Этот выбор - мой (fb2)


Настройки текста:



Глава 1. Пробуждение.



Гарри шёл по вечернему Литтл-Уингингу и с ожесточением стирал кровь и слёзы со своего лица: наплевать! Пусть Министерство присылает свой громовещатель, пусть его снова вызывают на разбирательство, но терпеть дальше он не намерен.

Тело, исполосованное ремнями дружков Дадли, болело. Правый глаз заплыл. Очки очередной раз были разбиты. Однако в груди бушевало чувство яростного удовлетворения. Он поставил этих подонков на место, и никто – ни Дамблдор, ни Министерство – не заставят его извиняться. Наоборот, теперь он точно убедился, что это надо было сделать давно.

Зайдя в дом Дурслей (своим домом он его никогда не считал), Гарри не стал слушать злобных воплей тётки о заляпанных его кровью коврах, бегом поднялся наверх и закрылся у себя в комнате. (Хотя, закрылся – это громко сказано, на двери изнутри спальни защёлки не было.) И стал ждать, когда же явятся министерские чиновники, чтобы забрать «нарушителя». Автоматически, как делал уже не раз, Гарри «уговаривал» своё тело отключить боль, остановить кровотечение, заживить нанесённые раны. В последнее время это удавалось всё лучше и лучше. А главное, для этого не надо было пользоваться палочкой. Видимо ЭТО что-то инстинктивное, какой-то врождённый дар, который не засекают сигнальные чары Министерства. Плохо только то, что дядя Вернон с тётей Петуньей прямо бесились при виде того, как быстро сходят следы побоев, и это порой провоцировало их наносить новые. Но Гарри привык, в конце концов, это только физическая боль, а её можно отключить. В последнее время ему удавалось излечивать довольно сильные повреждения за ночь. Причем, не только собственные. Однажды – неделю назад – он даже смог полностью вылечить попавшую под машину кошку миссис Фигг. Самое приятное, что, кроме чувства усталости, это приносило светлую радость и удовлетворение. Надо бы найти какие-нибудь книги по этому вопросу. Но где же их взять? Не в этом же городишке. Пока суд да дело, он решил собрать вещи, а также выбросить накопившийся в сундуке хлам. Руки работали автоматически, а в голове прокручивались воспоминания о последних месяцах учёбы на шестом курсе.

Воландеморт и его Упивающиеся совсем озверели. Нападения на магов и магглов следовали одно за другим, и непохоже было, что Министерство могло хоть как-то справиться с ситуацией. Последние два месяца учебы превратились в один непрерывный кошмар.

Во-первых, Гарри совершенно точно понял, что девушки его не возбуждают. Во-вторых – «Слизеринский нетопырь» постарался сделать каждый вздох в Хогвардсе для Гарри невыносимым. Как первое связано со вторым, спросите Вы? Да очень просто. Когда Гарри разобрался, наконец, в своей ориентации, то решил первым делом «поговорить» об ЭТОМ с искушёнными людьми.

Все знали, что Фред и Джордж – геи, ну, или, по крайней мере, бисексуалы. Кроме того, ходили слухи, что они не прочь и друг с другом… Улучив удобный момент, пока Гермиона и Рон выполняли свои обязанности старост и помешать разговору не могли, он, слегка «поблеяв», всё таки решился и рассказал близнецам о своей проблеме. Те дружно взяли его в оборот и «слегка» посвятили в радости однополого секса. Ничего серьёзного – так, поцелуи, поглаживания, объятия. Вот за этим-то их и застал Снейп. Ничего особенного он не увидел, парни успели отскочить друг от друга. Но виноватых лиц и взъерошенного состояния зельевару вполне хватило, чтобы сделать надлежащие выводы и потом изводить ненавистного гриффиндорца подколками всё оставшееся до каникул время.

А времени у него было предостаточно. В этом году он преподавал ЗОТИ и Зелья у старшекурсников, так что они «общались» по пять часов в день, не считая обедов и ужинов в Большом зале. В общем, к началу каникул Гарри был готов на стенку лезть от такой «весёлой» жизни.

В связи с участившимися нападениями летние каникулы в этом году начались раньше обычного. Уже седьмого июня им раздали результаты проверочных и контрольных работ, проведённых в спешном порядке в конце мая. Учитывая, КТО был преподавателем ЗОТИ, Гарри вовсе не удивился, увидев у себя по этому предмету «Выше ожидаемого», а не «Превосходно». По Зельям вообще было «Слабо». Когда в начале года Зелья вёл Слизнорт, Поттеру с помощью записей неизвестного ему студента в старом учебнике удалось стать лучшим учеником в классе. Но во втором семестре старина Гораций отдал ведение Зелий у старших курсов обратно Снейпу, и тот быстро выяснил источник информации, которым пользовался Гарри. Вот после этого он и озверел окончательно. Был грандиозный скандал. Поттера заставили пересдавать все практические работы. Конечно, благодаря талантливым комментариям Снейпа в учебнике, программу шестого курса Гарри знал неплохо, но слизеринский гад задавил его заданиями из программы начальных курсов. А потом началась планомерная травля. Не было не одного занятия, на котором бы Снейп не высказал мнения об умственных способностях Золотого мальчика, а Гарри, пытаясь сдержать гнев, впадал в ступор и с трудом воспринимал материал. Правда, на других занятиях он всегда был на высоте.

В общем, хорошо, что этот учебный год закончился. Гарри надеялся, что на летних каникулах ему разрешат жить в штаб-квартире Ордена на Гриммо 12, но Дамблдор «популярно» объяснил мальчику, что время до своего совершеннолетия он должен провести с тётей и дядей. «Защита крови – великая вещь, и грех отказываться от неё, мой мальчик». И Гарри подчинился, впрочем, как всегда.

Вернувшись на Прайвет-драйв 4, мальчик крупно пожалел о своей сговорчивости, будучи избитым дядей Верноном в первый же день за какую-то мелкую провинность. И потекли его будни «домашнего эльфа»: подай, принеси, убери, приготовь, полей, прополи, вскопай. И побои вперемешку с голодом почти каждый день.

Прожив так неделю, Гарри не выдержал и принял решение сбежать. Он спрятал свои вещи в надёжном месте и на метле добрался до Норы. Радости Рона, Джинни и близнецов не было предела. Но на следующий день пришёл Дамблдор и, выслушав просьбы Гарри, неумолимо велел вернуться к родственникам и попросить прощения. А, собственно, почему он должен был решить иначе? Жалуясь на нелюбовь родственников, Гарри постыдился рассказывать о побоях, тем более, благодаря его дару синяков не было видно. Вот таким образом два дня назад Гарри Поттер вновь оказался на Прайвет-драйв, а сегодня случилось ЭТО. После работы в цветнике тётя Петунья приказала ему вымыться и убираться куда-нибудь из дома, так как к ним должны прийти гости, а вид племянника не соответствовал ее эстетическим идеалам. Переодевшись после душа в очередные обноски Дадли, Гарри отправился бродить по дневному Литтл-Уингингу и наткнулся на Дадли «со товарищи». Компания здоровенных качков окружила его и отрезала путь к отступлению:

- Ну, что задохлик, поговорим по-взрослому? Мы тебя научим, как надо себя вести в приличном доме! – в руках у пятерых отморозков были свёрнутые петлями ремни с металлическими клёпками.

Гарри не раз сталкивался с дружками кузена и научился неплохо драться, кроме того, он обладал ловкостью тренированного ловца. Но одному против пятерых вооружённых импровизированными кожаными хлыстами с заклёпками бугаев ему не выстоять, его проигрыш в этом столкновении был делом времени. Дальнейшее как будто смазалось – Гарри уворачивался, бил, получал удары ремнями. Очки его были разбиты, по лицу и спине текла кровь, но он пока держался. Подонкам надоело получать от него ответные удары, и двое из них схватили его за руки, пока остальные во главе с Дадли продолжали его лупить. Гарри не знал, чем бы всё это кончилось, если бы Пирс не заорал:

- Дадли, а давайте его трахнем все по очереди! Он, наверное, ещё девственник, развлечёмся! – и парни перехватили его покрепче, чтобы не сопротивлялся.

Но откуда-то из глубин сознания Гарри вдруг поднялась горячая волна. Раньше такое тоже случалось, но магия была бесконтрольной, и дело заканчивалось разрушениями. Сейчас же мальчик полностью контролировал свою СИЛУ. Мысленным приказом оторвав от себя мерзавцев, он как следует приложил их о кирпичную стену какого-то здания, а затем подвесил за воротники на верхушку соседнего дерева. Отряхнувшись и стерев бегущую из разбитого носа кровь, Гарри оглядел «поле боя». Его недавние противники барахтались в кроне дерева, судорожно хватаясь за ветки и пытаясь не упасть.

- Дадли, если ещё раз ТЫ или твои гориллы подойдёте ко мне ближе, чем на пять метров, я сделаю так, что вы пожалеете, что родились на свет.

- Папа тебя убьёт!

- А вот это, вряд ли.


И вот теперь Гарри разбирал свои вещи и ждал, когда же за ним придут. Очнувшись от воспоминаний, он внезапно подумал: «А сколько сейчас времени?» Судя по часам в комнате, прошло два часа с тех пор, как он вернулся в дом. «Ничего не понимаю! В прошлый раз громовещатель появился через пятнадцать минут после того, как мы возвратились после встречи с дементорами.» Этому могло быть только одно объяснение, но Гарри не мог поверить в такую удачу. Значит, Министерство отслеживает использование палочки, а не саму магию. Как же хотелось в это верить. Вдруг в руках что-то негромко звякнуло. Гарри вновь обратил внимание на свой сундук, который почти успел разобрать, пока «копался» в своих воспоминаниях. Как раз в этот момент он доставал из сундука какой-то бумажный свёрток, содержимое которого и издавало это звяканье.

- Интересно, что это может быть?

Но тут, его как ножом по сердцу ударило: это же двустороннее зеркало, которое ему дал Сириус перед пятым курсом. После гибели крёстного Гарри, в гневе на себя за свою глупость, швырнул свёрток с зеркалом о стену, и оно разбилось. Но выбросить «подарок крестного» рука как-то не поднималась. Осторожно развернув плотную бумагу, Гарри принялся разглядывать осколки. Вдруг что-то мелькнуло среди них. Раздвинув кусочки разбитого зеркала, он увидел маленькую, вырезанную из чёрного дерева фигурку лохматого пса на цепочке. Цепочка была прикреплена к бумаге.

- Мне кажется, или здесь что-то написано?

Аккуратно ссыпав осколки на старую газету, Гарри разгладил мятую бумагу:

«Гарри, если тебе станет совсем невмоготу, сожми в руке фигурку и скажи про себя: «Бродяга». Верь мне!

Твой Бродяга».

- Интересно, что это?

Гарри на всякий случай надел мантию-невидимку, крепко сжал в руке волшебную палочку, но, подумав, убрал её в задний карман брюк. Постоять за себя он мог и без неё, а вот вляпаться в министерское разбирательство с ней – сколько угодно. Он накинул цепочку с фигуркой на шею и произнёс одними губами: «Бродяга». Тут же всё вокруг закрутилось, как будто кто-то подцепил его крюком за живот – и вот он стоит посреди уютной светлой гостиной. Стараясь передвигаться как можно тише, Гарри решил обследовать дом. Он никого не нашел, но обнаружил лежащую на столе в гостиной записку:

«Гарри! Если ты читаешь это письмо, значит, меня нет в живых. Прости меня. Я обещал тебе счастливую жизнь со мной в моём доме, но, видимо, не смог выполнить обещания. Этот дом я купил, когда твои родители поженились, и мне стало неудобно стеснять их. Правда, большую часть времени, я всё равно пропадал в Годриковой Лощине, но всё равно, это была «моя крепость». Правда, полностью его обставить я тогда не успел, а сбежав из Азкабана, пробыл в доме только первые два месяца. Потом Ордену потребовалась штаб-квартира, и мне пришлось перебраться в ненавистный родительский дом. А о местонахождении и существовании этого домика не знает никто. Он защищён всеми защитными чарами, какие я смог найти, кроме того, применение в нём любого вида магии невозможно отследить. Ты сможешь пользоваться палочкой, не опасаясь Министерства. В шкатулке на столе лежат магические и маггловские документы на имя Шона Шемрока (я надеялся поехать с тобой на летних каникулах в путешествие, поэтому приготовил нам паспорта), не удивляйся, на фотографии у тебя там синие глаза и более длинные волосы. Я хотел выдать нас за отца с сыном. Старайся поменьше пользоваться магией, когда будешь «перевоплощаться». Я бы посоветовал тебе заказать пару маггловских контактных линз синего цвета и изменить причёску. Да, маггловские деньги - в ящике секретера в кабинете. В библиотеке хранятся книги, которые могут тебе пригодиться. Подвеска на цепочке может перенести тебя туда, куда ты скажешь, главное – чётко назвать место и представить, где бы ты хотел очутиться. Ещё раз прости меня и прощай.

Твой Сириус».

Спохватившись, Гарри забрал письмо с собой и с помощью того же портключа-подвески вернулся в свою каморку на Прайвет-драйв, как оказалось, вовремя.

Снизу из прихожей, доносились испуганные вопли тётушки Петуньи:

- Дадличек, милый! Кто это сделал с моей кровиночкой? ЧТО? Этот мерзкий мальчишка! Вернон! ВЕРНОН! Этот маньяк, чуть не убил нашего Дадлика!

- Где он, Петунья? Я сейчас ему голову оторву!

По лестнице загрохотали тяжёлые шаги, и дверь комнаты со стуком врезалась в стену:

- Что ты сделал с нашим сыном, дрянной мальчишка?! – дядя Вернон задыхался от злости, занося руку для удара. Но в этот раз Гарри не пытался закрыть лицо руками, а смело встретил разъярённый взгляд своего кабаноподобного дядюшки:

- Дадли с дружками напали на меня, - голос мальчишки был на удивление спокоен и твёрд.

- ЧТО!? Да как ты смеешь, неблагодарное отродье, клеветать на Дадли? – и занес кулак для удара, который, не долетев дюймов десять до Гарриного лица, застыл в воздухе и не смог приблизиться ни на дюйм. Ещё ничего не поняв, Дурсль-старший, попытался пнуть мальчишку – тот же эффект. Тогда, окончательно озверев, Вернон кинулся на племянника, как бык на красную тряпку. Но его вновь откинуло назад. Гарри поднял правую руку и повертел кистью, как будто что-то закручивает. Жирного борова приподняло над полом, перевернуло вокруг сагиттальной оси и осторожно поставило на пол. Пользоваться магией таким образом было так же легко, как дышать. Гарри чувствовал опьянение и эйфорию от своей власти над этим магглом. Но вдруг что-то остановило его:

«Так вот, что чувствует Волдеморт?» – мысль вызывала отвращение, и Гарри «отпустил» дядюшку. Но преподанный урок ничему не научил Дурсля. Как раненный вепрь, он снова кинулся на Гарри. Тут уж терпению того пришёл конец:

-«Морфеус»! – и все в доме немедленно уснули.

Гарри не торопясь сложил оставшиеся вещи в свой сундук, уменьшил его и положил в карман. Затем спустился на кухню, взял хозяйственную сумку и стал набивать её продуктами из холодильника. Ему хотелось сначала освоиться в его новом доме, приглядеться к улице, а не выходить в первый же день на поиски продуктов, подвергая себя опасности. Подумал было, не взять ли смену постельного белья и полотенце, но решил, что лучше очистит пыльное бельё заклинанием, чем воспользуется чем-нибудь из вещей своих «родственничков». Но вот кусок туалетного мыла, зубную щётку, пасту и шампунь он всё же решил забрать, на «всякий случай». Уменьшив свой продуктовый запас, Гарри вновь поднялся наверх, открыл дверцу птичьей клетки и выпустил Буклю на улицу:

- Ты ведь найдёшь меня, девочка?

Букля тихо ухнула.

- Будь осторожна!

Сова с легким шорохом крыльев исчезла в темноте. В последний раз осмотрев «свою» комнату и усмехнувшись от осознания того, что совсем не сожалеет, что уходит из этого дома навсегда, Гарри уменьшил клетку, сунул её в карман и, сжав левой рукой фигурку на шее, подумал: «Бродяга». Оказавшись в уже знакомой комнате, парень, насколько умел, проверил защитные чары, очередной раз помянув про себя незлым «икательным» словом всех преподавателей ЗОТИ, кроме Римуса, и отправился на кухню. Сие помещение было оборудовано, скорее, в стиле маггловских научных достижений, чем в традиционном классическом, характерном для магических семей. Но для Гарри так было даже привычнее. Обнаружив на кухне большой холодильник с вместительной морозильной камерой, забитый консервами и куриными тушками в вакуумной упаковке, гриффиндорец мысленно поблагодарил крёстного за предусмотрительность. Выложив принесённые от Дурслей продукты в означенный агрегат и соорудив себе сэндвич нехилых размеров, Гарри отправился на тщательное обследование жилища. Домик был компактным, но очень уютным, в скандинавском разноуровневом стиле. На этой половине дома были гостиная с камином (на данный момент круто заблокированным), большая кухня-столовая, выходящая на крытую веранду, ванная и холл, заканчивающийся лестницей в подвал под гостиной. На второй половине дома располагался бывший гараж, а ныне - мастерская, вход в которую был на кухне (кроме основного, со двора), рядом – большая библиотека, а над мастерской располагались две просторные «хозяйские» спальни с собственными маленькими ванными комнатами, из которых по галерее можно было попасть в гостиную. Галерея заканчивалась небольшой лестницей, ведущей в мансардные комнаты над гостиной. Мастерская явно была переделана для тренировок по боевой магии. В подвале оборудована лаборатория с небольшим, но впечатляющим по составу хранилищем зелий. (Правда, многие из них были просрочены.) Спальни обставлены не полностью. Фактически, обжитой была только одна из них. В мансардных комнатах валялся всякий хлам, Гарри даже не стал в них заходить. Внезапно все переживания сегодняшнего дня навалились тяжким грузом, и парня потянуло в сон. Юноша застелил кровать в большой спальне свежим постельным бельём и, захватив полотенце с туалетными принадлежностями, отправился в ванную. Напустив в тёплую воду приятно пахнущей пены, не отказал себе в удовольствии «поотмокать» полчаса, но едва не захлебнулся, задремав от усталости. После чего быстро вымылся, обернул бёдра пушистым полотенцем и отправился в кровать. Естественно, он уснул, едва коснувшись головой подушки.

На следующее утро Гарри проснулся с ощущением праздника. Не открывая глаз, чтобы не разочароваться, он попытался понять, в чём же дело. И тут всё произошедшее накануне «промелькнуло» перед глазами. Гарри сел, свесив ноги с постели. Вслепую поискав очки на прикроватной тумбочке, он починил их очередным «Репаро» и водрузил на нос. Наконец-то Мальчик-которого-все-достали смог рассмотреть свою спальню повнимательней. Очень светлая, с высоким потолком, обоями золотисто-бежевого цвета и белой мебелью, она представлялась ему Раем Обетованным, особенно по сравнению с домом Дурслей.

-Хмм, интересно, скоро ли меня хватятся? Хорошо, если бы подольше «не замечали» мой побег.

Надев надоевшие, но чистые обноски, он пообещал себе, что, как только разведает обстановку, выберется в поход за одеждой. Затем умылся, спустился на кухню и сварганил себе шикарный завтрак. Медленно наслаждаясь едой в одиночестве (где никто не орёт, не оскорбляет и не накладывает ему порцию, которой и месячному котёнку бы не хватило), Гарри разрабатывал планы на будущие несколько дней.

- Так, с утра тренировка, а поскольку бегать на улице я пока не могу, то пригодятся лестницы в доме; затем, занятия в библиотеке, потом – обед, а вечером хорошо бы попрактиковаться в боевой магии. А на ночь надо будет очищать сознание. Итак, вперёд!

Загоняв себя по лестницам и сделав зарядку, Гарри принял душ и отправился в библиотеку. Выбрав себе книгу по боевым заклятиям и контрзаклятиям, он углубился в чтение, периодически записывая на листе пергамента выбранные им незнакомые чары. Плодотворно прозанимавшись часа три, Гарри опять немного побегал по лестницам, одновременно пытаясь тренировать повороты и «маневры ухода», необходимые в бою. Учитывая физическую подготовку и выносливость парня, результаты вдохновляли. Затем он нашел в библиотеке книгу по целительству и колдомедицине, которая «захватила» его на четыре часа, так, что он даже пропустил обед. Хотел было махнуть рукой на еду, но заставил себя подняться и пойти разогреть вчерашнюю курицу. Гарри понимал, что для своего возраста он слишком маленького роста, да и набрать пару кило тоже не помешает.

После обеда он снова позанимался в библиотеке, а вечером провел учебный бой с иллюзией противника (иллюзия иллюзией, а когда прилетит удар, больно, как от настоящего). Перед сном провел для себя «разбор полётов», составил планы на завтра и понаблюдал за окрестностями через все имеющиеся в доме окна. Затем – сон.

И в таком вот темпе он провел целую неделю. Но зато приятно было с легкостью определить все чары, наложенные на дом для защиты, и добавить парочку дополнительных. Начитавшись книг по колдомедицине и целительству, Гарри понял, что, похоже, у него врождённый дар целителя, который проявился в стрессовой ситуации незадолго до совершеннолетия. (Что обычно и случалось в магических семьях.) Боевая магия тоже была на высоте.

Пришло время «довести до ума» старинную мечту, так и не реализованную до конца на уроках Трансфигурации. Мерлин его знает, что помешало Гарри в конце этого учебного года стать, наконец, анимагом. Может быть, хроническая усталость и пришибленность, а может, планомерное истребление Снейпом его уверенности в себе. Но вот теперь, после двухдневного повторения теории, Гарри чувствовал, что готов к превращению.

Произнеся про себя формулу заклинания и сосредоточившись, он закрыл глаза и стал «прислушиваться» к изменению, произошедшему в организме. Так, резкое усиление обоняния и слуха (ушки точно на макушке), колебание воздуха улавливают вибрисы, и точно есть хвост. «Кем же я стал?» - крутилось в голове. Осторожно приоткрыл глаза и пошатнулся. К такому ракурсу надо было привыкнуть. Инстинктивно потянулся, выгнув спину, и вальяжной походкой направился в холл к большому зеркалу. «М-да, размер невелик». Подойдя к зеркалу, Гарри увидел в отражении молодого, полудлинношёрстного кота «дикой», полосатой окраски (это хорошо, ни в темноте, ни в сумерках не заметно) с насмешливо-хмурой мордой и зелёными глазами. Учитывая «близкое» знакомство с миссис Фигг, Гарри бы сказал, что это или Мэйн-кун, или Сибиряк, причём, скорее первое, чем второе, учитывая кисточки на ушах. Потренировавшись в управлении своим новым телом, Гарри превратился в человека, и отправился заниматься дальше.

В общем, за десять дней непрерывной учебы был достигнут значительный результат. А вот в целительстве и колдомедицине Гарри начал «пробуксовывать», и объяснялось это одним словом: «Зелья».

Нет, он не был полным невеждой в этом искусстве, как не раз попрекал его Снейп. Гарри просто «не воспринимал» информацию, когда его третировали. Поэтому знания его были, мягко скажем, отрывочные. Он неплохо знал материал первого курса (Снейп тогда ещё не доставал его так сильно, как последние три года), великолепно помнил материал шестого благодаря учебнику (воспринимать зельевара по записям было гораздо познавательней, чем при личном общении), но вот то, что было «между», слилось в грандиозную кашу. Иными словами, Гарри не имел «базы знаний» по этому предмету. Это надо было немедленно исправлять, иначе на занятиях колдомедициной можно было ставить большой жирный крест. С целительством было лучше, его Дар раскрывался всё сильнее и сильнее, но, опять-таки, без зелий здесь было не обойтись. А значит, пришла пора проверить, так ли он «безнадёжен» в этой науке, как утверждал этот мерзкий гад.

При воспоминании о Снейпе его передёрнуло, он до сих пор не мог забыть взгляда слизеринского декана, когда тот «застукал» Гарри с близнецами, за тем «экспериментом». В нём отражалась насмешка, злобное удовольствие от власти над Золотым мальчиком, и что-то ещё. Что-то, чего Гарри так и не смог понять.

На следующий день, позавтракав, и отметив про себя, что запас продуктов подходит к концу, Надежда Британского Магического Мира В Бегах отправилась в библиотеку искать книги по зельям. Покопавшись на стеллажах, Гарри нашёл три книги, устраивавшие его по изложению и содержанию, и приступил к их изучению. К обеду он с изумлением убедился, что, оказывается, Снейп не такой уж плохой преподаватель. Большинство описываемых зелий он помнил, только нужно было эти знания «разложить по полочкам».

Позанимавшись вечером практической боевой магией, Гарри решил вернуться к зельям и сварить на пробу какие-нибудь, хотя бы самые необходимые. Вооружившись справочниками, он направился в лабораторию. Здесь, как и на всех помещениях дома, были наложены чары «Чистоты», позволившие оборудованию остаться в рабочем состоянии. Разобрав запасы, гриффиндорец поморщился. Многие ингредиенты всё же испортились за два года хранения. Но из оставшихся можно было сварить Перечное и Заживляющее зелья, чем Гарри и занялся. Закончил он уже довольно поздно, но был донельзя горд и доволен собой. Даже Снейпу не к чему было бы придраться. Зелья получились идеально. Разлив результат своих трудов по флаконам и подписав этикетки, Гарри решил заодно навести ревизию на полках хранилища готовых зелий. Провозился до полуночи, но оно того стоило: по окончании этой работы он составил список зелий, которые необходимо было сварить, и недостающих ингредиентов для них.

Усталый, но довольный, Гарри отправился на поздний ужин. Порыскав в холодильнике и найдя там только галеты да последнюю банку печёночного паштета, парень загрустил – проблема продуктов вышла на первое место. Дальше откладывать вылазку было нельзя.

На следующее утро, сделав пробежку и зарядку, Гарри со списком необходимых ему вещей и деньгами вышел из дома. Он уже давно понял, что дом, в котором он живёт, находится где-то в центре Лондона, поэтому добрался до ближайшей станции метро и, изучив карту подземных станций, проехал до ближайшего указанного на карте торгового центра. Чтобы не привлекать к себе пристального внимания своей поношенной и бесформенной одеждой, он выбрал джинсы, летнюю рубашку и кроссовки, затем переоделся в примерочной и, расплатившись, отправился в другой магазин. Обноски Дадли он выкинул в первый же мусорный бак. Выбрав по путеводителю магазин дорогой одежды, Гарри направился туда. Он оказался в целом торговом городе. Подобрав с помощью консультантов себе полный гардероб и оставив покупки в камере хранения, он отправился в парикмахерскую. Через час он вышел оттуда и не смог себя узнать в отражении зеркальной витрины. На него смотрел молодой парень с чёрными волосами, аккуратными волнами спадающими вокруг лица до плеч, густая чёлка до бровей закрывала шрам. Стильные, узкие джинсы, зелёная футболка и летняя укороченная джинсовая куртка шли ему чрезвычайно. Человек в отражении был даже красив, а о старом образе «нелюбимого племянника» напоминали только латанные-перелатанные очки.

- Кстати, об очках. Где-то здесь я видел «Оптику», - сказал он своему отражению, и отправился на поиски нужного отдела.

Продавец-консультант оказалась доброжелательной девушкой лет на пять постарше Гарри и, приняв его проблему близко к сердцу, не только подобрала парню две пары очков, но и порекомендовала находящуюся неподалеку клинику, где можно было проконсультироваться о возможности лазерной коррекции, а также заказать качественные линзы.

- Я сама у них оперировалась два года назад, всё прошло очень удачно. Одноклассники даже не узнают меня при встрече, да вот, сам посмотри! – и она продемонстрировала любительский снимок, помятый от частых просмотров, на котором была изображена хмурая девочка с мышиного цвета хвостиком и уродливыми очками. Взглянув на свою собеседницу, Гарри ответил:

- Я бы, наверное, тоже Вас не узнал. Вы очень сильно изменились.

- Так и я о чём тебе говорю, избавившись от очков, я стала другим человеком. Ничего не бойся, ведь силком идти на операцию тебя никто не заставит.

Выйдя из отдела милой продавщицы, Гарри задумался: «Избавиться от близорукости было бы очень заманчиво. К тому же, деньги на операцию у меня есть, а времени она займёт очень мало. Элиза сказала, что уже на следующий день могла читать без очков. Не буду откладывать решение этой проблемы в долгий ящик, пойду в клинику сегодня же».

И, договорившись о доставке купленных вещей на дом к 19.00, он отправился по адресу, который ему дала доброжелательная девушка. Ему повезло, на осмотр в клинике его приняли сразу. «Везёт же по мелочам, а как что-то серьёзное, так обязательно вляпаюсь», - подумал Гарри и прошёл в смотровой кабинет. Обследование заняло два часа, и по его окончании мальчика опять пригласили к уже известному ему доктору Кларенсу.

- Шон, я должен огорчить вас. Лазерная коррекция зрения вам не поможет, в лучшем случае несколько приостановит развитие близорукости. Возможно, после длительного лечения у нас в клинике вероятность излечения и увеличится, но гарантировать вам это стопроцентно мы не сможем.

- А если я буду пользоваться очками и линзами, моё зрение будет ухудшаться?

- Вовсе нет. При правильном подборе линз и очков прогрессирования заболевания не будет. Кстати, забрать свои линзы вы сможете уже завтра. Только, извините за нескромный вопрос, почему вы выбрали синие линзы? Вам не нравится зелёный цвет ваших глаз?

- Да, в общем-то, нет. Просто захотелось.

- Ну, что же, тогда до завтра.

- До свидания, доктор Кларенс.

Завернув по дороге в супермаркет и закупив продуктов на неделю, Гарри отправился домой. До семи вечера оставалось всего полчаса, и начинать тренировку по боевой магии не имело смысла, поэтому он решил разобрать документы в секретере библиотеки. Благо дело, там их было немного: документы на дом и землю, паспорт Сириуса на имя Сибела Шемрока, паспорт Гарри на имя Шона Шемрока и записка для юноши.

«Гарри. Все свои маггловские деньги я оставил тебе по завещанию. Обратись к Джонатану Спенсеру из адвокатской конторы «Спенсер и сын», он мой друг, и расскажет тебе всё, что ты должен знать. Только, прошу тебя, не проговорись, что ты маг, он не в курсе НАШИХ ДЕЛ. Для него я – человек «работающий на правительство. Сириус.»

- Вот завтра заодно и узнаем, что ты ещё напридумывал, крёстный.

Тут в дверь позвонили и, быстро проведя уже ставшую привычной проверку, Гарри открыл дверь. Как он и ожидал, доставили вещи из магазина. Расплатившись с посыльным, парень потащил пакеты в спальню. Быстро развесив и разложив вещи в гардеробе, он поужинал и стал навёрстывать потерянное за день время. Сегодня спарринг-бой с иллюзорным противником не доставил привычного удовольствия. Действия «врага» быстро просчитывались, от ударов заклятий удавалось уворачиваться легко.

- Надо бы поискать инструкцию к применению, должен же у этой штуки регулироваться уровень сложности.

Инструкция нашлась на верстаке мастерской. Разобравшись с затейливым шрифтом документа, Гарри с удивлением узнал, что его «вражина» – это специальная разработка Аврората для тренировки боевых магов из Отряда быстрого реагирования и на высшем заданном уровне сложности может даже «кидаться» «Круцио» и «Империо». Как такую вещь достал крёстный, оставалось загадкой. Градуировка сложности шла по тому же принципу, что и оценки в Хогвардсе: слабо, удовлетворительно, выше ожидаемого, превосходно. Судя по всему, Гарри полностью исчерпал возможности уровня «Выше ожидаемого», пора было переходить к уровню «Превосходно». Перенастроив иллюзорного противника, Мальчик-который-сбежал-от-всех ещё два часа отрабатывал боевые заклятия и контрзаклятия, но чего-то как будто не хватало. А Гарри привык доверять своей интуиции: раз она сказала «чего-то не хватает», значит, не хватает. Прекратив тренировку и приняв душ, юный противник Воландеморта отправился на кухню и, усевшись там за чашкой чая, стал размышлять.

- Чего же не хватает? Что «напрягает» меня в моих тренировках? Какие слабые стороны я не учёл? - перед глазами проносились проведённые в учебных боях часы. – Хм, я, кажется, понял.

Перед глазами встали некоторые моменты боя, над которыми он раньше не задумывался. Вот – длинное контрзаклятье со сложным движением палочкой. А если противников не один, а много против него одного? Будет ли у него время и достаточно места для таких «пируэтов»? К тому же, это контрзаклятье легко блокировать. Нет, надо что-то быстрое, хлёсткое, чтобы обычным «Фините инкантатем» не снималось. И Гарри засел за разработки таких заклятий. А когда оторвался, на улице светало. Потянувшись, парень побрёл на кухню завтракать. Тело ломило от усталости, голова раскалывалась, но он был доволен: из кучи «магической шелухи» вырисовывались три перспективных заклятия. Нет, их ещё нельзя было использовать в таком виде, но после практической доработки можно было ждать очень и очень приличных результатов. В конце концов, Снейп же придумал «Сектусемпру» и «Левикорпус», а чем он хуже?

Всё утро Гарри посвятил пробежке по парку, отжиманиям, тренировке выносливости. Потом попрактиковался в заклятиях целительства и колдомедицины, в очередной раз напомнив себе, что надо пополнить запас ингредиентов для зелий. После чего занялся «доведением до ума» придуманных им боевых заклинаний и щитов. Два из трёх были уже хороши, третье ещё требовалось доделать. В процессе работы «вырисовался» ещё один блок, над которым стоило подумать. И, наконец, совершенно случайно (наверное, потому что от усталости уже язык заплетался, и произносились уже не чёткие заклинания, а какая-то абракадабра) выговорилось ТАКОЕ, что спарринг-противник превратился в большую лиловую жабу с человеческим лицом, жёлтыми перьями на голове и двумя змеиными хвостами за ушами. Говорить ЭТО не умело и, соответственно, в качестве противника было безвредно. Потратив ещё полчаса, Гарри вспомнил, что произнёс тогда вместо «Птериформис просцио» - «Птерифрогус сорпцио», и подобрал, наконец, контрзаклятие. Вот так, нежданно-негаданно, в его арсенале появились весьма неприятные и простые в использовании заклятия.

Внезапно, вспомнив о времени, Гарри ужаснулся:

- Ё-моё! Через полчаса клиника закроется, а я не забрал линзы! – выхода не было, придётся аппарировать к клинике прямо из дома (кстати, надо будет потренироваться в беспалочковой аппарации из комнаты в комнату). Переодевшись и захватив деньги, Гарри аппарировал в неприметный тёмный закуток неподалеку от входа в клинику. Быстро пройдя через вестибюль, поднялся на лифте к кабинету доктора Кларенса и постучал в дверь:

- Доктор Кларенс, можно войти?

- А, это вы Шон? Я уже думал, что вы не придёте. Вот, пожалуйста, ваши линзы. Как мы с вами и решили, две пары синих линз, и одна пара прозрачных. Теперь попробуйте сами вставить их, как я вам вчера показывал.

Потренировавшись минут десять перед зеркалом, Гарри остался доволен результатом. Оставив синие линзы, он убрал очки в футляр и спрятал в карман куртки. Теперь его никто не сможет узнать.

- Спасибо вам, доктор Кларенс.

- Не за что. Жаль, что не смогли помочь вам с лазерной коррекцией.

- Да, видно – не судьба. Ещё раз спасибо, доктор. И до свидания.

- До свидания. Удачи вам, Шон.

На обратном пути Гарри решил прогуляться пешком и немного изучить территорию вокруг своего дома. Сойдя с автобуса за две остановки до своей улицы, он неторопливо, прогулочным шагом шёл домой, цепким взглядом отмечая все места возможных укрытий, проходные дворы, наличие собак во дворах, пути возможного отступления. Настроение было хорошим, Гарри только теперь понял, как ему не хватало возможности гулять. Повернув на свою улицу, парень услышал какой-то шум. В тёмном закоулке, за три дома до его пристанища трое парней били четвёртого. В душе Гарри всё всколыхнулось, уж очень эти трое напоминали ему дружков Дадли… ну, или Крэбба с Гойлом. Парень, на которого нападали, отбивался отчаянно и довольно успешно, но и ему уже хорошо досталось: левую руку, с которой капала кровь, он прижимал к груди, нанося удары правой рукой или ногами. Громилы громко матерились, пытаясь прижать его к забору, но парень уворачивался, отпуская язвительные «комплементы» неповоротливым бугаям. Тут один из означенных «бугаёв», подобрал с земли железный прут и стал подкрадываться к мальчишке со спины. Тут уж Гарри не выдержал и вмешался. Подлетев к парню с прутом, он подставил ему ногу, одновременно дёрнув на себя назад, и заехал ему локтем в лицо, после чего тот с тихим поскуливанием сполз на землю. Развернувшись, кинулся к остальным, но помощь больше не понадобилась. Незнакомый мальчишка разбил нос одному противнику и как следует пнул по голени другого. После чего, обещая «повыдёргивать им обоим ноги», троица громил ретировалась с поля боя. Парень презрительно свистнул им вслед и обернулся к Гарри:

- Спасибо, что помог. Меня Стив зовут, - на Гарри смотрел светловолосый коротко стриженый пацан с весёлыми карими глазами.

- Я – Шон. А чего им от тебя надо было?

- А, это старая история. Мы с моим другом Биллом с первого класса с этой компанией в «контре». А тут я от него возвращался поздно, да ещё их не сразу заметил. Придурки! Руку гады вывернули! Больно, блин! Но это ещё ладно, а вот что я отцу скажу?

- Что, накажет?

- А то?! Я ему слово дал, что с ЭТИМИ связываться не буду. Чёрт! Ещё фингал под глазом! Ну, теперь точно влип.

- Пойдём ко мне, я тут через два дома живу, у меня есть такая мазь, что от твоего фингала через пять минут ничего не останется. Заодно и руку посмотрим.

- А твои родители?

- Так их дома нет.

- Ну, тогда пошли, уж очень не хочется с отцом ссориться.

Проведя Стива на кухню, Гарри принёс из лаборатории последнюю баночку заживляющей мази. Включив свет поярче, начал осматривать кисть левой руки, незаметно проводя магическую беспалочковую диагностику: «Слава Мерлину! Только растяжение связок, переломов нет, а то как бы я ему Костерост предлагал?»

- Ничего серьёзного, всего лишь растяжение, сейчас намажу – и всё пройдёт.

Осторожно втирая Заживляющую мазь в покалеченную руку Стива, Гарри незаметно «уговаривал» руку перестать болеть, а связки – срастись. Учитывая немалый опыт испытаний на собственной шкуре, заживление прошло быстро.

- Ух, ты! Совсем не болит. Ну и мазь у тебя. Чувствуется большой опыт.

- Да уж, не маленький. Кузен мой с дружками почище ЭТИХ будет.

Пришла очередь фингала, но это даже не стоило внимания: с помощью мази и магии Гарри залечил его за минуту.

- Ну, вот и всё.

- Спасибо тебе. Слушай, Шон, мы с Биллом завтра вечером идём на автодром, айда с нами?

- Ну-у, я попробую, - только сейчас Гарри понял, как же соскучился по друзьям. К тому же новый друг ему нравился. Но вот пойти куда-то далеко от дома он, наверное, пока не готов.

- Ох, Чёрт! Уже десять часов! Отец меня убьёт! Я побежал, ладно?

- Давай. Я подумаю насчёт завтрашнего вечера.

Только на следующее утро Гарри вспомнил, что собирался сходить к адвокату Сириуса, да так и не сходил. Он пробежался по парку, потренировался в боевой магии, принял душ и позавтракал, после чего отправился искать адвокатскую контору «Спенсер и сын».

Контора нашлась на другом конце улицы. Зайдя в уютную приёмную, Гарри поинтересовался у секретарши:

- Здравствуйте. Могу я видеть мистера Спенсера?

- Он вас ждёт?

- Нет. Но я хотел бы с ним поговорить.

- Хорошо, я сейчас спрошу у него, примет ли он вас. Как мне о вас доложить?

- Шон Шемрок.

Секретарша зашла в кабинет, но через минуту вернулась, с интересом взглянув на Гарри. Следом за ней из кабинета вышел высокий мужчина лет сорока со светлыми пушистыми волосами и карими улыбчивыми глазами:

- Шон Шемрок, значит? Ну, здравствуй. Давненько я не слышал этой фамилии. Как там поживает этот бродяга, твой отец? – но, заметив помрачневшее лицо Шона, добавил:

- Проходи-ка ты лучше ко мне в кабинет. Ты чай или кофе предпочитаешь?

- Если можно, чай. Спасибо.

Зайдя в кабинет и прикрыв дверь, Спенсер предложил Гарри садиться:

- Что случилось?

- Отец погиб на задании в мае прошлого года, был взрыв, тела так и не нашли. Я раньше жил с матерью, а к отцу приезжал в гости. Год назад сказал ему, что хочу жить с ним, а через месяц он погиб. Нам даже не сразу сообщили, - Гарри опустил глаза, стыдясь необходимости лгать другу Сириуса, тот ему нравился.

- Вот значит, почему от него не было ни слуху, ни духу. Мне очень жаль, он был очень хорошим другом, и, думаю, ты был бы счастлив с ним.

- Я тоже так думаю. Я приехал несколько дней назад. А когда разобрал документы в секретере, нашёл записку, что должен обратиться к Вам.

- Да, твой отец оставил тебе все свои деньги и дом. Причём, завещание составлено так, что ты можешь всем пользоваться до совершеннолетия, а твои опекуны не имеют доступа к этим средствам.

- Хорошо.

- Ты я вижу, не удивлён?

- Нет. Я не могу всего рассказать, но я уже не ребёнок, меня очень рано «призвали на войну», и Си…, и отец это понимал.

- Твой отец никогда не отзывался на имя Сибел, а просил называть его Бродягой. Он так не любил своё имя?

- Он так не любил семью своих родителей.

- Понятно. Ну, что же, нам надо ознакомить тебя с завещанием.

Полчаса Спенсер растолковывал Гарри все подробности завещания, а потом спохватился:

- Совсем забыл. Скажи, когда тебе исполняется семнадцать лет?

- 31 июля, чуть больше, чем через месяц.

- Понятно. Я забыл тебе сказать, что у тебя есть ещё одно имущество. До твоего семнадцатилетия Бродяга обязал меня передать тебе одну вещь. Она стоит у меня в гараже, так как когда заказ прибыл, я не смог связаться с твоим отцом.

- Что за вещь?

- Это сюрприз.

- Я не очень люблю сюрпризы.

- Понятно. Но тебе придётся самому посмотреть на эту вещь, Бродяга взял с меня слово, что я тебе ничего не расскажу. Пойдём со мной.

Они вдвоём спустились по лестнице и вышли через боковую калитку на соседнюю улицу. Подойдя к соседнему коттеджу, Спенсер нажал на дистанционный пульт управления, и гараж возле дома открылся. Рядом со стоящим в нём «Фордом» стоял синий гоночный мотоцикл, запакованный в толстый пластик.

- Ну, вот твой сюрприз.

Гарри, растроганный до глубины души, посмотрел на друга своего крёстного отца:

- Спасибо. Вот только водить его я не умею.

- Ничего, мой сын с другом тебя научат влёт, а потом и на права сдашь.

- Очень хочется верить, что я небезнадёжен.

- Что ты, твой отец был лучшим гонщиком на нашем автодроме. Сейчас я тебя с сыном познакомлю, - Стив! Стив! Иди сюда.

- Что, папа? – из-за гаража вышел вчерашний знакомый.

- Знакомься, Шон, это мой сын Стив, о котором я тебе рассказывал.

- Стив, это сын моего друга, Шон. Я рассказывал тебе про его отца – Бродягу.

Гарри со Стивом, пялились друг на друга во все глаза несколько секунд, а затем дружно расхохотались, одновременно сказав:

- Привет.

- Так, похоже, я чего-то не знаю? – мистер Спенсер с подозрением смотрел на пацанов.

- Мистер Спенсер, мы только вчера познакомились.

- Та-ак, это случайно не во время вчерашнего «случайного» происшествия? – в его глазах уже плясали рыжие черти.

- Папа! Я тебе уже говорил, что не цеплялся к ЭТИМ мордоворотам.

- Ага, ага. Ты не цеплялся, это твой язык ненароком прицепился. Думаешь, я не знаю, что это ты пустил по школе песенку?

- Какую песенку, папа?! – лицо Стива было невинное, как у младенца. По мнению Гарри это было всё равно, что написать на лбу большими буквами: «ЭТО СДЕЛАЛ Я».

- Дай бог памяти, как же там…

- Папа, не надо.

- То-то же. Не цеплялся он. В общем, раз вы уже знакомы, то разбирайтесь с сюрпризом, а я пошёл в офис, ко мне сейчас клиент должен прийти. Обед в холодильнике. Да, Шон, называй меня Джонатаном.

- Хорошо, Джонатан.

И они начали разбираться.





Глава 2. Друзья старые и новые.


Гарри мчался на мотоцикле по автодрому, отставая на полкорпуса от лидера, справа за ним летел мотоцикл Стива, Билл пытался обойти его слева. Манёвр, вираж – и два друга-соперника остались с носом. Ещё один круг, Билл настигает, но Гарри закладывает такой вираж, что тому приходиться перестраиваться, теряя скорость. Да, гонять на мотоцикле оказалось также здорово, как играть в квиддич на «Молнии». Как потом говорил Стив: «Шон верхом на мотоцикле родился, не иначе». Похоже, чувство скорости и равновесия и здесь сыграло свою роль. К тому же, передвигаться по Лондону на мотоцикле оказалось очень удобно. Гарри старался по возможности избегать пользоваться палочкой вне дома, и пока ему это удавалось. Теперь с шести до половины десятого пополудни он проводил с ребятами на автодроме – это официально, а неофициально – два раза в неделю они пробирались на мотоциклах на территорию заброшенного завода и гоняли там на полной скорости, вертясь в многочисленных коридорах и цехах со всяким хламом.

Гарри, наконец-то, выбрался на Косую аллею, и хорошо, что в этом подросшем и раздавшемся в плечах парне с длинными перехваченными банданой вьющимися волосами до плеч и пронзительно синими глазами никто бы не узнал Гарри Поттера. Были первые числа июля, наплыва собирающихся в Хогвардс студентов ещё не было, поэтому Флориш-и-Блотс удалось посетить без толчеи, а в магической аптеке без предварительного заказа оказался в наличии весь набор необходимых ему ингредиентов. Запасшись учебниками для седьмого курса, а также парочкой справочников по колдомедицине и набором для приготовления зелий, Гарри посетил Гринготс, точно зная, что гоблины его не выдадут. И вправду: узрев наследника рода Поттеров в таком непривычном виде, гоблин, отвечавший за семейный сейф, только зловеще улыбнулся и похвалил чувство юмора Гарри. Сняв тысячу галеонов и выяснив, что им никто не интересовался, он приобрел подшивку «ЕП» за месяц и вернулся в маггловский мир.

Тренировки теперь проводились «вслепую». Поняв, что зрение остаётся его слабым местом, Гарри стал тренироваться с завязанными глазами. Поначалу было трудно, но потом стало получаться. Кроме того, гриффиндорец вернулся к занятиям окклюменцией. Прогресс наметился только на второй неделе. Теперь Гарри понял, чего же хотел от него Снейп. Блок его совершенствовался, хотя это и было трудно проверить без партнёра. Но, как и в случае с контрзаклятиями, что-то не устраивало Гарри. И, как он не бился, не мог понять, что. Зелья продвигались планомерно. Внушительный запас необходимых зелий и противоядий был приготовлен. Но оставались несколько особо сложных, к которым Гарри боялся подступиться. Роясь в библиотеке в поисках какой-нибудь книги по древним заклятиям, он случайно обнаружил очень древний фолиант в чёрном кожаном переплёте со стёршимся названием. Заглянув внутрь в поисках интересных забытых заклятий, Гарри с изумлением понял, что это один из дневников Слизерина. И написан он был на Серпентаго. Ещё снимая книгу с полки, змееуст определил, что Воландеморт её не касался (в последнее время Гарри чувствовал ауру своего противника и даже мог немного «подглядывать» за ним). Проштудировав дневник внимательнейшим образом и найдя там массу полезных заклинаний, Гарри вдруг наткнулся на рецепт каких-то двух зелий. Разбирая аристократично-витиеватый почерк основателя, он выяснил, что первое - это зелье, предположительно излечивающее Ликантропию, второе – восстанавливающее зрение. Оба были настолько сложны в изготовлении, что никто, кроме, пожалуй, Снейпа, не смог бы их приготовить. «Да, Гарри, ходить тебе слепым всю жизнь, не говоря уже о Люпине».

Единственное, что тревожило – Букля за эти три недели так и не появилась. Но и эта забота вскоре отпала: недовольная сова, сварливо высказывая по-птичьи, что она думает о его защитных чарах, о нём любимом и обо всём человеческом роде вообще, подлетела к нему во время пробежки в парке.

Ну, всё! Теперь бы жить да жизни радоваться, а приключения – тут как тут. Сначала Гарри насторожила реакция Билла на незнакомых людей. Он старался «испариться» так, чтобы его не заметили. А на последней неделе стало только хуже, казалось, новый друг готов «сломаться». Если раньше Гарри со Стивом частенько забегали к нему в дом и были знакомы с его бабушкой (про родителей он ничего не говорил), то теперь под любым предлогом он старался их не пустить.

В конце концов, Стив не выдержал:

- Билл, что происходит? Я тебя десять лет знаю. Что-то случилось? Мы можем помочь?

Видно было, что он хочет поговорить, но стеснялся Гарри:

- Нет, Стив, всё в порядке. Просто у меня семейные проблемы.

- Билл, это связано с тем, что твои родители… - Стив начал, было, вопрос и замолк, виновато глядя на Гарри.

- Прости нас, Шон, но мы не можем тебе рассказать.

- Да я не в обиде, не можете – значит, не можете.

Но мысль, вертевшаяся в голове ещё с первой встречи с Биллом, никак не давала успокоиться: на кого был похож его новый друг? Что-то вертелось в голове, но что?

- Слушай, Билл, а как твоя фамилия, я ведь до сих пор не знаю? Тут искал тебя на автодроме, так сторож твою фамилию спрашивает, а я не знаю, что сказать.

- Голдстейн, тут никакой тайны нет.

Гарри как обухом по голове огрели, ну конечно, вот на кого похож Билл, на своего младшего брата, члена «АД» Энтони Голдстейна. Только что теперь делать? Раскрыться? Или нет? Решил, что поживём – увидим.

Так прошла ещё неделя, утром и днём – занятия, вечером – гонки с друзьями, а попозже Гарри стал выходить на «кошачьи ночные прогулки». Правда, поначалу местные кошачьи авторитеты пытались прогнать конкурента, но, быстро разобравшись, что пришлый котик силён, а когти у него длинные, поотстали. Правда, орали издалека что-то оскорбительно-презрительное, чем напоминали ему поведение небезызвестного Драко Малфоя со свитой.

Спокойная жизнь кончилась десятого июля. Утро начиналось как обычно. Потренировавшись с «вражиной», Гарри начал задумываться о необходимости тренировок с живым противником-магом. Эх, с каким бы удовольствием он «пообщался» бы сейчас со Снейпом или, ещё лучше, Беллатрисой Лестрейдж. Иллюзорный противник, даже на «превосходном» уровне был предсказуем. Но мечты оставались мечтами, и Гарри отложил их «до лучших времён». Послав замаскированную Буклю за «ЕП», он отправился в душ и завтракать. В ванной из зеркала на него смотрел уверенный в себе, сильный, загорелый парень с синими глазами и татуировкой в виде саламандры с трилистником на левом плече. Такие татуировки они со Стивом и Биллом сделали через неделю после знакомства, за что Джонатан их нещадно высмеял. Но Гарри было наплевать. Впервые в жизни он мог быть нормальным, не Надеждой-Магического-Мира или Мальчиком-Который-Выжил, а просто семнадцатилетним парнем с понятными всем заботами и интересами. Закончив одеваться, Гарри повязал голову банданой, закрывая шрам, и пошёл на кухню. Букля вернулась с газетой, он накормил её и отпустил на чердак, где ей нравилось жить гораздо больше, чем в клетке. В «ЕП» ничего необычного не сообщалось. Похоже, УПСы во главе со своим хозяином этим летом притихли, наверное, что-то затевали. Позавтракав и побегав часок в парке, Гарри вернулся к записям Слизерина. Было там одно заклятие на Серпентаго, которое теоретически могло защитить от «Авады». Такое явно пропускать не стоило. Он отрабатывал его невербально, без палочки, доводя до автоматизма. Потом приготовил обед, поел и отправился в подвал, чтобы сварить метаморфное зелье, описание приготовления которого нашёл в дневнике. Рецепт был сложный, но не настолько, чтобы отказываться от возможности менять внешность по желанию. Судя по записям, действовало зелье двенадцать часов. Гарри перелил готовое зелье во флаконы и подписал их, но, подумав, отказался от немедленной проверки зелья. Через два часа встреча на автодроме, а неизвестно, как подействует экспериментальный состав. Может, рога вырастут или хвост появится.

Устроившись в библиотеке с книгой по Продвинутым Зельям за седьмой курс, Гарри какое-то время внимательно вчитывался, но потом мысли с самих зелий плавно перетекли на одного зельевара. А точнее, на то, что он про этого зельевара узнал сегодня ночью.

Ретроспектива:

Гарри лёг спать в первом часу ночи. Сон не шёл, и парень переключился мыслями на Воландеморта. У него уже не раз получалось незаметно «подглядывать» за мыслями Риддла, даже когда он расслаблен. Самое интересное, что Том не чувствовал его «присутствия» у себя в голове. В тот раз, на шестом курсе, когда он пытался овладеть сознанием Гарри, они оба понимали, что связаны, и остро чувствовали эту связь. Теперь же Гарри мог «незаметно пробираться» в сознание самозваного Лорда и видеть его глазами. Но только не когда тот испытывает сильные эмоции. Нет, тогда Гарри тоже «видел», но это было больно, да и Воландеморт чувствовал чужака. И так Мальчику-который-достал-Тёмного-лорда удавалось получать некоторые сведения о настроениях в стане противника. Но сегодня явно было что-то необычное. Том думал не о настоящем, а вспоминал прошлое, в памяти мелькали молодые лица его верных сторонников, и вдруг высветилась одна сцена. Судя по всему, двадцатилетней давности.

Риддл смотрел через полуоткрытую дверь спальни на постельные забавы двоих своих людей. Одного Гарри узнал сразу – трудно, знаете ли, не узнать Люциуса Малфоя. А вот кем был второй, он понял не сразу. Чёрные прямые шелковистые волосы до лопаток, грива в красоте не уступала малфоевской, красивое поджарое тело с бледной кожей. Из-за сплетения двух тел лица не было видно. Но когда Гарри увидел, то испытал настоящий шок. Тут же приглушил эмоции, чтобы не выдать себя ненароком. СНЕЙП! Это был Снейп! Слизеринский нетопырь, уродливая летучая мышь из подземелий. Но здесь, в этом сне, он был по-своему красив и привлекателен. Движения и ласки двух любовников завораживали, Гарри просто не мог оторвать глаз от того, что они делали, и в особенности от лица Снейпа. О, Мерлин, как же он в школе в глаза ему будет смотреть? Хорошо хоть, окклюменция с мёртвой точки сдвинулась, а то бы – хана. Досмотрев воспоминания Воландеморта до конца, Гарри прервал контакт. М-да, отчего же он, сволочь слизеринская, себя до такого состояния довёл? Ведь вот же каким красавцем, оказывается, был.

Повертевшись ещё с полчаса, Гарри, наконец, уснул. А наутро проснулся с огромной проблемой. Причём, к своему стыду, он помнил, что всю ночь ему снился именно Снейп. А уж что вышеозначенный Снейп с ним делал, в этом сне…. М-да, это, наверное, от переутомления. Ну, не может же Гарри Поттеру в эротических снах сниться СНЕЙП? Или может? Плюнув с досады, Гарри поплёлся в душ, решать эту «большую проблему».


Захлопнув ни в чём не повинную книгу, злой на себя, гриффиндорец пошёл собираться на встречу с друзьями. Мантия-невидимка и палочка легли в специальный карман спортивной куртки, который был легко доступен при необходимости. Надев солнцезащитные очки (на улице палило немилосердное июльское солнце) и поправив бандану, Гарри отправился на автодром.

Нагонялись они в этот вечер всласть, после автодрома ещё немного погоняли по заводу и, заперев мотоциклы на стоянке, усталые, но довольные, отправились по домам пешком, болтая обо всём подряд. Однако, когда они вышли на свою улицу, Гарри сразу почувствовал неладное и быстро увлёк друзей в тень. Что-то было не так. В воздухе разливалась опасность и предчувствие беды. Оглядев улицу, он увидел, как незаметная фигурка в знакомой мантии будто бы охраняла дом Билла.

- Шон, ты чего? – Стив с удивлением смотрел на друга.

- Там УПСы.

- Кто?

- Упивающиеся смертью у твоего дома, Билл, - Гарри посмотрел тому прямо в глаза, видя, как они расширяются от ужаса.

Парень рванулся в сторону дома:

- Пусти, Шон, я должен…

- ТЫ им не поможешь. Кто оставался дома?

- А откуда ты знаешь про магов, Шон? – в разговор вклинился Стив.

- Похоже, ты тоже в курсе. А как же закон о секретности? А, Билл?

- Стив узнал давно, ещё когда мы только в школу пошли, и никому нас не выдал.

- Ты что, Шон, думаешь, что я могу выдать друга и его семью? Да за кого ты меня принимаешь? А сам-то ты откуда о магах знаешь?

- Я маг. А сейчас, ребята, спрячьтесь-ка получше. Билл, так кто оставался дома?

- Мы пойдем с тобой! Я не буду здесь прятаться, зная, что там убивают моих близких, - Билл был возмущён до глубины души.

- Вы не владеете магией, ЧЕМ вы сможете им помочь?

- Оглушим часового, по крайней мере. А там по обстоятельствам, - глаза Стива горели, он явно предвкушал хорошую драку.

- Ну, чисто дети малые! Ладно, от вас не отвяжешься, берите! – и Гарри протянул им переливающуюся и постоянно изменяющуюся мантию-невидимку.

- Что это?

- Мантия-невидимка, скроетесь под ней, пригнётесь, чтобы ног не было видно. В доме показывается только Билл. Кстати, достань из сумки монтировку. Будешь бить по голове УПСов, которые тебя не видят. Если маг уже держит палочку, то с ним не связываешься. Всё понял?

- Да.

- А я?

- Что бы ни случилось, не снимай мантию, Стив. Ты – маггл, и если кто-то узнает, что ты принимал участие в магическом бою, министерские тебе сотрут память.

- Ну, ни фига себе, у вас законы. А если я не хочу?

- А кто тебя спрашивать будет? Пошли, только тихо, чтобы часовой вас не заметил. Запомнили? Стив под мантией бьёт Упиванцев той палкой, которую подобрал, а ты, Билл, монтировкой, но только со спины. Бейте наверняка: эти гады живучие, не вырубите с первого удара – убьют. И вперёд меня не заходить, вы мне мешать будете.

- Ясно! А ты-то как? Тебя же увидят?

- Увидят, но не поймут, - и Гарри превратился в кота.

- ОХРЕНЕТЬ!!! – донеслось до него откуда-то из пространства.

Осторожными перебежками парни добрались до часового. Один неосторожный с его стороны разворот спиной – и в воздухе мелькнула монтировка, раздался глухой звук, и Упиванец осел на землю. Проверив пульс и связав его магическими путами на всякий случай, наша троица побежала к дому. Но до здания добраться не удалось. Раздался крик «Инсендио», и коттедж Билла вспыхнул как свеча. Ребята вскрикнули от ужаса и остановились. Билл, было, выскочил из-под мантии и кинулся к дому, но на него шерстяной разъярённой молнией налетел кот. В голове у мальчика раздался знакомый голос друга: «Остановись! Слышишь голоса с заднего дворика? Наверняка они там. Марш под мантию!» Билл забрался обратно к Стиву, и они дружно побежали к лужайке на заднем дворе. Гарри вёл их к незаметному лазу в живой изгороди, которым они раньше не раз пользовались, срезая путь до калитки. Незаметно появившись на заднем дворике, они застали следующую картину.

Испуганная женщина средних лет закрывала собой девочку лет двенадцати, возле её ног лежал парень, явно без сознания, а над ними возвышалась Беллатриса Лестрейдж, пытая «Круациатусом» корчащегося на земле мужчину.

В голове у мальчиков раздался голос Гарри: «Бейте крайних, они не ожидают нападения, даже палочки спрятали!» И понеслось.

Откуда ни возьмись, появился парень с монтировкой и со всей силы огрел крайнего УПСа по голове. Пока тот падал, рядом раздался ещё один удар «из ниоткуда», и ещё одним телом стало больше. На средину лужайки выпрыгнул вздыбленный и отчаянно шипящий кот, и под взглядом Упиванцы стали падать как подкошенные. Ну, или не падать… С некоторыми творилось что-то невообразимое: одни покрывались корой и прорастали корнями в землю, тела других покрывались страшными язвами, третьи превращались в завязанные узлом предметы. Обернувшаяся на непонятные звуки Безумная Бэлла даже прекратила пытку от изумления. Картина, которая ей открылась, напоминала, мягко говоря, бред сумасшедшего. По всему дворику валялись тела её приспешников, кое-где стояли не до конца обращённые в деревья или мебель УПСы, а прямо перед ней пофыркивал большой полосатый котяра с вздыбленной длинной шерстью и глядел на неё презрительными зелёными глазами. Беллатриса была чокнутой, и никогда никого, кроме своего господина, не боялась, но, встретившись взглядом с ЭТИМ, почувствовала, как холодный ужас охватывает её до кончиков пальцев и не даёт пошевелиться. В голове раздался насмешливый и смутно знакомый голос: «Ну-ка, ну-ка! Я говорил тебе, что ты пожалеешь? Так получай!» В следующее мгновение на лужайке возле горящего дома вместо колдуньи появилась большая лиловая жаба с ярко-жёлтыми перьями на голове и двумя змеиными хвостами за кроличьими ушами. Наступила тишина, и только треск пламени над догорающим домом нарушал её.

Опомнившись, Билл бросился к отцу:

- Папа! Ты жив? Ты не ранен?

Женщина всхлипнула и заплакала в голос, обнимая дочь.

«Морфеус», - и все Упивающиеся, что ещё были в сознании, погрузились в глубокий сон.

После чего Гарри принял, наконец, человеческий облик, а Стив откинул капюшон мантии-невидимки.

– Нам надо немедленно уходить отсюда.

Мальчик-который-снова-остался-жив подошёл к лежащему без сознания Энтони Голдстейну и, «потянувшись» своей Силой к его ранам, заживил их. Затем привёл мальчика в чувство.

- Мама!? – едва очнувшись, позвал тот, и женщина, сорвавшись с места, бросилась к сыну.

- Всё будет хорошо, Тони. Теперь всё будет хорошо, - она с благодарностью посмотрела на Гарри. - Нас спасли. Теперь всё будет в порядке, - и она обняла его, прижимая к себе.

Подошёл опирающийся на плечо Билла мистер Голдстейн:

- Спасибо вам, вы спасли нашу семью. Я не знаю, как я смогу отблагодарить вас за это?

- Не надо благодарности, нам надо немедленно уходить отсюда, пока здесь не появилась маггловская полиция, или не примчалась подмога к нападавшим.

- Они легко уйдут от магглов, надо их как-то связать и вызвать авроров.

- Вы сможете связаться с Авроратом?

- Нет. Во всяком случае, отсюда, - мистер Голдстейн нахмурился, - Их нельзя отпускать, они убийцы.

Миссис Голстейн, всхлипывала, сдерживая рыдания:

- Он-ни, мм-мою маму, «Авадо-ой»… Она была там, в доме.

Поверьте мне, миссис Голдстейн, они ответят за всё, - Гарри наклонился к женщине, помогая ей и Тони подняться. На мгновение глаза пуффендуйца встретились с его глазами, и в них мелькнули радость и узнавание:

- Это ТЫ!??

- Да, я Шон Шемрок, - делая «страшные» глаза Энтони, представился его родителям Гарри.

- Ага, то есть, да, мама – это Шон, он учится на год старше меня на факультете Гриффиндор. Мы с ним вместе в АД участвовали, - «подыграл» ему приятель.

Пора было уходить, и Гарри, собрав всех в компактную группу, велел уцепиться за него покрепче и закрыть глаза. Ухватив свободной рукой фигурку собаки на шее, он мысленно произнёс «Бродяга», и… все оказались в гостиной его дома на той же улице.

- Я сейчас вернусь! – крикнул, освободившись от вцепившихся в него людей, Гарри и перенёсся обратно к горящему дому. Подобрав палочку Беллатрикс, он запустил в небо «Морсмодре», бросил палочку рядом с хозяйкой и вернулся домой.

- ВАУ! – вот это было круто, - смог выговорить, наконец, Стив.

Гарри повернулся к нему:

- Стив, никому и никогда ты не должен рассказывать о том, что видел сегодня, и что знаешь о магическом мире вообще. Это очень серьёзно. Закон о неразглашении ещё никто не отменял. Тебе сотрут память, а нас могут лишить палочек и сослать.

- Я не дурак, Шон, и не подведу своих друзей, - уже серьёзно ответил Стив.

- Вот и хорошо. А не выпить ли нам всем чаю? Надо бы успокоиться.

- Очень здравая мысль, - принял предложение мистер Голдстейн, и все пошли на кухню. Заметив лопнувшие сосуды в глазах мужчины, а также явную скованность в движениях, Гарри по дороге захватил Зелье от последствий «Круациатуса» и заставил пострадавших его выпить. Потом они пили чай с сэндвичами и рассказывали, что с ними произошло. Оказывается, Дамблдор предупредил семью о том, что за ними объявлена охота. Ну, как же, чистокровный Августус Голдстейн, женатый на магглорожденной ведьме, да ещё и старший сын в семье – сквиб, они очень подходили для проводимых Воландемортом «показательных казней». Почти месяц Голдстейны скрывались, но неделю назад были вынуждены вернуться: заболела мать Марты, бабушка Билла и Энтони.

Через два часа домой ушёл Стив, опасаясь, что ему попадёт от отца, а Гарри стал устраивать новых жильцов в доме.

Тем временем в Аврорате происходило нечто интересное. Аластор Хмури десятый раз перечитывал отчёт группы авроров, которые два часа назад аппарировали к дому с Тёмной меткой над крышей. Судя по описанию происшествия, картина складывалась необычная, а старый Грозный Глаз терпеть не мог всё необычное. Ну, не переваривал он такие случаи, и всё тут.

Получалось, что возле развалин догорающего дома были найдены десять Упивающихся в невменяемом состоянии. По данным Министерства, в этом доме проживали Голдстейны, которые входили в «чёрный список» Того-кого-нельзя-называть. На пороге дома был обнаружен труп Кэйт Холидей – матери миссис Голдстейн, она была убита заклинанием Авада Кедавра. Остальные домочадцы исчезли. Настораживало и то, в каком состоянии были обнаружены УПСы. Кроме «Морфеуса», к ним были применены и какие-то другие заклятия, но, что странно, ни один из опытных магов-авроров в группе не смог понять, какие. Да ещё эта пернатая жаба с лицом Беллатрисы Лестрейдж – это КОМУ же сия психопатка дорожку перешла, чтобы ТАКОЕ с ней сотворить! Аластор от всей души хотел бы пожать этому магу руку. А сейчас оставалось сидеть и ждать, пока специалисты по снятию заклятий «приведут в чувство» пленников.

Через полчаса нарисовался заковыристо ругающийся Кингсли:

- Аластор, радуйся! У нас ещё появилась проблема.

- Что за проблема? Твой спец смог определить, что за заклятия к ним использовались? УПСы в сознании? Говорить могут?

- Говорить они могут, и уже всё, что знали, рассказали.

- Так чего непонятного-то?

- Да всё непонятно. Блер расколдовал всех, кроме Лестрейдж, но что за заклятия применялись, он так и не понял. Беллатрисе же вернуть прежний облик не получается, хоть ты тресни. Говорить она не может, следовательно, без участия Дамблдора мы ничего от неё не узнаем. Остальные же несут такую галиматью, что уши в трубочку сворачиваются. Причём все одно и то же. Или это массовая галлюцинация, или кто-то изменил им память. Но как можно за такое короткое время это сделать, я не знаю.

- И о чём они бредят?

- С их слов получается, что они выследили Голдстейнов вчера утром, а в 21.00 окружили дом и ворвались внутрь. Старая маггла пыталась их остановить, но Беллатриса убила её «Авадой». Аугустус Голдстейн отбивался, как мог, пока его семья убегала через задний двор, но их окружили. И только Лестрейдж начала пытать Голдстейна «Круациатусом», как из воздуха появился старший сын, Биллиус Голдстейн – сквиб, и напал на УПСов с какой-то железякой в руках. Но это ещё не самое интересное. С парнем вместе появился полосатый кот, вот он-то и наложил неизвестные проклятия, а Беллатрису превратил в жабу. Каково!?

- Да, эта история попахивает психиатрическим отделением больницы Св. Мунго. И все говорят одно и то же?

- Кроме двоих первых, которых приложил мальчишка.

- А дальше?

- А дальше они ничего не помнят. На них «Морфеус» наложили. И никто из них Тёмную метку не запускал.

- А с чьей палочки это было сделано?

- С палочки Беллатрисы, но к этому времени она уже десять минут была под «Морфеусом».

- М-да!!!

- Вот именно. Надо Дамблдора звать, может, Лестрейдж знает больше?

Ещё через два часа задумчивый профессор Дамблдор вышел из камеры Беллатрисы Лестрейдж:

- Аластор, она почти ничего не добавила к уже имеющейся картине. Похоже, этот кот – анимаг, причём умеющий колдовать без палочки и в своём зверином обличии. Кто-то разговаривал с ней мысленно во время нападения. И этот кто-то ей знаком, но она не может вспомнить, где слышала его голос. Я сейчас «покажу» вам образ анимага, может быть кому-нибудь из вас, он что-то напомнит.

И над столом Хмури в воздухе появилась фигура полосатого, пушистого кота, с насмешливыми зелёными глазами.

- Ни о чём не говорит. Может, он зарегистрирован?

- Не думаю, но можно проверить. А вот Лестрейдж я расколдовать не смог. Так и будет сидеть в камере в виде жабы.

- Она в таком виде симпатичней.

Мысли о том, что это может быть Гарри Поттер, ни у кого из них не возникло.



Глава 3. Плюсы и минусы.


На следующее утро Гарри проснулся, как всегда, в шесть часов. Тихонько встал, чтобы не потревожить соседей по комнате, оделся и отправился на кухню пить чай, а заодно обдумывать случившееся.

Вчера вечером он перенёс свои вещи во вторую спальню, освободив обустроенную комнату для четы Голдстейнов, Гуса и Марты, как они просили их называть. Гус долго уговаривал Гарри передумать и остаться в спальне, но тот был непреклонен. Единственное, что удалось отстоять Голдстейну, это возможность трансфигурировать для мальчишек кровати в соседней спальне. Это у него получилось гораздо лучше, чем обычно выходило у Гарри. И вот теперь хозяйскую спальню занимали Гус и Марта, вторую большую спальню – Гарри, Билл и Энтони, а двенадцатилетнюю Марго временно разместили в гостиной на диване. Сегодня предстояло разобрать мансардные комнаты и оборудовать спальню для девочки.

Гарри тихонько прокрался через гостиную, чтобы не напугать Марго, прикрыл за собой дверь кухни и привычно занялся завтраком для большой семьи. Автоматически переворачивая кукурузные лепёшки на сковороде и готовя омлет с зеленью, он размышлял, чем может быть чревато появление в его доме семьи Билла и Энтони.

«Они могут заинтересоваться моими занятиями. Ну и что? Ничего плохого я не делаю. Зато у меня будут «родственники», к которым приятно возвращаться. Которые не будут меня презирать и ненавидеть. Так что, я, пожалуй, в выигрыше». Приготовив завтрак, он перекусил, черканул записку, чтобы не теряли, и отправился на пробежку и зарядку в парк. А когда вернулся, на кухне уже сидели Марта и Марго, одетые в его трансфигурированную по размеру одежду:

- Шон, ну зачем же ты вставал в такую рань, я бы сама завтрак приготовила, - Марта заклинанием подогрела лепёшки и пододвинула к Гарри вкусный крем из взбитых сливок, - Подкрепись, ты слишком худой.

- Я привык рано вставать, тётя всегда поднимала меня в шесть, чтобы я приготовил им завтрак.

- А что, кто-то другой не мог этого сделать?

