Путешествие Анастасии (fb2)

Возрастное ограничение: 18+


Использовать online-читалку "Книгочей 0.2" (Не работает в Internet Explorer)


Настройки текста:


Путешествие Анастасии

«Мама, я не вижу другого выхода», ­— сказала Анастасия, сидя за кухонным столом в их маленьком домике.

«Я знаю. Я просто не хочу, чтобы ты была вынуждена делать это», — ответила её мать, проходя через кухню к столу и тоже присаживаясь.

«Мам, ты сама провела в рабстве полный срок и ещё половину, и ты встретила отца, будучи рабыней».

«Ох, не то чтобы я против того, чтобы ты стала рабыней. В этом нет ничего плохого. Я просто предпочла бы, чтобы ты выбрала рабство по своему желанию, а не потому, что семья осталась без средств к существованию».

«Мам, ты сама сказала мне, что за меня дадут хорошую цену. Если меня продадут с аукциона за двадцать фунтов золота, вы с отцом сможете начать всё заново».

«Я знаю, Анастасия, и я уверена, что за тебя дадут больше двадцати. Юная прелестная девушка шестнадцати лет вроде тебя, скорее всего, уйдёт за сорок или даже за пятьдесят фунтов золота. Быть рабыней может быть очень приятно, но у рабства могут быть и другие стороны».

«Другие стороны?» — переспросила Анастасия.

«Милая, быть рабыней не всегда весело», — сказала её мать, опустив глаза на стол.

«Ну, я знаю это, мам. Я должна буду работать и всё такое прочее».

«Обычно больше «прочего», чем работы».

«Я не поспеваю за твоей мыслью. Что ты имеешь в виду?»

«Анастасия, — она помедлила, затем посмотрела дочери в глаза. — Я никогда не рассказывала тебе все подробности того, как я познакомилась с твоим отцом».

«Нет, ты рассказывала: ты была рабыней в замке, отец был солдатом, служившим там, и вы встретились и влюбились друг в друга. Отец скопил денег и выплатил остаток твоего долга лорду. Вы поженились, завели детей, и что было дальше, всем известно».

«Дальше, может быть, и известно, но о том, что было до того момента, мы не говорили. Милая, ты занималась сексом с мальчиком? Ты сосала у мальчика член?»

«МАМ!»

«Так как?»

«Ну, хм, да…» — призналась Анастасия, сгорая от стыда.

«Ну, по крайней мере, это не будет для тебя совершенной новостью, если ты решишься. Милая, если ты рабыня, ты должна делать всё, что скажет лорд, когда он ни скажет. Ты должна повиноваться его приказам немедленно — всё равно, каким. Ты работаешь, готовишь, занимаешься уборкой, стираешь и так далее. Но ты также будешь заниматься сексом. Лорд будет иметь тебя снова и снова, он будет иметь тебя в вагину, рот и зад. Он заставит тебя оставаться голой или полуголой почти всё время. Некоторые заставят тебя играть с собой, пока они наблюдают. Другие будут делиться тобой со своими друзьями или с солдатами, которыми они командуют. А некоторые заставят тебя заниматься сексом с другими женщинами — тебя заставят целовать её, ласкать её груди и лизать её снизу».

«Мам, ты делала это?» — спросила Анастасия со страхом и возбуждением в голосе.

«О да, я делала это, — ответила та. Вставая из-за стола и делая шаг к печке, чтобы налить чашку чая, она продолжила. —- Каждое утро, когда я просыпалась, мне приходилось трахаться с каким-то мужчиной, иногда с несколькими. И я должна была заниматься любовью с другими женщинами так же часто. А потом, если ты не делаешь в точности то, что говорит лорд, ты будешь наказана. Так я и встретила твоего отца».

С чашкой чая она вернулась к столу и уселась снова.

«Видишь ли, Анастасия, однажды мой лорд взял меня с двумя другими рабынями в свою постель. Лорд лежал на спине, обнимая одну из них, другая скакала на нём».

«Скакала?» — спросила Анастасия.

«Это когда он лежит на спине, его член торчит кверху, и ты опускаешься на него, насаживаясь киской на член. Прыгая вверх и вниз, будто скачешь на лошади, ты трахаешь его. На самом деле это довольно приятно. Как бы то ни было, я лежала лицом вниз, моя голова была рядом с его членом и её киской, и, когда он хотел, он вытаскивал член из её киски. Предполагалось, что когда я вижу его член на свободе, я должна немедленно начать сосать его. И когда он был в её киске, я должна была лизать её, доставляя ей ещё больше удовольствия».

«А ты не могла, и поэтому у тебя начались проблемы?»

«Нет, в действительности, я отлично выполняла свою задачу, ко всеобщему удовольствию. Видишь ли, когда я сосала его член, он спустил. Огромные сгустки его спермы хлынули в мой рот, и я поделилась ею с подругой, поцеловавшись с нею. Я думала, моему лорду понравится наблюдать за нами, но вместо этого он был расстроен, потому что хотел кончить в её киску, а не в мой рот. Он перевернул меня и шлёпал по попке несколько минут, вызывая лёгкую боль, а затем, для дальнейшего наказания, заставил меня сделать минет каждому из его солдат — поскольку очевидно, сказал он, что я люблю сосать члены».

«Каждому солдату… мой бог, мама, сколько их было?» — спросила Анастасия в предвкушении.

«Не знаю, милая, но, должно быть, более сотни. Полная рота состоит из стапятидесяти мужчин, включая рыцаря. Как бы то ни было, меня привели в какую-то комнату, раздели, связали и засунули по фаллоимитатору в мою киску и в мой зад».

«Фаллоимитатору?»

«Это фальшивый член. Многие лорды любят наблюдать, как их рабыни трахаются, не трахая их по-настоящему. Это похоже на то, когда ты доставляешь себе удовольствие пальчиками».

«Хорошо, мам, а как именно ты была связана?»

«Ну, это было что-то наподобие кровати. Той стороной, где лежали мои ноги, она касалась пола, а другая была приподнята на цепях. Я лежала лицом вниз, мои руки и ноги были растянуты в стороны и привязаны. Но эта кровать была короче обычной, потому что от груди и вверх я была открыта. Потом, сзади было что-то вроде распорки, она удерживала фаллоимитаторы на месте. Мой лорд разместил меня так, что единственным отверстием, которое я могла предложить солдатам, был мой рот. И он находился как раз на нужной высоте. Разумеется, сгибая ноги и подтягиваясь немного на руках, я могла трахать и те два фаллоимитатора».

