Мужчине о женщине (fb2)


Использовать online-читалку "Книгочей 0.2" (Не работает в Internet Explorer)


Настройки текста:


Мужчина о женщине


В.В.Юрчук

ЖИЗНЬ
ОБЩЕНИЕ
ИЛИ ИСКУССТВО
НЕ ОСТАВАТЬСЯ В ДУРАКАХ




Минск 1997

Copyright © В.В.Юрчук
Переиздательство:
СамИздат, И.А. Петров
Copyrirght © 2018


ПРЕДИСЛОВИЕ



Эта книга, это исследование, несомненно, является в своем роде единственными трактатом, где глубоко и достаточно экспрессивно изображены женщины именно такими, каковы они есть на самом деле; эта книга вызовет, непременно, нападки, остракизм со стороны женщин, ведь они не любят и никогда, естественно, не любили, чтобы их разоблачали в чем-то; но. мои милые и уважаемые, все здесь о вас правда и только правда, как сказал бы Шекспир. Эта книга, вне всяких сомнений, станет своеобразной мужской Библией или, если угодно, практическим пособием для мужчин любого возраста в их общении, коммуникативных связях с женщинами; ибо как с ними общаться, о чем беседовать, чем завлекать, дабы побеждать их духовно, а затем физически знает далеко не каждый даже опытный сердцеед-мужчина. Что же касается мужчин, которые молоды, то подавляющее большинство из них как раз таки чаще всего и становятся жертвами женской хитрости и вероломства. Поэтому автор и желает защитить многих мужчин, и особенно молодых, от комбинаций, игры, интриг-уловок женского кокетства и коварства, которые женщины успешно предпринимают в отношении мужчин любого возраста, разных профессий, разного социального положения.

О женщинах высказывались и писали и ошибочно, и верно Вольтер, Толстой, Гегель, Шопенгауэр, Кант, Достоевский, Ламброзо, Маркс, Золя, Драйзер, Чехов, Бунин, Хемингуэй, Платон и другие мыслители, писатели прошлого, но автор без ложной скромности может заявить, что никому из них не удалось более полиаспектно, более рационально-практично понять, разъяснить — истолковать — дескриптировать всю несостоятельность женских псевдо-моральных ценностей. К тому же, вышеперечисленные люди, — чьей гениальности, талантливости автор отнюдь не склонен отрицать, — чрезмерно, в основном, идеализировали прерогативы женской натуры, что и привело многих к неверной аргументации, неточным резюме относительно самих женщин. Многие сентенции, высказывания, афоризмы, гномы, аксиомы, максимы, мысли и суждения автор подкрепляет различными ситуациями, сценами, обстоятельствами, которые возникают постоянно в нашей реально-повседневной жизни. Разумеется, некоторые суждения, сентенции будут вызывать бурную, неадекватную реакцию, споры, дискуссии, полемику на разных уровнях, что ж, автор будет искренне рад услышать мнение различных людей; но более всего, автор будет весьма рад тому, что прочитав эту книгу, подавляющее количество мужчин скажут другим и сами себе: "В чем-то, может быть, он, автор, и не прав, но так прав во многом!" И заканчивая короткое предисловие, автор хочет заметить, что он впервые за всю историю литературы, психологии, философии предпринял попытку исследовать многообразие поведения и мышления женщин в практической жизни, в практической повседневности, чем пока из мыслителей-исследователей и психологов не занимался никто. Все теории могут быть лишь теориями, которые ничего, по существу, не теоретикоизируют, практические же рекомендации, предписания, аксиомы — никогда! Вот почему эта практическая книга, как катехизис, как набор, принципов и правил для мужчины в его общении с женщиной — есть руководство к действию, есть постижение искусства, как укрощать и побеждать строптиво-лукавый, спесиво-лицемерный, высокомерно-скрытный женский пол.

СМ. Бахтин

Профессор, доктор филологических наук

В.В. Юрчук

Формирование у женщин личностной прагма-концепции в подростково-юношеском возрасте


Сущность прагматизма в том, чтобы

понимать и опыт и знание как способы,

позволяющие достичь собственных благ…

Д.Дьюи

Оговоримся сразу, чтобы расставить все точки над i. Женщины как и мужчины обладают "разными — разностями" в своих "женских" индивидуальностях. Например, миллиард женщин (в поле исследования) из цивилизованных стран мира — и каждая из них по-своему индивидуальна: одна более склонна, например, к вязанию; другая — к шитью; у третьей — таланты к филологическим наукам; у четвертой — большие способности к математике; у пятой — к кулинарному искусству; шестая любит Баха, седьмая — Бетховена; восьмая — музыку поп-арт; девятая — блюз; десятая — театр; одиннадцатая — фильмы с участием любимых актеров и т. д. и т. п. Но общее для всех женщин в их интенции (направленности) по отношению к мужчине одно — это их прагма-позиция, прагма-концепция в русле личностных взаимоотношений мужчина плюс женщина. Бесспорно и несомненно то, что тип большинства женщин (в дальнейшем тип бол. жен.) полностью убеждены и непоколебимы в своем мнении о том, что мужчина и только он — должен, обязан обеспечивать женщину, женщин и удовлетворять ее потребности и запросы. Итак, отсюда ясно, повторяю, что сколько женщин в мире столько и личностных индивидуальностей, но то общее, что присуще подавляющему большинству женщин, (тип бол. жен.) выражается, бесспорно, в их прагма-концептах, прагма-идеалах интенционально к мужчине, к его — Я. Тип большинства женщин — это приблизительно 85–90 % женщин от общего их числа в цивилизованных странах мира. Автор учитывает только прогрессивно-экономические страны Европы и — Соединенные Штаты Америки. Определяя общий статистический процент типа большинства женщин, рассматривающих мужчину в качестве средства, мы учитывали, что в цивилизованном мире совершенно мизерный процент феминисток, лесбиянок и тех женщин, которые, надеясь на себя, не рассматривают в качестве основополагающей своей жизненной позиции мужчину как средство, как добытчика мат благ для женщины. Но сколько таких? Ничтожная малость в совокупности с подавляющим большинством женщин, поэтому автор абсолютно уверен, что 85–90 % женщин, утвердивших прагма-концепцию своего — Я — бытия соотносительно к — мужчине, к — мужчинам, возможно, не совсем точная статистическая цифра. Скорее всего (тип бол. жен.) мыслящих себя — с — мужчиной, который, как убедительно считают они, только должен, а никак не иначе, удовлетворять ее запросы, составляет 92–95 % от общего числа в возрасте, скажем, от 18 до 50 лет. Здесь понятие возраста может варьироваться от 17 до 55, от 16 до 53 и т. д., в зависимости от того, на какой стадии подростково-юношеского возраста был сформирован у женщины прагма-концепт.

Личность женщины формируется, моделируется, также как и личность мужчины, в подростково-юношеском возрасте, приблизительно на рубеже от 16 до 20 лет, или, если угодно, смотря как у кого, в возрасте от 15 до 19 лет и т. д. Чтобы удовлетворительно жить и успешно функционировать как личность в динамично развивающихся обществах стран мира, женщина обучается, адаптируется к среде, дабы обладать рядом качеств, необходимых ей в борьбе за свое, как полагает она особенное существование.

Во-первых, она от матери, порой и от отца, подруг-ровесниц, старших подруг, старшей сестры, теть, кузин и т. д. приобретает твердое и устойчивое мировоззрение (прагма-концепция), а также дифференцированные в духе женской этики, о которой речь впереди, непоколебимо-устойчивые убеждения в том, что мужчина должен обеспечить ее будущее счастье. Именно тогда, в подростково-юношеском возрасте, женщина быстро обучается умению перерабатывать нужную ей для будущей жизни информацию, полученную из социальной среды, от матери, подруг и средств массовой информации, приобретает гибкость изощренного коварно-лукавого женского мышления, чаще всего подражая почти всегда действиям, манерам, поведению, самому стилю жизни неким авторитетам — опять-таки в качестве эталона-имиджа для молодой девушки могут быть как в отдельности так и в совокупности та же мать, подруга, знакомая, кузина, — просто женщина из повседневности, привлекательная эстетикой нарядов и красотой, — или различные модели, топ модели, фото модели, актрисы кино, пестрящие на страницах газет и журналов и культивированно-демонстрируемые по телевидению. Мать также для девушки почти всегда учитель, некий Аристарх женского пола; она признает за ней — и не безосновательно, — ведь это вождь, авторитет, наставник, — какие-то только ей, матери, присущие феноменальные способности; почти безоговорочно подчиняется ей, как в силу привычки с детства, так и вследствие особой личной привязанности. Точно также происходит у девушек равнение на старших или младших авторитет-подруг, которые отнюдь не бедны, ибо с бедными, как замечено мною, не хотят дружить девушки из обеспеченных семей. Так вот, в возрасте 16–19 лет девушка старается подражать, походить, повторять мыслями, действиями, актами поведения, которые присущи либо любимой чаще всего матери; либо знакомым не бедным, обеспеченным, за счет родителей, а то и богатым подругам, — эстетически привлекательным женщинам из наличной реальности; разным моделям, — проходя таким образом формально-личностное "обучение жизни", приобщаясь к нравам, подражая стилю поведения своих полукумиров и кумиров. Девушка часто размышляет наедине с собой, что нужно слушаться советов старших авторитетных людей: мать, тетю, старшую сестру, богатую подругу и т. д. и следовать их стилю жизни, потому что их благополучие как бы отмечено печатью особенной благодати, особенной избранности, особой миссии; вот ввиду чего девочки быстро схватывают и лишь в незначительной форме видоизменяют манеры взрослых людей-авторитетов, сохраняя всегда сущность "их — Я" уже в "своем — Я"; вот почему они, восприняв жизненные прагма-концепции в отношении мужчин от своих косвенных (модели, знакомые богатые подруги и т. д.) и прямых (мать, сестра, тетя) наставников, уже в юношеском возрасте понимают, осознают, самоутверждают, самоосознают, что от мужчины нужно ждать: а) богатства; б) труда; в) любви по отношению к ней, женщине; что он некий инструмент, необходимый ей в ее будущем, в ее самореализованном Я, будь то брак или отношения в системе мужчина + женщина, вообще. Он, мужчина, это источник ее, женщины (как уже в этом возрасте, 16–19 лет, учат ее и внушают ей "учителя") всех благ, которые он, мужчина, для такой "хорошей", "милой", красивой", как она, создаст. Что он, мужчина, а не она сама все сделает, должен сделать; решит все проблемы, обязательно обеспечит ее в замужестве; ведь, мол, это его обязанность, (которую, кстати, сами женщины хитроумно придумали, и об этом я буду говорить ниже), его функция зарабатывать, работать, вкалывать, крутиться на нас, таких хороших, умных, ласковых женщин. Подливает и масла в огонь также пресса, телевидение, где репродуктивно-стабильно культивируются всякие фотомодели, манекенщицы, конкурсницы, танцовщицы стриптиз-шоу; все это также снимается, как сказал бы Гегель, и прочно кодируется на уровне подсознания и сознания, закрепляя, тем самым, как бы мысли о том, что это так и нужно, что это истинная жизнь, парадигма существования и нужно искать того, кто осчастливит мое — Я — бытие; что не нужно что-то делать особенное самой-себе, а нужен мужчина с деньгами, который будет решать проблемы такой обаятельной, хорошей девушки как — Я. К тому же все мамы ориентируют, позиционируют, безусловно, своих дочек в основном на обеспеченных женихов; с нищим никто не желает связываться, вот почему женщины говорят часто, что я, мол, не собираюсь плодить нищету. Приблизительно в 17–19 лет у девушек складывается некая концепция их плана жизни; формируются установки на сознательно-подсознательное построение собственного Я бытия, т. е. то, что можно назвать личностной имманентной (внутренней) позицией. Ее система взглядов (тип бол. жен.), обозначенная по отношению к мужчине в прагма-поведении, — Я — мое счастье — за счет — мужчины, — совершенно диаметрально противоположна мужской, так как мужчины ориентируются уже в юношеском возрасте на занятость делом, освоение профессий, работу, действия, связанные с добыванием матсредств. Они, мужчины, тем самым, выступают в качестве субъекта, утверждающего себя в борьбе за жизнь, а женщина — лишь в качестве субъекта, приспосабливающегося к жизни посредством все того же мужчины. Все это легко доказуемо и почти аксиоматично и позже мы остановимся на этих короллариях (выводах). Итак, мужчина борется в жизни за себя, женщина же приспосабливается к нему, мало вникая в кулуары его борьбы; ее интересует лишь результат, конечно же, желательно, только положительный для нее.

Мать для девочки почти всегда некое существо-реноме, потому что, — и это несомненно и бесспорно, — мать, такие характерные черты психической неустойчивости, стрессовости — как беспокойство, тревога, девический сплин, агрессивность и другие физиологические расстройства и свойства, (появление менструаций, например), всегда объяснит и успокоит; она, мать, поддержит девочку в процессе их наступления; снимет своей заботой стрессовое состояние; разъяснит, что это переходной период противоречивости эмоций; повышенной фазы меланхолии, тем самым, укрепляя добрым словом-наставлением в сознании девочки свой редконарушаемый авторитет. У девочки стресс — она к маме, у девочки капризы — "мама!", у девочки плохо с геометрией, учительница, нехорошая какая, поставила двойку, — успокоит любимую доченьку мама и т. д. В возрасте от 17 до 20 лет у девушек возникают своеобразные модели построения своего счастья с будущим суженым. Подавляющее большинство из них в девичестве мечтают о замужестве, о своем Вальтерскоттовском принце, модифицированном под современный образ жизни, то есть о принце на "БМВ", "Опеле", "Мерседесе", "Форде" — это символ нынешнего Айвенговского коня. Чаще всего эти прагма-фантазии оказываются позже им самим же во вред, ибо строя воздушные замки о мужчине с виллой и "мерседесом", который непременно должен стать ее суженым, девушки пытаются принимать воображаемое за действительное; отчуждать эмпирические возможности в реальности от нелепых фантазий, которые впоследствии, и справедливо, рушатся под молотом суровой реальности. Думая о своих принцах — богатых мужчинах, которых не так много в наличном бытии, девушки теряют ощущение самой разумной реальности и создают сами для себя малодостигаемый иррациональный идеал — все им кажется возвышенным, гиперочаровательным, всебожественным. И вот где-то в возрасте 17–20 лет их поведение, манеры уже характеризуются чувством своей эго-неповторимости, особенно у красивых и симпатичных особ женского пола. Какой-то только им, присущей как думает каждая из молодых женщин, — гипериндивидуальности; и у нее часто возникают мысли, что она не похожа на других, лучше других и т. п. Таким образом, у девушек при "поддержке" мамы, теть, сестер, подруг, знакомых, средств массовой информации, быстро развиваются прагма-мотивационные сферы ее — Я-сознания и при помощи наставлений, указаний, подражаний, собеседований, направлений, объяснений и всего того, что связано с ценностными советами, девушка формирует свою самоосознанность в реальности, а вместе с ней свое назначение, свою роль в жизни, а также свои функции, акты поведения своего — Я в отношении мужчины, которые (тип бол. жен.) сориентированы на прагма-субстанциональность к его бытию, к реальному осмыслению мужского — Я. Девушка-женщина начинает осознавать, осмысливать мужчину на основании предшествующего этому пониманию не своего опыта, а больше опыта своих "авторитетов" и общей модели поведения женщин по отношению к мужчине — из ежедневной наличной реальности. Она начинает понимать, какое место ей уготовано в жизни, или какое место в этой жизни она должна занять согласно мнению, косвенному или прямому, все тех же мам, подруг и других авторитетов, и эталонов-образчиков. Именно через прагма-концепцию (имманентная женская сущность) обусловливается ее, девушки, отношение к действительности, к окружающим сверстникам: "что с них возьмешь, они еще молодые, зеленые", — учит мать и другие женщины. Я — импульсы по отношению к сверстникам проецируются и по отношению к себе самой; девушка начинает самоуяснять, само-определять себя чаще всего не среди галереи сверстников-юношей, а среди тех мужчин, которые уже что-то могут в жизни, чего-то достигли. Вот почему (тип бол. жен.), сформировавшись как личность в 17–20 лет, женщина выказывает те же свойства характера и особенности психики и в 40 лет, разве что растеряв за время своей жизни определенную Я — конструкцию привлекательности и эмоциональности. Но доминанта-то, — женский прагма-менталитет, как опять-таки выражение иждивенческой прагма-концепции есть константная ядро-сущность подавляющего большинства женщин, — всегда одна и та же и в 20 и в 40 лет, о чем и не подозревают многие и молодые и в зрелом возрасте мужчины. Всмотритесь, мужчины, в женщин — у всех у них, в отличие от вас, преобладают такие на более высоком мотивационном уровне свойства как скрытность, сварливость, тревожность, болтливость, уравновешенность; склонность к драматизированию своей жизни, чаще всего в лживой форме; когда нужно, вкрадчивоэмоциональная мягкость; повышенная озабоченность собой, своей персоной, своей внешностью. Их самоопределение, — определяющее путь в жизни, — определяется, как мы уже отмечали, через мать, подруг, парадигмо-образных женщин (женщин-эталонов) — здесь основное связующее синтетическое звено; вот почему на "плохих", "неуважаемых" мужей почти все доченьки бегут впоследствии это и было основное существо, понимающее ее; вот почему многие женщины всегда любят прежде всего себя, свою маму, затем своих детей и только потом думают о муже, мужчине, что, кстати, не знакомо многим мужчинам, выступающим на жизненном поприще в качестве "социальной брачной единицы", вступающей в отношение со столь лукаво-опасным существом, (социальная единица другого пола), как женщина. Молодому простаку кажется, что если она, его Лаура, Беатриче, Ася, любит его, мужчину, то мама для нее, женщины, вторичная любовь, а он — первичная — заблуждение, столь часто приводящее к печальным последствиям. Необходимо раз и навсегда знать, что своих мам, почти всегда, доченьки любят естественной любовью (естественная мотивационная сфера), а мужа, мужчину, чаще всего, подделываясь, разыгрывая естественность любви — аффектационная мотивационная сфера. В девическом возрасте у юных женщин быстро формируется некая личностная похожесть, стерео-индивидуальность; чувство единой преемственности, некой адекватности с матерью-авторитетом; и эта почти адекватность, о чем надо знать молодым будущим мужьям, практически сохраняется всю жизнь. Мать и дочь, почти всегда, ввиду каких-то, может быть, невидимых биоэнергетических импульсов почти тождественны во многих актах поведения (дочери присуща больше социопреемственность, а не биопреемственность, как думают о человеке вообще бихевиористы). Вот ввиду каких причин муж, мужчина всегда вторичен, мать чаще первична, о чем, кстати, забывают молодые мужья по отношению к своим матерям — здесь прямо противоположный подход — молодые парни часто совершают ошибку (самоловушка) любя свою жену больше, чем собственную мать. Далее, необходимо сказать о том, что у девочек 16–18 лет, так сказать, в нормативном атрибуте их женственности, женской направленности (путь в бытии) к замужеству, семье отводится решающее место, решающая женская позиция, чем обретению каких-либо профессий (это вторичный фактор в личностной активности женщин); вот ввиду чего кардинально и дифференцированы критерии самооценок себя в мире у девушек и молодых парней. Молодой парень, прежде всего, оценивает себя и его оценивают другие по принципу профессионального самоопределения; и пока он не стал никем, он ощущает себя как-то неуютно, нереализованно, неокончательно взрослым, неокончательно мужчиной; напротив, девушка, "с подачи" тех же мам, подруг, эталонов иждивенчества, — основывает свое бытие совершенно иначе — в аспектах приобретения профессии — это для нее вторичный, попутный фактор (попутно учусь в колледже, попутно работаю и т. д.), а больше, и в превосходной степени ее интересуют возможные претенденты на руку и сердце — первичный фактор личностной активности девушки 17–20 лет); здесь возрастные факторы могут меняться и варьироваться в зависимости от среды, от быстро, не так быстро, — усвоенно-приобретенной имманентной прагма-позиции, вот приблизительные возрастные варианты: 17–19, 17–20, 18–21, 18–22, 19–24 года, в среднем — 19–22 года.

Можно также отметить и тот фактор, что нет практически ни одного социально-личностного и психофизиологического элемента в поведении девушек, которые бы не зависели от все тех же семейных условий воспитания и социальной среды. Здесь можно сказать о том, что безусловно существуют некоторые субстанциональные (первоосновные) психофизиологические механизмы, посредством которых мать, подруги, тети, сестры, "модели" и т. д. внедряют (механизм психофизиологического внедрения и заимствования) традициональный стиль жизни? почти адекватный стереотипизации женского поведения и мышления в нынешнюю эпоху. Девушки считают правильными достоверным поведение парадигмо-эталонов (образцов для подражания) — матери, "модели", сестры, кузины, женщины из среды подруги и т. д., - таким образом закрепляя в механизмах памяти и сознания вообще определенные, устойчивые критерии норм поведения, мышления, соблюдение которых постепенно, но действенно становится для них навыком, привычкой, некоей самопотребностью. Чаще всего мамы, подруги, тети, сестры и т. д. говорят, что ищи, мол, не бедного, а богатого, ты хороша собой, а привлекательных женщин любят богатые мужчины; рано или поздно ты такого найдешь; словом, происходит поэтапное, а то и скачкообразное преемственное внедрение в сознание девушки обычаев и ритуалов женской лицемерно-прагматической морали. Механизмы подражания, замечено мною, у женщин развиты значительно сильнее, чем у мужчин, они интенсивнее развиваются у женщин и более прочно стабилизируются, закрепляются, усваиваются, почти автоматизируются. Девушка, подражая ореолам благополучия, ориентирует свое сознание на установку, быт, образ жизни, имидж эталонов. Усваивая уроки жизни и приобретая при этом опыт, девушка усваивает также, почти кодирует на уровне сознания и подсознания и механизмов памяти, — самоосознанность, само направленность достоверности и правильности своих действий, поступков; понимание своего самоназначения в жизни. Пока все девочки в какой-то степени маменькины дочки, мать для них своеобразный и судья и адвокат — регулировщик, дирижер их поведения. Мальчики же редко, — потому что его интенция к материнской ласке ставит мальчика в положение "маменькин сынок", — ближе к матерям, в отличие от девочек. Положение, кличка "маменькин сынок" его всегда раздражает, потому что вызывает реакцию иронии и насмешки со стороны сверстников. К тому же мальчик осознает, что принять такую неблаговидную позицию (внутренняя мужская сущность) — значит быть зависимым, попадать в зависимость к матери, а с этим юноша, как правило, не желает самосмириться (самосознание мужчины); вот почему, мальчики всегда более самостоятельны в наличной действительности, чем девочки. Например, если мать пустит ненароком слезу и начнет сетовать на то, что дочь ее плохо слушает, а значит и не любит, то на девочку это подействует в гораздой степени сильнее (механизм женского сочувствия), чем если бы в этой аналогичной ситуации присутствовал мальчик. Дочери сильнее сочувствуют, сопонимают, сопереживают матерям, чем сыновья; мать для них — это источник эмоционального тепла, доброты, поддержки, защиты, совета, она старший друг, старший советник, короче резюмировать, мать — это человек, которому необходимо доверять все и во всем; вот ввиду какой причины девочки всегда откровенны с матерями больше, чем мальчики, вот ввиду чего они сострадательнее к матерям, чем юноши. Юноши же чаще всего маловнимательны к матерям вследствие своего, так сказать, возрастного эгоизма; они больше самостоятельно размышляют, анализируют себя в бытии и бытие для себя, чем девочки, и не столь ценят матерей, да и родителей вообще, как бы взрывая и игнорируя малопривлекательную для юноши авторитетную ипостась "черепов" (так называют многие нынешние юноши родителей). Многие юноши считают, что они, родители, ретрограды; мыслят и живут устаревшими категориями. Стоит учитывать в анализе женщины как индивида, что уже в детстве чувственная интуиция девочки приводит ее к пониманию того, что женщины вообще, и мать в частности, более чутко и внимательно, в отличие от мужчин, реагируют на психоаспекты в оказании эмоциональной поддержки, сочувствия и понимания. Итак, мы указали на то, что имманентная женская жизненная позиция есть прагма-концепция; она присуща подавляющему большинству женщин (тип бол. жен.), что женская прагма-концепция, жизненная прагма-позиция — это не только система знаний, а и система убеждений, самоосознания женщиной ее собственного самоприсутствия в мире. В этих аспектах и отражаются, формулируются отношения девушки к миру, быту, поведению в социосфере; в них выражена ее женская самоценность и ее ценностные ориентации, — сформулированная, приблизительно, в такой интроречевой трактовке: "Я привлекательная, добрая, хорошая, милая, раз так говорят мамы, родственники, другие люди; на худой конец, если нету внешней красоты и привлекательности, они (мамы, родственники, подруги) внушают, говорят: "ты хорошая, симпатичная, добрая, ласковая, найдешь себе "хорошего" мужа". Хорошего, в понимании мам, сестер, окружающих подруг — это, конечно же, непременно, всеобязательно, с хорошим и всезначительным материальным доходом. Происходит стереоаналогичность, стереотипизирование женского поведения и мышления и их интернированный синтез, заключающийся, таким образом, в закреплении устойчивости, приблизительно, такого стереоадекватного для молодых женщин 17–23 года) конструкта мышления: "зачем, собственно, мне напрягаться, учиться, работать? Просто нужно воспользоваться своей молодостью, привлекательностью, своей красотой, своими телесными данными, а "принц" или обеспеченный мужчина, вообще, рано или поздно меня найдет, и такую милую, добрую, хорошую, красивую симпатичную оценит, полюбит, а следовательно, будет "отстегивать", обеспечивать мое Я бытие". Так думает и желает этого для своей Я реальности 85–90 %, как минимум, женщин, о чем и не догадывается большая часть, особенно молодых, мужчин; так как они редко задумываются, редко анализируют причины женского прагма-имиджа, а заодно и с ним причины и следствие женского иждивенчества в разных ракурсах, взаимосвязях, взаимосоотносительностях, что весьма для них самих печально; ибо не понимая социального механизма активности женщины по отношению к мужчине, они, мужчины, не могут озарение увидеть всю сущность женской прагма-позиции, сформированной еще в подростково-юношеском возрасте. Недопонимая и недооценивая ингредиенты слагаемых женской стереоадекватизации, массовоподражательности ореолам благополучия, устроенности в жизни, мужчины затем, впоследствии уже в амплуа мужа испытывают, (но уже поздно) малопоправимое, горькое разочарование по поводу женского преображения, — суть которого в прагма-позиции, смоделированной в возрасте 16–22 лет. Нужно помнить и знать, особенно молодым парням, что у них, у мужчин, путь в жизни и самоопределение в жизни направлено на профессиональную ориентацию; на зарабатывание, добывание матсредств; у женщин же (тип бол.), наоборот, на собирание персиковых плодов, если они есть, вашего мужского созидания, труда, независимо от рода вашей трудовой деятельности. Вы всегда для нее, женщины-пчелы, а она трутень, на что указал еще Ф. Ницше, хотя в остальном он не понимал женщин; вы — производитель, добытчик, она — почти всегда, в роли потребителя, и необходимо помнить, что вы, мужчина, не поменяетесь с ней, пока, местами. Одним словом, для мужчины профессия — это род трудовой деятельности; для женщины профессия как род трудовой деятельности, как производство материальных благ — это почти всегда нечто вторичное, а первичное, в чем они (тип бол. жен.) исключительно убеждены — это профессия жены, или куртизанки-содержанки. Нередко спрашивают мужчин: "Почему же вы женитесь?" Во-первых, многие молодые мужчины не понимают, что брачная жизнь не праздник, не торжество и не совсем радость. Так вот, мужчины женятся почти всегда исходя из глупой недалекости; исходя из веры в ту, на которой он женится; исходя из любви; исходя из осознанности и стремления не быть одиноким; редко исходя из расчета и тщеславия, но почти всегда из веры и любви в ту, с которой, — так ему по неопытности кажется — он будет счастливо и беззаботно жить; короче, с верой в ту, которая себя считает, но редко его самого, хорошей, умной, красивой, доброй, нежной персоной. Молодые мужчины чаще всего и не предполагают, что брак — это своеобразная дуэль, победителем в которой почти всегда оказывается женщина. Женщина же почти всегда (тип бол. жен.) выходит замуж по расчету, редко по любви, ибо прагма-любовь — это искусственная любовь; а иногда, по необходимости. Остановимся на этих женских принципах, характеризующих их, женскую, личностную активность, деятельность, связанную с процессом вступления в брак. Об этом необходимо обязательно сказать, дабы было понятно молодым мужчинам, что таится в этой трилогии женской рассудочности. По расчету (прагма-концепция) хотят замуж все женщины, но не всем это удается (тип бол.), по любви у женщин чаще всего получается как бы по глупости, по молодости, — как правило, такие браки не прочны, тем более, если у супруга слабовато с матсредствами. По необходимости — это когда ничего не получается в плане замужества, но хочется чтобы получилось. Пожалуй, основной причиной вступления женщин в брак является это положение под п. 3 — вступление в брак по необходимости, поскольку по расчету вступить в гименеевы отношения удается далеко не всем, особенно у нас, в России и странах СНГ. Но следует помнить, что прагма-позиции большинства женщин, видимо, определяют на подсознательно-бессознательном уровне, а также и в осознанном порядке, понятие термина "брак" как женскую самонеобходимость, — то есть, для женщины брак почти всегда (тип бол. жен.) субстанциональная необходимость, если она не в браке, свободна. I. По необходимости: просто ввиду расчета, имманентной позиции иждивенчества ("хочу замуж за богатого мужчину, а не работать, пусть он обеспечивает меня") — "профессия" жены. II. По необходимости: "главное не любовь, (мамы, подруги, тети, сестры и т. д.), а деньги мужа, чтобы с ними построить маленький семейный рай". III. По необходимости: вдруг возникшая беременность, а с нею и мысли приблизительно такого лексического порядка: "выйду замуж, а потом посмотрю, будет обеспечивать, значит буду жить; нет — значит, пошлем его подальше!" IV. По необходимости: годы. "Уже скоро 25–32, а я не замужем, нет детей, поэтому раз не получается замуж "за капусту", то нужно хоть за более-менее кого". Думается, нет надобности останавливаться на необходимостях I и II, автор говорил уже, что все женщины рады бы были выйти замуж хоть за Рокфеллера, хоть за Ханта, главное "не мен", а его деньги! Что же касается необходимости III и IV, то здесь женщины размышляют, (что и нужно усвоить мужчинам), мол, выйду замуж, а там как получится. То есть будут у тебя деньги, мужчина, будет и семейная жизнь, нежность, любовь; не будет денег — "Свободен, адью, дорогой!". Женщины исповедуют тем самым замечательную цыганскую поговорку: "нема лаве — нема кохання". Необходимо понимать, что особенно небезопасны те женщины, которые пребывают в возрасте от 25 до 32 лет и которые, о чем не знает большинство мужчин, выходят замуж, пользуясь давно самоустойчивой формулировкой: "Давно пора, но тот, за кого хотела, на нашелся, так хоть за этого замуж, оболтуса, лопуха". Поговорите-ка, если вы неглупый мужчина, хоть с одной из тех, кому уже 26–28 лет, и они не были еще ни разу замужем и спросите у них, почему они не вступили в брак. Все эти женщины ответят вам на манер попугая, заучившего определенный набор фраз, что не было в ее жизни порядочного, надежного, достойного. Все это наивно-лживая, предназначенная для мужчины-простака ложь, блеф а истинность причины ее незамужества, запомните, нужно искать в одном, и, безусловно, только в одном: а) не было порядочной "капусты" у того, кто встречался на ее пути; б) не было надежной все той же "капусты" на ее пути, в ее пути; в) не было достойной "капусты" в процессе ее женского пути, — вот что составляет истинный смысл конструкции женского интро-Я, их внутренней жизненной прагма-позиции, возникающей, как мы убедительно показали в возрасте 22–27 лет и сопровождающей ее, женщину, почти до старости; все остальное — жалко-наигранная инсинуация-ложь в отношении мужчин, — женская "лапша" и ничего более. Она хотела, — нужно понимать мужчинам, слова "надежный", "достойный", "порядочный", — да пролетела, потому что мены с "опелями", "БМВ", "Мерседесами", "Ауди" и шикарными квартирами не возжелали осчастливить ее аж с 18 до 28 лет, а то и более; теперь остаетесь вы, на котором она не прочь отыграться; к тому же вы небогаты — вытянуть с вас ваши столь незначительные материальные накопления, родить от вас, а затем послать, естественно, если у вас мало "капусты", подальше, ведь вы и окажетесь ненадежным, недостойным, непорядочным. Вообще мужчинам «нужно иметь ввиду и знать это как алфавит, что женщина никогда по настоящему не полюбит того, кто не обеспечен материально, в лучшем случае, она будет его терпеть, ввиду отсутствия ("пока не подворачивается") другого мужчины. Таким образом, необходимо уяснить мужчинам, что женская прагма-позиция, сформированная в возрасте 16–20 лет, устойчива, непоколебима по отношению к мужчине пока неизменна, контактно-субстантивна во всех цивилизованных странах мира. И во всех столицах мира и в Нью-Йорке, и в Амстердаме, и в Брюсселе, и в Стокгольме, и в Вене, и в Москве, и в Минске, и в Берлине, и в Варшаве, и в Риме, и в Киеве, и в Рейкьявике, и в Лондоне, и в Будапеште та же мама, те же подруги, сестры, кузины, тети не важно на каком языке объяснят 16-19-летней девушке, что "ты должна искать себе мужа, который всем тебя обеспечит, многое для тебя сделает; поэтому — ищи!" Нужно учитывать также, что многие матери спят и видят, когда дочери покинут родительский кров; во-первых, исчезает необходимость кормить, одевать, обувать свое любимое чадо; во-вторых, хороший зять, — как думают не всегда хорошие тещи, — будет обеспечивать не только полностью дочь, но и, возможно, что-нибудь перепадет и ей, как сказал мэтр Ф.Рабле, "малая толика".

Характеристика женщины как личности; ее мышление, концепции относительно мужского пола


Женщины? Невозможно ни жить с ними, ни без них.

Лорд Д. Г. Байрон

Чтобы вы, особенно молодые мужчины, не совершали серьезных из-за женщин жизненных ошибок, автор и остановится на вопросах, касающихся понимания женщин вообще, этого краеугольного камня, объясняющего всю их женскую социальную сущность и ego-субстанциональность, (социо-ego-субстанциональность женщины). Часто слышишь, как почти все молодые парни только и жалуются, ввиду отсутствия понимания, "на женщин", этих сложных, хитрых, фарисееобразных, коварных существ.

В художественной литературе и философии подавляющее большинство писателей и мыслителей по разному высказывались о женщинах. Все они, каждый по своему, немного высказались о сложной и малопонятной женской натуре. И верно и ложно судили о женщинах Дидро, Золя, Мопассан, Шамфор, Ларошфуко, Лабрюйер, Моруа, Пушкин, Лермонтов, Гюго, Платон, Л. Толстой, Гораций, Мольер, Ницше, Шопенгауэр, Кант, Гегель, Мериме, Стендаль и другие философы и художники. Несмотря на точность суждений, их экспрессивную проницательность, все же никто из них не обратил внимания на механизмы анализа интенционального женского мышления, на механизмы актов поведения женщины по отношению к мужчине в проблемных ситуациях, а ведь этот фактор в сфере коммуникации мужчина + женщина намного важнее, чем афористические, часто оторванные от контекста наличной реальности высказывания. Можно с уверенностью сказать, что пока никто, кроме О. Вейнингера, отчасти А. Шопенгауэра, В. Курбатова, К. Ароне, Д. Курьянски, С. Пейдж, М. Кент не занимался проблематикой исследования женщины как личности в проблемных ситуациях, жизненных конфликтах в системе микропланеты мужчина + женщина. Книги М. Кент "Стратегия развода", К. Болдуин "Не бойся Дон-Жуана", Д. Курьянски "Как найти мужчину своей мечты", К. Ароне "Развод — крах или новая жизнь?", С. Пэйдж "Если я такая замечательная, то почему я до сих пор одна?" хороши по своему, хотя им всем не хватает явно аналитичности, синтетических аргументаций, психологической глубины и в них чувствуется некая пристрастность и симпатии по отношению к женщине, а не мужчине, хотя польза этих книг несомненна. О книге О. Вейнингера "Пол и характер" и кардинальных заблуждениях исследователя будет отдельный разговор в другой главе, также как и о книге В. Курбатова и его неточных, пристрастных суждениях, которыми грешит его работа "Женская логика". В данный момент автор хочет сказать о том, что Стендаль, Золя, Мопассан, Л. Толстой, Шамфор, Лабрюйер авторы, которые, по сравнению с другими, больше всех высказали верных и ошибочных суждений о женщине, так и не подошли, как, впрочем, и Ницше, и Шопенгауэр, и Кант, и Платон к проблеме проблем, основной радикальной, коренной проблеме — психологии и этики женщины, ее особенностей и интенциональности (направленности) женской жизненной прагма-позиции в русле взаимоотношений мужчина + женщина. Все их высказывания о женщинах, даже если они бывают, что, кстати, не часто, точны и аксиоматичны, теряют всякий почти смысл, потому что никто из них, за исключением (и то частично) Шопенгауэра, Ницше, Л. Толстого, так и не сумел увидеть прагма-интенциональность женского мышления по отношению к мужчине. Никто также из них прежде не сумел понять, проанализировать и осмыслить, что женская личностная активность, направленная на Я-мужчины, реализуется в трех, в триаде основных женских амплуа: а) брачница, это женщина, стремящаяся выйти замуж; б) жена; в) любовница, — которая может трансформировать модель своей активности либо под амплуа брачницы, либо под амплуа жены. Не разграничивая до сих пор разность, противоположность этой триады, почти все исследователи и писатели и заблуждались насчет сложностей женского характера, потому что жизненная активность и цели брачницы прямо противоположны целям женщины-жены, или женщины-любовницы. Что объясняется весьма просто, потому как, женщина до-брака не та, что в браке, и не та, что после брака; к тому же, о чем подробнее мы скажем ниже, есть множество дифференциаций у женщин в "до", в "свершившемся" и "после".

I. Конечно же обязательно, необходимо знать, что такое женщина сама по себе, какова ее жизненная концепция, ее имманентная сущность в широком смысле слова.

II. Каков ее нрав, психические свойства и особенности; характер, уровень мышления, ее нравственное Я, стиль бытия.

III. Чем она, женщина, обладает, что у нее есть; ее ли это, — то есть, материальные блага, собственность и что она сама думает о них.

IV. Чем сама для себя женщина является, что о себе думает; почему многие мужчины заблуждаются относительно ее этики и качеств; в чем ее оружие, чем его обезвредить; почему, неверно многие мужчины судят о женщинах.,

V. Почему их женская слабость оказывается для многих как раз таки силой.

VI. Как не быть одураченным женщиной и не попасть впросак; и почему многие мужчины становятся жертвой женского обмана.

Зная и понимая основные женские мыслительные акты-интенции в отношении мужчины, ее имманентную жизненную прагма-субстанциональность и, самое главное, ее устойчивые склонности стереотипно, почти адекватно поступать в проблемных ситуациях, мужчина и сможет в конце-концов избежать всех тех вековых бед, которые привнесла, продолжает привносить в жизнь мужчин женщина, утверждающая себя свое Я через Я мужчины, посредством его бытия, его Я.

Все, что экзистентирует и происходит, для женщины, как, впрочем, и для мужчины существует в ее сознании и самосознании и созидается, как полагает ошибочно она, для ее сознания, для ее Я… Поэтому женщина, приобретая, как мы доказали, в молодости устойчивую прагма-Я концепцию, не хочет, не изъявляет намерения выпрыгнуть за барьер своего прагма-Я в отношении мужчины. Она всегда убеждена и, повидимому, еще долго будет убеждена, что мерилом ее счастья был и будет мужчина, мужчина, в полном смысле этого слова, — тот кто богат, весьма богат и не чуть не иначе.

Мужчина может, благодаря разумности, и коль так складываются его жизненные обстоятельства довольствоваться тем, что есть: непритязательной к роскоши обстановкой, одеждой, умеренным, по возможностям, питанием; если нету больших денег, отказаться от лишних развлечений. Женщина же, напротив, — весьма редко, — тем более, если познала в жизни богатство, роскошь, комфортность обстановки; тем более женская зависть, конфликтность, постоянное недовольство жизнью сами по себе тотально провоцируют женскую натуру на ложный, иррациональный взгляд на жизнь. Мужчины все без исключения наделены пусть даже самый, как говорят, глупый и посредственный из них, даром реализовывать себя в разнообразных профессиях; в конце концов подавляющее большинство из мужчин добиваются после долгих лет и упорной работы мастерства в избранной ими трудовой сфере. Женщины почти никогда (подробнее об этом ниже), потому что они вечно "разрываются" между профессией и мужчиной, а также детьми и противоречиями в самой себе.

В любой полемике с мужчиной, для женщин — их суждения движутся не к поиску истины, основанной на вековых ценностях, а к самоутверждению себя и подчинению мужской воли — своей, женской воле (проблемные ситуации). Все это связано с тем, чтобы сохранить, разумеется, свои женские ныне существующие, иждивенческие формы жизни, женское бытие для себя. Если мужчина может все же ограничить себя в потребностях, особенно в одежде, развлечениях, то женщина не собирается, не желает, почти никогда, себя ограничивать ни в чем. Ее потребности, которые для мужчины не столь важны, да и в жизни, казалось бы, без них можно обойтись, если не исповедовать гедонизм, выступают у женщины именно (тип бол. жен.) на первом плане это и стремление к роскоши; и страсть к нарядам, желание добиться самоочаровательности, помпезности, блеска в жизни. Найти какие-либо ограничения в разумных пределах, относительно желаний и причуд женщин, пока, думается, невозможно, так как все женские нужды фундаментоизируются не на абсолютной умеренности, а на относительной. Особенно это быстро замечаемо, когда мы наблюдаем за основной страстью женщин — страстью к нарядам и украшениям. Могу с уверенностью сказать, что основная субстанциональная страсть женщины — это непременное обладание элегантно-красивыми, модными "на данное время" нарядами. Второй предмет страсти женщин, естественно, мужчина, который всеобязательно, как полагает женщина, должен эти наряды, золото, бриллианты ей и приобретать; или выделять бесконечно суммы на их покупки, причем, предела в приобретении, особенно нарядов, ни у кого, почти, из женщин нет. Почти все женщины мечтают, желают затмить соперниц своими туалетами, к тому же изо всех сил стараются иметь ту одежду, которую не имеют (престижные платья, туфли, сапоги) подруги, знакомые. Третья страсть женщин (тип бол.) — это развлечения, это рестораны, бары, курорты, путешествия, театры, автор называет эти аспекты "культмассовым сектором". Мужчина чаще всего, практически, не желает тех богатств, развлечений, которые ирреальны; они редко приходят ему на ум; для него что есть-то есть, и отсутствие чего-то его устраивает; женщина же, напротив, чувствует себя чуть ли небезвозвратно несчастной, чуть ли не безвозвратно ущемленной, чуть ли не потерянной, ввиду того, что ей, скажем, не хватило денег на очередную "тряпку" или туфли. Пик, вершина притязаний женщины — и это нужно всем мужчинам знать — будет всегда выше, чем ваши доходы; чем выше ваши доходы — тем, соответственно, будет расти уровень притязаний женщины. Женщина всегда будет думать о том, что может рассчитывать на приобретение почти любого атрибута для себя за счет мужчины, поэтому ни в коем случае нельзя посвящать женщин в тайны своих доходов — вот ошибка, в которую впадают многие, особенно молодые, мужья по глупости, недальнозоркости, открывающие женщине, когда она выпытывает, свое финансовое положение. Стоит женщине только один раз услышать о ваших матвозможностях, как тут же она, подобно компьютеру, быстро фиксирует в своей памяти эту информацию, а уже спустя небольшое время начинаются — женская мольба, просьбы, угрозы, если вы муж, даже любовник, а то и просто бесцеремонно-наглое требование что-то ей купить, приобрести, подарить, вряд ли стоит этому чрезмерно удивляться, памятуя о женской прагма-концепции, потому что матсредства мужчины, конечно же, будут всеми из женщин (тип бол.) почитаться больше, чем все остальные его достоинства: ум, доброта, благородство, порядочность, великодушие. Женщина понимает, что богатство мужчины и дает ей возможность константно реализовывать основную свою страсть-потребность — приобретать и приобретать, обновлять и обновлять наряды, без существования, которых, и их новизны, не мыслит себя ни одна женщина., Вот почему всем мужчинам необходимо знать и понимать, что наряды, золото и бриллианты составляют основные слагаемые субстанциональной женской страсти и что именно эта страсть и приводит большинство женщин к самой решительной расточительности, разорительности вашего же кошелька; вот по какой причине не стоит, упаси Бог, умному мужчине отдавать женщине заработанные деньги — их почти никогда не будет хватать ей, особенно если она молода и привлекательна собой. Никакой дифференциации в вопросах, касающихся расточительности, для женщин почти нет — планомерно, последовательно осуществлять ваше разорение может как бедная, у которой никогда не было много экспрессивных нарядов и она жаждет их иметь, — так и богатая, у которой их полно; мода часто капризна, переменчива, наконец, все женщины понимают, что в нарядах они смотрятся как раз таки более презентабельно, экспозиционно-изящнее. И действительно, красивая женщина в модной одежде походит на О. Мутти, Д. Пуатье, Иман — всех вместе взятых, она почти супер модель. Симпатичная — в изысканных туалетах кажется красавицей, а дурнушка в пикантно-эффектных нарядах — симпатичной; короче объяснить, для женщины элегантные наряды в совокупности с механизмами кокетства и составляют, как и привлекательность женщины, ее красота, — основную артиллерию, обстреливающую, и весьма успешно, мужскую глупость, недалекость, простоту. Потому то, многие мужчины не понимают, что наряды, как и кокетство, являются мощным оружием женщины в ее желании нравиться, соблазнять, почти гипнотизировать мужчин, внушая им — о чем ниже — веру в ее доброту и порядочность. Женщины радуются, по примеру детей, когда замечают, как действенны в нарядах их внешние прелести, которые для неопытных мужчин бывают так часто неотразимы. Между прочим, многие женские огорчения, досада, связаны с отсутствием у нее добротных предметов туалета; все те женщины, которые обделены этим, как бы втайне страдают, завидуя другим, чужому счастью, не понимая, что сущность человеческого бытия не в нарядах, а в умеренности во всем — но этого женщинам не докажешь, здесь бесполезны все силлогизмы и аргументы. Ввиду неглубокого ума (о чем отдельный у нас будет разговор), все почти женщины (тип бол.) более тщеславны, надменны, спесивы, чем мужчины. Их спесивость (женская гордыня) основывается на том, что они умнее, совершеннее, лучше, как думают они, мужчин. Вот почему женщины ждут от мужчин более похвалы своим достоинствам, которыми они чаще всего не обладают, чем расточают мужчинам похвалу сами. Особенно спесиво высокомерны, непомерно надменны, чрезмерно горды женщины из богатых, обеспеченных семей, они как бы заученно окружают себя, свою ауру холодной надменностью, осознанностью высоких запросов. Только вилла, только большая квартира, только большие деньги и т. д… становятся "истинным" мерилом их проекции сознания по отношению к мужчине. С такими женщинами, которые были избалованы чрезмерным, хорошим достатком, а то и слепой роскошью, опасно связываться даже богатым мужчинам. Любая из женщин — необходимо иметь ввиду мужчинам — в большей или меньшей степени способна разорить десятерых миллионеров сразу; здесь они изобретательны, как ростовщик, ухитрившийся за бесценок присвоить имущество своих десятерых клиентов.

Говоря о женских заблуждениях, стоит заметить, что почти все женщины (тип бол.) считают, что они, как лучшая половина человечества, должны иметь какие-то особые привилегии над худшей половиной человечества, мужчинами. Лучше, умнее, прекраснее мы, женщины, мужчин — мнят они, совершенно забывая при этом, что их женское самоутверждение в жизни, в подавляющих социовариантностях, зависит от представителей сильного пола. Женская надменно-театральная, показная спесь — есть также значительное оружие в неограниченной сфере женского кокетства. Например, напуская на себя важность, высокомерно-пренебрежительный фон своего Я по отношению к мужчине, женщина понимает, что бедный, простой парень вряд ли будет пытаться "обстреливать" такую гордыню мишень, осознавая, что удел ее эгоистично меркантильной персоны ее внимания — лишь те, у кого есть деньги.

Весьма болезненно женщины, в отличие от мужчин, воспринимают суждения и умозаключения так называемого общественного мнения, то есть мнение общественного мнения о них самих, женщинах; их глупость, недалекость, снобизм доходит порой до смешного. Часто приходится наблюдать, как мнение подруги, той или иной женщины (о ее муже, любовнике), плоды которого есть чувство зависти самой же подруги, становится чуть ли не решающим и выбирается за основу ее критериев по отношению к мужчине. Женщины редко понимают, что принимать серьезно во внимание общественное мнение и лишать тем самым себя самостоятельности в решениях, почти всегда равнозначно перетягиванию каната от лучших побуждений к худшим. Доминантность женской несамостоятельности, причина которой — мнение других (мамы, подруги, сестры, родственники), становится для них чуть ли не устойчиво-навязчивой идеей. Если мужчина будет часто говорить симпатичной даже женщине о том, что она непривлекательна, глупа, то по своей же недалекой глупости женщина может растеряться, временно выйти из равновесия своего лицемерно-скрытного "Я", а то и впасть в ипохондрию. Поэтому полезно сбивать искусственную женскую спесь, чопорность вольтеровской иронией и насмешкой. В отличие от мужчин, в большинстве случаев, чтобы женщина не предпринимала или пыталась совершить, почти всегда вокруг нее будут советники, мнением которых она будет дорожить даже более, чем своим собственным; среди них могут быть все те же мамы, кузины, подруги, тети и т. д. Отсюда следует вывод, что мужчинам необходимо помнить о редко-самостоятельности проявления женской натуры, в которой чужое мнение и чужие аргументы перевешивают ее собственные; женщина редко задумывается, что множество конфликтов, способствующих разрыву с мужем, любовником, как раз таки ("слушала маму", "слушала подруг" и т. д.) происходят ввиду этой причины. Женщина также существо педантично-формалистическое в отношении тех же потребностей к нарядам, досугу; у нее все, казалось бы, есть, все, казалось бы, вы ей купили и вот тут-то начинается, что не все есть, что нужно еще что-то; это всегда то, можете быть уверены, что она рано или поздно сама для себя придумает, дабы досаждать вам, вместо того, чтобы заняться другими серьезными делами.

Многие женщины чуть ли не за основное правило, ложность которого очевидна, предполагают, что жизнь, существует для развлечений, удовольствий, счастья их Я, а страдания и другие беды — нет, это не для них, это для кого-то другого, где этим другим всегда оказывается мужчина. Они теряют вообще вокруг орбиты этих вопросов контроль над пониманием самих проблем, не самоуясняя, что лучшее счастье, как раз таки, отсутствие бед; а не счастье для себя, влекущее за собой, ввиду их расточительности, беду. Женщины не понимают и отказываются понимать, что измерять свое благо лишь количеством нарядов и развлечений — это значит жить в химеричных, вечно придуманных измерениях, а жизнь-то существует не для того, чтобы всю жизнь лишь развлекаться и пополнять золотом, бриллиантами, нарядами шкатулки и гардеробы, свое Я бытие, а для того, чтобы жить умеренносерединно, относясь к себе в жизни и к тому, кто с тобой в жизни — взаимоснисходительно. А женщины же большей частью (тип бол.) всю жизнь стараются приобрести наслаждения ценою мужских бедостраданий, к тому же, чаще всего, они, будучи инициаторами, например, развода, впоследствии бумерангом заполучают все те несчастья, которые были адресованы мужчине. Женщины не понимают и не хотят уяснять, что они не все, как и не все мужчины родились в Эльдорадо или в Эдеме и им кажется, особенно молодым, что они все должны непременно найти своего Форда, Ротшильда, и посредством их обрести счастье и радости; все женщины хотят реализовать свои фантазии, мечты только в паре с символом-миллионом, забывая, что Форды, Ротшильды и т. д. не ждут их на каждом углу. Женщины не понимают, что прагма-фантазии — это недостижимые звезды, далекая заоблачная высь, а беды и несчастья, умеренность и серединность во всем, наоборот, всегда реальны, обозримы, повседневны и постоянно разрушают, чаще всего, всякие иллюзии и надежды. Женские прагма-мечты поразительно опасны своей иррациональной парадоксальностью, особенно для тех мужчин, мужей, которые небогаты; свои неуемные ирреальные прагма-модели, прагма-мечтания, выстроенные женщинами в воображаемом мире, они переносят, транспонируют в реальность, на самих мужчин, требуя от них порой невозможного; женщины как бы обыгрывают на психике мужчины свои прагма-ирреальные несбыточные фантазии. Но имейте ввиду (особенно это касается молодых мужчин), что требовать от женщин и просить их встать на рельсы какой-либо умеренности в своих запросах и притязаниях соотносительно развлечениям, нарядам бесполезно — им всегда важнее погоня за мишурным блеском, чем ваши веские противодоказательства. Женщины говорят сегодня одно, завтра другое, послезавтра третье, они абсолютно (тип бол.) не отвечают за свои слова и поступки — это ясно указывает на то, что их рассудок ограничивает их разум и волю, регрессируя динамику интеллектуально-волевых процессов к аберрации (отклонениям) от истины.

Спросите-ка у женщины, с которой вы сейчас в отношениях или намереваетесь в них вступить, в чем сейчас ее проблемы? Можете не сомневаться, из ста женщин минимум (от 17 до 50 лет) 92–94 скажут, что проблема одна — в покупке очередных нарядов. Мужчинам необходимо также остерегаться строить быстро, бесповоротно и безоговорочно планы на счастливое семейное будущее — до брака женщина представляет собой нечто одно как личность, а в браке выступает в совершенно другой ментальности (о чем разговор пойдет в специальной главе). Женщины, ввиду легкости, безглубинности своего мышления (тип бол.), живут в настоящем времени; то, что рядом, что вокруг и что хорошо, и то, что срочно нужно, и то, что вот-вот свершится с их участием, то их и радует; та же свадьба, например, или покупка нового платья, но это не значит, что продемонстрировав мужчине в определенный момент свой натурально-психический, эмоциональный фон благодарности, она и в дальнейшем будет помнить об этих знаках вашей доброты, внимания, которые вы оказали ей ранее.

Когда слышишь, как почти все женщины заявляют о том, что мужчины эгоистичны, забывая, не принимая во внимание, что они (тип бол.) живут за счет этих эгоистичных мужчин, то, честно сказать, поражаешься тому, как у них поворачивается язык произносить эту фразу, лицемерно-наигранную, заведомо лживую, создающую некую адаптационно-лицемерную защитную оболочку их женского Я. Конечно же, все мы, мужчины, в чем-то эгоисты и наш разумный эгоизм, о котором упоминал еще Платон, затем Гоббс, Фихте и Фейербах, разумен, потому что он способствует самозащите от посягательств на собственность и Я человека. Что касается женщин, то пока, как раз таки, женщина и есть в нынешнее время (автор надеется на посттрансформацию) неисправимый эгоист, потому что она субъективна; всегда, всюду и везде она ставит на первое место, скажем, в том же замужестве, прежде всего только свой личный интерес, а интерес мужчины: "потом, потом, потом!". Чтобы не покупалось в семью, можете вне сомнения рассматривать через проекцию покупки проекциональность женского эго-сознания, обращенного, почти всегда, к своему эгоизму, продуцируемому, процветающему, разумеется, за ваши финансовые средства. Женское внимание (тип бол.) сосредоточено прежде всего на том, что ей необходимо, такой хорошей, милой и красивой (вам всегда потом); но ей все — необходимо, естественно, за ваши мат средства; так что объективного суждения о каких-нибудь предметах от женщины трудно ждать — ее рассудок уже предаргументировал проекциональность умозаключения о том, что прежде всего "Я и Мне, а не тебе". В таких ситуациях у женщин начисто выключен механизм восприимчивости к вашим, мужским, потребностям; никакие доказательства уже не имеют для ее рассудка определенной силы, он давно предопределил все мужские "за" и "против". Мужские "за" отвергаются рассудком, потому что они, как бы, переходят дорогу их женским интересам, потребностям и неуемному тщеславию. Например, если женщина решила что-то купить себе для себя, то она будет с удивительным упорством и настойчивостью донимать мужчину, дабы он пошел навстречу ее цели, мотиву. Женщины часто рассеяны, чрезмерно обидчивы, уязвимы ввиду ограниченности разума и субъективной интерпретации тех или иных жизненных обстоятельств. Их можно всегда ненароком как бы обидеть или внушительно задеть — это особенно осязательно-заметно, когда с ними ведешь беседу-полемику; скажи что-нибудь не так и ты, мужчина, уже, видите ли, задел ее нежно-ласковую, драгоценно-неповторимую персону. В конфликтных ситуациях для женщин отсутствует всякое понятие взаимообъективации, в русле отношений мужчина + женщина, при нахождении истины в самом процессе спора, перепалки, перестрелки мнений. На первом плане для женщин имеет значимость их- Я, в перспективе — значимость их Я — аргументаций; все остальное, в том числе Я — аргументации мужчины и истинность мужских суждений и умозаключений, как правило, исключается. В авангарде, в середине и в конце всякой полемики со знаменем должна шествовать только она одна, женщина, такая "хорошая, умная, ласковая", а все, что соотносится к Я мужчины — второстепенно: его мнение лишь суррогат истины, по отношению к ее женским истинам. Не будучи наделены почти никакой чуткостью к истине (тип бол.), истинной красоте, ибо понятие красоты у женщин также субъективированно, — к тонкостям остроумия, женщины, однако, стоит признать, не наделены тонко-чувствительным пониманием всего того, что задевает их глупое женское тщеславие; а также мгновенно-рассудочным пониманием вопросов, которые относятся к все тому же общественному мнению, могущему нелицеприятно спроецироваться на их женскую такую нежную, неповторимо-добрую, только хорошую особу (у многих женщин гипермнительность, гипервосприимчивость, гипертревожность).

Попробуйте заговорить в среде женщин о том, что они гадкие, наглые, жадные, злые, завистливые, расчетливые, как тут же они — хоть две, хоть три — почувствуют непомерное оскорбление и не станут никогда слушать ваши доказательства "их подлой натуры"; они быстро сынтегрируются, солидаризируются и, без всяких обиняков, скажут вам, завопят общим хором, что вы негодяй, дурак, нахал и глупец. Они с ненавистью и гневом изгонят вас из, так сказать, своего женского клана, хотя в повседневной наличной действительности женщины обычно мало симпатизируют друг другу, ввиду зависти, а то и конкурентности, особенно в тех местах, где бывает немало мужчин. Однако им, женщинам, относительно несложно льстить, и этой наигранно-мужской лестью легко присваивать их расположение к себе — все это происходит по той причине, что женщины, ввиду чрезмерной занятости своим самосознанием, своей Я оценкой, ценят комплименты порой дороже всего остального разумного, не различая аффектацию от естественности самого комплимента. Это доказывает, что ограниченность женского рассудка ограничивает их разум в процессе познания, а мощная, колоссальная женская чувственная интуиция не всегда точно выверяет, схватывает динамику мужской лести и лжи. Об этом автор будет говорить еще в специальной главе, посвященной проблемам психологии женского мышления и женской деятельно-личностной активности. Стоит заметить, однако, что приоритетность женского чувственно интуитивно-рассудочного познания над другими формами познания приводит к снижению моделирования в самом женском сознании интеллектуальных форм логического и эмпирического познания. Познание, посредством опыта, женщиной мужчины происходит на уровне рассудочно эмпирической интуиции, вот почему весьма опытные дон-жуаны, умеющие скрывать свои мысли, умеющие выгодно преподнести себя женщине, успешно разыгрывают из себя символ обеспеченности, благополучия; а женская эмпирическая интуиция, не сочетающаяся с логическим мышлением, где должен превалировать аналитический разум, бессильна вычислить истинность или ложность позиции данного — субъекта, мужчины. В большинстве случаев у женщин низкий интеллектуальный уровень и знание заменяет инстинкт, чувства, интуиция, от которых женщине не так просто избавиться в общении с мужчиной, для того, чтобы путем логических форм анализа уяснить, что ложно в мужчине, что истинно, — рассудочно-чувственная рефлексия вытесняет логико-понятийную дедукцию мышления, к которой больше склонен разум, чем рассудок. Классификацию рассудка и разума, их взаимодействие и различие автор проанализирует в специальной главе, посвященной особенностям психологии женщин в проблемных ситуациях; в орбите проекциональности отношений женщина (ее рефлексия) + мужчина (его рефлексия). Простым доказательством женской устойчивой эго-субъективности ("есть мое Я и оно — мое Я важнее, чем Я мужчины"), согласно которой женщины все соотносят с собой (тип бол.), и что обязательно необходимо знать мужчинам, является то, что, как бы от каждой точки отсчета, все женские эго мысли возвращаются назад, к женской Я персоне, почти по замкнутому кольцу.

Нужно знать также, что женщины всегда становятся безснисходительными к мужчинам, если сами мужчины их часто прощают во всем, в чем, порой, не нужно никогда прощать; поэтому мужчине в общении, в отношениях с женщиной вообще ни в коем случае нельзя быть податливо-мягким, как воск, ибо она, непременно, быстро (чутье у нее, как у охотничьей собаки на уток) воспользуется этим и сядет вам же, мужчине, на шею. Вы вряд ли что потеряете, если будете чаще пренебрегать женщиной. Если она дорожит вами, то она никуда не денется, а если денется, значит вовсе не дорожит, поэтому снисходительно-пренебрежительное обхождение с женщиной просто, как аксиома, необходимо всегда — держите ее на дистанции, барьерно, — поскольку излишнее дружелюбно-игривое, предупредительно-доброжелательное отношение к ней женщина мгновенно обыгрывает в свою пользу. Все это незаметно, но довольно быстро делает ее, почти всегда, высокомерно-наглой, дерзко-несносной, что и ведет потом, в большинстве случаев, к разрыву с ней. Женщины в силу блестяще-уникальной интуиции — а она поистине своесамобытна и требует более подробного специального изучения — сиемгновенно начинают соображать, что в ней этот мужчина всегда нуждается, поэтому-то по отношению к нему и нужно применить метод женской отчужденности, основными ингредиентами (частями) которого является холодность, надменность и чрезмерная притязательность. Они тут же (тип бол.) входят в здание аффектации (искусственности эмоций) и ловко играют на чувствах простаков-мужчин. Если женщина сразу же поймет, определит, что вы в ней больше нуждаетесь, чем она в вас — вы, мужчина, почти погибли, она сейчас же начнет (женская интуиция!) обращаться с вами, как с собачонкой или просто, как с человеком, который ей все время что-то должен; она будет стараться наигранно-надменно кокетничать с вами, дерзко-пренебрежительно разговаривать с вами, а в зависимости от обстоятельств может отказать в интиме, — чтобы вы что-то делали-сделали для нее. Именно поэтому автор и рекомендует всем мужчинам самим быть пренебрежительным к женщине и не поддаваться на их уговоры, просьбы, которые почти всегда тянут за собой шлейф вашей, мужчина, разорительности и редко что-либо положительное для вас самих. Вот почему несомненно то, что для того, чтобы женщин поставить чуть пониже, а себя — чуть повыше, нужно демонстрировать им — и в этом будет ваше, мужское, неоспоримое превосходство — что вы в них, женщинах, мало нуждаетесь; почаще давайте им возможность это видеть, слышать и вы только выиграете от этого; напротив же, вы будете немедленно повержены, если хотя бы немного поставите себя ниже женщины.

Будьте немного дерзким, — женское действие, акт поведения нужно побеждать мужским противодействием, пренебрежительно-насмешливым с женщиной почти всегда, но, естественно, в нормальных дозировках, а в тех случаях, когда вы любите ее, то непременно таите от нее свою любовь. Говорите в таких случаях обычно нечто полувысокомерно-многозначительное, весьма "озадаченное" для нее: "вы знаешь, я как люблю, так могу и разлюбить"; так как женщины в силу того, что они переменчивы в чувствах и не ценят навязчивости, плохо переносят, а то и отвергают ее, — большую мужскую любовь. Мужчины, несмотря ни на что, все же существа более благородные, чем женщины, что и подтверждается в многомиллионном количестве случаев, в конце концов, даже в самых биэкстремальных (мужчина + женщина) ситуациях, мужчина может все понять, все простить, так как полагается больше в своих суждениях и умозаключениях на разум, а не на рассудок; у женщины же, наоборот, чаще всего диаметрально-противоположный подход, их нелепый эгоизм, самовлюбленность заслоняет путь импульсам разума и рефлексия рассудка одерживает верх над ним; вот ввиду чего женщины лишь по случайности (тип бол.) могут поступить благородно. Женщина, если рассматривать ее сквозь призму понятия зла, низменная натура уже хотя бы потому, что основополагающей целью ее жизни (подавляющее число случаев) является стремление найти того мужчину, который будет поощрять ее иждивенчество и Я-причуды; приспособиться к нему, подмять под себя; а отсюда и женский эгоизм, наглость, лицемерие и другие пороки. Поэтому глупы те мужчины, которые ошибочно предполагают, что женщина привлекательная, симпатичная, т. е. красивая внешне, наделена теми же достоинствами в интро Я (внутреннем Я). Такой мужчина всегда будет легкой добычей женщины, их оловянным солдатиком, которого можно легко переделать, сломать.

Многие молодые мужчины часто недоумевают, общаясь с женщиной, почему вдруг так она покинула, оставила его, хотя вроде бы он не дал ей повода совершить с ним разрыв; ничем вроде бы не оскорбил ее, ничего не сказал о ней самой плохого. Как раз таки они, молодые мужчины, не понимают, что он-то, женщине уже не нужен, не интересен; та информация, которую она получила от него о нем самом уже позволила ей сделать выводы не в его, мужчины, пользу — либо он не выгоден сам по себе, либо вообще не подходит, — как аргументирует женщина сама к себе, ни в настоящем, ни в будущем.

Небезопасно также мириться с женщиной и возобновлять с ней, так сказать, "прежние отношения", которые, как думают большинство молодых мужчин, заблуждаясь, будут также прежне идиллическими; они, мужчины, сами же допустив эту непростительную свою слабость, впоследствии глубоко раскаиваются в этом; если ранее была ссора и она произошла по вине женщины, то можно нисколько не сомневаться в том, что весьма скоро женщина снова спровоцирует вас на конфликт и не один раз, даже еще более в резко-экстремальных формах. Сотнемиллионные примеры на эту тему постоянно подтверждают неопровержимость этого суждения; в данный момент автор имеет ввиду не мелочные ссоры, а серьезный проступок женщины, — просто развод, разрыв отношений, чему причиной всегда одно: "у этого было мало денег, поищем больше!". Необходимо раз и навсегда уяснить, запомнить, закодировать в ассоциациях своей долговременной памяти каждому мужчине, что женщина при первом же попавшемся удобном случае сделает тоже самое, что и в прошлый раз; причем, вполне вероятно, что она еще сокрушительнее, сильнее нанесет вам, мужчине, удар. Поэтому весьма полезно мужчине знать, что на женщин никогда нельзя рассчитывать в сложных, экстремальных (обостренно-жизненных) ситуациях, или в тех, где они уже показали себя с отрицательной стороны, выказав низменность своей натуры; мало задумываясь о последствиях, о вас самих, они самым бессовестным образом предадут, сдадут или разменяют вас на нечто более выгодное, лучшее, мало обнаруживая у вас хорошего. Вот почему даже тюремная мудрость гласит: "с женщинами никаких дел, при первом же шухере сдаст с потрохами!".

