красиво поступила?

- Я не о том. Месть должна быть красивой. Это искусство.

Он послал мне какой-то лукаво-загадочный взгляд, и уголки его губ дрогнули.

- Не знаю, не знаю. Лично мне хочется выдрать ее патлы, - пробубнила я. - Как вспомню, сколько она мне лапши навешала. Она ревела, Дим! По-настоящему.

- А легче тебе станет? - с сомнением спросил Рогозин. - Ты ее опозоришь, она заточит зуб. Еще как -то мстить начнет, палки в колеса ставить. А тебе еще учиться с ней четыре с половиной года. Да и потом, какое наслаждение -то?

- Я не думаю, что от этой ситуации в принципе можно получить наслаждение!

- Хочешь, научу? - как-то коварно спросил Рогозин. Точно совращал меня на что-то нехорошее.

А я неожиданно задумалась. И осмелела.

- Дим... А расскажи о себе еще что-то жуткое.

Я потянулась к шраму на его скуле и ласково провела пальцем.

- Этот от чего? Нож?

- Ты говорила, что она хотела познакомиться с моим другом?

Меня нагло проигнорировали. Дима задал свой вопрос, будто и вовсе не слышал моего.

- Хрен теперь ей, а не друг! - возмутилась я. - Еще чего!

- А вот и нет. Устрою я ей встречу. Это и будет наша месть.

- Что ты задумал? - поинтересовалась я, заинтригованная его планом. Судя по хищному блеску в глазах, он был довольно пакостным.

- Доверься мне! - потребовал Дмитрий. А сам.

- Нет между нами доверия, - горько констатировала я и встала, подбежав к шкафу. - А без доверия не может быть никаких отношений. А секс без отношений - это просто секс. Так что и тебе задерживаться нет смысла.

Последнюю фразу я произнесла совсем угрюмо и нехотя. Но правда в моих словах была неоспоримая. А еще я пыталась намекнуть мужчине, что все не так со мной просто. Если ему всего лишь нравится проводить со мной время, то я уже практически зависима. И наркотиков не надо, когда есть Дима. Ломка и так обеспечена.

Он тихо подкрался за спиной, когда я натягивала домашнее платье. В зеркале увидела его отражения, почувствовала руки на своей талии, тепло его дыхания возле ушка. Мы вместе смотрелись. Мы смотрелись. Он выше меня, значительно шире в плечах, и я будто окутана им. Позволила себе на мгновение расслабиться, прикрыла глаза и вдохнула его аромат. Если бы вот так, только лишь по запаху, можно было бы определить спутника жизни, то Дима бы точно стал моим фаворитом.

- Тебе нравится, как я пахну? - зачем-то спросила я.

Димина рука с моей талии переместилась к моему бедру, а затем и к подолу платья. Я жадно следила, как его пальцы проникают под одежду и тонут внутри меня.

- Юляш, ты пахнешь, как цветочек. Но не это меня убивает. А твой вкус.

Он облизнул палец, затем резко меня развернул и со стоном впился в мои губы. Извращенец!

- Так бы тебя и съел! - поделился Дима. Но затем посерьезнел и обнял меня совсем без сексуального подтекста. С нежность, скорее. - Дай мне время во всем разобраться, - попросил он. - Доверие надо заслужить.

В тот момент я поняла, что у нас с Рогозиным намного больше общего, чем я думала. Он - это я в будущем. У меня еще жизненного опыта мало, и то я пролила слез немало, да слегка одичала, потеряла веру в друзей. А он? Он потерял все. Странно звучит, если учесть, что он один из богатейших людей города. Но не в деньгах ведь счастье.

- Я не к чему тебя не принуждаю, Дим. Но просто я и сама... - набралась смелости и призналась. - Сильно привязалась к тебе. Больно потом будет.

Он начал гладить меня по голове и слегка раскачиваться, словно мы танцевали под несуществующую музыку.

- Больно всегда. Но она закаляет.

Меня покоробило, что он не стал отрицать, уговаривать меня. А потом мне это даже понравилось. Дима не Женя. Он не пытался строить из себя то, что мне бы хотелось видеть. Он был собой, и, наверное, я должна была принять его таким.

- Поужинай со мной. А я, так и быть, расскажу еще что-то жуткое о себе.

- Заманил! - горестно сдалась я.

За ужином в шикарном ресторане Дима уговорил меня перезвонить Оле. От нее было несколько пропущенных, а еще три сообщения, где она писала, что может все объяснить. Вот только веры ей больше не было. Что ж, я сделала все, как сказал Рогозин. Позвонила, выслушала какой -то бред на счет того, что ее новый ухажер подарил точно такой же телефон, и она собиралась мне его вернуть. Я взглянула на Диму, тот насмешливо фыркнул и одобрительно кивнул, намекая следовать его плану. Я подругу якобы простила, сказала, что погорячилась, но уже успокоилась. А завтра мы с ней и с Диминым другом идем на двойное свидание. Оля визжала от радости и говорила так непринужденно, словно ничего страшного и не произошло. Когда притворяться больше не было сил, я без слов отключилась.

- Я так понимаю, это та полуофициальная завтрашняя встреча? - уточила я.

- Она самая. Только Сеня подвезет вас ближе к восьми вечера, чтобы мы все дела успели уладить.

Дима привлек меня к себе под бок и поцеловал в макушку. Ресторанчик был очень милым, мы сидели в небольшой кабинке с мягкими диванчиками, что позволило нам обниматься. На сцену вышла колоритная девушка африканских кровей и запила красивенным голосом. И Рогозин вновь меня удивил.

- Потанцуем?

- А ты умеешь? - удивилась я.

- Не очень. А ты?

- Две левые, вообще-то!

Дима улыбнулся, и его лицо стало таким красивым, что я не могла отвести взгляд.

- Прекрасно! Идем?

Он протянул мне руку и помог встать. Раскачиваться под музыку было несложно, и особых навыков для этого не нужно. Зато я почувствовала себя чуточку к ближе к этому мужчине.

- Так все-таки. нож?

- Кочерга. - Дима фыркнул. - Бытовая травма.

Речь, естественно, шла о шраме на его лице. Вот только, почему бытовая?

- Ревнивая любовница застукала... с другой любовницей? - насмешливо предположила я.

- С двумя, - ответил Дима на полном серьезе. Я смотрела на него и думала, что он меня наверняка разыгрывает, вот сейчас точно дрогнут его соблазнительный губы. Но он отвел взгляд и уставился в пустоту.

Я застыла. А потом и вовсе остановилась и попыталась вырваться. Конечно, я понимала, что опыт у мужчины имелся и все такое. Но. с двумя?! Да еще и измена! Это уж слишком!

Рогозин дернул меня за руку и вернул обратно в свои объятия. А вот теперь он и улыбался, и глаза его блестели привычной хитринкой.

- Тебя развести вообще ничего не стоит! - Он расхохотался.

- Ну, Рогозин! Я отомщу, - пообещала я. На что мужчина закружил меня сильнее.

Позже мы заказали десерт, и Дима отлучился. Я же наслаждалась в одиночестве, слушая репертуар красивой певицы. Правда, наслаждаться долго не дали. Мое сердце забилось чаще, когда возле нашего столика показалась никто иная, как сама Надежда. Бывшая Димы собственной персоной.

Выглядела женщина без приуменьшений роскошно. Вероятно, от природы она не была столь красивой, но прямо сейчас передо мной стояла богиня, затмевающая всех своим ликом.

- Ну, привет, Аня, - произнесла она, окинув меня вовсе неприветливым взглядом.

- Меня зовут Юля, - на автопилоте ответила я.

- Сегодня Юля, завтра Аня. У него их океан, - поведала не очень трезвая и явно огорченная девушка, после чего бесцеремонно упала на диванчик напротив меня. - Жаль мне тебя. Поговорить хочу.

Что-то мне подсказывало, что душевным этот разговор не будет.

- Дима сейчас вернется, - с надеждой произнесла я и оглянулась. Нет, его не было в зале.

- Дима! - фыркнула дама. - Это для меня он Дима. Мой Дима. - Надя взяла его бокал и осушила до дна. Даже не смотря на явно недоброжелательный тон, он выглядела так. жалко. С первого взгляда могло бы показаться, что она просто нахалка, возомнившая себя хозяйкой одного определенного мужчины. Но я ведь знала больше, чем она думала. Я знала, что она бросила его, сделала ему больно в тот момент, когда он нуждался в поддержке больше всего. А теперь ей и самой от этого больно, вот только время не вернуть.

- А он мне говорил, что полностью свободен, - с вызовом произнесла я.

- А он всем так говорит! Он вообще сам по себе. И любит только себя.

Что ж, и в этом я осведомлена.

- Надежда, я не думаю, что у нас с вами состоится разговор, - как можно вежливее произнесла я. - Вы слегка пьяны, а я не в настроении выяснять отношения, либо драться за мужчину.

- А я не собираюсь за него драться. Уже давно все выиграно. - Она посмотрела на меня пьяным взглядом, навела фокус и как-то вмиг с виду протрезвела. Ее тон был серьезным, словно она беспрекословно верила в то, что говорила. - Мы с ним поженимся, так или иначе. Потому что любим друг друга. Не все поймут наши отношения, не все. И ты, молодая, красивая, с бабочками в голове уж точно не поймешь. Не надо оно тебе. Дима, он... Любит погулять. Понимаешь? Освежиться, поймать адреналин, новые ощущения, все дела. Все говорят, что я дура. Мол, зачем терплю, прощаю. А я просто мудрая.

Она схватила со стола бутылку и плеснула еще немного виски в бокал.

- Мудрая, потому что не подрезаю ему крылья. Дима у нас с тобой орел. Гордый и свободный. Его свободу урезать нельзя. И за это он меня любит. И возвращается. Всегда!

Он отсалютовала мне, залила в себя жгучую жидкость и добила меня:

- Даже тогда, после того, как мы с тобой в торговом центре встретились. Он пришел ко мне. Ко мне! В ту же ночь.

- Надя? - удивленно спросил подошедший Рогозин.

Он не спешил садиться за столик, хотя места было предостаточно. Лично мне хотелось просто сбежать. Она не сказала ничего, чего я не знала. И про свободу, и про их встречу. Но почему же теперь Дима так пал в моих глазах? Почему мне так сильно захотелось спрятаться от него подальше и никогда не видеть?

- Димочка! - пропела она осоловевшим взглядом.

Она встала и потянулась к нему, но он перехватил ее запястья одной рукой, а другой подозвал официанта.

- Я просил тебя прекратить это, - процедил он ей в лицо. Другие посетители то и дело косились на наш столик, пока я сгорала от стыда. Но если встану, то привлеку к себе еще больше внимания. Потому я попыталась спрятаться за стаканом колы.

- Я так больше не могу, - заныла Надежда и вновь попыталась приблизиться к нему. На этот раз Рогозин ей позволил, бросил на меня виноватый взгляд и повел вжавшуюся в него девушку к выходу, на ходу бросив что -то официанту. Это был мой момент. Пока люди провожали любопытными взглядами парочку, я взяла свои вещи и пошла в направлении к санузлам. Оттуда же выбежала молоденькая официантка, которую я и попросила принести мою шубку с гардероба и показать черный выход. Я даже не пожалела хорошие чаевые за услугу. Все, лишь бы не видеть Диму, не слышать его оправданий.

Глупая! С чего я вообще решила, что он вернется за мной? Может быть, у них с Надей уже бурное примирение прямо на заднем сидении его машины. Лишь оказавшись на улице, а затем и около дороги, я позволила своим эмоциям вырваться наружу. Как же меня пробирала злость. Причем, на себя саму, что так запустила свой контроль. На эту пъяную идиотку, которая вцепилась в Рогозина своими загребущими клешнями, и не дает ему покоя, твердя что-то о мудрой любви. И на этого. кобеля крылатого.

Искуситель. На что он надеялся, лишая меня девственности? Чего он добивался? Зачем он был настолько идеальным со мной?

- Зазвонил мой телефон и прежде, чем я успела его отключить, из-за угла выбежал сам Дима.

- Вот ты где, - с каким-то непонятным мне облегчением произнес он. А затем его тон стал укоризненным. -Сбежала? И опять надумала себе чего-то, да?

- Да! - буркнула я и выставила руку, пытаясь поймать машину. И тут же подъехала шикарная иномарка. Знакомая, правда. И за рулем Сеня лучезарно улыбается.

Я не просто обреченно вздохнула. Я еще и заныла и топнула ножкой от досады.

- Садись, - в приказном тоне произнес Дима.

Тут уж я не удержалась. Показала ему неприличный жест с участием среднего пальца.

Краем глаза заметила реакцию Сени, у него глаза поползли на лоб. Сам же Рогозин оставался безучастным. Только крылья его носа подозрительно раздувались, как у дракона.

Я даже немного побаиваться его начала. И, в общем-то, не зря.

Он резко рванул ко мне, схватил, как связанную свежесрезанную елку, и не самым нежным образом зашвырнул в машину.

- Пусти! - кричала я. - Никуда я с тобой не поеду!

- Уже едешь, правда, Сень?

- Правда! А куда, шеф?

- В темный лес, - заговорщицки прошептал Дима и сжал меня максимально, что брыкаться я уже не могла. И только для меня, чтоб водитель не услышал, зашептал: - Когда ты уже перестанешь от меня бегать?

- Пусти.

- Не хочу. Не могу. Не буду, - упрямо заявил наглец. И зачем-то меня поцеловал. Я не поддавалась, и тогда Дима просто прижался губами к моей щеке и сидел так всю дорогу, пока я кипятилась в собственной злости и беспомощности. Деспот!

Лишь когда мы остановились, он меня отпустил, а я с радостью выскочила из машины, собираясь вбежать в квартиру и никого не впускать. Но сюрпризы не закончились, потому что оказались мы у дома Рогозина.

- Дима. - Я вздохнула и попыталась действовать, как взрослый человек. - Давай мы сегодня просто... Уф!

Он опять меня сжал и понес внутрь. Вот Рогозину точно детство в голову ударило.

- Не знаю, что она тебе наговорила, но все не правда. А если и правда, то уже в прошлом. Я прошлым не живу, -протараторил он и поставил меня уже около лифта. Сеня с нами не пошел. А меня нагло затолкали в узкую кабинку и прижали к стенке. Во всех смыслах.

- Все равно же не отпущу тебя, - с ухмылкой произнес Дима и набросился на мои губы.

А я. Ну, это было выше меня. Я так слаба рядом с ним. Так безнадежна. И так податлива. Не я, а мое тело отвечало ему, будто жило собственной жизнью.

Не помню, как мы добрались до его двери, но заниматься диким сексом начали прямо в коридоре, даже не сняв верхней одежды. И это было так безумно и в то же время так крышесносно!

Лишь отдышавшись, Дима медленно отстранился и проникновенно посмотрел в мои глаза.

- Теперь примем ванную и поговорим.

- Не о чем говорить, - угрюмо произнесла я. Еще секунду назад ощущала блаженство, а сейчас его затмила чувство потери. Каким бы не был этот мужчина, он не мой. И я не его. - Отпусти меня домой.

Рогозин покачал головой, будто говорил с глупенькой, снял с меня шубу, стянул платье, и вконец уничтожил уже порванные колготы.

А затем потащил меня в ванную. Да, это была не моя квартирка. Я уже помнила этот коридор, но дальше него не заходила. Теперь же, оказавшись в логове олигарха, я отвлеклась на роскошную планировку. Мебель была расставлена со вкусом, интерьер выдержан в теплых песочных тонах. Но все это было каким -то безликим. Ни одного яркого цвета, ни одной фотографии, привлекающей внимание вещи. Рогозин прятал свой характер за этой дизайнерской мебелью. И я почему-то думала, что знала его. Он не такой безликий.

- Вау! - выдала я, как только очутилась в хозяйской ванной. Комната была огромной, как моя спальня, с красивой золотой и черной мозаикой. А джакузи уж точно могло вместить двоих, а то и троих человек. И как-то вмиг расхотелось куда-то уходить.

- Хорошо, я остаюсь! - произнесла я с улыбкой на лице.

Дима открыл воду, и начал оголяться сам.

- Давай я спою, а ты станцуешь? - предложила я.

Он выставил указательный палец, мол, подожди минуточку, взял с раковины пульт, и чудо! Раздалась медленная, эротичная музыка с участием пианино и саксофона.

И хотя я не хотела думать о грустном, слова сорвались с губ сами собой.

- Вижу, ты сюда часто подружек водишь.

- Юль, - Дима позвал меня, и приблизился в одних только брюках.

- Я старше тебя, у меня есть прошлое. У всех оно есть, даже у тебя этот дохляк. А я знаешь, какой ревнивый?

Я фыркнула.

- Ты? С чего бы тебе меня ревновать?

Он хмуро взглянул на меня и выдал:

- Потому что ты только моя.

- Ты говоришь так, будто я твоя вещь. - Я покачала головой. - Это не так, Дима. Я не твоя. Я с тобой. И это временно. Он делал вид, что не слушал меня, а проверял температуру воды.

- К тому же, и ты никогда моим не станешь. Ты сам говорил, что только себя и любишь.

Рогозин опять молчал. Я насмешливо фыркнула. Если он хотел замять тему - его право. Но тогда меня он точно не получит. Хотя странно все это, мне казалось, что он всегда делал то, что говорил. И наоборот.

- А вот твоя Надя...

- Она не моя, - раздраженно перебил он. Значит, все же слушал!

- Не твоя Надя заверила меня, что скоро вы поженитесь. А еще она мудрая, позволяет тебе гулять со шлюшками вроде меня. Ну и, естественно, нагулявшись, ты всегда возвращаешься к ней. К любви всей твоей жизни. Знаешь, она так проникновенно это все рассказывала, что я даже подумала. Черт! Какого фига я мешаю их счастью?

- Сарказм тебе не идет, - заявил Дима. А затем снял с себя последнее, что на нем осталось, и принялся за мое нижнее белье.

- Нет?

- Вообще нет. Ты милая, застенчивая, отзывчивая и очень нежная, - он послал мне красноречивый взгляд. - А не язвительная стерва.

- Никогда бы не подумала, что ты так плохо знаешь женщин! - воскликнула я. - Моя мама говорит, что женщины как цветочки. Если о нас заботиться, то и мы будем открываться для своего воздыхателя. А если обижать, то мы зачахнем, да еще и яду выпустим.

- Твоя мама мудрая и такая же милая, как и ты.

Дима потянул меня в ванну и уложил на себя, хотя мне было достаточно места рядышком.

- Ты так хорошо ее знаешь? - полюбопытствовала я.

- Не больше, чем твоего отца.

- И ты уже готов поговорить о нем? - с надеждой спросила я.

- Нет!

- Тогда я просто позвоню ему, скажу, что ты меня совратил, и спрошу, годишься ты мне в женихи.

Дима казался полностью расслабленным. Он размеренно дышал и водил мыльными руками по моему животу и грудям. Мало того, что мои слова ничуть его не напрягли, так он еще и потянулся к своим брюкам на полу, и достал из кармана телефон.

- Держи! Он у меня записан по фамилии.

Я в ужасе покосилась на мобильный. От мысли, что подумает обо мне папа, и как сильно ему поплохеет, я съежилась.

- Это проверка? - спросила я, повернувшись в воде к нему лицом.

Наши ноги сплелись, и теперь Дима намыливал мю спину и мягкую филейную зону.

- Да. Ты же меня проверяла на «слабо». Звони. Спрашивай. Если скажет, что жених подходит. поженимся.

И все сказано с такой ленивой отрешенностью, что если бы телефон был в моих руках, то я бы его выронила.

- Он не скажет, - с уверенностью произнесла я и положила его мобильный на полку. - Какой из тебя жених, Рогозин? Бабник, самовлюбленный деспот и этот, как его.

- Параноик, - подсказали мне.

- Угу! Да еще и бизнесмен!

- Не знал, что это недостаток.

Я прищурилась, изучая мужчину.

- Вот ты мне честно скажи, эти твои рестораны, это же только прикрытие, да?

- Ладно, допустим, жених я такой себе, - вместо ответа произнес Дима. А в его глазах так и плясали озорные смешинки. - Но и ты невеста не блистательная!

- Ах, это я-то не блистательная? - искренне поразилась я.

- Увы! - Дима горестно вздохнул. - Слишком любопытная, слишком наивная, слишком ревнивая и, пожалуй, слишком аппетитная.

Он сжал мои ягодицы и подтянул на себе, почти касаясь моих губ.

- Работа стоит, ничего не могу делать, только о тебе и думаю. Нормально, да?

- Стоит не только работа! - подразнила я, четко ощущая доказательство сего заявления под собой.

- Я о том же!

Той ночью я впервые осталась у Димы на ночь. Я даже нормально поссориться с ним не могла! Наши словесные перепалки забавляли меня не меньше, чем его желание поделиться со мной богатым сексуальным опытом. И чем больше он делился, тем меньше мне хотелось домой.

Воскресным утром я проснулась от яркого солнечного света, слепящего глаза. Одна в чужой постели. Но голос Димы слышался из кухни.

Я на носочках подкралась к нему со спины, когда он говорил с кем -то по телефону, собираясь напугать. Но он резко обернулся и сделал выпад, намереваясь меня схватить. В итоге испугалась я и даже вскрикнула. Дима расхохотался.

- Нет, прости, - тут же посерьезнел он, продолжая разговор. - Слушаю... Хорошо, тогда до вечера!

И отключился.

Сложив руки на груди, я подозрительно сощурилась.

- Свидание? И не со мной?

- Свидание. И с тобой! - поправил Рогозин. - Ты забыла? Встреча с твоей подружкой и моим знакомым.

- Она мне не подружка, - буркнула я.

- Это хорошо, Юль, - произнес Дима. Он достал из холодильника яйцо и начал смешивать его с молоком и мукой.

- Неприятно, конечно, терять людей, но очень полезно. Со временем ты научишься отличать лицемеров от честных людей. Вот Сеня у меня надежный. А помнишь Никиту?

- Угу.

- Исполнительный парень, сам размышлять не способен, но команды исполняет хорошо. Вроде все хорошо, но у него оказалась одна слабость - ба... кхм... дамы! Если бы Сеня его не придержал, он бы к тебе той ночью наведался.

- А куда ты его дел?

- Перевел в клуб. Все же он исполнительный. Но в дом его больше не подпущу. Сейчас там Игорь и Слава, позже с ними познакомишься.

Я скрыла улыбку. Значит, он собирался возить меня в свой дом еще!

- А что бы сильно расстроился, если бы Никита ко мне пришел ночью? - Зачем я задала этот вопрос? Конечно, хотела каких-то подтверждений, что я ему не безразлична. Раз уж из него нельзя выдавить ни одного нормального признания.

Дима послал мне такой сложный взгляд, мол, совсем дурочка, что ли? И продолжил вслух:

- Если тебе больше заняться нечем, как задавать мне глупые вопросы, так жарь блины.

Он вручил мне тазик с тестом и подтолкнул к плите. А сам встал позади и обнял меня со спины.

- А я тем временем буду жарить тебя, - игриво зашептал он.

- Дима!

Утро мы провели в ленивом режиме, дурачась самыми разными способами. Зато я узнала, как можно сочетать блинчики, клубничный джем, шоколад и взбитые сливки с. сексом!

А днем мой олигарх настоял на поездке в торговый центр. Я был так предварительно задобрена и обласкана, что могла только с обреченной улыбкой на все соглашаться. В итоге Дима купил мне дорогущее изумрудное платье, которое в самом деле сидело на мне роскошно. В придачу к нему черные замшевые полусапожки на тонкой шпильке и сумочку в тон. Но этому ему показалось мало, и мы повели меня в ювелирный магазин.

- Дим, я не возьму, - шептала я, когда он расплачивался на кассе. - Не надо. Идем отсюда. Там есть магазин бижутерии.

- Тц! - был его ответ. И вскоре симпатичный золотой кулон в виде сердечка, висящего на черном бархатном чокере, был на моей шее.

Мы стояли перед зеркалом, когда он застегивал замочек.

- Ошейник надел и доволен, - заворчала я, а сама не могла наглядеться на красоту. Суровый и опасный мужчина только что подарил мне сердечко!

- Ты когда рядом, я почти всегда доволен, - деловито заявил Дима.

А после мы на время расстались. Сеня отвез меня домой и обещал заехать в восемь. У меня было три часа на то, чтобы собраться и пригласить Олю. И хотя видеть предательницу мне хотелось меньше всего в этот счастливый день, Дима очень просил ее взять. Я могла только представить, что он задумал? Хотел опозорить ее при своем друге? На мгновение мне даже стало жаль Олю. И я честно попыталась ее отговорить, когда она появилась на пороге моей квартиры.

- Может, не поедем?

- Вау! Никитина! - восторженно протянула она, осматривая меня с ног до головы. Я уж постаралась выглядеть крышесносно, чтобы соответствовать спутнице олигарха: накрутила волосы, сделала сексуальный макияж с кошачьими стрелками и красной помадой, которая прекрасно сочеталась с цветом платья. А норковая шубка и черные ажурные перчатки довершали мой образ. Ладно, возможно, я не только для Димы старалась, но и для того, чтобы вывести Ольгу на чистую воду. И как я раньше не замечала эту кричащую ревность в ее глазах, которую она пыталась скрыть за маской восхищения?

Сама-то она была одета в слишком короткое черное платье, и сапоги -ботфорды еще больше подчеркивали образ легкодоступной девицы.

- А это откуда? - Видимо, Оля уже была не в силах притворяться, потому поморщилась, когда увидела кулон. -Дядя Дима подарил?

- Угу. Красиво, правда? - с вызовом спросила я.

- Ну и вкус у него, - ядовито подметил она. И тут же мило улыбнулась. - Но главное, что он готов тратить на тебя деньги! Боже, я надеюсь, этот его друг хоть капельку симпатичный. Но даже если нет, я жаловаться не буду!

Она расхохоталась от собственной шутки, а я не могла заставить себя даже улыбнуться.

- Кстати, - посерьезнела Ольга и достала из сумки айфон в новой коробке. - Вот. Не люблю быть должной. Конечно, моей вины не было в том, что у меня твой телефон фактически выбили. Но раз уж этот достался мне легко, я решила отдать его тебе. Дружба важнее.

Она все еще притворялась, что якобы идентичный аппарат ей подарил ее новый загадочный ухажер. Хотя я лично сомневалась в его существовании. Она могла выдумать его так же, как и насильников в подворотне. Приняла коробочку, рассмотрела, понюхала, ухмыльнулась. Все еще пахла стойкими Димиными духами.

- Хотя я все еще не понимаю, зачем тебе два телефона? - продолжила Оля. И ей еще хватило наглости! - Ты же не собираешься второй Рогозину? Он ему точно не нужен. Юль, не дури! Если мне дарить не хочешь, то хоть себе оставь про запас. Или продай.

- Какая ты заботливая, - произнесла я, не удержавшись от сарказма. Оля странно на меня посмотрела, будто наконец поняла, что я обо всем догадалась.

Но напряженный момент разбавил звонок в дверь. Сеня уже приехал.

- Ладно, давай просто все забудем и хорошенько повеселимся! - предложила Оля и схватила меня за руку.

Они с Сеней болтали и флиртовали всю дорогу, я пялилась в окно. Интересно, если Арсений прослушивал Ольгу, знал ли он о ее прогулках и встречах?

Мы подъехали к ночному клубу.

- Тайное желание, - прошептала на ухо Оля. - Твое уже исполнилось. Надеюсь, сегодня исполнится и мое.

- С желаниями нужно быть поосторожнее, - вставил Сеня и подмигнул мне в зеркало заднего вида. Да, что -то он знал!

А затем все повторилось. Стоило Сене провести нас мимо охраны, как тут же закружили официанты, забрали верхнюю одежду, поставили печати для VIP персон и провели прямо к зоне хозяина заведения. Но в застекленный кабинет, а на зону диванчиков неподалеку. Дима сидел на одном из таких, держа в руках бокал виски и о чем -то беседуя с мужчиной его возраста. Мужчина, как и Рогозин, выглядел солидным и ухоженным. И что уж, он был симпатичен, весьма. Думаю, у Оли пропал дар речи. По крайней мере, ее рука так сильно сжимала мою, что я едва не закричала.

Заметив меня, Дима перестал говорить и реагировать на внешний мир. Он улыбнулся едва заметно, но его глаза буквально поедали меня. Я обожала его реакцию! А сама, наверняка, выглядела не лучше. Его слегка потрепанный вид, расстегнутые верхние пуговки рубашки и отсутствие галстука очень возбуждали. Как и это место. Фантазии то и дело возвращались к моменту нашего самого первого раза.

- Привет! - первой поздоровалась Оля. Она представилась и протянула руку мужчине.

- Александр, - назвался мужчина.

Я на минутку отвела взгляд от Димы и вежливо улыбнулась.

- Юлия.

- Очень приятно познакомиться! - с нескрываемым интересом произнес Санек, пройдясь по моей фигуре скользким взглядом. Впрочем, этой же участи ждала и фигурка Оли. И еще прошедшей мимо официантки...

- Простите, мы на минутку, - вдруг отозвался Рогозин и встал. - Ольга, присаживайся, заказывай себе, что хочешь.

Меня же схватили под руку и повели в застекленный кабинет.

- Не торопись, - крикнул ему вслед Александр. - Минуты точно не хватит!

- Ты что надумал? - возмутилась я. - Мы же только пришли!

И что Дима мне ответил? Ничего.

Спрятав нас от посторонних глаз, он первым делом меня поцеловал.

- Напомни-ка мне, к кому ты пришла? - потребовал он.

- К тебе, естественно.

- Во-о-от, - как-то хищно протянул он. - А если ты со мной, то на других пускать слюни не нужно, Юляш. Поняла?

- Что? - Я охнула от поразительно глупого заявления. - Ты о чем?

- Ты знаешь, - выдал Рогозин. - Я видел, как ты Сашу рассматривала.

Ну нет слов!

- Как? - чуть не заорала я.

- С интересном, - процедил обезумевший мужчина. Нет, и правда, дурак какой -то!

- Потому что, мне было интересно! - завопила я от досады и раздражения. - Я же его первый раз в жизни вижу!

- В первый и в последний, - отрезал Дима и, рванув на себя дверь, вышел из кабинета.

Я развела руками, открыла рот, и ничего не смогла сказать. Что это, черт возьми, было? Безумие? Паранойя? Ре... Ревность!

Улыбка мимо воли расплылась на моем лице, и как бы я не пыталась ее спрятать, как не закусывала губу, все равно не удержалась и расхохоталась.

- Придурок! - подытожила я и пошла следом за Димой.