«Затем, один за другим, входили солдаты, спускали штаны, вытаскивали члены и начинали трахать меня в рот, стоя передо мной. Сначала это было весело, сосать все эти члены, одновременно прыгая вверх и вниз на фаллоимитаторах. Но они снова и снова продолжали заходить: и в комнату, и в мой рот. Клянусь, я, должно быть, проглотила галлон спермы той ночью. Через какое-то время вошёл твой отец. Я думала, что всё будет точно так же. Я увидела, как дверь открывается, солдат проходит в комнату и дверь закрывается. Очевидно, я выглядела такой же использованной, какой чувствовала себя. Он взглянул на меня и просто сел. «Думаю, я дам тебе передохнуть этот раунд», — сказал он».

«Это было самое доброе дело из тех, что кто-либо сделал для меня тогда. Я только взглянула вверх на него, моё лицо было покрыто спермой, и сказала «спасибо». Несколько минут спустя я услышала стук в дверь, твой отец посмотрел на меня и спросил, хотела бы ли я получить ещё немного времени. Конечно, я ответила утвердительно, поэтому он прокричал в ответ, что ещё не закончил со мной. Ещё через несколько минут они уже едва не вышибали дверь. Наконец, он сказал, что не может больше сдерживать их и должен покинуть меня. Я поблагодарила его за этот подарок, но он наклонился и мягко поцеловал меня — а потом он исчез, и я должна была продолжать сосать члены».

«Мам, я не имела представления. Это, должно быть, было ужасно».

«Ну, чем-то ужасно, чем-то приятно. На самом деле, это повествование заставило мою киску сжиматься от возбуждения».

«Мам!»

«Позволь мне закончить. Во-первых, ошейник каким-то образом делает полностью нефункционирующими твои репродуктивные органы. Никаких детей и никаких месячных. Понятия не имею, как это работает — это секрет, который строго хранят производители. Ты будешь поражена, как, в отсутствие боязни забеременеть, увеличивается твоё сексуальное желание. Во-вторых, в ошейнике может быть что-то, что усиливает желание — в любом случае, ты постоянно хочешь. И наконец, все эти мужчины, желающие тебя, мечтающие о сексе с тобой, глазеющие на тебя с похотью день за днём… ну, всё это даёт тебе некое ощущение власти. А в другие моменты, вроде того, когда я отсосала всем этим солдатам, ты чувствуешь сильную гордость, когда всё наконец кончается. Ты чувствуешь, что даже несмотря на то, что сотни их имели тебя в рот, ты оказалась способна удовлетворить их всех».

«Не уверена, началось ли это с меня, или лорд подхватил идею где-то ещё, но он начал использовать солдат каждый раз, когда требовалось наказать нас. Я была полна решимости отплатить твоему отцу за тот добрый поступок. Я узнала, что он был сержантом второго отделения третьего взвода — а в роте было три взвода, и каждые девять дней подходила очередь отделения твоего отца. И вот однажды, в тот день, когда по расписанию настал их черёд наказывать плохих рабынь, я намеренно допустила небольшую оплошность».

«Мам, это непорядочно».

«Я знаю. Как бы то ни было, когда другие недостойные рабыни и я показались, твой отец сразу узнал меня. Прежде чем какие-либо другие солдаты заявили права на меня, он схватил меня и отвёл в свою комнату. Той ночью мы занимались любовью — любовью, какой я никогда не испытывала раньше. Разумеется, у меня был прежде действительно великолепный секс, но это был первый раз, когда я ощутила также эмоциональную привязанность. С тех пор я совершала промахи каждые девять дней, чтобы провести ночь с твоим отцом. В конце концов, мой лорд понял, что происходит, поскольку однажды первое, о чём он спросил, заявившись ко мне утром, это где я собираюсь напортачить сегодня. Он знал, он знал, что я была влюблена в кого-то из второго отделения третьего взвода, так что я призналась. Мой лорд вызвал твоего отца и меня в свой личный кабинет, где мы обсудили мою свободу и цену за неё. Цена была установлена, и мне было позволено насовсем переехать к твоему отцу. А после того, как он выплатит моему лорду всё, мы могли пожениться».

«Твой отец выплатил долг, отслужил свой срок, мы поженились, ну а дальше ты знаешь», — закончила она с широкой усмешкой.

«Мам, каким-то странным образом, это так романтично!.. Но я уверена, что тоже могу это сделать. Секс без боязни понести, и солдаты, каждый из которых жаждет моей киски и грудей… мне нравится эта мысль. Я не уверена насчёт секса с другими женщинами или наказания плёткой, но заниматься сексом столь часто — это звучит действительно круто».

«Ох, ты привыкнешь к другим женщинам. Большинство на самом деле наслаждается этим. И быть наказанной плетью не так плохо: они не могут наносить непоправимый вред. Примерно половина рабынь даже обнаруживает, что получает удовольствие от этих сторон рабства: будь то совместное использование рабыни, изнасилование их связанных и беспомощных или даже порка».

«Мам, я сделаю это! Я решила продать себя в рабство! Тебе не помешают деньги, и кто знает — быть может, я найду хорошенького солдата для себя!» — воскликнула Анастасия, резво вскакивая из-за стола.

«Или сможешь убедить мужчину из благородного сословия жениться на тебе. В конце концов, если ты научишься сосать член так же хорошо, как я, я уверена, что ты произведёшь впечатление на своего лорда, — ответила мать, вставая. — Но прежде чем мы отправимся на площадку для торгов, прошу извинить меня на несколько минут».

«Для чего, мам?» — спросила Анастасия.

«Потому что, дорогая, после того, как я рассказала тебе всё это, я так возбуждена, что если не засуну что-нибудь в вагину прямо сейчас, мне придётся изнасиловать первого встреченного мужчину».

«Ох, ты знаешь, по правде говоря, я тоже возбудилась», — призналась Анастасия.

«Тогда иди в свою комнату, а я пойду в свою. Мы можем отправиться на торговую площадку после того, как поласкаем себя пальчиками».

Анастасия не теряла времени. Она метнулась в свою комнату, захлопнула дверь и плюхнулась на кровать. Она быстро дотянулась до края юбки и задрала её до талии. Её пальцы немедленно нашли ноющую киску. «Бог мой, я теку», подумала она, ощутив клейкий сок, покрывающий половые губы. Пальцы её начали нежно тереть шишечку клитора. «Сотни мужчин, жаждущие моего тела», подумала она, «и они имеют меня снова и снова». Её пальцы ускорились, двигаясь быстрее и быстрее. «Члены, все члены, которые я только могу захотеть, и киски, я должна научиться лизать киску». С этой мыслью она погрузила пальцы глубоко в щель, сминая мясистые складки. Она ощутила, как её выделения собираются на кончиках её пальцев, затем вытащила пальцы и поднесла к губам.

