Сентиментальная история (fb2)


Использовать online-читалку "Книгочей 0.2" (Не работает в Internet Explorer)


Настройки текста:


Барбара Ханней Сентиментальная история

ГЛАВА ПЕРВАЯ

Мэтти улыбалась, когда сворачивала на подъездную аллею к своему новому дому. Она не могла поверить в свою удачу. Многоквартирный дом оказался красивее, чем она ожидала. Его белоснежные стены, голубые двери и балкончики с видом на бухту привели ее в восторг.

Квартира номер три, в которой ей предстояло поселиться, находилась на первом этаже. Это означало, что ей не придется подниматься по лестнице на поздних сроках беременности и ее пес Брутус сможет бегать по саду, сколько захочет.

Припарковавшись, Мэтти увидела у двери вазон с ярко-розовой геранью. Сад был наполнен солнечным светом. Она уже представляла себе, как по утрам будет работать здесь за ноутбуком и любоваться солнечными бликами на воде. Как они с Брутусом будут часами гулять по берегу залива.

Неподалеку от дома находилась больница, оснащенная современным оборудованием, так что она сможет спокойно здесь жить весь год.

Ее все устраивало. Она рассмотрела ситуацию с разных сторон, проконсультировалась с докторами и была уверена, что поступает правильно.

Если все пойдет хорошо, то к концу года она подарит своим лучшим друзьям драгоценного ребенка, о котором они мечтали. Сейчас главное, чтобы имплантация была успешной.

Весело напевая себе под нос, Мэтти достала из сумочки ключи от квартиры, выпустила Брутуса из корзины, открыла дверцу машины и пошла к дому.

Бам!

Из третьей квартиры доносилась грохочущая музыка, похожая на автоматную очередь, и улыбка застыла на лице Мэтти. Удивленная, она посмотрела на брелок на ключах. Ошибки не было. Квартира номер три действительно была ее. Передавая ей сегодня утром ключи, Джина в сотый раз заверила ее в этом.

— На ближайший год она твоя, — сказала подруга.

Квартира принадлежала Уиллу, брату Джины, но он работал на шахте в Монголии, и, поскольку Мэтти отказалась от денег за услугу, Джина настояла на том, чтобы она воспользовалась квартирой.

Последнее, чего ожидала Мэтти, — это обнаружить здесь других жильцов, слушающих грохочущий на всю катушку тяжелый рок. Крепче прижав к себе Брутуса, она уставилась на голубую дверь.

Когда они сюда приехали? У них вечеринка?

Она уже хотела сесть назад в машину из соображений безопасности, но чувство справедливости оказалось сильнее. Это ее квартира. Джина и Том были очень ей признательны за помощь. Правда была на ее стороне.

Собравшись с духом, она поднялась на две каменные ступеньки и постучала в дверь. Еще раз. Затем забарабанила по ней кулаком.

Наконец музыка сделалась тише, и дверь открылась. Мэтти попятилась назад.

Мужчина, появившийся в дверном проеме, был похож на пирата. Это впечатление у нее возникло благодаря растрепанным темным волоса, небритому подбородку и наполовину расстегнутой рубашке. Мэтти изо всех сил старалась не смотреть на его мускулистую загорелую грудь.

Прислонившись плечом к косяку, он с едва скрываемым раздражением изучал ее сквозь полуприкрытые веки.

— Чем я могу вам помочь?

Когда он заговорил, Мэтти на мгновение утратила способность мыслить. Его голос был мягким и тягучим, как горячий шоколад. А в сочетании с расстегнутой белой рубашкой…

Она заставила себя оторвать взгляд от его груди и смело посмотреть ему в глаза.

— Я… э-э… думаю, здесь произошла ошибка. Одна темная бровь лениво поползла вверх.

— Прошу прощения?

Мэтти попыталась снова.

— Кажется, здесь возникла какая-то путаница, — Она показала ему ключи. — Это моя квартира. Номер три. Я должна занять ее сегодня.

Мужчина посмотрел сначала на Брутуса, затем на ее машину, забитую доверху вещами. После этого он оглянулся через плечо, и Мэтти впервые заметила длинноногую блондинку, растянувшуюся на диване с бокалом вина в руке.

