Его пленница (fb2)

Возрастное ограничение: 18+


Использовать online-читалку "Книгочей 0.2" (Не работает в Internet Explorer)


Настройки текста:


Анна Ковальди Его пленница

С усталым вздохом шагнул вперед. Позади многомесячная тяжелая космическая вахта. И всего три дня короткого отдыха впереди. Времени терять не стоит, отосплюсь в следующем полете. А пока… Пусть мужчины моей расы обладают низким порогом вожделения и способны на долгое воздержание пока холосты, но все имеет свои пределы. Да, женщины в команде есть. Но не хотелось портить партнерские отношения эпизодическим сексом, а ничего другого холостой варг предложить не может: в своем окружении пару я пока не учуял. Вот и терпел, избегая любых интрижек на работе. Зато сейчас… Ударюсь в загул, все окрестные бордели — а ими славится космическая станция Дуо — мои. Наверстаю упущенное и «запасусь» впрок.

Впрочем, следующий полет не такой долгий. Предстоит двухнедельный перелет на Зидан, там находится основная база торговой корпорации, в которой я работаю. Обещают повышение! Возможно, я наконец-то дослужусь до капитана и собственного звездолета.

С этими славными мыслями выскочил из юркого планетарного скайра и толкнул дверь хорошо известного в узких кругах дальнобойщиков местечка. Пара быстрых шагов по холлу с приглушенным освещением и я замер, листая табло с предложениями.

«На самом деле неважно, кого выбирать. Все, что нужно сейчас, это послушное женское тело, которым можно просто пользоваться. Бездумно и безостановочно. Все трое суток отдыха, — торопясь, успел подумать я. — Но живая женщина предпочтительнее робота. Пусть ее запах и хранит ароматы множества других мужчин, но он хотя бы присутствует. У синтетических «кукол» с искусственным интеллектом аромата нет вовсе».

Запах был важнейшей частью мира любого варга.

Запах…

Измученное нетерпением сознание опалило невероятное ощущение. Восторга? Узнавания?

Не думая ни о чем, способный лишь двигаться к источнику достигшего ноздрей аромата, я двинулся в нужную сторону. Веки потяжелели, прикрывая глаза — я шел словно во сне.

— Господин, — меня остановил робот-наблюдатель, — вы идете не в то крыло. Там занятые девушки. Свободные в противоположном.

Не останавливаясь, отшвырнул помеху с пути. Действовал словно в тумане, оглушенный и ослепленный невыразимо притягательным ароматом. Смысл его слов не достиг сознания. Оно было поглощено нетерпеливым стремлением и желанием найти обладательницу сводящего с ума запаха. Поэтому я безошибочно приблизился к нужной двери. Девушка была за ней! Одним ударом привыкшей к тяжелой работе ладони снес преграду. Дверь жалобно запищала, посылая сигнал нарушения границы, и рухнула внутрь комнатки, открыв мне картину, где, приникнув к паху обнаженного мужчины, на коленях спиной ко мне стояла женщина.

Пара, испуганная грохотом, оглянулась. Но прежде чем они, потрясенные моим появлением, успели хоть что-то понять, я уже, схватив мужчину за шею, выкинул его в коридор. Несчастный возмущенно замычал, держась за горло и пытаясь отдышаться после моей хватки.

— Господин, вы нарушаете правила! — сзади подскочила охрана. — Мы вызовем патруль правопорядка.

— Уйдите! — с трудом сдерживая ярость (Обнаружить свою пару! И где?! В борделе! За работой!), пытался совладать со вспыхнувшей злостью на судьбу. — По-хорошему прошу. Эта кабинка занята. Ущерб (подбородком кивнул на нервно поджавшего на полу ноги голого мужчину) возмещу. Уходите!

После слов о компенсации претензии иссякли. Неудачливому клиенту тут же помогли подняться и куда-то увели, обещая замену за счет заведения. А дверь за моей спиной спешно восстановили. Всего несколько минут напряженной суеты позади и мы остались в помещении вдвоем с незнакомкой. Я стоял, спиной загораживая ей путь к спасению, и жадно вдыхал аромат перепуганного и такого ненавистного существа.

«Шлюха! — неотступно билась в голове мысль, усугубляя мою ярость. Варг может найти лишь единственную пару и вот, я нашел свою. Увы! — Обычная шлюха из захудалого борделя на Дуо».

Хуже, чем в эти мгновения, мне уже вряд ли когда-нибудь будет. Жизнь оборвалась на взлете.

Девушка испуганно дрожала: очевидно, мой вид не располагал к дружелюбию даже привычную ко всему проститутку. Ее периодические быстрые взгляды на дверь еще больше заводили меня, грозя утопить в животном бешенстве и желании взвыть: «За что?!!». Сжавшись на кровати, она молчала, явно выжидая момент, чтобы ускользнуть.

Сбежать. Исчезнуть.

Эта мысль слегка прояснила мой рассудок. Сейчас самое важное заполучить ее, а с возникшей проблемой неприемлемого обретения пары я разберусь потом. Когда перестанет пульсировать болью вздымающийся вверх член, к которому от сверхъестественно возбуждающего меня аромата, казалось, прилила вся кровь.

«Сначала — разрядка! Потом я найду выход, — приказал себе. — Лучше убью ее, чем признаю своей».

Скинув куртку, шагнул вперед. Испуганно расширившиеся глаза — вот и вся реакция незнакомки. Она не успела отшатнуться, как я грубо схватил ее, сдергивая с кровати. И двинулся направо: там имелись душевые, я, как и любой другой посетитель, знал это. Сейчас был необходим ледяной душ, без этого у меня не было шансов сдержаться и не совершить роковую ошибку.

Девушка яростно дернулась, пытаясь вырваться. Но я не позволил — физически не мог позволить этой женщине отдалиться. Пропасть с моих глаз. Рывком перехватив ее поперек туловища, локтем притиснул к собственному боку. И угрожающе зарычал. Она испуганно затихла, перестав сопротивляться и безвольно повиснув в моих руках.

Оказавшись в небольшой кабинке с душем, поставил женщину на ноги, вынудив отступить к дальней стене. Не отводя от нее тяжелого взгляда, жадно рассматривая каждый сантиметр ее тела, принялся механическими движениями стягивать с себя одежду. Присутствовала необъяснимая потребность освежиться. Ради шлюхи я бы никогда не стал так усложнять себе жизнь, но с парой инстинктивно не мог действовать иначе. Это противоречие выводило из себя, сбивая с толку и погружая в пучину ярости.

«Ну почему со мной?!»

Стоило последней детали одежды отлететь в сторону, а воде хлынуть на мои плечи, как незнакомка, решившись на побег, сорвалась с места. Зря! Любой варг был способен на стремительные маневры: я перехватил ее и в бешенстве отшвырнул к стене. Грудь разрывало от злости. Стоило ей удариться о твердую поверхность, как я уже был рядом — нависая, заставляя в отчаянной попытке отдалиться вжиматься в стену и не дышать. Меня же душила злоба. Она вынуждала желать одного — убийства! Большие ладони, сжавшись в кулаки, принялись наносить удары, круша стену рядом с ее телом. Мне нестерпимо хотелось удавить особу, что пахла для меня так головокружительно приятно, а еще… «благоухала» ароматами десятков других мужчин!

И она ожидала этих ударов, каждый раз сжимаясь и жмурясь, стоило моему кулаку оставить очередную вмятину. Руки сами тянулись к ее шее, но замирали на полпути, парализованные умопомрачительным и невыносимым желанием.

— Дернешься — убью! — прорычал я, вжимаясь в ее висок лицом. — Поняла?

Незнакомка истово закивала, трясясь от страха. А я… напоследок вжавшись в нее всем телом и одним вдохом наполнив до отказа легкие ее запахом, вновь отступил под струи воды. Мылся недолго, но она успела собраться с духом и вспомнить о своей работе. Трясущимися руками потянулась за встроенным в небольшой нише лучевым очистителем. Они в обязательном порядке имелись в каждом номере любого борделя. Девочки пользовались ими после каждого клиента, сводя на нет любую возможность заражения.

Но наблюдать за тем, как брюнетка просовывает глубоко в себя длинное устройство с округлой головкой, было выше моих сил. Нутро обожгло болью ревнивой ярости. Ничто, кроме моего члена, не может находиться в этой женщине! И здравомыслие не помогало. Стоило ей завершить процесс, как я, так и покрытый каплями воды, подскочил к ней. Рванув за плечо, грубо уронил на пол, заставляя встать на колени. Другой рукой дернул за короткие волосы, вынуждая незнакомку поднять ко мне лицо.

— Занимайся тем, чем должна! — грозно рявкнул, кивая на свой перевозбужденный орган.

Наши взгляды встретились, и я успел удивиться ее зрачкам, ставшим внезапно вертикальными. Но спустя миг она прикрыла глаза веками, послушно приоткрывая ротик. Свой совершенно потрясающий ротик с мягкими пухлыми губами темно-шоколадного цвета. Они ласково и осторожно обхватили мой член, вынуждая напрячься от резкого прострела удовольствия. И толкнуться глубже, изучая мягкие глубины ее рта.

Девушка с вполне понятным профессионализмом расслабила горло, позволив мне погрузиться до упора. Чтобы тут же с иступленной жаждой дернуться наружу и снова толкнуться в нее. Рука все яростней сжимала мягкие прядки волос, не позволяя ей даже шелохнуться. Я словно обезумел, наслаждаясь ощущением ее влажного рта, двигаясь все быстрее и быстрее. Словно зачарованный наблюдая за ней. Незнакомка просто восхитительно смотрелась с членом во рту!

«С моим членом…» — мысль о других, кто тоже познал это удовольствие, ранила не хуже бластера, заставив взреветь и впечатать кулак свободной руки в стену. Моя партнерша вздрогнула и от неожиданности слегка прикусила головку. Вопреки всему легкий укол боли стал последней каплей, и я обильно и мощно кончил, излившись в нее.

Сжав женский затылок, не позволил ей отстраниться, с собственническим удовольствием вслушиваясь в ее глотки. Запрокинув голову, наслаждался разрядкой — такой долгожданной и принесшей кратковременное облегчение. А с ним и небольшое прояснение в мыслях.

Стоило девушке слизнуть последние капли моего семени, как я стремительно отодвинулся, извлекая свой член из ее рта. И тут же подхватил ее, закидывая на плечо. Пара поспешных шагов и мы возле кровати. Резко впечатав в матрас, заставил незнакомку глухо вскрикнуть и тут же одним толчком вошел в розовое, сжатое от тревоги отверстие ее лона. Сводящий с ума аромат вновь поработил меня, вынуждая отдаться собственному желанию. Дикой и нестерпимой потребности двигаться в ней. Подавлять и подчинять.

Упираясь локтями в поверхность кровати рядом с ее головой, закрыв глаза и ничего не осознавая, отдался процессу. Бедра при каждом рывке с силой ударялись о разведенные в стороны женские ноги. Переместив ладони на ее бедра и удерживая их стальной хваткой, резкими рваными толчками я погружался в скрытый жар ее тела. Слишком долгим было ожидание, слишком огромным нетерпение, слишком неудержимым желание, чтобы я позволил незнакомке помешать. Это была моя пара, и совершенно неожиданное ее обретение. А я давно был на пределе, поэтому едва ли осознавал сейчас, что делаю.

И пусть у девушки не было шансов убежать, я все равно держал ее так крепко, словно боялся потерять. Понимая, что оставляю отметины на ее бедрах, не в силах был ослабить хватку или поумерить напор. Не сегодня!

Горячие влажные стенки женского лона туго сжимали мой член, пытаясь противиться его движениям, но только даря мне этим неземное наслаждение. И заставляя буквально вколачиваться в ее тело снова и снова, вышибая при каждом новом погружении из ее легких воздух. Девушка извивалась подо мной, то ли моля о спасении, то ли упрашивая двигаться быстрее. Ее голос вкупе с усилившимся ароматом заводили еще сильнее, и я почувствовал, что больше не выдержу.

Резкий, самый глубокий рывок. Незнакомка вскрикнула и сильно забилась подо мной, стараясь выпихнуть из себя мой до предела раздавшийся орган. Каким-то чудом я краем сознания уловил это и натужно зашептал:

— Потерпи немного, дальше будет лучше.

С трудом разжав пальцы, положил ладонь ей на лоб, одновременно сдерживая и успокаивая. Любой рывок сейчас принесет ей только боль.

Говорить было трудно, грудь сдавило спазмом удовлетворения. А девушка тихо скулила подо мной, ощущая чудовищное давление в своем лоне. И порождая муки совести в моей груди. Но сделать что-то я был бессилен, слишком велико было одуряющее и инстинктивное влияние ее аромата. Сейчас, после полугодового воздержания, я не был способен на иные действия. И вряд ли буду способен в ближайшие трое суток.

Новая волна ослепляющего оргазма накрыла внезапно, унося все сомнения. Сперма мощными толчками полилась из моего члена, заполнив собой все свободное пространство внутри девушки, выплескиваясь наружу при каждом подрагивании моих чресел. Удовлетворение стало колоссальным по силе!

«Это моя пара, несомненно!» — вновь мелькнуло в голове.

* * *

Трое стремительно промелькнувших суток длилось это сексуальное безумие. Под конец срока оно измотало и меня. Почти без сна, с редкими перерывами на душ и туалет, с перехваченной по пути пищей из раздаточной ниши — именно так прошло это время.

Сигнал-напоминание заставил меня разочарованно застонать, а девушку облегченно выдохнуть. Она уже едва держалась на ногах от усталости, но даже не представляла, что сегодняшним днем все между нами не закончится. Быстро поднявшись с кровати, я потянул ее за собой. Натянув белье и брюки, свою рубашку и куртку кинул ей.