Вечер протекал плавно. Я бы даже сказала, медленно. Музыка была приятной, даже более чем, атмосфера праздничная, все же умел ведущий зажечь толпу. Но за одним VIP столиком явно чувствовалось напряжение. Я без особой радости наблюдала за Олей и ее дешевым флиртом. В самом деле дешевым и вульгарным. Александр на девушку не особо смотрел, она почти прилипла к его руке, но он лишь изредка посылал ей безразличный взгляд с ленивой улыбкой. Я, похоже, интересовала его куда больше. К слову, скользким типом оказался этот Санек. То окинет меня пылким взглядом, то незаметно подмигнет. То подольет шампанского в бокал и нежно погладит ручку. Меня не столь раздражало его внимание, как безучастие Димы. Он словно закрылся в каком -то невидимом куполе, не обращая внимания на меня и все вокруг. Меня такое положение дел отнюдь не устраивало. Оля раздражала, Александр нервировал, а Дима вообще бесил. Засобиралась я домой.

Встала, Рогозин даже не обратил внимания, уткнувшись в свой телефон.

- Ты куда? - поинтересовалась Оля.

- Попудрить носик, - скокетничала я.

- Я с тобой! - оживилась уже окончательно бывшая и упавшая в моих глазах подруга.

До дамской комнаты мы добрались относительно быстро и спокойно. А вот приключения начались уже внутри. Сделав свои дела и освежившись перед зеркалом, я потянула ручку и обнаружила, что дверь упирается во что -то твердое. Еще спустя мгновение оказалось, что это был подвыпивший Александр. И я откровенно запаниковала, когда он буквально вжал меня в туалетную комнату Рогозинского клуба.

- Ну привет, - пропел он.

- Я хочу выйти, пусти, - пробормотала я, пытаясь его обойти. Он преградил мне путь и потянулся к моему лицу.

- Юль, не бойся. Ты красивая.

- Я с Димой, - напомнила я.

- Ой ли. - Этот тип еще и ухмылялся. А затем просто полез в карман и достал оттуда пачку долларов. Огромную такую, зелененькую, пахучую. У меня пропал дар речи. Просто оттого, что я никогда подобной суммы не держала в руках. Видела у папы в сейфе когда-то, да когда ж то было.

- А так? - Санек потряс пачкой перед моим носом, а потом еще достал одну купюру и «погладил» ею мою скулу. Я, естественно, отстранилась. Деньги грязные, микробы там всякие, бактерии. - Все твое за отсос.

Я уставилась на мужика. Послышалось же?

- Что, прости?

- Нет, ну придется потрудиться, конечно. Я хочу качественный отсос, так чтоб с чувствами, с расстановкой. Здесь штука. Купишь себе что-то. М?

Он звучал так... зазывающе. Нет, не в том смысле, что я хоть на долю секунды задумалась над его сумасшедшим предложением, а в том, что он был уверен, что это лучшая сделка, которую мужчина когда -либо мог предложить женщине.

Естественно, я разозлилась. Страх испарился мгновенно, я была готова рвать, метать и кусать, есть придется. А еще мстить. Я, может, не так искусна в этом, как Дима, но.

Улыбнулась так премило, как могла в данной ситуации, аккуратно двумя пальчиками выхватила пачку из рук оборзевшего и развернула его к унитазу. Для лучшего обзора. Пускай смотрит, как смываются в городскую канализацию его тысяча баксов.

Выбросила деньги в толчок и под крики Санька «Стой» смыла иностранную валюту. И не жалко, ничуть. Да, пожалуй, моя гордость стоит штуку баксов. А то и больше.

- Это «нет», если что, - деловито добавила я.

Деньги, к слову, не смылись. Застряли.

И пока Александр переваривал ситуацию (а мужчине явно требовалась перезагрузка системы, ибо отказа он в принципе не ожидал), я поспешила на выход. Побежала!

Олю ждать не стала. Возможно, если у Сани в другом кармане еще пачка запаслась, то эти двое задержатся. Добежав до Димы, рухнула на диванчик и ухватилась в его руку.

- Что такое? - напрягся он. - Ты бежала?

- Ага! - ответила я, пытаясь отдышаться. Адреналин бурлил в крови, выражение ужаса на лице Александра вновь и вновь всплывало в памяти, да еще и алкоголь. В общем, я была готова впасть в истерику. Со смехом, слезами и неразборчивым гоготом-вытьем.

Благо, опомниться не дали.

- Юлечка, - послышался голос Сани над головой. Я вжалась в Рогозина, даже закинула на него ногу для надежности.

- Ну куда же ты сбежала?

И если до инцидента он обращался ко мне исключительно елейным голосом, то сейчас звучал так, словно был готов рассверлить меня словами.

- Дима, я хочу домой, - жалобно призвала я.

Тот перевел изучающий взгляд с напуганной и все еще готовой впасть в истерику меня на своего оборзевшего партнера по бизнесу. Не знаю, что у них за бизнес, но надеюсь, с Димой он так дела не ведет. Рогозин весь напрягся, будто все-все понял, и послал Александру угрюмо-уийственный взгляд.

- Ты серьезно? - процедил он. Мужчины, видимо, знали что -то, о чем я не догадывалась.

- Ну а что? Лучше сразу, чем как с этой. Последней твоей. - Санек расселся на диванчике напротив, вульгарно расставив ноги, и опять мне подмигнул. - И с предпоследней. И с пред-пред.

- Мля, Воронин! - протянул Дима и еще несколько раз выругался. - Я тебя просил?

- Да чего ты кипишуешь, Рог? Все же хорошо! Юляшка твоя молодец. - Он рассмеялся и закурил. Потом покачала головой и снова рассмеялся. А затем посмотрел на меня и снизошел до пояснений: - Это была проверка. Понимаешь, фамилия у Димича такая... Пророческая что ли.

- Заткнись! - шикнул Рогозин. Саша в ответ жестом «застегнул» рот. А я уж не выдержала и дала волю эмоциям. Сначала поползла легкая улыбка. Потом я уткнулась в надежное мужское плечо и затряслась в немом смехе.

И надо ж было взглянуть на Сашу в этот момент. Он растопырил пальцы и изобразил рога на своей голове. Я упала! Я сидела до этого, но после услышанного, осмысленного и увидено просто скатилась на пол, давясь хохотом.

Дима опять выругался. Правда, уже без злости, а с явной иронией. Вот люблю мужчин с чувством юмора. Очень люблю!

- Что у вас происходит? - вмешалась Оля, держа в руках два новых бокала с радужной жидкостью. - Так, Никитина, я же тебе коктейльчик принесла, а ты? Пьянь!

- Да! - неожиданно поддержал ее Дима. - Нам, пожалуй, пора.

- Так быстро уходите? - с лукавой улыбкой поинтересовался Александр.

- Увы. - Развел руками Рогозин, а затем поставил меня на ноги и приобнял. - Девушка у меня слабенькая, неопытная в делах алкогольных.

Это впервые он назвал меня своей девушкой. Да еще и в присутствии своего друга. Приятно было безумно. И хорошо, что Саня вставил язвительный комментарий, а то мое лицо лопнуло бы от радости.

- Главное, чтоб в других делах опытной была! - подсказал он.

- Угу, - недовольно промычал Дима. - Чтоб потом. - Он не договорил, но свободной рукой изобразил все тот же рог.

И меня опять прорвало.

С Олей я даже не попрощалась. Дима увел хохочущую меня подальше от VIP столика.

- А как же месть? - спросила я уже в машине.

Дима не особо меня слушал. Он посадил меня поверх себя, и был слишком увлечен сжиманием моих ягодиц и покусыванием шеи. От этого нехитрого действия у меня вскружило голову.

- Все будет, - зашептал он, раскачивая меня на своем вмиг отвердевшем члене. Глаза заволокло страстью, и из груди невольно вырвался стон. Бедный Семен! Я ничуть не могла забыть о присутствии водителя, но Дима делал с моим телом невероятные, неподконтрольны вещи.

- Подожди до дома, - пробормотала я, пытаясь призвать его совесть. Забыла я только, что совести у Рогозина нет.

Его пальцы еже проникли под мои трусики, и он поймал губами еще один стон, который утонул в длительном поцелуе с привкусом виски. Мой мужчина и не думал останавливаться. Его пальцы кружили по самому чувствительному месту, все быстрее набирая темп. Я терлась о его тело, как кошка, желая получить долгожданную разрядку. И Дима не успокоился, пока я не застонала от потрясающего слегка хмельного оргазма. Как мы доехали до моей квартиры, я не помнила. Но смотреть Сене в глаза не могла вообще! И даже спасибо не сказала, что додумался привезти нас именно ко мне.

- Останешься? - с надеждой спросила я.

Можно было и не спрашивать. У мужчины были на меня планы, похоже, до самого утра. 

Глава 19

 Этой ночью он был удивительно нежен. Не было страстных поцелуев и резких движений. Дима медленно меня раздел, словно этот процесс доставлял ему несказанное удовольствие. Его губы путешествовали по шее, плечам, спустились к груди. Он уложил меня на постель, медленно развел мои ноги и улегся поверх. Поцелуи были томительно нежными, как и движения его рук. Мой мужчина отстранился для того, чтобы посмотреть мне в глаза, и даже будучи слегка подвыпившей, я могла представить, о чем он думал. Что чувствовал. Я испытывала то же самое. Мы зависли в этом молчаливом мгновении, но наши глаза говорили за нас.

А потом он занялся со мной любовью. Именно так я ощущала. И ни одному из нас совершенно не хотелось разбавлять этот момент единения словами. Так мы и заснули, цепляясь друг за друга.

Наверное, именно с той ночи наши странные отношения застыли. Между нами повисло какое -то напряжение, некая недосказанность. Мне казалось, что вот, Дима ближе ко мне, чем кто-либо когда-либо. Но нет, он снова отдалился. Утром я очнулась одна, а он так и не позвонил. Зато объявилась Ольга. Она была задумчива и счастлива. И хотя я больше не желала ее компании, других близких подруг у меня не было. Местные девушки относились с настороженностью и даже некой предвзятостью к приезжим. Потому все перемены понедельника мне пришлось слушать сочинения о том, какой Александр романтик и джентльмен. Я, естественно, не стала делиться с ней «туалетным» приключением. К чему, если эта лицемерка буквально купалась в своих фантазиях.

Дима не объявился и во вторник. Вероятно, он ждал шага от меня. Но я почему -то продолжала противиться. Может быть, мне нравилось страдать?

В среду Александр пригласил Олю на свидание. В четверг я едва сдержалась и чуть не послала ее - настолько меня уже тошнило от восторженных отзывов о ее персональном олигархе. Она была влюблена в его деньги. А Дима, черт его подери, все еще не звонил.

В пятницу я сдалась. Тем более, у меня был некий повод.

- Итак, моя душа все еще требует мести, - объявила я без приветствия, когда он снял трубку. - А Оля ходит довольная, как слон, от ухаживаний твоего друга.

- Тебе просто завидно, что за ней ухаживают, а за тобой нет, - тут же предположил Рогозин, и тоже без «здрасте».

- Пф! Чушь!

- А все почему? - продолжил он, вовсе меня не слушая. - Потому что кто-то слишком гордый, чтобы позвонить и сводить меня на свидание.

Я охнула от поразительной наглости.

- Это я должна тебя приглашать? С ума сошел?!

- Нет! Двадцать первый век на дворе, равенство полов. Слышала о таком?

- Рогозин, ты, похоже, переутомился! - задумчиво протянула я. - Может и правда тебя сводить куда-то? Чтоб развелся.

- Хочу! - нагло заявил он. - Заедешь за мной в шесть?

Я хохотнула.

- Ну... ладно.

- Отлично! Я отправлю тебе Сеню.

Он положил трубку, а я не могла перестать улыбаться. Он отправит ко мне своего водителя, чтобы я за ним заехала! Коварный план созрел сам собой. Ну уж нет. Это мое свидание, значит, и правила мои!

Моему терпению все же пришел конец, когда на последней паре Оля откровенно оборзела и заявила, что Алекс (как она его величала) скупердяй. Он, видите ли, подарил ей золотые сережки, но без бриллиантов. А ведь она его «осчастливила» еще в первый вечер, прямо в клубе Рогозина. Тогда я сказала, чтобы она не ожидала многого, ведь их отношения напоминают торгово-потребительские. А она обвинила меня в зависти и двуличности! Меня -то! Мы поссорились. И, честно говоря, высказав ей все мысли и сомнения, я почувствовала, будто упала гора с плеч. Оля относится к тому типу подруг, с которыми весело тусить, но испытание на верность они проваливали мгновенно.

В половину шестого, как и было обещано, Сеня стоял под моим парадным. Пройдя мимо иномарки, я помахала водителю ручкой и прошла мимо.

- Эй! А что, мы не едем никуда? - спросил он, выскочив из машины.

- Мы с Рогозином едем, а ты, Сенечка, устрой себе отдых на вечер.

Немного пораскинув мозгами, парень выдвинул свою версию:

- Вы что же, на общественном транспорте добираться будете? - с подозрением спросил он. И не прогадал.

Я коварно улыбнулась.

- Студент - бедный зверек.

- Шеф тебя прибьет! - с каким-то воодушевлением предупредил Арсений.

- Не пуганные мы! - заявила я и пошла к остановке автобуса.

К офису Димы я дорогу знала. Ведь два месяца назад с ужасом и страхом ехала туда, чтобы взять денег взаймы. А сегодня. чтобы повести мужчину на свидание!

Я не поднималась на верхний этаж здания, где была его квартира. Офис находился на первом, туда я и направилась. Секретаршу я тоже видела раньше. Даша - миловидная блондинка с обручальным колечком на безымянном пальчике - приветливо мне улыбнулась.

- Добрый день, чем могу помочь?

- Я к Дмитрию Сергеевичу, - смело заявила я.

- У него совещания. Он просил не беспокоить.

«Клише» - подумала я и мысленно рассмеялась. Даже представила продолжение. Вот сейчас зайду, а там на столе полуголая девица. Надежда, к примеру!

- А вы ему передайте, что Юля.

И в этот момент дверь кабинета с грохотом распахивается, и прямо на меня летит. Ну, да. Надежда.

Растрепанная, злая фурия, от вида которой меня передернуло. Увидев меня, она оцепенела и послала полный ненависти взгляд.

- А ты что здесь делаешь? - процедила мегера.

- Она не обязана перед тобой отчитываться, - донеся ледяной голос Димы. Он стоял в проеме двери и буравил свою бывшую строгим взглядом.

Вся эта ситуация до ужаса меня раздражала. О каких свиданиях вообще может быть речь, когда в их отношениях совсем не видно большой жирной точки?

Надя резко обогнула меня и вылетела из офиса, а Дима поманил к себе пальцем. Он, вероятно, прочел ужас на моем лице, но оставался спокойным и сдержанным. Его вид немного утихомирил и меня. Робко улыбнувшись Даше, которая с интересом следила за сценой, я пошла к Рогозину.

Меня поразило, что он спокойно чмокнул меня в губы, не стесняясь своей секретарши, а после завел меня внутрь кабинета и закрыл за нами дверь.

- Привет, - произнес он, пытливо заглядывая мне в глаза. Будто гадал, взорвусь я сейчас в истерике или нет. Не дождется! Я неожиданно осмелела, и даже смогла мысленно отстраниться от инцидента. Правда, не в ту же секунду, чуть позже.

- Важное совещание, да? - подразнила я.

- Даша так сказала? - спросил он, закрывая ноутбук. - Надо увеличить ей премию. Всегда меня прикрывает.

- Как удобно! - Саркастично подметила.

Рогозин надел куртку, обмотал шею шарфом и направился ко мне.

- Забудь о ней. Мы обсуждали бизнес. Не хочу, чтобы весь вечер ты смотрела на меня волком. И вообще, где цветы?

Я невольно усмехнулась. Признаться, о цветах и не подумала. Паршивый из меня ухажер.

- Нету. Но я исправлюсь, - пообещала я и, подтолкнув Диму к столу, прильнула к его губам. Он довольно замычал, поцеловав меня в ответ.

С кабинеты мы вышли, держась за руку.

- Ты почему еще здесь? - гаркнул Рогозин на Дашу. И вовсе не по злому, а в шутку. Девушка едва ли рот не открыла

- с таким изумлением следила за нашими сплетенными пальцами.

Мы выбрались наружу, и нас встретил противный ноябрьский ветер. Приближение зимы чувствовалось как никогда.

- Где Сеня? - возмутился Дима. Вот тут и начался мой коварный план.

Достав из сумки черную шапку с пушистым балабоном, я надела ее на прифигевшего Рогозина и довольно улыбнулась.

- Сеня мне не по карману. Потому до катка поедем на метро.

Дима поморщился.

- Ну это же мое свидание! Ты расслабься, милый, и получай удовольствие!

Я протянула ему обтянутую белой перчаткой ладошку и зазывающе улыбнулась. Избалованный комфортом мужчина с растерянностью оглянулся по сторонам, будто надеялся, что вот сейчас из -за угла выедет его машинка и пригреет на своих кожаных сидениях.

Но нет! Злая студентка схватила его за руку и насильно поволокла в подземку.

- Как давно ты здесь был? - спросила я, когда мы спускались по эскалатору. Жетончики, как полагается, купила я!

- Где? В метро? - Дима пожал плечами, с интересом рассматривая стены. - Ни разу.

Я хмыкнула, а потом поняла, что он не шутил! Ни разу, как оказалось, он не был и на катке. А о коньках он высказался весьма недвусмысленно.

- Юль, давай в кино, а? Давай в музей сходим? Я за все плачу! - едва ли не орал он, когда я тянула его в центр площадки. К слову, я и сама не была профи, потому не удивительно, что каждые два метра мы теряли равновесие, пока в итоге и вовсе не упали. Правда, почему-то было весело и мне, и Диме.

Как бы он не ныл, все равно в итоге признался, что получил удовольствие. После катка, уставшие, но счастливые, мы пошли в ресторан... быстрого питания.

Дима и слова плохого не сказал, но по взгляду я видела, что он готов удавиться, лишь бы не есть гамбургер с картошкой фри. Ничего, съел, как миленький! Еще и мой надкусил, пока я рассматривала проходящих мимо людей в большом зале торгового центра. А потом еще и нагло заявил:

- Десерт будет?

- Будет! - заверила я. - У меня дома. Приглашаю на чай с плюшками.

Рогозин хитренько улыбнулся и начал ломать комедию.

- Ну, я не такой.

- Угу! - ухмыльнулась я. - Спасибо, что предупредил. Значит, разврат предлагать не буду.

- Ладно, поехали. Покажешь мне свой десерт.

Когда мы шли к моему дому, держась за руки, выпал первый снег. Мы остановились, глядя в темное небо, с которого на наши лица падали пушистые снежинки.

- Отпад! - протянула я.

Дима улыбался, как и я. А затем притянул меня ближе и поцеловал. Это был один из тех коротких, но незабываемых моментов блаженного счастья. И не было ничего лишнего. Только я, он, шапки с балабо нами и снег.

Он заставил меня забыть о Наде на все выходные. И даже дольше. До конца года.

Говорят, время летит, когда тебе хорошо, и ползет, как улитка, когда ужасно скучно.

Впрочем, в университете накануне моей первой сессии скучать не доводилось. В декабре мы с Димой виделись значительно реже, даже выходные я проводила за учебниками. А в библиотеке практически прописалась.

Самым страшным я считала экзамен по высшей математике. Обязательный предмет почти для всех первокурсников. Преподаватель довольно молодой, но уже занудный мужчина, возомнивший себя непонятно кем. Он требовал либо идеального знания высшей математики, либо соточку зелени в конверте. Потому не удивительно, что в день сдачи экзамена все студенты действовали по-разному. Кто-то трясущимися руками доставал из-под парт или юбок шпоры; кто-то вооружился по последнему слову техники, профессор лопух, все дела; а были и такие, кто откровенно бездельничал, уделяя больше внимания своему маникюру, нежели тесту. С такими все было ясно. К таким относилась и Оля. Она могла себе позволить заплатить за экзамен, тем более, что у них с Сашей все неплохо складывалось.

В последний раз, когда я спросила Диму, что он имел в виду тогда, собираясь ей отомстить, он лишь загадочно поведал: «Время все расставит по местам». А я подумала, что, и правда, разберутся сами. Для меня и так все было предельно ясно. Ольга привыкла обманывать. Она врала Саше, выдуривая у него деньги на разную чепуху. Врала загадочному кавалеру, с которым продолжала общаться, о чем постоянно трепалась всем налево и направо. Возможно, она врала всем, а этого кавалера и вовсе не существовало. В конце концов, она соврала мне на счет кражи телефона. Номер совпадал с указанным в чеке - Дима подтвердил.

Прямо сейчас я очень скучала по нему. Смотрела на каракули в билете и скучала еще больше. У меня не было шансов, этот экзамен я завалила. Может быть, стоило выпросить у Рогозина взятку? Наверное, это не самая моя гениальная мысль. Вспомнился недавний разговор с мамой. Она давала напутствия перед сессией и отчитывала, в привычной ей манере.

- Ты ведь одна в большом городе, молодая еще, неопытная. Я вот папу все уговариваю переехать к тебе. Хотя бы на пару лет, пока ты на ноги не встанешь. Но он все пытается спасти бизнес.

- Все так плохо? - уныло спросила я. Родителей я очень любила, но, уже вкусив самостоятельной жизни, мне никак не хотелось их круглосуточного контроля. Вот если бы папин бизнес снова наладился, они бы с мамой занялись своим вторым ребенком, как они называли папин завод.

- Говорит, что конкуренты палки в колеса ставят, - вздохнула мама. - Всех поставщиков переманивают. Даже самые старые отказались от последней партии. Я ему говорю, давай в столицу перевезем все. Но он же упрямый. Доченька, ты, главное, сконцентрируйся на учебе. Пока мы в состоянии, будем поддерживать тебя, как сможем. А дальше, Бог его знает, как жизнь сложится. Мы с отцом возлагаем на тебя большие надежды, что однажды и ты окажешь нам поддержку.

Я закатила глаза, раздраженная маминым артистизмом и склонностью все драматизировать. Но позже, когда мы попрощались, гнетущие мысли засели в моей голове. А ведь и правда, что будет, если папа все потеряет? После операций он ослаб, новый бизнес открыть не сможет. Мама у меня такая домашняя, совершенно не разбирается в бумагах, но отлично готовит и вообще образец идеальной хозяйки. А я? Полнейшая бездарность! У меня даже увлечений нет. Все, что я делаю, сплю с Димой, ем за его счет, да еще и принимаю подарки, на которые мне за жизнь не накопить.

А теперь еще и это... взятки за экзамены просить? Ну уж нет!

- Пс, Юль! - меня позвала сидящая рядом одногруппница, прервав мои глубокие раздумья. - Ты свое задание знаешь?

Знала я так себе. А шпоргалки, как назло, успела подготовить только для первой двадцатки билетов. По закону подлости мне достался тридцать девятый.

Мы с Алиной никогда особо не общались. Перекидывались парой фраз, и то по надобности. Потому ее предложение меня слегка удивило.

- Я готовила твой билет. Дай сюда.

Она метнула взгляд на препода, убедилась, что тот стоял в соседнем ряду, и быстро махнулась нашими листками.

Ее задание уже было решено, выписано очень аккуратно, будто бы она и вовсе не суетилась и не спешила. А прямо сейчас она решала мое, слегка меняя почерк.

Преподаватель прошел мимо, и я сделала вид усердного труда, закрыв рукой имя хозяйки решения - Алины Ионовой.

- Вот! - довольно прошептала Алина, и мы снова обменялись работами.

Поразительно, но она все решила буквально за десять минут. И всего за несколько секунд до звонка.

- Сдаем работы! - заорал профессор.

Я перевела изумленный взгляд с листика на улыбающуюся девушку и искренне поблагодарила:

- Спасибо.

- Всегда пожалуйста! - Алина подмигнула и вышла из класса.

За экзамен я получила четверку, и это потому, что вредный математик пятерки ставил лишь взяточникам. Наверное, тогда я впервые столкнулась с адской несправедливостью, о которой так много говорили студенты. Хотя, мне ли жаловаться?

Когда объявили результаты, я заметила у соседнего кабинета Алину в компании еще двух девочек - Наташи и Маши. Все девочки местные, и держались вместе с первого учебного дня.

- На сколько сдали? - полюбопытствовала я.

- У меня четыре, - гордо заявила Маша, низенькая миловидная блондинка. Вторая, чуть повыше и покрепче, Наташа, отвела взгляд.

- Пять.

- Поздравляю! - воскликнула я.

- Угу, - протянула Ната. - С нами все понятно, мы не сами. А вот за Алинку обидно. Она все зубрила, а этот гад ей тройку влепил.

Я ошарашено уставилась на девушку, а та тяжко вздохнула и отвела свои большие карие глаза.

- Вот же... сволочь! - выдавила я.

- Да ладно, - поникло пробормотала та. - Все равно я на контракте сессия меня не сильно волнует. Обидно просто. У меня это. повышенное чувство справедливости.

- Надо же, - поразилась я. - И у меня.

А меж тем созрел отличный план.

- А давайте отметим окончание сессии? - предложила я. - Все равно всю справедливость в мире не восстановить, так хоть напьемся!

- А мы и так собирались! - оживилась Маша. - Только своей компанией. Пойдешь с нами?

Я оглянулась, окинула быстрым взглядом шумную толпу одногруппников, среди которых была Оля, и решила согласиться. Все равно, мне почти никто там не нравился.

- А пойду! И выпивку покупаю я!

Я подмигнула Алине, и та заулыбалась.

Спустя четыре часа и три бутылки шампанского я каким -то чудным образом оказалась на столе. В ночном клубе. В костюме ведьмы!

Мне было незабываемо весело. У меня была прекрасная компания из веселых и практически обезбашенных девчонок. А еще у меня была почти полная бутылка шампанского в руке, и я танцевала до упада. Казалось бы, чего еще тебе надо, Юленька?

- Ди-и-и-има, - взвыла я, перекрикивая дискотечную музыку.

- Я Коля! - проорал в ухо какой-то парень, который тоже влез на стол.

- Кто? - возмутилась я. - Вали отсюда!

- Слышь, цыпа! Это наш стол, вообще-то!

Я с прищуром осмотрела сидящих за столом парней, к одному из которых прижималась Наташа, а на руках у другого сидела Машка. Девочки откровенно с меня угорали.

- Домой? - понимающе спросила Алина.

Я покачала головой.

- Ди-и-и-има!

- Ясно! Юлька, отдай шампанское!

Не отдала. Забрала с собой в такси. Алина, хоть и была не трезвее, но к посадке меня в машину отнеслась серьезно. Записала адрес и пригрозила таксисту, что если я не перезвоню через двадцать минут, то она вызовет ментов и передаст им номера. А еще у нее папа в полиции служит, а дядя вообще бандит.

В общем, доехала я с комфортом. А вот приключения начались, когда охранник отказался пропускать подозрительных личностей на территорию частной собственности.

Он был вежливым минут десять, но я все не уходила, и он не выдержал.

- Вали, а, - грозно рыкнул он.

- Ди-и-и-има!

И тут же где-то с лестницы послышалось такое родное и любимое: - Мля! Никитина!

Я коварно улыбнулась охраннику, а потом и вовсе показала язык.

- Дмитрий Сергеевич, здесь опять неадекватная девушка, - начал оправдываться паренек.

- Вижу, - заворчал Рогозин, показавшись в поле моего зрения. О, он выглядел так по-домашнему мило в белой майке и пижамных штанах в клеточку.

- Ты чего к людям пристаешь? - грозно спросили меня. Нет! Вообще не страшно!

Я кокетливо подперла стену и улыбнулась.

- Тебя же рядом нету, вот и приходится к первому встречному приставать.

Рогозин окинул охранника угрюмым взглядом.

- Эту - пропускать, - скомандовал он.

Тот кивнул и таки пропустил.

Я сделала шаг, второй... И упала в объятия своего мужчины.

- А что я сейчас с тобой сделаю? - призывно протянула я и попыталась подмигнуть.

- Угу, - промычал Дима, осматривая меня с большим сомнением. - Даже страшно стало.

- Правильно, Димочка, - томно зашептала я. - Бойся меня. Потому что, знаешь почему? Я ведьма! И я тебя околдовала! Смори в мои глаза.

Он завел меня в лифт, нажал на кнопку и устало перевел на меня взгляд.

- Смотри-смотри, - приговаривала я, пьяно улыбаясь.

Я знала, что он не сможет противиться моим чарам. Он улыбнулся в ответ. И его глаза светились, чего не было раньше.

- Вот! Приворожила! - изрекла я. - Люби меня теперь.

Лифт остановился, дверцы открылись, закрылись, а Дима все смотрел на меня. А затем обхватил ладонями мое лицо и притянул к себе для поцелуя.

А вот, что произошло после, я помнила крайне плохо. Все почему? Поцелуи Димы пьянили намного сильнее алкоголя. 

Глава 20

 Передо мной поставили тарелку рыбных деликатесов - устрицы, креветки, красную и даже черную икру. Дима поморщился, словно съел лимон.

- Маленькая порция, - высказал он официанту. - Еще одну.

Молодой человек учтиво кивнул и удалился.

Я лишь хмыкнула и покачала головой. Какой избалованный!

- У тебя уже есть планы на Новый год? - спросила я. Сегодня была небольшая годовщина наших, так сказать, отношений. Второй месяц сумасшедшего секса.

- Не совсем планы, скорее, традиция. Что-то вроде корпоратива с парнями, - ответил Дима.

Я недовольно прищурилась. Мне пришлось напомнить себе, что я не имела права на ревность. Но она всплыла сама по себе, стоило представить мужской корпоратив. Выпивка, клуб, прос... девушки с сомнительной репутацией.

- Ясно, - буркнула я.

- А у тебя? - как ни в чем не бывало спросил Рогозин. Мне показалось, он потешался надо мной!

- Я еду домой, - объявила, и устало вздохнула. - В последний раз выдела родителей на свой день рождения.

Я откусила креветку и решила развить тему.

- Знаешь, мама тогда сказала держаться от тебя подальше.

Он усмехнулся и облокотился на спинку кресла, подозрительно довольный моим заявлением.

- И что ты ей обо мне говорила?

- Ну, я. Ничего такого. У папы случился бы сердечный приступ, если бы он узнал, что я должна денег какому -то лысому бандиту. Я потому и пошла к тебе, а им даже не стала рассказывать. Только намекнула, что встретила тебя в городе, и могла бы наладить с тобой контакт. Но мама сказала, что такому человеку, как ты, совершенно неинтересно разбираться с проблемами малолетки, вроде меня.

Я хитро улыбнулась.

- Как оказалось, ты свой интерес поймаешь везде!

Дима фыркнул и зачерпнул ложкой черной икры.

- И после этого заявления ты молчишь о наших встречах, - продолжил он.

Я посерьезнела.