— Чего она хочет? — спросила женщина.

Проигнорировав ее, он снова посмотрел на Мэтти.

— Вас направили сюда из агентства по недвижимости?

— Нет. — Она расправила плечи. — У меня… э-э… частная договоренность с владельцем. Он в курсе, что я должна сегодня приехать.

— Правда? В таком случае вы не могли бы мне назвать его имя?

— Прошу прощения? — разозлилась Мэтти. — Какое вы имеете право меня об этом спрашивать? Уверяю вас, мои претензии на эту квартиру вполне законны. А ваши?

К ее возмущению, он рассмеялся. Она чуть было не топнула ногой, и Брутус, почувствовав волнение хозяйки, лизнул ее ладонь. Блондинка поставила бокал, поднялась с дивана и, присоединившись к своему приятелю в дверях, обняла его за плечи.

— Что здесь происходит, Джейк?

— Небольшое вторжение. — Он по-прежнему смотрел на Мэтти. В его темных глазах горели искорки веселья.

— Что?

— Борьба за территорию.

Мэтти неожиданно бросило в жар. Сердито посмотрев на Джейка и его подружку, она снова потрясла связкой ключей.

— Произошло досадное недоразумение. Эту квартиру должна занять я.

— Когда? — с раздражением произнесла блондинка.

— Сегодня. Сейчас. — Указав на номер на брелоке, Мэтти сердито посмотрела на Джейка. — А у вас есть ключи? Или вы сюда бесцеремонно вломились?

В ответ он сложил руки на груди и яростно сверкнул глазами.

— Послушайте, я договорилась насчет квартиры с Уиллом Каррузерсом, — не выдержала Мэтти.

— Значит, это Уилл Каррузерс вас сюда прислал? — Глаза Джейка расширились от удивления. — Почему вы мне сразу об этом не сказали?

Мэтти была удивлена не меньше его.

— Вы знаете Уилла?

— Разумеется. Я работаю с ним в Монголии. Он мой лучший друг.

— О… — Мэтти сглотнула. — Значит, ему известно, что вы здесь?

— Конечно. Я в отпуске. Я провел неделю в Японии, а на другую решил съездить в Сидней. Уилл настоял на том, чтобы я воспользовался его квартирой.

— И когда началась ваша неделя? — спросила Мэтти, молясь, чтобы она уже подходила к концу.

— Позавчера.

Расстроившись, она посмотрела на Брутуса, который в знак сочувствия попытался лизнуть ее в подбородок.

— Очевидно, произошла путаница со сроками.

Похоже, раз он приехал первым, ей ничего не остается, как подыскать себе на эти несколько дней другое жилье. Откуда ей лучше начать? Она плохо знала Сидней и не располагала большими средствами.

— Вам не повезло, — прощебетала блондинка с деланой улыбкой, прижавшись к плечу Джейка.

— Вы не сказали, откуда знаете Уилла, — протянул Джейк.

— Я знаю его всю свою жизнь, — ответила Мэтти. Это была чистая правда. Хотя в последние несколько лет Уилл Каррузерс редко приезжал домой, они оставались близкими друзьями. Они вместе выросли в Виллоубенк, маленьком городке в штате Новый Южный Уэльс.

— Джина, сестра Уилла, — моя лучшая подруга, — пояснила она. — Они разрешили мне поселиться в этой квартире на ближайшие двенадцать месяцев.

Джейк задумался на мгновение, после чего пожал плечами.

— В таком случае, я думаю, проблема решаема. В конце концов, здесь две спальни.

Его подружка раздраженно фыркнула.

Мэтти хотела было возразить, но передумала. В конце концов, эта парочка останется здесь всего на несколько дней.

— Вы уверены, что не против? Я не хочу никому мешать.

Джейк нетерпеливо вздохнул.

— Это я предложил вам остаться, не так ли? В любом случае я не собираюсь постоянно торчать дома. — Он обратился к блондинке: — Мы могли бы прогуляться по городу, Энжи, пока… — Остановившись, он вежливо улыбнулся Мэтти. — Как вас зовут?

— Матильда Кэри. — Она протянула ему руку. — Но все обычно называют меня Мэтти.

— Я Джейк Девлин. — Он крепко пожал ее руку.