«Неплохо, — подумала Анастасия, — на вкус ни на что не похоже, но неплохо. Думаю, я смогу привыкнуть к этому». Она продолжала размышлять, собирая языком последние капли с пальцев. «Порка», пронеслось у неё в голове. «Может ли человек в самом деле наслаждаться, когда его бьют плёткой?» — потянувшись назад, она расправила ладонь и шлёпнула свою киску. В то же мгновение волны экстаза прошили её тело. «Святая дева, это действительно приятно», подумала она. «ШЛЁП», и ещё одна волна разошлась по её телу. «ШЛЁП», «ШЛЁП», «ШЛЁП», снова и снова шлёпала она свою киску. Протянув другую руку вниз, она засунула два пальца глубоко в вагину и начала двигать ими туда и обратно.

Перекатившись на живот, она продолжала вводить внутрь пальцы. «Сотни мужчин будут иметь меня… скоро, очень скоро у меня окажется там член вместо моих пальцев». Она размахнулась другой рукой. «ШЛЁП!» — ладонь крепко приложилась к попке. И снова волна наслаждения пробежала через её тело. «ДА-А-А!» — выкрикнула она громко, чувствуя настигший её оргазм.

На следующий день Анастасия и её мать стояли в очереди в гильдию работорговцев.

«Ты уверена, что хочешь сделать это, милая?» — спросила Анастасию мать.

«Мам, мы уже проходили это. Теперь хватит вопросов, а то мне придётся идти рукоблудничать снова», — ответила Анастасия.

«Ладно, ладно, я просто хотела убедиться. О, дорогая, кажется, твой черёд».

«Огласите своё дело», — сказал мужчина за конторкой.

«Я желаю… я желаю продать себя в рабство», — произнесла Анастасия.

«Возраст?» — осведомился он.

«Мне шестнадцать».

«Опыта не было, девственница? Или уже занималась сексом?» — продолжил он.

«Нет, я не девственница».

«Досадно. Ты, вероятно, ушла бы за лучшую цену. Некоторые благородные господа предпочитают покупать девственниц. Они утверждают, что тогда могут вылепить тебя в соответствии со своими сексуальными желаниями, — чепуха, я бы сказал. Хотя не имеет значения — я уверен, что ты всё равно пойдёшь за отличную цену. Давай посмотрим… я бы назвал тебя блондинкой, глаза зелёные… Рост?»

«Пять футов четыре дюйма».

«Параметры?»

«Что?» — переспросила Анастасия, не поняв, чего тот хочет.

«Обхват твоей груди, бёдер и талии?»

«О, не знаю, я никогда не измеряла», — ответила Анастасия.

«Подожди. — Мужчина вышел из-за конторки с куском верёвки. — Подними руки», — скомандовал он. Анастасия сделала, как ей было сказано, и он обернул верёвку вокруг неё несколько раз в разных местах, от груди до бёдер.

Затем уселся обратно.

«Ага, тридцать восемь грудь, двадцать четыре талия и тридцать шесть бёдра. Отличные параметры. Хорошо, юная леди, кому пойдёт золото, вырученное за тебя?»

«Моей матери, вот она», — показала Анастасия.

«Очень хорошо. Гильдия рабовладельцев берёт один фунт золота плюс десять процентов от конечной цены за проведение торгов и надевание ошейника. Какую начальную цену ты запросишь?»

«Двадцать… — Анастасия подумала. ­— Двадцать пять фунтов золота».

«Немного высоко для начала, но это честная цена. Уверен, что кто-нибудь купит тебя. А сейчас ты должна подписать этот контракт — в нём говорится, что ты будешь продана в добровольное рабство тому, кто предложит самую высокую цену, вся выручка минус комиссия гильдии будет передана твоей матери. Как только ты будешь продана, начнётся твой трёхлетний срок в рабстве. Если по какой-то причине ты будешь не способна отбыть срок полностью, ты обязана выплатить твоему владельцу сумму, пропорциональную оставшемуся времени».

Наклонившись, Анастасия прочитала контракт — там было больше слов, но говорилось примерно о том же, о чём ей только что рассказал мужчина. Взяв перо, она расписалась внизу.

«Хорошо, пройди через ту дверь. Там тебе помогут одеться для аукциона. Это не займёт много времени».

Анастасия взглянула на мать.

«Ну, я думаю, мы увидимся снова через три года, мам». — Её мать тут же схватила её и крепко прижала к себе. — «Со мной всё будет в порядке, мам», — сказала Анастасия, обнимая её в ответ.

Анастасия повернулась к двери и прошла в неё. Как только она оказалась внутри, другая женщина приняла её и помогла освободиться от одежды. Анастасию усадили и нанесли макияж на глаза и щёки, помаду на губы, чтобы сделать их поярче, а затем надели на неё недорогой белый корсет и длинное платье. Корсет и платье не были высочайшего качества, но подчёркивали все нужные формы. Как только всё было закончено, Анастасия встала в конец очереди, вместе с другими женщинами, ожидавшими продажи.

Каждые несколько минут женщина в голове очереди поднималась на сцену. Анастасия слышала, как аукционист называет цену, которую за неё просят, а потом, когда предложения кончаются, объявляет проданной лорду такому-то или такому-то. Наконец подошла очередь Анастасии. Из-за небольшого занавеса выглянул мужчина и спросил:

«Имя?»

«Анастасия».

Пошуршав какими-то бумагами, тот сказал:

«Ага, вот оно. Поднимайся и выходи».

Поднявшись по ступенькам и пройдя сквозь занавес, Анастасия оказалась глядящей на дорожку с небольшой круглой сценой в конце. В креслах, большим полукругом располагавшихся вокруг сцены, сидели сотни благородных господ. Мужчина провёл её по дорожке на сцену и оставил стоять там.

«Для начала просто повернись вокруг себя пару раз».

«Следующий лот — Анастасия! — выкрикнул аукционист. — Новенькая, пять футов четыре дюйма, грудь тридцать восемь дюймов. Стартовая цена — двадцать пять фунтов золота».

«Двадцать пять!» — тут же крикнул какой-то мужчина в зале.

«Двадцать шесть», — отозвался другой. Воцарилась тишина.

«Джентльмены, я уверен, что вы не собираетесь остановиться на двадцати шести. Упоминал ли я, что у неё зелёные глаза?»