— Одевай!

Миниатюрная брюнетка отчаянно замотала головой, отказываясь. Рассудив, что так будет быстрее, обулся, развернулся к ней и, не обращая внимания на сопротивление, сам натянул на нее одежду. Не давая опомниться, вытащил в коридор и устремился к стойке робота-администратора. Девушка вынужденно плелась за мной.

— Сколько к оплате? — получив распечатку, куда предусмотрительно внесли все доплаты за мой дебош, задумчиво кивнул на утонувшую в моей куртке фигурку девушки: — Ее тоже включите, хочу выкупить.

— Н-нет, — в шоке вздрогнув, она попятилась от меня, тихонько шлепая босыми пятками по каменному покрытию пола. Но я лишь злобно дернул ее на прежнее место: она должна остаток жизни радоваться своей удаче, неблагодарная! Это мне придется жить с постоянными мыслями о всех тех мужчинах, что пользовались ее телом до меня! Для нее же… Это как сорвать джек-пот! Отныне она избавлена от необходимости зарабатывать себе на кусок хлеба собственным телом.

Робот с абсолютным безразличием придвинул мне новый счет, получил в обмен кредитку и предупредил:

— У нее теперь статус «собственность». Но если найдут ее тело или его части и направят запрос, мы предъявим информацию о покупателе.

— Да, — я безразлично кивнул. Убивать ее я не собираюсь. Вернее, сейчас надеюсь на это, а там посмотрим. Став капитаном звездолета, приобрету неприкосновенность, и тогда никакие патрули правопорядка мне не страшны. А «подкинутый» судьбой «подарок» в виде такой пары от меня уже никуда не денется. — Ее документы?

Мне протянули замызганный жетон удостоверения личности. Не глядя, убрал его в задний карман форменных брюк. Брюнетка жадно проводила мое движение взглядом. В ее огромных карих глазах читалось такое отчаянное желание выхватить у меня свой жетон и сбежать…

— Только рискни, — холодно предупредил я.

«Дай мне повод! Дай!» — мысленно молил я, уверенный, что тогда накажу ее со всей клокочущей в душе ненавистью. Но она лишь испуганно сникла.

Не теряя времени, закинул девчонку на плечо и выскочил наружу. Прохлада подступающего вечера окутала нас, напомнив о том, что на Дуо подходит пора осени. Быстро добравшись до своего скайра, швырнул ношу на заднее сиденье и быстро сел за руль. Времени до прибытия на корабль оставалось мало, а сделать предстояло многое. Поднявшись в воздух, завис, стремительно листая на табло встроенного монитора информацию с объявлениями о сдаче жилья. Брать в полеты семью мог только капитан, остальные вынуждены были расставаться с близкими. Пока мне придется оставить свою пару тут. Пока!

Выбрав подходящий мне по цене и условиям вариант, устремился по нужному адресу.

«Такая любому углу будет рада и паре тарелок похлебки в день», — ожесточаясь от одной мысли о тяжести расставания с этой девкой, накручивал сам себя.

Квартирка оказалась более чем приличной. Кухня и комната, обогрев, автоматическая двухразовая ежесуточная доставка пищи, горячая вода — на Дуо все стоило очень дорого.

«Ты всю жизнь копил деньги, надеясь обеспечить семью. Теперь будешь тратить их на шлюху!» — сам себя мысленно укорял я. Душу разъедало злобой и отчаянным чувством обиды на такую несправедливость жизни. Но изменить ничего я уже не мог — против природы не попрешь.

Заперев брюнетку в скайре, осмотрел квартиру и заключил договор на три недели.

«Две меня не будет и неделю на «приятную» встречу».

Отперев заднюю дверь, за шкирку выволок девушку наружу. Она только испуганно дрожала, не поднимая взгляда от земли. Мне даже слезы в обрамлявших глаза пушистых ресницах почудились, но я значения этой мелочи не придал. Снова закинув на плечо, быстро поднялся на третий этаж и толкнул дверь временной квартирки.

— Живи пока тут. За все заплачено. Я вернусь через несколько дней, — опустив ее на пол в маленькой прихожей, сразу сосредоточился на наручном хронометре, определяясь со временем. По всему выходило, что с учетом времени полета у меня есть свободные четверть часа. А значит…

Пах отчаянно ныл — сказывалось возбуждение. Как переживу две недели без секса с ней, не представлял. Словно и не было эротического безумства последних трех дней, я вновь отчаянно хотел свою шлюшку. Одной рукой потянувшись к застежкам брюк, другой быстро толкнул поникшую напротив меня особу. Она, не ожидая от меня такого маневра, неловко плюхнулась на пол. Не дав ей опомниться, поддел носком ботинка, вынудив перевернуться и упасть на живот. Цепко ухватив за ногу, дернул ближе к себе, по ходу дела задирая надетые на ней мою рубашку и куртку и оголяя бедра.

Брюнетка зашипела и отчаянно задергалась, вырываясь. Но я немедленно шлепнул ее по оголенным половинкам попки, намеренно сделав это с силой.

— Мне нельзя сопротивляться, — рыкнул, вновь кидая взгляд на стрелки хронометра. — Ты — моя собственность.

Не жениться же мне на ней, в самом деле? А так… Ну, пусть она у меня будет. Дальше решу: или будет летать со мной, или оставлю где, чтобы частенько наведываться. Все от рабочего графика полетов зависеть будет.

Разведя ноги, проверил рукой женский вход. Ни о какой влаге и речи не было. Понимая, что времени совершенно нет, плюнул в ладонь и растер слюну по горячей поверхности члена. Вошел одним толчком, заставив пару сдавленно зашипеть. Да, мне ее жалко. Но, действуя медленно, растянул бы эту боль на большее время. А так… один рывок, вспышка неприятных ощущений и все. Я замер, не сводя взгляда с ползущей стрелки хронометра — мог дать ей на привыкание полминуты, не больше.

Впрочем, последние сутки в моем обществе не прошли для незнакомки даром: вопреки ее сопротивлению и отсутствию желания, двигаться мне было достаточно просторно. Чем и воспользовался, едва почувствовав, как она начала расслабляться. Надавив ладонью на спину, вынудил прогнуться, обеспечивая себе нужный угол и более острые ощущения. Всего семь минут на «дело» — тут не до сантиментов.

На время отключившись от реальности, полностью погрузился в процесс. Прикрыв глаза, впал в исступление, толкаясь в нее. Эффект был ошеломительный — меня накрыло волной удовольствия даже раньше отведенного времени.

«Неплохо!» — приободрил сам себя, выскальзывая из женского тела.

В качестве одобрения легонько потрепав женскую попку, встал на ноги и, быстро поправив одежду, бросил так и лежащей на полу девушке:

— Оставайся тут. Вернусь скоро.

И поскорее выскочил, захлопывая дверь квартирки. Лучше убраться от нее подальше, пока не накрыло новым витком дикой похоти.

«Стану капитаном, — словно мантру, твердил себе, — и заберу ее с собой на звездолет. Будет всегда рядом».

Заскочив в скайр, устремился к космопорту, откуда совсем скоро стартует корабль на Зидан. Пять дней полета, четыре дня там и путь назад. Все! И я вернусь к девчонке.

* * *

Ничего и никогда я не ожидал с таким нетерпением как возвращения на Дуо. Адовы две недели! Нестерпимо хотелось все бросить и нестись назад. Душу выворачивало необъяснимым страхом и… потребностью почувствовать так внезапно обретенную пару.

«За что это именно мне?!»

По прошествии стольких дней я уже не рассматривал вариант с разлукой. Она будет летать со мной, благо право на «сопровождение» теперь имелось. Повышение, а с ним и звездолет в свое командование я получил. Всего через месяц предстоит первый полет по новому контракту. И я знал, где и как я проведу этот месяц. Продлю аренду квартирки еще на три недели. Доход капитана — это вам не жалкая зарплата члена команды.

Выскочил из транспортного звездолета первым, запрыгнул в первый попавшийся скайр и… Я считал секунды, торопя время и изнывая от предвкушения. На удивление, хотелось не только вожделенного секса, я желал просто увидеть ее. В прошлый раз в спешке толком даже не рассмотрел.

Холодная пыльная квартира встретила меня тишиной. И пустотой. Потрясенный невероятным фактом — девушка сбежала! — я в состоянии абсолютного неверия несколько минут бродил из комнаты в кухню. Поразительно, но подобного я никак не предвидел. Мне просто в голову не приходило, что шлюха из захудалого борделя не воспользуется своим счастьем и возможностью выбраться из грязи.

А она сбежала.

В первые мгновения оглушило страхом — что делать, где искать? За две недели она могла оказаться очень далеко от Дуо. И тут меня осенило: не могла! Жетон удостоверения личности остался у меня, а без него ни одну космическую станцию не покинуть. Порывшись в кармане куртки, куда я переложил жетон, всмотрелся в текст.

Лоа Ми — так звали девушку.

Что ж, я обойду все бордели Дуо, я загляну в каждый угол каждого злачного местечка станции, но найду ее. Я почую ее!

* * *

Поймав в мутной глубине зеркальной стены маленького трактира собственный угрюмый взгляд, вздохнул. Жизнь стала невыносимой, и мой внешний облик только подтверждал это. Осунувшееся, заросшее щетиной лицо, пустой и холодный взгляд. И, казалось бы, все только наладилось — такое вожделенное повышение, венец многих лет напряженной работы, обретение пары… Но нет!

Причина моего состояния до боли проста — я так и не смог разыскать ее в лабиринтах развлечений Дуо. Лоа Ми исчезла бесследно. Я был везде, я сутками не спал, бродя от одной двери к другой, последовательно обходя территорию станции квадрат за квадратом и постоянно принюхиваясь. Тщетно! Девушки не было нигде. Ее не было ни в одном из борделей на «теневой» стороне станции, она не укрывалась ни в одной из квартирок в респектабельной ее части. Знакомая незнакомка пропала, притом что покинуть Дуо она не могла.

А вот мне придется. Уже через сутки старт первого полета. И я так и не могу представить, как выдержу его. Три месяца отсутствия. За это время я окончательно потеряю надежду разыскать ее. Я потеряю свою единственную пару. Из-за собственной глупости и гордыни.

«Есть ли у меня право презирать ее?» — вспоминая, как начинал сам, мог ощущать лишь жуткий стыд за свое скотское поведение. Да, шлюха в пару — это подлый удар от судьбы. Вот только сейчас я со всей отчетливостью и отчаянием бессилия понимал: без нее еще хуже!

Но одновременно и другие мысли не давали мне покоя. И в этом случае я уже не упрекал себя, вновь проклиная незнакомку.

«Что, если ей помогли? Помог! Кто-то… Мужчина… Клиент?» — одна мысль о том, что она не просто потеряна для меня, а еще и прячется где-то с другим, пробуждала в груди что-то страшное. Животное, яростное и жестокое.

«Сейчас бы убить кого, вот только некого».

Почти месяц отчаянных поисков позади. Неужели судьба, приведя меня к моей паре, лишь посмеялась, практически тут же разведя нас по разным дорогам?

«Идиот!» — в сотый раз обозвал себя, понимая сейчас, насколько был ослеплен гневом, заносчив и глуп, полагая, что Лоа воспримет меня как единственный и долгожданный шанс на спасение в своей никчемной и жалкой жизни. Я, стыдясь, не нашел в себе сил объяснить, признаться… Мне казалось, она не посмеет, не решится…

«Идиот!»

И вдруг…

О чудо! О счастливый шанс! Легчайшее дуновение, порыв ветра коснулся ноздрей, принося новый букет ароматов.

«Ее запах!» — мгновенно вскочив с места, я рванул к выходу, понимая, что легчайший намек на аромат моей пары пришел оттуда. Его принес на себе кто-то, прошедший мимо заведения, где я сидел в отчаянном отупении. Кто-то, касавшийся ее недавно!

Ведомый таким исключительным для меня ароматом, я за пару секунд нагнал мрачного типа непрезентабельного вида. Таких много на Дуо, обычный работяга с любого из сотен экипажей транзитных звездолетов. Рванув его за плечо, вдруг понял, что не знаю, как сформулировать вопрос.

— Девушка… — я замялся. Логичнее было бы спросить про шлюху, но тогда он решит, что я ненормальный. — Совсем недавно ты видел девушку? Невысокая, худая, с короткими волосами и… карими глазами?

Про глаза вспомнил в последний момент!

Мужчина, поначалу агрессивно насупившись, мазнул взглядом по капитанским нашивкам на форме и вмиг боязливо отступил.

— Нет, кэп! Никого не видел, ничего не знаю, претензий нет! — стараясь осторожно отодвинуться от меня, торопливо забормотал он.

Совсем недавно я бы ответил так же. Но сейчас… Ситуация в корне изменилась. А еще мое время стремительно истекало! А значит… Рявкнув, резко дернул незнакомца за грудки и зашипел:

— Быстро! Напрягся и вспомнил, где совсем недавно видел такую цыпу! Честно! Иначе…

Вместо аргументов и угроз поднес кулак прямо к его лицу, демонстрируя свои намерения. И мне за это ничего не будет!

Когда-то я начинал с работы мусорщиком — чистил отхожую систему транзитных звездолетов. Тяжестей с тех времен перетаскал немало. И размер кулака красноречиво на это намекал.

— Не видел баб сегодня вообще, клянусь! — в голосе явный испуг. Искренний! — Вот, только иду в «Раздолье».

Знаю я этот бордельчик. И словам незнакомца не верить причин нет.