- Дима, я не шучу. У папы очень большие проблемы со здоровьем. Они меня вообще отпускать не хотели в чужой город. Одну. Если с ним что-то случится. - Я потупила взор и собралась. Давно не ревела, Юля? - Даже думать об этом не хочу. Дело не в тебе, я уверена, просто папа вообще не готов видеть меня в обнимку с противоположным полом. Мне кажется, они даже с общежития меня переселили, чтобы меньше тусовалась, а больше училась.

Я подняла на мужчину взгляд, и всего на доли секунды увидела оттенок стальной ярости в его глазах. Он быстро замаскировал ее понимающей улыбкой, но этот момент я никак не могла забыть.

- Ты же не собираешься ему говорить о нас? - нервно спросила я.

- Зачем мне это? - ответил он вопросом.

- Без понятия. Может быть, у вас были какие -то разногласия, но я не думаю, что ты захочешь скандала. И, кстати, что за разногласия?

- Ничего личного, - холодно бросил Дима. - Только бизнес.

До конца вечер он был молчаливым и не реагировал на попытки его разговорить. Наши отношения напоминали качели. То он был нежен и сладок, чтобы становилось почти приторно, то холоден и отстранен, как сейчас. Будто бы Рогозин страдал раздвоением личности. Или его маска превосходства и надменности не позволяла истинному Диме проводить со мной время. А какой он вообще? Истинный?

На следующее утро я села в автобус и поехала в город. Меня грызли сомнения, терзала ревность, да еще и начались «эти» дни, которые, впрочем, были единственным хорошим событием. Дима часто пренебрегал защитой, и я, в конце концов, подсела на таблетки.

Находиться в отчем доме было... странно. Вроде бы все такое родное, знакомое, каждая вещичка вызывает море эмоций и воспоминаний. Я даже отрыла на шкафе плюшевого медведя - подарок Рогозина. Но в то же время, обстановка нагоняла тоску. Не мое.

- Доча, ну что ты бродишь, как неприкаянная? - возмутилась мама. - Столько работы по дому. Комнаты вычистить, стол накрыть.

Пока она бормотала, я осмотрела кухню и зал - идеальная чистота. Новой год наступит через два дня. И что же, уже сейчас готовить?

Она говорила только о готовке, уборке и папе. В заботе о доме и муже был смысл всего ее существования. И мне, почему-то стало ее жаль. Хотела бы я так же провести остаток жизни? В ту минуту я поняла, что нет. А вот чего бы мне на самом деле хотелось - я все еще не знала. Наверное, многие люди просто плывут по течению всю жизнь, и лишь единицам удается найти себя. А может быть, моя мама вполне счастлива, и большего ей даже не хочется. Ведь все мы такие разные.

- Ты меня слышишь? - прикрикнула она? - Еще курей покормить надо!

- Отстань от ребенка! - вступился за меня папа. Он только закончил важный телефонный разговор и вышел к нам.

- Давайте-ка я лучше свожу своих девочек в магазин за вкусняшками!

А вот папе нравилось нас баловать. И работать. Он всегда был трудоголиком. Тяжким трудом добывал ден ьги, но с легкостью от них избавлялся.

Чем дольше я находилась дома, с родителями, старыми друзьями и родственниками, тем больше мне хотелось обратно, в чужой город к чужому мужчине. Я сошла с ума?

«Тоска», - написала я Диме тридцать первого днем, когда все блюда были приготовлены, а все пылинки сметены. Ответ пришел незамедлительно:

«Потому что меня нет».

«Да. Ты бы меня развлек. Хотя, здесь есть Ваня».

Я улыбнулась нашим гостям. В канун праздника пришла мамина лучшая подруга, тетя Люба. Ее обожаемый сын всюду ходил за ней хвостиком. У него была по-деревенски модная челка и слегка пробивающийся пушок - пародия на усики. Достойная замена Диме, ничего не скажешь.

«Что еще за Ваня?» «Друг детства. Вырос. Похорошел».

Злорадно хихикая, я то и дело косилась на парня. Он мне улыбнулся, обнажив свою кривоватую улыбку.

«Кажется, я запала!»

«Ну-ну», - пришел зловещий ответ. Прямо мурашки по коже пробежались. А потом кликнуло новое сообщения, и стало как-то не до смеха.

«Совет вам да любовь. На свадьбу не приду. Занят».

- Ну вот. Обиделся, - пробормотала я.

Диалог мне продолжить не стали, потому что Ване было очень интересно послушать о жизни в столице. По крайней мере, так заверила тетя Люба, а о чем думал молчаливый Ваня, я могла только догадываться.

Остаток дня тянулся невыносимо медленно, потому я решила пить! Часов с шести вечера. Подтянулись еще гости

- друзья родителей, мои крестные, бабушки, соседи и еще половина города.

И всем им было ну очень интересно послушать, как же все -таки живется в столице. А поскольку мне становилось все веселее и веселее, я начала развлекать гостей историями, половину из которых придумала на ходу. Больше всего их впечатлил рассказа о преподах-взяточниках и подругах-предательницах. Я, естественно, сглаживала детали, переводила все в шутки, чтобы не волновать папу.

Когда часы забили ровно полночь, и мы все дружно чокнулись бокалами, я почувствовала вибрацию в кармане. Помимо множества поздравлений от знакомых и моих новых подруг, было одно, самое желанное:

«С Новым годом, Юляша!»

«С Новым счастьем, дядя Дима!» - ответила я, не в состоянии скрыть улыбку. И послала еще:

«Ты счастлив?»

«Еще нет. Но буду. Позвони».

Через пару минут я попрощалась с гостями, потому что, и правда, уже валилась с ног. В компании близких и шампанского было весело. Но стоило остаться наедине с собой, стало до противного уныло. Так хотелось теплых объятий, ласкового шепота и просто ощущения, что я кому-то нужна. Что обо мне заботятся. Что я не одна.

Дима долго не отвечал. Я уже собралась класть трубку, как включился вызов. Послышался шум, громкая музыка, крики, голоса... женские. Хохот.

Я все слушала, ожидая чего-то, а сердце тревожно забилось, ведь я уже знала, что случится худшее.

- Это чей телефон? Димочки? - раздался пьяный голос барышни. - Упс! Он включен.

- Дай сюда! - а вот этот голос я знала. Надежда. Хотела отключиться, потому что не хотела ее слышать, но буквально оцепенела, когда она начала говорить: - Ты все еще ждешь чуда, глупышка? Его не произойдет. Рогозин был и будет моим. Я сейчас иду к нему, чтобы сообщить важную новость. И тебе она точно не понравится!

Она отключилась, а я так и осталась сидеть застывшей статуей. А потом тихонько отключила телефон и легла на подушку. Слез не было. Никаких эмоций вообще. Мне почему -то казалось, что и не будет. Все просто так. ожидаемо.

Я заснула ближе к рассвету. Тихонько спустилась в подвал, взяла бутылку шампанского из папиного загашника, и самостоятельно ее осушила. Я никогда особо не увлекалась алкоголем, но вот именно тогда хотелось просто напиться до чертиков, чтобы стереть любые мысли о НЕМ. Любые. И мне это удалось.

Проснулась я далеко за полдень с деревянной головой. Меня разбудили крики родителей. Точнее, орал папа, а мама, как всегда, пыталась сгладить конфликт, чтобы он особо не нервничал.

Он кого-то бранил последними словами, я не могла разобрать четких фраз. Как говориться, бойтесь своих желаний. До вечера думать я могла лишь о том, где взять чудо -средство от головной боли, потому что ни одна таблетка не помогала от будуна.

День пролетел, как одно мгновение. За ним еще один. И еще. Я стойко игнорировала свой телефон, входящие вызовы и сообщения. Тем более, моя неугомонная мама всегда знала, как меня отвлечь. То мы перебирали мои старые вещи, то фотографии для альбома. Но Дима даже на расстоянии меня преследовал. Я нашла его фотографию пятилетней давности. Он, его отец и мой сидели у нас дома за столом. Рогозин старший выглядел, как уставший, потрепанный жизнью старик. А вот его сын ничуть на него не похож. Дима был немного моложе и худощавее. В его глазах, казалось, отсутствовали краски.

- О! Мне казалось, папа все выбросил прокомментировала она.

- Почему? - спросила я. Думала, она сейчас переведет тему в другое русло, но, видимо, обстановка располагала к разговору. Мы сидели в гостиной у камина, в котором потрескивали угли, обложившись альбомами со старыми фотографиями и ноутбуком с новыми.

- Наверное, из-за Сережи, - произнесла мама. - Он же был папиным крестным. Можно сказать, покровителем. Знаешь, когда я только встретила твоего папу, он был простым студентом. Не очень способным, между нами, девочками. Если признаться, я не думала, что у нас получится что-то серьезное.

- Но ты же любила папу! - возмутилась я.

- Конечно! Только поэтому продолжала с ним встречаться, хотя родители были против. А ты знаешь, какие они лояльные. Но ты бы видела Лешу! Такой ребенок! - Мама хмыкнула. - Да он и сейчас такой.

Она задумалась о чем-то своем, но снова обратила внимание на фото.

- Его папа, твой дедушка, погиб, когда нам было по девятнадцать. Они не сильно ладили, Алексей был бездельником, но душой любой компании. А вот после смерти отца резко изменился. Посерьезнел. Наверное, что-то для себя понял. Вот тогда и появился Сергей Рогозин, его крестный. Сразу привлек Лешу к бизнесу, и через полгода, твой папа сделал мне предложение. А вскоре у нас и ты появилась. Тяжелое время было, Юлечка. Папа много работал - рано уходил, приходил под вечер. Я скучала жутко, - она невесело хмыкнула и добавила: - Но и деньги начали появляться. Мы тогда в квартире покойного свекра жили. Обшарпанная двушка, ты и не вспомнишь. Сначала машину купили, потом ту квартиру продали, добавили, и переселились в центр города. А когда тебе пять лет исполнилось, купили здесь участок и потихоньку начали строиться.

Я кивала, переполненная гордостью за своих родителей и тем, что отец смог достичь всего сам. Хотя, вероятно, многому он обязан Диминому папе.

- А что случилось после смерти Сергея Рогозина?

Мама потупила взор.

- У них был общий бизнес, их завод, поля. Доля Сергея по наследству перешла Дмитрию. Сережа его с малых лет привлекал. Помню Диму еще подростком, он тогда пытался во всем подражать отцу. В костюме ходил, с барсеточкой.

Я хихикнула, представив его.

- Он, наверное, в галстуке родился. - Хмыкнула.

Мама скосила на меня любопытно-вопросительный взгляд, и я поняла, что конкретно проболталась.

- Сколько его помню, всегда был таким строгим и серьезным, - быстро исправилась.

Мама кивнула в согласии.

- Ну, вот тогда Дима оборзел, по правде говоря. Он заявил, что собирается привлечь какого -то сомнительного спонсора, чтобы расширить производство. Они даже начали переговоры с местным депутатом об долгосрочной аренде земли под посев. Но папе все это очень не нравилось, кажется, Дима собирался заняться чем -то нелегальным.

Мама придирчиво меня осмотрела, будто взвешивала, достаточно ли я взрослая, чтобы знать.

- Поля маковые, - произнесла она зачем-то шепотом. - И не только. Понимаешь?

Я округлила глаза.

- Дима хотел производить наркотики?

Она пожала плечами.

- Это мои догадки, папа категорически запретил мне совать нос. Но тогда он был в бешенстве. Завод - его детище, он там днями пропадал, чтобы производство наладить, а тут приходит какой -то дрыщ малолетний и ставит условия. В общем, что-то он сделал, что Дима быстро согласился продать ему свою долю, после чего вообще уехал.

Пускай мама много не понимала, но я уже немножко знала Диму. И варианты событий то и дело возникали в голове. Что же мог сделать папа? Чем-то припугнул его? Подставил?

- Хотя, Диму, наверное, можно понять, - прервала мои мысли мама. - Представь, он же рос без матери. Папа только погиб, на него все так сразу свалилось. А молодые люди слишком легко поддаются влиянию старших, авторитетных. Стервятники тут же налетели. По слухам он связался с плохой компанией. И зараза одна к нему прилипла. Прошмандовка столичная. И как она на него вышла - ума не приложу. Покрутилась возле него и бросила, когда сделка со спонсором не удалась.

Мама говорила, а я усердно прятала глаза. Боялась, что у меня все на лице написано. И что Диму я узнала слишком уж близко, и что его «прошмандовку» видела не раз. Но что -то в этой истории не давало мне покоя. Грызло любопытство, что сделал папа. И почему все -таки Надя его бросила?

- Рогозин потерял много денег? - спросила я. - Потому он обиделся на отца?

- Да, - подтвердила мама. - Судя по всему, спонсор ему обещал намного больше, чем дал папа. Вот он и заточил на Лешеньку зуб. А теперь...

Она не договорила, но я и так сложила два плюс два. Даже дернулась от неожиданной новости.

- То есть, это Дима сейчас папе бизнес разрушает? Он всех клиентов увел?

Я ждала ответ с затаенным дыханием и сжатыми руками. Пальцы дрожали. Это было бы слишком жестоко. Нет, он не посмел бы.

- Ну, твой папа точно не знает. Они тогда вроде не так и плохо разошлись. По крайней мере, скандала не было. Да и столько лет прошло...

- Мама! - воскликнула я. - Тогда зачем ты так говоришь? Это же просто твои глупые догадки и клевета! Ты мне напоминаешь бабушек-сплетниц, которые сидят на лавочках и перетирают всем косточки. Одна проститутка, другой наркоман!

- Юля! - грозно прикрикнула она на меня. - Я, вообще-то ничего не говорила. Ты сама предположила! И я точно так же, сложила все факты и пришла к определенному выводу. Больше врагов у Леши нет! И вообще, чего это ты на мать кричишь из-за какого-то.

- Но он не враг папе! - вступилась я. Тут уж вновь заострилось мое чувство справедливости. - Ты сама это надумала. А когда мы с Димой виделись, он абсолютно нормально со мной общался. Без какой -либо злобы.

- Так, говорю в последний раз, - окончательно разозлилась мама. Даже взгляд ее стал колючим. - Ты избегаешь этого мужчину всеми возможными способами. Ты избегаешь этого мужчину всеми возможными способами. Ты меня поняла? Увидишь его когда-либо снова, сразу разворачивайся в другую сторону и беги!

Я пораженно охнула.

- Но это же бред! Зачем мне так поступать, если у вас даже нет доказательств, что он сделал что-то плохое?

- А если все же сделал? - задала вопрос мама. - Если все слухи о нем - правда? Представь, что он по уши в наркобизнесе, обзавелся влиятельными друзьями, и теперь через них не дает папе покоя? Да из -за этого у Леши два сердечных приступа! Побойся Бога, Юленька! От таких людей нужно держаться подальше. Ты только представь, что с папой будет, если вдруг этот Рогозин сделает что -то с тобой?

Слова - как удар грома. В самое сердце. Я даже дышать перестала на мгновение. Все прошедшие месяцы пролетели перед глазами, как одно мгновение. Улыбки, подарки, объятия, взгляды. Слова. Вся его нежность, вся его страсть. Все необъятное удовольствие и тепло, что он мне подарил. Все. ради того, чтобы подобраться к моему отцу?

- О Боже, - прошептала я на выдохе.

- Юль? - мама примирительно меня обняла и погладила по волосам. Но я даже не смогла отреагировать. - Я просто хочу, чтобы ты понимала, насколько жестокими могут быть люди. А ты ведь совсем юная у меня, не понимаешь, не видишь всего, чего видим мы с папой. Я ж тебе добра хочу, доченька.

Я затряслась от немых рыданий, не смея поделиться своими мыслями. Не могла я ей рассказать. Просто не могла.

Засыпая, я вспомнила один из вечеров, когда Дима забрал меня в свой дом. Мы лежали в его постели после потрясающего секса. Я начала засыпать, полностью расслабленная и довольная жизнью. Но Дима, как всегда, был живчиком.

- Юль? Юляш?

- Ммм?

- А у меня штучка одна есть.

- Я знаю, Дим, знаю, - сонно пробормотала я. - Ты молодец! Она у тебя большая и очень твердая.

Ощутила, как затряслась его грудная клетка в беззвучном смехе.

- Я тебя обожаю, - вдруг прошептал он. Но с какой-то заминкой, будто другое слово грозило сорваться с губ. - А штучку завтра покажу.

Штучкой оказался агрегат из сексшопа, с вибрирующей функцией. Дима же обещал расширить мои горизонты, и выполнял обещание превосходно.

Милые, смешные, романтичные и даже безумные моменты то и дело всплывали в моей памяти. Нам просто было хорошо вместе, даже не нужно было стараться. Стоило закрыть глаза, и улыбка сама собой расползалась на лице от мысли, что он был рядом, держал за руку или шептал какие -то пошлости на ушко.

Но ведь не могло быть все так сладко. То меня навещали сомнения, раздумья по поводу будущего, то добивали ревностные мысли о Наде. Одна давила больше остальных. Он любил ее. А сможет ли полюбить меня? Ведь я...

Открыла глаза и резко села в постели. Потянулась к телефону, на часах было два ночи третьего января. Палец сам собой нажал вызов последнего пропущенного. Рогозин ответил мгновенно.

- Ты где? - требовательно спросил он.

- А ты не знаешь? - Я звучала безжизненно.

- Знаю, - ответил он и замолчал на какое-то время. Я не представляла, что ему говорить. О чем спрашивать, просто ждала. - Когда ты приедешь, Юль?

Дима задал этот вопрос с такой интонацией, будто от моего ответа зависела его жизнь. Столько нужды, столько надежды было в его голосе, что на глаза навернулись слезы. Так не могло быть. Невозможно настолько хорошо притворяться. Я не могла поверить, что безразлична ему, что ничего для него не значила, и все лишь ради. мести. Нет, мама ошибалась. А я не собиралась так просто убивать «нас», даже не услышав его версию событий.

- Я возвращаюсь завтра, - решительно произнесла я. Правда, голос мой дрогнул.

- Ты плачешь что ли? - спросил он.

Шмыгнула носом.

- Угу!

- Чего?

- Скучаю. - И ведь ничуть не врала.

- Дуреха моя, - пробормотала Рогозин и вздохнул. Его голос тоже звучал устало. - А трубку чего не брала?

- Не хотела вас с Надеждой перебивать, - огрызнулась я и отключилась, даже не дав ему ответить.

Хочу смотреть ему в глаза, когда буду расспрашивать обо всем.

Через несколько секунд пришло сообщение: «Мне нужна только ты».

И этого крохотного признания хватило, чтобы я поверила. Глава 21

Утром мой отъезд стал для родителей сюрпризом. И хоть мама меня отпускать не собиралась, я настояла, а папа поддержал.

Два часа дороги пролетели быстро. Идя домой, я представляла в голове предстоящий разговор.

Вот увижу я Диму, и что сказать первым делом, чтобы не показать истеричкой? «Привет! Как дела? Как провел Новый Год? Я - отлично! Кстати, а почему твой телефон оказался у твоей бывшей? О, и я слышала там другие женские голоса. У вас была оргия? Мог бы и меня взять!».

Это было бы нормально? Черт, я в самом деле надеялась, что у него было логическое объяснение.

Звонить Диме не торопилась. Хотела для начала привести себя в порядок, подумать, потому что всей ночи и половины дня мне так и не хватило, чтобы собрать все мысли во вразумительную кучу.

Открыла двери, закатила чемоданчик и застыла, увидев из коридора сидящего на диване Диму. Первый шок прошел, когда он встал.

- Ты что здесь делаешь? - пораженно спросила я. А после и рассмотрела его получше, и пришла к определенному выводу. - Ты что ли ночевал здесь?

На нем были лишь спортивные штаны да майка. А взъерошенные волосы и складки на лице от подушки говорили о бессонной ночке.

- Ты спал с Надей? - в лоб спросила я без всяких прелюдий.

Дима фыркнул и задал встречный вопрос:

- Здесь? У тебя дома?

- Вообще!

- Все, что было до тебя, считается? - ответил он вопросом.

Я не ответила. Но одного его взгляда хватило, чтобы мое сердце растаяло, а ревность притупилась.

Дима молча обнял меня и поцеловал в висок.

- Что ты здесь делаешь? - пробормотала я, пытаясь звучать не такой уж довольной.

- Подушки тобой пахнут, - произнес Рогозин, чем окончательно меня шокировал.

Я посмотрела на него с неверием.

- А если бы я с родителями приехала? - возмутилась я.

Дима лишь невинно пожал плечами и развел руками. Мол, ну что поделать?

Я стукнула его сумкой по руке.

- Да папу бы инфаркт схватил. А мама так вообще... Нет, Рогозин, мы все -таки поговорим. Понял?

Он обреченно застонал и потопал на кухню, будто бы я уже успела его достать.

Я, честное слово, не хотела давить на него. Но все становилось слишком серьезно. Мы оба это знали. И не могли двигаться дальше, пока было так много недосказанности.

Правда, я еще не представляла, что все значительно хуже, чем можно было даже предположить.

Я сидела за столом и собиралась с мыслями. Дима молча варил кофе, чем ужасно меня бесил.

- Ты мне ничего не хочешь сказать? - требовательно спросила я.

- Если честно, не хочу, - пробубнил Рогозин. - Но, наверное, надо.

Я фыркнула.

- Да, если бы это было возможно, ты бы вообще не общался. Но я так не могу! Мне нужно знать. Я хочу. чтобы все было правильно.

- Правильно для кого? Для тебя самой или других? - вдруг спросил он.

- Для себя в том числе! На что ты вообще намекаешь? Хочешь сказать, это нормально, что ты проводишь время и со мной, и со своей бывшей, и еще с какими-то подругами?

Я и не заметила, как перешла на крик. Выдохнула, успокоилась. Дима подождал немного и ответил:

- Юля! Понимаешь.

Он замялся, а я вдруг запаниковала. Еще мгновение назад все хотела разложить по полчкам, узнать правду о ссоре с отцом и новогодней ночи, даже если бы это означало, что придется разорвать любые отношения с этим человеком. В теории все казалось легко, но на практике Дима стоял в двух шагах от меня. Такой красивый и манящий. Уже родной. Я и сама не поняла, как оказалось привязанной к нему невидимыми нитями. А ведь знала, что так и будет. Он не из тех домашних, верных и любящих мужчин. А я не из тех девушек, которые смогут терпеть предательство. Я смотрела на него и ждала удара. Он будет намного болезненней, чем тот, который нанес Женя.

- Просто скажи, - поторопила я. - Что у нас с тобой за отношения? Если ты спишь со всеми подряд, то я так не могу.

Последнее я произнесла шепотом, будто боялась, что он подтвердит каждое слово. Я даже подумала, что, наверное, сладкая ложь лучше горькой правды. По крайней мере, сейчас.

Рогозин изучал меня, и я не представляла, о чем он думал.

- Просто вслушайся в смысл моих слов. Попробуй понять, - он отпил кофе и раздраженно отставил чашку. -Мерзость! Я не спал с другими.

Он поморщился, будто эта мысль была ему отвратительна. Но затем напрягся.

- Точнее, я проснулся с ней.

Мое сердце болезненно сжалось и заколотилось еще быстрее.

- Но засыпал я без нее. Я это точно помню.

Он послал строгий взгляд, будто был готов наорать на меня, если я вдруг вздумаю засомневаться в его словах. И его уверенный взгляд немного успокоила и меня. Я просто хотела во всем разобраться.

- Давай все с самого начала, - предложила.

Дима поманил меня к себе. Я покачала головой, желая сохранить дистанцию. Но этот упрямый мужчина не принимал отказов. Он сам подошел, потянул меня за руку и подвел к окну. Я немного расслабилась в тепле его рук. Было уютно, хотя я прекрасно понимала, что эти объятия могли оказаться удушающими.

- У нас с Надеждой все было кончено пять лет назад. Любил ли я ее? Не знаю. Тогда думал, что да. Сейчас не пойму. Скажем так, мне хотелось кого-то любить. А она была нежной, красивой, доброй. И это просто случилось, Юля. Я не собираюсь об этом жалеть, потому что это жизнь, и все события в ней формируют личность. То же самое происходит и с тобой прямо сейчас. Ты обжигаешься, но умнеешь и становишься сильнее.

Когда я напряглась и схватилась за его кисть, он потерся щетиной о мою макушку.

- Я все веду к тому, что иногда происходят события, которые никто не в силах предусмотреть. И есть ошибки, которые трудно исправить. Их можно только принять. Пять лет назад она сказала мне «нет», а потом вернулась и заявила, что передумала. Как бы ты поступила на моем месте?

Я смотрела в окно, но после этих слов захотела изучить Диму. Что было в его глазах? Сожаление? Раскаяние?

Нет, ничего. Пустота.

- Я бы не стала наступать на те же грабли. Если только ваши чувства не вспыхнули вновь. Ведь сердцу не прикажешь.

Дима слегка улыбнулся.

- Да, ты такая. Ты бы просто ушла, - он проигнорировал вторую часть моего ответа. - А мне захотелось мести. Такое уж у меня противное качество.

Повисло долгое молчание. Я по взгляду видела, что он готовился сказать что-то ужасное, и не торопила его.

- Хотел, чтобы она на собственной шкуре ощутила, как это - быть брошенным всеми в самый трудный период жизни. И я добился своего. Теперь она мечется, как та проныра, сует свой нос в мои дела и пытается подобраться через друзей. На корпоратив ее кто-то из моих пригласил. И я, знаешь ли, в состоянии вспомнить, трахал ли я кого -то или нет. Но заснул я подозрительно быстро. Реально просто вырубился. Написал тебе сообщение, и все. Как в тумане.

Он сжал меня крепче, но я и так не собиралась убегать. Я хотела верить ему, очень хотела.

- То есть, хочешь сказать, она тебя опоила чем-то?

- Не хочу показаться еще большим параноиком, чем я есть, - пробубнил он. - Но да, я думаю, она на это способна. Жаль, утром всю посуду убрали, я бы отдал свой бокал на экспертизу.

Я спрятала улыбку, которая так и норовила выползти от вида его насупленных бровей. Подозрительный Рогозин меня забавлял.

- Я позвонила через полчаса где-то, трубку взяла какая-то барышня, - нажаловалась я.

Дима сжал губы.

- Не я их приглашал.

Допустим. Но и выгонять не стал!

- А потом телефон у нее выдрала Надя. Наговорила мне гадостей. Сказала, что ты что -то сделаешь мне, после того, как узнаешь какую-то новость, или как-то так. - Я прищурилась. - Ну и? Что она тебе такого страшного сказала?

Эта гадина пыталась отравить жизнь нам двоим. Это из-за нее я сходила с ума целых три дня, когда всего-то нужно было поговорить. И она, вероятно, хотела подстроить сцену. В самом деле, что ей стоило опоить Диму, чтобы утром всем наврать, что у них была ночь любви? Зараза!

Что бы она там ему не наплела обо мне или еще о чем, он вернулся. Все будто сговорились, пытаются нас разлучить

- моя мама, его бывшая - а мы все равно тянемся друг к другу, как цветы к солнцу. Он со мной, а не с ней. И меня прижимает к себе. Это я в его...

- Она беременна, - произнес Дима.

Я моргнула. Смысл сказанного доходил медленно. Очень медленно. Как чисто теоретически могло быть то, что он сейчас выдал.

- В смысле? От тебя что ли? - на губах расползлась нервная улыбка. Он играл со мной! Просто шутил! Что за нелепость.

- Она так говорит, - произнес Дима, чем полностью подтвердил свои слова. Никаких шуток.

Первым делом мне просто хотелось отбежать от него подальше, оградиться каменной стеной и даже не видеть. Наверное, поэтому он сдавил меня, как в тисках.

- Юля, я не верю ей, - спокойно продолжил Рогозин. Так безэмоционально, будто бы сейчас не судьбоносное событие происходило в его жизни. - Отцовство еще нужно доказать.

Я смотрела на него во все глаза, даже не зная, как выразить свои мысли.

- Ты издеваешься надо мной? - риторически спросила я. - Она же не от святого духа залетела! Значит, у вас все было. И ты.

Я все же вырвалась и вышла из кухни. Надо было просто глотнуть воздуха, не отравленного мужским запахом.

Он вошел в комнату следом спустя минуту.

- Я знаю, ты злишься, потому что представляю себя на твоем месте, - выдал он. От его спокойствия хотелось взвыть.

- Я не злюсь, Димочка, - притворно ласково ответила я. - Просто в шоке. Просто в шоке.

Я даже не могла спокойно стоять на месте, хотелось лезть на потолок. Как он не понимал? Внутри себя я орала от боли и злости. Он изменял мне! Он трахал свою бывшую, а мне говорил всякие нежности и делал все, чтобы я влюбилась в него. Зачем же так жестоко? И что теперь мне со всем этим делать? У Надежды будет ребенок от

Димы. Он же не откажется от него, не бросит. И даже если не захочет жениться на Наде, то они двое будут связаны до конца жизни. А какой ролью он наградит меня? Вечная любовница? Девочка по вызову? Игрушка на пару лет?

Сотни мыслей крутились в голове, но озвучила я единственную:

- Это конец, Дима.

- Не хрена, - произнес он все тем же спокойным тоном. Да только я уже слишком хорошо его знала, чтобы понять, что он готов слететь с катушек в любую секунду. И я хотела увидеть хоть какие -то проблески его эмоций, хоть каплю сожаления и отчаяния.

- Это меняет все, - сказала, как отрезала. - И я просто... Лишняя здесь. Ты с Надей... А я...

Рогозин стиснул зубы и весь напрягся.

Ему под руку попалась ваза, и он швырнул ее в стену, отчего по комнате разлетелись осколки. Я вздрогнула и отошла подальше, не зная, чего еще ожидать от этого психа. Хотела эмоций? Получай!

- Ты можешь, мать твою, просто выслушать меня? - заорал он. - Я же пытался объяснить. Мля!

Он вздохнул и сделал ко мне шаг. Я послала ему предупреждающий взгляд и сама разозлилась. Как же, только ему можно?

- А что ты мне объяснишь, твою мать, а? - в тон ответила я. - Что ты играл-играл и заигрался? Залетела птичка, да? Какой срок беременности?

Он ступил еще шаг, пиля меня взглядом. Но тут уж я просто вскипела и заорала на всю:

- Какой срок? Когда это произошло? Сколько раз? Может быть, ты день со мной, день с ней? Черт, Рогозин, а ведь это могла быть я! Ты же далеко не всегда предохраняешься. А прикинь, вообще бы две одновременно! Это я еще о других не знаю. Может ты на вечеринке и еще какой -то дуре ребенка заделал.

- Не беси меня, Юля. Я сейчас взорвусь, - зловеще протянул Дима.