— Рада с вами познакомиться, Джейк.

Он указал на маленького терьера у нее на руках.

— А это кто?

— Брутус.

Джейк рассмеялся.

— Похоже, он действительно брутальный парень. — Затем он вспомнил о своей подружке. — Это Энжи.

Мэтти улыбнулась ей.

— Как дела?

— Отлично, — отрывисто бросила та.

— Не хотите, чтобы я вам помог перенести вещи?

Вежливость Джейка удивила Мэтти, но приятное ощущение было омрачено кислой миной Энжи.

— Спасибо, но я сама справлюсь, — заверила Мэтти Джейка. — У меня только несколько чемоданов и клетка с канарейкой.

— Канарейка? — Его это одновременно развеселило и озадачило. Он поднял руку, чтобы почесать в затылке, отчего мышцы его груди пришли в движение.

Мэтти собиралась ему объяснить, что унаследовала канарейку от бабушки, но его грудь снова отвлекла ее.

— Джейк. — В голосе Энжи слышались предупреждающие нотки. — Кажется, мы собирались прогуляться. Пойду возьму свои вещи.

— Да, конечно, — ответил Джейк и начал застегивать пуговицы на рубашке.

Когда они удалились, Мэтти вошла в квартиру. Ее знакомство с новым домом оказалось не таким приятным, как она себе представляла. Из стереосистемы все еще доносилась грохочущая музыка, и она быстро ее выключила.

На столике в гостиной стояла бутылка из-под вина, бокалы и чаша с орехами. Раковина в кухне была наполнена грязными тарелками. Посудомоечная машина была открыта, словно кто-то собирался ее загрузить, но нашел себе более интересное занятие. На полу в ванной валялись мокрые полотенца и черные кружевные трусики. Мэтти раньше приходилось делить квартиру с другими съемщиками, и некоторые из них были неряхами, так что подобная картина ее не удивила. Однако вид чужих трусиков странным образом ее расстроил.

Следующей находкой были смятые простыни на кровати в спальне и бутылка из-под шампанского на туалетном столике.

Почему-то ей стало не по себе, и она поспешила пройти в свободную спальню в задней части квартиры.

Она оказалась меньше главной спальни, и из ее окон не было видно бухту, зато в ней по крайней мере был порядок. Мэтти решила, что, когда Джейк уедет, она не станет переселяться в большую комнату. Там будут спать гости. Джина с Томом и родители будут навещать ее время от времени. О ее желании стать суррогатной матерью не знал больше никто.

Решение переехать в Сидней далось ей нелегко. Они с Джиной много об этом говорили. Обе прекрасно понимали, что в Виллоубенк ее беременность будет невозможно скрыть. Кроме того, Джина не хотела давить на подругу. Останься Мэтти рядом, она бы постоянно ее контролировала и донимала своей заботой.

В некотором смысле для Мэтти это будет год одиночества. Об этом ее предупредил психолог, изучая ее мотивацию. Мэтти удалось убедить его, что ей будет вполне комфортно одной. Будучи детским писателем и иллюстратором, она могла на долгие часы погружаться в работу и не замечать ничего вокруг.

— У вас есть бойфренд? — спросил ее психолог.

Мэтти ответила, что в данный момент в ее жизни нет мужчины. Она не стала добавлять, что почти три года ни с кем не встречается.

— Что, если вы через несколько месяцев с кем-нибудь познакомитесь? Беременность наложит определенные ограничения на вашу личную жизнь.

— Беременность и восстановление после родов займут всего год, — ответила она, пожав плечами.

— Но вам понадобится поддержка.

— Родители ребенка и мои родные будут постоянно мне звонить и навещать меня в Сиднее, — с уверенностью произнесла Мэтти.

На самом деле она никого не просила о помощи. Правда заключалась в том, что Матильда Кэри привыкла оказывать поддержку другим, а не получать ее сама. Для нее помогать другим было так же естественно, как дышать, и за год это вряд ли изменится.

Уже перевалило за полночь, когда раздался щелчок замка и шаги по терракотовому полу. Мэтти ожидала услышать голоса и смех, но единственными звуками были грохот в гостиной, приглушенное ругательство, затем шум воды в ванной.