Женщины обладают и генетической (врожденной) и социальноприобретенной способностью, постепенно трансформирующейся в навык, воспроизводить путем мимикомо-делей из гримас лица различные маски, необходимые им для успешного, часто победного контактирования в общении с мужчиной. Колоссальная женская замаскированность, самогерметизация мыслей, скрытность позволяют им все время ловко казаться, но не быть теми, кто они есть на самом деле. Женские маски, повторяющиеся последовательно, непоследовательно, но изо дня в день, автоматизируются; переходят постепенно на уровень обыкновенных навыков и экспрессируются (выражаются) как уже нечто обиходное, само собою разумеющееся, устойчивое в женском Я-бытии. Вот почему многим мужчинам особенно следует быть осторожными и обязательно остерегаться делать поспешные оценки о женщине после даже первого интима с ней; суждение древних, которое гласит, что для того чтобы понять женщину, нужно с ней переспать, во многих жизненных диспозициях вполне может оказаться ложным; переспать, отнюдь, не всегда понять женщина с великолепной театральностью вуалирует почти всегда (тип бол.) истинность своих намерений. Необходимо также мужчинам помнить, что женщину лучше всего рассмотреть в мелочах, в чем-то незначительном, в ядре самой жизненной ситуации; как бы со стороны, как бы отчужденно-проницательно дистанциироваться от нее сознанием, а затем сократить проекцию сознания по отношению к ней вновь, и снова уже проницательно-близко проекцией сознания и мышления рассмотреть, проанализировать с какими неблагоприятными для вас моментами, аспектами могут впоследствии быть связаны эти мелочи. Этот модус (способ) познания человека, вообще, автор может назвать принципом дистантной проекциональности сознания по законам обратной связи от субъекта познания к познаваемому объекту, где основным механизмом является сокращение проекции сознания для анализа объекта и временное, таким образом, отдаление от него, объекта, с последующим ускорением, приближением инстенсивно-включенного сознания, к нему, расширяющего тем самым спектр познания в своей проекциональности к объекту. Как раз таки в ситуациях, где женщины высвечивают свой мелочный эгоизм, необходимо понимать, что в других, более значимых бытийных обстоятельствах они проявят его в ущерб же вам, мужчине, с наибольшей деструктивной (разрушительной) силой. Если женщина в простых жизненных обстоятельствах проявит свой мелочный расчет, поставив его выше, чем какие-то ваши интересы, выискивая для себя определенной выгоды, суммы выгод, то вполне вероятно (тип бол.), что она уже, тем самым, репродуцирует (воспроизведет) механизмы своей нравственной непорядочности, следовательно, в других, более важных для вас, мужчины, обстоятельствах; она обязательно (тип бол.) будет больше считаться со своим эгоистическим-Я, чем с вашими потребностями. Нужно учитывать, что коль она, женщина, так легко нарушает понятие "Мой интерес =твоему интересу", то она столь же легко и непорядочно впоследствии, что постоянно и подтверждается в практической обыденной жизни, поставит свой интерес выше вашего, мужского. Согласно этому выводу, который неопровержим и постоянно наблюдаем, виден в повседневной реальности, необходимо заранее мужчине в общении, в отношениях с женщиной не полагаться ни в чем на женщину и не рассчитывать на женскую порядочность, добро и т. д., а, наоборот, накануне пред подготовить свою психику для встречи с коварно-хитрым женским субстанциональным Я. Ввиду этого, если мужчина желает знать, как будет поступать женщина в тех или иных ситуациях, которые могут произойти, то он непременно должен помнить, что в различных дифферентно-многообразных обстоятельствах в сфере отношений мужчина + женщина, в вакууме общности-необщности, их обоюдных-необоюдных интересов нельзя принимать ему, мужчине, за веру, за истинную данность женские обещания и заверения, которые, как показывает жизнь, ровным счетом ничего не стоят. Допустим даже, что женщина будет искренне заверять вас, что она вас любит, будет преданна, не бросит вас ради другого, но ведь нужно помнить, что любовь не вечна, она проходит всегда, а преданность, постоянство женщины почти абсолютно (тип бол. жен.) преходящи, потому что женщина, сходно с рыбой, которая ныряет, где глубже, почти всегда там, где лучше, со все теми же, деньгами. Нужно знать по-этому, что она, женщина, всегда поступит сообразно, своему прагма-Я, чтобы встать над обстоятельствами, в которых пересекаются ее и ваши, мужские, интересы; потому что субстанциональная (первоосновная) жизненная позиция женщины — прагма-концепция — всегда в конфликте, в противоречии, как бы в оппозиции к ее чувствам. Чтобы достигать (о чем подробнее мы расскажем ниже) столь много выверенного и необходимого в жизни для мужчины понимания негативных качеств женщины, он просто обязательно должен устраивать хитроумные проверки женщинам; почаще беседовать с ними о том, что думают женщины о своей жизни; о ее отношении к мужчине, о его роли в ее жизни. Все эти вопросы нужно стараться преподносить так, чтобы ответы женщин не раздражали вас самих, мужчин, потому что в подавляющем большинстве случаев рассуждения женщин будут устремлены к все той же прагма-иждивенческой концепции, отражающей их женское Я-бытие. Мужчинам нужно тщательно вуалировать, (чтобы женщины не заподозрили их экспериментальную основу в вопросах), свою реакцию на ответы женщин, ибо придя к выводу, что ее проверяют, разыгрывают, женщина быстро либо повернет тематику беседы в другое направление, либо расторопно уйдет от ответа, или замаскирует в ответах свою прагма-константную позицию по отношению к вам, мужчине.

Молодые мужчины, обычно, сами же себе, ввиду самоуверенности, составляют недальновидно-незыблемые правила для своего общения с женщиной и думают, что они (особенно так полагают большинство малоопытных мужчин) непогрешимы и понимают женщин; эта наивная самоуверенность оказывается на поверку дня, самого времени ложной и заставляет их делать промахи и уже непоправимые, порой, ошибки. Женщины удивительно изобретательны, их великое искусство общения и состоит в том, что они могут, что редко вообще доступно кому-нибудь из мужчин, легко подстраиваться, иммунноизироваться под любой мужской характер, под любой стиль мужской жизни, — как и образ, имидж жизни других женщин; тем более, например, психический акт адаптации женщины к характеру мужчины интенсифицируется (усиливается в процессе взаимоотношений). К тому же женщина, научившись имитировать другую, чужую женскую жизнь — женщины из среды, умело инспирирует (внушает) мужчине свою добродетельность, доброжелательность. Не понимая многого, мужчины полагают, что понимая и зная малое о женщине, достаточно для того, чтобы понимать им женщину; тем самым, они бросают себя на произвол беспощадного, порой, к ним Случая, который всегда носит, в реальности, больше благосклонности к женщинам, а не к ним самим.

Весьма часто мужчины не оберегают свое морально-психическое Я от признаков лукавой женской аффектации, этой царицы пренебрежительного обмана, к которой прибегают почти все женщины; они, мужчины, не могут прояснить, что аффектационное демонстрирование каких-либо качеств, достоинств, выставление их женщиной напоказ (имеется ввиду искусственное воспроизведение женщинами эмоциональных психических актов порядочности, доброты, благосклонности и т. д.) есть, чаще всего, вычленение женщинами из своего психического Я как раз таки тех достоинств, которыми они редко обладают. Обычно, искренность женских эмоций в большинстве ситуаций зависит от того, может ли она извлечь определенную пользу из сложившихся обстоятельств в ее отношениях с конкретным мужчиной. Коль женщина, которая ставит себе цель "обработать" вас, показывает вам, например, что она нерасчетлива, добра, мила и экспрессивно, порой, подчеркивает это, то знайте, что почти всегда это показная ложь, сфальсифицированная обманом конструкция актов поведения, потому что, если бы она обладала этими свойствами своей женской натуры, женщина не высвечивала бы их в экстеропорядке (внешнем) напоказ, имеется ввиду внешний эмоциональный план. Женщина по своей соционатуре приматноскрытное существо, вот ввиду чего необходимо понимать, что по причине почти постоянной скрытности (тип бол.) она то и изображает, конструирует некий почти автоматизированный, благодаря опыту, менталитет доброты, но как только присмотритесь она почувствует, что вы не тот, кто ей нужен (а ей нужен всегда тот, у кого есть много, разумеется, денег), она тотчас же, синтезированную комбинацией гримас, маску доброты сменит на реально-эмоциональную позицию равнодушия. Мужчинам просто нужно усвоить, что, если бы женщина обладала большим репертуаром положительных качеств, у нее бы и мысли не пульсировали вокруг того, что их нужно обязательно (т. е. эти качества) выразительно подчеркнуть, продуманно вам преподнести; поэтому необходимо внимательно наблюдать за аффектационными мотивационными актами женщины и предельно точно распознавать, что в них от истины, а что от лукавого.

Ошибочность умозаключений многих мужчин чаще всего состоит в том, что они строят все свои суждения о женщине под влиянием своей мужской любви к "хорошим, обаятельным, добрым" и сами не замечают того, как постепенно встают на путь идеализации женщины. А поскольку женщина легко (гениальный дар!) подстраивается под склонности, конструкции мышления и вкусы мужчины, то им, мужчинам, и кажется (парадоксальность заблуждений мужского Я!), что это и есть та самая, которая, как считает он, ему и нужна. Он, мужчина, не понимает, что общность интересов, относительная общность мнений и вкусов, относительная общность суждений и оценок о предметах наличного бытия уже давно(тип бол. жен.) смоделирована женщиной и адаптирована под систему экзистенции мужчины. Общаясь с мужчиной, который как быстро схватывает, уясняет она сможет обеспечивать ее безмятежное бытие в будущем, уже в ходе общения, в самих этапах какого-нибудь данного общения, женщина может мгновенно приспособиться, подключиться(если это входит в ринг ее интересов) к интеллектуальным интересам мужчины, то есть, к его образу мыслей, суждениям на женском языке это называется умением искусно поддержать беседу.

Женщина, в круге отношений мужчина + женщина, построенных, естественно, вне деловых и производственных интересов, видит реальность, нужность отношений с мужчиной в конце концов только на почве тех материальных средств, которыми обладает он, они-то и лежат в основе фундамента всех ее с мужчиной связей, потребностей.

Большинство молодых парней как раз таки даже и не задумываются над этим, они часто судят по тому, что раз он поимел десяток — другой женщин, то этого достаточно для того, чтобы их хорошо знать и понимать; а тем самым парни не размышляют над тем, что женщина как существо, как личность отличается от мужчины трудно исчислимым большинством разных психических свойств и процессов; моральными качествами, способом мышления и восприятием его самого, мужчины; имеется ввиду разность психической и моральной конституции, разность имманентных жизненных позиций у мужчины и женщины, которая постоянно усматривается в проблемных жизненных ситуациях, в системе взаимоотношений мужчина + женщина.

Мужчины редко, многие почти никогда, по неведению и недалекости не принимают во внимание разность жизненной позиции у себя мужчины с жизненной позицией у нее женщины; они путают сито и корыто, яйцо и скорлупу от яйца, свои социоустановки с женскими и по причине непонимания и кардинального расхождения принципов я бытия в обществе женщины со своим мужским Я бытием, они наивно игнорируют, отбрасывают в сторону вопросы, связанные с осмыслением роли и поведения женщины в современном обществе. Словом, мужчины редко анализируют иждивенческие механизмы, их генезис, причины и следствия, которые постоянно сопровождают женщину в ее жизненном пути, в орбите отношений мужчина + женщина. К тому же, те, кто не испытал из мужчин, сотрясающих основы психики, ударов брачного молота, брачной жизни вообще, попросту отбрасывают, как ненужный хлам, самомотивацию какого-либо анализа; им все кажется в любимой, доброй, ласковой, нежной, красивой божественным, неземным, всеочаровательным, просто небесным; они почти всегда, как кролик перед удавом, загипнотизированы женской инспирацией (внушением), верованием в ее доброту, нежность, скромность, порядочность.

Женщины умело выдрессировывают многих простаков-мужчин и стимулом веры в женскую порядочность, и непогрешимость везде, во всем; во всех вопросах, касающихся бытия вдвоем, и у большинства мужчин вырабатывается определенный устойчивый рефлекс к разного рода женским лицемерно-лукавым инспирациям; они не могут (многие до конца своей жизни) понять, что все почти женщины жаждут первенствовать над мужчиной, особенно в брачно-семейной жизни.

Женщинам не присуще надеяться, верить и ждать, когда мужчина добьется каких-то вершин в своем деле, своей профессии; на роль Беатриче, Лауры и Инсаровой сейчас из женщин претендовать не пожелает почти никто. Они, женщины, точно малые дети, увидевшие и пожелавшие съесть вкусное мороженое, хотят, в большинстве случаев, лучше сказать, почти во всех случаях, всего и непременно, сразу и только сразу, а никак не по другому.

Этого-то обычно не уясняют молодые парни, оставаясь в полном разочаровании, неведении, недоумении, после того как женщины бросают их ради других мужчин, могущих составить для них, более выгодную партию. Для женщин не существует почти никаких "потом", им все нужно сейчас, сразу, немедленно, всеобязательно.

Теперь коснемся такого понятия как любовь, в которую весьма опасно верить мужчине сейчас, как и глупо верить в то, что любой из нас вот так вот вдруг неожиданно и сразу может стать миллионером. Настоящая любовь столь редкостная в нынешнюю эпоху, предполагает не только сильное биофизическое влечение, но в большей степени должна она, любовь, предполагать сама, по своей сути прежде всего взаимобескорыстное участие к проблемам другого, то есть того, кого любишь. Так вот, если нет взаимобескорыстия, то нет никакой и адекватности и с любимым существом и все рассуждения Стендаля и Фромма о любви кажутся наивными, несоответствующими, реальности, особенно, в контексте нынешней современности. Поскольку имманентная (внутренняя) жизненная позиция женщины по отношению к мужчине есть не что иное как чистейшей воды прагма-концепция: "он, мужчина, он, мне должен, он, мне обязан", то ясно, что никакой любви — вне наигранности, вне театральности, вне фальши со стороны женщины почти никогда быть не может. Сейчас, в современную эпоху, всякая любовь со стороны женщины к мужчине (тип бол. жен.) ассоциируется только в основном с символом денег, обеспеченности, высокой обеспеченности, того, кого ей, женщине, и нужно, как думает она, любить. Любовь редкостна, расчет возведен в культ и любовь, практически, стала односторонней, то есть, в основном, любовь со стороны мужчины; любовь же со стороны женщины почти всегда (тип бол. жен.) есть ложь, маскировка, лицемерие, обязательно, материальный расчет; любовь стала почти эпифеноменом (ненужным придатком) в жизни людей, практически все сводится, в основном, к сексуальной любви, к сексуальным взаимоотношениям. Чаще всего не духовная любовь или дружба вне корысти, порождающая истинную любовь о которой так вдохновенно и прекрасно и лучше всех писали тот же Стендаль, Шекспир, Бунин, Достоевский, Толстой, Золя, а сексуальная, от которой уже идет, или не идет градация (восхождение) к духовной любви, становится, стала первоосновой феноменоизацией нынешнего понятия любовь. Если любовь стоит не вне денег, не вне расчета это не любовь, это подделка, хамелеонство, женская паразитообразная система психоиммунитета ее проекции к мужчине. Автор абсолютно не против секса, он только обеими руками "за", но рекламирование и культивирование секса и женских парадигм (образчиков) откровенного тунеядства бордели, уличная проституция, "профессий" манекенщица, "модель" и т. д. все это и способствовало приходу в социальную жизнь всех цивилизованных стран понятия любовь за деньги, любовь и деньги, а это не любовь, ибо сочетание терминов "любовь" и "деньги" уже само по себе таит зло, ибо деньги за любовь или любовь за деньги дискриминируют сразу же подавляющее количество мужчин, что мы и видим, в нынешнюю эпоху. Уважаемые мужчины, хотите убедиться в правильности этих слов, пожалуйста, могу, в таком случае дать вам совет: прекратите немедленно давать деньги на наряды, золото, бриллианты той, с которой вы в отношениях, перестаньте вообще что-нибудь делать для нее, и вы тут же испытаете на себе и увидите, что такое "женская любовь". Когда мне женщины льстят и говорят, какой я хороший, добрый, умный и т. д. и попутно просят денег, подарков, а я им отвечаю, что денег нет, плохо идут дела на фирме, дабы они отстали, удивительно то, что все женщины с поспешностью НЛО исчезают из поля моего зрения; больше не звонят мне, не ищут контакта со мной, потому что все думают одно: "Там нет "капусты"!" (То есть Я беден).

Мужской эгоизм, тщеславная мужская самонадеянность доверительно отдают себя в руки женщины и мужчина охотно начинает говорить женщине о себе, своих тайнах, планах, не заглядывая вперед, не анализируя, что эта поспешность может впоследствии обернуться против него. Он соблазняется часто женской аффектацией, редко догадываясь о том, что женщина и провоцирует его искусно на открытость; он не понимает, что житейские ситуации, особенно с женщиной абсолютно переменная величина, и что в любой момент женщина может использовать в своих целях информацию, которую он ей о себе сам же и предоставил. Излишнее мужское тщеславие и доверчивость к женской лицемерной лести, когда женщина льстит мужчине, видя в нем ребенка (а все женщины и считают, молодых особенно, мужчин детьми), почти никогда не приносят мужчине пользу; напротив, все впоследствии оборачивается ему во вред. Лучше не советоваться и не доверять никогда женщинам почти ни в чем, а лучше советоваться с проверенными, надежными друзьями, родителями, ибо все советы женщины, которая с вами не важно в качестве кого жены, любовницы будут сведены к одному в большинстве случаев, ко все той же ее выгоде, а не вашей.

Очень хорошо обнаруживается и заметен женский эгоистический расчет тогда, когда женщина пребывает в состоянии гнева, других отрицательных аффектов, воспроизведенных при обстоятельствах, когда вы отказали ей в деньгах, она становится как бы сама собою, без маски, вот здесь-то чаще всего и видна низость женской натуры и их, так называемая, любовь. Поскольку женщина существо действительно переменчиво-опасное, то мужчине всегда просто необходимо в целях собственной безопасности "заминировать", закрыть путь к своим секретам, потому как женщина, понимая и зная даже, казалось бы, невинные мелочи о вас, безобидные детали вашей жизни, с трансформацией обстоятельств тут же, не задумываясь, может причинить вам только вред, а не пользу. Поэтому мужчинам лучше всего самовыдрессировать себя к способности всегда быть с женщинами начеку и хранить свои секреты, а не наивно выказывать, высвечивать какие-то свои сокровенные тайны; примеров, для того, чтобы охранять секреты своего Я от настойчиво женского любопытства, у вас в жизни будет немало.

Автор до сих пор будет считать лживой любую женщину, которая будет лгать и доказывать, что не в деньгах счастье, но не сможет своей жизненной активностью рассчитывая на себя и только на себя, это сама же и доказать; а будет лишь доказывать, что и происходит повсюду сейчас, лицемерно-лживым образом, "что при чем тут деньги мужчины?". Вот автор, и мы все мужчины, хотим и увидеть на деле, не на словах, доказательства и только доказательства, а не ложь, которые и будут свидетельствовать, что деньги мужчины не причем. А так, все женские хамелеонские, лживые рассуждизмы есть ложь, демагогия, фальсификация, миф, ибо почти все мужья, любовники цивилизованной Европы и США пока почему-то, иронично сказать, когда касается вопроса финансов, всю жизнь при чем, при нем. Это и будет взаимосправедливость, как, впрочем, и должно, согласно законам общевековой морали, быть, но почти никогда не бывает, потому что у женщин, их паразитизм и лицемерие, пульсируют постоянно как раз таки в замкнутой сфере женского умозаключения: "только мужчина всегда причем, поскольку он должен, обязан и т. д.".

Мужчине безопаснее предпочитать удовлетворенность собой при рассказе женщине своей ирреальной (мифической) биографии о себе, чем о себе же излагать действительно какие-то имевшие место реальные факты последнее редко принесет ему пользу; ибо женщина, зная факты его истинной биографии, оперируя ими и сопоставляя их, как этапы его жизни, также с характером самого мужчины, быстро определит кто он; кто перед ней, каков сам по себе этот мужчина. Ввиду этого мужчине лучше скрыть негативные эпизоды своего прошлого и настоящего бытия, приукрасив лишь положительные моменты своей биографии. Мужчина, если желает, чтобы женщина доверяла его словам, обязан произносить фразы размеренно спокойно, хладнокровно серьезно, без всякой лишней экзальтации в интонации голоса и внешне мимических движений лица. Самому же мужчине необходимо знать, что, когда женщина проявляет в процессе какого-нибудь межличностного (ситуация мужчина + женщина) конфликта экзальтированную (воодушевленную) резкость, то ее эмоции говорят языком выгоды, корыстного эгоизма. Женский рассудок, ограничивающий ее разум и волю (ограниченная воля), почти всегда превалирует у женщины в конфликтных ситуациях; он сковывает свободу воли и разума, и тормозит саму динамику разума в поисках справедливого разрешения конфликтного вопроса. Не стоит также мужчине обольщаться, идя на поводу разных женских в его адрес комплиментов, дифирамбов, соблазняющих его мужское Я, так как женщина без определенного своекорыстного умысла никогда не будет хвалить просто так мужчину, разыгрывая в вас, в мужском внутреннем Я тщеславие, женщина уже видит сквозь его проекцию те выгоды, которые она может из него извлечь. Мужское тщеславие предмет такой достообыденный, в повседневности мало приметный, а женская похвала каким-нибудь мужским достоинствам столь редка, что мужчине стоит весьма осторожно воспринимать сигналы женской лести. Какой бы доброй и порядочной не пыталась изобразить себя женщина и в каких бы обстоятельствах она не стремилась это сделать, нужно знать, что во всех своих словах и жестах она утаивает какие-нибудь своевыгодные мотивы для себя, но касающиеся непременно вас, мужчины. И если сам мужчина, к чему он и должен стремиться, не реформирует стиль поведения женщины в отношении его самого, то какие бы эпохи не приходили на смену нынешнему времени, все акты поведения женщины (тип бол.) так и останутся в тех же формах, моделях, в которых они и существуют сейчас. И через 200 лет, если мужчина и государство, но прежде всего мужчина (о чем разговор в специальной главе) не попытается видоизменить социальный характер бытия женщины, она, женщина, будет и через 200 лет поступать по отношению к мужчине с позиций потребителя, в чем она успешно и преуспевает сейчас. И те беды, которые ждут миллионную армию мужчин, ввиду несправедливого отношения к ним женщин (тип бол. жен.), точно так же, как и сейчас, и через 200–500 лет будут ожидать тех будущих мужчин X (икс) почти в тех же самых ситуациях и положениях; а нынешние беды миллионов мужчин будут почти соответственны, почти тождественны тем бедам, которые ждут будущую многомиллионную армию, состоящую из мужчин X (икс). Их жизнь, будущих мужчин X, будет чем-то напоминать постоянно крутящийся, останавливающийся и снова вертящийся глобус, который мы рассматриваем ведь он невелик со всех сторон и при любых позициях, в любом ракурсе, в любых остановках, казалось бы, видим в нем что-то новое; но рассмотрев внимательно его со всех сторон, мы замечаем, что страны на глобусе, материки, города, острова, океаны, моря, реки, горы одни и те же, все те же. Между прочим, стоит заметить, что женщины в погоне за эфемерной выгодой, ибо брак по расчету выигрывает в одном, проигрывает в другом, в конце своего бытия, а то и в середине (в возрасте 35–45 лет) ясно видят непоправимо ускользнувшее от них счастье, невозвратимые уже радости, которые могли бы, как интуитивно понимает женщина, быть у нее с тем бедным, но любимым мужчиной. И понимая это, женщины 35–45 лет подсознательно бичуют свою совесть вполне заслуженными самоупреками (о чем и не подозревал Бальзак, который во многом идеализировал женщин, заблуждаясь насчет их порядочности, несмотря на то, что был выдающимся романистом). Женский путь в наличной реальности, редко самостоятельный путь женщины, редко, так сказать, самостоятельная модель, план самого пути. Обычно это синтез таких факторов как: а) подражание имиджу тех женщин, которые за счет мужчин реализовали или реализовывают в жизни себя; б) следование женскому обычаю ориентироваться не на профессию в материально-производственной сфере, а на замужество; в) благоприятных, неблагоприятных обстоятельств в ее личностно-деятельной активности по отношению к мужчине и социобытию вообще. Все эти факторы постоянно взаимопересекаются, параллелизируются, взаимодетерминируют друг-друга, взаимовидоизменяют друг друга. Умный мужчина то тот, кто просто не обманывает сам себя, а раз и навсегда не самозаблуждается по поводу прагма-позиции женщины в наличном бытии, спроецированной на него мужчину; он просто видит постоянную, неизменную величину женской прагма-субстанциональности в прошлом, настоящем и будущем и точно уясняет, предвидит отсутствие сколь ни будь возможных перемен в этой непоколебимой, пока, нынешней женской диспозиции в диаметре вопросов, связанных с ним, мужчиной. Если же мужчина, изучая женщину, реальное положение, порядок свойств и особенностей женского характера, будет рассматривать в фокусе, стабильно укоренившихся величин, то он и сможет всегда ясно перцептировать (воспринимать) причины их проявлений, изменений в актах поведения женщины. Свойства женской натуры, умеющей так тонко пользоваться скрытностью, запрятанной вглубь хитростью, будут для него в проекции его аналитического разума по отношению к женщине, как бы налично-осязательной, предувиденной, предпонимаемой моделью. С другой стороны, нужно знать, что все женщины не обнаружив ни в чем (философия, литература, музыка, живопись, логика, лингвистика) какую-нибудь глубину исследовательско-аналитической мысли, в то же время являются великолепными математиками при считывании мыслей мужчины, которым они интересуются. И при помощи одного малозначащего, казалось бы, слова, понятия они могут решить все теоремы, касательно, даже самой скрытой внешне, внутренней мужской жизни, его интро Я. Мужчине, например, если он желает похвастаться своими победами в прошлом над другими женщинами, чтобы склонить ту, которой он об этом говорит, к интиму, обязательно нужно дать ей понять, что он всегда хорошо обращается, общается и прощается с женщинами; в противном случае женщина может заподозрить неладное и не пойдет на встречу вашим желаниям и домогательствам. Никогда не следует, в силу всегда возможной трансформации обстоятельств, ни к кому из женщин начинать быстро питать душевную привязанность, нужно подмечать ее игривость, кокетство и цели кокетства, наблюдая за ней в общении с другими мужчинами. Вы увидите, таким образом, что все эти свойства неизменны в женщине, константно (постоянно) присущи ей, сопровождают ее на протяжении почти всей жизни, и поэтому глупо мужчине забывать о том, что женская кокетливо-игривая натура разыгрывает ежедневно спектакли, дабы утвердить выгодное ей в бытии иждивенчество. Ни в коем случае нельзя игнорировать и недооценивать опасность женской аффектации это все равно что швырнуть неизвестно куда с трудом заработанные свои деньги; а оставшись в трусах и майке, потом же самому горько сетовать на свой фатум (судьбу). Принимая, а не отвергая, осваивая, а не отбрасывая, навязываемые ему, мужчине, аффектационные свои женские мотивы кокетства, (женщина непременно таит свои прагма-цели, если мужчина не игнорирует сигналы женской аффектации и ее модификации), он, мужчина, становится, тем самым, как бы невольным соучастником ее желаний, потребностей, ее сценария, который либо сконструирован женщиной заранее, либо тектонизируется (выстраивается) по ходу самих отношений. Разумнее всего мужчине не поддаваться искусно-лукаво навязанной женской роли продуманной игре; таким простым способом мужчина сразу же сможет оградить себя от самоглупой искренности и своей наивной любви, которая почти всегда бывает больше односторонней; то есть он, обычно, любит ее, женщину, а она же любит лишь постольку-поскольку; здесь все будет зависеть только от Фортуны и ее благосклонности к самому мужчине; Случай и Деньги на вашей стороне — на вашей стороне и женская любовь; Случай, а заодно и Деньги не в поле вашего Я-бытия — женщина, по примеру инопланетян, мгновенно покидает планету вашего Я-бытия.

Не любите женщин и не совсем презирайте их! Вот, видимо, основная благоразумная жизненная мудрость — это первая. Вторая — ничего значительного не доверяйте ей и вообще никогда ни в чем, почти, не верьте ей. Станьте на ступеньку выше той, с которой общаетесь или вступили в отношения, иначе, рано или поздно, вы погибли — третья мудрость; то есть инициатива и лидерство всегда должно быть сохранено за вами, мужчина, а не за женщиной. В противном случае, вы неизбежно, рано ли, поздно ли, будете раскаиваться в том, что не придерживались этих оксиом-правил. Помните, что какие бы манипуляции не предпринимала женщина в эмоциях и суждениях, их структурно-элементный смысл всегда один и тот же, все в женщине возвращается к рассудочной прагма-позиции ее-Я. Как бы разноаспектны не были обстоятельства (миллионы смоделированных жизнью или желаниями женщины ситуаций), и в какой бы стране, будь то США, Италия, Франция, Англия, Россия, Германия, Швеция, как бы не преломлялись сквозь призму бытия события в жизни женщины (счастье, несчастье) — все это будет подчинено везде и всюду женской прагма-концепции по отношению к мужчине, все это будет вылеплено из одного гипса или глины, из одного материала. И то, что во Франции, России, Германии происходит в жизни одной, пятой, десятой, миллионной, десятимиллионной женщины, те же события характерны, почти адекватны в жизни женщины Голландии, Австрии, США, Швейцарии. Снова здесь мы видим принципы поворотов глобуса: крутишь, вращаешь — мелькает все разное — реки, моря, города, страны, а квинтэссенция глобуса все одна и та же; он просто все тот же глобус, который, как и женские иждивенческие прагма-концепции, раскрывает свое назначение, свою сущность и первооснову. Женщины, они в чем-то напоминают больших талантов, которые еще с детства, как Менделеев, Бор, Павлов, Резерфорд, Рузвельт ощущали интуитивно и определяли свое назначение, реализовывая тем самым в жизни свой гений для пользы народа, человечества; так вот, женщины интуитивно, инстинктивно видят уже в детстве, потом в юности, свое назначение, посредством мужчины, утвердить в жизни себя. В этом им постоянно и помогают и ложное воспитание, и средства массовой информации, и женщины из среды, несовершенство юридических законов и. сами мужчины, абсолютно не предпринимающие никаких радикальных мер изменить существующий порядок вещей. Ни в коем случае, ни при каких обстоятельствах, общаясь с женщиной, не следует чересчур чему-то радоваться или, упаси Бог, что еще хуже, жаловаться мужчине на свой Рок, свою Судьбу. Все эти слабости, выставленные напоказ мужчиной перед женщиной, последняя надолго принимает к своему сведению и лишь ждет удобного случая объявить вам, мужчине, мат. Мужчине необходимо уяснить раз и навсегда, что все, что совершает женщина в отношении его, связано с ее проблемами, то есть, все, что навязывает женщина ему, мужчине, проблемно и соотносится с женской прагма-субстанциональностью (первоосновой). Итак, все, что проецирует женщина по отношению к мужскому-Я, проблемно и сориентировано мало к нему самому, а посредством его самого, мужчины, к своим и только своим потребностям, поскольку основная "профессия" женщины — это "профессия" жены, любовницы, проститутки. Это ее социальное кредо, оно внедрено устойчиво в ее характер, центральную нервную систему, в механизмы сознания и функции нейродинамических комбинаций, обусловливающих работу женской прагма-рефлексии. Рефлекторные акты, сочетающиеся (сочетательный рефлекс — Бехтерев) с желаниями, мыслями, чувствами, целями женщины в своей направленности (проекции) к мужчине, детерминируют скрытно всю ту же прагма-позицию, потому что женщина открыто редко будет трубить о том, что только ради денег она живет, имеет отношения с каким-нибудь мужчиной. Если бы, например, женщины всегда открыто, беззастенчиво говорили везде и всюду мужчинам о том, что они хотят жить с ними только ради денег, особенно до вступления в брак, то многие бы мужчины бежали бы от них, как от чумы; поэтому-то, понимая это, женщины и действуют всю жизнь, почти во всех ситуациях, общаясь с мужчиной, завуалировано скрытно иначе им трудно было бы рассчитывать на успех. Многие женщины зрелого возраста 18–45 лет) соглашались с автором, когда он беседовал с ними, вокруг данного вопроса. Они, посмотрев на себя как бы изнутри, внутренним зрением (интроспективно) и проанализировав этапы своей жизни, признавали, что в отношениях с мужчинами действовали почти в подавляющем большинстве случаев скрытно, руководствуясь, по обстоятельствам, той или иной выгодой; в женщине все переменчиво, постоянна лишь одна величина — прагма-иждивенческая позиция; поэтому мудр тот мужчина, который раз и навсегда, не задумываясь, примет за исходное, субстантивное правило именно эту величину и всегда будет твердо, безсомнительно знать, согласно пониманию этой женской концепции в ее бытии, почему, по какой причине, ввиду каких целей женщина и бывает переменчивым, эдаким "перетрансформированным", (по обстоятельствам!) существом. Если же мужчина будет внешнюю динамику мотивов женщины путать со скрытой, внутренней сущностью самого мотива, то это и будет его вечной мужской проблемой, его бедой; мне будет искренне жаль его, так как все равно когда-нибудь, поздно рано, он споткнется. Он всегда будет, не понимая основной женской прагма-причины, видеть лишь женские действия — следствия самой причины, а их-то можно во внешнем плане, во внешнем проявлении эмоций изобразить женщине и искренне и ложно; не следствие как ошибочно думают, заблуждаясь, мужчины, не понимая знаки, фигуры женской аффектации, их форму и способ выражения, предшествует причине, а, наоборот, прагма-причина, цепь женских прагма-причин являют собой следствие, цепь единиц следствия. Только в прагма-причине, которая тщательно утаивается, скрывается женщиной, и находится "эмбрион", его модель ее будущих действия. Вот почему мужчинам, молодым парням никогда не стоит заблуждаться насчет внешнего экстеро-Я женщины, разумеется, оно обязательно, более оценимо, более реально, чем интро-Я и они, мужчины, предполагают ошибочно, по неведению, что внешнее женское-Я, как причина, как действие будет всегда таким чарующе-длительным, безмятежно-спокойным, снисходительно-доброжелательным.

Несомненно, что все ошибки и заблуждения мужчин насчет женщин происходят по причине незнания, непонимания, устойчивости, доминантности женской прагма-концепции это некий фундамент ее сущности в жизни, стены на котором, а также и крышу должен возводить простак, глупец-мужчина, ограждая тем самым ее, женщину, от всяких забот и проблем. Кстати, ложное, деформированное перцептирование (восприятие) женщины мужчиной происходит и по вине их собственных же матерей. Вынужденные всю жизнь лгать, играть и лицемерить перед мужем, женщины-матери в редчайших случаях объясняют сыновьям, что такое женщина сама по себе и какие подводные рифы могут разбить корабль жизни их сына, особенно в фарватере брака. Все это происходит потому, что те же матери, конечно же, понимают, что начни они апеллировать, судить о женской лжи, непорядочности и тех модусах и приемах, к которым прибегают женщины, дабы ввести в заблуждение мужчину, им, матерям, придется обнажить, раскрыть, разгерметизировать, демонтажировать свое-Я, а, следовательно, уже дать понять молодому мужчине-сыну, что представляет собой в жизни женская натура. Редко какая мать совершит такой, чуть ли, не подвиг, ведь зачем же ей мало ли что плохо высказываться перед сыном в адрес женщин, вдруг он, сын, уяснив, что такое женщина, обернет, использует негативные мысли о женщинах против своей же матери. А напрасно! Иррациональность перцепции (искаженное восприятие) у молодых парней происходит и оттого, что его фантазии, родившиеся под знаком любви, заслоняют необходимый в таких случаях анализ той женщины, которая попала в поле его Я-бытия; его эмоции превалируют, порой, над аналитическим мыслительным процессом и он, мужчина, не может преодолеть этот эмоциональный барьер и возвратить свое-Я в русло логико-понятийного мышления. Впрочем, все не так просто, особенно, если вопрос стоит касательно женской искусственно-театральной мотивационной сферы, но все же понимать женщину не сложно, исходя из принципов ее женской имманентной прагма-позиции. Удивительно, стоит заметить, то, что всю жизнь женщины, живя скрытно и тая свои искренние, неискренние, злые, добрые, корыстные, а то и некорыстные мотивы и цели, в конце концов наслаивают, накладывают, проекционируют на свою физиономию свой интромир, свое внутреннее-Я и уже приблизительно в 20–22 года на их лицах вполне можно рассмотреть модели различных своекорыстных целей. Женщина будет улыбаться, радоваться чему-то, болтать то с веселой интонацией, то с серьезной, хмуриться, дурачиться, зевать, скучать, но вся ее мимика почти савтоматизированна под какую-нибудь в данный момент, в конкретной ситуации прагма-цель, прагма-потребность. Постоянно женщины стремятся взаимозаменяемыми моделями мимики, актами внешних движений и действий возбудить у мужчины интерес и почитание к себе, константно они применяют различные приемы-уловки заученного кокетства, самовыдрессированной, самосдирижированной скрытности и многие простаки-мужчины, общаясь, знакомясь с женщинами, даже и не помышляют о том, что это давно продуманная ими, мыслимая, по ходу возникшей ситуации, женская комбинационная игра. Он, мужчина, думает иногда, что женщина идет у него на поводу, совершенно не понимая, что он, как раз таки, на поводу у нее и в тот самый момент (по ситуации), когда он думает, что он перехитрил, перекомбинировал, тактически переиграл женщину, она-то, женщина, и думает, и абсолютно правильно понимает, что околпачивает, обувает очередного глупца, простака или, как сейчас стало модно выражаться в среде женщин, — "ушатого".

Мужчины должны помнить, что многое из того, что делает, говорит, думает, предпринимает, пытается совершить, совершает женщина это почти все то (так социально-исторически, по глупости самих же мужчин, сложилось), что совершают, предпринимают и делают или делает многомиллионная армия женщин всех цивилизованных стран мира; что прагма-концепция — это достояние их всех, женщин; женщин России, Германии, США и т. д. Что она стала всеобщим, интернациональным, интерсубъективным женским принципом женского Я-бытия в вакууме ее отношений с мужчиной. Есть оригинальная женская лицемерная уловка для мужчин-простаков — это случай когда мужчина начинает справедливо хулить женский пол за их жадность, вероломство, прагматизм; и вот тут-то та женщина, которая с ним в отношениях, начинает успокаивать его; в скромно-фарисейской форме доказывать, убеждать, что не все такие подлые, жадные, вероломные, хитрые и тут же ставить в пример, себя, своих подруг, знакомых искусственно-наигранно возмущаясь: "С какими ты (вы) женщинами общался!?". "С такими же как и ты (вы)", — можете ответить в этом случае вы про себя, а то и прямо ей в лицо, можете быть уверены, вы не ошибетесь, вы, почти всегда будете с истиной в себе. Все женщины, повторяю, разнообразны по внешности, разнообразны по своим склонностям, разнообразны по своему интеллектуальному уровню, но сущность почти у всех (тип бол. жен.) одна и та же прагма-позиция, иждивенчество, гипериждивенчество по отношению к Я-мужчине. Усвоенная в юности, в молодости, в 17–20 лет, прагма-концепция еще тогда определила траекторию ее жизненного пути, пути в бытии; ее женские прагма-модели, прагма-стиль действий, поведения; они неизменны (тип бол.), живут в ней, как устойчивая идея в себе. И, таким образом, являют-являются целиком и полностью неотъемлемой частью женской прагма-первоосновы везде, всюду, в любых ситуациях, в разных жизненных обстоятельствах, связанных с мужчиной, помимо, разумеется, деловой сферы. Поскольку женщина завистлива, паразитична, больна тартюфоманией (постоянным лицемерием), она-то и не создана, по большому счету, надолго, на длительный срок для чистой двухсторонней любви (тургеневские Аси и бальзаковские Урсулы редки, как алмазы), той любви, которая основополагает в себе отсутствие тех или иных форм расчета — нет (!), не было (!), нету (!) почти женщин, которые бы не жили с постоянной мыслью в себе о том, что мужчина должен зарабатывать деньги, а она, женщина, разрабатывать способы их растраты; порой изощренное, глупое женское суперрасточительство удивило бы, видимо, самого Креза, живи он сейчас среди глупо-безумных, безудержных женских запросов. То ли в английском, то ли в американском анекдоте на вопрос, может ли женщина из миллиардера сделать миллионера и наоборот, социологическая служба отвечает, что из миллиардера женщина создать, обобрав его, миллионера сможет; а вот из миллионера она может сделать только нищего, но, отнюдь, не миллиардера. Вот потому-то гневное удивление, а то и пароксизм ярости охватывает (в подавляющем числе семей) мужчин, когда из них жены нагло, бесцеремонно выколачивают, выбивают деньги на очередные наряды, золото, бриллианты. В душе женщины полностью убеждены (тип бол.), что мужчину легко можно уговорить, надуть и, действительно, в обыденной реальности так и происходит на самом деле и в браке, и в отношениях любовник + любовница; главное для женщины, фундаментальное, везде одно — урвать, сорвать, выхватить, выманить, выжать все, что только можно (мат. ценности) с мужчины и тут же вышвырнуть его или расстаться, распрощаться с ним после того, как он был на все 100 % использован, если женщина видит, понимает, что в качестве средства он, мужчина, не представляет уже почти никакой ценности. Не на социальную активность, не на деятельность в материально-производственной сфере (это для женщины второстепенное всегда, нечто только вторичное) направлены действия, активность женщины в бытии, а как раз таки на все того же мужчину, простака, глупца, лопуха, который, как безоговорочно мнит она, должен и только должен поощрять ее иждивенчество. Вместо того, чтобы свою деятельную активность, знание, энтузиазм направить в сферы созидания, производства (ведь женщина, хоть и отлична от мужчины по генотипу и психологическим особенностям и свойствам, как индивид, но, безусловного своему индивидуально-созидательна в различных отраслях производства, науки, культуры и если хочет, стремится, то добивается больших успехов в разных аспектах, касающихся материального производства и науки), женщина же свою энергию, активность, которая в нынешнее время переросла в натуральную наглость, надменность, произвол, эскалацию (агрессию) и откровенный повседневный беспредел, как раз таки транспонировала, трансплантировала, то есть перенесла на все того же мужчину; и еще и ждет, чтобы он, видите ли, поклонялся, обожал, уважал паразита. Ницше, который плохо понимал женщин, все же высказал абсолютно верную одну мысль о них: "Признаком рассудительности женщин является то, что они почти всюду заставили кормить себя, как трутни в улье" (Ф. Ницше, соч. в 2 т., Том 1, стр. 421, Москва, изд. "Мысль", 1990). Шопенгауэр, также по наивности, неразумно веривший в какое-то женское благородство (не знаю было ли оно тогда, 150 лет назад, но полагаю, что нет), явно ошибался, когда говорил о том, что женщины могут быть дальновидными в политических вопросах (А. Шопенгауэр. Афоризмы и максимы. Ленинград, 1991 г., стр. 188). Как раз таки женщины никогда не могут быть дальновидными политиками, ибо политика дело тонкое, требующее анализа, сравнения, обобщения фактов и людей, сопричастных к самим обстоятельствам; а женщины, у которых рассудочно чувственная актоэмоциональная деятельность превалирует над разумом, над его логико-понятийными формами мышления, которые динамизируют, развивают аналитические способности мышления, вряд ли состоятельны и сильны как политики. Рассудок всегда консервативен, строг к упрощению и схематизации. Что несомненно и верно, и автор полностью согласен с А. В. Петровским и М. Г. Ярошевским, которые в словаре "Психология" (Москва, "Политиздат", 1990, стр. 335) дают классификацию различия рассудка и разума. Ту же классификацию, достоверно обозначающую разграничение рассудка и разума, определяют Ф. Блум, А. Лейзерсон, Л. Хофстедтер — группа американских профессоров и ученых нейропсихологов, указывающих в своей книге "Мозг, разум, поведение" (Москва, "Мир", 1988) на различие нейро-динамических моделей рассудочного мышления и аналитического мышления, присущего разуму, о чем разговор у нас еще впереди. Отсюда следует, что Кант явно заблуждался (см. Критика практического разума. Санкт-Петербург. "Наука", 1995), когда доказывал, что рассудок превалирует по формам мышления над разумом. Как раз таки, абсолютно, нет! Разум, что доказывают исследования нейропсихологов (Анохин, Лурия, Соколов, Воронин, Бабский, Ткаченко и другие), более динамичен, более нейрокомбинационен, чем рассудок, который все же, более статичен, смею думать, и, явно, не так динамичен, склонен к эволюции, чем постоянно движущийся, саморазвивающийся разум. Поэтому, возвращаясь к последнему вопросу, могу сказать, что женщины абсолютно не обладают, чаще всего, никакой дальновидностью, они и могут и нет угадать мужчину через 10 лет или 15; но могут и не предвидеть трансформацию его бытия через определенное время. Например, если беден мужчина в 20 лет, не всегда женщина может почувствовать, увидеть, что он станет богатым в 30, чему масса подтверждений на эту тему. Зато женская рассудочная интуиция быстро схватывает в мужчине его бытие на сейчас, на данное, схватывает его сущность, статус, положение в обществе; здесь женщина, безусловно, на большой высоте. Все что для женщин является нужным, необходимым именно сейчас, в данный момент, в данной ситуации, то ими, женщинами, и быстро схватывается, "снимается", понимается; что касается женской прорицательности, то она, как раз таки, явно преувеличена, не всегда имеет место. Даже Ванга, предсказавшая победу сборной Болгарии на чемпионате мира по футболу в 1994 году, тому пример. Женское сексуальное ремесло, сексуальные навыки, техника секса, а процентов 70–75 женщин владеют разнообразием приемов и способов воспроизводить то или иное действие, имеющее отношение к половому акту, достаточно разнообразно, полиаспектно, добротно, а то и вовсе превосходно, используют секс как оружие в своей социальной активности для того, чтобы заманить, завлечь, обмануть, привязать к себе глупца-мужчину. Секс является носителем обычно двух основных целей женщины, о которых сейчас мы и скажем ниже, ибо секс по любви вне денег кратковременен, недолговечен, редкостен, как снег в республике Чад, в государстве Судан. Первая основная цель, в которой секс женщина использует как оружие, это цель, связанная с выгодным для нее замужеством, то есть секс выступает как средство, как набор приемов, способствующих успешному бракосочетанию. Ну, а вторая основная цель секса — это создать из себя машину, для известно чего, конечно же, для добывания денег. Платон, Сократ, Сенека, Аристотель, Диоген, Публий Сир, Каллигула, Гелиогобал, Нерон, Тит Ливии, Гомер, Цицерон, Вергилий, Тацит, Гораций и другие древние наши предки и мыслители насмешливо, полностью и абсолютно уверен, издевались бы, иронизировали, злобствовали; остракически злорадствовали, увидь они то положение женщины, которое есть в цивилизованных странах сейчас, понимая все это, они бы едко, издевательски и, совершенно верно и справедливо, потешались бы над нынешними мужчинами, поставившими и возвысившими женщину над собой, над своим мужским Я. Поэтому мне, порой, искренне жаль молодых парней, плохо одетых, малоденежных, как раз в тот момент, когда с ними свысока, с пирамиды своего ложного надвеличия, высокомерно нагло и презрительно дерзко беседуют женщины, пресекая их попытки завести с ними знакомство. Никакие единичные и частные случаи — нужно помнить — не меняют женской жизненной прагма-позиции, только она является основным двигателем ее социоактивности, все остальное — вторично, случайно, эпифеноменально, редкостно и малоповторяющееся, если не связано с прагма-мышлением, с прагма-эгоизмом, с женской прагма-сущностью; то есть, если женщина и может поддаться, пребывать в эмоциональных состояниях — актах любви, симпатии сегодня, неделю, месяц, два, то все это быстро исчезнет, если не будет подкрепляться безусловными материальными стимулами, носителями которых должен являться мужчина. Прагма-дедукция женского мышления, в центре которого содержатся прагма-ядро, детерминирующее женскую выгоду, и есть то общее, мощное силовое поле, вокруг которого вращаются, так сказать, полезные протоны, или эпифеноменальные (ненужные) мысли-электроны. Так вот, эпифеноменальные, говоря метафорой, мысли-электроны редко притягивает к себе силовое поле прагма-ядра, а полезные, то есть те мысли-протоны, которые соответствуют (по обстоятельствам) женской прагма-концепции, силовое поле, адекватно магниту, притягивает к себе.

На чем основан женский образ жизни? А вот на чем: на зависти к чужой счастливой, обеспеченной жизни и на подражании образцам этой жизни. Почему женщины наглы, высокомерны и непомерно честолюбивы в бытии? Да просто потому, что мужчины сами разбаловали их и вознесли по глупости на Олимп; эта глупость, наивность, мужская недалекость сравнима разве что с иудейскими войнами, с войной Юга и Севера в США, потому что, возвысив женщину, вместо того, чтобы сделать ее, как минимум, равной себе, мужчины и не подозревали, что это обернется войной женщин против них самих. Судите сами, уважаемые мужчины, какие беды приносит вам и человечеству вообще жизнь с человеком-женщиной, которая ноет и ноет, просит и просит у вас матсредства, разоряет вас, почти ни в чем не считается с вами (вы глупец, вы и средство), изматывая ваши нервы, деформируя морально-психические свойства вашего мужского-Я. Сколько небогатых, среднеобеспеченных, а то и бедных мужчин в США, Европе? Да подавляющее большинство — 72–78 % от общего числа мужчин в возрасте от 20 до 50 лет, а поскольку всем почти (тип бол.) женщинам нужны только богатые, следовательно, что и подтверждает статистика, большая часть мужчин обречена сносить женское высокомерие, пренебрежение и зло. Мало того, агрессия женщин и их произвол повергает большое количество мужчин в нищету, страдания, деформацию психики, бедствия. И в этом виноваты вы сами, мужчины, и вот почему. Вместо того, чтобы презрительно, неподчинительно, неуважительно, дерзостно, и также, как и женщины, прагматично относиться к ним для своей же, мужской пользы, чтобы потом не страдать у разбитого корыта, вы же, мужчины, напротив, сами поощряете женщин быть дерзкими и наглыми. Вместо того, чтобы ничего им не давать и, тем самым, пресекать механизмы женского иждивенчества и откровенного, порой, тунеядства, вы им даете, (имеются ввиду, разумеется, матсредства); вместо того, чтобы показывать свою мужскую непреклонность и нив чем не уступать, если вопрос касается вашей собственности, вы по недальнозоркости, наоборот, уступаете, что и оборачивается, обычно, вашим же разорением. Они будут отказывать вам в близости? Ничего, немного потерпите, женщины также никуда не денутся и долго не смогут терпеть, но не разоряйте себя и не становитесь рабом влагалища. Помнится, в детстве мне дед моего отца рассказывал (а он был опытным и страстным охотником) множество удивительных охотничьих историй, приключений. Особенно запомнился мне его рассказ о лисице.

Рассказ о лисице, в котором таится смысл поведения мужчины по отношению к женщине.

Так вот, мой прадед как-то заметил, что к его домику в лесу иногда близко подходила рыжая пикантная лисичка, как раз в тот момент, когда он возле дома на костре поджаривал, коптил мясо зайца. Прадед стал подкармливать лису сперва мясом зайца, затем мясом дичи, мягким хлебом, сыром, причем, все это он относил к той сосне, к которой, обычно, и приходила лиса. Сперва он регулярно, ежедневно что-нибудь возле дерева, почти в одно и то же время оставлял лисе. И лиса, у которой выработался условный рефлекс, аналогично как и у собак И. П. Павлова, на условный раздражитель (пища), почти в одно и то же время появлялась возле сосны. Но затем мой прадед стал реже давать лисе птицу, а затем и вовсе перестал, так как в то время был голодный год. В течение дней 8-10 лиса, как поведал мне он, еще появлялась возле сосны, а затем исчезла, и исчезла навсегда.

О чем я хочу сказать мужчинам? А вот о чем, что если бы вы все без исключения перестали — что и нужно — кормить, давать деньги зарвавшейся в своей наглости и паразитизме женщине, то, вне всякого сомнения, она бы поняла (поздно ли, рано ли), что ей нужно рассчитывать в жизни на себя и только на себя; ведь все, представьте себе в идеале, мужчины, вдруг отказались спонсировать ее иждивенчество, тунеядство и различные запросы; то она бы, женщина, несомненно, подобно лисице, искала бы способ зарабатывания матсредств себе на жизнь не в мужчине, что и должно быть, а в сфере созидания, труда, материального производства. Станет ли это реальностью? Все зависит только от вас, мужчины. А секс — есть секс и он никуда не денется, а отказав напрочь женщине в поощрении ее иждивенчества и перестав тем самым раз и навсегда спонсировать ее потребности, мужчина заставит в конце концов после определенных женских бурь, возмущений, женщину вернуться к труду, к социальной активности, а не к проституции в качестве жены, о чем речь впереди, или проституции на улице, в борделе, везде. Они будут вам, мужчины, отказывать на первых порах в близости (?), ничего, если вы сынтегрируетесь и будете солидарны, женщина через месяц, два, три, полгода, кто через год, но вернется к вам в постель! Будьте непреклонны и женское сексуальное либидо рано или поздно возьмет верх у женщины над ее низменными прагма-расчетами. Любой человек-мужчина или любой человек-женщина должен быть по закону естественного права не паразитом в обществе, а созидателем и, не посягая на матсредства другого, жить на свои средства; а не так, как хотят везде "на халяву", жить женщины; то что твое — женщина — это пусть будет твое — если оно у тебя есть (матсредства), а то что мое — то мужское мое мужчины и Я не обязан как считаешь ты, а Я так не считаю, так не считает мой разум и воля, отдавать это тебе, потому что выходит Я — Никто, Ничтожество, если Я не дал тебе женщина свои мат-средства и ты ценишь не мое человеческое Я мужчины, а прежде всего мои деньги. Нет, мадамы и дамы, нам, большинству мужчин, это не подходит! Поднятые по мужской наивности на непредназначенную для них высоту, женщины и сделались, против всяких норм и правил гуманистической морали, нагло-высокомерными; а глупо-нелепые фразы, произнесенные разными простаками: "О женщине хорошо, либо ничего", "К женщине нужно относиться уважительно" и т. д. и превратили многих мужчин в тупое орудие их чрезмерного женопреклонения, их женопочтительности; женщины же, быстро сообразив, что мужчины глупцы, а не глупы они — женщины, воспользовались преимуществом своего рассудка над мужской глупостью. К тому же, поощрению женского иждивенчества способствуют или споспешествуют (словечко, употребляемое Кантом и Авенарпусом, но в совершенно другом значении) богатые мужчины; именно своим достатком, обеспеченностью на высоком уровне, богатством они наносят вредоущербность остальным необеспеченным мужчинам, ставя их в невыгодное положение соотносительно с женщиной. И мужчины и женщины находятся в равной правоспособности, согласно актам юриспруденции, права всех цивилизованных стран. К тому же все мужчины и женщины, согласно законам естественного права, также равны, как равен человек человеку; мужчина равен женщине. Несмотря на разность психофизиологических свойств и особенностей противоположных полов, (на разные все же — физический потенциал и интеллектуально-умственные способности мужчина физически все же сильнее, а логикопонятийное мышление у него все же по потенциалу аналитичности выше женского), женщина так же, как и мужчина, должна, обязана использовать свою умственную и физическую энергию в сфере науки, материального производства, культуры. И мужчина, и женщина — оба пола — находятся в равных юридических правах, и женщина точно так же, как и мужчина, правоспособна и, в обязательном порядке, зарабатывать себе на жизнь матсредства. Равным образом мужчина и женщина должны работать дома, если у них есть семья и никто никому в материальном плане не должен быть должен, что отказываются понимать женщины, делая из себя проституционное орудие — даже в браке — для добывания денег. Равное должно быть равным и никто никому не должен навязывать свое иждивенчество и мнение о том, что его должны содержать: лучше обувать, одевать, больше всего покупать. В таком случае должен вступать в силу непреложный закон: если твое материальное не равно моему материальному, то почему вдруг я в ущерб себе должен ублажать твои запросы? Тебе мало, ты и находи себе больше, а мне, мужчине, хватает и того, что есть, и я не настолько глуп, чтобы ты использовала меня, мои матсредства, мое право, мою свободу в своих корыстных целях. Я сам для себя, ты сама для себя, а если мы вместе, то равное должно быть равным, а иначе ты, женщина, или я, мужчина, хотим друг у друга отбирать собственность и права. Я работаю на себя и для блага государства и выполняю, придерживаюсь в рамках юридической законности, общепринятые правовые нормы поведения, то есть Я мужчина работаю на себя и на благо нации в том государстве, где я живу, итак, я полезен. И ты, женщина, точно так же, как и я, ведь мы правоспособны, должна не проституцией в доме или в борделе зарабатывать себе на жизнь (слишком легкий пирог!), а, пользуясь своей правоспособностью, добывать на себя матсредства в сфере материального производства, и так же на благо государства. Проституция в семье (о чем ниже) в борделе и повсюду предоставляет большинству женщин возможность просто паразитировать свое Я-бытие за счет мужчин; тем самым налицо явная дискриминация других женщин, у которых нет эстетико-физических данных попасть в число избранных, а еще больше повальная, неуемная дискриминация мужчин. Здесь все просто. Раз я богатый и могу платить проститутке-жене или проститутке из борделя, значит, мне повезло. Те же мужчины, которые бедны и не в состоянии оплачивать запросы проститутки-жены или брать проститутку в кафе, казино, с улицы, уже дискриминированы (а их подавляющее большинство и в 4–5 раз больше, чем богатых мужчин).

Продолжая нашу тему, скажем, что женщины ни в коей мере не должны распоряжаться в семье денежными средствами, потому что их склонность к расточительству, безудержному мотовству, любовь ко всему яркому, эфемерному, красивому (как они любят говорить сами), к развлечениям и делает их, на данный момент, неисправимыми мотовками, естественно, ваших, мужчина, материальных средств. Необходимо знать, что все, что противоречит их потребностям, их желаниям, вызывает у женщин внутреннюю борьбу, протест, который они переносят на вас, мужчин. И еще: для вас, мужчины, работа существует для пресечения собственной нужды и для реализации потребностей, то для женщины в нынешнее время работа в производственной сфере, способы зарабатывания денег на себя — нечто вторичное. Ведь, как ложно, нагло-бесцеремонно считают они, их желания должны исполняться не за счет их производственного труда, а за счет, конечно же, вашего. Вот почему, мы часто видим, как исполненное женское желание, едва успев появиться на свет, заменяется у женщины новым, очередным, капризным, полуабсурдным желанием; рассудочно-скудный женский ум постоянно придумывает все новые и новые полусумасбродные, сумасбродные, ирреальные запросы, иначе как же скоротать женщине свой досуг и скуку!? В страсти к мишурному блеску нарядов, золота, драгоценностей женщины как бы черпают при отсутствии силы разума, свою интро и экстеро (внутреннюю и внешнюю) жизнь, где мужчины выступают ни чем иным, ведь почти все приобретается за их счет, как жертвами женских прагма-побуждений. В этом, несомненно, есть какой-то бессознательный, а то и осознанный женский вампиризм, ведь для того, чтобы вытянуть деньги, например, с мужа, без боя, практически, дело не обходится! Свои запросы, реализация которых должна, как ложно полагают они, происходить за счет финансовых средств мужчины, усиливают, часто преднамеренно, спланировано, их агрессию (тут женщинам ума не занимать!), суть которой, в основном, поднять на вершину свои наслаждения, развлечения — отсюда, постоянное стремление женщин от хорошего к лучшему, от роскошного к более гиперроскошному, от иррационального к супериррациональному, от помпезных нарядов к более изысканным, и так всю жизнь, и так без конца. За чей счет? Конечно же, за ваш, вы же лопух, простак, тупица, не мужчина, а мальчик для битья и женских удовольствий и потребностей. Ко всему этому женщина почти всегда приклеивает тщеславие, амбициозность; все это придает ее рефлексии излишние хлопоты, самоскуку, которая, в конце концов, эмбрионизирует (порождает) вряд ли столь необходимые, если смотреть разумно, заботы о пышности, разного рода мишуре, которые придумывают женщины для себя, чтобы другие, также, в основном, женщины, мнениеизировали их эгоистическое Я. Мнениеизация других людей о ней, женщине (тип бол.), в своих разнообразных проявлениях становится, порой, основным двигателем социобытия женщины: "Что скажут и что подумают обо мне, такой только хорошей, доброй, умной, привлекательной и милой?" Или: "Что сегодня скажут Оля, Наташа, Лена, Кристина, Сюзанна, Жаннет, Альбина, Катрин о моих (французских, итальянских, австрийских, немецких) духах, помаде, платье, сапогах, шубе, костюме, туфлях?" Или: "Какое произведет сегодня впечатление на Олю, Кристину, Катрин эффект моего появления с Ником (Дитрихом, Иваном, Петром, Майклом, Биллом, Гансом, Генрихом и т. д.), который богат и имеет много денег, квартиру (коттедж), машину (две-три), загородный дом (два-три"). Любопытно, что автор подметил, постоянно вращаясь в кругу женщин, они, женщины, когда спрашивают друг у друга о новом знакомом мужчине, сразу же интересуются не его интеллектуальными способностями или физической привлекательностью, а, прежде всего, (тип бол. жен.) тем, кто он по социальному статусу; как у него по все той же "капусте" (женская "заячья болезнь"), кто у него родители и как по "капусте" у них; где он работает сам и каковы у него доходы; и только потом женщины спрашивают друг у друга, как он выглядит, как мужчина, вообще. Совсем недавно, не успел автор познакомиться с 23-25-летней женщиной, как тут же в его адрес последовал вопрос: "А каковы ваши доходы?" — причем милое, пикантно-улыбающееся личико молодой особы с внимательными быстро бегающими глазками изучало мой, как сейчас говорят, прикид. И когда я ответил, соврав: "800!", как тут же, она, сиесекундно, (ее личико изобразило гримаску разочарованного равнодушия) в упор-прямиком быстро спросила: "Чего, тысяч?!" (она имела ввиду российские рубли). "Нет, баксов", уверенно нашелся я, и тотчас же ее личико и глазки снова сманипулировались в гримасу улыбки, доброжелательной расположенности к моей особе. Женщины, (тип бол.), узнав о ваших доходах, калькулируют, уже по ходу самой беседы, общения, ваши же деньги; их интенсивно функционирующее воображение порой уносит, заносит их далеко — они уже — себе вычитают сумму из ваших доходов: "Из 800 — мне, минимум, 500, этому и 300, да, даже, 200 хватит.". "Значит, мне 600, а ему ("ушатому", простаку) достаточно и 200.".

В нынешнее время женщины (тип бол.) стали настолько стереотипны, что можно по отношению к ним применить название массовая женщина. Так, автор считает, необходимо обозначить повседневную в наличной реальности адекватизацию, почти аналогичность стиля жизни многих женщин, который стал массовым явлением. В основном не на интеллектуальные стимулы спроецировано, направлено сознание массовой женщины, а на систему развлечений; на досуг, в который входит посещение баров, ресторанов, ночных клубов; турне на отдых, дискотеки, концерты, шоу программы, секс. Женщина хочет жить всегда беззаботно, спокойно, безбедно, а слышать о какой-нибудь нужде она не желает, не хочет и мыслить даже не смеет об этом. У вас, мужчины, никаких не должно быть бедствий, неприятностей, финансовых затруднений; вы, мужчина, обязаны чем-то походить на джина из волшебной лампы Алладина и по заказу исполнять женские причуды, а иначе — вы, не мужчина, не друг женщине, не любовник, не муж; а так нечто временное, преходящий субъект в ее бытии. Характер поступков женщины в современном мире, их целенаправленная фальшь, мистификация указывают нам на аберрацию (отклонение) женщины от общепринятых человеческих норм вековой морали, выработанной на протяжении гигантского отрезка времени в истории человечества — от Платона до Декарта, от Декарта до Гегеля, от Гегеля до Хайдеггера и Рассела. И всякие оправдания на свой счет, всякие женские извинения: "Ну, я же женщина", "Ну, женщине же свойственно то-то, это.", "Ну, женщине же это можно, это позволено", — абсолютно неубедительны, лживы, лицемерны, поскольку противоречат самому простому принципу равенства людей, равенства естественных прав, равенства и мужчины, и женщины перед законами юридического права и социоморали, ее этических норм. Выходит, согласно концепции женского лицемерия, ей нужно все прощать, на все закрывать глаза, итак, ей, выходит, все можно. Есть только она, такая милая, наглая, пропаразитированная своим высокомерием в отношении мужчины персона, которая, как считает она (но как не считает автор и общечеловеческая этика), должна пользоваться какими-то особыми правами. Ей нужно прощать (то есть типу большинства женщин) разорение мужчин, катаклизмы мужской психики, мужскую разбитую жизнь, постоянную ложь, извечную конфликтность, наглость, надменность и лицемерие, тонко прикрывающее ее иждивенчество. Уже не знаю, кто сказал подобную нелепость: "Ты женщина и ты права", но на эту абсурдную, ничего не стоящую глупость можно спокойно возразить фразой, которая, в подавляющем большинстве случаев, и охарактеризует так называемую женскую "правоту": "Ты, женщина, потому почти всегда не права, потому что ты лжешь, дабы из лжи извлечь выгоду, потому что ты чаще всего с заведомым умыслом завлекаешь неопытного мужчину в брак, дабы высосать с него все соки, чтобы он работал на твою лживую, лицемерную натуру. Ты не права, женщина, почти всегда, потому что ты хочешь, жаждешь всю жизнь (тип бол.) жить за чужой счет, пожирать собранные мужчиной в битве за себя и за тебя сладкие плоды. Ты не права и потому, что ты только и ждешь, как собака, от хозяина подачку, вместо того, чтобы самой рассчитывать на себя, исходя из юридического и естественного права. Ты везде лжешь, женщина, своекорыстно рассчитывая подчинить себе чужую мужскую свободу, мужскую жизнь. И только в одном ты права — это тогда, когда ты рожаешь ребенка, но и здесь твоя правота должна быть правой не более 3–4 лет". Поэтому глупо, банально мужчинам признавать также за женщинами, кроме материнства, какие-либо другие достоинства, порядочность, ведь всякая порядочность должна быть обязательно основана на бескорыстии и благородстве. А где у женщины отыскать первое свойство, если в помине нет второго?! Вот почему автор и рекомендует мужчинам изучать женщину со всех сторон на основании ее исконных пороков, а не подходить к женщине с позиций ее добродетелей; первых уж чересчур много, вторых — почти нет.

Человек, на мой взгляд, должен рассматриваться по отношению к другому человеку, независимо от пола, с таких критериев: 1) справедливость; 2) благодарность; 3) терпимость; 4) понимание другого; 5) интеллектуальность; 6) отсутствие зла к другому, если этот другой сам по себе не таит зла к тебе. Я не беру в контекст этой этической позиции другие аспекты, категории, если угодно, общечеловеческой этики, ведь все мы и эгоисты, и можем быть равнодушными, бессострадательными к чужому горю; но эти шесть этических диспозиций, думается, всегда вправе придерживаться любой из нас, ведь они не обязывают человека (присмотритесь к ним) в подавляющем большинстве жизненных обстоятельств к самому главному — к каким-либо материальным потерям, растратам по отношению к тому человеку, с кем вы соприкасаетесь. А теперь судите сами, уважаемые мужчины, какие из этих принципов могут тотально присутствовать в Я-женщины даже в самых, по отношению к вам, безвинных ситуациях. Уверен, и вы убедитесь сами, почти ни в каких, потому что общаясь с вами вне деловой сферы женское лицемерие и прагматизм как раз таки не мотивируют акты ее и действий и поведения к искренности соотносительно вас самих, мужчин. Женщина, если вы в материальных затруднениях, уже не помнит вашей нежности и доброты; уже нет у нее к вам терпимости, благосклонности, если Феникс вашего финансового счастья упорхнул в облака. Лицемерное женское терпение садаптированно (тип бол. жен.) только под довольство, роскошь, но не нужду. Мужчина, несмотря на недостатки, все же более справедлив по отношению к женщине хотя бы потому, что он не требует денег за постель и не ищет в подавляющем большинстве случаев (я не говорю об альфонсах — их единицы) материальной выгоды в браке, а лгать, дабы заполучить от женщины интим, постель — это, по большому счету, не порок, потому что лгут мужчины и действуют обманом все по той же основной причине — вполне справедливое мужское желание не платить за взаимное удовольствие деньги. И поделом, нечего поощрять проституцию, как двигатель Я-женщины в добывании ею матсредств. Будьте скупым, а не расточительным в отношениях с женщиной; страсть к женщине — быстро-уходящая, а сама женщина непостоянна и лжива, поэтому стремитесь никогда не потакать интересам женщины — обобрать вас, опустошить ваш кошелек ради своих прихотей и капризов. Экономия и умеренность всегда синоним богатства, а когда же кто от богатства отказывался? Часто применяемый обычный женский прием фарисейской лжи звучит приблизительно так в устах женщин: "Ну, ведь это женщинам присуще и обычно все женщины поступают и думают так". На это женское демагогическое лицемерие необходимо возразить: "Я не знаю с кем и с какими мужчинами они поступают так, но я поступаю так, как хочу Я, а не так, как хотят те женщины, которым присуще, и обычно так поступать". Следовательно, не взирая на женскую инспирированную болтовню, выгодную только им, а не вам, нужно помнить, что женское мотовство, супер мотовство, расточительность ничего хорошего кроме бед и несчастий не принесет; поэтому копите, мужчины, деньги всегда и везде втайне от любовницы, жены; следуя этому правилу вы оградите себя от нищеты и ненастий. При оценке женщины следует всегда иметь ввиду, что ее социосубстантивная прагма-основа все время помогает ей (это ее верный спутник) адаптироваться в ее борьбе за своей существование, словом, коренной порок постоянно движет женщиной во всех почти, вне производственной сферы, ситуациях, связанных с мужчиной. Поэтому, предосторожность и предосторожность в отношениях с женщиной нужна повсюду, поскольку бросить лот и измерить дно своего Рока не дано из мужчин никому. Бессознательные и сознательные психофизиологические акты, мотивирующие поступки и поведение женщины, также взаимозависимы, взаимосвязаны с женским рассудочным прагма-мышлением и, в основном, подчинены ему; они соотносительны в модусах ее, женщины, действий, так как являются плодами одного дерева. Дифференциация женских пороков многомерна, но все яблоки, детерменирующие сами пороки, растут на дереве женского прагма-мышления. Мир женщин — это динамика полифонии масок, а в маскараде шоу все в тех же масках, с какой стороны не проанализируй, и дедуктивно-индуктивно не рассмотри взаимодействие самих масок, в них варьирует, вальсирует все то же лицемерие, ложь (тип бол. жен.), жадность, обман, интриги, искусственность эмоций, зависть, коварство и любовь, к, конечно же, не к вам, мужчине, как к человеку, а к вашим возможностям, матценностям, деньгам. Неостановимый, пока, безудержный женский чудовищный малопоправимый прагма-эгоизм, также вытекающий из женской концепции иждивенчества, безбарьерно-легко перепрыгивает через ворота объективности, правды, порядочности, что мы и видим в микропланетах, где общаются мужчина и женщина, и разве на основе нынешней социо-прагма-сущности женского-Я мы не наблюдаем ежедневно, ежечасно, как женщина в борьбе за свое существование за счет мужчины утверждает свою хитрость, хищнические человеко-животные инстинкты, готовые на все, лишь бы ей, такой милой, доброй и хорошей было хорошо, чудесно, прекрасно, за деньги все того же глупого, недалекого простака-мужчины. Ни один женский порок не свободен от другого, наоборот, каждая претензия женщины к вам, мужчине, и сила проекции этой претензии или запроса сигналирует к другому пороку, последовательно сменяющему предыдущий, например, жадность сменяет зависть, за завистью следует непорядочность, непорядочность порождает лицемерие и т. д., особенно все это хорошо просматривается в процессе какого-нибудь конфликта. Вот по какой причине, мужчинам нельзя верить в женщин, так как необходимо понимать, что если женщина в единичных, частных, вряд ли подлежащих оправданию поступках репродуцирует (воспроизводит) себя с отрицательной стороны, то впоследствии она вдруг будет объективно-справедливой в чем-то другом, более значительном, касающемся вас, мужчины; имеются ввиду какие нибудь более значительные события, связанные с фактами бытия мужчины. И если вы, мужчины (что, практически и бывает с многими из вас), будете упускать, оставлять без внимания все эти мелкие, казалось бы, но столь важные и значительные порочные элементы женской натуры, из которых складывается женская несправедливость, непорядочность, вместо того, чтобы соединить их в одно целое и понять, осмыслить их тайные феномены, то в будущем вы и увидете все эти мелочи, но уже крупным планом и себе во вред. Поэтому-то автор и рекомендует всем мужчинам "ловить" женщин, исследовать, рентгенизировать их женское-Я в мелочах, о чем у нас разговор позднее, чтобы можно было вам легко обнаруживать их скверно-эгоистичные, субъективно-устойчивые черты характера. Низменно-изменчивая женская натура всегда ждет (тип бол.) подходящего момента, чтобы в полной мере выказать себя, даже действия женщины, которые могут быть основаны на разумном заверении, когда на уверяет вас, что, будет в будущем хорошей, милой, доброй женой, лживы и не являются никакой гарантией того, что она действительно и будет таковой; а не будет наглой, притязательной, алчной к вашим деньгам и к парадигмам (образчикам) роскошной жизни. Женщина только тогда, практически, что и подтверждается повседневностью реальной жизни, исполняет обещанное (что бывает редко), если обещанное само по себе проступает для нее самой нужным, личностно-необходимым мотивом, к которому нет надобности себя принуждать. В основном, это самопринуждение, самозаставление возникает опять-таки у женщины, чаще всего, на почве какой-нибудь выгоды; повторяю, мы рассматриваем женщину в проекции, в направленности ее сознания по отношению к мужчине в проблемных ситуациях, где ее активность проявляется в трех амплуа: брачница — та, которая хочет замуж; любовница; жена.