- Да мне уже плевать! - проорала я ему в лицо. - Ты все уничтожил. Боже, а я ведь реально верила, что ты хороший. Я в тебя верила, понимаешь? Перед мамой тебя защищала.

Он схватил меня за плечи и встряхнул.

- Я говорю, ты слушаешь, - в приказном порядке заявил Рогозин и прижал меня к стене. - К этой овце я не чувствую ни капли уважения или сочувствия. Ее попытки меня соблазнить скорее веселили. Да я наслаждался тем, каким щенячьим взглядом она на меня смотрела, и в рот заглядывала. Я ей подыграл всего один гребучий раз! И только для того, чтобы утром выставить, как шлюху, какой она и является. И было это единожды, до твоего дня рождения. Я удовлетворил свое желание мести и на этом все, Юль. Жирная точка. Но теперь эта прохвостка заливает, что залетела. Да не могла она! Я сто процентов за этим следил. Или ты меня совсем за кретина держишь?

Он еще раз встряхнул меня со злостью и отступил. Отвернулся, чтобы дать мне возможность все обдумать. Надежда. Не та сука, а чувство. Оно вдруг переполнило меня. Все могло быть не так плохо, как казалось на первый взгляд. Не все еще потеряно, кое -что можно исправить. Мы могли бы во всем разобраться вместе. И пережить это вместе. Если только. Дима в самом деле хотел меня. По-настоящему. А не для развлечения.

- Чего ты хочешь от меня? - тихо спросила я. - Как ты, думаешь, я должна реагировать?

- Ты никак не должна, - резко бросил он и обернулся. - Это вообще не твоя проблема, а моя. И мне ее решать. А ты просто не устраивай сцен и будь рядом. Ты сможешь, или это так трудно, черт возьми?

- А ты уверен, что я тебе нужна рядом? - Я смотрела в его глаза, потому что знала, что только они скажут правду. Сам Дима будет молчать о своих чувствах. От него не дождешься.

- Конечно, нужна, Юляш, - со вздохом произнес он и снова подошел, чтобы сграбастать меня в свои объятия. -Иначе я бы здесь не стоял.

Я обняла его в ответ. Просто не могла себе в этом отказать, хотя гордая и строптивая часть меня все еще шептали о дистанции. Но станет ли мне лучше, если Дима исчезнет?

- Хочу тебя, - шепнул он. И я поняла, что он вовсе не о сексе. Просто он заменял то самое страшное слово на букву «л» другими. Каждый раз.

- А если ребенок твой? - все же спросила я. - Так бывает. Что тогда ты будешь делать?

- Предложу денег и аборт. Дело только в деньгах, Юль. Это все, чего она хочет. Ей нафиг не нужен ребенок.

- Аборт, - с ужасом прошептала я. Для меня все это было так неправильно, так немыслимо. В моем пускай наивном, но идеальном мире ребенок должен быть желанным, рожденным в союзе двух любящих сердец. А не так.

- Он не мой. Я точно знаю. Не мой.

- А что если она в новогоднюю ночь от тебя во второй раз забеременела? - предположила я. Если подумать, мои вопросы звучали так комично, но на самом деле было не до смеха. На что, в самом деле, способна эта особа? Похоже, у нее вообще нет морали. Не женщина, а бесчувственный робот.

- Я думал об этом, - удивил меня Дима. - Но Юль, реально, я спал, как убитый.

- И что, никаких камер? - поразилась я.

- Отмечали в арендованном доме.

Он погладил меня по волосам и вдруг подтянул на себе, чтобы наши лица были на одном уровне. Мне пришлось обвить ногами его талию и ухватиться за крепкие плечи.

Дима уткнулся своим лбом в мой.

- Все будет нормально, - заверил он. И спустя секунду добавил: - Если ты будешь со мной.

Манящие теплые губы медленно коснулись моих. Дима не боялся, что я его оттолкну. Он всегда брал все, чего хотел. Но сейчас он пытался не давить, давал мне время. Этот мужчина понимал меня еще лучше, чем я его.

- Я не понимаю, зачем я тебе, - прошептала в его губы.

Дима посмотрел так, будто бы я смолола какую-то глупость. А затем все же поцеловал меня напористо, властно, не терпя возражений. Не самый худший ответ.

Он понес меня в постель, будто это было какое -то волшебное место, где я забывала о всех проблемах, и ни в чем не могла ему отказать.

Но не сейчас.

- Дим, - я остановила его жестом и отползла к стене.

Как же было трудно объяснить свои чувства, когда я сама их толком не понимала. Мысли были такими противоречивыми. Я видела его полный обожания взгляд и не хотела отпускать. Но внутри меня жгло чувство неправильности происходящего. И оно было слишком большим, чтобы вот так просто переступить.

- Может быть... Нам стоит какое-то время...

Под его суровым взглядом закончить предложение оказалось очень трудно.

- Ты все усложняешь, - терпеливо заговорил он. - А у нас все просто, помнишь? Тебе же хорошо со мной?

Он схватил мою лодыжку и подтянул к себе, отчего моя кофта задралась. Я захихикала, ощутив щекотку в области ребер. Дима прикусил мою кожу и тут же зацеловал. Я не могла его остановить ни когда его губы оказалась на моей груди, ни когда одежда оказалась на полу. Не постель была заколдованной, а мужчина. Слишком хорош, чтобы от него отказаться.

- Доверься мне, - прошептал он. - Я все улажу.

Он заполнил меня собой, даря мгновение забытия. Но я знала, что все уже не будет так, как прежде. То, что сделала Надя, либо сплотит «нас», либо уничтожит. Я лишь надеялась, что мне хватит сил и терпения. 

Глава 22

 Когда я проснулась утром, Димы уже не было. Но в телефоне имелось от него сообщение - фотография, где он целует спящую меня.

Такое теплое и нежное послание, совсем не в духе Рогозина.

Я как раз набирала ему сообщение, как вдруг раздался звонок от абонента, которого я никак не ожидала услышать.

- Алло?

- Привет, ты дома? - осипшим голосом спросила Оля.

Я нехотя призналась, и она опять меня огорошила:

- Я сейчас приду. Очень поговорить надо.

А спустя всего несколько минут она показалась на пороге с двумя бутылками мартини. Я нервно хмыкнула, совсем не представляя, как себя вести с этим человеком. Мне-то казалось, уже не было смысла объясняться и тем более мириться. Но количество выпивки, а также опухшие глаза и покрасневший нос очень однозначно намекали на предстоящий разговор. Бывшая подруга смотрела на меня щенячьим взглядом, ожидая вердикта. Я могла бы ее выставить, но, учитывая резкий разворот жизни ко мне задом, я решила, что напиться пятничным утром - самое оно.

- Ну-с, входи, коль пришла.

Оля разревелась.

Ей и говорить не нужно было, я уже знала, что дело в Саше. Их отношения были обречены. Впрочем, так же я думала о нас с Димой. Но это было раньше.

- И представляешь, он повез другу-у-ую! - взвыла Олька и затянулась сигареткой. Услышав ее версию событий, я не только разрешила ей курить в квартире, но и сама присоединилась. - На Кари-и-ибы!

Она всхлипнула, а я покачала головой и подлила мартини в наши бокалы.

- Но и это еще не все, - продолжила Оля. - Ему было мало того, что он меня кинул по полной программе. Я потом еще от его водителя узнала, что у него жена есть.

На этом месте я поперхнулась и долго кашляла. Просто вспомнила наш с Александром инцидент в сортире.

- Как? У него?!

- Да! То есть, мы месяц встречались, виделись почти каждый день! Он мне подарки дарил, в рестораны водил, с друзьями своими знакомил, Юль! Я даже с другими парнями общаться перестала. А секс какой! Первоклассный! Я в кои-то веки ощутила себя принцессой. И что в итоге? Эта... падла говорит мне, что спор выиграл, и я могу валить на хрен! А билеты на Карибы он перебьет на свою девушку! На девушку, Юль! У него девушка есть, понимаешь?

Она вдруг начала истерично хохотать. Пить и хохотать еще больше.

- И вот я такая вся в слезах еду домой. Везет, значит, меня его водитель. Останавливается у моего дома, оборачивается и говорит: «Оль, ну ты не реви, да. Ну хоч, я тебя шпилить буду? А Сан Саныча на всех не хватает. У него же жена, дети».

Я поперхнулась во второй раз. Это больше походило на выдумку, чем на правду. В самом деле, кто вообще на такое способен?

- Поспорил он на меня, - подытожила Оля, когда перестала ржать. И сказав это, опять разревелась.

Я не могла спокойно на нее смотреть. Если к этому причастен Рогозин, то это слишком жестоко. Даже для него.

Смотрела на Олю и не могла найти слов. На ее месте могла быть я. Почему всплыла такая странная, даже страшная мысль?

- Как же он так? - пробормотала я. - Изменяет жене налево и направо?

Оля перестала завывать и недовольно посмотрела на меня.

- Ты его жену жалеешь? А я? Ты понимаешь, что он со мной сделал? Этот человек вообще не имеет никакой морали.

Загибая пальцы, она начала перечислять все нелестные эпитеты, которые знала. А затем вдруг объявила:

- Знаешь, поговорку «Скажи, кто твой друг, и я скажу тебе, кто ты»? Так вот! Я думаю, что и Рогозин на тебя поспорил.

Она выхватила у меня сигарету и затянулась. Я вместо ответа залилась алкоголем. И что тут скажешь?

- Это бред, Оль!

- Сама посуди! С чего бы такой, как он, всерьез заинтересовался такой, как ты? Ты пойми меня правильно, ты классная, молодая и красивая. Но такие мужики обычно встречаются с девушками помоложе для секса. Они видят в нас любовниц. И я все недоумевала, ну почему он так с тобой носится, понимаешь? - она пыталась донести свою мысль заплетающимся языком, а мне лишь хотелось, чтобы она замолчала. - А тут Саша, гад, всплыл, и все встало на свои места. Дима поспорил на тебя, а Саша на меня. Типа, кто кого влюбит в себя быстрее.

Она долго на меня смотрела, изучая реакцию. А я что? Я задумалась, сильно ли помешало бы этому пари инцидент с Надеждой? То есть, я вроде как почти влюбилась в него, а тут Надя забеременела. И все к чертям.

- Юль, ты меня слышишь? Так ты влюбилась в него, да?

Я не могла понять, о чем думала Оля. Она вроде бы и казалась несчастной, пострадавшей, я даже немножко сочувствовала ей. Но видеть жалость в ее глазах не хотела совсем. Как и плакаться в ее жилетку, делиться своими секретами... Нет, наша мнимая дружба в самом деле для меня умерла. Девушка передо мной чужая - человек с двойным дном.

- Не думаю, что Дима поспорил на меня, - ответила я. Хотя сама уже ни в чем не могла быть уверенной. Все свалилось на мою голову снежным комом. Но для Оли мне хотелось звучать уверенной. - Понимаешь, у нас изначально были другие отношения. Я ничего от него не хотела. Не знаю, возможно, у него проснулся инстинкт хищника. Ты же изначально требовала от Саши всего, взамен давая секс.

- То есть, я проститутка! - зловеще подытожила она.

- Я не говорю так и даже не осуждаю тебя. Никогда не осуждала. Твоя жизнь - твои правила. Но и меня с собой не сравнивай. Мы разные, Оля. Пожалуй, слишком.

Она молча кивнула и допила свои виски. И хотя Ольга явно обиделась на мои слова, но виду не подала, и конфликт развивать не стала.

- Жаль, что ты меня не поняла, - произнесла она и встала. - И вообще жаль, что так все получилось.

Я не знала, говорила она о Саше, либо о нашей дружбе. И расспрашивать не стала. Молча провела ее к двери, а когда осталась в квартире одна, ощутила полнейшее эмоциональное опустошение.

И так было нелегко, а теперь казалось, что и последние крупицы радости у меня забрали. Я побрела в спальню, не представляя, чем себя приободрить.

Уж точно не уроками! Я надумала почитать какую -то книгу о большой и светлой любви, как телефон дал о себе знать.

«Привет! Какие планы на вечер? Предлагаю зависнуть!»

Я подумала, и решила, что это даже лучше романа.

«Давай. Можно у меня».

«Буду через час! Прихвачу дружка;)»

О каком дружке говорила Алина, я могла только догадываться, но вряд ли она бы так называла живого человека! Я надеялась на это. Шумной компании мне вовсе не хотелось, а вот просто поговорить с кем -то, возможно, немножко пожаловаться, не называя имен и дат. Было очень кстати.

И раз я решила поднимать себе настроение, заказала суши. Курьер приехал на пару минут раньше новой подружки. Я пока не знала Алину, и опыт с Олей подсказывал, что в принципе не очень хорошо разбиралась в людях. Но Алина мне и правда нравилась. С ней было комфортно.

Когда раздался звонок, я искренне была рада ее видеть. Открыла дверь, пропустила девушку и выглянула в коридор.

- А дружок?

В ответ она захохотала и подмигнула.

- Здесь! - Аля достала из сумки небольшой черный чемоданчик и вручила мне, пока снимала верхнюю одежду.

- Алечка, ты меня пугаешь! - призналась я. Чего только в мою голову не лезло. - Что там?

- Более интересный вопрос: «Что я собираюсь этим с тобой сделать?»

Ей хватило всего минуты, чтобы вызвать у меня улыбку. Я призадумалась, как по-разному люди могут влиять на окружающих. Кто-то нагоняет тоску, а кто-то заряжает позитивом.

- О-о-о! - протянула она, когда увидела открытую бутылку мартини и два пустых бокала. - Я понимаю, иногда хочется выпить, но зачем же с двух стаканов -то?

- Оля заходила.

- О-о-о! - снова протянул она.

- Угу!

Девочки уже знали историю с телефоном. Они признались, что Оля им не понравилась с первого учебного дня, поэтому и меня они сторонились.

- И чего хотела? - спросила Аля. Она вмиг посерьезнела и даже улыбаться перестала. - Ты мне сразу чистый бокальчик дай, а то еще подхвачу какой заразы. И вторую бутылочку неси, ага!

Я хмыкнула, и разлила мартини по чистым бокалам.

В чемоданчике обнаружился складной портативный кальян. И Алина мастерски его собрала и разожгла. Я наблюдала за ней и вяло пересказывала разговор Оли. Выходило, что мы вроде как сплетничали, но мне вообще ничуть не было стыдно.

- В общем, она сказала, что Саша на нее поспорил, - подытожила я.

- Дам. Жестоко. Этот ее Саша вроде друг твоего парня? - уточнила Аля. О Диме она знала мало. Только то, что он у меня был!

- Да. Они бизнес компаньоны.

- Интересно. Расскажи мне о нем. Его зовут Дима? Сколько ему лет?

Мне почему-то стало неловко. Тот факт, что мы были несовместимы, вновь напомнил о себе.

- Он старше меня.

Алина затянулась, выпустила густой белый дым и прищурилась.

- На сколько?

- На много.

- Боже, Юля, я надеюсь, он хотя бы не женат? - воскликнула она.

- Нет! Дима никогда и не был. И детей... - тут уж я запнулась. Вместо того, чтобы продолжить, закурила сама.

- Ты беременна? - спросила вдруг Алина. Я уставилась на нее, как на ненормальную, и она облегченно выдохнула.

- Он не женат, ты не беременна - это уже хорошо, - подбодрила она. - Нет, правда! Тебе же только восемнадцать! Ты ведь знаешь, что нужно предохраняться, правда?

Я закатила глаза.

- Спасибо, мамочка! Читать лекцию о резинка не нужно!

- За это надо выпить! - предложила Юля и протянула мне бокал.

- Ты любишь его? Он симпатичный? Богатый?

- На все вопросы - «да», - пробормотала я. - Но все случайно получилось. Я не гонялась за его деньгами, как Оля.

- Это тоже хорошо. А он тебя любит?

Я помрачнела и пожала плечами.

- Оля предположила, что он тоже на меня поспорил. Типа, у них с Александром было какое -то пари.

Алина долго молчала, как-то странно на меня смотря. Не то ли с жалостью, не то ли с решительностью.

- Юль. Я не знаю твоего Диму, и как он к тебе относится, - начала она. - Но я уже успела изучить Олю. Она реально подлая. Я бы на твоем месте ей не верила. Но понимаешь.

Она взяла мою руку и слегка сжала.

- Ведь это может оказаться правдой. Я просто. Может быть, дело в воспитании, ты прости меня, но я не понимаю, как можно встречаться с мужчиной намного старше. Ты посмотри на себя! Да тебе пальцем поманить, и любой парень универа твой. Почему он? Почему ты его выбрала?

Я пожала плечами. Как можно было объяснить, если хотелось плакать?

- Я не знаю! Я сама ничего не могу понять. Он уходит, и мне плохо. Я думаю о нем постоянно. А вначале вообще боялась и обращалась на «вы».

Она меня обняла, а я и сама не поняла, как все ей рассказала. С того момента, как переехала в город, как начала встречаться с Женей и думала, что это предел моего счастья.

Алина была хорошим слушателем. Она во многом не была со мной согласна, о чем прямо заявляла, но не осуждала, а пыталась подбодрить.

- Я тебе вот что скажу, Юляш! - произнесла она и улыбнулась. И даже о прозвище я упомянула. - Ты должна разобраться с ним и с собой. Мне кажется, он пудрить тебе мозги, и от этого ты такая потерянная. Установи свои правила. Хоть раз скажи ему «нет», и посмотришь, как он поступит. Если мирно примет твой отказ и уйдет, то, может, ты и не нужна ему. А если ты ему не нужна, то пошел он в темное место! Или он даст тебе немного времени, а потом придет мириться. Ну, это самый элементарный способ проверить отношения. Он не отпустит тебя, если любит. Вот увидишь.

- Да, - я шмыгнула носом. - Осталось только набраться смелости и провести этот эксперимент.

- Боязно остаться одной, - понимающе поддержала Аля. - Но если так подумать, Юль, мы часто одни даже если с кем-то. Иллюзия счастья очень быстро испаряется, если на самом деле ты несчастна. А я не вижу, чтобы твои глаза светились.

Я хмыкнула. Единственное, о чем я умолчала - беременность Нади. Не хотела выглядеть полной идиоткой в глазах Алины. Только так, наполовину.

- Да уж.

Я вздохнула, а мой телефон в этот момент зазвонил.

На экране высветилась утренняя фотография, где Дима меня целовал. Он ее и на звонок поставил.

Я невольно улыбнулась.

- Надо ответить, а то выбьет дверь!

Аля изумленно приподняла бровь, но никак не прокомментировала.

- Да? - мой голос звучал решительно и немного грубо.

- Ты дома? Я скоро заеду, - поставил перед фактом Рогозин. Сказать ему «нет» было как никогда трудно.

- Не надо. Я сегодня занята.

- Угу. По голосу слышу, - недовольно буркнул он. - Напилась уже с горя, да?

Я хмыкнула и покачала головой.

- Довел же. Деспот!

- Юляш, а я с подарком еду.

- Мне твои подарки не нужны.

- А я нужен? - на полном серьезе спросил Дима.

Прикрыла глаза и прикусила язык.

«Нужен. До одури!»

- Не сегодня, - нехотя ответила я.

Дима молчал какое-то время, а я смотрела на Алину, чувствуя, что сердце сейчас выпрыгнет из груди.

- Хорошо, - холодно ответил он. - Как знаешь.

Он отключился, а я уже в ту секунду хотела перезвонить и попросить его приехать. Но Аля выхватила у меня телефон и нашла ту самую фотографии.

- Это он сделал? - догадалась он.

- Он, - грустно прошептала я.

Алина вдруг бодро улыбнулась, будто совсем не понимала моего состояния.

- Ну, у меня предчувствие, что он тебя не отпустит, - выдала она. А затем наклонила голову, изучила фотку под новым углом и добавила: - А че! И правда симпатичный. И глаза горят, Юль! За это надо выпить!

Не знаю, намеренно ли она меня спаивала, или от нечего делать, но стало лучше. И в ее присутствии не так страшно.

Алина провела со мной весь день. Мы приготовили ужин, посмотрели фильм, пообсуждали всех знакомых студентов и преподов, и почти все время смеялись. Я узнала немного больше о ней и ее подругах. И когда к десяти вечера она засобиралсь домой, на меня накатила тоска.

- Может останешься?

Она изумленно округлила глаза.

- Ты что! Меня папа придушит! Он у меня строгий очень.

- Ага, бандит!

- Нет, это дядя бандит! - исправила она. - А папа полицейский.

- А что, реальный бандит?

Она пожала плечами.

- Я не могу сказать. Иначе мне придется от тебя избавиться.

Конечно, я понимала, что она шутила. Но в каждой шутке всего доля шутки, верно.

- Ну, может твой дядя знает моего Диму!

Аля призадумалась и хмыкнула.

- Видишь, как хорошо, что мы подружились! И в одной бандитской тусовке зависнем!

Она чмокнула меня в щеку и побежала. За ней заехал папа, так что я не переживала, как она доберется домой. А я... опять осталась наедине со своими мыслями. И к счастью, алкоголь действовал на меня, как снотворное. Я заснула почти мгновенно. 

Глава 23

 Он не позвонил.

Я вертела в руках телефон, совсем не слушая монотонную речь преподавателя.

Рядом сидела Маша, а позади Алина с Наташей.

Девочки изредка хихикали, а на переменах так и вовсе хохотали, но я все равно не могла отвлечься от паршивых мыслей.

Он не позвонил. А ведь уже вторник. Было дело, мы не общались и дольше, но теперь все было иначе. У него была беременная Надя и вечно все усложняющая я.

Не знаю, как удалось отсидеть пары, но когда они закончилось, стало только хуже, ведь нужно было возвращаться домой. А там никого.

Девочки собрались, и, как обычно, мы начали прощаться у входа, ведь они шли на автобусную остановку. Но в этот раз, меня буквально потянуло с ними.

- А все равно дома скучно, - заныла я, - полажу по торговому центру. Кто со мной?

И к удивлению все и согласились. До центра мы доехали быстро, и мое настроение заметно поднялось. Я даже поверила, что смогу отвлечься и расслабиться. И если делать это постоянно, то болезнь под названием «Рогозин» исчезнет.

Но судьба будто насмехалась надо мной.

Уставшие и проголодавшиеся, мы сдевочками решили заскочить в суши бар. И каким же было мое удивление, когда за одним из столиков я увидела ни кого иного, как Дмитрия Сергеевича собственной персоной. Он был не один, в компании смутно знакомого старика. Верно, это ведь отец Надежды, который продал Рогозину ресторан. И что они обсуждали? Предстоящую свадьбу?

Я так и остановился на проходе, на несколько секунд полностью выбитая из колеи. Дима хмурился, выслушивая оппонента, а потом его взгляд встретился с моим, и он удивленно приподнял брови.

- Это он? - шепнула на ухо Алина. Она держала меня под руку, потому заминку, естественно заметила. Хотя остальные девочки уже пошли искать столики.

Коротко кивнув, ни то ли отвечая на ее вопрос, ни то ли приветствуя Диму, я потянула ее вглубь зала.

- Не подойдешь? - спросила Аля.

- Нет, - решительно ответила я. Вдруг, непонятно с какой радости проснулась моя гордость. Или вредность, кто его знает... - У него деловой разговор. И он мне так и не позвонил. Так что на хрен я ему нужна.

Тут уж Алина меня остановился, и пока никто не слышал, зашептала:

- Прошло всего три дня. Это вообще не показатель, Юль. И судя по его взгляду, он более чем рад тебя видеть. Даже сейчас смотрит в нашу сторону.

Я не стала оборачиваться, и послала девушке изумленный взгляд.

- То есть, теперь ты за него?

- Я за тебя! - поправила Алина. - Понятия не имею, как оно у вас сложится, но лучше бы так, чтобы все были счастливы, правда же?

Я поджала губы и кивнула.

- И вообще, не слушай никого, - продолжила она. - И меня подавно. Советы раздаю, а сама и дня в ссоре с Лешкой не могу. Правда, я в чувствах своего парня не сомневаюсь, а ты? Как минимум, поговорить по -человечески вам не помешает. Иди, поздоровайся.

Я задумалась, разумно ли прерывать их разговор? Ведь явно речь о Надежде... И пока я металась в сомнениях, Алина вдруг хитро улыбнулась.

- Поздно! Он сам уже идет. Я исчезла!

Она побежала к девчонкам, а я обернулась. Да, Дима уверенным шагом направлялся ко мне.

- Как ты узнала, что я здесь? - спросил он без какого-либо приветствия. Я изумленно вздернула брови. Клянусь, это звучало так, будто я его преследовала!

- Я и не знала. Мы с подружками гуляем. - Я взглянула ему за спину, где сидел папа Нади, и задала встречный вопрос: - А вот что ты делаешь в каком-то заурядном суши-баре мне очень даже интересно.

- Сеть заурядных, - на этом слове Дима сделал акцент, - суши-баров по всему городу принадлежит Василию Павловичу. Помнишь его?

- Как не помнить, - ответила я, а язвительность так и перла. - Семейные вопросы обсуждаете?

Дима вместо ответа использовал фирменный устрашающий взгляд.

- Без проблем, если мешаю, то уйду.

Я уже развернулась к выходу, как он меня схватил за локоть и развернул к себе.

- Ну почему ты такая вредная? - как-то обреченно спросил он.

- Да я даже ничего не делаю, - раздраженно процедила я. - И все равно тебе мешаю, да?

Он стиснул зубы, что показались желваки, и потянул меня за ближайший столик.

- Дим, тебя Надин папа ждет, а меня подружки, - возмутилась я. - Что ты делаешь?

- А что мне еще остается? В гости к себе не ждешь, такая типа вся гордая, первая не звонишь. Ну, раз пришла якобы случайно, то давай поговорим.

Я фыркнула от его поразительной самоуверенности.

- Да не следила я за тобой! Больно ты мне нужен.

Последние слова вырвались случайно, и я тут же о них пожалела. А по недовольному прищуру темных глаз Рогозина поняла, что пожалею еще больше, если срочно не исправлюсь.

- Ладно, нужен, - призналась я. - Очень.

Он поднял бровь, мол, продолжай, пока я добрый.

- И скучала. Сильно.

Димка, ну точно сытый котяра, улыбнулся и облокотился на спинку стула.

- Просто... - я замялась, вспоминая душевные бичевания за эти три дня. Вот странный мы, женщины, народ. Вроде хотим свободы, а в то же время, на фиг она нам нужна! - Мог бы и сам позвонить.

- Я? - пораженно спросил Рогозин. - Это после того, как ты меня зверски отшила? С ума что ли сошла?

- Я не отшивала, Дим, - пробормотала я, потупив взгляд. Узорчики на салфетки были такими увлекательными. -Мне надо было время все обдумать. И тебе, наверное, тоже. К тому же, я вижу, что для себя ты что -то уже решил.

Я вновь посмотрела за столик, где сидел Василий Павлович. Он сидел к нам спиной и говорил по телефону. Перевела взгляд на Диму, и увидела смешинки в его глазах. Веселимся, значит.

- Никитина. - Он покачал головой, так и не озвучив свои мысли. Вместо этого добавил: - Иди к подружкам.

- Что? - пришла моя очередь поражаться.

- Иди-иди, - поторопил он и сам встал. - Ты сегодня, так и быть, еще подумай. А завтра, - он подал мне руку, помог встать и неожиданно склонился к уху, чтобы прошептать: - когда приеду, чтоб лежала на кровати абсолютно голая, мокрая и готовая выполнять любые мои указания.

Он отстранился и вопросительно поднял бровь.

- Ясно, - тихонечко ответила я, надеясь, что не стала похожей на помидор.

Рогозин послал мне загадочную улыбочку и вернулся обратно к собеседнику. А я, когда спустилась с облаков, обнаружила себя в баре, бредущей на ватных ногах к хихикающим подружкам.

Мне не приходилось догадываться, что станет темой вечера!

Девочки разделились во мнениях. Маша сходу вынесла вердикт - бабник! Наташка ее поддержала, но тут же добавила:

- А если он ее всем обеспечивает, то почему бы и нет!? Она ж замуж за него не собирается! Повстречаются и разойдутся.

Но Маша настаивала на своем и твердила, что с таким я пролью немало слез. Я лишь невесело хмыкнула и взглянула на Алину. Она тактично молчала, а когда между девочками разгорелся нешуточный спор, вмешалась и перевела тему.

Не важно, что думали девочки о Диме. Они не знали его. Но с другой стороны. кто знал?

Прогулка не прошла даром. С одной стороны, незапланированный девичник и несколько бутылок вина прогнали мою хандру, а с другой, какого-то минутного общения с Рогозиным хватило, чтобы я осознала, как сильно он мне нужен. Даже если так, как сказала Наташа. Не навсегда.

- А что вообще в этом мире вечно? - спросила я саму себя и набрала номер Димы. Вечер еще не закончился, а я уже была дома, и все еще ужасно скучала.

- Мда? - спросил он.

- Я уже подумала, - начала я, но была перебита.

- Юль, у меня сегодня очень хреновый день. И если ты сейчас начнешь опять гнуть, что все у нас с тобой плохо и тоскливо...

- Нет! Приезжай!

На другом конце провода неожиданно затихли. Даже дыхания не было слышно.

- Я в кроватке, - прошептала я соблазнительно. - На мне что-то красное и очень крохотное. Ты запросто его порвешь одним пальцем.

И снова тишина. Я недовольно покосилась на трубку и добила собеседника:

- И я все мокра-а-а-а-я!

Дима прерывисто выдохнул и послышался его охрипший голос.

- Сеня, разворачивайся! Пять минут. - А это уже мне.

Ничего не ответив, я положила трубку и победно улыбнулась. А затем подбежала к зеркалу и охнула.

Да, то еще «соблазнительное» создание.

Волосы взъерошены и собраны гнездом в районе макушки. Подводка растеклась от беспрерывного смеха с подружками, на щеках виднелись три разных оттенка губной помады. Бесформенный свитер и джинсы не первой свежести совсем нельзя было счесть привлекательными. Я подпрыгнула на месте и побежала в ванную. Бегло приняла душ, смыла несвежий макияж, попыталась навести новый - попала тушью в глаз, отчего он раскраснелся. В итоге плюнула на смоки айс, посчитала, что и чертинок в глазах достаточно! Навела лишь губы красным блеском, правда, и это удалось не с первого раза.

По моим подсчетам до прихода Димы оставалось пара минут. На ходу расчесываясь, принялась искать в гардеробе то самое красное бельишко, которое я купила для особого случая. Одна беда, я не могла точно вспомнить -завозила ли я его сюда, или же оставила у Димы в доме.

Неожиданно раздался звук открываемого замка, и я вскрикнула от удивления. Но пугаться было некогда. Отбросив расческу, вывалила все белье из ящика комода, пока наконец не нашла то самое! Красненькое, очень тонкое и прозрачное. Одни ниточки да бантики.