«Двадцать семь!»

«Двадцать семь, услышу ли я двадцать восемь?» — продолжил аукционист.

«Двадцать восемь», — выкрикнул первый мужчина.

«Двадцать восемь. Могу я получить двадцать девять за эту стройную красавицу-блондинку, параметры тридцать восемь, двадцать четыре, тридцать шесть? Давайте, джентльмены, вы, конечно же, способны предложить больше», — продолжал аукционист.

«Тридцать», — вступил в торги ещё один мужчина.

«Тридцать один».

«У нас есть тридцать один, как насчёт тридцати двух?»

«Тридцать два».

«Тридцать два, процесс пошёл, тридцать три, кто-нибудь?« — аукционист подошёл к Анастасии. — «Сними платье», — прошептал он ей.

Анастасия была ошеломлена. Она знала, что становится рабыней, и даже фантазировала на эту тему, но не думала, что должна будет обнажиться перед всеми этими мужчинами. Но она медленно протянула руку вверх и расстегивала пуговицы спереди, пока платье не упало на пол. Теперь Анастасия стояла перед залом, полным мужчин, одетая лишь в маленький клочок ткани, тесно обхватывающий бёдра. Она стояла там, и её груди были открыты взглядам публики, а из-под набедренной повязки выбивались лобковые волосы.

«Ну, джентльмены, полюбуйтесь на прелестную шестнадцатилетнюю плоть. Её девственность уже отдана кому-то, но я ручаюсь, что она ещё достаточно невинна. А теперь давайте приступим к торгам всерьёз. Я слышу «сорок»?»

«Тридцать пять», «тридцать шесть», «сорок», — услышала Анастасия выкрики, один за другим.

«Сорок, вот это другой разговор. Сорок один, кто-нибудь, сорок один?»

«Сорок один», — вступил пожилой джентльмен.

«Сорок один и восемь унций», — сказал первый мужчина.

«Сорок пять», — сказал пожилой джентльмен.

«Сорок пять, сорок пять фунтов золота за эту утончённую леди. Сорок пять раз… Сорок пять два… Сорок пять… Продано барону фон Хессу».

«Благодарю Вас, юная леди, теперь Вы собственность барона фон Хесса на следующие три года. Пожалуйста, пройдите туда, там на Вас наденут ошейник, а потом Ваш новый лорд заберёт Вас», — сказал аукционист.

Анастасия нагнулась и подняла своё платье, поспешно застегнула его и прошла, куда было указано. Барон фон Хесс был уже там, ожидая её.

«А, моя новая рабыня», — сказал барон, когда она приблизилась.

«Да, мой лорд», — отозвалась Анастасия.

«Ну, по крайней мере, ты достаточно умна, чтобы обращаться ко мне правильно. Как ты уже знаешь, я барон фон Хесс. Я командую батальоном на западном фронте. Мы пропутешествуем три дня поездом, затем ещё день в карете, так что менее чем через неделю ты будешь в своём новом доме на следующие три года. Но сначала самое главное: нужно надеть на тебя ошейник. Мастер, — сказал барон фон Хесс, поворачиваясь к другому мужчине, — я хочу, чтобы Вы надели на неё полуторадюймовый ошейник с трёхдюймовым кольцом спереди. Браслеты по два дюйма, с кольцом в дюйм на каждой стороне».

«Да, лорд фон Хесс».

Мастер быстро взял кусок кожи и обернул его вокруг шеи Анастасии, затем, сняв, на своём верстаке прикрепил заклёпками кольцо к полоске металла. Затем, окольцевав её шею металлом, заклепал там, где два конца соединялись. Взяв небольшой кусок верёвки, он измерил запястья Анастасии. Возвратившись к своему верстаку, он открыл ящик и вытащил две полоски металла и четыре кольца. Он быстро и умело прикрепил кольца к полоскам. Взяв их, мастер обернул их вокруг запястий Анастасии и надёжно закрепил. Он вставил небольшую иголку там, где они встречались, и крепко сжал большими плоскогубцами, сплющивая её и делая невозможным снятие браслетов.

«Получите, лорд фон Хесс», — сказал мастер.

Анастасия посмотрела вниз, на свои запястья. На каждом был браслет примерно в два дюйма шириной, с двумя кольцами на каждом из браслетов. Глядя на них, она живо осознала, что это позволит её лорду связывать её руки, как он пожелает. Двумя небольшими кусками верёвки или скобой он может скрепить браслеты вместе, как наручники, или может, используя другое кольцо, привязать её к чему-нибудь руками кверху. Разнообразные варианты способов связывания быстро наполнили её ум, но Анастасия даже близко не представляла, сколькими способами её можно связать, используя эти кольца.

«Теперь, Анастасия, мы отправимся на железнодорожную станцию», — сказал лорд фон Хесс.

«Я догадываюсь», — сказала Анастасия.

«Я догадываюсь, МОЙ ЛОРД», — поправил её барон.

«Я прошу прощения, мой лорд», — сказала Анастасия.

«Это потребует какого-то времени. Обычно новой рабыне требуется пара недель, чтобы усвоить основы. Многие из нобилей говорят, что я слишком добр, что я должен не поправлять рабынь, а просто выпороть плетью, но я не вижу причины наказывать рабыню, которая просто не знает, как лучше», — сказал барон фон Хесс, делая первый шаг.

«Спасибо, мой лорд».

«Основные правила: я всегда твой лорд. Поэтому всегда, когда обращаешься ко мне, ты должна называть меня «мой лорд». Если присутствует другой мужчина благородного происхождения, он просто «лорд», поскольку не владеет тобой. Ты должна всегда ссылаться на себя как на рабыню и никогда не употреблять слова «я» или «меня». Так, вместо «Я прошу прощения, мой лорд» ты должна говорить «Ваша рабыня просит прощения, мой лорд». Понятно?»

«Да, мой лорд».

«Теперь. Первые две недели ты можешь пользоваться моей благосклонностью. Если ты сделаешь какую-то ошибку, я просто поправлю тебя. После того, как эти две недели пройдут, тебя будут наказывать».

«Я… Ваша рабыня понимает, мой лорд», — сказала Анастасия, благодарная за то, что этот лорд оказался неплохим человеком.

«Видишь, ты схватываешь на лету. Далее. Я владею несколькими рабынями — в моём замке в настоящее время находятся двадцать пять, и я купил семерых здесь, включая тебя. Сказать по правде, я планировал купить только шестерых. Я купил остальных вчера, на аукционе вторичного товара, где продаются девушки, уже побывавшие рабынями. Я уже готовился отбыть к поезду, когда увидел тебя. Я подумал: а почему бы нет? — и теперь ты тоже моя», — продолжил барон фон Хесс.