Женщины незаметно для мужчины вводят его в заблуждение — смотря по обстоятельствам — лестью, дифирамбами, — что он велик, умен; позволяют ему до женитьбы пользоваться своей свободой; простак-то и думает, что раз он свободен сейчас и многие шалости сходят ему с рук, значит, он будет не ограничен в своих действиях и потом, в браке. Женщина как бы ненароком, вскользь подбрасывает ему советы, подсказывает, немного поучает его; "дарит" ему мысли, идейки; чтобы мужчина думал о том, какая она у него умная и смышленая. Она слегка журит его за слабости, за кутежи с друзьями, причем делает все это так, что мужчина думает, в неведении, что она также, как и в данный момент, данное время их общения, будет ему все прощать и потом, уже в брачно-семейной жизни. Мужчина, если любит, то он редко будет прислушиваться к мнению родителей, (а зря!), о том, — жениться ему или нет. Женщина же, наоборот, всегда будет советоваться с родственниками, подругами. Ошибка многих мужчин бывает и в том, что некоторые из них по душевной простоте пытаются жениться на девушке из обеспеченной семьи; они думают чаще всего о том, что раз она богата, то особых хлопот будущая семейная жизнь не вызовет; они не понимают социогенезис женщины, ее социолизированный прагматизм, который проявляется всегда, практически, независимо от того, в какой семье жила и воспитывалась молодая особа.

Женщины быстро схватывают, мгновенно понимают, кто перед ней — простак или не очень; мудрый или недалекий; а также ввиду необыкновенной силы эмпирического рассудка и интуиции при восприятии, они тотчас же определяют прочно ли тот, который находится в центре, в фокусе их восприятия, стоит в жизни на ногах.

Многие женщины, ввиду того, что они непривлекательны, а проще говоря, некрасивы, весьма сильно страдают (о чем и не подозревают мужчины), из-за отсутствия привлекательности и красоты. Для женщины не иметь пикантно-презентабельного вида — все равно, что для мужчины не иметь хороших доходов, приличного автомобиля, собственной фешенебельной квартиры. Стоит заметить также, что красивые девушки еще со школьной скамьи хорошо осознают, что им многое могут простить, закрыть глаза на многие неблаговидные поступки, недостатки характера. И это заметно уже по тому, как в школе, гимназии, лицее сверстники-мальчики достаточно учтиво, уважительно относятся к ним; напротив же, к девочкам, которые либо малопривлекательны собой, либо просто дурнушки, отношение подростков совершенно другое — тут они пускают в ход насмешливо-оскорбительный тон, могут толкнуть, а то и ударить. Снарядами иронично-пренебрежительного отношения к некрасивым девушкам, которые запускают в них подростки, являются всякого рода насмешки, обидные клички (например, жирная, как бочка, как колобок; нос, как у вороны клюв; глазки, как у китайца; голова, как тыква, дыня и проч.). Красивые девушки подросткового возраста уже в 14–16 лет начинают осознавать свою привлекательную внешнюю неотразимость, благодаря восхищению родителей: "Какая ты у нас растешь красавица!" или "Ну, что сегодня будешь делать, красавица моя". Слово "красавица" быстро кодируется, фиксируется в сознании на уровне долговременной памяти; слуховые анализаторы (органы слуха) девушки-подростка, практически, на уровне почти автоматизационной адаптации готовы всегда слышать его; все это сказывается уже позднее, в возрасте, когда девушка трансформируется в женщину. У нее эволюционизируется осознанность, самопонимание собственной значительности, какого-то самоособенного предназначения ее-Я. Термометр их капризов балансирует то вверх, то вниз; им кажется, что там, в недалеком будущем, их обязательно встретят принцы, миллионеры, которые отвезут таких, как они, удивительных красавиц в богемские замки. Многие из красавиц-девушек уже тогда, в юношеском возрасте, мнят себя надоособенными персонами, не такими, как все, и постепенно приобретают прочные, устойчивые такие черты характера как надменность, спесь, неприступность; они уже тогда избирают, придерживаются в общении со сверстниками юношами высокомерно-презрительного тона, смотрят на них свысока, короче резюмировать, отводят себе на пьедестале жизни первое место, ставя других значительно ниже себя.

С особым любопытством вам, мужчины, стоит присмотреться к женщине в тот момент — и внимательно —, когда она спрашивает вас кем и где вы работаете. Послушать многих из них, так такие профессии как водитель автобуса, троллейбуса, каменщик, слесарь, токарь, плотник, бетонщик, фрезеровщик почти не существуют; просто не должны существовать — это не для них, таких милых, добрых, ласковых. Зато, если вы пренебрежительно-полувежливым тоном, так, играючи оттенками интонации, сообщите, что работаете юристом на фирме; работаете в банке, в СП, в министерстве, зам. директора, директором фирмы, учредителем какой-нибудь бизнес корпорации, то есть там, где хорошо зарабатывают, их лицо, тут же перевоплотится из настороженно-внимательной гримасы при задавании вопроса, в разбегающуюся по всему лицу улыбку-гримасу доброжелательности, которая ясно демонстрирует интросуждение женщины о вас: "Да, да, да, этот при деньгах. Итак, нужно как-то вызвать его интерес к моей особе", — имеются ввиду те ситуации в микромире отношений мужчина + женщина, когда женщина незамужнем, свободна. Наглость многих женщин произрастает из-за их привлекательности, красоты, самолюбования собой, осознанности того, что она молода, а чопорная спесь и дерзость синтезируются с этой порочной осознанностью довольно быстро, если ее родители, к тому же, обеспечены, богаты. Когда женщина ведет себя дерзко и рассматривает вас, мужчина, с высоты своего мнимого превосходства, платите ей той же монетой. Они дерзят вам, иронизируют над вами — сделайте точно такой же ответный ход. Лучшее оружие против женщины — это сабля насмешки, пуля иронии и интеллектуальные способности, которые могут затмить ее ум. Издевайтесь над женщинами словесной эквилибристикой и они будут вас бояться, если вы сумеете тонко высмеивать их. И эта боязнь, в конце концов, заставит их замолчать самих, а то и перерастет в уважение к вам, мужчине, но только в том случае, если все это вы подкрепите энциклопедичностью знаний. Видимо, никогда и ни в чем, если вы полагаете, что вы логически правы ("выслушай женщину и сделай наоборот" — восточная пословица), не стоит уступать женщинам в решении тех или иных проблем, особенно, если вы находитесь в амплуа мужа. Цель уступок — и это всегда почти так — залог вашего быстрого падения, многие мужчины и сами не замечают, как там, где они первенствовали вчера, терпят поражение сегодня. Женское лицемерие, вуалирующее ее коварство и хитрость, опасно тем для мужчины, что женщина все время говорит (тип бол. жен.), убеждает его, внушает ему, мужчине, что она не может сама по себе. являться носителем подлости и зла; а то, что неудачно (имеется ввиду брак) заканчиваются отношения между мужчиной и женщиной и фатален их финал, так в этом виноваты они, мужчины, но, разумеется не они, женщины, такие милые, непогрешимые, всеумные, нерасчетливые — нет, безусловно! Искусство женщин (и, надо признать, высокое искусство) и состоит в том, чтобы умело инспирировать (внушить) иллюзию своей порядочности, которой почти никогда нет и которая зависит только и только от толщины вашего бумажника. Инспирацию этой демагогии, иллюзии автор называет женской мистификацией. Где она, выступая в роли мистификатора, имеет все преимущества над мистифицируемым мужчиной, который почти никогда не задумывается над процессами и особенностями, столь небезопасной женской мистификационной системы общения. Основной закон непонимания женщин мужчинами как раз таки и заключается в том, что мужчина так и не может до конца понять, уяснить, что как же женщина может быть во всем к нему почти несправедливой, тогда как он, напротив, почти всегда к ней, женщине, справедлив!? Мужчина — более благородное, великодушное существо видит себя, свое-Я в женщине; свое, не в себе, а там в женщине — благородство, порядочность, прямодушие, за которое, часто, и расплачивается потом бедностью и женским же, ввиду бедности, презрением. Мужчина-то и бывает, становится несправедливым к женщине только после того, когда осознает, почувствует, поймет, что они, женщины (тип бол.), сами являются гербарием зла, вероломства, несправедливости; и если же мужчина не потерпел сокрушительного поражения в поединке с женщиной, то он и не будет, у него нет никакого повода, презирать женщин, низменность их натуры — еще одно мужское заблуждение, так как вместо того, чтобы жить и ожидать от женщины неприятностей и быть к ним готовыми, дабы впоследствии спокойно реагировать на них, мужчины, наоборот, почти все подходят ошибочно к женщине как к любовнице и другу одновременно, хотя последнее качество у женщин по отношению к мужчине (преданная дружба), опять-таки, зависит от матсредств мужчины. Поэтому, вот еще одно мудрое правило для мужчин — всегда подходите к женщине, как к существу, как к индивиду, от которого всегда можно ожидать разных для себя вероломств; ибо тот мужчина, который ожидает от женщины актов коварства, уже заранее к ним подготовлен; поэтому, встретившись с ними, с неприятностями, он будет спокойным с высоты своей мудрости; не растеряется в любой экстремальной, конфликтной, связанной с женщиной ситуации. Общайтесь с женщиной так, как будто она вам враг, а не друг и вы будете больше непобедимым, чем пешкой в ее игре.

По статистике женщины живут на планете на 10–12 лет больше мужчин, это и понятно, потому что женщина хочет жить в жизни без борьбы, меньше растрачивая сил и энергии в производстве, интеллектуальной деятельности; чем тот, кто, как полагает она, ей до самого гроба всю жизнь обязан. Ему-то, то есть мужчине, и приходиться удваивать свои физические силы, духовный потенциал, чтобы обеспечивать беззастенчивое, а то и попросту наглое иждивенчество женщины. Женщины чересчур уверенно (стоит обратить внимание) себя ведут, когда простак-мужчина, работая на них, хорошо удовлетворяет ее потребности, запросы в сфере приобретения золота, нарядов, атрибутов домашнего интерьера. Но когда ей постоянно дают понять, — что, жаль, не стало пока массовым явлением, — то, что она должна за свои деньги, за свои матсредства реализовывать свои же запросы; и, так сказать, мужчины начинают ее игнорировать, "пробрасывать", — ее уверенность быстро исчезает, испаряется, как лужица в жаркую погоду. Сейчас, что особенно поражает, почти все молодые женщины ведут себя так, что как будто бы весь мир и самые богатые мужчины должны быть у их ног; не успев, можно сказать, вылупиться из яйца, они хотят всего и все, не давая взамен мужчине, да и государству, в частности, почти ничего, кроме детей, которых опять-таки, прежде всего, как и ее, должен содержать мужчина. Женщины, практически, в наше время живут для того, чтобы доставлять хлопоты и неприятности мужчинам, но с ориентацией на свой успех, свою удачу и к тому же, что особенно кощунственно, в случае чего всегда ищут повод обидеться на мужчину для того, чтобы оправдать свою ложь, вероломство и другие акты имморального поведения! Короче выразиться, иждивенка в обиде на свою же жертву. Деэтичность, негативность такой жизненной позиции весьма опасна для общества и для мужчины не только потому, что женщина стремиться жить лучше и богаче за счет мужчины, а и потому, что она-то и уважает — ценит сейчас только богатых мужчин — за богатство, и презрительно-надменна к бедным, ввиду их, самого по себе, бедного бытия. Никогда не нужно мужчинам, в чем, кстати, сказывается их недооценка, поверхностный взгляд на женщину, обнаружив в женщине единичное, частное путать с ее общими чертами характера, в которых выражена всегда прагма-позиция по отношению к нему самому, мужчине. Поставьте сто женщин в один ряд и минимум 90 из них, вне всяких сомнений, стереотипны, если рассмотреть их моральные качества, стиль жизни в разных взаимосвязях, в динамике соотношений, с разноаспектных сторон, то все импульсы женского бытия будут сводимы от периферии к центру, к женской жизненной прагма-позиции. И чтобы больше не возвращаться к этой проблеме, можно заметить, что, несомненно, есть еще в нашей жизни тургеневские Аси, Неточки Незвановы Достоевского, но, повторяю, что жить мужчине нужно с женщиной вне всяких иллюзий и мифов о ее доброте; нынешние Джульетты от США, Англии, Германии, Франции и до самой России общи в одном — деньги и только деньги, (капуста!) — это и только это на первом плане у женщин в модификациях восприятия ими мужчины. Никогда не нужно мужчине быть наивным глупцом и верить в мифическую, чаще всего не существующую доброту, порядочность женщин, в которую не верили, судя по разбору их произведений, ни Гомер, ни Платон, ни Сократ (диалоги Платона), ни Мольер, ни Мопассан, ни Л. Толстой, ни Золя, ни Чехов ("Попрыгунья", "Дуэль"), ни О. Вейнингер.

Хитрость женщины всегда связана с их эгоизмом и самолюбием, в ущерб мужской доброте и расположенности. Женская гордость почти всегда не отказывается, таким образом, от постоянного женского тщеславия, женщина просто не может никогда, даже в браке, осознавать то, что ей нужно больше думать или, во всяком случае, в равной мере, помышлять о муже, также, как и о себе. Не женская благосклонность, доброта, а, как раз таки, скрытая спесь побуждает женщину поучать в браке мужчину; например, что и как ему нужно делать женщина предъявляет ему претензии не столько для того, чтобы его изменить, переделать, сколько для того, чтобы убедить свое-Я в его безошибочности; неспособности к заблуждению. Женщина сама соткана из множества недостатков, поэтому ее рассудок и интуиция быстро подмечают отрицательные качества в мужчине. Женские запросы и страсти женщин вокруг них настолько эгоистичны, что доверять мужчине желаниям женщины всегда небезопасно; к ним, к желаниям, нужно подходить всегда осторожно, даже в тот момент, когда они могут быть вполне искренними. Ведь в со знании женщины и в ее эмоциональной конституции происходит постоянная смена побуждений, запросов, и угасание эготичного рефлекса почти всегда означает рождение и победу другого. Словом, расчет и гордыня женщин свойственны им всем (тип бол.), вся разница как раз таки лишь в одном (и это нужно учитывать мужчинам), где и при каких обстоятельствах и в какое время, рано или поздно, они их проявят.

Итак, опасно мужчине, и весьма, для самого себя путать редчайшие экземпляры единичных женщин, которые раритетны, случайностны, как находка золота, водного источника в пустыне, со стереотипными, массовыми женщинами, которых как раз таки, более чем подавляющее большинство в бытии; то есть, они все одинаковы, в плане пожить за ваш счет, и лишь физические и интеллектуальные данные, а также разность хобби у них могут быть, конечно же, различными. Меня, кстати, всегда удивляла масса наивных мужчин-простаков, которые не прислушивались к моим советам относительно женщин; относительно их хитрости и коварства, но как скоро (!) все они, став жертвами женского обмана, сами же стали осознавать глупость своей мужской веры в женские басни, были, мифы о ее порядочности и доброте. Но было уже поздно! Многие из этих мужчин остались без квартир, жилья их, из собственных же квартир, выкинули женщины; другие платят до сих пор алименты; редко видят детей своих, так как женщины, их бывшие жены, — многие из них, настроили, особенно девочек, против бывшего мужа, отца; третьи же, которых обобрали любовницы, заменив того кто обобран на того кого предстоит обобрать, также лишь задним числом начинали понимать, как коварно-опасны женщины.

Если вы, мужчина, простак, полу глупец, то можете закрыть эту книгу и прочесть ее потом, когда на себе испытаете силу хитрости, вероломства женского меча, гильотины; и наоборот, если вы умен, то прочитав это сочинение-исследование, будете мудры в отношении женщин и безусловно обезопасите себя от злодеяний женской натуры.

Питать мужчине иллюзии о доброте женщин по отношению к нему — это значит жить и обманывать себя, быть в неведении относительно того, что в любой момент женщина, используя вас, совершит вероломство. Никогда, запомните, мужчины, никогда подавляющее большинство женщин не будут ни жить, ни общаться долго с вами, если вы в материальном аспекте им, женщинам, не выгодны; так, а как же тогда можно верить в постоянство женской доброты и какой-то благосклонности, если эти факторы зависят не от ваших качеств, как человека, а, только и только лишь, от вашего счета в банке, величины вашего заработка? Нужно раз и навсегда покончить с мифами, иллюзиями и другим женским, тонко продуманным бредом, мистификацией, инспирирующей, внушающей ложные понятия о разновидностях ирреально-мифической женской порядочности. Женщины обещают вам тихую и спокойную жизнь, мужчины, только соотносительно своему расчету, а исполняют обещанное только соотносительно вашим доходам; женский расчет везде и всюду говорит многогранной лексикой и подобно глобусу, о котором мы говорили, поворачивается разными ракурсами к тому, кто его изучает; женский расчет на протяжении многих веков театрализирует любые сцены и роли в них; он даже весьма и весьма удачно исполняет функцию показного бескорыстия. Мужчине часто кажется, что он управляет собой, своим-Я, тогда как, напротив, женщина уже управляет им, незаметно поработив его, вроде бы его мужское разумное сознание и ставит преграды глубокому чувству, однако, сами чувства, часто, берут верх над разумными решениями. Любопытный феномен подпадания под женскую мистификацию доброты происходит обычно и тогда, когда мужчина, будучи в хорошем расположении духа, то есть в настроении, и оценивает, обычно, ложно моральные качества женщины, не замечая, что с выгодой для себя она подыгрывает ему, а женщины это превосходно умеют делать, особенно в тот момент, когда мужчина при деньгах его эмоциям радости, тая какие-то выгоды для себя. В этой ситуации, обычно, мужская радость, присутствующая в механизмах эмоций, проецируется, переносится на благосклонность к нему, мужчине, той женщины, которая в это время к нему благорасположена. Вот почему, он и бывает, по слепоте своей, счастлив, обладая в данный момент той женщиной, которая рядом, а не той, которая составляет его идеал.

Женщины, которые непоколебимо верят в свои прелести и красоту, считают себя обделенными милостями судьбы, если она к ним малоблагосклонна, они часто напоказ выставляют это самомнение, пытаясь всех убедить в том, что они заслуживают какой-то апогейной сверхучасти. Тем сокрушительнее для мужского самолюбия бывает то, что, когда мужчины проясняют лживость женской натуры, то они тут же начинают хулить, порицать ту женщину, которую еще час назад, три дня назад превозносили до небес. Женская зависть к другим женщинам, к их роскошной жизни вызвана больше не завистью к ним самим, а завистливой симпатией к формам этой самой обеспеченной жизни; а горечь ее отсутствия, в этом случае, женщины, чаще всего, переносят своим презрением к любовнику, мужу; они начинают быть с ними неучтивыми, ибо эти мужчины не могут, как полагают женщины, составить для них самих уважение их подруг, матери, знакомых. Интересен также женский феномен театрального розыгрыша прочности своей позиции в обществе, в жизни вообще; здесь женщина усиленно разыгрывает роль, демонстрирует позицию того, что у нее все хорошо в бытии, распрекрасно, то есть наигранным образом показывает, что она, якобы, мало в чем нуждается и прочно стоит на ногах. Знайте, что все это — очередная легенда и нет в мире женщин, которые бы не нуждались в спонсорстве мужчины: так, та женщина, которая из богатой семьи, ищет более богатого мужчину, соизмерительно доходам ее родителей; а бедная ищет того, кто, как она жаждет, вынесет ее лодку бытия из моря бедности в море довольства. по видимому, почти не бывает обстоятельств на микро-планете мужчина + женщина, в которых бы женщина не попыталась извлечь для себя какую-нибудь выгоду, поскольку она, женщина, — в отличие от мужчины, который рассматривает встречи, общение с женщиной, как средство своего сексуального удовлетворения (тип бол. мужчин), сперва думает о выгоде, которую принесет встреча (тип бол. женщин), а только потом о сценарии встречи и самом мужчине. Судьба покровительствует, как бы обласкивает женщин, потому что мужчины сами и создают их судьбу. Искренность сама по себе требует справедливости, а как можно мужчине ждать от женщины первого качества, если нет второго?! Ведь вся женская справедливость сводится к вашим деньгам; следовательно, и искренность женщины "справедлива", если ваши доходы "справедливо" уживаются с ее представлениями о своих запросах. Ложь женщинам помогает также, она у них на службе, когда они хотят придать вес своим многим, выгодным, конечно же, для них, а не для вас (вспоминайте, уважаемые мужчины, феномен глобуса, который мы описали), убеждениям, дабы опять-таки внушить вам большую дозу доверия к их женским аксиомам. Словом, прагма-позиция у всех женщин одна, а подделок под нее сотни. Женщины быстро познают свойства характера мужчины и относительно легко могут прогнозировать его поступки и поведение в отношении них самих; женщины любят мужчин не потому, что не могут без них обойтись, а потому, что не могут обойтись без их денег, положения в обществе. Если женщина говорит, что у нее есть друг, то просто так возвести кого-нибудь в ранг друзей из мужского пола она не может; если это друг, следовательно, с ним у нее, вероятно, было или есть совместное времяпребывание, то есть какие-нибудь отношения, где ее прагма-эгоизм старается извлечь пользу для себя. По-видимому, почти не бывает "чистой" дружбы между мужчиной и женщиной. Женщины часто, даже ложно пытаются убедить себя, что они любят того человека, который составляет их счастье; между тем, такая любовь вторична, суррогативна, поскольку, так или иначе, выросла на дереве женского своекорыстия. Практически, женщина не любит, а лишь уважительно-снисходительно симпатизирует этому мужчине, не более того; так как она живет с ним не ради того, чтобы сигналировать рефлексами любви по отношению к нему, а лишь ради того, чтобы что-то постоянно получать за свою мнимую, полуискусственную любовь. Женское себялюбие либо возвышает, либо принижает достоинства мужчины в зависимости от того, насколько он доволен ей самой. Женское честолюбие, которое так недооценивают мужчины, женщина умеет припрятать, сделать невидимым, как только она понимает, какие выгоды ей сулит общение или, возможно, будущее замужество с определенным мужчиной. Кстати, выгнать заблуждения из многих мужчин, относительно порядочности женщин, думающих обратное, поскольку те женщины, с которыми они общаются, еще не нанесли им удар в спину, не так просто; эти мужчины, над которыми справедливо потешается автор, напоминают помешавшегося короля, который предполагал себя ошибочно собственником всех замков Англии, Франции и Италии вместе взятых; но автор надеется, что эта книга станет микроскопом, который достоверно и истинно откроет им глаза во взглядах на женщину. Все женщины любят экспрессивно расхваливать свою красоту, необыкновенность, доброту, ум, но, заметьте, почти никто из них не говорит о своих пороках, послушать женщин (тип бол.), они вне порока; они, все такие ангелоподобные, благообразные, непогрешимо-умные во всех вариациях бытия. Женщины настолько изощрены в различных формах лжи, что они, когда лгут и рассказывают всякие небылицы, приключения, которые могли и быть, и не быть с ними, превосходно делают вид, управляя своим лицом, что им совершенно чужда всякая ложь и притворство. Стоит обратить внимание и на такой феномен женского характера, как депрессия и расстройство психики в тот момент, когда их обманывают мужчины, разумеется, те, на кого они рассчитывали в иждивенческом плане; так вот, любопытно то, что сами женщины, постоянно обманывая мужчин своей ложной, наигранной добротой, порой испытывают удовлетворение от этой игры; но как они обидчивы, безумнояростны, когда, наоборот, мужчина пренебрег ими. Это указывает на то, что женщина не так часто задумывается над тем, что ее вот вдруг так могут, такую красивую, умную, хорошую, отбросить в сторону, отвергнуть, как ненужный хлам. Они, практически, не могут допустить мысли, что мужчина достоин, как человек, как личность кого-то лучшего (в жизни) из женщин, чем она сама; к тому же женщины размышляют над тем, что раз он мужчина, так думают большинство, то он сам по себе в жизни представляет меньшую ценностность, чем они сами; и вот он не может поставить себя выше их, а, следовательно, и не сможет, в таком случае, ими пренебречь. В жизни, обычно, и происходит, что мы и видим повсюду в практической реальности, что только тот, кто возвысился над кем-то и способен пренебречь тем, кто уже менее пользуется его уважением.

Для того, чтобы быстро понять женщину, мужчине, вступившему в брак, необходимо просто уяснить такой вопрос: чем выгоден брак той, которая со мной живет и, мне самому; и в чем различие этой выгоды? И он, мужчина, быстро убедиться, что брак ему ничем не выгоден, кроме как выгоды на сексуальной почве; что, кстати, является не только его выгодой, но и физиологической потребностью, обоюдной выгодой, и для него и для женщины; тогда как сумма женских выгод, когда она, женщина, вступает в брак, практически неисчислима. И вся эта женская демагогическая болтовня насчет того, что я, мол, тебе готовлю, стираю рубашки и майки не имеет никакой ценностной выгоды — по большому счету, для самого мужчины. Ибо, в конечном счете, основная выгода в браке для женщины — это матсредства мужчины, взамен которых женщина, в подавляющем большинстве случаев, предоставляет лишь себя, свое тело и больше ничего, хотя сама притязает в браке буквально на все; почти все. Необходимо заметить, что, например, женщины, беседуя друг с другом, после своих встреч с любовниками, совершенно не затрагивают, в основном, проблем интеллектуального общения, которое было у них с теми или иными мужчинами; наоборот, женщины больше спрашивают друг у друга о том, что в русле матценностям, дала каждой из них та или иная встреча. Если ничего, то следует, обычно, незамедлительный совет подруги: "Да-а-а? И ты еще с ним встречаешься (к нему ездишь)?! Зачем он тебе нужен? Оставь его в покое и ищи другого!". Мало, видно, проку и в том, когда мужчина просит каких-либо советов у женщин, обычно женщина изображает из себя человека, заинтересованного в том, чтобы дать вам совет; но необходимо помнить, что судить-то обо всем она будет согласно мерилам своей женской лицемерной этики, а то и с желанием вам, мужчине, угодить, рассчитывая извлечь, таким образом, какую-либо пользу для себя или заслужить ваше уважение к ней. Аффектация эмоций ловко помогает женщинам репродуцировать, изображать из себя в чем-то обманутого индивида; этим приемом они усыпляют мужскую бдительность; а сами же они где-то подсознательно понимают коварство и хитрость самого акта аффектации; их интуиция помогает им выверенно установить, что легче всего одурачить мужчину тогда, когда он сам (а это женщины чувствуют) пытается обмануть их. Акты женской аффектации и различные модели женского притворства, уже где-то к 20–22 годам настолько савтоматизированны у многих (тип бол.), что постоянно моделируя способы аффектации на мужчинах, женщины бывают неискренни даже наедине с собой. Женское вероломство чаще всего происходит по двум причинам: во-первых, оно заранее планируется, обдумывается в деталях женщиной, и во-вторых, ввиду ограниченного женского рассудка, который автоматически сигналирует пограничные сигналы ее воле. Кстати, много споров у философов и мыслителей прошлого и настоящего вызывает проблема волевых актов в философии, онтологии, герменевтике и феноменологии, а также в трудах экзистенциалистов. Мнение автора о механизмах волевых актов однозначно, поскольку, воля, сама по себе, есть произвольный акт, а никак не иначе, что требует усилия, а то и интенсивно-длительного усилия (см. работы Анохина, Петровского, Лурия, Соколова, Прибрама, Блума, Воронина, Асратяна, Джемса, Рубинштейна), то могу с уверенность сказать, что воля без рассудка и разума не мыслит, не функционирует, как субстанция в психике человека; и ей предшествует рассудочный акт сознания; не воля, как инструмент к действию мужчины или женщины в ситуации, сама по себе, без мышления, способствует акту поведения, а наоборот мыслительные акты сознания первоначально-то и динамизируют вслед за принятым решением волевой акт (о чем подробно в специальной главе о психофизиологических актах мотивации женщины в проблемных ситуациях). Пусковой механизм рассудка дает импульс волевому акту, а сознание же контролирует, регулирует сам процесс акто-волевой активности человеческого организма.

Женская благосклонность, доброта, транслируемая на мужчину, практически всегда (тип бол. жен.) существует лишь для того, чтобы иметь почву для возможностей чинить произвол и плести коварные интриги; женское добро как бы усыпляет восприятие женщины мужчиной и анализ им логико-понятийными формами мышления, искусной женской скрытности. Практически, женская скрытность и инспирирует, то есть внушает, мужчине веру в ложную женскую доброту. Женщины расторопны и ловки потому, что постоянно репродуцируют-экспонируют всем своим видом, что они, якобы, бесхитростны. В действительности же женская хитрость и коварство постоянно не дремлют, а ожидают удобного Случая проявить себя. Будучи постоянно скрытно-хитрой, женщина тем самым ограничивает своим рассудком простор для вечно ускоряющего динамику мышления разума, вот ввиду чего у женщин логико-аналитические формы мышления более статичны и не так динамичны, как у мужчины. Еще одним важным заблуждением мужчины в его проекции (направленности) мышления по отношению к женщине является тот фактор, что он ошибочно считает себя хитрее ее, умнее ее. А между тем, если бы он вел себя с женщиной всегда бесцеременно-грубовато, то он, мужчина, редко попадал бы в западню, капкан, расставленный женщиной. Как раз таки, когда мужчина бесцеремонно обращается с женщиной и видны-то (но, жаль, что лишь для единиц представителей мужского пола, а не для всех), так сказать, со стороны, эгоистичность, надменность, прагматизм женского мышления, воплощенного в акты поведения, действия. Женщина все же умный в некоторых аспектах человек, поскольку в сложных ситуациях ей всегда почти удается отыскать дурака-мужчину, который становится орудием решения ее проблем; а теперь представьте, что бы было, если бы не было глупцов, которыми постоянно и окружены женщины; им пришлось бы самим разрешать свои потребности в любых ситуациях, к чему они в нынешнюю эпоху, сейчас, отнюдь не стремятся (тип бол.), — что и доказывает, что мужчины существуют, прежде всего (субстанционально), для того, чтобы реализовывать ее, женщины, запросы. Это первоосновное, первополагающее, первосущественное во взгляде женщин на мужчину, а все остальные факторы вторичны и примыкают, взаимодействуют, сочетаются с женской прагма-позицией в ее проекции, направленности сознания в микросфере отношений мужчина + женщина. От подавляющего большинства женщин, когда автор проводил собеседование с ними, причем, стараясь скрыть истинный смысл вопросов, слышал такие женские изречения: "Так а зачем, уважаемый, больше еще нужны мужчины, как не для того, чтобы обеспечивать женщин?". "Так, а мужчина-то и нужен женщине, прежде всего, для того, чтобы она почувствовала себя женщиной". Отвечу одно всем женщинам и со мной согласятся миллионы мужчин: "Так, а зачем женщины? Кормить, одевать, обувать их, поить, постоянно исполнять капризы, подпадать под секиру ее конфликтного характера? Почему я должен, уважаемые дамы, и сотни миллионов других мужчин, что-то вам, тогда как вы не хотите мне быть ничего должны? Оставьте нас всех в покое, и сами себе, что и обязывает вас, согласно законам естественного и юридического права, зарабатывайте матсредства на жизнь".

Гиперболизируя женские добродетели, мужчина ждет также, воздавая им, добродетелям, ошибочную хвалу, обратно, уже от женщины, дифирамбов, комплиментов себе. Вот тут-то многие мужчины и становятся, также как и в других, описанных нами выше, случаях, жертвами женской мистификации; женщине абсолютно ничего не стоит, если это сулит ей пользу, сегодня похвалить мужчину, а завтра, ввиду изменившихся обстоятельств, отречься от него, как отрекаются люди от антихристов. Ситуация изменилась, не в вашу, мужчина, сторону подул ветерок Фортуны, можете не сомневаться, что в скором времени вы перестанете существовать для женщины и как мужчина, и как личность вообще. Сила женской скрытности поистине уникальна — всегда весьма сложно рассмотреть, чем вызван ее акт поведения, поступок, то ли все же благосклонностью, искренностью к вам, мужчине, то ли все же каким-либо, скомбинированным женщиной, расчетом. Женский интерес, который проявляется женщиной к заинтересовавшему ее мужчине — это своеобразное, своекорыстное любопытство; оно зиждется на желании выудить нужную ей о вас самих информацию; и так же на актах внутреннего тщеславия; в этом случае ее интерес обосновывается тем, что она хочет услышать ваше мнение о себе или что-нибудь новое о своей персоне, своей красоте, что ей, возможно, до сих пор было мало известно. На аспекты женского вероломства (имеются ввиду те факты, когда ради денег, более выгодных вариантов брака по расчету женщина покидает того мужчину, который ее любит и что-то для нее делал, тратил матсредства) влияет не только ее имманентная прагма-позиция по отношению к жизни, но и в совокупности с ней — чужое мнение; мнение мам, подруг, родственников, знакомых. Эти носители, чаще всего, субъективного мнения и способны споспешествовать, ускорить неприязнь, а то и отвращение к тому мужчине, который состоит с ней в отношениях. Женские порочные элементы, из которых состоит ее натура, привносят в положительные качества ее характера нечто то, что мы называем способностью ложкой дегтя испортить бочку меда; низменные женские пороки перемешиваются, соединяются с положительными качествами, синтезируя тем самым в женщине все хорошее и все плохое. Но все таки, ввиду отсутствия (тип бол. жен.) достаточного благоразумия, достаточной справедливости по отношению к мужчине в подавляющем большинстве житейских ситуаций наружу проступает, в основном, все низкое, мелочное, злое, корыстное, благодаря все той же, весьма устойчивой женской прагма-концепции, разрушающей возможность истинно-правильно, этически-достоверно, вне чистого расчета воспринимать мужчину как человека (а не как символ денег).

Женщины постоянно ведут себя так с неопытными мужчинами, что в их низменность (которая, как мы указали, всегда ждет удобного момента) они, мужчины, просто не могут поверить, пока на собственной шкуре, как говорят в народе, то есть на собственном опыте, не убедятся в женском коварстве. Вот почему автор, априори (до опыта) и наставляет многих мужчин на путь правильного понимания ими ловко-коварной, изворотливо-хитрой женской натуры. Зачем же вам, мужчины, кто малоопытен, в своем общении, быть в неведении, насчет понимания психологии женщины вообще; совершать ошибки, необратимые, горько-непоправимые потом; ломать, калечить свою судьбу, деформировать психику собственного Я, подпадать под коварно-жестокий, равнодушно-неуемный топор женской подлости и вероломства?? Эта книга написана прежде всего с уважением к вам, мужчины, надеюсь, она вполне сможет защитить вас от женского произвола-беспредела, коль пока государства и законы в них, не оберегают в достаточной мере мужчину от женского обмана, или брачного аферизма.

Вам незачем, мужчины, калечить свою судьбу, свою жизнь, лишать себя деятельной активности ради женщин; поэтому вы, заранее ознакомившись с данным исследованием, уже ничему, как говорил Бомарше, а вслед за ним Мон-тень, не будете в жизни удивляться; в данный момент автор подразумевает то, что вы, прочитав книгу, заранее подготовите свое внутреннее-Я, свою психику для встречи с умной, хитрой, расторопной, красивой, привлекательной, "нежной, ласковой", милой (в основном, за ваш счет!) женщиной. Вооружив таким образом себя знаниями о женщине и о коварстве ее натуры, вы, мужчина, сможете легко понимать и почти адекватно предвидеть, как поступит, или может поступить, поступала раньше женщина в тех или иных жизненных обстоятельствах.

Полагаю, что практическое понимание женщины, как личности, практический подход к проблемам ее поведения, поступков, дают гораздо большее осмысление женщины в социодействительности, чем теоретизирование, в основном, на частные темы о женщине, к чему прибегало множество исследователей, не понимающих в целом социальной природы женского поступка. Еще Гете, Локк, Сократ, Сенека, Гегель, Дидро да и экзистенциалисты безжалостно подвергали огню критики всякие нелепые, оторванные от наличной реальности "сочинизмы", "рассуждения". В жизни, в конце концов, самое главное, понять человеку, в данный момент мужчине, как нужно жить, действовать, дабы не попасть впросак и не оказаться жертвой чьей-либо подлости и коварства — это и есть самое-самое субстанциональное для мужчины; все остальное, чтобы не говорили наивные "знатоки" жизни, всегда для любого человека будет второстепенным, ибо, как не посмотри, каждый хочет одного и того же — относительно хорошо жить и не заполнять свою жизнь лишними страданиями и неприятностями. А для этого, прежде всего, любому мужчине обязательно нужно позаботиться о сохранении своих денег, мат ценностей от наглых, неправомерных посягательств, уловок лукаво-коварной, скрытно-хитрой женщины. Автор надеется, что эта книга, несомненно, защитит мужчину, прежде всего, от него самого, от его собственных ошибок. Мужчина должен стараться не ошибаться и не винить во всем женщину, поскольку мы все творцы самих себя, своего счастья, как говорили еще древние. Изменится или нет женщина покажет время, но коль она в данное время, в данную эпоху низменна и коварна и все для нее (тип бол. жен.), в конце концов, решают только деньги, то не нужно быть мужчине наивным глупцом, веря в обратное он должен, не обижаясь, принимать женщин такими, какие они есть сейчас на самом деле; а если он совершает ошибки, то приписывать их самому себе, а не им, женщинам. Но зачем же ошибки вообще совершать? Разве не лучше, заранее зная о том, где вы, мужчина, можете споткнуться, совершить ошибку, цепь ошибок живя с женщиной, не понимая ее характер, вам напротив, до опыта, тем самым, этих ошибок избегать, изучив систему женских уловок и их способов и приемов?

Думается, никто из нас не желает сетовать на судьбу, а также не склонен и думать, что вот-вот, скоро мы сможем оказаться в нищете, у разбитого корыта. Женщина — непредсказуемое, а, следовательно, ввиду непредсказуемости и непостоянства, более чем, порой кажется, опасное существо; ждать какого-нибудь прибавления материальных средств, материальных ценностей от нее, женщины, мужчине, как показала практическая жизнь во многих цивилизованных странах — в подавляющем большинстве случаев нереально, бесполезно. Напротив, от нее, женщины, все мужчины могут только ожидать и получать, что мы и видим в постоянной, текущей повседневности, одни лишь их, женские, эгоистические запросы; причем женщина, занимаясь произволом — беспределом, быстро способна по реализации мужчиной одного запроса, тут же требовать исполнения им других; а в случае их неудовлетворения, сбрасывать всю вину в ссорах не на себя, а на все того же мужчину. Такое положение дел и обязывает мужчину защитить самому свое интро-Я и экстеро-Я, т. е. свое здоровье, психику, матсредства, свободу от эскалации наглого женского беспредела, спроецированного, к тому же еще, на его собственность, деньги, его автономию как личности. Но оставим этот пласт исследования для другой главы и вернемся к нашей теме — общей характеристике женщины как личности и проекции ее сознания, направленности (интенции) ее мышления и мотивационной сферы в микрообществе отношений мужчина — женщина.

Нынешние женские пороки, непорядочность чем-то напоминают неизлечимую болезнь; как бы не пытался изо всех сил мужчина исправить женщину или ее перевоспитать, никакие паллиативы (средства) не имеют эффекта, в любой момент в любое время женский порок снова всплывает наружу, даже с еще большей силой, чем прежде. Женские пороки не нужно пытаться лечить это бесполезно; наоборот, женщину нужно поставить в такое социоположение, когда она сама будет пытаться, так как у нее не будет другого выбора, излечиться от них (этому будет посвящена глава о способах и приемах поведения мужчины-победителя и его актов мышления в отношении женщины). Порой создается впечатление (и оно, бесспорно, достоверное), что у женщины так много отрицательных качеств, что, во-первых, одно преграждает путь другому, дабы они не проявились, отрицательные качества, сразу все; во-вторых, торможению пороков сопутствуют положительные качества, которые как бы предшествуют условному торможению ее рефлексов с отрицательными тектонами. Это наблюдение, с очевидностью, доказывает, что человек вот так сразу вдруг не может суммировать в едином поступке, рефлекторном опыте все свои негативные качества характера. Только лишь последовательность способна их взаимозаменять. Себе на пользу женщина может легко убедить мужчину в том, что он в чем-то ошибается; и он может заблуждаться в данной ситуации потому, что его больше никто и не разубеждает в обратном; порой доходит до комической ситуации — неопытного мужчину женщина убедила в том, что он не прав, хотя на самом деле прав был он, но вроде бы и разуверить в ее неправоте его самого, — некому. И вот он уже начитает поддаваться внушению, зомбированию со стороны женщины. Есть спокойные, тихие, мягкие в обращении женщины, которые немного напоминают, как бы простых, флегматичных глупышек (наверное, в народе о таких говорят: "В тихом болоте черти водятся"). На самом же деле, им не менее опасно доверяться, как и всем женщинам вообще, поскольку свою даже биогенетическую "тихость" темперамента все равно они могут использовать в корыстных целях. Поэтому, чтобы больше не классифицировать женщин по разновидностям, разноособенностям четырех основных типов (холерик, сангвиник, флегматик, меланхолик) темперамента, скажем, что вне всяких сомнений, у женщин, как и у мужчин, темперамент — есть наследственный фактор и его ни в коем случае нельзя путать с социальноприобретенной, посредством актоповедения и воспитания в среде, жизненной прагма-позицией. Темперамент генетически наследственен (Мясищев, Рубинштейн, Мерлин, Ковалев), а женская прагма-концепция, то есть ее мировоззрение, взгляд на мир, на мужчину, безусловно, социо-приобретенные. Отсюда следует (чтобы больше не возвращаться к этому вопросу), что, конечно же, женщины, как и мужчины, дифференцированы по признакам темперамента, который составляет одно из звеньев в психофизиологических актах деятельности, активности женщины, но к женской прагма-концепции он имеет лишь второстепенное отношение; какая разница, медленнее ли женщина (флегматик, меланхолик), быстрее ли (женщина-сангвиник, холерик) будет у вас просить деньги на наряды, золото; или быстрее, — или медленнее вступать с вами в брак, разводиться? В данной проблеме, исследуемой нами, темперамент, как свойство психики женщины, особого значения для нас не имеет.

Женщины даже не осознают порой, что их собственное лицемерие и есть самоуважение к себе, а то и самодостоинство; они забывают, да и просто не хотят, отказываются понимать, что оно, лицемерие, уже не может выступать как достоинство в глазах мужчины. Еще одним из заблуждений уже мужчины, является и то, что он не может никак понять, что как же так, ведь он, вроде бы, всегда делает добро, он дает, например, женщине деньги, покупает подарки, но вдруг, в одно прекрасное время женщина, несмотря на его, так сказать, благотворительность, как бы забывает обо всем, что он сделал хорошего для нее и отвергает его. Мужчины никак не могут до конца уяснить, что женщина никогда серьезно не относится к его благородству; ее эгоизм и спесь не позволяют ей долго помнить добро, а также справедливо оценить великодушие, благодеяния мужчины. Ее себялюбие как бы противостоит мужской доброте и не желает приравниваться к ней, то есть быть ей равной. Небезынтересно заметить, что подавляющее число красивых женщин, по видимому, почти неисправимы (автор имеет ввиду данное — теперь время), фатум (судьба) редко обрушивает на них карательный меч за их злодеяния, непорядочность в отношении мужчины; они особенно весьма опасны, поскольку во всем считают себя справедливыми, непогрешимыми, правыми. Их эгоизм как бы не желает в жизни ни за что платить; наоборот, у него и только у него все в долгу; кроме того их дешевая показная спесь никак не может расстаться, ни при каких обстоятельствах, с самим эгоизмом, с самомнением о нем.

Феномен женской натуры вызывает удивление и в том плане, что женщина вроде бы одной рукой старается сделать мужчине добро; другой же рукой она и не старается, вроде бы, но, тем не менее, вершит наоборот зло; к тому же этот феномен постоянно находит в среде женщин своих почитателей-подражателей. по моему, женщине непонятно одно, что вряд ли есть что-нибудь глупее желания постоянно демонстрировать или пытаться изображать всюду и везде свою правоту; выходит, что только она, женщина, умнее во всем мужчины; это смешно и выглядит глупо, особенно тогда, когда женщина, пытаясь оправдать свой порок начинает доказывать, что она во всем права — послушать ее, так человеческая мудрость от Гомера и Платона, Сенеки и Цицерона, а далее от Лейбница до Канта, от Канта до Гегеля и от Гегеля до Сартра и Камю, а также мудрость русских писателей и философов, разрабатывающих проблемы этики, не существует. Женские слезы бывают так лицемерны и наигранны! Например, оплакивая потерю мужчины, женщина оплакивает и сожалеет не о потере самого мужчины, как личности (в чем явно заблуждался Бальзак, наивно думающий, что женщины способны оплакивать мужчину — личность, мужчину — человека, как таково-го), а она, женщина, в этот момент больше сожалеет о потере тех денег, мат-ценностей, которые и олицетворяли его, как мужчину. Далее стоит заметить, что женские слезы являются часто еще одной личиной, маской женщины, которой они умело прикрывают, маскируют свою ложь. Особенно это хорошо заметно в тот момент, когда женщина пытается изобразить из себя жертву, рассказывая о своей прошлой брачной жизни. Муж, в той брачной жизни, всегда представлен у нее палачем; сама же она — некоей овечкой, невинной жертвой такого низкого, гадкого волка; обычно, не он, мужчина, — жертва ее обмана, а, наоборот, только она, а никак не иначе, на протяжении всей семейной жизни испытывала пресс, давление его мужской непорядочности.

Необходимо указать и на то, что женщины, порой, выказывают упрямство, бескомпромиссность, несоглашательство из-за чрезмерного тщеславия; они понимают, видят, что уступить мужчине, значит, в чем-то уронить свою спесь, гордыню, и, тем самым, уменьшить свою ценность в его глазах, то есть перестать быть для мужчины ценностью; а на это редко может отважиться какая-нибудь из женщин. Блестящей способностью женщины является и то, что она быстро распознает мужчину и назначает ему ту цену, которую он сам по себе и представляет; это происходит чаще всего потому, что женщина, уже до встречи с мужчиной, давным-давно определила цену себе, своему-Я. Поэтому уже в актах самой по себе встречи она постоянно измеряет свои запросы в настоящем и будущем времени с возможностями того мужчины, с кем она общается. Она видит себя сейчас с ним и потом; и ее рассудочная интуиция именно и способна почти всегда угадывать тот ли рядом, кто ей будет нужен и сейчас и в будущем. Нельзя никогда мужчине принимать за веру знаки преданности, транслируемые женщиной; ведь в большинстве ситуаций в преданности тщательно спрятан все тот же женский эгоизм, цели которого внушить вам доверие к ее персоне; чаще всего женская преданность мнима, поскольку она связана со стремлением женщины либо что-нибудь выманить у вас, либо заманить вас в какую-нибудь ловушку, или, наконец, получить для себя какие-то необходимые ей сведения о вас.

Женская прагма-сущность, агрессивно направленная на мужчину, неизменна; зато дедукция или индукция ментальное запросов женщины так переменчива, что порой поражаешься, как женский расчетливый ум быстро приводит в движение всю ее добродетель, или же негативные свойства характера, взаимозаменяемо, попеременно. То есть, когда вы ей даете деньги и способствуете реализации ее потребности, то она в восторге, она мила, добра и щебечет вам на ушко ласковые словечки-фразы; стоит вам ей отказать, как тут же ее настроение становится другим, а эмоции проецируют неприязнь, а то и откровенную враждебность. Нельзя доверять и смирению женщины, которое также, может быть, подчинено уловкам женской аффектации, показной покорности; сегодня женщина смиренчески-дружелюбно относится к вам (еще одна маска), а завтра-послезавтра предъявит вам требование самому смириться и подчиниться ей, причем это может оказаться как раз таки в тот момент, когда вам, мужчине, отнюдь невыгодно ее желание вдруг встать над вами, возвыситься. Все женщины, какое бы положение они не занимали в обществе, кем бы они не работали в сфере производства, всегда являют собой конструкт того индивида, который хочет казаться, но не быть. Женская вежливость к мужчине — это признание его достоинств как мужчины, как человека. Но какое, собственно говоря, признание? Разумеется, в большинстве случаев признание не прежде всего его физических достоинств, а все тех же (тип бол. жен.) матсредств, которыми он обладает. Вот и получается, что женщина в большинстве ситуаций вежлива из расчета. Глупы те мужчины, которые считают, что если он обладает бицепсами Шварцнеггера, Сталлоне, Сигала или эстетической внешностью молодого А. Делона или Ж. К. Ван Дамма, то он настолько неотразим, что будет пользоваться большим уважением и спросом у женщин. На первых порах он может, конечно, пользоваться спросом. Но сколько? Как только женщина увидит, почувствует, поймет, что у Делона, Сталлоне слабовато с деньгами, уже лишь аспект времени зависит от того, рано поздно ли, она исчезнет с его горизонта. Обычно ни с какими Вандаммами, у которых пусто в кошельке никто долго жить никогда не будет. Интерес представляет наблюдение и такого плана — когда женщина действительно искренне любит, то все равно заметен ее чрезмерный эгоизм, ее самолюбие в этой любви; этот эгоизм всегда вмешивается беспокойно в дела, мысли того мужчины, который стал объектом самой любви. Что же касается женской сострадательности, то на нее небезопасно рассчитывать, потому что, взывая к ней, мужчина уже вынужден показать в чем-то свое несчастье, неудачу; а ведь женщина, благодаря превосходной интуиции, в его бедах видит также и свои, как бы предчувствует их. Поэтому нужно быть мужественным мужчине и не проявлять самоапелляции к собственной слабости. Упрямство женщин, по видимому, больше всего связано с ограниченностью их рассудочного мышления, которое, несомненно, доминантнее над логико-аналитическим разумом; сохраняя упрямство в себе, женщина проводит пограничную линию между рассудком и разумом. Это, может быть, и есть то явление, когда нейродинамические ансамбли, интегрирующие процессы мышления, больше сорганизовываются вокруг, во взаимосвязи с теми нейронами, которые связаны с блоками памяти. Ведь упрямство все же возникает не априори (до опыта), (до опыта, это понятно, нам об этом ничего неизвестно), а апостериори (опытное знание), то есть, это качество приобретается в процессе бытия женщины в социальной среде. Подчиняя мужскую любовь себе, женщина постепенно ворует у мужчины его честолюбие, интро замыслы, стремления, ведь любовь — это страсть, а сильная страсть больше способствует бездеятельности, чем активности; любовь, овладев мужчиной, тормозит часто его созидательные помыслы, развитие интеллектуального аппарата мышления; она, как червь, подтачивающий яблоко, способствует изнутри гибели даже самых больших начинаний и замыслов.

Женщины потому начинают быстро верить даже в разные инсинуации, сплетни и другие формы клеветы, что опять-таки их рассудок, придерживая разум, не может глубоко вникнуть в суть проблемы, в полноту ее квинтэссенции, и зачастую им достаточно того мнения о каком-нибудь мужчине, которое с умыслом преподнесла знакомая или подруга. Часто мужчины внутренне протестуют против глупостей, тривиальности, различного рода женских обвинений в их адрес; они, мужчины, чувствуют, понимают, что женщина явно не компетентна в тех вопросах, которые стали причиной размолвки; внутренне, в этих случаях, все женские доводы мужчиной неприемлемы, враждебны ему. Но чаще всего, осознавая это, он молчит, покорствует, хотя и не согласен в душе ни с чем из того, что говорит женщина — его вечный судья. Это происходит в большей степени потому, что мужчина ждет, а иногда и откровенно говорит, чтобы судья-женщина, наконец-то апеллировала, высказалась где-то и в его пользу. Мужчине, вот почему никогда не нужно таить зло и обижаться на женщину, именно в данную эпоху, в нынешнее время: во-первых, потому, что женщины (тип. бол.) все живут, практически, по принципу стереотипизированного женского бытия; а коль почти все одинаковы в запросах, или приблизительно одинаковы в запросах, или приблизительно адекватны, а также похожи — в подавляющем аспекте, — в мышлении, в манерах, в этикете, в формах поведения, в поступках, то им, женщинам, и трудно уяснить, понять, осознать, что они в чем-то не правы и творят зло; во-вторых, мысля почти по шаблону ("Так живут, действуют, поступают все женщины!"), они не в состоянии осмыслить глубоко проблемы ни мужчины, ни бытия — вдвоем. Раз он обязан, и должен и все от мужчины материальное должно исходить для нее, такой умной, иждивенческой особы, то все, что она делает, думает, как женщина, "творит", "воспроизводит" в отношении мужчины следовательно правильно и только достоправильно. Все делают так — и я буду так делать, а иначе никак нельзя, поскольку я буду просто дурой в глазах других женщин, подруг, знакомых, родственников. Не быть дурой для иждивенчески настроенной женщины (тип. бол.) — это значит: а) стараться найти того, кто с мешком, как минимум "зелени"; б) устроить свою жизнь так, чтобы побольше развлекаться, но меньше работать. Быть же глупой, недалекой, несмышленой — это не найти того простака с деньгами, который как раз таки и поможет осуществить ее замыслы, дабы она могла быть, выступать на поприще наличной реальности в качестве, в роли — "не дуры".

Женский инстинкт добросердечности, добродушия, которым лицемерно-лживо кичится большинство женщин, быстро переходит в стадию угасательного торможения, как сказали бы, видимо, изучай они женщину сейчас, выдающиеся физиологи И. П. Павлов, Е. Н. Соколов или П. К. Анохин; его быстро побеждает устойчивая рефлексия, связанная с мелочным, низменным женским прагма-расчетом. Женщины могут жить, а большая часть именно так и живет, особенно и не любя мужчину; хотя они изображают, умеют репродуцировать на протяжении какого угодно времени имитацию любви. В этом, безусловно, помогают им отличные актерские способности. Ими обладают почти все женщины. Иногда женщинам хочется приключений, авантюр, поэтому они также могут, по аналогии с попугаем, имитирующем чужую лексику и ее модуляции, легко могут театрализировать, разыгрывать из себя влюбленную особу; могу назвать это злым женским кокетством, поскольку многие мужчины явно не подозревают, что становятся жертвами заранее предсанкционированной, тонкой женской мистификации. Женское лицемерие, порой, так удачно прикидывается добродетельным, демонстрируя при этом благодушие, добропорядочность, что мужчине, вместо лицемерия, они-то и видны прежде всего на первом плане восприятия им женщины; в этот момент он легко и поддается фальсификации женских эмоций и их последовательности, ввиду того, что не принять обман за истину — значит, изменить логике своего умозаключения. Женщина и опасна больше всего потому, что как человек коварный, она отнюдь, естественно, не лишена благосклонности, доброты. Нельзя рассчитывать на, так сказать, повторную любовь со стороны женщины; презрев вас, отрешившись от вас однажды, вряд ли повторно она сможет пройтись по тропинке прошлой, былой любви, бывшей счастьем для вас двоих.

Мужской разум заблуждается по поводу женщин и потому что, когда требуется придти к какому-нибудь окончательному мнению насчет искренности или неискренности женщины, он рассматривает экстеро-факторы поведения и жестов женщины, и если женщина тогда, когда воспроизводила их, вместе с ними репродуцировала доброту, искренность, то, следовательно, по впечатлению (импрессия) тех событий память мужчины и будет восстанавливать наружный, экстеро-облик женщины. Непонятый им, мужчиной, тогда при встрече, общении внутренний прагма-план женщины, почти не анализируется; в данном случае уже его рассудок вместе с памятью не дает простора аналитическому скальпелю разума. Отсюда и ошибочность мнения о женщине; мнения по первоимпрессии. Он, мужчина, увидел лишь театральную "простоту", но не рассмотрел стоящую за ней, защищенную от его перцепции, форму тонко спланированного лицемерия. Женщина практически не может (тип бол.) любить того мужчину, к которому она не способна испытывать уважение; а испытывать уважение она может лишь к тому, кто обеспечен, богат; следовательно, ее любовь, без уважения, решительно невозможна, а если и возможна, то на короткий срок. Если же женщина будет любить- уважать мужчину, то любопытно то, что она будет пытаться приравнять его приблизительно, как минимум, а то и адекватно — к себе, конечно же, пользуясь его деньгами. В таких случаях она обычно внушает, что его деньги, положение — это почти ничто по сравнению с ее красотой, все той же лицемерно-спекулятивной добротой, нежностью или, в лучшем случае, равны всей этой красоте и доброте. Весь этот спектакль разыгрывается для того, чтобы мужчина снизил самоуважение к себе и транспонировал (перенес) энергию своей почтительности и уважения к женщине. Признавая, иногда, за мужчиной ряд достоинств, которые действительно имеют место, достоверны, женщина хранит скрытый мотив, желание достичь для себя каких-нибудь еще больших, особенных благодеяний, милостей со стороны мужчины. Ошибочность логики мужского мышления часто состоит в том, что пока он готовит для женщины те или иные благодеяния, которые женщина принимает доброжелательно, благосклонно, он, мужчина, не полагает, что ему, хочет он этого или нет, всегда придется столкнуться с женской несправедливостью.

Женщина живет, почти всегда, как бы в положении (я имею ввиду незамужнюю женщину) человека, которому постоянно необходимо "выкручиваться", изворачиваться, выпутываться из проблемных ситуаций; а жизнь для женщины, если она еще не нашла того, кто будет ее обеспечивать, и есть каждодневная проблемная ситуация. А ведь для того, чтобы самоутвердить себя и необходимо лукавство, умение лицемерить, вводить в обман, в заблуждение; и все это порой выражать с большой дозой малорассуждающего зла, которое и помогает ей, женщине, быть на поверхности обстоятельств. Женщина (тип бол.) неспособна быть прямодушной, откровенной, потому, что ее характер, как и воля, подчинены большей частью ограниченному во многом рассудку; он-то и мешает ей зачастую проявить силу характера, встать на путь откровений; рассудок женщины никак не может выпутаться, почти всегда, из лабиринта общепринятых женских логических конструкций-понятий, регрессирующих динамику мыслительных процессов, а ведь исповедь-откровение требует искренности и здесь женщине не всегда так просто самоубедить себя, что она может (да и нужно ли ей) быть откровенной. Интимно-эротические милости, то есть сеанс, которые женщина-любовница или женщина-жена дарят мужчине, почти напоминают нечто вроде медвежьей услуги; уступая в интиме, женщина мертвой хваткой пытается схватить мужчину за его кошелек или матценности.

Пушкин, полагаю, не совсем точно сказал свою знаменитую фразу: "Чем легче женщину мы любим, тем больше нравимся мы ей", поскольку он не совсем понимал, что женская любовь субстантивнее, то есть возникает не важно как: до любви мужчины или с любовью самого мужчины; ведь здесь важно, то, что женщины хотят, желают или не хотят и не желают этой любви. Великий поэт упустил из виду, что не мужчина все решает в, так сказать, любовном процессе двоих, а женщина, — практически, за ней всегда окончательное решение "да" и окончательное неизменное решение "нет". Будете вы ее легче любить или нет, ей это, порой, абсолютно безразлично, а вот нужно ли ей, выгодно ли ей самой любить вас — это она уже давно решила и, разумеется, сама, без вашей, мужчина, помощи. Так вот, для того, чтобы женщина сумела вас полюбить или симпатизировать вам, а это будет только в том случае, когда вы ей дадите понять, что вы кто-то, вместо того, чтобы "убедить", по глупости ее в том, что вы никто, вам нужно придерживаться, скорее всего, следующего правила: Той женщине, которой вы хотите овладеть, выказывайте, демонстрируйте полупрезрение, полунасмешливость, полуиронию, полуоскорбительность, свое полувысокомерие и обязательно дайте ей понять, почувствовать, что она для вас является почти никем, вместо того, чтобы признавать в ней кого-то. Поэтому, встав выше женщины и, тем самым, задев ее самолюбивую спесь, вы быстрее добьетесь успеха, чем, если вы будете, "легче любить" ее, как говорил поэт; так как, не транслируя своим мужским Я вообще никаких признаков любви, но в то же время в несколько издевательски-ироничном тоне (придерживайтесь пограничной линии и не впадайте в крайности) давая понять женщине, что вы вроде бы и интересуетесь ею, проявляете благосклонность, вы быстрее можете одержать победу, то полудистанциируясь от женщины, то полуприближаясь к ней, чем в том случае, если вы будете оказывать ей знаки внимания и знаки любви. К тому же необходимо знать, что женщине, полагаю, легче полюбить того, кто ее чуточку как бы ненавидит, нежели того, кто действительно любит и надоедает своей любовью больше, чем этого она желает сама. Как я уже сказал: "Не любите и не совсем презирайте женщин и вы будете иметь у них успех". Если вы будете показывать женщине свое полувысокомерное презрение, вы озадачите ее, она будет думать о том, что как и чем же она могла его заслужить.

На отсутствие высоких аналитических способностей женского разума, а, скорее всего, не на слабость, указывает обилие слез в тех или иных обстоятельствах бытия, которые, как считает обычно женщина, складываются не в ее пользу; сила логико-понятийного мышления на каком бы уровне она ни была у разных, по роду занятий, профессий, мужчин, помогает им проанализировать сложные ситуации в жизни без слез; женщине же разумное аналитическое мышление не помогает в сходной ситуации, ее рассудок взывает к слезам. Они, маскировка под доброту у женщины, под то, что женщина так или иначе признается или покажет лишь элементы малых недостатков своей натуры, своего-Я, убеждая тем самым его, мужчину, в отсутствии каких-либо субстантивных (первоосновных). Мужчина, если он самообязателен (а таких большинство), всегда педантичен, аккуратен во всем, в том числе и в своих свиданиях-встречах с женщиной; он точен и почти никогда не опаздывает; женской же натуре, ее-Я, видимо, абсолютно неприемлема педантичность, обязательность, аккуратность в актах ее поступков и действий в отношении мужчины. Они женщины, то опаздывают, то не успевают, например, на рандеву, и находят тысячи причин для своего оправдания. А между тем, именно этот фактор и разъясняет пренебрежение женского характера, интенционированного на мужчину и указывает на то, что женщины (тип бол.) как раз таки не особо ценят мужчину, и ставят, в итоге, его все же ниже себя; ведь точность — уважительна, а коль по отношению к вам не точны, значит, вы и не представляете, как мужчина, сам по себе, той значительной сколь-нибудь ценности для той, которую вы ожидаете на рандеву. Женщинам — и это заметно — гораздо легче распрощаться с уважением или любовью к мужчине, чем похоронить свою способность все время изощрять на нем приемы и модусы кокетливо-театральной игры. С женщиной у мужчины, по видимому, не может протекать любовь не оставляя места, почвы для различных проявлений ревности; женщина (тип. бол.) обязательно (это лишь дело времени) даст повод к мужской ревности; это ей необходимо чаще всего потому, чтобы простак-мужчина ее больше ценил, боялся потерять; и поэтому, разумеется, больше стремился исполнять ее желания и прихоти. А это обычно и происходит с мужчинами в обыденной реальности. Не понимая какими причинами был вызван тот или иной акт поведения женщины, он, начиная ревновать ее, встает в этом случае на новый путь повторного завоевания ее любви, ее расположения к нему самому; мужчина не может уяснить, что женщина сама и спровоцировала его на проявление эмоций ревности, чтобы он повысил ее ценность для самого же себя.

Женщины не могут также еще и потому оценить объективно великодушие, благородство мужчины, поскольку не обладают ими сами; их память не хранит идеи, мотивы этих достоинств, качеств личности; следовательно, разум женщины почти не задумывается, не анализирует их, а отсюда, и понятно, почему женщины редко ценят эти достоинства мужской натуры; ибо тот, кто сам абсолютно лишен каких-либо качеств не может интроспектировать (увидеть внутренним зрением) их в других.

Женщина не может быть или долго выглядеть несчастливой; ее эгоизм, прагма-сущность всегда выше любви мужчины, а также своей любви; наконец, ее уверенность в себе инвариантна по той причине, что она знает насколько, глупы мужчины и что они, в конце концов, поддаются обработке. Подсознательно, осознанно или интуитивно (здесь не столь важно) женщина всегда понимает, что она обладает достойными способностями для того, чтобы преодолеть неудачи и снова оседлать конька, прагма-конька при помощи очередного простофили. Вот почему женщины-то и не боятся разводов, а сами, наоборот, и являются их инициаторами. Внутренняя уверенность, которая так часто бывает ошибочной, позволяет им всегда надеяться, что, была бы она, — женщина, а мужчина, несомненно, найдется. Женский рассудок, как ясно показывает жизнь, всегда оправдывает, предо-предо-оправдывает(видимо, бытующее в народе слово "предрассудок" больше относится к женщине, чем к мужчине) различные женские мерзости, зависть, неблагодарность, капризы; это ясно доказывает, что рассудок функционирует у женщины для постоянного оправдания непоследовательных, отрицательных свойств психики, характера в ее поступках и актах поведения. Рассудок женщины, заметьте, везде и всюду готов оправдать, защитить и надменность, и гордость, и пренебрежительность, и хитрость, и персонизм, если вы упрекнете женщину в ее пороках. Женский рассудок считает "умным", "благомыслящим", "всенадежным" только того мужчину, который, в основном, везде и во всем с ней, женщиной, идет на компромисс, соглашательство, выгодное больше ей самой, чем мужчине. Мужчине, который желает одержать победу над женщиной, не нужно ни в коем случае показывать — если она есть — свою высокую степень эрудиции, поскольку женщины не все любят и ценят ум; приняв к сведению, что вы чересчур умны, она, женщина, будет опасаться, что этого умника не так-то просто провести. Мелочная обидчивость женщин проистекает ввиду отсутствия синтетичности, гибкости их ума; снова на первый план в моделях мышления выдвигается рассудок, а он всегда у женщины более сенсорен (чувствителен) к мелким обидам, чем разум.

Женщина любит мужчину за его чувство любви к ней самой; итак, она любит его за его чувство к себе самой; мужчина же, наоборот, не может любить женщину только за ее чувство любви к нему, он любит синтез своей любви к ней и ее любви к нему. В этом-то разгадка двух больших разниц (одесское словосочетание, эквивалентно которому трудно что-нибудь подыскать), понятия женской и понятия мужской любви.

Для женщин, если они видят что мужчина не поддается внушению с их стороны, он сам перестает быстро быть значимым. Уловки в этом случае не удаются, а значит нельзя навязать, да и не видно как, свою игру; следовательно, нет смысла видеть в этом мужчине какой-то вообще прагма-смысл, нужно лучше заняться поиском другого. Женщины часто нетерпимы друг к другу по причине того, что в себе подобных чувствуют ту же гордыню и амбиции, которыми сами же обладают; собственная спесь в таких случаях всегда приемлема, ибо она своя, с моим-Я; чужая же лишь задевает, ущемляет свой эгоизм. Иногда ошибками женщин (тип бол.) является то, что они считают, что поскольку мужчины все несведущи насчет женских уловок, то они, женщины, могут перехитрить, объегорить всех мужчин; вот ввиду какого следствия, женщины и становятся довольно легкой добычей опытных ловеласов, казанов. Иногда своей манерой подать себя, а также своим больше показным, чем истинно-надежным благополучием, женщины заводят в болото мистификации мужчину и ему кажется, что весь вид, осанка, уверенность женщины сейчас, уже пророчат ей прочное будущее потом. Это еще больше подхлестывает его чувства, симпатии, благосклонность к ней и возвышает в его глазах ее, женщину, ибо в это время мужчина не думает о женской наигранности эмоций и о том, к чему ей понадобился, вообще, этот водевильный пассаж. Стеатрализированная композиция женского мнимого величия, ее напускные формы и служат женщине для того, чтобы к этому царственному виду присоединить различные несуществующие достоинства — все это помогает ей также в качестве полиуловок и очередного стремления женщины повысить себе цену. Пока в наше время, как заметил автор, мужчины, общаясь с женщинами, используют свой ум (тип большинства мужчин) практически лишь для того, чтобы так и оставаться в глазах женщины глупцами. Но если мужчина проницателен и умеет распознавать сущность женской натуры, у него всегда весьма самодовольный вид; впрочем, ничто так не самольстит мужчине, как та способность, вызывающая в нем чувства радости, благодаря которой, используя которую, он прорентгенизировал-разгадал женщину.