— В последние пару часов может сталкивался с какой? — уточнил я, не выпуская парня из лап. Он — мой единственный шанс напасть на след Лоа! Аромат был совсем свежим, это значит, он наверняка коснулся девушки. И недавно.

— Мамой клянусь, ни одной! Только с рейса, с корабля и сразу вот… спешу, — замямлил парень, «попой чуя» мою вскипающую злость.

— По пути? Вообще ни одной бабы не видел?! — взвился я, ощущая бессильную ярость.

— Не-е-ет, — заблеял незнакомец, бледнея на глазах. И вдруг, резко поперхнувшись воздухом, замолчал. А потом вскрикнул: — Была! Была одна! Побирашка какая-то по дороге из космопорта. Там, возле леса! Прямо под ноги мне кинулась. Вот только волосы и глаза я не рассмотрел.

Сграбастав парня за шкирку, дернул в сторону. Туда, где стоял мой скайр.

— Идешь со мной, покажешь место! — таким тоном рявкнул, что ему и в голову не пришло противиться.

Несколько напряженных минут полета. Незнакомец с молчаливым испугом и непониманием всматривается в мой профиль, явно гадая о таком одержимом желании найти конкретную девку. Но мне наплевать! Главное, успеть найти Лоа Ми.

— Тут, — мой спутник указывает на затемненную опушку «одичавшего» когда-то парка Дуо.

Я с чувством абсолютного шока опускаю скайр прямо на прихваченную первыми осенними холодами влажную землю. Вообще-то на Дуо все чистенько, сама станция это единый комплекс из жилых и складских строений. Кругом пластик, хром и метасплав. В него «упакованы» улицы, путевые тоннели и дома. Ни грана местного колорита. От последнего только и осталось что высаженный когда-то первыми поселенцами лес. Полагали, пригодится — пролетающие мимо будут отдыхать там, гулять. Но уже многие десятилетия на Дуо прилетают совсем не прогуливаться на природе…

А лес так и остался. Заброшенный и одичавший. Совсем рядом позже построили новый космопорт. Удивительно, но искать в этой дикой чащобе мне и в голову не приходило. Где угодно, но не тут. Современные люди — и неважно, какой из планет расселения — жизнь в лесу воспринимают как нечто… невозможное.

Ее запах почуял сразу. Едва выпрыгнул на стылую землю, как вновь «скрутило». Как тогда, при нашей первой встрече. Хотелось лишь двигаться навстречу его источнику. Это желание заглушало все, даже мешанину из прочих сопутствующих запахов — давно немытого тела, затхлой плесени, мочи и… боли.

— Свободен! — успел буркнуть незнакомому парню, махнув в направлении станции, прежде чем устремиться в темную чащу леса. На изумленный взгляд мужчины и внимания не обратил. Отчего-то было страшно: я боялся того, что сейчас увижу. Боялся… найти ее при смерти.

«Неужели все эти дни девушка провела на улице?! В лесу? Одна? В это время года? — я со страхом вспоминал о том, в какой одежде оставил ее. — Чем она питалась? Как согревалась?»

Грудь свело спазмом боли. Шагая вслепую вперед, ведомый особым обонянием варга, я с каждым шагом ожесточался все больше. Зол был на себя, на собственную недальновидность и глупость. Я вряд ли признался бы в этом вслух, но предпочел бы найти ее в очередном борделе.

Не знаю как, но девчонка заметила меня раньше, чем я ее. И побежала… Едва различимой тенью метнулась от какой-то кучи веток в сторону ближайших деревьев и рванула, словно от смерти. Меня потряс даже не запах Лоа, особенно отвратительный вблизи. Ее дыхание… Простуженное, хриплое и надрывное! Бежала она, явно превозмогая боль.

— Стой, дура! — рявкнул вслед. Но едва мой голос разнесся среди скрипучих шорохов чащи, как моя пара отчаянным усилием ускорила бег. В темноте позднего вечера! В лесу!

Естественно, я догнал ее быстро. Почти сразу, как только понял, что она не замедлится, осознав, что преследователь я. Рывком дернув за плечо, обхватил обеими руками ставшее совершенно эфемерным тело, укрытое какими-то лохмотьями. Босые ноги, покрытые коркой налипшей грязи; свалявшиеся от влаги и земли волосы на голове, ходящая ходуном от утробных хрипов грудь, дикие, почти обезумевшие от ужаса глаза…

«Ненормальная», — мелькнула мысль.

Стискивая яростно извивающееся и задыхающееся в приступе удушливого кашля тело, не мог подумать ничего другого. Ничего более дикого, необъяснимого и самоубийственного, чем поведение этой девки, и представить невозможно.

«Если она искала смерти, то почему выбрала столь мучительный и странный способ? Как ей вообще пришло в голову отправиться в эту чащу?» — ее поведение любой назвал бы сумасшедшим. Моя пара оказалась полоумной! Это ли не «венец» всех злоключений моей судьбы?!

— Только не он! Только не он! — как заведенная, твердила она, вырываясь. И умоляла: — Отпусти. Отпусти. Отпусти.

Находясь в состоянии запредельного потрясения (слишком невероятным для моего сознания было происходящее), я понял, что сейчас не способен рассуждать здраво. Усмотреть хоть какую-то логику в ее действиях. Решить, как вести себя с ней дальше. А потому…

Уверенным прикосновением пальцев к определенным точкам на шее погрузил Лоа в беспамятство. Тут же подхватил на руки и повернул назад. Великолепное обоняние варга легко подсказывало путь к скайру. Тело на моих руках было почти невесомым. И в прошлую нашу встречу Лоа не показалась тяжелой, но сейчас…

Это было страшно. На самом деле страшно, от понимания, насколько близко я подошел к точке невозврата.

«Я не нашел бы ее тут, если бы не нелепая случайность. Совсем скоро она бы погибла…».

* * *

До отлета у меня еще было время. Быстро добрался до звездолета, что отошел под мое руководство, и занес бесчувственную ношу в свою жилую каюту. Не раздеваясь, ворвался в гигиеническую зону и уложил девушку на мягкий коврик на полу. И тут же, парой цифровых комбинаций выдвинув ванну, принялся наполнять ее горячей водой.

Осторожно избавил Лоа от грязной и драной одежды, в которой при ярком свете опознал свою форменную куртку. И застыл от ужаса, увидев обтянутые кожей кости — исхудала девушка так, что впору поверить, что голодала она больше месяца. Когда опускал ее в воду, даже руки тряслись от переизбытка эмоций.

«За что мне это?! Сумасшедшая в пару!» — паника слегка притупила неотступное желание, что преследовало меня вместе с ароматом Лоа. Даже таким ароматом!

Опомнившись, метнулся к аптечке. Нужная капсула с поддерживающим составом найдена, и вот я уже делаю ей укол. Руки дрожат, меня едва не лихорадит от страха. Сейчас отогрею, отмою и сразу в медитек! Какое счастье, что в наш век есть такие чудеса медицины!

«И я успел… И я ее нашел…»

Трое суток лечебного сна для восстановления организма девушки. Трое суток с ощущением невыразимого облегчения и предвкушающей радости. Я нашел ее, свою пару! И теперь ей от меня не скрыться. Уже больше двух суток прошло с того момента, как мой звездолет согласно контрактного расписания покинул Дуо, отправившись в рабочий полет.

Ко времени окончания работы медитека я специально освободился. Переместив все еще сонную девушку на кровать, щелкнул на тонком запястье металлическим браслетом. Накануне специально соорудил этот крепеж и приготовил не очень длинную цепь. На случай безумия моей пары. Так Лоа не сможет отойти далеко от кровати и будет перемещаться максимум в пределах моей каюты.

Передохнув и осознав, что больше угрозы ее жизни нет, смог все обдумать. Но каких-то понятных мне причин ее действиям так и не нашел.

«Посмотрим, что будет дальше!»

После восстановительного сна тело Лоа стало выглядеть не так пугающе. Худоба не исчезла, это дело нескольких недель и полноценного питания, но кожа приобрела здоровый цвет и перестала так устрашающе обтягивать кости. На лице появился румянец, а дыхание стало ровным и тихим.

Разглядывая спящую обнаженную девушку, почувствовал, как где-то в глубине моего тела вновь поднимается жаркая и ослепляющая волна желания. Природа варга такова, что невозможно ощущать так близко свою пару и не хотеть ее. Тем более после такой длительной разлуки. Тревога за жизнь Лоа отступила, вновь выпуская на передний план телесный голод.

Руки сами потянулись к ее телу, касаясь кожи, лаская и изучая. Мгновенно стянув форму, выдвинул кровать, увеличив ее поверхность вдвое, и лег рядом. Все намерения разобраться и найти объяснения временно были забыты. Более актуальным стали враз усилившиеся потребности тела. Все же медитек все эти дни приглушал аромат моей пары, а сейчас…

Ловко переместившись с намерением устроиться между женских ног, обхватил рукой подрагивающий от нетерпения член. Совсем скоро пристрою его в тепленькое местечко! Наконец-то! И тут…

Веки Лоа дрогнули и ее глаза медленно открылись, чтобы встретить мой пристальный взгляд. Мутная пелена из ее взора испарилась мгновенно, стоило набухшей головке моего члена прижаться к ее входу. Девушка вздрогнула — резко и яростно, и неожиданно зашептала:

— Пожалей меня!

Отчаянно так, обреченно. Тихо-тихо, понимая, что не услышат. Не пожелают услышать.

«В бездну!» — за эти два дня я успокоился. Глухое отчаяние последнего месяца ушло. Обдумав, я решил, что все просто: Лоа будет при мне, на цепь посажу, если понадобится, но никуда больше не пропадет. А что ей? Ну, явно лучше, чем всю жизнь обслуживать клиентов в борделе. Я уж точно не обижу, а со временем и свыкнется. С точки зрения шлюхи — рай.

Я все распланировал. Как умел. Как привык жить, как видел жизнь. И тут…

«Пожалей меня» — как ледышку за шиворот бросили. Откуда она взяла эту просьбу? Почему вообще ее надо жалеть? Девка, она на то и девка. Любая! Судьба у них такая — под мужика лечь. И хорошо, если под своего. Радоваться должна — жизнь подарила ей второй шанс и мою сущность варга в качестве приза.

Так ведь нет! «Пожалей меня» — как кость в горле. И голос такой… жалостливый. Аж душу рвет.

«В конечном счете, спешить некуда», — пусть и с сожалением отстраняясь, решил я. Желание не пропало, но словно поутихло, унявшись от чувства внезапно вспыхнувшего стыда.

Со вздохом привалившись к стене, провел по вздыбленному члену ладонью. Бедняге не до чужих метаний — раздался от готовности, каждая жилка видна. Пах свело от нетерпения, так и до боли недалеко. Но главное, я совершенно не представлял, что сейчас делать. Жизнь не баловала меня женским обществом. Как вести себя с ними, я особо и не знал. Если только со шлюхами, а там все было просто…

— Может, поговорим? — сев, Лоа осторожно подтянула ноги, уперев подбородок в колени. Явно прячась и укрываясь.

* * *

— Почему ты не осталась в квартире?

Не демонстрировать же ей собственную неспособность вести беседы? Инициативу отдавать не привык, поэтому выдавил из себя наиболее интересующий вопрос.

— А зачем? — Лоа поежилась, словно от холода. — Зачем вообще было меня туда тащить?

— Чтобы знать, где найти по возвращении, — резонно заметил я.

— А зачем? — снова испуганно шепнула она.

«Как зачем?» — удивился я… и вдруг прозрел: девушка не поняла очевидного. И все еще не веря внезапной мысли, с подозрением впился в ее лицо взглядом.

— А ты подумала, зачем?

— Ну-у-у… — Лоа отвела взгляд, явно подбирая слова. И едва слышно призналась: — Я подумала: псих, извращенец и садист… Иногда бывают такие, с самыми жуткими прихотями, забирают нас с собой. А потом находят… Что останется, в общем, то и находят. И, конечно, разбираться и наказывать никто не станет.

Последнее она произнесла совсем неслышно, опустив взгляд на пальцы своих ног.

А я понял! Наконец-то понял причину ее побега.

— Но я же не псих, не извращенец и не садист! — грозно рявкнул на нее, отчего девушка испуганно втянула голову в плечи. — У тебя что, совсем глаз нет? Приличных мужчин не встречала?

Лоа в ответ промолчала и украдкой бросила на меня очень странный взгляд. Я же подумал о необходимости как-то объяснить ей свои действия. Но сказать правду не смогу, уж слишком она унизительна.

— Ничего с тобой не сделаю плохого, — помявшись, недовольно буркнул ей, сам чувствуя, как отстраненно звучит голос. — Просто останешься со мной насовсем.

Девушка неожиданно вскинула голову и пронзила меня умоляющим взглядом.

— Я не могу!

Кто ее спрашивает?!

— Не тебе решать, — процедил уже сквозь зубы, мгновенно вспыхнув гневом. — Я за тебя заплатил, ты не забыла?

— Помню, — она вновь сникла и замолчала. Пара судорожных вдохов и неожиданно вновь взмолилась: — Отпусти меня! Я найду способ оплату вернуть! Со временем. Прошу, поверьте!

Ага, даже гадать не буду, каким способом.

— Ты останешься у меня. И точка! Больше на эту тему не говорим, — с чувством растущего недовольства я поднялся и подхватил штаны.

Эти разговоры — лишнее. С ними никакого настроения на продолжение уже нет. Наоборот, захотелось побыть в одиночестве и подумать.

— Подожди! — Лоа дернулась за мной и… заметила цепь на руке. Какое-то время она расширившимися от страха глазами смотрела на нее, а потом… уронила лицо в ладони и заревела.

