Акция в Страсбурге (fb2)




Габриель Веральди АКЦИЯ В СТРАСБУРГЕ Роман

От автора

Этот роман впервые появился в 1960 году под тем же названием, но был подписан псевдонимом Вильям Шмидт. Сюжет книги был навеян громким процессом, выявившим скользкую политическую подоплеку, поэтому я счел за благо воспользоваться вымышленным именем.

Книга успела приобрести известность, когда в ее судьбу вмешалось правосудие. Некий страсбургский адвокат потребовал изъять роман из продажи. Мотив? Один из персонажей книги — адвокат — не только носил фамилию почтенного служителя закона, но и имел контору по тому же адресу.

Как вы догадываетесь, мне не удалось убедить истца, что речь идет о чисто случайном совпадении. Да и была ли это случайность? Общество представляет один из аспектов мироздания, а мироздание упорядочено. Писатель, обладающий некоторым опытом, создает «аналог» действительности, подчас слишком похожий на реальность. И это сходство начинает чинить ему неприятности.

С ускорением хода истории и рождением информационного взрыва наш мир все больше кажется многим головокружительным хаосом. Чаще всего потому, что механизмы движущих сил скрыты от широкой публики. Между тем, взяв на себя труд и риск кропотливого поиска, можно прояснить подоплеку немалого числа «таинственных» событий.

Действительно, на наших глазах индустриальным способом выковывается миф. Диву даешься, какая масса слов и кинокадров потрачена на то, что имеет вполне точное наименование именно на языке шпионажа: на дезинформацию. Вымысел за последние десятилетия практически полностью вытеснил реальность.

Хочу подчеркнуть, что события, о которых пойдет речь, разворачивались на самом деле не в Страсбурге. Я выбрал этот город на Рейне, потому что его «общеевропейский» статус был необходим для повествования. То же относится к Штутгарту. Хорошо информированные люди знают, что организации, подобные описанной в книге, расположены в ФРГ в другом месте, а вовсе не в покойной столице земли Баден-Вюртемберг. Осталась лишь история, а она не зависит от места и времени, ибо, если верить древним, вначале было Искушение.

Г. В.

ома, угрюмой стеной окружали Банхофоплац; голые деревья Шлоссгарте-на вызывали озноб. Зарывшись носами в шарфы, прохожие дисциплинированно ожидали, когда светофор позволит им начать переход. В безликой толпе он испытывал странное чувство комфорта. Горячий паштет из гусиной печенки с яблоками, съеденный у «Валантен-Сорга» перед отъездом из Страсбурга, согревал его в этот февральский день.

Красный сигнал погас. Повинуясь надписи «Идите», толпа двинулась как один человек. Он отлепился от нее только у подъезда «Графа Цеппелина».

— Добрый день. Моя фамилия Шовель. Из Парижа.

— Добрый день, месье Шовель. Мы получили ваш заказ. Номер на двое суток?

— Да, верно.

Он положил свой паспорт перед портье и скосил глаза на холл. Какое-то беспокойство, совсем легкое. Портье, словно рентгеновский аппарат, профессиональным взором просветил его. Шовель вполне подходил для самого дорогого отеля Штутгарта: кашемировое пальто, строгая тройка, чемоданчик «атташе» — молодой бизнесмен. Кстати, не так далеко от истины.

Войдя в номер, он раскрыл чемодан, побрился и пригладил щеткой прямые черные волосы. В зеркале отразилось красивое лицо. Впрочем, красота действует раздражающе — шеф из министерства сказал ему в первый день: «С вашей внешностью, Шовель, надо делать карьеру в кино, а не на службе».

Он поправил галстук, сунул под жилет плотный конверт…

На улице уже сгущались сумерки, машины текли как призраки в тумане. Мысленно сверившись с планом, он пошел по Кёнигштрассе. Прохожих было мало.

Он без труда добрался до центра, яркие витрины пустых магазинов были покрыты изморосью. «Игрушки». Шовель взглянул на часы: еще шесть минут. Ребенком он всегда тянулся к витринам с игрушками, которых ему не покупали. Самолеты, пушки, танки, ракеты. Интересно, какую партию поддерживают игрушечные магнаты?

Пора. Он перешел на ту сторону. Крайнее окно на пятом этаже было освещено, шторы отодвинуты. Все в порядке.

Стальная табличка извещала: «Доктор Иммануэль Фрош, присяжный переводчик». Дверь отворилась еще до того, как он успел позвонить.

— Рад видеть вас, герр доктор.

— Со счастливым прибытием, месье Шовель, — сдержанно улыбнулся немец.

Фрош помог Шовелю снять пальто и жестом пригласил войти. Квартира была обставлена строго. Никаких безделушек, скандинавская мебель, абстрактные картины по стенам. В кабинете на зеркально отполированном столе две пепельницы, сигаретница, ножницы. Ни одной фотографии.

— Как доехали? — осведомился Фрош, задергивая шторы.

— Благополучно… Вот. — Шовель