В отдалении Анастасия могла видеть дым, поднимающийся от паровых котлов. Она была рада, что поезд не находился много дальше: сегодняшний день был для неё потрясением, даже принимая во внимание то, что она знала, на что идёт.

«Давай посмотрим, что ещё тебе нужно узнать незамедлительно. О, да, я одеваю своих рабынь согласно занимаемому положению. Твоё нижнее бельё будет зелёным, зелёный — цвет рабынь, находящихся на нижней ступеньке. От зелёного ты поднимаешься до голубого, от голубого до пурпурного, и от пурпурного — до красного. Любая рабыня ниже тебя по положению должна повиноваться тебе, как мне, и ты должна повиноваться рабыне более высокого положения, как мне. Я также имею одну любовницу, она моя главная рабыня. Она одета в чёрную кожу и несёт ответственность только передо мной. Её заботой будет одевать тебя, обеспечивать кормёжку, предоставлять место для сна и дрессировать. Уже появились какие-нибудь вопросы?»

«Так много, что Ваша рабыня не знает, с чего начать, мой лорд», — сказала Анастасия. Они приближались к поезду.

«Ну, просто выложи несколько из них», — предложил барон фон Хесс.

«Хорошо, мой лорд. Во-первых, Вы сказали, что командуете батальоном. Ваша рабыня хотела бы знать, сколько это мужчин».

«Полностью развёрнутый батальон состоит из четырёхсот девяноста семи солдат и офицеров. В теории, это количество можно увеличить до четырёх тысяч, прежде чем потребуется разбить его на две части. В моём батальоне немного меньше, хотя вскоре я ожидаю пополнения. И тебе следовало произнести «мой лорд сказал, что командует батальоном». Ты должна избегать обращения ко мне во втором лице».

«Ваша рабыня просит прощения, мой лорд».

«Это всё ещё твой первый день. Как я сказал раньше, я дарю тебе две недели, чтобы научиться. Ещё вопросы?»

«Да, мой лорд, Вашей рабыне любопытно, что заставило её лорда купить её. Мой лорд сказал, что купил шесть других рабынь на вторичном аукционе. И, мой лорд, Ваша рабыня хотела бы знать больше о статусе дамского белья и сколько рабынь носит какой цвет. И ещё, мой лорд, если я спрашиваю не слишком много: Ваша рабыня хотела бы знать, сколько Вам лет».

«Мне тридцать четыре. Я вступил в Армию, когда мне было восемнадцать. Обычно у меня шестнадцать рабынь, носящих зелёное, восемь — голубое, четыре — пурпурное, и двое — красное. Каждой рабыне более высокого положения подчиняются двое ниже её на ступеньку. Я пока не решил, что буду делать с тобой. Раз я купил тебя, у меня теперь семнадцать зелёных, что означает, что у одной из голубых будет три подчинённых. Быть может, я одену тебя в чёрное и отдам любовнице. Посмотрим. Что касается того, почему я купил тебя — ну, я давал себе клятву, что не буду покупать никого из новеньких. Дрессировать их может быть хлопотно. И, откровенно говоря, Алисса, моя главная рабыня, будет недовольна — но лорд я, а не она. Ты просто смотрелась так дьявольски хорошо, что я не мог сопротивляться», — закончил барон фон Хесс, когда они достигли платформы.

«Последние два вагона мои. Я буду ехать в заднем, а вы все — в вагоне передо мной, если я не вызову кого-то из вас». Достигнув цепочки вагонов, барон фон Хесс подошёл к предпоследнему.

«Поднимайся, Анастасия», — сказал он, помогая ей подняться на первую ступеньку.

Затем он последовал за ней.

«Дамы, я приобрёл ещё одну, её зовут Анастасия. Анастасия — новенькая, поскольку пробыла рабыней только двадцать минут, так что будьте поласковее с нею».

«Да, мой лорд», — сказали шесть девушек в унисон.

«Теперь посмотрим. Дженнифер, не так ли?» — сказал барон фон Хесс, глядя на высокую блондинку с маленькими дерзкими сосками, которая выглядела лет на девятнадцать.

«Да, мой лорд», — ответила та, перемещаясь из сидячей позы в коленопреклонённую и слегка наклоняя голову.

«И Ванесса», — сказал барон, посмотрев на пышногрудую брюнетку, выглядевшую лет на двадцать.

«Да, мой лорд», — ответила та, тоже вставая на колени и склоняя голову.

«Хорошо, не хотите ли вы двое стать первыми учителями Анастасии?»

«Мой лорд, это будет честью для Вашей рабыни», — ответила Дженнифер.

«И для этой рабыни тоже», — сказала Ванесса, её полные груди свободно свисали.

«Превосходно, тогда почему бы вам вместе с Анастасией не последовать за мной в мой вагон?»

«Это будет удовольствие для Вашей рабыни, мой лорд», — сказали синхронно Дженнифер и Ванесса, вставая.

Барон фон Хесс повернулся и вышел, направляясь в последний вагон. Дженнифер, Ванесса и Анастасия следовали за ним вплотную. Ступив внутрь его личного вагона, Анастасия увидела маленькую кухню спереди слева, с маленьким столом, за которым могли разместиться двое, от силы трое. Справа находился огромный диван, за ним маленькая дровяная печь, а затем огромное кожаное кресло с подушками, смотрящее в центр вагона. За ними висела занавеска, разделяющая вагон на две части. Анастасия была уверена, что за ней находится постель её лорда. Пол был покрыт толстыми коврами, изготовленными из шкур различных животных. Барон фон Хесс прошёл к дровяной печи и подбросил пару поленьев в огонь. Затем, повернувшись, уселся в кресло.

«Садитесь, дамы. Садитесь прямо там, на пол», — скомандовал он.

Анастасия села, перекрестив ноги, но затем, заметив, что остальные двое сидят, раздвинув ноги в стороны, последовала их примеру.

«Анастасия, когда мы первый раз зашли в вагон, я обратился к Дженнифер и Ванессе. Ты заметила, как они отвечали?» — спросил барон фон Хесс, когда поезд тронулся.

Анастасия быстро покопалась в памяти, затем встала на колени, слегка поклонилась и сказала:

«Да, мой лорд».