После этого раздались шаги в коридоре и комнате Джейка. Мэтти натянула на голову подушку. Если он был не один, она не хотела ничего слышать.


Когда на следующее утро Мэтти мыла посуду после завтрака, в кухню вошел Джейк. У него был помятый вид.

— Доброе утро, — сказала она, приветливо улыбаясь.

Он пробормотал в ответ что-то односложное.

— Чайник еще горячий.

Покачав головой, Джейк спросил:

— А где турка?

— Вот здесь. — Достав турку с полки, Мэтти протянула ее ему.

Он тупо уставился на сосуд, словно не узнавал его.

— Вы ее почистили?

— Ну… да.

Ее сосед окинул хмурым взглядом кухню.

— И навели порядок на кухне.

— Это не отняло много времени.

Джейк поморщился, словно у него болела голова. Мэтти хотела предложить ему яичницу с беконом. Большинство мужчин считали плотный завтрак лучшим средством от похмелья. Но у нее создалось впечатление, что Джейк Девлин свернет ей шею, если она ему это предложит. В любом случае у него есть Энжи, чтобы о нем заботиться. Наверное, его подружка все еще спала после бурной ночи.

— Не буду вам мешать, — сказала она. — У меня встреча в городе.

Джейк мельком посмотрел на нее.

— У меня тоже.

— Понятно. — Мэтти была удивлена, что он ей ответил. — Э-э… надеюсь, она пройдет хорошо.

На мгновение ей показалось, что Джейк собирается улыбнуться и сказать что-нибудь вежливое, но вместо этого он начал готовить себе кофе.

Уходя, Мэтти сказала себе, что этот нелюдимый человек ей абсолютно безразличен. Через несколько дней он уедет, и она больше никогда его не увидит.

Но, проходя мимо открытой двери его спальни, она снова увидела смятые простыни и быстро отвернулась. Ей совсем не хотелось подсматривать за Энжи. Все же она не удержалась и обнаружила, что постель была пуста. Очевидно, прошлой ночью Джейк вернулся домой один. Этим и объяснялось его плохое настроение.

ГЛАВА ВТОРАЯ

Женщина в доме престарелых улыбнулась Джейку.

— Проходите сюда, мистер Девлин. Рой уже оделся и позавтракал. Он с нетерпением ждет встречи с вами.

— Рад это слышать, — ответил Джейк, но, когда он шел за ней по коридору, у него возникло неприятное чувство. Со времени его прошлого визита в этом жутковатом месте ничего не изменилось. Здесь пахло, как в больнице, на стенах висели рисунки с изображениями бабочек, цветов и фруктов. Рою они не нравились. Он предпочел бы им лошадей и эвкалипты.

Проходя мимо дверей, Джейк видел спящих или сидящих в креслах пожилых людей, и ему стало не по себе. Он никак не мог смириться с тем, что Рой Оуэнс, проживший всю жизнь на открытых просторах скотоводческих ферм, должен провести свои последние годы в четырех стенах среди одиноких никому не нужных стариков.

При мысли об этом у него сдавило горло, но затем он увидел своего старого друга.

За те полгода, что они не виделись, Рой еще больше сдал. Суровый и неутомимый герой, которого Джейк боготворил в детстве, превратился в бледного, хилого старика.

Рой долгое время был главным пастухом на уединенной ферме Девлинов в северном Квинсленде. Еще несколько лет назад он был силен как бык. Это он научил Джейка ездить верхом, ловить рыбу, стреноживать телят, готовить чай в походном котелке и искать ульи диких пчел.

По ночам у тлеющего костра Рой рассказывал юному Джейку бесконечные истории. Никто не знал больше его о звездном небе, лошадях и приключениях первых поселенцев в австралийской глуши. К десяти годам Джейк убедился в том, что Рой Оуэнс знает об этом мире абсолютно все.

Рой мог заарканить дикого быка, отправиться на поиски пропавших туристов и приготовить вкусное жаркое на углях. Но главным его достоинством было безграничное терпение. Сколько бы у него ни было работы, он всегда находил время для одинокого маленького мальчика, чьи родители были слишком заняты выращиванием скота, дрессировкой лошадей и посещением светских мероприятий.