- Так уж вышло, что меня не очень любили в их доме. Но это дело прошлое. Я думаю, сегодня стоит разобрать мансардные комнаты, я туда даже не заглядывал, да и в бытовой магии не силён.

- Не волнуйся, Гус умеет великолепно реставрировать мебель, он лучший Мастер в Магическом мире.

- А можно будет сделать отдельные душевые и в верхних комнатах?

- Надо будет посмотреть, хотя я не вижу препятствий.

- Дело в том, что у меня бывают кошмары, и я могу напугать ваших детей криками.

- Тебе многое пришлось пережить?

- Да. Марго, а почему я не видел тебя в Хогвардсе?

- Я учусь в Шармбатоне, - смущённо улыбнулась русоволосая девочка.

- Мы отправили дочь учиться во Францию, когда узнали о возрождении Того-кого-нельзя-называть.

- Понятно. Спасибо за крем, я пойду, позанимаюсь в мастерской.

За занятиями по боевой магии Гарри не замечал бега времени и, в очередной раз завалив «вражину», внезапно увидел восхищённые лица Билла и Тони, стоящих в дверях мастерской, из-за них выглядывали Гус и Марта, взирающие на него с неприкрытым уважением. Гус откашлялся, прерывая затянувшуюся паузу:

- Теперь я верю, что ты неслучайно справился с Упивающимися. Ты великолепный боец.

- Хотите потренироваться?

- Боюсь, что я очень слаб в боевой магии, мне всегда лучше давались маскировочные чары. Мы даже развлекались в Хогвардсе, помнишь Марта?

- Да, чемпионат Пуффендуя по тому, кто сможет поменять больше полноценных личин за отведённое время.

- Как это? – Гарри очень заинтересовала эта способность.

Марта и Гус вышли на середину мастерской, и вдруг лица их мгновенно расплылись, и через две секунды на гриффиндорца смотрели уже совсем другие люди, с чёрными волосами и зелёными глазами, а ещё через несколько секунд личины опять изменились. Это завораживало.

- А вы меня научите?

- Да, пожалуйста. Только зачем тебе, ты сильный боевой маг.

- Если есть возможность не вступать в бой, я предпочту воздержаться. А я научу вас некоторым приёмам боя. Гарантирую, что УПСы их не знают.

Вот так у Гарри появились ученики. Хотя старшим Голдстейнам он на самом деле показал только некоторые заклинания (остальные интереса и желания учиться не вызвали), а вот Тони и Марго занимались по полной программе. Биллу было жаль, что он не может принимать участия в полноценных тренировках, но уворачиваться он учился вместе со всеми.

Комнаты в мансарде привели в надлежащий вид, и теперь у всех ребят были отдельные спальни с душевыми.

Стив явился на следующее утро, и заявил:

- Меня отец на сутки дома запер, сказал, что на улице сейчас неспокойно. Знал бы он, насколько. А уж если бы узнал, что я в этом замешан, то посадил бы под домашний арест до конца каникул.

День пролетел незаметно в тренировках и разговорах. А вечером Гарри почувствовал неладное. Какая-то опасность разливалась в воздухе и все нарастала. Такое он чувствовал раньше, если кому-то угрожала смерть. Пытаясь разобраться в себе и определить источник опасности, Гарри просчитывал возможные варианты «достать» его сейчас. И вдруг, как ведро холодной воды на голову – Джонатан. Если Упивающиеся, разыскивающие своих, допросили соседей, то узнали, что Билл давно дружит со Стивом. Ну, а сложить два и два они могут.

- Ждите меня здесь. Из дома не выходить. Стив, твой отец сейчас в офисе?

- Да, а что случилось?

- Случилось, что мы идиоты. Если эти сволочи будут искать своих, они обязательно к нему придут.

- О Господи! Надо срочно его предупредить! – Стив кинулся к двери.

- Нет. Ты останешься здесь. В этот раз они могут послать Грейбека, - Голдстейны заметно вздрогнули.

- Что за…

- Тебе объяснят, оставайся. Мне не защитить двоих от оборотня, - и Гарри аппарировал к пожарному входу в офис «Спенсер и сын». В конторе было тихо, но мальчик старался красться по лестнице абсолютно бесшумно. В приёмной на полу валялись скинутые со стола бумаги, из приоткрытой двери кабинета раздавался приглушенный грубый голос:

- Ты мне всё скажешь. И где твой щенок с дружками прячутся. И где Голдстейны. И кто наших аврорам сдал.

В ответ раздался стон, и хриплый от боли голос ответил:

- А не пошёл бы ты на хер, орангутанг!?

Точно, Грейбек. Кого ещё можно обозвать обезьяной? Действовать надо было осторожно. Похоже, с оборотнем был кто-то ещё.

- Ты у меня сейчас не так заговоришь, - послышался звук удара и стон, - Хвост, проверь ещё раз его дом.

Едва Петигрю появился на верхних ступеньках лестницы, Гарри вырубил его невербальным «Ступеффаем» и, подхватив падающее тело, затащил под лестницу. Затем вновь подкрался к двери в кабинет. Грейбек метался в замкнутом пространстве, как в клетке. Помятуя, что это оборотень, помочь Гарри могла только «Авада» или то заклинание Слизерина. Вдохнув поглубже и успокоившись, змееуст прошипел:

- «Сссаарашшшааа ссаа!» - и сделал затейливое движение кистью. Фенрир застыл посреди кабинета, упал, и заскрёб по полу рукой, извиваясь в агонии. Его вой был, наверное, слышен в радиусе километра. Снизу послышался голос третьего Упивающегося, которого Гарри не заметил, когда входил в офис:

- Тихо ты, Фенрир! Хочешь, чтобы сюда весь Аврорат сбежался? – по лестнице загремели шаги.

Делать было нечего. Гарри ласточкой перепрыгнул корчащегося на полу оборотня, перекатился, схватил в охапку избитого Джонатана, ухватился за подвеску и подумал «Бродяга».

- Что за… - успел крикнуть отец Стива перед исчезновением из кабинета.

Они материализовались посреди гостиной гарриного дома.

… нафиг?! – закончил он, с удивлением оглядываясь, - Что происходит?

- Папа! Ты живой! Я думал, оборотень тебя убил, - Стив вылетел из-за спин Тони и Билла.

- Какой оборотень? Что у вас здесь происходит?! – Джонатан явно хотел разобраться в происшествии.

Гарри пришлось «принять удар на себя»:

- Джонатан, эти люди, которые напали на Вас, маги. А этот, как Вы сказали, орангутанг – оборотень, и очень опасный.

- Чушь! Сказки для детей! – он явно не мог поверить.

Гарри взглянул на Стива, от его слов сейчас зависело, проникнется ли Джонатан серьёзностью и опасностью сложившейся ситуации.

Гарри поднял руку, и на ладони его загорелось холодное пламя.

- Фокусы, - уже более заинтересованно сказал отец Стива.

- Да папа же! Какие фокусы? Ты же видишь, он ничего не делал.

Гарри направил руку на Стива, и произнёс: - «Левикорпус», - отчего парень взмыл в воздух.

- Вот чёрт! Значит, это правда? – Джонатан уже открыл рот для вопроса.

- Джонатан! Мы ничего не сможем вам рассказать. Вы вообще не должны были ничего знать про магию. За это нас могут наказать. Я показал Вам кто мы, чтобы объяснить, что ситуация серьёзная. Вам нельзя больше оставаться в доме. Необходимо на время уехать из страны.

- Хм-м, ну, вообще-то, я уже взял нам со Стивом билеты в Мексику на послезавтра. Это должно было быть подарком на летние каникулы. Но как же быть с вещами?

- Я разведаю обстановку, и завтра утром мы попробуем забрать их из вашего дома, - Гарри вздохнул с облегчением.

- Шон, а как же вы? Билл и ты остаётесь здесь, подвергаясь опасности? – радостно подскочивший было до потолка, Стив с беспокойством смотрел на друзей.

- Сынок, они умеют за себя постоять, я в этом сегодня убедился. А мы, не имея возможности себя защитить в их мире, будем только обузой, - Джонатан сочувственно похлопал сына по плечу и тут же скривился от боли в руке, - Вот гад бешеный, чуть руку не сломал. Он и вправду оборотень?

- Самый настоящий, и очень подлый к тому же. Его любимое занятие – поселяться неподалеку от домов магов, у которых есть маленькие дети, а потом, в полнолуние, кусать малышей. Друг моего отца так стал оборотнем.

- Постой, постой! Это такой усталый, немного потрёпанный мужик с янтарными глазами? Я ещё тогда подумал, что у него глаза, как у собаки. Как же его… а, Рэм, точно – Рэм.

- Я не знал, что вы знакомы.

- А мы и незнакомы. Бродяга был с этим типом как-то раз. Но, едва завидев меня, он быстро ушёл. Так он тоже оборотень?

- Да, только он хороший, ни на кого не нападает. Позвольте, я Вам помогу? – и, не дожидаясь ответа, целитель быстро залечил ушибы.

На следующий день Гарри помог Джонатану со Стивом добраться до своих вещей и проводил их в путешествие. Одной заботой стало меньше. Теперь все его «подопечные» были защищены.

Настала пора проверить, как дела у Рона и Гермионы. На следующий день он написал письмо (правда, не упоминая, что сменил место жительства) и послал сову в Нору. Но ответ пришёл раньше, чем он ожидал, и не через Буклю. Ночью измученный кошмарами Гарри решил «проведать» свихнувшиеся мозги Тома Риддла. Каково же было его удивление, когда он глазами Воландеморта увидел радостно-угодливого Хвоста, докладывающего своему хозяину, что они, наконец, узнали адрес грязнокровки Грейнджер. Парень с ужасом услышал, с какой злобной радостью этот маньяк посылает Упивающихся схватить Гермиону. Среди посланцев он заметил Люциуса Малфоя и Снейпа.

Гарри быстро вскочил с постели, моментально оделся и, накинув мантию-невидимку, аппарировал к её дому. Поздно. Налёт УПСов был в самом разгаре. Но тут парень увидел, как от мощного «Ступеффая» разлетелись прорывавшиеся через чёрный ход враги. Из двери дома выскочила вся семья Грейнджер и мгновенно скрылась за декоративной каменной беседкой в саду. Гарри стал осторожно пробираться к укрытию, но тут в сад высыпали Упивающиеся, прочёсывая каждый дюйм территории:

- Найдите её, во что бы то ни стало. Лорд не простит нам очередного промаха.

Почти добравшийся до беседки гриффиндорец с ужасом заметил, как к укрытию летящей бесшумной походкой направляется один из врагов. Вот сейчас он заметит беглецов и …

- Что там за беседкой, Северус? – холодный голос аристократа сложно было не узнать.

Ещё шаг – и Снейп смотрит на Гермиону в упор:

- Здесь никого нет, Люц. Похоже, она успела аппарировать.

- Вот, все гадюки Слизерина и его бабушка! Тёмный лорд с нас шкуру спустит.

- Возможно, - и Снейп, развернувшись спиной к беглецам, удалился от убежища.

Гарри воспользовался моментом и рывком преодолел оставшееся до подруги расстояние:

- Тсс, это я, Гарри. Хватайтесь быстрее за меня. Убедившись, что все крепко держатся, а Косолапсус надёжно зажат подмышкой у миссис Грейнджер, он привычно ухватился за фигурку собаки и подумал «Бродяга».

Они появились в гостиной, до полусмерти напугав Марту, которая как раз спускалась готовить завтрак. Гарри кинул взгляд на часы – 6.30, на улице было уже довольно светло.

- О, Мерлин Великий, Шон, я думала, ты ещё спишь? Что случилось?

- ШОН!!?? – Гермиона смотрела на него с открытым ртом, но затем быстро взяла себя в руки, и поздоровалась: - Здравствуйте, меня зовут Гермиона Грейнджер, я учусь на одном курсе с …Шоном, а это мои родители – Александр и Джейн Грейнджеры.

- Очень приятно познакомиться, - после вежливых приветствий все не знали о чём говорить, но Марта и вышедший из спальни Гус на правах «старожилов» пригласили вновь прибывших на кухню пить чай. Через час все были уже уверены, что знакомы сто лет. Видимо, Голдстейны-старшие, долго пробыв в изоляции от людей своего возраста, просто испытывали жажду общения, а практичные Грейнджеры, понимая, что вернуться в привычный мир в ближайшее время не удастся, впитывали новую информацию, как губка. Гарри как-то встречался мельком родителями Гермионы на втором курсе, но тогда не понял, что это за люди. Оказалось, что они обладают необидным чувством юмора, являются замечательными собеседниками, хорошо ориентируются в различных сторонах современного маггловского мира (их уроки не раз спасали потом юных противников Воландеморта), и, как в последствии выяснилось, обладают ещё не одним полезным талантом. Но это было уже потом. А сейчас, накормив и успокоив гостей, Гарри устроил их во второй большой спальне, рядом с Голдстейнами, а Герми временно уступил свою комнату.

- А как же ты, Шон? – ей ещё сложно было произносить незнакомое имя, обращаясь к старому другу.

- Отдыхай. Всё равно я в это время уже занимаюсь тренировками.

- Да, и чем ты занимаешься?

- Сегодня вы будете отсыпаться, а завтра я тебе всё покажу и расскажу, договорились?

- Ладно. Удачи.

- Спокойных снов.

И время потекло дальше. Гарри, Гермиона, Тони, Марго и временами Билл изучали боевую магию, зелья (к сожалению, они получались только у первых двоих), быстрое создание и изменение личин и одежды, практиковались в анимагии. Взрослые же окончательно освоились и занимались оборудованием дома и благоустройством маленького садика, который был единственным местом, где добровольные арестанты могли погулять. Выходить на улицу рисковал только Гарри. Также он занимался закупкой продуктов в большом количестве, забираясь на другой конец Лондона, а затем возвращаясь с уменьшенными огромными пакетами в карманах куртки. К счастью, сваренное Гарри по рецепту Слизерина метаморфное зелье очень хорошо действовало на магглов, и вопрос с вещами и одеждой решился просто. В один прекрасный день все жители дома посетили большой торговый центр и приобрели всё необходимое. Какие слова нашел Гарри, чтобы убедить их воспользоваться его средствами, мы не знаем, а сам Мальчик-который-умеет-убеждать, только молча улыбался, когда ему задавали этот вопрос. С магической одеждой было хуже, соваться на Диагон-аллею было крайне опасно. Но и из этого тупика нашёлся выход. Оказывается, у Марты был просто огромный талант в создании разных предметов одежды. Тому, что она смогла изобразить из отреза тёмно-зелёного бархата, случайно найденного в каких-то сундуках на чердаке дома, могла бы чёрной завистью позавидовать мадам Малкин. В получившейся парадной расшитой золотом слегка приталенной мантии с рукавами, ниспадающими изящными складками, Гарри был просто неотразим.

- Хм-м, а в этой магической одежде что-то есть. Марта, дорогая, надеюсь, ты сошьёшь моей Гермионе красивые наряды в вашем стиле?

- Я бы с радостью, Джейн, но где взять ткани и нитки?

- А что, они обязательно должны быть магическими?

- Нет, конечно.

- Тогда нет ничего проще, - и две дизайнерши-заговорщицы занялись новым проектом.

Через неделю у всех обитателей дома был приличный «эксклюзивный» магический запас одежды. Вообще, наблюдать за ассимиляцией двух разных культур было довольно интересно. Марго чуть «в осадок не выпала», когда увидела первый раз отца в джинсах. Алекс Грейнджер же, наоборот, отпустил (с помощью бытовой магии Марты) хвост до лопаток и отрастил бороду-шотландку.

- Я ещё в университете носил бороду и длинные волосы, тогда это было модно. Ну, а когда стал практикующим стоматологом, пришлось кардинально поменять имидж – обыватели предпочитают обращаться к «представительно» выглядящим докторам.

- Это у него вторая молодость, - смеялась Джейн.

Что самое удивительное, мама Гермионы заинтересовалась зельеварением. А именно – разделом косметических зелий. И, надо сказать, у неё отлично получалось. Если где-то по рецепту надо было применить магию, она просто звала на помощь Гермиону. А ещё с помощью миссис Грейнджер сдвинулась с мёртвой точки проблема окклюменции. Казалось бы, как маггла могла повлиять на способность Гарри защитить свой мозг от вторжения? Оказалось, что могла. В течение долгих лет она увлекалась йогой, одним из аспектов которой являлось умение предельно концентрировать сознание или, наоборот, полностью его отключать. Увидев, как любимая дочь и её друг мучаются, пытаясь усилить ментальный блок, она предложила другой вариант защиты:

- Я не понимаю, зачем вам тратить силы, пытаясь выстроить «непробиваемую стену», если это тяжело и отнимает много сил?

- Мама, но как иначе защитить свой мозг от вторжения?

- Гермиона, вообразить, что ты воздух или океан, гораздо проще, чем представлять себя материальным телом, окружённым «стеной».

- То есть, как это? – Гарри всерьёз заинтересовался предложением. У него уже давно возникали мысли о несовершенстве искусства магической окклюменции, но ничего другого он придумать просто не смог.

- Шон, представь себе, что ты – воздух над пропастью, или толща воды в океане, или огромная стена огня – это уже зависит от того, что тебе ближе по духу. Не надо концентрировать щит, защищаясь от удара, наоборот, пропусти удар сквозь себя, ну-у, как ваши…призраки. Вот тебе приятно проходить сквозь призрака?

- Нет, что вы, от этого такая жуть пробирает, как будто в могилу попал.

- Вот и тому, кто попытается прорваться в твой мозг, будет неприятно.

И начались новые тренировки по отработке методики, подсказанной Джейн. Гарри обычно представлял себя воздухом над глубокой пропастью. Проверявшая его «на прочность» Гермиона, впервые проникнув в его сознание, ещё полчаса после этого ходила бледно-зелёная от пережитого страха. Но представлять себя воздухом получалось только в спокойном состоянии. Однажды во время комбинированного боя с попыткой «проникновения» Гарри весьма ощутимо «приложили» «Круациатусом», в результате у разозлённого гриффиндорца вместо воздуха получилась стена огня. И «попавшие» в неё Гермиона и Тони с трудом отошли от столь «сильных впечатлений». Энтони и Марго «выставляли» щитом пыльные бури. Блоком Гермионы всегда была вода – в зависимости от настроения, это могла быть давящая толща воды на глубине или штормовой вал. Гарри заметил, что его подруге давались любые заклинания, связанные с водой и бурей, да причём так легко, как будто она занималась этим с рождения. И ещё он заметил одну странность. Магглы обычно испытывали чувство дискомфорта рядом с колдующим волшебником, а Грейнджеры с удовольствием наблюдали, и даже по мере сил участвовали в занятиях. Кроме того, все взрослые оборудовали маленький лазарет. Гус и Марта магически расширили пространство кладовки, находящейся возле лестницы в подвал, оборудовав рядом с ней душевую и ванную комнаты, а врачи помогли оборудовать полноценную палату с тремя больничными койками, операционным столом и шкафом с холодильником для хранения зелий и маггловских лекарств. Всех жильцов в срочном порядке научили оказывать первую помощь доступными им способами.

Гарри уже вовсе не жалел о своём былом затворничестве. У него были друзья, которые пойдут за ним в огонь и в воду (очень, кстати, неплохо подготовленные друзья), были старшие товарищи, поддерживающие и подсказывающие ему, но при этом никто не пытался на него давить или управлять им. Все безоговорочно принимали его как взрослого и имеющего право голоса человека.

Ещё один сюрприз преподнёс им Алекс. Однажды, наблюдая за тренировками, он предложил пару приёмов, которые помогали «уйти» от удара противника с наименьшими затратами своей силы. Как выяснилось, он увлекался Айкидо и даже участвовал в соревнованиях в университете. Собственный инструктор по восточным единоборствам – это был просто подарок свыше. В общем, населению неприметного дома в центре Лондона совсем не было скучно. У Гермионы и Тони получилось, наконец, принимать свою анимагическую форму, а вот у Марго дела пока не ладились. Вы не поверите, но Энтони Голдстейн был ХОРЬКОМ, а Гермиона – чайкой. И опять что-то неуловимое царапнулось где-то в подсознании Гарри, но он никак не мог «ухватить» эту мысль «за хвост».

По ночам, когда родители спали, юные анимаги стали совершать разведывательные рейды, зачастую пользуясь сведениями Гарри, которые он «по-приятельски» почерпнул в сознании Тома Риддла. Однажды они помогли исчезнуть почти схваченной Упивающимися магглорожденной ведьме. В другой раз пустили следящие чары вслед группе Упиванцев, в результате чего те в полном составе угодили прямо в руки авроров, так и не выполнив поставленную им Лордом задачу. Но лучшим случаем из всех была, в общем-то, случайная встреча, произошедшая возле одной из баз Упивающихся. Ребята караулили её уже третью ночь, но ничего пока не происходило. И вдруг из-под забора старинного дома с садом выбралась до боли знакомая им крыса с серебряной лапкой.

Петтигрю бежал исполнять очередное поручение Тёмного лорда и вовсе не думал об опасности. По крайней мере, здесь, возле одной из штаб-квартир. На всём районе стояли противоаврорские оповещающие заклятия, поэтому нападения можно было не опасаться.

Он бежал и не видел, что на него из кустов глядят три пары глаз. И этот взгляд не предвещает ничего хорошего…


На следующее утро отдел быстрого реагирования Аврората огласила громкая забористая брань шефа данного отдела Кингсли Шеклбота:

- Какого … на Аврорат столько заклятий понавесили, если каждая ….. будет приходить сюда, как к себе домой? Вы …. и ……. ….. или авроры!!??? Всех разогнать к ….. и ….. её …….!!! Что за …. висит над ….. столом в моём кабинете??!! Я вас спрашиваю??!! Не удивительно, что Воландеморт хозяйничает в Магической Британии, как у себя дома, когда такие вот …… и ……. идут в авроры!!! Что значит, НИКТО НЕ ВИДЕЛ??!! А где были дежурные??!! В охраняемом хрен знает каким количеством заклятий Аврорате, в кабинете шефа отдела, в над ЕГО письменным столом, за хвост подвешивают одного из разыскиваемых преступников-анимагов с подарочной красно-золотой ленточкой и поздравительной открыткой с именем на шее!!! И никто ничего не видел??!!

В общем, обычно невозмутимого и добродушного Кингсли было не узнать. Авроры от греха подальше попрятались. На шум спустился сам Аластор Хмури и, узнав, что произошло, выдал ТАКОЕ, что подчинённым ещё пять лет спустя во сне икалось.

- Мне всё это не нравится. Кто-то играет с нами, как кошка с мышью. Сначала этот случай с Беллатрисой Лестрейдж, затем – «чудесное» спасение Мерилин Смит, потом – оставляющая следы, как стадо слонов, группа УПСов под началом Долохова, а теперь – вот ЭТО. Что за «Неуловимые мстители» у нас завелись? – Грозный Глаз, стуча протезом, мерил шагами свой кабинет.

- А главное, как чисто сработано, ни одной ниточки нам не оставили. И заклятия какие-то незнакомые. Может, «гастролёры»? – Кингсли пытался «просчитать» ситуацию.

- Может. Хорошо хоть, они на нашей стороне, а иначе с их-то способностями огреблись бы мы по полной.

- Да уж. Надо будет проверить всех магов, въехавших в страну.

И опять никому не пришло в голову вспомнить о Гарри Поттере…






Глава 4. «Ноев ковчег».

Жизнь текла своим чередом, уже наступило двадцатое июля, приближался День Рождения Гарри. Регулярно, раз в неделю, он отправлял письма в Нору и получал на них ответы (он ещё месяц назад попросил Рона и близнецов не отправлять письма ни с кем, кроме Букли). Все Уизли были уверены, что он всё ещё находится у Дурслей, и писали, что Дамблдор пошлёт за ним вооружённый отряд накануне 31 июля. Гарри размышлял, как бы покорректней поставить их в известность о событиях, произошедших этим летом, но решил подождать ещё немного. Он с Гермионой, Тони и Марго с Биллом разрабатывали планы возможных операций. Взрослые махнули на них рукой (ещё бы, детки-то выросли оч-чень сильными магами) и только взяли с них слово, что они не будут затевать ничего глобального и опасного.

За известной им базой Упивающихся, возле которой поймали Хвоста, теперь наблюдали по очереди, пользуясь зачарованными галлеонами как средством связи. Обычно Билл принимал метаморфное зелье и менял свой облик каждые двадцать минут, а остальные пользовались анимагической формой.

В эту ночь была очередь Гарри наблюдать за домом. Надо сказать, что втайне от друзей он во время своих дежурств взял за правило обследовать двор и парк вокруг дома. А сегодня решился выйти на открытую террасу между двумя крыльями здания. Но не успел он пробраться к забору, как прямо перед ним аппарировал какой-то парень его возраста в мантии Упивающегося. Они уставились друг на друга во все глаза. Гарри вдруг сообразил, как это выглядит со стороны, и ужаснулся. Представьте себе картину: ночь, глухой забор с калиткой и полосатый кот, копающийся в замке. Увидев, что сопливый УПС собирается заорать и поднять тревогу, Гарри от неожиданности «двинул» противника «Обливэйтом», но не рассчитал силу. Упивающийся застыл статуей с абсолютно пустым взглядом. Осторожно воспользовавшись легилименцией, наш герой выяснил, что юного УПСа зовут Шон (ну, надо же, как тесен мир) Донован, он в этом году закончил Дурмстранг, а две недели назад принял Тёмную метку, когда Воландеморт посещал Ирландию. Основное окружение Лорда с ним незнакомо, он только сейчас прибыл с рекомендацией и донесением от своего отца – последователя Тёмного лорда. А благодаря тому, что Гарри «перестарался» с «Обливэйтом», у сопляка теперь Мерлин знает насколько блокирована магия, и вообще, кроме своего имени, он ничего вспомнить не сможет. Быстро «вложив» в его сознание ложные воспоминания, наш анимаг решительно забрал себе мантию, маску, палочку и письмо из Ирландии у впавшего в ступор юноши. Его самого он отправил покупать билет на самолёт в Австралию (быть может, придурку удастся спастись в этой войне, в его мыслях Гарри не увидел особого Зла – просто запутанный отцом подросток). Помедлив, он собрался с силами, проверил, всё ли спрятано, что не нужно никому видеть, наколдовал метку, накинул мантию, надел маску и пошёл к двери дома. В последний момент он остановился, и хотел, было, передумать, уж больно всё это смахивало на авантюру, но тут почувствовал, что в дом аппарировал Воландеморт.

Превратившись в кота, Гарри метнулся за оплетённую зеленью декоративную шпалеру возле террасы, представив себя воздухом над пропастью. Это было сделано как раз вовремя: из дома вышел Воландеморт в сопровождении Люциуса Малфоя, Снейпа, Макнейра, Яксли и Эйвери. Лорд был в гневе. Судя по разговору, Фенрир Грейбек всё же выжил (вот блин!!!), но до сих пор балансирует между жизнью и смертью, не приходя в сознание. А верные слуги Тёмного лорда даже не могут определить заклинание, которым его «угостили». Червехвост как сквозь землю провалился, в операциях провалы идут один за другим, Лорд СИЛЬНО подозревал, что не обошлось без предателя в их рядах. ОН БЫЛ НЕДОВОЛЕН. И следы этого недовольства ясно читались на лицах и «шкурах» всех его приближённых, кроме Снейпа и Малфоя. Выговаривая своим вассалам за их промахи, Лорд ещё больше накручивал себя. Через несколько минут все почувствовали его «милости», корчась под «Круациатусом». Люциус Малфой, как всегда, получил меньше всех, сбежав под благовидным предлогом. Потом, вроде бы, Тёмный лорд успокоился и смягчился, раздав указания. Но… это было ещё не всё. Когда Упивающиеся, кланяясь и пошатываясь, расходились выполнять поручения, вновь «зашелестел» голос змееподобного Воландеморта:

- Ссеверусс, а ты пока осстаньсся, - взгляд красных глаз буравил зельевара (Гарри почувствовал ментальную атаку огромной силы, направленную на Снейпа). Но, видимо, блок окклюмента держался, и Лорд продолжил: - Ты не мог знать о действиях и заданиях провалившихся групп, поэтому я не подозреваю тебя в предательстве. Ты вылечишь Грейбека, это не обсуждается. Но я разочарован тобой как шпионом. Ты не выяснил, кто и когда будет забирать Поттера от родственников, не узнал имя шпиона Ордена в наших рядах и не смог ответить, откуда авроры знали о рейдах. Поэтому, я преподам тебе урок:

- «КРУЦИО»!!! «Круцио»! «Круцио»! «Сектусемпра»! ….

Гарри стоял, не в силах пошевелиться, и смотрел, как пытают самого его ненавистного преподавателя. А ненавистного ли? Вот сейчас он готов был кинуться и закрыть его собой. Но ведь это просто желание помочь своему союзнику. Не так ли? А так ли это? Воландеморт продолжал выкрикивать заклятия, а Снейп молчал, не издавая ни крика, ни стона, и даже не пытаясь защититься. Стоял из последних сил, опустив голову и не глядя в глаза монстру. Стоял, хотя его одежда и кожа под ней висели окровавленными лохмотьями, а кровь ручейками сбегала вниз и образовывала в лужу на полу террасы. Гарри всем своим чутьём целителя ощущал, что ещё немного – и будет поздно, а психопат, похоже, опьянел от власти и запаха крови. Всё! Гарри подобрался, чтобы кинуться в бой, последний –потому что понимал, при таком раскладе ему Воландеморта не убить. Но в какой-то момент его остановило деликатное покашливание:

- Мой Лорд! Я не хотел Вас отвлекать, но в главную резиденцию прибыл наш человек в Министерства с важными известиями, - Люциус ни разу не взглянул в сторону Снейпа, но Гарри почему-то казалось, что тот специально отвлёк внимание Лорда от своего любовника.

С трудом оторвавшись от «развлечения», Воландеморт опустил палочку, и они с Малфоем аппарировали из дома. Как только они исчезли, Снейп упал как подкошенный. Гарри, ни секунды не колеблясь, превратился в человека и кинулся к нему, пытаясь поднять. Всем своим существом он понимал, что зельевар на пороге смерти, надо было действовать немедленно. И юный целитель начал «уговаривать» раны перестать кровоточить, а боль – отступить, он «вливал» в Снейпа свою Силу, удерживая его на Кромке. Но этого было мало, нужно было место для больного и зелья. И тут за спиной раздалось издевательское:

- Ну-ка, ну-ка, кто это у нас здесь? Новенький? – чьи-то цепкие пальцы взяли его за подбородок и развернули к говорившему, - Хм-м, ты откуда такой взялся?

Тут Гарри вспомнил «легенду», и затараторил, притворяясь смущённым и испуганным:

- Я – Шон Донован из Ирландии, меня отец к Тёмному Лорду с отчётом послал. А он…, а Его Милость приказали вот за ним ухаживать… Сказали, чтобы завтра как новенький был… А куда мне его… - и Гарри посмотрел на Эйвери беспомощными синими глазами.

- Ух, ты! – как-то странно посмотрел и облизнулся Упивающийся, - Ну, раз Тёмный лорд приказал, то тащи его за мной, тут его берлога, в ней и зелья нужные найдёшь. Разбираешься в зельях-то?

- Ага. То есть, немного приходилось… - Гарри протиснулся с обмякшим на его руках Снейпом мимо Эйвери. Ему показалось, что тот нарочно не отступил с дороги, но было не до того, чтобы размышлять над мотивами поступков УПСа. Захлопнув за собой дверь в комнату, целитель уложил пострадавшего на кровать и, стараясь пристально не рассматривать, раздел. Затем принёс с полок заживляющее, обезболивающее и кровоостанавливающее зелья, и влил их раненому в рот, осторожно массируя ему горло. Потом прикосновениями Силы заживил его раны, срастил переломы и разрывы связок. Напоследок, наложив тройное очищающее заклятье на Снейпа, себя и испачканную одежду, он влил в рот больному кроветворное и восстанавливающее зелья, укрыл его покрывалом и уселся в ногах кровати, приготовившись ждать. Но через час стало ясно, что у зельевара сильный жар, он начал метаться, не приходя в сознание. Не обнаружив в комнате воды, Гарри нашел миску и отправился на его поиски ее источника. Во дворе он наткнулся на Яксли и Эйвери.

- Как там Снейп? – грубовато поинтересовался Яксли.

- Плохо, у него жар. Нужна холодная вода для компрессов, - Гарри не обратил внимания на взгляды, направленные на него Упивающимися.

- Вон там раковина, набери. И охота тебе с ним возиться, он же живучий, как кошка, всегда вывернется. Лучше присоединяйся к нам, поговорим о том, о сём… - гриффиндорца передёрнуло от откровенно масляного взгляда.

- Нет, мне Тёмный Лорд приказал его на ноги поднять, - и, набрав воды, Гарри поспешно удалился. «И чего они ко мне цепляются?» - пожав плечами, подумал он. Чутьё подсказывало, что его не разоблачили, а значит, обо всех странностях он будет думать потом.

Гарри обтер Снейпа охлажденной до ледяного состояния водой, положил ему на голову холодный компресс, затем напоил Перцовым зельем и вновь стал ждать. Лихорадка через два часа прошла, но зельевар не приходил в себя. Просканировав ауру, целитель понял, что запас магической энергии сильно истощён. Это можно было вылечить только прикосновениями, причём, чем больше площадь соприкосновения, тем лучше. Не давая себе времени опомниться, Гарри разделся до плавок, приподнял прикрывающее Снейпа покрывало и улёгся, обняв его как можно сильнее, невербально укрывая их покрывалом. Чувствуя, как дрожит каждая клеточка этого тела, целитель начал потихоньку восстанавливать магическую силу Снейпа, вливая в него свою. Постепенно Северус перестал дрожать, и его обморок перешёл в здоровый сон. Гарри побоялся оставлять его одного, да и сам сильно вымотался, вытаскивая мага с того света. Поэтому он прижал Снейпа к себе поудобней и провалился в сон.

Проснулся Гарри от того, что кто-то очень нежно гладил его плечи, грудь, задевая напрягшиеся соски. Твёрдые губы, едва прикасаясь, прокладывали дорожку, очерчивая контур его лица. Не сразу поняв, где он находится, юноша мурлыкнул от удовольствия, и, потягиваясь, выгнул спину. Тут же прижатый к упругому мускулистому телу, он почувствовал, как чужое колено раздвигает его ноги, а его болезненно напряжённый член упирается в чью-то эрекцию. Всё ещё, не проснувшись, Гарри улыбнулся и потёрся щекой о поросль волос на груди обнимавшего его мужчины. И тут он окончательно проснулся… Дёрнулся было, чтобы убежать, но немедленно был прижат к кровати телом Снейпа, а руки его заведены за голову.

- Какой приятный сон, - прошептал слизеринец, накрывая губы Гарри в лёгком поцелуе.

Юноша попытался отвернуть голову, но горячие твёрдые губы переместились к его шее, и, не в силах сдержать стона удовольствия, он выгнулся в опытных нежных руках. В голове всё смешалось, не осталось ничего – только страсть и желание, связывающие их. Они самозабвенно целовались, перекатываясь по постели, потом начали ласкать друг друга губами, руками, языком, не оставляя не зацелованным ни один клочок кожи. Северус вновь оказался сверху. Потерзав припухшие губы Гарри, он начал спускаться по его телу. Зельевар медленно изучал сначала лицо, потом шею, мочки ушей, ключицы и, наконец, переключился на соски, посасывая и кусая их. Тело Гарри выгнулось дугой, а с губ срывались громкие стоны. Он с удвоенной силой стал отвечать на ласки, целуя и покусывая нижнюю губу Северуса. Руки сами собой устремились вниз, проникли между сплетёнными телами и накрыли чужой возбуждённый член, поглаживая и сжимая. Снейп выгнулся на постели с глухим рычанием, а затем, грубо обхватив лицо Гарри ладонями, затянул в сладко-болезненный поцелуй-укус. Уже ничего не соображающий от нарастающего возбуждения гриффиндорец откинулся на подушки, рука его продолжала настойчиво гладить и сжимать напряжённый ствол Снейпа. Северус встал на колени между раскинутых ног Гарри, ещё раз с силой поцеловал его губы, и, прорычав – «Смотри!», поймал губами болезненную эрекцию Гарри. Парень вскрикивал, уже не сдерживаясь, умоляя не то остановиться, не то продолжать сладкую пытку. Когда возбуждение стало невыносимым, и Гарри понял, что вот-вот взорвётся, он вдруг почувствовал уверенные настойчивые пальцы, проникающие в его анус. От неожиданности и боли парень сжался, пытаясь отстраниться. Возбуждение отступало. Он попытался вырваться, но быстро понял, что из такого положения это практически невозможно. Человек, придавивший его к постели, был выше и гораздо сильнее. Впервые Гарри осознал, во что вляпался. Снейп не узнал его, он думает, что Гарри – мальчик для развлечения, оставленный в качестве утешительного приза Воландемортом. Но гриффиндорец скорее бы умер, чем раскрылся перед зельеваром.

- Ну, нет, мой сладкий, не надо разыгрывать тут передо мною девственника, у тебя на руке метка, а значит, ты прошёл посвящение. Так что оставь свои игры для кого-нибудь подурнее. А знаешь, ты мне напоминаешь одного моего школьного врага, прямо один в один. Такие же синие глазки, чёрные волосы – красивая породистая сволочь! - руки Снейпа уже не были нежными. Одной он удерживал Гарри, не давая подняться, а другой умело ласкал его член, доводя до экстаза. Парню стало страшно. Всей душой он противился перемене, произошедшей вдруг в только что ласковом и, казалось, умеющем любить Снейпе. Перед ним опять был Слизеринский ублюдок, а не нежный любовник. Но, не смотря на бурю в душе Гарри, тело предало его, уж слишком долго он плавился в страстных объятиях, да и Снейп нарочито умело ласкал его. Пытаясь удержаться на грани, Гарри отчаянно закричал, и… взорвался сильнейшим оргазмом. В глазах потемнело, и он отключился.

Сознание возвращалось толчками. В какой-то момент ему показалось, что кто-то нежно и как бы извиняясь, гладит его волосы и лицо. Но стоило ему открыть глаза, как он наткнулся на полный холодного презрения взгляд Снейпа:

- Очухался? А теперь убирайся, мне здесь спящие красавицы не нужны. Можешь передать Милорду, что я был очень доволен подарком. ПШЁЛ ВОН!!!

Гарри молча встал с постели, на негнущихся ногах подошёл к сложенной на кресле одежде. Плавок, которые Снейп сорвал в порыве страсти, нигде не было. Не желая ещё большего позора, парень надел брюки и рубашку на голое тело. Накинул сверху мантию Упивающегося, подобрал чужую палочку и, не глядя на эту сволочь, пошёл к выходу. Но, когда открыл дверь, на пороге увидел похабно улыбавшихся Яксли и Эйвери:

- Северус, наши поздравления! Я же говорил, что ты живучий как кошка, выкарабкаешься. А этот пацан трясся над тобой, как над фарфоровой статуэткой. Всю ночь с тобой провозился. Но я смотрю, ты его уже приставил к делу. Ну, и как он в постели? Не будь таким жадиной, нам ведь тоже хочется, - и Эйвери положил руку на плечо парня. Гарри почувствовал, что с самого дна его души поднимается тяжёлая удушливая злость. Ещё немного – и он уничтожил бы этих мерзавцев, и плевать на последствия. Брезгливо скинув руку со своего плеча, он направился к выходу, как прежде, не говоря ни слова. Но Упивающиеся и не думали оставить его в покое. Теперь уже Яксли притянул его к себе, обдав жарким дыханием:

- О-о-о, смотри-ка, Эйвери, а мы гордые. Надо научить новичка хорошим манерам.

Гарри приготовился к атаке, но тут сзади, сразу за его спиной прозвучал бархатный, обманчиво мягкий голос:

- Яксли, ЭТО МОЯ ИГРУШКА, и я ещё не наигрался, - сильная рука Снейпа обняла юношу за талию и потянула обратно в комнату, - А вы убирайтесь отсюда подальше. Хотя…, можете предъявить свои претензии Тёмному лорду. Только не уверен, что вы обладаете моей живучестью.

Улыбки мгновенно сползли с лиц Упивающихся, и они вышли из комнаты, плотно прикрыв двери. С минуту Гарри продолжал стоять, чувствуя горячую руку Снейпа, по-прежнему обнимавшего его, затем резким движением высвободился и, не обращая внимания на раздавшееся за спиной раздражённо-шипящее, - «Вернись немедленно, щенок!», быстро, с высоко поднятой головой и прямой, как палка спиной, пошёл к двери. На лице застыла ледяная гримаса.

Вырвавшись из берлоги зельевара, гриффиндорец быстрым шагом направился по дорожке к воротам. Он был готов убить себя. «Влюбился. Ты подумал, что влюбился в эту сволочь, и ты позволил ему ИСПОЛЬЗОВАТЬ своё тело. Ты вёл себя, как шлюха. Как какая-то подстилка. Мерлин, до чего муторно и погано. Меня как будто в грязи вываляли. И что это он там говорил о чистокровной сволочи с синими глазами? Это же он о Сириусе… Господи, как стыдно-то!!!» Но дойти до забора он не успел. Раздались хлопки аппарации, и прямо перед ним появился отряд из восьми УПСов, с двумя связанными, окровавленными пленниками. Не глядя на него, Упивающиеся бросили свою добычу валяться посреди террасы, а сами пошли к дому. Один из них, по-видимому, главный, увидев Гарри, приказал:

- Эй ты! Покарауль пока пленников. Мне надо связаться с Милордом. Наконец-то мы выследили Забини, - он пнул тело покрупнее, - Ты пожалеешь, Сезар, что отказался от милостивого предложения Тёмного Лорда.

Не сказав больше ни слова, он быстрым шагом направился к дому. Сердце Гарри замерло: «Это Блейз Забини и его отец. Дамблдор говорил, что они в бегах, потому что отказались принять метку. Надо их вытаскивать и снимать наблюдение с этой резиденции. Это становится слишком опасно». Решившись, он быстро наклонился над неподвижными телами, обнял их и, сжав фигурку собаки на шее, подумал «Пустырь в Литл-Уингинге». Три фигуры исчезли с террасы.

Гарри ещё четыре раза менял пункты назначения сразу после первого перемещения, затем сжал галлеон в кармане и подумал: «Немедленно всем вернуться домой! Меня не искать!» После пятого перемещения, в очередной раз проверив, нет ли Следа, он, наконец-то, сжал фигурку в руке и подумал «Бродяга».

Они материализовались, как всегда, посреди гостиной, вызвав крики ужаса своим окровавленным состоянием. Гермиона бросилась к Гарри:

- Шон, что с тобой!? – в её глазах плескалась тревога, - Ты должен был вернуться три часа назад.

- Со мной всё в порядке, а вот Забини досталось. Блейз сильно избит, но ничего серьёзного, займитесь им. С его отцом дело обстоит намного хуже.

Взмахнув палочкой, Гермиона произнесла «Мобиликорпус» и быстро отлевитировала находящегося без сознания однокурсника в лазарет. За ней решительно шли её родители. Гарри быстро перенёс аппарацией Сезара Забини на операционный стол и начал проверять его состояние. «Плохо. Очень плохо. Сломано восемь рёбер, осколком одного из них повреждено правое лёгкое и плевра, переломы почти всех крупных костей, тяжёлое сотрясение мозга, большая кровопотеря». Применяя свою Силу целителя на полную мощность, он автоматически вливал в рот пострадавшего нужные зелья в необходимом порядке. Костеростом пользоваться было нельзя – от болевого шока при таком количестве переломов волшебник мог умереть, пришлось использовать чистую Силу. Положение раненого начало стабилизироваться. Восстановились рёбра, затянуло разрыв плевры, откачалась кровь из плевральной полости. Забини уже мог свободно дышать. Заживали переломы, срастались кости, залечивались повреждения. Больной погрузился в целительный сон. А Гарри становилось всё хуже и хуже, голова кружилась, перед глазами всё плыло. Руки и ноги не слушались. Но он заставил себя держаться. В последний раз осмотрев Сезара Забини, он наложил на него очищающее заклинание и перенёс на кушетку. Затем повернулся к кровати, на которой лежал Блейз. Тот был в сознании и полными восторга и благодарности глазами смотрел на Гарри. Грейнджеры уже успели всё обработать и заживить, а так же напоить раненого всеми необходимыми зельями. Глаза Забини-младшего неудержимо закрывались, но он ещё сумел прошептать:

- Спасибо вам всем, - и посмотрел прямо в глаза Гарри. - Спасибо за отца, ЦЕЛИТЕЛЬ.

Веки мальчишки сомкнулись, и он провалился в сон.

Тут стены вокруг гриффиндорца стали смыкаться, голова немилосердно заболела, всё вокруг закружилось, и наступила ТЬМА.

Сознание вернулось внезапно. Он почувствовал, что лежит раздетый и вымытый на койке в лазарете. Попытался «прощупать» себя. Уфф, всё в порядке, просто слабость. Неудивительно. Он меньше чем за сутки вытащил с того света двоих тяжелораненых людей, перенёс кучу стрессов, не спал, а также … Но об этом он вспоминать не будет НИКОГДА. Он больше не боялся Снейпа. «Ну, что же, господин профессор, вы крупно просчитались во мне, и не менее крупно об этом пожалеете, - подумал он, зловеще усмехнувшись, - Я заставлю вас заплатить за всё. По всем счетам». Тут раздался голос Гермионы:

- Он очнулся! – и возле его кровати в лазарете склонились все обитатели дома, включая уже вставшего Блейза. Его отец, ещё отлёживающийся в постели, дружески кивнул головой, улыбнулся немного странной улыбкой и сказал:

- Спасибо, что вытащили нас с сыном. Я ваш вечный должник, - в глазах его светились уважение, благодарность и … что-то ещё, очень глубоко спрятанное.

С другой стороны к постели подошёл Алекс и, проверив реакцию зрачков Гарри на свет, произнёс:

- Ну и напугал же ты нас, Шон. Сначала пропал, не вернувшись утром, затем потерял сознание почти на сутки.

- СУТКИ!!?? О, Мерлин великий!

- Что с тобой случилось? – Гермиона была бледной от волнения.

- Я случайно столкнулся с Упивающимися, выдал себя за одного из новеньких и хотел было удрать, но тут появился Воландеморт, а потом пришлось вытаскивать с того света С…. одного мага. Я так и не смог выспаться, а когда всё же вырвался оттуда, то увидел вас (Гарри кивнул Блейзу и его отцу), и у меня появился шанс забрать вас. Я просто переутомился, расходуя свою Силу, не спал и не ел, потому и грохнулся в обморок, как кисейная барышня. Я сейчас встану! – и Гарри начал было спускать ноги с постели, но его дружно остановили.

Затем Алекс всех выгнал из лазарета, а сам присел на стул рядом с кроватью. Покосившись на крепко спящего Забини-старшего, он наклонился к мальчику и очень тихо спросил:

- Гарри, скажи, тебя изнасиловали?

- Нет, с чего Вы взяли?

- Не надо от меня скрывать, если что-то случилось.

- Ничего не случилось. Они ко мне приставали, но я вырвался (ну, не говорить же правду, в самом деле). Алекс ещё поболтал с Гарри «ни о чём», а затем ушёл, оставив его одного.

А гриффиндорец всё лежал, уставившись в потолок, и размышлял, как ему дальше себя вести со Снейпом. В конце концов, он остановился на решении быть с ним таким же холодно-презрительным, как и сам зельевар. Заставив себя «отодвинуть» на задний план свой неудачный первый сексуальный опыт, он начал размышлять о «проблемах», появившихся в доме вместе с ним. И едва не рассмеялся. «Ноев ковчег! Каждой твари по паре!» - это была его последняя осознанная мысль перед сном.






Глава 5. Большие манёвры.


Гарри проснулся от осторожных нежных прикосновений влажного полотенца к своему вспотевшему лицу. Кто-то аккуратными невесомыми движениями приглаживал его волосы, поправлял сбившееся покрывало. «Гермиона или Джейн» - подумал он, открывая глаза, но из-за отсутствия очков или линз всё вокруг было расплывчатым и нечётким. Чьи-то осторожные руки помогли ему надеть очки. Гарри поднял голову и встретился глазами с улыбающимся мужчиной в синей облегающей футболке и светлых джинсах, длинные пшеничные вьющиеся волосы которого были собраны в небрежный хвост на затылке. С трудом удалось вспомнить, что это – Сезар Забини. До этого он видел лорда Забини только раз, когда тот приехал встречать сына на Рождественские каникулы. Образ лощёного аристократа с холодной улыбкой никак не вязался с этим молодым ещё человеком, так спокойно чувствовавшем себя в маггловской одежде.

- С возвращением, целитель, - он склонился над кроватью и помог Гарри сесть, подложив под спину подушку, - Ты заставил нас всех сильно поволноваться. Двое суток беспробудного сна – это, знаешь ли, чересчур. Сейчас обрадую остальных, а то ходят по дому как пришибленные, смотреть тошно.

Видимо, взгляд Гарри выражал сейчас такое изумление, что, не дожидаясь вопроса, Забини-старший сказал:

- Да, я знаю, кто ты, но никогда не выдам тебя. Если ты хочешь называться Шоном, то делай это на здоровье. И ещё, мы с сыном безоговорочно на твоей стороне, что бы ты ни задумал. Если скажешь идти на поклон к Дамблдору, мы пойдём, но вообще-то… - тут он замялся и отвёл взгляд, - Нам бы хотелось иметь дело с тобой, а не с вашим директором.

«Ну, ещё бы, слизеринец – он и в передряге слизеринец!» - подумал Гарри.

Неверно истолковав его молчание, Сезар Забини помрачнел:

- Ты не доверяешь нам?

- Не в том дело, - голос, раздавшийся изо рта гриффиндорца, напоминал хриплое карканье, он закашлялся.

Забини тут же подбежал и, поддерживая мальчика под спину, помог выпить зелье. Гарри, проглотив горьковатый напиток, нахмурился:

- Я не помню, чтобы варил ЭТО зелье.

- Его сварил вчера я, слава Мерлину, ингредиенты у тебя все были. Это зелье – мое собственное изобретение, оно гораздо лучше восстанавливает силы, чем описанное в справочнике, - и чистокровный лорд с ловкостью опытного колдомедика помог Гарри устроиться поудобнее.

Гриффиндорец не удержался и отпустил «шпильку»:

- Вы прямо как дипломированный колдомедик из Св. Мунго.

- Ты не поверишь, но в школе это было моей мечтой.

- Что же случилось потом, после школы?

- Ты смеёшься? Отец чуть не убил меня. Как же, старший сын и наследник лорда Забини, хочет РАБОТАТЬ колдомедиком. Мне оч-чень быстро вправили мозги.

- Простите, я не хотел лезть в ваши семейные дела.

- Да не стоит извиняться, от моей семьи остались только мы с сыном. Блейз много рассказывал про тебя, ГАРРИ.

Имя гриффиндорца было произнесено с такими бархатными мягкими интонациями, что у него мурашки по спине побежали, и он отвёл глаза.

- Ну, ладно, пошёл звать остальных, - слизеринец ласково заправил лезущую Гарри в глаза прядь волос за ухо и пошёл к двери.

- Спасибо вам, лорд Забини.

- Зови меня Сезар, так будет лучше, - и, ещё раз ободряюще улыбнувшись, он вышел на лестницу.

Из-за неплотно прикрытой двери донеслось:

- Эй, честная компания, он очнулся, - и тут началось…

После того, как все успели обнять Гарри и справиться о самочувствии, состоялся «военный совет».

Гермиона сказала, что, пока Гарри был без сознания, из дома они не выходили, тренировки проходили в усиленном режиме и продвигались хорошо. Но назрела проблема. Заканчивались продукты, да и Сезару с Блейзом необходима была одежда, а маггловских денег в доме осталось катастрофически мало. Однако, если Гарри сейчас обратится в маггловский банк, чтобы их снять, то там потребуется присутствие его адвоката, ведь он несовершеннолетний. А Джонатан в Мексике, и опасность для него еще не миновала. Соваться же сейчас в Гринготс было опасно. Упивающиеся вчера совершили налёт на Магический банк, естественно, безрезультатно (ага, так гоблины им и дали попасть в «свои» владения), но в банке сейчас толпа авроров, и проникнуть туда неузнанными не получиться.

- Вот Мерлиновы штаны! Как же теперь добыть деньги? – Гарри сел в постели, свесив ноги. Появилась новая проблема, которую ему необходимо было решить.

Алекс кашлянул, привлекая его внимание:

- Вообще-то, мы кое-что придумали. В двух кварталах отсюда есть клуб «Флеш рояль», он абсолютно официальный и, что самое главное, в него пропускают не только по членским билетам. К тому же у меня там знакомый менеджер работает. В клубе играют в Вист, Бридж, Блейк Джек, а также в рулетку. Я когда-то был чемпионом Университета по бриджу, да и потом чемпионом Ассоциации стоматологов, поэтому все шансы выиграть у меня есть, а Джейн всегда везло в рулетку, поэтому она бы могла попробовать на маленьких ставках, не привлекая внимания, а? Как вы на это смотрите?

Предложение было неожиданным, а способ достать деньги…. Э-э-э, авантюрным. Гарри не знал, что и сказать на это. Но тут вмешался Сезар:

- А почему бы нет? А мы с Гусом пойдём с вами. В конце концов, мы были лучшими на нашем курсе по предсказаниям. Помнится, ты даже на спор предсказывал счёт в квиддичных матчах и очень редко ошибался, - Забини смотрел на смущённо улыбающегося Гуса.

Голдстейн покосился на жену. Та улыбнулась слегка насмешливо:

- После свадьбы я взяла с него слово, что он завяжет со своим тотализатором. Вот уж никогда не думала, что это принесёт какую-нибудь пользу. Но Сезар прав, это отличная идея. Кстати, Сезар, ты ведь, кажется, умел угадывать карты и распознавал любого шулера за милю?

- Точно. Ну, так что решим?

Гарри сидел на постели, приоткрыв рот от изумления. Его «Команда Ноева Ковчега», оказывается, имела ТАКИЕ таланты. А обсуждение продолжалось. Все единогласно согласились, что это неплохая идея, но надо поторопиться с реализацией, так как денег осталось чуть больше тысячи фунтов. Занялись подготовкой. Гусу, Сезару и Алексу подобрали подходящую одежду и обувь. Для Джейн Марта трансфигурировала из шоколадного цвета штор вечернее платье, изящные туфли и плащ. Но оставалась небольшая проблема. К платью были необходимы украшения, причем, чтобы не привлекать внимания высоким фоном магии, украшения должны быть настоящими.

- Ладно, сойдёт и так, - сказала Джейн, вертясь перед большим зеркалом, наколдованном Гермионой в гостиной.

Но Гарри понимал, что каждая мелочь может привлечь нежелательное внимание, и тогда всё может рухнуть. И тут он вспомнил, что когда почти месяц назад посещал Гринготс, личный хранитель сейфа Поттеров передал ему шкатулку с украшениями, принадлежавшими его бабушке по отцу. Он тогда забыл о них, положив в домашний сейф. Если честно, он так закрутился, что даже не удосужился взглянуть, что же ему досталось. Быстро выйдя в библиотеку, он открыл сейф, достал шкатулку и вернулся с ней в гостиную. Там уже собрались все участники операции.

- Подождите. Может, это пригодится вам? – и Гарри поднял крышку шкатулки.

В ней оказался великолепный янтарный гарнитур, как раз под цвет глаз Джейн и Гермионы – колье с подвесками, широкий браслет и серьги.

- Какая красота! – всплеснула руками миссис Грейнджер. Украшения идеально вписались в образ богатой женщины из хорошей семьи.

Гарри даже усмехнулся про себя: до чего же похожи стереотипы двух таких разных миров.

В общем, группа взрослых благополучно отбыла на «задание».

Вернулись они через четыре часа, раскрасневшиеся и весёлые, от них весьма ощутимо попахивало дорогим коньяком и шампанским.

- Как предводитель нашего «воинства», принимай казну, - и смеющийся Алекс вывалил на стол из «слегка модернизированной» Гермионой дамской сумочки огромную кучу денежных пачек.

- Вы что, банк ограбили? – вырвалось у Билла.

- Нет, просто прибыльность предприятия превысила все ожидания, - посмеиваясь, ответил Сезар. А Гус одним взмахом палочки увеличил вытащенный из кармана поднос со всякими деликатесами:

- Угощайтесь, заждавшиеся.

Полночи старшее поколение пересказывало подробности «операции». Сезар восхищался Алексом, тот на самом деле оказался мэтром бриджа. Гус и Алекс восхваляли игру Джейн в Блейк Джек. А Джейн рассказывала прямо-таки чудесные истории о приключениях Гуса и Сезара за рулеткой. В общем, добытых таким способом денег хватило бы для проживания в течение целого года на Ривьере в самом дорогом королевском номере лучшей гостиницы.

На следующий день была организована вылазка по магазинам под прикрытием метаморфного зелья. А также посещение Диагон-аллеи, чтобы купить учебники и все необходимое к школе для Гермионы, Энтони, Блейза и Марго.

Усталые, но довольные, они вернулись с помощью известной уже нам фигурки собаки в свой дом.

- Мои поздравления, Шон. Это метаморфное зелье просто великолепно. Ты гений, - Сезар подал вышедшему из душа парню чашку ароматного чая. В гостиной кроме них никого не было (Гарри теперь ночевал в лазарете, так как все комнаты маленького домика были заняты).

- Это не ко мне. Переадресуйте Ваши поздравления Салазару Слизерину. Это его рецепт, - Гарри с благодарностью принял чай из рук слизеринца. На секунду их руки встретились, и Сезар задержал чашку в руках чуть дольше необходимого.

- Вот как? Откуда такие сведения? – в голосе мужчины звучал неподдельный интерес, а голубые глаза старались поймать взгляд Гарри.

- Совершенно случайно мне в руки попал его дневник. Там был рецепт и этого зелья, - парень устало потёр рукой ноющую от целого дня беготни по магазинам шею.

Тёплые уверенные руки легли сзади на его плечи и стали осторожными движениями разминать их. Это было…приятно… Очень приятно. Тихий бархатный голос прозвучал над ухом:

- Сядь и расслабься, я сейчас сниму напряжение. Не бойся, я не причиню тебе вреда. Отдыхай, - настойчивые умелые руки массировали плечи и шею Гарри, а бархатный баритон напевал что-то мелодичное над ухом. Было очень хорошо и спокойно. Голова гриффиндорца приятно кружилась, тело расслабилось. Мысли текли со скоростью одна в час. Шевелиться совершенно не хотелось. Лишь теперь Гарри понял, как же «загнал» себя за эти… несколько месяцев. Да, точно, в течение этого года он ни разу путём не выспался. Два-три часа сна – и всё. Редко когда дольше, и то, постоянно снились кошмары.

Парень не заметил, как заснул, и Сезар на руках отнес его в лазарет, раздел и уложил в постель.

Проснувшись, как всегда, в 6.00, Гарри быстро встал и отправился в душ. Стоя под струями тёплой воды, омывающей его тело, он вспоминал всё, что произошло вчера вечером. Почему-то он был уверен, что в постель его несли на руках, а не с помощью «Левикорпуса». Да и поведение Сезара нельзя было назвать просто дружеским. Очень ненавязчиво, без давления на Гарри, он дал понять, что парень ему не безразличен. Так не ухаживают за ребёнком - однокурсником своего сына. Стоило признать, что Сезар ему нравился. Как человек, да и, что скрывать, как мужчина. Правда, и в помине не было того «буйного помешательства», которое вызывал у него Снейп, но, может, так оно и лучше. Гарри давно понял, что ровесники ему мало интересны. Ну-у, кроме, может быть, близнецов, но они – вообще отдельный случай. Мелькнула, было, трусливая мысль сделать вид, что ничего не понял. Сезар бы смирился с его решением, он это чувствовал, но юноша быстро прогнал её. Забини-старший имел право на объяснение. Наскоро вымывшись, Гарри вытерся и побежал в мастерскую на тренировку. Почти одновременно с ним спустились Гермиона с Блейзом, а затем – Тони, Билл и Марго. Алекс появился со стороны кухни, жуя «экспроприированную» булочку.

- Папа, как ты не боишься растолстеть? Всё время плюшки таскаешь! – Гермиона шутливо пыталась отнять у отца лакомство, но тот молча спрятал остатки булочки за щёки, и промычал:

Уфе ниео и неу, - и с притворным раскаяньем развёл руки.

Теперь, когда остальные ребята «подтянулись» ближе к уровню Гарри, тренировки проходили жёстко. Недавно присоединившегося к ним Блейза спасало только то, что, как и всякого чистокровного мага знатного происхождения, его обучали с детства Дуэлингу. Прозанимавшись по полной программе два часа, вымотанные дуэлянты устроили передышку. Тут появился Сезар с кувшином и кружками. Холодный травяной чай оказался очень приятным и хорошо восстанавливал силы. После перерыва Забини-старший тоже присоединился к тренировке. Смотреть, как он работает, доставляло Гарри удовольствие. Движения, отточенные и стремительные, напоминали какой-то захватывающий опасный танец. Постепенно все, кроме них двоих, выбыли из боя, и они продолжали «танец смерти», где малейшая ошибка могла стоить жизни противнику. Сезар всё больше проникался уважением и нежностью к этому красивому, необычному парню, напоминающему в бою какого-то смертоносного хищника из семейства кошачьих. А эти зелёные глаза, меняющие оттенок в зависимости от настроения. Впервые за много лет он почувствовал, что ЭТО серьёзно, и за всё золото и почести мира не хотел причинить вреда юному гриффиндорцу. «Я не буду давить и настаивать, пусть он всё решит сам» - подумал он, уходя от последнего заклятья и вскидывая палочку в жесте «окончания боя». Со всех сторон раздались аплодисменты мастерству дуэлянтов.

- Ну, что вы, я любитель, хотя в юности и увлекался этим спортом. Вот мой друг, с которым я занимался, стал настоящим асом… - Сезар был готов пнуть себя за свой длинный язык. Вот Мордред же дёрнул его упомянуть Сева. Последнее, что ему удалось узнать о друге, что тот был Упивающимся, несмотря на свою работу преподавателем Хогвардса.

Но ему не удалось сохранить свой секрет в тайне. Появившийся не вовремя Гус, «сдал его с потрохами»:

- Да уж, на ваши с Северусом Снейпом «представления», приходила глазеть вся школа. Теперь-то он профессор, и «отрезанием голов» не увлекается.

- Да, а, по-моему, у него язык как бритва, никакой палочки не надо, - Гарри, нахмурившись, посмотрел на Сезара. У того мелькнула неприятная мысль: «Что-то между ним и Севом есть. Но я не позволю ЭТОМУ стоять между нами».

Тренировка закончилась, все пошли обедать, а каждый из «финалистов» про себя подумал, что пора расставить все точки над i.

День пролетел незаметно. Гарри думал, как бы поставить в известность Рона и близнецов, что у него изменилось место жительства, да и проживает с ним куча народу. Проблема была в том, что сову могли перехватывать, а письма читать. Но решать что-то надо было: уже наступило 25 июля, до Дня Рождения оставалась всего неделя. Ничего так и не придумав, Гарри решил отложить письмо друзьям до завтра, авось ничего не произойдёт?

А вечером его попросил выйти с ним в садик Сезар.

- Послушай, Шон, я видел, что тебя покоробило имя Северуса, но поверь, он неплохой человек, несмотря на то, что стал … Упивающимся.

- Я знаю, что он был УПСом, но теперь он шпион Дамблдора в стане Воландеморта, - Гарри не боялся рассказывать эту тайну Забини. Тот был обязан ему жизнью, и, кроме того, был отличным окклюментом, - Мне просто он не нравится. (Ведь это же правда? Ну, не может же он до сих пор оправдывать Снейпа? Ведь, правда, а?)

- Я знаю, он очень язвительный…

- Это ещё мягко сказано.

- Послушай, у тебя с ним …., ничего нет? Я прошу, скажи. Если ты против нашего общения, я не буду навязываться.

- Ну, что вы, Сезар. Между нами ничего нет, - Гарри сказал это как можно твёрже.

- «Ты». Говори мне «Ты», ПОЖАЛУЙСТА, - прохладные, почти неразличимые в сумерках пальцы очертили овал лица Гарри. Замерев на минуту, парень прижал ласкающую его руку к лицу. Сезар подошёл сзади, заключая гриффиндорца в объятья, и шепча на ухо:

- Всё будет только так, как ты хочешь. Если ты скажешь «Нет», я остановлюсь.

- Да.

Сильные руки стремительно развернули Гарри лицом к Сезару и притянули в объятия. Гарри ответил тем же. Мягкие губы осторожно накрыли его рот и стали нежно изучать его. Гарри застонал и прижался ближе, «углубляя» поцелуй. Около получаса они самозабвенно целовались, обнимались, всё это время не издавая почти ни звука. Гарри был возбуждён, но не до «крышесносного» состояния, которое возникало у него рядом со Снейпом. Сезар понял, что парень ещё не готов к более серьёзным «играм», и отступил, смягчив отстранение успокаивающим поцелуем.

- Прости, я поторопился.

- Ничего, мне понравилось, - и Гарри вернул такой отнюдь не невинный поцелуй, что они оба задохнулись.

- Вот значит, как? А что ты сделаешь сейчас? – и слизеринец приподнял юношу под ягодицы, припечатав к стене дома. Его твёрдый член тёрся о промежность Гарри, недвусмысленно упираясь в анус. Парень напрягся. Этого было достаточно, чтобы Сезар отстранился:

- Прости.

- Ничего. Только ТАК я не могу.

- Тебе страшно?

- У меня весьма неприятные воспоминания, о … Неважно.

- Кто-то посмел причинить тебе боль? Кто он? – голубые глаза метали молнии. Похоже, Забини всерьёз собирался отомстить обидчикам Гарри.

- Нет, до этого чуть-чуть не дошло, но мне стало страшно и я… Никогда не спрашивай меня об этом, ладно?

- Хорошо, - Сезар уселся на крыльцо и притянул Гарри на колени, накрывая его плечи своей рубашкой. Парень провёл руками по обнажённому торсу мужчины, изучая рельеф мышц, потягивая волоски. Сезар сидел, опустив руки и изо всех сил приказывая себе сдерживаться, чтобы не накинуться на мальчишку. «Мерлин великий! Неужели он не понимает, что творит со мной? Ещё несколько таких «милых» поглаживаний, и я за себя не отвечаю». – Гарри, остановись, я же не железный, - через стиснутые зубы выдохнул он.

- Прости, я просто… Ты красивый.

- Ты лучше.

- Я!!?? Не смеши меня. Мелкий, с плохим зрением, непослушными лохмами, да ещё шрам этот дурацкий!

- Дурачок! Ты красивый. У тебя чудесные изумрудные глаза, пушистые волосы, а от твоего лица и тела я схожу с ума. И если ты сейчас же не остановишься и не прекратишь ёрзать, я за себя не отвечаю!

- Ой! Прости! Я не хотел… То есть, я не подумал, что так возбуждаю тебя, - и он быстро вскочил на ноги.

Сезар поднялся следом и, схватив руку Гарри, рывком накрыл ею свой болезненно сжатый джинсами член. От прикосновения руки парня он едва сдержал стон:

- Ну, как, теперь чувствуешь?

- Да. Нам надо остановиться. Я не готов, - в этот раз Гарри говорил серьёзно.

Сезар развёл руки в стороны, отпуская ладонь гриффиндорца, и сказал:

- Ты прав, мы слишком поторопились. Спокойной ночи! – и, запечатлев на губах парня лёгкий поцелуй, ушёл спать.

А Гарри остался стоять в темноте, прижимая пальцы к ноющим губам.

  


Глава 6. Гром грянул.


Северус Снейп был готов как следует врезать самому себе за свой поганый язык и бешеный темперамент. Ну, что, скажите, плохого сделал ему этот синеглазый мальчишка с забавной маггловской татуировкой на левом плече? Даже если его послал Лорд, зачем же было так унижать? Он всегда знал, что его характер не сахар, но это уже выходило за рамки.

Утром он проснулся в удивительно хорошем (что редкость после общения с Лордом) состоянии. Как ни странно, после вчерашних пыток ничего не болело, а сил, похоже, даже прибавилось. Потянувшись, он открыл глаза и с удивлением увидел на своём плече черноволосую растрёпанную голову с перехваченными синей повязкой волосами. Рядом с ним, обнимая его всем телом, спал юноша. И надо сказать, оч-чень красивый юноша. Осторожно начав поглаживать и ласкать спящее виденье, Северус почувствовал горячий отклик ещё не до конца проснувшегося парня, это возбуждало. По правде сказать, это неимоверно возбуждало. Уже давно у него не было такого «крышесносного» состояния. А если быть точным, то и было-то всего пару раз, в школе с Сезаром, да после – с Люцем. Нет, Северус не был монахом, отнюдь. Да и возможно ли это, при такой-то жизни. Удовольствие от секса он всегда получал, да ещё какое, но вот, чтобы так… Это как… ухватить за хвост жар-птицу!!! Постепенно «заводясь», он всё настойчивей целовал, гладил, покусывал возбуждённое тело. А когда встретил удивлённо-расплавленный взгляд синих глаз, понял, что пропал. Что ему всё равно, что этот мальчик послан Лордом, что он тоже УПС, что он просто выполняет приказ. Здесь и сейчас не существовало ничего, что могло бы остановить Сева. Ласки становились всё горячее, и незнакомый мальчишка так щедро отвечал, что слизеринец не удержался и форсировал события. Во время одной из самых сладких ласк, когда он сам едва сдерживался, а парень уже был на грани, попытался проникнуть пальцами в его анус. Мальчишка был восхитительно узкий. Северус был готов сорваться и взять его, такого необходимого ему сейчас, сладкого, в великолепной наготе раскинувшегося перед ним. Но…, вдруг глаза мальчишки, полуприкрытые от экстаза, испуганно распахнулись, и он стал яростно вырываться. Эрекция Сева была уже просто болезненной. Попытавшись ласкать парня снова, он натолкнулся на яростное сопротивление. И тогда, почти не контролируя себя, он и «вылил ведро грязи» на несчастного испуганного мальчишку. Даже то, что тот похож на юного Блека, сказал, со всеми комментариями. Лицо парня сразу стало гневным и оскорблённым, а когда Сев против его воли довёл-таки его до оргазма, синеглазый потерял сознание. Северусу было безумно жаль, что их с незнакомцем пробуждение завершилось вот так. Но его член стоял как каменный, посылая по телу волны адской боли, а мальчишка открыл глаза, с горящей в них обидой и … ненавистью, и проклятый защитный рефлекс опять сработал. Оскорби противника, пока тот не оскорбил тебя, вот Сев и «выдал». От того, что он говорил, самому мерзко было. А парень молча встал, не удостаивая его вниманием, оделся, и пошёл к выходу. Снейпа будто по щекам отхлестали. От омерзения к себе хотелось об стену головой биться. Но тут на пороге возникли эти озабоченные Яксли с Эйвери, и начали лапать ЕГО… Вот даже как – ещё не зная имени, он мысленно назвал его ЛЮБИМЫМ. Краем сознания зельевар запоминал, что там эти мрази говорят о ночном бдении этого парня, а сам резко вскочил с постели.

Обхватив сразу напрягшегося пацана за талию, он «выдал» соратничкам что-то про то, что «ещё не наигрался». А когда придурки ушли, хотел поговорить, извиниться перед гордым мальчишкой, но никак не мог подобрать слова. Однако парень, высвободившись из его рук, с поистине королевским величием прошествовал к двери. Сев шипел что-то вслед, но дверь отсекла его слова. Он кинулся, было, за ним, но понял, что не может голым выскочить на улицу, и вернулся накинуть мантию и обуть ботинки. Потеряв пару минут, Северус вылетел из своей резиденции, столкнувшись с вернувшимся из рейда Макнейром.

- О, Северус, здравствуй! Поздравь нас, мы наконец-то выследили и схватили Забини с сыном. Милорд будет доволен.

В душе Сева все оборвалось. Сезар Забини, его школьный друг и любовник. Да, когда-то, на шестом курсе, он любил его, но, испугавшись возможности впустить кого-то в свою душу, оттолкнул искренне любящего его парня. С тех пор между ними всё утихло, но Сезар по-прежнему был одним из немногих близких ему людей. Он неоднократно предупреждал друга об опасности. А тут недоглядел…

…. тут ему и вломили, от всей души! – всё это время Макнейр, оказывается, рассказывал, как прошла операция.

Мозги Снейпа стали лихорадочно искать возможность спасти друга и его сына. Но тут с террасы раздались крики:

- Куда они, Салазар побери, делись? Здесь же, на террасе валялись. Где этот парень, которого я оставил их охранять?

Снейп и Макнейр бросились на голоса. По террасе беспорядочно метались УПСы из группы Макнейра, а также Яксли с Эйвери.

