Аренида: Фантастика в советском кино (fb2)





От составителя

Фантастика, научная и ненаучная, была изначальной спутницей кинематографа — вспомним хотя бы «Замок дьявола» (1896), «Лабораторию Мефистофеля» (1897) и «Путешествие на Луну» (1902) пионера кино Жоржа Мельеса, созданные на рубеже веков фантастические киноленты англичан Джорджа Альберта Смита и Уолтера Р. Бута, американца Эдвина С. Портера… Пожалуй, кинематограф немыслим без фантастического.

Русский, а затем советский кинематограф в этом смысле не был исключением. В 1909 г. ряд фантастических фильмов («Вий», «В полночь на кладбище») снимает В. Гончаров; в 1919 г. появляется коллективная «Железная пята», в 1923 г. — «Призрак бродит по Европе» и «Слесарь и Канцлер» В. Гардина; список научно-фантастических фильмов двадцатых годов («Аэро НТ-54», «Коммунит», «Луч смерти» и др.) достойно венчает классическая «Аэлита» (1924) Я. Протазанова. И даже позднее, в период упадка 1930-х — 1950-х годов, фантастика в СССР пробивалась на экраны.

Но еще больше, чем вышедших на экраны кинофильмов, существовало сценариев, набросков и планов. Таковы и включенные в настоящую антологию вещи, в основном — по разным причинам — не дождавшиеся своего воплощения. Актер и режиссер К. Эггерт, собиравшийся ставить кинофильм по «Арениде» А. Казанцева и И. Шапиро (1936), был репрессирован; умер А. Довженко, не успев перенести на экран свой предсмертный замысел «В глубинах Космоса» (1954); любопытный сценарий Г. Голубева и А. Леонтьева «До свидания, Земля!» (1961) прошел незамеченным, а «сценарий-шутка» И. Росоховатского «Виток истории» (1964), конечно, и вовсе не предназначался к экранизации. Более других повезло В. Морозову и Н. Эрдману, чей сценарий «Полет на Луну» лег в основу первого в СССР послевоенного мультипликационного фильма (1953). Утешением может послужить мысль о том, что от замыслов остались по крайней мере тексты, представляющие собой не просто «прикладные», но и самостоятельные научно-фантастические произведения.


М. Фоменко

А. Казанцев, И. Шапиро АРЕНИДА

Мы печатаем отрывки из сценария и либретто фильма «Аренида», получившего высшее отличие на всесоюзном конкурсе научно-фантастических фильмов, проведенном Межрабпомфильмом. В конкурсе приняло участие около 200 ученых Советского Союза. Лучшее произведение конкурса — «Аренида» — написано научными работниками т.т. Казанцевым (Москва) и И. С. Шапиро (Ленинград).


Часть 1.

Надпись: «1913 год».


Седой профессор, порывисто поднявшись, роняет стул. В его руках телеграмма.

К нему подбегают два его ассистента. Все трое перечитывают листок, который держит ученый в дрожащих руках. Обмениваются изумленными взглядами.

На экране — коридор научного института. Взбудораженные группы ученых. Все время слышатся обрывки фраз.

«Камерлинг Оннес… Космический холод… Невероятно…»

Небольшая лаборатория известного американского исследователя Холмстеда.

Ближайший помощник Холмстеда молодой русский ученый Кленов:

— Учитель, это почти невероятно! Электрический ток без электрического сопротивления. Стоит только погрузить проводник в космический холод, остудить его до температуры жидкого гелия, как пропадает всякое электрическое сопротивление. Изумительно!

Кленов соскакивает со стула. В его руках катушка, на которую намотан проводник.

— Мистер Холмстед, я думаю, что энергию, заключенную в магнитном поле этой катушки, можно чрезвычайно увеличить, пропуская по ней громадный ток.

— По магнитной катушке не удастся пропустить огромный ток. Есть границы, мой друг.

— Нет границ! Мы заморозим катушку до абсолютного нуля и пропустим по ней громадный ток, и так как сопротивление исчезнет, ток сам собой будет сохраняться. Катушка уподобится чудовищному аккумулятору энергии…

Начинается лихорадочная работа. Нужно найти сплав, в котором могли бы возникнуть сверхмощные магнитные поля. Проблески надежды перемежаются с горькими разочарованиями. Наконец ужасный взрыв убивает Холмстеда и его дочь Мод — невесту Кленова.

В ужасе перед громадными разрушительными силами, разбуженными им, Кленов дает себе зарок — никогда более не возвращаться к начатым опытам.

Часть 2.

На экране надпись: «1940 год».


Строгие линии современного здания. Часть вывески:

«…научно-исследовательский институт».

В обширной, заставленной сложными приборами, лаборатории работают мужчина и девушка.

Дверь открывается. Входит пожилой ученый.

Можно сразу узнать Кленова. Характерным жестом он потирает висок. Но как постарел, сгорбился!

— Профессор, милый, вы только посмотрите, — кричит Марина, подбегая к