- Юляш! - послышался полный предвкушения голос Рогозина с коридора.

- Угу-угу! Я тут, - протянула я, мучаясь с завязками.

Низ уже был на мне, а вот с верхом пришлось попотеть. В итоге вместо бантика посреди груди образовался узел, как минимум, морской. И как бы мне не хотелось, чтобы Дима красиво дернул за веревочку, и девушка бы открылась, но. не судьба!

Я запрыгнула на кровать в тот момент, когда двери спальни распахнулись. Дима стоял у двери слегка потрепанный и уставший на вид, но такой очаровательный. Он держал одну руку в кармане, а другой снимал галстук.

Я призывно ему улыбнулась и развела ноги в приглашающем жесте. Это должно было быть сексуально! Я же старалась!

Но Дима почему-то рассмеялся.

- Что? - недоумевала я.

Он подошел ко мне, сел на кровать, продолжая улыбаться.

- У тебя помада на зубах. Ты выглядишь, как вампирюжка. Будто только что напилась моей кровушки, и лежишь такая вся довольная жизнью.

- Это я твоей крови напилась? - поразилась я. - Да это ты только и делаешь, что издеваешься! Даже сейчас.

Я подумала обидеться, но Дима быстро исправился.

Он потянул меня на себя, усадил верхом и медленно стер большим пальцем блеск с моих губ. Я наблюдала за ним, как завороженная. Его глаза зажглись страстью, стоило ему посмотреть на мой рот, он облизал свои губы перед тем, как напасть на мои в голодном, отчаянном поцелуе. Я застонала, когда его пальцы зарылись в мои влажные волосы, сжимая их до приятной боли.

Осознание его близости и ощущение твердой плоти между моих ног зажгли меня за секунду. Как и обещала, я была готовой для него во всех смыслах.

- Ты еще сомневаешься, что нужна мне? - задал он риторический вопрос и направил мою руку на свой пах. - Я не могу это контролировать. А ты - можешь!

Почувствовав некую власть, я толкнула Рогозина, повалив его на постель, и принялась медленно расстегивать пуговки на его рубашке, каждый раз целуя новый оголенный участок груди.

- Ты был очень плохим, Димочка, - томно протянула я.

- Чего это? - поразился он.

Я укусила его за кубик пресса и послала недовольный взгляд.

- Не знаю. Я не злопамятная! Знаешь, как тяжело, когда хочешь отомстить, а за что - уже не помнишь? Так вот!

Я провела ноготками по оголенной коже, отчего Дима зашипел, и принялась расстегивать брюки, за которыми прятался объект, так сказать, моего желания.

- Сегодня я буду мстить.

- Да пожалуйста! - дал добро Рогозин и расслабленно откинул голову.

Я лишь хмыкнула. Наивный! Он еще не догадывался, что у меня в ящике припасены наручники!

Пока расстегивала брюки, тихо открыла ножкой ящик и с ловкостью ниндзи достала инструмент пыток. А затем под видом, что собираюсь снять с Димы рубашку, завела его запястья над головой и приковала к спинке кровати.

Предовольная собой, я изучила реакцию Рогозина.

Он даже глаз не открыл! Улыбнулся уголком губ и хмыкнул так беззаботно, мол, напугала кота сметаной.

- Ну ладно, - зловеще протянула я. - Сам напросился!

Я опустилась ниже и слегка прикусила его сосок, как он постоянно делал с моим. Дима дернулся и весь напрягся.

- Э-э-э! Что это ты там делаешь?

- А ты как думал? - произнесла я, глядя на него снизу. Мои щеки грозили лопнуть от победной улыбки.

- Я... В общем-то...

Он зашипел, когда я сильно втянула розовую вершинку губами, а вторую сжала пальцами.

- Юль! Хорош!

Тут уж я рассмеялась. Ничего не могла с собой поделать. Столько паники звучало в его голосе.

- Как ты там говорил? Месть может доставлять большое удовольствие, да? Мне очень хорошо! А тебе?

Я запустила руки в его боксеры и сжала его твердую плоть. О, ему это нравилось!

Дима издал полустон-полурык, когда я продолжила свою сладкую пытку, используя язык, губы и даже зубки.

- Вижу, что ты в восторге! - поддразнила я.

- Юль, хватит!

Он начал вырываться, отчего наверняка на его запястьях останутся синяки. Наручники -то настоящие! Я их у Сени выклянчила пару недель назад, да все не решалась применить.

- А как на счет пари? Тебе было так же приятно, а?

Моя рука в боксерах заползла чуть дальше, и я сжала его «колокольчики».

- О-о-о... О чем ты? - удивился Дима, продолжая яростно вырваться. - Слушай, Никитина, ты сейчас так доиграешься, что завтра ходить не сможешь.

- Я учла все риски. А ты? Ты учел, что Оля мне расскажет о споре?

Дима вдруг резко поднял ноги, сжал меня им за талию, и подтолкнул к себе. Наши лица оказались на одном уровне, и я совершенно не могла пошевелиться.

- Какое мне дело до твоей Оли? - с укором спросил он. - Вы же с ней уже даже не общаетесь.

- Она сказала, что Саша на нее поспорил, а ты на меня, - выпалила я на одном дыхании, зло глядя на мужчину. Это мои пытки, вообще-то!

- Ну и ты, естественно, так сразу поверила ей, потому что она именно тот человек, которому можно доверять, - с вызовом произнес Рогозин. - Она. Не я.

Я прищурилась, точно копируя выражение его лица.

- Отпусти!

- Да еще чего! - возмутился Дима и поймал мою нижнюю губу своими.

Наши языки сплелись в танце страсти и желания, и эти чувства затмили все остальные. Хватка на мне постепенно ослабла, но я и сама не думала вырываться. Не прерывая поцелуя, медленно оседлала своего мужчину, чувствуя в себе его твердость сантиметр за сантиметром. Блаженство.

Дима выпил мой стон, я проглотила его прерывистое дыхание.

Он выругался и потребовал освободить его, но я была непреклонна. Когда еще мне подвернется шанс так эксплуатировать господина Рогозина?

- Я хочу тебя трогать, - процедил он, теряя всякое терпение.

Хищно улыбнувшись, я села на нем и подняла руки вверх. С каждым дразнящим, плавным движением, мои груди поднимались, и внимание Димы было полностью приковано к ним.

Слегка ускорив темп, я задышала чаще и облизнула пересохшие губы.

- Черт, Юля, - с какой-то обреченностью прошептал он. Господи, я горела и плавилась под этим взглядом. Никогда прежде не ощущала себя настолько сексуальной и желанной.

Облизнула большой палец, провела ним по шее и закружила по возбужденному сосочку.

- Здесь мог быть твой рот, - дразняще произнесла я.

Дима закрыл глаза и сцепил челюсти.

- Твою ж мать!

Он кончил первым. Впервые так быстро! Но это ничуть меня не расстроило, напротив, я была переполнена гордостью.

- Теперь ты снимешь с меня эту хрень? - спросил он, отдышавшись.

А потом посмотрел так зловеще, что у кого угодно бы побежали мурашки по коже. Было в его взгляде что -то опасное, но теперь меня, почему-то, это лишь больше возбуждало.

- А если сниму, то ты тоже меня прикуешь и будешь мстить? - с опаской спросила я.

- Естественно! - сквозь зубы процедил Дима.

Что ж...

Я улыбнулась и потянулась к ящику за ключом.

- Ладно!

Этой ночью Рогозин превзошел себя! То есть, я думала, что у нас с ним классный секс каждый раз. Но тогда он даже не старался! Похоже, его не на шутку разозли тот факт, что он кончил слишком быстро. Он не стал меня приковывать, пощадил нежную кожу. Вместо этого использовал мое белье, привязав им руки к кровати. И сексуальный марафон начался.

Где-то посреди ночи, когда соседи перестали стучать в стену, а я была согласна на все, лишь бы мне дали поспать, Дима меня развязал и уложил на себя. Я слушала, как сумасшедший ритм его сердца постепенно успокаивался, пока звук не стал убаюкивающим. Мы пахли сексом и счастьем. Да! Если бы у счастья был запах, он был бы таким.

- Ты же не поверила ей, правда? - спросил Дима. Я не сразу поняла, о чем он, вообще не соображала. Мои мысли были далеко от реальности. Но спустя время все же догадалась. Что вопрос был об Оле и ее предположении. Говорить было лень, я неопределенно замычала.

- Ты не поверила, - настоял на своем Рогозин. - Потому что сама видишь, какие у нас отношения.

- Ну он же твой друг, - лениво прошептала я.

- Когда это я называл его своим другом? - возмутился Дима. - Он всего лишь партнер по бизнесу, коих у меня немерено. Воронин игрок. А Оля испытала на своей шкуре то же, через что провела тебя. Нет у меня друзей.

Он чмокнул меня в макушку и погладил по спине. Если бы я была кошкой, то мурчала бы как трактор. И спорить совершенно не хотелось, хотя внутренне я не была согласна с некоторыми его взглядами. Желание мстить однажды разрушит его самого.

- Никуда я тебя не отпущу, - пробормотал Дима.

И плевать, что это прозвучало как угроза. Мое сердце забилось чаще, и я прижалась к мужчине, потому что именно в его объятиях было теплее всего.

- Не отпускай, - попросила. - И я буду твоим лучшим другом.

Это была одна из тех ночей, когда мы каким-то образом становились еще ближе, даже несмотря на то, что в воздухе висела недосказанность, и все вокруг были против нашего счастья. Но мы ничего не делали, чтобы оно возникло. Просто были собой и наслаждались моментом. Разве это так плохо? 

Глава 24

 Это было непримечательное утро посреди рабочей недели. Январский пушистый снег хлопьям падал на головы, а снующие студенты звонко смеялись дорогой к университету. Я слегка опаздывала на первую пару, но шла с улыбкой на лице, вспоминая завтрак с Димой. Мне редко доводилось просыпаться в его объятиях, да еще и есть с его рук им же приготовленные оладьи.

И вдруг резкий визг шин вырвал меня из грез. Я вздрогнула и отскочила от дороги, где у обочины припарковался смутно знакомый джип. Правда, бампер уже был как новенький. Я и так была напугана, но когда из водительской двери показалась знакомая лысая морда бандитской наружности, стало совсем не по себе.

- О! Лапа! Узнала меня? - протянул Костяк. Тот самый бандин, от угроз которого я едва не поседела. Впрочем, как раз из-за него мы с Димой и познакомились. - Разговор есть.

Я обомлела. Как можно быть готовой к чему-то такому? Костяк сделал резкий шаг ко мне навстречу, а я чисто на автопилоте отступила назад. Нужно было бежать, звать на помощь, но я не сделала ничего не из этого. Страх буквально сковал мое тело, не давая даже сделать вдох. Лишь когда он схватил меня за руку и потянул в машину, я поняла, что ситуация полностью вышла из-под моего контроля. Еще мгновение, и я точно влипну в такую историю, что плохо будет всем.

- Отпусти, - пискнула я, и начала сопротивляться, что было сил.

- Да расслабься, че ты, - протянул этот самый Костяк. - У меня тут подружка твоя. Все нормально!

- Юль, ну ты чего! - послышался голос из салона.

И тут я обомлела во второй раз. Там сидела Ольга. Моя... То есть, уже не моя, но все же знакомая. Она беззаботно улыбалась и махала мне рукой.

- Садись, зайчонок! Мы тебя подвезем!

- Ага, садись, - заулыбался Костяк, будто бы вообще не было никаких проблем. А сам все же нагло толкал меня в машину.

- Да я не хочу. Я пешком дойду.

- Так мы уже опаздываем! - воскликнула Оля и принялась помогать затаскивать меня в машину изнутри. Это все напоминало какое-то безумие. Я, конечно, понимала, что нужно уматывать, но все произошло так быстро, и глазом не успела моргнуть, как оказалась в салоне. Дверь за мной закрылась, а вот открыть я ее поче му-то не смогла.

- Ты что творишь? - прошипела я Ольке, пытаясь открыть хотя бы окно. Но и оно было заблокировано.

- Юль, ты чего? - пораженно произнесла та. И в этот момент Костяк уже сел за водительское и резко тронулся с места. - Это Костик! Мой парень. Я тебе о нем рассказывала.

Оля радостно заулыбалась и обняла это лысое недоразумение за плечи. Тот улыбнулся мне в зеркало заднего вида. А я с ужасом переводила взгляд с его подлого оскала на игривые глазки бывшей подруги. Это когда это они спелись-то?

- Ну, ты что забыла? - возмутилась она. - Мы же познакомились в тот день, когда на меня напали. А Костенька потом еще и подарил мне новый телефон. Правда, мне пришлось его тебе отдать, чтобы ты не злилась. А ты. Ой, ладно! Забыли уже. Правда, он милый?

Я оторопело посмотрела на «милого». Что -то явно не сходилось. По словам Оли они познакомились уже после разборок с Димой. Значит, она и не подозревала, с каким типом связалась. А может быть он специально ее и подкараулил, мог видеть, что мы ходили вместе. Или еще хуже. Они встречались давно, а Оля не зря со мной «подружилась».

Я молчала. Просто не знала, что тут сказать. И пока думала о всех вариантах, мы в самом деле припарковались около центрального входа в универ. Рукой подать, и я там.

- В общем, Костя хотел с тобой поговорить, - вдруг огорошила Ольга. - Ну, ты не переживай, ничего такого. Просто, ты же так и не поверила в ту историю с телефоном. А он все подтвердит.

Оля звонко чмокнула своего бандита в губы, потом наклонилась ко мне под видом, что собиралась поправить волосы, а сама шепнула:

- Лишнего не болтай!

Это она тонко намекала о других ее кавалерах. Я, естественно, вообще не собиралась с ним болтать. Потому, как только Костя открыл для нее двери, поползла следом, но не тут -то было. Лысый занял место Оли и припечатал меня к сиденью.

- Отвали, - зло процедила я, загнанная в угол. - Сейчас кричать буду.

К моему счастью, студентов возле парадного входа всегда было много. Даже когда до пары оставалось каких -то пять минут.

- Да чего ты, куколка, - лениво протянул тот. Затем его скользкий взгляд опустился на мои губы, и он хищно улыбнулся. - А правда ведь красивая. Хорошая игрушка досталась Рогозину. Он тобой и не наиграется никак, да?

Я шумно сглотнула.

- Если не хочешь проблем, отпусти меня.

- Да у меня проблем по жизни нет. Я же это... Тебе помочь хочу. Ты глаза -то открой!

Он достал бумажник, и продемонстрировал мне старую потертую фотографию, где молодые Дима и Костя стоят в обнимочку.

- Димон же друг мой детства, - огорошил новостью Костяк. - Я его знаю, как облупленного. У нас и дельце одно общее было с твоим батей. Но понимаешь, времена такие были, что каждый за себя. Кинул нас твой батя. Сильно кинул.

- К-как? - удалось задать вопрос.

- А пускай Рог и расскажет. А я расскажу другое. Никитину все производство осталось, а должно было по наследству Димичу перейти. Не справедливо, правда? Ну вот, Рог и решил отжать. Ну, по сути, это же и так его, понимаешь? А твой батя не отдавал, ну и надо было как-то его припугнуть чуток. Тут Димка меня позвал. Он у нас ручки пачкать не любит. Я должен был тебя припугнуть чуть, и выбить деньжат у твоего папани. А тут смешно получилось, да?

Он вдруг звонко рассмеялся, но я лично онемела и окаменела, начиная догонять его слова.

- Ты, вместо того, чтобы к папе пойти жаловаться, к самом Рогу непонятно с какого дива приползла. Ну вот тут он тебя и прижал. Не, ну кто бы на его месте отказался от такой куколки? Но, знаешь, жалко мне тебя. Да и жирно слишком Рогозину. И тебя поимел, и отца твоего поимел, и меня, в конечном счете. Капот сам чинил.

Последнее Костяк произнес с особой досадой. Возможно, ему, конечно, было обидно из -за вмятины на машине. Но вот как быть мне? Мне казалось, меня только что ударили с такой силой, что я вообще не подлежу восстановлению. Я даже переварить это не могла.

- Слыш? - позвал Костяк. Я смотрела сквозь него. - Я бы на твоем месте поискал у Рога флэшку с доказательством. Ну я ж его знаю. Он точно записал, как жарит тебя по полной, чтобы потом папику твоему всучить.

Кажется, я затаила дыхание, просто забыв, что нужно дышать.

Костяк протянул ко мне руку, и я дернулась, будто меня прошибло током.

- Не прикасайся ко мне, - выпалила я.

- Да ладно, - невозмутимо ответил он. - Я ж помочь хочу. Ну, оказалась не в то время, не в том месте, что ж теперь. Со всеми бывает. Ты, это, на меня зла не держи, я просто указания выполнял. Подружка твоя мне нравится, вот и решил вмешаться.

Я уставилась на него, как на чмо, коим он и являлся. Во мне горела злость вперемешку с дикой болью.

- Выпусти меня немедленно, - потребовала я. У меня вообще не было идей, что делать дальше, как жить с тем, что он мне рассказал, но я знала, что должна была выбраться, сбежать подальше от всех. От себя. От выжигающей душу боли.

- Да выпущу, не паникуй. Последнее скажу. - Он хитро прищурился, и ничего, кроме насмешки в его взгляде я не видела. - Нет, ну реально жаль тебя. Но все-таки добью, так лучше будет. Баба у него есть. В смысле, серьезно все у них. Она беременна. И о свадьбе они уже договорились. Не понятно только, чего Рог выжидает, да с тобой играется. Есть у меня догадка нехорошая. Хочет он Никитина в могилу свести. Все -то знают, что со здоровьем у него проблемы.

Больше я этого выдержать не могла. Одно дело, когда он говорил об обмане Димы. Но теперь дело касалось жизни моего отца, и это уже перешло все рамки дозволенного. Я заорала от боли и ненависти и бросилась на Костяка с кулаками.

- Выпусти меня немедленно, мразь!

В меня будто вселился бес. Я орала, материлась и лупила его без разбору, позабыв, с кем имею дело. Он замахнулся и врезал мне звонкую пощечину.

- Совсем обалдела, дура?

Я схватилась за щеку, слушая поток ругани в свою сторону, и не могла больше сдерживать слезы.

- Больная, - подытожил этот урод. - Я на тебя правду вылил, а ты теперь сама расхлебывай.

Он выскочил из машины и вытянул меня.

- Вали, давай.

Оля далеко не отходила, и когда увидела меня, с удивлением подбежала.

- Что случилось? - спросила она, переводя взгляд с меня на своего лысого друга. - Ты что, ударил ее?

- Да не, усмирил немного эту истеричку.

Я не стала слушать их диалог, а сорвалась с места, побежав в сторону дома. Ни о какой учебе и думать не могла. Меня трясло от страха и непонимания что только что произошло.

Лишь оказавшись за зданием университета я немного сбавила ход и попыталась отдышаться. Слезы текли ручьем, и я захлебывалась рыданиями. Но мне было все равно, нужно было услышать родной голос.

Трясущимися руками достала мобильный и набрала номер.

- Папа? С тобой все хорошо?

- Доча? - усталый голос мамы заставил меня застыть на мгновение. - Ты как узнала?

Я села прямо на снег, ноги больше не держали.

- Юль?

- Что с папой? - шепотом спросил я, голос пропал.

- Опять сердце, - так же тихо ответила мама. - Вечером позвонил кто-то, он сильно разнервничался. А в час ночи вызвали скорую. Еле откачали, доченька.

Мама всхлипнула, и я заплакала вместе с ней. Это были немые горькие рыдания. Закрыв рукой лицо, и судорожно вздохнула и начала выпытывать подробности.

- Почему мне не позвонила? Как он сейчас? Что врачи говорят?

- Он спит, - шмыгнув носом шепнула мама. - Я с ним. Всю ночь не спала. Врачи оставят его на недельку где -то здесь. Под присмотром. Сказали, никаких звонков или плохих новостей, только покой. В следующий раз не выдержит.

Я закивала, беззвучно обещая, что не подведу. Сделаю все возможное, лишь бы он не волновался. Я должна была. Мама вдохнула, ее голос звучал так безжизненно.

- Я тебе не стала посреди ночи звонить. Обошлось же, а ты бы переживала.

- Мам, надо избавляться от этого бизнеса, - решительно произнесла я. - Слышишь?

- Да знаю. Буду потихоньку бумаги оформлять. Крестного твоего порошу помочь.

- Хорошо. Я приеду.

- Приезжай, - согласилась она. - Только на выходные. Леша за пару дней как раз окрепнет. А ты про учебу не забывай.

Я окончательно успокоилась, убедившись, что с папой все в относительном порядке. Но даже после того, как попрощалась с мамой, было больно дышать. Будто из моей груди торчали осколки разбитого сердца. Я даже потерла ее, чтобы убедиться в обратном.

Я не хотела верить тому человеку. Костяк - гнусный урод. Но если на секундочку предположить, что в его словах есть хоть доля правды... Это обжигало так сильно. Дима для меня весь мир. Я видела в нем защитника, теплое и надежное плечо. Он был тем, кому я звонила в первую очередь, если было грустно. И с ним же я разделила самые счастливые моменты.

Но как быть, если в эту идиллию ворвался монстр, вывернувший на изнанку весь волшебный мир, что мы создали вдвоем?

Я начала вспоминать все. Его удивление, когда я пришла к нему в первый раз. Его попытки изолировать меня, затащить в свой дом, где на каждом углу развешены камеры. Его так внезапно вспыхнувшее желания ко мне. И он даже дождался моего совершеннолетия, чтобы никто не мог предъявить ему обвинения. Он так искусно ухаживал, подкупал меня. И он никогда не говорил о любви. Никогда. Что если все чувства, которые я придумала между нами, всего лишь иллюзия? Их не было. Это все игра. Как легко он говорил о мести, с каким удовольствием, с какой жестокостью. Как он смаковал ее.

Я не верила злым шепоткам, закрывала на все глаза. Даже беременность Нади меня не остановила. Как? Как я могла смириться с этим? Как можно было так ослепнуть?

Неожиданно онемение прошло. Меня затопило чувствами, словно с гор сошла ледяная лавина. Холод окутал со всех сторон. Я сидела на снегу и начала дрожать. Поднялась, схватила сумку, побежала. Не домой, а прямо к нему. Я должна была его увидеть. Я должна была посмотреть ему в глаза.

Я крепко сжимала телефон, пытаясь дозвониться до Димы. Он не брал трубку. Мне не нужно было выяснять все по телефону, я лишь хотела знать, где он. Интуитивно поехала в его офис, и не прогадала.

Его секретарь приветливо меня встретила, но попыталась остановить, когда я ворвалась в директорский кабинет. Я застыла у двери, растеряв всю решительность, когда заметила за столом шестеро солидных мужчин. Они недоуменно уставились на меня, а Дима вопросительно поднял бровь и слегка улыбнулся. Этот его безмятежный вид и привел меня в чувства. Ему все нипочем, в то время как я схожу с ума.

- Дмитрий Сергеевич, можно вас на минутку? - холодно позвала я. - Срочное дело.

Он, вероятно, увидел панику в моем взгляде, потому не выгнал с позором, а уступил.

- Прошу меня извинить. - Рогозин встал, поправил на себе пиджак и, меча молнии взглядом, обратился к секретарше за моей спиной. - Кристина, налей гостям чаю, будь добра.

Он указал на дверь, и только я вышла, схватил меня за руку и повел в соседнее помещение, которое оказалось большим залом.

- У тебя что-то случилось? - строго спросил он.

От этого ледяного тона я на мгновение потеряла дар речи. Я думала, что не боялась его. Но Дима давал мне лишь иллюзию комфорта. И всего остального. Он все еще был опасным человеком, любившим играть в жестокие игры.

- Я знаю про отца, - начала я, и голос дрогнул. - Это все ты. И я тоже часть твоего плана.

Дима выдохнул и нетерпеливо посмотрел на двери.

- Так, Юля. Меня ждут важные клиенты. Я пока не понимаю, о чем речь, но уверен, что это может подо...

- У папы был сердечный приступ этой ночью, - истерично заорала я, чувствуя, как глаза наполняются слезами. - Ты этого добивался? И почти добился. Но тебе мало, да?

- О чем вообще ты говоришь? - процедил каждое слово Дима, угрожающе приблизившись ко мне.

- Ты хотел мести? - с вызовом спросила я. - Костяк мне все рассказал. Сказал, что он твой друг. Но я знаю, что друзей у тебя нет. Не важно! Даже если он все разболтал, чтобы насолить тебе. Это слишком для меня. Понимаешь? Это перебор.

- Юля, уймись, - крикнул он и попытался поймать мою руку, Но я оттолкнула его и отошла.

- Ты уже поимел меня. Ты уже отомстил папе. Оставь теперь его в покое. Ты можешь просто не трогать его? Я тебя прошу. Я!

- Да не трогал я его. - Дима говорил обманчиво спокойно, но в его глазах плескалась безудержная ярость. - Ты можешь нормально объяснить, что тебе нагнал этот урод?

Я утерла слезы со щек и со всей смелостью заявила:

- Что папа тебя кинул много лет назад. И ты решил ему отомстить. Ты специально топил его бизнес. А когда узнал, что я сюда учиться переехала, то нанял Костяка, чтобы тот меня припугнул.

- Что? - заорал Дима и снова сделал шаг.

Но я все отходила от него, и уже не могла остановиться. Сухая маска злости на его лице лишь больше меня подзадоривала.

- А я, дура, к тебе пошла. Вот тогда ты и решил отомстить по-другому. Ты же ту запись так и не удалил, да? Не смей ее отсылать отцу, слышишь? Если он умрет, я никогда тебе не прощу. Костяк сказал, что ты этого и добиваешься, но это уже слишком, Дима. Даже для тебя. Остановись. Ты должен прекратить это.

- Ты с ума сошла?

Рогозин буквально озверел. Он схватил меня за руку и прижал к стене.

- Ты вообще думаешь, что говоришь? - Он зло хмыкнул. - Нет, ты реально дура. То есть, какой-то хер подошел к тебе на улице, наплел всякую чушь, а ты и рада ему поверить? Вот так просто?

Он щелкнул пальцами, а я воспользовалась моментом и опять его оттолкнула.

Мне хотелось ему верить. Очень хотелось. Но на этот раз я не могла позволить себя обмануть. Никто больше не развлекался, на кону стояла жизнь папы.

- Нельзя же быть такой глупой и наивной, Юля!

Дима остался стоять на месте, пока я молча глотала слезы. Я уже приняла решение. Только сказать не решалась.

- Да, умеешь же ты подпортить настроение, - выплюнул Рогозин. - Мы поговорим вечером.

- Нет, - я резко оборвала его, когда он начал уходить. - Поклянись, что не будешь ничего отсылать папе. Или доводить его до инфаркта.

Он застыл у двери и бросил мне предупреждающий взгляд.

- Поклянись! - потребовала, срываясь на рыдания. - Это все, чего я от тебя прошу.

- Даю свое слово, Никитина.

- Хорошо, - я сглотнула и решительно посмотрела ему в глаза. - И меня ты тоже оставь в покое.

Он открыл дверь, но затем с грохотом ее закрыл и направился ко мне.

- Ты это сейчас серьезно?

Его образ был расплывчатым из-за слез, но я даже издали ощущала исходящую от мужчины ярость.

- Да. Я так больше не могу. Надя, папа, ты... Слишком заигрался со своей местью. И я не собираюсь быть ее частью.

- Да ты. Просто.

Он сжал кулак и замахнулся. Я вскрикнула, но так и не ощутила удара. Он пришелся на стену прямо возле моего лица.

Дима быстро отошел от меня, осмотрел с ног до головы и покачал головой. Обреченность. Вот что я видела.

- А ничего и не выйдет. - Он развел руками, а затем развернулся и все же пнул ногой эту чертову дверь. Но я отчетливо услышала последнюю фразу: - Сама ко мне пришла.

И этого хватило, чтобы горькая правда затопила сердце. Он не отрицал, что воспользовался мною. Нет, во всем виновата я сама, что явилась к нему тем вечером, наивно надеясь на помощь. Но поступив так, я уберегла папу от волнения. Что такое моя гордость по сравнению с его жизнью? Не о чем жалеть.

Тогда почему так пусто в душе?

Мне хотелось закричать или что-то разорвать в клочья, уничтожить, хоть как-то выпустить пар. Внутри я билась в истерике, но снаружи стояла, будто каменная статуя, смотря стеклянным взглядом на дверь. Я вышла, прошла мимо Кристины, даже не замечая ничего вокруг, не слыша, о чем она меня спрашивала. Домой попала тем же маршрутом автобуса, прислонившись лбом к холодному стеклу. Сегодня шел мокрый снег. Даже небеса плакали вместе со мной.

Но по-настоящему я дала волю эмоциям, когда оказалась запертой в своей крепости. Лишь оставшись наедине с собой, точно зная, что никто не увидит меня, не осудит, я осела на пол и разревелась.

А когда слез больше не было, я начала бродить по пустой квартире, терзая себя воспоминаниями. Дима был везде. На каждой поверхности, в каждой вещи. Неожиданно моя квартира стала такой же чужой, как и мужчина, которому я доверилась.

Я хмыкнула, поражаясь своей же глупости. Ни то, ни другое никогда моим и не было. Жилплощадь съемная, а Рогозин влюблен в себя и свою месть. 

Глава 25

 На столе передо мной оказалась чашка ароматного кофе, и я подняла голову.

Алина улыбнулась и подмигнула. Наташа и Маша сели по обе стороны от меня, и все трое подозрительно затихли.

- Ну что? - застонала я.

- Юль, тебе нужно развлечься, - заявила Машка. - Сегодня идем гулять!

- Да, не дело хандрить третью неделю, - поддержала ее Ната.

Я ненавидела, когда они напоминали о времени. Время для меня и вовсе остановилось. Отпила кофе и благодарно улыбнулась Але.

- А скоро весна! - призывно протянула она. - Наконец-то снимем эти куртки и будем щеголять в юбочках да маечках!

Мы все дружно посмотрели в окошко, за которым крупными хлопьями падал снег.

- Мда, - изрекла я.

- Эх, первое марта через два дня, - мечтательно протянула Маша. - А за ним и восьмое! Подарочки!

Девчонки захихикали, а я им подыграла. С ними было легче. Они шутили, смеялись, и всячески избегали разговоров о Диме, чему я была очень рада.

Они узнали, что произошло от Оли. Точнее, искаженную версию событий. Как оказалось, эта дурочка совсем не умела держать язык за зубами. И теперь по всему университету ходили слухи, что я связалась с бандитом, который меня бросил ради другой. Впрочем, тут версии расходились. Ни то ли я, такая сволочь беспринципная, пыталась увести мужчину у его невесты. Ни то ли, он, типичный кобель, бросил меня почти у алтаря. Хорошо, что хоть без имен. Правда, возраста Рогозину прибавили. И опять же, по разным версиям ему было от сорока до шестидесяти пяти лет.

