10 форм содействия (fb2)


Настройки текста:






10 ФОРМ СОДЕЙСТВИЯ


Форма 1. Обманщик Мирек

(1971 год; с. Рогозов, Бориспольский р-н, Киевская обл., УССР)

Мы, первокурсники факультета журналистики Киевского госуниверситета, не проучившись и месяца, помогаем колхозникам «бороться за урожай». Во второй половине октября существенно похолодало. Я, загодя предвидя такой поворот событий (родился-то не на асфальте), прихватил собой старенькую курточку. Ее и надевал на работу, нисколько не страдая от перемены погоды. Однако среди ребят столь предусмотрительно-запасливых оказалось мало. И ходили они, особенно с утра, сморщенно-синие, как куриные желудочки не первой свежести.

Больше других, пожалуй, страдал Мирек, вскоре исключенный из университета (см. «???»), – паренек размером с Юдашкина. В то утро он обратился ко мне:

- Дай мне твою новую куртку. Я в ней хоть до поля доеду, а то в кузове машины – вообще колотун.

Как не подсобить однокурснику? Вручил.

И хотя одежка на товарище, учитывая разницу в комплекции, больше напоминала плащ, грела прилично. О чем и не преминул сообщить обрадовавшийся Мирек. Как оказалось впоследствии, он с аналогичной просьбой обратился не ко мне первому, однако везде получил отказ.

Трудились мы на разных участках, поэтому в школе, где спали, увидел товарища только вечером. Уже переодетого в одежду выходного дня.

- Ничего, если я твою куртку подержу у себя? Пока не потеплеет.

Что скажешь? Не Плюшкин ведь…

Когда примерно через неделю Мирек вернул мне куртку, я молча ужаснулся. Свое слово в ней только ездить туда и обратно, он вовсю в ней работал в течение если не всего дня, то – значительного отрезка. Это была уже, по сути, спецовка.

Несмотря на героические усилии матери, ходить в ней на занятия я не мог – пришлось покупать новую.


Форма 2. Намагниченная бечевка

(1976 год; пгт. Чернухи, Полтавская обл., УССР)

Всех срочно собирает редактор районной газеты «Нова праця» и объявляет:

– Милиция сегодня будет проводить следственный эксперимент с грабителем сейфа и просит выделить от нашего коллектива понятого. Есть желающие?

– Давайте пойду я! – вызываюсь без промедления, так как по лицам вижу, что подобная перспектива больше никого не прельщает.

– Молодым везде у нас дорога! – облегченно вздыхает шеф.

Вскоре я в составе милицейской бригады и невзрачного человечка, мало похожего на медвежатника, «участвую». С места преступления подозреваемый ведет нас по маршруту, которым в ту ночь якобы следовал с подельником (тот с деньгами исчез).

Несколько часов мотаемся по ближним, дальним и очень дальним полям. Вот здесь он присел, там - справил малую нужду, в скирде – переночевал. Тупая рутина начинает надоедать, да и есть уже хочется. Но гражданский долг – превыше всего!

На обратном пути мужичок согласился показать место, где выбросил взломщицкий инструмент. Подходим к гнилушке-речушке, через которую переброшен крошечный мостик.

– Отсюда я и бросил! – говорит подозреваемый.

– С какого именно места? – уточняют опера.

Тот показывает.

– А рукой бросал правой или левой? Как именно замахивался?

Я не могу взять в толк, зачем милиции знать такие подробности. Но через пару минут прозреваю. Старший по званию показывает двум милиционерам примерное место, где при таком угле падения должен оказаться инструмент. Те начинают …неспешно раздеваться. Значит, будут искать вещественное доказательство.

Но как? Ведь в речушке ряски да водорослей, ила больше, чем воды: такое себе полуболото.

И на этот вопрос вскоре получаю ответ. Один из милиционеров лезет в карман снятых брюк и достает оттуда …кусок магнита с привязанной к нему веревкой. Оба лезут в водоем и начинают таскать «орудие лова» по дну.

Где-то через полчаса я не выдерживаю. Раздеваюсь и добровольно лезу в речушку, шаря при этом по дну (совсем мелко!) руками.

– Примерно здесь упали причиндалы? – интересуется милиционер.

– Да, да! – кивает головой подозреваемый, и мы, а особенно я, с еще большим усердием осуществляют следственный эксперимент. Только мне, чувствую, не случайно, почудилась в глазах отвечавшего ироничная усмешка: он же всех дурачит!

Тут же демонстративно вылезаю на берег. Одевшись, подхожу к лейтенанту и делюсь с ним своим открытием.

– Я об этом знаю! – флегматично отвечает тот. – А вы удивлены?

– Еще бы! – возмущаюсь. – Мало того, что в его глазах выглядим полными идиотами, так еще и время понапрасну теряем.

– Иначе нельзя! Таков порядок!

Потягав еще с полчаса магнит по дну, вылезли и милиционеры. Ничего, конечно, не обнаружив. И все мы – с чувством исполненного долга! – отправились восвояси.

Вернувшись в редакцию, прикинул: даже если подозреваемый, действительно, выбросил в водоем инструмент, разве его обнаружишь с помощью бечевки с куском магнита на конце? Профанация, а не следственный эксперимент!

Иными словами, подозреваемый дурит следователей, а те, в свою очередь, - правосудие.


Форма 3. Должность слагаю

(1986 год; г. Ашхабад,