Проявляя излишний восторг, благодарность женщине, например, за проведение совместного интима, мужчина, обычно, по недалекости, так переоценивает женскую благосклонность, что и остается у нее как бы в вечном плену и долгу; простак-мужчина забывает, что она за приятно проведенную интимную встречу, у него точно в таком же адекватном долгу (ведь сексуальное удовольствие обычно взаимно), как и он перед ней. Здесь мужское удовольствие = женскому удовольствию; и нет никакой надобности проявлять эмоции собачьей радости и вилять хвостом перед "предметом любви". Женский рассудок (тип бол.) часто так консервативен, что даже те отрицательные качества, которые присущи женщине как личности, и которые женщина отнюдь не собирается реставрировать, реформировать, способен (рассудок) приписать к заслугам женщины все, что угодно, даже то, чего никогда не было и нет. Женская чистая любовь — редкостное явление потому, имеется ввиду любовь вне денег, вне голого расчета, — что в скором времени страсть утихает (о чем не подозревает множество мужчин, не понимающих резких перемен в женщине), поскольку женское безудержное, неостановимое тщеславие, а также спесь являются вечными тиранами ее прагматического рассудка. Женская ограниченная воля, ограниченная рассудком, держит в своих тисках и характер, вот почему последний слишком близко стоит к порокам и взимодействует с ними; тогда как женская добропорядочность (как черта ее натуры) не субстантивна, малосущественна и удалена на задний план в женском характере, самом по себе. Ревность женщин (тип бол.) потому доставляет им множество полу страданий, или вызывает реакции гнева, что в арсенале женского тщеславия и спеси нет достаточного противодействия, панацеи от самой ревности. К тому же женщина начинает ненавидеть, порой, и себя и мужчину, заставляющего ее ревновать, поскольку она свою же ненависть ненавидит, в нем самом, а также в самой себе, (женская бинарная (двойственная) ненависть).

Часто мужской разум мешает мужчине проявить здравый смысл и подчиняется, идет навстречу различным женским сумасбродно-нелепым выходкам; в этом случае процесс мышления приводит его, мужчину, к согласию с самим собой, и он уступает капризам женщины, вместо того чтобы управлять ими самими. Женский разум, бесспорно, (Жорж Санд, С. Кавалевская, Е. Блаватская, Е. Рерих, И. Тюрикова, Д. Пуатье, М. Митчелл, Е. Браунинг и другие) может, и проявляет, порой, силу интеллектуального потенциала, но анализируя со всех сторон аспекты женского ума, сразу приходишь к безоговорочному выводу, что на глубину, аналитичность, здравомыслие женщины не способны. Там, где необходимо сынтегрировать, суммировать разные понятия и смоделировать их с разнообразных точек зрения, расщепить подобно атому, и синтезировать в одно целое составные элементы предмета вновь; прибавить к одной логико-понятийной конструкции — как учили еще Аристотель, Анахт, Гегель, Милль, Спенсер — несколько других моделей-понятий и вновь проанализировать, сгенерировать (произвести) десятки, а то и сотни, новых понятий-конструктов, — как бы не хотели женщины, но не сможет, видимо ни одна из них. Единственное, что могут женщины — быстро уловить сущность вопроса и дать ему определенное истолкование, но, как правило, в основном, весьма одностороннее, поверхностное.

Женская гордость не замечает недостатков, из которых соткан женский характер. Почти всегда (тип бол. жен.) женщинам кажется, что их, недостатков, у нее нет; но спесь и опасна тем, что в своем тщеславии она заставляет женщину презирать отсутствие, у нее самой же таких качеств как великодушие, справедливость, благородство. То, чего нет в нашем внутреннем-Я, то нам и незнакомо, поэтому женщина надменно-скептически, порой относится к мужским проявлениям, признакам доброты, респектабельности.

Когда мужчина попадает в жизни в экстремальную (сложную) ситуацию, это может быть, происходить тогда, когда у него плохо идут дела и неважно с финансами — женская спесь, сочетаемая с мнимой добротой, выражает сочувствие мужчине лишь для того, чтобы доказать ему, что во всем была права она, женщина; или просто для того, чтобы продемонстрировать высоту своего положения над ним, мужчиной. Мышлением и эмоциями, силой их интенсивности рождается одержимость, способная совершить великие деяния, сделать выдающиеся открытия. У женщин может быть одержимость, в основном, (тип бол.) только в любви; здесь ее эмоции и сочетаются больше всего с рассудком и разумом; что же касается одержимости в созидательно-интеллектуальной деятельности, то в этом положении ни эмоции, ни разум женщины не в состоянии проявить силу одержимости в познании. Вначале, в интродукции, можно сказать, процесса любви женщина может желать любить в мужчине и его деньги, и его положение, и его любовь к ней — налицо целая трилогия требований, притязаний к мужчине, достойному любви.

Мужчина, во многих случаях, ложно судит о женщине из-за того, что ввиду лености ума, отказывающегося проанализировать все "за" и "против" в отношении той или иной женщины, занят лишь разбором по памяти тех эпизодов, в которых ему было с ней хорошо и приятно; тем самым он проводит демаркационную (разграничительную) линию между своими эмоциями памяти и аналитическим познанием, вместо того, чтобы путем функций синтетического, индуктивно-дедуктивного мышления расширить границы познания, касательно той женщины, с которой он в отношениях. Часто непомерная безграничность нелепых женских прагма-фантазий позволяет женскому рассудку ошибаться в своих расчетах; не предвидя будущего, женщина уходит от цели в настоящем; в будущем же реализация самой цели становится уже проблематичной, а то и вовсе недосягаемой. Женщина никогда не приносит свои прагма-фантазии, прагма-цели в жертву искренности чувств, любви, а это ведет, нередко, к противоречивым, а то и плачевным последствиям. Пренебрегая истинной любовью ради какого-нибудь расчета, просто недолговременной выгоды, женщина больше проигрывает, чем выигрывает, поскольку будущее неопределенно, как, и порой, настоящее, а, прошлого ведь уже не вернешь. Женщинам иногда, видимо, мало тех пороков, которым они, к сожалению, обладают; к существующим они начинают прибавлять новые и, что удивительно, даже проявляют тщеславие, спесь, любуясь ими. Потом, постепенно, эти пороки, как и те, которые были приобретены ранее, естественно, автоматизируются и переходят в привычку, навык; расстаться с которыми становится уже не так легко.

С женщиной всегда происходит длительный спор выяснения отношений не только потому, что виноват мужчина, а, в основном, потому, что почти всегда женщина во всем считает виноватым только его, забывая о себе; то есть, поскольку правда лишь на одной стороне, а, следовательно, по другому никак быть не может, то и трудно быстро закончить спор, прекратить ссору с женщиной, ведь мужчина чувствует, понимает, что прав-то он, хотя его все время делают виновным. Прагма-концепция, вообще, прагма-позиция женщин в отношении мужчин — это, несомненно, доминанта — ядро женского рассудка — и, сходно с тем, как разум человека, лишен способности мыслить, ввиду нарушения функций головного мозга (нейропатология), так и прагма-рассудок женщины не осознает порой, не чувствует, не слышит, не осязает в синтезе, или, если угодно, раздельно, все то, что не соотносится с прагма-менталитетом женского меркантильного мышления. Женщина во имя расчета мечется, сомневается, ноет, стонет, конфликтует, кипит, негодует, лжет, плетет сети коварства, составляет букет вероломных ходов, почти ни о ком не думает, кроме как о себе и о том, что ей всегда что-то должен мужчина, и растрачивает в итоге на все это и свою красоту, и годы. Разумный мужчина не должен просто слепо верить в женщину; он должен обязательно верить в нее наряду с чувством тревоги, осторожности, боязни и всегда с надеждой на то, что все эти перечисленные "чувства предчувствия" в скором времени станут реальностью. Когда мужчина разоблачает женщину в ее подлости, конечно же, женщина всегда возмущается, яростно доказывая, что он не прав; она всегда боится предстать перед мужчиной проиллюминированной, засвеченной, пойманной в своей лжи. Женщина способна в основном (тип бол.) лишь указывать мужчине на его недостатки характера, вместо того, чтобы хотя бы задним числом рассмотреть, или попытаться искоренить, реформировать свои.

Мужчина, который стал рабом своей любви к женщине, уже отдал себя во власть женскому эгоизму, став его игрушкой; ведь теперь женщина владеет его разумом и сердцем, следовательно, она больше властна над ними, чем он сам. Мужчина бывает до того смешон и беспомощен, что, пытаясь постоянно удовлетворять свою половую страсть с женщиной, в итоге, поддавшись женскому произволу, сетует на тиранию самого произвола; он мужчина, в душе явно отказывается, не желает нести крест угнетения, но, вместе с тем, и не предпринимает никаких попыток "свергнуть" женщину-экспроприатора. Так, порой, он ненавидит себя за свое малодушие. Мужчина доволен тем, что живя в женщиной, он вполне может обходится немногим, поэтому, он уже в какой-то степени порядочен, мудр; женщине же всю жизнь, почти, всего мало и мало; ей все подавай и подавай — так она выказывает непорядочность в своей собственной глупости. Вот, в результате чего, почти все мужчины и не счастливы с женщинами. У женщины, если побуждение заполучить что-нибудь, — не разрушить и не остановить в самом эмбрионе, в самой стадии его зарождения, то весьма сложно потом вообще приостановить вряд ли с чем сравнимую силу какого-нибудь женского желания, видеть, осязать реализацию запроса, вызванного самим же желанием, стремлением. Выражение женской прагма-сущности, являющейся основной чертой характера большинства женщин, уже предполагает само по себе эгоистический взгляд на мужчину, на мир вообще. Прагма-сущность женщины как личности (тип бол.), ее прагма-позиция в бытии (прагма-бытийность) побуждает ее обожествлять себя; "сталинизировать" его, мужчину, и, по возможности, экспроприировать его мат ценности. Женский эгоизм находит самодовольство лишь в самом себе, а на мужчине задерживается, как паразит на теле, стараясь питаться его плодотворными соками. Вряд ли что можно сопоставить с безудержностью женских запросов, коварством, лукавоумием интриг; способность женского эгоизма адаптироваться, реставрироваться, по случаю, беспредельна — это туннель, в конце которого не видно света. Прагма-эгоизм женщины, когда заходит речь о его целях, мотивах, желаниях в тех или иных важных для слабого пола действиях, поступках-акциях, хитроумно присматривается, зорко настораживается, жаждет достичь желаемого; все понимает, обо всем подозревает, чутьем улавливает перемены, проницательно вникает в сущность тех или иных форм и явлений. Он почти автоматизирован, как навыки сенсорно-моторных движений, так что женщина вовсе не в состоянии избавиться от него, даже если и он связан порой с неприятностями в прошлом. Следовательно, отсюда можно с полным обоснованием сделать вывод, что не привлекательность аполлоновская мужчины и его достоинства растормаживают чувства симпатии, приязни, любви женщины к мужчине, а, прагма-эгоизм, прагма-позиция женщины сами конституируют (организовывают) эмоции — "симпатии", "любви", "благосклонности". Женский прагма-эгоизм, как атрибут целостной женской прагма-концепции, видит не мужчину, а стимул-символ благополучия, денег; он, стимул, вечно в погоне не за конкретно-реальным мужчиной, а за эфемерным, чаще всего, символом, и он сметает на своем пути тех солдатиков, о которых пел А. Кальянов; он состоит из икебаны противоположностей; он властен, лицемерен, надменен, спесив, субъективен, завистлив, несправедлив ко всем, кроме самого себя. Он постоянен, редко подвергается переменам, если подвергается, то ненадолго; он скучен, глуп, состоит из коктейля причуд, нелепых потребностей, сумасбродства, и, в конце-концов, чаще всего становится (прагма-эгоизм) врагом самой же женщины. Тот, кто много хочет, тот, часто, мало получает, и редко всем женщинам удается счастье символом своей веры и любви. Но не стоит забывать мужчинам, что женский прагма-эгоизм не способен к самоуничтожению к самоотвержению себя, к самоненависти и он всегда в альянсе с ложью и вечно изменяющимися моделями женского лицемерия. Никогда нельзя мужчине думать, что женская прагма-ментальность покаялась, отреклась от произвола, несправедливости по отношению к нему, мужчине, здесь, как слова в песне А. Пугачевой: "не отрекаются, любя", только в совершенно другом, конечно же, смысле. Прагма-эгоизм настолько себялюбив, что он не способен к покаянию-смирению, он всегда лишь может — это, пожалуй, все, что он может — на время остаться в тени; но в скором времени мужчина вдруг снова обнаруживает, как он, прагма-эгоизм, победно шествует уже под звуки фанфар, торжественно вещающих приоритет власти женщины над мужским-Я. На многих женщин нельзя никогда положиться, довериться им и в следствие того, что женщина не всегда способна понять, что она сама желает сейчас, в данном, настоящем времени; а ведь тот, кто не знает, что он хочет в данный момент, абсолютно не способен представить и уяснить, что он возжелает в совсем недалеком будущем; от женщины постоянно только и ждешь различных неожиданностей, причем, зачастую, в самой неблагоприятной для себя ситуации. А как только, вы мужчина, оказываетесь в ней, волею игры бесчувственного Рока, то женщина, в большинстве случаев, вместо того чтобы стать вам помощником и другом, и помочь выкрутиться из беды, чаще всего оказывается крысой, бегущей с тонущего корабля, а то и откровенным врагом. Мне иногда говорят мужчины-простаки, что, мол, с некрасивой женщиной легче жить в браке, сожительствовать вообще; все это тот же наивный подход к вопросу о женской прагма-субстантивности, который абсолютно не подтверждается, редко имеет место, в наличном бытии. С красивой, верно, больше хлопот, конфликтов; большая вероятность того, что от нее быстрее можно ожидать различных актов вероломства, коварства, неуемных требований запросов; однако и некрасивая ни в чем не отстает, а, напротив, может и превзойти красавицу по уровню притязаний, потребностей. Поэтому нельзя быть мужчине наивным мальчиком, размышляющим о том, что эстетический вид женщины многое меняет; отнюдь и отнюдь нет — разными могут быть требования по отношению к вам, мужчине, но прагма-примат мышления женщины в консорциуме отношений мужчина + женщина везде один и тот же — он, пока, неизменен, доминантен; прагма-ментальность женщины есть, несомненно, — в проекции ее акто-мышления к мужчине, к его-Я — конечная инвариантная величина.

Женская несправедливость потому порицает, неприемлет, ненавидит мужскую справедливость, что она несет в себе протест против женского эгоистического расчета. Радость, восторг женщины, охватившие ее во время какой-нибудь удачи, счастья мужчины, объясняются отнюдь не ее, женщины, благосклонностью, расположенностью к нему; они являются, чаще всего, следствием эгоистической надежды на то, что и она, таким образом, может быть спокойна за свой успех, удачу, посредством его успехов и удач; а также потому, что женщина понимает, какие выгоды из этого счастливого случая, или суммы случаев, можно извлечь. Женская спесь слепа, она укрепляет сама себя в своей правоте, мешая, препятстсвуя найти женщине панацею, которая помогла бы ей избавиться от венка из пороков. Женщина уклоняется от подарков не потому, что хочет этим показать, экранировать свою скромность, а чаще всего, напротив, это вызвано желанием заполучить более дорогие. Порой кажется, что женская гордыня и эгоизм таковы, что их вряд ли могли бы сразить 20 фарисеев вместе взятых. Женское искусство прикинутся порядочной особой столь велико, что его гениальность мужчины начинают постигать лишь тогда, когда осознают и понимают, что женщины всю жизнь были с ними непорядочны; то есть тогда они постигают это, когда буря женской непорядочности либо вышвырнула их на улицу, оставив без жилья, либо "объявила" об алиментах и разводе. Мужчина не способен, по большим меркам, на непорядочность в отношении женщины, поэтому он с трудом и верит, пока, в конце концов, не убедится сам на горьком опыте, что кто-то другой, то есть женщина, не нее способна. Это еще одно из кардинальных заблуждений мужчины, насчет женской доброты, когда он, заранее не предостерегая себя, лишь потом, в результате обрушившейся на него женской бомбы вероломства, задним числом, осознает, но поздно, коварство женской натуры.

Стоит заметить, что многие женщины заранее, преднамеренно, предрешено, тайно "приговаривают" мужчину, который и не подозревает, что над ним может свершиться столь безжалостное аутодафе(казнь). Одна из женщин как-то сказала автору: "Женщина, порой, сходна, напоминает матерого рецидивиста, причем действует скрытно, хитро, коварно-расторопно и при случае наносит беспощадный удар исподтишка, "втихаря" в спину, который подобен удару кинжала, шпаги, копья". Остается добавить к этому мнению, что, чаще всего, это происходит в тех житейских обстоятельствах, когда мужчина находится в абсолютном неведении, незнании насчет того, что женщина тайно-скрытно подготавливает развод.

Женское иждивенчество, нахлебничество, пожалуй, самая, редко осознаваемая женщиной, страсть. Ее грандиозная сила малозаметна, но велик зато ущерб от нее обществу и для мужчины в целом, который чаще всего, к сожалению, скрыт и от общества и от анализа мужчины; а ведь нет ничего порочнее, пожалуй, этой зловредной, себялюбивой страсти. Присмотритесь повнимательнее, мужчины, и вы убедитесь, увидите, как безмерно влияние женского иждивенчества на вас самих, вашу судьбу. Эта женская страсть постепенно, незаметно, но прочно умудряется завладеть вашими чувствами, мыслями, любовью, желаниями по отношению к "слабому полу". Вы и сами не замечаете, как женский паразитизм становится чем-то обыденным, хотя и пагубным для вас; а когда вы пытаетесь его остановить, защитив себя от его произвола, то вы оказываетесь в роли того глупца, который, зная о возможном пожаре, не предотвратил его: у него сгорел дом, у вас же исчезают деньги, и вместе с их исчезновением наступают бедствия и нищета. Прагма-натура женщины в нынешнюю эпоху всегда обнаруживает глубокое сродство между всем тем, что эстетично, изящно, красиво, модно и приятно для перцепции (восприятия), а поскольку тот, кто беден из мужчин и не способен удовлетворять женщину-паразита, любящую изощрять запросы своего вкуса за счет мужчины, тот и находится в большинстве случаев вне перцептирующей проекции женского мышления. Девочек, будущих женщин, мамы в детстве, в юношеском возрасте учат всему, и чему угодно, в отношении мужчины, но только не порядочности. Женские прагма-фантазии, женское воображение — это игра психических процессов, которые вводят почти постоянно женщин в обман, сеют иллюзии, заблуждения. Воображение лжет женщине, обманывает ее насчет той жизни, которой нет и которая вряд ли реальна. Но воображение сильно и опасно тем, что оно в своих неуемных фантазиях вечно в борьбе с разумным, рациональным осмыслением бытия; оно как бы держит разум в волчьей яме и является чем-то вроде "третьей натуры" в женском внутреннем (интро) — Я. Прагма-воображение женщины отрицает, убивает искренность эмоций, настраивает их на аффектацию, повышает женское самомнение о своей самоценности, свысока судит о предметах, мужчинах, событиях. Нет сомнения (в чем автор уверен), что многие акты поведения, поступки женщина совершает под прессом своих неудержимых, порой, глупых прагма-фантазий; разум, в итоге, бессилен что-либо противопоставить цунами, потоку бурного женского воображения. Оно берет под свой контроль все, что связано, с прочно осевшей в рассудке, прагма-позицией женщины, и часто гиперболизирует, гипертрофирует любой предмет, любой поступок и придает всему ирреальную, безумную ценность, не ценность, что принижает все истины, выработанные в этических законах и нормах человечества на протяжении тысячелетий. Воображение женщины самолюбиво, лицемерно и ему сложно исцелить саму женщину, ее качества, ее психику от множества слабостей и пороков. Воображение, сочетаясь с рассудком, постоянно сигналируя к нему и получая обратные сигналы от него, неприемлет, не воспринимает истину, правду, которая указывает на недостатки женщин. Воображение не позволяет прагма-эгоистическому рассудку женщины исцелится от незнания своих несовершенств, а лишь старается изгнать правду и истину суждений мужчины о женских пороках. Словом, женщина, обманывая себя, пытается обмануть, ввести в заблуждение и мужчину по поводу своих несовершенств. Воображение и рассудок изворачиваются, идут на разные лукавые ухищрения, лишь бы пройти мимо истины и утвердить женское непокаянное лицемерие; поэтому и получается, что жизнь женского сознания и есть бесконечная, иррациональная фантазия с примесью правды, обмана, интриг в микро-обществе мужчина + женщина; женщина вдвойне модель постоянного притворства, лицемерия, лжи и перед мужчиной и перед своим сознанием, то есть, перед собой. Благодаря несбыточным комбинациям конструкций, создаваемых женским воображением в той ирреальной жизни, женщина и бывает так часто несчастной в жизни уже реальной.

Многие мужчины, будучи на положении рабов любви в отношениях с женщиной не понимают, не могут придти к выводу, что он все равно раб своих чувств, даже если женщина в качестве госпожи-царицы хвалит, одобряет, льстит, а то и превозносит его. Он не может доказать сам себе, своему разуму и рассудку, что для принцессы он автомат, приносящий определенный денежный доход. Итак, он слуга, выгодный своему господину; он забывает, что сегодня царица милостива к нему, а завтра-послезавтра погубит его. Часто наивность мужчины заключается в непонимании того, что он, стремясь к возвышенным целям, великому созиданию, например, его желание, стремление созидать, с энтузиазмом идти к вершинам своих творений, отнюдь не родственно, не тождественно желаниям женщины, вечно сомневающейся быть ему опорой или нет, — в его начинаниях, свершениях. Мужчина должен уяснить, как правило из священной библии, что справедливо верить только справедливому, а не тому, что навязывает, в качестве своего субъективного понимания бытия вдвоем, женщина. Женщина все время только и делает то, что оспаривает силу справедливости, противопоставляя ей силу иждивенческой демагогии и лицемерия. Почему женская власть, приоритет женской агрессивной ложной идеологии и царствует в обществе различных цивилизованных стран? На чем зиждется ее, идеологии, демагогическая, лицемерная, но, в данный момент, истории, сила? А вот на чем — на том, что мужчины по своей глупости, недалекости, по своему бездействию, по своей несплоченности, безсолидарности не противопоставили женскому эгоизму, лицемерию и паразитизму свое презрение, игнорирование и пренебрежение этими пороками. В душе подавляющее большинство мужчин желают, хотят, несомненно, бороться с женским произволом — беспределом, но пока больше на словах, чем на деле в обыденной практической жизни. Многим мужчинам, которые до простоты наивны, глупы и верят в женщину так и хочется сказать: "Верь, простак, верь, верь женщинам! Не жди, простак, не жди, не жди ничего плохого от них! Скоро, весьма скоро женщина даст тебе понять, что ты глуп, но будет поздно!" Мужчины ведут себя с женщиной, женщинами как дети со взрослыми; женщины всегда знают, что нужно делать с мужчинами-детьми; а мужчины-дети не могут предъуяснить, осознать, что нужно делать со взрослой, не по годам, женщиной. В помощь им — эта книга; хватит быть глупцами и детьми — автор искренне желает всем мужчинам быть, стать взрослыми.

Женщина нигде, ни в чем, почти, несправедлива; вот поэтому, мужчина и обязан возвести справедливость в закон для своих отношений с женщиной и, установив закон справедливости, дать ей понять, что ее наглость, произвол ему неприемлемы. Впрочем, женская несправедливость не вписывается ни в какие императивы, законы, нормы, правила общечеловеческой морали. Нынешний тип женщины — тип массовой женщины, настроенной потребительски к бытию вообще, почти исключающий созидательное начало, возвел в традицию, в обычай — иждивенчество. Женщины лицемерно-ложно верят в то, что они обычно справедливы, неизменны; и коль мужчина почти глух к тому, чтобы разрушить откровенное женское нахлебничество, убеждены, что иждивенчество, потребительство, а не созидание, труд для себя и для общества, вне, разумеется, проституции, — и есть та истина, согласно которой можно оправдать повсюду женскую подлость, хитрость, эгоизм. Женщина и поставила себя в обществе так, что иждивенчество стало абсолютным законом, который обязан чтить, а также ему повиноваться мужчина и, естественно, он, мужчина, по другому думать не может, не должен; он лишь обязан слепо повиноваться и подчиниться женским догмам, оправдывающим, где нужно и где ненужно, их паразитизм. Женщина и инспирирует (внушает) простаку-мужчине в нынешнюю эпоху во всех странах, что он должен, обязан принять, как нечто непреходящее, абсолютное, неизменное, сумму тех догм, которые олицетворяют демагогическую женскую этику. Если бы мужчина усвоил (к чему и призывает его автор), что женщина пытается утвердить свое потребительство за счет его здоровья, матсредств и это стало бы его массовым протестом против женской лжи, обмана, паразитизма, то он бы, мужчина, поднял бы бунт — и справедливо — против женского произвола — беспредела. Но хитрая женская инспирация, которая также ментально-массова в государствах, мешает ему до конца понять и осмыслить демагогию, коварство, ложь женской лицемерной морали. Но прочтя эту книгу, мужчина-победитель очнется и сбросит со своей шеи хитрого, вероломного, лукавого эксплуататора — женщину, которая он своим презрением заставит почитать его и уважать; и вне проституции в семье и в борделе, чтить производственно-материальный труд. На чем держится негласная, скрытая, фарисейская женская этика? А все на том же — на полном неведении, непонимании мужчиной социальной природы женского потребительского стиля, имиджа жизни. Но — уверен — он, победитель, откроет большое окно и мощная струя свежего воздуха сдует, вышвырнет вон за дверь лицемерно-лживую пыль женского прагма-эгоизма, который везде нагло жаждет за счет денег, здоровья мужчины въехать в рай на золотой колеснице. Мужчина-победитель заставит большую часть женщин за свои деньги, за свои матсредства создавать себе свой "рай". Пусть там, в том раю, созданном ими, женщинами, за свою "капусту", они и доказывают друг другу, что они милые, добрые, ласковые, красивые, необычные, незаменимые. А мы, мужчины, (что и должно по законам человеческой справедливости быть) будем радоваться, восхищаться нашими нежными, ласковыми, добрыми девочками и женщинами, которые на деле, а не на словах, за свои рубли, доллары, франки, фунты, гульдены, марки будут обеспечивать свой, ими же созданный, микроэдем. Автор взял на себя миссию, которую (он знает, и видит) поддержат десятки миллионов мужчин, разрушить лицемерную, подлую, хитро-коварную, мистифицированную, мифическую, легендарно-догматическую женскую пошлую, абсолютно регрессивную мораль, сковывающую мужчину в его социальной активности и способную под прикрытием тонко рассчитанной, хитроумно-продуманной демагогии и инспирации (внушения) на протяжении десятков лет обирать, эксплуатировать, манипулировать, экспериментировать в своем паразитизме над мужчиной, травмируя его психофизиологическую личностную биосубстанциональность. Хватит иждивенчества, подлости, лжи и демагогии! Покажите в обыденной, наличной реальности, милые, хитрые, коварные, вероломные, красивые, нежные, ласковые, как вы сами, без нас, таких плохих, ненадежных, глупых, простых, ленивых мужчин, зарабатываете себе на 20–30 платьев, 12–15 пар туфлей, 8-10 пар сапог, 2–3 песцовых или норковых шубы, десятка два костюмов, 5–6 золотых цепей, 3–4 колье с бриллиантами, десятка два серег и колец; на поездки в Италию, во Францию, США, Германию, Данию, Швейцарию, Англию, Швецию; с посещением там шикарных ресторанов, пляжей, баров, выставок, кафе, косметологических центров. Зарабатывайте себе также на фешенебельные квартиры, шикарную мебель, эстетико-экспрессивные "девятки", "БМВ", "Ауди", "Мерседесы", "Форды", "Роллс-Ройсы"; на модифицированные под современный стандарт, дачные дома, коттеджи, на яхты, самолеты. А мы, глупые простаки — мужчины, а мы, ненадежные, плохие не джентльмены, которых вы беззастенчиво нагло пытаетесь всю жизнь эксплуатировать и паразитировать каскадом своих запросов, будем ликовать, радоваться вашим успехам и беречь свои деньги для себя; ведь вы же, милые, обаятельные, также, как и мы, должны и обязаны по закону гражданского права сами на себя трудиться в различных материально-производственных, вне борделей, сферах. Мужчины, как только женщина почувствует вашу справедливую силу (а законы морали и права на вашей стороне), она станет бессильной в своем лицемерии и лжи, поэтому слово за вами!

Часто встречаешь женщин, которые жалуются на мужскую непочтительность к ним; затем, тут же, ссылающихся на многих мужчин, которые, якобы, когда-то возводили их на пьедестал; так вот автор всегда им говорил: "Видимо, вы, мадам, расположили их к себе своими порядочными просьбами насчет порядочных запросов? Многие из женщин не понимали моей язвительной издевки. Мужчина должен показать женщине, которая восхваляет себя, всю ее низменность, лицемерие, то есть дать ей понять, что она ровным счетом ничего не стоит. Он никогда не должен сомневаться, что женщины больше достойны презрения, чем почитания; поскольку они, женщины, сами никогда по настоящему и не уважали мужчину вне его денег, богатства, положения.

Многие женщины умело разыгрывают из себя субъекта, обиженного судьбой; они жалуются на свой удел в жизни, на то, что им плохо, несладко, хотя сами (тип бол.) не пошевелили и пальцем, не приложили усилий, стараний для того, чтобы самостоятельно изменить свою жизнь. Они и не пытались это сделать, потому что их иждивенческая позиция всю жизнь "смотрела" в сторону мужчины, была занята не самостоятельными решениями, выбором, утвердить в бытии свое Я, а лишь поиском все тех же глупцов — мужчин, которые, как алкала их натура, преподнесут им все; бросят к их ногам себя, свое состояние, свою жизнь. Существуют также женщины, которых называют крутые мужчины — супер-коченными; таких женщин, замечено мною, меньше всего интересует любовь к мужчине, в противовес страсти к нарядам, развлечениям. Обычно они, эти женщины, красивы, заняты исключительно только собой, своим Я, и им больше нравится в глазах других выглядеть всегда эстетично-красивой; больше кокетничать с мужчинами, терзая их психику и душу, чем пытаться вступить с ними в половую связь. С виду эти особы кажутся легкомысленными, пустыми в своем смехе, тривиальной болтовне; но стоит лишь мужчине попытаться овладеть такой женщиной, как тут же она преображается в глыбу айсберга, в неприступную крепость, форпост, и сразу же своим высокомерно-защитным видом ставит непреодолимую стену передним.

Выйдя замуж, многие женщины, существуя и удовлетворяя свои потребности посредством мужа, делают вид перед подругами, знакомыми, что всего в жизни они добиваются сами. Они специально редко упоминают своих мужей, умалчивают о их заслугах, их бытии, делах, как будто мужей и нет в их жизни, не существует вообще и они, женщины, сами, мол, действительно, своими руками создали себе счастливую жизнь. Еще одна уловка — маска женского лицемерия.

У женщины быстрее гаснет любовь к мужчине, чем у мужчины к женщине — это и есть неоспоримый, почти аксиоматичный аргумент того, что женский разум ограничен; а у женских чувств, конечно же, есть свои пределы, свои слабости, уязвимые места. Самый лучший способ быстро овладеть женщиной — это дать ей понять, что ей так или иначе выгодно вступить с вами в половую связь. Для того, чтобы женщина не смогла ловко манипулировать мужчинами, самого мужчину необходимо лишить глупости и внедрить в него мудрость, которая лишит женщину хитрости и коварства, — ее лука и стрел в вечной борьбе с ним.

Женщина всю жизнь, почти, интригует, подобно аферисту пытается обмануть мужчину, который, в свою очередь, обманывает ее сам; она, женщина, то ждет подачек, то тревожится; встречает гневный отпор, получает пинок; то снова начинает доканывать мужчину просьбами; наконец, многие из женщин добиваются кое-каких желанных результатов, немало помытарствовав на своем веку; где вся их жизнь была "работой", специфика которой была связана с одной и только одной целью — найти деньги, олицетворяющие понятие "мужчина". Но когда беседуешь с ними и понимаешь, что перед тобой гнусное, мерзкое существо, которому хорошо со своим эгоизмом, — то поражаешься фейерверку лжи, которую они, женщины, как соус к спагетти, подмешивают к истории своего Я-бытия. Послушать этих женщин, их искусно-завуалированную ложь, так у них никогда не было никаких проблем; ни к кому, из мужчин, они не обращались ни с какими просьбами; они всего достигали сами и никакие мужчины им никогда, разумеется, ни в чем не помогли. Жалкая уловка, очередной примитивненький женский прием, лицемерная демагогия — не верьте в нее, мужчины.

Женщина сильно ошибается, когда мнит, что может обходится без мужчины. Поэтому та поспешность, инициирующая развод, часто оборачивается для нее непоправимой трагедией. Жажда богатства, стремление устроится в жизни поудобнее, в ущерб самой же себе нередко также заканчивается для женщины необратимым несчастьем.

Женщины, совершая негативный поступок, проявляют по отношению к мужчине, порой хамство, обвиняя во всем его, а не себя, тем самым они и не стремятся, — им мешает осознанность своей гордыни, — проанализировать и придти к выводу, что все неудачи связаны лишь с ними самими. Женская спесь, продуцирующая зависть, не помогает женщине управлять своей гордостью, высокомерием; зависть к чужим успехам, быту знакомой женщины не помогает ей управлять своим тщеславием; наоборот, она больше распаляет его, чем удерживает. От женщины трудно ожидать умеренности по причине того, что она весьма честолюбива в своих притязаниях на роскошную жизнь, модные вещи. Для нее быть умеренной, ограничить себя в приобретении изысканно-фешенебельных предметов — значить похоронить свою себялюбивую гордость. Пока у мужчины есть деньги, способствующие тому, чтобы женщина могла относительно или абсолютно беззаботно существовать, она ему прощает практически все, даже измены; но как только у него становиться с финансовыми средствами туго, она ему не желает прощать ничего; она лишь припоминает ему все его его пороки, напрочь отказывая в признании его достоинств.

В своей скрытности женщина чем-то напоминает экзотический цветок, обладающий, присущими только ему, скрытыми от глаза эффектами, а то и случайностями, что "помогает" мужчине лишь с течением продолжительного времени обнаружить, ловко скрываемые женщиной коварные замыслы. Часто мужчина и подчиняется всему выгодному ей — его пытается принудить к этому сама женщина; а также — не сопротивляясь, он сам себя подчиняет ей, женщине, а, следовательно, и подчиняет чему-то тому, что ей необходимо.

Женщины почти всегда готовы порицать все, что выходит за границы их рассудочного понимания вещей, явлений. Женщины (тип бол.) в результате этого обоснования не хотят прощать мужскую неверность, потому что их гордыня никак не может смириться с тем, что как же так, ее, такую красивую, милую, нежную, обаятельную отбросили прочь, а, значит, пренебрегли ею. Итак, думает она, подлец-мужчина поставил какую-то из других женщин выше такой удивительно-неповторимой персоны, как Я. Анализируя этот случай, женщина чаще всего не задумывается над тем, что мужчина отверг не ее красоту, прелести, а ее пренебрежение им, мужчиной, хамско-высокомерное отношение к нему.

По-видимому, истинно добрыми, истинно доброжелательными могут быть люди с силой воли и высоким уровнем понимания, что другой человек, который рядом, — это такой же человек, как и я, ничем не лучше и не хуже; женщины отказываются понимать эту истину, они всегда лучше кого-то, другие же хуже их.

Женские сплетни, граничащие с клеветой или переходящие в формы инсинуации (клеветы), связаны обычно не только с тем, что-бы злословием подпортить кому-нибудь жизнь, сколько с тем, что, взаимодействуя с женским тщеславием, они, сплетни, о ком-то, укрепляют женщину в мнении о том, что она лучше кого-то, выше кого-то.

Мужчина может надеяться на женское спокойствие в бытии вдвоем лишь в том случае, если удовлетворены все ее запросы; а, поскольку, реализовать все запросы женщины нелегко, невозможно, вот и выходит то, что мы и видим постоянно в обыденной жизни — отсутствие женского спокойствия, так как женщина постоянно беспокойна к мужским, не своим, доходам, деньгам.

Женщина неспособна созидать что-то великое в нынешнее время не только потому, что она не может, а потому, что она не хочет; зато она желает, жаждет и направляет свою иждивенческую активность, пошлую мелочность часто на мужчину — того, кто и хочет и может свершить нечто значительное; женский эгоизм и лицемерие умеренны и справедливы только к себе, зато они беспощадные, строгие судьи к тому, кто на них посягает. Часто замечаешь, как женщины, устраивая дома сцены, проецируя свое нытье, полупаническую боязнь — отстать от кого-то из знакомых, подруг в обладании теми или иными модными вещами, — начинают бесцеремонно, истерично вопить о мужской лени, подбивая тем самым мужчину, к тому чтобы он стремился искать дополнительный заработок. Ведь ей же нужно быть в новых тряпках красивой и пикантной; так паразит, утвердив свою лень и бездеятельность, проявляет рвение по отношению к тому, кто этой лени сопротивляется.

Женщины часто кажутся глупыми и недалекими потому, что они никак не могут поверить всему тому, что находится за границами их консервативно-спекулятивного рассудка.

Женщины непревзойденные мастера по "вычислению", разгадыванию, распознаванию других людей, мужчин, женщин, но не одна из женщин никогда не желает быть "засвеченной", разгаданной сама.

Женский рассудок и импульсы мышления, исходящие больше от него, чем от женского разума, верно, точно и глубоко может судить о причинах и следствиях какого-нибудь явления; но как часто мы видим, что он, рассудок, несет всякую галиматью, когда вопрос касается анализа других предметов и явлений. Женщины так или иначе рассуждают и оценивают предметы и явления с рассудочно-эмоциональным тоном, тонизирующим в субъективном порядке их психику; они редко достигают вхождения своего психического Я в пределы логико-понятийного мышления.

Многие мужчины — что удивляет, беспомощны в своем бытии с женщинами, которые только и делают, что экспериментируют в своем произволе с ними. С одной стороны, эти мужчины покорствуют, ведут себя так, как будто это нечто общепринятое, (плоды женского хитроумного внушения простакам их фатума, который, якобы, абсолютен), то есть они видят женский беспредел, но ничего — хоть и желают конечно же — ему, беспределу, не противопоставляют. Они похожи, смахивают на тех глупцов, которые не могут — хотя это полностью в их власти — свергнуть тирана, заслонившего ореол свободы. Вдумайтесь, мужчины, вслушайтесь, чем полны женские речи, обращенные к вам? К чему они призывают, куда вас зовут? Да все к тому же — к покорности, смирению, к непротивлению, к толстовской известной формуле, за которую справедливо не любил и откровенно высказывал ему, Толстому, — это, создатель "Братьев Карамазовых". Наглое лицемерие женщины, которая хочет утвердить свое зло и призывает мужчину еще и к тому, чтобы он воспринимал это зло в смирительной рубашке, не противодействуя ему, неприемлемо. Здесь явное заблуждение Толстого; поскольку человек никогда не должен, — считаю — признавать чужое зло, бесцеремонно вторгающееся в его-Я, в-его-жизнь, в-его-Свободу. Женщине необходимо смирение и покорность мужчины понятно для каких целей — ей нужно подчинить его себе, дабы легче было управлять им и использовать самого мужчину в качестве орудия для реализации своих потребностей. Слишком нагло бесцеремонное желание! Мужчины, не принимайте как должное то, что вам навязывают женщины!

Мужчине довольно несложно обвести вокруг пальца женщину и разыграть к ней любовь, если только он сам по себе уже не влюблен в другую; если же его сердце до встречи с какой-нибудь женщиной уже принадлежит другой, то это весьма заметно той женщине, благосклонности которой он домогается. Если мужчина искренне уже любит кого-то, он практически не может скрыть свою любовь к той, женщине, к которой она, любовь, направлена; вот ввиду чего он и не в состоянии, общаясь с другой женщиной не выдавать, не выказывать, или скрывать свои чувства к другой, той, которая в данный момент отсутствует.

Искусство женского притворства и заключается также в том, что женщина умеет внушить мужчине, под видом обманчивой простоты, что она, якобы, скромна, лишена хитрости, коварства, хамства, аферизма. Мужчина и не уясняет в подавляющем большинстве таких житейских случаев, что тот, кто инспирирует это, уже совсем-совсем не так скромен и прост, как кажется на самом деле. Он, мужчина, забывает, что от лукавства к обману и плутовству (аферизму) женщина легко перебрасывает мостик, и ей лишь стоит к обману присоединить, добавить показную скромность, как в синтезе и воспроизведется на свет божий, замаскированный женский аферизм. В жизни и бывают, у мужчины, постоянно ситуации, когда он, — но снова-таки, уже поздно, — начинает осознавать, что за мнимым простодушием женщины скрывалось откровенное вероломство.

Женщины, которые почти всю жизнь, в отношении мужчин, занимались изощренными формами различных авантюр, уже не могут, практически, от самих авантюр отказаться; они, женщины, напоминают того миллиардера, который, казалось бы, скупил полмира, но жаждет новых авантюро-деяний, иначе без них он начинает скучать. Женщины — еще один их великий дар — мгновенно нащупывают те или иные слабости у мужчины и смекалисто, в зависимости от обстоятельств, используют слабые места в психике, моральном облике мужчины в свою пользу. Женщины легко определяют статус мужчины — по их мимике, манере держать себя, по этикету, по его квартире, автомобилю; соединяя быстро и разъединяя атрибуты того или иного мужчины, женщины быстро угадывают-распознают, кто перед ними. Подобная проницательность — есть способность женщин ускоренно постигать те явления и вещи, которые неразрывно связаны с ее целями и задачами относительно мужчины; этим доказывается то положение, что быстрая цепь женских умозаключений всегда продуцируется эффективно вследствие того, что женщина лучше понимает только все то, что соотносится с ее жизненной прагма-позицией.

Молодые мужчины плохо понимают, что стоит за женской красотой, они прислушиваются лишь к голосу своей незрячей страсти.

Женщина весьма скоро, как только почувствует, что ей не за что уважать мужчину, начинает либо ненавидеть мужчину — у нее нет середины, — либо презирать его. Мужчинам необходимо раз и навсегда уяснить, что коль человек — женщина нечестна там, где речь идет относительно его собственности, то и во всем другом она никак не может быть сама по себе порядочной и честной. Поскольку тот, кто требует денег за свою мнимую честность уже, таким образом, везде и всюду способен спекулировать своей честью, "честностью".

Порочную женскую натуру часто удивляет, неприятно оглушает понимание, уразумение того, что мужчина способен на хитроумно-коварные поступки; женщин это шокирует потому, что сами они, привыкшие поступать в отношении мужчин низко и дурно, редко допускают мысль, что и мужчины проявят по отношению к ним несправедливость, выкажут негативные стороны своего характера. А почему это происходит? Это связано с тем, что мужчины верят женщинам (имеются ввиду, к сожалению, значительная часть представителей мужского пола), но их доверие быстро рушится под вулканом женского обмана, лжи. Эти мужчины неясно видят и не осмысливают, что женщины, подлые, непорядочные и постоянно склонны к расчетливому обману. Получив в жизни не один удар от женщин, или женщины они, эти мужчины, становятся осторожными (и правильно делают!), недоверчивыми в своих коммуникативных связях с женщинами. Мужчина должен знать — убежден — что нельзя ему в отношениях с женщинами дважды попадать в одно и то же болото. Если какая-нибудь из представительниц слабого пола уже обманула когда-то вас, поступила подло с вами или ради чистой выгоды уничтожила, растоптала чувства любви, симпатии, то можете быть абсолютно уверены, что и другие, подавляющее большинство женщин, обойдутся с вами идентичным образом.

Типы большинства женщин по признакам, совокупностям женского характера почти одинаковы, и глупо думать мужчине, что кто-то из женщин в отношении его, мужчины, поступит лучше, чем предшественница. Коварство женского характера проявляется еще в возрасте 12–15 лет. Весьма часто мальчики испытывают на себе уже тогда, в подростковом возрасте, комбинации женской лукаво-коварной игры. Мальчик-подросток любит девочку, верит в нее и верит в то, что она также любит его, но внезапно весьма скоро он становится жертвой скрытых коварных ходов девочки-подростка. Ничего не объявляя влюбленному в нее подростку, девочка быстро может отторгнуть его и найти, вступить в отношения с другим подростком, новым предметом своей любви. Это объясняет, доказывает, что лукавый женский эгоизм, который эволюционизирует еще с детства, не способен по настоящему любить кого-то из мужчин больше, чем себя самого. А вот мужчины, напротив, многие из них, могут по наивности любить женщину чуть ли не до самопожертвования, то есть вполне могут любить женщину больше, чем самого себя. Женщина же на такое самопожертвование вне денег, вне выгоды не способна, особенно в нынешнее время. У женщин легко "происходит" любовь, легко и "заканчивается", как раз таки потому, что так или иначе она связана с эгоизмом и гордостью их натуры, а не потому, как ошибочно думали и Э. Золя, и Мопассан, и Фромм, и Стендаль, — что любовь женщины — это плоды тех или иных достоинств мужчины. Прежде всего женщина любит "себя-в-себе "и это раз и навсегда нужно уяснить; а мужчину она любит лишь в том случае, когда он может и ему по силам, особенно в материальном плане, удовлетворить ее эгоизм. Отсюда следует, что женская любовь — есть прагма-любовь; любовь женщины, прежде всего, к своему удовлетворенному деньгами, положением мужчину, эгоизму. Ну так вот, женщина любит в мужчине только прежде всего свой удовлетворенный его же, мужчины, матсредствами эгоизм, и только отталкиваясь от тщеславного в-себе эгоизма, женщина переходит с чувствами симпатии, любви к самому мужчине. Ввиду этого, женщина всегда свою любовь к себе, к своему-Эго ставит выше любви к мужчине.

Женское искусство нравиться мужчине — это и способность женщины любить свой эгоизм и вводить в заблуждение самого мужчину. Мужчина и попадается чаще всего в сеть, в западню, расставленную женщиной потому, что не может заподозрить искусственные чувства женской любви в вероломстве и лицемерии. Горький смех вызывает порой у меня разглагольствования женщин по поводу их ненависти, неприязни к мужчинам. О чем же говорят они, на что жалуются? А вот на что: мужчины их, видите ли, не обеспечили в совместной жизни, не сумели достоублажить их запросы, их себялюбие и т. д. Итак, согласно их паразитической ментальности (мышлению) мужчины должны были все для них делать, все исполнять. А зачем это, нужно ли это мужчинам, никто из женщин об этом не задумывается. Вместо того, чтобы — что,' кстати, и должно быть, по всем нормативам этики — самим искать выход в себе, а следовательно и в жизни, банально-пошленький женский эгоизм и в этом вопросе устремляет все взоры, сваливает всю вину за свою несостоявшуюся жизнь на мужчину. Вот эгоистическая, еще одна женская тупость, вряд ли с чем сравнимая, согласно которой, (по мысли женщин) мужчина, выходит, должен думать в жизни и за себя и за нее, то есть, должен быть неким богатырем, атлантом и нести двойную нагрузку; он же такой железный, сталистый, так сказать, и должен выковывать свое счастье для-себя и счастье для другого. А о том, надо ли это ему, мужчине, или это ему не нужно, женщина абсолютно не задумывается, она только рассуждает в одном направлении, которое убеждает ее в одном и только в одном, что это ему, мужчине, обязательно надо, (имеется ввиду, мужчина обязан, мнит женщина, создавать ей нечто вроде бытийного рая). Вот неисчерпаемая бездна чудовищного женского эгоизма! Не мужчина сам за себя должен решать что ему необходимо, а что нет, а женщина, так лицемерно убеждена она, — за него должна все решать, что ему нужно, а что нет. Так вот, мужчины, пускай думают женщины, теоретизируют о том, что вам положено, что нет, а вы сами-за-себя решите раз и навсегда — так для вас же самих и будет лучше — пусть женщина сама разрешает свои проблемы без вашей помощи! А то чересчур грандиозны формы женского наглого произвола-беспредела. За ваши же, мужчина, деньги женщина еще и хочет решать, что вам, мужчине, нужно, а что нет. В этой интенции, проекции, направленности женского эгоистично-спесивого прагма-мышления и содержится основополагающий принцип взгляда женщин (тип бол.) на мужчин вообще.

Недооценка женщины мужчиной и базируется на том, что он, мужчина, не понимает, что женщина, будучи всегда прагма-рассудительной, постоянно может быть соотносительно к нему лишь хитрой, по своему умной; ведь рассудительные люди глупцами быть не могут. И нет никакой никакой разницы — о чем должен знать мужчина всегда — красивая, некрасивая женщина вступила с ним в круг отношений; богатая ли, бедная ли она, та женщина, — которая претендует на то, чтобы связать с мужчиной судьбу — ему, мужчине, раз и навсегда нужно уяснить постулат: женщина, даже бедная или некрасивая, непривлекательная никогда не лишена спеси, капризов, эгоизма, тщеславия; а также желания пожить за счет мужчины.

Страсть к женщине мужчины отличается от страсти женщины к нему тем, что мужчина, чаще всего, раб своих же страстей; женщина же — властелин над своей страстью.

Умный мужчина, которого женщина потрясла разводом, утешает себя мыслями, рассуждая, приблизительно, так: "Женщины почти все одинаковы, и что должно было случиться со мной, то и случилось, произошло. Это все в миллионных вариациях, версиях происходило с другими, потому; Я — часть, единица их тех сотен миллионов мужчин, с которыми женщины поступили точно также. Поэтому не беда, будем жить!" Глупый же мужчина долго не может утешить сам себя и думает, размышляет, приблизительно, так: "Да, эта женщина (жена) оказалась подлой и вероломной. Ну, ничего, надеюсь найду другую, которая будет лучше, и с той, другой, я буду, несомненно, счастлив". Первый умен потому, что он догадался, постиг коварную женскую натуру и впредь будут осторожен в своем общении, контактности с женщиной. Второй, будучи глупым, остался все тем же глупцом, ибо он не понимает, что, подобно математическому правилу, которое гласит: от перемены мест слагаемых сумма не меняется, можно сформулировать почти аксиоматичное житейское правило: от смены, замены женщины одной на другую и предпочтения одной в противовес другой — результат будет один и тот же, что 1+3=3+1, что 4+1 = 1+4. Сколько бы вы, мужчина, не старались сменить одну женщину на другую, в результате, в финале с вами всегда остается одна женщина, которая, как и предшественницы, все разные индивидуально, адекватны зато в одном — в стремлении существовать, удовлетворять свои потребности за ваш счет. Поэтому умен тот мужчина, чьи предсказания насчет женщин, сами же для него самого, заранее оправдывают приведенное только что правило.

Сущность женской лицемерной морали в основном и заключается в том, чтобы возвеличивать свою же женскую низость и, пользуясь лицемерной эквилибристикой слов, принижать значение тех истин, которые высказывает мужчина.

Женщина больше всего огорчается по двум причинам. Первая заключается в том, что она сожалеет, злится сама на себя в том случае, если ей не удалось найти в жизни богатого, обеспеченного мужа, мужчину; во втором случае, ее огорчения связаны с тем, что проходит молодость, а вместе с ней исчезает ее красота, которая и предназначена для того, чтобы искусно обольщать-соблазнять мужчин.

Мудрый мужчина, искушенный опытом общения с женщинами, быстро распознает неопытного мужчину, беседующего, полемизирующего с ним насчет женщин; мудрый мужчина сразу же уясняет, что он сам когда-то был таким же глупцом и верил в женщин; но тот, кто полемизирует с ним, не может его понять, потому что в свою очередь он сам пока еще не испытал удара рапиры женского коварства. Мудрый понимает его заблуждения, ереси; неумный не понимает, что заблуждается сам.

Когда слушаешь женщин и их ложь, заблуждения, то так и хочется расхохотаться вольтеровским смехом! Особенно в тот момент, когда женщина все свои неудачи в жизни пытается приписать мужчине. Итак, согласно концепциям, размышлениям многих женщин, мужчина, выходит, виноват в том, что благодаря ее женскому паразитизму, который он напрочь отказался спонсировать, поощрять, он, мужчина, виноват в ее жизненной неустроенности. Еще один принцип, налицо, женской демагого-иждивенческой ментальности и умозаключений! Я, мужчина, виноват в том, что ты, паразит-женщина, ждала пока я устрою за тебя твою жизнь; создам тебе целое Эльдорадо; и коль я, мужчина, не сделал этого, то во всем, как считаешь ты, женщина, я еще и виноват! Отсюда ясна, и не нуждается, надеюсь, для мужчин в комментариях, вся низость, лицемерность женской прагма-нормативности мышления, нацеленного на-Я, мужчины. В жизни обычно и получается, что мужчина оказывается простаком, делая добро женщине, он сам же себе причиняет вред. Вот ввиду чего мужчине лучше восторжествовать над женщиной, чем пресмыкаться и унизиться; поскольку, даже на ступеньку став ниже женщины, он уже вряд ли сможет возвыситься над ней. И тот мужчина, который делает, намеревается исполнять непомерные женские запросы, уподобляется тому, кто заранее преднеблагодарной свинье пытается, как, впрочем и кобре, налить в миску меда. Змея все равно в любой момент может ужалить вас; свинья — подсунуть какую-нибудь свинью.

О женщинах и мужчинах можно сказать, характеризуя их прямо противоположный взгляд на вещи и мир, что мужчина ищет средства к существованию везде, где только может; женщина же (тип бол.) — в том мужчине, с которым она общается, живет, экзистентирует.

Женщины понимают, что скрытность — залог их успеха, поскольку общайся и веди игру с мужчиной они в открытую, вряд ли добьешься желаемого результата. Наконец, скрытность больше возбуждает у мужчины интерес к женщине, а женщине позволяет избегать откровенности и таить сокровенные замыслы. Проявляя, репродуцируя скрытность перед мужчиной, женщина подсознательно, осознанно, но понимает, что это заинтересует мужчину и он будет больше в ней нуждаться, чем она в нем самом. Женская скрытность постоянно взаимозаменяет, чередует свои приемы и отвлекает часто внимание мужчины от тех прагма-целей, которые таит в отношении него женщина. Искусство общения женщины с мужчиной заключается в том, что она к любому их них может подобрать, так сказать, отмычку; женская сноровка, сообразительность всегда находит нужные ключи к сердцу, чувствам мужчины, если это выгодно, и в интересах самого женского искусства управлять мужчиной. Женщины не гонятся за многими мужчинами, они стремятся найти одного, но "качественного"; выбрать свою жертву-добычу и вытряхивать из него матсредства. Причем, если до встречи с обеспеченным мужчиной, женщина могла быть общедоступной для многих других мужчин, то апплицировавшись (приклеивание) к этому одному, она больше не будет, практически, никогда иметь отношения с теми другими. Но до тех пор, разумеется, пока у него не возникнут финансовые затруднения. Женщина чувствует интуитивно "удачников" или неудачников и быстро "приклеивается" к первым, избегая вторых. При случае женщины всегда пользуются основным принципом своего лицемерия или скрытности — принципом уклонистки. То есть, они умеют в нужный момент, в конкретных обстоятельствах либо ловко уйти от ответственности за свои же мелкие злодеяния в отношении мужчины и свалить всю вину на него; либо уйти в сторону, уклониться от какого-нибудь вопроса, проблемы, освещение которых ей невыгодно в данный момент. Женщины смекалисто избегают всяких обязательств, зато умеют ловко-лукаво навязывать их мужчинам. Мужчины же, как правило, в отношении женщин, наоборот, проявляют простакизм, — они берут на себя по глупости много обязательств, не задумываясь над тем, что одно обязательство автоматически повлечет за собой другое, другое — третье и так далее; смотришь — вот мужчина и попал в долговую яму, паутину обязательств. Что бы ни делали женщины, они всегда пытаются не растерять уважения к себе, но зато они никогда не задумываются потеряет ли уважение других людей мужчина, который будет исполнять, удовлетворять их, женщин, нужды. Женщина старается, что обычно мы и видим в наличной реальности, везде раньше, везде быстрее все решить за себя и за мужчину, то есть она хочет обладать преимуществом быть первой. А это весьма важно, особенно в бытии вдвоем — кто обладаем правом первого, у того и преимущества. Во многих случаях, женщины, в отношении мужчин, действуют решительно; в данный момент, их благоразумие не допускает сомнения или неуверенности. Никогда не позволять видеть себя насквозь, быть иллюминированной перед разумом мужчины — вот один из основных женских тайных девизов; наряду с другим, также спрятанным вовнутрь самолозунгом: "Скрывай ловко свои намерения!" Женщины всегда маскируют свои слабые места, зато легко обнаруживают их у мужчин, но, тем не менее, можно с уверенностью сказать, что у женщины масса недостатков, зная о которых, мужчина легко может поставить, где нужно, ее на свое место. Если она красавица, то и здесь можно обнаружить и поиронизировать над недостатками ее телесных форм; внимательно присмотритесь и вы их обнаружите в большом количестве. Идеалов нет и все эти модели, мелькающие на экранах телевизоров, имеют массу изъянов: одна не вышла формой бедер; другая — тали-ей, третья имеет то узкие плечи, то малую грудь; четвертая, наоборот, большую грудь, пятая — слишком несоразмерные плечи; та не совсем вышла носом, другая — губами, третья — глазами. У умного мужчины, если ему это необходимо, всегда найдется достаточно поводов, чтобы поиздеваться над зарвавшейся какой-нибудь женской особой, которая всю жизнь только и делает, что ставит себя выше мужчин. Следует сказать, что уязвимым местом женщины, естественно, является и ум (тип бол.), над которым также, если это нужно, можно легко-насмешливо поерничать; напасть на отсутствие в женском уме глубины в тех или иных обсуждаемых проблемах. Не все из женщин обладают типом мышления императрицы Екатерины II, королевы Елизаветы или М. Тэтчер, — одним словом, мужчина, если он пожелает, может отыскать сотню причин, дабы поиронизировать либо над женским умом, либо поставить под сомнение (по обстоятельтвам) ее, женщины, эстетическую красоту. Эта процедура весьма полезна в своей действенной интенции против безграничного, незнающего, порой, предела, женского эгоцентризма. Этот арсенал приемов мужчины часто шокирует многих женщин; они никак не могут понять, домыслить, что как же так, ее, такую красивую, умную, непогрешимую — "стукнули", и поделом, можно сказать, лбом об стену. Ведь, только им, как считает подавляющее большинство женщин, можно издеваться над мужчиной; ему же — нет! Ведь мы же, женщины, все такие милые, добрые, хорошие, а также ни в чем не можем ошибаться, особенно тогда когда жаждем существовать, обирая простака — мужчину. Ведь нам таким хитрым и коварным в отношении особей мужского пола все позволено, все можно; а этим простакам — мужчинам, этим глупцам, которые должны, обязаны нас кормить и содержать, конечно же, ничего нельзя!

Женщина по большому счету, если рассмотреть ее жизнь в целокупности, с разных сторон, чаще всего походит, напоминает человека, которому нечего терять, потому что у нее, если иметь ввиду вопросы, связанные с материальными средствами самой женщины, в большинстве случаев ничего-то и нет, почти. Поэтому она "бьется" в своих дуэлях с мужчинами недозволенными приемами, дерзко, порой, отчаянно, не считаясь с ним, мужчиной; ведь терять-то ей, практически, нечего; не она, женщина, а он, мужчина, вложил в совместную жизнь с ней матсредства, и немалые, в браке, например.

Эта квинтэссенция женского характера указывает также на то, почему женщина является для мужчины весьма опасным существом. Женщина хитра и себе на уме; а вы будьте также не лишены хитрости, лишняя предосторожность никогда вам не повредит; а лучшая уловка — прием добиться желаемого в отношениях с женщиной — не гнаться, не бегать за ней, не потакать ей, а, напротив, всегда пренебрегать ею. Женщину мужчине необходимо воспринимать всегда как недруга, заранее, загодя где бы вы с ней не общались, в каких бы отношениях с ней не были, в качестве кого, то есть мужа или любовника, с ней не жили. Женщина сегодня друг, завтра — враг, послезавтра — снова друг, через месяц — враг и так до бесконечности; женщина — это существо, которое прежде всего друг только себе самой, так как величайшая хитрость женщины в общении с мужчиной и заключается в том, что женщина постоянно скрывает, таит эту хитрость, а такой человек, который все время хитро лжет или лжет с хитрым умыслом, есть субъект, на которого нельзя положиться. Искусным приемом женщины является и то, что она приручает, выдрессировывает недалекого мужчину к тому, чтобы он постоянно был ей благодарен за что-то. Почти всегда женщина умеет обернуть дело так, что невольно поражаешься, глядя на тонкие уловки женской многоходовой аффектации: подумаешь, посмотришь, и в итоге получается, что не мужчина ее, женщину осчастливил, а, наоборот, она оказала высочайшие милости, знаки внимания мужчине.

Для мужчины полезно также знать, что он, мужчина, просто обязан быстро воспользоваться, так сказать, своим статусом новизны. Автор имеет ввиду тот случай, когда мужчина нов в каком-нибудь обществе, где есть женщины. Пока он, мужчина, неразгаданный экземпляр-новинка, то женщины его больше ценят. Новое им больше нравиться, оно манит своей загадочностью, привносит полифонию ощущений в комплекс женских эмоций. Вот здесь для мужчины как раз таки и бывает чаще всего тот момент, когда он может, воспользовавшись тем, что он малопонимаем, малоисследован скальпелем женского любопытства, — быстро достичь победы, склонить какую-нибудь из женщин к интиму. Но здесь необходимо ему поменьше болтать о себе, побольше слушать женщину, ту, которую он выбрал, и напускать на свое лицо гримасу серьезно-уверенного человека, пресыщенного светом-полусветом, бомондами.

Заблуждается тот мужчина, кто думает, полагает, что какие-то новые его благодеяния, добрые намерения в отношении женщины, подарки заставят ее забыть прошлые обиды. Как раз таки женщина — существо более злопамятное, более мстительное, чем мужчина и нельзя ему совершать оплошность и пытаться задобрить женщину. Все это может оказаться лишь временным фактором примирения; впоследствии женщина припомнит вам все свои обиды, полу обиды и, соединив чувство неприязни с чувством гнева, с яростью наброситься на вас, мужчина. Помнить же о каких-нибудь ваших подарках, добрых поступках в отношении ее самой, она не посчитает нужным, все мгновенно будет перечеркнуто-захоронено. Женщины, выступающие на жизненном поприще в отношениях с мужчиной в качестве, в амплуа жены, понимают, что в браке необходимо сразу же взять власть над мужчиной, как говорил вождь пролетариата Ленин, в свои руки. Женщина сообразительна и чувствует, что, используя силу своей власти, она тем самым, обезопасит себя от противоположного, в отношении нее, действия мужчины.

Искусство избегать мужчинами брака



"Нет ничего пагубнее женщины"

Гомер

Женщины делятся по признакам своей индивидуально-личностной активности, деятельности на 3 категории: брачница, любовница, жена, — имеются ввиду, естественно, отношения в сфере интимно-личного плана, — отношения двоих, — в микроорбите, в микровселенной — мужчина + женщина, — где активность брачницы, любовницы, жены связана в ее личностном плане с мужчиной, направлена, сконструирован-на на него, его Я.

Причем, все эти три амплуа женщины могут переходить в друг друга, переформировывать, реконструировать переходы — брачницы в жену, жены в любовницу; или, после развода, когда женщина пребывает в роли любовницы или брачницы, она, если стремится замуж, может удачно исполнять роль брачницы, то есть, успешно "обрабатывать" очередного кандидата в мужья. Если же она не желает, отказывается снова вступить в брак и внутренне решает, что это ей пока не к спеху, то в отношениях с мужчиной она проявляет себя в качестве любовницы-куртизанки, содержанки; поскольку в современную эпоху просто так, вне материальной помощи, подарков со стороны мужчины, никакие длительные отношения с ним у женщины невозможны, просто нереальны. Короче аргументировать, в зависимости от онтологических (бытийных) обстоятельств, женщина предстает, репродуцирует, конституирует-транслирует себя, свое-Я перед мужчиной, — когда вопрос касается сугубо лично-интимных отношений двоих, — в амплуа брачницы, любовницы, жены. Пребывая в этих ролях по отношению к мужчине, женщина в зависимости от того, в качестве кого она себя воспроизводит, экранирует перед мужчиной, соответственно, выбирает разный стиль поведения, действий и других актов личностной активности в плоскости отношений мужчина + женщина.

Поведение брачницы, то есть женщины, активно стремящейся заключить, вступить с определенным мужчиной в брак, диаметрально противоположно деятельной активности женщины, выступающей на жизненно-личностном поприще в качестве жены или любовницы со относительно к представителю мужского пола. Об уловках, тактике и стратегии брачницы (а ею может оказаться женщина любого возраста) мы и хотим рассказать подробнее в этой главе. Большинство мужчин не понимают, что до брака этический облик женщины проступает в одной ипостаси; после брака, уже в замужестве, женщина предстает перед мужчиной совершенно другой личностью, особенно тогда, когда появился ребенок.

Мужчина никак не может понять, что как же так, милая, добрая, красивая девочка иррадировала (излучала) сама собой свет скромности, доброты, порядочности в добрачных отношениях, а спустя небольшое время, уже в самом браке, — вдруг так быстро преобразилась, перевоплотилась в несносную, требовательную, злую мегеру; короче говоря, эта глава для тех мужчин, которые хотят, желают узнать способы и приемы брачницы, искусно обрабатывающей мужчину и завлекающей его в сети Гименея. Ведь подавляющее большинство браков лабильны (неустойчивы), нестойки и быстро распадаются, если у мужчины неважно с матсредствами, как кораблики из глины. Основное искусство для мужчины избежать брака — это не поддаться на удочку уловок брачницы; не принимать во внимание модусы (способы) ее суггестивности (внушения). То есть, не воспринимать ту впечатлительную игру по отношению к вам, мужчине, связанную со стремлением женщины заключить с вами брак, вызванный желанием женщины адаптироваться, устроиться в бытии, посредством мужчины. Женщина понимает, что основным механизмом секрета в искусстве обхождения с мужчиной, для того, чтобы побудить вступить его в выгодный для нее самой брак, является саможелание, самоинициатива захотеть самой этого брака. А для того, чтобы мужчина решился связать с ней судьбу, хитрая и умная женщина (здесь возраст ограничений почти не имеет) ясно понимает, осознает, что для этого нужно привлечь, приблизить к самой себе, к своему-Я, обольстить того мужчину, который, как полагает она, достоин называться и стать ее мужем. Как правило, почти все молодые мужчины не понимают женской диспозици по отношению к ним самим и сами не замечают, как женщины постепенно шаг за шагом добиваются своей цели и втягивают их в узы Гименея. Что лежит в основе всех поступков (основных) мужчины в его бытии? Вот три основных мотива: первый — сексуальное влечение к женщине; второй — зарабатывание денег; третий — утверждение себя, своей оригинальности, особенности, как личности, на профессиональном поприще. Как быть вежливым, снисходительным к людям, как добиваться успехов в той или иной сфере, как льстить и т. д. — этому учит многих мужчин довольно примитивная книга Д. Карнеги с недалекими тривиальными советами, вращающими мужчину вокруг все тех же советов глубокой пустоты. Никаких рекомендаций мужчине о том, как ему избежать коварно-расставленных женских сетей Д. Карнеги в своей компилятивной книге, напрочь лишенной глубины анализа, не дает. Поэтому автор и коснется проблемы, которую не исследовал пока никто, связанной с анализом той икебаны (букет) женских уловок, которые необходимо избегать мужчинам, дабы не окунуться безоглядно в джунгли, дебри брака; который не всегда, как показывает нынешнее бытие, может оказаться для самого же мужчины нужным, приемлемым, удачным. Если вы, мужчина, даже богаты сейчас, то как знать, (ведь жизнь — есть вечный X (икс)), что с вами может случится, произойти завтра, потом? Женщина — существо непредсказуемо-опасное, то вполне и вероятно, — что и подтверждает масса бытийных примеров — она и может поступить в отношении даже весьма обеспеченного мужчины, не говоря уже о среднеобеспеченном, скрытно-вероломно. Женщина — она всегда женщина, поэтому она опасна уже потому, что она и является женщиной. Она спит и видит себя в выгодном браке; все ее помыслы, если она одна, практически, заняты поиском необходимого избранника; к тому же, следует учитывать, что независимо от возраста, женщина не желает пребывать в длительном одиночестве и, разумеется, стремиться соединить брачные узы с тем или иным, как она полагает, достойным мужчиной. Благодаря интуиции, инстинктам, влиянию усвоенных от других женщин женских уловок, связанных с обработкой мужчины, в процессе приобретения жизненного опыта, женщина уже в 18–22 года вполне обладает репертуаром способов и приемов, позволяющих ей, дающих ей возможность привлечь к себе внимание мужчины и эмбрионизировать (породить) в мужском-Я симпатию, любовь к себе. Мужчины в возрасте от 20 до 30 лет, как правило, малоопытны, мало осведомлены о системе тонких экивоков женщины, которая, понимая это, пользуясь этим, успешно подводит полунесмышленыша, полупростака к самой женитьбе. Женщины хорошо информированы о том, что все нормальные в физическом аспекте мужчины обладают высокой сексуальной возбудимостью, — повышенным влечениям к интим-связям — вот почему, первый секрет успеха женщины у того мужчины, которого она пытается склонить к браку, заключается в ее, женщины, умении удовлетворять сексуально мужчину; причем, для того, чтобы последний был, так сказать, на высоте блаженства, буквально все современные женщины прекрасно владеют техническим арсеналом, приемами сексуальных актодвижений, жестов, действий. Почти все женщины знают, что хороший секс, "качественное обслуживание" мужчины является основным залогом успеха, тем более, если их партнер — мужчина к тому же неискушен в премудростях сексуальной игры, сценария. Многие мужчины необходимо заметить, как раз таки на первое место ставят в общении с женщиной, но недальновидности, недалекости ума, — во-первых, ее красоту и привлекательность, которая, сочетаясь с техникой секса запечатлевает в его мужской памяти фабулу сексуального сюжета, сюжетов, которые он впоследствии желает уже в реальности снова и снова повторить; во-вторых, многие мужчины поддаются суггестивности (внушению) со стороны той женщины, с которой он имеет половую связь. Обычно в процессе сексуальных актов женщина, расхваливая свои прелести, обладает достаточными способностями, чтобы внушить мужчине, что вряд ли какая-нибудь другая из женщин в состоянии превзойти ее в искусстве любви. К тому же женщина, если она начинает ощущать, что, будучи в роли ведущей, ей удалось эмпирической (опытной) техникой секса значительно расположить к себе, покорить, завоевать ведомого мужчину, легко может внушить ему, что так хорошо, как сейчас и еще лучше, ему будет с ней потом и, вообще, всегда. Женщины понимают, что приятный для мужчины комфортный секс успешно продвигает ее к основной цели — к браку. Вот почему автор рекомендует мужчинам, желающим избежать брака с предосторожностью воспринимать различные слова и вопросы женщины в постели, например, в такой, приблизительно, интерпретации: "Тебе хорошо со мной, дорогой?", "Может быть мне, дорогой, сделать лучше так или как?", "Скажи мне, как тебе лучше расслабиться". "Ты знаешь, милый, мне так хорошо с тобой, как еще никогда ни с кем не было, а тебе?" Когда в этот момент мужчина искренне соглашаясь, признательно кивает головой, женщина обычно быстро улавливает, анализирует его ответную реакцию и, сориентировавшись, уяснив, что механизм, двигатель инспирации (внушения) работает так, как было ею задумано, так как ей необходимо, подкрепляет аффектацию или искренность чувств (здесь разницы большой нет, — аффектирует женщина или искренне симпатизирует, — главное, что ей просто выгодно завлечь данного мужчину в брак) словами, сопровождаемыми полу льстивой интонацией: "Ты такой хороший; ты знаешь, дорогой, я думаю, нам всегда будет хорошо вдвоем". Задумайтесь, мужчины, что значит "хорошо вдвоем" и что обозначает, эксплицирует (истолковывает) фраза женщины "мне никогда еще ни с кем так не было хорошо"? Неужели вы такой чем-то особенный, непревзойденный Приап, или могучий половой Геркулес? Надеюсь, вы ничем особенным, суперзначительным, гипероригинальным, вы, как и большая часть представителей мужского пола, не обладаете. Сталлоне, Шварцнеггеров, Ван Даммов, Гиров, Паре, Бельмондо, Майклов в жизни встретишь редко, также, как и неотразимых красавиц типа Росселини, Иман, Эвангелисты, Курочкиной, Кежа, Виссер, поэтому вам обязательно стоит призадуматься над хамелионизмом, а то и фальсификацией женских комплиментов. Не в сексе вы ее, скорее всего, очаровали, покорили, ибо неподкрепление интима матсредствами, не может длительное время устраивать, удовлетворять женщину; так или иначе, она, женщина, нашла, обнаружила ту выгоду для себя, которую и пытается извлечь посредством брака. Что касается секса, то приблизительно 80–83 % мужчин обладают примерно адекватным сексуально-физиологическим потенциалом.