Разговоры о подарках напомнили мне утро четырнадцатого февраля. В тот день я вообще не хотела выходить и показываться людям на глаза, все будто сошли с ума в День влюбленных. Но был важный тест по философии. Я открыла двери квартиры, и на ноги мне упал букет из желтых роз. Внутри не было никакой записки, лишь цвет бутонов говорил о себе. Дима попрощался.

Цветы выбросила. Телефон, номер и замок сменила. И этим сама поставила точку, в надежде, что хоть немного полегчает.

Не полегчало. Пустота ничем не хотела заполняться.

Я прослушала шутку Наташи, но все равно улыбнулась. Девочки были моей опорой. Каждая интересна по -своему. Маша всегда всех подбивала на ночные приключения, Наташа была нашей палочкой -выручалочкой на парах, а с Алиной я сдружилась больше остальных. Нам было комфортно друг с другом, даже в полном молчании. Она несколько раз пыталась разговорить меня, но я пока не была готова. Слишком тяжело ворошить все, во что я ввязалась.

- Ну так что? Идем в клуб на эти выходные? - спросила Маша и вытащила из моей сумки блеск. Она не относилась к разряду стеснительных.

- Не могу, девочки. Извините. На этих я опять к родителям.

- Как папа? - спросила Алина.

Кивнула.

- Лучше. Они с мамой поедут в какой-то санаторий на месяц.

- Здорово! - поддержала Ната.

- Ну и отлично! Папа подлечится, а ты больше не сможешь увиливать от наших посиделок! - казалось, Маша радовалась больше остальных.

- Чего ты ко мне пристала? - полюбопытствовала я. - Вот нашла самую заядлую тусовщицу!

- Мне просто нравится, когда мы собираемся всей компанией. Вместе мы сила, - пояснила Машка. Зазвонил звонок, и началась пара.

От урока к уроку, изо дня в день - так я и существовала. Жаль только, что больше не чувствовала себя живой.

Мой телефон тихо пиликнул, и на экране высветилось сообщение от неизвестного абонента.

"Давай встретимся у тебя после пар? Надо поговорить".

Конечно, я первым делом подумала о Рогозине. Где -то на задворках сознания даже промелькнула тихая мысль: «А что если...»

Но нет. Сразу вспомнился папочка. Его бледное, усталое и резко постаревшее лицо, изнеможенный взгляд преследовали меня повсюду. А мама выглядела не лучше, у нее появились первые седые волоски.

Пришлось напомнить себе, что я поставила точку. Очень жирную.

Рука потянулась к телефону, чтобы написать отказ, кто бы это ни был, но аппарат снова подал звук.

«Это Оля! А не тот, о ком ты подумала».

Я подняла глаза и увидела ее на две парты впереди. Она робко улыбалась, держа в руке свой мобильник.

«Но у меня есть новости о НЕМ! И еще хочу поговорить», - новое сообщение.

Препод позвал ее, и она так и не дождалась моего ответа. А я и сама не могла решить. Хотела ли слышать что -то о Диме? Хотела ли разговаривать с Ольгой? О чем с ней вообще можно было говорить?

То, что от этого человека стоило держаться подальше, я усекла давно. Но все же, на моей душе был груз обиды, который очень хотелось сбросить на нее несколькими «ласковыми» словами.

-Что ей надо? - шепотом спросила Аля, подсмотрев сообщение.

- Без понятия.

- Ты же не собираешься ее слушать? - спросила она.

- Слушать - нет. А вот сказать мне есть что.

Алина недовольно поджала губы и покачала головой. Она не раз давала понять, что Олю на дух не переваривала. И пыталась оградить от ее общества и меня. Хотя Ольга несколько раз пыталась поговорить после того, как ее парень затащил меня в свой внедорожник.

Последняя пара закончилась, я попрощалась с подружками и пошла домой по протоптанной тропе. Оля ждала меня под парадным. Но приглашать ее в квартиру я не собиралась. У меня были свои планы на пятничный вечер -заняться стиркой, уборкой и уроками. Принять душ и перед сном собрать вещи на утренний автобус домой к родителям. Налаженная рутина помогала не думать о том, о чем думать не стоило. И такая мелочь, как подлая бывшая подруга, никак не вписывалась в мой распорядок.

- Привет! На чай пригласишь? - весело спросила Оля. Я ее радости никак не разделяла, о чем она быстро догадалась по одному лишь взгляду. - Ладно, Юль. Мне, правда, поговорить надо. На счет Кости. Мы расстались, и я...

- Да плевать мне с высокой горы на твои влагалищные похождения! - оборвала я ее. - Конкретно я какое отношение имею к тебе? А я тебе скажу - никакое! С тех самых пор, как ты кинула меня, как соврала, нет, знаешь, даже раньше... - Я призадумалась, вспоминая ночь своего дня рождения. - С тех пор, как пыталась увести моего парня, предварительно напоив меня и сплавив какому -то паршивому стриптизеру, ты потеряла возможность быть частью моей жизни. Наверное, глубоко в душе я все понимала, только надеялась, что все же моя лучшая и единственная подруга не окажешься такой низкой сволочью. - Я развела руками и саркастично улыбнулась. - Но дерьмо случается! А еще оно отсеивается. Так что, знаешь, что? Отвали от меня! Сделай одолжение, притворись, что меня вообще не существует. Потому что я так и сделала по отношению к тебе!

Признаюсь, меня занесло. И это было прекрасное чувство, я выплеснула весь яд, который скопился и травил меня же саму. Немного полегчало, правда. Я нервничала, руки тряслись, сердце колотилось, но я была так чертовски горда собой! А еще отвисшая челюсть Ольги очень веселила.

Уже собралась уходить, как она отмерла.

- Да у тебя, оказывается, характер есть! - удивленно воскликнула. - Что ж. Ну, я заслужила.

Удивленно подняла бровь. Вообще-то я ожидала скандала или тихого прощания, в идеале. Но уж никак не покорного согласия.

- Да! - воскликнула она. - Да! Я украла телефон и все наврала.

- Я знаю! - заорала я.

- Да, - Оля закивала, и на ее глаза вдруг навернулись слезы, а подбородок задрожал. - И я завидовала тебе самой... черной завистью. Вот такая я злая гадость. Ничего не могу с собой поделать. Но почему, черт возьми, так несправедливо? Одним нормальная жизнь, а другим отец алкоголик и мать, которой пофиг на тебя? Почему одним богатых мужчин, а другим каких-то престарелых уродцев, которые обманывают на первом же свидании и заверяют, что вовсе не женаты, и детей нет.

Она всхлипнула и отвела взгляд.

- Одним все, а другим ничего. Я завидовала, потому что в какой -то момент ты была так счастлива. И у тебя все -бабки, своя квартира, олигарх с машиной.

Мне опять не хватало слов, чтобы выразить свои смешанные чувства. Так странно. Я понимала ее, но все равно не могла простить. Я даже жалела Олю и в то же время, хотела рассмеяться от абсурдности ее признания.

- А потом я поняла, - пробормотала она, - что ты такая же, как я. Все мы такие. Счастливых людей вообще не бывает. Дерьмо, как ты правильно сказала, случается со всеми.

Она достала из кармана какой-то серый листок и протянула мне. Это была вырезка из газеты. Небольшая статья и фотография. Мой Дима стоял на фоне стены его клуба и смотрел на камеру, ему на ухо что -то шептала ненавистная мною Надежда. Вездесущая пиявка.

«Еще на одного завидного холостяка страны стало меньше!» - гласил заголовок. Имелась и подпись под фотографией: «Дмитрий Рогозин и его невеста». Я не стала это читать. Просто не могла.

- Мне жаль, Юль, - произнесла Оля. - Честно.

И хотя взгляд ее был искренне печальным, а по щекам в самом деле текли слезы, я могла сказать только одно:

- Иди ты, Оля. Далеко-далеко.

И обогнув девушку, уже чужую и совсем мне непонятную, я пошла домой, в свою крепость. Возможно, я поступала плохо. Возможно, мне стоило хотя бы попытаться простить ее, понять, помочь, в конце концов. Возможно, и ей крайне был нужен второй шанс. А может быть, она в самом деле была единственной, кто мог бы по-настоящему меня понять. У моих новых подруг все в жизни было просто. Алина встречалась с парнем еще со школы, Маша -недавно познакомилась. Наташа и вовсе была нецелованной. А я. Я словно прожила несколько жизней, и уже, порядком, от них устала. Как и она. Но я просто не могла улыбаться ей в лицо и притворяться, что все отлично, ожидая при этом удара в спину в любой момент. Нет! С меня хватит лжи и разочарований.

А Рогозин все же женится.

- Я так и знала, - прошептала я сквозь ком в горле. - Так и знала! Ты такая сволочь, Рогозин. Как же я тебя ненавижу! Я говорила все это своему отражению в зеркале, ведь знала, что там. Прямо во мне была его частичка. И никак ее не выселить.

Как бы я не старалась, а выбросить Диму из головы так и не удалось. Я весь вечер ходила по квартире с телефоном в руке, то и дело поглядывая на экран. Хотела позвонить ему и поздравить с помолвкой. Без искренности. Мне почему-то казалось, что принцип «выговорись и отпусти» должен был подействовать так же, как и с Олей.

Даже не знаю, как мне удалось сдержаться. Ногти искусала, жилье вычистила до неприличия, конспекты переписала, хотя и не вникала в суть. И все равно руки чесались набрать номер, который был забит в моей памяти.

Телефон помог принять решение. Он разрядился. А я со словами «От греха подальше» взяла и выбросила зарядный шнур в окно!

Правда, где-то в три ночи, когда я безуспешно боролась с бессонницей, меня посетила идея спуститься и отыскать злосчастный проводок.

К счастью, на этот раз победила лень.

Как и ожидалось, утром я проснулась в препаршивом расположении духа. Встала раньше будильника, хоть и не выспалась совсем, и направилась прямиком на кухню. Жутко хотелось есть. Я думала, что овсяная каша решит этот вопрос, но как только блюдо было подогрето, мне вдруг стало дурно от одного лишь запаха. Я не побежала, а полетела в уборную, чтобы успеть на «беседу с белым другом». Так паршиво мне не было со времен школьного выпускного. Вот тогда я и зареклась пить алкоголь сомнительного происхождения, а тем более, смешивать его.

Но сейчас все было иначе. И у моего желудка вовсе не было причин буянить.

С этой мыслью неожиданно пришла еще одна. Умывшись холодной водой, я заглянула в зеркало. Отражение пугало. Я напоминала ходячего мертвеца с пустым взглядом. Но теперь в нем еще и плескался страх.

- У меня задержка, - изрекла я, посчитав в уме красные дни календаря. - О, нет. Нет-нет-нет!

Я потеряла любовь, возможно, всей моей жизни. Могло ли быть что -то хуже? Оказалось, у меня была такая скудная фантазия...

- Только не это, - отрешенно произнесла я, осознавая, что никаких вариантов у меня и не было. Ребенок? Не в моем возрасте. Не так.

Я помотала головой и почувствовала новый позыв тошноты.

Судьба просто издевалась надо мной! Я не ее любимица, однозначно.

Этот день стал для меня роковым, судьбоносным. Позабыв о родителях, обещании приехать, я со всех ног бежала в частную клинику в соседнем доме. Мне нужно было знать наверняка, рос ли во мне ребенок Димы.

Я даже не могла плакать, вместо этого вдруг истерично расхохоталась. А ведь еще вчера я думала о его частичке внутри меня. И как образное выражение за одну ночь могло стать настолько буквальным?

Администратор клиники встретила меня приветливой улыбкой, но огорчила новостью, что прием осуществляется лишь по записи. У меня оставался запасной вариант - тест. Он, возможно, и мог бы показать результат, но не дал бы совет, как быть дальше.

- А можно записаться? - с надеждой спросила я.

Возможно, у меня большими буквами на лбу было написано «Отчаянная», потому что девушка со вздохом начала листать журнал, после чего ответила:

- Могу втиснуть вас на прием к нашему новому доктору. Она освободится через полчаса. Будете ждать?

- Да! - без раздумий согласилась. - Спасибо!

Я присела на мягкий диван и схватила первый попавшийся журнал. Но руки дрожали так сильно, что я не могла читать. Отбросила февральский номер обратно на столик и закусила кулак. Мне нужно было успокоить сбившееся дыхание и хоть немного сбавить волнение. И как жаль, что не было ни единого действенного метода.

- Может быть, чай? - спросила все та же вежливая администратор. - У нас есть успокаивающий, с ромашкой.

- Да, пожалуйста, - с мольбой попросила я.

Она вернулась спустя несколько минут, и резкий запах ромашки вдруг подействовал на меня так же, как и овсянка чуть ранее.

- Сделайте хоть глоточек, сразу полегчает, - посоветовала девушка по имени «Илона», если бейджик не врал. -Чай китайский и в самом деле волшебный!

Она говорила это с такой уверенностью, что я просто не могла отказаться. Попробовала. Теплая жидкость потекла по горлу, успокаивая взбунтовавшийся организм. И хоть вкус и запах были гадкими, я в самом деле почувствовала себя легче через каких-то пять-шесть минут.

Илона унесла пустую чашку и предложила мне заполнить анкету для создания моей карточки. Впервые мой почерк был настолько неразборчивым, что даже я сама не смогла бы прочесть то, что накалякала.

- Кишкина? - удивленно уточнила девушка.

Я нервно захихикала и покачала головой.

- Никитина! - раздался мужской голос одновременно со звоном колокольчиков. В двери каким -то непостижимым образом оказался Дмитрий.

- Юлия Алексеевна, - добавил он. - Год рождения: третье октября тысяча девятьсот девяносто девятого года. Что -то еще?

Администратор послала мне вопросительный взгляд, который я заметила краем глаза. Смотрела -то я исключительно на Рогозина. Кивнула на автомате, и Илона тихо вернулась за стойку.

- Ты что здесь делаешь? - спросил он. Резко, но в то же время с нотками тревоги. Уж я -то могла их различить в его стальном голосе.

- Что я? - возмутилась. - Может быть, это мне нужно задать вопрос? Как ты узнал, где я?

То есть, я ведь уже знала о его шпионских заскоках, но мы же... вроде как... расстались навсегда.

Дима не спешил отвечать. Он подошел и сел на диванчик рядом, скрестив пальцы в замок. Повернув ко мне голову, долго и молчаливо изучал. Я могла только представить, в какую страшилу превратилась. А вот он стал еще лучше. Еще притягательней. Даже воздух рядом с ним сгустился, и стало труднее дышать.

- Ну! - не выдержала я. Пребывая в неописуемом смятении, даже не представляла, как себя с ним вести. Злиться? Радоваться? Прогнать? Обнять? А ведь еще вчера хотела поздравлять с помолвкой.

- На телефон не отвечаешь, - констатировал Дима.

- Я сменила номер, - ответила без каких-либо угрызений совести.

- Я знаю новый, - огорошил он. - На него тоже не отвечаешь.

Сжав губы, чтобы скрыть нервную улыбку, я покачала головой. Нос и глаза защипало, но я боролась со слезами из всех сил.

- Ты следил за мной? - шепнула я.

Рогозин в ответ фыркнул и облокотился на спинку, приняв более расслабленную позу.

- Спрашиваю еще раз, что ты здесь делаешь?

Он смел что-то требовать! После всего, через что заставил меня пройти. И он таки следил. Возможно, даже камеры засунул в мою квартиру. Примчался вот, только понял, что мне нездоровится. Это злило и одновременно поражало. В то время, как я сходила с ума (и он наблюдал за этим), как ревела ночами, валялась по полу и ругала его последними словами, он спокойно наблюдал за мной. Я пыталась оградиться от него максимально, считала, что переживала самое жуткое в своей жизни расставание, но у Димы был свой собственный сценарий.

- Мы же договорились, что ты оставляешь меня в покое, - я постаралась говорить как можно спокойнее, пытаясь держать лицо, как и он. На самом же деле мне хотелось броситься на Рогозина с кулаками и наорать.

- Я так и делал, черт возьми, - вдруг процедил Дима. От его спокойствия остались лишь отголоски, глаза же метали молнии. - Но теперь тебе плохо, и хрен тебе, а не покой. Почему ты здесь, Юля?

Я охнула от поразительного заявления. То есть, он утверждал, что не давал о себе знать все это время, потому что я его вынудила? Ну да! Как удобно-то!

- Ты же умный у нас, - с вызовом произнесла я. - И сам уже, поди, догадался. Жду доктора, чтобы узнать, беременна я или нет. Тебе здесь быть не обязательно. Вовсе не факт, что ребенок твой.

Конечно, я врала. Только его он и мог быть. Мои мысли были всецело заняты этим мужчиной. Дима, Дима, Димочка - он был со мной повсюду, каждую секунду.

Рогозин, испепеляя меня взглядом, подался чуть вперед и громко, чтобы даже Илона услышала, заявила:

- Факт!

Я едва не зарычала от раздражения. Да кем он себя возомнил? Настолько уверен в себе, что даже не предполагает, что я могла отвлечься на кого-то еще? Нет! Конечно, нет. Ведь он прекрасно знал о моих страданиях.

И ничего. Не. Делал.

- И что? - в тон ему спросила я, будто нарывалась на ссору. Сейчас я была готова ко всему. Даже противостоять самому Рогозину. - Какая тебе разница? У тебя невеста тоже, между прочем, осемененная. К ней иди!

Дима фыркнул, но взгляд его оставался ледяным. Не до веселья ему было!

- Давай! - потребовала я. - Можешь над ней издеваться сколько твоей душе угодно. А я не позволю портить себе жизнь. Не будет у меня ребенка. Понял?

Я и не заметила, что пока злобно цедила каждое слово, все ближе и ближе придвигалась к нему. А он вдруг взял и обнял меня. Просто схватил за шею и прижал к своей груди.

- Отпусти, - тихо, но безапелляционно приказала я.

И не думал. Я начала вырываться, бить его, но Дима сжал меня мертвой хваткой, пока я билась, словно испуганная птичка в клетке его рук.

- Тише, - мягко прошептал он. - Послушай меня, хорошо?

- Не буду! - из чистого упрямства произнесла я. Но выбора у меня, как всегда, не было.

- Статью увидела, да? Так и знал. - Он вздохнул и начал поглаживать меня по голове. Дурацкие слезы опять запросились выплеснуться. Я не сдалась! Просто не верила, что он был так близко. И снова держал меня в своих руках. И, черт возьми, как же я ужасно скучала, как же хотела обнять его в в ответ, прижаться сильнее, до боли, до хрустя хрящей.

- Все ложь и клевета, - угрюмо сообщил Дима. - Я же тебе сразу сказал, что не могла она от меня залететь. Тест на ДНК делать отказывалась, якобы боялась нарушить процесс. А потом папаша ее попытался прижать меня. Распустил слухи нехорошие, настроил партнеров против меня, требовал свадьбы, даже брачный контракт подготовил. Хреновый контракт.

Дима выругался, и слегка ослабил хватку, когда понял, что я больше не вырывалась. Я прикинулась камнем, тайком вдыхая самый родной и любимый в мире аромат.

- А тут еще ты... И я подумал, что может, правда, слишком сложные у нас отношения. Может, не надо тебе это все. Маленькая ты еще.

- Угу, - зло вставила я. Просто не могла удержаться. Как любить меня, так маленькая. А как спариваться, так очень даже взрослая.

- Не перебивать, - отрезал он. - Уже все. Мне трех недель хватило. Надежду прослушали. Оказалось, что она беременна от Костяка.

- Что?

Я подняла на Диму глаза, не веря своим ушам. От того самого Костяка, который мне втирал про большую любовь Димы и Нади? Вот это.

- Бред!

- Точно, Юляш! - Дима слегка улыбнулся. - Но не мой, уж точно. Я собственными ушами слышал их диалог. Надя рассуждала, что они должны заставить меня подписать бумаги, сыграть свадьбу, а там сразу развод. И они заживут сыто и счастливо. По крайней мере, такую лапшу она ему на уши вешала. А на деле.

Он замолк и провел костяшками пальцев по моей щеке. Я не могла отказать себе в удовольствии на секундочку прикрыть глаза и принять нежную ласку.

- Она аборт сделала.

Я вновь ошеломленно уставилась на Диму. Он выглядел отчужденно.

- Я ее подловил, к стенке прижал. Запись включил. Она все подтвердила, во всем призналась. Потом пыталась строить из себя жертву, что якобы ее отец вынудил, как и пять лет назад. Так -то она вовсе не хотела мне врать. А на следующий же день избавилась от плода, как она выразилась, большой любви.

Я онемела. Как вообще можно было опуститься до такого? А придумать? Какие тараканы в голове той женщины? Эта реальность напоминала сумасшедший сюжет остросюжетного романа.

Дима терпеливо ждал, пока я, наконец, смогу переварить услышанное. Я не могла понять, что он думал, но могла представить. Когда мы спорили, он заявил, что потребует у Нади аборт. Но теперь мне казалось, Рогозин был готов забрать свои слова обратно. В его глазах затаилась тоска.

И я должна была сказать это:

- Это не твоя вина. Ты не можешь отвечать за ее решения. Это ее ребенок.

- Знаю, - уверенно произнес он и переместил руку на мой живот.

- Можешь не волноваться, - заверила я. - Если там есть «что-то», то я не собираюсь подсовывать тебе контракт. И вообще...

Я хотела договорить, но почему-то не смогла. Просто на одну секундочку представила нас с Димой с маленькой крохой на руках. Где-то в другой реальности мы могли бы стать парой, родителями, семьей.

- Юлия Алексеевна? - перебила мои фантазии администратор. - Доктор Берг готова вас принять.

Я благодарно кивнула и перевела взгляд на Диму. Он хотел что -то сказать, но не решался.

- Отпусти, - попросила я намного мягче, чем следовало бы.

Он вдруг рассмеялся, но как-то грустно, даже обреченно.

- Не могу. - Был его ответ.

И говорил он явно в очень широком смысле.

Я все же встала, пригладила на себе свитер и побрела вдоль коридора, как указала Илона. Обернувшись, увидела Диму прямо за собой.

- Ты куда собрался? - поразилась я.

- С тобой.

- На осмотр? К гинекологу? - Я почти перешла на ультразвук.

Ну и естественно, Рогозин оставался абсолютно непоколебимым.

- А что я там не видел?

Я не стала это комментировать. Просто закрыла дверь кабинета прямо перед его носом.

- Доброе утро, - поприветствовала меня блондинка средних лет. Женщина чем -то напоминала мне маму и внушала доверие.

- Доброе! У меня задержка, - сходу выпалила я.

Доктор Берг приспустила с глаз очки, окинула меня изучающим взглядом и печально вздохнула.

- Молоденькая еще совсем. Эх, классика жанра. - Она указала рукой на кушетку. - Ложись. Сделаем УЗИ.

Оголила живот и принялась ждать, пока доктор настраивала аппаратуру. Я смогла отвлечься от волнения, когда она начала задавать наводящие вопросы о менструальном цикле, заболеваниях, операциях и абортах.

- Я только недавно познала тонкости половой жизни, - скромно призналась. - И партнер был один.

- Угу, и где этот партнер сейчас? - недовольно протянула женщина.

- За дверью стоит! - послышался голос Рогозина. Ничего не смогла с собой сделать - прыснула со смеху. Доктор и сама заулыбалась и подмигнула.

- А чего с собой не взяла? - спросила она.

- Не заслужил, - громко ответила. Я, конечно, все еще злилась на него, но мысль, что он не ушел, был рядом в такой тяжелый момент, приятно грела. Я была готова пройти через это.

- Ну, как знаешь! Итак, давай-ка, милая, посмотрим, что там у тебя. - Доктор вылила немного холодного геля на мой живот и надавила сканером. Тошнота вернулась, а я поморщилась и закусила губу.

- Как ощущения? - уточнила женщина.

- Не самый приятные. А долго еще?

Она какое-то время задумчиво рассматривала экран, еще один весел прямо надо мной, но ничего толкового я там не разглядела. Так и знала, что внутри меня все серо-черное.

- Хм. Задержка, три недели, говоришь?

Я кивнула в подтверждение.

- А раньше такие сбои в цикле были?

Призадумалась и покачала головой.

- Вообще-то, я не особо следила. Календарик не вела. Просто страдала, когда они начинались. Первые дни довольно болезненные.

Доктор слушала, продолжая пялиться в экран.

- Но после того, как начала принимать противозачаточные, боль притупилась, - добавила я на всякий случай.

- Вот! - воскликнула она и отложила сканер. - Что за препарат? Как давно принимаешь, и дата последнего приема?

Название я вспомнила, как и дату. После нашей последней ночи, когда я соблазняла Диму с применением наручников, отложила таблетки в дальний ящик. О чем я вспомнила еще, так это о рекомендации врача не совмещать противозачаточное с алкоголем.

- Вот блин! - воскликнула я. - Они не подействовали, да?

Доктор вытерла остатки геля, откинулась на спинку кресла и посмотрела на меня с неким укором.

- Юлия Алексеевна, - начала она, и я затаила дыхание. - Выдохни! Плода внутри тебя нет.

И я выдохнула с огромнейшим облегчением. Неописуемым. Словно, гора с плеч упала, словно, мне свыше дали второй шанс. И жизнь показалась не такой уж угрюмой.

- Задержку мог вызвать препарат. Не знаю, кто тебе его назначал, но он не самый лучший. Я тебе другой выпишу. Еще, как вариант, если ты пережила стресс...

- Пережила! - тут же заверила я.

- Ну вот! - Женщина принялась заполнять мою карточку. - На фоне этого могла быть и тошнота. Но я бы тебе посоветовала обследовать желудок. Знаю я вас, студентов. Едите что попало и то не всегда, да?

- Да, - скромно согласилась я. Сейчас была согласна на что угодно. Ничто бы не сравнилось с ужасами незапланированной беременности в восемнадцать!

- Вот! - Она протянула мне листок с названием противозачаточным и рекомендациями. - Береги себя! Юная совсем. Отучиться нужно нормально, а потом уж семью заводить. Это я личным опытом делюсь.

- Спасибо! - искренне поблагодарила я, вставая на ноги. Меня немного шатало, ни то ли от счастья, ни то ли от слабости. Лучше желудку-то не стало.

- Бери своего партнера, и идите прямиком в больницу, - добавила она, когда я схватилась за ручку двери. - А можно и по скорой.

Кивнула, открыла дверь и наткнулась на мрачную мину Дмитрия Сергеевича.

- Мда-а-а, - протянула доктор Берн. - А партнер ведь на неопытного не похож.

Дима вежливо попрощался и повел меня к администратору. Я так нервничала, когда бежала сюда, что совсем не подумала о деньгах. В кошельке была всего сотка, но к тому моменту, как я обнаружила это, Рогозин уже расплатился.

А после открыл для меня двери на улицу.

Я остановилась на крыльце и, закрыв глаза, вдохнула прохладный воздух полной грудью. Пронесло!

Теплые руки поползли по моим плечам к животу, а к спине прижалась твердая грудь. Дима чмокнул меня в макушку, и мы просто стояли так, словно и не было тех жутких трех недель страдания.

На мгновение мы притворились, что в мире больше никого не было. А наших чувств достаточно для того, чтобы согреть друг друга в самую холодную пору.

Он молчал довольно долго. Моему терпению почти пришел конец, но тут появился официант с вкуснейшим десертом, и я моментально подобрела. Дима к своей порции так и не притронулся.

Зачерпнув ложкой брауни с мороженым, я закрыла глаза от удовольствия.

- Это волшебно! - изрекла. - От этого мне никогда не станет плохо.

- Я хотел тебя с самой первой встречи, - прервал мое блаженство Дима.

Он смотрел на меня так, как я на свой десерт. Я даже смутилась.

- С самой первой? - уточнила я. - Когда мне было тринадцать?

Он усмехнулся и покачал головой.

- Нет, тогда я и представить не мог, что от какой -то прыщавой малявки мне снесет крышу.

Я всерьез задумалась обидеться.

- Но когда ты пришла ко мне за деньгами, я понял, что не смогу удержаться. То есть, твое мнение я не собирался учитывать. А то, что ты дочь Никитина только подзадорило меня. В этом Костяк был прав, Юль. Я хотел, чтобы он узнал о нас. И хочу сейчас. Но уже с другой целью.

Я нахмурилась, ни черта не понимая.

- Мне кажется, ты пропустил большой кусок своего рассказа. Что папа тебе такого сделал? - с вызовом спросила я.

Он сам передвинул свою ладонь на столе и коснулся моей. Меня будто прошибло током, и кожа покрылась пупырышками.

- Я хотел, чтобы он был в деле. Мы с Костяком начали уговаривать его. Подключили инвестора, расписали условия и доход. Дело действительно было прибыльным, но Алексей и слушать не хотел. Он человек принципов, таких сейчас очень мало. И тогда Костяк и его инвестор перешли к кардинальным мерам. Шантаж. Устроили пожар.

Я помнила тот случай. Папа тогда сильно нервничал, но половину завода удалось спасти благодаря системе огнетушения. Пожарные приехали только через час, будто им кто -то приплатил, чтоб не торопились. Выходит, так и было. И Дима был к этому причастен.

Я не могла спокойно на него смотреть и убрала свою руку.

- Что за инвестор?

- Отец Надежды. Ты видела его.

Уставившись на мужчину, как на врага нации, я процедила:

- И ты не мог хоть намекнуть, что он моему папе не друг, а? Я же улыбалась ему! А еще подумала, какой милый старичок!

- Ты не должна в это вмешиваться, - в тон мне ответил он. - Ни тогда, ни сейчас.

- Ну да, меня это ведь совсем не касается. Я всего лишь глупая куколка, от которой тебе сносит крышу. Подхожу для постели, но недостаточно хороша для того, чтобы просто со мной поговорить.

Выпалив все на одном дыхании, со злостью бросила салфетку на стол и резко встала. Единственное, чего мне хотелось, убраться подальше от этого напыщенного кретина, вокруг которого вращался весь мир.

Дима схватил мою руку и потянул на себя, отчего я упала прямо на него.

- Прекрати, - попросил он, когда попыталась вырваться. - На нас люди смотрят.

- С каких это пор тебя стало волновать мнение окружающих? - спросила я.

- Ни с каких. Но чужое мнение всегда волновало тебя. И я не договорил. Можно?

Он поднял брови, как бы спрашивая разрешения, но я -то знала, что ему мое разрешение не нужно.