- Тут был какой-то новенький, я оставил его охранять Забини… - жалко оправдывался Упиванец.

- Почему ты их оставил, ты же знал, что Сезар Забини хитрый лис, он от нас не раз уже уходил? И что за новенький?

Эйвери «прогнулся»:

- Его зовут Шон Донован, кажется, из Ирландии. Его отец к Милорду с поручением послал. А он вон, Снейпа ночью выхаживал после «Круациатуса».

Но, сколько они ни искали, найти даже След от аппарации не смогли. В голове Северуса забрезжила дикая мысль: «Семья Сириуса Блека, как и он сам, славилась великим искусством создания многоадресных портключей. Неужели, этот так похожий на Блека синеглазый пацан – кто-то из членов его семьи?» Все равно, парень никак не мог быть Шоном Донованом, уж Донованов – и отца, и сына, Снейп хорошо знал. Но распространяться об этом не стал. Поиски закончились провалом, а зельевар, приготовив очередное экспериментальное зелье для лечения Грейбека, отговорился тем, что его приглашал сегодня Дамблдор, а он не может вызывать подозрений, и аппарировал к себе домой.

Этот дом он приобрёл, когда стал известным зельеваром, и у него, наконец-то, появились деньги. Доступ к семейным средствам знатнейшего и чистокровного рода Снейпов ему был закрыт. Отец Северуса, и при жизни бывший первостатейной сволочью, после смерти не смог не нагадить. Получить наследство и стать Лордом Снейпом он мог только после того, как женится, и у него родится наследник. А Северус категорически отказывался жениться, даже под страхом лишения наследства. Да уж, его детство нельзя было назвать счастливым. Родителей в своё время соединил брак по расчёту, фактически – сделка, и они друг друга «не переваривали». Его отец, лорд Тобиас Снейп, был потомком знатного волшебного рода, по древности сопоставимого разве что с Малфоями или родами основателей Хогвардса. Однако он имел такой скандальный и гадкий характер, да ещё в придачу внешность, как у химеры, что близко общаться и, тем более, родниться с ним, никто не хотел. Мать, Эйлин Принц, вышла замуж за лорда Снейпа, потому что тот шантажировал чем-то её отца. За всю свою «совместную» жизнь, они не сказали друг другу и сотни слов. Отец пытался воспитывать Северуса, как воспитывают породистых собак, чтобы выполнял команды и знал своё место. Мать не обращала на сына никакого внимания. Друзей у мальчика не было – лорд Снейп не хотел, чтобы с его отпрыском общался кто-то, стоящий ниже по социальной лестнице. В общем, первые друзья появились у него только в Хогвардсе. Их было двое: слизеринец Сезар Забини и гриффиндорка Лили Эванс. Если бы отец Сева узнал, что он дружит с магглорожденной, мальчик бы неделю сидеть не смог. Но Лили, она была такая…, такая – цельная, умная, красивая, что одно время Северусу показалось, что он влюблён в девушку. Но потом, разобравшись, он решил, что она была его самым близким другом. Именно поэтому он разругался с Джеймсом Поттером, из-за которого он потерял ее.

Ну, да Мерлин с ним, с прошлым. Северуса беспокоило то, что произошло сегодня. Этот парень (пускай будет – «Шон», хотя он сомневался, что это настоящее имя), что он затевал в резиденции Упивающихся? Почему выходил замученного зельевара? И кто он, наконец? Сотни вопросов вставали перед Северусом, но ни на один из них не было ответа. Снейп послал двух сов с письмами по одному ему известным адресам. Если что-то можно узнать, то его «личная», не имеющая отношения ни к Лорду, ни к Дамблдору, агентура скоро это узнает. Но почему-то не покидало предчувствие, что всё бесполезно, его люди ничего не найдут. И это бесило. Северус сам себя не узнавал. Синеглазый юнец каким-то образом пробрался в его сердце, минуя все выработанные за шпионскую жизнь заслоны. Он понимал, что если его «коллеги» вдруг схватят мальчика, то он сделает всё, и даже, если понадобится, отдаст свою жизнь, только бы спасти парня. А ведь он даже незнаком с ним (ага, а то, что было, знакомством не считается? Ну, надо же!), не слышал даже его голоса. «Надо найти парня, а там… там – разберёмся», - окончательно решил Северус. И ещё, необходимо было найти Сезара с сыном, пока они опять не вляпались в историю. И не факт, что исчезнувших из резиденции надо искать вместе, а не по отдельности.

Прошла неделя, но ни малейшей зацепки у него так и не появилось. Никто из его агентов ничего не смог узнать. Забини и «Синеглазый» как сквозь землю провалились. О местонахождении его друга с сыном не знал также и Орден Феникса. Северус был в отчаянии. И тут, как назло, его срочно вызвал Дамблдор. В кабинете директора собрались, кроме него, профессор МакГонагалл, Нимфадора Тонкс и Кингсли Шеклбот.

- Я пригласил вас сюда, чтобы поделиться неприятным известием. Вчера, по нашей договорённости, Тонкс и Кингсли проведали дом родственников Гарри Поттера, чтобы оповестить мальчика о способе его переправки в убежище после достижения им совершеннолетия. Но столкнулись с его тётей, Петунией Дурсль, которая сказала, что мальчик не живёт с ними уже больше месяца. Она была настроена очень недоброжелательно и обвиняла Гарри в нападении на своего сына. Расспросить её о том, куда мог уйти мальчик, не получилось.

- Я всегда говорил, что ваш, Альбус, любимец не такой уж «белый и пушистый», как вы думаете. И вот, пожалуйста – нападение на кузена, - Снейп, не отказал себе в сарказме.

- Надо выяснить, что случилось. Северус, я попросил бы тебя…

- Чуть что, сразу я. Я что, палочка-выручалочка для избалованных мальчишек?

- Нет, но только ты, с твоим знанием легилименции, сможешь выяснить, что же, в самом деле, там произошло. И где сейчас Гарри.

- Хорошо, я всё проверю, ждите меня через час, - и, трансфигурировав свою мантию в маггловский чёрный пиджак, Снейп вернулся к себе домой через камин, а оттуда аппарировал в Литтл-Уингинг. Наложив дезиллюминационные чары, он двинулся к коттеджу. Признаков присутствия Упивающихся не обнаружилось, значит, «защита крови» ещё действовала. Но и наблюдателей из Ордена Феникса он не заметил, это его неприятно удивило. Как это – Золотого мальчика оставили почти без охраны? И как, интересно, они целый месяц не замечали отсутствия мальчишки в доме? В том, что Тёмный лорд не в курсе происходящего, он не сомневался. Тогда – кто? Что-то в последнее время слишком много непонятного происходит. Подойдя к дому и открыв дверь «Аллохоморой», Снейп прошёл в гостиную, где собралось всё семейство Дурслей.

- Добрый вечер. Я учитель вашего племянника. Мне хотелось бы узнать, что произошло? – как можно более вежливо, спросил он.

Но его вежливость не оценили, миссис Дурсль завизжала, а её кабаноподобный муж кинулся, занося над головой стул и рыча что-то про уродов. Толстый парень же попытался спрятаться за напоминающую палку мать. Это было даже смешно.

«Они что, в самом деле, думают, что могут причинить мне вред?» - подумал профессор и наложил на всех «Ступеффай».

- Вот, так-то лучше, - пробормотал он.

Спокойно, безо всяких криков и визгов, он проверил легилименцией память этих магглов и ужаснулся. Детство Мальчика-который-выжил нельзя было даже с натяжкой назвать «нормальным и счастливым», а ведь именно для этого Дамблдор шестнадцать лет назад отдал его сестре Лили. Перед глазами всплывали сцены побоев и унижений, которые он видел в мозгах Дурслей. Но больше всего его поразило, что Поттер, который был занозой в его заднице все шесть лет учёбы и ни разу не смолчал в ответ на оскорбления, чем бы ему это ни грозило, ничего не рассказал Дамблдору об издевательствах семьи. Единственное, что знали преподаватели, это то, что Гарри не любит своих родственников. «Да, если бы они были моими родичами, я бы уже давно бы заавадил их к Мордредовой бабушке, - с недоумением думал Снейп. - Во всяком случае, наше незнание того, как обращались с нашим студентом вне школы – это позор для преподавателей». А каков мальчишка, ни разу даже словом не упомянул о побоях. Уж в причиняемых человеку увечьях профессор разбирался мастерски («спасибо» Тёмному лорду). Ребенка просто калечили, даже, возможно, пытались забить насмерть, а он никому ни слова… Странно. Это совсем не вписывалось в образ, который Северус создал в своей голове. Гарри Поттер оказался вовсе не тем человеком, каким его представляли.

А чего стоит та сцена в памяти этого трясущегося слизня – Дадли. Какая сила, какой контроль над эмоциями! Ведь гриффиндорец «сорвался» только тогда, когда ему стали угрожать насилием, а до этого выходил из положения без помощи магии. Перед глазами до сих пор стояла картина окровавленного, с грацией опасного хищника уходящего от ударов и атакующего парня. Ведь нападающие «шакалы» боялись его. Они бы ни за что с ним не справились, если бы не численный перевес. А как он их потом беспалочковой магией! Ух, аж дрожь пробирает! Что-то мелькнуло на периферии сознания, чем-то фигура в разорванной одежде показалась знакомой, но… мысль ускользнула. Ладно, потом разберусь, подумал Снейп и ещё раз проверил воспоминания Дурслей на предмет информации о нынешнем местопребывании их племянника. Ничего. Они ничего не знают. И, оставив магглов приходить в себя, он аппарировал к ограде Хогвардса. Приведя одежду в порядок, прошёл в кабинет директора.

- Северус, ну, что?

- Его там нет уже полтора месяца, и где он, магглы не знают.

- Мерлин великий! Где же мальчик? – испуганный голос МакГонагалл разозлил Снейпа ещё больше.

- Скажите, УВАЖАЕМЫЕ коллеги, кто-нибудь из вас знал, что Поттера дома немилосердно бьют и морят голодом?

- Северус! Мы знали только, что он не очень любим в семье, - Альбус пытался успокоить его взглядом.

- Альбус! У мальчишки не было СЕМЬИ. Он был для них домашним эльфом, мальчиком для битья. Я видел в их памяти, КАК его били. Поверьте, я хорошо знаю, что такое боль. А ему было АДСКИ больно, его планомерно калечили и даже пытались изнасиловать.

- О Мерлин!? Неужели ты думаешь…

- Я думаю, что на его месте, ушёл бы уже давно, но перед этим заставил бы их крупно пожалеть, что они вообще родились на свет. Альбус, ТАКОЕ нельзя оставлять безнаказанным.

- Да, Северус, я ЛИЧНО займусь этим, - в голосе и взгляде директора, не осталось ничего от «добренького дедушки».

Дамблдор со Снейпом проверили Нору, но Уизли ничего не знали о его истинном местонахождении. Письма от Гарри приходили регулярно, судя по всему, он был доволен жизнью. Конечно, их насторожило, что ответы приходиться отсылать всё с той же Буклей, но они думали, что это ради конспирации. Миссис Уизли очень разволновалась, узнав, что Гарри никто не может найти, и призналась, что сова обычно прилетает два раза в неделю, вот, как раз завтра должна появиться. Было решено, что Молли даст знак директору, когда появится сова. На следующий день Дамблдор привязал к лапке Букли вместе с письмом Рона собственное послание. Но прошло уже два дня, а ответа не было. До Дня Рождения Гарри оставалось меньше недели.

Северус же тем временем не оставлял попыток найти Сезара Забини и «Шона». Он вдруг вспомнил, что по окончании школы Сезар подарил ему часть парного амулета, если сжать в руке который, можно предать свои чувства и эмоции обладателю второй части. Когда-то они им пользовались, чтобы хм-м…, передавать свои сексуальные фантазии друг другу. Северус давно выкинул из головы, для чего он им был нужен, но до сих пор носил его на шее в память о друге. Может, повезёт, и окажется, что Сезар тоже не снимал свой. Боясь вновь разочароваться, он вытащил цепочку с золотым медальоном из-за ворота мантии и осторожно сжал его в руках, сосредотачиваясь на желании видеть друга.


А в это время в доме Гарри вовсю шла подготовка к празднику. Гус и Марта признались, что давно поняли, кто скрывается под именем Шона Шемрока. Теперь же все задались целью устроить ему «настоящий» День Рождения. В личных делах гриффиндорца также наметился сдвиг. Они с Сезаром ночами разговаривали на заднем дворе, вместе смотрели на звёзды, ну и, конечно же, обнимались и целовались всласть.

- Я понимаю, что для тебя я только друг, не больше. Просто позволь мне быть твоим очень близким другом. Если ты не захочешь, мы не пойдём до конца, но, согласись, ЭТО приятно нам обоим, - Сезар говорил это на ухо Гарри в перерывах между поцелуями. Оба были сильно возбуждены, одних ласк и поцелуев уже не хватало.

Гарри застонал и изо всех сил прижался возбуждённым телом к Сезару:

- Я сам не знаю, чего я хочу, - простонал он, - но явно хочу большего.

Хриплый ласковый смех был ему ответом, его прижали ещё сильнее, и уже не оставалось сомнений, что Сезар тоже хочет большего.

- Пойдём к тебе в лазарет, - шепнул он, лаская ухо Гарри.

Парню было уже больно двигаться, и он скованной походкой направился к своему убежищу, увлекая за собой Сезара. Наложив заглушающие чары на двери, стены и потолок комнаты, а также мощные запирающие заклинания на дверь, они лихорадочно стали раздевать друг друга. Рубашки и брюки полетели в стороны. Ни на минуту не отрываясь от поцелуев и ласк, подошли к кровати, и Сезар нежно уложил на неё Гарри.

- Не шевелись, малыш. Я бы хотел изучить твоё тело.

Он осторожно стянул с парня бельё и начал покрывать поцелуями и покусываниями всё его тело. Его руки гладили, ласкали и сжимали. Тело Гарри выгибалось на постели. Он попытался, было, отвечать, но тот завёл ему руки за голову. Тело гриффиндорца сразу напряглось, но нежный шёпот успокоил страхи:

- Ш-ш-ш! Я не причиню тебе вреда.

И Сезар продолжил пытку. Через полчаса Гарри даже стонать уже не мог, он кончил уже два раза, но слизеринец не унимался.

- Перестань, Сезар, я больше не смогу.

- Это ты так думаешь, - и вновь ласковый хрипловатый смех. Зацелованные губы сладко ныли, всё тело «звенело», а губы мучителя с лёгкими поцелуями приближались к его вновь заметной эрекции, - О-о-о, я не думаю, что это означает «не могу». - И накрыл ртом возбуждённый член Гарри, для которого вокруг как будто засияло. Сильнейшие сладкие, на грани боли, ощущения, переполняли юношу.

- Сезар, прекрати, я же сейчас кончу, - взмолился он.

- Что, неужели, правда? – поддразнил ставший совсем хриплым голос.

Мужчина смотрел на него шалыми глазами, облизывая губы, - Ну, тогда продолжим, - и он вновь обхватил губами его член, посасывая, играя языком, и пытаясь «заглотить» его как можно глубже. Долго Гарри не выдержал и с громким криком кончил, излившись в рот любовнику. Судороги ещё не оставили его, а нежные руки ласкали успокаивающими поглаживаниями.

-Ш-ш-ш, мой хороший, уже всё…

Но Гарри взвился на постели с зелёными чертями в глазах:

- Чёрта с два всё! Я не дам тебе сейчас уйти! – И повалив «противника» на спину, начал страстно целовать его губы, лицо, шею, тело. Теперь пришла очередь Сезара стонать и умолять:

- Пожалуйста! Пожалуйста! ГАРРИ! – вырывалось из горла мечущегося по постели возбуждённого мужчины.

- Что ты хочешь, Сезар? – голос Гарри напоминал мурлыканье, а ногти легонько скользили по обнажённому телу партнёра.

- Тебя… - выдохнул Сезар.

И рот Гарри накрыл его ствол. Ласкать мужчину ТАК оказалось удивительно приятно, страстный отклик и ощущение власти над удовольствием партнёра заводило не хуже ласк. И, когда Сезар был «на грани», невзирая на попытки того отстраниться, он не прервался и проглотил всё до капли. Чуть горьковатая густая жидкость была даже приятной на вкус. Гарри демонстративно облизнулся и тут же был вовлечен в поцелуй.

- М-м-м!!!

Это всё, что они смогли сказать ещё в течении до-о-о-лгого времени. Их «встреча», продолжалась всю ночь и закончилась часов в пять утра. Уставшие и пресыщенные, они вместе приняли душ и уничтожили с помощью магии следы своих ласк.

Утром, успев подремать несколько часов, Гарри встал на тренировку. Тренироваться сегодня было сложно, всё тело немилосердно болело, да ещё прикосновения Сезара во время поединка вызывали ТАКИЕ картины в памяти, что парень едва сдерживался, чтобы не покраснеть. В общем, ночь и день удались. А вечером, во время ужина, Сезар вдруг схватился за висящий на его шее медальон.

- Что-то случилось?

- Да, старый друг волнуется обо мне и хочет видеть, - он виновато посмотрел на Гарри.

- А, парные медальоны, – подал голос Гус. - Помню-помню. Они были очень распространены, когда мы заканчивали школу, - и он рассказал способ действия артефакта.

А Сезар всё смотрел на Гарри:

- Ты позволишь? Я могу послать записку и назначить встречу где-нибудь подальше?

- Ты доверяешь своему другу?

- Полностью. Северус никогда не предаст меня, - голос лорда Забини звучал уверенно.

- Что? Северус Снейп?

- Профессор Снейп?

Со всех сторон посыпались изумленные возгласы.

- Сезар, профессор Снейп может прийти к нам в дом, так будет безопасней, - Гарри собрался с духом, чтобы сказать ещё что-то, но был перебит Гермионой:

- Но, Гарри, он же третировал тебя весь прошлый год! – возмущению её не было предела.

- Я же не говорю, что он приятный собеседник. Он не предатель, просто у него склочный характер. Может быть, завтра утром, перед тренировкой, тогда мы не будем вам мешать. Возьмешь мой портключ и проведёшь его сюда.

- В этом нет необходимости, оберег может стать портключом, если я согласен его видеть.

- Ну, вот и хорошо…

- Только через медальон не назначишь время, надо или встречаться сейчас, или не отвечать.

- Хорошо, значит гость к ужину. Вы тут разговаривайте, а я пойду в лабораторию, доварю Зелье определения, о котором мы с тобой вчера говорили, - и Гарри пошёл к лестнице в подвал.

- Гарри, Сезар, что за зелье? – остальные тоже заинтересовались.

- Да вот, Сезар сказал, что пробуждение силы целителя возможно только у чистокровного мага, а я, как известно, полукровка. Поэтому, мы и решили приготовить Зелье, определяющее чистоту крови, чтобы узнать, правда ли это.

- А что будет, если его выпьет маггл? - в голосе Алекса звучал научный интерес.

- Ничего не случится. Если выпьет чистокровный – будет голубое свечение вокруг его тела, если полукровка – зелёное, а если магглорожденный – жёлтое. Оно абсолютно безвредно. И не представляет особой сложности в приготовлении. Я почти закончил его, осталось добавить только мяту, - Гарри уже спускался в подвал. Гермиона с родителями потянулись за ним.

- Сезар, мы не будем вам со Снейпом мешать, - и Голдстейны пошли в мастерскую доделывать свой проект.

Блейз посмотрел на вход в подвал, затем, на отца:

- Мне остаться?

- Нет. Я тебя потом позову.

Сезар дождался, когда сын спустится в лабораторию и, сжав медальон, активировал портключ. Рядом с ним в гостиной появился Северус с палочкой наготове.

- Здравствуй, Сев!


Северус Снейп уже отчаялся получить отклик у парного медальона, когда почувствовал, как что-то подхватывает его в области пупка и тащит в неизвестном направлении. Он только успел подумать «Портключ» и вытащить палочку, как оказался в уютной гостиной незнакомого дома.

- Здравствуй, Сев! - раздалось из-за спины. Он мгновенно крутанулся, нацеливая палочку на говорившего.

На него, смеясь, смотрел голубоглазый мужчина в маггловских джинсах и футболке. С облегчением узнав друга, Снейп опустил палочку. Сезар хорошо выглядел. Судя по словам Макнейра, ему сильно досталось при аресте, но следов ранений видно не было.

- Здравствуй, Сезар. Я уж думал, что тебя нет в живых. Как ты?

- Хорошо. Гораздо лучше, чем обычно. Мне повезло, мы попали к Целителю, а то, судя по словам свидетелей нашего прибытия, мне была прямая дорога в могилу.

- Целителю? Истинному целителю?! Насколько я знаю, они не рождались уже лет сто, да и те были в основном из рода Малфоев и Райвенкло. Я не знал, что в Британии есть целитель.

- Да, родился около семнадцати лет назад. Ну, здравствуй друг! – Сезар крепко обнял Сева, похлопав его по плечу.- Как ты-то выкрутился, я слышал, ты тоже был в резиденции, когда мы сбежали?

- На меня никто не подумал. Я же был в тот момент в своей лаборатории. Извини, я не знал, что тебя поймали, и…

- Ничего не говори. Я всё понимаю.

- Вот всегда ты так, Сезар – всё понимаешь. Знаешь, если бы ты тогда, после школы, вспылил или дёрнулся, я бы, может, не пошёл с Люциусом к Лорду.

- Ага, это значит, я виноват, что ты стал Упивающимся?

- Нет, конечно, нет! Просто ты так спокойно воспринял мои слова, что мы расстаёмся, и я подумал, что не нужен тебе.

- Сев, ты дурак! Я видел, что не я «любовь всей твоей жизни», поэтому и не ругался. Что бы это изменило?

- Ничего, наверное. Ладно. Все в прошлом. Это твой дом? Ты живёшь здесь с сыном?

- Это дом Целителя, который меня вылечил. Мы с Блейзом живём здесь, как и другие обитатели «Ноева Ковчега», как называет дом Гарри.

- Гарри? Какой Гарри? – до Северуса даже не сразу дошло, о каком Гарри может идти речь.

- Гарри Поттер. Я думаю, ты его знаешь.

- ЭТОТ МАЛЕНЬКИЙ ЗАСРАНЕЦ!!?? Да его Дамблдор с половиной аврората ищет! - у Снейпа в голове не укладывалось, что все эти полтора месяца мальчишка жил здесь. Ещё сразу по прибытии он определил, что дом очень хорошо защищён, - Ему кто-то помогает?

- Насколько я понял, помогает он. Этот, как ты говоришь, «маленький засранец», спас всех живущих в этом доме практически в одиночку. И прости, Северус, я не знаю, по какой причине ты так ненавидишь его, но я не позволю тебе портить парню жизнь! – Сезар выглядел гневным и решительным, - Он очень сильный маг и прекрасный человек. И он, поверь, отнюдь не сопливый мальчишка.

- Ты защищаешь его, потому что он спас тебе жизнь?

- Не только поэтому. Послушай, Сев, я не знаю, что между вами произошло. Если вы с ним любите друг друга, я отойду в сторону. Но если то, что ты всего лишь ненавидишь мальчика за грехи его отца, правда, то иди-ка ты на хрен, он – МОЙ, и я не позволю его обижать.

Северус не верил своим ушам. Его лучший друг влюблён в Мальчика-который-выжил?!

- Ты что, серьёзно влюблён в сопливого мальчишку, в это лохматое очкастое недоразумение?

- А ты его давно видел? – насмешка в голосе была… интригующей.

- С конца семестра не общался, а что?

- Я вас представлю. Только, Сев, если мне не понравятся твои замечания, извини, но ты схлопочешь по морде. Я надеюсь, мы поняли друг друга? – и Сезар нежно, с ласковой улыбкой, поправил отворот мантии Снейпа, глядя ему в глаза с обещанием «страшной кары» во взгляде, - Учти, я не шучу. Мне кажется, между вами что-то есть, но я не могу понять что.

- Хорошо, обещаю не есть поедом твоего гриффиндорца. Где он сейчас?

- В подвальной лаборатории Зелье определения чистоты крови варит.

- ЧТО??!! Поттер и Зельеварение – вещи несовместимые! Вы тут все на воздух взлететь хотите? Кто мог доверить сопляку варить зелья? – Северус не знал, смеяться ему или плакать. Ну, надо же, Поттер – зельевар.

- Так, Сев, ты не понял, что я сказал? Гарри очень сильный боевой маг, он целитель, и зря ты думаешь, что у него плохо с Зельями. Скорее, у него несовместимость с одним конкретно взятым зельеваром. А что касается того, почему мы не запретили, то повторяю «для тупых и убогих»: ГАРРИ – ХОЗЯИН ЭТОГО ДОМА. И только он решает, что запретить и что разрешить в доме.

В этот момент из подвала выскочил Блейз с ТАКИМ выражением лица, что Сезар с Севом, не сговариваясь, бросились в лабораторию, по пути спрашивая, что случилось. Ответить Блейз не успел. Распахнув дверь, взрослые вошли в лабораторию. Даже подозревая несчастье, Снейп был слишком осторожен, чтобы без оглядки ломиться в такое опасное место. На первый взгляд, ничего страшного не произошло. Все были живы и, как будто бы, здоровы.

- Здравствуйте, профессор, - кивнул ему красивый стройный парень в ладно сидящей рабочей мантии.

Его волосы были забраны в тугой хвост, зелёные глаза безо всякого следа уродливых очков уверенно смотрели на фиал с опалесцирующей жидкостью в его руках, а рядом, на столе, стояли три пустых стакана со следами зелья.

- Добрый вечер, Поттер. Что здесь произошло?

- Я приготовил Зелье определения чистоты крови и принял его. Вот, собственно, и всё, сэр, - с ледяной вежливостью ответил студент.

«А держится он с достоинством, что-то я не припомню за ним раньше такой уверенности в себе» - подумал Сев, а вслух спросил:

- Меня интересует, что так напугало мистера Забини? – ответный вопрос был не менее тактичным и холодным.

- Брр! Северус! Ты нас своей фирменной вежливостью заморозить хочешь? Кончай свои упражнения, - и уже на ухо: - а то ты знаешь, что будет. Второй раз не предупреждаю, - и Сезар отошёл в сторону, многозначительно поглядев на Снейпа.

- Мы просто участвовали в эксперименте. Да, я забыл представиться: Александр Грейнджер, - сорокалетний мужчина с забранными в хвост волосами и шотландской бородкой доброжелательно улыбался и протягивал руку. А это моя жена – Джейн. Наша дочь много рассказывала о Вас.

- Северус Снейп, мне очень приятно, познакомиться с вами. Ваша дочь – одна из лучших учеников школы, - зельевар даже забыл на время о своей язвительности и пожал протянутую руку. Мать «заучки» Грейнджер, симпатичная женщина с волнистыми каштановыми волосами и янтарно-карими глазами, тоже пожала ему руку. Похоже, общество, в котором нынче обитал его друг Сезар, было приятным.

- Так, что же всё-таки случилось? – повернулся к сыну Забини.

- Папа, что означает оранжевое сияние после приёма Зелья определения чистоты крови?

- Что принявший зелье – сквиб. А в чём дело? – Сезар оглядел удивлённые и вытянутые лица собравшихся.

- А кто такие сквибы? – поинтересовался осторожно Алекс.

- Это родившиеся в волшебных семьях люди, не обладающие магией. Да что, наконец, произошло?

- Сезар, я приготовил зелье и принял его. Ты был прав, свечение было голубым. Но я не понимаю, моя мама была магглорожденной.

- Вы, наверное, как всегда, напутали в рецепте. Дайте сюда фиал, - Снейп забрал флакончик и стал его изучать. Затем подробно расспросил Гарри, как тот готовил зелье. Опять поглядел на свет. Отлил зелье в стакан и одним глотком выпил. Вокруг него на несколько секунд появилось голубое свечение. – Нет, всё правильно. Мои поздравления, мистер Поттер.

- Спасибо, сэр. Но что всё это значит? Для чистоты эксперимента Алекс и Джейн тоже выпили зелье, и свечение вокруг них было ярко-оранжевым.

- Но ведь мы – не волшебники, и выросли в обычных семьях.

- Ну, если в семьях было несколько поколений сквибов, то они могли и забыть, что когда-то были волшебными, - Сезар предложил наиболее очевидное объяснение произошедшему.

- А как можно определить, к каким семьям относились наши предки? - очень тихо и серьёзно спросила Джейн.

- Это могут сделать гоблины в Гринготсе. У них есть специальное, очень сложное в приготовлении зелье, которое используют в таких случаях, - объяснил Северус женщине, - И они никогда не ошибаются.

- Да, в немагических семьях обычно мало знают о своих предках, - пожал плечами Алекс. - Единственное, что я знаю, это что мой дед переехал в Англию из Бретони в тридцатых годах двадцатого века. Он сменил фамилию с де Гранже на более «британскую». Вот, собственно, и всё.

Снейп с Забини переглянулись.

- Во Франции была волшебная семья де Гранже, но как раз в начале века, во время маггловской Первой Мировой войны, все члены её погибли при каких-то странных обстоятельствах, остался в живых только один из сыновей, Грегор де Гранже – сквиб, который к тому времени жил отдельно.

- Моего деда звали Грегор, и он часто упоминал, что вся его семья погибла в Первую Мировую, - лицо Алекса стало грустным, - Я даже припоминаю один странный разговор деда с отцом. Мне было пять лет, я выпал из окна второго этажа прямо на каменные плиты двора, но не получил ни царапины. Отец, узнав об этом, срочно вызвал деда. Потом дедушка долго меня расспрашивал, не происходит ли со мной что-нибудь странное и так далее. Но мне нечего было ему рассказать, и он ушёл расстроенный. На пороге папа спросил его, подтвердились ли его подозрения, но дед только покачал головой и ушёл. Я спрашивал отца, что всё это значит, и чем расстроен дедушка, но папа погладил меня по плечу и грустно сказал, что для меня это неважно. Теперь я понимаю, дед думал, что во мне проснулась магия. Как жаль… Жаль, что они никогда не узнают о Гермионе.

- А в моей семье никогда не было ничего необычного, - Джейн пожала плечами, - Обыкновенная семья. Мама была домохозяйкой, папа врачом. Дед по отцу был мелким эсквайром. Насколько я знаю, ни у отца, ни у деда никогда не было братьев и сестёр. Магов в нашей семье тоже не было. Нет, О'Нейлы – маги? Не думаю…

- КТО!!?? О'Нейлы?! ХА-ХА-ХА! Ваша дочь не рассказывала вам саги о морских королях? – Сезар смеялся, не в силах остановиться. А Северус стоял как громом поражённый. Забини покачал головой. – А я ведь догадывался, что с вами всё не так просто. Герми во время учебного боя швырнула в меня водяную сферу с заключённым в неё маленьким тайфуном, я едва увернулся. Говорят, О'Нейлы могли управлять штормами и бурями, им подчинялись все жители моря. Магия стихий, это высшая магия в самом прямом смысле слова, и использовать её могут только чистокровные волшебники из самых древних семей. То же и с даром целительства. Я неплохо знал Джеймса Поттера, вот Северус не даст соврать (упоминание о школьном враге вызвало на лице Снейпа жуткую гримасу, но он кивнул), он не имел отношения к целительскому дару, я знаю совершенно точно. Я не в курсе, из какой семьи происходила Лили Эванс, но Дар пришёл с её стороны, в этом у меня нет сомнений.

- Ладно, давайте мы все успокоимся и обсудим это за столом. Профессор Снейп, я надеюсь, Вы останетесь с нами на ужин? – вопрос заданный Поттером, был сформулирован исключительно вежливо, и, казалось, не имел никакой подоплёки.

Северус внимательно вглядывался в глаза Мальчика-которого-он-начал-уважать, тот не отвёл спокойного взгляда.

- Да, спасибо. Я принимаю Ваше предложение. ( Сезар был прав, главный в этом доме именно Поттер.)

- Очень хорошо, ужин будет через час, - и, кивнув всем собравшимся, гриффиндорец удалился.

Снейпа очень интересовала история приключений несносного мальчишки, но он ни за что не попросил бы его рассказать, а вот у других обитателей дома он выведает все подробности.

Тихий голос прошептал сзади:

- Если хочешь нормально с ними общаться, сними свою маску «Ужаса подземелий», и не говори мне, что это твоё настоящее лицо, я всё равно не поверю, - Сезар взял его за руку и потащил из лаборатории.

Через час Сев, собрав чистые волосы в хвост и натянув на себя позаимствованные у друга чёрные джинсы и шёлковую чёрную рубашку, отправился вместе с Сезаром в гостиную. Не видевшие его прибытия Гермиона и Тони во все глаза уставились на преобразившегося профессора. А он улыбнулся им лёгкой полуулыбкой (Ой, а он, оказывается, умеет улыбаться!?), приветственно кивнул и уселся за стол. Поначалу разговор не клеился, но за обсуждением вновь открывшихся фактов собеседники постепенно расслабились, и беседа потекла легко и непринуждённо. Северус был приятно поражён вкусным рагу, судя по словам окружающих, приготовленным хозяином дома. Он во все глаза смотрел на преобразившегося парня. Грациозный, умный, сильный хищник. У которого появилась его «семья». И ради этих людей он пойдёт на всё. Севу до боли вдруг захотелось стать членом этого «прайда», но он отогнал кощунственную мысль. Он сам по себе, ему никто не нужен. И, тем не менее, что-то в облике и движениях этого нового Поттера настораживало его, но вот что именно, он никак не мог понять.

Засиделись допоздна, решая, кто завтра пойдёт в Гринготс для проведения экспертизы. Северус к этому времени был в курсе всех произошедших событий. Но при упоминании метаморфного зелья насторожился:

- Что за зелье?

- Я вычитал рецепт в дневнике Слизерина, решил попробовать сварить – получилось. Мы уже не раз им пользовались, оно работает в течение двенадцати часов, и действует как на магов, так и на магглов. Завтра все выпьем зелье – и вперёд, - Гарри спокойно встретил взгляд чёрных глаз, вопросительно приподнимая бровь, как бы говоря: «Не ожидали, профессор?»

- Можно мне взглянуть на дневник? – услышав вместо знакомого хорошо поставленного баритона вкрадчивое бархатное мурлыканье, Гарри едва заметно вздрогнул, на миг утратив железный контроль, но тут же взял себя в руки.

- Разумеется, только он написан на Серпентаго. Я могу предоставить вам перевод, который успел сделать. Пока это приблизительно треть дневника.

- Был бы счастлив увидеть вашу работу, - в этот раз Снейп даже не пытался скрывать сарказм.

- Хорошо, я сейчас Вам её принесу.

Было уже двенадцать часов ночи, обитатели дома потянулись по спальням, и тут Сев впервые заметил, каким же, в сущности, маленьким был этот уютный домик. Уходить не хотелось. Поттер и Сезар предложили ему остаться.

- Пользуйся моей спальней, всё равно я в ней не сплю, - прошептал ему на ухо Сезар, и показал уютную небольшую спальню в мансарде с отдельной душевой. Но Снейп, просидев за переводами всю ночь, так и не лёг спать.

Рано утром он бесшумно спустился в кухню, чтобы выпить чашку кофе, и стал случайным свидетелем прощания любовников. На пороге лазарета стояли, обнявшись, Сезар и … Поттер. Сева будто кипятком окатило, настолько эта сцена была эротичной. Красивый мужчина с пшеничными пушистыми волосами, рассыпавшимися по плечам, обнимал невысокого, гибкого, как пантера, черноволосого юношу, одетого в одни джинсы. Они целовались и не могли оторваться друг от друга. Северусу вдруг стало так одиноко. Может быть, он зря тогда оттолкнул Сезара? Сейчас не было бы так… завидно. Да, это именно зависть, подумал Снейп. Переведя взгляд на зеленоглазого юношу, он едва сдержал рефлекс кинуться и оттолкнуть друга. Настолько притягательным стал для него этот «новый» Гарри Поттер. И тут Северуса как громом поразило: у красивого парня на левом плече была знакомая маггловская татуировка – саламандра с трилистником. Он не смог сдержать вскрика. Любовники повернулись к нему. Сезар, совершенно не стесняясь, притянул к себе Гарри, и страстно его поцеловал, кинув насмешливый взгляд на Снейпа. А проклятый мальчишка ответил на поцелуй, да ещё как ответил… Северус едва сдержал желание оттащить парня, чтобы заняться с ним любовью прямо здесь, на глазах Сезара. Наглый Поттер оторвался от своего занятия и демонстративно облизнул губы. Зельевара просто перекосило.

- А, доброе утро, Сев! – Сезар в расстёгнутой рубашке, растрёпанный, со следами засосов на груди и шее подошёл к другу.

Зеленоглазое же недоразумение светским тоном протянуло:

- Профессор, Вы сегодня рано… Кофе или чай? – и, не обращая внимания на расстёгнутые узкие джинсы без признаков белья, а также на отсутствие рубашки, направился на кухню мимо профессора.

Северуса разобрало такое зло, что он потерял дар речи (А это случалось с ним крайне редко). Теперь он не сомневался, что Поттер и есть тот парень – «Шон» из резиденции Упивающихся. Но как он посмел… Как мог подвергнуть себя такому риску? Теперь вдруг стали понятными слова этих извращенцев, Эйвери и Яксли, о том, что пацан его всю ночь выхаживал. Учитывая, что Поттер – целитель, это объяснимо. Но, представив, ЧТО могли сделать с мальчиком УПСы, он озверел окончательно. Не спрашивая разрешения, Снейп прошипел: «Легилименс», и попытался проникнуть в сознание гриффиндорца, но вдруг, обнаружив себя болтающимся в воздухе над пропастью без какой бы то ни было опоры, опешил и… усилием воли вытащил себя из чужого сознания.

Поттер смотрел на него притворно-сочувствующими глазами:

- Ну, что, понравилось, профессор?



Глава 7. Проблемы новые и старые.


На кухне царило вооружённое перемирие: с одной стороны стола – Сезар с Гарри, с другой – злой-презлой Северус, бросающий кровожадные взгляды на своего бывшего любовника и сына злейшего врага, сидящих в обнимочку. А они от него и не собирались скрываться, а чего скрывать-то, когда он почти всё своими глазами видел. А Сев сидел и смотрел, как эти не раз целованные им губы друга, прижимаются к шее мальчишки, который ещё десять дней назад, извивался от страсти в его объятиях. От этого хотелось выть волком. Не выдержав, он вскочил:

- Спасибо за завтрак, но мне пора.

- Профессор Снейп, а Вы разве не хотите узнать результат проверки в Гринготсе? – всё понимающие зелёные глаза с насмешкой смотрели на него.

- Я думаю, что смогу навестить вас вечером, а сейчас у меня дела, - и вежливо откланявшись, Северус пошёл к выходу. По дороге его догнал Сезар:

- Что, разобрало?

- О чём ты, не понимаю?

- Я знаю этот твой взгляд. Колись, что между вами было? – разгорячённый Сезар, схватил друга за грудки, и приложил спиной о стену коридора, - Колись! Или я знаю, как с тобой поступить. Ты ведь в этом состоянии сдерживаться не сможешь, один-два прикосновения и… А через несколько минут ОН выйдет из кухни. Представляешь, ЧТО он увидит?

- Ты больной, Сезар, на всю голову!? Он же тебя первого не простит!

- Мы с ним очень близкие друзья, нам хорошо вместе, ревности здесь не место. Скорее, он поймёт меня и тебя, и посмеётся над тобой. Так что, колись, и учти, ложь я почувствую.

- В ту ночь, за несколько часов до того, как вас приволокли в резиденцию, у меня был неприятный «разговор» с Тёмным лордом. После чего я потерял сознание, а когда очнулся, у меня в постели был красивый юноша, прижимавшийся ко мне всем телом. Что я должен был подумать? Я же думал, что он УПС, а ты знаешь, КАК проходит посвящение. Я не монах, а он отвечал так страстно, до тех пор, пока… Когда я попытался, он начал отбиваться, и я оскорбил его, словами. Только словами! Не беленись! Он с тобой. Я вам никто, и звать меня никак.

- И почему ты такая сволочь, а Сев? Любимая сволочь, - и Сезар нежно погладил зельевара по щеке. От него пахло мылом, и ещё каким-то неуловимым возбуждающим запахом. Запахом, принадлежащим Гарри, понял Снейп: - «Мерлин великий! Мне же паршивца ещё целый год учить, как же я выдержу?»

Похоже, Сезар успокоился. И вдруг, в глазах непредсказуемого слизеринца, мелькнула усмешка:

- Ты ведь не видел ЕГО в бою? Оставайся – посмотришь. Скажу сразу, не пожалеешь.

- Нет уж, я пошёл! Ну, вас к Мордреду, с вашими страстями!

- Сев, а ведь ты СТРУСИЛ?

- ЧТО??!! Ты в своём уме? Ты это кому говоришь? – все мысли об осторожности, выветрились из головы Северуса, - Ну всё, теперь вы пожалеете, что дразнили меня! – и он решительным шагом пошёл в комнату, переодеться к предстоящей тренировке.

Когда он спустился, тренировка уже началась. Пока что отрабатывались боевые навыки в парах. Северус был поражён непривычной техникой боя. Она включала в себя классические магические приёмы, какие-то новые заклятия, и элементы маггловского восточного единоборства. На удивление, в бою участвовали сквибы. Билл Голдстейн и Алекс Грейнджер, отрабатывали систему «ухода» от заклятий, с одновременным применением холодного оружия и техники Айкидо. У них получалось противостоять сильным магам, и это вызывало… уважение. И тут взгляд зельевара задержался на, бьющихся в паре, Блейзе и Гарри. Это были достойные друг друга противники. Уровень знаний бойцов впечатлял. Он был гораздо выше требований предъявляемых в школе. Но завораживало не это, а отточенные, грациозные, но при этом «экономные», движения гриффиндорца. Гарри как будто, танцевал какой-то завораживающе красивый, но смертельно опасный танец. Сев едва смог отвести взгляд от парня, и поймал насмешливое подмигивание Сезара.

- А теперь, думаю, пора дать размяться гостю. Прошу, Северус, - и Забини-старший, жестом попросил освободить середину мастерской.

Северус вышел в круг, держа палочку наготове, напротив него встал Гарри Поттер, и началось…

Снейп не стал тратить время на приветствие, а сразу запустил сдвоенным невербальным «Ступеффаем», с сразу последовавшим «Экспелеармусом». Но гриффиндорец ловко ушёл от заклятия, ответив также невербально, «Ступеффаем» с каким-то незнакомым заклятием и последовавшим через короткий промежуток «Экспелеармусом» сдвоенным с «Летучемышинным сглазом» (Ну, ни фига себе, ребёнок?). Для того, чтобы увернуться, Северусу пришлось попотеть, но, уйдя от незнакомого проклятия, и блокировав остальные, он уже оборачивался, чтобы нанести ответный удар, когда почувствовал, что в него летит «Сектусемпра». От этого удара он ушёл чудом, и, уже падая, запустил парочку чёрномагических проклятий, из тех, что не проходят в Хогвардсе. Но маленький нахал опять ушёл от удара, и блокировал его проклятия, как будто всю жизнь имел с ними дело. Так они и сражались, на равных. Их движения были выверены, один не уступал другому, и у каждого были козыри в рукаве. Бой продолжался уже, наверное, не меньше часа, когда Сев, начал уставать и выпал из адреналинового кайфа боя. Он заметил, что Гарри тоже утомлён, и решил сделать «последний рывок», послав серию из пяти сложнейших заклятий. Удар был отбит, а в ответ полетело что-то невообразимое, он уже почти увернулся, но его зацепило вскользь. Чувствуя, что его тело изменяется, Северус не мог произнести не слова, даже невербальные заклятья не выходили. В мозгу поднималась паника: «Во что же я превратился?» Усилием воли, взяв себя в руки, он припомнил придуманное лично им контрзаклятье, о котором ещё никто не знал, но как «произнести» его, если в этом виде невербальные заклинания не срабатывают? Собрав всю свою магическую силу в кулак, он мысленно представил себя произносящим это контрзаклятье. Получилось. И, ещё не успев восстановить до конца свой облик, он ударил «Сектусемпрой». Видимо Гарри на миг расслабился после удачного удара, и не успел, полностью защитится от режущего проклятья, на его щеке появился глубокий кровоточащий порез.

- Хватит, достаточно! – крикнул Сезар.

Но Северус его уже не слушал. Подлетев к парню, он шептал мелодичное, похожее на песню, древнее, заживляющее заклятие. Рана тут же затянулось. Зельевара подтрясывало. Он не ожидал, что ему будет так больно от ранения мальчишки. Ощущение было такое, что это он получил удар «Сектусемпрой». Чтобы скрыть замешательство, он хрипло сказал:

- Нам с Вами ещё надо будет потренироваться. Но в целом, у Вас большой прогресс в боевой магии.

- Спасибо, профессор, - Поттер, казалось, был, абсолютно невозмутим.

После тренировки все разбрелись по душевым, а в 9.00, собрались на завтрак. После чего, Гарри и Гермиона с родителями, оделись в мантии, выпили метаморфное зелье, и с помощью гриффиндорца, аппарировали на Диагон-аллею. В Гринготсе, Гарри объяснил ситуацию гоблину-хранителю сейфа Поттеров, и тот, внимательно оглядев всех колючими глазками, повёл их к управляющему.

Управляющий Мальграгам, выслушал их абсолютно бесстрастно, и приказал своему помощнику доставить специальное зелье. Гермиону с родителями, помощник управляющего отвёл в соседнюю комнату, а Мальграгам, на вопросительный взгляд Гарри ответил:

- Таковы требования конфиденциальности. Итак, юный мистер Поттер, у Вас появились подозрения, что Ваша покойная матушка была не магглорожденной?

- Да, во мне стал проявляться Дар целителя, а, как известно, он бывает только у чистокровных магов. Я приготовил и принял Зелье определения чистоты крови, свечение вокруг моего тела было голубым.

- Так-так, занятно. Ну, что же, приступим. Вам, мистер Поттер, придётся выпить это зелье, после чего несколько капель вашей крови поместят вот в эту выемку на генеалогическом древе древних родов, после чего станет ясно, обоснованны ли Ваши подозрения. Вы согласны на данную процедуру?

- Да.

- В таком случае, пейте. Вы не подозреваете, к какому роду могла принадлежать Ваша матушка?

- Нет.

- Хмм, это замедлит определение правильного ответа. Ну, что же, прошу Вашу руку.

Кровь тонкой струйкой пролилась в специальную выемку на красивой резной карте, с генеалогией магических семей. Потом они довольно долго ждали. После того, как невидимый колокольчик под картой зазвенел, Мальграгам, подошёл к столу:

- Хм-м, молодой человек. Я не знаю, обрадует ли Вас это знание?


Когда они через час вернулись домой, все были рады. Версия Сезара о де Грейнджерах и морских королях О'Нейлах, полностью подтвердилась. Мало того, и от первых и от вторых, им досталось не маленькое наследство (ещё бы, проценты за несколько веков хранения в Гринготсе, набежали огромные), и ещё… им достался древний замок О'Нейлов – «Эрн-Рок» в Ирландии. А на среднем пальце правой руки у Гермионы, красовался родовой перстень. Она была первым магом в этом древнем роду, после проклятия насланного на её предка самим Мерлином. Засидевшиеся в маленьком домике маги, долгое время лишённые прогулок на свежем воздухе, радостно предвкушали путешествие с помощью выданного гоблинами портключа. Только Гарри был молчалив. Да, он радовался со всеми, но его явно что-то тяготило.

- Гарри! Гарри! – тормошила его радостная Гермиона, - Мы все завтра же решили посмотреть замок.

- Да, конечно, Герми, мы завтра всё проверим, и если там можно жить, устроим вылазку на природу, - Гарри улыбался, но глаза оставались задумчивыми и печальными.

- Гарри, прости, мы совсем ошалели от счастья, - к нему протиснулась Джейн, - Как прошло твоё расследование?

- Удачно, спасибо. Только, можно я потом расскажу о результате? Мне надо подумать, - и сославшись на головную боль, он ушёл в лазарет.

Достав уменьшенную до размера ногтя, шкатулку, данную ему гоблинами, он восстановил её размер, и осторожно открыл. Внутри был портрет светловолосого молодого мужчины, с гордым и надменным лицом, и пронзительным взглядом изумрудных глаз. Подпись на портрете гласила: «Люциус Малфой-младший. 1951 год». Это был его дед, отец матери. Гоблины немного могли о нём рассказать, но то, что он узнал, повергло Гарри в шок. Оказывается в 1952 году, лорд Люциус Малфой-старший, страшно разгневался на своего СТАРШЕГО сына и наследника – Люциуса-младшего, выгнал его из дома, лишил имени и, даже, магии, превратив до конца жизни в сквиба. С этого времени непокорный отпрыск именовался Проклятым Люциусом, а потом и вовсе исчез с горизонта магического мира. У Гарри никак в голове не укладывалось: «Это как же надо было возненавидеть своего собственного сына, чтобы обречь его на такие мучения? И что он такого сделал?» Судя по туманным намёкам Мальграгама, его дед тоже в долгу не остался. Что всё это могло значить? Гарри было не понятно. И вдруг, его как ледяной водой окатило, его дед был СТАРШИМ братом Абрахаса Малфоя – деда Драко. «Это, что же получается, Драко – мой кузен, а его папенька-Упивающийся – мой дядя. Брр!» По отрывочным сведениям, полученным от тёти Петуньи, их с мамой отец, был уже в возрасте больше тридцати лет, когда они родились. Он был сдержанным в проявлении чувств, и выделял маму Гарри, в ущерб старшей сестре, и умер, когда Лили заканчивала второй курс Хогвардса, при не совсем обычных обстоятельствах (был найден мёртвым в своём кабинете, без признаков насильственной смерти). Вот, собственно, и всё, он даже имени деда раньше не знал, а то, быть может, насторожился бы. Внимательно осмотрев портрет со всех сторон, и больше ничего не найдя, Гарри вновь заглянул в шкатулку. Там, в отдельной коробочке, выложенной зелёным бархатом, лежала серебряная фигурка женщины-птицы, не больше пяти дюймов высотой. Он внимательно рассмотрел фигурку, и почувствовал, что от неё исходит мощная магия, в целом не очень светлая. Больше в шкатулке ничего не было.

Гарри ещё долго сидел, и смотрел в глаза человеку на портрете, пытаясь понять, каким он был, когда услышал стук двери и шаги двух человек за спиной. Тренированным слухом он определил: «Снейп и Сезар». Вытерев с лица невесть откуда набежавшие слёзы (Откуда взялись? Вроде не плакал.), он повернулся на звук, не став убирать портрет.

- Гарри, что-то случилось? Ты сам не свой после возвращения? – Сезар присел к нему на кровать и обнял за плечи. Снейп подошёл и встал рядом:

- У Вас что-то случилось, Поттер?

- Случилось, но не сейчас. Профессор, Вы никогда отца моей матери не видели?

- Нет. Лили всегда приезжала вместе со всеми на Хогвардс-экспрессе. А что?

- Познакомьтесь, мой дед, - и Гарри развернул портрет лицом к мужчинам.

- О, Мерлин и его бабушка! Да это же Малфой! – Сезар тоже был в шоке.

А Снейп, взял портрет из рук Гарри и внимательно рассмотрел:

- Да это Малфой. Проклятый Люциус. Интересно-о, - протянул он, - Люц говорил, что его дед проклял старшего брата отца, за какой-то проступок, а тот, в ответ, наложил какое-то мудрёное проклятие. Я не знаю какое, но Люц, очень его опасался.

- Я прошу вас никому не говорить пока об этом, тем более Малфоям. Я должен подумать, что со всем этим делать.

- Гарри, ты всё равно ничего не можешь изменить, - Сезар прижал его голову к груди. Снейп смотрел на них каким-то жадным взглядом. Потом опомнился, поджал губы, и сказал:

- Я должен вернуться в Хогвардс. Поттер, Вы планируете и дальше скрываться ото всех?

- Нет, можете рассказать Дамблдору, что видели меня. Я могу аппарировать в Нору послезавтра, если он хочет со мной встретиться. Но если он опять будет на меня давить, разговор не получится, - Гарри прямо посмотрел в глаза своему учителю.

Тот кивнул, и молча пошёл к выходу, но на полдороге остановился:

- Мистер Поттер, просветите меня, пожалуйста, как Вам удалось проникнуть на базу Упивающихся?

- Очень просто, профессор, - мальчишка лукаво улыбнулся, спрыгнул с кровати, и направился медленной походкой к зельевару, обошёл его по кругу, и превратился в полосатого кота. Наглый котяра потёрся о чёрную мантию Снейпа, оставив на ней несколько пёстрых шерстинок.

- М-да, Ваш декан будет в восторге, но исключительно в душе, - Северус разглядывал лохматого вальяжного котяру, и вспоминал слухи, гуляющие по Аврорату, - А Хмури грозился кому-то руку пожать, - как бы, ни с того, ни с сего, пробормотал он себе под нос. Наклонившись, он взглянул в умные зелёные глаза, ещё раз хмыкнул, и ушёл через разблокированный для него камин.


Полчаса спустя, профессор Зельеварения, Северус Тобиас Снейп, входил в кабинет директора Хогвардса. Здесь собрался почти весь Орден Феникса. Шум стоял как в потревоженном улье. Ещё бы третий день, как стало известно, что Гарри Поттер, полтора месяца назад исчез в неизвестном направлении, из дома своих родственников, а о мальчишке ни слуху, ни духу. Увидев Северуса, Дамблдор, перекрывая шум, спросил:

- Ну, что удалось узнать в стане Воландеморта?

- Поттера там нет, да и Тёмный лорд про его исчезновение ничего не знает. Они планируют окружить Литтл-Уингинг, перед наступлением 31 июля, и, когда рухнет защита, уничтожить всё живое, в квартале, где проживает Поттер. Но у меня есть сведения из другого источника.

- Какие?

- Поттер, в защищённом доме, в центре Лондона.

- Ты уверен в достоверности?

- Абсолютно. Я сегодня там был и говорил с ним.

- ЧТО!!! Мальчика необходимо немедленно переправить в безопасное место! Как ты мог оставить его там, Северус??!! – Молли Уизли, была вне себя от переживаний, - Он же ещё ребёнок.

- Этот «ребёнок» со своими приятелями, «уделали» Безумную Беллу, отловили Петигрю, вытащили из резиденции Упивающихся Забини с сыном… Мне продолжать перечисление? – тон зельевара был до крайности саркастичным, - Он меня сегодня, во время учебного боя, чуть не завалил. А вы «ребёнок»! Его беспрекословно слушаются спасённые им маги, затеянные им операции, проходят без потерь (ну, не будем упоминать авантюру с моим спасением). Не пытайтесь отдавать ему приказы, не предоставляя всей информации, у вас это больше не пройдёт. ОН вырос.

- Х-ха! Салазарова немочь и все Мерлиновы подштанники! Так вот кто за этим стоит! А мы грешили на гастролёров. Ну, пацан, ну, гений, без экзаменов в Аврорат возьму. Годриком клянусь! – Хмури хрипло хохотал, хлопая себя по здоровой ноге, - Вот ведь паршивец! А, что это у него за жаба такая, лиловая, получается?

- Не знаю, он заклинание невербально произносил, меня только вскользь задело, и то, я только на полном сосредоточении Силы смог вырваться. Самое интересное, что в этом состоянии невербальные заклинания не срабатывают, а значит и отбиться невозможно.

- А как он в резиденцию к твоему Лорду проник? – Аластор и не собирался прекращать расспросы.

- Обыкновенно, на четырёх мягких лапках, - Северус уже вовсю ёрничал.

- Ага, вот и наш котик высветился. Минерва, у тебя в замке конкурент новый появился! – Грозного Глаза, похоже, разобрал смех.

- Зря смеёшься, Аластор, не видать тебе мальчишку как своих ушей, без зеркала, Поттер – целитель.

- КТО!!??

- Он ЦЕЛИТЕЛЬ. Поверьте, я знаю, о чём говорю, - Снейп перестал издеваться, и серьёзно смотрел в глаза собеседникам.




Глава 8. Операция «Happy birthday».


На следующий день вся компания «Ноева Ковчега» с помощью портключа, полученного в Гринготсе, отправилась обследовать «Эрн Рок». Сомнений было много, ведь маги рода О'Нейлов перевелись ещё тысячу лет назад. Громкое слово «замок» могло обернуться менее презентабельным – «руины». Но все решили, что проветриться будет невредно, и на следующее утро, запасшись провизией для пикника, перенеслись в неизвестность.

Каково же было изумление путешественников, когда они очутились на красивой аллее парка возле величественного замка на скале. С трёх сторон стены «Эрн Рока» обрывались в море, а с четвёртой к замку примыкал парк и какие-то постройки. Всё это было огорожено высокими стенами и скрыто от любопытных взглядов сильнейшими заклятьями. Да-а, защитных чар на этом месте было не меньше, чем в Хогвардсе.

- Как же это всё сохранилось? – прошептал Алекс Грейнджер. Остальные стояли, открыв рот.

- Да, я многого ожидал, но чтобы ТАКОЕ, - Сезар Забини был впечатлён зрелищем, - Против этого домика Малфой-Менор – загородная резиденция.

Мнению аристократа в этом деле стоило доверять. Маги и сквибы с восхищением оглядывались вокруг.

- Смотрите, парк ухожен, даже на клумбах цветы высажены! – Марта показала на красивую, необычной формы клумбу с ярким ковром каких-то незнакомых цветов.

- Может быть, они многолетние и цветут сами по себе, или это иллюзия? – Блейз наклонился, чтобы вдохнуть аромат, - Нет, не иллюзия, цветы настоящие, да и узор на клумбе неестественный. Может, в замке кто-то живёт?

- А вот это мы сейчас и выясним. Гермиона?! – Гарри пропустил подругу вперёд. Так они и шли, в первом ряду – Грейнджеры и Гарри, а за ними – все остальные. Поначалу Гарри хотел пропустить вперёд боевых магов, но Сезар отсоветовал. Сторожевые заклятия замка могли пропустить только имеющих на него кровное право.

Гарри чувствовал, как вокруг «звенит» защитная магия, но ничего опасного не происходило. «Эрн Рок» признал новую хозяйку и пропускал её друзей. Когда они подошли к дверям центральной башни, те сами открылись им на встречу. Восхищённый вздох вырвался у вошедших в замок. Огромный, ярко освещённый солнцем через витражные окна холл был инкрустирован перламутром и жемчугом и переливался всеми цветами радуги. Гигантские резные колонны, поддерживающие сводчатый потолок с витражным куполом, были выполнены из какого-то полупрозрачного переливчатого камня цвета морской волны и изображали морских волшебных существ. Изящная мраморная с золотыми, отделанными перламутром витыми перилами, лестница разветвлялась на две отдельные на большой площадке с фонтаном и вела на второй этаж. И нигде не было ни пылинки.

- Такое впечатление, что здесь только что провели генеральную уборку. Непохоже, что это только сохраняющие чары, - Гус разглядывал изящную мебель в холле.

- Ни одни чары не продержатся тысячу лет. Скорее всего, здесь есть домашние эльфы, - Сезар повернулся к Гермионе, - Хлопни три раза в ладоши.

Гарри предостерегающе проговорил:

- Гермиона. Не надо их освобождать, они этого не любят.

- Представь себе, Гарри, это я уже поняла! Я не собираюсь их прогонять, но и обижать никому не позволю, - Гермиона окинула друзей возмущённым взглядом. Она три раза хлопнула, и сразу перед ней возникла немного необычная фигура в красивом одеянии из водорослей.

- Госпожа! Мы рады, что О'Нейлы вернулись! – и незнакомое существо поклонилось.

- Кто вы? – Гермиона была очарована этим существом. Оно походило на эльфа только ростом. Огромные глаза, желто-коричневого цвета с вертикальным зрачком, узкое лицо, с маленькими, закрытыми перепонками ушками, и длинные блестящие волосы зеленоватого цвета. Тело пропорциями походило на тело ребёнка лет десяти, между пальцами короткие перепонки, и сложно было определить, какого пола это существо.

- Я Эола – морской эльф, мы издревле служим морским королям. Дед моего деда ещё помнил вашего предка – великого мага, которого проклял Мерлин.

- Вы так долго живёте? И за что моего предка проклял Мерлин? – Гермиона была в своей стихии. А Гарри с облегчением вздохнул, судя по тому, как они держались, морские эльфы вовсе не нуждались в защите.

- Мы живём приблизительно триста лет, а вашего предка Элькара О'Нейла Мерлин проклял за большую гордыню и желание покорить весь мир.

- Оказывается, у тебя в роду были Тёмные лорды, а Гермиона? – Сезар добродушно посмеивался.

- Боюсь, что если бы сейчас жил тот О'Нейл, Воландеморту бы не поздоровилось, - глаза Эолы лукаво поблёскивали.

- А вы в курсе современных событий? – Гарри заинтересованно подобрался.

- Да, Целитель, - эльфийка поклонилась с глубоким уважением.

- Откуда вы всё это узнаёте?

- У нас свои источники информации, - ещё один изящный, и вовсе не раболепный поклон.

- Как мне к вам обращаться, Эола? Я бы не хотела кого-либо оскорбить по незнанию, - Гермиона «брала быка за рога».

- Вы обращаетесь к нам по именам, а мы называем вас Леди или Лорд.

- А если вы будете звать и нас по именам.

- Обычно так и было, Леди – это обращение при гостях, но главу Рода мы всегда называем Леди.

- А кто сейчас считается главой рода О'Нейлов? – уточнил Сезар.

- Леди Гермиона О'Нейл-Грейнджер.

- А как вы будете относиться к моим родителям, ведь они не маги?

- Их слово для нас – закон, право вето имеете только вы, – Эола склонила перед хозяйкой голову.

- Это хорошо. Мама, папа, вы что-нибудь хотели узнать?

- Ну, вообще-то, неплохо было бы осмотреть замок.

- Пожалуйста.

Экскурсия по замку заняла несколько часов. «Эрн Рок» был огромен. Решили сегодня не возвращаться в пыльный, знойный Лондон. Здесь было хорошо: морской бриз уносил духоту; они пообедали на террасе под лёгкими навесами, защищающими от солнца. Подобрали себе спальни по вкусу. Потренировались в дуэльном зале. Там было собрано оружие всех эпох и народов, а у дальней стены стояло несколько книжных стеллажей с богатой коллекцией фолиантов, посвященных боевым магическим искусствам. Но больше всего заворожила Гермиону библиотека, девушку силой пришлось вытаскивать из анфилады огромных комнат со стеллажами. Гус и Марта с Марго пропали на складе редкостей. Сезар и Блейз упражнялись с холодным оружием. Гарри попробовал, но быстро понял, что это не его вариант. Магические дуэли или рукопашный бой – пожалуйста, но вот клинками махать, тут нужен был другой склад характера. Пожалуй, у Гермионы, если её кто-нибудь смог бы временами вытаскивать из библиотеки, получилось бы. Алекс и Джейн расспрашивали Эолу о хозяйстве. Билл и Энтони нашли обсерваторию с телескопом и древними книгами и зависли в ней. В общем, на ужин все сползлись изрядно вымотанные. Долго обсуждали увиденное, а затем разошлись спать. Неизвестно, читали ли морские эльфы мысли, но комнаты Сезара и Гарри выходили на одну террасу, а между их ванными комнатами был большой общий бассейн с морской водой. Гарри завязал волосы шнурком, чтобы не лезли в глаза, и с удовольствием прыгнул в бурлящую зеленоватую воду. Из его мышц как будто сама собой уходила усталость, а роившиеся пузырьки воздуха ласкали обнажённое тело. Он немного понырял и устроился лёжа на воде, раскинувшись «морской звездой». От блаженства глаза сами закрывались, а освободившиеся из хвоста волосы плыли по воде.

- Какое впечатляющее зрелище, - промурлыкал голос над ухом, и губы Сезара, стали нежно касаться его шеи. Осторожные руки мягко поглаживали уставшие за день мышцы парня.

Открыв глаза и улыбнувшись, Гарри притянул своего друга к себе и, обвив его бёдра ногами, прижался всем телом, целуя глаза и губы Сезара.

- Здесь очень расслабляющая обстановка, - шептал он между поцелуями.

- Так давай расслабляться, - лукавый огонёк мелькнул в голубых глазах бывшего слизеринца.

В одной из стенок бассейна было углубление, чтобы можно было сидеть. Там-то и устроились любовники. Секс между ними потерял былую страстность, скорее, это было общение двух друзей, утешающих друг друга. Но им было хорошо вместе, а будущего никто из них не загадывал. Сезар усадил Гарри на колени лицом к себе, и они не торопясь целовались, а омывающая их чуть солоноватая вода уносила все мысли и тревоги прочь.

- Гарри, ты здесь? – со стороны террасы через незакрытую дверь в помещение с бассейном стремительно вошла Гермиона с огромным фолиантом в руках. - Здесь великолепная библиотека, и я нашла… О, Мерлин!

Подняв голову от книги, она наткнулась взглядом на Гарри с Сезаром. Повисла неловкая пауза.

- Прости, Герми, я забыл закрыть двери.

- Извини, если мы тебя шокировали, - голос Сезара был полон раскаяния, но он ни на миллиметр не сдвинулся с места и не отпустил напрягшегося любовника.

- Я сама виновата, надо было постучать. Гарри, ты не мог бы прийти в библиотеку через час, - Гермиона отвела глаза и покраснела, но не похоже было, что она так уж шокирована увиденным.

Через сорок минут вымывшийся и облачившийся в чистую одежду гриффиндорец присоединился к подруге в библиотеке.

- На самом деле, извини, Гермиона, я давно хотел тебе рассказать, но не знал, как ты это воспримешь.

- Ну, что тебя не интересуют девушки, я поняла ещё в прошлом году, а о тебе и Сезаре… догадывалась. Ты вёл себя с ним не так, как с остальными взрослыми. Ты… любишь его?

- Это сложно объяснить, всё не так, как ты думаешь. Он мой друг, мой любовник, и нам хорошо вместе, но… Как бы тебе объяснить? Для каждого из нас возможно в будущем что-то большее. А пока мы просто вместе.

- Я понимаю тебя. Это как было между мной и Роном. Мы друзья, нам было хорошо вместе, но с зимы, похоже, у него появилось «что-то большее».

- Ты не знаешь, кто это?

- Нет. Он уклонялся от всех расспросов. Вот и сейчас пишет нам письма с такой конспирацией, как будто их сам Воландеморт будет перехватывать.

- Да? А я и не заметил, - но тут он припомнил, что этим летом письма Рона действительно были какими-то странными.

- Гарри, я тебя вот почему искала. Здесь в библиотеке есть целый раздел с очень эффективными, позабытыми всеми заклятиями. Нам они точно пригодятся. Надо будет взять с собой подборку некоторых книг.

На следующее утро было решено, что старшие Грейнджеры и Голдстейны вместе с Биллом и Марго остаются осваивать замок, а остальные возвращаются в Лондон. Гарри не хотел быть вдали от событий, ибо поддерживать отсюда постоянную связь с нужными им местами и людьми на данный момент не было возможности. Эльфы раздали каждому по медальону на тонкой золотой цепочке, каждый из которых являлся портключом в замок и из него. Такое «украшение» невозможно было снять против воли владельца, а враги их вообще не видели. Каждый владеющий портключом был защищён от «Империуса» и мог провести с собой в замок гостей, если очень этого хотел.

Нагрузившись отобранной для изучения литературой, команда, состоящая теперь из Гарри, Сезара, Блейза, Гермионы и Тони, вернулась в их маленький домик.

- М-да, как-то пусто стало, - протянул Тони.

- А представь, как я тут один жил? – Гарри понёс уменьшенный сундук с книгами в библиотеку.

На следующее утро явился Снейп. Оглядев поредевшую компанию, он поинтересовался:

- Ну, и как прошла экскурсия?

- Выше всякого ожидания. Остальные осваиваются в замке, а мы готовы приступить к боевым действиям. Послезавтра мой День Рождения, я не думаю, что Воландеморт будет сидеть, сложа руки. Ведь так? – Гарри выжидательно смотрел на профессора.

Но Снейп не был бы Снейпом, если бы спокойно ответил на вопрос.

- О да, конечно, Тёмный лорд только о вас и думает. Дел у него других нет. Мир не вращается вокруг вас, Поттер.

- А я и не сомневался. Просто думал, а вдруг вы, случайно, в курсе его планов. Но раз вы не знаете, то мне только остаётся спросить у него самого, - Гарри с притворным сочувствием развёл руками.

- Не шутите этим, мистер Поттер! – тон зельевара стал угрожающим.

- А с чего вы решили, что я шучу? – парень смотрел на Северуса в упор, всем своим видом бросая ему вызов, - Я именно так и сделаю, если у меня не будет другой информации.

- Чёртов мальчишка, вы не понимаете, во что ввязываетесь. Вы не знаете, на что он способен! – Снейп ругал себя последними словами, но не мог остановиться, - Вы привыкли, что вас всегда защищают.

- Я не просил вашей защиты, и смею надеяться, что в это лето защищал себя сам, без чьей бы то ни было помощи! Что касается Воландеморта, то я на самом деле проникал в его сознание, и не раз. Как ещё, по-вашему, мне было узнать про нападение на семью Гермионы? И я знаю, на что он способен. Не забыли, мне каждый раз снятся результаты рейдов ваших коллег-Упивающихся.

Оба вдруг остановились и замолчали, беря себя в руки.

- Извините, сэр, я погорячился, - Гарри был опять холодно вежлив.

- Я беру назад свои слова, вы, Поттер, на самом деле чему-то научились за это лето, - нехотя процедил Снейп. Подошедший Сезар кинул на него угрожающий взгляд:

- Сев, хватит представление устраивать, что задумал этот сумасшедший?

- В ночь с 30 на 31 июля большой отряд УПСов окружит Литтл-Уингинг. После того, как Защита крови спадет, приказано уничтожить всех в районе, где живут Дурсли.

- Дамблдор и Хмури в курсе?

- Разумеется. Часть людей будет эвакуирована и заменена аврорами.

- А мои дядя с тётей?

- После того, как они с Вами обращались, Вы ещё собираетесь их защищать?

- Это мои родственники. Какими бы они ни были, я не хочу, чтобы они погибли.

- Их уже перевезли в безопасное место.

- Спасибо. Мы тоже будем участвовать в этой операции, - парень не спрашивал разрешения, он ставил перед фактом.

- Вы полагаете, что Дамблдор позволит вам подвергнуться такому риску?

- Или нас включают в план обсуждения операции, или мы участвуем в ней сами, без вашей помощи. Выбирайте.

- Я, собственно, так и сказал Дамблдору. Он ждёт вас сегодня вечером в своём кабинете. А теперь позвольте откланяться, меня ждут, - и Снейп слегка наклонил голову, не скрывая саркастичной улыбки.

Вечер у Гарри и Гермионы выдался тяжёлым. В кабинете директора их встретили Хмури, Уизли-старшие, Кингсли и МакГонагалл. На них пытались давить, но молодые маги высказали свои требования и ни на йоту не отступали от них. В конце концов, члены Ордена Феникса сдались. Дамблдор лишь обреченно поинтересовался, как будет зваться их отряд. На это Гарри, вскинув голову и не задумываясь, ответил: "Хамелеоны". Помятуя об их великолепном владении метаморфными чарами, это наименование как нельзя лучше отражало их суть. Хамелеонам было разрешено участие в операции наравне со взрослыми магами. Сбор был назначен в шесть вечера на Прайвет-драйв 4. Перед тем, как уйти через камин обратно, Гарри и Гермиона пригласили всех присутствующих отпраздновать день рождения после проведения операции. На вопрос, где будет проходить застолье, они только загадочно улыбнулись.


Следующий день выдался пасмурным и прохладным. Накрапывал дождик. В шесть часов вечера в Литтл-Уингинге возле дома Дурслей собрались члены Ордена Феникса (кроме Снейпа, разумеется, он «собирался» с другой стороной). Наложив на свои лица чары личины и угостив Орденцев метаморфным зельем, команда Хамелеонов разошлась по своим местам. Гарри видел, что Гермиона чем-то встревожена и не находит себе места. Они сидели в засаде в доме Дурслей, разбившись на пары.

- Герми, всё будет в порядке. Ты великолепно тренировалась, у тебя всё получится. Да эти Упивающиеся от тебя как от огня разбегаться будут. Ну, улыбнись! – в ответ на свою речь, Гарри получил от подруги довольно натянутую улыбку.

- Меня как раз пугает сила, которой я владею. Я не уверена, что смогу преднамеренно убить человека. А если убью непреднамеренно, как мне потом жить на свете?

- Большинство заклятий, которые мы учили, не могут убить. Вывести из строя надолго – да, а вот убить – это вряд ли. Не накручивай себя, Миона. Они, знаешь ли, тоже не мальчики из церковного хора, - Гарри погладил подругу по плечу.

Герми как будто что-то тяготило:

- Гарри! – решилась она, - Если здесь появится Люциус Малфой, я не уверена, что смогу навредить ему.