«Вот и поговорили! Нет, с женщинами говорить нельзя», — настроение у меня совсем испортилось. Наблюдать за рыданиями собственной пары оказалось… тяжело. Поэтому, ограничившись штанами, в которых сейчас было неудобно, я злой и неудовлетворенный шагнул к двери. Прочь!

— Подожди! — скорее всхлипнула она, снова обращаясь ко мне, вынудив замереть возле двери. И неожиданно лихорадочно закричала, словно сорвавшись: — Отпусти меня! Умоляю! Если хочешь — останусь в этой квартире, все сделаю, что ты скажешь, только не забирай меня. У меня… у меня тут ребенок!

К счастью для нее, я так и не обернулся на призыв. Иначе… Желание убить ее наверняка отразилось на моем лице. Такого поворота событий я не ожидал.

«А собственно, почему?» — тут же со злобной иронией спросил себя. — «Что может быть банальнее, чем прижитый от кого-то ребенок? У такой, как она?».

И в наше время не всегда можно избежать зачатия. И уж совсем сомнительно, что какой-нибудь бордель расщедрится на медитек для своих… девочек. Вот и получается: я боялся остаток жизни вспоминать о бесконечной череде ее клиентов, а получу даже большее — живое напоминание! Ребенка, что будет перед глазами многие годы.

Ф-у-у-ух… Очень медленно выдохнул, стараясь не терять самообладания. И самое паршивое — деться мне некуда. Этот проклятый аромат! Я буду нестерпимо хотеть ее, будь у нее хоть десять детей от разных мужчин.

За что это именно мне?!

— Мы уже покинули Дуо. Мы не в квартире. Это моя каюта на звездолете, — голос прозвучал деревянно. Я с титаническим трудом выдавил из себя информацию. Но оставить ее в неведении не мог. — Раньше чем через три месяца на Дуо не вернемся.

Позади повисла тишина. А я с ощущением непонятной подавленности шагнул за дверь.

* * *

Назад вернулся лишь спустя некоторое время. Время, которое понадобилось мне, чтобы принять ситуацию и смириться с мыслью о ребенке. Загрузил себя механической работой часа на два. За ней и думал, постепенно успокаиваясь. Детей я люблю, всегда надеялся на собственную семью. Уверен, и воспитать сумею, став для них твердой и направляющей вперед рукой. Одного не ожидал — что семья начнет «наполняться» так спешно и что воспитывать придется чужого ребенка. Но…

В итоге пришел к двум выводам: ребенок в ошибках взрослых не виновен, и он — это меньшее из зол. Лоа могла быть замужем, к примеру…

Успокоившись, понял, что ситуация требует ясности. Девушку нашел сжавшейся в комочек на кровати. Она не плакала, но надрывные вздохи сказали мне о том, что успокоилась совсем недавно. Освещение в каюте не было включено, вероятно Лоа просто не знала, как его активировать. Хотя в полумраке неожиданно оказалось проще: мы не видели выражений лиц друг друга.

— С кем был ребенок последние шесть недель? О нем есть кому позаботиться? — чувствовал, как Лоа замерла при моем приближении и настороженно прислушивается к моим движениям. Собственный голос звучал отрывисто и… грозно. Мысленно чертыхнувшись, подумал о том, что надо бы сбавить командный тон.

— Да, есть. С моей подругой, — какое-то время она молчала, прежде чем очень тихо признаться: — Но я передавала им все, что зарабатывала…

«А в последние недели она не заработала ничего», — додумал я, вытягивая из ниши одеяло и укладываясь рядом с Лоа.

— Сообщишь данные, я завтра отправлю им средства, чтобы могли спокойно дождаться нашего возвращения. Вернемся из рейса, и ребенка заберешь.

После моих слов Лоа закашлялась, поперхнувшись резко втянутым в легкие воздухом. А потом как-то обмякла, расслабилась. Устроившись на боку, я подпер голову ладонью и продолжил в полумраке наблюдать за ее поведением. Было у меня что еще сказать — хотелось сегодня раз и навсегда решить все между нами.

— На что ты вообще рассчитывала, сбежав в лес? Ты бы долго там не протянула.

Ответ прозвучал не сразу, но я красноречиво молчал, давая понять, что намерен выяснить все.

— Долго я и не собиралась. У меня был план, я бы выбралась с Дуо. Надо было только дождаться… определенного срока, — с каким-то отчаянием призналась она в итоге.

«Вероятно, один из благодарных клиентов! Попробовал бы «контрабандой» прихватить ее с собой на звездолет и вывезти со станции», — отчего-то тут же подумал я.

Вспыхнувшее в груди ощущение уязвлённости и щемящей боли мгновенно подавил: от ее прошлого не отмахнуться, и я для себя решил, что приму его. Постараюсь не думать каждый раз о других мужчинах Лоа. Она — моя пара. Единственная пара, и другой не будет. Поэтому бессмысленно роптать на судьбу. Но обсуждать с ней это я был не способен — слишком остры были собственные эмоции и сила воздействия ее одуряющего аромата. Инстинкт собственника бушевал, грозя вспышкой ярости, я боялся навредить Лоа. А значит… предпочтительнее молчать.

— Я должна признаться… — между тем вновь зашептала девушка, словно на что-то решившись.

Как она не вовремя!

— Нет! — резко перебил, одновременно обхватывая одной рукой за плечи, а другую просовывая под спину девушки. — Не вздумай болтать попусту! Отвечай, только когда я спрашиваю!

— Подождите, — судорожный вздох и она взмолилась, упираясь в мою грудь ладонями. — Пожалуйста, это важно!

— Нет! — зарычал я, нависая сверху. Всякий интерес к беседе исчез, желание вырвалось на первый план. Аромат Лоа окутал меня, сводя с ума и ослепляя.

Руки уже обхватили миниатюрное тело, ладони устремились к бедрам. Пах ныл, член пульсировал нетерпением, увлажняя головку первыми солоноватыми каплями. Ничего не соображая, ведомый сугубо мужскими инстинктами, с рыком уткнулся лицом в изгиб женской шеи, наслаждаясь возможностью вдохнуть ее запах с поверхности кожи. Сознание заволокло ощущение блаженства…

— Я — ческа!!! — отчаянным усилием слегка вывернувшись из-под меня, прямо в мое ухо завопила Лоа.

— М-м-м… — вздрогнув от неожиданности, только недовольно встряхнул головой и инстинктивно прикрыл рот девушки ладонью. Слушать сейчас ее признания не мог чисто физически, был полностью поглощен иным занятием.

«Вдруг действительно о наличии мужа сообщит?» — снова оставаться неудовлетворенным я не планировал.

Рассуждать о природе человеческих видов — тем более! Мне совсем не хотелось разъяснять ей, как возникает привязанность варгов, а рассуждения об особенностях людей с разных планет расселения нашей цивилизации неизбежно привели бы к подобной откровенности.

«Лоа не должна узнать о том, насколько я зависим от нее!» — билась в голове уверенная мысль.

Это был масштабный проект ученых прошлого — усиление только определенных видовых характеристик у каждой из групп людей, заселяющих другие планеты. Так переселенцам на Вар на генном уровне усовершенствовали обоняние, что и предопределило у последующих поколений варгов сверхчувствительную реакцию на запахи.

А чески? Слышал о них мало, в большинстве своем не были они склонны покидать свою планету. И чем они отличались, толком и не помнил. Возможно, росточком не вышли? Кто знает, какие у них показатели планетного тяготения. Возможно, ученые при совершенствовании их физиологии исходили из этого? Меня миниатюрность Лоа умиляла.

«Неважно это все!»

Поверхностью ладони почувствовав, что девушка все еще пытается что-то говорить, сурово шикнул:

— Помалкивай! Не стоит меня раздражать. Не привык я к женщине рядом — могу разозлиться…

Лоа испуганно умолкла, оставив попытки донести до меня свою исповедь. И к лучшему это! Сейчас бы меня и наличие мужа не остановило. Пришло время «компенсации» за месяц отчаянных поисков и «голода». Я не планировал ограничивать себя еще хоть в чем касаемо секса со своей парой.

Ее аромат пьянил. Я сходил с ума, теряя остатки контроля, чувствуя ее под собой — такую покорную моей воле и желанию. Я чувствовал ее страх, он пах особенно остро и возбуждающе. И пусть мне претило такое отношение ко мне со стороны именно этой женщины, но сейчас наслаждался моментом ее абсолютной покорности! Тело жаждало слиться с телом этой женщины, наполнить ее своей спермой. Но одновременно хотелось и чего-то большего…

Резко дернув цепь, обвивавшую запястье Лоа, пальцами разогнул одно звено, освобождая ее. В отсутствии безумия я убедился, узнав о причинах ее поступков. Глаза девушки, наблюдавшей за моими манипуляциями, испуганно расширились. А я довольно хмыкнул: силушкой природа не обделила. Знала бы она, что такие мужчины у варгов особенно ценятся… Но чужеземке не дано понять, насколько «ценная» досталась ей пара с точки зрения моих соплеменников.

* * *

Много позже, глубокой ночью, когда мы расслабленно лежали на кровати и молчали, вдруг поймал себя на мысли, что меня совершенно не тяготит присутствие Лоа. Наоборот, маленькая женщина, что лежит рядом, и тепло ее тела, которое недавно одаривало меня фантастическим откликом и сводило с ума ощущениями, на удивление легко вписались в мое личное пространство. В мою жизнь.

Несмотря на трудный рабочий день спать не хотелось. Пусть вставать предстоит рано, к смене рабочего состава экипажа, но я специально оттягивал миг погружения в сон, наслаждаясь ощущениями какой-то расслабленной радости и покоя.

С толикой лени протянув руку, активировал нужную функцию. Лоа слегка вздрогнула, когда стена рядом стала прозрачной, открывая фантастический вид на множество звезд где-то в бесконечном мире космоса.

— Это действительно окно? — тихо спросила она.

— Нет, экран, — усмехнулся в ответ. — Жилые каюты находятся в центральной части звездолета. Но это проекция реального вида снаружи.

Не сдержавшись, просунул руку под тело девушки и прижал ее теснее. Пока еще худенькое, но я представляю, как оно округлится, стоит ей немного отъесться. Станет более… женственным. Еще один невольный порыв и я слегка потерся о ее бедра чреслами, ощущая, как наливается желанием, казалось, совершенно расслабленный еще минуту назад член. Следуя дальше мгновенно вспыхнувшему намерению, перевернул Лоа на живот и слегка потянул вверх ее бедра.

Один быстрый толчок и я легко вхожу в нее, ощущая, как все еще влажное от спермы лоно подается под давлением моего тела, раскрываясь и позволяя погрузиться до основания. На миг прикрыв глаза, замираю, проникаясь глубинным ощущением довольства, что, зародившись в душе, расползается по всем нервным окончаниям моего тела. В каждом его уголке сейчас странное тепло удовольствия. И умиротворенность.

Меня не тянет двигаться, усталость берет свое. Но отказать себе в этой потребности ощущать себя частью ее — я не могу. Лоа, дыша совсем бесшумно, покорно и смиренно лежит подо мной. Покорность и подчинение — это единственная реакция, что она позволяет себе. И очень верно!

Переместив ладонь к женской груди, надавливаю, вынуждая Лоа приподняться и встать на колени. Мне нравится эта поза, то ощущение наполненности и тесноты, что она дает. Нравится, как томно и грациозно выгибается женская миниатюрная фигурка, как напрягаются мышцы спины и живота, как гордо выпячивается вперед маленькая грудь.

Легким усилием заставляю Лоа опереться спиной о мое тело, затылком откинувшись на плечо. Она жмурится, прикрывает глаза, привычно скрывая взгляд. Впрочем, сейчас мое внимание приковано к ее груди, к напряженным вершинкам маленьких холмиков, куда устремляются мои руки.

Мы молчим. Я плавно покачиваю бедрами, намеренно медленно двигая членом в жаркой глубине ее лона. Это неспешное и в чем-то нежное трение наших тел завораживает. Я сам не замечаю, как меня затягивает ощущениями этого странно ленивого соития. Лоа, приподняв голову, смотрит на звезды на экране и шумно дышит, с усилием сжимая пальцы в кулаки. Мне это нравится.

Ладони все еще на женской груди, мне интересно играть с крошечными напряженными вершинками. Я чувствую всей поверхностью члена, как тело Лоа на миг замирает, туго сжимаясь вокруг меня, стоит мне слегка сдавить их пальцами.

Непривычные ощущения единства и гармоничности так сильны, что я решаю не идти до конца. Изменяю позу, укладывая Лоа на бок и заставляя закинуть ногу на мое бедро. Желания покидать ее тело нет. Вдруг ловлю себя на мысли, что хочу заснуть именно так, не разрывая физической связи наших тел. А еще думаю о…

— Ты можешь забеременеть? — проклятье, надо было выяснить это сразу!

Лоа неожиданно поворачивает голову и бросает на меня через плечо пристальный взгляд. Я уже привык, что она избегает прямых взглядов, прячет выражение лица. А сейчас…

— Я — ческа, ты слышал? — и, спустя секунду, напряженно переспрашивает: — Ты знаешь о наших особенностях?

— Мон, — вдруг вспоминаю, что не представился ей. — Это мое имя — Мон Ре. Отвечай по существу, я знаю все, что надо.

— Нет, сейчас не могу, — тихий ответ, и она привычно отводит взгляд. Я чувствую ее реакцию, ее лоно плотно сжимается вокруг моего члена, выдавая скрытые эмоции женщины. Лоа расстроена!