Не забывайте также, что женщина полирует, оттачивает свой замысел относительно замужества с вами; тщательно, с подробностями — и с блеском — анализирует, расщепляет, как атом на электроны и протоны, ваше мужское-Я, пока вы над этим и не думаете, не помышляете и заняты своей работой, делами. Оценивая вас с головы до ног, женщина, пока вы трудитесь для личного блага и блага той страны, где вы живете, пытается навести о вас справки; получить нужную ей о вас информацию; она жаждет знать, кто вы, что вы; иметь сведения о вашем материальном положении; и, поскольку выйти за вас замуж или за кого-нибудь другого — это для женщины ремесло, работа, чаще всего профессия, — это есть, до брака — профессия брачницы, а в свершившемся браке — профессия жены, — то мысли женщины, их проекция, направленность постоянно имплицируют (связаны) с тем субъектом — мужчиной, которого необходимо, как решила женщина, очаровать, покорить, сразить-инспирировать и заполучить в мужья. Обычно женщина оттачивает, шлифует тактику и стратегию своей брачной аферы, авантюры по заранее сконструированному, самоорганизованному плану; но женщина может действовать как и осознанно-решенно, то есть, как мы указали, предварительно составляя приблизительный план актов поведения, действий, активности в отношении мужчины; так и вполне может, уже в процессе самой ситуации, самих актов общения с мужчиной, который, как ей кажется, должен подойти на роль мужа, — реконструировать, переориентировать модель поведения так, как того требуют обстоятельства сами по себе. Стоит заметить, что как бы не действовала брачница-женщина, сознательно, с заранее продуманной тактикой и стратегией поведения, или по ходу ситуации, программируя акты поведения и свою активность, необходимо сказать, что почти все женщины, так или иначе, обладают достаточно универсальными способностями, а часть их — и непревзойденными талантами, позволяющими женщинам без особых сложностей и проблем, — если им это нужно, — опутать, околдовать, очаровать, суггестировать (внушить) мужчине, малоопытному, веру в свою неотразимость, уникальность, неповторимость, исключительность.

Необходимо сказать также, что большинство женщин склонны к брачному аферизму, и в поединке с мужчиной они часто выигрывают — и довольно легко — потому, что умеют мастерски напускать на себя вид, что им на всех мужчин наплевать, им, мол, никто не нужен, не нравиться ни один мужчина. Этот прием женщины удачно исполняют, проецируют на того мужчину, к кому обычно женщина втайне благосклонна; он ей необходим для того, чтобы "поднять" себя, возвысить во мнении того мужчины, который может оказаться потенциальным супругом. Пытаясь отвлечь мужчину от истинного смысла своей стратегии в отношении его самого, женщина, уже сориентировавшись и уяснив, что он, мужчина, сумел ее высоко оценить, пускает в ход отвлекающий маневр — "по-видимому, мне никто не нужен", — который оказывается, чаще всего, завлечением мужчины в хитроумно сплетенную паутину.

Поразмыслите, мужчины, над этим акто-приемом женщины — неужели она, такая рокфеллерша, такая богачка, что ей прямо-таки никто, как говорит она, не нужен? Прямотаки никто? Можете быть уверены, что за стеной ее фраз стоит неискренность и истинные цели женщины запрятаны в резервуары ее личной тайны. Понаблюдайте за ней, проверьте ее несколько раз; присмотритесь, уясните, будет ли она прилагать усилия, стремиться видеть именно вас, мужчина, — по собственной, а не по вашей инициативе, — еще раз. Всем женщинам — помните — брак то и нужен дабы самоутвердиться в бытии за ваш счет — бедной льстит в замужестве, что она "раскопала" и вышла замуж за обеспеченного; богатой — что сделала выгодную партию с достойным ее богачом. Потому знайте, мужчины, что на свете существуют лишь единицы женщин, у которых все есть и которым никто не нужен; всем остальным женщинам (тип бол.) всегда нужен мужчина, — обеспеченный муж.

Если вы сами, по наивности, по малоопытности (безэмпирическое мужское-Я!), по глупости своей влюбитесь в ту женщину, которая почему-то стала с особенным доброжелательством, с подчеркнутой приязнью оказывать вам знаки своего расположения, расписывая вам те достоинства, которыми вы почти не обладаете, то можете не сомневаться, что женщина без труда реализует, исполнит при вашей же помощи свой замысел о замужестве и доведет его до победного конца. Поэтому, прежде всего, не любите безрассудно женщин, не поклоняйтесь им и не лебезите перед ними, иначе они воспользуются вашей слабостью и подчинят ее своим задачам, целям. Односторонняя любовь, любовь только с вашей стороны — это почин всех последующих бед мужчины. Как только вы, мужчина, обнаружите, ясно увидите, что та особа женского пола, которая почему-то стала часто попадать в поле вашей перцепции (восприятия), и стала также что-то предпринимать в отношении вас, — оказывать вам знаки внимания; — что-то предлагать вам, делать какие-то для вас мелкие услуги-любезности; больше улыбаться искусственно-заученной улыбкой в вашем присутствии; что-то спрашивать — интересоваться какими-то эпизодами вашей жизни; бросать наигранно-любовные, многозначительные взгляды, а также подчеркнуто выделяться собой, своим-Я на фоне других женщин, — то есть, как бы начинать предлагать, подбрасывать себя, подкидывать себя, значит, если вы не хотите стать объектом инспирации или не спешите в брак вообще, вы должны, вам необходимо спокойно, аналитично себе на уме, наблюдать за этой особой. Уже на досуге вы обязаны наедине со своим-Я эксплицировать (истолковывать, объяснять), подетально рассматривать по памяти акты поведения этой женщины и почаще задавать самому себе вопросы: "А зачем ей вдруг это все нужно?", "Что она хочет, чего добивается от меня?".

Чего обычно хочет женщина от мужчины, который в ее понимании, если он, к тому же, молод, полудитя и простак? А вот что желают, хотят, почти все женщины: во-первых, жить и радоваться жизни за матсредства, матценности мужа и, во-вторых, обязательно управлять, повелевать им. Точно также и в добрачных отношениях у женщины экспрессивно заметно стремление стать лидером, получить преимущество в отношениях с тем мужчиной, который впоследствии может оказаться в ипостаси ее мужа. Быть лидером, быть ведущей, но незаметно, не нагло, не явно, как бы не навязанно — вот искусство, которым владеют почти все женщины, разыгрывающие роль брачницы в своих коммуникациях с мужчиной до замужества. Сознательно, подсознательно, интуитивно все женщины прекрасно понимают, что необходимо быть ведущей над ведомым мужчиной и владеть небольшой инициативой, а это значит, уже иметь все шансы на успех. Обычно в бытии так и случается повсюду, держа в руках скипетр лидера, женщина незаметно начинает главенствовать над мужчиной; а кто лидер, тот и заказывает музыку, особенно в импликации (связке), в сообществе "брачница" + "молодой карась". Молодая "щука" (брачница) понимает, что сидеть, скучать, зевать и ожидать у окна ариостовских роландов — рыцарей с экипировкой, машиной и жильем глупо, а необходимо поработать, и интенсивно, дабы поймать "жирного карася". Женщина понимает, что мужчины, которые более-менее обеспечены и у которых что-то есть из матредств, мат ценностей, не растут, как грибы в английских или сибирских лесах, и поэтому мужчине важно знать, что раз кто-то из женщин "работает", "функционирует" вокруг него, вблизи его-Я, значит, за этим Я для женщины стоит что-то из того, чем мужчина владеет, а, отнюдь, не ваша фигура Чака Норриса, Ван Дамма. Нельзя впадать мужчине в гипостазирование (ошибочность) выводов насчет всяких исповедей женщин, в которых правда удачно у них перемешана с ложью, и в коих, якобы, они женщины, "открывают вам" свое сердце, свою душу; эти всякие приукрашенные, наряженные полулживой, лживой интерпретацией биографии заразно приникают в ваше сознание; ведь всё женщины подают эффектно, с наигранным страданием, но обязательно выставляют себя только в выгодном свете, элиминируя (исключая) возможность разных пороков в своей натуре, в своем-Я; а лишь подчеркивая свою доброту, чаще всего, скромность, которая уже потом, в свершившимся браке быстро испаряется; вот по какой причине нельзя верить мужчине во все эти "женские порядочности"- все это преходяще, недолговечно и, как правило, если женщина до брака более-менее справедливо-порядочное существо, то в браке, (ведь брак являлся результатом ее цели, и вот цель выполнена, а, значит, можно включать механизмы своего женского повседневного произвола — беспредела!), женщина становится совершенно другим человеком, личностью, которую, вдруг, как бы подменили.

Мужчина должен понимать, что для женщин выйти замуж — это важнее учебы в колледже, университете, важнее всяких профессий в производственной сфере; недаром многие женщины аббревиатуру ВУЗ расшифровывают фразой: "Выйти Удачно Замуж.", — дискурсивно (убедительно-логически) сказать, основная профессия современной женщины — это "профессия" либо проститутки, либо "профессия" жены. Ввиду этого мужчина и должен понимать, что для женщины желание, стремление выйти замуж — есть своего рода работа, ремесло, причем, активное ремесло в ее деятельности, нацеленной на конечный результат — брак; а все это стоит женщине немалых усилий, времени, потраченном на поиски достойного жениха; вот ввиду этой-то женской ментальности, мужчина обязан, чтобы не попасть впросак и не стать легкой добычей женщины, постоянно размышлять аналитически и синтетически о том, что: "Почему, коль, какая-то ситуация изменилась, она, женщина, похвалила меня, а в другой подвергла легкому остракизму (игнорированию)?" Что она хотела, желала этим подчеркнуть? Не стремилась ли она — мужчина должен задавать, ставить в-себе, для-себя вопрос — поднять этим поступком, действием свое реноме в моих глазах? Почему ей ни с того, ни с сего вдруг захотелось проявить такую неожиданность для меня в суждениях и зачем ей так необходимо было убеждать меня в том-то и в том-то? Для чего ей понадобилось поступить именно так, а не иначе? С какой целью она говорила мне о том-то? И в конце концов, откуда, по какой причине выросло, появилось ее настойчиво-навязчивое мнение, касающееся такой-то проблемы? Помните, мужчины, всегда полезно после встреч с брачницей, наедине аподиктически (убедительно-доказательно) анализировать, обобщать свои суждения по поводу "работы" той женщины, которая проявляет к вам, стала вдруг проявлять к вам повышенный интерес. Знайте, это ее основная работа, ее ремесло; брачница поработала утром, днем, вечером возле вас со своими целями, — вы же, уединившись ночью, поработайте, поразмышляйте насчет функционирования этой брачницы вокруг вашего-Я. И вы только выиграете от этого; это даст вам возможность сравнительно быстро аксиологизировать (оценить), установить мотивы, понять их подпольный смысл у той женщины, которая пытается втянуть вас в супружество; лишний анализ над интересующим вас человеком, предметом вообще еще никогда никому не помешал.

Необходимо уяснить также мужчине, что женщины часто стараются не только льстивыми словами, полукомплиментами, комплиментами внушить вам то, что они добрые, скромные, хорошие, но и поступками, жестами доброжелательности, расположенности; мелкими подарками в ваш адрес, например, показать, транслировать вам свою, чаще всего, мнимую заботливость, наигранную респектабельность (благопристойность). Потом, уже в браке — это мужчинам прежде всего нужно учитывать — все эти знаки доброты, приязни, как правило, быстро исчезают; ведь до брака они служат женщине средством, модусом (способом) как раз таки реализовать свою цель — выйти замуж; ну, а когда цель удовлетворена, реализована, достигнута, то есть уже достоверно-реально смоделирована, свершена, то зачем-же уже женщине инспирировать (внушать) веру в свою порядочность, ведь цель — достигнута, дело-сделано, брак состоялся и нет уже надобности разыгрывать, являть собою "хорошую девочку". Таким образом, мужчина, если вас завлекают, совет один — тут же без всяких обиняков отказать, во встречах, той брачнице, которая пытается использовать вас как средство для своих целей; для этого нужно просто не встречаться, не звонить; избегать ее; а при встречах, если они возможны, сразу же находить, отыскивать в брачнице самое плохое, дурное, расчетливое, неискреннее, ибо оно есть во всех, без исключения, женщинах. Если же вы не встанете на путь отвержения брачницы по слабости, ввиду любви, которая всегда слепо-глухо-нема к разуму, то здесь вам никто не даст совет; вы здесь сами себе хозяин-барин, но помните, сегодня вы наедине аподиктически (убедительно-доказательно) анализировать, обобщать свои суждения по поводу "работы" той женщины, которая проявляет к вам, стала вдруг проявлять к вам повышенный интерес. Знайте, это ее основная работа, ее ремесло; брачница поработала утром, днем, вечером возле вас со своими целями, — вы же, уединившись ночью, поработайте, поразмышляйте насчет функционирования этой брачницы вокруг вашего-Я. И вы только выиграете от этого; это даст вам возможность сравнительно быстро аксиологизировать (оценить), установить мотивы, понять их подпольный смысл у той женщины, которая пытается втянуть вас в супружество; лишний анализ над интересующим вас человеком, предметом вообще еще никогда никому не помешал. Необходимо уяснить также мужчине, что женщины часто стараются не только льстивыми словами, полукомплиментами, комплиментами внушить вам то, что они добрые, скромные, хорошие, но и поступками, жестами доброжелательности, расположенности; мелкими подарками в ваш адрес, например, показать, транслировать вам свою, чаще всего, мнимую заботливость, наигранную респектабельность (благопристойность). Потом, уже в браке — это мужчинам прежде всего нужно учитывать — все эти знаки доброты, приязни, как правило, быстро исчезают; ведь до брака они служат женщине средством, модусом (способом) как раз таки реализовать свою цель — выйти замуж; ну, а когда цель удовлетворена, реализована, достигнута, то есть уже достоверно-реально смоделирована, свершена, то зачем-же уже женщине инспирировать (внушать) веру в свою порядочность, ведь цель — достигнута, дело-сделано, брак состоялся и нет уже надобности разыгрывать, являть собою "хорошую девочку". Таким образом, мужчина, если вас завлекают, совет один — тут же без всяких обиняков отказать, во встречах, той брачнице, которая пытается использовать вас как средство для своих целей; для этого нужно просто не встречаться, не звонить; избегать ее; а при встречах, если они возможны, сразу же находить, отыскивать в брачнице самое плохое, дурное, расчетливое, неискреннее, ибо оно есть во всех, без исключения, женщинах. Если же вы не встанете на путь отвержения брачницы по слабости, ввиду любви, которая всегда слепо-глухо-нема к разуму, то здесь вам никто не даст совет; вы здесь сами себе хозяин-барин, но помните, сегодня вы барин, спустя год, два, три, пять, десять после брака и развода вы можете оказаться хозяином и барином уже своей нищеты.

По примеру Цезаря, Ганнибала, Наполеона, Бисмарка, Суворова, Кутузова женщина разрабатывает тактику и стратегию своего "сражения", "боя" с мужчиной для того, чтобы подчинить его себе и подтолкнуть к супружеству; брачницы не сидят, сложа руки, они изощряются, — пока мужчина занят, обычно, в это время своими делами, добыванием, поиском матсредств — в комбинациях, именуемых завлечением, в ловушках, которые будут споспешествовать (способствовать) реализации поставленной ими самими, брачницами, задачи. Брачница всегда обладает обостренной интуицией, изощренной рассудочностью; ее активность по отношению к избраннику усиливается, ввиду того, что впереди маячит основная цель — замужество. Этой цели подчинены экстеро и интро-Я женщины, они одухотворяют, градациируют (повышают) степень ее деятельной активности, энтузиазма, интенционированного (направленного) на все тот-же желаемый, предвосхищаемый результат. Брачницы нацелены и стремятся извлечь пользу из каждой встречи, общения с вами; чтобы лучше узнать тот вы или не тот, на кого можно рассчитывать в будущем; они хотят, жаждут, узнать, как много у вас матсредств (много ли "капусты"?!!); они, брачницы, заметьте, мало говорят, а больше выпытывают и слушают. Если задают вопросы, то эти вопросы вращаются в основном вокруг вас, мужчины, чем вокруг ее-Я; все это расспрашивается, выуживается иногда с игривыми, полушутливыми, наигранно-полусерьезными интонациями, но все брачницы каждое ваше слово, будьте уверены, каждый ваш жест, движение фиксируют и отмечают про себя, тут же, практически, мгновенно ориентируясь, можно ли из вас будет в недалеком будущем вытряхнуть определенную, значительную сумму денег. Себя же они в этот момент преподносят, экранируют (изображают) перед вами, обычно, только в респектабельно-порядочных акварелях, тонах.

Если вы не хотите, напрочь не желаете стать легкой добычей коварно-скрытной брачницы, и не уверены, что ваш возможный брак с ней и последующая брачная жизнь могут сложиться удачно, а больше склонны думать, что супружество, женитьба закончится для вас, как и для миллионов мужчин, печальным исходом, вы должны начертать, набросать (так будет, полагает автор, удобнее, лучше, надежнее для вас) в своем блокноте, тетради схему своих способов и приемов — действий, — в отношении той, которая вас тщательно — замаскированно инспирирует и прорабатывает, — для того, чтобы вам можно было легко парировать хитроумные ходы — уловки брачницы. Вам, мужчина, стоит знать, помнить, что женщина, конституируя, конструируя роль "брачница", становится действенной, весьма изобретательной и, если ей не противопоставить резкое, решительное отчуждение, выказать, продемонстрировать в нужный момент откровенную неприязнь, то она шаг за шагом, внушая вам, простаку, "ушатому", что только она является единственной и неповторимой, а других таких нет; и что только она скромна в запросах, общна с вами в духовных интересах, экономна во всем, только она быстра на помощь в вашем несчастье, только она обладает утонченным вкусом, пониманием бытия, — то она в конце-концов, и добьется; — доведет до успешного конца, победы, задуманную ею кампанию.

Женщины обладают блестящим умением и великолепно используют модус (способ) для втягивания мужчины в брак, который мы назовем завлечением с отвлечением, и удачно применяют его, потому что 80–85 % как минимум, мужчин просто недооценивают женщин, считают их недалекими в умственном плане; тогда как, напротив, женщину, — а тем паче брачницу, которая спит и видит себя в свадебном наряде и рядом с мужем, которого она уже почти "обула", — лучше всегда только переоценить. Когда женщина знает о вас много информации — где живете, с кем, где работаете, как у вас с финансами, каков круг ваших духовных интересов, как и где отдыхаете, кто ваши друзья, родители (а ей все нужно обязательно знать!), — то ей уже, несомненно, не сложно от А до Я проанализировать и составить почти адекватный нравственно-психический портрет потенциального будущего мужа. Женщины стараются обычно понять, о чем вы думаете, что вам нравится, что нет, что вы делаете в часы досуга, дабы быстро адаптироваться, и если нужно "притереться" к вам и продвинуться, таким образом, войдя в ваше мужское Я, к своей заветной мечте — выгодному браку или браку с выгодой, — если угодно, реализовав тем самым свои иждивенческие онтологические (бытийные) концепты. Все женщины прекрасно понимают, что мужчины, особенно молодые, слабо разбираются в постоянно загерметизированном андеграунде (подпольной) женской психологии. На основании этого они знают, что мужчину несложно подчинить себе, внушить ему свою надособенность, надисключительность, то есть оказать на него решающее влияние, воздействие и легко подстегнуть его к желанному для них, женщин, гименеевому концу, финалу. Привлекательно-пикантные, симпатично-помпезные, рассчитывающие на эффект женщины, понимают и подсознательно и осознанно, что они являются мощным, порой неотразимодейственным эстетическим раздражителем для мужчин. Они уверены и осознают, что хороши собой и этого будет вполне достаточно, чтобы встретить ответную мужскую реакцию одобрения (вечно устойчивый условный рефлекс мужчины) их грации и их красоте. Они легко, без труда герменевтизируют (истолковывают), поясняют себе, что произвели достаточно сильную импрессию (впечатление) импровизацией своих жестов и походки и "прочитывая" мужчину, быстро обнаруживают в нем, находят в нем объект для своей брачно-авантюрной игры. Они понимают, кто из мужчин уже искушен и опытен в сексуальном плане, кто нет; мгновенно нащупывают в избранной мишени слабые места. Если вы, мужчина, удивленно, озабоченно-влюбленно, с нескрываемым восхищением и симпатией рассматриваете ее, женщины, ладно-скроенную, сконституированную природой фигурку и смазливое личико Мадонны, женщин — Рафаэля, Веронезе, Ренуара, — то красивая бабочка уже давно оценила вас и гораздо раньше; и быть ей или не быть экземпляром вашей коллекции она решит сама; но решит в вашу пользу лишь в том случае, если убедится в прочности и надежности толщины вашего кошелька. Если мужчина не желает стать очередной добычей хищной акулы, пожирающей мелкую рыбешку, он должен обязательно "вычислить", определить с кем он имеет отношения; он должен раз и навсегда усвоить, оценивая избранницу, что просто так женщина — в нынешнюю эпоху — замуж вне выгоды, вне расчета, не пойдет. Сказать обо всем и указать на все причины, которые побуждают женщину вступить в брак — это значит автору нужно написать еще один том громадной книги, поэтому он ограничится относительно кратким дискурсивным (логическим) выводом: какие бы побочные причины не подталкивали женщину к браку, все они будут второстепенными, так или иначе; а основной причиной, доминантной, будет все равно какая-нибудь прагма-причина; а их-то, этих прагма-причин, может оказаться несметное количество; например, женщина живет в деревне, а ей нужно закрепиться в том городе, где живете вы; или ей, другой уже женщине, негде жить; или дома "терроризируют" родители, а у вас есть квартира, следовательно, можно, как ясно осознает она, устроиться у вас под крылышком; просто она, как и большинство женщин, паразитически настроена на осмысление своего Я-бытия вообще, и видит, понимает, что такой простак, недалекий мужчина, как вы, вполне достойный кандидат для спонсорства ее паразитическо-онтологийной формы, модели существования и так далее; короче резюмировать, в браке женщины, ее стремлении к замужеству всегда заключена основная, приматная (главенствующая) над другими прагма-причина, а то и взаимосвязь, импликация нескольких прагма-причин, бытийствующих друг с другом.

Нельзя быть самоуверенным и прельщаясь эготизмом, то есть собственной самовлюбленностью, всезнайством, думать о том, что раз у вас, скажем, к 25 годам были интимы хоть и с сотней женщин, то не найдется та, которая сама себе не скажет: "Вот этот простофиля мой", и в конце-концов, прозомбировав вас, достигнет, долгожданного для себя, замужества. Обычно недалекость, эквивокация (ошибочность) молодых людей в суждениях по поводу женщин заключается в том, что, познав женщину хорошо в физическом аспекте, молодой мужчина считает, что он также большой дока по части женского интробытия; молодой ловелас забывает в своем тщеславии и в самомнении того, что его самого, якобы, не проведешь, о том, что та из женщин, которая бросила зонд в его интро-Я и решившая, что "этот мой", всегда имеет уже свой, конституируемый целью замужества, определенный лукаво-дерзкий план, — в то время как он, недалекий повеса, еще не имеет никакого плана, а также и не подозревает, что в отношении его самого женщина разрабатывает свою победную стратегию.

А что уже говорить о тех мужчинах, что даже к 27–30 годам вообще имели интимную связь всего лишь с 20–30 женщинами; а то и вовсе многие мужчины к 30 годам вступали в сексуальные отношения с 7–8 женщинами. Куда уж им понять, что вообще собой представляет женщина по своему прагма-менталитету, жизненной прагма-позиции, по генезису различных актов скрытности, хитрости, непорядочности, по субстанциональности (первооснове) своего стиля бытия, спроецированного в корреляте (связи) мужчина + женщина на прагма-иждивенческую модель существования?! Откуда знать тайные глубины женской экзистенции, женского внутреннего Я-бытия многим из мужчин, которых никто толком и не научил за их пока еще непродолжительную жизнь премудростям общения с вечно вуалирующей свою коварно-ловкую субстантивность женщиной?!

Брачница, да и, в принципе, все женщины хорошо осведомлены в том, что молодые мужчины сформировали свой сексуальный опыт на основе не столь богатой галереи женщин, поэтому те женщины, которые стремятся вступить в брак, уверены — что и вполне для них самих разумно — в том, что наверняка превзойдут, затмят — если проявят старания — свою предыдущую соперницу. Можно отметить, что многие женщины, видя недостатки мужчины на основании анализа своих добрачных отношений, вполне убеждены в том, что смогут уже в самой брачной жизни, в семейно-бытовой онтологии вдвоем избавить мужчину от недостатков; реформировать, перемоделировать его характер, манеру поведения; то есть перелепить его и исправить на тот манер, который позволит брачнице, уже выступающей в амплуа жены, автоматизировать мужа, пользоваться над ним безграничной властью.

Женщины-брачницы понимают, что льстя мужчине, самобытности его мышления, своеобразию его эмоций (часто у избранника, как правило, нет ни того, ни другого; или есть одна прерогатива, но элиминирована (исключена напрочь другая), они утверждают тем самым ценность его-Я, его эготизма-амбиции; а если мужчина — что и происходит обычно тотально в таких случаях — поддается смистифицированной женской игре, и, не понимая женскую затею, еще и подыгрывает ей, то брачнице не составляет особого труда одурачить, околпачить избранную для брака мишень. Внушить же свою надисключительность, особенную ценностность, порядочность и, таким образом, утвердить, закрепить, закодировать в актах сознания мужчины свое неповторимое, особо-ценное, повышенно-значимое Я, всегда женщине несложно, если объект-ее ловко-маскируемой игры — сам же становится незаметно для себя ее активным соучастником. Под "шумок" своей инспирации женщина умело, изобретательно воплощает тактику и стратегию внушения мужчине веры в ее порядочность, скромность и доброту; соглашаясь, например, с мужчиной в тот момент, когда он разбирает вместе с ней вопрос о том, что женщина, мол, должна в браке слушаться мужчину; потому как мужчина сам по себе есть хозяин в семье; он же, мужчина, должен быть лидером и женщина непременно, как считает он, обязана подчиняться, принимать за постулат его мнение, а не свое — жены. Мужчина забывает при этом, что, сказав и пообещав сегодня одно, будучи в положении брачницы, впоследствии, в супружеской жизни женщина перевернет все с ног на голову и хлопнет "ушатого" своей непредсказуемостью капризов так по ушам, что он, уже будучи мужем, не будет знать куда прятаться от огня пулеметных очередей женских инвектив (острых нападок) и оскорбительной брани. Женщине плевать в какую сторону поворачивать флюгер, если мужчина ей выгоден, как жених, сейчас; следовательно, в данной ситуации она может обещать все, что угодно, все, что только можно обещать; но вступив в брак и реализовав свою цель, она всегда прибережет свое коварство к удобному для нее случаю и будет — что необходимо знать мужчине — безжалостно-беспощадна по отношению к нему.

Женщина-брачница умело аффектирует, искусно управляет своими эмоциями, движениями тела; удачно варьирует мимику лица и, таким образом, делает все для того, (если, например, мужчина не совсем стремиться завоевать ее; не совсем желает домогаться ее; не особо настроен, нацелен сблизиться с ней), чтобы не она сама, брачница, домогалась, искала близости, общения с потенциальным мужем, а как раз таки, наоборот, чтобы он, простак-жених, прикладывал интенсивные усилия, тратил время, духовную и физическую энергию и, тем самым, сам домогался, добивался, искал встреч с предметом своей симпатии, любви. Чтобы он сам, этот простофиля, "ушатый", глупец, предлагал, обещал ей нечто вроде полурая в супружеской жизни, — точнее сказать, женщина сама, специально-продуманно, а то и подсознательно провоцирует мужчину на то, чтобы он ей сумел пообещать роскошную, полуроскошную будущую семейную онтологию (бытие) вдвоем, так как, если мужчина предлагает, обычно, женщине все то, что у него есть, то что может предложить мужчине эквивалентно женщина? Ничего, кроме как своей привлекательности и тела, а этого, полагаю, весьма недостаточно по нынешним меркам.

Многие брачницы знают и пользуются тем, что мужичины предпочитают разгульно-бретёрской жизни тихо-спокойную семейную идиллию; жизни холостяка — жизнь вдвоем и оборачивают, понимая это, статус-кво мужчины себе на пользу; полугипнотически-полугипнотически-полу лукавонамекая, приблизительно, в редкой хитроумно-льстивой форме на то, что, дескать, ему, мужчине, необходимо покончить "со странной, нелепой жизнью одиночки". Каждый мужчина — и это знакомо, известно женщине — вне работы, вне деловой орбиты ведет в быту вторую жизнь, и вот здесь, в быту, бытие мужчины, его-Я более естественное, более открытое, чем в рабоче-деловой атмосфере. В простой обыденной, домашней обстановке он раскрепощен и охотно расскажет, поведает женщине, с которой близок, о том, как у него идут дела, какие проблемы возникают в сфере его трудовой деятельности. Здесь мужчина в интерьере фешенебельно-уютной квартиры, дома может неприкрыто-искренне говорить о себе, своих планах, о том, что он умнее своих коллег по работе, а те глупее, примитивнее, банальнее его самого (эгоцентричная мужская модель высокого самомнения, которой чуть-ли не паталогически страдают многие представители сильного пола; каждый из которых мнит себя умнее, значительнее другого), а женщина в это время, выслушивая эти мини исповеди, — уже видя, в процессе общения, отмечая про себя нужные ей, подмеченные ею ингредиенты самолюбия, слабости в мужской психике, — ставит постепенно задачу, заключающуюся в том, как использовать его, мужчины, откровенность в свою сторону, с пользой для себя; убедив его для этого потом, попозже, что он самый умный, оригинальный, своеобычный мужчина.

Отметим также, что с той женщиной, с которой у мужчины интимы, он любит говорить о себе, о своих успехах, хобби, спортивных увлечениях, любимых фильмах, интересующих его книгах. Женщины, которые прекрасно осведомлены насчет основных стимулов мужского стиля жизни, изучив его, мужчины, внутренний мир, внутреннюю позицию по отношению к жизни, и к ней самой, могут относительно легко прогнозировать акты поведения мужчины, а также акты его ответной реакции на ее, брачницы-женщины, действия, поведение. Брачницу, — если замужество стало ее актуализированной потребностью, стимулом ее Я-бытия, — отнюдь, не смущают и не подталкивают к деактивации (неактивности) даже заверения мужчины о том, что он пока не собирается жениться; все это немного или достаточно хорошо знакомо женщинам, они слабо реагируют на эти заявления-откровения мужчины, мало обращают внимания на мужскую болтовню и делают постепенно, шаг за шагом свое дело; и, как правило, если женщины следуют последовательности в намеченном, начертанном ими плане завлечения вас, мужчины, в брачные сети, — то, в конце концов, как показали массовые примеры, неторопливо-терпеливые брачницы все равно добиваются своего. Они не спешат, они выжидают; не галопом, не с наскоку, не с антраша (прыжок), если того требуют обстоятельства, понуждают, навязывают себя мужчине для скороспелого брака, а, напротив, избрав тактику выжидательности, показной терпеливости, входят, таким образом, постепенно в доверие того субъекта-мужчины, который является причиной их скрытых домогательств.

Брачницы понимают, ясно представляют себе, действуя и по подсказке подруг, мам, кузин и тех женщин, которые имеют богатый опыт общения и жизни с мужчинами, что для того, чтобы реализовать самоактуальную потребность — выйти замуж, необходимо стать инициативно-ведущей в отношениях с ведомым мужчиной. Нужно слегка руководить им, чуточку управлять им, наставлять, где нужно, простака "на путь истинный" для того, чтобы, не дай Бог, мужчина сам не смог владеть лидерством и инициативой, которая подчинит ее, брачницу, его, мужчины, желаниям. Хитрые, лукавые, театрально-скромные, серьезные из расчета брачницы будут выслушивать ежедневно вашу, мужчины, повседневную фабулу, сюжетики, эпизоды из вашего бытия и незаметно, как бы невзначай, ненароком, слегка, чуть-чуть, но докторально поучать, наставлять вас — "этого несмышленыша-ребенка" — тем самым, мало приметно для вас, — но этап за этапом, последовательно воздействуя механизмами своей инспирации, разумно припрятанной в андеграунде (подполье) женского-Я, — овладевать слабостями вашего мужского-Я, и, овладев, управлять им, этим Я-мужчины-жениха, подчиняя постепенно его себе, своим замыслам. Поиск и нахождение будущего мужа — это повседневная, почти, для женщины-брачницы работа, она-то и понимает, что необходимо поработать, потрудиться и, по ситуациям, проявить настойчивость, энтузиазм; а не лежать на диване дома и мечтать, конституировать нелепые фантазии о "менах с коттеджами и мерсами", которые лишь моделируют смену одной трансцендентной, ирреальной модели бытия на другую; она, женщина, понимающе-реалистично относится к проблемам поиска избранника и именно в этом случае брачницы заземленно-эмпирически, согласно сложившихся реальных жизненных обстоятельств, обобщая умом эти обстоятельства, осуществляют свою поисковую активность, деятельность, — интенционированную (направленную) на нахождение того, кто поможет ей разрешить ее, брачницы, чаще всего, иждивенческую прагма-мечту. Банально мыслящие дилетанты-социологи, которые абсолютно не понимают ни жизни, ни что такое женщина в своей субстанциональности сама по себе, громогласно заявляют о том, что женщина, дескать, лучше мужчины адаптируется к социальной среде; поэффективнее устраивает, утверждает онтологию своего-Я. Господа ученые, вы хоть когда-нибудь задумывались над тем, за чей счет экспрессивно-эффектно онтологизируется, бытийствует женщина? Прежде чем писать всякую тривиальную галиматью, вам необходимо взять в руки бинокль, телескоп и получше присмотреться, рассмотреть и уяснить что такое современная женщина, до того, как пытаться репродуцировать в своих "творениях-сочинениях" — нелепо-ложные аргументации по поводу непонятного вам экивокического и многозначного женского Я. Брачницы, то есть тот тип, категория женщин, которые стремятся выйти замуж, настойчивы порой и, следуя по лабиринтному, а то и по прямому пути к своей цели, почти не отвлекаются от тех задач, планов, которые — как убеждены они — непременно позволят им осуществить замысел, реализовать, придти с ним к заветному брачному финишу. Женщина-брачница быстро определяется, убеждается в том, нужен ли ей тот или иной мужчина, прежде чем начинать предпринимать в отношении него те или иные акты добрачной стратегии, имплицированные с тем, что ему, этому избраннику, этому, чаще всего, простофиле — необходимо попытаться внушить веру в ее, брачницы, скромность, порядочность, доброту, респектабельность. Просто так, если данный мужчина не подходит, не вписывается в прагма-модель мышления женщины, та, которая ставит себе целью бытия замужество, не будет, не посчитает нужным тратить лишнее время, энергию и проявлять усилия, чтобы заманить мужчину в брачную саванну, в сам брак, этот непредсказуемый, то жаркий, то холодный материк для двоих.

До того, как женщина выберет нужного ей мужчину, дабы совершать над ним свои добрачные процедуры, она, как правило, по методу селекции (отбора), точно опытный дарвинист-селекционер отсеивает, отбрасывает, отгоняет всех тех мужчин, которые не соответствуют ее прагма-брачному концепту, ее прагма-идеалу будущей брачной онтологии-идиллии вдвоем. Женщина-брачница чем-то смахивает на работника, мимо которого ускоренно движется громадный транспортер, а на нем восседают различные мужчины по роду своих занятий, профессий; и брачница, пропуская дальше тех, кто ее не устраивает, не удовлетворяет, выбирает, выхватывает одного того, кто будет, как мнит она, в будущем надежным мужем; редко брачницы без оглядки, по глупости спешат в лоно брачной идиллии; обычно все они меркантильно-серьезно, аналитически-понимающе, осторожно-расчетливо относятся к понятию брак, брачная жизнь, и умело распоряжаются посланным случаем, предоставляющим им возможность завершить поставленную цель.

Мужчинам стоит повнимательнее отнестись, принять к сведению также и то, что, если у женщины стали часто меняться наряды, — у той, которая претендует на роль будущей жены, — то это говорит о том, что она использует очередной модус соблазнения и стремится трансформацией (видоизменением) пикантных нарядов подчеркнуть выразительность своей привлекательности, красоты; дабы таким способом вселить в акты вашего сознания эстетический иммунитет восприятия, представления о ее красоте. Нужно задуматься над тем, как женщина щебечет вам на ушко — я вот, де, оделась, дорогой, именно так для тебя; а также, просто, мужчине важно понимать, что новые туалеты любой женщины приятно сигналируют его сознанию в качестве обыкновенного положительного раздражителя, вызывая у мужчин ответную повышенную сексуальную реакцию (безусловный рефлекс), поэтому и необходимо ему поспокойнее реагировать на свои инстинкты, связанные с сексуально-физиологическими рефлексами. Если женщина старается в сексе; а потом отсутствие этой женщины постоянно или часто будоражит, рефлексоизирует механизмы вашей памяти и воображения, представлениями-образами об этом, также не стоит придавать этой обычной фабуле, цепи психофизиологических актов особое значение; нужно знать, что этот фактор обыденен и постоянно имеет место у всех здоровых в физиологическом плане и женщин, и мужчин. И если бы вместо этой женщины-брачницы была бы какая-нибудь ее преемница, также привлекательная собой, то вы бы, как мужчина, испытывали, приблизительно адекватную реакцию, ввиду уже другого, можно сказать, сексуального агента (слово агент мы употребляем в значении обычного понятия — раздражитель; поэтому понятие агент, используемое И. П. Павловым, Е. Н. Соколовым, А. П. Анохиным и др. выдающимися учеными, на мой взгляд, удачно в некоторых контекстах заменяет аналогичное ему понятие — раздражитель). Женщина понимает, что для того, чтобы мужчина не пресытился ее телом, необходимо разнообразить, обертонизировать (менять тона) технику секса и миниповесть сексуальной игры; она подсознательно, а то и понимающе-осознанно чувствует, знает, схватывает, что мужчина, закрепив высокое мнение о ее умении быть нестандартной, многогранной в сексе, будет стремиться снова и снова к интим-встречам с ней.

Чтобы не поддаться на суггестивность, акты внушения на сексуальной почве, самый полезный способ избавиться от брачницы — это быстро сменить ее на другой объект своих сексуальных желаний; ибо полифония женских нарядов, комбинация цветов, сочетание юбок, блузок, туфелек, шорт, колготок, трусиков, лифчиков действует на мужчину весьма и весьма инспирационно-гипнотически; ярко обворожительные, прекрасно подобранные женщиной тона и полутона, особенно и симметрично-имплицирующиеся, и взаимодействующие между собой, и соблазнительно прикрывающие красоту и упругость женских телесных форм, колдовским, завораживающим, притягательным образом действуют на механизмы долговременной памяти и воображение мужчины. Порой трудно, о чем осведомлены все женщины, мужчине устоять и сдержать свою сексуальную страсть-потребность перед неотразимостью и провоцирующей, инициативирующей к интиму экспозиционностью той или иной особы женского пола, вызывающе-завлекательно, транслирующей на мужчину гармоничный набор своих физических достоинств. Брачницы хорошо уясняют также, что нет надобности злоупотреблять и ни в коем случае нельзя демонстрировать перед мужчиной чрезмерное количество золота, драгоценностей, чтобы будущий супруг, не дай Бог, не подумал, что у нее страсть, помимо страсти к нарядам, к золоту, другим драгоценностям, — умные женщины-брачницы понимают, придерживаясь советов мам, сестер, подруг, что до брака небезопасно "спугнуть" мужчину и выказать те или иные нескромные потребности, запросы. Женщинам знакомо-известно также то, что их лицо не должно быть чрезмерно напомаженным, напудренным и что в меру они должны употреблять арсенал косметических средств: духов, туалетной воды, теней, лака. Она, брачница, также будет стараться вспрыскивать лицо и тело именно тем дезодорантом или туалетной водой, которая нравится, приятна на запах вам, ароматна для ваших обонятельных анализаторов; попутно, как бы между делом, как бы невзначай, брачница будет лепетать-лебезить вам с ласково-елейной, вкрадчиво-лукавой модуляцией в голосе: "Ну как, тебе нравиться, дорогой?" (Кстати, иногда женщина будет думать как раз таки не о том, что вы дорогой, а что вы дорог, как обеспеченный "чайник", богатый "ушатый"), "Вот видишь, милый, я ради тебя достала эти духи, — (лосьон, дезодорант, туалетную воду), — я знаю, что ты их ценишь, любишь," — и так далее, в том же ключе. Будьте начеку, уважаемый мужчина, когда женщина говорит — производит всякие лексические словосочетания-фальшивки вроде "ради тебя, мой дорогой", знайте, что это звучит для нее самой, для ее интро-Я так: "ради твоей "капусты", "ради моей выгоды".

Необходимо принять к сведению мужчине и то, что женщины редко и мало говорят о себе, а если и говорят, то стараются приподнести, изобразить себя в не невыгодных серых красках, а в выгодном ярко иллюминированном свете; вслушайтесь в их речи, мини истории, рассказанные ими самими: все им удается, все у них получается, везде они на пьедестале, во всех сферах, с которыми они соприкасались, согласно их болтовне, они заслуживают, минимум золотую медаль, лавровый венок. В зависимости от ситуации, женщина может показать себя перед мужчиной то умной, то недалекой, недалеко глупой ей нужно воспроизвести себя перед ним, чтобы отвлечь мужчину от понимания ее, брачницы, истинной прагма-субстанциональности; тем самым дав понять дураку, что, мол, потом, уже в брачной жизни, милый куда ты денешься, — я получу с тебя, недалекий простак, все, что мне нужно, все, что захочу; умной же, а чаще всего не сколько умной, а догадливо-сообразительной, — женщина стремиться показать себя перед будущим супругом в том случае, если мужчина сам по себе интеллектуал; если он полифонично-образованный с широким кругозором спектрального мышления человек, личность. В этом случае брачница, быстро сориентировавшись и, если необходимо, реконструировав модель общения, конструкты своего мировоззрения, обычно старается иммунноизироваться под него, поддержать взгляды мужчины-интеллектуала в коммуникации с ним.

Также полезно знать мужчинам, что на досуге женщина обязательно, чаще всего, обсуждает плоды своей "работы", свои конкретные тактические ходы, делится впечатлениями с подругами, с сестрами, знакомыми ей женщинами; которые подсказывают ей иногда, как действовать относительно того или иного мужчины, а также указывают, корректируют погрешности в ее общении-обработке будущего недалекого Ж. Дандена. Подруги, кузины и т. д. в свою очередь, подвергая разбору отношения мужчины с брачницей, мгновенно вычислят совокупность слагаемых-Я того, что оказался избранником-женихом; и тут же подскажут, как склонить его, путем репертуара различных ухищрений, экивоков, жеманно-лукавого поведения, к браку; подруги, сестры подскажут, посоветуют также ей, какими вопросами мужчину можно и нужно загнать в тупик, а то и по обстоятельствам оказать ему помощь и дать выйти из тупика; и как вообще лучше ей, брачнице, оказывать скрытное, но действенно-максимальное суггестивное воздействие на нравственно-психическую конституцию мужчины. Аналогично тому, как женщины-брачницы составляют, конституируют в актах мышления план-стратегию своего поведения в амплуа брачницы, чтобы достичь поставленной цели, точно также и вы, мужчина, если вы не стремитесь жениться, — так как не вполне уверены в удачном браке, — обязаны — и автор настоятельно рекомендует вам это — набросать себе в блокнот план общения с женщиной, притязающей на брак. Этот план коммуникаций с женщиной, притязающей на Гименеев альянс с фанфарами Мендельсона, и должен быть основан на противостоянии тем домогательствам-потребностям, которые скрытно-планомерно осуществляет брачница в отношении вас, мужчины.

Мужчине необходимо, если он стремится не стать жертвой брачной авантюры женщины, постоянно под углом аналитико-синтетического мышления задавать самому себе вопросы относительно тех или иных эпизодов, связанных с его контактами с женщиной и отвечать самому себе, уже за женщину, на них дифференцированными (различными) в своей вариативности ответами. Например: "А зачем ей понадобилось "поработать" возле меня?", "Любопытно, а что она желает извлечь выгодного для себя из этой "работы" вокруг меня, если учитывать, что женщины просто так, вне выгоды, не изъявляют побуждений, желаний "крутиться", "функционировать" вблизи мужчины?". Задавая самому себе данные вопросы, вам, мужчине, нужно отвечать на них в проекции, в осознании того, что брачница решительно настроена и таит в отношении вас лейтмотив замужества; вот ввиду каких причин ваш самоанализ и должен, желательно, держаться, регулироваться последовательными актами-моделями мышления, согласно такой навигации: "Ей уже 20–25, 25–28) лет и, как и все женщины, она пытается прибить оконные рамы своего паразитизма, пометафоричнее сказать, к моему бараку. Я живу неплохо, — вы далее динамично развиваете свои акты-суждения, — относительно устойчиво стою на ногах и вроде бы мне самому нет повода, нет самохлопотливости жаловаться на свое Я-бытие; теперь посмотрим, — сменяете вы с пульсирующей заменой одну систему — конструкцию мышления на контуры другой, — кто такая она сама по себе, что она хочет, что она может, что у нее есть вообще?

Получается, — анализируете вы далее, расчленяя конструкт-объект, находящийся в поле вашего интегративного анализа и тщательного синтеза, следующего за ним, — исходя из того, что я выяснил, узнал о ней для себя, что денег там — ноль, мамаша и, видимо, папаша стремятся спихнуть куда-нибудь почти надоевшего дармоеда, — отсюда следует, что брачница усердно атакующая редуты моего имманентного (внутреннего) — Я, пытается, таким модусом, приемом решить свои бытийные проблемы, благодаря мне, такому, как, несомненно, убеждена, уверена она, лопуху, Васе из деревни Протаси. Ну, что ж, — приблизительно здесь вы завершаете свой путь разбора анализируемой проблемы, — пусть поступает, как хочет, действует, как пожелает, решает, что угодно; я же окончательно и бесповоротно, — дабы не впутываться в подозрительный брак и вследствие его вряд ли в спокойно-тихую семейную жизнь, — делаю выбор и он таков: до свиданья, брачница, — пока и навсегда, дорогая, милая, красивая; ищите других, мадмуазель, глупцов и баранов! Меня же устраивает в данной ситуации та жизнь, которая у меня есть, которой я живу и обладаю".

Большая часть женщин из тех, которые стремятся, во что бы то не стало, к браку, понимают осмысленно-решенно, что нужно быть открыто-доступной с тем, кто в состоянии составить их прагма-рациосчастье, вот ввиду чего большинство брачниц после знакомства с мужчиной и после того, как они рассудочно-интуитивно почувствуют, осознают, что этот субъект-мужчина и есть тот, кто вполне вчерчивается в модель будущего мужа, они (тип бол. брачниц) стараются быть в общении открыто-бездистантными; они меньше, используют приемы кокетства, особенно в тех эпизодах, где необходимо, как уясняет брачница, предложить себя, стать доступной; к тому же ей необходимо сделать "пробный шар", чтобы при помощи техники секса завлечь мужчину, направить, регулируя и контролируя его-Я, на путь, тропу своей прагма-брачной мечты.

Женщина-брачница — есть существо весьма и весьма опасное, поскольку многие из них желают вступить в брак практически исходя из принципа, спонтанного (внутреннего) решения, выбора: "Выйду замуж за этого, а там дальше будет видно. Будет обеспечивать — значит, буду жить. Не будет — следовательно, гуд бай, май бой". Брачницы (тип бол.) — следует отметить — практически, безответственны, они с какой-то, порой, легкостью вступают в брак, мало задумываясь часто о своем прагма-эгоизме, детерминирующем (причинно-обусловливающем) их жизненную прагма-позицию, прагма-концепцию с рациональной палитрой, бытия вообще. Женщины, действительно, ввиду рассудка, ограничивающего почти повсюду разум, обычно и не склонны задумываться глубоко о брачной жизни, онтологии вдвоем, так как их рассудок чаще всего конституирующий, структуирующий блоки мышления, основанные на прагма-ментальности, твердит, эксплицирует (объясняет) им самим, приблизительно такую цепь суждений и умозаключений: итак, скоро я выйду замуж; в замужестве Я хочу — здесь идет перечисление энного количества нарядов, золота, драгоценностей и перечень, список тех несметных долженствований, которые обязан, как, вне всяких сомнений, считает будущая Манон Леско, исполнять, разрешать муж. Сама же она (тип бол.) абсолютно не рассматривает и не желает, отказывается размышлять над тем, а что же, собственно, она, уже будучи супругой, сама по себе, со своей стороны должна исполнять, делать, дабы семейная онтология была более-менее счастливой. В лучшем случае ее рассудочные конструкты мышления утверждают, убеждают ее Я в том, что она сварит суп, "простирнет" пару трусов и рубашек — вот и вся работа, а он, этот простак, "чайник" должен и обязан, и только так, мнит она, а никак не по другому, поощрять ее иждивенчество; мало того, многие брачницы самоаргументированно приходят к выводу, — особенно те, кого изнежили на всем готовом мамы, — что она, такая красивая (красивый паразит), вообще абсолютно ничего не должна и не обязана созидать и делать, а все должен, — по команде "фас, мой "ушатый" пес!" — решать за нее, такую милую, нежную, распрекрасную, умную персону — он, простак Иван, Джон, Ганс, Франц.

Еще одним из простых способов избавиться и раз и навсегда, обструктировать, воздвигнуть преграды на пути своих контактов с брачницей является и такая сконструированная по необходимости ложь, которая обычно мгновенно, сразу же охлаждает пыл, отрезвляет энтузиазм почти всех без исключения хитро-коварных персон женского пола, претендующих на супружескую коалицию: "Ты знаешь, дорогая (дорогой паразит), — с расстроенно-озабоченной интонацией голоса вы, мужчина, герменевтизируете (истолковываете) ей положение своих дел, например, по телефону или при личной встрече, — нам, наверно, нужно завязать отношения; у меня, ты знаешь, не идут дела, слабовато пока с деньгами (плохо "по капусте" — фиксирует в этот миг в своем сознании, обычно, меркантильная представительница слабого пола), — звони через две-три недели, посмотрим, может что-нибудь изменится; ну а сейчас не знаю, — с огорченным неудовольствием вы, мужчина, продолжаете растягивать слова, — чего встречаться, что звонить?! У меня нет особого настроения". Можете не сомневаться, мужчины, что как только вы дадите понять брачнице о том, что у вас "слабовато по капусте" из 100 будущих претенденток на замужество, возможно, да и то сомнительно, возжелают иметь с вами отношения 10–12 женщин. Ведь сообщив эту, пусть даже ложную информацию себе, о состоянии своих дел вы, тем самым, немедленно деструктируете, разрушаете все планы добрачной, а то и брачной стратегии скрытно-хитроумной особы, которая пыталась внушить вам веру в то что она: "не расчетливая, нехитрая — нет (!), конечно же, девочка"; веру в то, что она: "не коварно-вероломная, не подленькая персона — нет (!), конечно же, — она только хорошая, скромная, милая, красивая девочка"; веру в то, что она, эта милая девочка: "будет уже в браке такой же милой, ласковой, надежной, только самой распревосходной девочкой, а не конфликтно-сварливой — нет (!), конечно же, — неразумно-жадной к деньгам — нет (!), конечно же, — ласково-приятной, любящей вас, мужа, а не вашу "капусту" — нет (!), конечно же, рассудочно-преочаровательнейшей такой хорошей всегда, там, в брачной онтологии (бытии) двух Я, девочкой.

Как только вы объявите ей о том, что находитесь на грани банкротства, можете не сомневаться, в лучшем случае, прагматическая особа будет звонить вам редко, а потом и вовсе перестанет, если вы все также будете ей цитировать по телефону заученную фразу: "Дела не идут, денег нет; у нас, наверное, ничего не получится, доходы мои малы. Звони, видимо, через месяц, два — там будет видно. Все, пока!" Могу с уверенностью сказать, что вряд ли, за исключением, может быть, единичных случаев, какая-нибудь из женщин-брачниц решится, осмелится проявлять к вам, после подобных ваших, самопризнаний, самооткровений, повышенно-значительный интерес; скорее всего, она с поспешностью дезертира солдата, покидающего полк во время сражения, сбежит от вас для того, чтобы продолжать поиски другого, нового жениха. Брачницы могут также — что нужно усвоить мужчинам — вести двойную, а то и тройную игру, ведь в ее каталоге-списке могут оказаться и другие мужчины, реальные претенденты на руку и сердце; поэтому вам, мужчины, важно помнить, что вы можете оказаться не одним из немногих, а, напротив, одним из многих, которых взяла на прицел женщина, мечтающая осуществить замужество. Мужчине также нужно принять к сведению и то, что относится: а) к месту и б) обстоятельствам самим по себе своего знакомства с понравившейся ему женщиной; если вы познакомились со своей подругой, навязывающейся вам в жены, например, в баре, ресторане, ночном ресторане-клубе, на высокооплачиваемой дискотеке, то вам необходимо уяснить, осмысленно-понимающе убедить самого себя, свое имманентное Я в том, что те женщины, девушки, которые отличаются скромностью, относительной, более-менее в потребностях, а также более-менее соблюдают нормы морали, не сваливаясь в аквариум проституции, вряд ли будут присутствовать в сиих злачных местах; скорее всего, исключено также пребывание в барах, ресторанах бедных женщин; поэтому в них вы встретите тех хищниц-львиц, хищниц-акул, которые "отлавливают" тех мужчин и зубоскалят перед теми, кто обеспечен и обладает значительным состоянием. Эти львицы-тигрицы, пумы-волчицы самоубежденно, эмпирически понимают, знают, что тот, у кого слабовато с финансами, естественно, сюда не придет. Вот ввиду этих основных причин, опять-таки, вы, уединившись, должны побеседовать-помыслить, чередуя вопросы к своему интро-Я: "А почему она там, в баре, в ресторане была? И почему именно здесь ей захотелось быть с подругой, как говорит она, а не встретиться с той же подругой в домашней обстановке?" Ответ в таких случаях для вашего внутреннего-Я напрашивается сам собой: учитывая то, что женщины жадны до денег и вряд ли будут транжирить их без надобности в ресторанах и барах, куда они любят ходить, в основном, только за счет мужчин, то отсюда следует, что она была с той же подругой в ресторане ввиду заранее решенной потребности, стремления "снять", найти, отыскать, если тому будет способствовать госпожа-удача, того мужчину, который, прежде всего, по своим мат-средствам, может отвечать прагма-установкам женщины-брачницы. Если вы будете постоянно анализировать акты поступков, акты деяний женщины, вы непременно научитесь ее лучше понимать. Но следует помнить, что женщина, на то она и обладает хитроумными экивоками, при знакомстве может в любом месте, в любой ситуации напустить на себя аффектацию скромности, понимая, что есть мужчины, которым не нравятся и которые презирают различных фей из "ночников" и баров; поэтому женщина без особой траты психической энергии, иррадиируя (излучая) перед вами мистификацию своего скромно-порядочного Я, вполне в состоянии обольщать вас где угодно: в магазинах, в метро, на улице, на выставке, на шоу-концерте. Кстати, можно дополнить, что многие умные, целеустремленные женщины-брачницы могут крутиться по часу, а то и более в каком-нибудь универсаме, торговом доме, на той же выставке и, выследив богатого мужчину своими цепко-ястребиными глазами, когда тот в определенный момент что-нибудь покупает, чем-нибудь интересуется, незаметно, как бы ненавязчиво (но с внутренне решенным умыслом) подойти к этому мужчине и попросить разъяснить ей, что вот, дескать, я хочу приобрести то-то и то-то, и каково ваше, мужчины, мнение об этой вещи, предмете; брачницы также иногда целенаправленно планируют, прорабатывают в своем сознании различные модусы (способы), помогающие ей привлечь внимание мужчин; то просят, например, помочь что-нибудь поднести; то просят, если видят солидно-фешенебельный автомобиль, куда-нибудь отвезти, куда, по всей вероятности, ей в данный момент и вовсе-то не нужно; то побуждают мужчину, чтобы тот обратил внимание, заметил ее, стать посредником и оказать ей какие-нибудь незначительные мелкие услуги.

Бывает и так, что знакомая вам женщина подсовывает какую-нибудь вам же, мужчине, свою подругу, приятельницу; в этом случае эта же ваша знакомая женщина аттестует свою протеже, естественно, в самых ярких красках, тонах, внушая вам, что ее знакомая — Лена, Кристина, Жанна, Оля, Изабелла, Катрин — весьма добрая, оригинальная, замечательная, умная особа, и вы, мужчина, могли бы, и не прогадали бы, толкует вам женщина-сват, женщина-посредник, соединить, с ее такой всезамечательной приятельницей, свою судьбу. Мужчины, если вы не глупы и не наивны и помните о том, что — как автор указывал, пояснял уже — женщина есть существо прагма-эгоистическое, лицемерно-опасное, то вы всегда, думается, сделаете соответствующие выводы насчет всяких и разных зазывал противоположного пола. Обычно в роли женщин-зазывал оказываются, являются продавцы в галантерейных и продовольственных магазинах; горничные в гостиницах, официантки ресторанов и кафе; у них у всех есть подруги, просто знакомые женщины, мечтающие втянуть в брачную игру какого-нибудь мужчину; поэтому соответственно уже их приятельницы-зазывалы, если интуитивно чувствуют, осознают, понимают, что мужчина при деньгах, выполняют, согласно тайной просьбе знакомой-протеже, функцию зазывалы.

Легче всего мужчине уяснить, распознать, какова его новая знакомая, которая может стать, перевоплотиться сама по себе в брачницу, — задав ей вопрос, ряд вопросов с прояснением для себя того, где бы она хотела сегодня или завтра провести свободное время — в ресторане, театре, кинотеатре? Большинство женщин (такова их натура халявщицы-паразита) охотно выберут ресторан, но женщины, а особенно те, кто "работает" с вами на достижение конечного результата — супружества, конечно же, могут с хитринкой, с расторопностью прикинуться скромницами и сообщат, поведают вам, что им, якобы, все равно, можно и театр, и кино. Хитрые, изощренные в авантюрах с мужчинами женщины, называемые "кончинами", могут в этом случае, т. е. в тех обстоятельствах, когда вы предложите провести досуг в одном из трех, на выбор, мест, мило, лукаво-игриво защебетать перед вами, проецируя на вас спектр эмоций приязни и восхищенного одобрения: "Да, так вы оказывается, ходите, посещаете рестораны (бары, кафе)? Как это хорошо, прекрасно, — будет лепетать, маскируя свое лицемерие и продуцируя (производя) своим Я благорасположенную респектабельность, скрытно-хитрая, "милая", "добрая", "очаровательная" особа, — а я и не знала, что вы бываете в этих местах", — и так далее, в таком же духе. Небезынтересно отразить тот факт, что если вы в этой ситуации "смените диск" и вдруг заявите, что в ресторан, бар мы сходим в другой раз, как тут же личико лукаво-вероломной, лицемерно-льстивой "хорошей" девочки преобразится в гримаску недовольства, неприязни, полу неприязни к вам; или, если, например, вы, мужчина, продолжая вести, осуществлять свой сценарий, сообщите "нежной и ласковой" девочке о том, что сегодня мы ограничимся с тобой посещением кинотеатра, лицо женщины также будет конституировать, иррадиировать собою, — своей взаимосменяющейся формой гримас, их видом, — признаки недоброжелательства, полу недоброжелательства — спроецированного, ретранслируемого перед вами, вашим созерцающим эго-Я. Слова типа "посетим кинотеатр", "прогуляемся по скверику" перцептируются (воспринимаются) женщиной в качестве довольно-таки слабоватого стимула и особо не интенсифицируют (не усиливают) предикат (свойства) ответной реакции, — быть носителем, сигналировать положительные импульсы в отношении вашего мужского-Я; напротив, иждивенческий, прагматичный рассудок женщины решительно испытывает неприязнь и сигналирует внешнему (экстеро-Я) облику женщины конфигурацию (вид) недоброжелательности, нерасположенности, полуотвращения к вам, мужчина, как к личности, как к человеку. Не, скажем, она, брачница, или вообще женщина сама по себе должна за свои и только за свои матсредства развлекаться за бифштексами, шоколадом, коньяком, бананами, виноградом, шампанским, ликером, а вы, мужчина, как убеждена, непоколебимо думает она, обязан потратить, промотать, прокутить, и немалую сумму, — сколько — это ее, обычно, абсолютно не интересует, не волнует — для того, чтобы умный, хитрый, коварный иждивенец-женщина кайфовала, отдыхала, эпикуриеизировала свою онтологию (бытие) в момент досуга за ваши матсредства; ваши марки, доллары, франки, рубли и т. д.

Видимо, все же основной способ вычислить до конца, быстро раскусить брачницу — это (как автор указывал уже выше) объявить себя банкротом, сказав женщине-брачнице о том, что в ближайшее время вы будете сидеть без денег и вряд ли данная ситуация, данное статус-кво у вас измениться. Здесь можно также мужчине разыграть "трагический фарс" и поведать брачнице о том, что вы, мол, вложили деньги в сомнительное предприятие, в сомнительный проект, дивиденды от которого вы надеетесь получить эдак через два-три года, да и то, еще неизвестно, тут же добавьте вы, чем это все вообще, т. е. ваши бизнес-начинания, могут закончиться; можете быть уверены, 93–97 брачниц из 100 сдует, как ветер с окна пылинку; они сами постараются быстрее исчезнуть с региона, с плоскости, с горизонта, если хотите, вашего Я-бытия. В таких случаях, при фабуле таких обстоятельств, хитрая женщина-брачница — хитрей которой уже оказались вы, заявив ей при помощи этого, искусно-сверсиеизированного лексического пассажа — интериоизирует (внутренняя речь) к своему-Я: "И это я буду, как дурочка, ходить с этим типом по паркам и кинотеатрам 2–3 года?! Нет, нужно срочно завязывать с ним и делать, как говорит моя подруга, динамо!".

Тактика и стратегия брачницы на сознательном и малоосознаваемом, подсознательном уровне, — (в аспекте данной проблемы это особого значения не имеет, так как все женщины (тип бол.) обладают вполне достаточными способностями и навыками, соединенными с эмоционально-рассудочной интуицией, помогающими ей, женщине, относительно легко справляться, решать поставленные задачи, связанные с завлечением мужчины в брак), — включает в свою схему, свою структуру разноаспектность-разнообразие в посещении и провождении досуга в различных местах и регионах города, пригорода; здесь, брачница тонко чувствует, осознает, что необходимо разнообразить курс-маршрут обоюдного досуга, времяпровождения; и сегодня, скажем, можно посетить музей, завтра — в картинную галерею, затем на какую-нибудь ярмарку, потом попить кофе в летнем кафе, через неделю посмотреть шоу эстрадной звезды, посетить, цирк и так далее. Она, женщина-брачница, будет вносить тем самым в ваше свободное время полифонию элементов досуга, разнообразия его форм и придумывать все новые и новые регионы и места для совместного посещения их. Она будет стараться как можно чаще встречаться с вами для того, чтобы больше времени у нее было для обработки вашего-Эго и для того, чтобы вы сами сказали ей как-нибудь, что-нибудь о том, что касается возможного у вас с ней супружеского будущего "счастья", согласия на сам брак. Брачницы (тип бол.) знают и понимают, что модель поведения большинства мужчин является сама-в-себе приблизительно стереотипизированной и детерминируется (обусловливается), обычно, звеньями таких причин (мы приведем несколько из них, хотя, хотим сказать сразу, что отнюдь не пытаемся абсолютизировать иерархию их последовательности; любая из данных детерминант, характеризующих, выявляющих структуру поведения мужчины в бытии, может вполне взаимодействовать с другой в разных ракурсах, в разных интеграционных импликациях (связках), в разных локусах, входящих в саму структуру поведения, поведенческих актов): I. Мужчина охотно доверяет льстивым фразам женщины о его мужской оригинальности, самобытности; а отсюда он, что хорошо осознает любая брачница, уже склонен, предрасположен связать свою судьбу с той из женщин, которая инспирирует ему не только о ее, женщины, собственной значимости, исключительности; но и он, мужчина, как бы и сам довольно легко идет навстречу желаниям той женщины, — незаметно для себя становясь объектом ее скрытой, запрятанной от него самого брачной стратегии и тактики, — которая внушает самому мужчине его значительную, оригинальную самоценностность и ценностность для нее; И. Брачницы понимают или интуитивно догадываются, что мужчина любит поставить себя, выше своих приятелей или коллег по работе, утвердив тем самым в своем самотщеславии надуникальность в галерее, обойме других мужчин; поэтому женщина, стремящаяся к супружеству, замужеству, всегда подыграет, и умело, мелодии самоуверенного тщеславия своего избранника; III. Им, женщинам, знакомо также и то, что мужчина любит говорить, а то и фанфарониться, о своих делах и успехах, связанных с работой; что он непрочь похвастаться перед другими мужчинами своей симпатично-пикантной будущей женой (кстати, это часто бывает, порой, роковой ошибкой многих представителей мужского пола, ведь женщина понимает, что ее экспозиционно-выразительная внешность вызывает эффект восприятия у других мужчин, друзей, приятелей потенциального будущего мужа; и этот, воспринятый ими, ореол созерцаемой красоты будет передан- сообщен приятелями ее мужчины ему самому); IV. Что он, мужчина, поддается, в конце-концов, суггестированию (внушению) с ее стороны, со стороны женщины-брачницы, ее убеждаемости его самого в том, что для него будет лучше, если он сменит свою малоэкспрессивную холостяцкую онтологию, жизнь на более удачный, как считает она, "союз двух сердец"; V. Ей, женщине, притязающей на замужество, ведомо, известно также, что мужчины, во всяком случае многие из них, склонны поддаваться на аргументации женщин в пользу того, что, вот, дескать, у нас с тобой будет там, уже в брачном бытии, симпатичный мальчик, красивая девочка, успокаивая, таким образом, мужчину по поводу предстоящей жизни вдвоем; рисуя перед ним идиллически-спокойные контуры семейного счастья — все это экстеросенсорно (женская дискурсивная доказательность, прикрывающая лукавыми движениями, жестами, мимикой сильное, порой, стремление женщины втянуть избранника-мужчину в женитьбу), достаточно убедительно, экстрасенсорически действует на мужчину.