- ЧТО?! Почему? – гриффиндорец был в шоке. Он был уверен, что после нападения на её дом, Гермиона возненавидела лорда Малфоя.

- Понимаешь, получается, что он спас нас с мамой, - она опустила глаза и пожала плечами.

- Ты уверена?

- Абсолютно. Мы с мамой выбегали из кухни к задней двери, когда нос к носу столкнулись с ним. Он стоял в коридоре. Я сразу его узнала, такие волосы сложно спутать с чьими-то ещё. Стоял и смотрел на нас, а потом развернулся и ушёл в сторону гостиной, освободив нам дорогу.

- А дальше?

- А дальше мы столкнулись с папой и вместе выбежали из дома. Ну, а потом – ты знаешь.

- Да, непонятный случай. Хотя дело тоже поправимое. Пользуйся только щитами и парализующими заклятьями. Перед пострадавшим от такого проклятия всегда потом можно извиниться.

- Ты прав, Гарри, - и она, наконец, смогла взять себя в руки.

До полуночи оставалось всего пять минут. Всё в доме замерло, как будто ожидая нападения.

И вот началось. Со всех сторон маленького пригорода гремели взрывы. В местах засад, устроенных аврорами, кипели бои. Заклятия пронизывали пространство, врезаясь в стены домов и выбивая из них огромные фонтаны каменной крошки. Звуки приближались к дому №4 по Прайвет-драйв. И вот, двери дома сорваны с петель «Бомбардой», а с двух сторон в него врываются фигуры в мантиях Упивающихся. Дальше разглядывать произошедшее у ребят не было возможности, они были слишком заняты боем. Блейз с отцом и Энтони удерживали гостиную, и получалось это у них очень хорошо. Гарри с Гермионой контролировали чёрный ход в дом. Выстреливая сериями комбинированных заклятий, ребята ни на минуту не оставались на месте. Сдвоенные «Ступеффаи» и «Экспеллиармусы» перемешивались с заклятиями, придуманными гриффиндорцами, и с черномагическими проклятиями УПСов. Щиты Хамелеонов были на высоте, ни одно из вражеских заклятий не пробило их. Проблема врагов состояла ещё и в том, что для столь узких коридоров их было слишком много. Они толкались и мешали друг другу прицеливаться. Проклятия же защитников дома находили всё новые и новые цели. Отряд УПСов стремительно терял людей и преимущества внезапного удара. Они «увязли». А ребята, мобильные, хорошо ориентирующиеся в доме, малочисленные, сработанные для боя в команде, а также в ограниченном пространстве, начали теснить противника. Конечно, предводители отряда УПСов были великолепными и жёсткими боевыми магами, и у них получалось уходить от ударов довольно успешно. Но основной процент нападавших составлял недавно посвящённый молодняк. Вот их-то и выкашивали рядами соратники Гарри. Видя, что их время выходит, самые сильные из Упивающихся начали прорыв к Гарри и Гермионе с разных сторон. Едва успев вытолкнуть из-под «Сектусемпры» Герми, Гарри за её спиной выпустил «Птерифрогуса», и несколько других придуманных и вычитанных заклятий в нападавших на неё магов. Трое упали, но двоим удалось увернуться. За его спиной Герми запустила парочку заклятий из арсенала О'Нейлов. Судя по крикам, УПСы терпели потери. Гарри пришлось сосредоточиться на своём собственном поединке – на него вплотную надвигались три опытнейших чёрных мага. Краем глаза он увидел, что Гермиона вполне успешно и на равных сражается с одним противником.

«Слава Мерлину, с одним она вполне справится,» - успел подумать Поттер и переключился на своих. Через четверть часа серьёзного боя ему удалось вывести из строя их всех. Герми нанесла удачную серию ударов, её противник со змеиной ловкостью увернулся от всех, но был, наконец, парализован добавленным «Петрификусом». Он упал навзничь, открыв тяжестью своего тела дверцу чулана под лестницей. Гарри отвлёкся, проверяя, нет ли затаившихся УПСов в других помещениях дома.

А Герми стояла и с ужасом смотрела на распростёртое возле её ног тело. При падении капюшон соскользнул с головы УПСа, и её взгляду открылись длинные платиновые волосы, размётанные по плечам. Перед ней был Малфой. Упивающийся Смертью, один из ближайших соратников Воландеморта, чистокровный мерзавец, презиравший таких, как она. Но… он лежал перед ней такой беспомощный, неспособный ни пошевелиться, ни защитить себя. У входа в дом уже раздавались голоса прибывших на подмогу авроров. И тут Герми поняла, что вот сейчас, в данную минуту она ни за что не выдаст его аврорам. Поэтому она осторожно перенесла ноги безвольного слизеринца через порог чулана и закрыла дверь, привалившись к ней спиной. И на протяжении всего времени, что люди Хмури находились в доме, забирая парализованных тёмных магов, не отходила от дверцы. Приблизительно через полчаса оттуда донёсся негромкий хлопок аппарации. «Вот и всё» - подумала Гермиона и пошла искать Гарри.

Пленных увели, а члены Ордена Феникса подошли поздравить Гарри с совершеннолетием.

- Неплохо! Очень неплохо! Молодой человек, надеюсь, ты подумаешь о карьере аврора? – Хмури, припадая на левую ногу больше обычного, подошёл и пожал ему руку.

Целитель в гриффиндорце сразу почувствовал чужую боль:

- Вы ранены. Позвольте, я Вам помогу, - и, медленно проведя ладонью по его левому боку, Гарри заживил порез.

- Хм-м, впечатляет. Что же, быть может, Снейп и прав… - Аластор задумчиво посмотрел на парня.

- В чём Снейп оказался прав? – замечание старого аврора заинтриговало Гарри.

- В том, что ты не станешь аврором. Целитель в тебе всегда будет брать верх. Но ты не расстраивайся, такой Дар – это большая редкость. Только ты же, вроде, полукровка?

- Вроде.

- Ну, значит, бывает и такое. Эй, орлы, чего рты раззявили? У нас сегодня ещё много работы. Собирайтесь! – и зыркнув «гневноначальничьим» взглядом на своих подчинённых, как бы случайно слоняющихся рядом, он пошёл к выходу из коттеджа.

- Э-э-э, мистер Хмури! Я приглашаю вас и всех членов Ордена Феникса сегодня вечером ко мне на День Рождения. Давайте встретимся сегодня в 19.00 у входа в больницу Св. Мунго, и я провожу вас к нам домой.

- Ты стал совсем самостоятельным, мой мальчик, - к Гарри и Герми подошли Дамблдор с Сезаром Забини, похоже было, что они о чём-то договорились, - Да и друзья у тебя подобрались боевые.

- Я старался, профессор Дамблдор. И сразу хочу предупредить, что к Дурслям я не вернусь ни за что на свете.

- Прости, Гарри, я очень ошибался, считая твоё нежелание жить с родственниками подростковым бунтарством. Почему ты не рассказал мне ВСЁ? Я бы никогда не отправил тебя к ним, зная, как тут с тобой обращались, - в голубых глазах старого волшебника было раскаянье, - Но, похоже, ты решил проблему самостоятельно?

- Да, это потребовало значительных усилий, но оно того стоило, - вспоминая события этого лета, Гарри тепло улыбнулся, - Я совсем ни о чём не жалею. Вы придёте на мой День Рождения, профессор?

- Да Гарри, думаю, что все члены ордена Феникса умирают от любопытства и хотят узнать, где же прятался ты всё лето? Так что не волнуйся, придут все.

- В таком случае, до вечера.

В означенное время Гарри встретил своих гостей возле больницы Св. Мунго и перенёс их в свой дом (Было решено пока не приводить в «Эрн Рок» много людей – чары, защищающие замок, не были ещё до конца изучены, и неизвестно, как бы среагировали.).

Охам и ахам не было конца. Молли и Артуру очень понравился домик. Миссис Уизли тут же нашла общий язык с Джейн и Мартой. Праздничный обед был признан поистине великолепным (ещё бы, к выбору продуктов приложили руки морские эльфы во главе с Эолой), Гарри весь вечер выслушивал поздравления и отбивался от близнецов. Те пытались «зажать» его в каждом укромном углу, пока это не заметила их матушка и не пресекла поползновения на корню. Она же объяснила Гарри с Гермионой странности в поведении Рона:

- Гарри, дорогой, не обижайся, но Ронни просил пока никому не говорить, что он отправился на лето к Биллу в Египет. Мы сами сначала думали, что он будет подрабатывать в магазине Фреда и Джорджа. Но сразу, как Альбус отправил тебя обратно к дяде и тёте, он собрался, показал мне письмо Билла, где тот его приглашает в гости, сам договорился в Министерстве о разрешении ему международной аппарации и был таков. И в письмах он очень сдержан. Я волнуюсь за них с Биллом. Всё же работа ликвидаторов древних проклятий в Египетском филиале Гринготса – это очень опасно. Он прислал тебе подарок и очень просил извиниться, что не смог вырваться на твой День Рождения. Гоблины отпустят их с Биллом только через неделю, а сейчас там у них какое-то важное и неотложное дело.

Гарри развернул свёрток с подарком Рона и увидел толстую рукопись и письмо друга. Вскрыв письмо, он прочёл:

«Привет, Гарри, как ты там? Прости меня, мне очень жаль, что я не успею вернуться к твоему Дню Рождения. Тут такое происходит… Но об этом при встрече. У меня много новостей. За это лето у меня была возможность подумать и пересмотреть своё отношение к жизни. Надеюсь, что ты не разочаруешься. Поздравляю тебя с Днём Рождения. Желаю, чтобы в твоей жизни было побольше счастья. И чтобы у нас всё получилось. Рукопись, которую я тебе дарю – это сборник старинных боевых заклятий Древнего Египта, собранных несколькими очень хорошими людьми. Надеюсь, они тебе понравятся.

До скорой встречи. Рон».

Гриффиндорец раскрыл рукопись и обомлел. Заклятия были не просто хорошими, а очень эффективными (судя по описанию), лаконичными и, главное, снимались только наложившим их магом. Эта рукопись определённо стоила внимания.

Вечер удался, но, когда последний гость покинул дом через камин, Гарри и его друзья напоминали выжатые лимоны. Желая дать имениннику побыть одному, родители Гермионы забрали всех, кроме Сезара Забини, сославшегося на недоделанный эксперимент, в свой замок. С помощью волшебства убрав остатки застолья, Гарри устроился в кресле с рукописью, присланной в подарок Роном, и так увлёкся, что не замечал времени, пока тёплая рука не легла на его ноющие от напряжения и неудобной позы плечи.

- Гарри, хватит, глаза заболят. Сегодня был тяжёлый день, пошли спать.

- СПАТЬ?!

- АГА! Значит, ты меня специально игнорировал? – ласковая рука скользнула на затылок парня и, отнюдь не ласково дёрнув зажатые волосы, откинула его голову назад. Его губы накрыл требовательный страстный поцелуй, и Гарри ответил. Потом ещё… И ещё… А потом перешёл в наступление сам. В доме никого не было, кроме них, камин был заблокирован. Поэтому они никуда не пошли, а остались в гостиной возле камина. Страстные поцелуи и ласки сменялись нежными, потом страсть захватывала их снова.

- Мне показалось, или эти рыжие зеркальные отражения тянули к тебе загребущие ручонки? – тихо, но с сумасшедшинкой в глазах, прорычал Сезар, - Как они посмели тянуть руки к моему другу! Ты что, с ними обоими встречался?

- Да ну тебя, Сезар, это не серьёзно, - попытался отвертеться Гарри, но не тут-то было. Его распростёртое на ковре перед камином обнажённое тело молниеносно оседлал хулиганствующий слизеринец, сжал его бёдра своими коленями, завёл руки за голову и принялся тереться своей налитой кровью плотью о не менее возбуждённый член Гарри, не переставая целовать и покусывать его соски. Почти доведя парня до оргазма, он отстранился, продолжая его удерживать:

- Ну, так что там с близнецами, а? Говори, иначе я прекращу всё это, - его голос мурлыкал рядом с губами парня, давая почувствовать присутствие, но не даря облегчения. Освободив одну руку, он начал, едва прикасаясь, поглаживать болезненно напряжённый ствол Гарри. Мальчишка извивался под ним как сумасшедший, желая усилить контакт.

- Сезар, пожалуйста! – шептал он зацелованными и припухшими губами.

- Не-ет, только после того как скажешь, - слизеринская сволочь была неумолима, он наклонил голову, рассыпав свои длинные волосы по телу возбуждённого мальчишки, и накрыл губами сосок парня. Глубокий засос, потом резкий укус, и он вновь отстранился, - Ну, так что ты ответишь?

- Сеза-ар!!!

- Говори… Я тебя внимательно слушаю, - его губы накрыли второй сосок.

- Ничего… ААХ!!! Не было! Мы… о-о-о… только…. Ой… забавлялись…

- Так же, как мы с тобой? – укус мочки уха и засос, оставленный на шее.

- Не-ет, О МЕРЛИН МОЙ! Мы целовались и обнимались, это всё… СЕЗАР!!! Что ты, чёрт дери, делаешь!!??

- А на что это похоже? – ноги Гарри уже не были зажаты между бёдер Сезара, а разведены в стороны. Осторожные пальцы кружили вокруг ануса, периодически поглаживая мучительно ноющий член юноши.

- Сезар, что ты делаешь?! – казалось, парень колеблется.

- Тебе неприятно? – насмешливое мурлыканье над ухом.

- Нет, но я не уверен…- пальцы мужчины накрыли его эрекцию.

- А теперь ты уверен?

- ДА! Пожалуйста, Сезар!

Пальцы вновь убежали. Гриффиндорец разочарованно зарычал, и ловким движением вырвался из захвата, повалив противника на пол, и придавил всем телом:

- А вот теперь мы с тобой разберёмся, - насмешливо протянул зеленоглазый, впиваясь поцелуем-укусом в шею своего мучителя, - Не дёргайся, Сезар, а то я тебя обездвижу. Как тебе понравиться всё чувствовать, но не иметь возможности ответить? Это было бы, наверное, оч-чень … познавательно.

- Вот, подожди, вырвусь – так и сделаю! Ты не всё мне рассказал про близнецов, я чувствую.

- Да-а-а, я не рассказал, что нас застал Снейп, - и Гарри впился губами в рот любовника.

- М-м-м, и что он сделал? – ответный поцелуй на выдохе.

- «Петрификус тоталус»!! – именно это я тогда и сказал, - Снейп подошёл к обездвиженной парочке вплотную, не опуская собственной палочки. Присел на корточки и прошёлся внимательным, горящим взглядом по сплетённым телам, - Вы здесь совсем страх потеряли? У вас же стадо мамонтов может маршировать под боком, а вы не услышите. А если бы Тёмному лорду удалось разрушить защиту дома? Вы об этом подумали? «Фините инкантатем»! – он отвернулся от зашевелившихся любовников. Гарри лихорадочно натягивал одежду. Сезар же не торопясь встал, нашёл своё бельё и джинсы, надел их и только после этого поинтересовался:

- И обязательно было всё удовольствие портить? Мог бы и подождать, сволочь ты этакая. Как ты вообще здесь оказался?

- Парные медальоны – портключи, ты, надеюсь, помнишь? Ну, я несколько не ожидал подобного зрелища… Хотя, это было… забавно.

- О, сэр, но если бы вы не прервали нас, было бы ещё забавнее, - Гарри оправился от шока, в который его вогнало внезапное появление Снейпа. Изобразив насмешливо-вопросительную гримасу на лице, он добавил:

- Вас чем-то не устраивают наши с Сезаром отношения?

- Да Мерлин с вами, Поттер! Трахайтесь хоть в Министерском атриуме, только не подставляйтесь под удар, - Северус пытался скрыть гнев за привычным ехидством, но это у него плохо получалось.

- Се-ве-рус, тебе никто не рассказывал маггловскую пьесу о собаке на сене, а? – Сезар насмешливо переводил взгляд с Сева на Гарри. Тот так же ехидно улыбался.

Физиономия Снейпа приобрела знакомый гриффиндорцу глумливо-сочувствующий вид, и он уже открыл рот, чтобы выдать нечто, о чём он впоследствии, возможно, пожалел бы, но Сезар уже спокойным тоном сказал:

- Лучше промолчи, ты потом сам раскаешься в своих словах, а он тебя не простит.

Северус закрыл рот и отвернулся. Минуту он молчал, успокаиваясь, а затем уже деловым тоном спросил:

- Как прошла операция?

- Ты же, наверняка, там был?

- Нет, в последний момент Тёмный лорд передумал и оставил меня в резиденции. Там, в доме, был Люциус.

- Если в двух словах, операция прошла удачно, взято много пленных, но мы никого не убивали.

-Интересно. Почему тогда Люц ходит как пыльным мешком пришибленный? Чем его там задело?

- Насколько я видел, обычным «Петрификусом», - Гарри пожал плечами, - Его Гермиона вырубила.

- Да-а. А почему его тогда авроры не схватили? Аластор в нём «души не чает», его прямо трясёт при имени «Малфой».

- «Жизнь за жизнь».

- ЧТО?!

- При нападении на дом Грейнджеров он видел их в коридоре, но дал сбежать.

- А-а-а. Непохоже на Люца. Он сам, конечно, никого в этих акциях не убивал, всегда выходил чистым из воды, но чтобы спасать… А ваша гриффиндорка? М-да. Куда катится мир?






Глава 9. Лис.

И ещё одна неделя пролетела в занятиях и обустройстве. Гермиона разрывалась между «Эрн Роком» и Лондоном. Сезар с Блейзом кроме магического и рукопашного боя занимались ещё и фехтованием, попросив гриффиндорку захватить им из замка рапиры и шпаги. Энтони и Гарри совершенствовали искусство Хамелеонов. Теперь они могли менять облик, даже не прячась от окружающих. Специальные чары отведения внимания позволяли им это. «Дружба» между Сезаром и Гарри вернулась в обычное русло. Через день на ужине у них появлялся Снейп. Он приносил новости, неизвестные «ЕП», и выкладывал их со своими фирменными язвительными комментариями. Всё вошло в свою колею, и Гарри начал ловить себя на мысли, что потихоньку его гнев на сволочного зельевара испаряется. Ему нравилось общаться с ним за столом, нравилось выслушивать язвительные комментарии, но больше всего «заводили» их споры и обсуждение тех или иных заклятий. И не раз бывало, что остальные разбегались по своим делам, а эти двое оставались в гостиной у камина и спорили до хрипоты. В такие минуты маска холодного сарказма слетала с зельевара, чёрные глаза горели, и он, забывшись, даже назвал несколько раз гриффиндорца по имени. Гарри не понимал, насколько важны для него эти встречи, до тех пор, пока однажды Снейп не пропустил очередное посещение Ковчега. Волнуясь, Гарри и Сезар прождали его полночи:

- Что могло случиться с Севом? Он всегда так осторожен, - лорд Забини крутил в руках бокал с огневиски.

- Осторожен или нет, в жизни всегда могут произойти случайности, - Поттер мерил шагами расстояние от стола до камина, - Если он не появится в течение часа, я «пройдусь» по мозгам Воландеморта.

Но рисковать не пришлось, через полчаса в гостиной появился шпион Ордена собственной персоной. Он был бледен больше обычного, и, по-видимому, только что принял душ и переоделся.

- Северус! Где ты был? Мы тут с Гарри с ума сходили! Уже два часа ночи! – Сезар был готов пришибить друга, но в протянутую руку стакан с огневиски всё же вложил.

- Профессор, что-то случилось? – Гарри демонстративно спокойно уселся в кресло, и только руки слегка подрагивали.

- Внеплановый разнос у Лорда. Кто-то поставил в нашей штаб-квартире в Эдинбурге магически модифицированные волчьи капканы. Пострадало одиннадцать УПСов: шестеро лечат покалеченные ноги, а остальные маются от неизвестных заклятий, полученных при попытках нейтрализовать «игрушки». Не подскажете, кто бы это мог сделать?

- Ну-у, профессор. Я не виноват, что Ваши коллеги так топорно проводят охрану резиденций. К тому же, это ещё когда было? Мы поставили ловушки недели две тому назад.

- А, так это всё же Хамелеоны руку приложили? То-то я думаю, выбор пакостей мне показался знакомым. Повторяетесь, господа хорошие.

- Так просветите нас, профессор, - мальчишка, как всегда, смотрел на него с вызовом, а Северус едва сдержал рвущиеся наружу слова о том, КАК бы он хотел просветить юного нахала. Перед глазами, как назло, встала сценка, увиденная им в этой гостиной неделю назад. Мордред свидетель, как же ему тогда хотелось оторвать парня от Сезара и самому заняться с ним любовью.

А зеленоглазый гадёныш насмешливым понимающим взглядом смотрел ему прямо в глаза. И даже, по-моему, подмигнул ему левым глазом. Какая-то горячая, гневно-злорадная волна поднялась в Севе: «Ах, ты так, змеёныш, ну, смотри, смотри». И он выдал свои фантазии про него и Гарри, позволив юному легилименту «увидеть» их. Глаза парня расширились, он чаще задышал и сел в кресло.

- Что с тобой, Гарри? – Сезар нежно приобнял юношу.

- Ничего, наверное, просто устал. Я пойду спать, - и он, пожелав им спокойной ночи, отправился в свою комнату.

- Северус! Что ты ему «показал»?

- Ты о чём, Сезар?

- Ой-ой-ой! Не три мне уши. Я знаю, какие картинки ты можешь показывать. Кто-то вроде говорил, что не интересуется Поттером? Так как тебя понимать? – светловолосый уселся на подлокотник кресла Северуса и, взяв того за подбородок, поднял его голову, чтобы взглянуть в глаза, - Я тоже неплохой легилимент, но твоего щита мне не пробить. Что ты задумал, Сев?

- Да ничего! Просто ответил ударом на удар. Ты разве не видишь, что он меня провоцирует?

- Ничего такого он не делал. И не смотри на меня зверем, просто я убрал у него некоторые комплексы. В конце концов, он семнадцатилетний парень, ему положено думать о сексе.

- Да, а как мне теперь его учить?

- И часто у тебя такие проблемы?

- Впервые. Мне всегда и без студентов хватало личной жизни.

- А в чём здесь проблема?

- Когда я его вижу, мне крышу срывает. Не знаю, то ли придушить, то ли зацеловать паршивца. Но не волнуйся, я у друзей любовников не отбиваю.

- Вот и славно. Хотя, судя по твоему взгляду, тебе не помешало бы найти себе кого-нибудь, и как можно быстрее, а то спермотоксикоз начнётся. Ладно, уже поздно. Свободную спальню ты сам найдёшь. А я пошёл твои фантазии в жизнь претворять, - и, махнув поперхнувшемуся от такой наглости Северусу рукой, ушёл в спальню Гарри.

- Вот сволочь!!! – Сев отошёл от шока и налил себе ещё стакан огневиски. Возвращаться в сырые подземелья и вправду не хотелось. Поэтому он расстегнул и скинул мантию, снял ботинки и, закатав рукава рубашки, поудобней устроился в обнимку с бутылкой в кресле у камина. В кармане брюк что-то мешалось. Запустив туда руку и вытянув на свет божий какое-то письмо, Северус вдруг вспомнил, что его просили передать Поттеру, а он в горячке спора о нём забыл: «Ничего, утром передам. Мне же не сказали, что это срочно». И, положив письмо на столик, он прикрыл глаза: «Вот, сейчас пять минут отдохну и пойду ложиться спать. День сегодня был бешеный. Эти капканы… Потом Лорд… Хорошо хоть «Круациатусом» не досталось…. Сейчас, я только… одну минуту…» Это были последние связные мысли засыпающего зельевара.


На следующее утро его разбудил инстинкт самосохранения, упорно твердивший сонному мозгу, что на него кто-то смотрит. Не открывая глаз, Снейп мгновенно сориентировался, и одним скользящим движением «вытек» из кресла, «уходя» под защиту стола и одновременно выхватывая палочку. И только потом кинул взгляд на смотревшего. На него, потеряв дар речи от изумления, пялился Рональд Уизли, только что вышедший из заблокированного камина. Профессор не торопясь встал, пригладил волосы и надел ботинки:

- Мистер Уизли. А Вы в курсе, что этот камин был заблокирован?

- Э-э, профессор Снейп, здравствуйте. Я не ожидал вас здесь встретить. Поэтому простите, что так на вас уставился. Да, камин был заблокирован, он и сейчас заблокирован, но я «уговорил» его пропустить меня, - на лице парня появилась гордая улыбка.

Северус пригляделся к визитёру внимательней: парень очень изменился, и, если бы не рыжие волосы, он мог бы остаться неузнанным. Волосы отросли и были связаны шнурком на затылке в небрежный хвост, в правом ухе красовалась серьга с клыком какого-то животного, он похудел и нарастил мышцы, загорел до тёмно-бронзового цвета, осанка стала прямой и гордой. А главное, у рыжего мальчишки появился взгляд уверенного в себе человека. Такой же, как у других юных обитателей дома этим летом.

- Я пришёл вчера поздно и уснул в гостиной (Мерлин меня знает, почему я вообще объясняю свои поступки). Поттер говорил, что Вы вернётесь из Египта только через два дня.

- У меня получилось вырваться пораньше. Я Гарри письмо передавал. А, вот же оно, на столике…

- Я вчера забыл отдать.

- Ничего страшного, профессор. А где комната Гарри? – рыжий парень в белой футболке без рукавов и зеленоватых джинсах, с любопытством оглядывался по сторонам, разглядывая дом.

- Вон та, слева, на лестничной площадке. Но не советую в неё врываться. Он там не один.

Рон перевёл на профессора насмешливо-удивлённый взгляд:

- Это то, о чём я думаю? И вы так спокойно относитесь к таким слабостям студентов?

- Да, и я не могу снять баллы, здесь не школа, к тому же мистер Поттер совершеннолетний.

- Очуметь… - едва слышно, глядя во все глаза на профессора, почти прошептал Рон.

- Что Вы имеете в виду, мистер Уизли? – Северус подарил ему свой фирменный взгляд, заставляющий падать в обморок первокурсников. Но, похоже, за лето у этой компании выработался иммунитет: наглый мальчишка даже не покраснел.

- Вы совсем не такой, как в школе.

- Вот, подождите, Поттер сейчас проснётся, и всё встанет на свои места, мы с ним опять в дым разругаемся.

- В который раз?

- Что?

- В который раз разругаетесь?

- Вам за неделю или за сутки? Боюсь, если за неделю, то пальцев на руках и ногах не хватит, чтобы сосчитать.

- А-а-а…

- Очень всеобъемлющее заявление. Почти шесть утра, сейчас встанут.

- В такую рань?

- Ну, Вы же встали?

- Так то я, за лето с Биллом привык, знаете ли. У нас там был жёсткий режим. Работа и тренировки занимали всё время. Поэтому вставать приходилось очень рано. – он усмехнулся, глядя в пол: - Меня там Лисом прозвали…

«А ведь точно – Лис, вон в глазах какая хитринка, а ведь я раньше думал, что он простой, как личная жизнь Филча» – отметил про себя зельевар. А вслух продолжил:

- Насколько я знаю, обитатели дома встают в 6.00, и тренировки у них очень напряжённые.

На верхнем, мансардном этаже хлопнула дверь, и на лестнице послышались шаги:

- Доброе утро, профессор. РОН!!!? Как ты здесь оказался? Мы ждали тебя через два дня! – по лестнице сбежала Гермиона в зелёном спортивном костюме и кроссовках. - Как я рада тебя видеть, - и девушка обняла друга. - Отнеси свои вещи наверх, крайняя справа комната свободна. Ты пойдёшь с нами на пробежку по парку?

- А почему бы нет. Сейчас, только переоденусь, - и он умчался по лестнице.

- Он изменился, правда, профессор?

- Как и все вы. Я, пожалуй, приму душ и спущусь к завтраку.

Через пятнадцать минут все, кроме Рона, уже были на кухне. Гарри и Гермиона приготовили завтрак. Тут в дверях появился и сам Лис:

- Тут слишком вкусно пахнет, чтобы я смог сопротивляться притя… - он замер на полуслове, заметив Гарри и Сезара, сидевших бок о бок. Рыжий перевёл вопросительный взгляд на Гермиону. Та молча кивнула головой. Обмен взглядами не укрылся от Гарри:

- Рон, я после тренировки тебе всё объясню, сейчас некогда.

«Подзаправившись», Гермиона, Гарри, Рон, Энтони и Блейз отправились на пробежку в парк. Через час довольная молодежь вернулись домой. Рон в нескольких словах рассказал о своих тренировках с братом и его друзьями. Приняв душ, они направились на тренировку в мастерскую, где их уже ждали Снейп и Сезар. Тренировка вышла эффективной. Учитывая те новые заклятия, которые прислал Хамелеонам Рон, заклятия О'Нейлов, а также разработки Гарри и Северуса, пришлось устанавливать дополнительные защитные чары на стены мастерской, иначе они бы разнесли полквартала.

Северус глядел на ребят и испытывал чувство удовлетворения и гордости. Не каждый может похвастаться такими учениками. Он подумал, что эти дети стали ему небезразличны, и привычное уже чувство опасности, возникающее, когда кто-то приближался к личному пространству шпиона, в этот раз молчало в тряпочку. Наоборот, чувствовать себя членом команды оказалось на диво приятно. Больше всего его поразил Рон. К силе остальных он уже успел привыкнуть, но преображение нескладного, сутулого парня в этого наглого рыжего… «викинга» поражало. Наносимые им удары пару раз пропускали даже они с Сезаром. А когда выяснилось, что в Египте Рон «подсел» на фехтование, то радости Сезара и Блейза не было предела:

- Слава Мерлину, хоть один достойный противник. А то у Гарри и Тони к этому способностей нет, а Гермиона всегда слишком занята, чтобы серьёзно заниматься. И после ухода из мастерской Северуса, Гарри и Тони, Сезар с сыном и Роном зависли там ещё на три часа. И их пришлось силой вытаскивать к обеду.

После обеда Снейп вернулся в Хогвардс, а Рон с Гарри и Гермионой пошли в библиотеку. Рассказав другу во всех подробностях (почти во всех) о событиях этого лета, ребята выслушали ответный рассказ Рона. Оказывается, Билл подружился (при этом Рон покраснел и отвёл взгляд) на работе с одним парнем, чья семья эмигрировала из Британии, спасаясь от Воландеморта.

- Знаешь, Гарри, никогда не думал, что это скажу. Керк Монтгомери – классный парень, несмотря на то, что он слизеринец. Они с Биллом работают одной командой. Я столько заклятий и защитных чар за это время узнал, они меня всему обучали. Ой! А консультант по старинным заклятиям у них такой классный мужик, жаль, что он когда-то во время выполнения одного из заданий зрение потерял, теперь только в кабинете работает. Он увлекается сбором разных заклятий и чар. В рукописи, которую я тебе прислал, большинство заклинаний собрал он…. Ты прости… Герми… А, ладно… Похоже, все кроме меня и так в курсе…

- В курсе чего?

- Я когда пришёл через камин, Снейп сказал, что ты в спальне не один. Это… лорд Забини, да?

- Да, я встречаюсь с Сезаром. Но я уже сказал Гермионе, и повторю тебе, что мы с ним друзья. Как вы с Герми. Нам просто хорошо вместе. Если у кого-нибудь из нас появится что-нибудь серьёзное, то мы свободны, чтобы начать строить своё счастье. Ну, хватит обо мне. Герми сказала, что у тебя появилось «что-то серьёзное»? Как твои дела с ней?

- Появилось, но дела пока не движутся. Он..а, даже не знает, что я люблю… Ну, в общем пока никак, - и Рон, покраснев, отвернулся.

- Ладно, прости, что так напали. Устраивайся.

Когда друзья ушли, юный Лис коротко простонал, и уткнул лицо в ладони:

- Что-то большее? Ну, и как мне для него этим стать? – едва слышно прошептал он.


И вновь потекли будни. Герми, Тони и Блейз всё больше пропадали в библиотеке «Эрн Рока». А днём пара Сезар – Гарри, как-то плавно перетекла в трио – Сезар – Гарри – Рон. Они вместе отрабатывали боевую магию, придумывали новые щиты и «отмычки». Кстати, в последних очень хорошо разбирался Рон. Фактически, он мог «вскрыть» любую защиту. А после обеда Сезар с Роном занималась фехтованием. Гарри как-то вдруг снова стал третьим в команде.


Он вдруг резко проснулся среди ночи и сел в постели. Рядом зашевелился потревоженный Сезар. Взгляд на часы – 4.00. Всё вокруг тихо, но тревога не отпускала, заставляя куда-то бежать и что-то делать. Гарри прислушался к своим ощущениям – опасность была не здесь. Но она нарастала. Значит, кто-то, кого он считает своим, попал или попадёт в беду. Мысленно «проверив» свою команду «Ноева Ковчега», он убедился, что они в безопасности в «Эрн Роке». Тогда кто? Рон здесь. Его семья? Целитель мысленно потянулся через спящего в мансарде Рона, по «нитям» соединяющим его с семьёй, в Нору. Тоже ничего подозрительного. Но в душе уже зародилось и крепло подозрение – СНЕЙП. Когда же этот ненавистный раньше человек стал ему так дорог, что он чувствовал угрожающую ему опасность? Но копаться в себе было некогда. Он буквально чувствовал, как утекает драгоценное время:

- Сезар! Проснись! Беда! Буди Хамелеонов, я потом всё объясню.

Друг внимательно посмотрел ему в глаза и, не став задавать глупых вопросов, оделся и вышел из спальни. А Гарри закрыл глаза и сосредоточился, проникая в мозг Тома Риддла. Его опасения, что он будет замечен, оказались напрасными. Воландеморту было не до него. Вчера днём Упивающиеся по его приказу захватили двадцать детей магглов в возрасте до десяти лет. Именно такого возраста жертвы нужны были для обрядов, которые поддерживали жизнь ему и Нагайне. Но через три часа после этого аврорами был проведён практически одновременный рейд по его резиденциям. Осведомлённость авроров недвусмысленно говорила о наличии шпиона во Внутреннем круге. А то, что авроры не знали о той базе, на которую он приказал доставить щенков, сужало круг подозреваемых до трёх человек: Рудольфуса Лестрейджа, Макнейра и… Северуса Снейпа. Последний был под самым большим подозрением, так как входил в непосредственное окружение Дамблдора. Риддл специально разделил своих приспешников. Малфой, Руквуд и Кэрроу знали про эту базу, а остальные – нет. Зато эти не знали о секретной лаборатории в Ирландии (так, об этом мы потом у него в мозгах пошарим).

Гарри «вынырнул» из пронизанного злобой кошмара, именуемого разумом Воландеморта: «Мантикора тебя раздери, Аластор. Что же ты делаешь? Ты же его с потрохами сдал». Мозг парня лихорадочно искал выход, а сам он быстро собирался. Так, облегающие штаны и куртка из драконьей кожи, защищающей от многих заклятий, да и просто прочные. Высокие сапоги с креплениями для ножей и сюрикенов, нож на поясе (с остальным холодным оружием Гарри «не дружил»). «Нужно отвлечь от него внимание. Теперь я знаю, где база, на которой прячут детей. Если Хамелеоны демонстративно нападут на неё, то Риддл опять примется гадать, кто же его предал. Ну, Хмури, ну, удружил! А они-то хотели через три дня уничтожить лабораторию Донованов в Ирландии. Теперь придётся откладывать».

Гриффиндорец спустился в гостиную, там его уже ждали, одетые так же, как он, и вооружённые друзья:

- Вчера вечером Воландеморт с УПСами захватили для жертвоприношения двадцать детей-магглов. А Хмури напал с аврорами на все базы Риддла, о которых успел выведать Снейп. Лорд в великом подозрении…

- Вот потому мы и не хотим иметь дело с вашим Орденом, они же подставили Северуса. Надо было как-то по-другому действовать, а то «Урра! Сабли наголо!». Можно было послать диверсантов, эффективней бы прошло, - Сезар выплёвывал слова с непривычной для него злостью.

- Я тоже так думаю.

- Гарри, но там дети. Авроры не имели права ждать, - Гермиона, как всегда, всех защищала.

- Детей в тех резиденциях не было, а теперь УПСы настороже. И Снейп, как назло, только вчера вечером к Воландеморту ушёл. Надо решать. Или штурмуем резиденцию Риддла, но там много противников, да и сам Лорд. В этом случае, мы, возможно, спасём профессора, но полностью его рассекретим, и в результате на него начнётся охота. Или нападаем на базу с заложниками и устраиваем там «большие неприятности». В этом случае мы подтверждаем алиби Снейпа и спасаем детей.

- Однозначно – второе! Все согласны? – Рон обвёл глазами друзей. Все кивнули.

- Так. Тогда берём в кладовке мантии Упивающихся и маски, которые приготовили для Ирландии. Аппарируем по моей команде. Картинку я «покажу».

Через десять минут команда Хамелеонов исчезла из дома.


На рассвете возле мрачного, обшарпанного дома в Суссексе, появился полосатый кот. Никого не опасаясь, наглое создание, душераздирающе мяукая, подошло к часовым УПСам и принялось тереться об их ноги.

- Смотри, Винкар, какие твари наглые пошли. Значит, вся живность от защитных чар наш дом за версту обходит, а этот блохастый коврик для ванной нас не боится.

- Да брось, Уилс, так хоть какое-то развлечение. Давай его «погоняем», кто добьёт его первым, тот получит десять галеонов.

- Ты с ума сошёл, Кэрроу с нас шкуру спустит.

- Откуда он узнает? Ты, что ли, скажешь?

- Почему сразу я?

Упивающиеся продолжали перепираться, не замечая, как к дому пронеслись совершенно бесшумно пять теней. Дождавшись этого, кот посмотрел в глаза часовым, в голове у них раздался смех и ехидное «Ку-ку». В следующий момент на дорожке сидели две лиловые жабы. Прорвавшись внутрь дома, Хамелеоны, практически не скрываясь, шли по комнатам и парализовывали встречных УПСов. Завязывались кратковременные бои. Но подготовка команды и внезапность сделали своё дело. Молодые Упивающиеся не смогли оказать достойного сопротивления, и через час база была захвачена. Друзья перерыли все документы, вытащили из подвала пленников, и… смыться быстро не получилось. Испуганные похищением и страшным подвалом дети впали в истерику, едва их освободили. Гарри и остальным пришлось утешать, залечивать царапины, выслушивать рассказы ничего не понимающих малышей. Наконец, последний ребёнок был успокоен. Но теперь дети боялись их отпускать. Положение неожиданно спас Рон, превратившись на глазах детишек в рыжего лиса и устроив им забавное представление. За это время Гарри и Сезар успели «покопаться» в мозгах парализованных УПСов, а Герми – собрать все документы, которые необходимо было взять с собой. После чего запустили незаметно для детей в небо над домом «Морсмордре» и, дождавшись хлопков аппарации прибывающих авроров, Хамелеоны вернулись домой с помощью портключа Сириуса. На улице уже было светло. Скинув надоевшую защитную одежду и приняв душ, Хамелеоны собрались на кухне, где за завтраком и обсудили итоги операции. Среди свитков нашёлся интересный документ, описывающий ритуал, который Воландеморт проводил раз в месяц для поддержания своей жизни.

- Интересный обряд. Я думаю, если нарушить его течение вот здесь или здесь, то для нашего красноглазого недруга это будет иметь плачевные последствия, - Гермиона, до этого мало участвовавшая в обсуждении, развернула на столе свиток и показывала слабые места в ритуале возрождения.

- Да, я думаю, если несколько раз подряд вот в это зелье внести ма-аленькую поправочку, то именно это и случится, - Гарри постучал пальцем по описанию зелья для ритуала. - Но эта работа не для меня. Тут нужен гений вроде Снейпа.

- Да, кстати, как он там? – Рон сидел верхом на стуле и обсуждал с Сезаром вооружение, захваченное у УПСов, но, услышав имя Снейпа, отвлёкся.

- Опасность для него больше не является смертельной. Но это не значит, что ему не достанется от Воландеморта просто в связи с плохим настроением оного.

- Уж один неприятный день-то мы ему обеспечили – это факт, - Тони наслаждался джемом, присланным его матерью.

А Блейз… Блейз, как всегда в последнее время, молчал. Настроение его ухудшалось по мере приближения конца каникул. Гарри и Сезар поговорили с ним, объяснив свои отношения, но он заявил, что совершенно не против, и, вообще, с ним всё в порядке, и незачем так волноваться.

Но мы отвлеклись. Вспомнив о Снейпе и о «воспитательных методах» Тома Риддла, Гарри вновь почувствовал тревогу:

- Надо аппарировать к ограде Хогвардса, там есть специальная площадка, спрятаться и подождать профессора. Вдруг ему будет нужна помощь?

- Ты прав. Только это сделаю я, а не ты. Тебе сегодня и так досталось, сначала – прогулка по мозгам Тёмного лорда, потом – лечение испуганных детишек. Отдохни, ведь неизвестно – может, ещё Северуса лечить придётся, - Сезар хлопнул парня по плечу и пошёл собираться.

Гарри вышел следом, достал свою мантию-невидимку и протянул любовнику:

- Надень. За ним могут следить. И вот ещё – портключ…

- Не надо. Гермиона приглашала всех в «Эрн Рок», там лучше удастся справиться с последствиями «Круациатуса». Так что ждите нас лучше там. Всё равно, завтра суббота, занятий нет. А ему надо отдохнуть. Совсем его загоняли Воландеморт с Дамблдором.


Северус из последних сил аппарировал к Хогвардсу. «Ещё бы как-нибудь до подземелий доползти», - подумал он. Да, сегодня им всем досталось по-крупному. Всё тело болело после многочисленных «Круцио», разорванная мантия прилипла к телу, болезненно отрываясь от кровоточащих порезов при движении. Тёмный лорд был не в духе. Ещё бы, нападение на такое количество резиденций и уничтожение базы, на которой держали пленников – это вам не шутки. Вспомнив список мест нападения, Северус содрогнулся от ужаса. Всё могло быть гораздо хуже. Чёртов дурак этот Аластор, он его просто подставил. Если бы не захват базы неизвестным отрядом, умирать бы Севу сейчас в мучениях. И, зная Тёмного лорда, можно было с уверенностью сказать: его смерть ни лёгкой, ни быстрой бы не была. Только чудо спасло его от провала. С трудом передвигая ноги, Снейп брёл к ограде Хогвардса. Под ногу попалась какая-то коряга, и он споткнулся. Чувствуя, что сейчас упадёт, он с тоской подумал о своём одиночестве: «Вот ведь жизнь. И поддержать-то некому».

Но тут невидимые сильные руки подхватили его под локоть, и знакомый голос прозвучал над ухом:

- Ну, ни на минуту ни тебя, ни Гарри нельзя одних оставлять. Вечно вляпываетесь во всякие переделки. Вот Мордред! Да ты весь в крови. Нет уж, пусть целитель с тобой разбирается. Сейчас перенесёмся – и всё будет в порядке.

- Мне к Дамблдору нужно на отчёт… - пытался оттолкнуть помощь Снейп.

- Патронуса пошлёшь, а послезавтра доложишь, - Сезар, наконец, вытащил из-за ворота медальон О'Нейлов и, прижав к себе Северуса, перенёсся в «Эрн Рок».


Сознание возвращалось толчками. Вот ему вновь казалось, что его обнимает синеглаз… ой – зелёноглазый парень. Но, когда сознание вернулось, никого рядом не было. Мысли текли лениво и неспешно: «Где это я? Не у себя в подземельях, точно. Но и не в доме Гарри. Хм-м, Гар-ри. Давно ли для тебя, Северус, сын Джеймса стал так дорог? Скажи, ведь ты разочарован, что он сейчас не лежит с тобой рядом? Да ни черта подобного! Он только мой студент! Ну-ну!» - внутренний голос мерзко хихикнул и куда-то пропал. А Сев стал разглядывать комнату. Кровать, на которой он лежал, была выполнена в виде морской раковины и отделана перламутром. Большая светлая комната с морскими пейзажами на стенах и эркером окна, верхняя часть которого представляла собой изысканный витраж с какими-то морскими животными. Две закрытые двери в противоположных концах комнаты. «Так, а это что?» - недалеко от окна, в углу, располагалась мини-библиотека. Высокие стеллажи с книгами, небольшой камин и два кресла с низким столиком. «Хватит прохлаждаться, Северус. Пора вставать». Он осторожно сел в постели, свесив ноги. Прислушался к себе. Ничего вроде не болело. Но тело было каким-то вялым. Вспомнив, в каком состоянии он вчера убрался из резиденции Тёмного лорда, Сев оглядел себя. Из одежды на нём были только штаны от шёлковой пижамы любимого чёрного цвета. На руках и туловище никаких ран не было, не осталось даже шрамов, хотя пара ударов лорда должна была оставить рваные раны. Он осторожно встал с постели и, придерживаясь за кроватный столбик, сделал пару шагов. Тело вроде бы слушалось. Кинув взгляд на стеллаж с книгами, решил, что это подождёт. Надо было обследовать территорию. Подошёл к правой двери, открыл её и выглянул – коридор. «Ладно, его мы позже проверим». За левой дверью оказалась ванная с душем и ещё какая-то небольшая дверца. Выглянув за неё, он не смог сдержать довольного хмыканья – большая комната с росписью на потолке и стенах, а внизу – бассейн причудливой формы с бурлящей водой, подсвеченной волшебным светом. Снейп опустил руку в воду. Теплая, градусов тридцать. Вынув мокрую конечность, лизнул и довольно зажмурился. Морская.

Мало кто знал, что Северус очень любил воду с детства, он был великолепным ныряльщиком и пловцом. А сальный вид его волос в Хогвардсе объяснялся защитным средством от ядовитых испарений, наносимым им на волосы. Конечно, можно было использовать защитные шапочки, но в лаборатории всегда было жарко, да и выглядел в них Сев по-дурацки.

В бассейне были ещё две двери: одна вела в ванную комнату соседней гостевой спальни, а другая служила французским окном, выходящим на террасу. Убедившись, что закрыл все двери, Сев разделся и со стоном удовольствия опустился в тёплую солёно-горькую воду. Сначала он просто сидел по грудь в воде, откинувшись на специальном сидении с гидромассажем, и наслаждался. Потом с удовольствием поплавал и понырял, разглядывая под водой затейливый мозаичный рисунок на дне и стенках. «Давно я так не отдыхал. Да, пожалуй, шесть лет, с тех пор как Г… Поттер поступил в Хогвардс. А уж высыпался я в последний раз, наверное, ещё до возрождения Тёмного лорда».

Выходить из бассейна не хотелось: «А пошло оно всё! Имею я право хоть чуть-чуть отдохнуть и расслабиться». Северус вновь устроился на сидении, откинув голову на бортик и прикрыв глаза. В голову тут же полезли разные образы. Вот они с Гарри обнимаются в этом бассейне… поцелуи… и… Он резко открыл глаза, мотнув головой и проклиная своё воображение. И тут… его глаза встретились со взглядом зелёных глаз, прячущихся за очками. Возле бортика бассейна стоял сам предмет его желаний.

- Я не хотел вас пугать, профессор. Вы, видимо задремали. Мне тоже очень нравятся бассейны «Эрн Рока». Вы ещё не видели остальной замок, он впечатляет. Я пришёл осмотреть вас. Да и хозяева ждут нас к обеду. Здесь в гостевых комнатах подобран неплохой магический гардероб. Нельзя даже сказать, что фасоны устарели. Наоборот, Марта Голдстейн говорит, что они великолепны. Я подожду вас в спальне.

Парень вышел из бассейна, а Северус, впервые за эту пару минут, смог выдохнуть. Он даже не заметил, как задержал дыхание. Быстро окунувшись и забрав вещи, он направился в душ.


Гарри метался по комнате Снейпа, пытаясь взять себя в руки. Час назад, не обнаружив пациента в его комнате, он забеспокоился и пошёл его искать. Понятное дело, что стандартные запирающие заклятия его не остановили. Но, увидев Северуса в бассейне, он замер и, вместо того, чтобы окликнуть его, стал наблюдать, попытавшись даже дышать потише. Слизеринец сидел в бурлящей воде, откинув голову на бортик, чёрные волосы, подхваченные турбулентностью воды, словно живые змеи, извивались вокруг его головы, глаза были закрыты, а лицо… Гарри никогда в жизни не видел у зельевара такого лица. Помолодевшее на десяток лет, с разгладившимися морщинами и лёгкой полуулыбкой, оно не было классически прекрасным, но обладало неимоверной притягательностью. Теперь целитель понимал, что же притягивало к желчному слизеринцу не только его, но и Сезара с Малфоем. Он стоял и смотрел, не в силах сделать ни малейшего движения, даже, похоже, забыв, как дышать. Его со страшной силой тянуло к Снейпу, причём, тянуло именно в ЭТОМ смысле. И, сколько бы он не пытался напомнить себе о Сезаре, воспалённое воображение рисовало ему только Снейпа. Сегодня ночью он даже ушёл от любовника, отговорившись тем, что ему надо приготовить специальное зелье для лечения шпиона. Он просто боялся, что может выдать себя, назвав Сезара именем другого человека. Да, если честно, то с тех пор как растреклятый зельевар их вырубил, случаи их близости можно было по пальцам пересчитать. В особенности с тех пор, как приехал Рон. О нет, между ними не было размолвки, они по-прежнему засыпали в объятьях друг друга, и это спасало Гарри от кошмаров, но всё это было как-то… по-дружески, что ли. Гриффиндорец, занятый своими переживаниями, был даже рад такой сдержанности партнёра, но сейчас ему стало стыдно. Бедный Сезар, он подстраивался под настроение друга, а он, Гарри Поттер, такая эгоистичная сволочь, что даже не думал ни о ком, кроме себя. Надо взять себя в руки. Да, он хочет Снейпа. Мир от этого не рухнет. Возможно, Снейп тоже желает обладать гриффиндорцем. Но природу своего желания он очень доходчиво объяснил в ту ночь, в резиденции Упивающихся. А быть постельной игрушкой только потому, что их обоих похоть обуяла, это уж увольте. Но сейчас, глядя в это расслабленное лицо, он не мог поверить словам «того» Снейпа. Нет, этот Северус не мог так сказать... «Гарри, ты наивный идиот. Сезар твой друг, он на большее и не претендует, а ЭТОТ… Ты же знаешь его шесть лет. Неужели у тебя ещё остались иллюзии? Да если Сезар и найдёт свою «любовь всей жизни», лучше остаться одному, чем… Стоп, стоп, стоп! Куда это стремятся твои мысли? Ты это всерьёз? А ну, прими холодный душ! Это у тебя сперматоксикоз начинается. Сегодня же извинюсь перед Сезаром». Тут дремлющий в бассейне мужчина открыл чёрные глаза, и на мгновение в них промелькнула радость и что-то похожее на… Не-ет! Это фигня! Не может этого быть, потому что этого не может быть никогда! И через секунду на лице слизеринца вновь была привычная бесстрастная маска. Гарри что-то говорил о том, что ему надо осмотреть профессора, об обеде, одежде. Он не помнил точно, что (спасибо Джейн, научила самоконтролю, а то бы он просто пялился с открытым ртом и видом полного имбецила). Наконец, он смог оторваться от притяжения этих глаз и ретироваться в спальню пациента. И вот теперь не находил места, пытаясь взять себя в руки. Почувствовав едва слышное движение двери в ванную, он заставил себя остановить метания и нацепил маску безразличия на лицо: «Мы ещё поборемся, профессор».

- Поттер, не вижу причины для осмотра, я в полном порядке, - привычный насмешливый голос позволил Гарри окончательно взять себя в руки.

- Вот сейчас и посмотрим, - он заставил себя подойти к Северусу и начать настоящий осмотр. Заскоки заскоками, но он целитель, и главное для него – здоровье пациента.

- Ну, что же, сейчас вы в нормальном состоянии, но организм ослаблен, вам нужно побольше отдыхать. И не надо смотреть на меня вашим фирменным взглядом. Он на меня больше не действует, и, если мне как целителю покажется, что вы на грани истощения, я могу устроить вам и принудительный отдых в бессознательном состоянии.

- Рискнёте здоровьем, Поттер?

- А вы не вынуждайте меня, - и не в силах больше находиться в одной комнате с зельеваром, он вышел в коридор, напоследок напомнив, что обед через полчаса.


А тем временем в дуэльном зале Сезар и Рон устраивали очередной поединок. Блейз, буркнув что-то маловразумительное, исчез куда-то четверть часа назад. Сезар проводил его взглядом, пообещав себе ещё раз поговорить с сыном. Похоже, мальчика волновали не отношения его отца с Гарри, а что-то другое. Ну ладно, это потом. А сейчас он предвкушал интересный бой с этим непредсказуемым Лисом. Спокойный и неторопливый в обычное время, гриффиндорец со шпагой или рапирой в руке становился настоящим торнадо. Он просто жил боем. Был абсолютно непредсказуем. А эта его улыбка, как будто он знает нечто неизвестное Сезару. Она просто бесила слизеринца. Бесила и… заводила одновременно. Да, он был готов признать, что Рыжий Лис ему нравился, очень нравился. «Мерлин мой, что за мысли? А как же Гарри? – Нет, он, конечно, понимал, что между ним и зеленоглазым гриффиндорцем просто такая разновидность дружбы. Но оставить его сейчас, когда он нуждается в поддержке, да ещё попытаться ухаживать за его лучшим другом – это уже чересчур. – Да они оба от меня как от чумы шарахнутся». К тому же, что-то подсказывало Сезару, что его чувства к Рыжику гораздо глубже обычной дружбы или постельных игр. Он должен разобраться с этим. А сейчас…

- Антре, мистер Уизли?

- Я к вашим услугам, лорд Забини, - и на лице опять эта улыбка, как будто не обратился по титулу, а выплюнул изысканейшее оскорбление.

И понеслось. Насколько Гарри был силён в магическом поединке, настолько же Рон был великолепен в фехтовании. Ловкие, гибкие, в меру осторожные и в то же время непредсказуемые движения и выпады. Он не давал ни на минуту расслабиться. Сезару все чаще приходилось довольствоваться ничьёй. Мальчишка необыкновенно быстро учился на своих и чужих ошибках и никогда не повторял их дважды. Слизеринцу ещё удавалось не проигрывать, но чего ему это стоило, знал только он. Вот и сейчас, он защищался и нападал на пределе своих умений и знаний. И вдруг… шнурок, удерживающий волосы парня, развязался, и под падающими в окно лучами солнца разметавшийся веер волос сверкнул всеми оттенками меди и золота. На мгновение, на одно только мгновение, Сезар отвлёкся и почувствовал остриё шпаги под своим подбородком, а конец собственной шпаги прижатым к полу ногой противника. Лучащийся смехом голос возле уха насмешливо проговорил, растягивая слова:

- А мой наставник говорил мне, что самое страшное в поединке – это отвлечься не вовремя.

- Ты сделал это специально? – прорычал пойманный в плен слизеринец.

- Нет, но я этим воспользовался.

Они продолжали стоять в той же позе, остриё ослабило давление на горло противника, и Сезар это использовал. Бросив бесполезную шпагу, он ударом левой руки откинул лезвие шпаги противника и резко толкнул того в грудь, одновременно ударив по голени ногой. Рон не удержал равновесия и упал навзничь, а увернуться ему не дали. На его бедрах, прижимая его руки к полу, сидел слизеринец и, приблизив свои губы почти вплотную к его губам, говорил:

- Неплохо, но удерживать противника так долго в таком неустойчивом положении опасно, вы обязательно ослабите давление, он вырвется, и тогда… - он замолчал на полуслове, опять эта наглая ленивая улыбка. А гриффиндорец ещё и губы облизал. Сам не понимая, что он делает, Сезар наклонился ещё ниже и резко захватил губы Рона своими губами. Он терзал их в почти грубом поцелуе, пока не начал приходить в себя: «Мерлин великий! Что это я делаю? Он друг Гарри. Мы не должны… Я не должен…», и «сбавив обороты», он перевёл поцелуй в нежный и извиняющийся. Но тут же почувствовал весьма болезненный укус за нижнюю губу. Судя по металлическому привкусу во рту, укус был до крови. Он оторвался от мальчишки, приходя в себя, и вытер губы о рубашку. На белой ткани остался кровавый след. А Лис опять облизнулся и сказал:

- Мой учитель забыл, что зубы тоже оружие?

- Победа за тобой. Через полчаса обед. Надо привести себя в порядок, - он рывком встал, отпуская гриффиндорца, и быстро, не оглядываясь, пошёл к выходу.


А если бы он оглянулся, то увидел, что его противник вовсе не собирается подниматься с матов, а прижимает подрагивающие пальцы к губам, а на лице у него блуждает счастливая улыбка. Губы Рыжего Лиса шептали:

- Что-то большее…





Глава 10. Хамелеоны в Ирландии.


10 августа, в шесть часов вечера, в одном из маленьких пригородов Дублина появились два обыкновенных семнадцатилетних парня. Они поселились в местной гостинице под именами братьев Шона и Блейза Шемроков. Дочка хозяйки гостиницы, правда, посчитала, что для их тихого местечка парни очень даже симпатичные, и развернула было наступательные действия, но была не вовремя прервана бдительной мамашей и отправлена на кухню. Молодые люди вели себя вежливо, хвалили гостиничную еду, и сердце хозяйки гостиницы оттаяло. Они сообщили ей, что к вечеру ждут отца и двоих кузенов, а также, что интересуются старинными усадьбами Донованов и О'Хири. Воспылавшая материнской заботой пятидесятилетняя вдова подробно рассказала всё, что знала об усадьбах, землях вокруг них, подъездных дорогах, а также попутно все сплетни, ходящие в округе про каждого члена семьи:

- Только вот что, мальчики, не совались бы вы к Донованам. Нехорошая это семья, а уж последние три года вокруг них и вовсе всякая чертовщина творится.

- Что за чертовщина?

- Если бы кто-нибудь мог точно сказать… Чертовщина – и всё тут. В здешних местах люди просто такое чувствуют. Вот и вы, мальчики, ведь не братья? И не отца с кузенами ждёте.

Гарри очень осторожно проверил ауру женщины – небольшие латентные магические способности. Стать полноценной ведьмой она не могла, но её потомки, при определённом стечении обстоятельств и генов, несомненно.

- Мы не причиним никому вреда, просто нам надо посмотреть, что затевается в усадьбе Донованов.

- А я вам верю. Только прошу, не навлеките беду на людей.

- Не волнуйтесь, у них не будет причин для претензий к вам.

Гарри с Блейзом поблагодарили хозяйку и отправились к усадьбе на мотоцикле Гарри, который тот в уменьшенном состоянии привёз с собой. Спрятав средство передвижения, они приняли анимагическую форму и пошли обследовать территорию. Никто не обратил внимания на двух котов, мохнатого полосатого и короткошёрстного черепахового, которые шарились в парке и прилегающем к дому саду – мало ли кошек вокруг. А наши Хамелеоны разведывали входы и выходы с базы, частоту смены часовых, пароли для входа, защитные заклятия. Через три часа у них уже был подробный план базы, выполненный по образу и подобию Карты Мародёров, на котором видны были все, кто находился сейчас в усадьбе. Попутно они подслушивали разговоры УПСов и знали, что сегодня на базу прибывает Амикус Кэрроу. Но, поскольку ребята не были в курсе, что этот Упивающийся – единственный, кто спасся с предыдущей разгромленной ими базы и видел полосатого кота непосредственно перед нападением, эта новость их не насторожила. А когда пришла пора возвращаться, было уже поздно: посты возле всех дверей были усилены. Единственным свободным проходом оказались парадные ворота, у которых хозяева с минуты на минуту ожидали прибытия высокого гостя – члена Внутреннего Круга Тёмного Лорда. Гарри и Блейз уже, было, решили под шумок торжественной встречи проскользнуть через ворота, но вовремя услышали разговор важного гостя с хозяином:

- Да, Донован, говорю тебе, этот полосатый кот появился возле базы неспроста, через десять минут на ней начало невесть что твориться. Отряд, который напал и освободил маггловских детишек, необходимых Лорду, был очень хорошо подготовленным. И, поверь мне, это не авроры. На них были мантии и маски Упивающихся. Я едва успел аппарировать до прихода министерских шавок.

- И Тёмный Лорд не разозлился на тебя?

- Нет, он даже был рад, что у него появилась информация, а то в последнее время идет провал за провалом, а все свидетели оказываются в Азкабане. Кстати, Лорд прощает тебя. Выяснилось, что Забини отпустил не твой сын.

- Вам ничего не удалось выяснить про моего мальчика?

- ЧТО-О-О?! Да ты совсем охамел, Донован? Не до твоего сопливого мальчишки было, будь доволен, что сам остался жив. А твой щенок найдётся, куда он денется? Хватит сопли распускать, доверие Лорда надо отрабатывать. Через неделю планируется захват новых щенков для жертвоприношения. К этому времени первая фаза зелья должна быть готова.

- Но я думал, что Снейп…

- А ты меньше думай. Ты неплохо устроился здесь, в Ирландии. Жизнью в рейдах не рискуешь, а мы там пóтом и кровью завоёвываем Британию для нашего Господина. Я слышал, ты себе хорошенькую магглу завёл? Приведёшь её сегодня ночью ко мне, посмотрим, на что она способна.

- Амикус…

- Для тебя – мистер Кэрроу. Думал, я забыл, как ты со своим отцом давал нам с сестрой подачки?

- Мой отец помогал вам, оставшимся без родителей, он содержал вас и оплачивал учёбу, а ты…

- Ну же, договаривай, Донован. Ты думаешь, что я должен быть благодарен? Нет. Ни черта подобного! Да я ненавидел его всю свою жизнь!

- Но почему?

- Потому, что у тебя всё было, а мне давал деньги чужой дядя. Потому, что вы были богаты, а я беден. Но теперь всё изменится. Я могу вышвырнуть тебя из твоей усадьбы в один момент. Это я позаботился, чтобы твоего сыночка пригласили в лондонскую резиденцию Лорда. Мне кажется, что его тут слишком мягко «принимали» в Упивающиеся.

- Ты не посмеешь!

- Посмотрим. Сегодня ты приведёшь свою магглу, а потом позаботишься, чтобы зелье для лорда было готово, а я тем временем отдохну, - и, окинув напоследок поникшего Донована презрительным взглядом, он поднялся в свои апартаменты.

Сидевшие под лестницей Блейз и Гарри переглянулись. Затевать нападение сейчас не имело смысла. Да и не нужно было нападение как таковое. Необходима была тайная хорошо спланированная диверсия. Если напасть сейчас, то Воландеморт воспользуется запасным вариантом, да и Снейпа к этому делу привлечёт, а это может поставить того под удар. Необходимо было обсудить ситуацию с остальными, но как выйти из дома, когда охрана предупреждена о полосатом коте? Хамелеоны уже хотели принять облик кого-нибудь из УПСов, как кто-то сзади схватил их за шкирки и прижал к себе, не давая возможности сопротивляться. Вступать в открытый бой не хотелось, это рассекретило бы всю операцию, но другого выхода не оставалось. И вот, когда Гарри с Блейзом уже хотели вернуться в человеческий облик или шарахнуть какими-нибудь заклятиями, они услышали тихий голос:

- Тсс, я не причиню вам вреда, мне надо только поговорить.

Замерев, парни позволили себя нести. Человек, поймавший их, быстро нажал какую-то завитушку на панели в коридоре, и та ушла в стену. Быстро зайдя в тёмное помещение и вернув на место панель, он зажёг свет и отпустил основательно взъерошенных, недовольно рычащих котов. С минуту Кайл Донован и два кота пытались просверлить друг в друге дырки взглядами, потом Упивающийся как-то поник, сгорбился и с трудом уселся в одно из пыльных кресел возле стола:

- Я вас не трону, если вы скажите, где мой сын.

Гарри и Блейз переглянулись. У обоих было хорошо развитая интуиция на ложь и опасность, но здесь они чувствовали себя спокойно. Перед ними был просто человек, который беспокоится о своём сыне. Да и чутьё целителя опять сработало: у мужчины были плохо залеченные травмы и следы многочисленных пыток « Круациатусом». Плюнув на осторожность, Гарри превратился в человека (не стоит забывать, что в Ирландии он изображал Шона Шемрока).

- А-а, ты тот, кого принимали за моего сына. Как ни странно, я тебе благодарен. Я только что выяснил, что Шон чуть не попал в руки к насильникам. Где он?

- Мы неожиданно столкнулись, и он хотел поднять тревогу. А я ударил его «Обливэйтом», наверное, переборщил. Он не помнил, что он маг, и его магические силы, я думаю, блокированы года на два. Мне удалось внушить ему мысль о поездке в Австралию. Судя по всему, он благополучно убрался из Британии. Вот, собственно, и всё.

- Фактически, ты его спас. Это хорошо. Теперь, прошу, я заплачу вам, но вывезите отсюда Катриону. Она маггла. Я в своей жизни натворил много дурного, но она в этом не виновата. Согласны?

- А как же вы?

- Какая разница? Я всё равно уже мертвец. Зачем ещё Тёмный Лорд посылать сюда Кэрроу?

- У нас есть другое предложение.

- Вот как? И почему я вам должен верить?

Второй кот превратился в Блейза:

- Мой отец говорил, что вы – неплохой человек. Я думаю, слова Забини вам будет достаточно?

- А, ты сын этого мальчишки – Сезара? Когда-то мой отец дружил с твоим дедом.

- Поэтому мы и предлагаем.

- Кто это – мы?

В разговор вновь вступил Гарри:

- Мистер Донован, позвольте мне вас осмотреть? Я не причиню вам вреда.

- Зачем это вам?

- Шон – целитель.

- ШОН!? Твоё имя Шон?

- Такое вот совпадение.

- Ты и вправду, целитель?

- Не сомневайтесь, он моего отца после общения того с вашими коллегами с того света вытянул.

- Ну, ладно…

Гарри подошёл к раненому и стал водить руками, не касаясь его одежды. Повреждения были старые и не очень, плохо залеченные, но не смертельные. А ещё была усталость, такая, что этому человеку просто жить не хотелось.

- У вас есть средства в заграничных банках, до которых не дотянутся руки вашего Лорда?

- Уфф! Вы и впрямь целитель. Да, есть, даже в Австралии. На что вы намекаете?

- Вы поможете нам внести небольшие изменения в зелье. Не волнуйтесь, мы всё сделаем сами, а потом мы устроим вам «несчастный случай», в котором вы, якобы, гибните на глазах ваших коллег. А Катриону мы вывезем, только надо Кэрроу немного память подкорректировать.

- Каким образом?

- Я приму облик вашей подруги, и вы отведёте меня к нему, а там уж я справлюсь.

- У него отличный нюх, он учует оборотное зелье за версту. Да и нет его у меня.

- Обойдёмся без зелья. Но для удачного превращения мне нужно её видеть. Что она знает о магическом мире?

Он понурил голову и выдавил сквозь стиснутые зубы: - Всё.

- Тем лучше. Так что, вы согласны?

- Шутите? Я настроился на смерть и пытался только защитить дорогих мне людей, а тут вы предлагаете мне жизнь и свободу, да ещё и безопасность для моих близких в придачу. Конечно, я согласен. Даже на Непреложный обет.

- Приятно иметь дело с догадливым человеком. Итак, насчёт Непреложного обета…


Поздним вечером того же дня Донован привёл к Кэрроу «Катриону».

- Я так и знал, что ты станешь покладистым, Кайл. Если объявится твой сынок, ты и его тоже ко мне приведёшь. Понял?

- Понял. Спокойной ночи, - если бы этот самодовольный индюк – Кэрроу, оглянулся, то увидел бы, какой презрительной насмешкой горят глаза Донована. Но ему и в голову не пришло, что загнанный в угол зверь может его очень удивить. Он захлопнул дверь и с похотливой улыбкой стал приближаться к девушке:

- А у Кайла недурной вкус. Эй, ты, тебе выпала честь быть моей рабыней, - низенький, сутулый и толстый, он на триумфатора и героя-любовника никак не походил. Поэтому все его потуги казались просто смешными.

- Ага, спешу упасть ниц, аж тапочки теряю! – и в мозг этого слизняка ворвался ментальный удар Гарри. «Пролистав» его воспоминания, он сформировал ложную память, что маггла ему не понравилась, и он её выгнал. А чтобы у данного Упивающегося никогда не возникало больше подобных проблем, он устроил ему коррекцию функционирования моче-половой системы. К сожалению, увы и ах, не поддающуюся отмене.

Оставив подлеченного Донована с его полной благодарности подругой вести подрывную деятельность под личиной деловой активности, Гарри и Блейз вышли за ограду усадьбы и аппарировали в гостиницу. Они встретились там с остальными Хамелеонами и, обсудив сложившиеся обстоятельства, вызвали через зачарованный галлеон Снейпа из Хогвардса и ввели его в курс дела. Услышав, как Гарри намерен поступить с Кайлом Донованом, Северус посмотрел на него… с уважением:

- Поттер, а тебя и твоих друзей не смущает, что вы отпускаете Упивающегося?

- Профессор, в этой затянувшейся… войне во всех семьях есть родственники или друзья на другой стороне. Есть и враги, смертельные враги. Что натворил за свою жизнь Донован?

- Примкнул к Лорду, когда только закончил Хогвардс, тогда многие слизеринцы, да и не только, молиться были готовы на красивого харизматичного лидера. Участвовал во многих стычках с аврорами, причем исключительно в открытых боях, пытками и издевательствами не увлекался. Если от его руки и гибли невинные люди, то только от случайных попаданий заклятий во время боя. Когда на почве игры с темнейшей магией у Тёмного лорда начала «съезжать крыша», а это стало заметно года за два до твоего рождения, Донован постарался отойти в тень. А весть о гибели своего Хозяина, я думаю, встретил с облегчением. Однако, он – человек слова и, когда Тёмный лорд возродился, вернулся к нему, но я не думаю, что с радостью.

- Я не считаю, что он нуждается в общении с Азкабанскими дементорами. Каждый может ошибаться.

- Объясни это Хмури.

- Кстати, как вы с ним «пообщались»?

- Я с ним не общался, ещё до моего возвращения директор ему устроил такую головомойку, что, говорят, пух и перья летели.

- И откуда взялись? – ехидным шёпотом прокомментировал чей-то голос.

- Что?!

- Ну, в смысле, он не очень то «пернатый», - Рон в притворном стыде опустил глаза. Сезар прятал лицо, пытаясь не прыснуть. Гермиона не знала, смеяться или укорять друга.

- Скажите спасибо, что ваши «перья» не выщипали, господа Хамелеоны. И учтите, в Хогвардсе я с вас за такие высказывания шкуру спущу, - Снейп обвёл собравшихся фирменным взглядом.

Но в Гарри как будто чёртик какой-то проснулся:

- А что нам за это будет, просветите, профессор?

В шоке от такой неслыханной наглости, Северус поглядел в скрытые синими линзами глаза гриффиндорца. Вспомнив, при каких обстоятельствах он видел парня в подобном виде, он задохнулся от накатившего гнева вперемешку с обжигающим желанием. Мысленно поблагодарив Мерлина, что на момент разговора, он сидит за столом, а вокруг друзья, постарался взять себя в руки. Если бы этот мальчишка так спровоцировал его наедине с ним, Северусом, то уже хлопал бы своими искусственно-синими глазами на этом самом столе без одежды. И не удержало бы даже то, что парень – любовник друга Северуса. Наконец, успокоив свои разбушевавшиеся гормоны, он вновь взглянул в глаза нахалёнка:

- Мистер Поттер, давно не чистили котлов вручную? Так я могу Вас этим обеспечить.

- Я пошутил, профессор.

- Ах, какое несовпадение, а я – нет.

Они ещё полчаса обсуждали все этапы. Снейп обрадовал их тем, что вещество, с помощью которого можно незаметно помешать ритуалу, у него уже есть, он просто не мог придумать, как его подсунуть Лорду, не вызывая подозрения.

Когда, обсудив все детали предстоящей операции, компания собралась расходиться по комнатам, Северус поймал Гарри, выходящим из ванны. Прижав гриффиндорца к стене своим телом, он прошептал ему на ухо:

- Если ты, проклятый мальчишка, не прекратишь меня провоцировать, я завершу начатое, даже если мне придётся взять тебя силой. Подумай об этом, прежде чем в следующий раз откроешь рот.

И ушёл, резко развернувшись. Аромат чистой, влажной после душа кожи, чуть не свёл его с ума. А Гарри стоял, прислоняясь к стенке, не в силах отдышаться.


На следующее утро Гарри вернулся в усадьбу Донованов и опять принял облик Катрионы. В течение всей оставшейся недели они с Кайлом готовили основу для первой фазы ритуала. На удивление, хозяин усадьбы помогал охотно, и даже как-то повеселел. А когда Гарри задал ему вопрос, ответил:

- Я давно понял, что влез в большое змеиное гнездо, ещё до того, как Лорд, вроде бы, погиб; мне хотелось выйти из его команды, но у меня были жена и сын, нужно было думать об их безопасности. Ты не поверишь, Шон, но многие Упивающиеся вернулись к Тёмному Лорду, только чтобы защитить себя и свои семьи. Он очень сильно изменился. Ну, или изменились мы.