«Очень хорошо, из тебя получится превосходная рабыня. Теперь ещё одно: на коленях — это основная позиция. Всегда, когда ты обращаешься ко мне или когда я зову тебя, ты должна отвечать именно и только так. Это универсальная поза. Очень немногие нобили не используют её. Если по какой-то причине ты стоишь, когда я прохожу мимо, просто опустись на одно колено вместо двух».

«Я уже проинструктировал Ванессу и Дженнифер относительно моих команд, так что пока просто понаблюдай. Дженнифер, разденься и обслужи меня», — скомандовал барон фон Хесс.

Дженнифер тут же вскочила и сбросила платье, затем встала на колени и наклонилась вперёд. Её руки расстегнули пуговицы на форменных брюках барона, освобождая каменно твёрдый член. Опустив голову, она раздвинула губы и нежно взяла головку члена в рот. Она медленно опустила голову ниже, вобрав в рот всю его длину. Потом поменяла направление, поднимая голову, пока у её губ снова не оказалась головка, а затем повторила весь процесс заново.

«Отлично, отлично. Видишь, Анастасия, услышав слова «обслужи меня», Дженнифер уже знает, что должна взять в рот и пососать мой член. Теперь ты знаешь, что должна делать, когда я скомандую обслужить меня. Если я скомандую тебе обслужить кого-то ещё, ты должна сделать то же самое ему или ей. Поняла?»

«Да, мой лорд», ­— ответила Анастасия.

«Теперь вот что, Анастасия. Ты была продана на аукционе для новеньких — тех, кто идёт с молотка впервые, — но они объявили, что ты уже не девственница. Какой опыт ты имеешь?»

«Очень маленький, мой лорд. Ваша рабыня занималась сексом всего несколько раз, с мальчиком из её города».

«Примерно так я и думал. В любом случае мальчишка, вероятно, даже не понимал, что делает», — проговорил барон фон Хесс, пока Дженнифер продолжала сосать его колом стоящий член.

«Ванесса, разденься и продемонстрируй себя», — скомандовал барон.

Ванесса тут же встала и сбросила платье, демонстрируя большие твёрдые груди с яркими сосками. Дешёвый корсет плотно охватывал её талию, подчёркивая грудь и киску. Затем, повернувшись спиной к барону, она прогнулась в талии, и, дотянувшись руками до ягодиц, развела их в стороны. После того, как она постояла в этой позе несколько минут, она села на пол, и, взяв руками левую ногу, вздёрнула её высоко в воздух, держа прямой. Розовые нижние губы Ванессы слегка разошлись, позволяя барону увидеть глубины её дырочки.

«Видишь, — сказал барон фон Хесс, — по команде «продемонстрируй» Ванесса сейчас демонстрирует себя мне. Она должна постараться выглядеть как можно более соблазнительной», — сказал он, когда Ванесса выгнула спину, упираясь ступнями и плечами в пол, поднимая киску высоко в воздух.

«Дженнифер, стоп», — скомандовал барон фон Хесс. Твёрдый член барона выскользнул из блестящих губ Дженнифер с негромким хлопком.

«Да, мой лорд», — сказала Дженнифер, возвращаясь в коленопреклонённую позу.

«Анастасия, приходилось ли тебе сосать член прежде?»

«Нет, мой лорд, но Ваша рабыня жаждет научиться», — сказала Анастасия.

«Хорошо. В таком случае, Анастасия, обслужи меня», — скомандовал барон фон Хесс.

Дженнифер переместилась в сторону, а Анастасия поспешно опустилась на колени и придвинулась поближе к барону. Глядя вниз, она могла видеть, как его член качается перед её лицом. Тот был очень твёрдым и прямым, с венами, идущими по всей его длине, которые пульсировали в такт с сердцем барона. Анастасия могла видеть, как слюна Дженнифер стекает по стволу. Наклонившись вперёд, она раздвинула свои нежные губы и открыла рот, чтобы впервые принять туда член мужчины.

«Так, дорогая, — шепнула Дженнифер ей на ухо. — Возьми его в рот, потом нежно сомкни губы вокруг ствола. Будь осторожна, не касайся члена зубами. Хорошо, теперь медленно засоси его чуть-чуть, только чуть-чуть, чтобы он продвинулся дальше. Вбирай его в рот, насколько получится, позднее ты научишься заглатывать его целиком».

Анастасия легонько засасывала член, чувствуя, как он заходит в её рот, пока он не достиг горла. Она ощущала, как кровь стремительно приливает к члену, когда она проделывала это, и как барон слегка приподнимает бёдра, толкая член дальше.

«Хорошо, — сказала Дженнифер. — Теперь расслабься, подними голову и позволь ему скользнуть наружу».

Анастасия чувствовала, как рёбра и вены члена скользят по её губам, когда она поднимала голову, а затем ощутила, как венчик головки касается её губ.

«Достаточно, милая, теперь засоси его обратно», — наставляла её Дженнифер.

Анастасия снова начала нежно засасывать член глубже в рот, опять опуская голову вниз, пока снова не ощутила, как головка щекочет её горло.

«Поласкай её», — услышала Анастасия команду барона. Вскоре после этого она ощутила, как рука скользит по её спине вдоль позвоночника. Она продолжала сосать член барона, а рука двигалась ниже, ниже, затем двинулась обратно, нежно массируя её спину.

Анастасия почувствовала, что её юбка задирается, рука была теперь на её попке, гладя округлый упругий зад круговыми движениями. Рука переместилась дальше под юбку, и Анастасия ощутила, как пальцы касаются её лобковых волос и киски. Конвульсии пробежали по её телу, когда пальцы медленно потёрли лепестки её малых половых губ. С увеличившейся страстью она ускорила движения рта на члене барона, засасывая тот быстрее и быстрее. А рука двинулась дальше, Анастасия чувствовала, как ладонь трётся о клитор. Внезапно в её киске очутился палец, проникая глубоко внутрь вагины. Всё окружающее как бы исчезло, она была в своём собственном мире, и не было ничего важнее члена, что она сосала. Её губы стремительно скользили вверх и вниз по твёрдому стволу, и она чувствовала, как палец тоже ускоряется, входя и выходя из её тесной пещерки.

«Анастасия, стоп», — услышала она словно издалека команду барона и медленно вернулась в реальный мир. «Стоп», подумала она, «почему, чёрт возьми, он хочет, чтобы я остановилась?» Но её губы, тем не менее, скользнули вверх по члену, она выпустила его изо рта и вернулась в коленопреклонённую позу.

«Да, мой лорд», — сказала Анастасия. Теперь она могла видеть, что это Дженнифер ласкает её киску. Хотя Анастасия и перестала сосать член барона, Дженнифер всё ещё овладевала ею пальцами под платьем.