Вас, мужчину, должны непременно насторожить, как нюх, обаняние зайца, почуявшего приближение волчицы, лисицы, звонки и частые, например, брачницы, вам по телефону, — так как всем мужчинам важно, и обязательно, полагаю, знать, что ввиду своей спесиво-чопорной натуры и повышенно-пренебрежительного отношения к мужчине вообще, женщины не любят, не хотят звонить сами или же, так сказать, первыми. Это их унижает, как считают они, хотя, когда им нужны деньги (о чем будет разговор в другой главе), они тотчас же начинают звонить мужчине — короче аргументировать, женщины звонят ввиду двух субстантивных причин: либо им нужны деньги (автор имеет ввиду звонки вне деловой, не касающейся проблем кореллированных с производственной сферой, а рассматривая обмен информацией по телефону, как средство личностно-интимной коммуникации в континууме отношений мужчина + женщина), либо вы ей, подходите, устраиваете ее в качестве будущего мужа или, скажем, любовника, который ей необходим для все того же — выколачивания из него матсредств на свои неисчислимоастральные потребности. Отсюда вывод и достоверный, заключающийся в том, что женщина звонит обычно мужчине лишь в случае (прагма-натура!) незавидного собственного материального положения и ждет, что может быть, такой простак, как вы, бросит ей, как кошке, лакомый кусочек "Вискас"; то есть, звонок женщины, ее звонки мужчине коррелятивны (связаны) в основном с ее нуждой, запросами; в противном случае, — что, между прочим, ясно указывает, доказывает, определяет то, что женщина эгоистично-низменная, по отношению именно к мужчине, особа, ищущая везде в нем выгоду и расчет, — женщина вне своего какого-либо расчета-интереса, будьте уверены, спокойны, звонить не будет, — разве что забеременеет от вас; или скажет, что беременна, с целью вытянуть из вас деньги на мнимый, порой, аборт.

Если женщина интересуется вами как потенциальным супругом или любовником (в данный момент мы подразумеваем отношение брачницы к будущему реальному претенденту на роль мужа), то, обычно, во время телефонной коммуникации, она после традиционно-наигранного "как дела?", "привет, это я!", спрашивает, как правило, в удобное ли время она звонит; затем она мило болтает с вами по телефону и несет всякий вздор, говорит о том, что рада вас слышать, что она соскучилась, желает вас видеть и прочее. Это также одна из "рабочих" функций брачницы, поскольку, созваниваясь с вами, она дает вам понять, убеждает вас в том, что она, де, весьма заинтересована вами, вашим своеобычным-Я. В своей ли, в вашей ли квартире брачницы ведут себя скромно, умно, тихо и если, например, женщина у вас в гостях, то она будет стараться лишь с вашего разрешения что-нибудь взять и вряд ли будет, в таких ситуациях, беззастенчиво-бесцеремонно проверять содержимое ваших шкафов, гардероба. Если вы посетите ее дом в качестве гостя, то претендентка на брак с вами будет изо всех сил стараться, поинтересовавшись заранее, какое блюдо вам нравится, приготовить его, умело-неумело, но в любом случае она будет утешительно убеждать вас, если блюдо не получилось качественно приготовленным, что она старалась только ради вас и, мол, в следующий раз пища и прием вас, как гостя, будет на более высоком уровне. Отметим, что если брачница пребывает в гостях в вашей квартире, то, возможно, она также захочет что-нибудь приготовить для вас; блеснуть, если есть таланты, кулинарно-поварским искусством, адептированным (перенятым) у матери, бабушки, старшей сестры; а также не исключено, что, с вашего позволения, она пожелает убрать квартиру. Одним из значительнейших приемов завлечения мужчины в брачную мышеловку является искусная болтовня-инспирация женщины, когда вы у нее в доме, квартире, по поводу того что вы можете здесь, у нее не стесняться, чувствовать себя как в собственном доме, брачница приобщает, тем самым, вас к быту, к своему-Я, вырабатывая в конституции вашего психического-Я привычку часто посещать, бывать у нее в квартире, в доме.

В процессе работы с вами, апробируя на вас модусы (способы) своего ремесла, брачница может подключать — что часто и делает — мамаш, консультантов-подруг; например, если она живет с матерью и вы не только для брачницы, а и для будущей тещи утверждены в предикате (качестве) желанно-необходимого зятька, то, можете быть уверены, что мать брачницы преподнесет вам свое любимое чадо-дитятко как самую милую, порядочную особу, равной которой вы, видимо, больше нигде не найдете; причем, вашей будущей теще вовсе необязательно громогласно трубадурить о том, что ее доченька всепоразительно-скромная, всеочаровательно-порядочная девочка; она, хитро-опытная, умудренная знанием жизни женщина, намеками, малоприметными для вас действиями, мелкими, но приятными для вас, услугами, также, как и дочь, но в другом абрисе (плане) так или иначе, но обязательно, если вы выгодный, обеспеченный мужчина, будет подманивать вас — отвлекая от ваших собственных мыслей насчет возможных дурных последствий самого брака — незаметно подстегивать, подталкивать-подводить вас к тому, чтобы вы соединили свою жизнь с бытием такой милой, скромной, очень хорошей, везде и всюду, всюду и везде, ее ненаглядной доченькой. Подруги-консультанты брачницы также будут, если вам придется сталкиваться, общаться с ними в кругу своей будущей жены, характеризовать ее-Я, ее интеллигибельный (духовный) план в самом лучшем виде, притупляя, таким образом, чувство вашей бдительности, возможной недоверчивости к "респектабельному"-Я потенциальной будущей жены; эту же операцию в разных инвариантах, разумеется, могут проделывать, разыгрывая одну и ту же комедию, которую позабыли изобразить Мольер, Мопассан, Чехов, Золя, Бальзак, ее, брачницы, — кузины, родственники, просто приятельницы, иногда ею взятые "напрокат", для декорирования миниводевиля.

Функционируя вокруг вас, вашего-Я, в своей, например, квартире, брачница, чтобы сделать вас посредником своей же ловко-утаиваемой игры, приговаривает вам, чтобы вы не стеснялись пользоваться выделенным для вас полотенцем, атрибутами ванной и туалетного помещения, конечно же, телефоном, телевизором, аппаратурой вообще; женщина-брачница, которая ставит перед собой задачу апплицировать вас к себе самой, к своему домашнему быту, найдет вам и тапочки и домашние брюки; пижаму, домашний костюм; сама же укажет, покажет на тот локус (место) за обеденным столом, которое вы должны занимать во время совместных трапез-завтраков, обедов, ужинов; и коль вы — что уже решила давно, недавно про себя ваша возможная будущая супруга, являетесь именно тем, кто будет обязательно "отстегивать" ей в замужестве чем больше, тем лучше долларов, марок, рублей, фунтов, то в одной из комнат своей квартиры, или просто в комнате, если она живет в однокомнатной квартире, будущая ваша, себе на уме жена, обозначит, подбросит вам поуютнее, фешенебельно-удобное место, чтобы вы могли комфортабельно-спокойно отдохнуть после зарабатывания, добывания матсредств на красивую, нежную, ласковую девочку.

Несомненно и то, что всем брачницам, как и женщинам вообще, оказывает незаменимую услугу подборка определенных нарядов-туалетов, подчеркивающих стройность, элегантность их ног, бедер, талии, соблазнительно-упругие формы женской груди; многие женщины весьма искусно-тщательно осуществляют подбор своей экипировки-туалета и одеваются в той манере, которую автор может назвать зазывающе-завлекающим стилем в искусстве наряжаться, который, чаще всего, способствует стимулированию, а то и гиперстимулированию сексуально-физиологической потребности, сексуально-половому рефлексу мужчины, его активации.

Женщины хорошо понимают, что ни в чем не нужно показать себя странной; чересчур неординарной; они знают, как скрыть, если они есть, недостатки, изъяны своих телесных форм; а также, как мы уже указывали, брачницы самоосведомлены и чувствуют, что чрезмерное количество драгоценностей может отпугнуть мужчину, который заподозрит женщину в расточительности и похоронит навсегда его стремление сочетаться с ней браком. Укажем также на то, что, обычно, те женщины, которые имеют свои квартиры, быстрее находят себе мужей, поскольку последние мало подозревают самих женщин в том, что те их завлекают эфемерностью уюта; ловко продуманной аффектацией, — в начале бытия вдвоем, — нежности и теплоты, которая быстро улетучивается и испаряется потом, когда дело сделано и брак состоялся, свершился.

Уместно также сказать о том, что многие мужчины, неприметно для самого себя втянувшиеся в игру женщины, желающей видеть его в качестве мужа, постепенно привыкают к ним, а те, то есть, женщины-брачницы, отмечая этот осознанный, уясненный ими фактор про себя и понимая, что избранник "все, готов!", начинают, определив, обосновав это при помощи интуиции и рассудка, мало-помалу, понемногу, а то и в резко отчужденной форме помыкать мужчиной; прекрасно чувствуя, самоосознавая, что "этот никуда уже не денется, не уйдет"; поскольку он, этот потенциальный будущий муж, весьма боится, — что мгновенно в какой-нибудь из ситуации подметила, самоосмыслила, обнаружила брачница, — быть отвергнутым, отброшенным; то есть женщина великолепно чувствует боится ли, или нет мужчина, который желает связать с ней судьбу, с ее стороны решительного отказа, решительного: "Уходи!".

Если той женщине, которая активно стремится зарегистрировать с вами брачные отношения, придется встретиться лицом к лицу с вашими родителями, то и в этом случае она попытается проиллюстрировать, репродуцировать себя скромно-непритязательной, изысканно-вежливой персоной, проецируя, экранируя своим экстеро-Я сгусток элегантной учтивости, благопристойности. Мужчина должен помнить также, что если ваше интим рандеву с потенциальной женой еще не завершилось или близится к стадии завершения, а вас уже в это время замечательная, неповторимая, оригинальная вопрошает о том, когда, дескать, вы снова осчастливите ее своим присутствием, общением с ней — так знайте, что она стремится продолжать "работать" с вами; и, корректируя наедине приемы-функции своих действий, намечает уже новый этап, серию этапов проработки вас в предвосхищаемых, предстоящих свиданиях. Брачница, анализируя акты своего ремесла, своих действий, своей тактики и стратегии внушения веры вам в то, что она вседобропорядочная особа, намечая новый виток действий в отношении вас, уже будет знать, что нужно предпринимать далее, в ближайшие дни, недели, чтобы продолжать завлекать вас, как селекционер-ботаник летающего жука в свой сачок; все эти словеса, обрамляющие завуалированное лицемерие женщины: "Когда ты мне позвонишь, дорогой?" или "Когда тебе можно и удобно звонить, милый?" (чаще всего, внутренняя речь брачницы звучит для ее — продуцирующего параллельные лексико-семантические модели-интро-Я, приблизительно, в такой интерпретации: "Когда тебе, мой простофиля, лучше всего позвонить?". "Ой, скорей бы этот "чайник" брал меня замуж, а то дома достают уже папаша и мамаша, которые говорят, что я в свою очередь "запарила" их требованиями и запросами", так вот все это, эти фразы уже, если вы станете, изучив нашу книгу, наблюдательным, достаточно четко-экспрессивно проясняют статут женщины, позвольте мне неологизмом сказать, преджены, которая функционирует, работает и желает продолжать работать с вами, с вашим-Я. В противном случае, если женщина не хочет определяться по отношению к вам в качестве преджены (Хайдеггер с легкой руки Гуссерля (предпосылочность) ввел в свое учение термин предпонимание; автор, да будут снисходительны к нему читатели, считает, что понятие пред-жена, то есть та женщина, которая претендует на роль жены, но еще не ставшая таковой, эквивалентно понятию брачница), то не ждите никаких звонков, так как она вряд ли будет проявлять интенсивную заинтересованность и продолжать по примеру Элен Курагиной, успешно проинспирировавшей Пьера, опробировать на вас чарующее колдовство своего ремесла. Основным краеугольным камнем, основным фундаментом в стратегии действий женщины-брачницы является проблема быстрого самовыяснения, определения на раннем этапе коммуникации вашей диспозиции по отношению к ней самой; то есть, кто вы, мужне муж; нужен ли вы вообще как муж, или не нужен; любите ли вы "хорошую" девочку или не любите; если нет, то нравится ли она хотя бы вам или не нравится. Все это, естественно, легко гносеологизируется (познается) женщиной путем комментирования и анализа ею самой тех встреч и мини событий, которые имплицируют (связуют) пересечение вашего мужского-Я с ее женским, чаще всего, эготическим-Я.

Обычно, проводя интервью-собеседование с вами, в котором женщина, варьируя умышленно различные тематические модели обсуждения какого-либо предмета, факта, параллельно с абстрагированными проблемами, производит попутно в скрытой форме собеседование-допрос, выуживая нужную ей о вас самом, о ваших матсредствах информацию, — улыбаясь при этом заученно-лицемерной для своего внутреннего-Я улыбкой, которая уже в наружной, внешней конфигурации иррадиировала в тот момент вашему восприятию нечто совершенно отличное; и воспроизводилась, ею как конструкт учтивого дружелюбия, — она, женщина, прикрывая свое лицемерие ширмой легкокаскадной полупустой болтовни, уже в той ситуации, во время этого интервьюирования или до него, ставила перед своим-Я приблизительно такой венок вопросов: "Так ли он богат?", "И насколько он богат, что я могу быть уверена за свое будущее?", "Да и вообще, необходимо выяснить, что с него конкретно я буду иметь, если заключу брачный альянс". Параллельно с интервью — допросом, где допрос сам по себе тщательно зашторивается, маскируется, а вопросы, особенно о вашем финансовом положении, задаются как бы невзначай, вроде бы между прочим, в контексте других абстрагированных вопросов, — брачница, хищно- зорко высматривает, выискивает и обычно нащупывает ваши слабые локусы (места) в содержании ваших мыслей, в формах и предикатах ваших сенсорно-эмоциональных психических актов для того, чтобы искусно используя ваши слабости, расстреливать впоследствии мишень вашего внутреннего и внешнего-Я. Откровенность поэтому должна мужчиной быть исключена из интерсубъективности в коммуникациях с женщиной; откровенность — мать слабости и те слабые места, которые выказывает наружу мужская исповедь, — самопризнание, — брачница-преджена, безусловно, в определенный, удачный для себя момент, направит реализует с пользой для себя, обезоружив, тем самым, мужчину; зная ваши тайны, в тиши гинекея (женские покои) женщина, переработав зафиксированную сознанием и механизмами памяти информацию, сумеет, в конце-концов, реализовать ее с выгодой для себя и приблизиться к искомому брачному результату.

До брака, обыкновенно, женщины стараются не адресовать в сторону мужчины, его субстантивного-Я различные иронизированные, задевающие его насмешки, едкие комментарии по поводу либо вашей принадлежности к еврейской, азиатской и другой национальности, либо насчет ваших телесно-физических недостатков, изъянов, если они есть. Женщина-преджена, ясно осознавая и замечая ваши недостатки физические и интеллигибельные (духовные), также может использовать их, как средство, в процессе претворения своей стратегии в реально-конституируемую брачную цель. Ловко-эластичным приемом в тактике и стратегии брачницы является откровенно демонстрируемый ею показ, репродуцирование своей, якобы, исключительно-неповторимой ценности, значимости перед вашей перцепцией (восприятием); перед вашим созерцательным-Я, когда преджена полулицемерно-полувысокомерно заявляет вам, — что в обязательном, обычно, порядке и референцируют (исполняют) почти все женщины — примерно следующее: вот, мол, видишь, уважаемый, я такая красивая, очаровательная, вся из себя достозамечательнейшая персона; да я бы могла со своей привлекательностью, сам понимаешь, найти себе варианты для брака и получше, чем, дескать, пытаюсь "соединиться" с тобой; ну так уж и быть, — приблизительно в этом инспирационном духе "подвешивает спагетти", внушает жениху свою прерогативность-ценностность брачница, — я, мол, люблю тебя, дорогой, и мне никто не нужен. Следует отметить, что многие мужчины, особенно молодые, легко поддаются на эту удочку, они верят хитроумным россказням-мифам о ее значимости, достоценности и им также льстит "любовь" пикантное симпатичной преджены, "увидевшей", "раскрывшей", обозначившей, утвердившей его самого, как "оригинального", "очень умного", "порядочного", "мужественного", "надежного", "достойного" ее любви мужчины.

Постепенно, шаг за шагом, имейте ввиду, женщина будет проявлять по отношению к вашей личности, к вашему-Я повышенное интеллектуальное, заинтересованное любопытство; она возжелает, захочет узнать, выяснить, определить для себя ваши концепты на деньги, секс, другие предметы и явления бытия; она попытается прорицательно выяснить, понять, сможете ли вы добиться успехов и каких, на том поприще, на котором вы трудитесь, "подвязываетесь"; как вы, болезненно-амбициозно или нет, реагируете на инвективы (резкие нападки) или критические замечания в свой адрес вообще; и как ей, будущей, возможной супруге, которая пока пребывает в амплуа брачницы-преджены, двигаться вперед по шкале инспирации и лести, чтобы завоевать ваше расположение. Брачница размышляет-анализирует, как ей получше, с толком распределить в механизме инспирации, в самом его диспозиционном плане, и лесть, ее дозировки, чтобы, чего доброго, не перебрать, не переборщить; поскольку хитро смекалистые преджены понимают, что чрезмерно-явная, открыто-показная лесть может напрочь перечеркнуть, обструктировать, разрушить, расстроить сам двигатель инспирации, коробку передач в нем, в добрачной тактике и стратегии. Брачнице важно знать, что о вас думают ваши родители, ведь ей же любопытно, будут ли они также давать вам энные суммы денег, оказывать мат помощь и каких размеров; ведь очаровательная, ласковая женщина-иждивенец непременно желает знать смогут ли, помимо вас самого, обеспечивать ее полу паразитизм, паразитизм еще и ваши родители. Ей также хочется уяснить, как вас оценивают, как мужчину, ее подруги, ваши коллеги, друзья, приятели, люди из социо-повседневности; короче объяснить, брачница-преджена пытается вникнуть и в ваше "нравится это и не нравится то", а также верифицировать, осознать, как к вам относятся другие люди, коммуникациирующиеся с вами; кроме того, брачница, детерминируя что-то за вас самого, пользуясь вашим-Я, мыслит, анализирует, обобщает, почему именно так, а не иначе, в тех или иных ситуациях вы, сами по себе, так думаете, поступаете, действуете, живете. Особенно легко, нужно помнить мужчинам, поддаются женской суггестивности (внушению) те из представителей более сильной половины человечества, кто находится в стадии делового преуспевания в бизнесе или других созидательно-производственных сферах — интеллектуальных, научных, культурных. Такие мужчины, обычно, весьма тщеславны в своих успехах и путях их достижения; поэтому многие из них любят, сами того мало замечая, в межличностных отношениях мужчина + женщина (имеются ввиду те коммуникации, где мужчина общается в кругу женщины, проявляющей к нему ассимилятивный (приспособительный) интерес) рассказывать, немного пыжась, нарциссируя, о своей птице-феникс, которая победно потрясла крыльями над его головой; села ему на плечи и пока явно не собирается покидать границы его-Я. Понимая мгновенно это, многие женщины — присмотритесь повнимательнее, мужчины — тут же желают, если они свободны и стремятся к замужеству, хотят стать вашим поверенным, благорасположенным к вам лицом; попозже любовницей, самой ласковой и милой, которая с вами жаждет разделить "горести и беды", удачи и победы; хотя все это, — помните, знайте — очередная женская тактика и стратегия внушения; для них все хорошо только в том случае, когда у вас все хорошо; и все для женщин плохо насчет вас, когда у вас ваши дела идут плохо. Вот еще вам, мужчины, один из способов быстро избавиться, отвязаться от домогательств брачницы: "Ты знаешь, дорогая, дела мои пошли плохо (обычно при произнесении вами этих слов, обращенных к преджене, ее личико-фейсик примет очертания, гримасы недовольства, расстроенности вашим бедственным статутом), меня скоро увольняют (сокращают) с фирмы, короче, я буду без хорошего заработка и без работы, — и далее продолжайте осуществлять свою стратегию, которая станет кладбищем замыслов лукаво-скрытной брачницы, — вот так, не знаю, что делать, устроиться на хороший оклад некуда, короче, дай мне пока придти в себя, звони через две-три недели". А далее, если она будет проявлять коммуникабельность по телефону, говорите ей о том, что пока вы никакой работы не нашли; звони, де, еще через две-три недели и тому подобное. Вероятнее всего женщина поступит так, как мы описывали уже ранее, что почти всегда и бывает в таких случаях — она канет в неизвестность, сходно с мелькнувшим метеором, и вы уже вряд ли когда будете ощущать, слышать ее льстиво-ребячливый, журчащий лукаво-игривыми интонациями лепет. Быстро сориентировавшись по поводу вас, что "этот — не тот", она не станет тратить лишнее время и издавать, продуцировать шуршащим платьем звуки, — напротив, или рядом с механизмами вашего восприятия, вашей аффицированности, восприимчивости. Брачница — нет сомнений — покинет вас, поскольку ее рефлексия и эмоции будут сообразовываться прежде всего с имманентной (внутренней) прагма-позицией ее-Я, поэтому женщина-брачница не посчитает нужным напрасно тратить время, долго задерживать рефлексы своего внимания и созерцания на вашем-Я, мужчина, так как вы определенно становитесь для нее отрицательным сигналом-раздражителем, почти никем, почти ничем.

Лесть женщин, лелеющих брачные фантазии, небезопасна и тем, что если вы будете все же посредственностью почти во всем (кроме как умения и обладания способностью добывать деньги или просто у вас "рефлекс" достаточного везения в этом аспекте), льстивое фарисейство женщины-брачницы, хоть вы и заурядны, ординарны, расскажет-поведает вам нечто совершенно обратное, — одним словом, вы станете в глазах женщины, поскольку ей это необходимо, — оригинальным, необыкновенным, неповторимым мужчиной-уникумом, чуть ли не во всех сферах бытия. Общаясь и беседуя с вами, женщина тут же сопоставит ваши взгляды, духовные запросы, вкусы сообразно своим и, проработав запечатленную информацию не хуже ЭВМ, подведет итоги беседы, определив все плюсы и минусы вашего и своего положения. Не имея даже многих точек соприкосновения в интеллигибельном (духовном) плане, женщина сумеет их обнаружить, если вы ее устраиваете, как жених; если же ваш духовный мир мультикругозорен, то женщина будет пытаться, самосовершенствуясь, адаптируясь под ваш интеллект, приблизиться хоть как-то к вашему, мужчины, интеллектуальному уровню, естественно, не сколько ради вас, сколько ради себя, ввиду своего прагма-рациоидеала. В таких позициях мужчине обычно, трудно увидеть, распознать, выверить дифференцируются ли (различаются) или нет важные для него взгляды на жизнь, на различные виды искусства, например, с концепциями потенциальной жены; порой бывает весьма сложно будущему супругу гностицировать (познать), насколько сближает его с возможной в скором времени спутницей жизни общность, необщность в мировоззрениях, касающихся онтологии вдвоем, или в концептах на музыку, кино, литературу. Вот, приблизительно, такой ассортимент вопросов, которые задают женщины-брачницы (тип бол.), — думается, не только в России, но и во всех странах мира, — (когда проводят собеседование в форме скрытого допроса, чтобы решить, исходя из ваших ответов, сигналируемых в ее, женщины- преджены, оба полушария головного мозга, интегрирующих сумму ваших словесных сигналов и на основании их, умозаключающих, синтезом разума и рассудка, о вас информацию-обобщение для своего женского-Я: "Нет, не тот; нет, тут, у этого, плохо с финансами!"; или "Тот; наверное, деньги есть!"): I. Где вы проводите свое свободное время, куда ездите в отпуск? Какие, во время досуга, заведения любите посещать? II. С кем вы встречаете Пасху, Рождество, Новый год? Как часто бываете, и где именно, за границей? III. Какой бы вы хотели видеть свою будущую спутницу жизни? IV. Как вы относитесь к детям? Любите ли вы их? Сколько бы вы хотели вместе со своей будущей супругой иметь детей? V. Что вам больше всего импонирует в женщинах? VI. Довольны ли вы своей нынешней жизнью, своим социальным положением? Вот основные вопросы, которые больше всего интересуют женщин, а особенно тех, кто взирает на мужчину, рассматривает мужчину в качестве будущего мужа; все эти вопросы в скрытой, завуалированной форме таят сами по себе одну цель, которую ставит перед собой женщина-преджена — это выведать, выяснить ваше отношение к миру, к семейной жизни, чтобы понять для себя и убедиться ей в том, стоит ли вообще с вами заключать брак. Если вы говорите, сообщаете женщине о том, что свободное время проводите в ресторанах, барах, ночных клубах, кафе, казино, а в отпуск ездите на Кипр, в Ялту, Сочи, Анталию, Туапсе и на курорты Италии, Болгарии, Испании; то брачница будет широко с хитрецой улыбаться вам; поддакивать с мило-слащавой улыбочкой где нужно, а где и нет; просить о том, чтобы вы рассказали ей о своих поездках по странам Европы; а в процессе собеседования, мини-интервью с вами она быстренько синтезирует, суммирует, смоделирует ваш внешний вид с вашим автомобилем, если он у вас есть; вашу квартиру с мебелью, которая заполняет ее интерьер; вашу работу, которая ей известна, с вашим заработком; и сопоставив все это, а затем все это смонтажировав, соединив, женщина-брачница, — самоубедившись в том, что вы твердо стоите на ногах и поэтому вполне подходите ей, устраиваете ее как будущий, потенциальный супруг, — будет вам продолжать одобрительно-экспрессивно, с эмоциями радости, приязни, доброжелательности все также восхищенно-полулукаво улыбаться; кивать в знак согласия своей пикантной головкой, сопровождая ваши мини-приключения в разных странах, где вы побывали, интериоризированным (внутренним) монологом, примерно, такого содержания: "Да, да, кажется, все хорошо; у этого птенчика неплохо с валютой; поэтому нужно спешить хлопнуть, пощипать простака и заангажировать, склонить его к женитьбе". Убедившись, что вы ей подходите, брачница будет побуждать вас продолжать рассказывать о своих перипетиях бытия, время от времени подбадривая, подгоняя вас просительными фразами, такими как: "Ой, как это интересно!", "Пожалуйста, расскажи-ка что-нибудь еще; ты такой оригинальный рассказчик, мне нравиться тебя слушать". 3атем, в процессе ваших микроисповедей преджена-брачница напускает демонстративно на себя вид, экспонент-но-дающий вам понять, что она — есть воплощение проникновенного внимания, что она повышенно-заинтересованно вникает в ваши слова, словосочетания и сопровождающие их эмоции; на самом же деле женщина (тип бол.) чаще всего аффектирует, тонизирует собою, своим-Я проекцию скрытого внутри-себя лицемерия, расчета, авантюрных замыслов; занавесив, наглухо закрыв их гримасами благодушной респектабельности, дружелюбной, якобы, расположенности; сами же по себе ваши истории ее интересуют большей частью лишь для того, чтобы получить от вас же самих интересующие её сводки о состоянии ваших дел, финансов; до всего остального ей, практически, абсолютно нет никакого дела, она больше думает в это время о том, то она будет получать, иметь-с-вас уже в качестве жены. Женщины, используя ловко-скрытный прием, как правило, стараются первыми (а право первого — приоритетнее) выяснить, понять ваши концепции на различные предметы и явления бытия; и узнав их уже в процессе коммуникации иммунноизироваться, подстраиваться под конструкты вашего духовного-Я с целью завоевать вашу благосклонность, расположенность к себе, к своему-Я; женщина первой старается, чтобы вы открылись перед ней, обстреливая вас рядом вопросов, потому как понимает, что если мужчина наоборот раньше ее уяснит, вычислит ее концепты в отношении жизни, мужчин, то он, если он не глуп, сам может разыгрывать притворно-лицемерный сценарий как ему уже заблагорассудится; поскольку он в этом случае будет владеть необходимой ему информацией о той женщине, которая претендует на брак и, таким модусом, он сможет как угодно, уже с выгодой для себя, конституировать акты своего поведения, действий в отношении брачницы. Заметим, что брачница может говорить с вами о любых предметах, объектах действительности, о книгах, погоде, фильмах, музыке, сексе и так далее, но все это лишь искусно придуманный модус-предлог, за которым стоит, скрывается основное желание брачницы, побудившей ее организовать собеседование-допрос; — узнать побольше о вас самом, вашем материальном положении. Поскольку хорошую, красивую, умную леди, которая, к сожалению, иждивенчески, как и подавляющее большинство женщин, рассматривает свою онтологию (бытие) с мужчиной в браке, больше интересуют меркантильные параметры в орбите, в консорциуме отношений муж + жена, — то значительное количество вопросов, конечно же, задаваемых ею вам, мужчине, будет посвящено деньгам. Хитро-лицемерные, паразитически-лукавые брачницы с интенсивным вниманием воспринимают-слушают, что говорите вы о своих доходах, расходах; им необходимо знать, как вы вообще распоряжаетесь собственными финансами; и, исходя из этого, цикл ее вопросов к вам обычно составляет такой набор: "Собираетесь ли вы в ближайшее время менять автомобиль?", "Как и часто ли приобретаете новую одежду?", "Не собираетесь ли вы покупать расширять) квартиру; приобретать дом, дачу, коттедж?". Вот, пожалуй, три основных вопроса, которые задают брачницы без обиняков, напрямую, желающие прощупать, узнать достаточно ли значительными матсредствами вы обладаете? Исходя из этих вопросов к вам, брачница, естественно, думает не о вас, а только о себе и о том, сколько с вас можно будет "сдирать" денег уже потом, в супружеской жизни и не грозят ли ей, не дай Бог, экстремальные времена в браке с вами; мало ли что, вдруг у вас потом туговато окажется с финансами; наконец, ей важно знать, сколько она будет иметь денег на карманные расходы, на наряды, обувь, украшения и тому подобное.

Расторопность большинства брачниц поистине порой уникальна, поскольку она интенционирована (направлена) на те струны, слабые места в душе мужчины, которые женщина-преджена обыгрывает в свою пользу;, вот по какой причине, когда все мужчины говорят о том, что они хотели бы видеть свою жену доброй, нежной, заботливой, ласковой, более-менее хозяйственной, и иметь от нее детей, одного, максимум двоих, — женщина, претендующая на брачный союз, тут же объяснит, выкажет вам, заверит вас, что она — есть апофеоз нежности, доброты, порядочности, справедливости; что ей-то в жизни, мол, многого и не нужно; что она будет преданной, любящей, ласковой, доброй, хорошей девочкой; что же касается детей, то она хотела бы иметь для начала одного ребенка, мальчика или девочку, который будет похож на папу. Кстати, завлекающим маневром обычно в таких ситуациях служит выражение "ребенок будет похож на папу" — умные женщины-брачницы понимают, что эти заверения больше льстят самолюбию избранника, который в скором будущем станет ее супругом.

Все женщины, обратите внимание, мужчины, в беседе с вами повышенно-пытливы, любопытны, они как бы выступают в роли умно-хитрого следователя, элегантно-мило улыбающегося вам и задающего с этой лукаво-таинственной улыбкой вопросы. Они, женщины, также мило-пикантно, притязательно, непритязательно (по обстоятельствам) настаивают на ответах и когда вы пытаетесь обойти вопрошающее женское любопытство, женщина, продолжая демонстрировать, экранировать, остенсивировать (показывать) свои зубки и губки в запечатленной улыбке, обязательно поинтересуется, спросит: "Почему ты не говоришь мне об этом своем деле?". Женщины умеют, в силу своего ремесла, нацеленного не на созидательный труд в производстве, а на "работу" с мужчиной как субъектом, способным удовлетворить ее потребности, не только завлекать представителей другой половины человеческого рода в брак, если он сам по себе женщине необходим, но и весьма искусно-обдуманно также завлекать, втягивать мужчин в свою игру, кампанию так, что те не видят, не ощущают на себе сам механизм женской инспирации и имплицирующегося (связующегося) с ним механизма завлечения, в модель которого входит и внушение, и заученная наигранность чувств, и женская театральность взаиморефенцирующихся эмоций; и заверения мужчины в том, что там, уже в брачной онтологии, "у нас должно быть, видимо, все хорошо".

Мужчинам автор рекомендует также повнимательнее увидеть, "разглядеть", проанализировать моменты, связанные с собеседованием-допросом, когда женщина, начав издалека, постепенно чередуя иерархию вопросов, соотносит свой синтетический смысл понимания ваших ответов для-себя с, анализом вашего-Я для того, чтобы прояснить, что вы можете представлять собой как индивид, как мужчина в будущем; здесь автор советует одно: слушайте ее болтовню, серию задаваемых ею вопросов, но. ни в коей мере не посвящайте ее в свои личные тайны, дела; и не открывайте ей, ибо это чревато впоследствии возможными большими для вас же самих неприятностями, тайну своих сбережений, финансовых, дивидендов.

Кто бы из брачниц, — и в каких странах мира, не происходило бы интервьюирование, — независимо от возраста, профессии, интеллекта, не вытягивал, выуживал из мужчины интересующую ее о нем информацию, все из вышеперечисленных вопросов, которые они задают потенциальному жениху, будут в начале ли, в середине, в конце собеседования сводится к одному — к стремлению хитроумной смекалистой женщины-ловкача выяснить для себя окончательно ваше материальное положение. Вы становитесь во время собеседования-допроса, полу допроса центром ее повышенной перцепции, созерцания, усиленного анализа; все ваши жесты, мысли, подробности вашего бытия — все фиксируется, запоминается, импритингоизируется (запечатлевается) женщиной, размышляющей в этот момент только, практически, об одном — подойдет ли ей та сумма выгод, которая находится, так сказать, в вашем-Я, достаточная для того, чтобы безбедно, относительно комфортабельно чувствовать себя ей уже в амплуа супруги. Какое бы выражение лица не транслировала на ваше восприятие и его механизмы женщина, то ли безучастно-непристрастное, слегка индиффирентно-рассеянное; то ли равнодушно-нейтральное — знайте, что она никогда не может быть внутренне невнимательной к вашим мини романам о себе, тем более, если вы можете оказаться возможным сперва женихом, а затем и мужем. Даже если ваши росказни-болтовня — "скучнейшее из всех скук", как сказал бы, наверное, живи он сейчас, О. Ш. де Сент-Бёв, все равно преджена-брачница, если хранит в тайниках своего сознания расчет сокординационно вас, найдет ваши душеизлияния прекрасными, увлекательными, интересными, не лишенными оригинально-остроумной палитры. Чтобы загерметизировать свои истинные намерения, женщина, инспирируя ваше-Я, как бы закрывает вам глаза повязкой, платком, чтобы вы ослепли на время и "царапали бы себе, подобно кошке, — как заметил Л. Фейербах, — глаза"; вот почему никогда, за исключением единичных случаев, никто из женщин не репродуцирует перед вами всю ту низость, коварство, которые присущи женской натуре, измеряющей вся и все в конечном результате только по деньгам; а, напротив, они, женщины, и особенно те из них, которые грезят о брачных узах, продуцируют собою (производят) лишь символ добропорядочности, скромности; экстраполируя (распространяя) на ваше созерцание сигналы приязни, расположенности, фальшивой теплоты, напускной нежности.

Все женщины (тип бол.) отлично владеют умением, которое автор называет приемом косвенного вопроса и косвенного допроса, используя который брачницы стараются увидеть, высмотреть положительную или отрицательную реакцию, воспроизводят, несут для мужчины ее рассказы про удачливых подруг в замужестве; приятельниц, несуществующей, чаще всего, двоюродной сестры; все эти легендоизированные реминисценции (воспоминания) можно назвать "сказками о похождениях кузины"; традиционно, они в интерпретациях преджены-брачницы звучат так: там всегда, в мифических сказках, муж имеет много денег, а ее подруга, приятельница или кузина ведет некую эдемообразную жизнь, ни в чем не нуждается, везде бывает, все у нее есть; аподиктически (убедительно) сказать, все эти великолепные, блестящие, оригинальные Лены, Кристины, Жанны, Дианы живут, как жены — если принять на веру фальсифицированное чириканье брачницы — минимум мультимиллионеров. Беседуя с вами, женщины всегда стараются определить, уразуметь ваши ценности; сопоставить их со своими; прояснить, установить доказательство для самой себя, своего-Я, поддерживаете ли вы ее прагма-ментальность, подыгрываете ли вы ее намерениям; она жаждет осмыслить также отдали ли вы инициативу в руки сметливой преджены-брачницы и таким путем почти безошибочно она нарисует в воображении панораму, модель вашего-Я, как бы проверенного, проанализированного справа, слева, сбоку, спереди; короче аргументировать, она нападет на вас, на ваше интериоризированное и экстэроризированное (внутреннее и внешнее) Я сзади — для того, чтобы понять, что ее может ожидать, если она будет рядом с вами там, впереди.

Та, которая достостремится, желает склонить вас к супружеству, интересуется также тем, не жадны ли вы, случайно, как шекспировско-мольеровский, пушкинско-бальзаковский старик; короче резюмировать, она захочет узнать щедры ли вы или являетесь по натуре Гарпагоном, Шейлоком, Гобсеком, Гранде, Скупым рыцарем; ведь она мечтает при помощи ваших финансов, став красивой и обаятельной в модных нарядах и золотых украшениях, утереть нос своим знакомым Ларе и Кларе, Шарлотте и Пеллоте; ведь у нее в будущем грандиозные планы, осуществление которых потребует от вас не менее грандиозных расходов; ведь вы же станете ее мужем, а, следовательно, (как нечто абсолютизированное, вне каких-либо других положений), как считает убеждена она, обязаны упаковывать, загружать ее гардероб, пополняя его аксессуарами, предметами фешенебельной модной одежды. Мужчина, если вы хотите быстро отсечь, отогнать от себя навсегда брачницу, заявите, скажите ей без всяких экивоков, о том, что ваши деньги вам нужны только для самого себя и вы явно не собираетесь, не желаете содержать никого, кроме как себя; услышав это, брачница, скорее всего вас возненавидит, потому что это ваше признание подобно атомной бомбе тотчас же взорвет всю ее работу и она не будет видеть дальнейшего смысла в том, чтобы втягивать вас, навязывать вам свою добрачную игру. Если у женщины не будет с вами приблизительно тождественных взглядов на жизнь, вещи и явления, — а адекватных во всем взглядов вообще ни у кого из людей быть не может, — то она, безусловно, попытается, как будущая жена, сделать свои концепты (взгляды) похожими на ваши; а это, стоит признать, совершить, сделать не так сложно, ибо общие взгляды, общность даже у самых антитезообразных (противоположных) натур всегда существуют в рамках человеческой коммуникации; здесь же, брачнице главное нащупать в вашем духовном, интеллектуальном-Я негативное или позитивное отношение к чему-нибудь, каким-нибудь предметам искусства, культуры, спорта; и, зная, таким образом, ваши вкусы, симпатии, пристрастия, антипатии, женщина-преджена сформирует, сконструирует на базе этих знаний определенную, приблизительную схожесть, общность в некоторых суждениях и аргументах по поводу тех или иных проблем, предметов в бытии. Уточнив и выявив общность интересов в некоторых, пусть не во всех концептах на предметы и явления, существующие в наличной реальности и проблематику соотносящуюся к ним, женщина незаметно, неприметно для вас станет, если вы ей необходимы, как будущая в замужестве опора, вашим духовным сообщником, поддерживающим ту модель мировоззрения и ее атрибуты, которую вы исповедуете в своей практической повседневности.

Хитро смекалистые будущие супруги могут также сознательно, а то и бессознательно заставить ваш корабль поплавать в океане какой-нибудь острой полемики, затрагивающей те или иные проблемы современного бытия; она, женщина, как предзаданно, предрешенно, так и по ходу самого дебата-собеседования может заводить споры на различные темы, включающие обширный спектр; например, полемизировать с вами о вопросах секса, моды, политических событий в стране (хоть женщины, отнюдь, не сильны в политике), о любимых, нелюбимых эстрадных шоуменах, шоудевицах, о тех или иных журналах, книгах(причем, специально, порой, втягивая вас в спор о каком-нибудь предмете, женщина может исполнить еще один излюбленный свой артистический трюк-прием; — сперва она может упорно, в процессе самой дискуссии, опровергать с умыслом ваше мнение, доказательства об дебатируемом предмете, явлении, а затем, резко повернув колесо спора, согласиться с вами во всем, похвалив вас за, ваш проницательно-дискурсивный (логический) ум, утверждая тем самым, ваше мужское-Я в тщеславии, значимости, некоей апогейной апофеозизации (прославлении). Это немаловажный — заметьте, мужчины, — момент в контексте отношений брачница + жених, в котором женщина ловко вылепленной инспирацией, убеждает, утверждает- мужчину, будущего мужа, как ценностного, умного индивида, этот прием, который регулярно проделывают, референцируют (исполняют) женщины, (о чем и не догадывается почти никто из представителей сильного пола), небезопасен для мужчин потому, что, становясь жертвой женской умышленной лести и полу рабом своих тщеславных амбиций ("Она признает, утверждает высокую значимость моего Я!" — думает в это время мужчина, заблуждаясь насчет сфальсифицированной женской одобрительной похвалы), он не замечает, что будущая потенциальная супруга лишь из прагматических соображений вознесла его на Джамалунгму, на вершину Олимпа.

Еще одним модусом (способом) завлечь мужчину в брачное болото, отвлекая его от понимания ее, (завлекающей в брак женщины), истинного, а не наигранного, лицемерного-Я является и тот фактор, что брачница-преджена сообразительна и понимает, что мужчине лучше позволить контактировать с ней именно в том ключе, который приемлем и устраивает самого мужчину; этот модус также способствует усыплению бдительности будущего супруга, который чаще всего вряд ли подозревает, что потом уже, когда отгремят брачные литавры, возвещающие о свершившимся альянсе, ни о какой инициативе почти ни в чем с его стороны уже как мужа, естественно, речи быть не может; зато сейчас, пока, до супружества вам нужна инициатива, дорогой, — примерно таков ход рассуждений женщины, — пожалуйста, получите ее на время; а после, милок, я там, когда уже стану твоей женой, ты увидишь ху из ху, как говорил М. Горбачев, наш бывший президент-генсек. Отсюда следует, что мужчина, ни в коей, мере, не должен забывать о том, что в разных обстоятельствах женщина может предоставить ему возможность владеть инициативой и навязывать ей свое мнение, решение — это ей необходимо (имеется ввиду брачнице) для того, чтобы также способствовать завлечению, впутыванию вас в свои супружеские замыслы; и необходимо мужчине уяснить и помнить, что, смирившись в чем-то в добрачных отношениях с вами, женщина уже потом, в брачной онтологии вдвоем может взять у вас, что, практически, и наблюдаемо повсеместно в наличной реальности, жестокий, порой, реванш; итак, будучи компромиссной в добрачных отношениях и отдающей вам инициативу, если того требует ситуация, женщина в браке, чаще всего, и с пристрастием, способна игнорировать всякое ваше лидерство и инициативы.

Одним из ингредиентов стратегии завлечения женщиной мужчину в брак является внушение ей ему понимания, уяснения, утверждения того, что, дескать, то, что вот сейчас связано с нами двоими и относится к нам двоим — это и касается только нас с тобой, "мой дорогой"; все остальное нас не должно интересовать, есть только ты и я, — приблизительно в такой форме брачница-преджена инспирирует будущего супруга, — все остальные люди, кроме родственников, родителей и полезных нам людей, не должны для нас существовать, есть только наше с тобой в этом мире бытие-присутствие; этот ловушечный ход женщины также аффицируется (воспринимается) довольно-таки впечатлительно мужчиной, устойчиво удерживается в структуре его мышления; ему кажется, что так и должно быть и им, то есть ему и той женщине, которая станет в скором времени его женой, практически никто не нужен — вот заблуждение, вот эквивокация (ошибочность), вот что значит не понимать премудрости женских адаптационных приемов, спроецированных на благоустройство собственного Я-бытия!

Посмотрим теперь и, проанализируем те моменты, позиции, в которых брачница-преджена искусно-смекалисто использует инспирацию, полуинспирацию, дабы убедить мужчину в том, что она любит его, ценит, симпатизирует ему, уважает его. Чаще всего акты внушения "своей любви" к нему, мужчине, сопровождаются, разыгрываются по заранее (но бывает так, что женщина расторопно сориентируется по ходу, в процессе самой ситуации) тщательно спланированно-продуманному сценарию. Он основывается на воззвании к реминисценциям (воспоминаниям) мужчины ее женского телесного, в первую очередь, Я; ее привлекательности, которая репродуцируется мужчиной, ввиду отсутствия определенный промежуток времени той особы, которая незаметно для него самого понуждает, подталкивает его к конечной инстанции своей цели — браку. Механизмы непроизвольного запоминания встреч, мини событий, интимных микросцен или частых коммуникаций в различных общественных местах достаточно импритингово (запечатлевающе) сильны, как показали П.Зинченко, А.Леонтьев, А.Лурия, А.Петровский рассматривая, правда, в другом плане эту тему, поэтому, если мужчина симпатизирует брачнице, он в актах разлуки с женщиной, будоражащей его воображение, непременно, в чем убедился автор, будет воспроизводить те ситуации, события, которые имплицированы (связаны) с ним и той женщиной, которая выступает для него в предикате (в качестве) возможной будущей жены; причем акты репродукции (воспроизведения) своих встреч, общения с женщиной могут в процессе воспроизводящего воображения последовательно, длительно сменять друг друга; короче дискурсировать, одна репродуцированная в механизмах воображения модель последовательно влечет за собой с дополнением деталей-образов конституирование других моделей. Женщина как бы вливает в субстантивное, внутреннее-Я мужчины, в акты его сознания и самосознания, которые также помогают продуцировать в синтезе с механизмами памяти и воображения, воспроизведенные, связанные с женщиной события (акты сознания и самосознания могут референцироваться, функционировать либо сочетательно, либо самостоятельно-автономно, на феномен данных функций указывали, но неточно, Лейбниц, Кант, Фихте, Гадамер, Леонтьев, Спиркин), встречи, интим контакты. Этот прием женской трансплантации (пересадки) автор может назвать модусом инспирированной трансплантации, симпатии или любви. Этот модус (способ) и его механизмы достаточно просты и не так сложны, как кажется на первый взгляд; так вот, когда женщина-брачница эксплицирует (истолковывает, разъясняет) субъекту-мужчине, своему потенциальному жениху, о своих симпатиях к нему, о чувствах нежности, любви, добро приязни, она, женщина, уже тем самым как бы преподнесенными своими для него, мужчины, эмоциями, заполняет, наполняет не только его, жениха, чувственно-эмоциональный аппарат, но и его акты образно-чувственного мышления, его аналитико-синтетические процессы и формы логико-понятийного акто-мышления, протекающие в механизмах сознания и самосознания.

Таким образом, способ внушаемой передачи импульсов, сигналов своей, якобы, симпатии или любви охватывает в момент процесса самой передачи обязательно как экстеро-Я (внешнее-Я) так и интро-Я (внутреннее-Я) того мужчины, в которого-интенционированны (направлены) спектры иррадиируемых сигналов, импульсов; трансплантируя (пересаживая) свое искусственное, чаще всего, окрашенное эмоциями симпатии или любви Я-в-Я мужчины, женщина, тем самым, — тем более, если транспонирование произошло особенно при обстоятельствах, связанных с сексуальной игрой или обоюдными радостными эмоциями по поводу каких-нибудь событий, — несомненно, что установлено многократно автором, пересигналирует, вливает-передает свое актуализированное Я в-Я-избранника, которое, уже сочетаясь с женским-Я в этой взаимосвязи, скоординированности, импликации запечатлевается как комплекс, как конструкт, как миг положительных мыслей, чувств, эмоций. Вот по какой основной причине мужское воображение и стремится — когда не присутствует рядом та женщина, которая внушила, полувнушила симпатию или любовь к себе, а также успешно совершила трансплантацию, пересадку своей симпатии, любви, которые — необходимо учитывать — могут быть аффектационными, наигранными —,репродуцировать, и часто с подробностями с оттенками эмоционального переживания, сцены встреч, контакты с "любимым" существом.

Прием трансплантации и практически всегда сочетающийся, имплицированный (связанный) с ним способ внушения веры женщиной мужчине в-него-самого и в-нее-саму — это главные, пожалуй, звенья в тактике и стратегии женщины, рассматривающей мужчину как средство в своих замыслах, связанных с желанием вступить в брак.

Влюбленность, любовь, привязанность удерживаются всегда на взаимодоверии, вере, ввиду этого большинство молодых мужчин и впадают в гипостазирование, то есть ошибочность, деформированность, ложность своих представлений о той женщине, которая стремится, решила соединить с ним судьбу; внушив ему, будущему супругу, веру в свою скромность, порядочность, благопристойную доброприязнь в добрачных отношениях (механизм завлечения, который с разных аспектов мы описали выше) женщина, таким модусом, отвлекает его аналитическую, мужчины, способность увидеть, распознать, заметить, логически гностицировать объем тех недостатков, отрицательных свойств характера, которыми наделены, без исключения, все почти женщины, — вот порой роковая, а потом уже ничем не поправимая, после разводов, ошибка, от которой и предостерегает автор многих мужчин.

Метод женской инспирированной трансплантации эмоций "симпатий" или "любви", чаще всего, неотразимо-внушительно, экспрессивно-действенно оказывающей свое влияние, воздействие на психику, эмоции, акты мышления и воображения мужчины феноменален сам по себе и потому, что женщина, используя этот прием, способ пересадки-трансплантации быстрее и эффективнее обеспечивает доверие к своему-Я, чем своими поступками, потому что доверяя свои мысли, чувства "любимому" человеку, она, потенциальная жена, делает мужчину поверенным своего интеллигибельного (духовного) Я, своей души и заверяет будущего мужа в своей преданности, отсутствии всякого коварства, которое она приберегает для онтологии (бытия) уже, для семейной жизни, вдвоем. Стоит сказать, что женская инспирация продуцируется иногда и без, разумеется, задней мысли, без всяких зло-умыслов, но. женщина — существо, которое тем-то и опасна, что, совершая, рефференцируя (исполняя) какие-либо благонадежные, респектабельные действия в отношении мужчины сейчас, до брака, уже в процессе брачной жизни целиком и полностью вполне может отказаться от порядочного, благорасположенного, дружелюбного, ранее симпатизированного, отношения к мужчине; вот ввиду каких аспектов, мужчина и не должен, полагаю, ни в чем доверять женщине, а тем более поддаваться опасностям, иррадиируемой на его духовное и физическое-Я женской инспирации и транспонирования женщиной-брачницей искусственных, по большому счету, эмоций любви, симпатии, порядочности, доброты, дружбы. Важно заметить, что чрезмерная мужская благодарность за получение сексуального удовлетворения от той или иной женщины-преджены также способствует выработке навыков-импульсов привязанности и веры, их синтезу к той, которая заслужила восторженное вербальное (словесное) или жестоманипуляционное, мимическое одобрение за превосходно произведенные, продуцируемые, производимые ею акты интима; мужчина также в этих ситуациях не замечает как сам выстраивает, сооружает мост для своих дальнейших, возможных бед, полубед, несчастий, полунесчастий уже в онтологии последующего брачного союза. По-видимому, чем больше со стороны мужского Я одобрительно-сочувственных реакций в адрес женщины, а также реакций благодарности и восхищения, тем больше вероятности в том, что он и сам, то есть мужчина, постепенно привыкает к их генерированию (воспроизведению) в отношении той особы женского пола, которая "работает" — чего он и не замечает — ради своей конечной цели, конечного пункта, остановки, инстанции своего замысла — замужества, брака.

Наигранно презентируя себя в качестве внимательной, одобряющей ваши рассказы о себе слушательницы-собеседницы, способной к тому же, как постоянно демонстрирует женщина, якобы, вам сочувствовать-сопереживать, она трансплантирует в ваше внутреннее и внешнее — Эго (Я) искусственность своих мыслей, театрально-конституируемых эмоций, которые импритингоизируются (запечатлеваются) как нечто достоверное, искреннее в сознании мужчины, а в актах созерцания им этого репертуара наигранных женских приемов-мотивов он, мужчина, сам по себе не может, не в состоянии дифференцировать мимико-пантомимические манипуляции лица и тела женщины и таким модусом осмыслить, вникнуть, что в них от искренности, что от фальсификации, лицемерия, декоративности, лжи. Ведь в искусстве постоянно взаимозаменять динамику чувств и эмоций, а также реконструировать, модифицировать структурные особенности самих эмоций, чувств женщинам нету равных, потому им и не составляет больших хлопот, большого труда разыграть (по ситуации) когда нужно, когда в этом есть необходимость, сопереживающее сочувствие или — если угодно — сочувствующее сопереживание, подыгрывая в этих обстоятельствах тем самым вашим, мужчина, чувствам, настроению, эмоциональному и мыслительному рисунку, рисункам, в этот момент, вашего интро и экстеро-Я; и точно также, когда женщина рассказывает вам свои полулживые-полудостоверные басни-были, историйки о своей онтологии, она искусно умеет взывать, апеллировать к вашим чувствам, причем большинство из женщин делают это артистически-виртуозно, разыгрывая из себя, транслируя, экранируя собою, своим Я, по необходимости, то Золушку, то жертву Синей Бороды; то символ самой Невинности, то воплощение Одиночества и незаметно для вас апробирует, применяет, транспонирует, генерирует в чувственную ткань сознания и самосознания вашего-Я стратегию внушения вам веры в нее саму; в ее во всем, почти, скромно-порядочное безлицемерное-Я. В тех случаях, где женщина пытается посредством своей, чаще всего лживой, редуцированной (упрощенной) биографии обстрелять снарядами своего скрытно-лицемерного-Я ваш сенсорно-эмоциональный аппарат, вам, мужчина, необходимо перевести беседу в другое направление, к другим, абстрагированным от женской "искренной" исповеди темам; или делать вид, что слушаете ее (а сами вообще не вникаете в суть ее "кукушечьего" издавания звуков), поскольку ваша чрезмерная сентиментальность, чувствительность, сочувственность сослужит вам, вашему-Я, отрицательную службу.

Используя способ инспирации и трансплантации аффектированной симпатии или любви на субъекта-мужчину, женщина в большинстве случаев приобретает возможность управлять и регулировать, неприметно для самого мужчины, его поступками, актами поведения действиями; а также преджена-брачница, используя доверчивость будущего потенциального супруга к своей персоне, при помощи модусов инспирации и трансплантации утверждает, обеспечивает его преданно-расположенное, предрешенно-дружелюбное отношение к себе самой. Прибавим к этому и тот факт, что как только женщина начинает своими жестами, манипуляциями тела, мимическими гримасами лица и сменой их моделей и проникающем в глубины духовного мужского-Я воркующим голоском пробуждать, будоражить, динамизировать его инстинкты, — связанные с импульсами, аффектами сексуального порядка и удовлетворенности от самого наслаждения, ввиду, обладания телом женщины, — то многие молодые, малоопытные мужчины легко поддаются, подчиняются привязанности к той женщине, которая (о чем и не догадываются они) как раз таки, будучи искушенным игроком, и привязывает наивного цыпленка при помощи мощных сексуальных стимулов-раздражителей своего телесного-Я, внешней конституции, к себе самой, создавая из него посредника своих брачных замыслов.

Полезно, например, мужчине, став на время любопытным, пронырливым существом, чем-то самому напоминающем женщину, определить для себя диаметр тех вопросов, которые вы, задавая брачнице, сумеете при помощи ее ответов приоткрыть дверь в ее внутренний мир, чтобы, таким образом, понять что она собой представляет и кто вообще имеет с вами дело; вы можете задать ей такие вопросы: I. Кого из родителей ты больше всего любишь, маму, папу и почему? II. Какие ты любишь компании? III. Какое твое любимое хобби? IV. Где ты училась, работала раньше? Где работаешь сейчас? V. Какой, в твоем представлении, должен быть мужчина? VI. Далее вы можете спросить, что она думает о моде. VII. Где ты предпочитаешь проводить досуг? VIII. Какой ты себе представляешь свою брачную жизнь?

Достаточно этих основных восьми вопросов, которые вы просто обязательно должны задать женщине-брачнице, если вы либо желаете вступить в брак, либо отвергнуть, похоронить ее притязания на замужество. Во-первых, они тактичны; во-вторых, вы, как джентльмен, имеете полное право (а не только имеют право женщины задавать вам вопросы, как субъективно, ложно полагают они) получить для себя о брачнице необходимую вам информацию для размышления, чтобы пользуясь ею, иметь размышления к информации, как говорил Е. Копелян в знаменитом фильме. Конечно же, ни в коем случае мужчине нельзя брать в качестве достоверной посылки, принимать на веру ответы персоны женского пола, стремящейся подстегнуть, подвести вас под свою цель.

На первый вопрос автор (какие бы ответы не репродуцировала перед вами изощренная, неизощренная брачница) советует вам герменевтиизировать (истолковывать) для самого себя такой комментарий, который — убежден — должен быть твердо-однозначным — мама, (необходимо вам помнить всегда) будет для вашей будущей жены однозначно всегда более родственным существом, чем вы сами; к тому же, небезопасно жить рядом с тещей в одном городе или в соседствующих населенных пунктах.

На второй и третий вопросы со стороны будущей смекалистой женщины-жены вполне могут прозвучать довольно-таки скользкие, неконкретные, бессмысленные в своей много-смыслице ответы; здесь она может разыграть любой фарс, комедию и ее придуманным, мифическим сюжетам и их перепитиям позавидовали бы такие мастера пера как Э. Золя, Э. Сю, Э. Базен, В. Набоков, Г. Мопассан, С. Цвейг. Поэтому понять и разобраться в конструктах хитросплетенной женской полуправды-полулжи довольно сложно, порой нереально и нет вам надобности — таков мой совет — особо прислушиваться к ответам-росказням женщины, помните и учитывайте в этом случае, при ее ответах на вопросы № 2 и № 3, то, что женщина всегда может прикинуться, саффектировать свое-Я в экранируемую, генерированную (воспроизведенную) перед вами, вашим восприятием модель скромной, добропорядочной особы, которой чужды формы обмана.

К вопросу о работе вам можно самоэксплицировать, объяснять своему-Я такой анализ-комментарий, — проясняющий раз и навсегда диспозицию женского-Я интенциониро-интенционированаванногок пониманию, понятию термина "работа" вообще, — заключающийся в таком синтетическом выводе, интериоризированном (внутренняя речь) в импликациях вашего-Я-сознания (то есть, понимающем-Я-осознанности предмета с-Я-самосознанием, с-Я-(самоосознанностью): "Где бы она не работала, чтобы она ни делала, — анализируете, комментируете, обобщаете вы для себя — сейчас, так или иначе, она "работает" со мной, ибо ей важно воплотить в конструкцию реальности свой лейтмотив, связанный с браком".

Пятый вопрос довольно-таки щекотлив, но как бы не увертывалась и не упражнялась в жонглировании приемами уклонистики, экивокической, эквилибристики брачница, все равно ей придется выбросить, воспроизвести из себя наружу, приблизительно, такое женское мнение: "Он должен быть надежным (воспринимаем — "деньги!"), он должен быть опорой в жизни (понимай — "деньги!"), он должен быть обеспеченным (фиксируй — "капуста"), щедрым (замечай — "доллары, марки, фунты!"), добрым (обобщай — подразумевается ею слово, которое, если бы его понимали зайцы, постоянно ласкало бы оно их слух!)".

Шестой, седьмой и восьмой вопросы тесно "перекликаются" друг с другом, как заметил бы живи и здравствуй он сейчас М. М. Бахтин — талантливый исследователь творчества Достоевского, поэтому, чтобы ни говорила вам женщина, она намекнет вам на то, что, де, все женщины любят красиво одеваться, дабы красиво выглядеть; но, естественно, она забудет упомянуть, что наряжаться нужно ей не за ваши, а за свои деньги: "А-а-а, — должны в этот момент подумать вы, — ищите, мадмуазель, других "ушатых" и простаков и пусть они вас ублажают модными фасонами платьев, костюмов, обуви, а я выхожу из игры!".

Поскольку досуг, и связанные с ним модификации развлечений, женщины любят проводить в ресторанах, барах, летом — на пляжах у реки, у моря или в живописном месте, то вам также автор рекомендует не вникать в подробности замысловато-мозаичных ответов женщины; все они хотят именно такого досуга (и, конечно, не за свой счет), только что описанного мною выше. Дискурсивный (логический) комментарий к восьмому вопросу можете воспроизвести, параллельно или в совокупности рассматривая его с вопросом под номером пять.

Претворяя в жизнь свою тактику и стратегию внушения веры мужчине в свою преданность, справедливость (которой потом, уже в самой брачной жизни, не обнаружишь у женщин и при помощи бинокля и микроскопа), доброту, женщина постепенно, ход за ходом, шаг за шагом добивается, достигает своеобразной интеграции своего-Я с его, мужским-Я; а именно, импликация, духовных-Я и их соединение более-менее определенная общность диспозиций, мотивационных структур двух Я — способствует созданию благоприятных условий, интробазиса для решения мужчины вступить в брак. Женщина всегда отыщет одну, две, три темы для разговора, которые будут представлять в процессе общения модель общего интереса, сигналирующего мужчине интеграцию двух духовных миров — его и той женщины, которая претендует на брак; необходимо также мужчине помнить о том, что преджена-брачница, "работая" с вашим-Я, всегда может подбросить вам несколько довольно дельных советов, мыслей для того, чтобы вы утвердили в своих глазах ценностность нового Сократа и Диогена в юбке.

Рано или поздно — если вы не последуете советам автора — психический механизм привыкания к субъекту-женщине, как к объекту вашей симпатии, приязни, — как к объекту удовлетворения сексуальных потребностей, несомненно, сделает, выполнит свою функцию; ведь детерминация, практически всех навыков человека заключаются в том, что он сам в качестве, — референцирующей (исполняющий) операции, живой, реальный модели повторяет изо дня в день движения, действия, связанные с его бытием, с общением, как в данный момент у нас, на разных уровнях — сексуальном, вербальном, интеллигибельном (духовном) — с предметом (брачница-преджена), который оказывается, и весьма часто, в радиусе интенсивно-коммуникативной активности мужчины вообще. Незаметно, малоприметно, малоосознаваемо, слабоощущаемо для себя мужчина-жених привыкает, адаптируется к той женщине, которая успешно — о чем он и не знает, не догадывается — проводит, чаще всего, продуманно-спланированную свою активную акцию, направленную на достижение поставленной цели — замужество.

Когда женщине нужно, во что бы это ни стало, выйти замуж, она обязательно — если в этом будет необходимость — создаст, смонтажирует интерсубъективность, интеграцию, относительную, разумеется, общности интересов двух Я, дабы мужчина испытывал к ней знаки уважения и почтительности; небезлюбопытен на эту тему случай, — а, думается, таких случаев происходит большое количество в наличной реальности, — когда один из моих друзей, некто кандидат наук по филологии, умный мужчина был влюблен в продавщицу из галантерейного магазина. Пообщавшись с ним пару недель, та как-то в одной из встреч сразила его пониманием терминов "роман", "верлибр", "эссе", "метонимия", "эпический", "канон жанра", других; лишь позже стало известно, понятно, почему она прониклась таким интересом к литературоведению и вызубрила наизусть около шестидесяти терминов-понятий, — ей негде было жить (она жила в общежитии), а у кандидата наук, которого она пыталась соблазнить, опутать, была двухкомнатная квартира; неплохой дополнительный заработок, помимо доходов с работы на кафедре в институте; к тому же он был относительно молод — ему 43 года. С моей помощью, а также пользуясь советами других друзей, он разгадал намерения 24-летней галантерейщицы-продавщицы — вскорости было установлено, что она жаждала женить его на себе, прописаться к нему в квартиру, родить ребенка, а потом действовать, как обычно и поступают, действуют большинство женщин. Если у вас станет неважно с деньгами — тут же можно развестись, но уже с потерями, мужчина, для вас, поскольку жена с ребенком потребует раздела имущества, квартиры. Одним словом, из любви не к вам, а к себе, к собственной выгоде, мартышка станет разделять взгляды хоть волка, хоть осла, хоть крокодила. Исходя из этого, мужчина должен задуматься, если он желает пресечь, обструктировать (преградить) путь брачницы к замужеству, посредством ее инспирации ему, мужчине, "общности" во многих или в некоторых взглядах на предметы и явления, — так вот, он должен задуматься, поразмыслить над тем, откуда вдруг появился у нее интерес, например, к попсе, металлу или Баху, Григу, Моцарту, Дебюсси, Рахманинову, которых она ранее никогда не слушала и вообще о них, видимо, ничего не слышала; а тут вдруг, откуда не возьмись, она, женщина-преджена, ошарашивает мужчину приятной неожиданностью" в познаниях того или иного предмета, который прежде был ей абсолютно не знаком, чужд.

Не стоит придавать также мужчине особого значения всякой болтовне, рассуждизмам-размышлизмам брачницы на пустые темы: о плохой, хорошей погоде; о новинках моды; о тряпках, косметике, вообще, памятуя о том, что эта излюбленная болтовня всех женщин, во время которой они, будучи экспрессивным раздражителем, ждут внимания мужчины то к ним самим, то к их пустому чириканью. О чем обычно болтают-лепечут женщины? Вслушайтесь в их полупустой-полулукавый лепет, — да всю жизнь они болтают все о том же, на темы, которые не требуют напряжения ума: о трансформациях, модификациях моделей костюма, платья, обуви, о том идут или не идут кому-нибудь те или иные наряды; о том, как прошел у вас, у мужчины, день, то есть могут спрашивать о том, что вы делали сегодня, переключая попутно щебетание на себя, на свои все те же, чаще всего, пустейшие дела; затем они мило-лукаво могут продолжать-болтать, что нам, дескать, пора с тобой сходить туда-то, посетить то-то, побывать в гостях у тех-то; или продолжать лепетать о том, что ее впечатляет, что нет; что скорей бы кончилась зима, — снова плохая погода и так изо дня в день по замкнутому кругу — сегодня, завтра, послезавтра женский круг болтовни, сплетен, практически, не размыкается. Многие брачницы любят прихвастнуть о том, что она была когда-то: а) лучшей парикмахершей в училище, когда училась; б) одной из лучших учениц в классе, а то и в школе; в) лучшей студенткой в группе на биофаке, на физфаке; г) лучшей музыкантшей на курсе в муз училище, консерватории и т. д.

В систему инспирации женщины входит также экспозиционно-демонстративный показ-иллюстрация каких-нибудь экспрессивных деталей своего тела, своей фигуры, лица, всего облика в целом; умышленно-решенное женщиной втайне от мужчины желание придать ингредиентам (частям) своего тела, лица некую исключительность, необычность, неповторимую, якобы, не имеющую аналогов у других женщин в сравнении с ней, привлекательность тех или иных черт лица, грациозности фигуры; и под соусом своей существующей, несуществующей пикантности она может навешивать вам на уши очередные макароны, как будто бы только она и никто другой из женщин не имеет, не обладает всеми теми физическими достоинствами, прелестями, которые она галерейно-иллюминированно высвечивает, диффузирует (распостраняет) перед вами напоказ: "Мне все подруги говорят, что у меня красивые: ноги, глаза, волосы, фигура, — или здесь брачница может выбрать какой-нибудь один из выше перечисленных атрибутов и панегиризировать, возвеличивать его перед вами, — видишь, — здесь лукавоскрытная брачница может сделать несколько легких пируэтов перед вами, подчеркивая, обрисовывая перед вашим созерцанием именно ту деталь тела, которую ей и необходимо ярко-эффектно приподнести, обрисовать, очертить, — какие у меня хорошие." — тут снова идет перечисление "красот" своего тела, надособенностей форм ног, рук, талии, возможно также, груди и так далее. Думается, понятно, что от динамики постоянно пульсирующего, репродуктивного воображения до веры мужчины в необычность, оригинальность в ту, которая ее насаждает — рукой подать. К тому же выставочная демонстрация, ретрансляция, генерирование своих физических прелестей женщины перед мужчиной, да еще тогда, когда он созерцает ее в костюме Евы, нет сомнения, носит, как явление само по себе, печати следовых рефлексо-эффектов — когда женщина не присутствует рядом с тем мужчиной, на которого произвела достаточно сильную импрессию (впечатление), то он в ее отсутствие, наедине, начинает припоминать и слова женщины, самоодобряющие ее физическую привлекательность, упругость форм тела и в импликации с этим весьма осознанно-доверительно, а то и с энтузиазмом верить, — что она, именно эта женщина-брачница, действительно красива, привлекательна, небезфеноменальна, небезуникальна, умна; да к тому же ее знакомые и подруги также в этом нисколько, де, не сомневаются.