Естественно, у любой шлюхи есть блокировка. Вероятно, срок ее действия еще не истек. И тут я вспоминаю о ее ребенке. Решусь ли я на детей от такой женщины? И тут же отвечаю себе: да. Моя натура варга не примет потомство ни от кого другого.

Думать о грустном нет желания.

— Спи, — шепнув Лоа приказ, выключаю экран и тоже откидываюсь на подушку.

Наши тела — единое целое. Но между душами — расстояние в миллионы световых лет. Потому что она никогда не станет мне ровней. Никогда не отмоется от своего прошлого. Никогда не… добьется моего уважения. Оказывается, можно иметь детей и от женщины, которую презираешь. Если хочешь ее до одержимости. Но жениться на ней? Публично признать парой? Никогда!

* * *

Постепенно, день за днем, все между нами устоялось. Две с небольшим недели полета и мы c Лоа практически свыклись с присутствием в своей жизни друг друга. С совместным существованием. Девушка обладала невероятной приспособляемостью, она практически никак не усложнила мне жизнь, став чем-то неприметным и необходимым.

«Приложением к моей каюте!» — недавно поймал я себя на спорной мысли.

Теперь, зная, что она на звездолете и не ослушается меня, а я в любое время смогу ее найти, сам стал спокойнее, с головой погрузившись в работу. Работой были заняты мои дни, а ночи… Только в каюте под покровом темноты получалось забыться, превращаясь просто в пару — в мужчину и женщину, живущих вместе и связанных страстью.

И молчанием…

Мы откровенно мало говорили. Причиной было мое нежелание рушить тот хрупкий порядок, что установился в сознании. Непросто варгу принять такую пару. Мне не хотелось в ближайшие три месяца никаких потрясений, все важные решения я отложил на время возвращения из рейса. Когда полетим забирать ребенка Лоа. Я даже не знал его пол — не хотел знать, запрещая девушке любую попытку поговорить со мной о чем-то более значимом, чем обеденное меню или вопрос о периоде между доставкой чистых комплектов одежды.

Лоа не стремилась к контактам с экипажем, к появлениям на публике. Всего раз или два вместе со мной покидала каюту на краткие промежутки времени. Однажды мы вместе позавтракали в общей столовой, а еще совершили небольшую «прогулку-экскурсию» по кораблю.

Члены экипажа старались явного интереса не проявлять. Кто сопровождает капитана, никого не касается. Но глубоко в душе я отчаянно боялся, что кто-то из них узнает в моей спутнице девушку из борделя на Дуо. Вероятно, этого же стремилась избежать и Лоа, поскольку не демонстрировала никакого желания покидать наше логово.

— Ты сторонница коротких стрижек? — застав девушку привставшей на носочки в попытке дотянуться до верхнего выступа выдвижных консолей, я прижался к ней сзади, обхватив руками и прижав к себе тесно-тесно.

У варгов женщины предпочитают иметь длинные красивые волосы, поэтому короткие прядки Лоа были для меня чем-то непривычным.

Стоило прозвучать вопросу, как я почувствовал: женское тело застыло в странном оцепенении.

— Я — ческа! — в какой уже раз за последние дни в отчаянии вскрикнула она. — Ты понимаешь, мы…

— Нет-нет, — тут же перебил я, не желая слышать про их ритуалы и связанные с этим прически. Когда же она поймет, что меня угнетает ВСЕ, что касается ее прошлого? Я решил, что есть точка отсчета — звездолет. С этого мгновения начинается наше настоящее и будущее. Иного нет.

На следующий день после нашего ночного разговора, когда Лоа рассказала мне про ребенка, я в ее присутствии перевел средства, необходимые ее подруге и воспитаннику, чтобы дождаться нашего возвращения. Это стало для девушки поворотным моментом. Моя пара в тот день словно приняла свою судьбу, смирилась с происходящим. Успокоилась.

Так между нами и установился странный баланс безмолвия и страсти. Принимали пищу мы чаще всего вдвоем, вместе спали и перебрасывались парой-тройкой общих фраз. Ни один из нас не спрашивал другого о прошлом или будущем. Лоа я вообще запретил болтать по пустякам, а сам страшился возможных ответов на ее вопросы.

При этом существовал в режиме непреходящего восторга: я обрел пару! И облегчения — Лоа уже никуда не исчезнет.

Оказалось, я был слеп…

* * *

Одуряющий аромат Лоа теперь окружал меня каждое утро. Едва ли не ставшими инстинктивными движениями, сонно, не раскрыв глаз, притягиваю девушку ближе. Наши тела и так рядом, сильнейшая тяга не позволяет мне даже во сне терять ощущение соприкосновения наших тел. Тыкаюсь носом в ее затылок, трусь щекой о волосы. И дышу… Полной грудью, с блаженством наполняя ее умопомрачительным для меня запахом моей пары. Мысленно я уже представляю, как сейчас переверну ее сонную на спину и, не нарушая томной дремотности раннего утра, погружусь во влажное тепло женского лона.

Ладони движутся привычным маршрутом: плечи — руки — спина — талия — грудь… И тут… я в шоке замираю. Понимание несколько запаздывает, и я просто застываю в каком-то необъяснимом испуге. Сон в одно мгновение слетает с меня, тело напрягается, готовясь… К чему?

Я и сам не понимаю. Знаю лишь одно — Лоа рядом нет! Тело, что я притиснул к себе, не ее. Оно не женское! Рядом со мной сонный мужчина!

Сознание в ступоре: кажется, все очевидно — мои ладони прошлись по довольно сильным предплечьям, плоскому животу с ощутимо мускулистым прессом и остановились на крошечных горошинках мужских сосков. Но при этом я ничего не понимаю!

«Что произошло? Где Лоа? И… почему ее запах на… нем?» — вопросы выстреливают в голове с такой же скоростью, с которой я, словно ошпаренный жидким азотом, шарахаюсь в сторону и падаю на пол.

Но прежде чем я озвучиваю хоть что-то, парень в моей кровати просыпается, разбуженный моими резкими телодвижениями. Слова замирают на губах, а я в потрясении встречаю такой знакомый взгляд карих глаз. Ее глаз.

«У него глаза Лоа», — тупо отмечаю я. И только спустя миг понимаю…

— Ты — гетероморф?!

Собственный вопль кажется оглушающим и наполненным убийственной яростью. Именно убийственной! Сейчас это самая сильная моя потребность. Одна беда — убить некого!

Изумление, с которым парень разглядывает меня, сидящего на полу, сменяется тревогой. Он отводит взгляд и устремляет его на собственное обнаженное тело. Тело мужчины! Возбужденного…

Резкий испуганный выдох и парень стремительно хватает простыню, укрываясь за ней.

«Как-то по-женски…» — вопреки всему, думаю я, завороженно наблюдая за этим движением. И тут же, опомнившись, трясу головой: что, к темной бездне, происходит?!

— Я предупреждала… предупреждал… — тихий сбивчивый шепот пусть и выдает страх, но в голосе я слышу хрипотцу и низкие тембровые нотки, присущие мужчине. — Сколько раз пытался сказать. Все чески такие, мы перевертыши — меняем пол с определенной периодичностью. Такими нас сделали изначально при заселении Чеас. Там очень суровые условия, высокая смертность…

Я не вслушиваюсь в ее (его?) бессмысленное бормотание. Про гетероморфов вспомнил и сам, но они так редко покидали пределы своей планеты… Она так далека от той части Вселенной, где я провел жизнь… Я слышал о них, но не встречал.

«И подумать не мог!» — к счастью, желудок пуст, я ощущаю противные спазмы в животе. Сегодняшнее утро — отвратительно. Оно… лишило меня пары!

Боль лишь усиливает гнев.

— Предупреждала?! — вскакивая на ноги, реву я. — Когда? Да как ты посмела утаить?! Знаешь, чем для тебя это обернется?!

Воспринимать свою пару мужчиной у меня не получается! Хорошо, что все помещения звездолета гарантируют звукоизоляцию.

— Я пыталась… пытался много раз! — вновь сбиваясь, парень нервно вскидывает голову, пронзая меня обиженным взглядом. — Ты не позволял, обрывал постоянно. Не давал рассказать!

Мне смешно. Смешно до истерики. А я еще опасался, что услышу о муже… Лучше бы о нем! Все познается в сравнении.

— Не лги! — рычу, едва не разрывая ткань формы, которую пытаюсь надеть. Сейчас критически важно занять чем-то руки, иначе…. Иначе они сожмутся на шее существа, которое я сейчас одинаково сильно ненавижу и… хочу. Инстинкты варга сносят мне разум! От этого я еще злее. — Если бы хотела — сказала бы. Просто крикнула мне в ухо: «Скоро я стану мужчиной!». Не сомневаюсь, я бы тебя выслушал!!!

«За что мне все это?» — от бешенства и злости на судьбу трясет.

В ответ тишина. Оглянувшись, вижу, что голова парня грустно поникла. В этом жесте мне чудится признание вины. Я прав: не хотела Лоа признаваться. Это был ее козырь в каких-то тайных замыслах. Каких?!

— Зачем скрывала?! — так и не могу начать воспринимать ее в новом статусе. В ярости подскочив, хватаю за плечо и резко дергаю вверх, вынуждая подняться. Она… он смотрит мне в глаза.

— Боялся признаться, ты и так почти ненавидишь… Презираешь, — очень тихий и спокойный ответ.

В душе все неожиданно обрывается.

— Все?

— Нет, — снова тихий шепот. — Думала, если ты… наиграешься, то смена пола — мой шанс на другие отношения.

— Какие? — пораженный внезапной мыслью, отскакиваю, выпустив парня из рук. Не думает же она… он, что я смогу… с мужчиной?! Немыслимо: я всегда был убежденным натуралом.

А еще это угрюмое «наиграешься»… Я же не рассказал ей о природе варга, а значит и причинах моего выбора. Но сознаться сейчас в своей пожизненной зависимости? В неспособности быть вдалеке? Ему?.. Я не способен — гордость и сложившиеся стереотипы не позволят.

— Я не впервые на звездолете. Кое-что умею. Могу работать, постараюсь отработать долг, — и безмерная надежда во взгляде таких знакомых карих глаз.

Ощущаю потребность взвыть от горя, но вместо этого тихо сползаю по стенке на пол, заходясь в истерическом смехе.

«Экипаж это оценит! Все сразу сообразят, кем стала моя спутница. А еще посмеются над моей невозможностью держаться вдали от… его аромата!».

Даже сейчас, стоит прикрыть глаза, он так и тянет ближе к Лоа. Тянет прижать ее, стиснув в объятиях, тянет овладеть, закрепляя право выбора. Но я не могу заниматься сексом с мужчиной! Или уже могу? Сейчас, ощущая подавляющую все прочие чувства, тягу…

«Сколько я смогу себя сдерживать?» — чувство гадливой брезгливости сворачивает кишки узлом. Мне по-настоящему больно от щемящего ощущения безысходности. Вряд ли хоть один варг попадал в такую дикую ситуацию. А мне вот свезло! За что?!

— Как долго… — я сглатываю, ощущая жуткую сухость во рту. — Как долго ты будешь… мужчиной?

Ответа я боюсь! Это мой приговор.

— Месяц.

Я когда-то смог продержаться столько и теперь знал, что это мой предел. Но тогда ее не было в зоне доступности. Я не ощущал постоянно влияния ее аромата.

Можно ненавидеть и хотеть одновременно?

С трудом встав, пошатываясь, шагнул к двери: прочь от него… от нее…

* * *

Рабочий день прошел в тумане отчаяния и страха. Аромат Лоа не отпускал. Что он сделает со мной уже сегодня ночью? Превратит в извращенца?! Не позволит сдержаться, чтобы не наброситься на… мужчину? Перед мысленным взором вопреки моему желанию то и дело всплывали картины его обнаженного тела. Они… будоражили воображение. Никогда прежде мужчины меня не возбуждали. Но никто из них и не обладал ароматом моей пары!

«Отвратительно!» — про себя стонал я, ненавидя в эти мгновения и себя.

Но Лоа я ненавидел больше. И хотел ее убить!

Нет, больше всего я ненавидел судьбу…

Готовясь к худшему, я перешагнул порог отъехавшей в сторону двери в свою капитанскую каюту. Внутри было тихо и ветрено. На максимуме работала система кондиционирования. И помещение было пустым — аромат моей пары улавливался нечетко. Не доверяя себе, проверил каждый уголок каюты: Лоа ушла. Ушел!

Всего несколько простых команд-запросов потребовалось мне, чтобы выяснить местонахождение нового пассажира. Парень ушел в одну из свободных кают, я сам показал их во время единственной экскурсии по звездолету.

«К лучшему! — признался я себе, с облегчением опускаясь на стул. — Это правильно — провести этот месяц врозь!»

В душе я был благодарен своей паре за это решение. Смог бы я выгнать ее сам? Или уйти в другую каюту? Нет. А так, гордость не позволит идти следом.

«Именно!» — механическими движениями заказывая еду, признался себе в тайной надежде, что самолюбие удержит от позорной капитуляции перед обстоятельствами. Не из тех я, кто подчиняется судьбе. Тем более у меня есть чем утешиться — Лоа вновь станет девушкой. Всего месяц ожидания…

* * *

Прошло два дня. Два дня, в которые я максимально загрузил себя работой. (Зачем мне первый и второй помощники?) И одна ночь. Ночь, в которую я так и не сомкнул глаз. Не смог! Так свыкся за эти две недели с присутствием Лоа рядом, с умиротворяющим теплом ее тела, с ее обволакивающим ароматом.

Парня, в которого трансформировалась моя пара, я не видел. Притом что специально просматривал записи системы визуального наблюдения за внутренними помещениями звездолета. Лоа отсиживался в занятой им каюте. Почему?