«Ты наслаждалась, не так ли?» — спросил Анастасию барон.

«Да, мой лорд», — ответила та. — «Это было неправильно?» — спросила она.

«Нет, это хорошо, что рабыня получает удовольствие, выполняя приказы. Это доставляет большое удовольствие лорду. Однако ты промедлила, когда я приказал тебе остановиться. Ты должна понимать, что если мужчина продолжает без перерыва, он кончит скорее, чем хотел бы. Когда у женщины оргазм, она чувствует облегчение, но она уже готова к следующему. Мужчина реагирует по-другому. Мужчина чувствует облегчение, но он должен подождать и восстановить силы, прежде чем продолжить. И чем старше я становлюсь, тем дольше занимает восстановление. Так что когда я командую тебе «стоп», ты должна остановиться немедленно, поскольку если я кончу до того, как я готов, я буду очень огорчён».

Пока Анастасия сидела, слушая барона фон Хесса, Дженнифер продолжала трахать её пальцами, а другая рука Дженнифер начала ласкать груди Анастасии. Дженнифер гладила её левую грудь, охватывая её ладонью и пробегая пальцами по соску. Анастасия чувствовала, что её киска начинает истекать соком по мере того, как росло её возбуждение. Оргазм был близок, и она знала это, она отчаянно хотела ощутить его член в своей вагине. Затем она услышала конец фразы, «если я кончу до того, как я готов, я буду очень огорчён». Её мать, это как раз то, что случилось с её матерью. Её мать побудила своего лорда кончить слишком скоро, и тот наказал её за это.

«Ваша рабыня думает, что понимает, мой лорд. Мать Вашей рабыни рассказала ей историю того, как она была рабыней и как разгневала своего лорда», — ответила Анастасия.

«В самом деле?» — спросил барон фон Хесс.

«Да, мой лорд».

«Дженнифер, стоп, — скомандовал барон, к немалому разочарованию Анастасии: она была так близка к оргазму. — Анастасия, разденься, ляг и расскажи мне эту историю — во всех подробностях, как тебе рассказывала твоя мать. Ванесса, я любовался твоей прекрасной киской, как насчёт того, чтобы сесть мне на колени, чтобы я мог поиграть с ней, пока Анастасия рассказывает свою историю? А Дженнифер обслужит Анастасию, пока та говорит», — продолжил барон.

«Обслужит меня», — подумала Анастасия с лёгким страхом. Но поскольку её лорд приказал, она сняла одежду, легла и слегка раздвинула ноги для Дженнифер. Ванесса поднялась и прошагала к барону, села боком на его колени, раздвинув ноги, и зарылась лицом в его загривок. Поезд набрал полную скорость, и снаружи было темно. Анастасия видела, как полные груди Ванессы качаются в такт стуку колёс. Рука барона скользнула по её бёдрам.

Анастасия принялась рассказывать про свою мать, и как только она начала, Дженнифер раздвинула её ноги пошире, легла на живот и зарылась лицом в её промежности. Анастасия ощущала, как язык той скользит вверх и вниз вдоль её щели, пока она говорила. Неспособная себя контролировать, она раздвинула колени шире, предоставляя Дженнифер полный доступ.

Приближая развязку, Дженнифер оттянула нежные лепестки половых губ Анастасии в стороны и присосалась к её клитору. Неспособная контролировать себя, Анастасия начала теснее прижиматься бёдрами к голодному рту Дженнифер. Анастасии было трудно рассказывать, её речь стала замедленной и иногда прерывалась из-за наплыва возбуждения. Взглянув на барона, чтобы убедиться, что тот не выглядит огорчённым, она увидела на его лице широкую усмешку. Он всё ещё трахал пальцами Ванессу, а та легонько покусывала его шею, но он определённо усмехался.

Затем они подошли к концу, история и её выдержка. Пока Анастасия стонала и кричала, из её киски вылилось столько жидкости, как никогда ранее, — и она пролилась прямо в рот Дженнифер. Та продолжала лизать и сосать киску Анастасии, вбирая в себя её соки до последней капли.

«Превосходная, просто превосходная история, — сказал барон, продолжая орудовать пальцами в киске Ванессы. ­— Дженнифер, можешь остановиться. Теперь я понимаю, Анастасия, почему ты спрашивала, сколько мужчин под моей командой. Во взводе сорок пять мужчин, и я обычно нахожу, что обслужить взвод — более чем достаточное наказание для рабыни».

Анастасия испустила вздох облегчения. «Спасибо, мой лорд», — поблагодарила она.

«За что?» — удивился тот.

«За всё, мой лорд: за то, что подарили мне такие приятные ощущения, за то, что Вы добрый хозяин. Ваша рабыня чрезвычайно благодарна».

«Ну, некоторые из нобилей жестоки. Но я нахожу, что если я делаю своих рабынь счастливыми, они делают меня ещё счастливее. Разумеется, ещё настанет момент, когда мне придётся наказать тебя. Но пока ты делаешь, что я приказываю, мы оба должны получить море удовольствия.

«А сейчас не хотела бы ты снова заняться моим членом и довести его до кульминации?» — спросил барон Анастасию.

«Это будет честью для Вашей рабыни, мой лорд», — проворковала Анастасия.

«Дженнифер, ты свободна», — сказал барон фон Хесс.

Дженнифер быстро натянула на себя платье поверх корсета, а затем с лёгким кивком в сторону барона повернулась и вышла.

«Анастасия, обслужи меня», — скомандовал барон, поудобнее располагаясь в кресле, так, чтобы предоставить ей лучший доступ к своему члену и в то же время позволить Ванессе остаться у него на коленях.

«Да, мой лорд», — сказала Анастасия и быстро встала на колени рядом с бароном, наклоняясь, чтобы взять член в рот. Она засасывала член до тех пор, пока не чувствовала, что головка тычется ей в горло, затем отпускала и повторяла с начала. Член блестел от её слюны. Она скользила ртом быстрее и быстрее. Продолжая сосать и глядя вверх, она видела пальцы её лорда, приоткрывающие киску Ванессы. И, глядя ещё дальше вверх, она видела, что они снова целуются. Целуются страстно, исследуя рот другого языком, и её губы скользят по его губам, сплетаясь.