- Я не вникал в суть вопроса, и меня не посвящали. Когда я узнал о пожаре, даже не сразу сообразил, чьих это рук дело. Тогда я уже сделал Наде предложение, потому что она все время болтала о том, как сильно хочет семью, но если не найдет мужчину, который сможет ее обеспечить, ей придется уехать заграницу на заработки. Она красиво меня к этому подвела. Но я не буду сейчас утверждать, что такой белый и пушистый, ни в чем не виновен. В этом -то и проблема. Я был частью всех бед, которые свалились на голову твоему отцу. Я мог бы послать Костяка с его предложением, но не сделал этого. Я мог бы найти другой способ, чтобы заработать денег и удержать свою невесту, но думал только яйцами. Но в итоге случилось, как случилось. Все это привело меня сюда, к этому моменту. К тебе.

Так много слов в исполнении Рогозина я не слышала никогда. Будто он все это время молчал, чтобы сейчас выплеснуть на меня все, что скопилось в его сердце за пять лет. И, черт, как же я безгранично ненавидела эту коварную гадину!

- После пожара я, наконец, включил мозги. Это был конкретный перегиб, о чем я сообщил Костяку. К твоему отцу шел, понимая, что он во всем будет винить меня. И смысла оправдываться не видел. Когда мы встретились, он предложил выкупить мою долю, чтобы никогда больше не иметь со мной дел.

Рогозин горько хмыкнул.

- Он тогда сказал мне слова, которые я запомнил на свою жизнь. «Ты сам себя топишь». Так и было, я а не понимал. Взял деньги и поехал следом за Костяком и Надей. У меня такие планы были грандиозные: начать все заново, открыть бизнес, жениться...

Дима говорил так, будто сам с себя смеялся. И он был прав на счет прошлого. Все, что происходит в жизни, подводит нас к чему-то более важному. Испытания закаляют, помогают найти себя и определиться в жизни. В теории звучит красиво. А на практике. Я все еще не могла сделать выбор между шепотками сердца и криками разума. Самое смешное, что шепот звучал громче.

- А когда ты приехал, Надя тебя просто бросила?

- Не просто. - Дима скривил губы. - Растоптала. Сказала, что я ни на что не способен. С бизнесом у меня ничего не выйдет, так как я всю жизнь жил на бабки отца. И даже мелкое поручение ее папани выполнить не смог. Она подписала какой-то там контракт с модельным агентством и уехала. С Павловичем мы после не связывались, он подослал Костяка с предложение работать на него. Мол, если хочу вернуть его дочь, должен доказать преданность. И работа, как ты понимаешь, была грязной.

- Ты оказался, - не спрашивая, а утверждая произнесла я. Это решение вызвало во мне гордость за Диму. Он оступился, я могла его понять, правда. Наверное, даже простить. При условии, если он в самом деле разобрался, что хорошо, а что плохо.

- Ну, отказаться так просто не вышло, - поправил меня он. А я вдруг вспомнила о шрамах на его теле, часть которых закрыта татуировками. - Такие люди выбора не оставляют, понимаешь? Мне терять было нечего, и в отчаянные времена я пошел прямиком к человеку, которому Василий Бауэр перешел дорогу. Был такой дяденька по фамилии Стоцкий. Его уже в живых нет, но тогда он мне здорово помог. Попросился к нему, так сказать, под крышу. Платил приличный процент за эту самую крышу, и в итоге смог нормально закорениться в городе. Сначала ресторанчик на окраине открыл, потом сеть. Потом в ночную жизнь перешел. И пахал, пахал, все время вспоминая слова Нади. Хотел доказать ей, что ошибалась.

Дима, смотревший все это время прямо, сфокусировался на мне и улыбнулся. Тепло, по-домашнему как-то. Погладил меня по щеке, заправил волосы за ушко - сама нежность.

- Если подумать, то я ей даже благодарен. За мотивацию.

Я фыркнула и отвела взгляд. Вот и вся история, как я просила. Довольно простая, жизненная история о подлости, предательстве и разочаровании. Стало ли мне легче? Смогла ли чуть лучше понять Рогозина? Почувствовала ли себя ближе к нему? Трудно было сказать. Наверное, мне требовалось время, чтобы снова свыкнуться с мыслью, что Дима вовсе не главный злодей в этой истории. Что теперь, наверное, у нас может быть шанс.

- Значит, все эти годы папа думал, что ты устроил поджог? А что на счет сейчас? Это ведь не ты подговорил всех его клиентов?

- Не я, - совершенно спокойно ответил Дима. И я верила ему. Просто так, без доказательств. - Бауэр, Надин отец. Видишь ли, я за пять лет подрос во всех смыслах, а он, наоборот, сдулся. Надя вернулась, вдруг ей любовь в голову ударила. Хрен ее знает, я до сих пор ее не раскусил.

- Она тебя не любит, - пробормотала я. И мысленно добавила «А я - да». Но сказать это вслух не смогла бы.

- Не думаю, что она вообще на это способна, - поддержал меня Дима. И через мгновение молчания добавил: - Она не ты. И я снова вернусь к тому моменту, когда ты пришла ко мне.

Я вопросительно посмотрела на него, а он проник рукой под мой свитер, разместив горячую ладонь на моем животе. Такой многозначительный жест.

- Я винил твоего отца в разрыве моей помолвки. И когда ты пришла, думал о том, чтобы отомстить ему таким образом. Говорю как есть, прекрасно понимая, что это тебя разозлит. Но ты же хотела меня понять? - Он посмотрел на меня с вызовом. - Попробуй.

Попыталась вставить свои пять копеек, но он поднял палец, прося меня помолчать.

- Одного раза мне не хватило. Ты стала навязчивой идеей. И даже когда Надя замелькала на горизонте, я осознал, что она всего лишь блеклая тень прошлого. Интерес пропал. И знаешь, что? - он послал мне жесткий взгляд. -Меня это до одури бесило. Я шел к тебе и злился, что не мог это контролировать.

А вот тут мне в самом деле следовало бы обидеться. Дернулась, чтобы встать, но не тут-то было. Дима напрягся, молча удерживая меня, и склонился к уху.

- Я хочу тебя, Юля, - зашептал он. - Во всех смыслах. Потому говорю все это.

- Что - «это»? - уточнила я. - Что я для тебя...

- Самая лучшая, - оборвал Дима. И у меня неожиданно разбежались мысли. Просто он сказал это так уверенно и безапелляционно, что в моем сознании все перевернулось. Все вдруг стало неважным, потеряло силу и смысл. А все чувства обострились, устремились к этим двум словам.

Я для него самая лучшая.

Я смотрела на Диму, будто видела впервые и узнавала заново. С самого начала. С чистого листа.

- Нужно сказать твоим родителям, что мы вместе, - твердо заявил он.

Мои глаза и до этого были слегка округлены, но тут я просто я начала смеяться.

- Издеваешься?

- Нет. Я серьезно. Мы скажем им.

- Так! - я хлопнула Диму по плечу и все-таки встала. Он сам пустил, будто знал, что сбегать я не собиралась. - Во-первых, было бы неплохо меня спросить, хочу ли я вообще быть с тобой! И в качестве кого? А во -вторых, - я осмотрела этого неприлично красивого мужчину и снова растеряла мысль. - Пф... Мы не можем сказать ему! У вас вражда. И он будет зол. К тому же, у него сейчас проблемы со здоровьем и бизнесом.

Дима устало потер глаза.

- Ладно, - сдался он. Подозрительно быстро. - Тебе лучше?

- Да, спасибо, - зло ответила я, слегка разочарованная его реакцией. А как же побороться за благосклонность дамы? Отстоять свое мнение?

- Хорошо. Поехали, - объявил Рогозин и, оставив купюру под тарелкой, встал.

- Куда это?

- Как, куда? - вроде как удивленно, но на самом деле очень даже довольно вопросил он. - Будем решать, хочешь ты со мной быть или нет.

Послав ему крайне неприветливый взгляд, я пошла. Но не в его постельку, как он того хотел, а к себе домой.

Понял это Дима, когда на улице я проигнорировала открытую для меня дверцу машины и направилась к автобусной остановке через дорогу. Не знаю, чего я добивалась. Но Дима за мной все -таки не пошел. Я с гордым видом перешла дорогу, а когда обернулась, его уже и след простыл. Ни машины, ни мужчины, ни моего отличного настроения.

Вот сколько бы ни ругала себя за свою потрясающую женскую логику, а все равно совершаю одни и те же ошибки.

- И кому я хуже сделала? - угрюмо спросила я. Стоящая рядом бабулька понимающе хмыкнула, но комментировать не стала, чему я была очень рада.

Домой добралась не просто в плохом настроении, а в препаршивом.

Открыла замок, сгоряча толкнула ногой двери, и вскрикнула, увидев тень в коридоре.

- Ай! - простонал Дима. То, что это был именно он, я догадалась лишь спустя мгновение, потому все продолжала орать.

А потом зажгла свет, и рассмотрела, что Рогозин стоял у стены и тер нос, глядя на меня с укором.

- Ты что здесь делаешь? - пропищала я.

- Стою и мечтаю о том, чтобы получить по носу, - буркнул он.

Я сжала губы, сдерживая смех, и подошла к мужчине.

- Ну прости. - Погладила по плечам. - Я ж не знала. - Убрала его руки, осмотрела нос. Раскраснелся. - Я не хотела.

- Нежно-нежно поцеловала место удара.

- И губа болит, - поведал пострадавший страдальческим голосом.

- Беда какая, - прошептала я и поцеловала ту самую губу.

Дима сжал меня, но я и сама не думала вырываться. Я скучала. Ехала в автобусе, думала, переваривала новости и скучала все сильнее. А теперь он был рядом, не бросил меня, не отказался.

Страсть вспыхнула между нами с какой-то новой необузданной силой. Я не хотела думать, что расставание пошло нам на пользу, ведь и врагу бы не пожелала пережить такие муки. Но сейчас мне казалось, что Дима стал ближе и роднее. Это пугало, а чувство страха от предательства все еще было свежо в памяти. Я так боялась обжечься, но все равно, как тот мотылек, летела на его губительный свет.

- Ты хочешь начать все сначала? - спросила я, разорвав поцелуй. Дима поднял меня и понес в спальню.

- Я тебя и не отпускал, - деловито заявил он. - И не собираюсь.

Его самоуверенность поражала, не переставала удивлять и, к моему удивлению, радовала. Дима всегда знал, чего хотел, а мне вечно не хватало уверенности. И как же хорошо иногда просто расслабиться, довериться кому -то, позволить выбирать за себя, быть слабой, ведомой. Быть женщиной своего мужчины.

Но все же я хотела большего. Быть не просто его куклой, быть частью его жизни, его самым любимым человеком, самым близким другом.

И поэтому я сделала шаг назад и заставила его притормозить.

- Что не так? - разочарованно спросил Рогозин, когда я спрыгнула с постели и отошла к стене.

- Зачем я тебе? - задала все тот же волнующий меня вопрос.

Дима хоть и выглядел, как человек, которому жестко оборвали кайф, но психовать не стал. Я понимала, что все портила, и что этому мужчине проще показать свою страсть, недели бросить мне пару скупых слов. Но меня душила неопределенность. Я хотела знать. Я неделями строила защитные стены вокруг себя, а теперь он хотел все разрушить одним щелчком.

Дима сел на постель. Неторопливо стянул галстук, а после и рубашку, этим самым обозначая намерение остаться.

- Когда ты рядом, все по-другому, - наконец, ответил он, глядя на свои руки. - Я ничего не замечаю. Все, что сводит меня с ума, теряет свою значимость. И в то же время в жизни появился какой-то смысл. Посильнее мести или финансовых гонок. Ты занимаешь все мои мысли. - Каждое слово он говорил медленно и вдумчиво. А затем поднял на меня глаза и добавил: - И мне это нравится.

Это был самый настоящий Дима, которого я когда -либо видела. Без масок и притворств. Просто он, его чувства и проникающий в самую душу взгляд, который я не смогла выдержать без слез.

Развернувшись, вышла из комнаты. Бездумно побрела в ванну, тайком утирая слезы. Я не от него сбегала, а от столь сильных чувств, что было больно дышать. Как же безумно я любила.

- Дай мне минутку, - выкрикнула, встав по струи прохладной воды. Плечи и грудь затряслись от нехватки воздуха и немых рыданий. Это было сродни тому, что человеку дали надежду, затем отобрали, а после убийственных мучениц вернули вновь. И так больно поверить, так страшно обжечься, но понимаешь, что и жизнь без этого нового шанса не мила. И ломаешь себя заново, переступаешь через гордость и принципы, лишь бы унять агонию. Я сначала почувствовала его присутствие, а уж затем услышала шорох одежды.

Горячие ладони легли на мой живот, и Дима в который раз за сегодня обнял меня со спины, будто пытался закрыть собою от всего мира.

- Прости, - произнес он. Так тихо, что шум воды почти перекрывал это слово. Я кивнула и уткнулась лбом в холодный кафель, сжимая его руки.

Я прощу. Всегда буду прощать.

- И ты меня.

Он развернул меня к себе и пригладил намокшие волосы.

- Ну чего ты? Все у нас хорошо, - твердо заявил он.

И я опять закивала.

- Просто я так... Так сильно...

- Я знаю, - заверил он. И больше не позволил мне говорить. Мы оба решили высказать чувства друг другу самым понятным для нас способом.

Он поцеловал меня, прижав к стене. Его руки нежно гладили тело, которое все еще помнило каждое прикосновение. Дима закинул мою ногу себе на бедро и слегка меня приподнял, насаживая на себя. Я застонала от смеси блаженства и облегчения, вновь испытав самое прекрасное и сладкое из всех видов наслаждения.

Он смотрел мне в глаза. С каждым новым тягучим, томительным и бесконечно нежным движением. Что-то обещая, за что-то извиняясь и благодаря - мне уже было все равно.

Глава 26

Солнце забилось в окно, птички радостно запели, а Дима вдруг захрюкал. Так громко, что я вздрогнула и окончательно проснулась. Его рука покоилась на моем бедре, и он опять издал этот смешной звук. А потом вдруг лениво улыбнулся. И все это в каком-то безмятежном и, судя по всему, веселом сне.

- Димочка! - ласково пропела я, с трудом сдерживая смех.

- Не, не пойду, - заворчал он и попытался смахнуть мою руку со своей щеки. Но вместо этого перехватил ее и спрятал себе под мышку. Я уткнулась в подушку, чтобы хоть как -то приглушить хихиканье.

- А куда не пойдешь? - шепотом спросила я.

- Домой, - буркнул он и нахмурился приставучей мне. - Купаться буду.

И Дима поплыл! А я уже вовсю давилась хохотом, пытаясь его не разбудить. Его лицо расслабилось, дыхание выровнялось, и вновь показалась кривоватая сонная улыбочка.

Я смеялась и то же время не могла отвести от него глаза. Почему так? Почему весь мир засиял, забурлил радужными красками в его присутствии?

Все выходные мы, как по-старинке, провалялись в постели. К родителям я так и не попала, но они не особо расстроились. Мама была занята приятными хлопотами и сборами в грядущую поездку. А Дима больше не предлагал рассказать о наших отношениях родителям. Но в том, что он не отступит, я не сомневалась. И в какой -то мере была рада. Просто напоминала себе не торопить события.

- Мне на пары пора, - без особой радости протянула я.

- Всех куплю, - заворчал Димка, на этот раз начиная просыпаться. Моя ладошка все еще была у него, и отпускать он ее не собирался.

- Ну, Дим! Мне диплом нужен! И знания.

- Ты и так очень умная, - с явной издевкой прошептал он.

Да, таких ворчунов в сонном состоянии еще нужно поискать. Немного подумала и решила брать Бастилию хитростью.

Прижалась поближе, погладила, поцеловала. Не вышло. Теперь я вся была сграблена в крепкие объятия без возможности даже свободно дышать.

- Мне, правда, пора, - прокряхтела я. - А когда вернусь, буду полностью в твоем распоряжении.

Рогозин приоткрыл один глаз, присмотрелся и удовлетворительно кивнул.

- Ладно, иди. Все равно спать мешаешь. Такой сон перебила.

А затем он накрылся подушкой и снова провалился в сон, будто бы у некоторых вообще никаких дел не было. Ни работы, ни проблем.

Пришлось оставить мужчину дома. Все равно у него ключи имелись.

Девочки, увидев меня, сразу пристали с допросами. Но я не рассказала им о Диме. Соврала, что была дома, оттого мое настроение улучшилось. Почему-то поведать правду не решалась. Во-первых, как бы банально ни звучало, боялась сглазить. Мы ведь всего пару дней провели вместе после долгой разлуки. А во -вторых, что-то подсказывало, что подружки бы не одобрили. Они не знали Диму, но он за глаза им не нравился. Конечно, оказалось, что не так все страшно, как я думала. Его оклеветали, а где он в самом деле провинился, там я простила и забыла. Радость и душевный комфорт, которые я испытывала оттого, что он просто был рядом, затмевали корыстные цели, кои он преследовал в самом начале наших отношений. А еще... Возможно, где -то очень глубоко во мне все еще тлело сомнение, что у нас все получиться по-настоящему.

Домой я «летела на крыльях любви». Но Димы там не оказалось, а его телефон, какая досада, я давным -давно стерла. Правда, на кухонном столе каким-то чудом оказалась алая роза и маленькая записочка подле нее: «Будь готова к шести. У нас свидание». Вместо подписи миленькое кривоватое сердечко.

- О, я буду, - предвкушающе протянула я, улыбаясь до ушей. - У меня и платье новое! Белья, правда, нет, -рассуждала я вслух. - Так это ж к лучшему!

Дима меня не разочаровал. Мало того, что он выглядел так, что его хотелось раздеть, уложить на стол и облизать там же, так он и вел себя, как таинственный и учтивый принц. Открывал для меня двери, подавал руку, помогал с одеждой и, в общем-то, делал все, что и обычно. Только теперь после долгой разлуки я вновь начала замечать все детали.

 - Тебе здесь нравится? – спросил он, придирчиво осматривая ресторанчик.

 У нас с ним даже завелась своего рода традиция – каждый раз посещать новое заведение. Возможно, он был в поисках самого оптимального места. Я обычно на обстановку вообще не обращала внимания. Только на Диму.

 - Это твой ресторан? – спросила я.

 - Кажется, да, - неуверенно ответил он, и я рассмеялась. Дима счел нужным пояснить: - Я недавно приобрел сеть. Этот вроде был в списке.

 Я, наверное, и вполовину не представляла, какими богатствами он владел. Возможно, отчасти потому, что Дима никогда этим не кичился. Даже если сравнивать с многими папиными друзьями-бизнесменами: они всегда хвастались своим состоянием, показательно сорили деньгами и всячески понтовались, думая, что выглядят круто.

 Дима таким не был, и мне это нравилось. И даже когда мы приезжали в очередное «его» место, он не признавался официантам, что с недавних пор стал начальником заведения. Однажды нам даже попалась хамящая официантка, которая в тот же вечер лишилась работы.

 - Ну, здесь не мило, - призналась я, осмотрев темные стены и столики из красного дерева под тусклым освещением. – Но, ты знаешь, уютно. И даже романтично.

 Наш угловой столик именно таким и был.

 - Ты очень красивая, - произнес Дима, будто и вовсе меня не слушал. Я улыбнулась, и он сделал то же самое. Такое редкое явление.

 - Ты тоже. Мы что-то празднуем?

 Дима хмыкнул, так и не ответив. Принесли ужин, и на время мы сменили тему. Но я так и чувствовала, что мужчина что-то скрывал, о чем-то хотел поговорить. А когда я была слегка навеселе, и подали десерт, он все же сказал это.

 - Я хочу, чтобы ты обо всем рассказала родителям, - требовательно заявил он.

 Я хихикнула и покачала головой.

 - Ты такой упрямец! Мы же говорили об этом.

 - Юль… - Он оставался серьезным. – Это должна сделать ты, а не кто-то другой.

 - Да кому вообще придет в го… - Я не договорила, так как отгадка озарила меня в ту же секунду. – Наденька и компания, да? Они что-то говорили тебе?

 Дима потянулся ко мне и накрыл руку своей.

 - У меня все под контролем. Никто из них не знает, что мы опять вместе. Надя думала, что история с беременностью поможет ей избавиться от конкурентки.

 Я уже была готова обидеться, но Дима поднес мою руку к своим губам и поцеловал костяшки пальцев.

 - Она не понимала, что ты вне конкуренции.

 Я прищурилась.

 - С каких это пор ты стал таким… сладеньким?

 Он не просто заулыбался на этот раз, а засмеялся. Самым сексуальным шелковистым смехом. В этот момент я влюбилась в него еще чуточку больше.

 - Видишь, до чего я докатился? Приходится пускать в ход все свое очарование, чтобы тебя убедить.

 Я покачала головой и свою руку все же забрала.

 - Нет! – строго произнесла я, глядя ему в глаза. Дима нахмурился. Это слово он слышал ой как нечасто! – Не смотри на меня так! Знаешь, мне нравится, что в наших отношениях ты такой себе альфа-самец. Все решаешь, делаешь мне сюрпризы, обеспечиваешь нам двоим комфорт и безопасность. Но иногда нужно и мое мнение учитывать. Папа только недавно пережил очередную операцию. Они даже уезжают в другой город, чтоб никакая новость их не потревожила. А телефон мама у папы отобрала давно. И бизнес временно передала моему крестному. Он изолирован от новостей, понимаешь? Это жизненно необходимо, потому я и говорю – нет! Не сейчас, Дим.

 После небольшой речи я допила шампанское и с опаской посмотрела на Диму. Он вздернул брови и медленно принял более расслабленную позу в кресле.

 - Да ты с яйцами, Никитина, - задумчиво протянул он.

 Я же в ответ гордо задрала подбородок.

 - Они мои родители! – А потом я подключила щенячий взгляд и жалобно попросила: - Давай хоть до лета подождем, а?

 - И что, мама сможет держать его в изоляции до лета? Я-то за этой парочкой слежу, но распустить нехорошие слухи они могут в любой момент.

 - Значит, нужно сделать так, чтоб до лета они не узнали, что мы встречаемся, - предложила я. Хотя идея мужчине вообще не понравилась.

 - Ну, допустим, - недовольно протянул он. – Найду тебе другого водителя с машиной. И квартиру где-то посредине между моей работой и твоим универом сниму. Ну а слежка за этими активистами итак идет, так что я всегда знаю, где они ошиваются.

 Я долго смотрела на него, а потом улыбнулась и покачала головой.

 - После встречи с тобой моя жизнь начала напоминать какой-то дешевый детективный сериал!

 - А знаешь, чем они хороши? – вопросил Рогозин и криво ухмыльнулся. – В последней серии добро всегда побеждает зло! А у главного героя самая крутая цыпочка!

Дима был как никогда игривым не только в тот вечер, но и на протяжении всей недели. Мне кажется, я его окончательно раскусила! Этот мужчина просто обожал усложнять себе жизнь, создавать трудности, плести интриги – в общем, все, чтобы нескучно жилось.

 - Зачем мне парик? – хохоча спросила я.

 Был вторник, светило солнце и шел снег, как обычно бывало в первые весенние дни. Дима вел меня через улицу, осматриваясь по сторонам, как будто выискивал шпиона.

 - Поступила информация, что Бауэр кого-то нанял меня пасти. Ха!

 И хоть он улыбался, я прекрасно знала, что господин Рогозин злился. И беда всем, кто попадет под силу его гнева.

 - А может в полицию обратиться, раз такие дела? – предложила я, придерживая на себе длинный блондинистый парик, который так и норовил слететь под напором ветра. Это еще хорошо, что огромные солнцезащитные очки крепко держались на носу. – Ты бы мне лучше сразу лыжную маску принес, че!

 - Уже все, зайчик, - заверил Димочка и завел меня в парадное какой-то высотки.

 - Зайчик? – Я улыбнулась, когда мы начали подниматься в лифте на восьмой этаж.

 Дима хмыкнул и притянул меня к себе.

 - А давай парик снимать пока не будем? – зашептал он мне на ушко. А руки его тем временем уже шастали под моим пальто.

 - А давай, - подыграла. – Я сегодня буду таинственной незнакомкой по имени Крис.

 Дима засмеялся в мою шею.

 - У незнакомки, тем более, таинственной не должно быть имени, Юль.

 - Крис! – поправила я. – А ты будешь опасным шпионом по имени Алекс.

 - Санек, что ли?

 - Алекс! – воскликнула я.

 - Какая-то гомосятина, если честно…

 Я его ворчание не слушала. Я уже вжилась в образ таинственной незнакомки.

 - И я такая: о, мужчина, что ваши руки делают в моей блузке? А ты такой:, - понизила голос, подражая Рогозину, - В самом деле! Они должны быть в твоих трусиках, зайка! И снова я: О, да! Алекс! Алекс!

 Пискнул звоночек лифта, открылись створки, и Дима потащил меня по коридору прямиком в квартиру под номером сто сорок пять.

 - Знаешь, я передумал, - угрюмо сообщил мужчина, открывая замок. – Ты должна кричать только одно имя. Мое!

 Он бросил мне строгий взгляд и предложил войти.

 - Ты все-таки снял квартиру? – догадалась я.

 - Да. Если понравится, выкупим.

 Я удивленно уставилась на Диму, но тот и виду не подал, что только что предложил мне совместное проживание. Подумаешь, сущий пустяк!

 - Спальня там, - подсказал он, и сам снял с меня парик и верхнюю одежду.

 «Наше» новое жилище оказалось весьма и весьма уютным. Видно, что хороший дизайнер приложил руку. Кухня и зал были одной комнатой-студией, оформленной в уютном стиле «лофт». Имелся гостевой санузел, а также еще один возле спальни. Она, к слову, напоминала произведение искусства. Очень светлая, чистая, с белой мебелью и огромной круглой кроватью, застеленной красными простынями.

 - Мне очень-очень нравится, - довольно произнесла я.

 - Еще кабинет есть. Смотреть будешь? – спросил Дима, блуждая похотливым взглядом по моему телу.

 - А там видеонаблюдение? – поддразнила я.

 Он фыркнул.

 - Так и знал, что ты извращенка.

 Я не стала с ним спорить, а притянула за галстук, чтобы доказать, как сильно он прав. Я та еще развратница, когда он рядом. 

Глава 27

  Я подставила лицо под солнечные лучи и блаженно улыбнулась.

 - Вы с ним сошлись, - вдруг изрекла Алина. Сегодня я прямо после пар ехала на новую квартиру, и нам с ней было по пути.

 - С чего ты взяла? – спросила я, не глядя на подругу.

 - Ты счастлива. Нельзя просто подыхать от неразделенной любви месяц, а потом вдруг начать беспрерывно улыбаться до ушей. И еще ты пахнешь им.

 Я рассмеялась, а затем принюхалась к воротнику пальто.

 - Да, аромат сильный, - согласилась я. – Наверное, он меня и свел с ума.

 - Угу, - хитро протянула Алина. – Итак, ты снова наступила на те же грабли?

 - Да! – гордо заявила я. – Снова.

 - И как ощущения?

 Немного подумав, решила все же поделиться:

 - Странные. Старые чувства с новым человеком.

 - Он не новый, Юль.

 - Знаю, знаю. Но, наверное, мне другой и не нужен. Я не представляю, что будет дальше. Но ты же сама сказала, что я счастлива. Разве не это главное?

 Аля кивнула и мечтательно улыбнулась.

 - Ты права. Наверное, быть счастливой даже в коротком отрезке времени лучше, чем ничего не чувствовать вовсе.

 Я не могла с ней не согласиться. Лишь надеялась, что наш с Димой отрезок не будет таким уж коротким.

 - Ты только никому не говори пока, - попросила я. – Это секрет, ладно?

 Она изобразила замок на губах, и выбросила воображаемый ключик за плечо.

 Всю дорогу в автобусе мы болтали о дурных привычках наших парней и хохотали так, что нас чуть не высадили. Аля чмокнула меня в щеку и вышла на одну остановку раньше. А когда через окошко показалась знакомая многоэтажка, засобиралась и я. Ожидание светофора убивало, мне хотелось быстрее добежать домой, чтобы устроить Диме сюрприз. Я знала, что сегодня он задержится на работе, но времени у меня все равно было в обрез. Ничего особенного, только расслабляющая музыка, массаж и, собственно, массажистка-соблазнительница в моем исполнении.

 Кто-то закричал, и я обернулась на звук. Так и застыла в ужасе прямо посреди дороги, заторможено осознав, что на меня красным пятном летит машина.

 «Беги!», - послышался отчаянный голос разума.

 Я сделала рывок, но так и не успела. Все тело пронзило вспышка боли, я с криком взлетела, а потом приземлилась твердый асфальт, сильно ударившись головой.

 Перед глазами все моментально померкло, но я слышала визг шин и голоса людей.

 - Дима, - только и смогла прошептать.

 - Скорую! – кто-то кричал. Они касались моих рук, щек, звали, но я медленно уплывала. Было так больно, что не могла сделать и вдох.


Проснулась от противного писка и чьего-то тихого монотонного бормотания, которое было прервано криком.

 - Я сказал, немедленно!

 Дима был здесь. Эта мысль так приятно грела душу. Жаль только, что мне не хватало сил позвать его.

 - Дмитрий Сергеевич, мы пока не можем ее перевезти. Хотя бы сутки она должна быть под наблюдением.

 - У нее же ничего серьезного. Или вы мне соврали?

 - Сотрясения мозга не шуточки. Никогда неизвестно, как себя поведет организм. Она может не очнуться и впасть в кому.

 Говорил, видимо, доктор. Я все слышала, только сил едва хватало на то, чтобы дышать. Тела вовсе не чувствовала.

 - Вам не обязательно здесь оставаться на всю ночь. Мы позвоним, как только она придет в сознание.

 - Еще раз спрашиваю, у вас VIP-палаты есть? – ледяным тоном спросил мой герой.

 - К сожалению, все заняты. Мы не можем выселить пациентов посреди ночи из палат, за которые они заплатили! Дмитрий Сергеевич.

 - Тогда катите сюда лежанку.

 - Да что вы…

 - Я сказал.

 Он даже не стал продолжать предложение. Так и представила его убийственный взгляд, не терпящий пререканий. Представила и не выдержала - издала вялый стон.

 Дима коснулся моей руки и позвал. Я так хотела сжать его пальцы в ответ, повернуть к нему голову, увидеть его, но мне стоило титанических усилий просто дышать.

 - Юлия, вы меня слышите? Все хорошо, потихонечку открывайте глаза, - чужой голос раздавал указания. А мне хотелось слышать Диму. Ради него я бы и глаза открыла, и руку пожала. Все что угодно. – Если вы меня слышите, подайте знак. Вы помните, что произошло?

 - Док, хватит, - оборвал его Дима. – Чуть позже подойдите.

 Тот что-то невнятно проворчал, и вскоре послышался скрип двери. Так лучше! Дима меня чувствовал, как никто. Его теплая рука поползла по моему плечу и коснулась щеки.