Изучив информацию о жителях Чеаса, я теперь лучше представлял причины происходящего. Ярость слегка улеглась. Или ее затопило ощущение одиночества и обиды?..

Чувствуя себя измученным и уставшим, вернулся в каюту и, даже не вспомнив о еде, рухнул на кровать. Уснул мгновенно — о, счастье! Просто отключился, выпав из реальности, и все.

Проснулся глубокой ночью по внутреннему времени звездолета. Проснулся, ведомый отчаянной тягой — быть рядом с моей парой. И варгскую физиологию в последнюю очередь интересовали такие детали, как смена пола.

«Он ведь пахнет так же как она!»

Напрасно я питал себя надеждами, что продержусь этот месяц. Напрасно мысленно благодарил Лоа за то, что не показывается, не тревожа меня лишний раз и позволяя избежать позора. А он станет неизбежен, стоит экипажу понять, что я… делю постель с мужчиной.

Сейчас, в сонной полуреальности, все это отошло на второй план. Поднявшись, слегка оправил одежду, в которой так и заснул, и… покинул каюту. Внутренний «навигатор» вел меня уверенно и целенаправленно. К каюте, что занял Лоа. Для капитана на звездолете нет ни одного замка — сканер быстро распознал отпечаток моего пальца и дверь в помещение бесшумно скользнула в сторону.

Шагнув в темноту, замер, прислушиваясь. Дыхание спящего было прерывистым и неровным, сон беспокойным. Застыв на месте, я с ощущением неимоверного облегчения втянул в себя запах своей пары, которым тут успело пропитаться все. Привыкнув к полутьме, увидел обнаженные плечи укрытого по пояс Лоа и… так отчаянно нестерпимо захотелось просто прижаться к ним. Почувствовать тепло тела, близость своей пары…

«Природа варга — труднообъяснимая материя!» — мне сейчас меньше всего хотелось что-то анализировать. Лучше действовать — так привычнее!

Раздевшись до белья, осторожно устроился рядом. Даже в мужской трансформации Лоа предпочитала во сне прижиматься к стене. Я не думал о чем-то большем, ведомый инстинктивным желанием быть рядом, но…

В темноте ночи, порабощенный фантастическим ароматом своей пары, едва коснулся осторожным движением руки плеч Лоа… все благие намерения пошли прахом.

«Мне необходимо больше! — каленым железом пройдясь по нервным окончаниям, оформилось в голове понимание простой истины. — Я с этой целью шел сюда…».

Эти две недели сделали меня зависимым. Одержимым! Лоа и тем чувством фантастического удовольствия, что дарило ее тело. И пусть тело изменилось… Но что-то глубоко внутри порочно шептало: а вдруг это лишь усилит восторг? Кто знает?

Я никогда не искал подобных развлечений. Я брезговал, я не понимал. Но Лоа… Это другое. Это исключение. Это что-то единственное, особенное, крайне важное и неодолимо манящее для меня. И дело тут совсем не во внешнем… облике. Причина в другом: в ее аромате, в том эффекте абсолютной феерии, что он оказывает на меня, в отчаянном нежелании что-то анализировать и готовности оправдать все, когда она рядом. Даже если она — это он!

«Не навсегда же… — вот и все, что я твердил себе. — Не совсем я извращенец. Поэтому… Ну и пусть».

Нет, я не искал оправданий. Я принял как данность — Лоа я буду нестерпимо желать в любом виде. А приняв, смирился.

Тем более… Из головы не шли воспоминания, яркие картинки наших вполне гетерополых соитий. Я часто, гонимый желанием остроты ощущений, намерением обладать ею всюду, брал Лоа, втискиваясь в узкую глубину ее попки. Она принимала и эти мои порывы, покорно прогибаясь и упираясь локтями в кровать.

Ее податливая открытость позволяла мне каждый раз при таком сексе испытывать головокружительный восторг и удовольствие. Как правило, войдя в женское тело до упора и едва удерживая себя на грани, я поднимал девушку, вынуждая под тяжестью собственного веса до максимума осесть на мой член. И замирал ненадолго, наслаждаясь этой одуряющей теснотой.

Нет ничего более крышесносного для мужчины, чем настолько тесная близость, такое жаркое и тугое соприкосновение тел. И я продлевал эти мгновения, сжимая грудь Лоа, а после погружая пальцы максимально глубоко в ее женский вход. Чтобы там, глубоко внутри, почувствовать подушечками пальцев давление собственного члена, «осязать» его через влажные стенки женского лона. Это всегда окончательно сносило мне крышу, позволяя вырваться на свободу жадной страсти и плотскому голоду. Забывая обо всем, я впадал в исступление, стремясь уже только к одному — к яростным рывкам и полной разрядке.

Сейчас все виделось мне похожим. В темноте я, возможно, и вовсе забудусь, представив, что рядом… моя Лоа.

Решившись, благодарный темноте за возможность не видеть выражения его глаз, я уверенно сжал плечи парня, начиная будить:

— Лоа, иди в душевую. У тебя есть немного времени, чтобы подготовиться. Я пришел, чтобы остаться до утра, — тело парня напряженно сжалось, плечи ссутулились, он на миг перестал дышать. — Но поспеши, я не могу дать тебе много времени.

И, подтолкнув, переместил Лоа на пол. Она… он не ответил мне и звуком. Лишь с обреченной медлительностью поплелся в душ. Я в это время полностью разделся, мысленно уже фантазируя на тему предстоящего, представляя привычный для нас секс по-новому, предвкушая…

Решил даже подстраховаться и, набрав на табло системы внутреннего обеспечения звездолета нужную комбинацию, получил в карман доставки тюбик жирного крема. Я использовал такой крем и раньше, если не желал тратить время на прелюдии, но тот тюбик остался в моей каюте.

Терпения дождаться появления Лоа не хватило. Выждав, сколько смог, шагнул следом.

— Ты готов? — за плечо потянул парня из душевой кабины.

— Не дергай! — неожиданно резкий окрик в ответ, и его рука с силой впечаталась в мой бок.

Охнув от неожиданности (сила «мужской» версии Лоа не шла ни в какое сравнение с «женской»), едва устоял на месте. Конечно, я сильнее, но эта попытка отпора… М-м-м… У меня внезапно появилась твердая убежденность — все будет иначе! Исчезнет необходимость в соблюдении определенной осторожности в обращении с более слабым телом, которая подсознательно влияла на каждое движение, появится некое равновесие силы, обещание вседозволенности и безграничной мощи.

Стоило только это представить, как возбуждение окончательно накрыло с головой. От влаги аромат Лоа стал более густым и насыщенным, туманя мой рассудок. Уже ничего не слушая, я выдернул Лоа из душа, на ходу наощупь смахивая с его тела капли влаги.

— Не спеши, — снова резкий протест. Вслух! И мои плечи, притормаживая, сжали мужские руки. — Я… Для меня это впервые.

С изумленным вздохом я отступил, не веря услышанному. При ее-то занятиях? Я должен поверить, что она никому не отдавалась в мужском теле?

«Хоть что-то досталось мне первому от моей пары!»

Вспышка уязвленного самолюбия и самоиронии проходит быстро, сейчас желания тела важнее голоса разума.

— Придется терпеть! — я честен. — Не смогу долго сдерживаться.

Мы уже возле кровати. Свалив влажное тело Лоа на матрас, я нависаю сверху, шипя ему едва ли не в лицо. И сам отмечаю, насколько сдавленно и глухо звучит голос. Впрочем, сравнивать не с чем: это наш первый диалог «в процессе»!

— Сделаешь мне больно — врежу! — такое же сдавленное шипение в ответ.

В душе резкая вспышка удовлетворения — да! Противостояние! Борьба только обостряет страсть. И я так жажду почувствовать это, испытать и… победить.

— Ты принадлежишь мне! — перехватив его запястья, наваливаюсь сверху, не позволяя вывернуться. — Не советую противиться.

Но у меня нет желания запугать, я стремлюсь к другому — к удовольствию. Перехватив запястья одной рукой, второй изучающе касаюсь его тела. Оно такое… непривычно твердое! Нет ни мягких полушарий груди, ни приятной нежности животика, ни… Зато есть кое-что другое: скользнув ниже, ладонью чувствую вялый член. Это неожиданно… неприятно.

«Главное, мой стоит как твердыня и дрожит от нетерпения!» — но отсутствие возбуждения у моего партнера слишком очевидно. И это слегка охлаждает мой напор — я не намерен делать ничего плохого своей паре. Пусть и неявно, но это желание присутствует при каждой нашей близости. Природа варга.

— Ты боишься? — вырывается очередной шепот.

— Да, — спустя паузу звучит его ответ. — Я знаю, ты не будешь сдержан. И чувствую: не веришь в мою… неопытность.

В точку!

Приподнявшись, рывком переворачиваю Лоа на живот. И, вопреки его очевидным ожиданиям, касаюсь языком мужских лопаток.

— Расслабься, — мой четкий приказ. — Я тебя услышал!

Головка члена нечаянно соприкасается с напряженными до каменной твердости ягодицами парня.

— Не бойся! — едва ли не рычу я. Это мой рекорд болтливости!

Ягодицы Лоа ощупываю с особым пристрастием, ловя себя на удивительном ощущении — они совсем другие! У другой моей Лоа (впору спятить с этими ческами!) они податливые, мягкие, манящие. Сейчас же их упрямая напряженная твердость демонстрирует очевидный отказ. Но это лишь раззадоривает мое желание «завести» неуступчивого ческа. Доказать что-то ему. Или себе?

Поглаживая, касаюсь большими пальцами ложбинки в верхней части половинок. В необъяснимом порыве склоняюсь к ним, приникая губами, ласкаю языком. Парень подо мной изумленно охает, я чувствую, как мышцы ягодиц слегка «отпускает».

— Расслабься, — вновь глухо советую я, — не обижу.

Если мне все же «повезло» стать у своей пары первым, то я не намерен сплоховать. Легким надавливанием раздвигаю полушария ягодиц в стороны, большими пальцами задевая вход в его тело. Все это я делал с Лоа много раз, но сейчас все кардинально иначе! Полностью сжатое и напряженное до предела узкое колечко мышц — я чувствую его руками. И понимаю, что безмолвная отчаянная борьба со мной снова возобновилась. На миг прикрываю глаза, до отказа наполняя легкие ароматом своей пары. Это чтобы продержаться: сорвавшись, я сделаю Лоа больно. Очень больно.

Одной рукой раскупорив жирный крем, обмакиваю в него мизинец. Резко потянувшись вверх, приникаю губами к мужским плечам, шее, лопаткам. Поцелуи, укусы, прикосновения языка — я использую все, что поможет сейчас Лоа забыться, перестать думать о том, что я, слегка покружив вокруг входа в его тело, толкнулся скользким от крема пальцем внутрь. Преодолев сопротивление, принимаюсь двигаться, размазывая густую массу по тугому кольцу мышц входа.

Запустив ладонь в короткие прядки волос Лоа (о, теперь мне понятна нелюбовь к длинным локонам!), слегка тяну за них, вынуждая парня приподнять голову. И с оголтелой жадностью накидываюсь на его губы. Это ничем не обьяснимый порыв! Я не целовал даже женскую версию Лоа, но фраза о невинности изменила меня в одно мгновение, сделав жадным собственником и эгоистом! Пробудив в душе что-то необузданное и алчное.

Терзая рот парня, с удивительной радостью внезапно почувствовал слабый отклик. Губы дрогнули, раздвигаясь, позволяя моему языку скользнуть в теплую глубину его рта, изучая и провоцируя. В душе зародилось и побежало все дальше по венам тепло исключительного удовлетворения — хоть и скромный, но отклик. Сжав ладонью собственный, дрожащий от возбуждения член, лишь с большей силой вдавил свой рот в губы Лоа, отмечая парня печатью желания. В ответ он слегка прикусил мою нижнюю губу, явно тоже ощущая пробуждающееся возбуждение и вступая в игру. Главное, не замечая, что в тесноте его входа двигаются, скользя и массируя, уже два моих пальца.

Вдоволь насладившись поцелуями, скольжу губами к мужской шее. Прижимаюсь языком к выпирающей венке и с восторгом чувствую, как кровь Лоа все стремительнее бежит по венам, побуждая его вновь и вновь откликаться на мою страсть. Прикусывая кожу уязвимого в своей открытости горла, тут же «слизываю» ощущение опасности и успокаиваю поцелуем. Снова и снова. Одновременно вводя в парня третий палец и старательно растягивая его вход. Собственный пах уже ноет тупой болью от неудовлетворенности, но я отчаянно сдерживаюсь, стремясь возбудить партнера настолько, чтобы ощутить его поднявшийся от желания член.

Стоит мне почувствовать, что ягодицы Лоа достаточно расслабились, а мышцы ануса стали вполне проницаемы, как я, приподняв таз парня, скольжу ладонью к его члену. Лоа в ответ шумно дышит и слегка двигает бедрами. (Инстинктивное приглашение?) И да! Он уже достаточно тверд! Это вызывает очередную волну нетерпеливого жара в моем теле: сколько еще терпеть эту муку?

Губы вновь касаются мужских лопаток, а моя рука сжимает возбужденный орган Лоа. Переместив свободную ладонь на собственный член, я начинаю в едином ритме сжимать наши члены. Свой — огромный, с проступившими венами, сочащийся каплями смазки и все увереннее твердеющий — Лоа.

Скоро!