- Или третий вариант – изменились и те, и другие.

- Возможно. Скоро наступит время добавлять вашу составляющую. Должен сказать, это вещество разработал гений. А на моей памяти гений зельеварения только один – Северус Снейп.

- Я знаком с записями ещё одного, его звали Салазар Слизерин.

- Ах, вот даже как? Это интересно. Только я слышал, что Слизерин любил писать свои дневники на Серпентаго.

- Я тоже об этом слышал.

- Хм-м. Однако. Я, кажется, знаю, кто руководит вашей компанией юных диверсантов.

- Вы что-то имеете против?

- Нет, Мерлин упаси.

В общем, приготовление изменённого зелья воскрешения продвигалось по плану. Но Гарри волновал ещё один момент. Как, не привлекая внимания Лорда, освободить детей, которых захватят для ритуала. По крайней мере, один из них может погибнуть. Но вдруг он вспомнил некие записи в дневнике Слизерина, которые он только начал расшифровывать. Там говорилось о создании двойника на основе нескольких капель крови человека. Этого двойника было достаточно для проведения тёмных ритуалов. Вообще, основатель змеиного факультета был не так кровожаден, как о нём рассказывали. Попросив через заколдованный галлеон доставить ему дневник, Гарри вплотную занялся переводом этого отрывка. Кроме спасения детей от гибели на жертвенном алтаре, это давало неплохую возможность исполнить обещание, данное Доновану.

Освобождение захваченных детей по-тихому провели Сезар, Рон и Гермиона. Заменив живых ребятишек на големов, они наложили на охрану чары отвлечения внимания. После того, как ничего не заподозривший Воландеморт провел ритуал с изменённым зельем, ребята вздохнули спокойней. По расчётам Северуса и Гарри, ещё две таких подмены – и красноглазая тварь вообще не сможет больше восстанавливаться. Но на это нужно было время: ритуал проводился раз в три месяца, а значит, итоги их работы станут ясны не раньше, чем в апреле-мае следующего года.

С Донованом и его подругой дело прошло тоже неплохо. Во время выхода Кэрроу в Дублин (этот хмырь всегда требовал, чтобы его охраняли самые сильные маги) Гарри с Роном, Тони и Блейзом разыграли нападение маггловской шпаны с использованием зажигательной смеси. В результате, получилась такая мини-война, о которой даже потом писали маггловские газеты. На глазах опешивших УПСов, не ожидавших такой прыти от каких-то магглов, Кайл Донован и Катриона были оттеснены от основной группы магов и погибли от «случайно» попавшей в них и вспыхнувшей бутылки с «Коктейлем Молотова». «Представление» было до жути достоверным. А всё объяснялось просто. Пока мальчишки изображали уличный бой, Сезар дисаппарировал под мантией-невидимкой со спасёнными союзниками в заранее приготовленное убежище, а сгорели заживо на глазах чуть не обрыгавшихся УПСов големы, созданные Гарри. Донован с молодой женой отбыл в Австралию искать сына, а довольные собой Хамелеоны вернулись в Лондон.





Глава 11. Конец каникул.


До конца каникул оставалось две недели. Новых целей для диверсий пока не намечалось. После случая в Дублине Воландеморт словно насторожился и временно приказал прекратить рейды на маггловские районы. Авроры тоже выжидали, не рискуя провоцировать этого маньяка на кровопролитие. Поэтому в подрывной деятельности Хамелеонов наметился простой. Учитывая, что за последнее время они все здорово вымотались, Сезар предложил поездку на Ривьеру до конца каникул. Деньги у команды «Ноева Ковчега» были (и не малые), поэтому бронирование номеров в гостинице и сборы много времени не заняли. И уже девятнадцатого августа все дружно загорали на пляже.

Гарри впервые в жизни наслаждался морем и солнцем в таком красивом месте, для остальных же подобные впечатления были не в новинку. Герми не раз ездила отдыхать с родителями, Сезар и Блейз проводили на море каждое лето, даже Энтони, Билл, Марго и Рон побывали здесь раньше. В общем, последние дни каникул были просто райскими. Через неделю все привыкли к новому распорядку дня. Для удобства и конспирации они сняли два небольших коттеджа с полоской отгороженного с одной стороны пляжа, а не шикарные номера в фешенебельной гостинице. Ребята и девочки освоили серфинг и не вылезали из моря целыми днями, часто к ним присоединялись и Сезар с Алексом. Остальные предпочитали более пассивное времяпровождение. До отъезда оставались одни сутки, когда одна неожиданная встреча заставила их покинуть гостеприимный берег раньше времени.

Как обычно, с самого утра все отправились на пляж. Гермиона и Марго предпочитали плаванье и прыжки с небольшой скалы катанию на доске, поэтому остались в относительном одиночестве. Нет, они были на виду, но поблизости от них никого не было. Когда ближе к обеду всласть накатавшиеся и проголодавшиеся мальчишки возвращались к коттеджам, Гарри обратил внимание на то, что девчонки играют на пляже с красивым, явно породистым сиамским котом. Вроде бы ничего необычного. Но что-то в поведении кота насторожило юношу, и он машинально просканировал ауру сиамца. Вначале он не поверил своим глазам. Это был не кот, это был анимаг. И, судя по ауре, тёрся о девичьи ножки и выгибал от удовольствия спинку ни кто иной, как… Люциус Малфой.


Лорд Малфой откровенно скучал. Он с семьёй находился на Ривьере уже третью неделю, и за это время был вынужден выслушивать бесконечные разговоры жены о тряпках, драгоценностях, массажных и спа-салонах, встречах с подругами – и так по кругу. Любимый сыночек из этого кошмара самоустранился, выпросив у отца разрешение на занятия дайвингом, и теперь целыми днями пропадал вместе с инструктором. Чтобы не слышать очередной порции «щебетания», Люциус переоделся в купальные плавки и направился по пляжу к скале, на которой была оборудована площадка для ныряния. По дороге он случайно обратил внимание на такую же скалу на другой стороне небольшого заливчика. Обычно постояльцы элитного отеля, где лорду Малфою принадлежал целый этаж, не ходили туда. Там располагались отдельные коттеджи для отдыхающих «попроще», но сейчас что-то заинтересовало Люциуса. Развернувшись, он неторопливо направился в ту сторону. Подойдя поближе, он увидел, как вокруг скалы собрался народ и свистом, аплодисментами и криками выражает свой восторг искусству какого-то ныряльщика. Люц и сам знал в этом толк, поэтому остановился и стал наблюдать. На площадке скалы появилась красивая девушка в открытом купальнике цвета морской волны, ее кожа была покрыта золотисто-медным загаром, а с кончиков волнистых блестящих волос медового цвета ещё капала вода. Нимфа стояла к нему вполоборота, и к тому же находилась довольно далеко, поэтому её лица он не видел, но вот красивой фигурой не мог не залюбоваться. Красавица привычным жестом откинула мешающие волосы за спину, подняла руки к голове, и скрутила непослушную гриву в тяжёлый греческий узел. После чего она подошла к краю площадки, вытянулась в струну, и… взлетела над морем. Сделав в воздухе немыслимо изящный пируэт, она с грацией русалки ушла под воду, а через две секунды вновь взвилась в воздух. Мелкие, переливающиеся, как бриллианты, капельки воды окружили её ореолом. Зрелище было настолько завораживающе прекрасным, что Люциус был очарован. Не отдавая себе отчёта в том, что делает, он стал пробираться через толпу зрителей поближе к этой морской принцессе. Он был уже почти возле самой кромки воды, когда девушка вновь вынырнула и поплыла к берегу. Твёрдо став на дно ногами, отжала мокрые волосы и подняла улыбающееся лицо. Люц едва успел наложить на себя чары отвлечения внимания. Он был поражён. Этой Морской Красавицей была грязнокровка Грейнджер. Девчонка, которой он дал сбежать во время нападения на дом её родителей, и которая, в свою очередь, четыре недели назад спасла его от авроров. Но какая красота, какое владение собственным телом! И, даже разобравшись, кто она, Люциус не испытал разочарования. Сказка всё равно осталась сказкой. Он понял, что уже никогда не сможет смотреть на гриффиндорку с прежним пренебрежением. «И имя у неё красивое – Гер-ми-о-на, гордое, звонкое и в тоже время мягкое, ласковое. Что же это за чудо такое? Где она научилась так нырять?» - он не мог отвести взгляд от удаляющейся девушки. К той подбежала младшая подруга, совсем ещё девчонка, и они пошли в сторону частного пляжа при маленьких коттеджах. Аристократ двинулся следом, но на границе закрытого пляжа был вынужден остановиться. Здесь никого, кроме девушек, не было, а отвлекающие чары действовали только в толпе. Недолго думая, он нырнул за одну из кабинок для переодевания, и через несколько секунд из-за неё вышел ухоженный породистый сиамский кот с ярко-голубыми глазами. Красавец огляделся по сторонам и, задрав хвост, неторопливой походкой пошёл к девушкам.

- Ой! Герми! Смотри, какой красавец. Ты чей? – младшая погладила красивого пришельца, он не отстранился.

- И вправду, Марго, смотри, он трётся о мою ногу. Какой ласковый. Посмотрим, нравится ли тебе «почесание», как моему Косолапсусу?

Люциус было приготовился вытерпеть прикосновения стоически, но, когда эти нежные руки стали чесать его за ушком и под шейкой, он, не сдержавшись, совершенно по-кошачьи замурлыкал. А уж когда девушка стала чесать его живот, Люц понял, что буквально отключается от удовольствия. «Почесание» вызвало весьма и весьма интересную… реакцию, во всяком случае, одной части тела. Не замечая ничего вокруг, он блаженствовал. Как вдруг… громкое шипение и удар когтистой лапы по уху: «О Мерлин, как же больно-то?!». Он едва успел увернуться от следующего удара. Перед ним, хлеща себя пушистым хвостом по бокам и не прекращая шипеть, стоял молодой крупный кот полосато-дикой окраски. В его зелёных глазах полыхал гнев. Они сцепились и покатились по песку. Как бы со стороны, Люц услышал возмущённый крик Гермионы:

- Что ты делаешь, Гарри? Немедленно перестань. Отпусти его. Он же ни сделал ничего плохого, - и ласковые руки оттащили его от агрессора. Воспользовавшись тем, что хватка девушки ослабла, Малфой спрыгнул на песок и, в последний раз потеревшись боком о её ноги, метнулся с закрытого пляжа.


- О чём ты думала, Герми?! Почему ты не просканировала его ауру, это же анимаг, а не простой кот! – Гарри, вернувшийся внутри коттеджа в человеческий вид, вне себя от гнева распекал Гермиону.

- Он не пытался меня обидеть. С чего ты взял, что он опасен?

- С того, что, в отличие от тебя, просканировал его. Ты знаешь, КТО тёрся сегодня об твои ноги, и кому ты чесала пузико?

- Нет.

- Люциусу Малфою.

- О, НЕТ! Не может быть!

- Может, ещё как может. Немедленно собираем вещи и аппарируем отсюда.

Сезар и Гарри с Роном обеспечивали защиту, пока остальные паковали и уменьшали заклинаниями вещи. Потом все собрались на первом этаже одного из коттеджей. Запыхавшаяся Гермиона, которая всё ещё чувствовала себя виноватой за ранний отъезд, последней сбежала по лестнице:

- Ну что, Гарри? Ничего подозрительного не было?

- Нет. Хотя, если бы Малфой аппарировал к Воландеморту сразу, то здесь за этот час уже бы разверзлась геенна огненная. Значит, он по каким-то своим соображениям нас не выдал. Но задерживаться здесь всё равно опасно. И лучше бы нам уйти с помощью портключей – их, по крайней мере, невозможно проследить.

- Вот и славно! Сегодня 29 августа, у вас ещё два дня каникул впереди, почему бы вам не провести их у нас в «Эрн Роке»? – Джейн окинула всех приглашающим взглядом, - Я думаю, бассейны замка не хуже здешних красот. Да и собираться к школе вам уже пора.

- Спасибо за приглашение, Джейн. Я думаю, так мы и сделаем, - все согласились с решением Гарри. И, воспользовавшись портключами, компания исчезла из дома.

Последние два дня перед 1 сентября выдались суматошными. Гарри и Гермиона рылись в библиотеке замка, отбирая книги, которые хотели взять с собой в Хогвардс. Кроме обычных сундуков с вещами, каждый из Хамелеонов брал с собой неприметный рюкзачок, похожий на школьную сумку. В него с помощью магии расширения пространства помещался походный комплект: тёплая мантия, аптечка с зельями, индивидуальное для каждого холодное оружие, спички, магически сохраняемый запас еды на трое суток, а также запасные портключи в замок и дом Гарри. Марта и Марго суетились, в последний раз проверяя гардероб студентов. Алекс и Джейн приготовили им в дорогу свой вариант аптечки – маггловский, а теперь экзаменовали отъезжающих, на предмет умения пользоваться ею:

- Вы сами не раз говорили, что есть места, где пользоваться магией опасно. А вдруг кто-нибудь из вас будет ранен? Что же ему, кровью истекать, что ли?

Гарри полностью был согласен с таким подходом. Поэтому вариант с альтернативным лечением был принят. Разногласия вызывал только способ, которым ребята доберутся до Хогвардса. Ехать Хогвардс-экспрессом было опасно, в первую очередь, для других студентов. Учитывая, насколько Тёмный лорд был в курсе дел Министерства Магии, можно было не сомневаться, что в этом году он сможет добраться и до школьного экспресса. Необходимо было только подкинуть Риддлу сведения о том, что Гарри будет добираться до Хогвардса другим способом. Посоветовавшись с Дамблдором, Снейпом и Хмури, было решено донести эту информацию с помощью утечек в Министерстве, а декан Слизерина должен был её подтвердить, намекнув, что директор Хогвардса выдал «деткам» портключи до Хогсмида. Зельевар посоветовал добраться с помощью портключа Блека вечером 31 августа и переночевать в замке, дожидаясь остальных студентов.

Последние две ночи в «Эрн Роке» для Гарри и Сезара прошли без сна. Как будто извиняясь за «задние мысли» о других мужчинах, они любили друг друга с каким-то надрывом, как будто это был их последний раз. Оба понимали, что так не может дальше продолжаться, но пока ещё не были готовы что-то изменить. Рон ходил молчаливый и не отпускал шуточек, к которым все привыкли. Но его выдержка не дала заподозрить Гарри правду.


Вечером 31 августа все ученики собрались с вещами в большой столовой замка. Прощальный ужин был великолепен. Потом маги проводили Билла Голдстейна, который возвращался в Лондон. В будущем учебном году он будет жить в семье своего лучшего друга – Стива Спенсера, на дом которого Гарри, Сезар и Рон «понавесили» столько разных защитных заклятий, что ни один УПС даже близко к ним подойти не мог. Само собой разумеется, что и защитными амулетами в доме тоже все были обеспечены. У Марго занятия в Шармбатоне начинались только второго сентября, поэтому и она пока оставалась с родителями в замке. Гарри собрал всех студентов, отправляющихся в Хогвардс, обнял и, коснувшись фигурки собаки на шее, прошептал: «Хогвардс».


Они очутились в холле Хогвардса, где их уже ждали директор, профессор МакГонагалл и Снейп.

- Ну что же, молодые люди, с благополучным возвращением вас, - улыбнулся Дамблдор, когда смущённые таким вниманием Хамелеоны поздоровались. - Приглашаю вас на поздний ужин в свой кабинет. Наслышан о ваших летних приключениях и хотел бы кое-что обсудить.

- Спасибо, профессор Дамблдор. Мы расскажем всё, что сможем.

И уже через пятнадцать минут в кабинете директора за лёгким ужином шла непринуждённая беседа. Профессора задавали вопросы, а ребята отвечали на них так честно, насколько могли.

- Уровень усвоенных вами за лето знаний впечатляет. Вы также проявили весьма зрелое стратегическое мышление и умение выйти с честью из непредвиденных ситуаций. Надеюсь, это поможет вам на уроках ЗОТИ в этом году.

- Профессор Дамблдор, а кто будет вести в этом году Защиту от тёмных искусств? – поинтересовалась Гермиона.

Директор и профессор Снейп переглянулись и нахмурились:

- Мы договорились с Авроратом, ведущие и самые опытные авроры будут вести по нескольку занятий каждый. Кроме того, количество часов по этому предмету будет увеличено в полтора раза. Война с Воландемортом в разгаре, и боевые действия начали приближаться к школе. Гарри, тебя и твоих друзей я прошу стать инструкторами для старшекурсников.

- Хорошо, профессор. Но я бы хотел узнать, что нам делать с нашими тренировками? Уровень нашей подготовки выше школьного, но он очень… специфичен. Мы подобрали литературу по заклятиям, и хотелось бы заниматься с опытным боевым магом после школьных занятий.

- Мы об этом подумали, мистер Поттер. Вы и ваши друзья будут заниматься со мной. Но всех остальных, кого вы захотите включить в группу, будете тренировать сами. Я не хочу, чтобы это достигло ушей Тёмного Лорда, - Снейп угрожающим взглядом оглядел студентов. - Это касается всех. На уроках всё останется по-прежнему. Поблажек не ждите.

Гарри услышал, как Рон прошептал себе под нос:

- Кто бы сомневался.

- Вы что-то сказали, мистер Уизли? – зельевар резко обернулся к Лису.

- Сказал, что у вас великолепный слух, профессор, - дерзко ответил тот.

- Мистер Уизли, вы должны с большим уважением обращаться к преподавателям. Если наш факультет по вашей вине будет терять баллы, я буду вынуждена налагать взыскания на собственных студентов, - декан Гриффиндора сверлила Рыжика взглядом до тех пор, пока он не кивнул, отводя глаза.

Обсудив ещё пару моментов, друзья вышли из кабинета директора.

- Как-то странно расходиться по разным гостиным, когда всё лето были вместе, - Тони поёжился.

- Так за чем же дело стало? Никто и не заставляет нас сегодня расходиться. Устроимся в Гриффиндорской башне, отоспимся и всё обсудим, - Рон хлопнул друга по плечу.

Гарри подумал: «Хорошо, что Рон перестал хандрить, с его подколками веселее жить на белом свете».

- Х-ха! Переночевать в спальне львиного факультета? Да если я нашим расскажу, мне никто не поверит, - Блейз улыбнулся немного нервно.

- Слушай, Блейз. Я давно хотел спросить, что с тобой происходит? Весь какой-то дёрганый ходишь. Боишься своих змеёнышей, что ли?

- Нет, Гарри. Всё не так просто. Я не думаю, что меня будут так уж доставать. В конце концов, я могу о себе позаботиться. Да и многие у нас на факультете сами боятся, что их заставят принять метку. Просто не знаю, как мне быть с Драко. Он, вроде бы, мой друг с первого курса, но в последнее время мне всю душу вымотал своими капризами. То он меня в упор не замечает, лишь изредка окидывая презрительным взглядом, то цепляется, как будто я – единственный, кто может его спасти. Не понимаю.

- Ладно, пойдем все в нашу гостиную, там и поговорим, а то у здешних портретов уши как…

- Но-но! Молодой человек, что вы себе позволяете? – раздалось с разных сторон коридора.

- А я что говорил? Идем к нам.

Подойдя к портрету Полной дамы, гриффиндорцы вдруг вспомнили, что не знают пароля.

- Э-э-э… м-м-м…

- Молодые люди, что вы мычите, не понимаю? А, вы не знаете пароля? Директор предупредил меня, что вы придёте. Пароль на сегодня: - «Хамелеон».

- Однако. Спасибо за помощь, мадам.

- Пожалуйста. Приятно иметь дело с вежливыми людьми.

Они прошли в гостиную и разожгли огонь в камине. Тони и Блейз с любопытством оглядывались по сторонам.

- В принципе, похоже на нашу гостиную в Подземельях, только круглая и выдержана в красно-коричневых тонах, - Блейз по примеру гриффиндорцев, устроился в одном из кресел.

- А у нас гостиная вытянута «подковой», а так, тоже похожа, - Энтони сел на диван рядом с Гермионой, - Как будем держать связь?

- Как обычно на операциях. У всех есть зачарованные галлеоны, предлагаю, ещё наложить на них чары «нетеряемости».

- Со связью всё понятно, но что делать в случае опасности?

- Ну, это совсем просто, - Гермиона оседлала своего любимого конька. - Ваши портключи в «Эрн Рок» одновременно являются амулетами, защищающими от «Империуса» и зелий аналогичного действия. Их невозможно снять против воли хозяина, они невидимы для врагов, и, если вы их сожмёте и пожелаете оказаться в безопасности, то они перенесут вас к нам в замок.

- Это если мы успеем почувствовать опасность. А если кого-нибудь из нас вырубят «Ступеффаем», к примеру?

- Рон, я тебе уже говорила, предусмотрено ВСЁ. Если владелец резко теряет сознание, и при этом артефакты определят угрозу его жизни и здоровью или уловят мысленное желание оказаться в безопасности, они сработают.

- Ну, раз всё предусмотрено, тогда по койкам? Что-то я сегодня устал, - и Рон оглушительно зевнул, показав все зубы.

- Если ни у кого больше нет вопросов, то по койкам. Завтра тяжёлый день. Я думаю, что спать будем в нашей спальне. Или «расползёмся» по нескольким?

- Можно и в вашей, всё равно это только на одну ночь, - Блейз опять думал о чём-то мрачном, и Гарри дал себе слово расспросить его прежде, чем они лягут спать. Когда все улеглись, он отозвал Блейза в гостиную.

- Что-то случилось? Ты начал говорить про Драко, а я тебя прервал, прости.

- Да, в общем, не о чем рассказывать. У нас была такая дружба-соперничество с первого курса. Ну, ты знаешь. За кем больше девчонок и мальчишек увивается, или кто сильнее в учёбе. А на шестом курсе всё пошло наперекосяк. Он стал каким-то странным – то изводил меня своим презрением, высмеивая при каждом удобном случае, то вдруг мог кинуться на шею и обнять. Помнишь, ты случайно пустил в него «Сектусемпру»? Так вот, наш декан говорил, что он в бреду всё время звал меня, а потом только со мной и общался в больничном крыле. Я не знаю, чего от него ждать: отчуждённости или пылкой дружбы.

- Ты… Он тебе не безразличен?

- Всё что угодно, только не безразличие. Иногда я готов задушить его голыми руками, а иногда… - слизеринец замолк и отвернулся.

- …целовать до потери пульса? – продолжил вопросительным тоном Гарри.

- Да. Странно, правда?

- Знакомо.

- Что, у вас с моим отцом тоже так?

- Нет, с Сезаром мы не только любовники, но и друзья. Но перед тем, как я с ним познакомился, был один случай… В общем, не важно… Прости, что я такое спрашиваю, но ты был когда-нибудь снизу?

- Никогда. Я, наверное, по натуре доминант.

- А-а, это может всё объяснять…

- Что объяснять?

- Вы оба – первые Казановы вашего факультета, оба доминирующие. Что ж ты хочешь? У вас борьба за власть.

- Ты думаешь?

- А ты попробуй как-нибудь «поддаться», вот тогда и посмотришь.

- Но я тоже хочу, чтобы и он «поддался»!

- Притрётесь.

- Тебе легко говорить.

- А ты его игнорируй. Гарантирую, через неделю он на стенку полезет, только чтобы тебя «завоевать».

- А что, пожалуй, может сработать. Ладно, пошли спать. Утро вечера мудренее.


На следующий день рано утром в Хогвардс прибыл мрачный Хмури. Не став ничего рассказывать своим коллегам по Ордену Феникса, он потребовал:

- Мне срочно нужно поговорить с Поттером и его командой.

Дамблдор и Северус переглянулись, и директор осторожно начал:

- Аластор, они устали. Не смотря на свое могущество, они ещё дети, я бы…

- Альбус, я всё понимаю, но, поверь, мне НУЖНО их видеть. Потом я всё объясню.

Снейп снова переглянулся с директором и, тяжело вздохнув, отправился в Гриффиндорскую башню, тихо ворча себе под нос что-то о посыльных и мальчиках на побегушках. В коридоре он вдруг остановился, и обратился к портрету хитрого синеглазого старика в слизеринской мантии:

- Найджелус, Вы не могли бы, разбудить мистера Забини в слизеринской спальне и попросить его подойти в кабинет директора?

- Не буду терять времени зря, они все отправились спать в Гриффиндорскую башню.

- А-а, спасибо директор Блек. Вы, случайно, не припомните, о чём они говорили?

- Случайно – не помню.

- А не случайно?

- О странном поведении мистера Драко Малфоя на шестом курсе.

- Да-а??!! Это уже интересно… - и слизеринский декан продолжил свой путь в башню. Поднявшись в коридор с портретом Полной дамы, он беспрепятственно отрыл проход и вошёл в гриффиндорскую гостиную. Оглядевшись, направился к лестнице, ведущей в спальни. Его захватило неприятное воспоминание, казалось, он даже слышит рассерженный голос Лили, разрывающий их шестилетнюю дружбу, и в нём вновь поднялось острое чувство вины за ТЕ его слова и за то, что не сумел её спасти. Тряхнув головой, он отогнал неприятные мысли и продолжил подъём по лестнице. Вот и дверь в спальню Поттера и Уизли. Не став терять время на стук и объяснение своего прихода, он вошёл в круглую комнату. В спальне было пять кроватей, одна оставалась заправленной, а на остальных спали его Хамелеоны. «С каких это пор они мои?» - подумал, усмехнувшись, Снейп, - «Видимо, с некоторых». Тони Голдстейн спал, свернувшись клубочком, Блейз – на животе, свесив руку с кровати, Рон похрапывал, лежа на спине с закинутой за подушку головой. Гарри… Сердце Северуса замерло. Худощавый юноша раскинулся на спине, подмяв под себя одеяло. На нём были только пижамные штаны, а куртка валялась на стуле рядом с кроватью. Чёрные, отросшие за лето волосы рассыпались по подушке, глаза прикрыты длинными ресницами, на губах замерла полуулыбка. А когда Сев невольно шагнул ближе и протянул руку, чтобы откинуть лезущую в глаза мальчишке прядь волос, губы гриффиндорца беззвучно прошептали: «Сев». Или это ему только показалось? Взяв себя в руки, профессор Зельеварения Северус Снейп откашлялся и произнёс:

- Доброе утро, господа Хамелеоны, - а когда они открыли сонные глаза, добавил: - Вас хочет видеть шеф Аврората. Это срочно.



Глава 12. Ловля «на живца».


Гарри, Гермиона, Рон, Блейз и Энтони, появились в кабинете директора через двадцать минут, после того, как их разбудил Снейп. Старый аврор окинул одобрительным взглядом стоящую перед ним команду. От его взора не укрылись и небольшие рюкзачки, за плечами у ребят, и удобно спрятанные в рукавах палочки, и то, как они вошли в кабинет, прикрывая друг друга от возможной опасности.

- На вашем месте, я бы всё же подумал об Аврорате. Сегодня ночью, было нападение на Нору, Ваши родители и сестра, захвачены Упивающимися, Рон. Они требуют, чтобы на переговоры об освобождении, явился Гарри Поттер, иначе, обещают заложникам мучительную смерть.

Гарри закрыл глаза. Они были идиотами, как можно было не просчитать такой вариант? И почему, он ничего не почувствовал? Но предаваться мрачным мыслям, не было времени, все ждали его решения. Мозг гриффиндорца лихорадочно просчитывал варианты действия. Он однозначно, пойдёт на переговоры с аврорами, но вот остальные… Среди прочего наследия, Гермионе достался и маховик времени. С его помощью, можно было переноситься в прошлое, не более чем на четыре часа. В голове начал формироваться, пока ещё зыбкий план:

- Мистер Хмури, когда и где нас ждут на переговоры?

- Сегодня, в 12.00., на поляне, посреди Запретного леса. Мы обеспечим тебе охрану, мой мальчик, не волнуйся.

- А я и не волнуюсь…

- А стоило бы, мистер Поттер. Вы что, не понимаете, что это ловушка для Вас? – Снейп говорил в своей излюбленной саркастичной манере, но в глазах, иногда, мелькало сильное беспокойство.

- О нет, я это великолепно понимаю, но вступить с ними в контакт, можно только так. Как дальше сложатся обстоятельства, никто не знает. Мистер Хмури, как давно были похищены родные Рона?

- Два часа назад. Я сожалею, но Нора тоже уничтожена.

«У нас не больше часа. Надо торопиться». – До 12.00, ещё два часа. Могу я поговорить со своими друзьями наедине пятнадцать минут?

- Ну, разумеется, Гарри. Мой кабинет в вашем распоряжении, - профессор Дамблдор, жестом предложил Аластору, Минерве и Северусу, пройти через камин в учительскую.

Оставшись наедине с друзьями, Гарри, Рон и Гермиона, не сговариваясь, тот час же создали вокруг них непрозрачный заглушающий купол, используя для этого только нестандартные заклинания.

- Герми, где твой маховик времени?

- На шее. Нужен план нападения, и как можно больше знаний о месте, где их будут содержать.

- Гарри, позволь я пойду первым? – Рон уже пришёл в себя, и только желваки на лице и крепко стиснутые зубы, выдавали, чего ему это стоило.

- Сейчас «поинтересуюсь» у милейшего Тома, куда он собирается их поместить, но это на всякий случай, я думаю, отбивать твоих нужно прямо в Норе. Так больше вероятности, что они не пострадают.

- Отлично. Кто идёт? Всех Маховик взять не сможет.

- Я и Рон, остальные остаются здесь, - Гарри окинул взглядом нахмурившихся друзей.

- Нет. Если ТАМ, в прошлом у нас ничего не выйдет, тебе придётся разбираться здесь. А если при этом ты будешь ранен или вымотан, на пользу делу это не пойдёт. Пойдём мы четверо, - Гермиона кивнула на Блейза, Тони и Рона.

- Но…

- И не спорь! Ты не должен опекать нас на каждом шагу, мы уже «большие детки», и сами можем за себя постоять. Надо разделить силы. Ну, подумай же, Гарри. Второй попытки с Маховиком у нас не будет. А ты самый сильный из нас. Если что, тебе придётся вытягивать их в одиночку.

- Хорошо, я согласен, но надо кого-то послать и туда, куда их собираются доставить, пускай разведает обстановку.

- Тогда это буду я, в большинстве их резиденций мне приходилось бывать, - Блейз взял протянутый Гарри амулет-портключ, изображающий собаку.

Целитель закрыл глаза и осторожно «вошёл» в мозг Воландеморта. Злобная радость, удовлетворение, предвкушение близкой победы. Гарри стал «пробираться» в воспоминания о налёте Упивающихся на Нору, и непосредственно в момент инструктажа перед ним…


- Вы захватите этих предателей крови и доставите в Нотт-Холл, там, предупреждаю, они должны остаться живыми и в своём уме, я не запрещаю вам «игры». Но учтите, если кто-то из вас заиграется, его участь будет плачевной. Вы всё поняли?

- Да, Мой Лорд. Всё будет исполнено…


Гарри «перекинул» друзьям увиденную «картинку».

- Ладно. Сейчас вы все переноситесь с Блейзом к Норе, оттуда Маховиком на три часа назад. Блейз проникает в резиденцию, про которую я сейчас всё узнаю, и разведывает обстановку, спрятавшись под мою мантию-невидимку. Связь через галеоны. Заложников выводить сразу в «Эрн Рок», не задерживайтесь и меня, если что, не ждите. Всё ясно.

- Гарри, я думаю, в анимагической форме, у меня больше шансов не привлечь внимание. Ты же знаешь, если там дементоры, они меня и под твоей мантией почуют. Мантия тебе будет нужнее, если что.

- Да, а анимагов от животных они отличить не могут. В крайнем случае, подбери себе какой-нибудь типаж, чтобы превратиться в него. Мантия Упивающегося у тебя с собой?

- Да.

- Вот и отлично. И, прошу вас, давайте без геройства, а?

- Это ТЫ нас просишь? По-моему, ты у нас Мальчик-который-вечно-влипает-в-истории.

- Ладно. Время на исходе. Идите.

Когда его друзья исчезли из кабинета директора, он пожалел, что летом не додумался поискать для них мантии-невидимки. Если бы он озаботился этим вовремя, сейчас им бы пришлось меньше рисковать.

Через десять минут в кабинет вернулись члены Ордена Феникса.

- А куда подевались ваши друзья, Поттер? – Снейп сверлил его подозрительным взглядом.

- Не волнуйтесь, профессор. Всё будет хорошо.

- Гарри, ты уверен в том, что вы делаете?

- Да, профессор Дамблдор. Мы не первый раз участвуем в подобных операциях.

- Ну, что ты решил, мальчик?

- Мистер Хмури, опишите мне, пожалуйста, поподробней, место, где назначена встреча.

- Гарри, мои люди там всё проверили, никаких сюрпризов не должно быть (со стороны зельевара донеслось презрительное хмыканье).

- И всё-таки?

- Поляну посреди леса, на которой кентавры захватили Амбридж, помнишь?

- Да-а, - Гарри прокручивал в памяти, всё, что он помнил об этом месте. Хотелось дать себе пинка, за то, что не взялся за ум раньше, и не занялся учёбой, тогда бы он мог чувствовать, как могло быть использовано то место в целях Упивающихся: «Ладно, теперь уже придётся на месте разбираться», - Там, по-моему, густой ельник и местность слегка заболочена. Могут там существовать «Кикиморовы гати»?

- ЧТО?! – старый аврор явно не понимал, о чём его спрашивали. А Дамблдор и Снейп, смотрели на Гарри ошарашенными глазами.

- Поттер, ОТКУДА Вы знаете про «Кикиморовы гати»? Это же Магия Древнейших существ. Она настолько опасна, что все книги по ней запрещены ещё лет сто назад.

- Альбус, про что это ты…

- Подожди Аластор, поверь, ТЕБЕ этого лучше не знать. Так откуда, Гарри ты знаешь про «Гати»?

- В «Эрн Роке» была некоторая литература. Пользоваться этой гадостью, я, понятно, не намерен, но и не хочу, чтобы против меня ею воспользовались.

- Не думаю, что это возможно. Для подготовки «Гати» нужно время, да и человеческих жертв немеренно, такой всплеск Тьмы, мы бы не пропустили.

- Значит, скорее всего, портключ.

- Поттер. В книге, что Вы читали, был описан способ создания этой гадости? – Снейп по-прежнему, глядел с подозрением.

- Да. В мельчайших подробностях. Последнего хозяина «Эрн Рока», Элькара О'Нейла, сложно было назвать светлым волшебником.

- Это ещё мягко сказано.

- Мантикора вас раздери, я не предмет мебели! Кто-нибудь мне объяснит, о чём вы говорите? – Хмури был зол как собака, его магический глаз с бешенной скоростью поворачивался от одного мага к другому, - Что за «Кикиморовы гати», и при чём тут О'Нейлы, их же больше тысячи лет, как не существует?

- Про «Гати», я тебе потом расскажу, а О'Нейлы, похоже, возродились. Гермиона Грейнджер – наследница этого рода.

- Она же магглорожденная?

- Оказалось, что нет. Интересно, как много тех, кого мы считаем магглорожденными, на самом деле потомки древних магических родов, считавшихся прервавшимися? Ладно. Это мы потом будем выяснять. Через полчаса встреча. Гарри, ты не боишься «Империуса»?

- Нет, я всё лето тренировался. Теперь, даже много усилий не надо, чтобы его блокировать. «Круцио» тоже на меня действует не в полной мере. Мои Щиты в течение нескольких минут могут полностью сдерживать все заклятия, кроме «Авады», разумеется.

- Замечательно. Значит, пойдём в открытую, а там, потом разберёмся, - Хмури слегка повеселел.

- Замечательная стратегия, ничего другого от гриффиндорцев я и не ожидал. Сунете голову в осиное гнездо, а потом будете разбираться, - Снейп просто исходил желчью.

- А ты что предлагаешь?

- Вместо Поттера пойду я, под оборотным зельем и…

- НЕТ!!!

Сразу три голоса сказали это разом.

- Северус, тебя могут узнать, и тогда всё будет ещё хуже.

- Снейп, я точно знаю, у них есть способ определить, что перед ними не Гарри Поттер. Мне нужно взять этих ублюдков и освободить семью Артура, и рисковать я не намерен.

- Профессор, по-моему, я уже не раз доказал, что сам могу о себе позаботиться.

Три сердитых взгляда сверлили Северуса.

- Как скажете, - на лице зельевара появилась самая неприятная из его гримас, - Я думал, вы больше доверяете моему опыту.

- Мальчик мой, дело не в доверии. Ты как никогда нужен нам. Сейчас, доставляемые тобой сведения – на вес золота.

Директор говорил ещё что-то, но Гарри его уже не слушал. Галеон в его кармане нагрелся. Отойдя от спорящих членов Ордена, парень отвернулся и украдкой достал зачарованную монету из кармана. По ободку бежали буквы: Родители в «Эрн Роке», Джинни вызволить не удалось. Гарри, я прошу тебя, не оплошай!

Мальчик решительно повернулся к взрослым:

- Мистер и миссис Уизли на свободе, Джинни осталась у Упивающихся.

А в голове билась мысль: «Джинни у УПСов уже четвёртый час. Воландеморт сказал своим садюгам, что они могут «поиграть». Что это может означать?» - но в глубине души уже поднимался ужас предчувствия, он вспомнил, что среди нападавших на Нору, были Яксли и Эйвери, а также… Макнейр. Всем своим существом, он рвался в Нотт-Холл, спасать Джинни, но понимал, что сию минуту этого сделать нельзя. Приходилось ждать, и Гарри до боли сжал кулаки, впиваясь ногтями в ладони.

- Откуда ты знаешь, Гарри?

- Я не могу сказать, но сведения точные, - на минуту у Гарри появилось желание рассказать Хмури про Нотт-Холл, но он сдержался. Ребятам было точно известно, что один из шпионов Воландеморта – аврор, дать сведения Хмури, всё равно, что доложить психованному Лорду, что у него «на борту» шпион.

- Ладно, всё равно нет времени выяснять, нам пора, - и шеф Аврората, резко развернувшись, захромал к двери. Гарри, поправив под мантией свёрток с мантией невидимкой, пошёл следом. За спиной прозвучало тихое пожелание удачи.

Дойдя до границы Запретного леса, они аппарировали на поляну, где была назначена встреча. Через минуту по поляне пронеслись три чёрных клубящихся вихря, и перед Аластором Хмури и Гарри Поттером предстали Макнейр и ещё два незнакомых Упивающихся:

- Мистер Поттер, Тёмный лорд будет рад. Бросайте ваши палочки, господа.

- После того, как вы вернёте похищенных вами Уизли, - Грозный Глаз был тёртым калачом, и не собирался так быстро сдавать позиции, а тем более, сообщать, что им известно об освобождении Артура и Молли.

- Вы не в том положении, чтобы торговаться. Бросайте палочки, а не то, мы пришлём вам тело девчонки по кускам.

Гарри шагнул вперёд, и отбросил свою палочку в сторону густых кустов, надеясь, что её подберут авроры:

- Мы согласны, освободите их.

- Хмури… Мы ждём, - противно осклабился Макнейр. Грозный Глаз подарил его взглядом, предвещающим мало хорошего, но палочку откинул, туда же куда и Гарри.

- Заложники…, - проскрипел он.

Макнейр и его сообщники мгновенно кинулись к ним, и после того как его схватили за руку, гриффиндорец почувствовал знакомый рывок в области пупка. Усмехнувшись про себя он сразу начал анимагическую трансформацию.


В мрачном готическом зале, на троне сидел болезненно худой безволосый человек с практически безносым лицом и красными глазами, одетый в богато расшитую золотом и чёрными бриллиантами чёрную бархатную мантию:

- Где Мордред так долго носит Макнейра? Он уже должен был быть здесь. Как только они прибудут, приволоките мне Гарри Поттера. Предупреждаю, его только оглушить, и чтобы ни одной царапины.

- Как прикажите, Мой Лорд.

И отвернувшись от УПСа, Воландеморт повернулся к распростёртым у трона двум окровавленным телам:

- Продолжим. Вы упустили Артура Уизли и его жену. Как вы можете это объяснить? И я не хочу в этот раз слышать всякую галиматью про нападение взбесившихся зверей…


В этот момент в холле этого замка материализовались Макнейр с пленниками. УПСы встретили их радостными возгласами:

- Макнейр захватил Поттера и Хмури! Тёмный Лорд будет очень доволен! Но, увидев вместо Поттера, полосатого кота, опешили, и не успели вовремя их парализовать.

Радостные крики очень быстро сменились возгласами боли. Вырвав руку из захвата, и приложив своим протезом зазевавшегося УПСа, Хмури выхватил спрятанную в рукаве, запасную палочку, и начал методично обстреливать противников, не брезгуя и Непростительными заклятиями. Гарри же, просто приподнял беспалочковой магией человек двадцать, и крепко двинул о стену. Никто из его противников так больше и не встал. В холле завязывалась нешуточная война. В перерыве между атаками, Хмури успел схватить вернувшегося в человеческий вид гриффиндорца, за рукав:

- Ты можешь найти девчонку?

- Да.

- Так найди быстро, а то сейчас на шум примчится Воландеморт, и тогда будет поздно. Ты ведь не планировал дуэль с ним на сегодня.

- Как-нибудь потом. Сейчас создам двойника, и за Джинни. Вы продержитесь?

- А то?! Я дом Макнейра хорошо знаю, продержусь полчаса.

- ЧТО!!?? Это не Нотт-Холл?

- Нет. А с чего ты взял, что мы там окажемся?

- Ни с чего. Так, просто, показалось. Крутанувшись, уходя от очередной «Авады», он ответил «Птерифрогусом», и сдвоенным «Ступеффаем» - снесло как минимум пятерых.

- Силён… Но не тяни.

Гарри схватил какого-то молоденького УПСа, наложил «Обливэйт» и влил ему в горло метаморфное зелье, превратив в копию самого себя. Прикрываясь чарами отведения внимания, надел мантию-невидимку, и выскользнул из холла, мысленно протягивая, между собой и сестрой Рона, поисковую нить. «Есть. Нашёл», - и парень рысью кинулся вглубь дома, ведомый безошибочным чутьём. По дороге, он сжал в руке зачарованный галеон, и приказал Блейзу, немедленно убираться из Нотт-Холла. На что пришёл ответ слизеринца: Не нашёл. Ухожу.

Вздохнув с облегчением, Гарри понёсся дальше. Взлетев по боковой лестнице на второй этаж, он распахнул вторую дверь справа, и… замер на секунду как вкопанный. Откуда-то со дна души поднималась обжигающая ненависть и ГНЕВ. Стёкла в комнате задребезжали и вылетели наружу, брызнув мелким крошевом осколков. На кровати, привязанная за руки и ноги, лежала окровавленная девушка без сознания. А над ней нависал пыхтящий Эйвери, Яксли рядом ожидал своей очереди. Они явно занимались этим уже не первый раз. Посмотрев внимательно на жертву насильников, Гарри только по рыжим волосам узнал Джинни, так она была избита. Что-то обжигающе ледяное заполнило всё существо парня. Он усилием воли откинул Упивающихся к стене и прошипел на Серпентаго:

- «Сссаарашшшааа ссаа!» - то заклинание Слизерина, погрузившее в кому Грейбека.

То ли сила Гарри за это время возросла, то ли на магов заклинание подействовало по-другому, но их просто разнесло в кровавую пыль. Не давая себе задумываться о произошедшем, целитель кинулся к девушке. Быстро, скрещивая вместе магические и маггловские ругательства, он просканировал организм Джинни. И помрачнел. Если она запомнит то, что случилось сегодня, можно было опасаться за её психику. Поэтому, он просто стёр ей все воспоминания с момента доставки в резиденцию УПСов. Быстро остановил кровь, затянул наиболее опасные раны, полностью заживил повреждения причинённые насилием (чтобы не возникло лишних вопросов), наколдовал ей одежду, завернул в свою мантию, накрыл себя и её мантией- невидимкой, и побежал в холл, справедливо опасаясь аппарировать. На здании могли быть антиаппарационные чары. По дороге он экономными заклятиями выводил из строя Упивающихся, но ТО заклятие больше применять не решался. Перед глазами ещё стояло кровавое месиво, в которое он превратил двоих УПСов. Вбегая в холл, он увидел Хмури, очень неплохо отстреливающегося, из-за баррикады из тел УПСов. Осторожно, стараясь не дать себя увидеть, Гарри пробирался к старому аврору. Он уже нырял за баррикаду, когда почувствовал приближение к холлу Риддла. Откинув капюшон мантии, и привлекши внимание Грозного Глаза, проорал тому на ухо:

- Пора уходить!

- Антиаппарационные чары.

Гарри улыбнулся, вытаскивая из-за ворота медальон О'Нейлов:

- Портключ Морских королей.

Он накинул цепочку на шею Хмури, и пожелал оказаться в безопасности, всем троим. Последнее, что он видел, уже исчезая – бешенные красные глаза, бегущего к нему Воландеморта.




Глава 13. Длинный день.



Они появились посреди холла «Эрн Рока». Широко раскрыв здоровый глаз, Хмури прохрипел:

- Ме-ерлинова борода! Ну, ничего себе!

Откуда-то, из под сводов замка, послышался грозный рокот.

- Что это?

- Поосторожнее, с именем Великого Волшебника. Вы забыли, чей это замок?

- А-а, а Мордреда и Моргану упоминать, приветствуется?

- Сколько угодно.

- Мда-а, не думал, что увижу что-то красивее Малфой-Менора, но ЭТО.

- Они не сравнимы, - Гарри скинул с плеч мешающую мантию-невидимку, и, перехватив бесчувственную Джинни поудобней, целенаправленно двинулся в сторону замкового лазарета. Грозный Глаз хромал следом, глядя по сторонам, и одобрительно присвистывая. Больничное помещение было недалеко от зоны прибытия, не понадобилось и трёх минут, чтобы уложить девочку на смотровой стол. Попытавшегося прорваться Рона, Гарри просто выставил, пообещав потом всё рассказать. Он повторно просканировал повреждения, и начал заживлять их, проводя над телом руками и напевая под нос какие-то, рождающиеся сами собой слова. Через час всё было в порядке. Целитель осторожно проверил память Джинни, не осталось ли там каких-то эпизодов сегодняшнего утра, и начал поить подругу восстанавливающими и кроветворными зельями, мягко массируя горло, чтобы не поперхнулась. В какой-то момент ему понадобилось успокоительное зелье, стоявшее вне пределов досягаемости. Он уже хотел призвать его с помощью «Акцио», но тут, чья-то рука, подала его ему. Гарри напоил девушку, и только потом обернулся. Рядом с ним стоял Се…, то есть – Снейп. «Да, только Снейп, и никак иначе», - напомнил себе парень.

- Спасибо, профессор.

- Не за что. Смотреть как Вы лечите… за…бавно (завораживает и заводит, если уж говорить правду).

- Остальным нужна помощь?

- Нет. Царапины, ничего серьёзного. Там Дамблдор пытается не пустить сюда Молли. Но, думаю, что СЕЙЧАС девочка уже в порядке?

- Да. Думаю, можно пустить родителей.

- А когда она очнётся, истерики не будет?

- Нет.

- Вы сегодня – не разговорчивы.

- Я устал, - Гарри отвёл глаза в сторону, боясь, что выдаст бурю бушующую сейчас в душе, своим взглядом. Он хладнокровно убил двух человек, и это доставило ему какую-то жестокую радость. Он убийца. Такой же, как Воландеморт.

Сильные руки с тонкими пальцами, легли ему на плечи, и не дали отвернуться:

- Что случилось, Гарри?

Парень невольно поднял глаза, и встретился с внимательным, и совсем не издевательским, взглядом чёрных глаз. С языка сорвалось само собой:

- Как Вы это выдерживаете?

- Что выдерживаю?

- Ничего. Простите, - он уже взял себя в руки, и попытался отвести взгляд, но ему не позволили, взяли за подбородок и приблизили к тонкому и такому… желанному, лицу. Мальчишка попытался опустить глаза.

- С каких это пор, Вы прячете глаза? И о чём Вы спрашивали?

- Как Вы выдерживаете всё это: кровь, убийства, грязь, насилие? Вы помните Эйвери и Яксли? Я убил их сегодня! Разнёс заклятием в кровавую пыль! И, знаете что? Мне это понравилось! Наверное, я такой же, как он! – и, не выдержав больше, Гарри уткнулся носом в грудь Северуса, и беззвучно заплакал.

Сев стоял, прижимая к себе плачущего парня, и осторожно гладил его рукой по голове. В груди разливалась какая-то щемящая нежность и желание защитить. «Он же совсем мальчишка, со всей своей силой и не совсем невинными провокациями». Хотелось прижать его покрепче и никому не отдавать. Зельевар с трудом заставил себя разжать руки, когда Гарри успокоился. Он, не сказав не слова, очень осторожными, почти ласкающими движениями, вытер следы слёз на измученном лице, и сказал:

- ТЫ не такой. ОН бы никогда не стал переживать о смерти своих врагов. А что касается радости, как я понимаю, тебе было, отчего взбеситься? (Гарри лишь молча кивнул.) Тогда, они это заслужили. И это далеко не единственное их преступление. Быть может, их смерть, избавит кого-то от насилия завтра. Ну! Где моя заноза в заднице? Улыбнись! Все наши живы, а это не так уж мало, поверь!

- Спасибо, профессор.

- Нам предстоит долгое общение тесным кругом, по вечерам. Думаю, стоит называть меня Северусом. Конечно, не при чужих.

- Се-ве-рус, - пропел Гарри. И Сев тут же пожалел о своём решении.

Их разговор был прерван стуком в дверь.

- Можно?

Гарри провёл руками по лицу, магически стирая следы слёз и неуверенности. Перед Снейпом опять стоял уверенный в себе маг-лидер:

- Да, входите.

Дверь отворилась, и в палату осторожно вошли: Артур и Молли Уизли, Рон, Герми, все Голдстейны, Грейнджеры, и Дамблдор с Хмури.

- С девочкой всё в порядке? – Дамблдор положил руку на плечо Гарри. Родители Джинни не могли раскрыть рта от волнения.

- Да, её немного избили, но я всё залечил, ничего серьёзного. Миссис Уизли, Артур, мне так жаль. Ваш дом…

- Главное, что все мы живы. Спасибо тебе, Гарри.

- Да я-то тут причём?

- Альбус и дети нам всё рассказали.

- Так это им спасибо, что сумели вас спасти. Вы можете посидеть с Джинни, через час она проснётся. А мы пойдём, - и жестом пригласив всех следовать за собой, он вышел в небольшую гостиную перед палатой, - Нам надо всё обсудить.

- Конечно, но это всё подождёт, а сейчас, прошу к столу. Вы пропустили даже завтрак, а сейчас уже четыре часа вечера, - Джейн и Алекс настаивали, пока все не сдались.

Пообедав, ребята рассказали о своих приключениях взрослым, не упомянув про Маятник времени и портключ Сириуса. Без всего этого рассказ был явно неполным, и Хмури подозрительно поглядывал на них, но ничего не сказал. Через час, Дамблдор с Грозным Глазом покинули замок, наказав студентам и Снейпу, вернуться к 20.00.

Вздохнув свободнее, Хамелеоны начали «разбор полётов», уже во всех подробностях. Рон, Гермиона и Тони, появились в Норе, почти сразу после прихода Упивающихся, и побежали к спальням. Они не знали, что Джинни, заметила подозрительное шевеление на улице, и спустилась вниз узнать, в чём дело. Поэтому, когда Хамелеоны защищали родителей Рона, его сестра оказалась отрезанной от своих. Она храбро, и довольно умело сражалась, вырубив и прокляв пятерых противников, но нападавших было слишком много, и её скрутили прежде, чем друзья смогли к ней прорваться. Группа УПСов, почти сразу аппарировала со своей добычей. Поэтому, ребятам ничего не оставалось, как уводить родителей в безопасное место. Они перенеслись в «Эрн Рок».

- Мы совершили много ошибок. Первое – нельзя было всем сразу бежать по лестнице к спальням, если бы один из нас остался внизу, он бы нашёл Джинни и портключом переправил в замок. Второе – мы не придумали ничего лучше, чем перекинуться в анимагическую форму, при виде Упивающихся, надо было навести личины и одеть их мантии, может быть, смогли бы добраться до Джинни уже во время боя.

- И третья ваша ошибка – вы не стёрли память, видевшим вас врагам. Теперь они на докладе у Лорда, - Северус не издевался, он просто указывал на ошибку. Хамелеоны кивнули, признавая его правоту.

Блейз, пожал плечами и начал рассказ:

- Прибыл в Нотт-Холл, как и договаривались, в анимагической форме. Всё разведал. Они и впрямь ждали доставки пленников, но что-то пошло наперекосяк. Теперь я знаю, что. Уже собираясь уходить, случайно услышал, что в левом крыле, они скрывают какие-то тёмномагические артефакты. Решил проверить какие. Там было два галлона Зелья подчинения (Сев вздрогнул, помотав головой. Он его не готовил.), а ещё два древних артефакта, с помощью которых можно вскрыть любую мощную защиту. Да ещё, забыл сказать, там был рог взрывопотама… - и Блейз проказливо улыбнулся, - Что вы ржёте? Это был несчастный случай. Ведь все знают, как он взрывоопасен.

- Тебя кто-нибудь заметил?

- Нет.

- Ну и Мер…, то есть, Моргана, с тобой.

- А как прошло у вас с Хмури?

- Прибыли на поляну, они приказали нам бросить палочки. Да, кстати, спасибо профессор, что подобрали. Потом нас портключами затащили в дом Макнейра. Я чуть с ума не сошёл, когда понял, что послал тебя, Блейз, одного, совсем в другое место. Дальше – Грозный Глаз отбивался, а я под мантией-невидимкой, искал Джинни. Когда нашёл, устранил охрану, закутал вместе с собой в мантию, и вернулся в холл. А потом просто, мы с Хмури перенеслись портключом сюда. Вот, собственно, и всё.

- Слишком просто ты, Гарри, рассказываешь, - Сезар с тревогой вглядывался в лицо любовника.

- Да нет же, Сезар, всё прошло хорошо. Моя ошибка в том, что «подсмотрев» в мозгах Воландеморта, куда доставят пленников, я не поинтересовался запасным вариантом.

Обсудив детали ещё немного, Хамелеоны и Северус, портключом Бродяги, отправились в Хогвардс. Когда Гарри обняв всех, прошептал слова активизирующего пароля, на губах Северуса появилась усмешка.


В Большой зал они вошли, когда уже все расселись, но приветственной речи и распределения первокурсников, ещё не было. Драко Малфой, отпустил какую-то шуточку, о «бедном сиротке, работающем домашним эльфом у своих родственников».

Гарри в ответ молча смерил его взглядом и усмехнулся. После того, как он узнал, что Драко его кузен, он стал гораздо спокойнее воспринимать наезды слизеринца:

- Дра-ако, - сказал он, растягивая слова на манер Малфоя, - Ты случайно не перегрелся под жарким солнцем Ривьеры. Говорят для альбиносов солнце особенно вредно.

И оставив опешившего Слизеринского принца, с неэстетично приоткрытым ртом, прошёл к своему столу. А Драко только сейчас сумел разглядеть своего извечного врага. «М-да, такого сложно назвать бедным сироткой». На гриффиндорце была очень красивая и необыкновенно стильная тёмно-зелёная бархатная мантия, с изящной золотой вышивкой, на ногах дорогие классические брюки по фигуре и начищенные чёрные туфли. Из рукавов мантии выглядывала шёлковая белая рубашка. На шее красивый галстук в тон мантии. Отросшие волосы, аккуратно собраны в хвост, на носу стильные очки в тонкой оправе. Да и на остальных его друзей, можно было любоваться. Особенно изменился вечно донашивающий, обноски братьев, нищеброд Уизли. Малфой его только по цвету волос и узнал. Шёлковая мантия бронзового оттенка, кремовая рубашка, ухоженный хвост вьющихся волос, серьга с каким-то клыком в правом ухе, и поистине королевская осанка. На слизеринский стол Уизел посмотрел, как на пустое место. А ещё, с ними пришёл Блейз Забини, тот самый Забини, на которого всё лето охотились Упивающиеся, и который, по идее, должен был умолять своих однокурсников, о милости с ними учиться. Но, как всегда элегантный, его соперник, спокойно уселся за стол своего факультета, а двух сунувшихся к нему с насмешками сыночков УПСов, отшил двумя словами и одним взглядом. В этом – повзрослевшем Блейзе, чувствовалась такая СИЛА и уверенность в себе, что Драко понял – этот умолять не будет. В груди блондина с новой силой поднялись чувства, которые он гнал от себя весь год. Но Забини спокойно выдержал его взгляд и лишь дружески-вежливо улыбнулся, принимаясь за ужин (знал бы Драко, каких усилий ему это стоило). С проклятым Поттером был ещё Энтони Голдстейн – шестикурсник с Пуффендуя, задевать которого, почему-то, тоже не хотелось. А уж от вида гриффиндорской заучки-грязнокровки, половина старшекурсников Слизерина, выпала в осадок, пуская слюни.

- Эй, грязнокровка, как ты заимела такую фигурку, наверное, всё лето под своими свиньями-магглами, кувыркалась, - ревнивая дура - Мелисента Булстоуд, не могла спустить такого пренебрежения своим прелестям.

Герми повернулась к слизеринке, взглядом, словно граблями, прошлась по ней от макушки до пяток, и поинтересовалась:

- Милли, дорогуша, а ты не пробовала краситься не в такой блядский цвет. Неудивительно, что тебя тянет на такие разговоры. Да, и краски на твоём лице ЧЕРЕЗЧУР много, тебе надо срочно умыться, - и, легонько щёлкнув пальцами в воздухе, обрушила на стервозу бочку морской воды, - Ах, прости, я не подумала. Она же солёная. Теперь у тебя ещё волосы дыбом стоять будут.

И впрямь, красно-фиолетовые волосы на голове Булстоуд встали дыбом, как иглы у дикобраза. Разозлённая унижением фурия, выхватила палочку, и послала в гриффиндорку несколько совсем не безобидных заклятий, но та даже не попятилась, и, по-прежнему, не доставая палочки, отклонила проклятия.

- Что здесь происходит? – возле столов появились Снейп с МакГонагалл.

- Она… она… она облила меня морской водой!

- Да-а-а?! Вашу палочку, мисс Грейнджер.

Гермиона достала из рукава, и безукоризненно вежливо подала профессору Снейпу свою палочку.

- «Приоре инкантатем».

Над палочкой появились в воздухе зелёные призрачные буквы: «Репаро».

- У меня сегодня ремешок сумки порвался, - пояснила красивая всезнайка.

Вернув палочку гриффиндорке, и отправив её за стол, декан Слизерина подлетел к столу своего факультета:

- Мисс Булстоуд, я был лучшего мнения о Вашем уме, вы только что, при всех напали на студентку другого факультета. Ах, она Вас оскорбила? А поставить её на место словами у Вас ума не хватило? Со стороны это выглядело как необоснованное нападение. Клянусь Мерлином, да Грейнджер большая слизеринка, чем Вы. Она ответила ударом на удар, унизила противника, и что самое главное, ей за это ничего не будет. Учитесь, господа. Мне стыдно за вас, - и эффектно развернувшись в проходе, он полетел к преподавательскому столу. Молчавшая, всё это время, МакГонагалл, едва сдерживая улыбку, отправилась следом.


Весь вечер вокруг Гарри было множество людей, он здоровался и обсуждал лето со старыми друзьями, на какое-то время, забыв про убитых Упивающихся. Но ночью он опять проснулся от кошмара, только кроме обычных видений, его ещё преследовало зрелище, залитой кровью стены. Тихонько поднявшись, он оделся, натянул мантию-невидимку, и тихонько выскользнул из гриффиндорской гостиной. Пробравшись на Астрономическую башню, он тихонько уселся на парапет, откинувшись на колонну, и стал вглядываться в звёздное небо, ища Созвездие Гончих Псов.

- Оно левее и выше, Гарри, - Северус подошёл к нему сзади, обнял замёрзшие плечи и показал рукой на созвездие, - вон та яркая звезда – Сириус.

- Он был Вашим врагом, Северус.

- Да, был, не буду отрицать. Нам сложно контролировать сложившиеся стереотипы, да и он уж точно, ангелом не был. Вот ты же, ненавидишь Драко Малфоя?

- Не знаю.

- В смысле?

- Он ведь мой кузен, а родственников не выбирают. Я больше не уверен, что ненавижу его. К тому же он не безразличен моему другу.

- Да, а его отец, спас твою подругу.

Гарри молчал, согреваясь. Сидеть вот так, было очень приятно. И не известно, с какого перепугу, он ляпнул:

- Я видел вас… вместе.

- Нас, вместе?

- Вас и Люциуса Малфоя в постели. Это было в воспоминаниях Воландеморта.

- Значит, всё-таки, подглядывал.

- Я…

- Я про Лорда. Ты видел моё Посвящение. Больше мы с ним…

- Почему? Вам же понравилось?

- Ну и разговор у нас с тобой, Поттер. Вообще-то тебя это не касается.

- Ага, я уже опять Поттер?

- Это твой диагноз. Ты забываешься, - и, разорвав объятия, Снейп шагнул в сторону.

- Ах, простите – извините, господин профессор, сэр, - и Гарри с шутовским видом, шаркнул ножкой. Он и сам не понимал, зачем вообще завёл этот разговор, и что это за непонятная вспышка ревности. Сам всё испортил, а было так хорошо. Но его уже «несло»:

- Просто, хотелось бы знать, не сдадите ли Вы меня своему любовнику?

Уже почти дошедший до лестницы, зельевар, молнией метнулся обратно, и одним толчком придавил наглого мальчишку к стене:

- Ваша наглость превышает границы моего терпения. Я уже сказал, что это не ваше дело. Это мой личный выбор, с кем я сплю. Но Вы ведь не понимаете намёков Поттер, а я Вас предупреждал, - и, притиснув опешившего парня к стене, он рывком распахнул на нём пижамную куртку, пуговицы застучали по каменному полу, и, наклонившись, впился губами в основание шеи мальчишки. Он целовал и покусывал желанное тело, не обходя вниманием ни одной чувствительной точки, кроме умоляющих губ гриффиндорца. Но их он обходил намеренно, боясь потерять над собой контроль. А когда с искусанных губ мальчишки сорвался низкий стон, и он начал дрожать всем телом, резко отстранился, рывком развернул парня, и, отвесив тому, ощутимый шлепок по пятой точке, толкнул к лестнице, прорычав:

- Марш в Гриффиндорскую башню, мистер Поттер.

Расхристанный мальчишка был настолько хорош, что Сев едва удержался, чтобы не схватить его снова:

- Быстро!

Опомнившийся гриффиндорец, птицей слетел по лестнице, а Северус сполз по стене, закрыв лицо руками:

- О Моргана, да что же это такое? – зельевара ощутимо подтрясывало, и больно от неудовлетворённого желания было до жути. И только одно сомнительно утешало – мальчишке сейчас тоже должно было быть хреново.

Наконец, устав сидеть на каменном полу, и отчаявшись дождаться спадания эрекции, он поднялся и отправился решать «проблему» в находящуюся по соседству ванную старост. Каково же было его удивление, когда, проскользнув внутрь, он увидел «свою персональную занозу», решающего подобную же проблему. Он застыл, не в силах отвести глаз от обнажённого юного тела, выгибающегося сейчас в судорогах оргазма.

Отдышавшийся гриффиндорец, наскоро вымылся, и, одевшись, поспешил к выходу, где стоял, не в силах пошевелиться, Северус. Увидев замершего зельевара, и поняв, что тот видел всё, Гарри нацепил на лицо провоцирующую улыбочку, и полуприкрыв, горящие гневом глаза, протянул:

- Понравилось, профессор? Желаю удачи, в этом нелёгком, для немолодого человека, деле, - и, оставив потерявшего дар речи от такой наглости, Северуса, за спиной, вылетел из ванной.

Утром, устранив все оставшиеся следы ночного происшествия, Гарри хотел выйти в гостиную, но его задержал Рон. Наложив заглушающие чары, он спросил:

- Почему моя сестра ничего не помнит о часах плена?

- Не знаю, может, потеряла сознание от удара?

- ГАРРИ!

- Не надо бы тебе этого знать, Рон.

- Её изнасиловали?

- Да, но я стёр ей память, и полностью её вылечил.

- Кто они?

- Это не имеет значения.

- Гарри, они обидели мою сестру. Кто они? – Рон не бесновался как раньше, от его спокойствия веяло леденящим холодом.

- Я убил их. Обоих.

- Хорошо, - это было сказано с чувством такого глубокого удовлетворения, что Гарри невесело усмехнулся. Больше они этот вопрос не поднимали.

Вспомнив события предыдущих суток, гриффиндорец поразился: «Какой длинный вчера выдался день».




Глава 14. Будни.


На следующий день, как ни странно, Гарри едва, продрал глаза, перед самым завтраком. Для привыкшего вставать в 6.00. парня, это было непривычно. Но, вспомнив, во сколько он заснул накануне, хмыкнул, и на полных оборотах рванул в душ. На завтрак он почти опоздал, зайдя в Большой зал, когда многие уже его покидали. Быстро позавтракав, и перекинувшись парой слов с друзьями, отправился на Трансфигурацию. Проблем с этим предметом у него никогда не было, а тренированная память, быстро выдавала всю необходимую для демонстрации полученных знаний информацию. Поэтому, урок прошёл почти на автопилоте. Гарри прокручивал в голове события сегодняшней ночи, и ругал себя последними словами. Кроме того, что зельевар привлекал его в сексуальном плане, он ещё был и очень хорошим собеседником. За последние недели, между ними установилось что-то вроде дружбы, и он сам, своими же словами всё испортил. Теперь Снейп опять замкнётся в себе и начнёт язвить. А Гарри уже привык к другому варианту общения с ним. На душе было мерзко, как будто оторвали какой-то её кусочек. «А может быть наша ссора и к лучшему. Ему всё равно придётся изображать ненависть ко мне, а так это будет достоверней». Опомнился юный целитель, только когда профессор МакГонагалл стала разбирать результат их сегодняшней проверочной работы. Дойдя до пергамента Гарри, она от удивления даже приоткрыла рот, и замолчала, а потом поинтересовалась:

- Мистер Поттер, Вы отдаёте себе отчёт в том, что только что здесь написали?

Гарри похолодел. Его вопрос звучал так: Укажите возможности трансфигурации в сочетании с косметическими чарами, для сокрытия физических недостатков, после получения увечий.

И анимаг, думавший больше о Снейпе, чем о параметрах заданного вопроса, выдал на пергаменте всё, чему научился в этой сфере магии за лето. А это было гораздо сложнее учебной программы.

- Простите, профессор МакГонагалл, я увлёкся.

- Я ставлю Вам «Превосходно», мистер Поттер. Скажите, ВСЁ ЭТО Вы применяли на практике?

- Да, это проверенный материал.

- Мы поговорим с Вами об этом перед следующим занятием. Ну, что же, в целом я довольна. Особенно хочу выделить мистера Поттера, мистера Уизли и мисс Грейнджер. Мистер Долгопупс, у Вас наметился значительный прогресс, но Вам ещё стоит усиленно заниматься. Пользуясь тем, что сегодня у нас не сдвоенный урок, хочу сказать. Вы все в курсе происходящего сейчас в волшебном мире. От того, что вы усвоите на своих уроках, теперь будут зависеть не только ваши оценки, но и жизнь. И если мистер Поттер позволит, я бы хотела посоветовать использовать его ответ на сегодняшней проверочной работе, как пособие по искусству маскировки. Правда, автору придётся пояснять некоторые понятия, на школьном курсе этого не проходят. А теперь, всего доброго. Профессор Флитвик ждёт вас на Чарах. К следующему занятию вы, кроме перечисленных мною ранее трёх студентов, подготовите эссе на два фута, по применению трансфигурации в маскировке, а также выучите первый и второй параграфы из учебника по Трансфигурации за седьмой класс. До свидания.

Едва выйдя из класса, друзья набросились на Гарри:

- Ты же сам говорил, что нельзя полностью раскрывать свои настоящие возможности перед преподавателями, - шипела ему на ухо Гермиона. А Рон, только посмотрев в его глаза, понимающе ухмыльнулся:

- Оставь его, Герми, он просто не о том задумался, и потерял бдительность, - и, скорчив страшную рожу, захрипел подражая Хмури, - Постоянная бдительность!

- Простите ребята, я и вправду отвлёкся.

Они поспешили на Чары. Под кабинетом их уже ждали однокурсники и седьмой курс Пуффендуя, занятия были сдвоенными. Поэтому, полезших с расспросами, Симуса и Невила, Рон попросил подождать до вечера, и обсудить всё в гостиной, а до тех пор помалкивать в тряпочку.

Профессор Флитвик тоже задал проверочную по материалу предыдущих курсов. С этой работой друзья тоже хорошо справились. Гарри начинало доставлять удовольствие, ощущение уверенности в своих знаниях. Впервые, пожалуй, он понял причину «всезнайства» Гермионы.

Потом был урок ЗОТИ, сдвоенный с Когтевраном (директор по мере возможностей старался не рисковать, соединяя два враждующих факультета на занятиях боевой магией), который вела сегодня Нимфадора Тонкс. Они на практике повторили пройденные ранее заклятия. Учитывая как их «жучил» на шестом курсе Снейп, все были более-менее подтянуты до определённого уровня. Но Гарри видел вопиющие «дыры» в знаниях остальных гриффиндорцев. Часть ошибок Тонкс исправила, но чувствовался громадный недостаток практики у семикурсников.

- Неплохо, но не хватает практики. К сожалению, я не могу выделить время для проведения факультативных занятий, вам придётся отрабатывать заклятия и щиты к ним самостоятельно. Список заклятий, которые необходимо повторить к следующему уроку, я сейчас напишу на доске.

Гарри автоматически переписал список. Ну, вообще-то, он не нуждался в повторении этих заклинаний, все они были разобраны им ещё на занятиях «ОД», почти два года назад. Но когда урок закончился, и Тонкс вышла из кабинета, шестнадцать пар глаз уставились на него.

- Что!?

- Гарри, тебе не кажется, что самое время возобновить занятия «ОД»? – первой высказалась Луна.

- Ребята, ну мы же всё это проходили, да и Снейп, в прошлом году всё это задавал. Вы что, хотите сказать, что всё забыли?

- Нет, не забыли. Но нам тоже нужна практика. Да и не все тогда с тобой занимались.

- У нас такое чувство, что нам напихали в голову какую-то информацию, и она лежит там мёртвым грузом, потому что мы не знаем, что с ней делать, - невесело усмехнулся один когтевранец, чьего имени Гарри не помнил.

Поттер обвёл глазами семикурсников, получалось, что его занятия не посещали только пятеро из здесь присутствующих. Тяжело вздохнув про себя, и мысленно помахав ручкой спокойной жизни, Гарри сказал:

- В 18.00. в Выручай-комнате, в понедельник, среду и пятницу, в субботу – в 13.00., кто не будет дополнительно тренироваться самостоятельно, выкину нафиг.

- Согласны.

- А кто будет болтать, тот знает что будет, - окинула их строгим взглядом Гермиона, и дождалась ответных кивков, что «ДА», знают.

Друзья пошли на обед, а впереди их ждали ещё сдвоенные Зелья, на пару со Слизерином (карма, наверное, у них такая с первого курса, заниматься зельеварением на пару со «змеюками»). Гарри кусок в горло не лез за обедом. Он великолепно представлял, ЧТО может ему устроить вздорный и злопамятный зельевар, после вчерашнего. Но он взял себя в руки, здраво рассудив, что всё равно изменить ничего не сможет, так что, не надо бессмысленно расходовать свои нервные клетки.

К облегчению гриффиндорца, на уроке Снейп его в упор не замечал. Обратился только два раза за весь урок. Первый, когда заново рассаживал изменённые им пары за парты, а второй раз, когда подсаженный к Гарри, Малфой, поинтересовался, почему его посадили именно с Поттером. На что, зельевар насмешливо выгнул бровь и заявил:

- Мистер Малфой, в этом семестре, мы будем проходить Высшие Зелья. Для этого у команды варящей их должно быть что-то общее (Гарри похолодел, вот сейчас Снейп выдаст их родство), - но зельевар только молча отвернулся, считая вопрос исчерпанным. «Хорёк» же был другого мнения. Вновь подняв руку, он спросил:

- И что же между мной и Поттером общего?

Слизеринский декан помолчал, а потом выдал: - Настойчивость в достижении цели, - помолчал, и добавил, - И умение влипать в неприятности.