 - Юляшка. Посмотри на меня.

 Не знаю, возможно, прошла минута, а может и все десять. В конечном итоге, пока он ласково меня поглаживал, я потихоньку приходила в себя. И хоть тело было ватным, левая нога ужасно болела, а голова раскалывалась, я смогла открыть глаза. Свет был приглушенным, не резал в глаза, и надо мной склонилось самое прекрасное, но немного грустное лицо.

 Дима слегка улыбнулся, поднял мою руку и поцеловал, закрыв на мгновение глаза. Сколько заботы и тепла он вложил в этот невинный поцелуй, что у меня на глазах накатились слезы.

 - Я люблю тебя, - прошептал он вдруг и посмотрел мне в самую душу.

 Хриплым ото сна и совсем вялым голосом я прошептала:

 - И я тебя.

 Он вновь опустил веки, снова и снова вдыхая запах мое кожи, прижимая к своим губам руку, будто боялся, что я куда-то денусь.

 - А если б я в аварию не попала, ты бы не признался, да? – прошептала я. Думала, он не услышал, уж слишком слабо звучал мой голос. Но спустя время Дима снова заговорил:

 - Признался бы. Я ж не могу без тебя.

 Улыбнулась, как могла, но сейчас только мои глаза могли выразить весь спектр чувств, который я испытывала к этому мужчине. Он понимал, я знала. Мне хотелось видеть и в его глазах счастье. Ведь все же хорошо. Все обошлось. И мы вместе.

 - Только не плачь, - поддразнила я.

 Дима покачал головой, оставаясь серьезным.

 - Я не плачу, когда мне делают больно. Я уничтожаю.

 От этих слов даже у меня похолодело в груди. А меня он любит!

 - Расскажи, - попросила я, имея в виду то, что произошло.

 Рогозин оказался, сославшись на то, что мне нужен отдых и покой. Спустя несколько минут две медсестры вкатили в палату больничную кровать, как у меня. И Дима, быстро их спровадив, снял ботинки и улегся рядом.

 - Спи, - потребовал он, опять схватив мою руку.

 - А уже ночь?

 - Ранее утро, - поведал он. – Спи, зайка.

 И хотя сам Дима довольно быстро заснул, я еще долго мучилась из-за адской боли в ноге. А когда мне все же удалось погрузиться в полудрем, в палату вошел доктор.

 - Утренний обход! – сообщила крикливая медсестра за его спиной. Дима резко поднял голову, будто и вовсе не спал, и послал ей фирменный взгляд, отчего женщина быстро ретировалась. Доктор же на Диму предпочел даже не глядеть, лишь скупо с ним поздоровался и сразу перешел к моему осмотру.

 Он проверил реакцию зрачком, сообщил, что у меня не сильное сотрясение, и вообще я родилась в рубашке. А потом он помог мне сесть, и тут меня ждал сюрприз. Болевшая нога оказалась ничем иным, как переломом. Моим первым в жизни переломом!

 - Как же так, - прошептала я, едва не плача. Не столь от боли, сколь от обиды.

 - Это еще хорошо, что бедренная кость, а не тазовые, - «успокоил» доктор. – Вот там были бы проблемы и с беременностью, и с родами. А сейчас месяц в гипсе походите, и все пройдет.

 - Месяц! – взвыла я.

 Дима присел на край мой койки и прижал к своей надежной груди.

 - Все будет хорошо, - заверил он. Как же мне не хватало этих простых слов.

 Ближе к полудню Дима все же настоял на моем возвращении домой. И как бы доктор не расписывал диагнозы, железной непоколебимости моего мужчины можно было только завидовать. К тому же, он совсем озверел, когда ему кто-то позвонил и сообщил какую-то новость. Доктор уже и сам был раз нас выпроводить.

 В четыре дня мы были дома, и я все же потребовала объяснений, ведь сама ничего толком не понимала.

 - Очевидцы сказали, что тебя сбил красный джип. Один парень утверждал, что за рулем был мужчина. Другая женщина это подтвердила и добавила, что на пассажирском был еще кто-то, - сообщил Дима и вздохнул. – Есть хочешь?

 - Не меняй тему, Рогозин! Я хочу только правды. Мы ведь уже это проходили, верно?

 - Да! – буркнул он. – Красный джип есть у Нади. Мои парни пытались его найти, но не смогли. А ее самой тоже нигде не было. Пару часов назад я получил сообщение, что они с Бауэром покинули страну. Понимаешь, что это значит?

- Это они, - догадались я. На языке крутились одни лишь ругательства, который Дима выслушал, и глазом не моргнув.

 - Но я думаю, что за рулем все же был Костяк, - задумчиво протянул он. – И на этот раз мы все сделаем по закону.

 Он больше не стал объяснять, а чмокнул меня в губы и пошел на кухню.

 - Э! – крикнула я. – А дальше? Дима! Ты меня забыл!

 Те позорные костыли, что мне вручили в больнице, я бы ни за что не стала использовать. Нет уж! У меня для передвижения был крепкий мужчина в самом рассвете сил.

 - У тебя весь сервис, - выкрикнул он из кухни. – Еда в постель.

 Я обреченно застонала, в красках представив предстоящий месяц мучений. И было паршиво. Очень. Меня могла спасти только одно.

 - Дим? Димочка?!

 - Ну чего тебе?

 - Скажи мне то, что я хочу слышать!

 - Мы найдем способ заниматься сексом, не волнуйся!

 - Дима!

 Он вышел в коридор, показался в поле моего зрения и со всей серьезностью заявил:

 - Я люблю тебя.

 - Хорошо, - удовлетворенно заявила я. – Пожалуйста, продолжай.

 Он покачал головой и заворчал что-то себе под нос. Кажется, я услышала «избалованная принцесса». Пускай так, зато я была всецело в его распоряжении.

 Стоило ему оставить меня наедине с мыслями, и я вспомнила о родителях. Они ни за что не должны узнать о случившемся. Я подползла к лежащей на тумбе сумочке и достала оттуда телефон. Множество сообщений от подруг и всего один пропущенный от мамы. Проверив сначала сообщения, я убедилась, что девочки не в курсе. Они лишь интересовались, почему я не показалась на парах. И это дало мне надежду, что и папе никто не донес новость.


Каким же счастьем было услышать голоса мамы и папы. Я поняла, как ужасно за ними соскучилась. Наверное, вот тогда меня и настиг «откат», когда вдруг понимаешь, что пронесло, но ведь могло же сложиться все по-другому. Я могла бы стать калекой или погибнуть вовсе.

 - Юлечка, у тебя такой голос, будто ты сейчас расплачешься, - догадалась мама. – Что-то случилось?

 Я согнала слезы и попыталась звучать бодро:

 - Нет, просто… Ужасно по вам соскучилась.

 - Доча, так поехали с нами в санаторий. Отдохнешь на выходные. Там такое место красивое.

 Как кстати они уезжали уже завтра. Целый месяц покоя для папы – самое то!

 - Не могу. Уроков много. Сессия скоро. – Я даже не врала.

 Умолчала только о происшествии. Нет, возможно, если бы была одна, то первым делом позвонила маме. Но теперь со мной был Дима. А с ним я как за каменной стеной. Он даже рассказал, что почувствовал что-то неладное и позвонил мне буквально через несколько минут после аварии. Телефон нашла одна из женщин, ставшая свидетельницей. Она и рассказала ему, что произошло. И пока я валялась без сознания, он примчал быстрее скорой и был со мной все время.

 Как только закончила разговор, явился Дима.

 - Подслушивал? – с прищуром спросила я.

 - Мне не надо заниматься этой чепухой, - гордо заявил он. – Я и так любую информацию узнаю.

 - И где Надя тоже? – спросила я, опять ощутив вспышку гнева. – Потому что мне бы очень хотелось самолично выдрать все патлы с ее дурной башки. Она же могла сделать меня инвалидом!

 Дима сел на кровати и погладим меня по руке. Он выглядел измотанным, но когда говорил, в его голосе слышалась решимость и обещание.

 - Я не знаю, как скоро, Юль. Но я даю тебе слово, что так просто это ей не спущу. Думаю, она не планировала покушение, потому что не знала о нас. Тебя увидела случайно и подстрекнула Костяка нажать на газ. Он псих, он бы запросто мог ради развлечения.

 - Даже если не планировала…

 - Я не оправдываю ее, - заверил меня Дима. – Просто анализирую. После того, как они двое осознали, что натворили, Костяк залег на дно. Но я на него вышел уже. А вот Надя рисковать не стала, сразу позвонила папику, а тот меня знает. У таких людей, как он, всегда есть экстренный план эвакуации из страны. А это экстренный, Юль.

 Я хмыкнула. Иногда Дима пытался казаться страшным. Но даже в моменты, когда он меня запугивал, я не испытывала ничего, кроме обожания.

 - Помнишь, как-то ты увидела нас? Он тогда пригласил меня, чтобы обсудить наши с Надей отношения.

 - Угу, - недовольно протянула я и сложила руки на груди. – Отношения.

 Дима вяло улыбнулся, потешаясь моей ревностью, и лег рядом, уткнув лицо в мои груди. Нет, ну так на него и злиться не получалось совершенно. Пришлось гладить!

 - Он тогда все понял. Что я тебя не отпущу, - пробормотал Димка, щекоча щетиной кожу. – Сказал, что могу оставить себе любовницу, Надя возражать не будет. Ей, видите ли, семьи захотелось.

 Я охнула от шока, даже рот открыла. И хоть Рогозин на меня не смотрел, реакцию понял.

 - Они там все больные, что ли?

 - Они? Да! – ответил он. – И я, наконец, это окончательно понял. Нет у них понятия семьи, чести, верности. Продажные крысы. Вот я смотрел на тебя и думал, что ты такая невинная, чистая. Молодая совсем, конечно. И, наверное, я не лучшая тебе пара, но ты для меня – да.

 Я наклонилась и обняла его, не зная, как еще выразить свою привязанность: словами не расскажешь, объятий мало. Остались обещания, которые я поклялась себе выполнить.

 - Ты самый лучший для меня. И другого не хочу. Мы должны быть вместе, слышишь? Мы тогда будем очень-очень счастливы. Ты мой, а я твоя. И у нас свой маленький мирок счастья.

 Дима поднял на меня глаза, и я едва не расплавилась от тепла, которое они излучали.

 - Так и будет, Юляш, - пообещал он и подарил мне нежный поцелуй.

 Я верила, что и он свое обещание сдержит. Только глупец отпустил бы настоящее счастье.

Эпилог часть 1

Два месяца спустя


 Я монотонно жевала пиццу, обложившись учебниками и конспектами. Правда, с каждой минутой сконцентрироваться становилось все сложнее. А все потому, что Димка уселся в кресле напротив и рассматривал меня уже минут с десять.

 - Ну что ты на меня смотришь? – со вздохом спросила я.

 - Красивая, - мечтательно произнес он.

 - Угу, - промычала и снова уткнулась в книгу. Кажется, эту строчку я читала раз пять. Не удержалась, подняла взгляд – смотрит. – У меня завтра последний экзамен, Рогозин! Последний! И все! Будешь делать со мной, что захочешь. Я тебя людским языком еще вчера предупредила: «Не приставать!»

 - Да я просто сижу, - возмутился он.

 Покачала головой, отшвырнула учебник и, взяв новый кусочек пиццы, достала конспект. Может, там что-то вычитаю. Мало того, что я месяц занятий пропустила, так еще и дома заниматься никто не давал! Деспот!

 - Ю-ю-юль! Юляш!

 Не выдержала, запустила в наглую морду тетрадкой.

 - Я только спросить! – хохоча и прикрывая руками голову поведал Димка.

 - Ну!

 - А ты летом что делать будешь?

 Вот так вопрос. В принципе, я его ждала, но все равно оказалась не готовой. Скромно потупив взгляд, пожала плечами.

 - Да нет планов.

 Дима, поджав губы, закивал. И все что ль?

 - А у тебя? – как бы невзначай спросила я.

 - Эх, - горестно вздохнул. – А мне на Мальдивы лететь надо.

 При слове «Мальдивы» я расплылась в улыбке, но тут же поблекла, когда услышала продолжение.

 - Рабочая командировка. Чемоданы лень паковать. Поможешь?

 Я вздернула брови, окинув мужика неприветливым взглядом. Издевается что ли?

 - А ты сам туда п-полетишь? – вконец разнервничалась я.

 - Не. С помощницей, - беззаботно ответил этот…. Ну нет слов.

 - С какой помощницей? – ужаснулась я. – Какая нахрен помощница, Дим? Ты чего?

 - Юляш! – Он посмотрел на меня, будто я сморозила какую-то чушь. Да ему вообще казалось нормальным поехать на райские острова с какой-то… чужой мымрой! – Ну а кто мне документы будет готовить? Без помощницы не солидно.

 - Значит так. – Выдохнула, отложила все конспекты от греха подальше и даже встала с кровати, готовая ко всему. Даже к драке, если понадобится. – Если ты полетишь на гребаные Мальдивы с другой бабой, обо мне можешь забыть.

 - Ты это серьезно? – с вызовом спросил он и угрожающе встал. Не пуганные мы. – А как же доверие?

 - Какое в жо… задницу доверие, когда ты будешь там расхаживать в одних труселях и светить своим добром перед всем честным народом? – завопила я.

 - То есть, если я просто скажу тебе, что не буду изменять, ты не поверишь, да? – начал возмущаться Рогозин. И даже голос на меня поднял. – Мы опять возвращаемся к старому.

 - О нет, - простонала я. – Это же совсем другое.

 - Но я тебя люблю! Мне ты нужна. Неужели так тяжело поверить?

 - Неужели так тяжело представить себя на моем месте? Ты бы меня в такую командировку отпустил?

 - Это совсем другое! – запротестовал наглец. И моему терпению пришел конец.

 Указав пальцем на дверь, я зло процедила:

 - Вон!

 Дима уставился на меня, как на врага нации, но к удивлению, пререкаться не стал. Просто молча схватил свой пиджак и засобирался к выходу. А я, естественно, запаниковала.

 - И ты вот так просто уйдешь?

 - Ну тебе же учиться надо, - обиженно бросил Дима и закрыл за собой двери.

 - Вот дура, - подытожила я, оставшись наедине со своими тараканами. А потом и разревелась. А после и разозлилась. И так по кругу раз десять, пока не наступила глубокая ночь. Были и приступы вины, в которые я звонила Диме раз десять. И писала. Он не отвечал.


 Это была наша вторая крупная ссора, и я совсем не понимала, чем это все заслужила. Ведь все же у нас было хорошо. Даже прекрасно. Ну зачем ему эта дурацкая помощница? Почему не я?

 Экзамен прошел сквозь меня. Я его даже не запомнила, зато по каким-то непонятным причинам получила пятерку.

 И свершилось чудо! Деспот соизволить позвонить.

 - Ну и? – дерзко заявила я, отойдя подальше от компании галдящих студентов. Они как раз решали, где бы отметить окончание первого учебного года.

- Я тут подумал, - начал он, как всегда без приветствия. – Не надо нам ссориться.

 - Да уж! – процедила я, мысленно пытаясь его придушить. – Хорошо, что до тебя в конце концов дошло.

 - Вечером был занят, - отчитался он. И по голосу я поняла, что дело серьезное. – Костяка нашли, Юль.

 Сердце учащенно забилось при упоминании врага.

 - Он сейчас на допросе, - продолжил Дима. – Признается в совершении преступления. И сдает свою соучастницу.

 Я даже могла представить по какому принципу. «Его лицо ударилось о мой кулак», - вот по какому.

 - Езжай домой, хорошо, зай? – попросил любимый. – На недельку где-то. Ты же хотела увидеть родителей. А мне так спокойней будет.

 - Димочка, а как же ты?

 - А со мной все хорошо, - уже совсем тепло ответил он, будто и не было той дурацкой ссоры. Правда, забывать о помощнице я не собиралась.

 - А как же твоя поездка?

 - Мы потом все обсудим. Мне пора, - он немного замялся и совсем тихо прошептал: - Я люблю тебя!

 Жуткий и грозный Дмитрий Сергеевич Рогозин не мог сюсюкаться в присутствии своих подчиненных. Как же!

 - И я тебя люблю, мой котозаюшек!

 Дима засмеялся и отключился. А я была готова расцеловать телефон от переполняющей меня радости. Помирились! Вот так просто. Три маленьких слова прогнали всю злость и грусть и напомнили о главном.

- Мой! – твердо заявила я. – Никаким мымрам не отдам!

 - Вот за это надо выпить! – воскликнула Алина, которая подкралась со спины и стала невольной свидетельницей моего разговора. Я охнула от удивления и ущипнула ее за бок.

 - Ну разве так можно?

 - Ну прости… Котозаюшка!

 - Придумай свое ласкательное! – потребовала я.

 - Хм… - Аля задумчиво постучала пальчиком по подбородку. – Свинопусечек? Как тебе?

 - Эффектно! – похвалила я, и мы обе рассмеялись.


Девчонки все же уговорили меня отпраздновать, да и автобус в родной город ходил только по утрам. Вот как раз где-то за часа четыре до отбытия я и явилась домой на старую квартиру возле универа. Алин папа завез. И Дима даже не возражал, ведь так оказалось, что они были знакомы. Правду Алинка говорила – все бандиты в городе друг друга знают. А ее папа в свою очередь не возражал, что мы до утра танцевали в клубе «Тайное желание».

 Поспав всего пару часов, я наспех и не совсем натрезво собрала оставшиеся на квартире пожитки и зимние вещи, которые давно планировала отвезти к родителям, и поехала на вокзал.

 Досыпала уже в дороге. А так как у бармена было строгое указание меня не спаивать, голова даже ничуть не болела.

 «Ты меня ругать когда начнешь?» - на всякий случай написала Димке.

 «А зачем? Ты у меня золотце!»

 Офигеть!

 «Я же дома почти не ночевала!!!».

 «А ты пока не замужем», - выдал Рогозин. И это его «пока» заставило меня расплыться в дурацкой улыбке. – «Можешь себе позволить. По праздникам».

 И еще через мгновение прислал уточнение:

 «Только в моем клубе».

 Хохотнув, я поймала такси до отчего дома. Добралась быстро, а когда открыла двери, затащила чемодан и устало вздохнула. 

Эпилог - часть 2

- Мам, пап! – счастливо заорала. – Я дома! Сюрприз!

 Быстро стянув кроссовки, пошла на голоса и застыла в двери истуканом. Примерещилось?

 - Юляша! – воскликнул Рогозин. Да так, будто впервые меня видел.

 У меня душа опустилась в пятки. Он сидел за столом на кухне родителей, а те мило улыбались, будто ничего страшного не происходило.

 - Доченька! – Мама двинулась мне навстречу, обняла, но я не могла оторвать испуганного взгляда от Димы.

 - Ты же помнишь Димочку? – пропела мама.

 Теперь я перепугано смотрела на нее. Это Рогозин-то? «Димочка?»

 - Да, - протянул тот, задумчиво потирая подбородок. – Совсем взрослая стала.

 Обращался он явно к папе, потому что тот кивал, осматривая меня гордым взглядом.

 - Такую невесту вырастили.

 Я там как стояла, так чуть и не упала.

 - А то! – протянула папаня и махнул рукой. – Чего стоишь, как неродная? Иди хоть обниму!

 Я пошла чисто на автопилоте.

 - Юль, у тебя все хорошо? Случилось чего? – озаботилась мама. Я покачала головой и прошла мимо хитро улыбающегося Димы прямо в папины объятия.

 - Нет-нет, все хорошо, - пробормотала я.

 - Испугалась что ли? – насмешливо спросил папа. – Это ж Димка. Рогозин младший. Ишь, какой солидный стал. Так и не узнаешь!

 - Здрасте! – Кивнула гостю.

 - Привет! – поприветствовал солидный неузнаваемый гость. И тут же добил меня вопросом: - Жених есть?

 Я упала на стул. Сначала кивнула, а затем судорожно замотала головой.

 - Отлично, - выдал этот жук. – Беру!

 И скосил хитрый взгляд на папу.

 - Но-но! – шутливо протянул он. И ни капли злости и недовольства. – За такую красоту еще побороться надо.

 И тут на стул рядышком присела мама, подперев голову рукой и устремив мечтательно-влюбленнй взгляд на «Димочку». Кто этот игривый незнакомец, и куда он дел моего любимого «бандита»?

 - А знаешь, Леш, - обратилась мама к папе. Притом, исключительно к нему, будто других на кухне не было. Меня, к примеру. – Вот такой мужчина нашей Юлечке и нужен. За ним, как за каменной стеной.

 У меня отвисла челюсть.

 Я переводила пораженный взгляд от одного родителя на другого, пока не поймала многозначительную улыбку Рогозина. Убийственно сексуальную, до стыда!

 - Ну, это не нам решать, - подытожил мой мудрый папа.

 - Но добро вы даете, да? – на всякий случай уточнил Дима.

 Мама закивала, даже не глядя на меня. А вот папа, наоборот, с улыбкой изучал мою реакцию и зачем-то подмигнул.

 - Юль, а ты чем планируешь летом заняться? – как ни в чем не бывало спросил Дима. Опять!

 Я послала ему предупреждающий взгляд, но он играл роль «невинной овечки» превосходно.

 - Ничем, - сказала, как отрезала.

 - А поработать не хочешь? – предложил он неожиданно. Притом серьезным тоном начальника: – Мне как раз ответственный сотрудник на лето нужен, пока моя личная помощница в декрете. Работа не пыльная: на звонки отвечать, встречи планировать, ну и, командировки изредка. Вот на следующей неделе в Париж надо. – Обреченно вздохнул. – Так лень чемодан собирать.

 Пока я смотрела на это чудо, мама уже склонилась к моему уху и шепнула:

 - Соглаша-а-айся-а-а!

 На всякий случай кивнула.

 - Ну вот и славно! – довольно заключил Рогозин и поднялся. Подал папе руку, тот ее пожал очень воодушевленно, улыбаясь до ушей. Мама и вовсе бросилась ему в объятия. А я все не могла понять – что, черт возьми, происходит?

 - Пока, Юляш! – попрощался Дима. Его голос напоминал сладкий мед. – В понедельник заеду, будь готова. Загранпаспорт не забудь.

 Раздав ЦУ, он покинул мой дом. А когда дверь за ним закрылась, я пропищала вопрос:

 - Что это было?

 Именно пропищала. Голос от удивления напрочь пропал.

 - Ты даже себе не представляешь! – радостно заявила мама. – Димочка все папины проблемы решил!

 - Ну, прям уж таки все, - возмутился гордый папа.

 - Все! – Отмахнулась от него мама. – Так и сказал: «Ни о чем не волнуйтесь, дядь Леш, производство я беру на себя».

 Перевела удивленный взгляд на папу. Тот кивнул и похлопал себя по животу.

 - Да. Объявился, парень. Бизнесменом стал. Сказал, что хочет вернуть дело отца, оно ему по личным причинам дорого. А как услышал про терки с конкурентами, так загорелся идеей навести порядок. А чего? Он молодой, связи есть. Быстро все решил.

 - За месяц! – вставила мама. - Ой, Юлечка! А ты присмотрись, - с пониманием дела протянула она. – Такие мужчины на дороге не валяются.

 - Угу, - выдала обалдевшая Юлечка. – Не валяются.

 Это что же, он уже как месяц родительский порог оббивает, а и не знаю?! И шустрый-то какой. И с папой помирился, и маму задобрил…

«И что мне с тобой делать, как не любить до смерти, а?!»


Еще неделю спустя


Помахав родителям в последний раз, я села в машину и вежливо поздоровалась с Сеней. Но тот даже ответить не успел, как я включила фурию.

 - Что это было? – прикрикнула на Димку, так как на звонки он не отвечал всю неделю.

 - Что?

 - Ты знаешь! Ты что это за комедию разыграл? Какая помощница? Какой Париж? Ты сказал, что на Мальдивы уезжаешь.

 - Уезжаю, - утвердительно ответил Дима. – С помощницей. С пересадкой в Париже. Там у нас дела, между прочим на три дня.

 Я смотрела на него не моргая. Ну доведет же!

 - Три дня в одну сторону и три - в обратную. И на море недельки три. Ну что ты так смотришь?

- И й-я там тоже буду? – неуверенно спросила.

 Дима закатил глаза и притянул меня к себе.

 - Юль! Ну зачем мне море без тебя? Смеешься что ли? Сюрприз сделать хотел.

 Я состроила глазки и, наконец, поприветствовала Диму, как следует. Забралась на него и подарила длинный томительный поцелуй. Так я его не целовала целую вечность. Даже Сеня смутился и деликатно кашлянул, напоминая о своем присутствии.

 - Уволю! – грозно рыкнул Рогозин.

 - Не уволит, - поправила я. – Через минутку забудет!

 - Прям уж через минутку, - недовольно пробормотала Димка, разместив свои руки на моих нижних округлостях. Мы уже почти занимались сексом. Мысленно так точно!

 - Целая неделя! - захныкала я.

 - Я улаживал дела. – Дима посерьезнел и проникновенно на меня посмотрел: - Теперь никто нам не помешает быть вместе. Не отпущу тебя. Поняла?

 Я кивнула с улыбкой до ушей.

 А позже, уже в самолете Дима рассказал, что Костяку дали максимальный срок по статье «Покушение на жизнь». Надежду и ее отца нашли. Правда, нашли не Дима и его наемники, а секретные службы Франции. Оказывается, они давно наблюдали за Василием Бауером, который неоднократно грешил финансовыми махинациями. Вот только раньше доказательств вины не хватало. А теперь и он, и его дочь, как соучастница, ждали суда.

 Рогозин сказал, что это карма, но я в случайности больше не верила. Я знала лишь одно: если Дима дал слово, то он его исполнит. А он пообещал любить меня всегда. Так и сказал!



КОНЕЦ!



_____________________________________________________________________________________


Дорогие читатели! ВСЕМ ОГРОМНОЕ СПАСИБО за то, что были со мной на протяжении истории.  

***

 Кому книга не понравилась, приношу свои извинения за то, что не оправдала ваших надежд. Как бы мне ни хотелось всем угодить, все мы разные, у каждого свои взгляды на жизнь и мировозрение.

 А кому понравилось мое исполнение современного любовного романа (до этого я писала только фэнтези), то приглашаю на новинку: "БОЛЬШАЯ ПРОБЛЕМА". История уже есть на сайте среди моих романов. Новая книга более легкая, веселая, юморная. Но также будут страсть, романтика и счастливый финал.

История прототипов. Десять лет спустя.

Не читайте это, если не готовы окунуться в реальность!

 Возможно, останется неприятный осадок!


Итак, как я указала в самом начале книги, эта история основана на реальных событиях.

 Произошла она 10 лет назад с моей университетской подругой "Юлей" и ее возлюбленным. Конечно, все имена я изменила, потому здесь буду писать их в скобках.

 Почему я вообще начала писать эту книгу? Тогда, в 18 лет, мне их отношения казались неправильными. Я не осуждала их, не отговаривала, просто не понимала и себе подобного не желала. "Юля" все равно была мне очень близкой, и многим со мной делилась. Именно поэтому я, как никто, видела ее боль, страдания, слезы и все, что переживает в своей жизни каждая любящая женщина. В романах мы часто видим только завязку отношений, конфетно-подарочный период, который самый сладкий и самый приятный. Именно так у героев все и закрутилось. С проблем, с просьбы одолжить денег, с бесстыдного совращения "Димы" и с желания "Юли" чувствовать надежное плечо рядом. Но что же потом?

 А потом началась бытовуха - убийца всей романтики. Если в книге "притирание" героев происходит на протяжении учебного года, то в жизни оно длилось все пять лет учебы. Прежде всего "Юля" все-таки доверилась своему первому парню, он стал ее первым мужчиной, о чем она очень сильно после жалела. И в итоге он втянул ее в неприятную историю и оставил разгребать проблему. Она обратилась к "Диме", как к другу отца. И когда тот начал проявлять знаки внимания, испугалась. Но по каким-то причинам (она так и не смогла мне объяснить) ее тянуло к нему. У них завязался роман. Но легким он не был. Они сходились и расходились около пяти раз. У "Юли" были другие парни, у "Димы" другие женщины, одна из которых даже родила ему ребенка. Моя подруга очень переживала на этот счет, ведь сама втайне мечтала стать мамой и родить от любимого мужчины. Но «Дима» никогда полностью не отпускал "Юлю". Был момент, когда у нее завязались серьезные отношения с парнем ее возраста, и тот даже сделал ей предложение. Тогда я лично в их отношения верила. Но случилась неприятная банальщина – она поймала его за изменой. Я никогда не могла понять, чего не хватало ее мужчинам? Она потрясающая красотка, умная, веселая, нежная, но они все равно что-то выискивали в чужих трусах! Практически все ее парни! А те, которые бегали за ней хвостиком, не могли ее заинтересовать. Она всех сравнивала с НИМ, и все проигрывали.

 В тот момент, когда «Юля» переживала очень тяжелый разрыв отношений с женихом (этот как раз и был пятый год), «Дима» к ней вернулся. Очень настойчиво, требовательно, буквально не давая ей выбора. Наверное, это ей и нужно было. И ему. Он, в конце концов, после стольких лет и женщин осознал, что по-настоящему всегда любил лишь ее одну.

 Сейчас, спустя десять лет, они все еще вместе. Моя подруга ждет ребенка, и эта книга – мой подарок ей, как напоминание, что наша жизнь и есть сказка. Просто все зависит от того, под каким углом посмотреть. Она не верила, а я доказала ей, что даже их с «Димой» непростую историю любви можно преподнести, как очередной любовных роман о невинной героине и властном олигархе!

 Дорогие читатели, будьте счастливы! Берегите своих любимых, прощайте им ошибки, ведь все мы люди, а жизнь слишком коротка, чтобы проводить ее в злости и обиде.

 P.S. На самом деле «Дима» никакой не бандит, это моя маленькая месть ему за подружкины слезы!


‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍





Оглавление

  • АЛЬМИРА РАЙ ИГРУШКА ДЛЯ ОЛИГАРХА
  •   Глава 1
  •   Глава 2
  •   Глава 3
  •   Глава 4
  •   Глава 5
  •   Глава 6
  •   Глава 7
  •   Глава 8
  •   Глава 9
  •   Глава 10
  •   Глава 11
  •   Глава 12
  •   Глава 13
  •   Глава 14
  •   Глава 15
  •   Глава 16
  •   Глава 17 
  •   Глава 18
  •   Глава 19
  •   Глава 20
  •   Глава 22
  •   Глава 23
  •   Глава 24
  •   Глава 25
  •   Глава 26
  •   Глава 27
  •   Эпилог часть 1
  •   Эпилог - часть 2