Парень, подхватив ритм моих движений, инстинктивно поводит бедрами, невыразимо соблазнительно и возбуждающе задевая мою ногу. Это последняя капля! Так и не выпустив орган Лоа из «объятий», я приближаю головку своего члена к узкому колечку мышц его входа, чувствуя скрытый жар такого желанного тела. Предвкушая ощущение головокружительной тесноты и наполненности.

«Я наполню его собой до упора!» — в безумии сдерживаемой страсти обещаю себе.

И одним уверенным толчком проскальзываю внутрь. Легкое надавливание, еще один сильный толчок — и я еще немного глубже в нем. Все происходит так стремительно, что только сейчас парень замирает, ощутив непривычную боль. Лоа вздрогнул, что-то яростно прошипел и дернулся вперед в попытке вынудить меня выскользнуть из его тела. Но я готов к таким его действиям. Ладони крепко стискивают бедра парня, не позволяя уклониться.

— Лоа, — со страстной убежденностью шепчу я, — уже почти все. Потерпи, постарайся расслабиться. Этим ты поможешь и мне, и себе. Еще пара движений и я подожду, я дам тебе время. Дам! Выдыхай!

— Я убью тебя! — едва разборчивый шепот из-за закушенных губ.

«Потом? Да сколько угодно!»

И аккуратным толчком (а тянуть сейчас только хуже) протискиваюсь еще глубже. Ощущения фантастические! Я с силой кусаю внутреннюю поверхность щеки, не позволяя себе забыться и утонуть в блаженстве от ощущения тугого, до невозможности, сжатия. Кажется, что глубже войти уже невозможно, что я не умещусь в этом теле! Но инстинкт охотника, мужчины, победителя требует войти до конца. Причем яростно, с полной самоотдачей, забыв обо всем, кроме собственного, взрывающегося в сознании миллионом искр, восторга.

Лоа — это откровение! Это и мой первый раз! Первый по силе ощущений и остроте впечатлений. Все во мне сейчас сосредоточено на месте соединения наших тел. Мне кажется, что мы сейчас прорастаем друг в друга. С болью, со страстью, со стонами.

Лоа глухо скулит подо мной, взрываясь криком, когда я делаю последний рывок, все же ввинчиваясь в его тело до упора.

— Сейчас… — с трудом вспомнив как говорить, шепчу я. — Все позади.

И глажу его волосы, лаская и утешая. Вторая ладонь вновь скользит по всей длине его члена, стараясь вытеснить болезненные ощущения, затопив сознание более приятными эмоциями. И целую… Целую его шею, затылок, плечи.

Спустя несколько минут боль, похоже, отступает, я чувствую, как расслабляется его тело, выравнивается дыхание. Приподнимаясь на колени, поднимаю одновременно и Лоа.

— Двигайся сам, — вопреки ревущему от нетерпения желанию врываться в его тело, прошу я. — Я не сдержусь…

Сорвусь в бездну слепоты и глухоты, ведомый одним желанием — двигаться. Внутрь и наружу, игнорируя любую преграду, не воспринимая крики и мольбу! В ослеплении страсти и голода.

Член Лоа в моей ладони снова твердеет, давая мне понять, что и его владельца происходящее касается в равной степени. Что и Лоа испытывает плотский голод, потребность в страсти и… разрядке.

Мой собственный член распирает от давящего изнутри возбуждения, и я понимаю, что смогу совсем недолго выдерживать немного неловкие и неумелые движения Лоа. Он отодвигается и вновь насаживается на мой орган. Осторожно и медленно, но в то же время безумно чувственно и тесно. Сам не замечаю, как зажмуриваюсь, откидываю голову назад и начинаю стонать. Пульс учащенный, рваное дыхание — это я, не сдержавшись, тоже начинаю двигаться в Лоа. Сил сдерживать себя уже нет.

Кончаем мы одновременно: Лоа — в мою ладонь, я — в тесную глубину его тела. Какое-то время мы продолжаем синхронно содрогаться в конвульсиях разрядки. И обессиленные вместе заваливаемся набок. Меня накрывает ощущением агонии. Тело, словно отмерев, начинает гореть огнем. Но одновременно и волны истомы растекаются по членам, не позволяя пошевелить хоть пальцем.

«Фантастика! Я готов стать извращенцем…».

Я из последних сил фиксирую бедра парня, чтобы осторожно вывести из него свой член. А после откидываюсь на подушку, притянув его ближе к себе.

— Спи, убьешь меня завтра, — шепчу ему в макушку.

— Не сомневайся, это первый пункт.

Он согласно сопит, теснее приникая спиной к моей груди. В сон я проваливаюсь мгновенно, впервые за время с момента встречи с Лоа чувствуя себя… частью пары.

* * *

Утро приносит проблемы. Просыпаюсь в стандартное время, как привык за долгие годы работы в космосе. Лоа неожиданно вскидывается тоже. Но, слегка приподнявшись, парень резко падает обратно на подушку и сдавленно шипит.

— Что? — не без внутреннего смущения (дневное, пусть пока и неяркое, освещение включилось автоматически) распахнув глаза, посмотрел на свою пару.

Гримаса боли и ярости исказила узнаваемые черты. В карих глазах — подтверждение вчерашних намерений.

— Боль… Жуткая. На любое движение такая реакция. Ты меня покалечил! — с усилием прошипел он.

А меня пробило испугом: все же опыта однополого секса не было, контролировал себя плохо, а мужчина я крупный.

— Так плохо? — и сам опешил от явственно прозвучавшей в голосе тревоги: переживаю о шлюхе?!

— Это даже к лучшему! — снова ненавидящий взгляд и Лоа, с болезненным стоном отодвинувшись к краю кровати, отвернулся к стене, натягивая покрывало по самые уши. — Чтобы я не забывался.

Нетипичность собственной реакции меня удивила: вместо логичного облегчения (не надо ежеминутно встречаться взглядами!), ощутил необъяснимое недовольство и чувство крайней уязвлённости. Словно «первый номер» в нашей не признанной мною паре уже не я. А я вынужден подстраиваться под настроение партнера, более того — делаю это добровольно! Тревога о Лоа была искренней, как и ощущение собственной вины.

— О чем ты говоришь? — встав с кровати, решил помыться перед тем, как покинуть каюту. Сегодняшняя ночь и для меня стала потрясением. Лучшее сейчас — держать дистанцию. Скрыть собственные эмоции, спрятать глубоко в душе собственные впечатления. От секса с мужской вариацией Лоа.

— Ты имеешь в виду, как я в принципе смею что-то говорить? — донеслось до меня глухое злобное шипение. — Быть чем-то недовольным? И упрекать?

Почувствовав, как сузились глаза, выдавая ярость, резко обернулся к парню.

— Кажется, мы это уже обсуждали! — холодно возразил ему. — Ты помнишь, кто тебя купил? Вопросы есть?

— Никаких вопросов! — Лоа скрипнул зубами. — Не стоило и напоминать, сделанного тобой достаточно. Мне сегодня наглядно показали, что я — подстилка. При любых условиях и обстоятельствах. Ни на что большее не гожусь.

Чувство вины возросло. Сегодня ночью я перегнул палку, определенно спятил, но… Этот одуряющий запах Лоа! Я бессилен противостоять влечению к своей паре. В любом ее виде.

— А ты планируешь быть мне полезен… иначе? Рассчитываешь на что-то другое? — ехидства не скрывал.

Проклятая фантазия! Вместо какого-нибудь обыденного и никем не порицаемого занятия в голове вдруг вспыхнул образ Лоа, склонившегося к моим бедрам. Видение его языка, скользящего по всей длине моего члена, узких суховатых губ, сжимающих головку… Перед мысленным взором отчетливо проявились сильные плечи и напряженно сжимающие мои чресла мужские руки. Удивительно, но мысль о его силе привлекала. Член тут же налился желанием, мощно вздыбившись вверх.

«Только не снова!» — в утренних болезненных ощущениях чески не сомневался. И, вопреки привычному эгоизму, я не был готов подвергнуть Лоа откровенному насилию. А секс с ним сейчас будет именно насилием!

— Уже нет! Глупая! Поначалу я надеялась: изменюсь и… получу право на уважение. Шанс доказать, что могу быть не только телом, в которое можно только безостановочно долбиться. Ты не думал, что я способен на что-то еще?!

В злых словах Лоа звучало отчаяние и ненависть. А меня сейчас слишком трясло от похоти и вожделения. Ссоры хотелось меньше всего, наверняка не сдержусь! А Лоа я, как понял, действительно жалел. Поэтому я сорвался:

— Ты — шлюха! И пол значения не имеет — сегодня мы получили тому доказательства. На этом разговор закончен, я вернусь к ночи.

Резко, не оглядываясь на парня, шагнул к душу.

«Ну почему такое случилось со мной?! Как варгу в пару могло достаться это… ошеломительно вкусное и желанно пахнущее, но при этом самое неподходящее на свете существо?» — не сдержав стона, стукнулся головой о влажную стену кабинки.

Каюту покинул, даже не взглянув на кровать и лежащего на ней мужчину. В его интересах до вечера прийти в себя!

Меня должно заботить только собственное желание. Я эгоист по жизни!

* * *

«…получу право на уважение» — проклятая фраза так и стучала в висках, не позволяя толком сосредоточиться на работе.

Кто бы подумал, что девочка из борделя Дуо будет волноваться о подобном. Да Лоа должна быть на верху блаженства от счастья, что жизнь подарила ей шанс ложиться только под одного мужчину!

«А не под многих и многих, как раньше…» — странно, но сегодня впервые я подумал об этом спокойно. Нет, не смирился, но признал: прошлое изменить нельзя. Как бы ни хотелось. Тогда бы и я не пошел в тот день «развлекаться» и не почуял ее! Но я пошел и теперь глупо о чем-то сокрушаться.

«Я о ней в принципе ничего не знаю! — застыл, пораженный еще одной мыслью. — Ни о причинах, побудивших покинуть Чеас, ни о пристрастиях, ни о вкусах, ни о надеждах…».

Скомандовав помощнику принять управление, отправился в свою каюту. Необходимо было побыть одному и подумать.

«Рад ли я, что обрел пару?» — впервые мысленно задал себе вопрос, которого страшился с того момента, как ощутил ее аромат. Но сегодняшняя ночь… Она меня изменила: случилось, пожалуй, худшее из возможного. Что в себе теперь еще может меня напугать? Ни-че-го.

И ответил с ощущением абсолютной внутренней убежденности: «Да!»

Вопреки всему, я был рад. Счастлив! До безумия. Для варга пара — это сродни исполнению всех желаний одновременно. Любая.

«Так какого безумия я творю?!» — вдруг со всей отчетливостью понял, кем выгляжу в ее глазах. И содрогнулся от отвращения. Скотом. Одним из тех самых многих, под которых она ложилась. Ничем от них не отличаюсь!

Рывком вскочив с кровати, устремился к каюте, где утром оставил Лоа. «Признаюсь! Объясню. Попрошу простить».

Каюта оказалась пустой. Судя по запаху, ческа совсем недавно был на месте. И мне не составит труда выяснить, куда моя пара сбежала на этот раз. Деться со звездолета некуда!

«В столовой», — с удивлением и каким-то предчувствием проблем обнаружил я Лоа через систему визонаблюдения. Удивительно, но так старательно стремившаяся избегать публичности ческа явилась в самое людное место перед временем общего ужина!

Не раздумывая о причинах (не сомневался: они не порадуют!), рванул к цели, стремясь оказаться там раньше других.

— Зачем ты тут? — спросил в лоб. Время поджимало: вот-вот появятся проголодавшиеся члены экипажа.

Лоа (удивительно симпатичный в образе мужчины) подпирал спиной стену возле панели выбора меню. В карих глазах застыло выражение упрямой решимости.

— Принял к сведению твое указание! — в прозвучавшем ответе, как и в яростном взгляде не было ничего от привычной покорности чески. Наоборот: выпяченный подбородок, поджатые губы и скрещенные на груди руки демонстрировали явный протест.

— Что за указание? — вновь почувствовал, что щурюсь. В душе поднималась волна неконтролируемой злости: аромат пары пробуждал инстинкты собственника — мне откровенно не хотелось, чтобы на Лоа пялился весь экипаж. А так и будет, все быстро поймут, откуда на борту незнакомый мужчина!

— О своем месте в жизни, — фыркнул парень и непроизвольно отвел взгляд. — Раз я шлюха (прозвучало это из уст широкоплечего юноши бредово!), то и способов выбраться из случившегося всего ничего. Буду делать то, к чему ты меня так основательно приспособил! А что? Конкуренции тут никакой, а лишенных женщин мужчин — навалом.

— Что-о-о? — не веря собственным ушам, выдохнул я. Даже для самой последней девки подобная наглость была бы невероятной крайностью!

«Устроить бордель на моем звездолете?! И кто намерен это сделать?! Моя пара!».

Дневной свет для меня пошел алыми бликами, в горле засвербело от сдерживаемого рева. Лоа же с отрешенной практичностью сухо рассуждал дальше.

— Раз во мне видят только подстилку, ею и буду. В любом другом способе отработать свой долг мне заведомо отказано, буду действовать теми средствами, которые доступны. Отдамся любому желающему, сделаю все, что захотят, но за эти три месяца я заработаю те средства, что за меня заплатили. И то, что потратили на моих близких, — Лоа резко выдохнул, вдруг разом сникнув, словно израсходовал весь запал злобы и храбрости. — Я надеюсь. Я буду очень стараться всем понравиться!

Это заявление стало последней каплей! Свет перед глазами померк, сменившись яростной тьмой со вспышками кровавых точек. Молниеносным движением сдавив ладонью шею парня, другой вывернул ему руку, заставив нагнуться вперед, и дернул к выходу. И было безразлично, что подумают попадавшиеся нам на пути мои подчиненные.