Зная это, неглупые, умные женщины при первой же подвернувшейся возможности экспозиционно-импрессивно подчеркивают, обрисовывают детали своей фигуры напоказ перед аффицирующим (воспринимающим) Я-мужчины, усиливая, тем самым, сексуальные рецепторы-анализаторы в его психофизическом-Эго, и стоит ему похвалить какой-нибудь из атрибутов ее тела, фигуры, физиономии, как неизбежно, немного позже, женщина гетерозицируя (изменяя, превращая) движения тела, — продуцируя ним новые, в других абрисах формы, положения, — создает, таким образом, пантомимические положения, позиции, где мужчина может сам уже похвалить какой-нибудь из атрибутов ее физического-Я; это и происходит, обычно, с большинством мужчин, которые редко удерживаются от того, чтобы не пропеть сонеты-дифирамбы тем или иным телесно-пикантным деталям, их экспрессии, женского экстеро-физического-Эго. В таких ситуациях лукаво-умные женщины, кокетки-брачницы придерживаются соломонова правила бриллиантовой середины; они не совсем навязчиво, беспритязательно, но едва уловимо-всепритязательно, полунамеками, чарующими жестами, мимико-тонизирующими манипуляциями дают понять мужчине, что она для него — блестящая находка; но тут же находчиво-смекалистая брачница-преджена с хитровато-серьезной интонацией может, как бы мимоходом, говорить о том, что есть и другие интересные, красивые, привлекательные девушки и, произнеся это, станет интенсивно-внимательно следить за тем, какое впечатление произвело на вас это ее сообщение. В таких ситуациях, если отношения мужчины со своей будущей — супругой, то есть почти, без пяти минут супругой приняли серьезную брачную окраску, 97–98 мужчин из 100 скажут, что, дескать, причем здесь другие женщины, девушки, ведь ты для меня лучше всех, прекраснее всех, любимее всех, красивее всех; этих-то признаний только и ждут брачницы от простаков. Феномен привыкания мужчины к женщине в добрачных коммуникациях очевиден сам по себе и, вне сомнений, отнюдь, ей безопасен для мужчины, которого женщина пытается втянуть в свои планы, связанные с замужеством; он, мужчина, начинает думать, рано или поздно размышлять о том, не замечая скрытых форм женской игры, что эта женщина хороша собой, не глупа; есть у меня с ней точки соприкосновения в интересах, взглядах на жизнь; и хотя он, мужчина-жених, знает, разумеется, и уясняет-понимает, что есть также и другие в бытии женщины, получше его невесты, но есть также и похуже и поэтому, коль моя избранница весьма привлекательна (привлекательна собой), зачем же лучшее, — приблизительно таково акто-мышление мужчины, — если уже есть хорошее, — тогда как у других, — здесь он начинает сравнивать положение дел в интим-плане у себя и своих друзей, — и вовсе нету такой подруги, какая есть, в данным момент, у меня. Вот еще одно типичное для всех молодых мужчин заблуждение, чреватое не самыми приятными последствиями. Итак, чаще всего собственная оценка мужчины, его собственные суждения о невесте-преджене про себя и вслух при ней способствуют его же собственному самовнушению, — чего он абсолютно не замечает, — он сам же находит брачницу с ее "броска", помощи привлекательно-незаменимой, пикантно-неповторимой, умной и постепенно та инспирация, которую трансплантировала брачница-невеста в будущего супруга, в его экстеро и интро-Я, становится в сочетании с мужской верой, трансформируется, экстраполируется в конструкты самовнушения; когда жених подсознательно или осознанно, — не разбирая путем логического анализа и обобщений возможной суггестиции (внушения) со стороны хитроумной женщины-преджены, — начинает самому себе, своему Я, самосознанию внушать, полувнушать ореолы веры в те или иные достоинства, моральные качества женщины, которые, как кажется ему, как полагает он, не могут быть уже в самой брачной онтологии реконструированными, измененными. Мужчина-жених постепенно влюбляется в женщину-брачницу по самой простой безобидной, можно заметить, схеме; она, женщина, есть стимул-раздражитель, если красавица — то сильный, особенно, для молодого мужчины — эстетико-сексуальный стимул; если привлекательна вообще — то также брачница будет являться в актах перцепции для мужчины экспрессивно-положительным раздражителем, который в добрачных отношениях не является носителем, как сигнал-агент сам по себе, отрицательной сигнальной информации при аффицирующих актах; вербальные (речевые) акты, — которые воспроизводит женщина, как положительный для жениха-мужчины стимул при его рефлексии вокруг форм и содержания самого стимула, — также несут сами по себе положительную информационность кодов-сигналов, — да и вроде бы нету весомых причин (мужская влюбчивость, особенно в молодые годы!), нет никаких поводов отвергать предмет своей симпатии, любви, таким образом, аргументируем в общих чертах данное положение, — экстеро и интро-Я (внешнее и внутренее-Я) мужчины не перцептирует (не воспринимает на протяжении определенного срока общения с брачницей сигналов, кодирующих признаки-предикаты какой-либо особо-резкой отрицательной информации из конкретной живой модели интро-Я женщины-невесты и женского внешнего-Я; и, напротив, мужчина, будущий муж, как раз таки получает в рецепторы-анализа-торы своего внешнего-Я и кору больших полушарий головного мозга в основном только сигналы-носители благоприятно-положительной информации; поэтому, во-первых, он склонен доверять, верить той женщине, которая не продуцирует, не трансмиссирует (не передает) перед актами его перцепции (восприятия) набор отрицательных сигналов, таких, например, как неприязнь, заносчивость, коварство, двуличие и т. д.; во-вторых, у мужчины, потенциального супруга, вырабатывается, несомненно, навык, полу навык реагирования на эстетически-пикантный стимул-раздражитель, проявляющийся и перцептирующий в образах и их динамической взаимосменяемости той женщины-брачницы, которая является его носителем. Мы прежде всего, как люди, как индивидуумы, склонны видеть почаще то, что нам приятно, думать о том, что нам приятно, общаться на разных уровнях с тем субъектом-человеком, который нам также приятен и вызывает гамму положительных эмоций — это и есть альфа и омега механизмов психического привыкания, ввиду адаптации самой индивидуальной психики к стимулам-раздражителям, вызывающим одобрительно-положительную "реакцию-окраску" в анализаторах условных и безусловных рефлексов. Механизмы памяти, отметим, мужчины закрепляют и хранят информацию о том сценарии и его фабуле — особенно, имеются ввиду те сцены, которые связаны с интим-актами — которые имели локус (место) в его отношениях с особой женского пола; и если контекст самого полового акта для мужчины являлся совокупностью положительных агентов-раздражителей, которые рефференцировала, диффузировала (распространяла) в качестве сигналов на его-Я женщина, то впоследствии он, мужчина, будет стремиться снова воспроизвести в уже реальной форме повторение — с положительным раздражителем-женщиной — стимулирующей сексуальные инстинкты — интимную корреляцию (связь).

Почти все мужчины редко хотят быть одинокими, — тем более, молодые, — они желают, чаще всего, проводить время обязательно в кругу женщин или иметь связь с конкретной женщиной, которая сочувствует, а, чаще всего, делает вид, что сочувствует его жизни и проблемам, связанных с нею. Женщины, стремящиеся утвердить свое иждивенчество в замужестве, безусловно, понимают, знают, что мужчине, особенно тому, который слабоинтеллектуален, нужна женщина-подруга и женщина-проститутка в едином лице; едином, одновременно, аспекте этих двух Я, с которой он вполне мог бы расслабиться, отвлечься и в период досуга и отдыха позабыть о своих проблемных житейских ситуациях, деле, работе; короче обозначить, сумеет выключить на время из своего сознания жизнь, связанную с делами-проблемами. К тому же, все женщины расторопно-умны и понимают, что мужчина не ищет в брачнице, например, приятельницу-любовницу, которая, вместо того, чтобы ласкать и нежить его в постели, удовлетворяя его сексуальные потребности, начнет нести ему всякий вздор, небылицы о своих каких-нибудь жизненных полу-падениях, неудачах, неуспехах; будущие жены в добрачных отношениях с мужчиной достаточно умны и понимают, что ни в коем случае нельзя сообщать-сигналировать мужчине о себе какую-нибудь отрицательно-неприятную для его слуховых анализаторов информацию; они осознают, что это небезопасно и вполне может оттолкнуть потенциального жениха от нее самой и все может закончится вместо победного конца, который предвкушает она, обыкновенным феноменом расставания, разрывом отношений; вот ввиду какой причины женщины, особенно те, которые видят замужество конечной инстанцией своего желания, никогда не будут изображать-демонстрировать себя в качестве человека-неудачника, человека, у которого в жизни не все в порядке, то есть человека-пессимиста; а также вряд ли в планы брачницы будет входить стремление показать недостаток, например, связанный с ее здоровьем, зрением, изъянами телесной формы; если последние из указанных нами недостатков имеют место в конституции женского-Я, то она, несомненно, попытается скрасить их негативные тона и подать их, недостатки, преподнести в предикате того, что, мол, не всем же быть красавицами-моделями, — или, мол, такая уж я уродилась. Каждый мужчина желал бы видеть, воспринимать женщину в трех основных ипостасях: I. Сопереживающей, сопонимающей подругой; И. Хорошей, превосходной любовницей, владеющей техникой секса; III. Субъектом, который сочетает в себе нечто похожее на заботливую мать, старшую сестру; уясняя это, ввиду этого, многие брачницы избирают верную тактику и стратегию в общении с интересующим их мужчиной, которого они обхаживают, вокруг которого они "работают", функционируют в проекциональности, динамике этих трех немаловажных, пожалуй, даже субстанциональных в интенции (направленности) мужского менталитета в отношении женщины. Брачницы-преджены-невесты осознают, осмысленно-понимают, что им необходимо садаптироваться, подстроиться, подыграть вот этим трем основным "слабым" локусам в психико-моральном облике мужского-Я; вот почему — присмотритесь, понаблюдайте внимательнее, мужчины, за действиями преджены-невесты — брачницы тщательно припрятывая-маскируя и не пытаясь раззанавесить отрицательные качества своей натуры, умело подыгрывают-обыгрывают вам и себе в тех ситуациях, когда им нужно поддержать, подбодрить, "подэнтузиазить" вас, если вы пребываете в состоянии небольшого незначительного упадка духа, полустресса; если у вас не ладятся какие-нибудь дела, имплицированные с производственной сферой, бизнесом, женщина-брачница хорошо понимает, дискурсивно осмысливает, что ей необходимо в данных обстоятельствах, в данный момент презентировать себя, репродуцировать свое Я согласно тем трем субстантивным качествам, признакам, — о которых мы говорили выше — наиболее ценимых мужчиной в женщине.

Все брачницы достаточно смекалисты и умны и никогда не позволят себе допустить вашего общения, встречи с кем-нибудь из своих приятельниц-врагов, недоброжелателей-знакомых; напротив они продуманно ограждают, баррикадируют вас от встреч и общения с ними; и стараются "подсовывать", подсуетить, как правило, только настоящих своих подруг, которые достаточно хорошо проинформированы самой брачницей о том, что необходимо внедрять в ваше сознание — насчет доброты, нежности, порядочности, замечательности во всем Лены, Марины, Катрин, Элизабет, Кристины; само собой разумеется, что никто из подруг вашей невесты громогласно не заявит вам о том, что она ждет ваших денег; что она хитра, коварна, что ее следует остерегаться или что она глупа, имеет узкий кругозор мышления.

Весьма заметным фактором женской инспирации, полуинспирации является и то, что сообразительно-умные многие брачницы-невесты умеют — уточнив, поведав о направленности деловых ориентиров мужчины в его производственно-материальной сфере или бизнесе — стать своеобразным генератором-аккумулятором совокупности идей-предложений, которые они преподносят, предлагают — и порой весьма умнодельно на основании проникновения ими в сферу производственных параметров своего избранника-жениха. Женщина-генератор рацио-идей, рацио-предложений, рацио-замечаний, если ее модусы-предложения имеют весьма положительный, значимый для мужчины эффект, довольно быстро завоевывает доверительную симпатию со стороны своего избранника-мужчины; он сам, осознавая ценно-полезную значимость суждений, рацио-предложений, рацио-указаний женщины и внешне — в присутствии объекта своей симпатии-любви, — и внутренне — самовосторгается ее проницательностью, умом, — как будто-бы та совершила интеллектуальный подвиг, указав ему на недостатки в работе; на самом же деле никому, — из даже среднеинтеллектуально мыслящих людей — несложно, зная о наших делах, располагая о них разноаспектной информацией всегда что-нибудь нам подсказать, подкорректировать схему-модель нашей работы, дела.

Вслушайтесь в их слова — кто из них скажет без обиняков вам, что она хочет быть домохозяйкой, содержанкой, ездить в отпуск на Атлантику, Средиземное море; что она любит помпезно-изысканные наряды, золото, бриллианты? Да почти никто; нужно быть круглой дурой, чтобы тонкоскрываемое желание — открывать, позиционировать напоказ, высказывать в реальной действительности, да еще и "работая" рядом с брачником-женихом. Поэтому, естественно, все хитроумные женщины-преджены стараются обойти вопросы, коррелированные с этими предметами; хотя все они постоянно толь-ко и думают о них; но брачница тем-то и отличается от любовницы или жены, что в отличие от них она не будет сразу же требовать нахрапом дорогих подарков, нарядов, денег; она прекрасно понимает, что эти требования-притязания могут встревожить избранника, вот почему все свои просьбы-запросы женщина оставляет на потом. Брачницы-невесты (тип бол.) даже тогда, когда мужчина-жених уже вполне обработан и события близятся к регистрации отношений останавливают его жестом: "Не нужно, дорогой, пока ничего" — в тот момент, когда он пытается приобрести для невесты подарок; сообразительно-хитрые преджены намеренно отказываются от всяких презентов (по ситуации!), чтобы затем в будущей супружеской жизни успешно компенсировать инстинкты своей алчности к вещам — тонкая уловка, к которой прибегают многие преджены. Брачницы-невесты понимают и тонко чувствуют, что следует избегать всяческих ссор-конфликтов в добрачных контактах; но если конфликт, ссора-эксцесс и возникли в процессе интерсубъективной коммуникации у нее с будущим супругом, то в большинстве случаев женщина постарается умело обойти острые углы и конфликтную ситуацию; дифференцированные разногласия сумеет сгладить, ретардировать (замедлить), релаксировать (ослабить) и постепенно перевести в русло неконфликтно-успокоительного общения, выказывая наигранную подчас терпимость, благодушие и гася всякие внутренние вспышки полугнева в своем психическом-Я и в эмоциях мужчины. Можно отметить, что словесные стычки-перепалки между мужчиной и женщиной в их бытии вообще чем-то напоминают (извечный спор мужчины и женщины по поводу семейно-бытовых проблем) острые, порой в резкой форме, с обоюдными, бесцеремонно-беззастенчивыми нападками-инвективами полемические перепалки-споры между Сократом и Платоном, в которых каждый считал свою философскую систему приоритетнее системы противника; Фихте и Шеллинга; Шеллинга и Гегеля, в коих Шеллинг обвинял обоих в том, что они, дескать, занимаются плагиатом и воруют у него некоторые постулаты из его системы трансцедентального идеализма; споры мужчины и женщины немного похожи на ярко-экстремальную полемику Толстого и Достоевского, Дидро и Гельвеция, Сент-Бёва и Бальзака, Фейербаха и Маркса, Вольтера и Руссо, во время которых каждый из этих выдающихся людей считал себя умнее другого и думая о том, что его устами, а не оппонента-визави, глаголет истина. В досупружеских отношениях брачницы стараются обходить стороной словесные эксцессы-дуэли, и если и выскальзывают наружу у нее эмоции полугнева, недовольства, то она старается их подавить, — притормаживанием рефлекторных актов эмоций полу враждебности, полу неприязни; если же мужчина проявляет недовольства ею, или гневно, полугневно обличает женщину в ее каких-нибудь ошибках, глупостях, то она, обычно умолкает (ведь брак еще не свершился), давая ему возможность налететь, наговориться вдоволь. Брачница, как правило, не пытается до замужества особо подливать нефть в огонь ссоры, понимая, что у нее будет время и возможность отыграться в другой раз; сейчас же нет надобности остенсивировать (показывать) себя будущей сварливой женой; ну а если женщина-брачница где-нибудь не сдержалась и проявила нетерпимость к мнению мужчины, так это бывает — это обычная женская блажь; вот ввиду каких причин все женщины ссылаются в таких обстоятельствах на комплекс женских капризов, не пытаясь пока, не проявляя рвения в до-замужестве, — понимая, что это глупо, — ответить ударом на удар, уколом на укол. Повышать температуру враждебности, неприязни со стороны потенциалного супруга к себе, конечно же, не желает ни одна женщина, осуществляющая стратегию замужества; ведь можно окончательно рассориться, и тогда до полного разрыва — один шаг, а, осознавая это, женщины-невесты понимают, что неуместен также показ во время коммуникаций-стычек спесивой женской гордыни, а также едкоиронические включения механизмов рассудка и разума, наигрывающих пренебрежительное высокомерие; словом, будущие жены, еще не ставшие таковыми, не бросают себе гранату под ноги, взрыв которой сулит конец их проделанной работе. Женское эгоистическое самолюбие в этот момент обычно молчит и женщина понимает, что, выиграв спор-баталию, она может лишиться будущего выгодного, с разных сторон, мужа; а ведь без него, на своем спесивом эготизме, счастья не построишь. Обычно у молодых людей в нынешнюю эпоху возникают (имеются ввиду полемические перестрелки между близкими в своих отношениях мужчиной и женщиной, стремящихся в брак) на почве пристрастия и разности музыкальных вкусов и симпатии-антипатии, также, к тем или иным актерам и актрисам кинематографа, продуцирующих роли определенных киногероев, кино героинь. Например, женщинам сложно понять необычную, оригинальную структуру музыкальных композиций таких групп и исполнителей как "Металлика", "Содом", "Акценпт", Э..Куппер, Б. Адаме, Д. Сатриани, "Айрон Мейден", тяготеющим к сложно-роковым партитурам с металлическими музыкальными обертонами и тонами; они любят, в основном, все легкое, несложное, мягкое, упрощенное и стараются избегать прослушивания металлической ритмики мелодий вышеперечисленных звезд, музыкальных шоу-менов. Так вот, если ваши дебаты принимают острую форму взаимных разногласий, то, в конце концов, если вы все же выгодны своей избраннице в качестве будущего супруга, то она сотрет острые грани дискуссии, одобрит ваш вкус; проявит деликатность, терпимость, тонкий ум; похвалит ваши пристрастия, сообщив попутно, что она предпочитает все же Мадонну, Сандру, Тернер, Леннокс и другую "попсу" вашему "харду" и "металлу"; а вашим Ч. Норрисам, Д. Чанам, Е. Сигалам, Д. Лунгренам, Т. Крузам, Э. Мерфи, К. КёстнерамМ. Паре, Ж.Ван-Дамма, И. Костолевского, А. Абдулова, С. Жигунова, В.

Умные, расторопно-спокойные внутренне брачницы осознают, понимают, что незачем чрезмерно сердиться, гневаться на мужчину и, например, пытаться демонстративно деструктировать его, мужчины, желания вступить с ней в интимную связь; так как женщина хорошо самоуясняет, самоосмысливает, что ее резкий отказ-отвержение может послужить для мужчины сигналом-побуждением искать с другой женщиной возможность удовлетворить свои сексуальные потребности; вот почему, осознавая это, брачницы (тип бол.) какой бы не выглядела ссора, всегда пытаются, порой проявляя заметное усилие над собой, все же не отказывать в сексуальной близости мужчине после окончания даже самой острой полемики; хотя женщинам не так просто быстро сменить, переключить эмоционально-мотивационную систему своего-Я; и, заменив гнев на милость, вступить в половую связь. Те из женщин, кои стремяться завладеть Я-своего избранника, используют, "работая" с ним, вокруг его Я, прием, который автор называет синтезом легкого дифирамба и легкой критики. Его сущность заключается в том, что под видом легкой критики или продуцируя, рефференцируя легкую критику женщина (по обстоятельствам) производит легкий дифирамб, и наоборот, рефференцируя в вербальном (словесном) порядке легкий дифирамб, несколько дифирамбов или комплиментов, женщина может, дабы немножко сбить спесь с мужчины, перейти к легкой критике, к легким остракизмам. Причем она это все осуществляет с тонким умом, без излишнего перебора, серединно-бриллиантно сочетая критику и похвалу; женщина осознает, что чрезмерная дифирамбизация, постоянный панегиризм могут вызвать подозрения у мужчины (то есть, женщина знает, что в этом плане все должно быть в меру) и наведут его на мысль: "А что это она вдруг постоянно захваливает меня; я что Римский Папа, Президент США, Франции, Германии или вождь племени каннибалов Рамбокарарамбокуко?". Легкая критика брачниц варьирует приблизительно в таких словесных пастелях-тонах, семантический смысл которых вызывает у мужчины ощущение того, что его слегка поукоряли, пожурили как мать школьника-мальчишку, а интонации голоса брачницы скорее апеллируют по отношению к вам с ее стороны легким химернотеатром-Харатьяна, В. Лану. М. Паре, Ж. Ван-Дамма, И. Костолевского, А. Абдулова, С. Жигунова, В. Харатьяна, В. Лану. реальным поклонением и уважительностью, чем дерзким порицанием: "Дорогой котик (заяц, медвежонок, слоник, — здесь женщина может употребить различные уменьшительно-ласкательные слова в зависимости от того, какое ласкательное имя вам нравится), ну нельзя же ходить небритым, мне это не очень нравится, побрейся, пожалуйста", или: "Заяц, ну смени, пожалуйста, сегодня костюм, одень другой, ради меня, дорогой", или: "Слоник, может хватит носить одну и ту же майку (рубашку), она затаскалась, одень другую", — и попутно к этим замечаниям-порицаниям женщина прибавляет, прикрепляет легкие дифирамбы, примерно следующей лексической конструкции: "Ведь ты же умный, симпатичный; ведь ты же можешь быть опрятным, аккуратным, представительным, поэтому тебе не стоит.". Так под видом критики слегка подсовывается, подкидывается и дифирамб слегка — вот и получается, таким образом, великолепный, чисто женский симбиоз — эмбрион критики и эмбрион дифирамба вполне уживаются в предспланированном мышлении женщины, когда ей необходимо привлечь, завлечь мужчину, подчинить его каким-нибудь своим целям; мужчина начинает, чаще всего, осознавать, представлять себя заметным, оригинальным, своеобразным; легкая критика тонизирует его эмоционально-сенсорный аппарат, заставляет динамизировать, варьировать поток мыслей; он начинает размышлять о том, что он значителен, что о нем думает и заботится женщина; что ему немного нужно подкорректировать стиль своей одежды или манеры поведения, если, например, что-то не понравилось "любимой" в его способах и приемах, навыках сидеть, вставать, есть, пить, говорить, лежать что-то делать, чем-то заниматься, а так вроде бы у него все хорошо, все прекрасно, все на "ура", все о'кей, он ценностен сам по себе в глазах избранницы; хотя и абсолютно, в большинстве случаев, не понимает, не разумеет, что результатом сочетания дифирамба и критики является цель женщины установить, усилить чувство его доверия к ее мнениям, рассуждениям, к ее женскому Я вообще.

Чтобы испытывать радостные, дружелюбные, положительно-удовлетворительные чувства по отношению к женщине, мужчине необходимо ощущать, убеждаться, осознавать, самоосмысливать, что он в ее глазах раритетный (редкий) мужчина своеобразный, оригинально-феноменальный будущий муж, — вот ввиду каких искомых причин он и пребывает в состоянии предожидания-ожидания признаний со стороны женщины его собственной надособенности, прерогативности над другими представителями сильного пола. В мире кругом царит зависть, клевета, пренебрежение умышленное к успехам коллеги, компаньона-партнера — особенно в сфере взаимоотношений мужчин между собой; поэтому ждать каких-либо панегириков-дифирамбов от своих напарников по работе мужчине не приходится — это все равно, что наедятся на наследство, не состоя в родственных связях, миллиардера-владельца крупной нефтяной корпорации; исходя из этого, многие женщины-брачницы прекрасно догадываются-понимают, что только они могут, — и в этом их и оружие, и' большой шанс завоевать, упрочить-закрепить доверие мужчины — а также непременно должны изобретать нечто вроде сонетов-панегириков, стансов-комплиментов своему избраннику-жениху; утверждая, упрочивая в нем убеждение в том, что она является именно той женщиной, которой вполне по силам и которая способна к самому главному в общении двух представителей противоположных полов — к взаимопониманию, одобрению, некоему восхищению своим избранником. В кругу женщин царит обоюдная зависть к красоте, а среди мужчин — зависть к уму и карьере, поэтому-то все мужчины заняты собой, своей неповторимой, отличной от других мужчин персоной; да и к тому же подсознательно, осознанно почти все мужчины понимают, что редко дождешься в нашу эпоху похвалы друзей, знакомых; в то время как похвала близкой к мужчине женщины всегда реальна, осязаемо-конкретна; и он может ее слышать несколько раз в неделю, а то и ежедневно, чего нельзя никак ему ожидать от своих всевозможных приятелей-мужчин, мнимых и настоящих; вот в результате чего механизм внушения женщиной веры при синтезе легкие дифирамбы + легкая критика также, как и другие, описанные, истолкованные нами выше, успешно делает свое дело. Большинство женщин понимает, что вам почти не приходится слышать какое-нибудь лестное мнение о себе; и, уясняя это сразу, осознают отчетливо, что нужно создать вас в ваших собственных глазах своеобразно-оригинальной личностью и выработать в вашем мужском-Я своеобычный, импрессивный эффект-рефлекс или, если угодно, феномен-рефлекс предожидания-предсвидания, постепенно сменяющийся рефлексом, при встрече, ожидания — от самой женщины — комплиментов; а также полулестных-полупохвальных словосочетаний вашей мужской оригинальности, нестандартности, универсальной самобытности. В чем могут польстить вам, мужчины, женщины? Да во всем, например, порассуждать о вашем уме, о том, что вы некий феномен, наряду с пустоцветами и эпифеноменами в той сфере, где вы работаете, делаете карьеру; что вы отличный рассказчик, со вкусом одеваетесь, верно судите о вещах; компанейский парень; что у вас склонность разума преподносить суждения о предметах и явлениях из наличной реальности с уклоном остроумно-юмористической ментальности; что на работе другие мужчины-глупцы вас не понимают, а поэтому не ценят; что вы какой-то не такой, вообще, как все другие мужчины, а чересчур оригинально-особенный и еще таких она не встречала; экспликационно сказать, она, брачница, даст вам почувствовать мгновенно разницу между вами и другими мужчинами, аподиктируя (доказывая), если ей это необходимо, вдоль и поперек, что вы во всем лучше других. Она обрисует, герменевтиизирует (истолкует), дескриптирует (опишет) в самых лучших тонах прерогативы вашего характера, достоинств, темперамента; улыбаясь и заигрывая с серьезными полуулыбками дружелюбия, укажет вам также на вашу исключительность, — а то и всесовершенство — которую никто не в состоянии понимать, кроме ее самой, конгениальной (близкой) вам по духу, по образу мыслей.

Одобрительно поддерживая вас (ведь за вашей субстанциональностью, вашим Я стоят, прежде всего, деньги!) в ваших рассказах о своих делах, работе, о каких-нибудь житейских историях, она, точно адвокат, будет всегда на вашей стороне; она потенциально будет обязательно поддакивать (ваше удачное социальное положение!), поощрительно-мило, полувосторженно-приязненно улыбаться сияющими глазками и кивать головой (весьма выгодный; просто выгодный жених!); изумляться чьей-нибудь относительно вас, такого хорошего, респект-мужчины, несправедливости (ведь вы — это опора, символ беззаботной ее, женщины, брачной идиллии); женщина сама вам укажет ваше превосходство над кем угодно, ведь утверждая вас, вашу значимость, она также сочетательно с утверждением вашей ценностности, утверждает и себя, свое-Я в ваших глазах; ведь мужчина видит, что ему вроде бы искренне сочувствуют, что его вроде бы хорошо понимают — а отсюда снова действенность женского механизма внушения веры. "Мне сочувствуют — значит понимают; значит нужно доверять; она привлекательная, хороша, следовательно, мне есть кого любить", — вот обычная цель самоэкспликации мыслей мужчины, стабилзирующая, укрепляющая коды-сигналы его положительной экстеро и интерореакции к объекту своей влюбленности, симпатии, а то и безудержно-неуемной любви. Механизмы памяти, воображения, а также собранные воедино или размонтажированные суждения о предмете-субъекте своей привязанности — все в суммации, в совокупности, интегрированное™ взаимодействует, взаимсочетается, взаимопересекается в актах сознания и самосознания, причем механизмы воображения более, на мой взгляд, способствую утверждению, чаще всего ошибочных умозаключений о предикатах, признаках объекта любви; поскольку репродуктивное воображение, а также, нет сомнений, и продуктивное воображение, сочетательно-имплицируясь с актами суждения и видами самого воображения подгоняет, подводит гипостазированные (ошибочные) посылки о женщине, подконституирование мужчиной ложных выводов; самим же им сфальсифицированных доказательств. Дискурсивно сказать, импульсы женской инспирации, полуинспирации сознательно, бессознательно, спланировано, неспланированно (женщине необязательно предзаданно диспозиционировать внутренний и внешний план действий своего-Я; все вполне может осуществляться и осуществляется, как подтверждает практическая, наличная реальность, свершаться, рефференцироваться женщиной по ходу контактов-коммуникаций с мужчиной почти неосознаваемо, малоосознаваемо ею; зато, в том-то и вся суть, — выполняемо, делаемо!) ретранслируют внешним и внутренним рецепторам-анализаторам мужчины гамму положительных сигналов, кодирующих в его центральной нервной системе и ее высших отделах спектр положительной информации об объекте, претендующем на замужество; следы благоприятных кодов-сигналов частично сохраняются, чтобы затем снова, спустя время симплицироваться, синтегрироваться, рекуперацироваться (обратно воспроизвести), повторить, но уже в другой рекомбинированной связке нейроактов перекодировку сигналов, — дающих возможность воспроизвести в механизмах сознания детализацию бытового и интим-общения с объектом-женщиной — являющейся предметом привязанности, симпатии, любви, поклонения.

Если женщина-брачница будет почаще пробуждать в мужчине стремление, желание говорить, эксплицировать (объяснять), то, что он своей феноменальностью сильно отличается и совершенно не похож на других представителей мужского пола, то, естественно, он, ее избранник, будет осознанно, подсознательно, но думать о том, что, во-первых, он приобрел в лице женщины соратника, благосклонную, внимательную слушательницу его бытовых микроисповедей, во-вторых, он, мужчина, замечая, что брачница положительно-дружелюбно реагирует на его сообщения и, к тому же, одобрительно-поощрительно поддерживает его, — что-то дельно-полезное подсказывает ему; он начинает достаточно осознаваемо или почти осознаваемо понимать, — самоубеждая свое-Я рядом актов-умозаключений — что эта женщина, претендующая на роль будущей супруги, и есть, по-видимому, а то и без всяких "по-видимому", то существо, с которым можно разделить в недалеком времени беды-радости, счастье, невзгоды. Порицая других мужчин, например, коллег-компаньонов избранника-жениха и ставя его значительно апогейнее, пирамидальнее, чем его приятелей, женщина немедленно — к тому же, стоит учитывать, что многие, особенно молодые мужчины, недалеки умом — угождает — внимательно слушая, поддерживая-одобряя его и нападая на других — его мужскому тщеславию, мелким амбициям; короче аргументировать, она неприметно для него самого пьедесталит, апофеозирует, монбланоизирует его-Я. Вот почему хитро-лукавые, энтузиазмо-изобретательные, энергично-лицемерные в своей активности брачницы, думается, во всех странах мира, а не только у нас, в России, тараторят, кудахтают, примерно, такой скоррелированный лексический фонтанчик, поток слов: "Я давно заметила, что в тебе есть что-то необыкновенное, неординарное; я поражаюсь тому, как ты не похож (думай одно, мужчина, — не похож по социоположению, по деньгам) на многих мне знакомых мужчин — одноклассников или сокурсников по институту. Ты знаешь, ты такой умный, я и не представляла даже; знаешь, я вообще не перестаю удивляться каждый день тому, какой ты остроумный, в чем-то уникально-особенный" и прочее. Оружие женской инспирированной лексики спроецированной в ее вербальных (речевых) актах на вас, также является мощнодейственным ядерно-образным оружием, проникающим, словно радиоактивные атомы, в "ящики" нейронов вашего мозга; по-видимому, дифирамбы, комплименты быстрее кодируются на уровне сознания — смею предположить — прочнее следоэффектизируются в механизмах памяти, чем всевозможная хула, разные формы порицания, поскольку мы не любим тех, кто не любит, не поощряет, не одобряет наших суждений, акто-деяний, поступков, модели поведения в наличном бытии. Все мужчины, как и женщины, ждут модально-поощрительных, желательно положительных суждений-оценок со стороны; и нет надобности доказывать их весомость, значимость, тем более, если благоприятное модально-лексическое сообщение о ценностности мужчины генерировала, да еще и в репродуктивно-эффективной форме, благодаря улыбкам, мимическим микро-трансформациям гримас лица, близкая самому мужчине женщина! "Эта женщина выбрала меня, — приблизительно в такой акто-модели мышления, где один акт-конструкт суждения или аргумента последовательно детерминирует другой, но уже отличный от предыдущего, акт-конструкт мысли в контексте самой акто-модели мышления, — размышляет, рассуждает, — динамизируя смену актов-процессов мышления один за другим, а с ними и конструкции, формы мыслей, — мужчина, — значит я чем-то для нее показался особенным, значимым, привлекательным; а ведь она (брачница), с ее возможностями, телесными данными, симпатичным личиком, кругом знакомых ей мужчин, могла бы вполне отыскать другого вместо меня; тем более, не такой уж я, наверное, своеобразный, оригинальный, по сравнению с другими, мужчинами!?" — вот часто встречаемый в реальности, обычный заблужденческо-гипостазный, вполне ошибочный, ложно-недостоверный акто-процесс суждений в мышлении мужчины; где, наоборот, из правильной посылки он сам для себя же выводит ложное доказательство. В таких случаях не нужно мужчине самозаблуждаться насчет достоинств и надособенности той женщины, которая втягивает его в брачные отношения; если бы было все так легко и просто для его избранницы, то ей бы самой, очевидно, не было бы и самой надобности менять, скажем, знакомых ей Дитриха, Ивана, Жана, Джека, Ганса и т. д. на того мужчину, который заблуждается по поводу возможностей своей невесты и параллельно с этим заблуждением насчет возможностей, имплицированных (связанных) с им самим.

Приводя примеры и сравнивая — в его, конечно же, присутствии — своего избранника-мужчину с мужчинами-неудачниками и демонстрируя-объясняя его превосходство над теми, другими, женщина закрепляет в будущем супруге высокое мнение о себе; его самоубеждаемость, самомыслимость в том, что он своеобразнее и значительнее других; что и способствует возникновению у мужчины-жениха ответной реакции на "сопонимание", "сопереживание" подруги, продуцируемой в форме проявлений им чувств благодарности, уважительной почтительности и влюбленно-влюбленно-благосклонно тотальному созерцанию фейсика "сочувствующей", "симпатизирующей" ему во всем женщины; в таких ситуациях малоопытному мужчине весьма сложно подметить-разгадать химеричный аферизм эмоций и чувств; их кружевную трансформацию и паутинную дебризацию, загерметизированную маской показного благодушия, поощрительной одобрительности, уважительной соглашательности, вседружелюбной приязни, досторасположенности, которые ярко-экспозиционно иллюминирует-транслирует женщина-брачница на экстероцептивное-Я и интероцептивное-Я мужчины (то есть на внешний и внутренний мир его психики).

Преджена-брачница понимает, убежденно осознает, что если мужчина, потенциальный супруг, закрепляюще-утвердительно иммунноизировался, ассимилировался к ее одобрительным, наигранно-похвальным, деланно-панегирическим восторженностям, полувосторженностям, которые, к тому же, почти неприметно-гармонично, симметрично-соразмерно имплицируются (связуются) с легкой критикой, то успех задуманной ею брачной кампании фактически предрешен, что, в принципе, мы и наблюдаем постоянно в наличной онтологии, в микросоциуме общения брачница-преджена + мужчина-жених. Обязательно присмотритесь, мужчины, к тому, как "работает" женщина вблизи вас; как манипулирует, создавая кинетические комбинации акто-жестов тела; как вежливо-тепло, учтиво ласковым голоском приветствует вас при встрече; а прощаясь с вами, с простодушной улыбкой (очередная маска) брачница дает вам понять, что рада будет в скором времени снова увидеть, услышать котика (зайчика, львенка, слоника, медвежонка, тигренка), такого неповторимого, умного мужчину; причем — обратите внимание — смекалисто-хитрые, умные будущие жены произносят все эти ласкательные имена елейно-напевным, ласково-полумузыкальным, немного грустно-задумчивым или (по ситуации!) полусерьезно-веселым контральто, в абер-тонах которого, если вслушаться внимательно, всегда можно различить смоделированную аффектацией эмоций и чувств, стеатрализированную лексическую конструкцию самой речи; ее интонационные оттенки и тона, ясно указывающие опытному мужчине на фантомизацию женщиной перед аффицирующим сознанием, механизмами восприятия мужчины своих мыслей, пантомимики, эмоционально-сенсорного-Я. Если вы, мужчина, будете следовать советам автора, то, не мудрствуя лукаво, поймете, что игриво-милая, полувосхищенно-радостная трансформация и рефференция мимических моделей лица брачницы и ее лукаво-полувосторженное или восторженно-полухамелеоническое журчание голоска вызвана прежде всего тем, что все хорошо, все прекрасно у вас; дела ваши вроде бы идут, а значит, — реально конституируя безошибочный вывод актами суждений, обосновывающих его, — брачница-невеста самоубеждает, самоэксплицирует своему-Я, — то бояться ей нечего — деньги у этого есть!

Необходимо указать и на тот фактор, что большинство молодых мужчин робкостеснительны в общении, а также бывают чрезмерно скромны в собственной самооценке, поэтому им важно мнение окружающих, а особенно женщины, которая рядом с ним, о нем самом; поэтому и нет ничего удивительного в том, что молодые мужчины становятся легкой добычей женщины, ввиду ее инспирационной модели поведения, интенционированной (направленной) на достижение и реализацию своего брачного замысла. Видя недостатки, словно сквозь линзу микроскопа, в других мужчинах, женщина знает и легко обнаруживает недостатки и слабости в том мужчине, который становится в определенный момент времени ее женихом — вот ввиду этой-то проницательности, интуитивинтроспективности подавляющему большинству брачниц не составляет особого труда сыграть на тех слабых струнах психики своего потенциального будущего супруга. Инспирируя (внушая) мужчине веру в ее временную добропорядочность, быстро, порой, исчезающую, точно космическая ракета, в брачной онтологии вдвоем и, пользуясь хитроумным тандемом критика + дифирамб, женщина поучает, приобщает мужчину к тому, что, дескать, небольшая доза с ее стороны, критических нравоучений порой просто необходима, иначе, "сам понимаешь, милый, дорогой, нам было бы скучно общаться, скучно жить"; это, мол все чепуха, (все мимоходом у нас с тобой), — говорит обычно в таких случаях невеста, не забывая тотчас же подбросить мужскому Я веник лести, корзину панегириков и совершив вираж, повернув, как бы невзначай, разговор к своему-Я, брачница будет дожидаться и, естественно, дождется обратной — уже исходящей от вас — реакции восхищения, одобрительности ее, женщины, привлекательности, находчивости, разумности; без взаимолести, стоит признать, вряд ли рождалась бы любовь.

Многие из брачниц указывают также мужчине поучительно-слегка на то, что, де, ничего идеального ни в ком нет (еще один отвлекающий маневр), поэтому иногда полезно указывать друг другу на недостатки, дабы освобождаться от них, искоренять их; брачница также, опять-таки, осознанно, малоосознанно, но интуитивно догадывается, предпонимает-понимает, что чем ближе она будет с вами, мужчиной, в интеллигибельном плане, то тем быстрее ее отношения с вами вступят в сферу обоюдной эмоционально-чувственной непритязательности, взаимодоверительности, непринужденности, взаимо-привыкания, от которого, таким образом, рукой подать до самих брачных отношений. Что же касается нравоучительного тона и обоюдных замечаний, то "мы, — как уверяет брачница будущего мужа, — должны привыкнуть к этому оба" (здесь больше звучит в ее словах указание на то, что "ты должен привыкнуть к моим замечаниям") — все это проделывается женщинами-брачницами для того, чтобы показать, что не сколько он, жених, а сколько она весьма терпима к его слабостям и недостаткам.

Небезинтересно для читателей здесь отметить — я имею ввиду прежде всего, читателей-мужчин, — что если вы выгодны в качестве мужа, то все ваши физические изъяны и недостатки, которыми вы обладаете, — например, лысина, большой живот, низкий рост и т. д., - женщина обязательно обратит в достоинства. У вас большой живот и вы толстый, как Ламет-ри или Черчиль? Ничего страшного, ей нравятся полные мужчины (воспринимай: ей нравятся твои финансовые успехи). Вы лысоват? Ничего особенного в этом нет, многие мужчины тоже страдают этим, — заверит вас женщина и даже может сказать, что ей нравятся и она обожает лысых мужчин (воспринимай: она обожает те деньги, которые вы будете ей регулярно подбрасывать уже в качестве мужа). Вы маленького роста? Да, боже мой, ничего страшного, ничего трагического; вам нет надобности драматизировать излишне размышления по поводу этого недостатка; ты мне симпатичен, нравишься и вполне привлекателен, как Наполеон для Жозефины и В. Кузьмин для В. Сотниковой, даже своим невысоким ростом (вдумывайся: вполне привлекательно для нее ваше прочное материальное положение).

Женщины, осуществляющие стратегию замужества и знающие из ваших рассказов, генеалогию, родословную вашей семьи, не станут легко-злорадными словами трясти яблоки вашего генеалогического дерева, то есть порицать его; но могут, шутливо улыбаясь, намекнуть вам на то, что ее древо, например, попородистее вашего, но это особого значения для вас двоих не имеет; лишь бы вы, как человек, были бы сами по себе, добрым, порядочным, щедрым. Мужчинам также обязательно рекомендую приглядеться, присмотреться к тому, как с активизированным, интенсивно-устойчивым вниманием проявляя повышенное любопытство, усиленное реагирование на ваши слова, женщина чаще всего наигранно-заинтересованно выслушивает ваши рассказы и миниперепетии, связанные с ними, накопившиеся за уже прошедший день; всем своим видом, а особенно трансформативностью мимических сигналов, исходящих от ее лица и глаз, губ и площадок щек, женщина даст вам возможность ощутить, почувствовать, — просигналировав в экстеро и интрорецепторы вашей психической конституции — то вы, как и ваши сообщения о перипетиях событиях дня, являются для нее чем-то особенным, немаловажно-значительным, чуть ли не главносубстантивным.

Хитромудрые брачницы-невесты практически все умело используют-разыгрывают также водевили на тему: "Созыв подруг", "Созыв друзей" или "Созыв родственников", но чаще всего останавливаются на сюжете, называемом "Сбор подруг", "Созыв подруг", "Поддакивающие подруги"; фабула и развитие действия в этих водевилях, если хотите, фарсах, приблизительно, осуществляется по идентично-продуманной заранее брачницей и ее приятельницами схеме; во время развития действий самого сценария, подруги, обычно, по просьбе-указанию будущей Дафны, публично исполняют арию богу Пенею, то есть мужчине-жениху в таких тематических версиях: "Какой у тебя, Жанна (Наташа, Лена, Анжела, Изабелла, Ким, Мерелин), умный, добрый, с юмором, веселый, а также серьезный, хороший мужчина", — причем сия комедия, достойная таланта Л one де Вега, позабывшего ее создать, или мастерства Шекспира, не успевшего ее запечатлеть на бумаге, разыгрывается в присутствии неискушенного в женской фантомизации (призрачности) похвал молодого Керубино, образом которого Бомарше изобразил, репродуцировал недалекость молодых повес; говоря покороче, модус внушения веры вполне могут, — и весьма продуктивно-успешно, — дополнительно осуществлять, помогая, тем самым, супружеским замыслам брачницы, ее подруги, родственники, друзья. Как показывает практическая реальность, приблизительно 93–95 % брачниц, и, отнюдь, не меньше, успешно-победно завершают свое добрачное шествие рука об руку с женихом, подводя, подгоняя, подталкивая его к алтарю.

Вполне удачливо брачницы, иногда, специально провокационными вопросами продуцируют в мужском-Я ощущение его некоторой, пусть даже незначительной, неполно-реализованности; ощущение недостаточного самоэнтузиазма для полного самораскрытия его мужских качеств, достоинств на том или ином поприще, — одним словом, женщины, указывая мужчине на его несамодостаточность при достижении тех или иных, например, финансовых высот, повышений по службе, снова слегка подвергают его, мужчину, критическому легкому остракизму, но делают это тонко, с умом и обращаясь к обсуждению какого-нибудь его недостатка, понимают, что, ни в коей мере нельзя отказывать мужчине в чувстве его собственной ценностности, уникумоособенности, феномено-оригинальности. Вот что, примерно, с оттенком наигранного удивления, легкой порицательности может сказать будущая жена: "У тебя столько полезных знакомых, связей, — изобразив на лице гримасу показного полуудивления-полувосхищения, — поэтому я немного поражаюсь тому, что ты до сих пор не добился в жизни чего-то более значительного, — и тут же — наблюдая внимательно за той реакцией, которую вызвали у мужчины-жениха ее слова, — добавить, — (рефференцируя-исполняя модуляциями, голосовых связок, — интонирующими динамику речевого акта, — произведенного ими голоса, в верхних звуках которого отчетливо слышатся театральная серьезность, декоративная озабоченность — этакое услужливо-обнадеживающее заверение партнера в своей преданности) — ну мы же будем вместе, так что не переживай, думается, ты всего добьешься, — если пожелаешь!".

Амплуа брачницы само по себе является носителем синтеза двух ролевых начал: влюбленной женщины и женщины-подруги, оказывающих (исполняя-генерируя по ситуации либо одну, либо другую роль), инспирационное воздействие на гомеостаз и всю функциональную систему организма мужчины; брачница влюбленная всегда, почти, восторгается вами, вашими талантами, слегка порицает, слегка хвалит вас, создает видимость, фантомизацию любви; брачница-подруга поддержит-подбодрит вас в неблагоприятные минуты вашей жизни; подскажет, иногда, дельными, нужно признать, советами, что вам необходимо осуществлять, делать сейчас, или потом в тех или иных сферах своей деятельной активности, — вот ввиду этого целого набора причин мужчина-жених, особенно если он молод, и не задумывается почти никогда над тем, что он может стать — что и происходит постоянно в наличном бытии — мишенью женской суггестивности (внушения). Мужчина-жених уважает, почитает, любит, ценит значимое для него существо — брачницу-невесту и видит, осознает, что, вроде бы, в свою очередь и без 5-ти минут жена также ценит, любит, симпатизирует, уважительно-почтительно относится к его достоинствам, к совокупностям его Я; но он, мужчина-брачник, еще не определившийся, как муж, но уже с помощью брачницы обязательно вот-вот самоопределяемый, внутренне не проясняет, недетектороиизирует, не усматривает возможность женской инсценировки эмоций и женской стратегической добрачной игры — просчет, которым страдает подавляющее количество мужчин-женихов. Своей инспирацией-полуинспирацией женщина сама заставляет мужчину идти по ложному пути им же самим ее оценки как женщины, как личности: I. "Она, — думает, вовлекая себя самого и свое акто-мышление на ложный путь, мужчина, — достаточно высоко себя ценит — значит она все же значительная, умная, образованная девушка (женщина)"; II. "О других мужчинах она отзывается нелестно, обо мне — хорошо, следовательно, она выделила меня среди других, выбрала меня из многих, а это уже говорит о том, что я необыкновенный, что я чего-то стою"; III. "Она поучает иногда меня, но подсказывает вроде бы дельные вещи — все это, по-видимому, для моего же блага". Следуя тропою логических заблуждений ума, мужчина лишается того внутреннего бинокля, обозначаемого как проекциональная интроспекция (внутреннее зрение); да и к тому же, сам себя, свой рассудок и разум — экстраполирующих, корригирующих те или иные формы мышления — лишает возможности верификационно (доказательно), правильно, с точностью, с аподиктической (логической) убедительностью установить, что в женщине, ее-Я, самом-по-себе, самом-в-себе, самом-для-мужчины, в этих трех, по разному модифицированных, по разному функционируемых женских-Я, так или иначе, самой же женщиной все сводимо к-себе, к своему прагма-эгоменталитету, а не к-мужчине.

Все женщины, а особенно те, которые видят себя уже в брачном одеянии, умело используют и такой важный психологический, нравственный — смотря с каких критериев, модальностей к нему подойти, — прием, который автор называет дистантным кругом. Эксплицируем его в нескольких ракурсах. Его механизм заключается в том, что женщина, почувствовав в определенный момент (здесь все зависит от модификации обстоятельств) успешное воздействие своей инспирации на мужчину начинает понимать, а то и быстро, благодаря своей тонкой рассудочной интуиции, чувствовать, осознавать, видеть, что уже пришло, наступило то время, когда мужчиной-избранником можно (ведь он уже достаточно прозомбирован) в какой-то степени, помыкать; то приближая его к-себе, то удаляя от-себя; то вновь, как бы по кольцу, по кругу (прошу читателей не приписывать автору понятие герменевтический круг Гадамера; феноменологический круг Гуссерля; онтологический круг Хайдеггера; экзистенциальный круг Сартра, Мерло-Понти; структуральный круг Леви-Стросса, Фуко; концепции всех этих мыслителей оригинальны, но автор вынужден был полностью отказаться от их методов; у него свой аналитикосинтетический путь, да и совершенно-абсолютно другие задачи), возвращает (рекомбинацией) к себе. Все это делается, манипулируется женщиной непринужденно, вроде бы слегка, безинтенсивно, но требовательно умно-тактично; недомолвками, недоговорками, умышленной наигранностью демонстрируемого недовольства, — местами и полупренебрежения, — женщина (ведь внушение веры уже принесло свои плоды) то удаляет избранника от-себя, то вновь приближает к-себе; давая ему возможность, чтобы он, мужчина, сам больше навязывался, стремился приблизиться, присоединиться, конвергенциироваться механизмами своего экстеро (внешнего) и интро (внутреннего) Я к кумиру-полукумиру — зомбирующему-полузом-бирующему динамикой своей хитросплетенной модели суггестивности (внушения) — привязанность, благосклонность, симпатизированность мужчины-избранника к ее, женщины, персоне. Это приручение, полудрессировка-дрессировка приучает мужчину — который не понимает всех премудростей женской тактики — в чем-то больше угождать женщине не со своей, а с ее сконструированной инициативы; формирует намерения соглашаться с нею; доверительнее относиться к ее побуждениям и помыслам. Дистантный круг — приблизить — удалить — вновь приблизить — и механизмы его действия отлично используются с успехом почти всеми без исключения женщинами (если это им необходимо по ситуации); этой уловкой они заставляют, побуждают мужчину самому проявлять угодливость, почтительность; выказывать особую благорасположенность и, тем самым, больше навязываться женщине, чем женщина могла бы навязываться самому мужчине — сама, по собственной инициативе. Отметим и такое небезважное положение, согласно которому тот, кто уже стал доверять кому-то, например, мужчина женщине, где последняя, к тому же, владеет его помыслами, а то и сердцем, тот и будет поневоле навязываться сам больше к тому, кто его вдруг, вроде бы ни с того ни с сего, начинает отвергать, дистанциироваться от него; тогда как, казалось бы, с этим человеком, выступающим в роли отвергающего, необходимо что-то совместно-серьезное уже предпринимать, решать, делать, совершать; ведь она-то, эта женщина, уже чем-то или многим значима, да и психические реакции достаточно полновесно аккомодированы (приспособлены) уже у мужчины к коммуникации с ценностно-положительным стимулом-агентом, — то есть к той женщине, которая — втайне от него, скрытно от его перцептирующего анализа — осуществляет, (тонизирует) свою брачную стратегию. Ведь она для мужчины не из тех "всех" женщин уже, а, напротив, раритетный (редкий) экземпляр, подарок, как он ложно мнит, судьбы; поэтому с его стороны и не должно быть никаких флуктуации (колебаний), ввиду ее субстантивного физического и духовного-Я, которые в своем пуле (соединении) прекрасны, грациозны, неизмеримо-неповторимы; так, многие недалекие мужчины, а среди молодых их — подавляющее большинство, впадают в гипостаз модальностей (ошибочность оценок), идентифицируя (отождествляя) то прекрасное, приемлемо-удовлетворительное, что он видит, воспринимает в женщине до брака с тем, чего он не понимает, о чем не домысливает, не предвидит и что ожидает его скоро в самой будущей брачной жизни.

Что удивительно, так это то, что даже относительно опытные и, казалось бы, искушенные в общении с женщинами мужчины и те становятся, как показывает практическая реальность, жертвой, полужертвой женской паутинной инспирации; если даже кто-нибудь из них осмеливается, памятуя о том, что женщина-низменно-продажное существо, в присутствии будущей жены вылить сарказм и справедливые, полузлобные нападки на женский пол, как тут же — в этом то и состоит гений женской скрытности в синтезе с гением женской инспирации — женщина попытается вас сразить, успокоить, разубедить такой обезоруживающей фразой: "Ты все сказал, дорогой? Чтобы ты ни говорил о женщинах, я все равно не такая и люблю тебя", — причем эти слова или, приблизительно, набор идентичных слов будет сказан, произнесен женщиной с дымкой легкой обиды и полунеприязненной грусти; фантомических слез, что действует, обычно, разрушающим, разоруживающим образом на структуру суждений мужчины; а заодно взывает его сенсорно-эмоциональный аппарат и мыслительный к генерации чувств смягчения, снисходительности; а то и разуверения, разубеждения по поводу своих же, как ему уже начинает казаться, чрезмерно резких, незаслуженных, пристрастных инвектив (нападок). В этот момент, в таких обстоятельствах и таится одна из самых больших опасностей — проявить, экспоненционировать (показать) мужчине свою снисходительную слабость, наивное полураскаяние, — когда женщина полупрезрительно-полугневно отпарировала на его резкий, но достоверный, аподиктический-скептический укол, — когда мужчина, по глупости, по наивности начинает деструктировать, оберрацироваться, удаляться, отказываться, ввиду лабильности мыслей, от ранее высказанного в адрес женщин; то он же дает, тем самым, возможность контактирующей с ним женщине психологически обезопасить себя от дальнейших с его стороны попыток остракизмоизировать женскую натуру; приостановив, релаксировав динамику мужских суждений — ударов разящего кинжала — своими либо слезами, либо заверениями в том, что она, якобы, совершенно не такая, как все, — женщина, таким образом (блестящая психическая защита всех женщин), начинает мало-помалу сигналировать в аффицирующие (воспринимающие) сенсорные анализаторы мужчины и его сознание информационную проекцию своих полутеатральных чувств обиды, слез; воздействуя суггестивным образом на экстеро и интропсихику мужчины, заставляя его подавлять в себе, остановить в своем самосознании то суждение, которое имело место ранее; вот ввиду каких причин женщина рассудочно-обезоруживающе, но достаточно внушительно воздействуют на Я мужчины, принуждая его — что имеет типичность в большинстве случаев — к извинительности, самосмягчению, а то и к просьбе, исходящей от него, простить его, мужчину за излишне эксцессуальный-фразообразный пассаж. Как только мужчина станет "на путь исправления" в своих аргументациях насчет женщин, женщина-брачница (а по ситуации и женщина-жена или женщина-любовница), быстро сообразив, что гроза миновала и молнии прошли вроде бы мимо, продолжает говорить приблизительно следующее (инспирируя мужчине добропорядочность своих мотивационных диспозиций, дабы эмбрионизировать в нем (рождать), — с последующим продуцированием вашим же мужчиной сокоординационно, соотносительно ее Я, ее самой, — чувства доверительности к самой женщине; симпатизирующей расположенности, непредбдительности): "Зачем же ты так на меня, ведь ты же мне нравишься, — здесь, обычно, в этот миг, момент женщины интенсивно-внимательно, зорко-изучающе окидывают лицо мужчины, следят за переменой мимических флуктуации его лица, за тем какую реакцию и ее содержание вызвали ее слова, как отразились, импрессировались (запечатлелись) они в мимико-трансформационных моделях физиономии избранника-мужчины, — да и разве я, — вещает-трубадурит, но со спокойно-серьезной, лукаво-полуобиженной интонацией женщина-брачница, — такая плохая и гадкая и похожа на других женщин?". Сынсценированная, в незаурядной форме, женская ответная реакция и рефлексия ее рассуждений, порой, не всегда, — но чаще всего как раз таки, тотально, всегда, гораздо чаще, чем в единичных случаях, — вызывает со стороны мужчины смиренческую, рефлекторную диспозицию, реакцию-ответ, в которой отчетливо видны его успокоительность, чувство раскаяния, небольшой вины; вот ввиду чего многие представители мужского пола желают внутренне — а то и ретранслируют женщине это словами внешне — взять свои королларии о слабой половине человечества назад; кладбищеизировать, похоронить их.

Автор уже посвятил несколько строк вопросам, касающихся сексуальных взаимоотношений между женщиной-брачницей и ее ибранником-женихом. Добавим еще несколько слов о сексуальной импликации, пулизации (соединении) будущих супругов; женщины обычно, практически все без исключения, используют секс, технику владения приемами секса в реализации своей брачной стратегии; посредством сексповедения женщины (тип бол.) и стараются, понимая, что главное для мужчины и заключается в том, чтобы его хорошо удовлетворили-обслужили, проявить, зарекомендовать себя внимательной, нежно-предупредительной, ласково-предусмотрительной секс-партнершей; для них отчетливо-ясно проступает осознание принципа: хороший секс — делу венец; поэтому они всегда, в целях скорого замужества, будут говорить мужчине: а) что он произвел на нее чуть ли неизгладимое впечатление; б) также будет женщина спрашивать у мужчины, что ему нравиться в интиме, что нет; в) каким бы он сам хотел видеть то или иное разнообразие в сексе; нужно указать, отметить, выделить также и то, что многие из женщин-брачниц не особо стремятся показывать, преподносить себя опытной секс-бомбой из борделя, эдакой Чичоллиной — многие брачницы для того, чтобы разнообразить интим игры, могут даже навесить очередное спагетти наивному простаку о том, что, мол, я вот видела в журналах, в порно-фильме, что делают так и эдак в сексе; и если ты, дескать, желаешь, дорогой, то давай попробуем, я уверена, предполагаю, тебе будет лучше. Все это из века в век только в разных, — в зависимости от времени, эпохи, — формах повторяют сотни миллионов женщин на планете Земля; разными словами, полиинтонациями, разными, в лексических инвариантностях, вариантностях, фразами; но смысл их всех тяготеет к одному — пристегнуть, приклеить, притянуть, заарканить того избранника-мужчину, который уже в амплуа супруга станет орудием удовлетворения и реализации нужд, запросов хитроумной Селимены; мадам Одинцовой, инспирировавшей Базарову свою показную респектабельность-доброту, — но увидевшей, что он беден, — и отказавшейся от него самого; какой-нибудь новой госпожи Рене, уже не из романа Золя, а из обыденной, наличной реальности; какой-нибудь современной Ольги Дымовой из известного рассказа Чехова "Попрыгунья", или новой Ксантиппы, вечно донимавшей великого мудреца; короче эксплицировать, все нынешние женщины ничем не лучше и не хуже всех тех, кто жил много лет назад или всех тех, кого увековечили в своих творениях талантливые художники; все они схожи в своих прагма-концепциях и все они жаждали раньше и жаждут сейчас одного — найти Рокфеллерообразного, Онассисообразного или, на худой конец, — обеспеченного мужчину. Герменевтизируя данный вопрос, отметим также, что в добрачный период невесты, как правило, редко даже ввиду серии капризов или недовольства отказывают в интим-близости жениху; в период же брачной жизни все уже будет зависеть исключительно от финансового положения ее мужа. В досупружеское время, заметьте мужчины, ваше мнение о чем-нибудь, о ком-нибудь все же чаще весомее, чем женщины-невесты; в период же брачной онтологии с вашим мнением, аргументацией в большинстве случаев женщина абсолютно не хочет считаться; до брака также женщина может признавать свои ошибки, заверяя вас, что это больше не повториться; в супружеском же бытии она заявляет вам о том, что ничего не обещала и что мужчина, ее муж, сам все придумал; до брачной "идиллии" женщина больше приветлива, улыбчива, больше излучает приязнь, расположенность к вам; иррадиируя (распространяя) собою, своим-Я образ влюбленности, симпатизирующей благосклонности к жениху; после же того, когда регистрация брака произошла, свершилась и мужчина уже пожил со своей супругой, скажем, год, два, три, — приветливость, благорасположенность женщины зависят уже теперь, опять-таки, только от наличия фунтов, марок, рублей, долларов в кармане муженька. Точно также, от наличия плохого, хорошего, удовлетворительного, неудовлетворительного финансового положения мужчины зависит и женская похвала, лесть, комплименты-дифирамбы, провозглашающие ценностность своему мужу, — которые женщина ранее расточала ему, когда он пребывал в роли жениха. Таковы женщины, они отлично спекулируют поливариантностью эмоций, мыслей, чувств и экспрессивно-экспозиционно преподносят их мужчине в нужном месте, в нужных обстоятельствах, в нужное время.

Если мужчина не собирается жениться, не хочет также быть легкой добычей женской стратегической инспирации, женской фальсификации чувств, фантомизации женских заверений-обещаний, то он должен осознать, самовнушить себе, что ему нет дела до ее "работы" вблизи его-Я; если он не, собирается отказать женщине проводить над ним самим нечто, напоминающее эксперимент, то что же, пусть он женится — это его дело; автор, отнюдь, не против женитьбы; но автор предупреждает, что, по видимому, истинные браки совершаются на небесах. Если мужчина желает избежать брака, то ему следует также остерегаться добрачного совместного проживания вдвоем; бытие вдвоем уже само по себе детермирует механизмы психики и мужчины и женщины к взаимоаккомодации, к некоей адаптизированной идентификации их двух-Я; мужчина привыкает и на уровне полуавтоматизированной, а то и автоматизированной суммы условных, безусловных рефлексов происходит моделирование его психическо-физиологической адаптации к предмету своей симпатии-любви; и в этом нет, естественно, ничего удивительного — двое молодых, или среднего возраста людей почти изо дня в день, а то и ежедневно отдыхают, ужинают, завтракают, обедают, просматривают телевизионные программы; обсуждают новинки из области политики, искусства и его видов; жизнь своих друзей, знакомых, вместе спят, принимают (по взаиморешению) совместный душ, ходят в гости, посещают магазины, выставки, стадионы, театры, кино, а кто и бары, рестораны. Естественно, жизнь вдвоем будущих супругов быстро накладывает отпечаток на психофизиологическую организацию мужчины и женщины, — вырабатывая на уровне условных, безусловных рефлексов и продуцируемых ими психических актомоделей поведения, вербальных модусов и приемов общения, — механизмы адаптации, взаи-моаффицированности (взаимовосприимчивости) — причем положительной, к арсеналу сенсорно-эмоциональных и мыслительно-рассудочных обоюдореакций, нейросигналов, производимых обоими будущими супругами в добрачной онтологии вдвоем (визависигналы).

Конвергенция (схождение, сближение) двух мировоззрений, двух функциональных психофизиологических систем (невесты и жениха), их двух Я способствует значительно меньшей метаболизации (колебанию) в вопросе, касающемся регистрации брачных отношений; ритмы психических сигналов также как и физиологических (особенно внутренних) незаметно для обоих: мужчины и женщины, ассимилируются особенно "при частых свиданиях" двух психофизиологических Я; поведенческие реакции, сенсорномоторные компоненты активности представителей противоположных полов, двух разных Я-экзистенций взаимоадаптируются друг к другу; а наряду с этим аккомодируются, приноравливаются у мужчины-жениха и брачницы-женщины в досупружеской совместной жизни нейросвязи, нейроэнграммы (временные связи) интросигналов, хранящих информацию о субъекте или окружающем мире. Вот ввиду чего, вот ввиду каких взаимоадаптивных причин и следствий частые встречи, свидания, взаимоинтим, совместная добрачная жизнь гораздо экстреннее (быстрее) способствуют регистрации брачных взаимоотношений; чем бытие мужчины и женщины в спорадической (отдельной) форме, — когда оба субъекта не проживают совместно, а лишь встречаются на почве досуга, интимкоммуникаций. Невесте-брачнице, которая знает, ввиду самоанализа ею бытия вдвоем, что будущий муж предпочитает — есть, пить, в какое время он любит спать, отдыхать, что ему нравится, что нет; в какие часы он склонен заниматься секс-играми, — не составляет интенсивных трудов приноровиться, приспособиться к характеру и привычкам своего избранника-жениха; он сам уже во многих своих действиях, движениях садаптировался; неприметно для себя выработал целую систему навыков-реакций, сигналирующих ту или иную форму контактности соотносительно своей партнерши, стимулирующей в качестве агента-раздражителя положительную информацию для его сознания.

По уровню материальных притязаний, запросов, потребностей супернаглой особой всегда является жена; достаточно умеренной, оставляя свою наглость на потом, — брачница-невеста; нагловатой — любовница, поскольку последняя во многих житейских обстоятельствах, связанных с мужчиной, стремится пребывать в роли невесты, а затем жены. Наглые запросы, притязания жены, жен обусловливаются тем, что жена, утвердившая себя в этом статусе и уже втянувшая, таким образом, мужчину в свою брачную аферу и родившая от него ребенка, полагает, что теперь пришло время, пробил час выжимать с мужа все, что только можно извлечь, выжать; теперь ему, мужчине, как бы уже некуда деваться; его можно пугать разводом, алиментами, разделом имущества, квартиры, дома, дачи и т. д. Брачница же, осуществляя свои ловушечные комбинации, еще не достигла основной цели, коррелирующей с ними, — замужества; поэтому натурально, в ее правила игры явно не будет входить (поскольку все брачницы — не глупы, как считают наивные мужчины, а, наоборот, — весьма умны) какая-либо наглая, полунаглая притязательность к деньгам жениха; все брачницы понимают, что это неосторожно, глупо, ведь ее могут просто отфутболить, отказаться от общения с ней; вот потому она приберегает весь репертуар-ассортимент своих матпритязаний и претензий в различной форме ко времени супружеской жизни. Мимоходом заметим, что любовница, которая чувствует, осознает, интуитивно домысливает, догадывается рассудком о том, что ее любовник отнюдь не желает вступить с нею в брак, начинает вести себя нагло; выдвигает, порой, плюральность требований, дабы вытянуть, вычерпать, высосать матсредства, и побольше, с мужчины-любовника в качестве компенсации за свое положение любовницы, в котором она им же утверждена; ее задевает, что она не может или у нее не получается в достаточной степени проинспирировать-прозомбировать любовника, чтобы он сменил статус самого любовника на статус жениха, потенциального мужа. Обоснованно сказать, добавляя к вышеприведенным суждениям, — женщина также не желает иметь в качестве любовницы интимы за просто так; или, как сейчас говорят женщины, за бесплатно; за исключением спорадических (единичных) случаев, — так что же остается любовнице, — как не требовать, порой в наглой, без обиняков, форме со своего сожителя-любовника? Она считает себя, видите ли, униженной неопределившейся женщиной и понимает, самоистолковывает, что ее, де, просто используют — и больше ничего. Но вернемся к нашему разговору и продолжая анализ поведения брачницы, остановимся на механизмах приема, пользуясь которым она осуществляет последний этап в своей брачной стратегии при ловле мужа; и который автор называет — брачный капкан; этот способ, детерменирующий завершающие, можно сказать, последние акты поведения и инспирации действия женщины можно обозначить как мышеловки для жениха. Итак, как мы показали, в процессе общения с женихом брачницы, брачница, как правило, подстраивается под его вкусы, интересы, уясняя-понимая, что воздействовать и постоянно, на чувства, мысли, сознание, подсознание мужчины легче всего какой-либо общностью интересов, модальностей в суждениях о музыке, литературе, кино; а также при помощи своей сексуальной экспрессии, туалетов-нарядов, косметичеких средств. Брачница изучила мужчину и знает, что ему нужно, что нет и, к тому же, частое взаимообщение брачницы со своим женихом, конечно же, принесло, на уровне адаптации, свои плоды — у мужчины постепенно вырабатывается комплекс аккомодированных реакций на столь для него значимый, несущий сигналы благоприятно-положительной информации объект — женщину, будущую супругу. При частоте коммуникаций в функциональной, психофизиологической системе мужчины, в его анализаторах экстеро-Я и интро-Я выработалась условно-временная, устойчивая нейросвязь на уровне нейродинамических моделей, продуцирующих аналитико-интегративную деятельность корковых структур в коре обеих полушарий головного мозга; к тому же, механизмы памяти и воображения мужчины-жениха также ассимилированы к реверсивным повторениям ситуаций, событий, имплицированных (связанных) с существом-женщиной, которая, как, чаще всего, ошибочно предполагает он, является надежной, порядочной особой, с которой можно соединить судьбу.

Мужчина, контактируя с любимым существом, которое видит в нем (о чем он редко — и весьма — догадывается) источник своего будущего благополучия, — ввиду частых встреч с брачницей, контактов на разном уровне — духовном, сексуальном, вырабатывает в своем психофизиологическом организме, конституции своего-Я широкий спектр уловных рефлексов, устойчивых по своей конфигурации, длительности во времени, достаточно быстро-доминантно (А. Ухтомский, В. Русинов) реагирующих на условно-значимый комплекс раздражителей: запах духов, туалетной воды, помады, тела, приятно-эстетический для глаз вид ее костюмов, платьев, нижнего белья все это импритингово-сильно стимулирует механизмы памяти, воображения; обонятельные, а также зрительные и слуховые анализаторы — при вербальном общении — мужчины; и его функциональная система (как назвал, обозначил ее П. Анохин, позабывший, то ли не знавший, как ближе акцентировать к поведенческим актам, например, женщины, ее, этой системы, принципы), как бы сама по себе в русле нейроактов и психических актов требует рекуперациировать (обратно повторить) модели общения, интим-импликаций с женщиной; а также взаимосвязанных с сексуальными актами, контакт — коммуникации вообще, — запахи туалетной воды, духов, помады, белья той женщины, которая оставила следовой импритинговый (запечатлевающий) эффект во время самого общения с нею. Механизмы репродуктивного воображения и долговременной памяти у мужчины-жениха также, как бы, требуют, востребуют, если угодно, верифицировать (установить), восстановить в мельчайших деталях и подробностях актодинамику действий, движений, микропоступков той женщины, которая способствовала продуцированию нейроактов, связанных с механизмами импритинговой ассоциативности; и вот он, мужчина, будущий супруг, непроизвольно или произвольно начинает реминенсциировать (припоминать) белье, духи, глаза, губы, помаду, аксессуары, костюмы, волосы; начинает также при помощи механизмов памяти и воображения и актомыслительной активации детализировать с подробностями формы и ингридиенты фигуры и тела, оказавшие воздействие на него самого, его психику, той женщины, которая претендует на роль Бавкиды, опутывающей своего Филемона.