Драко от такого ответа опешил, а Гарри начал нарезать ингредиенты к заданному зелью. Учитывая летний опыт, получалось это у него автоматически и почти профессионально. Малфой, поначалу, не обращал внимания на изменения, произошедшие в гриффиндорце, его даже радовало, что не приходится делать всю работу самому, как в паре с Гойлом, но постепенно возросшее мастерство партнёра привлекло его внимание:

- Поттер, ты часом не заболел?

- Нет, я абсолютно здоров. Спасибо, что побеспокоился.

- Да плевал я на твоё здоровье. Думал, вдруг твои перемены заразны.

- Ага, это бы помогло тебе на трансфигурации.

- О чём ты?

- Говорят, ты слабоват по этому предмету, - Гарри улыбнулся невинной, сочувствующей улыбкой.

Драко едва не зарычал с досады, и тут последнее слово осталось за гриффиндорцем. Не бывать этому:

- Тебя то какая муха укусила, что ты выучил зелья? Небось, наш декан обещал тебя из школы выкинуть на содержание к твоим маггловским родственничкам?

- Просто, я решил, что с меня хватит жить чужим умом. Вот летом и попробовал жить своим.

- И как, получилось?

- Получилось. И тебе советую попробовать.

- И как твои магглы это восприняли?

- Понятия не имею. Я жил самостоятельно с середины июня.

- ЧТО!? Тебя, Золотого мальчика, оставили без защиты крови?

- А я не докладывался. Просто стал жить отдельно и всё.

- А защита? – Малфой не мог понять, как кто-то, кому угрожает смертельная опасность, может добровольно отказаться от защиты крови, и уйти во враждебный мир.

- Драко, если ты сам себя не защитишь, то тебе никакая чужая защита не поможет, это всего лишь, иллюзия безопасности.

- И ты…

- И я установил вокруг своего жилья защиту, и добывал информацию, чтобы выжить. А также учился, всему, что пропустил по своему невниманию, и ещё кое-чему.

Малфой больше вопросов не задавал, он переваривал информацию. Этот, новый Поттер, вызывал странное чувство, доставать его почему-то расхотелось, а вот от такого союзника, он бы не отказался.

Больше ничего необычного за тот день не произошло. Да и в последующие дни всё было спокойно, учёба, тренировки с «ОД», и позже, вечером, учебные бои со Снейпом. Гарри было испугался, что профессор откажется от занятий, но тот пришёл, и за все часы проведённые вместе с Хамелеонами не отпустил в их сторону ни одной шпильки. Когда ребята разошлись из Выручай комнаты, где проходили занятия, парень задержался и спросил профессора:

- Вы даже не разу не съязвили.

- А зачем, как спаринг-партнёры, вы меня вполне устраиваете. До свидания, мистер Поттер, - и он ушёл.

Гарри смотрел ему вслед, и думал, как ему не хватает прежнего «летнего» общения.


Постепенно они втянулись в школьную жизнь. С тех пор как Гарри вернулся в Хогвардс, и не виделся с Сезаром, его опять начали мучить ночные кошмары. Поэтому на сон он отводил всего три-четыре часа, только чтобы не свалиться от переутомления днём. Вставал он как на каникулах, в 6.00, и вместе со своими друзьями шёл на пробежку вокруг замка, а ночью, когда все уснут, переводил дневник Слизерина. Последние страницы в дневнике, его особенно заинтересовали. Они проливали новый свет на личность самого неоднозначного из основателей. Вообще целитель, по мере чтения дневниковых записей, убеждался, что образ Слизерина сознательно «затемнён» властями. Ничего страшного, кроме того заклятия на Серпентаго, в дневнике он не нашёл. Да и эффект от заклятия связывал, скорее, с выплеском своей неконтролируемой силы, а не с тёмной основой заклинания. На последних же страницах, Слизерином излагалась теория, согласно которой, «грязнокровок» вообще не бывает. Основатель, довольно успешно, даже используя, что-то похожее на постулаты Генетики, доказывал, что так называемые магглорожденные – это потомки сквибов по одной или обеим генетическим линиям. Он яростно критиковал своих противников, и просто ненавидел слово «грязнокровка». Каково! Слизерин ненавидел НАЗВАНИЕ, а не самих «магглорожденных» волшебников. На следующий день, Гарри показал перевод последней главы дневника, Гермионе. Молча, ничего не объясняя. Его подруга прочитала перевод, и на мгновение замерла, закрыв глаза, и откинувшись на спинку стула, в классе Трансфигурации. Потом посмотрела на друга, и сказала:

- Спасибо, ты не представляешь, КАК на самом деле меня доставали эти насмешки все шесть лет. Надо будет показать перевод нашим профессорам.

- Да мне-то за что? Это ты Слизерину спасибо скажи.

- Гарри, а ты никогда не задумывался, для чего он создал Тайную комнату? Ну, не пакости же ради? Даже если не принимать во внимание его настоящее отношение к грязнокровкам, просто глупо создавать в недрах замка комнату, и селить в ней чудовище, если только это чудовище ничего не охраняет.

- Я тоже так думаю. Наверное, пришла пора туда вернуться и, заодно, поискать более цивилизованный вход. Ну, не может быть, чтобы Слизерин, каждый раз съезжал в неё по грязной трубе.

- Как думаешь, Риддл там что-нибудь нашёл?

- Даже гадать не берусь. Хорошо бы, нет.

- Сегодня занятия по боевой магии, покажешь перевод Снейпу?

- Обязательно. Я думаю, он заслужил пойти в комнату с нами.

- А Джинни?

- Не знаю. Даже боюсь заикаться при ней об этом. Она только неделю, как вернулась к занятиям. Не слишком ли много стрессов для неё, за последний месяц?

- Это ты зря. Она очень сильная ведьма. И у неё есть характер.

- Что обсуждаем? – рядом, элегантно откинув мантию, уселся Рон.

Друзья ввели его в курс дела, он нахмурился:

- Была бы моя воля, она бы в этом не участвовала, но Джинни уже большая девочка, и сама должна решить для себя этот вопрос.

- Тогда решено, сегодня, после занятий «ОД», мы с ней поговорим. Кстати, как у неё с окклюменцией?

- Шутишь? Она билась над этим, больше чем над всем остальным, у неё железобетонный щит.

- Отлично! А то мы ещё Снейпа собираемся с собой взять. Нельзя его даже невольно подставить.

- Само собой.

Вечером друзья ввели в курс дела Джинни. Она серьёзно посмотрела на Гарри, потом на Рона, и, подумав, сказала:

- Года два назад, я бы точно испугалась, а последнее время и сама думала, что надо вернуться. Даже как-то открыла вход, но в одиночку лезть не решилась.

- ЧТО!? КАК!? КОГДА!?

- На прошлом курсе, в мае. Вам тогда не до меня было, вот и не стала приставать.

- ТЫ ОТКРЫЛА ТАЙНУЮ КОМНАТУ?!! – Гарри, в отличие от остальных взволновала не опасность затеи, а сама ВОЗМОЖНОСТЬ Джинни это сделать.

- Да.

- Но, она же открывается с помощью Серпентаго?

- Я как-то не подумала…

Гарри переглянулся с Роном, и они вдвоём начали водить палочками и шептать проверяющие заклинания.

- Х-ха! Тебе повезло, сестрёнка! Он тебя не контролирует. Просто на тот момент, ты умирала, и он не озаботился забрать назад временно переданные тебе способности. Наверное, думал, что всё равно вернёт себе их, когда ты умрёшь. Не знаю, надолго ли твоё знание Серпентаго, но пока что, ты вполне можешь беседовать со змейками.

- Странно…

- Что странно, Гарри?

- «Заимствованные» способности Джинни, воспринимаются совсем иначе, чем мои.

- Может это потому, что ты проверяешь их со стороны?

- Надо бы, проверить.

Теперь уже Герми, Рон и Джинни, водили над ним палочками. Вид после этого у них был ошарашенный:

- Э-э-э, Гарри… А ты уверен, что эти способности заимствованные?

- То есть как?!

- А так, судя по всему, они у тебя врождённые. Ты на самом деле Наследник Слизерина.

- НУ, НИ ХРЕНА СЕБЕ!!!

- Что будем делать? Я не думаю, что стоит рассказывать об этом учителям, - Герми обвела всех вопросительным взглядом.

- С тех пор как ты стала леди О'Нейл - де Грейнджер, у тебя возникают не очень «правильные» мысли.

- Просто я…

- Ты права, Гермиона, но Снейпу, я всё расскажу. Может он знает, как это могло случиться?

- Слушай, Гарри, а ты ведь так и не сказал нам, что же выяснил в Гринготсе.

- Отец моей мамы… «Проклятый» Люциус Малфой-младший.

- ЧТО!!?? Как такое может быть, ему же всего лет сорок-сорок пять?

- Да не отец Драко, а его дядя – старший брат Абрахаса Малфоя.

- СТАРШИЙ!!!???

- Да.

- Да ты понимаешь, что это значит?! – Рон уставился на друга, как на неведомую зверушку.

- Он же ПРОКЛЯТЫЙ, Рон. Родной отец за что-то выгнал своего наследника из дому, да ещё и превратил в сквиба, лишив магии. Не знаю, за что можно устроить такое зверское наказание.

- Ты не понимаешь, Гарри. У Малфоев, благодаря крови вейл, породнившихся с ними в древности, есть абсолютная ментальная защита от всех видов враждебного вторжения. Так вот, на тебя она не действует, ты можешь хозяйничать у них в мозгах, как у себя дома.

- Что-то я не припомню, чтобы у меня была такая защита, пока сам не научился, Снейп гулял там, как ему нравилось.

- А-а, в том-то и хитрость. Твой дед был проклят, значит, защиту с него сняли, но он был старшим сыном в семье, и никакое проклятие, этого отменить не может. Твоя «ветвь» рода «старше» чем у Драко. А что там случилось?

- Не знаю. Знаю только, что отлучённый от семьи сыночек, в ответ проклял весь род Малфоев, чем-то неприятным.

- Чем?

- Понятия не имею. Не подходить же мне к Драко и Люциусу, и не спрашивать у них.

- Да, ситуация…

- И не говори. Ой, ребята, сейчас Снейп на учебный бой придёт, давайте быстренько здесь приберёмся.

- СНЕЙП??!!

- Да Джинни, только никому… Нам и так он по шее надаёт, за то, что тебе рассказали.

Дверь приоткрылась, и вошли Тони с Блейзом.

- Привет ребята, это Джинни, сестра Рона, она будет заниматься с нами.

- И в вылазках участвовать? - улыбнулся рыженькой Энтони.

- Там посмотрим.

В дверях появился Снейп:

- Поттер, нам надо подумать о другом месте для тренировок, моё частое появление в этом коридоре, вызывает подозрения. Я сейчас чуть не столкнулся с вашим «Отрядом Дамблдора» и… - увидев Джинни, он замолчал, - По-моему, мы договорились?

- Профессор, это как раз к вопросу о смене помещения. С помощью Джинни, мы можем найти такое помещение. К тому же она очень сильная ведьма и у неё абсолютный ментальный щит.

- Проверим. Не обессудьте мисс Уизли, если это не так, я вынужден буду стереть Вам память.

- Мне уже стирали в этом месяце.

Гарри с удивлением воззрился на сестру друга:

- Джинни?

- Я мало что запомнила, Гарри, только твоё заклинание на Серпентаго, и то, как ты залечивал раны, ни до, ни после, ничего…

- Прости Джинни, но так надо было.

- Я… понимаю, и догадываюсь, что произошло. И ты прав, так надо было. А они…

- Мертвы.

- Хорошо.

- Господа гриффиндорцы, вы уверены, что в вашем отношении шляпа не ошиблась? Такой подход к жизни, больше присущ моему факультету. Я вижу, что мисс Уизли сильная ведьма, частично сохранить память после «Обливэйта», это очень сложно. И так, о каком месте для занятий речь?

- Тайная комната Салазара Слизерина.

- Однако, Вы не мелочитесь Поттер.

- Я перевёл дневник до конца, там много интересного и необычного. Не думаю, что Комната была создана великим магом, как конура, для его зверушки. Скорее василиск был охранником, каких-то спрятанных предметов или записей.

Глаза зельевара загорелись фанатичным огнём:

- Завтра суббота, как насчёт, сразу после завтрака?

- Лучше без него. Там атмосфера не очень способствующая пищеварению.

- Как Вы думаете, Поттер, тело убитого василиска, ещё там?

- Не знаю, может быть, если его не съели крысы. Советую, всем одеться как для пикника в канализации.

- Как-то не похоже на элегантного основателя, сделать дорогу в своё убежище, такой… неэстетичной.

- Наверняка есть и другой путь, этот предназначен для василиска. Да, я думаю, стоит захватить мётлы. Не будет же Фоукс нас каждый раз вытаскивать.


На следующий день, дождавшись, когда однокурсники уйдут на завтрак, Гарри, Рон, Гермиона и Джинни, встретились в коридоре второго этажа со Снейпом, Блейзом и Тони.

- Поттер, Вы считаете, что моё блуждание возле женского туалета, могут посчитать обычным моим времяпровождением?

- Что Вы, профессор, это исключительно в научных целях.

- Да-а? Как интересно.

Они зашли внутрь и, поздоровавшись с Плаксой Миртл, попросили её покараулить снаружи, чтобы никто не вошёл. Гарри отошёл в сторону, жестом предлагая Джинни самой открыть вход в Комнату. Девочка уверенно подошла к неработающей раковине, и, обращаясь к змейке на кране, прошипела:

- Ххешшь о ххассаа.

Находящиеся в центре комнаты, раковины, разъехались, открывая тоннель, а неработающая раковина опустилась, давая им доступ к нему.

- Тут довольно склизко, но ничего смертельного, прошу за мной, - Гарри подошёл к провалу и, прижав к себе метлу, скатился по стенке вниз. За ним с равными промежутками съехали остальные.

- Да, ты прав, это не эстетично, - прокомментировал их путь к Комнате, Блейз.

Дальше, они пробирались уже известной дорогой, через лаз в завале, прорытый четыре года назад Роном. Дверь со змеями, открывал уже Гарри. Как ни странно, длинный зал, со скульптурами змей по бокам, сегодня не вызывал такого леденящего ужаса, просто мрачно-великолепное помещение. Гарри даже показалось, что он понимает чувства мага построившего это убежище – уже не молодой, чем-то обиженный в жизни, и одинокий… не смотря на имеющуюся, у него, семью. Ведь у него точно была семья. Отбросив в сторону посторонние мысли, он повёл друзей к статуе Слизерина. Да, он был уже старцем, когда строил эту Комнату.

- Изо рта статуи, обычно и выползал василиск, - в полголоса сказала Джинни.

Перед небольшим бассейном у подножия статуи лежал скелет и мумифицированная кожа волшебной рептилии – всё, что оставили от неё крысы. Снейп с жадным блеском в глазах, шагнул вперёд:

- Да здесь настоящее сокровище. Кости и клыки василиска используются в очень малых количествах в крайне редких и сложных зельях. Я могу ЭТО забрать?

- Разумеется, профессор. Только, давайте, вначале обследуем Комнату.

Разделившись на пары, они обошли все закоулки лабиринта. Снейп довольно потирал руки:

- Идеальное место для занятий. В Выручай-комнате, можно только дуэлингом заниматься, а это, как вы понимаете, мало пригодно для тренировки реального боя. Здесь же, можно отрабатывать подкрадывание, разведку, и засады.

Осмотрев все закоулки помещения, Хамелеоны вернулись к статуе.

- Вероятно хранилище где-то внутри. Я пойду один. Вас могут не пропустить чары защиты.

- Но, Гарри, я тоже владею Серпентаго! – Джинни пошла за ним.

- Нет, оставайся здесь. Риддл из дневника-воспоминания, был твёрдо уверен, что узнать тайны комнаты и подчинить василиска, может только потомок Слизерина, а не обычный змееуст.

- Что Вы сказали, Поттер? – Снейп был в шоке.

- Мы только вчера вечером это заподозрили, профессор. Мне показалось, что способности Джинни, «заимствованные» ею у Риддла, отличаются от моих. Ребята проверили, и говорят, что они врождённые. Может быть, я тоже потомок Слизерина?

Снейп шагнул к гриффиндорцу и забормотал какие-то заклятия на незнакомом языке, воздух вокруг стал потрескивать от тёмной магии.

- Да, пожалуй. Только не по официальной линии, в Вас не чувствуется наследия Ровены. Интересно…

- Что?

- Да так, ничего. И у великих волшебников рождаются ублюдки, - и Снейп «одарил» Гарри насмешливым взглядом.

- 1:1, профессор.

- Я счастлив.

И обменявшись с слизеринским деканом дуэльными поклонами, Гарри вновь направился к статуе. И не пожалел, что не пустил сюда друзей. С левой стороны от бассейна, не далеко от того места, откуда вышел тогда молодой Риддл, была мощная защита, настроенная на кровное наследие. Она покалывала кожу Гарри, как бы проверяя, имеет ли он право здесь находиться. Минуту он стоял не шевелясь. Потом покалывание прошло, и он шагнул вперёд. Едва переступив черту защиты, юноша увидел, как окружающая его картина изменилась, слева появилась лестница, ведущая наверх (видимо нормальный выход из Комнаты), а справа, за волосами статуи, массивная, обитая железом дверь. Вначале гриффиндорец обследовал лестницу, проверяя пути отступления. Дверь наверху, открывалась вместе с портретом какого-то древнего волшебника, совсем неподалёку от личных комнат зельевара. Проверив защиту на двери, он с радостью убедился, что сможет организовать «допуск» своих друзей, если введёт разрешение на присутствие конкретно каждого из них. Спустившись обратно, он рассказал друзьям про лестницу, и провёл Обряд Доверия, поимённо вводя каждого в список допускаемых в комнату лиц. После этого, скрытые маскировочными чарами лестницу и двери, увидели уже все.

К обитой железом двери за статуей Слизерина, подходили уже с большей осторожностью. Первым шёл Гарри, а страховал его, как самый опытный в Тёмных искусствах, Северус. Змееуст проверил дверь стандартной «Аллохоморой» - ничего, прошипел «Ххешшь о ххассаа» на Серпентаго – никакого эффекта. Целый час все Хамелеоны вместе, и каждый в отдельности, пытались открыть проклятую дверь. Наконец не выдержав, с тоскливой безнадёжностью Гарри на Серпентаго, поинтересовался у спящей змеи выжженной на двери: «Какого же рожна тебе надо?»

Змея подняла голову и, открыв глаза, уставилась на парня: «Ххоззяинн?»

- «Как тебя зовут?»

- «Ссаас».

- «Ссаас, как открыть эту дверь?»

- «Ключом», - и отодвинув хвост, открыла замочную скважину.

- «А где его взять?»

- «Он висит на гербе факультета, в Большом зале замка».

Гарри припомнил, что в Большом зале, действительно есть мозаичное панно изображающее факультетские гербы, и на нём, действительно висят ключи, которые он раньше считал обычными украшениями. Не давая себе усомниться в своих действиях, парень произнёс:

- «Акцио» ключ с герба факультета Слизерин, - и через 5 минут в его руках был старинный ключ.

- Слишком всё просто, - с сомнением проговорил сзади Рон, - Не может быть, чтобы здесь не было других ловушек.

- А зачем ему устраивать ловушки на собственном пути, это же была его рабочая комната, - Блейз подошёл и погладил с интересом посматривающую на них, змею на двери.

- Осторожно. Мистер Уизли может оказаться прав, - Северус отодвинул своего студента за спину.

- Лучше, правда, отойдите подальше, мало ли что, - Гарри осторожно приблизился к двери с ключом, - «Ссаас, скажи, а другие запоры на этой двери есть?»

- «А ты быстрее догадался спросить, чем тот – другой, что был до тебя. Он просто попытался открыть замок. Мне даже пришлось укусить его. Он потом неделю не появлялся», - видно было, что змея-страж устала от одиночества и рада возможности поговорить.

- «А какие ещё запоры на этой двери, Ссаас?»

- «Это ты должен сам определить», - змея даже подмигнула изумрудным глазком.

- «Слушай Ссаас, а почему у тебя глаза зелёные?»

- «Ххоззяин ссказзал, что в честь Рика».

- «А кто такой Рик?»

- «Я не знаю, молодой хозяин».

- «А тот, который приходил до меня, он смог открыть дверь?»

- «Не сразу. И только в первую комнату. В остальные не смог. Ты должен прикоснуться к замку и разгадать загадку, если не сможешь, я тебя укушу».

- О чём она говорит? – поинтересовался зельевар.

- Ни о чём. Мне надо открыть замок, - Гарри не стал объяснять друзьям опасности своих предстоящих действий, а просто подошёл к двери, вставил ключ в замочную скважину и повернул против часовой стрелки. Раздался щелчок, и руку юноши опутали гибкие побеги, не давая оторваться от двери, - Не вмешивайтесь. Так надо, - остановил он бросившихся к нему друзей. И тут в голове зазвучал бесплотный старческий голос:

- «Ты войдешь в эту дверь, но я возьму жизнь одного из твоих спутников».

Не задумываясь ни на секунду, Гарри ответил на Серпентаго: - «Нет».

- «Тогда умрёшь ты. Подумай. Сейчас я отпущу тебя, но через час ты должен решить, чью жизнь ты подаришь мне за право прохода в эту комнату».

- «Пропусти нас сейчас, и убей меня, после того как мы осмотрим комнату».

- «Ты хочешь обмануть меня, маг. Сейчас ты почувствуешь укус, и если через час никто не будет принесён в жертву – умрёшь ты», - Гарри почувствовал боль в руке, но не подал вида, только мысленно спросил у голоса: - «А тот, кто приходил до меня, как поступил?»

- «Он привёл жертву».

- «Пропусти нас, я никуда не убегу», - дверь отворилась, а связывающие его побеги исчезли, - Прошу, - кивнул гриффиндорец, пряча руку за спину.

- Гарри, с тобой всё в порядке? – неуверенно поинтересовалась Гермиона.

- Да Герми, спасибо, всё хорошо, я просто немного испугался.

Окинув Поттера вопросительным взглядом, Снейп первый прошёл в комнату, и вскоре уже кипела работа. Хамелеоны осматривали каждый закоулок в большом, открывшимся им зале, заставленном стеллажами с книгами и волшебными артефактами. Большинство книг было написано на английском, что очень обрадовало Гарри. Неизвестно как обернётся дело с укусом, а Джинни в одиночку не справится с переводом большого количества записей.

Через час он почувствовал холод в укушенной руке, голос в голове заговорщицки прошептал: «У тебя ещё есть выбор. Осталось пять минут. Просто попроси любого из них коснуться сейчас двери. И всё у тебя будет хорошо. Твои друзья даже не поймут, что произошло. Подумают – несчастный случай. Ну же, решайся!»

- «Нет», - Гарри постарался незаметно отойти от друзей и зафиксировать дверь, чтобы она не захлопнулась, отрезав Хамелеонов от выхода, - «Не трогайте их, пожалуйста».

- «Ты пожалеешь», - голос исчез, а гриффиндорцу стало трудно дышать, мертвенный холод поднимался по рукам и ногам, не давая пошевелить даже пальцем.

- Поттер, где Вы? – знакомый язвительный голос, звучал как музыка.

Гарри улыбнулся немеющими губами: «Ну, вот и всё».

- Гарри, друг, что за шутки? - к голосу Снейпа присоединился голос Рона. Теперь уже все стали звать его. Первым к двери, возле которой сполз по стенке змееуст, подлетел Снейп:

- Поттер, что за… Гарри, что с тобой? – Сильные руки обхватили его безвольное тело, и начали ощупывать, ища повреждения. Не тратя время на расспросы, зельевар посмотрел в глаза парню: «Что с тобой? Как тебе помочь?»

- «Это плата за вход. Вы мне не поможете. Ищите всё, что может быть интересным. Если что-то будет на Серпентаго, Джинни поможет с переводом», - он закрыл глаза, держать их открытыми было тяжело, волнами накатывала апатия и сонливость, как будто разом сказались все его бессонные ночи.



Глава 15. Каждый выбирает для себя.


«…Вы мне не поможете. Ищите всё, что может быть интересным…» - дальше Северус не стал слушать, повернувшись к двери со змеёй, он мысленно потребовал: - «Отпусти его».

В голове тотчас раздался старческий голос:

- «За всё надо платить. Что ты можешь предложить?»

- «Что ты хочешь?»

- «Хм-м, я вижу мальчишка тебе дорог. Отдай мне жизнь одного из этих щенков, и он будет жить».

- «Если тебе так нужна чья-то жизнь - возьми мою».

- «Ты – декан Слизерина, умный человек, что для тебя эти сопляки? Прикажи одному из них открыть дверь, они даже не поймут, что случилось. Ну же, решайся, посмотри, как он мучается. Скоро жизнь уйдёт из него совсем. Времени осталось мало».

- «Говоришь, всего лишь коснуться двери?»

- «Да, прикажи им».

Северус осторожно опустил Гарри на пол, из-за стеллажей выступили встревоженные Хамелеоны:

- Профессор, что случилось? Что с Гарри?

- Сейчас вы заберёте его отсюда. Всем надеть перчатки из драконовой кожи. Блейз, у тебя в аптечке есть безоар?

- Да профессор.

- Дай его Гарри. Никому ничего не трогать голыми руками.

Пока Забини приподняв бесчувственного друга, пропихивал безоар ему в рот, Снейп подошёл к двери и положил ничем не защищённую руку на голову змее:

- «Бери плату, отпусти его».

- «Ты идиот. Думаешь, они оценят. Для них ты по-прежнему бывший Упивающийся. Зачем рисковать собой, ты можешь остаться с этим мальчишкой, ведь ты его хочешь, не правда ли? Вы оба останетесь живы. А я возьму другую жизнь. Ну же, твой первый хозяин не был таким нерешительным. Он сразу привёл жертву».

- Профессор, что происходит?

- Призрак Слизерина требует за вход чью-нибудь жизнь.

Хамелеоны, не задумываясь, шагнули к профессору. Общее мнение озвучил непривычно серьёзный Рон:

- Жизнь любого из нас, только пускай отпустит Гарри.

- Нет. Вы сейчас заберёте его, возьмёте книги, которые нашли, и уйдёте в мои личные покои. Пароль «Мандрагора». Если я не вернусь через час, запечатаете оба входа, и всё расскажите директору. Уходите!

- Нет.

- Мистер Уизли, это касается и остальных, я всё ещё ваш преподаватель, выполняйте приказ!

Остальные встали группой:

- Мы не уйдём. Вы важны для Ордена Феникса, также как и Гарри. Пусть призрак заберёт кого-нибудь из нас.

В помещении раздался тихий смех:

- Гриффиндор… - это диагноз. Вы прошли проверку. Сейчас он очнётся. Добро пожаловать в мою лабораторию. Теперь ваша команда может проходить сюда беспрепятственно.

- Почему?

- Я думал, ты представитель моего факультета? Мною был предоставлен выбор – вы его сделали. Теперь пожинайте его плоды.

- Почему?

- Что ты хочешь узнать?

- Почему Вы пропустили нас?

- Тот, кто приходил до вас – мой «наследничек» (угораздило же появиться на свет такому выродку), сделал свой выбор, вы – свой. Ему я открыл только эту комнату, вам – все остальные.

- Спасибо, Мастер Слизерин! – Гермиона стояла, прижав к себе толстую книгу, по щекам её ещё бежали слёзы.

- Не за что, юная леди. Я, вообще-то не такое чудовище, как обо мне рассказывается в ваших книгах. Хм-м, позвольте задать вам всем вопрос? Что привело сюда представителей сразу трёх факультетов?

- К сожалению – Ваш наследник.

- Который?

- Как который?

- Ну-у, вообще-то, этот мальчик, который сейчас продирает глаза, лёжа на полу – тоже мой наследник.

- Скажите, как такое могло выйти? – голос Гарри ещё плохо его слушался.

- Вы нарываетесь на хамство, молодой человек. Откуда я знаю? Я призрак! Поднимите свою родословную, если так уж хочется узнать. Из какого Вы рода?

- Поттер.

- Не припомню, чтобы состоял с ними в родстве. Но чем Мерлин не шутит. Откуда я знаю, что случилось после моей смерти? – призрак, как будто разговаривал сам с собой, - Да, кстати, книги и манускрипты вы вынести отсюда не сможете, копировальное заклинание тоже не сработает. Так что, ручками, ручками, конспектируйте. Желаю удачи! – и ехидно посмеиваясь, голос пропал.

Хамелеоны просидели в Тайной комнате до глубокой ночи. Северус один раз выбирался по лестнице в подземелья, чтобы принести добровольным «заточенцам» еду. Но в основном, они даже не разговаривали, углубившись в изучение доставшегося им богатства. Когда глаза уже слипались, а голова ничего не соображала, Гарри решил временно прекратить это сумасшествие:

- Я думаю, что на сегодня хватит. Мы устали, и ничего путного запомнить и записать уже не сможем. Надо сделать перерыв, до завтра. К тому же, если мы не появимся ночью в своих спальнях, пойдут слухи. Это может оказаться опасным для Вас профессор.

- Да, да, Гарри, сейчас, ещё немного…, - и зельевар опять погрузился в какой-то трактат. Гермиона и Блейз, спорившие над книгой, по-моему, даже не услышали друга. Джинни и Тони, замерли в нерешительности. Видно было, что они очень заинтересованы, но просто валятся с ног от усталости. Рон, поначалу, также не среагировавший на слова друга, всё же встряхнулся, помотал головой, жмуря усталые глаза, а потом, с силой захлопнул толстый справочник по охранным заклятиям древних кельтов:

- Гарри прав, пора заканчивать, - но, увидев, что друзья просто кивнули, не вникая в его слова, он переглянулся с Гарри, решительно встал, засучив рукава мантии, и достал палочку. Вновь обменявшись взглядами, два друга предвкушающе ухмыльнулись, и резко кинулись в разные стороны помещения, на ходу невербально посылая проклятия.

Рраз… и фолианты на коленях их друзей захлопнулись, улетев на свои места, вызывая возмущённые вопли исследователей;

Два… и на Гермиону с Блейзом напал гигантский паук, сопровождаемый кучей каких-то мерзких существ;

Три… и… тренированные игроки в квиддич – Джинни и Энтони, едва успели отскочить от кучи щебня упавшего бы им на голову, если бы не их реакция;

Четыре… и ухмылявшемуся, глядя на несчастья остальных, Снейпу, на голову вылилось ведро воды. Этого он спустить безнаказанно не смог:

- Сейчас двумя гриффиндорцами на свете станет меньше. Вандалы малолетние, марш в коридор драться. Сейчас я вам покажу, где раки зимуют…

Когда он договорил, в комнате, где они занимались, не было ни одного живого человека, кроме него. Выскочив из комнаты, и закрыв за собой дверь, профессор с трудом увернулся от целого пучка заклятий, пущенных со всех сторон. Ответив обидчикам великолепным каскадом из неизвестных в школе, не смертельных, но весьма неприятных заклятий, и услышав справа сдавленные ругательства, зельевар юркнул под прикрытие «волос» статуи Слизерина. Он напряжённо всматривался и вслушивался в окружающее пространство, пытаясь вычислить местоположение противников. Вот справа, откуда ранее слышались проклятия, раздался шорох, он ударил сдвоенным «Ступеффаем», и… едва успел увернуться. Какая-то зараза подставила под его заклятия, заклятие «Зеркала». Из полутьмы раздался тихий, но ощутимо издевательский смех.

- Ну, ладно, детки, - прошипел он себе под нос, убирая палочку, и разминая руки, для работы с беспалочковой магией, - поиграем.

И уже в полный голос:

- Все против всех! Начали!

И тут началось… Заклятия знакомые и незнакомые, на английском, гаэльском, древнеегипетском, латыни, других языках – носились по величественному залу и соседствующему с ним лабиринту, отскакивая от стен, и сталкиваясь друг с другом. Часто раздавались вопли и ругань, означавшие, что в кого-то из друзей попали. Но, пока что, все справлялись с последствиями заклятий самостоятельно. Бой длился уже больше часа. Досталось всем. Никто не мог похвастаться, что вышел из боя невредимым. К своему вящему изумлению, пропустил несколько ударов даже Снейп. Что сделало его ответные удары ещё хитрее и изощрённее. Но и мастерство его противников совершенствовалось. Эти «детишки» никогда «не наступали на одни грабли дважды». Постепенно игроки начали «выбывать». Первой была выбита из игры Джинни, не имевшая такого опыта летних тренировок, как остальные. Её «доконал» сдвоенный «Ступеффай» с идущим вслед заклинанием «Прорастания», посланные Гарри и Блейзом. Затем выбыл Тони, «придавленный» одним из «пирамидных» заклятий Рона, и чуть не смытый стихийной магией Гермионы. Рон и Герми, выключили друг друга практически одновременно, им обоим в этом помогал, довольно ухмыляющийся Блейз, но и он при этом чуть не подставился под «Птерифрогус» Гарри. А, увернувшись от гриффиндорца, попал под какое-то мудрёное заклинание Северуса. «В строю» остались только Гарри и Сев. Они кружили по лабиринту и залу, выслеживая один другого и мгновенно выстреливая заклятиями и контрзаклятиями. Но пока перевеса ни у одной из сторон не было. Хитрый слизеринец решил воспользоваться старой тактикой, которая с «львятами» всегда срабатывала. Он пытался вывести из себя Гарри, предварительно наложив заклинание «Тишины» на выбывших из боя Хамелеонов. Ему почему-то не хотелось унижать Гарри перед друзьями.

- Поттер, из всех тупых и криворуких идиотов, Вы - самый бесполезный. Даже наложить на меня проклятие из-за угла Вы не способны. «Таранталегра!»

- «Фините инкантатем! Я польщён словами Мастера в столь хитром искусстве, как прятанье по змеиным норам. «Птерифрогус максима!» О-о, профессор, из Вас получилась такая милая жабка.

Снейп на пределе своих возможностей вернул себе нормальное состояние, и тут же выдал цепочку сложных темномагических проклятий, одним изящным жестом руки с палочкой, отражённых Гарри в него же. Он инактивировал проклятия, уже улыбаясь во всю. «Хорош, паршивец! Ну, ничего, а как тебе понравиться это?» - и он запустил в мальчишку проклятием из разряда особо сложных, которое смог расшифровать недавно в библиотеке Слизерина. Но зеленоглазое недоразумение и здесь вывернулось. Так они гонялись друг за другом по лабиринту ещё с полчаса. И ни одному не удавалось «достать» другого. Наконец, применив сложные маскировочные чары, Северусу удалось «подловить» гриффиндорца в одном из ответвлений лабиринта, и парализовать «Ступеффаем». Когда, держа лежащую на полу фигуру под прицелом палочки, слизеринец приблизился к мальчику, азарт и адреналин боя сменился совсем другим желанием. Не смотря на то, что они весь день просидели в подземелье за работой, а потом ещё полтора часа «воевали», Сев не чувствовал усталости. Наоборот, «подогретые» маленькой тренировкой войны, сексуальные фантазии рвались наружу, требуя реализации. Подойдя к парализованному парню, он опустился на колени и нежно, едва касаясь пальцами, обвёл контуры его лица. Не в силах больше сдерживаться, наклонился и накрыл губами чуть приоткрытые губы. Но… когда Сев понял, что перед ним иллюзия, было поздно. Ему в горло упиралась палочка, а вторая рука хитрого мальчишки держала его за волосы, не давая вырваться и дотянуться до своей, лежащей рядом, палочки.

- Так хочется, профессор? – промурлыкал в ухо чуть охрипший от беготни голос. Прерывистое дыхание щекотало кожу. «Всё же я его загонял», - с удовлетворением подумал Снейп.

- СЕ-ВЕ-РУС… - то ли простонали, то ли прошептали мягкие губы, смыкаясь на мочке его уха. Но рука в волосах и прижатая к горлу палочка ни разу не дрогнули. «Молодец, мальчишка!»

- Гар-ри…

- Мурр! – его ухо лизнули.

- Прекрати. Иначе я за себя не ручаюсь, - голос Сева был хриплым, как карканье ворона.

- И что ТЫ сейчас можешь сделать? – протянул мальчишка. Он прижался к мужчине сзади, всем телом, не оставляя ни капли сомнений, о своей собственной реакции на их «охоту» в лабиринте.

Северус обмяк, откидываясь на стоящего за ним гриффиндорца. На мгновение, палочка Гарри дрогнула, рука в волосах расслабилась. Всего на одно мгновение. Но этого хватило. Зельевар резким толчком качнулся назад, выводя из равновесия своего противника, и со скоростью и гибкостью змеи, вывернулся, ставя тому подножку. Поймав на лету, падающее тело, положил на пол, и мгновенно придавил собой конечности парня, не давая пошевелиться.

- Многое малыш, многое… Ты только не пытайся вырываться, пожалуйста. А то я не смогу остановиться… - последние слова он произнёс уже шёпотом, в самые губы мальчишки, - Ммм, ты вкусный.

Он целовал и покусывал, не в силах оторваться и прекратить эту сладкую пытку. А Гарри буквально «плавился» в руках слизеринца. И только услышав полный желания стон, Северус отстранился:

- Вот таким ты мне больше всего нравишься, - юноша лежал, тяжело дыша приоткрытым ртом с припухшими губами, зелёные глаза были подёрнуты дымкой. Не в силах сдержаться, Сев стал целовать его снова. Рука сама с собой поползла к прижатой к его телу «выдающейся» части гриффиндорца, и сомкнулась на твёрдой выпуклости. Гарри вскрикнул и выгнулся, прижимаясь к нему всем телом. Их губы размыкались только чтобы дать друг другу глотнуть воздуха. Освобождённые руки парня прижимали поджарое тело зельевара. Защитные костюмы и рубашки под ними были расстёгнуты, и Сев, проложив дорожку из поцелуев от уха до шеи Гарри, сомкнул губы на его соске. Руки мальчишки тут же метнулись в ответной ласке. «Сомневаюсь, что в этот раз я смогу остановиться», - мелькнула и куда-то умчалась мысль в голове гриффиндорца. А Северус ни о чём не думал и ничего не загадывал, просто наслаждаясь объятием и ласками. Но на периферии сознания всё время билась мысль: «Сев, он твой студент! Ты не можешь… Потом, всё потом. Я ведь тоже человек. А он такой… Гарри! Гарри! Что же ты со мной делаешь!?» С трудом, он оторвался от заласканного мальчишки, и отвёл глаза, боясь вновь сорваться:

- Мы не можем… Ты студент… Я не могу…, - голос звучал как хриплое карканье.

- Значит, чтобы убить Воландеморта, я достаточно взрослый, а чтобы спать с тобой – нет? Я не знал, что Вы такой лицемер, профессор. В конце концов, там, в резиденции, я не казался старше, но Вас это не остановило! Браво! Вы манипулятор не хуже Дамблдора! – тон поднявшегося и поправляющего одежду Гарри был пронизан издёвкой, - Ну, что же, желаю приятно провести сегодняшнюю ночь. А я, пожалуй, отправлюсь отсыпаться в «Эрн Рок», завтра всё равно воскресенье.

Гарри поправил волосы и, развернувшись, направился приводить в чувство своих товарищей. А Северус всё глядел ему вслед, не произнеся ни слова.

Перенёсшись вместе с друзьями в замок Гермионы, гриффиндорец устроился под боком у спящего Сезара, и впервые за полтора месяца нормально уснул. Проснулся он уже часов в одиннадцать, когда все взрослые обитатели замка были уже на ногах. Обменялся с Сезаром почти братским поцелуем (почему-то события предыдущей ночи не вызывали сегодня тяги к постельным играм с Сезаром), и отправился в душ. Когда он, позавтракав, появился в дуэльном зале, его любовник и лучший друг уже фехтовали. Гарри невольно залюбовался, глядя на слаженный танец их движений: «Красивая пара», - подумал он вскользь, и почти забыл об этом. Но мысль почему-то вернулась, юный целитель внимательно присмотрелся к лицу друга. В голове замелькали случайные взгляды и недомолвки, странная «пришибленность» Рона перед отъездом в школу, и Гарри вдруг понял, что его лучший и самый первый друг – неравнодушен к Сезару. Недомолвок, гриффиндорская часть его сущности не любила, и он решил, что поговорит с Роном сразу после боя. Дождавшись, когда тот выйдет из душа, он прямо задал вопрос:

- Рон, тебе нравится Сезар?

Лис помолчал, но глаз не отвёл:

- Да, ещё с прошлого Рождества. Но ты можешь, не беспокоится. Я друзей не предаю.

- Так он и есть твоё «нечто большее»?

- Да. Но он любит тебя.

- Мы с ним друзья. Помнишь, как ты встречался с Гермионой? Любовь-дружба, первый опыт, и всё такое… Если у тебя это серьёзно, я отойду в сторону и не буду вам мешать.

- У меня с ним серьёзно. Но он об этом не знает, - невесело усмехнулся Рыжик.

- Так за чем дело стало? Добивайся! Я пока не буду приезжать в этот замок. Всё равно мне записи Слизерина надо будет переводить. А вот для тебя я выпрошу разрешение Дамблдора возвращаться сюда в воскресенье. И я тебя слишком плохо знаю, если поверю в твою нерешительность.

- Спасибо, друг.

На следующий день, они все дружно схлопотали отработки, за самовольную отлучку из Хогвардса. Гарри поговорил с Дамблдором, и тот позволил Рону и Гермионе переносится в «Эрн Рок» с вечера субботы до вечера воскресенья, но остальным, в том числе Гарри, это было запрещено. Целитель усмехнулся про себя, он уважал и ценил директора, но понимал, что ради победы над Воландемортом, тот пожертвует любым человеком из своего окружения. Альбус Дамблдор был великим светлым волшебником, и не менее, великим манипулятором. Старый маг просто не хотел выпускать Избранного мальчишку из своего поля зрения. Свою неделю наказаний Хамелеоны отрабатывали по отдельности. Рон с Филчем, Гермиона с мадам Пинс, Тони с Флитвиком, Джинни с Хагридом, Блейз с МакГонагалл, ну а Гарри достался… Вы уже догадались, кто? Правильно – Снейп, собственной разозлённой его словами персоной. Гарри варил зелья для Больничного крыла каждый вечер в течение недели, в личной лаборатории зельевара, на пару с её хозяином. И за всю неделю они не перебросились и двумя фразами. Профессор молча указывал на название зелья, а Гарри так же молча его варил. Судя по тому, что Снейп не разу не уничтожил готовое зелье, у целителя не было проблем с предметом Зельеварения (но только с ПРЕДМЕТОМ, а не с его преподавателем). Не известно, сколько бы продолжалась их игра в молчанку, но в неё вмешался, основательно подзабытый ими Воландеморт.

В последний вечер отработки, Снейп и Гарри синхронно схватились, один за шрам на лбу, другой за метку на левом предплечье, и посмотрели друг другу в глаза.

- Расскажешь Дамблдору.

- Хорошо. Удачи.

Никто из них ещё не знал, что удача на этой неделе им ох как понадобится. Тёмный лорд как с цепи сорвался. Затишье кончилось. Сначала, налёт на Министерство, отражая который, погибло, и было ранено много авроров и простых министерских работников. Артур и Перси чудом избежали смерти. Затем, выборочные, хорошо спланированные акции устрашения. Сначала уничтожались небольшие маггловские кварталы рядом с замаскированными объектами магического мира, потом семьи магов «запятнавших» себя родством с магглами и грязнокровками. Даже предупреждения, которые передавал теперь через зачарованный галеон, Снейп, помогли предотвратить лишь некоторые из нападений. Гарри тоже старался изо всех сил, «вытягивая» из мозга Риддла сведения об объектах «охоты». Это была выматывающая процедура, необходимо было очень тщательно маскировать своё присутствие, чтобы этот непредсказуемый псих, его не заподозрил и не устроил настоящий террор. На будущее Гарри зарёкся допускать подобные ситуации. Они с Хамелеонами слишком расслабились, занимаясь учёбой, и реже стали участвовать в диверсиях. Необходимо было спланировать отвлекающие внимание нападения, заставившие бы Упивающихся и их Лорда «вертеться, пытаясь укусить собственный хвост», как они делали летом, а они пустили всё на самотёк, предотвращая лишь похищение маггловских детей.

«Понадеялись на Аврорат, блин!» - со злостью думал Гарри, в очередной раз, пытаясь спасти семью магов из уже горящего дома. К сожалению, всё опять впустую. Молодая семья с двумя детьми была зверски убита, ещё до поджога дома. Они опять опоздали. Вокруг него с ожесточёнными лицами стояли его Хамелеоны. Из десяти спасательных акций, на этой неделе, провалились четыре. Двадцать один погибший, из них шестеро детей. Целитель был уверен, что до конца жизни не забудет их лица. В его отряде было пополнение: Сьюзен Боунс из Пуффендуя – единственная оставшаяся в живых из целой семьи, она была членом «АД» и смогла продержаться до прихода Хамелеонов, и Симус Финиган, которому удалось-таки вывести своих родителей, пусть израненных, но живых, из взорванного УПСами дома. В который раз поразился Гарри, насколько простые маги слабо разбираются в защите, если два подростка, владеющие только базовыми школьными защитными заклинаниями, смогли сдержать нападение Упивающихся на свои семьи, а взрослые колдуны и ведьмы, безропотно гибли под «Авадами» прихвостней Воландеморта.

- Так больше не должно продолжаться! Нам надо перехватить инициативу, - слова Рона полностью совпадали с мыслями самого Мальчика-который-выжил.

- Нам известны, пять их баз. О их местоположении знает широкий круг Упивающихся, поэтому, своими нападениями мы никого не подставим. Рон и Джинни, сейчас вы аппарируете к близнецам и подберёте там что-нибудь для взрывов и отвлечения внимания, а также, что-то эффектное и плохо снимаемое из персональных Вредилок. Насколько я знаю, за большинством пыток стоят Мальсибер, Руквуд и Макнейр. Вот им, ПЕРСОНАЛЬНО, мы и будем гадить. Встреча возле западной точки наблюдения третьего объекта, через час. Действовать пока они не вернулись на базы. Больше не будем пытаться ухватить их за хвост, лучше врежем по возвращающимся мордам. Да так, чтобы долго помнили.


Через час, один из охранников замаскированной базы Упивающихся, на которой преимущественно, проводилась подготовка молодых УПСов к боевым действиям, а также, хранились многие необходимые и редкие боевые артефакты, увидел прямо перед дверью… большого полосатого кота. Что-то слышанное от своих приятелей летом, зацарапалось у него в мозгу, но… не вспомнилось. А зря. Иначе, быть может, он пострадал бы в этой стычке меньше. Не вспомнилось, так не вспомнилось, поэтому, он просто шикнул:

- А ну, брысь! Пшёл вон, блохастый!

«Фи, как не вежливо! А ещё чистокровный последователь вашего припадочного лорда. «Птерифрогус максима птеригиум!» - пронеслись чьи-то мысли в голове охранника, а остальное, он воспринимал уже с точки зрения лиловой жабы с совиными крыльями и большими когтями, которая металась по помещению охранников, вызывая панику своих бывших коллег.

Пока УПСы метались по караулке, не понимая что происходит, Хамелеоны произвели захват базы и установили в стратегических местах «новинки» близнецов Уизли, дожидаясь возвращения карательных отрядов. И когда первая группа карателей, под руководством Макнейра, вошла внутрь базы, началось светопреставление. Со всех сторон раздались взрывы, пространство заволокло разноцветным дымом, в котором мелькали ведения рождённые подсознанием убийц. А подсознание у них было богатое и обременённое жизненным опытом. Поэтому половина отряда, а это больше двенадцати магов, просто сошли с ума от страха. Остальных прицельно, по-снайперски, достали своими заклятиями Хамелеоны. Заклятия были малоизвестные и практически необратимые, но меньше всего повезло самому Макнейру. Гарри и Гермиона, с помощью Рона, сотворили такое сложное проклятие, что он превратился в памятник своим же преступлениям, наяву переживая то, что он творил со своими беззащитными жертвами. Раны заживали, и всё начиналось сначала. Это было очень страшно наблюдать со стороны. Проклятие не могло быть снято никакими средствами. Разрушив базу до основания, и зафиксировав на её территории всех УПСов, Хамелеоны удалились прочь. В эту ночь пострадали ещё две базы Воландеморта, и отряды карателей, вернувшиеся с акций.

В магическом обществе царил разброд. Большинство магов оплакивали родственников, погибших от рук УПСов, последователи же Воландеморта были в шоке от ответных ударов, нанесённых Хамелеонами. Школа Чародейства и Волшебства шумела и бурлила как позабытый на огне котёл. К удивлению Гарри слизеринцы ходили мрачные и понурые. Это обстоятельство разъяснил Блейз:

- Они боятся…

- Что с их родителями будет тоже, что и с Макнейром?

- Нет. Что их заставят принять Метки. Большинство не хочет участвовать в пытках и издевательствах. Говорят, Лорд заставил присутствовать Драко, Панси, Тео, Миллисенту и Кребба с Гойлом на одной из пыток магглов. Так они там, в обморок попадали, а потом их ещё два дня рвало. Риддл был в гневе, их папашам досталось «Круцио». А Эдриена Пьюси, Ну, помнишь, в прошлом году школу закончил? Так вот, его Лорд самолично заавадил, когда тот отказался участвовать в пытке. Так что теперь мои однокурсники в «вилке», и к Лорду в слуги не хочется, и к Дамблдору не пойдёшь.

- Да, ситуация. Ты бы там побеседовал с ними. Без давления. Так, между прочим… Не думаю, что Министерство будет их преследовать, если они просто исчезнут вместе с семьями, - Рон посмотрел на Гарри.

- Министерство как раз будет, а вот Дамблдор, может быть, и нет. Ты разузнай, пожалуйста, Блейз, какая там обстановка, а потом, решим, что делать. Торопиться мы не будем.

Но жизнь распорядилась иначе.



Глава 16. Метка.


В учёбе и тренировках незаметно пролетел конец октября. Страшные рейды Упивающихся постепенно сошли на нет. Сложно сказать, чем это было вызвано, то ли ответными ударами Хамелеонов, то ли возросшей оперативностью авроров, но Темный лорд и его приспешники снова затаились. Правда, в эту иллюзию безопасности больше никто не верил, все понимали, что он готовит что-то новое. Гарри регулярно незаметно проверял мозг безумца на предмет рождения новой идеи фикс, но пока всё было спокойно. Мысли Тома Риддла были заняты пополнением поредевших рядов своих Упивающихся. Учитывая разброд и шатания в рядах отпрысков УПСов, особого восторга такая перспектива у них не вызывала, но они предпочли затаиться, и выждать время. Как потом, оказалось, сделали они это напрасно, времени-то у них и не было. Первым делом это коснулось Теодора Нотта, которому как раз 30 октября исполнилось 18 лет. Его мать прислала в замок сову с официальным прошением, отпустить сына на празднование Дня рождения, в их поместье. Это разрешение было дано, Тео отпустили на три дня.


Блейз Забини шёл по коридору подземелий к портрету, закрывающему вход в гостиную Слизерина. Оставалось только 5 минут до отбоя, и он боялся попасться на глаза Филчу и схлопотать отработку. Как обычно, назвав пароль и пройдя мимо младшекурсников в гостиной, слизеринский отщепенец, привычно игнорировал подозрительные взгляды своих однокурсников. Он устал. Просто вымотался сегодня, тренируясь с остальными Хамелеонами в Тайной комнате. Иногда он даже ловил себя на нежелании возвращаться в спальню своего факультета. Нет, «змейки» не задевали его, они великолепно чувствовали его возросшую силу, и просто делали вид, что его не существует. В принципе, ему было наплевать на их отношение… Точнее, на отношение всех слизеринцев, кроме одного. Одержимость Драко Малфоем так и не прошла. А проклятый Слизеринский принц, делал вид, что он отродясь не слыхивал ни о каких Забини. Только часто Блейз чувствовал спиной его взгляд, но когда оборачивался, в серо-серебристых глазах не было ничего кроме холодного отчуждения. Но со своей возросшей силой и интуицией, он не мог ошибаться, взгляд Драко был… голодным и несчастным. Пару раз Блейз набирался смелости, чтобы поговорить с Малфоем, но каждый раз тот уходил от разговора. В груди слизеринского Хамелеона росла тоскливая безнадёжность. И вот сегодня, как обычно, все пялятся ему вслед. А Драко Малфой даже не снисходит, чтобы присутствовать в гостиной. Да, и в последние два дня, точно с выходных, он его видел только на уроках. Что-то насторожило Блейза. «А ведь, правда, я последние два дня вижу его только на занятиях. Да и остальных семикурсников в гостиной нет уже два вечера», - в такие совпадения Хамелеон не верил. Припомнив недавно выученное на древней латыни заклинание определения местонахождения, он определил, что Малфой в своей отдельной спальне старосты. Как ни странно, там были и все остальные старшекурсники. «Военный совет у них там, не иначе», - усмехнулся он. Но, вспомнив усталое и потерянное лицо любимого, на сегодняшних занятиях, он решительно двинулся в сторону комнаты старосты. Туда только что вошла Панси, и дверь не успела ещё до конца закрыться. Блейз кинулся вперёд и протиснулся в щель. Увиденное, вызвало у него шок. На кровати Драко лежал Тео Нотт в очень хреновом состоянии, Панси, Грег и Винс, мотались по комнате в состоянии тихой паники. Милли невозмутимо полировала ногти, прислонившись к стене. Вся тумбочка возле кровати и пол рядом с ней, были завалены разными флаконами с зельями и мазями. Драко же пытался напоить мечущегося в бреду одноклассника каким-то зельем.

- Что здесь происходит?

Все обернулись к нему.

- Что ты здесь забыл, Забини? – не совсем уверенно схамил Винс.

- Я спросил, что здесь происходит? Могу повторить для тупых, по буквам.

Драко устало повернулся к нему:

- Отстань от него Винс. Теперь уже всё равно, я ничего не могу сделать, Тео умирает. Ни одно зелье не может помочь. Я перепробовал всё.

Блейз похолодел, Драко был лучшим по Зельеварению в школе. Его слова стоило принимать всерьёз.

- ЧТО СЛУЧИЛОСЬ? – как можно спокойней, выделяя каждое слово, повторил он.

- Два дня назад, на свой День рождения, Тео получил Метку. Я слышал, что после этого маг несколько дней болеет, но тут что-то совсем непонятное. Такого быть не должно, - Драко приподнял пропитанную мазью ткань с левого предплечья Тео.

Блейз невольно сглотнул и на мгновение прикрыл глаза. За лето он видел немало смертей, и редко какая из них была лёгкой, но это… Левая рука Нотта, до самого плеча была вздувшейся и исчерченной коричнево-багровыми полосами – гангрена, Блейз, после курса магической и маггловской медицины, пройденной за лето, в этом даже не сомневался. Новоявленный УПС был без сознания.

- Чего вы здесь расселись, его надо срочно в больничное крыло…

- Тогда, лучше сразу в Азкабан. Ты забыл? Больничное крыло охраняют авроры. Даже мадам Помфри не сможет скрыть ЭТОГО, - Драко смотрел на Блейза снизу вверх, как загнанное в угол животное, - Мы перепробовали всё. Зелья. Мази. Маггловские лекарства. Ничего не помогает. Он умирает, Блейз.

Забини с шипением втянул сквозь зубы воздух, отвернулся, вцепился рукой в волосы и, как будто на что-то решившись, сжал зачарованный галеон в кармане, мысленно прося: «Гарри! Теодору Нотту очень плохо, он умирает. Это похоже на отторжение метки. Началась гангрена». На что, через полминуты у него в голове раздался ответ: «15 минут. Жди».

Блейз обернулся к однокурсникам и угрожающим тоном сказал:

- Я сейчас позову сюда целителя, но если хоть одна сволочь вякнет, об этом родителям, или ВАШЕМУ Лорду, зааважу на месте. Все всё поняли?

Слизеринцы смотрели на него, не в силах поверить.

- Целитель… Но они уже лет двести как не рождались…

- Я повторять не буду. О том, что здесь сейчас случится, будете молчать даже под «Круациатусом», вы поняли?

- Да… Только сделай что-нибудь, - Драко и Панси умоляюще смотрели на Блейза.

Миллисента оторвалась от стены, и с брезгливой миной шагнула к выходу из комнаты:

- Увольте, я не собираюсь якшаться с предателем и его дружками. Теодор сам виноват, видимо он сильно сопротивлялся воле нашего Лорда, и тот наказал его. Это право нашего Повелителя, наказывать неугодных.

- Милли, заткнись! – Панси схватила одноклассницу за руку, - Неужели тебе не жалко Тео?

- Он теперь бесполезен для нашего Лорда. Отпусти меня!

- Отпусти её, Панси, - обманчиво спокойно, сказал Блейз. И когда она проходила мимо него к двери, он поднял палочку, прикоснулся к её голове и чётко сказал: - «Обливэйт». Вся операция не заняла и трёх секунд.

- Ты ничего не помнишь! Провалялась два вечера в постели, потому что болела голова. Ты никого не видела. Иди в спальню.

- Я никого не видела, - как сомнамбула повторила Миллисента Булстоуд, и деревянной походкой вышла за дверь.

- Круто ты с ней, - Грег с интересом посмотрел на Забини.

- Я и насчёт «Авады» не шутил.

Через пять минут запертая на сильнейшие запирающие заклятия дверь отворилась, и в комнату вбежал… полосатый кот.

Слизеринцы уставились на него во все глаза. От чудом уцелевших на уничтоженных базах УПСов, всем членам их семей была известна роль этой… КИСЫ, в уничтожении объектов.

- Прокляни меня Мордред…, - прошептал напуганный Винс. Его отец до сих пор при виде кошек впадал в истерику.

Мохнатый монстр насмешливыми зелёными глазами оглядел собравшихся в комнате, кивнул Блейзу, и прошествовал к кровати.

Слизеринский Хамелеон незаметно взял на прицел своей палочки сокурсников. Возле постели, находящегося без сознания Нотта, кот превратился… в Гарри Поттера. Вот это был номер. Глаза слизеринцев на лоб полезли.

- Поттер, какого…

- Я тоже рад видеть тебя, Малфой. Что ты ему давал?

Драко подобрался и чётко стал перечислять, что и когда он давал Тео.

Гарри кивал одобрительно головой, а сам снимал остатки рубашки с бесчувственного слизеринца. Потом он начал проводить руками, не касаясь тела, под его ладонями появилось мягкое золотистое свечение. Мечущийся на кровати парень сразу успокоился и обмяк.

- Хреновые у него дела. Надо было раньше меня звать, - высказался гриффиндорец, но рук не опустил. Проведя ещё раз руками над всем телом, он сконцентрировался на левой руке. Золотистое сияние усилилось и… О, чудо! Опухоль начала спадать, пропали страшные полосы, предвещавшие гангрену. Парень на кровати пошевелился и открыл глаза:

- Поттер… - прошептал он.

- Здравствуй, Тео! Ты знаешь, что в тебе течёт кровь викингов-берсерков?

- Моя мама из старинного норвежского магического рода. Да, говорили, что какая-то боевая трансформация у них в роду была, - едва слышно ответил Теодор.

- Так во имя Мерлина! Зачем ты согласился на Метку?! Берсерки и Ульфхеднары НИКОГДА не подчинялись рабским клеймам. Твоя сущность, твоя кровь противится рабству. Ты слышал, что волк, попавший в капкан, может отгрызть себе лапу, только чтобы освободиться? Так и твоя магия крови скорее убьёт тебя, чем позволит стать рабом.

- Отец приказал мне…

- Он знал?

- Нет. Не знаю. Может, мама знала, но её даже не подпустили ко мне в Нотт-Холле.

- Я временно блокировал действие метки. Блокады хватит на три часа. Что будет потом – решать тебе. Если не уничтожить заклятия подчинения, на которых держится Метка – ты умрёшь. Если уничтожить – перестанешь быть Упивающимся. Решай! – Гарри устало повернулся к замершим, от ужаса и восхищения, слизеринцам, - Ему поесть надо. Он очень ослаб.

Панси выскочила за дверь и вернулась через пять минут с двумя огромными блюдами сэндвичей и большой бутылкой красного вина. Наколдовав бокалы для всех присутствующих, она разлила вино и левитировала их к сидящим в комнате.

Гарри привычно проверил вино и еду на посторонние примеси, а потом с удовольствием отпил глоток прохладного вина и закусил сэндвичем. Только сейчас он почувствовал, как проголодался от этих манипуляций. Поели в абсолютной тишине. Первым прервал молчание, уже меньше похожий, на покойника Нотт:

- Поттер! Если у меня не станет Метки, мою семью убьют.

- Нет, если не заметят её отсутствия. Татуировку можно оставить. Вычленить и удалить нужно только заклятия подчинения. Даже, пожалуй, одну ниточку заклятия связи сохраним. А то, как ты узнаешь, что тебя Риддл вызывает?

При упоминании маггловского имени их Лорда, слизеринцы испуганно вздрогнули.

От Драко Малфоя не укрылось то, как Блейз «прикрывет» от них Поттера. Вспыхнувшая вдруг ревность и накопившаяся за две бессонных ночи усталость, сделали своё дело, и с его губ сорвался грубый вопрос:

- Поттер, ты спишь с Забини?

Гарри картинно приподнял брови, отсалютовал Малфою бокалом и промолчал, предоставляя Блейзу говорить всё, что он считает нужным.

- Гарри бой-френд моего отца. Ты это хотел выяснить, Малфой? – тон слизеринского Хамелеона был предельно холоден и насмешлив.

- Да, Блейз предпочитает одну белобрысую сволочь, - насмешливо добавил Гарри, заставляя Драко замереть с приоткрытым ртом и пламенеющими румянцем щеками.

Панси хихикнула, зажав рот рукой, Винс и Грег весьма натурально изображали кашель. Тео тоже улыбнулся слабой улыбкой:

- Я согласен. Никогда не хотел быть Упивающимся, да отец приказал. А что мне делать, если меня пошлют на карательную операцию? Я не хочу пытать этих несчастных магглов.

- Товары в «ВВВ» могут купить все желающие, а там есть такая прелесть как блевательные батончики… Мне, что ещё тебя учить, как откосить от рейдов? Сам что-нибудь придумаешь. А в открытом бою с аврорами старайся бросать как можно больше проклятий, только не смертельных, суетись, лезь в глаза командирам, только целься мимо, да сам уворачивайся.

Тео невесело рассмеялся:

- Дожили! Это филиал Св. Мунго какой-то! Гарри Поттер меня инструктирует, как вести себя в бою с аврорами. Кому рассказать – не поверят.

- Ладно, умник. Будем убирать заклятия подчинения или нет? А то это долгая песня. Займёт несколько часов.

- Да.

- Ты уверен?

- В том, что я хочу жить? Разумеется. А что мне отцу сказать?

- А надо?

- Не знаю.

- Ты окклюменцией владеешь? А то я могу тебе, потом и память стереть, чтобы Лорд ни о чём не догадался.

- Немного разбираюсь. Вообще-то у меня врождённая защита, от матери досталась.

- Ну и славно. Готов?

- Давай.

Тео улёгся поудобнее, а Гарри снова стал водить руками, теперь уже, только над его левым предплечьем. Целитель «выхватывал» нити тёмномагического заклятия порабощения и потихоньку уничтожал их. Работа была кропотливой и требовала неусыпного внимания. С удивлением, он понял, что его пациент изо всех сил помогает, подпитывая своей жизненной энергией. В его ослабленном состоянии, это было чревато.

- Тео, прекрати отдавать мне энергию, тебе она самому нужна. Я справлюсь. Нужно только время.

Через два часа он вынужден был прерваться из-за сильнейшей усталости. Оставалась приблизительно, ещё треть работы. Оглянувшись, Гарри с удивлением понял, что никто из слизеринцев комнату не покинул. На часах было 1.15.

- Идите спать. Не съем я вашего Тео.

Панси подала ему стакан с тыквенным соком и сэндвич:

- Подкрепись, ты на инферия похож.

- Спасибо за комплимент. Но всё же, идите спать, через семь часов на занятия.

Панси и остальные посмотрели на Драко, тот кивнул, слизеринцы потянулись к двери:

- Спокойной ночи.

- Ночи.

Когда они ушли, Гарри посмотрел на Малфоя:

- Ты бы тоже где-нибудь устроился, срубишься завтра на Трансфигурации.

- А ты?

- Я привык. Кошмары, - Гарри и сам не понимал, зачем сказал это. Видимо что-то связанное с магией целителя не давало скрывать истинные чувства во время лечения, - Тео, ты тоже поспи, так легче будет.

Тот с усталым вздохом закрыл глаза. Перед тем как вернуться к лечению, целитель ещё успел увидеть, что Блейз взмахом палочки, превращает кресло в большую кровать, и подталкивает к ней Драко. А после этого вновь тёмные щупальца заклятий, которые надо распутать, чтобы освободить парня. Ничего вокруг он больше не видел.

Не видел, как лежащий на наколдованной кровати Драко, обхватил руками защищающего Гарри Блейза, и стал целовать его шею, ухо, постепенно разворачивая парня к себе.

Не видел, как Блейз, одним движением убрав палочку, повалил блондина на спину, и молча впился поцелуем в его губы.

Не слышал, как он сказал Хорьку, яростным шёпотом:

- Если ты ещё раз посмеешь меня игнорировать, или предашь кого-нибудь из моих друзей своему припадочному Лорду, я убью тебя, - его рука сжимала горло Драко, который тяжело дышал, доведённый до предела.

«О Мерлин, он ведь только поцеловал меня, а я уже на грани», - впервые Слизеринский принц понял, что игры кончились. Он не сможет жить без Блейза. И никогда не предаст его друзей.

- Чем угодно поклянусь, только не останавливайся, - простонал он, глядя в льдисто-голубые глаза Хамелеона.

- Да-а, прямо сейчас, при Гарри и Тео? – глаза приобрели более мягкий голубой оттенок, губы прижатые к уху Малфоя улыбались, руки медленно ласкали распростёртое под ним тело.

Драко вспомнил, что он двое суток провёл возле умирающего Тео и насквозь провонял зельями и страхом, да и выглядит сейчас, мягко скажем, не идеально. Но, похоже, Блейзу не было до этого никакого дела. Он мягко, но настойчиво снимал с блондина одежду.

- Блейз, ты сам говорил, здесь Тео и Поттер…, - пролепетал на последних остатках самообладания Слизеринский принц, а потом знаменитый самоконтроль Малфоев приказал долго жить, и уже почти обнажённый Драко впился отчаянным поцелуем в губы Блейза, обвивая его тело ногами и призывно прижимаясь к его вставшему члену своим.

- По тебе не похоже, что ты против…, - прохрипел, хватая воздух ртом, Забини.

- А я и не против, пусть хоть весь Хогвардс смотрит. Я больше не могу без тебя.

Они целовались, катаясь по постели, срывая друг с друга одежду, не замечая двух усталых ошарашенных взгляда.

- М-да, по-моему, нам надо отсюда уйти, - проговорил, отводя глаза Гарри, - Ты сможешь подняться?

- Куда я нафиг денусь? Не с ними же в одной комнате оставаться. Им сейчас помешай, так заавадят.

- Точно. Пошли. Давай помогу до спальни добраться.

- Спасибо Гарри. Я твой должник по гроб жизни.

- Иди в пень. Тоже мне должник нашёлся. Живи, и другим помогай жить.

- Интересная философия. Ты вообще интересный человек, целитель. Жаль, что сейчас я не в состоянии с тобой поговорить. Но потом, хотелось бы встретиться. Да, будь осторожен. Наш декан… Упивающийся. Приближённый самого Лорда.

- Я знаю.

- Но…

- А вот об этом, я с тобой говорить не могу. Иди спать, уже 3.00. Спокойной ночи.

- Спокойной ночи. Тебя выпустить?

- Хм-м, а ты думаешь, как я сюда зашёл? Меня ваш портрет пропускает без пароля.

- Мордред и Моргана! Ну, ни хрена себе. Чтобы Слизерин тебя без пароля пропускал? Ни в жизнь не поверю!

- Похоже, не один Риддл его наследник. Так получилось. Ложись спать.

- Мерлиновы… штаны!!!

- Они самые. Спокойной ночи, - устало посмеиваясь, Гарри превратился в кота и удалился.

- Полный п….ц!!!

С этой ночи Гарри стал замечать, что отношение к нему и его друзьям со стороны семикурсников Слизерина резко изменилось. Их не просто оставили в покое, как неизвестную потенциально опасную величину, их УВАЖАЛИ. Молчаливый медведеподобный Тео Нотт вообще стал тенью Гарри. И сколько ему гриффиндорец не говорил, что не нуждается в телохранителях, продолжал ненавязчиво его защищать. Нет, со стороны, непосвящённым, это было незаметно, но Хамелеоны посмеивались. Когда же целитель объяснил им, в чём дело, Герми уверенно кивнула головой, как будто подтверждая свои мысли:

- Точно.

- О чём ты? Я ещё раз с ним поговорю. Он поймёт.

- Это бесполезно, Гарри. Берсерки не бывают рабами, но если воин-медведь выбрал себе вождя, он будет верен ему до последней капли крови.

- Чёрт. Об этом я не подумал.

- Уж лучше ты, чем Воландеморт. Не думаю, что ему можно участвовать в операциях против Хамелеонов, он может перебить «своих».

Так всё и продолжалось. Учёба, занятия с «АД», учебные бои в Тайной комнате… И никакой личной жизни. Из-за частых нападений УПСов, Рон и Герми не пользовались своим правом возвращаться по субботам в «Эрн Рок». А значит, Рон не мог разобраться в своих отношениях с Сезаром. Герми, ставшая, настоящей красавицей, привлекла внимание многих парней, но ни одному из них не давала повода считать себя «его девушкой». Гарри… с Гарри вообще, отдельная история.



Глава 17. Ревность и старые тайны.


Гарри возвращался с занятий в Тайной комнате. Усталость, которая окутывала каждую его мышцу, была даже приятной. Он говорил себе, что это чувство удовлетворения оттого, что боевая магия даётся ему всё лучше и лучше, но подлое подсознание подсказывало, что усталость отодвигает на второй план чувство неудовлетворённого желания. Ещё бы, два месяца встречаться с изобретательным любовником (пускай у них и не дошло до проникновения, но секс был очень горячим), а потом вдруг остаться одному как перст. А тут ещё Блейз с Драко, у них от любви и желания крышу снесло абсолютно. Дошло до того, что Малфой встречал своего любовника прямо возле выхода из Тайной комнаты. И они целовались, не смотря на шипение Снейпа и смешки Хамелеонов. У Тони и Джинни, похоже, тоже что-то намечалось, но без таких «африканских» страстей. Одно Золотое трио соблюдало вынужденный целибат. Ну, и ещё Снейп. Но об этом Гарри предпочитал не думать.

И вот он шёл по коридору из подземелий, тихонько посмеиваясь и обсуждая сегодняшний бой с Роном и Гермионой. Тони и Джинни куда-то потерялись, а Блейз с Драко, сопровождаемые предсказуемо язвительным Северусом, направлялись в гостиную Слизерина. Как следует, отмывшись, и приняв контрастный душ, Гарри надел пижаму и завалился на свою кровать, собираясь проспать те три часа, которые ему позволят проспать его кошмары. Но сегодня, как ни странно, кошмаров не было. И лишь под утро ему приснилось… Нет, не приснилось. Он же чувствовал, что в двенадцать часов ночи красноглазый псих созвал своих Упивающихся. Просто так хотелось спать, что он не стал сразу «подсматривать» глазами Воландеморта. Ничего интересного сегодня не затевалось, просто очередной междусобойчик, без применения пыток к магглам, а это Гарри не интересовало. И вот, под утро, когда его усталое сознание, немного выспалось, образы, которые сейчас видел Том Риддл, проникли в него.