Едва ли не волоком протащив упирающегося и шипящего от боли Лоа к транспортной системе, втолкнул в кабину лифта. От бешенства трясло так, что я не мог выдавить из себя ни звука. А еще не мог даже смотреть на него, опасаясь, что не совладаю с собой и банально надаю подзатыльников.

«Идиот!» — не знаю, кого ругал — себя или его.

* * *

— Еще раз услышу о подобных планах… — я поперхнулся, вновь сдерживая рев. Вопреки всему присутствовало понимание: сорвавшись, смогу лишь подтвердить мнение чески о себе. И так слишком затянул с пояснениями. Сейчас со всей очевидностью понял, что все мои воображаемые страхи по поводу ее прошлого ничто в сравнении с описанным Лоа будущем. Ведь для меня пара — это уже навсегда. И что бы она ни сделала, я не смогу воспринимать Лоа иначе, расстаться с ней. А терпеть подобные намерения?! — Удавлю собственными руками! Подумай о своем ребенке!

За мысль о ребенке ухватился как за единственный способ образумить, как оказалось, вынашивавшую дикие планы пару. Что я еще смогу сделать, чтобы воспрепятствовать им? Ни-че-го! Физически не смогу сделать Лоа плохо.

— О нем я и думаю! — зло откликнулся парень, с усилием растирая плечо. — Разницы никакой — что с тобой, что с другими. Вытерпела одного, стерплю и остальных. Главное — вырваться!

— Полагаешь, найдется много желающих развлечься с парнем? — ярость выплеснулась язвительным вопросом.

— Ты же не побрезговал! — с ненавистью во взгляде выплюнул ответ Лоа. Он сидел, прислонившись спиной к стене и сверлил меня пустым и обреченным взглядом. — Найдутся и другие. А потом и тело трансформируется. А уж женщине…

— Прекрати!

Внезапно навалились невыносимая боль и усталость, словно в один миг исчезла опора — моя слепая убежденность в своей правоте. Решительно шагнув ближе, плюхнулся на пол рядом, со вздохом уронив голову на скрещенные на коленях руки. Парень рядом напряженно застыл, повернув голову в моем направлении. Он явно ожидал чего угодно, но ничего хорошего для себя.

— Я — варг, — начал я разговор, который давно должен был состояться. — И если природа жителей Чеаса предполагает половую трансформацию, то мы… У нас всем заправляет обоняние. И выбором пары тоже. Мы можем почуять свою половину лишь однажды в жизни. Я почуял ее в тот день в борделе на Дуо. Ты моя пара, Лоа. Поэтому мне безразлично, мужчина ты или женщина, меня тянет к тебе в любом виде. Твой запах не меняется.

— П-пара?! — ческа вздрогнул, услышав правду. — П-пара?! Это еще что за бред? Это… супруга? Если да, то забыли спросить мое мнение. Я не хочу никаких отношений с вами. Тем более пожизненных! Бр-р-р!

Насчет супруги я все еще сомневался. Казалось, что жизненный «опыт» Лоа вряд ли позволит ей в будущем стать достойной женой хоть кому-то. Я точно никогда не мечтал о такой супруге. Хотя…

Впрочем, выбора у меня не было. Она всегда будет рядом со мной! А значит, выбора нет и у нее.

— Я не отпущу, — признался спокойно. — В любом случае. Так что не заботься больше планами об «отработке» долга. Это для тебя невозможно: как моя пара ты всегда будешь… рядом. Уверен, это для тебя лучше, чем бордель на Дуо. Скажешь, нет?

— Рядом?! — вот чего не ожидал, так это презрения и горькой иронии. — Понятно, какая я… пара.

Лоа тяжело вздохнул и отвернулся. Стыд вновь затопил душу.

— А что до Дуо, то я оказалась там не по своей воле. И отчаянно пыталась выбраться. И выбралась бы, не появись ты…

Удивительно, но с мужской версией Лоа говорить мне было проще. Он не ассоциировался с Дуо.

— Ты ждал трансформации, поэтому прятался в лесу?

— Да. У меня есть жетон на вторую личность. И мне обещали помощь, я бы смог выбраться с Дуо.

— Где этот жетон?

— Остался спрятанным в лесу, — грустный, едва слышный ответ.

— Как ты оказалась на Дуо? Я так понимаю, вы редко покидаете Чеас?

— Меня похитил капитан транзитного каботажного звездолета. Тоже хотел поразвлечься «в дороге».

«Тоже…».

А потом и я… Не надо быть очень умным, чтобы понять, что думала Лоа о моих мотивах.

— А ребенок? — не думал, что решусь на этот вопрос.

— Для жительницы Чеаса фертильный период — первая неделя после обратной трансформации, — как-то обреченно и глухо откликнулся парень. — Он весь период смены пола продержал меня взаперти, а потом… набросился, едва я снова трансформировалась в женщину. Спустя неделю звездолет сел на Дуо, там он меня и вышвырнул.

— Ты забеременела?

— Да, — снова отзвуки злой обиды и горечи в голосе Лоа. — Мне повезло, встретила одну калеку-побирушку. Она и приютила, а когда ребенок родился, помогла с местом в борделе — больше на Дуо устроиться некуда. Она и за ребенком присматривает. Нужны были средства, чтобы нам всем добраться до Чеаса.

Я не был сентиментальным. Сам в жизни многое повидал и через многое прошел. Но за надломленную судьбу девочки с Чеаса стало больно. Хоть и немало их с такой судьбой, но все, что касается Лоа, я воспринимал более остро.

Вот только как убедить ее после всего, что я не такой же, как похитивший ее мужчина?..

— У тебя есть выбор, — сжал ладонь сидящего рядом парня и, дождавшись, пока он поднимет на меня взгляд, продолжил: — Ты можешь согласиться выйти за меня замуж. По всем правилам галактического союза стать супругой капитана звездолета со всеми прилагающимися возможностями. Или…

— Или?.. — напряженно выдохнул изумленный Лоа.

— Или можешь не согласиться, но я и тогда тебя не отпущу, — перехватив руку, которую парень попытался выдернуть, предупредил: — Подожди. Это еще не все. Я обещаю тебе перемены. Обещаю стать достойным мужем и доказать, что совсем не такая скотина, каким ты меня представляешь.

Сказал спокойно, не отводя глаз. Четко и категорично, я уже решил, что так и будет.

— Учитывая, что я сейчас выгляжу как мужчина, предложение кажется несвоевременно, — осторожно откликнулся Лоа. Он размышлял, сосредоточенно хмурясь.

— Знаешь, — признался откровенно, внезапно поймав себя на этом ощущении, — я мысленно всегда вижу тебя миниатюрной кареглазой девушкой с ежиком коротких волос.

И тут же сменил тему:

— У тебя есть родные на Чеас? Есть от кого ожидать поддержки?

По тому, как он медлил с ответом, я понял: нет.

— У меня был двоюродный брат, я надеюсь, что смогу его найти…

— Получается, на Чеас вам тоже пришлось бы начинать все сначала? — перебил я. — А брак с капитаном звездолета — хороший вариант. И повторюсь: я изменю твое мнение о себе.

— Но смогу ли я изменить мнение о себе? — Лоа скривился. — Это же не изменит моего прошлого, похищение и Дуо не исчезнут из моей жизни. Я буду шлюхой. Плюс изредка я буду выглядеть мужчиной…

— С последним я смирился, — смешок вырвался невольно, — если не сказать больше — вошел во вкус! А что до прошлого — да, боюсь, что временами я буду отчаянно ненавидеть тебя за него. Но мне есть за что ненавидеть и себя. Когда-нибудь я расскажу тебе о своей жизни. Тогда ты поймешь меня лучше. Возможно, ты — мое искупление.

По совести признаться, пусть я не похищал юных девушек, но был ненамного лучше того капитана, что сломал жизнь Лоа. Признаться себе в этом я смог только сейчас.

— Правда? — в карих глазах светилась какая-то отчаянная неуверенность и беззащитность.

— Да. Еще неизвестно, чье прошлое хуже, — вздохнул я и вновь сжал его ладонь. — Решайся. Я сказал тебе честно: не отпущу.

— А ребенок?

— Все, что значимо для тебя, я не могу отвергнуть, — еще одно признание. — И чтобы унять гложущую ревность, мне ты тоже подаришь детей.

— Ты считаешь, у нас получится изменить отношение друг ко другу? От ненависти и презрения к… чему? — скептически качнул головой Лоа.

Но я, решив все для себя, был уверен в выбранном будущем. И в себе!

— К любви, я полагаю. Мне кажется, что я уже тебя люблю, Лоа. С того самого невероятного чувства облегчения, которое испытал, найдя тебя в лесу на Дуо. Ничем иным я не могу объяснить разрывающее душу желание сделать для тебя все, даже в ущерб собственным интересам. Знаешь, ими я не поступился бы ни для кого другого.

— А такое желание есть? — теперь он неуверенно прищурился.

— Огромное! Ни один из нас не идеален, совсем не идеален. У каждого непростое прошлое. Но… отчего-то именно в тебе я почуял пару. Как знать, смог ли бы я ужиться со слишком правильной особой. Приняла ли бы она такого как я — прожженного бродягу и, как выяснилось (я усмехнулся) тайного любителя нетрадиционного секса? Если бы я мог выбирать, я выбрал бы женщину, жизнь с которой обещает фантастические ночи. Я бы выбрал тебя, Лоа. А ты выберешь меня?

— Считаешь, что оставил мне выбор?

— Нет, — усмешка победителя уже скользила по моим губам. — Только не в этом вопросе. Ты согласишься?

— Ты точно на мне женишься? Официально? И признаешь мою дочку?

— Да хоть прямо сейчас! Я — капитан, имею доступ к базе галактического союза и могу регистрировать браки, — я встал и протянул руку своей паре.

Лоа отпихнул мою ладонь и сам встал на ноги рядом со мной. Хитро прищурившись, вдруг подмигнул:

— Капитан Мон, вы точно уверены? Я вообще-то не подарок, эти две недели я старательно скрывала свою истинную натуру.

— Я заметил! — хмыкнул в ответ. — И польщен признанием. Но и моего истинного характера ты не знаешь.

— Тогда вперед? — Лоа вложил ладонь в мою руку. — В очередную авантюру и приключение длиною в жизнь? Будем открывать тайны друг друга?

— Вот теперь точно уверен: именно ты — моя пара, — расхохотался я. — Вперед!

Не сдержавшись, мы крепко обнялись (настоящие мужские объятия!), прежде чем отправиться на мостик и в присутствии дежурной смены зарегистрировать брак. И их реакция никого из нас двоих не волновала…

* * *

Спустя почти два года…

Рука сама потянулась ласково погладить щеку Лоа, поймала юркий локон ее отросших почти по плечи волос, чтобы заправить темную прядь за ухо. Я смотрел на любимую и не мог насмотреться. Взгляд скользил по нежной коже лица, по темным полукружьям ресниц, задержавшись на карих глазах, с мечтательным выражением устремленных в небо. Лоа, устроившаяся на брошенном на траву покрывале, выглядела умопомрачительно безмятежной и счастливой. И красивой… Как никогда ранее.

— Всегда наслаждаюсь этими периодами между рейсами, — пробормотала она, жмурясь от яркого дневного света. — В космосе нет такого ощущения покоя и милой обыденности. Нет этой смеси запахов — травы, ветра, земли… Нет ощущения жизни! И никакие модуляторы не помогут. А дома… Тут хочется дышать полной грудью и верить только в лучшее. Понимаешь меня?

— Угу, — кивнул я, завороженно наблюдая за игрой света на ее волосах. Не сдержавшись, склонился ближе и медленно вдохнул аромат ее кожи, наполняясь им до краев.

«Для меня дом там, где ты, Лоа, — мысленно возразил я своей ческе. — Именно ты даришь ощущение покоя и самой жизни! Твой аромат заменяет все прочие запахи, в твоих объятиях я растворяюсь, забывая обо всех проблемах. Рядом с тобой каждый миг чувствую столько, сколько не пережил за всю жизнь до нашей встречи».

И снова ласково коснулся ладонью скулы, очертил подбородок любимой, понимая, что этими прикосновениями выдаю себя с головой. Эмоции, переполняющие душу, наверняка отражаются во взгляде, в каждом моем движении и прикосновении. Полная власть Лоа над моими телом и душой.

И это правильно. Это взаимно. Это и есть любовь.

Жар едва успокоившегося дыхания, все еще влажная от пота кожа, а в ушах еще звучат отголосками недавней страсти стоны. Страсти, которой нельзя противостоять. Можно сдержать похоть, вожделение, но не любовь.

Это сила, которая подавляет любые инстинкты, заставляет отрекаться от всего, избавляет от прошлого и дарит будущее. Сила, переродившая нас, позволившая узнать себя заново.

Прикрыв глаза, укладываюсь на покрывало рядом с Лоа, интуитивно нащупываю ее ладонь и переплетаю наши пальцы. Мы молчим, думая каждый о своем. Я с упоением вдыхаю аромат любимой женщины, с неожиданным спокойствием понимая, что он изменился. Стал… двойственным, вернее к нему добавился еще один, пока едва различимый запах.

И этот факт заставляет жмуриться от счастья, от понимания, что впереди новая радость — ребенок. И это тоже хорошо. Два года мы узнавали друг друга, я учился быть отцом, учился влюбляться. Любить. И теперь готов. Готов к новому и жизненно важному.

«Моя Лоа!».

И хочется громко, во всю силу легких прокричать судьбе «Спасибо»!


Оглавление

  • Анна Ковальди Его пленница