Снова посмотрев вниз, Анастасия заметила, что барон подхватил её ритм. С каждым подпрыгиванием её головы на члене пальцы барона проникали в Ванессу и выходили из неё. Анастасия ускорила темп. Она быстрей и быстрей скользила по члену, засасывая его и отпуская, позволяя выскользнуть до самой головки. И пальцы барона тоже двигались всё быстрее и быстрее, внутрь и наружу из киски Ванессы. Анастасия могла видеть, как блестит сок на длинных половых губах Ванессы. Складки плоти двигались вслед за пальцами барона. А потом — запах, запах, он был чудесен, это был запах секса, запах свежей киски.

Аромат киски Ванессы наполнил ноздри Анастасии, и она принялась трудиться с ещё большим энтузиазмом. Кончить, он должен кончить, подумала она, я должна дать ему кончить. Её губы скользили по стволу вверх и вниз всё сильнее и быстрее, пока она не почувствовала кое-что. Головка члена набухла, потом ещё сильнее. Не замедляясь, она продолжала сосать, пока член наконец не извергся. Её рот наполнился густыми комками спермы, и, передвигая губы вверх по стволу, она проглотила столько, сколько смогла. Он излился снова, наполнив её рот ещё большим количеством густой клейкой слизи. Анастасия глотала со всем усердием, пока член выплёскивал сметанку, но ощущала, что некоторое количество её стекает из уголков её рта.

Взглянув вверх, чтобы посмотреть, доволен ли её лорд минетом, она увидела, что барон и Ванесса ещё целуются. Внезапно Анастасию наполнило другое чувство: она захотела быть на месте одного из них, целуясь, захотела прижать свои губы к губам другого, захотела исследовать рот партнёра языком. Единственным смущающим обстоятельством было то, что она не была вполне уверена, кого именно хочет поцеловать.

Слизав последние остатки спермы с члена барона, Анастасия вновь приняла коленопреклонённую позу.

«Ваша рабыня уверена, что закончила с Вашим членом, мой лорд».

Ещё несколько раз легко коснувшись губами губ Ванессы, барон прервал поцелуй.

«В самом деле, ты закончила, и это было чудесно. Вы очень хорошо потрудились, вы обе. А сейчас я собираюсь чуть-чуть вздремнуть. Как насчёт одеться и приготовить что-нибудь поесть? Я уверен, вы найдёте здесь всё, что вам потребуется. Разбудите меня, когда накроете на стол».

Барон фон Хесс встал и прошёл к занавесу, ступил за него и исчез из вида.

«Итак, ты умеешь готовить?» — спросила Ванесса Анастасию, надевая платье.

«Немного», — ответила та, залезая обратно в своё.

«Хорошо. Я уверена, что ты научишься большему со временем. Давай посмотрим, что мы можем приготовить нашему новому лорду», — сказала Ванесса.

Пройдя к кухне, они быстро нашли продукты, которые можно было приготовить. В холодильнике лежали кусок свежего красного мяса, а также помидоры и другие овощи в корзинке. Ванесса разожгла кухонную печку и начала поджаривать стейк. Анастасия нашла кастрюлю, чтобы отварить помидоры и прочие овощи. Когда стейк был готов, а овощи сварены, они накрыли на стол.

Анастасия удивлялась, как легко всё проходило, они с Ванессой великолепно поладили и работали рука об руку весьма успешно. Несколько раз во время готовки Анастасия поймала себя за разглядыванием Ванессы и вспомнила, как увидела их целующимися и тоже захотела поцеловать Ванессу.

«Ванесса», — сказала Анастасия, раскладывая вилки на столе.

«Да», — ответила та.

«Ты занималась сексом с другими женщинами, верно?» — продолжила Анастасия.

«Много раз. Почему ты спрашиваешь?»

«Ну, а я нет», — сказала Анастасия.

«Как же нет? Разве ты уже забыла мощный оргазм, что доставила тебе языком Дженнифер?» — ответила Ванесса холодно.

«Я имею в виду, сама я не делала с ними ничего. Я никогда не целовала женщину и не лизала киску».

«Вскорости тебе придётся попробовать. А сейчас, кажется, всё готово для ужина. Оглядись и поищи, что можно подать нашему лорду выпить».

«Я видела пиво в холодильнике», — сказала Анастасия.

«Значит, барон любитель пива. Вытащи бутылку и налей ему кружку, а я пойду разбужу его», — сказала Ванесса и исчезла за занавеской, пока Анастасия ставила кружку с пивом на стол.

Несколько мгновений спустя Ванесса вернулась и приняла коленопреклонённую позу рядом со столом. Видя это, Анастасия быстро встала в ту же позицию. Барон фон Хесс вышел и прошёл к столу. Выдвинув стул, он сел и возложил руки поверх их голов.

«Блюда выглядят славно, дамы. Теперь почему бы вам, двум прелестным созданиям, не присоединиться ко мне?» — сказал барон фон Хесс.

«Да, мой лорд», — ответили они в унисон, вставая и занимая места по бокам от него.

Ужин был очень приятным, они ели и шутили, обсуждали различные темы, и барон казался крайне удовлетворённым. Анастасия была поражена, как легко было на самом деле хорошо проводить время, вместе с тем следуя этикету рабыни. Они были в действительности весьма простыми, основные правила, как назвал их барон, и они в самом деле были основными.

Ужин продолжался, и барон выпил несколько кружек пива. Во время дискуссии он не единожды позволял руке скользнуть под стол и коротко погладить одну из девичьих ножек.

После того, как они закончили есть, барон фон Хесс встал из-за стола и снова уселся в кресло. Достав трубку, он набил её и закурил. Барон непрерывно дымил трубкой, наполняя воздух душистым ароматом трубочного табака, и наблюдал, как дамы моют посуду и ставят её на место.

«Ванесса», — позвал барон фон Хесс.

Ванесса тут же оказалась возле него, встала на колени и сказала:

«Да, мой лорд».

«В моём замке есть зелёная рабыня, которую я хотел продвинуть в голубые. Но я думаю, что сделаю голубой тебя и отдам Анастасию с той рабыней тебе в подчинение. Как тебе это понравится?»

«Очень, мой лорд. Вашей рабыне доставит огромное удовольствие такая перспектива», — ответила Ванесса, в её голосе слышалось возбуждение.

«Прекрасно. Значит, так тому и быть. Я надеюсь, что ты будешь хорошо обращаться с ними и что ты хорошо выдрессируешь Анастасию. Она похожа на маленькую течную кошечку, готовую замяукать. Я хочу, чтобы ты поощряла её, я хочу, чтобы она полюбила секс. Я хочу, чтобы она жаждала его. Я хочу, чтобы она стала самой развратной шлюхой в замке, трахающей и мужчин, и женщин без разбора, и я хочу, чтобы она делала это со всею страстью», — сказал барон.