Полумрак. В воздухе плавают разноцветные свечи, заполняя большое помещение красноватым свечением и каким-то чувственным ароматом. Восстановление всех функций организма, после возрождения у Воландеморта прошло не полностью, за что и поплатилась смертью не одна из его бывших любовниц. Теперь же, отчаявшись восстановить данную функцию до полной победы, Лорд не брезговал провоцировать своих последователей на весьма интересные игрища. Жаль, конечно, что погибли Эйвери и Яксли, эти клоуны могли быть очень изобретательны в этом плане. Люциус, по обыкновению, куда-то скрылся, лорд Малфой «печёнкой» чуял, когда его хотят сделать гвоздём программы, и ловко избегал этого. Ну, ничего, скоро посвящение его сына, Лорд предвкушающе облизнулся. Мальчишка также хорош, как и его отец когда-то. Но Люц и сейчас весьма неплох. Жаль, что Северус наотрез отказывается повторить ТО представление. Оно было весьма… интересным. Том подумал, что его зельевар вообще избегает оргий, опасаясь показать себя без сдерживающего щита воли. Но сегодня, он вопреки своему обыкновению остался на всю ночь. Надо бы найти его и полюбопытствовать, чем занимается. Ирония судьбы, что такой, в общем-то, некрасивый и желчный человек, в постели становился чертовски сексуальным и привлекательным. Лорд, в который раз пожалел, что ещё до своей неудачи с Поттерами, поостерёгся потерять зельевара, и не затащил его к себе в постель. Ничего, после победы и полного восстановления, он это исправит. Бесшумно, по змеиному, он перемещался от одного укромного уголка зала к другому, везде наблюдая сплетённые тела и страстные вздохи. Некоторые его приверженцы приятно порадовали его своей изобретательностью. Жаль, что Белла в Азкабане, вот уж кто был мастером. Лорд усмехнулся воспоминаниям. Но где же Северус? Ах да, он же не любит зрителей, но это поправимо, если Лорд хотел этого, его никто не мог увидеть. Здесь где-то были отдельные комнаты. Ага, вот они. Во второй из них пропажа нашлась. Полностью обнажённый Северус Снейп, с разметавшейся по плечам шелковистой, лишённой защитной плёнки, гривой волос, прижимал к себе стонущего от страсти молоденького УПСа, Мариса кажется, а на другом краю постели в полном изнеможении раскинулся другой парень. Ого! Да его зельевара «прорвало», от длительного воздержания. Да и, похоже, вкусы переменились. Раньше он предпочитал блондинов. А эти двое были смуглыми брюнетами с вьющимися волосами ниже плеч. Тёмный лорд сомневался, что Снейп не смог при входе распознать афродизиак в свечах, поэтому, нахождение здесь, было явно его собственным выбором. А парни наслаждались. Уж к Северусу-то в постель они шли с явной охотой. Слухи о его умении доставлять удовольствие ходили грандиозные. Но они вполне соответствовали истине. Вот зельевар опустил заласканного и плохо соображающего парня на постель, и не торопясь, медленными поцелуями и покусываниями стал доводить его до оргазма. Второй мальчишка подполз к Северусу и накрыл его член своим ртом. Низко зарычав, зельевар продолжил ласки, но они стали более… жёсткими. Юное тело под ним выгибалось, мальчишка стонал в голос и умолял взять его. Стряхнув, делавшего ему минет УПСёнка, поджарый мужчина с завораживающими движениями, раздвинул ноги лежащего парня, и, пробормотав заклинание смазки, резко, без обычной подготовки, вошёл в податливое тело. Видимо, мальчишка был готов к этому до такой степени, что вместо вскрика боли, из его горла вырвался вопль животного удовольствия. А зельевар, мощными, сильными толчками продолжал брать его, не глядя в лицо и закрыв глаза от сдерживаемого изо всех сил удовольствия. Когда всё закончилось, парень остался лежать на кровати, не в силах даже стонать. А полежавший несколько минут Снейп повернулся и притянул к себе второго…

Гарри с силой вытолкнул себя из мозга Воландеморта, и рывком сел на кровати. Сердце стучало где-то в горле, всё тело покрывал пот, а член стоял так, что к нему больно было даже прикасаться. Рывком поднявшись, и не накидывая даже куртку от пижамы, как есть в одних штанах, он метнулся в душ. Открыл на полную мощность холодную воду и, сняв пижамные штаны, шагнул под ледяные струи. Полчаса он чередовал ледяной душ с обжигающе горячим. Не помогло. Проклиная, на чём свет стоит, эту сексуальную сволочь – Снейпа, он обхватил рукой свой ноющий член и, представив перед глазами Северуса из сегодняшних «наблюдений» Воландеморта, начал резкие движения. Много времени это не заняло, но и большого облегчения не принесло. Пора было себе сознаться. Он хотел проклятого слизеринца так, что «крышу срывало». А его ночные игрища сегодня вызвали дикую смесь эмоций. С одной стороны – сильнейшее возбуждение, с другой… бешеную ревность. Да, это была именно ревность. Гарри хотелось в клочки разорвать проклятых смазливых сопляков, посмевших получать наслаждение в объятиях ЕГО Северуса. О Сезаре и своей вине перед ним он даже не вспоминал. Даже если Рон и потерпит неудачу, зеленоглазый гриффиндорец совершенно точно понимал, что между ним и Сезаром всё кончено. Ему был нужен только Сев и никто другой. А сопляки… Мерлин их упаси попадаться на его дороге. Что касается Северуса… Улыбка гриффиндорца в зеркале, походила на оскал какого-то хищника, яркие зелёные глаза сощурились и горели недобрым огнём. О-о, Северус ещё об этом пожалеет… Юный наследник Слизерина, ни капли в этом не сомневался.


Северус возвращался в Хогвардс под утро. Мерлин его знает, зачем он остался на этой вечеринке у Лорда. Ведь он прекрасно почувствовал разлитый в помещении запах афродизиака. Да даже и тогда он мог ещё долго сопротивляться его действию. Мог, но не захотел. Наверное, это было ему нужно. Несколько месяцев бок о бок с «до боли желанным», но таким недоступным для него зеленоглазым недоразумением, вымотали его вконец. Поэтому он и остался. Чтобы «спустить пар», получить удовольствие, забыть. И всё из выше перечисленного у него получилось… Кроме пункта «забыть». А в пункт «получить удовольствие» вкралась поправка «неполное». Именно поэтому, мальчишек было двое, и они были черноволосыми и смуглыми. Но, даже получая удовольствие с двумя помешанными на нём партнёрами, он видел перед собой зелёные глаза, и… чего-то не хватало. Он вымотал себя и парней, но так и не смог забыться. Сегодня было воскресенье, занятий, кроме боевых тренировок в Тайной комнате у него не было и можно было выспаться, и разобраться, наконец, в своих мыслях и желаниях. Но и выспаться не удалось. В голове по-прежнему вертелась его одержимость Поттером. И не смотря на то, что ночью он получил больше чем достаточно возможностей «выпустить пар», его всё равно тянуло к гриффиндорцу со страшной силой. Поднявшись с постели и посмотрев на часы, Северус с досадой отметил, что проспал всего лишь три часа. Но сна не было ни в одном глазу, и он решил позавтракать и отправиться в Тайную комнату пораньше, пока там тихо и никого из Хамелеонов нет. Каково же было его удивление, когда, войдя в первую комнату хранилища, он увидел «свою персональную занозу», качающимся на задних ножках стула, закинув ноги на стол и держа на коленях толстый фолиант, в руке его было яблоко, которое он весьма неаристократично грыз, слизывая текущий с губ сок. От вида этого облизывающего губы язычка, Северуса, словно током пронзило. Он, не отдавая себе отчёта в том, что делает, шагнул вперёд, шумно выдохнув. Зеленоглазое недоразумение подняло взгляд от книги, и одним ловким движением тренированного воина и квиддичного ловца, вскочило на ноги. В зелёных глазах полыхнул лютый гнев. Сев слегка опешил. Гнев. На что? И вдруг он отчётливо понял, ЗНАЕТ. И судя по всему, знает во всех подробностях. Он гордо и независимо поднял бровь и взглянул прямо в глаза мальчишке: «В конце концов, мы не пара, я ему ничего не обещал. Он сам с Сезаром…» Но лютый гнев в зелёных глазах не спадал, мальчишка почти прошипел:

- Им ты в глаза не смотрел…

Но тут же, взяв себя в руки, и нацепив на лицо и глаза непроницаемую маску, юный гриффиндорец, вежливо поинтересовался:

- Не спится, профессор?

И в этих словах нет даже тени эмоций. Перед Северусом стоял чужой холодный и высокомерный человек. На мгновение стало больно терять того доверчивого мальчишку, и он, не задумываясь, сказал:

- А вот сейчас, ты стал похож на Тёмного Лорда.

Сказал, как ударил. Парень сжался и стал ещё непроницаемей:

- Я думаю, мне стоит уйти. Не буду Вам мешать заниматься, профессор. И, боюсь, что пропущу сегодня занятия, дела, знаете ли, - и, отвесив изящный поклон, он быстро удалился.

А Северус остался стоять в хранилище Слизерина, которое разом утратило для него былую привлекательность. А в голове вдруг раздалось сердитое ворчание: «Ты идиот. Мерлин великий, и кого сейчас набирают на мой факультет?! Беги за ним, и верни, даже если придётся сделать это силой! Плюнь на гордость, он такой же, как Рик, его надо прижимать к стенке, и не выпускать, пока не остынет. Если он уйдёт в свою «раковину», ты его замучаешься доставать. Беги!»

- Нет, - Северус ответил вслух, - Этот мальчишка сам не знает, чего хочет.

«Ну-ну, ты больно взрослый… Идиот… Как я когда-то…»


Гарри быстрым шагом шёл по коридору. Куда? А Мерлин его знает! Лишь бы подальше от этого слизеринского гада. Бешенство накатывало волнами. Стёкла в окнах коридора дребезжали от вихря магии, который он излучал сегодня. Срочно хотелось побыть одному. И чтобы никого… ни друзей, ни врагов. Забыться. Взять себя в руки. Влетев в какой-то тупик заброшенного коридора на втором этаже, он с силой ударил руками по преграждающим путь камням, и ещё раз… и ещё, до крови. Уткнулся пылающим лбом в холодный камень и прошептал:

- Это сильнее меня…

Он даже не обратил внимания, что стена под его руками превратилась в массивную дубовую дверь, которая тихо открылась, ни разу не скрипнув. Просто это сейчас было место, которое он искал. Место, где никто не будет приставать с расспросами. Где можно отсидеться и зализать душевные раны. Не глядя по сторонам, парень прошёл к широкой двуспальной кровати, и упал на неё, уткнувшись лицом в подушку. С полчаса он лежал, «накручивая себя», а потом тело вдруг расслабилось, напряжённые плечи опустились, и он заплакал. Беззвучно, как привык с детства. Сколько это продолжалось, он не помнил, но, выплакав всё накопившееся разом, полностью опустошённый, мальчик заснул.


Из стен комнаты, с разных сторон, появились два призрака ещё очень молодых людей. Первый – более широкоплечий, светловолосый и зеленоглазый, склонившись над уснувшим юношей, произнёс:

- Кто-то обидел мальчика. Ты не знаешь, кто это мог сделать, Зари?

- Я с тобой вообще не разговариваю. Ты сам такой же, как его обидчики, сначала говоришь гадости, а потом жалеешь об этом.

- Зари, если он вошёл сюда, значит он потомок нашего сына. Мы должны помочь ему, ну сердце же разрывается, глядя, как он мучается. Зари… Зари, пожалуйста! - промурлыкал зеленоглазый, кладя свою большую ладонь на плечо изящного черноволосого и черноглазого юноши.

- Ну ладно, Рик. Но если ты опять сорвёшься, и будешь орать, я сюда больше не приду.

- Ты только строишь из себя такую сволочь. Тебе же самому не безразлично, что случилось с мальчиком.

- Ах, я сволочь?! – и черноволосый, вывернувшись из-под руки блондина со змеиной гибкостью, сильным рывком толкнул того к стенке. А, прижав зеленоглазого Рика к стене, прижался всем телом и начал медленно целовать, - Да, я сволочь. А ты кто? Это ведь ты обвинил меня в пропаже ребёнка, хотя я вообще был тогда без сознания. Это ты, орал тут всякую гадость. Что ты орал? Не помнишь! Так я тебе напомню! Во-первых…

- Не надо, Зари. Я виноват. Всё моя Мордредова вспыльчивость. Я хотел извиниться, как только вышел из комнаты, но ты не захотел даже разговаривать со мной.

- Чтобы выслушать всё заново? – черноволосый не прекращал целовать блондина.

- Если ты меня так ненавидишь, то почему целуешь?

- Кто тебе сказал, что я тебя ненавижу? Я тебя ОЧЕНЬ НЕНАВИЖУ, сволочь ты моя, любимая. И я соскучился. Оч-чень соскучился, - продолжал выцеловывать узоры черноволосый, одновременно прижимаясь к блондину всё сильнее.

- Зари… Прекрати, а то я за себя не ручаюсь. Если я начну доказывать, КАК соскучился по тебе, мы будем трахаться ближайшие сто лет без перерыва.

- И в чём проблема?

- Зари. Нашему наследнику нужна помощь.

- Разумеется. И что ты предлагаешь?

- Найти того, кто причинил ему боль, и набить морду.

- Ф-фу, как примитивно. Во-первых, мы не знаем кто это. Во-вторых, захочет ли парень, чтобы его обидчику били морду. И в-третьих, есть гораздо лучшие способы отомстить.

- Почему ты думаешь, что он не захочет, чтобы мы набили морду его обидчику?

- Потому, что за все твои прегрешения, тебе давно бы пора набить морду, но я этого не хочу. Потому что люблю тебя. Так и у него. Готов поспорить, он плакал из-за любви.

Наконец, оторвавшись от блондина, брюнет подошёл поближе к кровати:

- Хм-м, довольно хрупкий, но не тощий. Волосы тёмные как у меня, но вьются – это на тебя больше походит. Интересно, какого цвета у него глаза? Я не я буду, если не узнаю, какая сволочь выкрала нашего ребёнка!

- Мы не узнали этого при жизни, почему ты думаешь, что нам повезёт после смерти?

- Судя по тому, что мы здесь появились, у нас есть второй шанс. И в этот раз мы не должны разрушить всё.

- Прости за Хельгу. Когда ты перестал со мной разговаривать, мне было плохо, а она поддержала меня, и вот… Так уж вышло…

- Да, наши девочки не причём. Ровена тоже была мне хорошей женой. Пусть земля ей будет пухом. Мы с тобой сами виноваты в нашем разрыве, и во всём, что произошло потом.

- Да уж. Ты прости, я вовсе не хотел тебя тогда из Хогвардса выгонять. Просто никак не мог до тебя достучаться. А ты заладил. Грязнокровки. Грязнокровки.

- Если бы ты меня тогда выслушал…

- Нет, и не проси. Ты оскорбляешь магглорожденных волшебников и…

Зари заткнул ему рот поцелуем, и пока тот пытался отдышаться, тихо сказал:

- Нет никаких магглорожденных – это потомки сквибов из утерянных родов. Вот, что я хотел тебе сказать.

- Мерлин мой. Почему ты сразу это не сказал?

- Потому что ты орал как змеёй ужаленный. И ничего не хотел слышать.

Призраки, обнявшись, устроились на диване, обсуждая какие-то свои давние проблемы, а Гарри Поттер – Мальчик-который-опять-сбежал-от-всех, крепко спал на постели в их комнате. Видимо, произошедшее было последней каплей, и организм просто отключился.

В Большом зале прошёл обед, потом ужин, а Гарри никто не видел. Хамелеоны начали волноваться. Он раньше никогда так не поступал. Пропустил занятия «АД», не пришёл на тренировку в Тайную комнату, не был на обеде и ужине. Его вообще никто не мог найти. На вызовы по галеону, он не отвечал. Мантия-невидимка и карта Мародёров – спокойно лежали в спальне. Но и на карте его не было.

- Чёрт возьми, где он может быть? Может, затеял что-то опасное, а нас не захотел впутывать? – Рон метался из угла в угол Выручай-комнаты, где после отбоя он встретился с Блейзом и Герми.

- Нет, он в Хогвардсе. Я чувствую медальон О'Нейлов, он в замке. Может, у слизеринцев опять кто-нибудь Метку получил?

- Нет, я бы знал, - Блейз разрывался между преданностью своему декану и желанием рассказать друзьям о своих подозрениях. С некоторых пор от него не укрывались взгляды, которыми обменивались Гарри со Снейпом. Учитывая свой опыт общения с Драко, он великолепно понимал, что они могут означать. Наконец, он решился:

- Рон, ты не заметил ничего странного в поведении Гарри?

- Чего странного?

- Понимаешь, мне кажется, они с моим отцом как-то отдалились друг от друга.

К удивлению слизеринца, Лис покраснел:

- Блейз… я боюсь, что это из-за меня. Мне нравится Сезар и… В общем Гарри «самоустранился».

- Да-а? А мой отец о ваших договорённостях знает?

- Мы с тех пор не были в «Эрн Роке».

- Ладно. Но если что, оба по шее получите, - он немного помолчал, просчитывая варианты в последний раз и, решившись, сказал: - Я думаю, у Гарри с Снейпом что-то происходит. Их прямо распирает, по-моему.

- Не может быть. Они друг друга шесть лет ненавидели, - Рон в сомнении помотал головой.

Герми задумчиво смотрела на них:

- Возможно, это не так невероятно, как может показаться. Надо спросить профессора.

- О ЧЁМ?! Герми, ты в своём уме! Как ты это себе представляешь? Подойти к нему и спросить: «Простите профессор, Гарри сейчас, случайно, не у Вас в постели?» Да он пришибёт нас на месте.

- Ни о чём подобном я его спрашивать не собираюсь. Просто надо ему сказать, что мы не можем найти Гарри и волнуемся.


Через пятнадцать минут, патрулирующая коридоры Миссис Норрис, досадливо встряхнула головой. Ей показалось, что в сторону подземелий скользнули силуэты лисицы, кота и какой-то птицы. Убедившись, что в коридоре никого нет, она продолжила свой обход. А под дверью в личные покои слизеринского декана, разворачивались интересные события.

Чайка уселась на доспехи какого-то рыцаря, стоящие возле поворота коридора, кот пробежал в сторону портрета, закрывающего вход в слизеринскую гостиную, а лис – превратился в рыжеволосого молодого человека, который занялся вскрытием охранных чар на двери зельевара. Через минут десять Лис тихо произнёс:

- Готово.

Трое анимагов бесшумно проскользнули внутрь помещения и… столкнулись нос к носу с их хозяином, держащим их на прицеле своей палочки.

- Пятьдесят баллов с Гриффиндора и… отработки в течение недели для мистера Забини. С мистером Филчем. Что заставило вас вломиться в мои комнаты?

- Понимаете, профессор Снейп, сэр…

- Мистер Забини, что Вы блеете?

- Гарри пропал, профессор! – Гермиона вышла вперёд, - Мы думали, что Вы можете знать, где он. На запросы по галеону ни он, ни Вы не ответили. Мы подумали, что с вами могло что-нибудь случиться.

- Спасибо за заботу, но право, не стоит. Итак, где Поттер?

- Мы не знаем. Последний раз видели его вчера вечером. Он занимался переводом записей с Серпентаго, а утром его нигде не было.

- То есть, он пропал ещё до наших занятий в Тайной комнате?

- Да.

- Но почему вы не подняли тревогу сразу же утром?

- Мы подумали, что он ушёл в Тайную комнату пораньше. Он так часто делает. У него бессонница из-за кошмаров. Спит всего по три часа. А когда мы пришли на занятия, Вы сами сказали, что у него дела, и он сегодня тренироваться не будет.

- Значит, ни про какие срочные дела он вам ничего не говорил?

- Нет, поэтому мы к Вам и пришли.

- Вы определяли с помощью того заклинания, где он находится?

- И с помощью заклинания, и…

- Что?

Гермиона и Рон переглянулись, и ответил уже Рон:

- Мы взяли в вещах Гарри карту, с помощью которой, можно установить, где кто находится, в пределах Хогвардса.

- Ага, теперь многое из прошлых событий становится ясным. Что показала карта?

- Что его нет в замке, но это не так. Гермиона чувствует, что его медальон-портключ всё ещё здесь.

- Ладно, - Северус не на шутку испугался, непредсказуемый гриффиндорец, после скандала с ним, мог решиться на что угодно, включая нападение на Тёмного лорда,

- Спрячьтесь.

Когда, через минуту, в его поле зрения не было ни одной живой души, он специальным заклинанием вызвал Кровавого Барона. Повеяло могильным холодом, и из стены выплыл страшный слизеринский призрак:

- Декан Слизерина вызывал меня?

- Да. Барон, Вы не видели вчера рано утром, мистера Поттера, удаляющегося из этого коридора?

- Да, профессор Снейп.

- И куда он направлялся?

- В левое крыло второго этажа. Мне показалось, что он был чем-то сильно расстроен.

- Спасибо, господин Барон, не смею Вас задерживать.

- Просьба декана Слизерина для меня не обуза… В том коридоре ощущается ПРИСУТСТВИЕ.

- Присутствие чего? Или кого?

- Так бывает, в местах, которые когда-то защитил сильный волшебник. Это очень древняя защита, она поставлена ещё до моей смерти. Возможно, во время создания замка.

- Спасибо, Барон, я это учту.

Слизеринский призрак всосался в стену, а возле Снейпа внезапно материализовались три фигуры:

- О чём это он? – Блейз вопросительно посмотрел на своего декана.

- Не знаю, но это необходимо сейчас же проверить. Идите за мной! – и Ужас Подземелий полетел по коридору, да так быстро, что Хамелеоны едва за ним поспевали.

Примчавшись в левое крыло второго этажа, они остановились. Путь преграждала старинная кирпичная стена.

- М-да, тупик, - маги, каждый по-своему, стали проверять помещение на присутствие какой-либо магии.

- Ничего, - Рон, испробовав весь свой немаленький арсенал взламывающих заклятий, устало опустил палочку.

- Абсолютно, - Гермиона пыталась «прощупать» стену с помощью стихийной магии.

Снейп и Блейз Забини использовали родовые черномагические заклятия:

- Именно это и странно, - Северус говорил задумчиво, как бы разговаривая сам с собою, - Здесь, в Хогвардсе, не может быть мест лишённых магии.

- Да, об этом мы не подумали, - раздался откуда-то молодой смеющийся голос, и из стены выплыл призрак улыбающегося светловолосого и зеленоглазого человека.

- Не понимаю, что тебя так радует, Рик? Они же нас вычислили, - следом за ним появился хрупкий черноволосый молодой человек, - И что вы на нас так смотрите? Призраков раньше не видели?

- Не язви, Зари. Они друзья мальчика. Может быть, от них мы сможем, что-нибудь узнать, - Рик окинул взглядом Хамелеонов, и обратился к Снейпу с вежливым старинным поклоном:

- Высокочтимый сэр! Некоторое время назад в нашем с другом убежище появился мальчик, а поскольку комнаты зачарованы пропускать только того, в ком течёт наша общая кровь, мы хотели бы уточнить некоторые вещи.

- С удовольствием отвечу вам, если смогу. Но прежде, не могли бы вы представиться, я раньше не видел вас в этом замке, - Снейп сдерживал своё нетерпение, и отвечал на вопрос призрака со всей возможной вежливостью. Но тут опять, вклинился неугомонный Зари:

- Какое совпадение. Мы с другом тоже Вас раньше здесь не видели.

- ЗАРИ!

- Что, Зари!? В конце концов – это наш замок.

- А вот с этим, я не могу согласиться. Кем бы Вы не были, но Школа Чародейства и Волшебства Хогвардс – принадлежит всей магической Британии, - Северус был мастером по постановке наглых сопляков на место, улыбка его источала вежливую издёвку, - Хотя, проведя на том свете столетия, не мудрено… впасть в маразм.

Обычно это срабатывало… но не сейчас. Судя по всему, противник слизеринскому декану попался достойный, и не привыкший лазить за словом в карман.

- Рик, какая честь для нас, этот милейший старец посчитал нас достаточно мудрыми и знающими магами. Сэр, по-моему, это из Вас песок сыплется. Не позволите ли предложить Вам кресло, - и после щелчка пальцами в воздухе, под колени Снейпа ударило…материализовавшееся из воздуха кресло, и только боевая выучка позволила ему увернуться и остаться на ногах.

Ответное невербальное беспалочковое заклинание, и на черноволосом призраке появилась смирительная рубашка:

- Со всем уважением, сэр, но видимо Вы переутомились, и нуждаетесь в СПОКОЙНОМ отдыхе, - Насмешка Сева была уже открытой и вызывающей.

- Ах, так, ну держитесь, сэр! Ещё никто не смел связывать Салазара Слизерина, и Вы об этом…

- Вы, Салазар Слизерин?! – удивлённые возгласы не дали рассерженному призраку закончить фразу.

А Рик, просто стоял, прислонившись к стене, и наслаждался перепалкой друга с новыми знакомыми:

- Зари, а в этом милом балахоне ты смотришься так … возбуждающе.

- Годрик, твою мать, Гриффиндор! Я заставлю тебя заплатить за твоё предательство!

- О каком предательстве ты говоришь? Ты сам ни с того ни с сего, напал на этих магов, а теперь ещё и хочешь, чтобы я тебя из передряги вытаскивал. Твой язык вечно находит приключения на твоё седалище.

Разгорающуюся ссору призраков, остановил смех Хамелеонов, и Зари, уже избавившийся от инвентаря Св. Мунго, опять переключился на них:

- И что такого смешного я сказал, юные мессиры и леди?

- Мастер Гриффиндор сказал, про Вашу особенность попадать в неприятности. Видимо, это у вас с Гарри семейное, - Гермиона, мило улыбаясь, «приняла огонь» на себя.

Рик тут же расплылся в улыбке:

- Я прошу прощения, что навязываюсь. Но среди вас нет знакомых мне людей, чтобы представить меня юной леди, по всем правилам этикета, поэтому, представлюсь сам. Меня зовут Годрик Арктурус Гриффиндор. А это, мой друг – Салазар Габриэль Слизерин. Я прошу за него прощения, он несколько язвителен.

Со стороны черноволосого призрака раздалось тихое, но довольно отчётливое шипение:

- Кобель.

Северус Снейп и Хамелеоны, сделали вид, что ничего не слышали, и представились в ответ.

- Хм-м, потомки сильных магических родов. Значит, нашего наследника зовут Гарольд Джеймс Поттер, и он ваш друг? – уточнил, уже успокоившийся Салазар.

- Да. Этот студент пропал сегодня утром, и мы не можем его найти, - тон Снейпа был нейтрально вежлив.

- Вы не знаете, почему мальчик мог бы плакать? – задал вопрос сердобольный Рик, - Прямо сердце разрывалось на него смотреть.

- Нет… не знаем.

- РИК! – чёрные глаза призрака вдруг загорелись нехорошим огнём.

- Что, Зари?

- А ведь это ОН. Значит, пропал твой студент, говоришь? А позволь поинтересоваться: деканом, какого факультета ты являешься? МОЕГО! Оч-чень хорошо! А Гарри учиться на факультете Рика, так? ОТЛИЧНО! Тогда, что ты здесь делаешь, слизеринский декан? Ах, он твой лучший студент? А мысли у тебя про него прямо таки полностью соответствующие? Ах, пошёл бы я к Мордреду из твоей головы? Что значит, на себя посмотри? А я и не скрываю… - и нахальный призрак притянул своего друга в крепкий поцелуй.

- Зари, ты шокируешь наших собеседников, - оторвавшись от любовника и смеясь, проговорил Рик, - И чего ты, действительно, взъелся на профессора?

- Ты бы мысли его прочитал, ещё бы не так высказался.

- А ты не читай. Опять прошу за него прощения. Зари бывает несносен. Нет, пропустить вас в убежище мы не можем. Туда есть доступ только Гарри. Но нам и в самом деле необходимо где-то поговорить.

- Я думаю, Тайная комната Вашего друга, вас устроит? – Северус, старался мысленно высказать много «хорошего» в адрес Салазара, и перестроить блок, чтобы наглый призрак не копался у него в мозгах.

- ЗАРИ! Что за шутки? Что ещё за Тайная комната? Это не то место, где ты хотел поселить своего Зубастика? Я же сказал, убери василиска из Хогвардса, он непредсказуем и опасен.

- Да ладно тебе, Рик, Зубастик был безобидной змейкой, стоило ему сказать «нельзя», как он тут же прекращал нападение. К тому же, он, наверное, давно умер от старости.

- ДА НЕУЖЕЛИ!? А как ему было сказать, если он понимал только твой Серпентаго? – и повернувшись к Хамелеонам: - Надеюсь, его василиск никого не убил?

- Убил девочку пятьдесят лет назад. А в этот раз всё обошлось. Только Гарри пришлось заколоть Вашу змею, Мастер Слизерин, - Рон с интересом разглядывал двух призраков.

- ЗАЧЕМ? Ведь его бы Зубастик послушался.

- Ваш наследник приказал василиску убить Гарри.

- ЧТО?! Как мой наследник… Но ведь Гарри сам… - впервые с черноволосого призрака спала его язвительная маска.

- Ваш ОФИЦИАЛЬНЫЙ наследник – Томас Марволо Риддл, Лорд Воландеморт, как он себя называет. Он самый сильный Тёмный волшебник за последние пятьдесят лет. У нас тут, вообще-то, война с ним идёт, - Блейзу нравился ехидный призрак, и он решил общаться с ним по его правилам.

Северус тоже присматривался к парочке призраков, просчитывая все плюсы и минусы их появления в замке:

- И всё же, прошу прощения за настойчивость, но позвольте повторить мой вопрос? Почему вы появились в замке?

Более спокойный Рик, тоже внимательно пригляделся к профессору:

- Видимо то, что, наш наследник нашёл комнату, вернуло какую-то часть наших личностей к жизни. Не знаю, плохо это или хорошо, но даёт нам возможность исправить наши ошибки. Мне кажется, что нам дали второй шанс быть счастливыми, для того чтобы мы помогли ему в каком-то важном деле.

- Я всё же думаю, что не стоит обсуждать это посреди коридора, где нас каждый может услышать. Судя по всему, Гарри сильно вымотан и проспит ещё несколько часов. Мы можем пока обсудить всё в тайной комнате, а потом мы ему всё сами расскажем, - с этими словами Салазар развернулся и, не глядя, следуют ли за ним собеседники, поплыл в сторону подземелий.

Хамелеоны и Северус переглянулись, и направились следом. Замыкал процессию призрак Годрика Гриффиндора, по-прежнему, не спускающего глаз с профессора Снейпа.


Гарри проснулся отдохнувшим и успокоившимся. Мысли в голове текли упорядоченно, а не прыгали с одного события на другое, как в последнее время. Как-то даже отстранённо он подумал, о своём разговоре со Снейпом в Тайной комнате. А собственно чего он ожидал? Его самого «колбасит» от сексуального напряжения, а Снейп что, должен терпеть? С какого, это, перепугу? Он ведь думает, что между Сезаром и Гарри всё по-прежнему. Вот и развлекается, как может. Только мысли об этом «развлечении» по-прежнему вызывали боль и гнев. Правда, он уже не был таким разрушительным. «Хорошо, что ушёл. А то мог бы ТАКОГО натворить. А здесь я отлежался, и больше не совершу глупости. Да, кстати, а где это здесь?» Гарри обвёл глазами незнакомую, уютную спальню, уставленную старинной мебелью. Комната ему очень понравилась. Было в ней что-то родное, что ли. Он осторожно встал с кровати, привёл в порядок мятую одежду, и начал знакомство с новым помещением. Смутно вспоминалось, как он пришёл сюда. Гриффиндорец был совершенно точно уверен, что раньше никогда не был в этой комнате, да и самой комнаты в этом коридоре не было. Но это же Хогвардс, здесь бывает всё что угодно. Помещение было большим, неправильной формы, с массивной входной дверью в одном конце, и маленькой дверью, ведущей в роскошную ванную – в другом. Как ни странно, в отделке не присутствовали основные цвета факультетов. Представлялось даже, что маги, обустраивавшие эту комнату, специально избегали их использовать. Здесь присутствовали: бежевый, белый и шоколадный, в разных вариациях. И это было очень красиво, на взгляд Гарри. Так же в комнате, не смотря на большую двуспальную кровать не чувствовалось присутствия женщины, хотя здесь явно обитали двое. Об этом говорили мелкие личные безделушки на прикроватных тумбочках. Судя по всему, эти двое были очень разными людьми. «Как и мы с Северусом», - вдруг ни с того ни с сего вспыхнуло в голове гриффиндорца, возвращая его на землю. «Чьей бы ни была эта комната, спасибо её хозяевам. Мне и в самом деле нужно было успокоиться и побыть одному», - пора было уходить, но почему-то не хотелось. Гарри тянул время, тщательно разглядывая комнату, и не заметил, как в ней материализовались два призрака. Раздавшийся в полной тишине голос, даже напугал его:

- Я говорил тебе Рик, что он уже проснулся. Надо было раньше вернуться сюда, - недовольно проговорил призрак черноволосого невысокого мага, чем-то напоминающего Гарри его самого. Только глаза были чёрными, и даже немного жутковатыми, в своей пронзительности.

- Кто Вы?

Вперёд выступил призрак высокого светловолосого мага, с весёлыми зелёными глазами, и успокаивающе подняв руки, проговорил:

- Не бойся нас. Я Рик, а это Зари. Когда-то эта комната принадлежала нам. На неё наложены такие заклятия, что попасть сюда может только наш общий потомок.

- Что значит, общий потомок? Вы имеете в виду, что вы оба мои предки, по разным линиям?

- Нет, мы имеем в виду, что ты потомок нашего с Риком сына.

- То есть, у вас двоих был РЕБЁНОК?

- Мерлин великий! – язвительный Зари напоминал чем-то Северуса, - В какой конюшне ты воспитывался? Прямо как маггл. Ты что, первый раз слышишь, что у двух мужчин-магов могут быть дети? Неужели ты думаешь, что в магическом мире были бы разрешены такие браки, если бы это было невозможно?

- А вы состояли в браке?

- Мы не успели. Меня вызвал король, а когда я вернулся, Зари едва пришёл в себя, а наш сын был похищен, - Рик виновато развёл руками.

- И вы не поженились потом?

Два призрака молчали, виновато переглядываясь. Рик вздохнул поглубже, собираясь ответить на вопрос, но Зари его опередил и, вне своего обыкновения, ответил серьёзно, и не ёрничая:

- Мы поругались, и наша гордыня заставила нас расстаться. У Рика потом была своя семья и дети, а у меня своя.

Гарри вдруг почему-то стало больно за этих молодых людей:

- А что случилось с вашим сыном?

- Это долгая история…

Гриффиндорец впервые посмотрел на часы, осознал, что уже глубокая ночь, и он всё равно везде опоздал, да к тому же, ещё и выспался, а общаться с этими призраками было интересно, поэтому, он устроился поудобнее в кресле и, улыбнувшись, сказал:

- А я и не тороплюсь.

- Мы с Заром знаем друг друга с двенадцати лет. Оба были учениками у величайшего мага нашего времени. А с шестнадцати лет знали, что никто другой нам не нужен. Мы были ВМЕСТЕ.

- Правда, очень часто мы ссорились, да так, что Учителю приходилось нас мирить…

- Но мы всё равно любили друг друга. Когда мы узнали, что Зари ждёт ребёнка, нам было по двадцать пять лет. Время было смутное. Постоянные войны, эпидемии, да и мы уже занимались постройкой Хогвардса. К нам присоединились две могущественные волшебницы, кузины – Хельга Пуффендуй и Ровена Райвенкло, приехавшие из Франции.

В общем, было непросто, но мы были счастливы.

- Да. Любимый человек был со мной и должен был родиться наш сын. Дело всей нашей жизни, наконец-то, начало принимать законченные черты. Ещё бы года два, и Хогвардс стал одной из величайших Магических школ в магическом мире. Когда я был уже на шестом месяце, и через неделю должна была состояться наша свадьба (учителю стоило большого труда уломать наши семьи дать согласие на этот брак, они не очень-то ладили между собой), Учителя и Рика вызвал король. Наш Мастер был великим магом, личным приближённым короля и не мог отказаться. В стране свирепствовала чума, и наследник заразился ею. Свадьба была отложена. Я остался с Хельгой и Ровеной в Хогвардсе. Мы достраивали замок. А Рик и Учитель всё не возвращались. Однажды, на последнем месяце, я израсходовал много магической энергии, во время одного несчастного случая, и роды могли начаться преждевременно. Мне потом рассказывали, я сам был без сознания, что Учитель прибыл буквально в последний момент, и успел меня спасти. Сын тоже родился здоровым. Но ночью, накануне возвращения Рика, младенец бесследно исчез из этой комнаты. И никто не мог найти никаких следов. А Рик… - Зари отвернулся, пряча глаза.

- Я не разобрался в чём дело, и с порога обвинил во всём Зари. Потом страшно жалел об этом и пытался помириться, но наша гордыня не дала нам шанса на счастье. Да и Учитель предсказал, что нам не суждено быть вместе…

- Мы искали своего сына всеми способами которыми могли, но так и не нашли за всю свою жизнь. Рик женился на Хельге, я на Ровене. У каждого из нас были дети. Мы построили, наконец, Хогвардс – дело всей нашей жизни, но больше никогда не были полностью счастливы.

- Постойте, вы сказали, что ваш Учитель предсказал, что вам не быть вместе. А с чего он это взял?

- Он был великим предсказателем и магом и, наверное, знал, о чём говорил, - в обычно задорном лице Рика проступила какая-то безнадёжность.

А в душе Гарри всё переворачивалось. Его интуиция прямо таки топала ногами и орала: «Что-то здесь не так!»

- А как звали вашего Учителя?

- Игностус Певерел.

Комната завертелась перед глазами Гарри, и он как наяву вспомнил свой разговор с Гермионой в библиотеке неделю назад…


Ретроспектива:

- Гарри, ты только посмотри, в пятнадцатом веке, твой предок – Персиваль Поттер, взял в жёны последнюю представительницу великого рода Певерелов. Это очень сильный магический род, Гарри. Среди них были маги даже сильнее наших Основателей. Кстати, во времена основателей, великий маг – Игностус Певерел, был правой рукой короля Англии. С ним даже связано одно предание.

- Да Герми, я помню, это где Маг Игностус возвращается из Франции, с маленьким сыном и тремя племянницами, детьми его погибшей сестры. При этом никто из его современников до этого не знал, что он был даже женат, ни то, что у него были дети…


- Рик, Зари, скажите, у вашего учителя была семья?

- Оказалось, что была. Мы, правда, до этого не знали, но после пропажи нашего сына, через месяц, он познакомил нас со своим пятилетним сыном и племянницами.

- Пятилетним?

- Да, только на ребёнка один тёмный маг наложил какое-то проклятие, он вёл себя как грудной младенец, не смотря на возраст. Учитель даже боялся, что проклятие необратимо, но потом всё обошлось.

Гарри колебался. Он уже понял, что произошло тогда, но сомневался, стоит ли рассказывать своим новым друзьям-призракам о предательстве близкого им человека.

- Гарри, а почему ты спрашиваешь об этом? – возможно Зари и сам подозревал подобное, но не хотел верить.

- Да просто, интересно стало…



Глава 18. Друзья – враги… или наоборот.


На следующий день Гарри, как ни в чём, ни бывало, пришёл на занятия. С друзьями он успел перекинуться парой слов до завтрака. Они были обижены, но согласились подождать с расспросами. Первой парой были Зелья. Хамелеоны, сопровождаемые друзьями с обоих факультетов, вошли в класс и устроились за своими партами. Драко как-то странно посматривал на Гарри.

- Малфой, если хочешь что-то спросить, спрашивай, а то сейчас Снейп придёт.

- Блейз и твои приятели тебя всю ночь искали. Интересно, где тебя носило?

- Где носило, там уже нет. Давай к уроку готовиться.

- Ты не заболел часом, Поттер? – в тоне слизеринца проступала скорее забота, чем издёвка.

«Да, многое изменилось за это время. Год назад я бы ни за что не поверил, что Малфой будет обо мне беспокоиться». – Не дождётесь.

- Я серьёзно. С тобой всё в порядке?

- Нет, но это не важно. Будем жить дальше.

Они только успели разложить перья и пергаменты на столе, как в класс влетел Снейп. Одарив Поттера убийственным взглядом, он перевёл его на остальных:

- Доброе утро, класс. Сегодня у нас будет проверочная письменная работа, по пройденному за месяц материалу. Прошу достать пергаменты и перья, - и взмахом палочки материализовал на их столах пергаменты с проверочными вопросами.

После летних занятий и примирения с зельеваром, Зелья давались Гарри намного лучше, а темы последнего месяца он вообще знал на «Превосходно», поэтому, ответы на вопросы не заняли много времени. Гриффиндорец осторожно оглянулся, его друзья и Малфой тоже заканчивали работу, у него было немного времени, чтобы подумать. И вдруг, в его голову пришла необычная идея – высказать свои мысли и решения на пергаменте с проверочной. Это давало ему возможность, донести свои соображения до Снейпа, не поругавшись с ним в очередной раз. И вновь, обмакнув перо в чернила, Гарри стал писать:

Сэр. Я хотел извиниться за своё поведение в комнате. У меня не было никакого права требовать у Вас отчёта, о том с кем Вы проводите время. В конце концов, все мы нуждаемся в разрядке, и это Ваше личное дело, где и с кем Вы её получаете. Можете быть уверены, это больше не повторится. Я больше не пущу Вас в свою душу.

Гарри.

Когда он дописал эти несколько строчек, большинство студентов уже сдавали пергаменты. Герми и Рон уже стояли на пороге класса, и удивлённо на него посматривали. Высушив чернила заклинанием, Гарри свернул пергамент, собрал вещи, закинул сумку на плечо, и пошёл к учительскому столу. Снейп просматривал чью-то работу и не поднял глаз на подошедшего студента. Положив пергамент на край стола, Гриффиндорец молча пошёл к двери. Спиной он чувствовал настороженный и чего-то ожидающий взгляд зельевара.

«Он что, думал, я тут сцены буду устраивать? Не дождёшься!» - Гарри специально убрал блокировку своих мыслей и вышел из класса.

Как только дверь за последним студентом закрылась, Северус схватил пергамент с работой «своей занозы». Машинально проверив ответы на вопросы, и выведя под ними жирное «П», он стал вчитываться в добавленные ниже строчки.

- Посмотрим, мистер Поттер, посмотрим. Во всяком случае, я приложу все усилия, чтобы у Вас ничего не получилось.

Вечером, передав Блейзу и Тони, что занятия в Тайной комнате начнутся на полчаса позже, а пришедших заранее Рона, Герми и Джинни, услав на поиски боггарта, «просто жизненно важного для отработки сегодняшнего занятия», Северус дождался Гарри и, не говоря ни слова, молча подошёл и обнял парня. Юноша сначала пытался вырваться, а затем затих.

- Зачем это Вам, профессор?

- Я не знаю, Гарри. Там, в Резиденции Лорда, я хотел забыть тебя.

- Удачно?

- Нет.

- Мне так не показалось…

- Откуда ты можешь это знать?

- Риддл псих, но псих проницательный, то, что я видел его глазами, не оставляло сомнений, в том, что Вам нравилось происходящее.

- Этот извращенец опять подсматривал?

- Да, и я вместе с ним.

- Тебе было противно?

Мальчишка в руках мужчины хрипло рассмеялся, и посмотрел тому в глаза:

- А Вы как думаете?

- Я НЕ ЗНАЮ.

- Нет, мне не было противно. Только я прошу Вас проследить, чтобы Ваши мальчики для утех не попадались на моей дороге, - он стремительно вырвался из объятий зельевара, - Где все остальные?

- Через полчаса будут.

- Почему?

- Что почему?

- Зачем Вам это надо?

Северус шагнул ближе к Гарри, прижимая его к стене, его губы почти касались рта юноши. Оба сдерживали дрожь.

- Думай что хочешь, Гарри, но когда я не вижу тебя несколько часов, я схожу с ума от беспокойства.

- Забота о сиротке, - со злобой выплюнул слова парень, и тут же его рот был накрыт настойчивыми губами, прерывая гневные протесты.

Они прекратили целоваться и отскочили друг от друга, только когда услышали шаги на лестнице. Северус успел прошипеть:

- Я от такого «сиротки» скоро в Св. Мунго попаду.

Гарри вернул ему оч-чень провоцирующую улыбку.

Боевые тренировки в тот день прошли на редкость удачно. Когда все расходились по своим гостиным, Северус успел шепнуть Гарри:

- Завтра, здесь, на час раньше, - на что тот молча кивнул.

Но встретиться завтра им не удалось. Вечером, осведомитель передал Хамелеонам, что ночью, группа Упивающихся собирается доставить нескольких пойманных «предателей крови» в секретную лабораторию Воландеморта, про расположение которой ничего не знал даже Снейп. Освободить родственников своих Хогвардских однокурсников, вот уже неделю искали способ все Хамелеоны, но пока ничего не получалось. Сейчас же они могли убить сразу двух зайцев: освободить заложников и уничтожить ещё одну лабораторию Упивающихся. Дело в том, что, забрав заложников в одном убежище, прежде чем попасть в лабораторию, Упивающиеся должны были забрать один артефакт в месте, которое Хамелеонам было известно. Поэтому, за полчаса до прибытия ожидаемой группы, Хамелеоны «по-тихому» заняли промежуточный пункт, приняли облик его обитателей и надели мантии Упивающихся и маски. Когда возглавлявший Упиванцев, ведущих заложников, Кэрроу, милостиво перекидываясь шутками со своими «собратьями», открыл портал на секретную базу, и его люди, вперемешку с находящимися под личинами Хамелеонами беспрепятственно попали туда, он и его УПСы были обездвижены и парализованы невербальными заклятиями. Увидев, что их мучители попадали на пол, заложники подняли было радостный гвалт, но принявший свой облик Гарри быстро их успокоил:

- Сейчас вы тихо, отправитесь в безопасное место вместе с Гермионой. А до этого, прошу вас, ни звука.

Встревоженная Герми зашептала ему на ухо:

- Мы не ожидали, что их будет так много. Каждый портключ может «вытащить» троих-четверых. Но для того, чтобы эвакуировать всех, нам надо всем переместиться в «Эрн Рок».

- Это невозможно. Мы ещё не всё здесь сделали. Надо придумать что-то другое.

- Мы с Джинни, Сьюзен и Тони, сможем создать большой портал на основании наших портключей, но на это уйдёт около получаса.

- Действуйте. Симус, прикроешь их. Блейз, Рон, за мной к лаборатории (как удачно, что Кэрроу хорошо знал эту базу, сведения, хранившиеся в его мозгу, очень помогли ребятам).

Беспокойство Гарри возрастало. Пока было всё нормально, но что-то должно было произойти. Грубо говоря, начинало «пахнуть палёным». Но своих опасений он перед друзьями не раскрывал. Найдя лабораторию, и начисто стерев память её работникам, Хамелеоны провели ревизию запасов.

- Ни фига себе местечко! Да тут запрещённых зелий, больше чем я в своей жизни видел, а видел я немало, - Блейз лихорадочно пролистывал лабораторный журнал, - Гарри это всё необходимо уничтожить любой ценой. Если хотя бы один флакон из запасов сохранится, мы не досчитаемся потом многих жизней. Гарри…

Но гриффиндорец стоял с бледным лицом, закрыв глаза. «Риддл направляется сюда. С ним Снейп, Малфой, Тео и другие Упивающиеся. Мерлин великий! Нам нельзя выдать своего присутствия. И нельзя подставит Северуса». Гарри открыл глаза и начал отдавать чёткие распоряжения, дублируя их для остальных через зачарованный галеон:

- Блейз, Рон, немедленно маскируемся и полный стихийный блок на мысли. Том идёт сюда. Герми, Симус, Тони, Джинни и Сьюзен, вы сейчас же спрячете тела УПСов и примите их облик, блок с поверхностными отвлекающими мыслями. Заложникам придётся стереть память.

И мысленно: «Сезар, прошу тебя, нужна помощь. Необходимо отвлечь Воландеморта. Делай, что считаешь нужным».

Ответ пришёл быстро: «Мы всё сделаем, Гарри».

Гриффиндорец было удивился этому «мы», но потом вспомнил, что сейчас в «Эрн Роке» собралась довольно большая компания магов и сквибов.

- Да, чуть не забыл, с Воландемортом Снейп, Малфой-старший и Тео, будьте осторожней с заклятиями.


Метку Северуса пронзила боль за час до назначенной им встречи с Гарри. Помянув про себя всех предков Тёмного лорда до седьмого колена, за такоё неурочный вызов, он быстро собрался, осторожно добрался до зоны аппарации, и перенёсся на зов.

- Вы звали меня, Повелитель.

- Да, ты заставил себя ждать.

- Мне нельзя было привлекать к себе внимания необычным поведением, Мой Лорд.

- Ладно. Об этом поговорим позже. Мне нужно, чтобы ты проверил одно зелье. Притом, что оно сварено по древнему рецепту, описываемые свойства не достигнуты.

«Ага, мой неизвестный сменщик облажался» - со злорадством подумал зельевар, но выдал серьёзный заинтересованный взгляд:

- Да повелитель, где это зелье и рецепт по которому оно сварено?

- Я аппарирую нас туда сам. Люциус, Нотт-младший, Грилли, Сольнейр, Монтегю, Флинт, вы пойдёте с нами.

Когда они очутились на секретной базе, всё было спокойно, но чутьё шпиона говорило Северусу, что что-то здесь не так. Он подобрался и незаметно огляделся. Ничего. «Ладно, подождём». И тут в голове раздались распоряжения Гарри, отдаваемые по галеону. Северус едва не застонал с досады. Ну, надо было такому случиться? Теперь обоим придётся выкручиваться. А тут ещё Люц и Тео, как защитить их? Мимо группа Упивающихся, во главе с Кэрроу вела «предателей крови», взгляд у пленников был затуманенный.

«Обливэйт» - уверенно определил Снейп. Лорд вёл своих последователей к лаборатории. Но когда они уже были внутри, и навстречу шагнул какой-то похожий на крысу маг, подобострастно кланявшийся Повелителю, Тёмный лорд вдруг замер, как бы прислушиваясь к чему-то внутри себя, выругался и… исчез. Тут же всё изменилось. Невзрачный маг, превратившись в Гарри Поттера, начал обстреливать вновь прибывших заклятиями, к нему присоединились ещё несколько магов-хамелеонов. Упивающиеся стали отстреливаться, их было значительно больше, и они уже перешли в наступление. Поттер и его люди отступали, защищая заложников. В конце коридора открылся портал, и отступающие отходили туда. Когда заложники и часть Хамелеонов ушли, Поттер, Уизли, Грейнджер и Забини, запечатали портал и остались сражаться. Силы были явно не равны. Северус с ума сходил: «Зачем они остались? Их же схватят». Но единственное, что он мог, это приказать взять противников живыми:

- Не убивать, они нужны Повелителю живыми.

Хамелеоны яростно отбивались, но Снейп заметил, что они использовали лишь стандартные заклинания и ещё некоторые, ставшие их «визитной карточкой», но не показывали все свои возможности. И они явно знали о его присутствии здесь, потому что, нападая на него, Люца, или Тео, всегда немного промахивались. Неожиданно, за спиной оборонявшихся, появился шатающийся УПС, направил палочку на Гермиону и успел произнести «Авада…», но зелёный луч, попавший ему в грудь, сломанной куклой откинул его к стене. Проследив траекторию «выстрела», Северус с удивлением увидел Люциуса Малфоя. Похоже, никто кроме зельевара, этого не заметил. Силы были слишком не равны и, учитывая «сдержанность» в бою Хамелеонов, это привело к предсказуемому результату – они были схвачены.

Снейп холодным голосом приказал:

- Запереть их в самом надёжном месте, и глаз не спускать до прибытия Тёмного лорда. Головой за них отвечаете. Грилли, где, то зелье, о котором спрашивал Повелитель?

- Вот оно, а записи Крэйга на столе.

- Нотт, бери котёл. Да осторожно, ни капли не должно вылиться. Люциус, помоги. Надо забрать все записи, а то вдруг мы что-нибудь пропустим.

- Но…

- Это необходимо. Иначе Повелитель будет недоволен! – и очень тихо, почти не разжимая губ, на ухо другу, - Верь мне.

Надменный Лорд Малфой, с видом короля, обернулся к остающимся на базе УПСам:

- И чтобы ни один волос не упал с их головы до прибытия Милорда.

Собрав все многочисленные записи, и прихватив с собой Теодора Нотта, нагруженного котлом, они аппарировали в резиденцию Тёмного лорда.

Не дойдя до входа в здание, Люциус наложил на них заглушающие чары и спросил:

- Почему ты увёл меня оттуда, мне надо было бы остаться и проследить за охраной пленников.

- Не волнуйся, с ними всё будет в порядке, - улыбаясь, ответил Сев, он успел обменяться взглядами с Гарри, и тот украдкой ему подмигнул. Это явно не тянуло на Мальчика-который-побеждён.

Лорда пришлось ждать около часа. Зато они с должным восторгом и почтением, сообщили о захвате Гарри Поттера и его друзей. Воландеморт даже похвалил их за то, что они оставили Золотого мальчика на хорошо охраняемой базе, и аппарировал туда. Когда он вернулся, на его безносое лицо было страшно смотреть. Жестом велев всем убираться, он заперся в комнате. Внутренне ликуя, Северус шёл к зоне аппарации, вместе с ним вышагивал задумчивый Люциус, Тео Нотт, убежал раньше, торопясь вернуться в Хогвардс. Навстречу им попался бледно-зелёный Маркус Флинт. От него-то они и узнали, что стоило им аппарировать, «пленники» просто раскидали Упивающихся как котят и, уничтожив всё в лаборатории, исчезли в неизвестном направлении. Флинта перед этим послали за магическими запорами от камер в подземелье, поэтому он «под раздачу» не попал, а, подумав хорошенько, спрятался и от разъярённого Повелителя, который просто заавадил всех виновных и невиновных, сразу, как только узнал, что произошло. Распрощавшись с напуганным парнем, и посоветовав, не попадаться на глаза Лорду в ближайшее время, бывшие любовники продолжили свой путь. И лишь когда Северус уже собирался отправиться в Хогвардс, Люц схватил его за руку и с убийственной вежливостью «пригласил» в Малфой-Менор. Увидев по глазам друга, что в этот раз от объяснений отвертеться не удастся, Снейп пожал плечами и согласился.

«Отшив» по дороге Нарциссу, полезшую было к ним с расспросами, лорд Малфой целенаправленно вёл своего друга в личный кабинет, и лишь оказавшись в нём и наложив тройные защитные чары от любого вида наблюдения, обернулся к Снейпу:

- Северус, я требую объяснений.

- И что ты хочешь, чтобы я тебе объяснил?

- Почему ты увёл меня с базы?

- Ты собирался вмешаться и отпустить Грейнджер. Заметь, я не спрашиваю. Я точно знаю, что это так.

- Откуда ты знал, что они сумеют сбежать?

- А я знал?

- СЕВЕРУС! Ты испытываешь моё терпение. И это тоже не вопрос.

- Тогда ответь, только честно. Зачем ты убил Упивающегося, который хотел заавадить Грейнджер?

- Я не мог этого допустить.

- Почему?

- Девочка мне не безразлична.

Северус с лёгкостью фокусника достал из кармана какой-то флакон:

- Ты знаешь, что это?

- Думаю, что Веритасерум.

- Правильно думаешь. Не предложишь ли вина?

- С удовольствием. Только пить его с добавкой мы будем вместе.

- Люц. Ты рискуешь.

- Ты тоже Сев, ты тоже.

Два опаснейших тёмных мага стояли лицом к лицу в защищённой комнате и боялись поверить друг другу. Оба не хотели причинять вред, но готовы были это сделать, если понадобится.

- Ладно, Люц, я согласен.

Потом были бокалы с вином и Веритасерумом, и разговор «по душам». Затем, просто вино и беседа. Люциус вдруг неожиданно резко поднялся из кресла, открыл потайной ящичек в столе, и достал маленькую деревянную шкатулку. Судя по запаху, вырезанную из сандала. Поколебавшись одно мгновение, протянул её другу:

- Передай ей, она поймёт.

- Как ты себе это представляешь? Она моя студентка, причём, из ненавидящего меня Золотого трио.

- НЕ НАДО ВРАТЬ МНЕ, СЕВ. При имени «Гарри», у тебя под Веритасерумом глаза сияли, а голос становился бархатным. Я ещё не забыл, как ты произносил так моё имя. Не верю, что между вами до сих пор такая вражда. Что-то я не заметил, чтобы в нас попало хоть одно их заклятие, тогда как других, они доставали очень метко.

- Ладно, я попробую.

- Постарайся Сев, ОЧЕНЬ постарайся.

- А Нарцисса?

- А что Нарцисса? Я связан с ней магическим браком, но ты же знаешь, что только по приказу отца. У нас нет ничего общего, кроме сына. Мне, если честно, даже неприятно находиться с ней в одной комнате.

- Глядя на тебя, я рад, что послал своего отца куда подальше, это даже стоило лишения наследства.

- Зато у тебя нет сына.

- Это точно. У тебя растёт хороший парень. Только…

- Что только?

- Он тоже предпочитает парней.

- А ты куда смотрел, крёстный, мантикора тебя задери!?

- Ты же знаешь, что запрещать бесполезно.

- Что-то серьёзное?

- Убийственно. Ты не оттащишь их друг от друга даже под страхом «Авады».

- Кто?

- Блейз Забини.

- Да-а, мне надо поговорить с сыном. Кстати, я сейчас подумал, а что чувствуешь ты, видя, что сыновья твоих бывших любовников встречаются?

- Люц, ты пьян?

- Нет, просто чувствительность к Веритасеруму у меня выше, чем у тебя.

- Ладно. Мне пора. Уже поздно.

- У тебя что, занятия с самого утра?

- Нет, с двенадцати часов.

- Останься. Что-то хреново на душе. Хочется поговорить.

- Хорошо.

И они посидели возле камина с бокалом вина, потом ещё с бокалом. Потом, кажется, был коньяк, затем, огневиски. В общем, ночь удалась. Когда Северус с трудом продрал глаза, и увидел за окном яркое солнце, у него было ощущение, что по нему пронеслось стадо гиппогрифов, а он сам всю ночь жевал ветошь. На часах в кабинете было пол-одиннадцатого, он лежал в кресле, свесив ноги на подлокотник, а на полу рядом с ним похрапывал не менее пьяный Люц. Попытавшись разбудить друга, и потерпев полное фиаско, он с трудом встал, нашёл в баре антипохмельное зелье и, зажав нос, выпил залпом. Подождав пять минут, и, почувствовав себя родившимся заново, Северус перенёс друга на диван, поставил на столик рядом пузырёк с зельем, и разблокировав камин, шагнул в зелёное пламя, назвав свои покои. О событиях прошлой ночи воспоминания были отрывочные. Кажется, они с Люцем о чём-то спорили, заключали какое-то пари, он не мог вспомнить точно какое, поэтому, решил не забивать себе голову мелкими проблемами, а принять душ и отправляться учить юных оболтусов. Если бы он знал, как эти «мелкие проблемы» аукнутся ему в следующем году, он бы не отмахивался от них с таким пренебрежением.



Глава 19. Шок.


Пока Сев и Люц выясняли свои отношения, в «Эрн Роке» происходили не менее драматические события. «Предателей крови», эвакуированных с базы Упивающихся порталом, созданным Герми и её друзьями, подлечили, накормили и отправили в безопасные убежища, оборудованные как раз на такой случай. Ещё в самом начале деятельности Хамелеонов, Гарри строго-настрого запретил оставлять всех спасённых в замке. Исключение было сделано только для семей самих Хамелеонов. Теперь же вернувшиеся с задания анимаги и их родные с нетерпением ожидали возвращения четверых своих предводителей, а те задерживались. И вот, когда Молли Уизли уже готова была бегать по потолку и требовать от Дамблдора спасения своего младшего сына, послышались характерные хлопки в холле замка. Гарри, Гермиона, Рон и Блейз, вернулись слегка помятые, но довольные. Обняв встречающих и вкратце рассказав им о проведённой операции, Гарри стал оглядывать собравшихся:

- А где Сезар и Гус?

Марта успокаивающе положила ему руку на плечо:

- С ними всё в порядке, просто магическое истощение.

- Как им удалось отвлечь Воландеморта?

- Мы подкрались к основной резиденции Воландеморта, сняли часовых, а потом, Сезар и Гус пошли внутрь. Ментальные блоки у них мощные, принять облик охранников не составило труда, а когда они добрались до кабинета Лорда, то скинули личины, и выпнули УПСов, с требованием привести к ним Воландеморта для переговоров. Мы с Артуром в засаде ухохотались над их беготнёй. Когда прибыл Лорд, все УПСы попрятались. Сезар с Гусом пудрили ему мозги минут сорок, а потом подали сигнал уходить. Когда мы перенеслись сюда, они уже лежали в холле, без сознания. Марта и Молли говорят, что это просто истощение, - кратко и с юмором прокомментировал их эскападу Алекс.

Гарри и Рон переглянулись, и, не сговариваясь направились к спальне Сезара, двинувшегося было за ними Блейза, целитель попросил проверить самочувствие Гуса.

Выйдя в коридор, в котором их никто не мог слышать, Гарри очень тихо сказал другу:

- У тебя есть шанс выяснить всё сегодня. Если Сезар даже и в сознании, он не сможет солгать. Истощение не даст скрыть истинные эмоции.

- Ты, главное, помоги ему восстановиться, а с остальным мы и потом разберёмся.

Сезар лежал в своей постели, уже переодетый в пижаму и, судя по всему, напоенный укрепляющим и восстанавливающим зельем. Он спал. Гарри провёл руками вдоль всего его тела, и не найдя ничего, требующего вмешательства, просто передал немного Силы, чтобы восстановление шло быстрее. Затем они с Лисом улыбнулись друг другу, приняли душ, надели пижамы, и устроились на кровати, прижавшись к Сезару с двух сторон. Через пять минут оба уже крепко спали.

Лорд Забини проснулся под утро отдохнувшим и в хорошем настроении, попытавшись было перевернуться, он понял, что в постели находится не один, а открыв глаза, с изумлением увидел, обнимавших его с двух сторон Рона и Гарри. Не в силах сдерживаться, он осторожно, чтобы не разбудить, провёл рукой по жёстким волнистым волосам своего Лиса, а когда обернулся, увидел направленный на него, светящийся улыбкой, взгляд зелёных глаз:

- Гарри, я…

- Скажи, Сезар, только честно. Рон для тебя очередное увлечение, или «что-то большее»?

- Прости, Гарри, но, наверное, «что-то большее».

- Ты для него тоже. Отдыхайте. Оставляю вас вдвоём.

- А как же ты?

- А я ваш с Роном друг. Ты сам говорил, что мы друзья, и ревность между нами неуместна. К тому же, у меня, возможно, тоже появилось «нечто большее».

- Удачи вам с Севом, - услышал он уходя.


Рон проснулся от прикосновений чьих-то рук. Они осторожно гладили его лицо, шею, плечи, но не рисковали спуститься ниже. С трудом приоткрыв сонные глаза, в утреннем полумраке, он увидел склонённое над ним лицо Сезара. Спросонья защитные заслоны ещё не успели сработать, и Лис потянулся к дорогому ему человеку всем телом. Его губы нашли рот мужчины, и остальные проблемы перестали существовать. Поцелуи и ласки заводили их обоих. Рону казалось, что губы Сезара были везде, он отвечал не менее яростно. Их встреча вовсе не походила на всё, что испытывал до этого слизеринец. У Лиса не было большого сексуального опыта, но он как будто интуитивно чувствовал, что необходимо делать. Повалив разгорячённого гриффиндорца спиной на постель, и не давая ему вырваться, Сезар не торопясь, сдерживая себя, начал выцеловывать дорожки по всему распростёртому под ним телу. Рон стонал и выгибался, стараясь перехватить инициативу, но смеющийся хрипловатый от страсти голос, приказал ему лежать и наслаждаться. Прикосновения слизеринца стали невесомыми, на грани восприятия, губы тихонько тёрлись о чувствительную точку за ухом, не давая необходимой юноше разрядки. Не выдержав такой пытки, Лис зарычал, и одним рывком скинул мучителя, в свою очередь, придавив к постели. Парень был на удивление сильным, и уже Сезару пришлось терпеть невесомые изучающие прикосновения Рона. Он понимал, что долго так не выдержит, но так характерное для него красноречие, улетучилось в неизвестном направлении, а всё, что приходило ему сейчас в голову, он озвучить опасался, потому, что самым безобидным и печатным из этих слов было: «Я хочу тебя оттрахать так, что ты не сможешь даже стонать». А желанный мальчишка продолжал изучение его тела, не торопясь и не пропуская ни одного кусочка кожи, ни одной ложбинки. «О-о, Мерлин великий! Что он делает?! Неужели мальчишка настолько неопытен, что не понимает, что сейчас я просто изнасилую его?!»

- Прекрати, Ро-он! Ты не знаешь, что делаешь!

- Ну, почему же, Сезар? Я завожу тебя, - голубые глаза блестели шальным блеском, щёки раскраснелись, зацелованные губы были красными как вишня. Глядя Сезару прямо в глаза, парень провоцирующее облизнулся. И всё, самоконтроль слизеринца полетел к чертям собачьим. Он с рычанием сбросил с себя мальчишку, прижал лицом к кровати, навалился всем телом, одновременно просовывая руку к животу парня и обхватывая его твёрдый член. Рыжий Лис громко застонал, выгибаясь и недвусмысленно вколачиваясь в обхватившую его руку.

- Нет, малыш, не так. Это тебе не самому себя удовлетворять. Мы сделаем по-другому, - и, приподнявшись, перевернул парня на спину, рывком перемещаясь и накрывая губами его твёрдый, чуть подрагивающий член. Он плотно обхватил его губами и вобрал в себя почти до основания. Мальчишка на кровати хрипло закричал, запустив пальцы в его волосы, то ли пытаясь остановить, то ли поощряя к действию. «Не надо меня подталкивать, малыш. Я и так сегодня не смогу остановиться». Рон, разметавшись на постели, стонал и умолял взять его, и это распаляло Сезара ещё больше. Он довёл мальчишку до оргазма своим ртом и выпил всё до капли, а потом накрыл его губы своими губами, давая почувствовать горьковатый вкус его собственной спермы.

- Возьми меня Сезар, пожалуйста… Не останавливайся! – затуманенные страстью глаза Лиса смотрели прямо в его глаза. И весь он, обнажённый, юный, покрытый бронзовым загаром, с рассыпавшимися в беспорядке по подушке рыжими вьющимися волосами, представлял собой такую развратную картину, а в голосе его слышалось что-то ТАКОЕ, что не собиравшийся сегодня доводить дело до конца, Сезар, не выдержал, и сорвался.

- Ты когда-нибудь спал с мужчиной?

- Да! Не останавливайся!

Сезара вдруг обуяла такая ревность, и желание «не отдавать никому своего Лиса», что он не заметил ни чересчур уверенных ноток в его голосе, ни отведённого в сторону взгляда. Раздвинув ноги гриффиндорца, он принялся настойчиво ласкать его грудь, покусывая и посасывая напрягшиеся соски, проводить ладонями по внутренней поверхности бёдер, а потом прослеживать этот путь губами. Лизать и посасывать вновь напрягшийся член. Пробормотав заклинание смазки, и вобрав ртом, член мальчишки до основания, он начал настойчиво проникать одним пальцем в скользкое от заклинания тугое отверстие. Рон на мгновение напрягся, но затем настойчивые ласкающие губы, заставили его забыть обо всём. И вот уже весь палец входит в жаркую, тугую глубину, к нему присоединяется второй, затем третий, а мальчишка уже стонет в голос, всем телом подаваясь к ласкающей его руке. И весь хвалёный контроль Сезара летит в тартарары. Он с рычанием, наносит смазку на свой болезненно ноющий член и рывком врывается в такое податливое, горячее тело. Какой-то частью сознания он понимает, что слишком поторопился, но приглушённый вскрик боли, сразу же сменяется рычанием и постанываниями его Лисёнка. И он не может больше сдерживаться, со всей силы врываясь в это жаждущее его тело. Оргазм настигает их одновременно, и они уставшие и опустошённые падают на постель.

- Зачем ты солгал мне? Я ведь мог причинить тебе сильную боль?

- Но ведь не причинил, - лениво раскинувшись на постели, проговорил Рон.

- Это ты мне вечером скажешь, если сидеть сможешь.

- Прекрати извиняться и сожалеть, Сезар, это было… самое лучшее в моей жизни.

- Хха! Я и не говорил, что сожалею. Ни капли, ни об одном мгновении. Но мне стоило вести себя мягче.

- Я не фарфоровый, не разобьюсь. Это было просто потрясающе. Не знаю, как я буду жить без тебя от выходных до выходных. Теперь я понимаю Драко и Блейза, они кроме времени занятий друг от друга вообще не отлипают.

- ЧТО!!??

- Ой! Прости. Ты не знал, что твой сын любит Драко Малфоя?

- Нет, я видел, что он всё лето ходил сам не свой, но, сколько не выспрашивал, так ничего и не добился. Да-а, Драко Малфой – это опасно. Он вот-вот может получить Метку и стать Упивающимся.

- Он этого не сделает.

- Что-то ты раньше не доверял так Малфоям?

- Ты не видел их вместе. ТАК сыграть невозможно. Да и Малфой сказал, что ни за что не примет Метку. К тому же, - Лис ехидно рассмеялся, - В этой паре явно будет верховодить твой сын, даже если Малфой и уговорит его принять фамилию.

- Мне надо поговорить с Блейзом.

- Боюсь, что они уже вернулись в Хогвардс. Гарри обещал меня прикрыть до двенадцати часов, но потом у нас Зелья, их не пропустишь.

- Ну, почему же, если сообщишь Севу, чем конкретно и с кем ты занимался, - лукаво рассмеялся Сезар.

- Ты серьёзно?!

- Нашего зельевара просто трясёт и колбасит при виде Гарри, так что наш с тобой союз он будет просто приветствовать изо всех сил.

- Блейз тоже так считает, но я не видел никаких признаков помешательства.

- Да-а, а Гарри тебе не рассказывал, какой был вид у славного профессора, когда впервые он увидел Гарри возле меня. Я думал, что Сев меня убьёт, а Гарри не выпустит из постели целую неделю. Они просто очень скрытные, оба.

- Мерлиновы штаны! Уже десять! Надо возвращаться в Хогвардс. Уходить не хочется, - Лис потёрся головой о плечо Сезара.

- Не подлизывайся. А то я за себя не отвечаю. Если ты забросишь учёбу, что скажут твои родители?

- О-ох! РОДИТЕЛИ! БЛИН! Про них-то я и не подумал! Мама чуть от заявления Билла отошла, а тут ещё я.

- Твой брат встречается с парнем?

- Ага, они неделю назад приезжали к ним, официально заявить, что хотят пожениться.

- То-то, Молли ходила сама не своя, а Артур, по-моему, воспринял всё спокойно.

- Да, папа молодец. Это мама нам всё распланировала. Даже дочерей своих подружек в гости приглашала. Ты представляешь?

- Ей так не нравятся однополые пары? Вот уж не думал!

- Да не-ет! Просто у них в семье, все пары были гетеросексуальные, вот для неё и непривычно. Но она понимает, что не может, заставит нас жить её жизнью.

- Ладно, философ, пора тебе собираться в школу.

Рон, поцеловав Сезара в губы, ловким рывком сел на постели… и не сдержал болезненного стона: - Блин!

- Больно?

- Да уже всё прошло.

- А ну, ложись.

- Да пустяки…

- Ложись, я сказал! – Слизеринец рывком повалил Рона на постель, и невербально призвал флакон с заживляющим зельем, - Потерпи.

Он очень нежно развёл бёдра юноши в стороны, и, зачерпнув бальзам стал смазывать лёгкими движеньями промежность и воспалённое кольцо ануса. Постепенно гриффиндорец расслабился и стал, постанывая поддаваться, наносящей лекарство руке.

- Рон, перестань…

- Только не останавливайся, - простонал Рыжий Бес, насаживаясь на смазанный бальзамом палец.

- Что ты делаешь?

- Помогаю тебе наносить лекарство, конечно. Я ведь правильно понял? Его нужно наносить внутри и снаружи, - и закрыв глаза, он бесстыдно продолжал начатое.

На лице у Сезара заиграла оч-чень порочная улыбка. Он вынул палец из ануса своего любовника, чем вызвал стон разочарования оного, а затем, зачерпнув побольше бальзама, ввёл уже два пальца. Рон утробно постанывал, извиваясь на кровати, а Сезар, удерживал его руки над головой, не давая тому ласкать свой член:

- Нет уж, позволь мне, - и, накрыв губами, набухший орган, слизеринец несколькими умелыми движениями, довёл мальчишку до третьего оргазма. - Вот теперь, хорошо, - облизнувшись, он отстранился.

Лис полежал на кровати, приходя в себя, затем, с трудом поднялся и отправился в душ.


Хамелеонам удалось скрывать отсутствие в школе Рона вплоть до самых Зелий. Но вот они уже вошли в класс, а Лиса всё не было. Это уже попахивало скандалом. Общие тренировки сами по себе, но пренебрежения к своему предмету, Снейп не спускал никогда. За две минуты до звонка, рыжий Хамелеон всё же появился. Он стремительно влетел в класс, мгновенно достал учебник и писчие принадлежности, так что, когда в аудитории появился зельевар, ничто уже не выдавало, его взволнованного состояния. Но слизеринский декан появился не один, перед ним, выглядя явно виноватыми, шли Блейз и Драко. Гарри поначалу не понял, почему слизеринские друзья кидают на него виноватые взгляды, но поведение Снейпа на занятии, всё ему объяснило. Северус был в бешенстве. Этого не было заметно со стороны, но Гарри уже мог хорошо различать его эмоции. Седьмой курс Слизерина и Гриффиндора давно не видел такого представления.