Человек привыкает и довольно быстро к реверберации (повторению) тех моделей настроения, актов поведения, приятно-положительных по сигнальному признаку чувств, эмоций, даже вербально-лексических конструктов, которые запечатлелись, укрепились в его информационных синаптических нейроимпликациях, нейроканалах; а если еще и к этому прибавить тот факт, что женщина-брачница удовлетворяет, соответствует потребностям мужчины и физическим, и интеллигибельным (духовным), и разделяет также с мужчиной его жизненные установки, мотивационные побуждения, то, надеюсь, многим станет совершенно понятно, почему большинство мужчин быстро попадаются в брачный капкан, раставленный женщиной. Ведь он, мужчина, видит, ощущает, самоосмысливает, что женщина остенсивирует (показывает), демонстрирует необходимость в нем самом ей для себя, как для женщины; что же касается тонко-исполняемой, хитропродуманной женской стратегии инспирации, то он почти никогда не замечает ее, поскольку ему кажется, — да и по недалекости он сам же самофантомирует, усыпляя свое Я, — что та женщина, с которой он собирается соединить судьбу, также, как и он, смотрит на важные для обоих предметы и явления, гот же брак, почти в идентичном порядке; и вроде бы нет весомых причин менять ему, жениху-мужчине, внутреннюю резолюцию, касающуюся будущего брака; ведь будущее, самомистифицирует свое самосознание, чаще всего, малоопытный мужчина, должно быть, видимо, — выразительно-идиллическим, эдемно-полуэдемно красочным; да и его невеста, "милое", "доброе" существо в добрачных отношениях не выказала никакого повода к его самого, жениха, чувствам тревожного беспокойства, — связанным с возможной реконструкцией, ремоделированием поведения женщины, ставшей уже в будущем женой. Короче верифицировать, короче самоистолковать, — приблизительно так продолжает менять один акт суждения другим, будущий супруг, — нет и не может, дескать, быть весомых причин, которые бы могли помешать его решению сочетаться браком с той или иной "скромной", "доброй", "ласковой" особой; такова самоуспокоительность, эквивокация (ошибочность) выводов — часто весьма дорого обходящаяся большинству мужчин, которые, ввиду женской ловкой подделки под общность интересов, не замечают, не распознают, какая бездна стоит, таится за латентностью (скрытностью) женской натуры.

Хитрые, лукавоумные брачницы, подметив, уяснив, почувсвовав ситуацию, ощутив податливость, определенную сговорчивость избранника — жениха, потихоньку, без всяких, каких бы то ни было, перегибов, подымут, вынесут на обсуждение почти незаметно, вопрос о самом браке; и если избранник сам не касается этого вопроса, — хотя, обычно, инспирация, полуинспирация женщины делают свое дело и мужчина сам начинает поговаривать друзьям, знакомым, родственникам, сообщать ей, брачнице-преджене, о своих брачных намерениях, — женщина намеками, жестами сама подымет вопрос о замужестве; и о том, что, мол, многое нас связывает с тобой и у нас непременно вроде бы, должно все получиться уже там, в будущей брачной онтологии. Женщина-невеста припомнит мужчине знаменательность их встреч в каких-нибудь местах города; совместные поездки, в которых ей было приятно общаться с вами; обоюдное проведение отдыха-досуга в лесу, в парке, — сопровождая свои милые ремининсуенции (воспоминания) безобидной, казалось бы, но по специфически спланированной тактико-стратегической болтовней, примерно такого плана, — здесь поливариантности лексического потока будущей жены могут модифицироваться в разные словесные модели, но все-таки их смысл будет обозначать, интерпретировать стремление женщины убедить мужчину-жениха в том, что "брак нам с тобой не помешает и в будущем у нас, как полагаю я будет все хорошо": "Медвежонок, (заяц, котик, львенок, тигренок), ты знаешь, нам так хорошо вдвоем, а дальше, видимо, будет также неплохо"; и далее: "Видишь, когда мы вместе решаем разные вопросы, то все тогда у тебя и получается, — здесь будущие женушки расторопно жонглируют фразами, как циркач-иллюзионист шарами, — давай-ка, дорогой, посоветуемся. и т. д." Женщина-невеста всегда (по обстоятельствам) передаст инициативу в руки мужчине, чтобы он же, сам того не замечая, стал решительно, порой, исполнять ею же давно продуманный план; женские хитрости так, казалось бы, незначительные, мило-нежные, без всяких повелительных форм звучат, как ласково-теплые просьбы-одолжения: "Дорогой, ты не мог бы мне застегнуть лиф; будь добр, котик, подай мне то-то и то-то" или изящно вкрадчивой интонацией: "Возьми, мой милый, ведь ты просил"; все эти уловки в сочетании с адаптацией избранника-жениха к модели поведения и образу мыслей своей невесты ускоряют процесс попадания мужчины в расставленную мышеловку. Короче говоря, мужчине-жениху часто кажется, что его невеста, ее эмоциональный заряд, настроения оздоравливают, одухтворяют его дух, чтобы он сам, можно сказать, был в духе; он не понимает, что женщина убаюкивает, успокаивает тем самым обостренность его понимания истинных причин ее поведения. Утверждая друг друга, мужчина и женщина испытывают рождение чувства бинарной нужности, по крайней мере, так кажется на первых порах им обоим, и особенно мужчине; бинарной незаменяемости, обоюдопотребности, обоюдозначимости. Утверждая друг друга, — мужчина искренне; а женщина полулукаво, с хитринкой, нося в себе свой эгоизм, — вы и ваша избранница вдвоем вступаете в стадию взаиморасцвета чувств, помыслов, позывов, эмоций; ведь вы, как мужчина, отвечаете идеалам и представлениям, как уверяет вас она, своей будущей супруги; а она, в свою очередь, приблизительно, вашим идеалам. И вот мужчинам все начинает казаться почти идеальным, и они сами призрачноизируют, иллюзиеизируют свою будущую онтологию с "незаменимым" существом в розовых тонах. Мужчины не понимают, что их изучили со всех сторон, адаптировались под прорентгенизированную женщиной панораму их внутреннего и внешнего мира; угадали, где надо и где даже нет, утвердили в их собственной, порой ложной, значительности ради не их самих, а для того, чтобы осуществить, прежде всего, свою женскую тактику и стратегию замужества путем гроссмейстерской комбинационной игры. Брачница может поднять вопрос о браке, выбрав в качестве медиатора (посредника) кого-нибудь из своих подруг, которые вас когда-то же самого, по ее просьбе-указке, экспозиционно рекламировали — ей же самой, невесте, — в вашем же присутствии. Словом, если вы не намекнете ей о будущем браке или она сама не постарается приблизить вас к тому, чтобы вы сами же сделали ей брачное предположение, то можете нисколько не сомневаться, что это за нее могут сделать ее подруги, знакомые, а то и (по ситуации) родственники; женщина-невеста будет в определенной форме описывать, рисовать вам в целом положительное ваше с ней будущее — вне конфликтов, особо-резких эксцессов, ссор; что-нибудь говорить о взаимоподдержке друг друга; уважения друг к другу; о каких-нибудь значимо-совместных планах в брачной онтологии вдвоем; и что-нибудь о том, что она в состоянии быть, если не идеальной, то полуидеальной в будущем супругой, которая согласна жить и наслаждаться самой жизнью и ее радостями вместе с вами. Здесь женщина и ее опять-таки подруги, а то и, возможно, ее родственники — мама, родная сестра, кузина — могут обрисовать вам в радужных тонах-пастелях краткую будущую супружескую бинарную онтологию под лаконичным названием: "Мы вдвоем", "Вы вдвоем", — название первой супружеской биографии будет наигрывать на своей флейте будущая супруга, интерпретируя для вас идиллический фон ее сюжетных красочных линий; фабулу же и развитие событий брачной биографии "Вы вдвоем" будут референцировать (исполнять) на скрипке, кларнете, гобое поочередно либо — (если возникнет данная ситуация) — мама невесты, ее сестра, кузина. Они все вместе аподиктируют, дескриптируют, объяснят мужчине, что вдвоем все нипочем; что совместно все победимо и удовлетворимо; что жена-помощница и друг; короче эксплицировать (объяснить), они воспроизведут на свет божий те для всех женщин известные прописные истины, которые, во-первых, отвлекают мужчину от помыслов, связанных с брачным капканом; во-вторых, от мыслей и выводов о том, что прописные истины хороши тогда, когда только у мужчины, — будущего мужа, а никак не у жены, — хорошо обстоит дело с финансовым положением; в противном случае "бедственно-необеспеченный" колорит хитрыми женщинами специально не предусмат-ривается; смысл этих истин напоминает бочку с порохом, к которой привязан зажженный фитиль.

Подводя итоги проблемы, — связанной с предбрачной тактикой и стратегией внушения веры брачницей-невестой своему жениху, будущему мужу в то, что она является добропорядочным существом, которому можно доверять, в которое можно верить, — что можно посоветовать мужчине, сталкивающемуся с ней, с самой проблемой, и брачницей, создающей ее? Автор не может высказаться против брака, но он также не в состоянии, тем более, утверждать и преимущества брачной жизни; особенно в нынешнее время с современными женщинами, — именно в том виде, в каком они, эти современные женщины, и являются, экзистентируют сами по себе как индивидуумы женского пола, — выискивающими, вынюхивающими в мужчине лишь какую-либо сумму выгод, голый расчет, для самих себя. I. Ну что ж, женитесь, если у вас действительно хорошо с деньгами; и в будущем, как считаете вы, — но опять-таки, смотрите, соизмеряйте, поверяйте-выверяйте, все только будущим, — у вас не должно быть проблем именно с финансами. П. Женитесь, если вы уверены, что вам встретилась в жизни та из немногих; наверное, из сотни женщин таких не более 7-10, 5–6, которые, точно жены декабристов, тургеневские героини, или по примеру Джульетты, Беатриче готовы были, способны были натурально, а не искуственно пройти с вами супружеский длительнейший, а не временный, путь. Но найдете ли вы сейчас несклонных к чистому прагматизму, подленькому расчету женщин? Пожалуй, этот вопрос гораздо приоритетнее, чем гамлетовский. III. Не женитесь, и пользуясь советами автора, разоблачайте стратегию брачниц; наедине с собой анализируя и подетально-подробно разбирая ее поступки, слова, намерения, действия; так и вы сами проявите искусство избегания брака, и его возможных тяжелых последствий, — связанных и с разводом, алиментами, которые нужно платить у нас в России 18 лет, на Западе — 21 год, и с деформированием, стрессовостью собственной психики. IV. Как-то один молодой человек спросил у меня, в каком возрасте лучше всего жениться? Мне сложно ответить на этот вопрос, — сообщил я тогда ему; но мужчинам, читающим эту книгу, скажу: "Женитесь, видимо, тогда когда вам исполнилось, обязательно, не менее 25–27 лет; но помните, ради Бога, одно — вы будете жить с хитрым, коварным, расчетливым, чрезмерно эгоистичным существом рука об руку, — неизвестно какой период времени, длительный или короткий.


Жизнь мужчины в браке, или искусство не оставаться в дураках



Женщина — спасение или гибель семьи.

А. Амьель.

Тот, кто познал из мужчин брачную жизнь, успел развестись настрадаться, — тот знает и понимает, что самый опасный период общения с женщиной в жизни мужчины таит в себе брак — капкан захлопнулся, — у вас семья, жена и ребенок, а то и двое детей. Вот здесь-то как раз для мужчины и начинаются самые, что ни на есть, "веселые деньки" — жизненные испытания. Итак, вы женаты, свадебные торжества позади и первый вопрос после регистрации брака напрашивается, возникает сам собой. Прежде всего вам, мужчине, необходимо принять решение, где вы будете жить с женщиной, которая уже выступает на жизненном поприще не в качестве брачницы-невесты, а в ранге законной супруги. У вас возникает несколько вариантов-возможностей определить место своего будущего проживания с женой; причем, могу сразу заверить вас, что вся эта плюравариантность, если у вас нету своей, именно своей, квартиры, оставляет желать лучшего, — поскольку связана с рядом межличностных проблем. Вот приблизительный выбор вариантов у вас а) жить у ее родителей; б) проживать у ваших родителей; в) жить в ее, жены, собственной квартире и, наконец; г) снимать квартиру для совместной супружеской жизни. Дескриптируем (опишем), проанализируем сущность этих ваших вариантов-потенциалов, дающих вам некое право осуществлять свою брачную далеко не всегда радужную идиллию бок о бок с "нежным", "ласковым", "красивым" существом.

А. Допустим, вам жить негде; дома у вас, помимо родителей, еще живет кто-то, например, брат, сестра, бабушка, дедушка; снимать квартиру для вас дороговато; или вы вообще не из этого города, в котором проживает ваша жена, — и вы живете где-нибудь в общежитии, короче говоря, у вас даже нет альтернативы и вы идете жить к родителям своей супруги. Что вас там может ожидать и будет ожидать? А вот что. Там у нее, в квартире ее родителей, есть папа и самое главное, конечно же, ее мама, то есть ваша теща; дай Бог, что-бы там еще не было, как и в доме ваших родителей, какого-нибудь брата, какой-нибудь бабушки или сестры.

Прежде всего вам, мужчина, необходимо раз и навсегда запомнить, усвоить истину, что как бы ни складывались жизненные обстоятельства, вы для, почти чужих людей, или совершенно чужих людей, практически, всегда чужой человек; и ту адекватную значимость, которую для родителей обозначает их дочь, какие бы ни были внутри их семьи дрязги и ссоры, вы вряд ли когда-нибудь приобретете. Дочь — это их кровное, свое; с ней связаны у ее родителей, так или иначе, длительные временные аспекты, родственная общность, имплицированная с ее, дочери, рождением, воспитанием, становлением как личности. А с вами что связано у ее родителей, да и у вас самих с ними? Вы ее муж — ну и что же? Ведь вы, в отличие от их дочери не прошли, не прожили вместе определенный, значительный отрезок бытия; вас они знают поверхностно; несклонны вам особо, а то и вообще, доверять; мало того, многие родители жен вообще иногда думают, полагают, что достоин ли этот мужчина, — который значится в амплуа мужа — их любимой, красивой, такой хорошей доченьки. Особенную склонность к таким размышлениям имеют многие тещи. Короче объяснить, дочь — это произведение матери и отца, это близкое существо для их обоих; она, как дочь, субстанциональнее в их помыслах, чаяниях, деяниях, менталитете; вы там, как зять, в чужом доме, в чужой семье, вторичны; вам отведена роль некоего второстепенного третьестепенного актера, которому не стоит, пожалуй, как мнит семейство жены, в чем-то доверять, — и делиться с вами, тем более, какими-то тайнами, которые присущи каждой семье. А раз дочь, должны понимать, осознавать вы, для своих родителей приоритетнее, чем ваша собственная персона зятя, а то и какого-нибудь зятька, то в случае ваших ссор, конфликтов со своей женой, естественно, ее родители, а особенно мать, тут же встанут на ее сторону; будут поддерживать свое чадо и ограждать ее от атак, нападок такого нехорошего, чаще всего, в их проекции мышления, мужа и зятя в одном лице. Мать будет, вне сомнений, первой скрипкой в чужом для зятя семейном оркестре; которая будет не прочь при случае, коль вы ей надоели, объявить вам, говоря языком шахматных мастеров, "шах и мат в два-три-четыре года"- то есть, последнее зависит от того, сколько лет вас там терпели; да и под вопросом, сомнительно вполне, выдержите ли вы проживание там, в чужой семье, — эти два, три, четыре года? Как только барометр настроения их дочери, а вашей жены будет резко — по эмоциональным признакам — отрицательным, тут же ждите неприятных остракизмов, нападений со стороны дуэта мать+дочь.

Необходимо также знать, что постоянное общение, мелькание, контактирование в среде полу чужих людей, скорее всего, будет раздражать и вас, и их самих, то есть родителей жены; и рано или поздно, по-видимому, — что подтверждает повседневная, практическая реальность, в которой зять, так сказать, живет у тещи на блинах, — конфликтная, порой бескомпромиссная ситуация неизбежна. Ведь вы здесь — сбоку припеку, то есть, в итоге, чужой человек. При такой жизни в чужой семье, как минимум, в 95 случаях из 100 мужчину — зятя ждут конфликты, эксцессы с тещей, матерью жены. Во-первых, теща будет одобрять лишь действия, акты поведения своей дочери; во-вторых, она тоже почти во всем субъективна, прагматична, лукава, лицемерна и в ней заложен такой же женский прагма-эгоизм — плоды нашей социосреды, — как и в ее создании, доченьке, почти всегда отражающем ее концепты, мироощущение.

Несладко также приходится мужчине-мужу, когда он ушел жить в квартиру или дом, где у его тещи нету по разным причинам мужа; который чаще всего был изгнан, ввиду слабоватой, как в одно прекрасное время постигла ваша ныне теща, способности добывать матсредства на двоих таких замечательных, распревосходных женщин, маменьку и дочь. Почти все тещи беззастенчиво, а то и бесцеремонно-нагловато, как и их дочери, любят считать деньги затя; и, разумеется, не прочь пожить за его счет: на лексике некоторых хитроумных тещ — это называется экономно жить на зарплату зятя; приберегая свои деньги для своих нужд, потребностей; как и для потребностей своей же ненаглядной, ни в чем не могущей быть плохой, несправедливой, непогрешимой — дочери. Ведь зачем же вы здесь, — размышляет, примерно, под таким углом зрения любая теща, мать своей дочери, — коль вы живете в качестве мужа — зятя у них в доме, то вы просто автоматически обязаны кормить, поить, а то и одевать, смотришь, обувать свою "любимую", умную "маму", — многие тещи, как и их дочери, желают, а то и рьяно жаждут заставить зятя называть тещу мамой. И это ко всему тому, что вы, мужчина-муж, должны также, и в первую очередь, обеспечивать, а то и не просто, порой, а даже гиперобеспечивать свою "ласковую", "хорошую", "пикантную", такую умную во всем жену. Естественно, такой образ жизни, такая малоблагоприятная модель вашего, мужчина, супружеского бытия, не особенно должна вас прельщать, тем более, что рано, поздно ли, но по отношению к вам тандем жена и теща применит к вам же принцип, который можно назвать принципом зажатия зятя-мужа в тиски; кстати, действия, сообразующиеся с этим принципом, вполне могут применить по отношению к вам, как к зятю, также и в той семье, где помимо тещи живет еще с ней ее муж, ваш тесть. Заметим также, что некоторые мужчины-тести могут оказаться подстать своим женам, а вашим — тещам; и от них также вполне можно ожидать любых инвектив и неприятностей. Жена и теща быстро оценят ситуацию, установят, определят, например, что дома вас, ваши собственные родители особо не ждут, — это первый ваш минус — что появился на свет уже первенец — ребенок это ваш минус номер два, больше чем плюс; и можно пригрозить вам в случае "непослушания" разводом и алиментами; короче аргументировать, дуэт жена и ее мама, ваша теща, постараются, если вы будете жить у них в доме, квартире, сделать все возможное, чтобы вы же боялись изгнания из их семьи; да и стоит сказать, что обе женщины прекрасно уяснят, легко догадаются, поймут, что если вы будете опасаться развода, то посредством этого опасения, вы станете волей-неволей из-за боязни платить алименты, бояться разводиться вообще; уважать, порой, вопреки всякой симпатии, почитать и доченьку и ее мать. А это приведет вас, так или иначе, к тому, что вы вынуждены будете лицемерно, полулицемерно заискивать, побаиваясь тещи и жены, пресмыкаться перед ними; делать то, что не вы сами хотите, а что, прежде всего, желают они, — следовательно, вы будете чувствовать себя ущемленным. Таким образом, мужчина-муж обязан помнить, что он для жены и ее матери — почти никто (тем более, если он споткнется на жизненном пути и его карьера, его финансовое положение будут подвержены катаклизмам), дочь же и ее мать, обоюдно друг для друга — все! В случае же вашего неповиновения их домашнему уставу, вам, мужчина, недолго ждать пинок под зад, которым барон Тундер-Тронк выкинул Кандида из своего замка. В стае волков не стать лидером и тигру! Или повседневное пресмыкательство, заискивающий хамелеонизм, повиновение или теща и жена в любое время (по обстоятельствам) отправят вас восвояси. Люди не любят, чтобы живущий у них человек не подчинялся их семейным обычаям, внутрисемейным ритуалам; а особенно это не приемлят субъективные мамаши-тещи, кои, как правило, и руководят парадом в имманентной, семейной структуре взаимоотношений зять+его жена — ее дочь+тесть, ее муж+теща, или в такой, несколько другой внутрисемейной модели коммуникаций зять+жена — дочь+теща; и в той и в другой конструкции взаимоотношений автократическую, главенствующую роль — прима — соло на трубе — исполняет, естественно теща-мать, которая желает видеть всех остальных, обычно, членов семьи в субординационном положении. Если же в той семье, где вы собираетесь в качестве мужа жить со своей женой, монархоизирующее (субстантивный статус) положение занимает отец дочери, он же ваш тесть, то это также, скорее всего, как показывают многочисленные практические примеры из наличной реальности, мало спасает вас; поскольку он также будет, как и теща, предъявлять к вам требования в форме постоянной субординации, повиновения. Так вот в чем вопрос — привыкли ли вы подчиняться и пресмыкаться, заискивающе-лицемерно контактировать с чужими вам людьми, которые еще и к тому же вряд ли простят вам какой-нибудь промах, ошибки или финансовый крах, денежную деградацию?

Необходимо также знать вам, мужчина, что, если вы будете жить у чужих людей — с тещей, тестем и их дочерью или в треугольнике, вместо этого квардрата: теща, ее дочь и вы, зять, то они, ваши косвенные родственнички, конечно же, попытаются использовать вас в качестве наемной силы, которую можно эксплуатировать на дачных участках, огородах, в различных сферах подсобного, домашнего хозяйства. Нужно вам это или нет — это их меньше всего интересует; косвенные ваши "родственники", родственники, посредством вашей жены, будут думать совершенно по-другому; они будут считать, что раз вы муж их дочери, а тем более живете у них, то, значит, вы им уже многим обязаны и должны обязательно, как мнят, самоубеждены они, считаться, в основном, с их мнением, а не со своим собственным. Если же вы откажете им, опротестуете, может быть, даже в резкой форме их резолюцию использовать вас в качестве рабсилы, то это также вызовет с их стороны реакцию гнева, недовольства, а то и гипернедовольства вами, — отчужденной неприязни, что может вполне ускорить процесс вашего развода с их дочерью. Бывает, конечно, но эти случаи спорадические, единичные, редкие, когда зять, так сказать, приходится ко двору. То есть, когда не вы, будучи зятем, решили, что вам подходят родители жены, что они устраивают вас; а, наоборот, и это, прежде всего, вам нужно уяснить, — всегда за вас решит чужое семейство, кланчик, так ли вы им необходимы, как вы полагаете сами. В итоге, так или иначе, и вряд ли по-другому, ваше пребывание, ваше бытие в семье жены зависят, прежде всего, от ваших успехов в делах, связанных с добыванием матсредств и исполнением устава в чужом доме. Термометр, показывающий температуру благоприятно-нормального отношения к вам со стороны жены и ее родственников, будет изображать на шкале 36,6° лишь в том случае, если ваши удачи в бизнесе, в работе, словом, в производстенной сфере будут отражать лишь "удобное" положение дел, прежде всего, не для вас самих, и для ваших косвенных родственников, среди которых будут выделяться два, наиболее заинтересованных в ваших финансовых успехах, лица — мать-теща и ее дочь — ваша жена. Исходя из сказанного, вы, мужчина-муж, должны понимать, осмысливать, что вам будет бытийствовать у чужих людей нелегко, а то и вообще тяжело, поскольку, действительно, раритетны случаи, когда зять сумел угодить тестю, теще и их дочери всем вместе взятым.

Б. Ваша семейная жизнь со своей супругой у своих родителей несколько меняет дело; но здесь также нельзя обольщаться насчет штиля идиллических картин бытия; здесь также ваш супружеский фрегат ожидает масса подводных камней. И опять-таки, прежде всего, все зависит от двух женщин — вашей жены и теперь уже вашей матери, выступающей в качестве свекрови во взаимоотношениях с вашей супругой. Будут ли они находить и как долго ли будут, общий язык между собой — неизвестно. Женская глупость, одномерность во многих взглядах на предметы и явления везде солидарны; поэтому благосклонное отношение женщин друг к другу', то есть вашей жены и вашей матери вполне может исчезнуть и на смену ему придет взаимосклочность, десимпатизация, а то и ненависть друг к другу. Бывает и так, что многим невесткам удается проинспирировать, и весьма удачно, своих свекровей, матерей мужа; и они, вместо того, чтобы стать на сторону, на защиту, во многих вопросах, своего сына, как раз таки, напротив, вдвоем в альянсе с его женой — почти чужим человеком — подвергают его нападкам, инвективам, брани. Другая проблема, возникающая в бытии под крышей у ваших родителей у вас и у вашей жены, состоит в том, что вы живете, опять-таки, в одном доме, квартире, постоянно встречаетесь, общаетесь, говорите друг с другом, выказываете скрытое, а то и показываете прямое, то есть внешнее, наружное, недовольство чем-то — все эти факторы также способствуют, и почти всегда, неизбежно возникновению полуэксцессов, конфликтов, стычек-ссор, эксцессов. У вас могут быть из-за жены недоразумения, конфликты, а то и бескомпромиссность с вашей же собственной матерью или отцом; в которых, обычно, по глупости, наивности, молодости, мужчина — сын держит сторону своей жены, тогда как ему желательно было бы, а то и обязательно было бы нужно принять аргументацию своих родителей, как более весомые выводы по поводу возникших недоразумений, споров, ссор Ведь как ни посмотри, с каких сторон ни подойди вы, мужчина, к вопросу, связанному с тем, кто для вас важнее — ваши родители или ваша жена — в результате, ваша вескость дискурсивных, то есть, логических доказательств должна апеллировать к мнению своих родителей, особенно, по видимому, вашего отца; потому что доверять мнению женщин небезопасно, даже, иногда, мнению своей матери; а также автор не советует вам вообще больше считаться с мнением своей жены, перевешивающим мнение ваших собственных родителей. Ваша супруга, советуя вам что-то, корректируя что-то в ваших действиях, актах поведения, всегда будет пытаться, ввиду собственной, а не вашей, выгоды, склонить вас на свою сторону, а то и, более того, настроить вас против собственных же родителей; нужно раз и навсегда мужчине-мужу самопонять, самоосознать, что жена для вас все-таки чужой — если рассматривать в полиаспектности разных суждений, логических аксиом — человек; существо, чаще всего, весьма опасное, чем небезопасное для вас; поэтому вам не нужно быть наивным мальчиком и доверять больше жене, чем своим собственным родителям. Жена, как только наступят для вас грозные времена безденежья, уныния, сплина-полусплина, моментально, в экстренном порядке, что чаще всего и происходит в практической жизни, соберет свои наряды, обувь, золото, которое вы ей подарили, и сбежит к своим уже родителям; тогда как вы, если испортите за период ее, жены, жизни в кругу вашей семьи, отношения со своими родителями, можете встретить с их стороны справедливое презрение, недоброжелательство — неприязнь, ввиду того, что не прислушивались к их достаточно весомым, верификационным подтверждениям, касающимся того, соотносящимся к тому, что ваша жена — чужой вам человек, а потому она есть — существо хитрое, коварно-небезопасное, экивокически-ненадежное.

Выходя за вас замуж, брачница-невеста мечтает в идеале, в своих иррационально-прагматических фантазиях о том, — что не только вы, как муж, как мужчина, короче сказать, как простак, как "ушатый", как лопух, должны обеспечивать ее нарядами, драгоценностями, модной и только модной обувью и всем остальным, — чтобы она успешно утвердив себя, свое-Я за ваш счет, за ваши финансы, паразитируя-полупаразитируя свою онтологию, — могла безбедно-беззаботно осуществлять свою иждивенческую экзистенцию, — но и она, брачница-преджена-невеста, размышляет также о том, что она сможет "снять", поиметь в качестве денежных средств и с ваших, разумеется, родителей. Ведь она, такой милый, добрый, хороший, умный, привлекательный полупаразит-иждивенец или, если угодно, полу-иждивенец-паразит, также, как, впрочем, и ее родители, ничем вам, мужчине-мужу, конечно же, не обязаны и ничего вам не должны; наоборот, так, прежде всего, мнит, рассуждает, мечтает невеста, вы, муж, и ваши, только ваши, и в обязательном порядке, родители, ей, такой милой, доброй, нежной, паразитически-потребительски, ментально-прагматически настроенной особе премного всего должны и премногим всем обязаны. Соответственно отсюда следует, что ваша жена, проживая с вами у ваших родителей, будет всегда думать, самомнить о том, что не только вы должны ублажать ее прихоти, реализовывать ее бесконечные запросы, но и ваши родители также обязаны поощрять ее иждивенческие мотивы; а иначе, если она увидит, поймет, что ваши родители отказывают вам, а через вас заодно и ей в спонсорстве, которое удовлетворит, референцирует ее потребности, ваше жена сразу же станет питать чувства неприязни, отчужденности, недоброрасположенности к вашим же родителям, — и вместе с ними, в совокупности; и к вам самому. Ведь как же так, — будет думать, размышлять хитроумный "нежный", "ласковый", красивый, "добрый", "милый" полупаразит, — я же такая хорошая, привлекательная, а старики этого простака-чайника вовсе не желают, оказывается, мне купить, например, выделив деньги мужу (новые австрийские сапоги за 120$ или две пары новых итальянских туфлей по 50$ за пару) несколько, всего лишь, вещичек. Здесь модификация желаний вашей жены, связанная с тем, что ей должны были бы купить ваши родители, может быть плюралистичной; фантазии "хорошей", "доброй","привлекательной" девочки могут потребовать шубку норковую или песцовую; например, несколько недорогих (эдак баксов по 350 каждый) набор платьев, костюмов и прочее. В случае решительного отказа (который, кстати, автор рекомендует и в обязательном порядке, дабы нежный, ласковый, хитрый полупаразит, паразит не разорял ваших родителей), естественно, распрекрасная, хорошая такая, умная девочка объявит вам где-нибудь наедине, что ваши родители — плохие, жадные, плюшкинообразные люди, настоящие скупцы, как Шекспировский ростовщик Шейлок; и, мол, они для такой всепривлекательной, достоочаровательной, замечательной особы женского пола ничего не сделали и ничего не хотят (какие жлобы!) делать. Короче аргументировать — эксплицировать, (доказать — объяснить), жизнь у вас, мужчина-муж, с женой у своих же собственных родителей, отнюдь, не полна эльдорадовской гармонии; в ней также, как и в том бытии, которое вас ожидает у тещи, свои рифы, свои острые углы, свои диссонансы.

В. Несомненную небезопасность, а то и тотальную опасность таит сама по себе онтология, жизнь ваша в амплуа мужа в квартире (ее собственной) вашей жены; где она проживает одна или с ребенком, скажем, от первого брака, без своих родителей.

Все почти женщины (тип бол.) проявляют рьяную предосторожность, нагловатую эгоистичность, когда вопрос касается их собственности. В случае скандалов, бескомпромисных ссор, в результате которых вы не достигли консенсуса, женщина-жена тут же припугнет вас тем, что выгонит из своего жилья вас на улицу; начнет грозить разводом, а если у вас есть общий ребенок, то, натурально, и алиментами. Если вы даже у нее а квартире прописаны, а она — квартиросъемщик, а вы — поднаниматель, то нечего вам и мечтать в случае конфликта и последующего, споспешествующего вслед за ним развода, о том, что она, уже бывшая супруга, будет пытаться разделить квартиру, дабы вам выделить, ввиду размена, часть жилплощади. Напротив, если жилье по ордеру числится за экссупругой, а вы лишь числились в ее квартире в качестве субнанимателя, то женщина будет пытаться делать все возможное, чтобы вышвырнуть вас из своего дома; избавиться любыми путями от вас! Если же вы не покинете ее жилище безэксцессуально, мирно-тихо, "по-добру-поздорову", то при помощи милиции, полиции она будет, во чтобы то ни стало, пытаться, стараться отделаться от вас; причем, если вы будете упорствовать противодействовать ей, то все для вас самого, мужчина, может закончится значительно трагичнее, чем вы предполагаете. Так, женщина, которая не желает с вами жить и стремиться от вас избавиться, способна на разные виды подлостей, коварства; вплоть до того, что она может спровоцировать вас во время экстремального скандала на рукоприкладство, избиение в отношении ее самой с вашей стороны; а затем вызвать полицию, милицию и упрятать вас за решетку. Жизнь мужчины в квартире жены — это, своего рода, бытие "приймака", как называют таких мужчин в народе; эта онтология мужчины — "приймака" лабильна, неустойчива и тут трудно, порой, самому мужчине определить, в какой определенный момент времени, в какое время и какого года все для него может печально закончится.

Мужчине-мужу нужно учитывать также, что, как только женщина, пока еще жена, прикажет ему немедленно убираться (куда — это ее абсолютно не интересует, в таких случаях, между прочим, женщины репродуцируют, иррадируют свою откровенную жестокость, низость), то все из вещей, которые он купил жене самой, а также в дом, конечно же, все обязательно должно остаться милой, доброй, хорошей женушке; согласно же других критериев другого подхода, относительно вопроса по разделу имущества, — речи и быть не может, — как считает жена; вот почему многие мужчины и не пытаются даже во время расторжения брака требовать от супруги, экссупруги дележа имущества: "все мое!" — реакция эксжён.

Жестокосердие многих женщин, их наглый эгоизм беспощаден — необходимо иметь ввиду мужчине, — к тому мужчине-мужу, который потерял в глазах женщины определенную значимость; практически все женщины мыслят, представляют себе уход мужа таким образом — вы, мужчина, собираете свои вещи в сумку, чемодан; складываете туда несколько брюк, рубашек, пару костюмов, бритвенный прибор; а все, что вы приобрели, разумеется, за свои деньги, и немалые, любимой, порядочной, очень "справедливой" жене — вне всяких сомнений и абсолютно, должно оставаться в доме, квартире жены; вы же должны брать в руки чемодан, ведь вы же мужчина, и "катиться" куда угодно, сходно с колобком, — назад к своим родителям, в общежитие; искать другую квартиру, искать другую женщину с квартирой, которая адекватно вашей жене, если вы уйдете от жены к этой другой женщине, поздно, рано ли — неизвестно — но через определенный промежуток, период времени, вполне вероятно, также избавится от вас. Поэтому вне всяких сомнений, видимо, (в 93 случаях из 100) нужно остерегаться, а то и вовсе не рассматривать возможность жить в приймаках в квартире жены; поскольку нет почти никаких гарантий, что 7 женщин из 100, имеющих свои квартиры, отнесутся к вам понимающе, не расчетливо, благосклонно и не подпортят вам алиментами или еще чем-нибудь, например, разорением, вашу биографию.

Жизнь мужчины в приймах, стоит указать, чревата для него тем, что ему придется постоянно мириться, даже если он лидер и весьма энергичен по темпераменту, с некоей функцией, ролью-подкаблучного мужа; или сожителя подкаблучника, если вы состоите с женщиной в гражданском браке, а не в официальном; ваша жена или сожительница, убедившись в том, что вам некуда деться или просто, вообще, некуда идти, уходить, не позволит вам, если у вас средние доходы, проявлять, инициировать со своей стороны попытки захватить лидерство, власть в семье, — в ее доме. Да и, наверное, необходимо обладать вам, мужчина, талантами десяти молчалиных и десяти тартюфов одновременно, чтобы угождать, предупреждать, снисходить к поступкам, к действиям, брани, остракизму относительно вас, — которыми будет, вероятно, обстреливать вас, как мужа, добрая, нежная, ласковая супруга. Отметим, таким образом, что вы, если по натуре лидер, стремитесь быть лидером, как мужчина, никогда не сможете главенствовать, приоритетствовать над женой (кроме единичных случаев), если будете жить в ее квартире или в доме ее родителей. Поэтому автор для того, чтобы вы сами себе под босые ноги не набросали острого стекла, предупреждает вас о том, чтобы вы, тем более, если вы по натуре Ленин, Сталин, Цезарь, Ганнибал, Наполеон, Бисмарк, Людовик X, то есть, если вы мужчина с задатками активного субъекта, лидера, то я советую не лезть мужчине в болото, именуемое — бытие в приймаках; лучше жить все же одному и быть, чувствовать себя свободным; чем жить в чужой квартире и чувствовать себя как в волчьей яме, как на иголках; тем более, есть большая доля вероятности, которую не заметили, мимо которой прошли Кайберг, Колмогоров, Зигвард, что как только у вас не будут идти, например, дела, связанные с бизнесом — или, вообще, вы не сможете прилично зарабатывать в другой матпроизводственной сфере — ваша милая, расчудесная жена решительным жестом, суммацией жестов, речевых сигналов укажет вам на дверь. Так зачем же вам ломать себе жизнь и горько раскаиваться — но уже будет поздно — потом, когда можно всего заранее избежать, не наделать глупостей, ошибок сейчас?

Г. Допустим, у вас есть деньги (что не всегда имеет место) и вы не хотите жить ни у своих родителей, ни у родителей жены; вы решили снимать облюбованную квартиру. Несомненно, вам будет легче осуществлять, экзистенциировать свое бытие с супругой немного вдали от предков. Но опять-таки, во-первых, все будет прежде всего целиком и полностью зависеть от вашей способности зарабатывать деньги, и чем больше-тем лучше, иначе ненаглядный, такой распрекрасный иждивенец, как жена, покинет вас; во-вторых, вы должны, мужчина-муж, учитывать где живет — близко, далеко ли — ваша "любимая" теща. Если вы живете с ней в одном городе, то в этом также мало радости, как и в том, если бы вы жили с ней под одной крышей; если же они живет в соседнем городе, поселке, то также нет причин вам хлопать в ладоши; поскольку тещи, живущие вблизи своих дочерей (и, видимо, в 97 случаях из 100), будут обязательно вмешиваться в вашу брачную онтологию с женой; корректировать, подсказывать, указывать как действовать в отношении вас вашей супруге, а ее дочери; причем, естественно, не в вашу пользу. Поэтому идеальный вариант вашей совместной жизни с супругой можно рассматривать тогда, когда теща-мать живет, скажем, этак километров за 800, а то и 2000 от вашего места-экзистенции, как любил говорить, — подразумевая другие истины, А. Камю; тогда вы можете, видимо, рассчитывать на относительно спокойную жизнь, ведь как-никак рядом отсутствует главный герой, основной регулировщик-корректировщик, дирижер отношений дочери-жены со своим мужем — теща-мать. Но вы можете оказаться также в невыгодном положении, если в том городе, где вы живете со своей женой, проживает, например, ее родная сестра или, скажем, кузина в годах; какая-нибудь прожженая, хитрая, коварная, сменившая одного, а то и пару мужей, ее родственница; или даже, заметим, ее лучшая школьная подруга. Все эти женщины, так или иначе, или кто-нибудь из них один, будут оказывать определенное воздействие на моральный облик, стилистику бытия, менталитет вашей супруги; причем, кто-нибудь из них, возможно, по злому умыслу, ввиду зависти, может пытаться также помешать вашей относительно спокойной семейно-бытовой онтологии вдвоем или втроем — с ребенком. Наконец, если вы, мужчина-муж, собираетесь жить с женой в своей собственной квартире, принадлежащей вам и вы ее истинный владелец, квартиросьемщик — то мой вам сразу экстренный совет — старайтесь и делайте всегда так, чтобы это ваше жилье осталось вам на всю жизнь, навсегда; иначе, если вы пропишите сюда, в свою квартиру любимую, добрую, милую, которая, к тому же, родит ребенка, — то запомните — женщина зубами загрызет вас, отстаивая свое право при разводе на ваше же жилье; таких случаев в наличной реальности мы наблюдаем сотни тысяч; поэтому будьте весьма осторожны. Женщины везде и всюду хотят урвать чуть или не все из того, что принадлежит мужчине; вот ввиду каких соображений вам, мужчина, лучше всего раз и навсегда присечь всякие уговоры и попытки со стороны хорошей, доброй, девочки, уговаривающей вас, — часто при помощи уловок, инспирации, лживых заверений, — прописать ее "к тебе" в квартиру. Вы должны быть тверды в таких ситуациях, как сталь; и говорить нежной и любимой нечто вроде того, что ей лучше быть прописанной у мамы, тети, дяди, в общежитии; так вам самому будет гораздо безопаснее, мужчина, и значительно спокойнее. Не совсем выгодным, заметим, обозначим, будет ваше положение и тогда, когда вы будете с женой вместе из одного города, поселка. Рядом, снова таки, ее мать, ваша теща, родные сестры, двоюродные и так далее; они будут, со временем, вмешиваться, проникать в вашу супружескую жизнь; давать, сынтенционированные против вас, ценные советы-указания вашей жене. То они будут указывать, подсказывать ей, как вас быстрее приструнить и поджать, подмять под себя, если вы из разряда непокорных, "непослушных" мужей; то они, родственнички вашей супруги, будут всячески стремиться, если вы обеспечен или даже, скажем, богат, вытянуть с вас, посредством вашей же жены материальные средства, которые к тому же, видимо, нелегко достались вам самому. Клан родственников вашей "милой", "доброй" супруги с ее идей посылок, — либо в качестве генератора идей здесь может выступить ее сестра, мать, а то и ее отец, ваш тесть, — вполне могут разработать план, имплицированный с программой, тактикой и стратегией в самой программе, — действий, актов поведения вашей жены, целенаправленный на выуживание, извлечение, выколачивание, вытягивание в скрытной, хитроумнопродуманной-семейной кликой жены, форме — денег; и немалых, — на приобретение, покупку то какого-нибудь участочка земли, то какой-нибудь дачи, коттеджа и т. д. Приблизительно, вот что могут говорить вам ее мать, отец или сама их дочь, ваша жена; например мать, ваша теща или отец, ваш тесть: "Николай (Майкл, Генрих, Жан, Антон, Иван), мы тут подумали, посовещались, ты знаешь, лучше бы было вам, наверное, купить участок в пригороде (приобрести дачу, построить коттедж, расширить квартиру), — ты понимаешь, Николай, у нас есть немного денег на покупку земли под постройку коттеджа (дачи). Так вот ты мог бы добавить (здесь называется сумма) и мы могли бы для вас купить этот участок и помочь выстроить на нем дом". Далее здесь они, ее родители, в ярких красках обрисуют вам (тоже самое может инсценировать и их дочь, ваша жена), как они будут усердно помогать вам и вашей жене, их дочери, строить, возводить, продуцировать архитектонизировать жилище и какие-нибудь дополнительные постройки к нему. Короче говоря, они попытаются втянуть вас с помощью дочери в свою игру и что-нибудь выгадать для себя и своей дочери при помощи ваших матсредств. Если они вас втянут, например, в строительство коттеджа, дачи на том участке земли, который юридически закреплен за вашим тестем, тещей или женой, но, отнюдь, не за вами, то вполне может случиться так, что вы вышвырнете на ветер немалую сумму денег и, в конце концов, останетесь ни с чем при разводе со своей мудро-лукавой женой, и ее не менее адекватными в хитрости родителями. Всякие разговоры жены о том, что нужно, мол, расширить, путем обмена, квартиру, например, обменять за ваши же деньги ее, жены, двухкомнатную квартиру на трехкомнатную; вам нужно встречать с настороженностью и решительно вообще отвергать все попытки супруги, ее родственников обобрать вас, вытянуть, экстракцировать с вас деньги. Поэтому всякую болтовню, побасенки жены, ее родителей о том, что, дескать, она, жена, или они, ее родители, стараются для вашего общего семейного блага, вы должны воспринимать как лживый набор фраз; инспирацию жены и ее родственников в отношении вас самого. Всякие слова жены: "Тут все, в нашей квартире, — наше, общее!", — вы, мужчина-муж, должны аффицировать настороженно и никак не верить, в целях своей безопасности, в разного рода басни, были, саги, которыми пичкают вас ваша жена, теща, а то и тесть; другие ее родственники. Когда жена в своей же квартире говорит: "Тут все дорогой, наше общее", — не будьте наивным глупцом и воспринимайте это в такой, и обязательно, интерпретации: "Тут все, мужчина, за твои деньги — мое!". Ни в коем случае не рекомендует автор, если вы живете в квартире жены, покупать в ее квартиру мебель, дорогую аппаратуру и другие атрибуты для интерьера самого жилья. Сколько вы проживете у нежной, хитрой мошенницы, аферистки? Год, два, три — неизвестно; пока у вас будет хорошо с деньгами, вы будете желанным, хорошим, нужным муженьком, тогда как в тот момент, когда у вас по разным причинам исчезнут деньги, из желанного, хорошего мужа или сожителя вы превратитесь в глазах женщины в самое последнее ничтожество, глупца, уже совершенно ей не нужного человека; поэтому всякие лукаво-подстрекательные просьбы жены насчет того, что нужно менять мебель, аппаратуру, также как и ее требования что-то для нее, для ее родителей строить, покупать, делать необходимо вам, мужчина, немедленно-решительно отбрасывать, отвергать, иначе вы, неприметно для самого себя, себя же и сгенерируете, создадите нищим. Жене и ее родственникам что-то нужно; что-то нужно их любимой доченьке, им самим, но не вам — это их проблемы! Вам это не нужно! если вы глупец и хотите, чтобы вас разорили, а затем вышвырнули-выкинули на свалку — тогда, пожалуйста, разоряйтесь, но помните, когда вы станете беден, как Иов, вы никому не будете нужны. Кому нужны, — необходимо вам задуматься в тех ситуациях, когда жена и ее родственники провоцируют, подталкивают вас на покупку всяких участков, коттеджей, квартир, мебели — эти все, прежде всего, дачи, квартиры, участки и т. д.? Мне это, — должны думать, осмысливать вы, — не нужно. Они хотят меня "обуть"? Поищите другого дурака, я не из этой серии — как любит говорить незабвенный Владимир Вольфович. Ваша жена и ее родители, особенно ваша теща, могут разнообразить ловушки, связанные с тем, чтобы извлекать из вашего кармана деньги — вот почему не будьте наивным и остерегайтесь всяких вложений финансов в те или иные мероприятия, которые вам навязывают жена, ее кузина, тесть, теща и т. п. Сколько дураков-мужчин выбросили, как мукулатуру, без денег, без средств на улицу, разорив их, милые, добрые, ласковые, всегда хорошие такие девочки, благодаря своим хитроумным ходам по выуживанию денег; или той хитросплетенной тактике и стратегии, которую разработали в тишине будуаров теща, тесть, какая-нибудь тетя Клава — совместно со своей замечательной доченькой. Здесь, в этом способе самом по себе, также существует механизм завлечения зятя в западню, с отвлечением. Под видом лести, подобострастия, наигранного панегиризма тещи или тестя в адрес зятька выраженного, например, в такой лингвистической форме: "Какой хороший, умный у нас зять Саша (Коля, Вася, Володя, Виктор, Слава, Ник, Жан, Боб, Франц, Билл, Стив), да он нам почти, вы знаете, как сын родной,"- в присутствии зятя, так могут суггестировать его же самого теща, тесть, сообщая о нем "частную" аттестацию своим знакомым, родственникам; или, общаясь с самим зятем: "Как хорошо, что ни кто-нибудь другой, — скажет, например, наедине, визави теща зятьку, — а именно ты являешься мужем моей дочери; я рада, что могу гордится своим зятем,"- и так далее, в полуинспиративно-инспиративном духе, тонко герметизирующем юдифообразную натуру тещ-матерей, их лицемерие.

Напрочь нужно вам отказываться от всяких предложений-подстрекательств жены, сопровождающихся словами: "Дорогой, давай купим то-то и то-то, а мои родители нам немного добавят,"- помните, что вас — жена, ее родственники кругом хотят, втягивая в свою, а не вашу, партию в шашки, — надуть, и с выгодой для себя, а не для вас, вас же и использовать "Эти игры, — должны вы раз и навсегда саморешительно, всеубежденно заявить себе, — не для меня, пусть ищут других простаков — "ушатых"; мои деньги мне дороже всяких и разных басней, сказаний, мифов жены, тещи, тестя и их тети Лены!"

Ни в коем случае (мой вам совет) ничего не делайте и не давайте никаких денег родственникам жены; во-первых, вы им ничего не должны и если им что-то нужно, так это нужно им, а не вам! Во-вторых, если вы станете им помогать, давать деньги, то они, тесть и теща, например, будут думать, что так и должно и быть; наш "хороший" зятек, — станут размышлять они, — обязан, а никак не по-другому, субсидировать наше существование, наше бытие. Если же вы, мужчина-муж, встанете на тропу помощи ее родителям, а затем, в один какой-нибудь неблагоприятный для вас момент, окажетесь в стесненных финансовых обстоятельствах и откажете им в мат помощи, в спонсорстве — вы тут же приобретете в их лице своих недоброжелателей, врагов. Люди привыкают, весьма легко, к подачкам, а те, кто уже не в состоянии этим людям швырять, выделять лакомый кусок, становятся, подчас, самими же просителями-просящими, — презираемы.

Ни в коем случае ни ваша жена, ни ее родственники не должны знать о ваших материальных доходах; но если им и стало что-нибудь известно о них, то, ни в коей мере, ничего не делайте для них! Не соблазняйтесь никакими предложениями, просьбами, стенаниями; делайте свое дело — покупайте все только на свое имя и только для самого себя!

Упаси Бог, чтобы вы по глупой недалекости доверяли чужим "мамам", "папам" свои помыслы, а тем более поддавались на их уговоры что-нибудь приобретать, практически, за вас же счет, якобы, для вас самого и вашей жены, их дочери; на самом же деле, все, куда вы вложите деньги, в итоге, — что мы и видим постоянно в наличной повседневности при разводе супружеских пар, — остается и имущество, и недвижимость у женщины. Если вы, мужчина-муж, будете поступать в соответствии с золотыми правилами, рекомендованными вам автором, то вы никогда не будете в накладе, никогда не останетесь в дураках, поскольку, видимо, фраза гениального Гоголя, который говорил, что "без дураков жить было бы скучно", в интерпретации почти всех женщин звучит, примерно, также, но только требует внесение в контекст фразы одного слова: "Без дураков-мужчин жить было бы скучно".

Не сахар, не мед жить рядом с разлюбезной тещей. Малейшая ссора, скандал — жена ракетой к маме-теще; начнете вы с женой выяснять свои семейные отношения — мать-теща (тип бол.) почти всегда вездесуща, она тут как тут; со скоростью звука прилетит на помощь такой хорошей, милой, во всем всегда правой, никогда не заблуждающейся, не ошибающейся ни в чем дочери; и тут же с помощью доченьки теща-мать свалит всю вину на нехорошего такого, а то и вовсе "подлеца", "негодяя" — зятя. Наконец, зомбирование матерью дочери относительно недостатков мужа также приносит свои весомые плоды неприязни, преднерасположенности — после беседы матери с дочерью, — со стороны самой вашей жены, ее нежно боготворимо-любимой дочери; многие мужчины, но, к сожалению, не все, понимают, чувствуют, уясняют, что подмена жены произошла после "работы" ее любимой, хорошей такой, тоже чудесной маменьки. Обычно после встреч — контактов жены — дочери с матерью — тещей, ваша жена, точно, порой, скворец, интерпретирующий чужие птичьи голоса, начнет напевать вам приблизительно те же арии, которые накануне — днем, часом раньше — пропела ей ваша теща, ее мать, короче добавить-эксплицировать, мама — теща всегда даст дочери-жене дельный совет, но не в вашу, естественно, мужчина-муж, пользу. Бытует "статистическое" мнение, во всяком случае об этом спросите и вам скажут из 100 разведенных мужчин, минимум 80–85, что одним из главных провокаторов, подготавливающих, подстрекающих жену-дочь к разводу, является теща-мать. Теща-мать в любой момент способна стравить вас с женой, как стравливают собаку с собакой, тем более, если вы, с самого начала своей брачной жизни, чем-то не понравились ей, не угодили ей. Покороче сказать, если, чем-то ваше Я не нашло духовных и биофизических точек соприкосновения с Я-вашей тещи. Некоторые тещи, ввиду своей жадности, полуалчности, алчности, считают, что коль вы жена-ты на ее дочери, то, следовательно, вы, как ее муж, и для нее — как зять, также обязаны ей, теще оказывать знаки внимания, почитания, субсидировать ее деньгами, делать ей подарки; точно также, если вы обеспечен, богат, могут думать о вас всякие сестры, тести вашей жены; поэтому вам лучше стараться поменьше общаться с ними, а то и вовсе не поддерживать отношения. Если вы, мужчина-муж, будете злоупотреблять панибратскими-полупанибратскими контактами с родственниками жены, то обязательно пойдут о вас же самом, всякие пересуды, разбирательства, сплетни; а от них недалеко и до серьезных конфликтов, в которых, опять-таки, жена будет считать вас — как и ее родственники — кругом виноватым; и встанет на сторону своей армии, а вы останетесь один, оклеветанный; а один в поле, как гласит народная мудрость — не воин. Старайтесь вообще — мой вам еще один совет — поменьше общаться со всякими тещами, тестями, кузинами, сестрами, братьями своей жены — все они для вас, по большому счету, так или иначе, чужие люди; ссылайтесь на то, что у вас много дел, много забот; общение же, и частое, с родственниками жены вряд ли, как показывает сама жизнь, принесет вам значительную пользу; напротив, они, ее родственники, что и происходит в большинстве случаев, будут пытаться подбить вас на сомнительное предприятие, а то и вовсе облапошить, обобрать; старайтесь — обязательно — от них, родственников жены, держаться, дистанциироваться подальше, — так как вы не всем сможете из них быть симпатичным, — а отсюда могут с их стороны возникнуть обиды, полузлоба на вас.

Весьма небезопасно, также, общение вашей жены со всякими подругами, так называемыми знакомыми, приятельницами; особенно в тех случаях, когда у этих знакомых женщин вашей жены богатые, хорошо обеспеченные мужья. Как правило, все эти женщины — подруги, жены микророкфеллеров, хорошо разодеты, носят золото и драгоценности и являются такими же паразитами-полупаразитами, как и ваша жена и большинство женщин вообще. Если ваша жена проявляет коммуникабельность в общении с ними, то весьма скоро — можете не сомневаться — у нее возрастут запросы, а, заодно, и претензии к вам, потому как подруги-содержанки, знакомые-куртизанки, вне всяких сомнений, щеголяя перед вашей женой, экспонируя экспрессивность своих туалетов-нарядов, побудят вашу супругу сравняться, а то и превзойти их в количестве и качестве модных вещей. Лучше бы было для вас, если бы ваша жена имела дружеские связи с той женщиной, которая, приблизительно, идентично ей одета, обута, а то и проигрывает вашей жене в пикантной экспрессии имеющейся у нее обуви, одежды. Женщина (тип бол.) — существо завистливое и ее коммуникации с богатыми приятельницами непременно, в большинстве случаев, вызовут чувство зависти к чужой богатой жизни, к деньгам и мотивы соперничества к чужим дорогостоящим нарядам, драгоценностям; то есть рассудок и разум вашей жены в своих мыслительных актах вполне могут продуцировать мысли, суждения, выводы, связанные с завистью к чужому семейному счастью, а отсюда и до пароксизмообразных нападок актов на вас, как мужа, который не сумел достичь высот мужа ее подруги, знакомой — недалеко.

Если ваша жена (и вы это увидели только сейчас, в брачной жизни, что, в принципе, обычно и обнаруживают мужчины, — то есть подмену в поведении, в мыслях женщины, которая совершенно изменилась, радикально трансформировала свой менталитет, став женой; в сравнении, в сопоставлении с тем менталитетом, который репродуцировала, генерировала она, будучи в амплуа брачницы-невесты) проявляет притязания, и чрезмерные, к реализации, исполнению вами ее запросов, а вы удивляетесь, как скромная, порядочная в прошлом, хорошая девочка-брачница вдруг резко превратилась, преобразилась реставрировалась в нагловатую, требовательную мегеру, — то вам лучше не удовлетворять ее, жены, наглые просьбы; иначе она вытянет с вас, вытряхнет с вас все, что у вас есть; а также все, что есть у ваших родителей и взмахнет вам, сделает на прощание ручкой. Если женщина-жена требует постоянно деньги на наряды, золото, обувь, модные вещи — ничего ей не давайте, все это бессмысленно и бесполезно! Это не жена живет с вами, а живет рядом, бок о бок с вами — вор-жена, как верно заметил еще Будда. Не вы ей нужны, а ваши деньги, и если вы проявите глупость, слабость натуры и не встретите ее напор, фонтан требований, запросов отказом, то, можете не сомневаться, в скором времени она разорит вас, пустит по ветру ваши материальные сбережения, деньги. Ей нужны наряды, золото, престижные вещи? Это твои, уважаемая мадам, проблемы! Зарабатывай себе деньги — должны немедленно, без обиняков, объявить ей вы — и покупай себе все, что душа пожелает, моя нежная, милая! Я не намерен, — спокойно, но решительно скажете супруге вы — соперничать с богачами в покупках модифицирующихся ежемесячно, моделей-платьев, костюмов которые приобретают они своим привлекательным иждивенцам-девочкам. Тебе нужно много модных тряпок? А мне они не нужны; ищи деньги, работай и носи все, что угодно, а я пас — мои деньги — это мои, милочка, деньги и ты никакого отношения к ним не имеешь. Она, конечно же, ваша милая, добрая, привлекательная любительница пожить на халяву, за чужой, за ваш счет, будет протестовать; ее личико будет модулировать то гримасу гнева, то ярости, то выражать повышенную враждебность, эмоцию злобы, аффект злости; да как он смел, негодяй, мне такой милой, хорошей, красивой это все сказать! Она тут же, ваш добрый, милый такой полупаразит-иждивенец, будет грозить вам разводом и тем, что она вообще не желает вас больше ни видеть, ни слышать! Что можно сказать по этому поводу? У вас, у мужчины-мужа, альтернатива, то есть из двух возможных выборов вам нужно решиться на какой-нибудь один из них.

Выбор номер один заключается в том, чтобы продолжать вам жить с "замечательной", "респектабельной" супругой и ублажать, рефференцировать ее требовательность связанную с тем арсеналом запросов, которые она вам- будет, повидимому, ежедневно выдвигать; так как женщины обычно, практически, никогда не успокаиваются в своих ирреальных фантазиях, коррелированных с массой постоянно возникающих потребностей, чаще всего, порой, надуманных. Такая ваша жизнь, имплицированная с вашим же собственным, неизбежным разорением, чревата для вас, мужчина, безграничной опасностью; вас просто женщина использует, выжав из вас — как автомат-пресс, выжимает все соки на вино из винограда — все ваши или почти все матценности, деньги; а затем, что постоянно мы видим в наличной реальности, выбросит, вышвырнет вас, как ненужный хлам в урну, на свалку, но уже разоренного, серого, убогого; короче говоря, вы окажетесь в положении молодого Некрасова или Эдгара По, когда первый едва не погиб, устав бороться с нищетой, второй же завершил свой жизненный путь, ввиду крайней нищеты, трагически. Когда из вас ваша первая, скажем, жена-женщина вытянет путем капризов, недовольства, уловок, запугиванием алиментами, разводом, разделом имущества, все, что только можно из вашего кармана, банковских счетов, извлечь-вытрясти, и нище-убогого выставит за дверь, то помните, вы абсолютно никому не будете нужны; и вас, отнюдь, как дефицитный товар, не будут расхватывать наперебой-другие женщины. Напротив, разоренный одной женщиной, вы, паупер, будете презираемы другими. Отсюда, в целях же вашей безопасности, мужчина, напрашивается следующий вопрос — где гарантии того, что та, которая "заколебала", "допекла", "затиранизировала" вас своими нагловатыми запросами, высосав, вытянув, выманив экстракцировав с вас все ваши, или почти все, сбережения, вместе с вашей финансовой деградацией, которая и произошла по ее же вине, — не нанесет вам вдобавок нравственно-психологический удар по вашему-Я; немедленно отказавшись, поскольку вы стали бедным для нее, а, следовательно, бесполезным, эпифеноменальным (ненужным), — от вас, от бытия с вами, от коммуникации на всех уровнях? Таких гарантий вам не даст ни одна женщина; следовательно, глупо, скорее всего, продолжать жить с милой, доброй, наглой женой, которая абсолютно почти не считается с вами, с вашим-Я; а наоборот, лишь размышляет, думает о том, как бы побыстрее выманить, выцыганить с вас все, что только можно. Так зачем же вам быть глупцом, простаком и разорять себя — ради кого? Ради чего? Вы хотите быть на грани нищеты или, став свободным, после развода с пользой для себя вложить имеющиеся у вас матсредства в выгодное для вас мероприятие? Она вас пугает разводом и алиментами? Или, как на Западе, где стало модным, шантажировать мужей разделом имущества и недвижимости? Что ж, разведитесь и немедленно, сразу — мой вам совет, — поскольку дальнейшая ваша жизнь с хитро-лукавой, лицемерно-подленькой женой принесет значительно большие для вас, мужчина, материальные расходы, — ведь добрая, привлекательная, нежная мадам, за исключением единичных случаев, никогда не успокоится и будет продолжать ныть, вопить, кричать, яростно нападать на вас, аналогично тому, как пума на свою жертву, требуя денег (!), много денег (!), — чем, если вы, махнув на все рукой, что и необходимо в таких случаях, разведетесь и проявите твердость духа; иначе ваша бедность, нищета, которая наступит в том случае, если вы не будете придерживаться мнения, разделяемого автором и многими опытными мужчинами, позволит вам лишь ощутить на себе свое физическое и духовное падение; но уже гораздо более сильное, поскольку к вашей возможной, реальной нищете, банкротству, ввиду женщины-жены, такой ласковой, порядочной, — прибавится стрессовое, полустрессовое состояние вашего психофизиологического-Я, вашей функциональной нервной системы. Женщины (тип бол.) по натуре своей — брачные аферистки; подсознательно, сознательно, — это не столь важно, так как многие из них могут и не планировать акты поведения, действия, направленные на разорение мужа — все в процессе контактов жены с ее мужем может происходить вполне на малоосознаваемом, подсознательно-бессознательном уровне; но в том-то и беда для мужчин, что все действия, активность женщины в отношении его самого будут продуцироваться самой женщиной с позиций ее прагма-концепции, прагма-эгоизма, спроецированного, интенционированного (направленного) на мужа; в котором, т. е. прагма-эгоизме жены, будет толи явно, толи скрытно проступать желание, стремление женщины с выгодой для себя использовать материальное положение супруга; дополним также, что осознанно-спланированный женщиной акт брачной аферы — выйти замуж с целью выколачивания, вытаскивания денег на свои нужды, потребности не чересчур многим по своей форме отличается от подсознательно-малоосознаваемого стремления женщины, во чтобы это ни стало, попытаться завладеть имуществом, деньгами мужчины. Сознательно-целенаправленная акция брачной аферистки-женщины и схема ее воплощения, исполнения в реальных контактах с мужем может быть резолюцированна — принята женщиной еще до самого брака; или уже в самой фабуле супружеских взаимоотношений; здесь также, мужчина, вам необходимо учитывать, что ваша супруга свои акто-деяния, связанные с "разупаковкой" вашего кошелька, может осуществлять по подсказке мамы, тестя, кузины и т. д.; а также, сориентировавшись по ходу обстоятельств, имплицированных с податливостью, недалекостью, гипостазированием мужа, — по поводу честности, доброты своей супруги — женщина в любой момент, в любую секунду коммуникации с супругом-мужчиной, тотчас же, мгновенно может почувствовать, осознать, догадаться-домыслить-уяснить (своеобразные здесь возможны также динамико-переходные озарения, аддитивности мыслей), что с этого недалекого, немного безголового добрячка-простачка вполне можно урывать, вымошенничевать энные суммы долларов, марок, фунтов, рублей. Итак, думается, для вас из самой альтернативы — остановиться следует на выборе под номером два, — то есть, развестись в экстренном порядке со своей женой; иначе в итоге — она еще более разорит вас и разведется с вами все равно; но вы-то уже, уважаемый мужчина, останетесь ни с чем, нищим! И, разумеется, будете не только не нужны никому из представительниц — их хищной когорты, — слабого пола; но вдобавок ко всему вас могут вполне презирать и собственные родители, если вы в определенный момент придерживались не их мнения, а по глупости, наивности больше доверяли мнению лживо-вероломной, алчно-полуалчной жены, ее лукавых родственников.

Мужчине важно знать, помнить, утвердительно самопонимать, что если до брака брачница-невеста могла вводить его в заблуждение фразами-заверениями: "Ты знаешь, деньги — это не главное, дорогой"; то теперь, когда настала пора брачной онтологии вдвоем, а то и втроем — с ребенком, мужчина-муж видит, ощущает на своей психике, на своем интро и экстеро-Я на уровне анализаторных систем (перцепция, восприимчивость ЦНС к неприятным для гомеостаза мужчины внешним и внутренним сигналом, — активизирующим эмоции, чувства повышенной раздраженностью; ощущениями недовольства, злости, — порой аффекты ярости) ту инвективную неприязнь, резкое недоброжелательство, которое уже в браке ретранслирует со сменой одних актов обостренной нерасположенности — другими; та, которая в досупружеской жизни трубадурила-вещала, что, дескать, деньги не субстантивное, не главное; сейчас же, в браке, как раз таки-и в этом муж быстро убедится — деньги и только деньги ("капуста"!), много денег становятся неотъемлемым атрибутом рациоментальности жены в проекциях ее мышления, направленных к Я — мужчины — супруга. Ну а что же она, жена, такая всечудесная, достоочаровательная особа? А она ничего; ты же мужчина — постоянно твердит, подобно попугаю, попугаеизирует она повторы, фразы: "Ты же мужчина, ты обязан!", — такая умная, деловая, распрекрасная специалист по всем делам, у которой всегда чужих денег — денег мужа — полные карманы, но не своих — наставляет, поучает вас, мужчина, — такой расчудесный, добрый, милый, непогрешимый за ваши деньги полуиждивенец-содержанка, ваша супруга, эгоист. За ваши деньги, за ваши матценности она — такая умная, хорошая, только распрекрасная всюду и во всем девочка. А вы? Так и вы для нее хороший, милый, щедрый мужчина (щедрый баран, которого она не прочь разорить), когда у вас хорошо, прекрасно "по капусте", то есть прочное финансовое положение. А если у вас стало плохо с деньгами? Тогда вы плохой мен, ничтожество, пора вас посылать подальше или самой "делать ноги" или, как сейчас говорят, динамо! Так, а разве работать, трудиться хорошей, чудесной девочке не нужно в материально-производственной сфере и зарабатывать, как и вы, мужчина, себе на жизнь; на наряды, золото, коттеджи, дорогие машины? Конечно же нет! Как это трудиться, работать, — размышляет, да еще и с внутренним негодованием-недовольством такая всезамечательная, достопривлекательная особа-паразит женского пола, — работать, напрягать мозги — так это не для меня; пусть вкалывают, работают простаки-мужчины; ведь я же такая гиперочаровательная девочка, хорошая, добрая, умная, а никак не иначе, — и на меня должны работать эти глупые существа, именуемые мужчинами. Они же и созданы, — продолжает интериоризировать имманентно ложный, субъективный иждивенческий взгляд на жизнь женщина, — для того, чтобы мне, такой нежной, ласковой, расчудесной девочке покупать: платьев, туфлей, сапог, костюмов, шуб, кофт, грандиозное количество; возить меня в турпоездки по странам Европы и Америки; на курорты Крыма, Кавказа, Италии, Анталии, и вообще все делать для такой достозамечательной, удивительно уникальной, красивой девочки, как я. А иначе и быть не может, иначе что же это за муж, за мужчина? Таков приблизительно поток рассуждизмов-мыслей вашей ненаглядной, расчудесной девочки-жены. Работать же и зарабатывать на свои запросы, причуды матсредства — нет, это не для нее, милой девочки; это вы, ушатый муж, наивняк, должны обеспечивать ее паразитическую экзистентность; а она будет анализировать, смотреть, наблюдать за тем, как у вас с матсредствами (с капустой!), и соответственно вашим деньгам дифференцировать, регулировать свое отношение к вам самому; хорошо у вас будет с деньгами, следовательно, чудесная девочка-жена очень хорошо будет к вам относиться. Вы будете желанным, распрекрасным мужем; но как только какие-нибудь не респектобстоятельства, подобно вулкану, катаклизмоизируют ваше финансовое положение, привлекательная, нежная такая, добрая, милая девочка не прочь будет вышвырнуть вас, или со скоростью "Боинга", или прихватив наряды и драгоценности, которые вы ей купили, исчезнуть с горизонта вашего бытия. Так поступают, что необходимо запомнить и усвоить мужчине, минимум 93 женщины из ста. Поддерживать же вас, подбадривать вас, разделять с вами ваши деловые неуспехи-неудачи и долго ждать, когда вы снова разбогатеете, и фортуна улыбнется вам — так это нет, это не для нее, такой разлюбезной, красивой, непогрешимой, умной девочки.

Обычно, в тех случаях, когда муж по многим причинам оказался в весьма затруднительном финансовом положении, женщины, вместо того, чтобы разделить с ним временные, длительные невзгоды, прежде всего думают не об этом, а о том, как избавиться от того, кто вдруг стал таким плохим, нехорошим, бедным и уже не сможет, — как быстро вычисляет женская низменная прагмаментальность рассудка, — удовлетворять запросы, нужды такого удивительного, уникального полупаразита-содержанку, как она сама. Отсюда следует, что нет никакой надобности мужчине, поскольку это глупо, весьма опасно и грозит для него саморазорением, продолжать жить со своей женой, которая только и делает, что выставляет, чуть ли не ежедневно, напоказ икебану своих требований — запросов. Рано или поздно она вас разорит и исковеркав вам жизнь, — что мы и наблюдаем повсеместно в супружеском бытии — выкинет вас, как выжатый лимон, мандарин, в мусорное ведро; поэтому, если жена выставляет вам непомерные требования, грозящие вам в скором времени разорением, смело бросайте ее! Не падайте духом и ищите других женщин для общения