- Доброе утро класс. Я проверил ваши контрольные работы, и должен сказать, что за всю историю моей преподавательской деятельности, не могу припомнить более отвратительных результатов. Вы стадо имбицилов. Даже…

И дальше озвучивалось мнение об их умственных способностях, и вообще бесполезности обучения в Школе Чародейства и Волшебства. Больше всех досталось Гарри. Даже в конце шестого курса Снейп его так не третировал. Досталось и ему, и его покойным родителям, и крёстному. Гриффиндорец терпел, боясь сорваться. За лето он привык, что язвительность Северуса сходит на нет, если её игнорировать. Но сейчас отсидеться не получалось. Как будто с цепи сорвавшись, зельевар поливал грязью его и его родственников, попутно снимая большое количество баллов, за надуманные провинности с Гриффиндора. Гарри молчал. Но когда, «закусивший удила» профессор провёл прозрачную параллель между ним и Риддлом, целитель понял, что начинает раздражаться. В воздухе ощутимо повеяло опасностью. Но Снейп никак не мог остановиться. Весь класс смотрел на них, и гриффиндорец почувствовал, что должен немедленно уйти, чтобы не натворить что-то, о чём впоследствии будет очень жалеть. Он молча поднялся, и, не слушая гневных окриков преподавателя, быстрым шагом вышел из класса. Отойдя подальше от кабинета, Гарри с силой ударил кулаком в стену, сбивая в кровь костяшки пальцев. В ушах звучали обидные слова, сказанные Северусом. Навалилась жуткая усталость. И немудрено. Вчера он получил не меньше трёх «Круациатусов», сражался с Упивающимися, «потрошил» мозги Кэрроу, «подпитывал» Сезара, да и спал после этого часа два всего. А сегодня они с Блейзом опоздали на завтрак. Так что, в общей сложности, ел он в последний раз… вчера, во время обеда. Всё тело налилось усталостью, навалилась апатия. Он направился, было, в башню Гриффиндора. Но, только представив себе, что для этого придётся пройти мимо кабинета Трансфигурации и учительской, а там наверняка окажется кто-нибудь из деканов, и придётся объяснять, почему он пропускает Зелья, Гарри резко остановился и свернул в тупиковый коридор второго этажа. Уже знакомая ему комната, встретила тишиной и уютом. Зара с Риком где-то носило, и никто не задавал вопросов. Едва скинув ботинки, гриффиндорец упал на кровать и провалился в усталое забытьё.

А дальнейшие события в классе Зельеварения, развивались следующим образом. Едва за Гарри Поттером захлопнулась дверь кабинета, Северус опомнился. Он понимал, что «перегнул палку», гнев гневом, но выплёскивать его в присутствии посторонних не стоило. Окинув взглядом учеников, и встретив в ответ ошарашенные, любопытные и осуждающие взгляды, он дал задание на дом, и распустил студентов на пять минут раньше окончания урока. Когда семикурсники, со скоростью пули покинули его кабинет, Снейп тяжело осел на свой стул, и закрыл лицо руками. Но ему не суждено было предаваться сегодня мрачным размышлениям. Дверь кабинета скрипнула, и внутрь с решительным видом протиснулись, только что присутствовавшие на занятии Хамелеоны.

- Сэр. За что Вы накинулись на Гарри?

- А-а, мистер Поттер прислал делегацию защитников. Можете ему передать, что за свой уход с урока он получает неделю отработок в моём кабинете. Вы свободны.

Но Хамелеоны наложили запирающие заклятия на дверь и остались стоять.

- Мисс Грейнджер, мистер Уизли, мистер Забини, я что, неясно выразился? Вы свободны!

- Сэр, мы требуем объяснений!

- Вы ТРЕБУЕТЕ!? Сейчас же покиньте…

- «Ступеффай!» Профессор Вы сейчас выслушаете нас, и мы уйдём, - Блейз опустил палочку. Вперёд выступила Гермиона:

- Сэр, Блейз рассказал нам, что Вы рассердились, после того как он упомянул наше присутствие в «Эрн Роке» ночью. Так вот, Гарри только осмотрел пострадавших, он даже почти не спал, и ушёл рано утром…

- Если Вас бесит, что он провёл ночь с Сезаром, то можете успокоиться. Гарри с ним уже с сентября не встречается, с отцом Блейза встречаюсь я, - взгляд Рона был вызывающим.

С души Северуса как будто камень рухнул, но её тут же затопило чувство вины. Освободившись от действия парализующего заклятия с помощью невербального заклинания, он спросил:

- Где сейчас Гарри?

- На карте его опять нет. Наверняка, у своих друзей-призраков в убежище, - Рон пожал плечами. - А попасть туда, всё равно невозможно.

- Ну, мы это ещё посмотрим, - неизвестно кому, мрачно пообещал Снейп и, сняв с двери кабинета запирающие заклятия, направился к входу в Тайную комнату.

- Сэр? Что Вы…

- Отправляйтесь на обед.

Хамелеоны переглянулись и… отправились за ним.

Влетев в Тайную комнату, Северус мысленно позвал: «Мастер Слизерин!»

Никто ему не ответил. Он повторил вслух:

- Мастер Слизерин?!

Тишина. Тогда зельевар набрал в грудь побольше воздуха, и заорал:

- САЛАЗАР!!!

В голове раздалось недовольное: «Ну, и зачем же так орать?»

- Мне надо поговорить с Гарри.

«Так в чём дело? Говори».

- Он в вашей с Годриком комнате, я должен туда попасть.

«Понятия не имею, о чём ты говоришь».

- Салазар!!!

«Что Салазар? Я всего лишь призрак голоса основателя, оставленный здесь в качестве путеводителя и охранника. Больше ничего я не знаю и не умею».

- Тогда позови Зара или Рика.

«Ага, щаазз, разбежался…»

- Салазар, Гарри плохо по моей вине, я хочу попросить у него прощения.

- Прощения попросить, говоришь? А зачем обидел? – материализовавшийся за спиной декана Зари, насмешливо смотрел на Северуса.

- Да, слизеринский декан, что-то наш мальчик из-за тебя второй раз за неделю мучается? – появившийся с другой стороны Рик, наоборот, был на редкость серьёзен.

- Я подумал, что он встречается с другим…

- И сорвался?

- Да.

- Как думаешь, Рик, стоит дать ещё один шанс этой сволочи?

- Заметь, Зари, это не я назвал декана твоего факультета сволочью.

- А я и сам такой.

- Какая самокритика…

- Кончай язвить Рик, тебе не идёт. Так что делать будем?

- Поговорить с Гарри хочется, говоришь? Ладно. Только если ЧТО, тебя даже твоя Сила не спасёт. Тупик на втором этаже ты знаешь. Подойди к стене, положи на неё руки, и подумай, как ты относишься к нашему наследнику. Хорошенько подумай.

- И…

- Это от тебя зависит. Если твои чувства искренни – ты попадёшь в комнату, а если нет – извини.

Посмотрев на обнявшихся призраков, и поблагодарив их кивком головы, Северус почти бегом покинул Тайную комнату.

- Мда, Зари, по-моему, история про Артура, Гвиниверу и Ланселота, скучнейшая проповедь, по сравнению с ЭТИМ.

- И не говори… Правда, если кому их и судить, то точно не нам. Сами хороши.

- Вот именно.

Снейп стремительным шагом продвигался в сторону тупикового коридора на втором этаже, когда сзади его окликнул голос директора:

- Профессор Снейп, прошу Вас зайти в мой кабинет.

- С Вашего позволения, через полчаса, господин директор. Мне необходимо немедленно проследить за одним важным делом.

- Хорошо, но я прошу Вас не задерживаться, - Дамблдор ещё несколько минут смотрел вслед унёсшемуся по коридору слизеринскому декану. Грустная улыбка освещала его лицо:

«Мальчик мой, ты всегда мог скрыть свои эмоции от всех, кроме меня. Похоже, между тобой и Гарри что-то происходит. Это может сделать тебя уязвимым для Тома», - решив, что необходимо побеседовать с Северусом и Гарри на эту тему, он развернулся и, не торопясь, направился в свой кабинет.

Слизеринец влетел в тупиковый коридор, огляделся, проверил, нет ли в нём кого, укрытого дезиллюминационными чарами и подошёл к стене. Положив на неё руки, как говорили ему призраки, он закрыл глаза, очистил сознание и мысленно «выплеснул» всю свою тоску по Гарри. С минуту ничего не происходило. Сев даже отчаялся ждать, что стена когда-нибудь откроется. Но вдруг почувствовал, что под руками у него уже не холодный камень, а тёплое гладкое дерево. Облегчённо вздохнув, он открыл дверь и бесшумно скользнул в помещение. Несколько взглядов по сторонам, и у него уже сложилось приятное мнение об уютной спальне: «Мордред послал мне директора по дороге», - с досадой подумал он, - «Теперь даже не поговоришь с парнем нормально». Обойдя попавшийся по дороге низкий столик, Северус осторожно приблизился к массивной кровати. Юный целитель спал, разметавшись поперёк неё на животе, на повёрнутом ко входу лице залегла мрачная складка, кожа была бледной, вокруг глаз – тёмные круги. «Замордовал я своего мальчишку, а ведь ему вчера в бою ещё досталось. Надо извиниться перед ним немедленно. Тьфу! Мантикора задери директора с его беседами».

Он присел на край постели и тихонько провёл пальцами по лицу Гарри, разглаживая залёгшую складку, погладил волосы, плечи, опять вернулся к лицу. Гриффиндорец улыбнулся в полудрёме и пробормотал:

- Северус…, - а потом резко распахнул настороженные зеленющие глаза.

- Профессор, что Вы Здесь делаете?

- Прости меня, Гарри, я не должен был на тебя так срываться.

- Не в первый раз. Интересно, какая муха Вас укусила сейчас?

- Ревнивая… Я думал, ты был в «Эрн Роке» с Сезаром.

- И что же Вас разубедило в этом?

- «Ступеффай» твоих друзей.

- Они напали на преподавателя? Однако…

- Прости.

- И что дальше? Ждать, когда Ваше настроение поменяется вновь, и Вы опять не захотите меня видеть?

- Нет. Этого больше не будет. Я обещаю, что буду все свои сомнения по этому поводу обсуждать с тобой, - Северус говорил ещё что-то, но Гарри уже не слушал, следя взглядом за губами слизеринца. В конце концов, Снейп заметил, куда был направлен рассеянный взгляд парня, и пробормотав:

- Мальчишка…, - повалил юношу на постель, накрыв его губы своими губами. Долгое время они целовались, и их поцелуи становились всё яростней, но потом Сев задыхаясь оторвался от такого соблазнительно сладкого рта, и прохрипел, тяжело дыша:

- Меня ждёт Дамблдор, я должен сейчас уйти. Сегодня, после занятий в Тайной комнате, у меня в подземельях, мы продолжим наш разговор, - У Вас назначены отработки за самовольный уход с урока, мистер Поттер, - глаза слизеринца, на внешне невозмутимом лице, откровенно смеялись.

- Да-а?! И на какое время?

- За Ваше вопиющее пренебрежение правилами поведения на уроках, неделя, не меньше.

- Северус, кто-нибудь уже говорил Вам, что Вы сволочь?

- Да, не далее, как несколько минут назад, ваши предки-призраки донесли до меня своё совместное мнение.

- Они могут и не такое «донести»…, - Гарри потянулся по кошачьи и одним прыжком соскочил с постели, обвиваясь вокруг Северуса. - А может, ну его, директора?

- Сегодня же не воскресенье, нам всё равно предстоит вернуться к занятиям. А тебе не мешало бы поесть.

- Боюсь, что уже не успею, через десять минут ЗОТИ. Сегодня его ведёт Аластор Хмури, и если я не явлюсь, он, со своей паранойей, чёрте что может подумать.

- Ну, тогда иди, - Северус наклонил голову, и снова завладел губами юноши. Гарри вжался в него всем телом, возвращая поцелуй.


На занятия по Защите Гарри пришёл на три минуты раньше Грозного Глаза. Друзья стреляли в него глазами, но помалкивали. Лишь Рон кинул ему вопрос через галеон: «Ну как?». На что Поттер закатив глаза, вслух ответил:

- Снейп назначил отработку у него в течение недели.

Со всех сторон послышались сочувственные возгласы гриффиндорцев и когтевранцев, лишь Хамелеоны и Луна сидели с задумчивым видом.

Обсуждение несправедливых наказаний накладываемых слизеринским деканом, прервалось внезапно, когда в кабинет стремительно прохромал Хмури:

- А ну, ТИШИНА, я сказал! Мистер Томас, мистер Финиган, мисс Лавгуд, Вы собрались своим видом пугать богартов? Немедленно приведите себя в порядок. Мистер Лайвери, если я ещё раз увижу у Вас в кармане шпаргалку, я прокляну Вас, чем-нибудь не из школьной программы. Будьте в этом уверены. Итак, господа анимаги…, приношу свои извинения, господа студенты… Мисс Браун, мисс Патил, Вы услышали что-то смешное? Так может, вызоветесь быть моими добровольными противниками на этом занятии? Ах, нет. Тогда будьте добры МОЛЧАТЬ, когда вам пытаются что-то объяснить. Я понимаю, что Ваш уровень мышления Вам этого не позволяет, но хотя бы попытайтесь. Кстати, насчёт анимагии, я всем настоятельно советую, попросить у профессора МакГонагалл дополнительные занятия по этой теме. Оч-чень повышает шанс остаться в живых, знаете ли. Сегодня мы будем изучать заклинание «Экспекто патронум». Кто ответит мне, в каких случаях используется это заклинание? Мистер Финиган, прошу Вас.

- Заклинание «Экспекто патронум» применяется для защиты от дементоров.

- Правильно. Двадцать баллов Гриффиндору. Поднимите руки те, кто никогда не применял этого заклинания, - он обвёл волшебным глазом класс, где не было ни одной поднятой руки, - Мои поздравления мистер Поттер. Это значительно упрощает дело. Итак, кто назовёт мне, в каких ещё случаях применяется это заклинание?

Гермиона подняла руку, Гарри и Рон почувствовали укол совести, что, зная заклинание, не поинтересовались другими способами его использования.

- Мисс Грейнджер.

- Заклинание также применяется против болотных мавок и другой редкой нежити, специализирующейся на энергетическом вампиризме, и предварительно, лишающей человека радостных воспоминаний, для его деморализации и подавления сопротивления.

- Отлично! Ещё двадцать баллов Гриффиндору. Поскольку все в этом классе практиковали данное заклинание, мы сэкономим время, и перейдём сразу, к редкой его разновидности. Я думаю, ни для кого из вас не секрет, что в последнее время, в своих нападениях Упивающиеся стали использовать оживших мертвецов-инферий. Убить такого противника невозможно. Покалечить крайне трудно. «Инсендио» уничтожает их тоже не сразу. Поэтому, в смутные времена революций и гражданских войн восемнадцатого века, во Франции, магом Жюлем д'Эрвилем, была придумана модификация заклинания Патронуса. При правильном исполнении, оно даёт защитную границу вокруг мага, или группы магов, при прикосновении к которой, инферии мгновенно испепеляются. К сожалению, заклинание не останавливает других противников, и отнимает много Силы, Поэтому, использовать его лучше в паре. Один маг – защищает группу от дементоров и инферий, другой – прикрывает первого и уничтожает других нападающих. Заклинание звучит как «Экспекто патронум морте максима». В слове «морте», «о» протяжное, акцент в фразе на слово «максима». Итак, мистер Поттер, в центр класса, пожалуйста. Кто будет его напарником? Семикурсникам Когтеврана не мешало бы вести себя поактивнее. Прекрасно, мисс Лавгуд, проходите к мистеру Поттеру.

Старый аврор, наложил защитные чары на оставшихся за партами студентов и, пробормотал какое-то заклинание, судя по улыбке, мелькнувшей на лице Гарри, ему знакомое. В кабинете повеяло холодом, и к застывшим спина к спине Гарри и Луне, поплыли два дементора, а из тёмных углов кабинета появились мертвецы. Юноша мысленно порадовался, что сегодня вообще не ел. Со стороны парт неслось приглушённо-испуганное поскуливание. «Да уж, сегодня Грозный Глаз взялся за нас всерьёз», - подумал Гарри, автоматически перемещаясь, чтобы как можно лучше защитить Луну. Но на удивление, необычная когтевранка ничуть не испугалась, а замерла, готовясь отразить нападение.

- Гарри, ты берёшь «дементоров» или «магов»?

- Давай – ты «магов».

- Хорошо.

Дементоры и инферии приближались. Гарри сосредоточился и хотел, было, использовать заклинание невербально и без палочки, как уже привык, но вовремя вспомнил о присутствующих одноклассниках и Хмури:

- «Экспекто патронум морте максима!» - и изящный пируэт палочкой в воздухе.

Вокруг них с Луной, на расстоянии двух метров, появилось огненное кольцо. Гриффиндорец усилием воли начал расширять защитный круг, определяя, на каком расстоянии, он может его контролировать. Приблизившихся дементоров разорвало в мелкие клочья тьмы, а коснувшиеся огненного кольца инферии, мгновенно сгорели, и лишь маленькие кучки пепла напоминали о том, что они когда-то существовали. За спиной раздавались крики Луны, отбивающейся от атак Хмури. Вдруг всё замолкло, и Гарри почувствовал, что девушка безвольно привалилась к нему спиной. Молниеносно развернувшись, и подхватив безвольно повисшую Луну, гриффиндорец не задумываясь, невербально выдал каскад заклинаний, который, отразил уже летевшее в него проклятие в отправителя, откинув того к стене, и фиксировав магическими путами, превратил в полурастение, беззвучно открывающее рот. Убедившись, что девушка пропустила всего лишь аврорскую версию сдвоенного «Ступеффая», он снял заклятия с Хмури. Старый аврор отряхнул мантию, крякнул и, рявкнул на замерший класс:

- Постоянная бдительность! Теперь вы видите, что может произойти с теми, кто отвлёкся, - и уже обращаясь к Гарри, в полголоса. - Спасибо, что хоть не в жабу…, - И снова громко:

- Мисс Лавгуд великолепно выдержала поединок и отвлеклась лишь на мгновение. Но это дело опыта, который, как известно, приходит с практикой. Я приятно удивлён Вашей боевой подготовкой мисс. У Вас есть шанс уцелеть в серьёзном бою. Учитывая, какие плачевные результаты я получил на уроках шестого курса, ваш класс приятно меня удивил. По пятьдесят баллов каждому факультету. Думаю, каждое второе занятие проводить в сдвоенном с шестикурсниками режиме. Иначе, с таким количеством неучей, я не справлюсь до конца своих дней. А сейчас, всем разбиться на пары. Я буду насылать дементоров и инферий, остальные изображать нападающих магов. Тестируемая пара должна продержаться в подобном бою десять минут. В этом случае задание будет считаться выполненным.

Урок прошёл весело. Учитывая, что все здесь присутствующие, были членами «АД», он даже не был необычным. После ЗОТИ, были Чары. Потом свободное время для подготовки уроков. Затем гриффиндорская троица бегом понеслась в Выручай-комнату, тренировать друзей. А в семь часов, Хамелеоны встретились со Снейпом в Тайной комнате. Не смотря на то, что отряд Хамелеонов разрастался (в течение последнего месяца в него вошли Луна и Невилл), тренировки в подземельях посещали всё те же семь человек. Уровень их знаний значительно превышал знания остальных школьников. К тому же, некоторые из этих знаний были не совсем светлыми…, или совсем не светлыми. Все присутствующие это понимали, и весьма сомневались, что узнай Дамблдор о том, чем они тут занимаются, он бы их одобрил. Скорее, постарался бы изолировать их друг от друга, для всеобщего блага… разумеется. Вот и сегодня, они разучивали, как вызвать проекцию дементора. Конечно, её действие было слабее, чем воздействие оригинала, но ведь противник не мог знать, что это подделка. А воображение… великая сила. Причём, не всегда положительная. Даже зная, что видит перед собой «обманку», Гарри не мог сдержать ощущения, постоянно возникающего у него при встрече с дементорами. Но он с собой справился, и нападения отражал превосходно. В его крови бушевал какой-то адреналин, ему сейчас всё удавалось, стоило ему только вспомнить про сегодняшнюю отработку в комнатах Северуса. В девять вечера, Хамелеоны вымотанные, но довольные, по одному, по двое, расходились по своим гостиным. Первым ушёл Снейп. Гарри отозвал в сторону Рона, и попросил того создать иллюзию, что Гарри Поттер вернулся и ночевал в своей постели. Лис понимающе усмехнулся, хлопнул друга по плечу, и прошептав: «Не волнуйся, сделаем…», ушёл вместе с сестрой и Гермионой. В Тайной комнате остался только Гарри. Усталость навалилась тяжёлым жерновом.

- Эх, Салазар, Салазар! И чего вы заблокировали аппарацию в пределах школы. Мне бы сейчас принять душ и переодеться.

В комнате материализовались Зари и Рик:

- Так в чём дело? Примешь душ в нашей комнате, туда есть доступ через камин. Вещи себе тоже, пока из наших подберёшь. Вы с Заром одной комплекции, как раз подойдут. Потом принесёшь в комнату запас своих вещей, и переодевайся на здоровье, - Рик искренне недоумевал, из-за чего весь «сыр-бор».

- Думаю, рубашка ему больше пойдёт твоя. Помнишь, зелёная? Под цвет глаз. Гарантирую, твой Северус не устоит.

Гарри улыбнулся языкастому призраку и кивком поблагодарил Рика. Кинув в камин горсть дымолётного порошка, он назвал спальню Зара и Рика, и, шагнув в пламя оказался в комнате. Терять время было некогда, Снейп уже ждал его. Гриффиндорец быстро прошёл в ванную, скинул одежду, как следует, вымылся и, обернув полотенце вокруг бёдер, пошёл искать себе одежду в запасах призраков. Мда. Прошла как-никак уже почти тысяча лет. Вещи, защищённые от разрушения магией, сохранились, но фасоны… Найдя зелёную рубашку, без обычных кружавчиков, чёрные кожаные бриджи до колен на шнуровке и высокие сапоги, Гарри оделся, поминая незлым словом отсутствие белья. За спиной раздался довольный смех призраков:

- Что, даже в зеркало на себя не посмотришь?

- Я выгляжу как на маскараде…

- А ты посмотри, посмотри. Свечи в комнате вспыхнули ярче, а посреди помещения появилось огромное зеркало. Гарри, взглянув в него, изумился. Перед ним стоял, красивый стройный молодой человек в подчёркивающих фигуру бриджах и сапогах, и свободной зелёной шёлковой рубашке, делающей ещё ярче цвет его глаз. Отросшие волосы в живописном беспорядке разметались по плечам. С этим надо было что-то делать.

- Зари, Рик, а вас не найдётся чем волосы завязать? Шнурок там, или резинка…

- Ффу, какое плебейство! Вон в ящике стола шёлковые и бархатные ленты, пользуйся.

- Ленты, это как-то по-девчачьи…

- Это ты в нашу сторону камень кидаешь?

- Да нет, что ты, Зари, его просто некому было правильно воспитывать. Откуда ему знать, что длинные волосы признак знатности рода. Коротко стригутся лишь простолюдины.

- Грубо говоря, раз уж ты наш наследник, будь добр соответствовать. Да, там, в столе перстень, который мы когда-то создали, чтобы подарить нашему сыну, когда подрастёт. Надень его и никогда не снимай. Родовая магия будет тебе защитой.

Гарри причесался, завязал волосы в хвост бархатной чёрной лентой, выслушивая ворчливые поучения Зари, а потом осторожно открыл маленький ларчик. В нём лежал, небольшой золотой перстень, с вставленными в него изумрудом и рубином, искусно обвитым, обнявшимися львом и змеёй. Как ни странно, сочетание этих двух камней не вносило дисгармонию, они смотрелись как единое целое. Прикоснувшись к украшению, юноша почувствовал очень непривычное чувство, которого ему так не хватало в жизни. Он ощущал себя частью семьи, которой у него никогда не было. Перстень уже казался родным и привычным, и Гарри надел его на средний палец правой руки.

- Не бойся, никто, кроме твоих друзей, не увидит его, если ты сам этого не захочешь.

Ещё раз, несколько нервно улыбнувшись своему отражению в зеркале, он накинул мантию-невидимку, и отправился в подземелья.

Северус в это время метался по своим покоям как тигр в клетке. Нет, он, конечно понимал, что Гарри сначала отправится в свою башню переодеться, но… время тянулось так медленно. Сомнения вновь подняли свою голову: «Зачем я ему, юному и красивому? Шпион, некрасивый, на двадцать лет старше, который третировал его все шесть лет учёбы…» Но, почему-то, сердце, обычно закрытое мощным слоем брони, в этот раз поверило, что что-то хорошее в этой жизни возможно и для него. Если сейчас Гарри не придёт… Северус даже не представлял, что тогда будет делать. Как будто разом стало не важно, всё, что привязывало его раньше к жизни. «Только бы он пришёл. Только бы пришёл…»

Едва слышный стук в дверь… Показалось… Стук закрывшейся двери за спиной. Никого. Опять показалось. И чьи-то руки, закрывающие ему глаза:

- Где же твой шпионский самоконтроль? – тихий шёпот над самым ухом. Руки внезапно исчезли, так же неожиданно как появились. Снейп крутанулся мгновенно охватывая взглядом помещение. Никого.

- Мальчишка! Поиграть в прядки хочешь?

Тихий смех в ответ. Оглядев гостиную, и не заметив признаков присутствия гриффиндорца, зельевар закрыл глаза и стал прислушиваться. Ничего. «Чары тишины», - усмехнулся он, продолжая стоять неподвижно. Движение воздуха сзади и слева, мгновенный бросок, и трясущееся от сдерживаемого смеха, невидимое тело в руках.

- «Фините инкантатем».

Заливистый смех невидимого парня. Северус собрал всю свою волю в кулак. Он сейчас снимет проклятую мантию-невидимку с Гарри и поговорит с ним. Расставит все точки над i. Скажет о предупреждении Альбуса… Даст выбор… Он будет держать себя в руках… Он же шпион в конце концов. Тёмного лорда за нос три года водит, сможет и от мальчишки свои эмоции скрыть. Но когда мантия-нивидимка призрачной лужицей упала к их ногам, слова застряли в горле Сева, а руки сами обхватили смеющееся лицо, приближая к его губам.

- «О Мерлин… Моргана…Да чёрт с вами…»




Глава 20. Атака крыс.


Северус хотел поговорить со своим мальчиком… Правда хотел… Но когда мантия-невидимка призрачной лужицей упала к их ногам, слова застряли в горле… Смеющееся юное лицо с изумрудными глазами, за едва заметными стёклами очков, зелёная шёлковая рубашка с призывно распахнутым воротом, обтягивающие кожаные штаны со шнуровкой на… А вот на этом заострять не стоит… Северус опомнись! Держись…

«О Мерлин! Как же хорош мальчишка! Моргана! Он что, специально оделся ТАК, чтобы свести меня с ума? Да чёрт с вами Альбус, Тёмный лорд, и все УПСы с Орденцами в придачу!»

Сев обхватил ладонями любимое (ЛЮБИМОЕ?! Да когда же это случилось?!) лицо, и впился жёстким поцелуем в смеющийся рот. Прозвучавший в ответ стон, просто отключил последний самоконтроль зельевара к Мордредовой мантикоре (О, как?!).

А дальше, оба запомнили только смутные обрывки. Вот Северус приподнимает Гарри вжимаясь в него всем телом… А зеленоглазый парень обхватывает его талию стройными ногами, затянутыми в кожу… Как они не разбили свои безумные головы по пути в спальню, и ничего не разрушили по дороге, они и сами не смогли потом понять. Очередная вспышка воспоминаний – они уже в спальне, одежда в беспорядке разбросана по полу… Гарри с разметавшимися по простыням волосами, без рубашки, но всё ещё в своих штанах… Северус, обнажённый, нависший над стонущим парнем… И горячий шёпот:

- Как идёт тебе эта одежда… Я не хочу портить её заклинанием… Сейчас мы с ней по другому разберёмся…

Рука слизеринца сжимающая твёрдую плоть через мягкую кожу… И медленно-ленивое расшнуровывание ширинки брюк… зубами.

- Тебе нравится прикосновение кожи к телу? Я это запомню… Да-а… Замечательно…

- Северус! Пожалуйста! Не останавливайся!!! – Гарри сам понимает, что его голос звучит умоляюще, он почти стонет.

- Что ты, я даже и не думал! Сомневаюсь, что смог бы остановиться, даже если бы ты просил. Гарри! Не шевелись! Я не смогу сдерживаться… О-о-о!

- К Мордреду твою сдержанность! – и шалые зелёные глаза смотрят в упор.

Мальчишка вырывается и подминает зельевара под себя, судорожно прижимаясь к нему всем телом, и покрывая его лицо, шею, грудь, поцелуями-укусами. Скользит ниже, и впивается зубами в сосок зельевара… Отпускает… Зализывает укус… Всасывает, ставший неимоверно чувствительным, бугорок губами… Переходит к другому…

Зельевар скидывает его с себя, придавливает к постели такие неугомонные руки, и резко накрывает ноющую твёрдую плоть ртом. Слух радует стонущий вскрик мальчишки. Ласки языком и губами… Сжимая и расслабляя… До основания и только головку… Быстро и медленно… Гарри уже дышит со всхлипами, его крики подгоняют Северуса. Довести почти до пика, и… сжать член у основания, препятствуя оргазму… О да, Северус умел доводить партнёра до грани… Не думать о собственной эрекции! Не думать о распростёртом под ним сейчас таком открытом теле! Сдержаться! Не ворваться со всей силы! А сколько ещё он сможет выдержать?! И не известно, сколько бы смог… Гарри, отрывает его от себя:

- Северус! Прекрати эту пытку! Возьми меня сейчас же!

И какая-то бешенная волна поднимающаяся из самых глубин, и рычащий ответ:

- Ты сам напросился…

Рывок… И смуглое тело распростёрто лицом вниз. Заклинание… И под бёдрами парня лежит подушка. «Акцио» смазка… И на ладони зельевара оказывается баночка. Не смотря на рвущегося из глубины зверя, пальцы Северуса действуют нежно и осторожно. Но зверёныша в груди гриффиндорца это не устраивает:

- Твою мать! Сев! Возьми меня, я больше не могу! О-ох!

И после двух пальцев в тугой жаркой глубине, слизеринец срывается. Он входит в распростёртое под ним тело мощно, одним рывком, внутренне холодея от болезненного стона… Впрочем, тут же сменившегося криками страсти. Они слишком долго ждали этого дня… И их первый раз вышел стремительным и быстрым. Но это устроило обоих. Когда, выгнувшись дугой, Гарри задрожал в оргазме, Северус не выдержал давления сжимающихся мышц, и кончил, впившись зубами в плечо своего Гарри.

Потом они лежали, обнявшись, и зельевар очистил их и простыни на постели невербальным заклинанием. Юноша же не мог пошевелиться. Всё тело его звенело от счастья и наполнявшей его Силы. Нежные губы успокаивающе целовали каждую отметину, каждый след укуса на его теле. Успокаивающе… Он не заметил, когда эти поцелуи стали вновь заводить его. Но тело задрожало в предвкушении. Возле уха раздался мурлыкающий голос Сева:

- Ты такой чувствительный, что боюсь, мне не понадобится много времени для восстановления.

- О Мерлин, Северус, что ты со мной делаешь? – член Гарри был опять в полной боевой готовности.

- Подожди, не шевелись, - вновь хрипловатый шёпот над ухом, и прикосновения ТАМ. Нежные ловкие пальцы что-то втирающие, и жжение уходит.

- Что это?

- Заживляющий бальзам с расслабляющим эффектом.

- Расслабляющим… Позволь мне…, - целитель перевернулся на спину, зачерпнул пальцами густую мазь, лизнул её, провокационно высунув язычок, и разведя ноги… стал вводить смазанные мазью пальцы в свой анус.

- О-о-о! Она и вправду хорошо расслабляет… М-м-мм! Нет Северус, не касайся меня, только смотри, - и он продолжил трахать себя пальцами, постанывая и тяжело дыша. Вот к первым двум присоединился и третий палец… Снейп застонал… Его член мучительно напрягся, ему очень хотелось прекратить эту пытку, и войти в извивающееся от страсти тело:

- Гарри прекрати!

- Ну почему же, это так… здоорровоо… Ох, Северус, как же я тебя хочу…

- Тогда убирай свою руку к Мерлиновой бабушке! – Сев быстро смазал свой член этой чудодейственной мазью и осторожно вошёл в Гарри, глядя, как в глазах гриффиндорца взрывается изумрудное пламя.

- О-ох! Северус!!! Не останавливайся!

- Нет, нет мой мальчик, я не остановлюсь, пока ты не будешь принадлежать мне весь целиком, до последнего уголочка твоей души и тела. Да-а-а! Вот так! Обхвати меня ногами!


Они смогли встать с постели и отправиться в душ, только в три часа ночи. Точнее, отправился Снейп, неся на руках обессилившего Гарри. Парню больно было даже шевелиться.

- Почему ты не сказал мне, что у тебя долгое время не было секса. Я бы не набросился на тебя так резко.

- Да-а! Ты хочешь сказать, что тогда, в отличие от меня, ты мог соображать?

- Нет, но я мог попытаться… Гарри… Мне показалось, что для тебя это проникновение впервые…

- Абсолютно правильно показалось. Мы с Сезаром не заходили так далеко.

- Девственник. Меня свёл с ума девственник?! О, Мерлин! Каким же ты будешь, когда научишься?!

- Я не против, поучиться и дальше… - мурлыкнул Гарри, прижимаясь ртом к шее Северуса.

- Шестой раз за ночь?! Да ты завтра даже шевелиться не сможешь! – Сев спустился по ступенькам в тёплую воду небольшого бассейна, добавил в воду какой-то терпко пахнущий бальзам, и осторожно погрузил в воду свою ношу. «Ноша» сонно прошептала:

- Растопырник… - и попыталась прижаться к зельевару всем телом. Он осторожно омывал полусонное тело, стараясь смазать заживляющим бальзамом, все потёртости и царапины, а Гарри уплывал на волнах сна всё дальше и дальше.

- Мальчишка…, - совсем не насмешливо прошептал Сев, закутывая стройную фигурку заснувшего Героя в большое махровое полотенце. Он тщательно вытер юношу, обсушил себя заклинанием, и понёс «своё лохматое сокровище» в спальню. Устроил в постели, укрыл одеялом, и лёг рядом, разглядывая в полумраке черты расслабленного лица. Гарри что-то пробормотал во сне, и положил, голову ему на плечо, крепко обняв рукой. Постепенно и сам Северус провалился в сон. Он не видел, как из-за полога их кровати выскальзывают призраки и просачиваются через дверь в гостиную.

- Зари ты извращенец.

- А что такого? Я только хотел убедиться, что Северус не обидит нашего мальчика.

- Да, ну?! Ты убедился в этом четыре часа назад! Какого Мордреда мы не вылезали оттуда всё это время?

- Ну, ты же тоже не возмутился, и не удалился с громкими воплями о бесчестности нашего поступка.

- Я тебя ждал. И не смотрел…

- Не смотрел? Ни капельки? О-о-о! Что же я бедный-несчастный стану сейчас делать в таком состоянии, с этим бесчувственным бревном? Неужели тебе не понравилось, Рик?

- Ну, вообще-то, я смотрел… немного… И, да, мне понравилось! Но это безнравственно, вмешиваться в их интимную жизнь!

- А разве плохо иногда получать такие… свежие эмоции?

- ЗАРИ!!!

- РИК! Если ты сейчас же не заткнёшься, и не появишься в нашей спальне, можешь впредь составлять компанию другим призракам.

- Не-ет ЗАРИ, я так не думаю…

- Прекрати…

- Нет.

- О-ох, прекрати, мы их сейчас разбудим…

- И не подумаю…

- И кто из нас извращенец?

- Ты сам напросился!

- Рик, пожалуйста, давай в спальне, - голос обычно ехидного призрака был умоляющим и прерывистым, - РИК!!! Сволочь! Что ты делаешь?!

- А мне надо озвучить?

- Прекрати…

- Я ввожу в тебя свои пальцы, а ты бесстыдно извиваешься подо мной. А сейчас я…

- Ну, всё! – раздался негромкий хлопок, и в гостиной стало тихо и безлюдно.


Гарри и Северус впервые за долгое время спали спокойно и без всяких кошмаров. Обыкновенный старый магловский будильник, тикающий на тумбочке возле кровати, должен был разбудить их в 6.00. Учитывая, во сколько они уснули, у них оставалось очень мало времени, для того чтобы выспаться. Но реальность, как всегда, внесла свои коррективы. В 5.45. в кармане мантии Гарри стал подскакивать и постукивать об пол, зачарованный галеон. Спросонья ни он, ни Северус не могли понять, в чём дело, и они потратили ещё минут десять, разыскивая источник шума. Когда же Гарри, наконец-то, нашарил его в своей мантии, в мозгу вспыхнуло: «Гарри! Опасность! Амбридж с министерскими крысами в школе. У них какой-то приказ. Дамблдор ругается с ней, но, похоже, что своим визитом она и его застала врасплох! Где ты Гарри? Ответь! Что нам делать?»

Услышав такое, Северус и Гарри мгновенно вскочили с постели, оделись и, воспользовавшись мантией-невидимкой, дезиллюминационными чарами, и «Заклятием Тишины», побежали на разведку. Определив по Карте Мародёров местоположение незваных гостей, они постарались подобраться к ним, как можно ближе. Но в какой-то момент, Снейп схватил Гарри за руку, и удержал на месте. В мозгу гриффиндорца раздался знакомый настороженный голос: «Дальше нельзя, у них определитель присутствия». Прижавшись к стене, они стали прислушиваться к словесной баталии в холле замка.

- Директор Дамблдор, я выполняю приказ Министра Магии Корнелиуса Фаджа. Учитывая неспокойное время, магическую общественность ни может не волновать то, что многие несовершеннолетние волшебники остались без опеки родителей. У одних они были убиты Упивающимися, у других – попали в Азкабан. Страшно подумать, что может прийти в их неокрепшие головы, учитывая отсутствие должного контроля со стороны опытных магов, а также доступ данных студентов к материальным средствам своих семей. Было принято решение, всех несовершеннолетних волшебников, потерявших родителей, опекунов, а также, родившихся в маггловских семьях, взять под опеку и защиту министерства. Они должны быть доставлены в замок «Кроун» сегодня к вечеру. Там созданы все условия для их защиты и обучения. Вы не имеете права препятствовать исполнению данного приказа!

- С вашего позволения, Долорес, этот приказ Министра не утверждён Визенгамотом. И в Хогвардсе несовершеннолетние волшебники как раз, находятся под присмотром опытных магов. Вы не находите?

- Но этим неокрепшим душам, необходимо уделить более пристальное внимание, чем могут обеспечить преподаватели Хогвардса. Вы обязаны исполнить приказ Министра, директор.

- Я повторяю, пока он не утверждён Визенгамотом, он не имеет юридической силы.

- А вот в этом Вы ошибаетесь. У Министерства есть разрешение утверждать свои приказы, в промежутках между заседаниями Визенгамота. Если Вы хотите, можете оспорить приказ Министра на следующем заседании, но до этого времени он имеет юридическую силу.

- Хорошо, Долорес, но сейчас нет ещё и шести утра, дети спят. Передайте мне списки интересующих Вас детей, и я, вместе с деканами факультетов, проверю, в школе ли они в данное время. Многие сейчас участвуют в похоронах своих близких и отсутствуют.

- Я думаю, мы поступим проще. Соберите всех студентов в Большом зале в 7.30. утра. Я думаю, это не сильно нарушит их распорядок дня. Там мы и зачитаем списки. А после завтрака отправимся в «Кроун».

В мозгу Гарри опять послышались мысли Снейпа: «Замок Кроун мало, чем, отличается от Азкабана. Вызволить потом детей оттуда, будет проблематично».

«Надо узнать списки студентов, подвергающейся опасности, и временно увести их из Хогвардса».

«Умница! Списки мы выясним, но как вывести детей. Министерские крысы разбегутся по всем коридорам и отрежут пути к отступлению».

«Надо их опередить. О! Лигиллименция! Мы «считаем» списки в их мозгах!»

«Давай. Ты - Гриффиндор и Когтевран, я - Пуффендуй и Слизерин. Уводим студентов или в Выручай-комнату, или в Тайную. Там они смогут отсидеться, а мы продумаем пути их эвакуации».

Через пятнадцать минут копаний в чужих мозгах, они наизусть знали, кого им придётся выводить «из-под удара» Министерства. С первого по шестой курсы, количество подпадающих под «опеку», было впечатляющим. Быстро передав списки по галеону членам команды Хамелеонов, Северус с Гарри начали разрабатывать пути эвакуации. Но и люди Амбридж, были не лыком шиты. Они выставили посты, на всех перекрёстках коридоров. Через минут пятнадцать, с целителем связались Тони и Блейз: «Наши группы соединились, но выход из подземелий перекрыт «министерскими», невозможно также вернуться к гостиной Слизерина и к проходу в Тайную комнату. Мы блокированы». Ещё через пять минут, от Герми, Рона и Луны: «Не можем пробраться на восьмой этаж к Выручай-комнате, отрезаны от своих гостиных». Гарри несколько минут просчитывал что-то в уме. Потом начал отдавать приказы: «Герми и Луна, ведите «львят» и «орлят» в кабинет Трансфигурации, оттуда камином в заброшенный кабинет в тупике второго этажа. Блейз и Тони, то же самое, но через кабинет Зельеварения. Я вас встречу».

- Что ты задумал, Гарри?

- Спальня Зара с Риком, тоже не определяется никакими способами, выведем их туда, а потом, портключами в «Эрн Рок».

- Это может сработать. Я думаю, твои друзья-основатели, откроют тебе доступ в комнату с любого камина в замке.


Через ещё пятнадцать минут в тупике второго этажа столкнулись две большие группы студентов. Малыши и шестикурсники, слизеринцы и гриффиндорцы, дети жертв и отпрыски преступников, все были готовы бежать от Амбридж хоть на край света. Никто не поверил в благородные намерения министерства.

- Надо что-то делать, за нами погоня! – выкрикнула Гермиона.

- Нам удалось запутать следы, но это ненадолго, - Блейз был мрачен.

Хамелеоны, не сговариваясь, заняли позиции, прикрывая вход в тупик, оттеснив детей за выступ стены.

- Где же Поттер? – спросил присоединившийся к ним Драко.

- Сейчас будет…

В стене, перегораживающей коридор, появилась вдруг массивная деревянная дверь, которая бесшумно открылась. Возле порога стоял Гарри Поттер, жестом приглашая всех внутрь. Они успели вовремя. Едва последний студент скользнул в комнату, и дверь захлопнулась, вновь слившись со стеной, с лестницы послышался топот ног и голоса:

- Они здесь, «Определитель присутствия» указывает на этот коридор.

- Что за… Здесь никого нет! Тупик.

В ответ послышался голос Амбридж:

- В этом замке повсюду тайные комнаты. Наверняка, где-то здесь одна из них. Пройдите с «Определителем» вдоль стен.

Беглецы, набившиеся в спальню, сидели тихо как мыши, и даже дышали через раз. В голове Гарри раздался успокаивающий голос Рика: «Они ничего не смогут найти. Не бойся».

- Найти-то не найдут, но и из коридора не уйдут. Надо их как-то отвлечь. Рик, Зари, откроете нам с Блейзом и Тони с Луной, камин? – прошептал Гарри.

- Что ты задумал, Гарри? Это может быть опасно! – материализовавшиеся из воздуха призраки, явно не понимали, зачем ему это надо.

- Вы не понимаете! Если не увести их из этого тупика, они будут землю носом рыть, пока не найдут комнату.

- Ну, знаешь ли, наследничек, мы были всё-таки великими волшебниками. Вход в закрытые комнаты получает только тот, кто этого достоин, - Зари начал раздражаться.

Замершие с расширенными в шоке глазами, студенты, переводили взгляды с одного спорщика на другого. По всей видимости, они ещё не поняли, чьи это призраки.

- Зари, парень прав, даже если они не найдут вход, то все подходы к комнате, всё равно перекроют, - успокаивающе положил руку на плечо своего друга Рик, - Поверь, наш наследник знает что делает.

И тут в разговор встряла несносная «почемучка», гриффиндорская третьекурсница – Ромильда Вейн:

- А кто вы такие? Я раньше вас не видела в нашем замке.

- Да неужели?! Годрик, на твоём факультете - сборище наглецов и выпендрёжников!

- На своих посмотри, Салазар! Достал ты меня уже со своими подковырками!

- ХВАТИТ!!! Рик! Зари! Нашли время… Откройте мне камин! Мы с ребятами уведём министерских крыс из коридора. А Гермиона пока подготовит портал для эвакуации…

- Поттер! Ты наследник Слизерина и Гриффиндора?! Их обоих? – Малфоя казалось, сейчас хватит удар.

- Да, молодой человек, он наш наследник. А Вы, простите, кто будете? – Зари опять собрался с кем-нибудь поругаться.

- Драко Люциус Малфой, к Вашим услугам, сэр!

- А-а, Малфой, оно и видно! – призраки переглянулись, хитровато улыбаясь чему-то, что помнили только они.

- Зари, Рик, ну что вы как дети малые, право слово, прекратите всех доставать и откройте, наконец, уже камин!

Призраки повернулись к камину, взмахнули руками, и по сложенным аккуратным шалашиком дровам, пробежало изумрудное пламя.

Гарри отозвал Гермиону в сторону, и пока слегка обалделые от утренних впечатлений студенты-беженцы, с благоговением и опаской разглядывали «самих» основателей, прошептал ей на ухо:

- Их придётся оставить в «Эрн Роке», двадцать семь человек, да ещё с разных факультетов, без присмотра они любое убежище разнесут в пыль.

- Я тоже так думаю. Ничего, там есть, кому держать их в рамках приличия.

- Вот и проведи со взрослыми и детьми разъяснительную работу «О пользе дружбы». Я, пожалуй, не буду брать с собой тебя, Блейза с Драко, Рона и Тони. Хоть с родными повидаетесь.

И уже громко, так, чтобы все слышали:

- Сейчас Гермиона и Рон с Блейзом создадут портал до безопасного места. Вам всем придётся переждать там несколько дней, - видя, как настороженно вытянулись лица беглецов (в особенности - подозрительных слизеринцев), он добавил, - Не волнуйтесь, это место вам точно понравится. Задания на дом будут вам приносить каждый день (чей-то приглушённый стон). Это не каникулы! Как только директор решит ваш вопрос, вы все вернётесь в Хогвардс. Если кто-то против, милости прошу со мной. Я доставлю вас в такое место, которое министерские ищейки уж точно не пропустят.

Гарри окинул взглядом собравшихся:

- Так что, есть желающие вернуться? Нет. Ну и отлично. Слушайтесь Гермиону Грейнджер, она вам всё объяснит.

Он развернулся, и, сделав жест следовать за ним, Сьюзен и Невиллу, направился было к камину. Но внезапно раздавшийся за спиной, пронзительный и недовольный голос «чистокровной леди» - слизеринской пятикурсницы, Мерилин Монтегю, заставил его остановиться:

- Почему мы должны слушать распоряжения какой-то грязнокровки?

Но отчитать чистоплюйку он не успел. К капризной «принцессе» подлетел Зари, и в своей манере, поставил нахалку на место:

- Юная, с позволения сказать, «Леди», к Вашему сведению, грязнокровок попросту не существует. Многие из тех, кого Вы так называете, гораздо родовитее Вас. И леди О'Нейл-де Грейнджер, не исключение. Хотя, мой наследник уже предложил Вам остаться. Я думаю, что в «Эрн Роке» без Вас будет веселее.

Со всех сторон послышался восхищённо-недоверчивый шёпот: «Эрн Рок», Салазар Слизерин сказал «Эрн Рок»?! И совсем ещё детский, звонкий голос, удивлённо спросил:

- Но замок «Эрн Рок» - это же сказка… правда?

Герми улыбнулась и ответила первокурснику:

- Он на самом деле похож на сказку, но, тем не менее, существует.

На Мерилин Монтегю, было жалко смотреть, от грозной отповеди основателя её факультета, и свалившихся на неё сведений, вся спесь, слетела одним махом, осталась просто покрасневшая как рак, девица с открытым ртом.

Со стороны гриффиндорцев раздалось ехидное:

- Рот закрой, а то муха залетит…

Усмехнувшись про себя, и оставив своих лучших друзей разбираться с этим бедламом, Гарри Поттер, со товарищи, отправился через камин, «устраивать моцион министерским крысам». Шедший следом Невилл, озвучил его собственные мысли, прокомментировав ситуацию:

- Не всё нам Воландеморта обижать, пора и с людьми Фаджа пообщаться.

Выйдя из заброшенного класса, возле лестницы в подземелья, Хамелеоны переглянулись, недобро усмехнувшись друг другу, и разошлись в разные стороны.

Через полчаса люди Фаджа сбивались с ног, пытаясь отловить виденных кем-то то здесь, то там, «беглых» студентов. Всегда готовая поддержать любое безобразие, только чтобы сорвать уроки, оставшаяся в замке студенческая братия и… (ну нет, в русском языке слова – сестрия), с упоением помогала Хамелеонам «творить». В общем…, ещё через два часа, Долорес Амбридж, пришлось эвакуировать свою команду не солоно хлебавши. Другого выхода у неё просто не было. Из пришедших с ней тридцати магов (Неплохо, да? Чтобы всего лишь препроводить в безопасное место двадцать семь несовершеннолетних детей), половина (!!!) подверглась неизвестным проклятиям, и как бы это помягче сказать, не то чтобы не могла участвовать в погоне, но и разумно мыслила-то через раз (в лучшем случае). Ещё семеро были покалечены отлетевшими или упавшими предметами (как то: двери, факелы, люстры, осколки камней, парты, доски и т.д. и т.п.). А оставшиеся пятеро не знали за что хвататься в первую очередь, то ли пытаться расколдовать своих товарищей (ага, размечтались, проклятия-то недоучки накладывали, они и сами не знали, что у них получится), то ли отвести их в Св. Мунго, то ли вызвать на подмогу авроров. Но от последнего, личная посланница Министра, отказалась сразу. Во-первых – Аластор Хмури потребует постановление Визенгамота (и плевал он на неё и на Министра с высокой колокольни). Во-вторых – он человек Дамблдора. В-третьих – он их просто на смех поднимет: тридцать взрослых работников Министерства не справились с «детишками». И вообще, всё происходящее нынче в школе, очень напоминало неприятности, случившиеся этим летом с Тем-кого-нельзя-называть. Поневоле закрадывалась мыслишка…, а не из одного ли места, у этих «неприятностей», ноги растут. Поэтому, дотошная Жаба поступила по-своему. Она вызвала подмогу, состоящую из министерских работников, преданных лично Фаджу, а свою команду отправила в Св. Мунго. Но с преданными Министру служащими вышел казус, их оказалось не так уж много, да и назвать их боевыми магами, можно было лишь с натяжкой. Но зато, они хорошо разбирались в следящих чарах и всевозможных магических «жучках», которые и понавтыкали во все мало-мальски людные углы (включая гостиные факультетов, Большой зал, классы, личные комнаты преподавателей).

Северус (учитывая свой шпионский опыт), разбиравшийся в подобных вещах, чуть не заавадил слащавую сволочь с досады. Ещё бы, ведь следящие артефакты были и в его спальне. Осторожно предупредив директора и других деканов об опасности, он связался через галеон с Хамелеонами, поставив в известность и их. В конце послания он добавил короткое: «Прости». Тот, кому оно предназначалось, понял всё без пояснений. Через пять минут, галеон Сева выдал его ответ: «Не за что. Отработки ведь никто не отменял». Зельевар не мог понять, что же такого придумал изворотливый гриффиндорец, чтобы обойти министерские ловушки, но решил положиться на его везение и умение выходить с честью из заведомо проигрышных ситуаций.

К обеду страсти поостыли, и Амбридж сообразила, наконец, что необходимо пересчитать студентов отсутствующих в школе. Что и было проделано в Большом зале. Как не странно, никто, кроме числящихся в списке «на опеку», не отсутствовал (Ну, ещё бы, шесть часов прошло. А за это время, со способностями Хамелеонов, можно до Луны долететь… или испытать пару-тройку оргазмов, в случае Сезара с Роном и Блейза с Драко. А заодно и представить, находящемуся в хорошем настроении родителю, своего бой-френда). Проблему же с прослушиванием, Дамблдор решил очень просто: наколдовал в каждом прослушиваемом помещении плакат в стиле: «Враг не дремлет. Болтун находка для шпиона!» А потом, с милой улыбкой, пояснил Амбридж, что сделал это исключительно в плане предотвращения выбалтывания шпионам Воландеморта секретных сведений. Причём, сразу после обеда, директор, как бы, между прочим, поощрил студентов, на получения знаний, при общении с различными артефактами (в переводе на студенческий – сможешь отключить «игрушку» - получишь баллы).

Не смотря на всеобщий подъём настроения и ажиотаж, тренировки в Выручай-комнате и учебные бои «в логове Слизерина», пришлось отменить. Гарри ещё помнил, как Амбридж пробилась в Выручай-комнату два года назад, и не хотел рисковать вновь. Было решено затаиться и дня через три, «абсолютно случайно» отключив следящие артефакты, возобновить занятия. Надо ли говорить, кому были поручены эти случайности? Правильно! Рону Уизли, как самому лучшему «крякеру» команды Хамелеонов.

В восемь часов вечера преподаватель Зельеварения, сидел в своём кабинете и проверял контрольные работы третьекурсников. Точнее, пытался проверять… Но из головы не шла фраза, сказанная Гарри про отработки. Что такого хитроумного мог придумать гриффиндорец? В дверь кабинета постучали.

- Войдите.

Дверная створка скрипнула, и на пороге появился Гарри Поттер, собственной персоной, с забито-несчастным видом. И если бы не смеющийся взгляд, кидаемый им на любовника, то можно было подумать, что он пришёл как минимум, на казнь (чем и были для всех отработки в кабинете Зельеварения).

Собрав всю свою волю в кулак, Снейп презрительно процедил:

- Поттер, наконец-то, вы соизволили опоздать на пять минут. Возле книжных стеллажей, лежат книги, нуждающиеся в реставрации. Я весьма сомневаюсь, что у Вас руки растут, откуда надо, чтобы починить их без помощи магии, так что, можете использовать «Репаро». Приступайте.

Гарри прошёл к стеллажам, и начал работу. Он пытался придумать, как бы донести свой план до Северуса, но опасался прослушки. Вдруг, среди книг, он обнаружил обрывок пергамента, на котором, как только его засёк глаз гриффиндорца, появилось:

«Что ты задумал? Используй лигиллименцию».

Юноша сосредоточился, и мысленно передал:

«Через полтора часа, скажешь, чтобы я заканчивал, проводишь до двери, там темно. Накинешь мантию-невидимку, а Гермиона под оборотным зельем займёт твоё место».

«Обязательно впутывать кого-то в наши отношения?»

«Мои друзья не слепые… Да и твои, тоже…»

Уже не пользуясь пергаментом, они продолжали мысленно беседовать.

«Ты знаешь, что сказала Герми, когда я её попросил посидеть у тебя часа два-три?»

«Что?»

«Что давно пора нам с тобой подумать о своём счастье, а не о счастье других…»

«Кстати, о счастье… Мне тут один человек для неё одну вещь передал. Безопасную, я проверял. Сказал, что она поймёт. У меня такое чувство, что я чего-то не знаю о ваших приключениях. Или я ошибаюсь?»

«Нет, не ошибаешься. Просто из головы вылетело. Поэтому и не рассказал. Это было в последних числах августа. Мы все вместе отдыхали на Ривьере…»

«Да, Сезар мне рассказывал…»

«29 августа, мы с ребятами катались на специальных досках по морским волнам, а Герми ныряла со скалы в море. Когда я возвращался на нашу часть пляжа, то заметил, что девчонки играют с каким-то породистым ухоженным сиамским котом. Проверил на анимагию просто машинально, и чуть не упал, это был Люциус Малфой! Ты бы видел его блаженную морду, и слышал его мурлыканье. Клянусь Мерлином, он мурлыкал на всю округу. Но я тогда подумал, что он шпионит за нами для Воландеморта и, превратившись в кота, накинулся на него с когтями. Девчонки нас едва растащили. Вот, собственно, и всё…»

Северус едва сдерживал себя, чтобы не рассмеяться. Полтора часа прошли незаметно. Демонстративно взглянув на часы, Сев, своим самым мерзким тоном, велел гриффиндорцу убираться и прийти завтра, в это же время. Провожая его до двери, профессор ощутил, что ему в руки сунули что-то шелковисто-текучее. В темноте дверного проёма он быстро накинул мантию-невидимку и, пожав руку, превратившейся в него Гермионе, незаметно последовал за своим юным проводником. Гарри шёл по коридорам не торопясь, что-то насвистывая, точно совершенно, никуда не спешил. Незаметно они добрались до тупика на втором этаже. Наследник основателей открыл дверь и пропустил вперёд Северуса. Едва закрытая за ними дверь вновь превратилась в каменную кладку, мальчишка резким толчком прижал к ней мужчину и, поднявшись на цыпочки, впился в губы яростным поцелуем. Они целовались как одержимые. Когда же воздуха стало не хватать, и они разорвали поцелуй, Сев хрипловато прошептал:

- Какие мы сегодня хищные… А если я начну охоту? – глаза его смеялись, но в глубине застыло что-то завораживающе-опасное, как будто пробуждался какой-то сильный хищник.

Гарри, в притворном ужасе, отскочил, обернувшись котом, запрыгнул на кровать, и зашипел, вздыбив шерсть. Каково же было его изумление, когда он увидел перед собой чёрную блестящую пантеру с антрацитовыми глазами. В голове раздалось насмешливое:

«Вот теперь ты попался, котёнок!»

И, не успел Гарри сказать «Мяу», как был схвачен, и придавлен к постели. Обернувшись опять людьми, они продолжали ласкать друг друга…

А, в коридоре вдруг возникли два призрака. Причём, один из них был очень недоволен, что его оторвали от какого-то великолепного зрелища. Проплывавший, неподалёку, Почти-безголовый-Ник, проверив мощь «новых» обитателей Хогвардса, счёл необходимым удалиться и не подслушивал более перепалку призрачных любовников.



Глава 21. Подарки к Рождеству и… другие интересные события.


Незаметно приближалось Рождество, а за прошедшие две недели мало что изменилось. Дамблдор, по-прежнему, вёл переговоры с Министерством, пытаясь добиться отмены «Закона об опеке». Но Фадж сопротивлялся изо всех сил, и опальные студенты, проходили домашнее обучение в «Эрн Роке» (что, в прочем, их вполне устраивало). Блейз с Драко уже дважды гостили в замке и, похоже, будущий зять понравился Сезару. Рон даже утверждал, что свадьба не за горами. Оставалось представить Блейза, родителям его жениха. Вот в этом-то и была сложность. Встречаясь с семьёй «предателя крови», Люциус серьёзно рисковал, нужен был какой-то предлог, для посещения Малфоем-старшим Хогвардса, и он не преминул представиться.

В эту ночь Гарри опять посетил мысли Воландеморта. А сделал он это потому, что почувствовал радостное предвкушение и похоть испытываемые Лордом.

«Наконец-то! 24 декабря подходящая ночь для посвящения Малфоя-младшего и девчонки Паркинсон. Я уже отдал распоряжения, и «декорации» для этого действа должны быть великолепными. Что-то в последнее время, члены Внутреннего круга стали юлить и отдаляться от меня – это недопустимо. Ну, ничего, через пять дней, я сумею поставить их на место. Хм-м, Драко Малфой… горячая штучка. Жаль что мне… Но я думаю, очнувшийся Фенрир и наш изобретательный Кэрроу с радостью согласятся в этом поучаствовать. Перед глазами замелькали образы. Вот красивый обнажённый юноша, распятый на алтаре лицом вниз, и извивающийся под кнутом Амикуса, в то время как Фенрир со всей силы трахает его сзади… Вот черноволосая миниатюрная девчонка, обслуживающая сразу троих. Да-а… Ночь, перед этим их Рождеством, обещает стать приятной… А если ещё воспользоваться «Империусом», и заставить Люциуса и Николоса участвовать в посвящении их детей… Ммм… Необходимо только, чтобы родители вызвали детишек из Хогвардса сейчас, пока никто из них не пронюхал про подробности намечающейся вечеринки. Жаль, жаль, что Белла в Азкабане, она могла бы привнести в мой план много интересных деталей…»

Гарри с трудом выдернул своё сознание из мыслей Воландеморта, его тошнило. Подскочив с постели, он пулей вылетел в туалет, где его и вырвало. Перед глазами всё ещё стояли образы нафантазированные Лордом. Это ж надо быть таким извращенцем, чтобы получать удовольствие от боли и унижения других людей. Этого нельзя допустить! Надо действовать немедленно. Завтра, ничего не подозревающий лорд Малфой, по приказу Тёмного Лорда вызовет сына домой. Тогда уже будет поздно. Гриффиндорец хотел было связаться с Блейзом по галеону, но, представив, как он будет объяснять свои «видения» Драко, решил, что ТАКОЕ можно рассказать только лично. С тяжёлым вздохом он посмотрел на часы – 5.15. Осторожно оделся, чтобы не разбудить соседей по комнате, накинул мантию-невидимку, и выскользнул из спальни. Просочившись из гостиной в коридор замка так, что спящая Полная дама не подняла гвалт на полкоридора и, наложив на себя чары тишины, Гарри быстрым шагом направился в подземелья. Перемещаться по замку в открытую, всё ещё было опасно. За прошедшие две недели, Рон и его добровольные помощники, вывели из строя почти все министерские жучки, но в данном случае, ключевым словом, было почти. Предводителю Хамелеонов вовсе не улыбалось, чтобы о его ночных перемещениях в замке узнал Фадж. Добравшись до портрета Салазара над входом в слизеринскую гостиную, он прошипел на Серпентаго:

- Салазар, открой, пожалуйста. Твоим «змейкам» угрожает опасность.

Ничего. «Тьфу ты! Я же не снял Чары Тишины!»

- «Фините инкантатем». Салазар! Пожалуйста, пропусти меня, твоим «змейкам» угрожает опасность!

И ответное шипение:

- Слушался бы шляпу Годрика, не бегал бы сейчас по коридорам. Проходи, - портрет бесшумно отъехал в сторону, открывая вход.

Гарри в полутьме нашёл комнату старосты, и осторожно начал снимать охранные чары. Ему вовсе не хотелось перебудить весь факультет. Вдруг в кармане нагрелся зачарованный галеон: «Гарри – это ты?»

«Я, пустите меня, надо срочно поговорить».

Дверь приоткрылась, и целитель скользнул внутрь спальни:

- Блейз, Драко! Прошу прощения, что разбудил, но дело срочное.

Стоявший возле двери с палочкой наготове, закутанный лишь в небольшое полотенце, Блейз и полуприкрытый одеялом, лежавший на кровати, с закинутыми за голову руками, Драко, уставились на него во все глаза. Гарри усмехнулся. Не похоже, чтобы эти двое перед его приходом мирно спали. Скорее, совсем не спали… М-да…

- Поттер, какого Мордреда ты врываешься к нам среди ночи? Тебе что, дня мало?

- Боюсь что днём для тебя и Панси, будет уже поздно. Вас сегодня родители вызовут домой.

- И что? Мы с Блейзом и так собирались на Рождество…

- Погоди Драко… Гарри не примчался бы сюда среди ночи, если бы тебе не угрожала какая-то опасность. Что случилось?

- Лорд собирается провести церемонию посвящения Драко и Панси Паркинсон.

Блейз и Драко переглянулись. Вид у Слизеринского принца стал донельзя расстроенным:

- Я уже послал отцу сову, что не хочу становиться Упивающимся…

- Твой отец ещё ничего не знает. Лорд прикажет ему пригласить тебя для разговора, чтобы потянуть время, он подчинится. А из Малфой-Менора тебя уже не выпустят.

- Вот Мерлинова борода! Может мне отправиться в Менор, а там мы с отцом как-нибудь вывернемся? – Драко умоляюще посмотрел на Блейза. - Мой отец мастер уворачиваться, и он меня никогда не предаст.

И уже обращаясь к Гарри:

- Может быть, ты ошибся, и Тёмный лорд действительно хочет провести лишь беседу?

- Хочешь посмотреть, какую «беседу» он собирается с тобой провести? – неприятно усмехнулся утомлённый пререканиями и не выспавшийся Гарри.

- Это, каким же образом?

- Я могу показать вам, что он представлял, думая о твоём посвящении.

Хорёк недоверчиво ухмыльнулся:

- Ну-ну! Покажи…

Любовники уселись, обнявшись, на кровати, а гриффиндорец стал, с помощью лигиллименции, передавать им образы, подсмотренные в сознании Воландеморта. Когда он закончил, в глазах Блейза пылал гнев:

- Я не позволю ему сделать с тобой ЭТО.

Драко же, заметно побледнел, похоже, представление его впечатлило:

- Если я не отвечу на вызов отца, Лорд может его уничтожить.

- Нет, если с тобой что-нибудь случится до вызова.

- Что со мной должно случиться, договаривай Поттер?

- Ну, например, ты и несколько твоих друзей отравятся завтраком, и попадут в Больничное крыло… Только Панси тоже нужно предупредить, и Тео.

- Да Драко, пожалуй, это идеальный выход. К тому же, твоего отца немедленно вызовут в Хогвардс, и к Тёмному лорду он, до того как мы ему всё расскажем, не попадёт. А значит, будет готов как-нибудь вывернуться, - Блейз обнял любовника, целуя его в шею.

Гарри отвёл взгляд. Его всегда удивляла эта способность друга и его бой-френда, ласкать друг друга, не обращая внимания на присутствие других людей. Он откашлялся, пытаясь привлечь внимание и немного «остудить» увлёкшуюся парочку. Не тут-то было. Они вовсе не стеснялись его. Почувствовав, что зрелище начинает его заводить, гриффиндорский наследник Слизерина, тряхнул обоих за плечи, и чётко произнёс, заглядывая в две пары, уставившихся на него, ошалевших от страсти глаз:

- Расскажите всё Тео и Панси. Я думаю, стоит воспользоваться «Забастовочными завтраками» близнецов. Только выберите что-нибудь мало известное, - увидев, что друзья ему кивнули, он натянул на голову капюшон мантии-невидимки, и провожаемый характерными звуками, раздающимися с постели, направился к выходу. В груди разрасталась досада. Они с Северусом не могли встретиться уже четыре дня. То, Дамблдор, что-то видимо заподозривший, задерживал своего зельевара допоздна, то Риддл вызывал, а то у него было дежурство. А тело и разум с этим смиряться не хотели. Они явно требовали своего. В особенности после таких картин. В общем, из слизеринской гостиной Гарри вышел в «растрепанных» чувствах. А в оставленном им помещении, разворачивались интересные события. Блейз, придавив блондина к постели, выцеловывал узоры на его лице и теле, при этом лаская напрягшийся член, но, не давая шевелиться и ласкать себя в ответ. В очередной раз, оторвавшись от губ Драко, и слушая издаваемые им стоны, он задал вопрос:

- Откуда ваш грёбаный Лорд знает, как ты выглядишь?

- Я понятия не имею…, - едва дыша, отозвался сероглазый парень. - Не останавливайся!

- Ну, нет! – Блейз уселся верхом, пригвоздив извивающегося от желания любовника к кровати, и перехватывая его эрекцию у основания, не давая кончить. - Разрядки не получишь, пока не объяснишь. Ты меня знаешь, я могу доводить тебя снова и снова. Время у нас ещё есть. Сколько ты сможешь продержаться? – и, наклонившись к самому уху блондина, прошептал: - А если тебя связать? Да пёрышком…

- Я и, правда, не знаю Блейз. Блейз, пожалуйста… пожалуйста…, - глаза Драко закатились, доведённое до грани тело извивалось на кровати, изо рта раздавались хриплые стоны. В этом, раскинувшемся под ним парне, не осталось ничего от гордого самоуверенного наследника славного чистокровного рода Малфоев.

Блейз задыхался от желания и нежности, понимая, что долго и сам не выдержит. Но он был истинным слизеринцем. Грубо собрав в кулак светлые, разметавшиеся по подушке волосы, и запрокидывая голову любовника, открывая его шею, чтобы впиться в неё поцелуем, он прохрипел:

- Ты станешь моим мужем, и станешь вынашивать наших детей, ты слышишь?

- Да… Да… Блейз, пожалуйста! Я на всё согласен, только не мучай меня больше…

- Клянись…

- Блейз, ты чудовище, я сейчас даже думать не могу…

- Клянись, или я сейчас на тебя «Ступеффай» наложу, а потом продолжу. Как тебе это понравиться?! – русоволосый покусывал грудь и шею блондина, прижав свою палочку к его горлу.

- Блейз… Твою мать, что ты делаешь?! Я же сейчас взорвусь от желания… Блейз… О-о-о! Прекрати эту пытку! Блейз! Я клянусь! Я Драко… ооох… Люциус… Малфой…Забини ты сволочь!!! Клянусь стать мужем Блейза… ой… Сезара… о-о-охх… Забини!!! Мерлин великий! Что ты вытворяешь!?

- Дальше, а то сейчас холодной водой оболью…

- Жить с ним в горе и радости… МЕРЛИН!!! Блейз, я сейчас имя своё забуду!!!

- Не отвлекайся, - промурлыкал Блейз, заводя руки блондина над головой, и привязывая их к столбику кровати его же галстуком.

- Блейз, прекрати! Отпусти мои руки. Я тоже хочу тебя ласкать!

- Неет, пока не скажешь клятву до конца, - оч-чень талантливый рот Хамелеона опускался всё ниже и ниже по распростёртому под ним телу, палец осторожно кружил вокруг ануса любовника.

- Клянусь я, клянусь!!! О Мерлин! Я буду вынашивать наших детей, ты – чудовище! – он вдруг извернулся, и, обхватив связанными руками горло Блейза, подмял его под себя, отчаянно шепча заклинание смазки, и насаживаясь на твердокаменный его член до упора, почти без всякой подготовки. Они разом закричали от нахлынувшего удовольствия. Хамелеон обхватил член любовника рукой, лаская его сильными движениями, но блондин вдруг замер, прекращая двигаться и замирая. Из горла синеглазого раздалось хриплое рычание:

- Драко! Твою мать, что ты делаешь?

Драко наклонился к самому лицу человека, которого любил больше жизни:

- Я клянусь стать твоим мужем и вынашивать наших детей… если ты примешь мою фамилию. Скажи «да», я умоляю тебя!

- Да!

И весь мир для них исчез во взрыве…


Гарри выскользнул из-за портрета Слизерина в растрёпанных чувствах. С одной стороны, он предупредил об опасности своего друга и своего… кузена (последнее время он стал воспринимать родство с Малфоями довольно благожелательно), с другой… А вот с другой стороной надо было что-то делать. Идти с такой эрекцией до гриффиндорской башни было не просто неудобно, но и чертовски больно. За своими переживаниями, он не заметил, что его капюшон приоткрывает лицо, а на груди мантия распахнулась. И не миновать бы ему встречи с Филчем или миссис Норрис, но тут кто-то грубо схватил его и припечатал лицом к стене в нише за доспехами какого-то рыцаря. Знакомый чувственный голос прошептал в ухо:

- Мистер Поттер, что вы делали в гостиной моего факультета в пять часов утра?

Гарри открыл, был,о рот, чтобы ответить, но умелая рука слизеринского декана, преодолев все препятствия, проникла в его пижамные штаны и обхватила член. Он чуть не вскрикнул, выдавая себя, но вторая талантливая рука, накрыла его рот, не давая кричать. Сильное тело, буквально распластало его по стене, в спину давило свидетельство того, что он не один тут маялся, от неудовлетворённого желания. Капюшон мантии был скинут с его головы, и горячие губы впились в шею. Юноша мог только беспомощно стонать от накатившего желания.

- Чёртов Альбус…, - прошептал голос сзади, удерживающие парня руки разжались и развернули гриффиндорца лицом к своему обладателю. Ещё минуты три они самозабвенно целовались. Гарри почувствовал, что ноги больше не держат его:

- Северус…, - его голос дрожал от мольбы. Слизеринец хмыкнул, натянул капюшон на голову гриффиндорца, рывком перекинул мальчишку через плечо, и направился в свои апартаменты. Пройдя в гостиную, наложив мощнейшие запирающие и заглушающие чары на дверь, все стены и потолок помещения, он проследовал в спальню, где и бросил свою ношу на кровать.

- Раздевайся, если не хочешь потом возвращаться по коридору голым. У меня сейчас нет настроения, быть ласковым и терпеливым.

Они лихорадочно раздевались, разбрасывая вещи по полу, а потом сплелись на кровати, не в силах оторваться друг от друга. Сегодня не бы