Когда Джейк спросил своих родителей о переезде Роя в дом престарелых в Сиднее, они сказали, что им было грустно с ним расставаться, но у них не было выбора. Рой нуждался в постоянном медицинском уходе.

— Вы его там навещали? — спросил Джейк. — Видели, что это за место?

— Дорогой, ты же знаешь, как мы с отцом заняты, — ответила его мать. — Мы обязательно к нему съездим, как только у нас появится свободное время.

До сих пор они так ни разу и не навестили Роя.

Но привязанность Джейка к старому другу ничуть не ослабела. Ему было больно оттого, что человек, который был ему как второй отец, оказался на старости лет никому не нужен. При виде широкой улыбки Роя он едва сдержал слезы.

— Джейк, как ты, парень? Я очень рад тебя видеть. — Дряхлой рукой Рой похлопал по стулу. — Садись, сынок. Сейчас нам принесут чай. Расскажи мне о Монголии.

Тело, может, постепенно и предавало Роя, но разум оставался ясным. В отличие от большинства людей, которые спрашивали Джейка о Монголии, его это действительно интересовало. Он знал, что для монголов лошади так же важны, как и для жителей австралийской глуши. И те и другие учились ездить верхом, едва умея ходить.

Рассказывая старому другу о своей жизни в Монголии, Джейк вдруг осознал, что они поменялись ролями. Теперь он был рассказчиком, а Рой благодарным слушателем. Покидая два часа спустя дом престарелых, он понимал, что рассказать несколько историй было недостаточно. Его не покидала мучительная уверенность в том, что он подвел старика.


Мэтти возвращалась от доктора в хорошем настроении. Для имплантации все было готово. Замороженные эмбрионы Джины и Тома уже прибыли в клинику, и через две недели, когда у Мэтти наступит необходимая фаза цикла, она начнет принимать гормональные препараты. Если повезет, то она забеременеет в течение месяца.

Она с нетерпением ждала этого.

Джина и Том были удивительной парой и заслуживали быть родителями. Они любили друг друга с детства, и с годами их чувства становились только крепче. Они владели фермой на берегах Виллоу-Крик, и в их доме всегда витал аромат свежей выпечки. Хозяева были веселы и гостеприимны, но небольшая комната в белых и желтых тонах постоянно напоминала им о ребенке, которого они хотели, но не могли иметь.

Мэтти видела Джину в день, когда та узнала, что ей необходима операция по удалению матки. Ее подруга сжалась в комок на полу в углу гостиной. Она выглядела так, как будто потеряла кого-то из дорогих ей людей.

Невозможность родить ребенка, о котором она так мечтала, была для Джины тяжелейшим ударом. Мэтти и Джина строили планы на будущее еще в ту пору, когда играли в куклы в домике на дереве, построенном отцом Джины.

Будучи единственным ребенком в семье, Мэтти собиралась ограничиться двумя детьми. Джина, происходившая из большой семьи, мечтала о пятерых. Она говорила, что выйдет замуж за Тома и у них будет две пары близнецов и маленькая дочка, которую она будет баловать, когда все близнецы пойдут в школу.

Было невозможно себе представить, что у Джины не будет ни одного ребенка, и Мэтти, переставшая мечтать о семье после тяжелого разрыва с женихом, предложила себя в качестве суррогатной матери.

Для нее это был отличный выход из ситуации. У Джины с Томом будет долгожданный ребенок, а она поможет лучшим друзьям и отвлечется от своих переживаний. Она решила, что так выиграют все и лучше все сделать как можно скорее.

Они пригласили ее на воскресный ленч, состоящий из жареной курицы с тушеными овощами, ягод и мороженого. Когда остальные гости разошлись, Мэтти предложила помочь навести порядок. За мытьем посуды она поделилась своей идеей с Джиной и Томом.

Сначала Джина ничего не поняла, но ее потрясение быстро уступило место надежде и радостному волнению. Однако Том поначалу сомневался.

— Это очень серьезное решение, Мэтти, — сказал он. — Ты как следует все обдумала? Ты будешь носить чужого ребенка.

— Да, я знаю, но вы оба мои лучшие друзья.

Том попытался улыбнуться, но ему это не удалось. Тогда он рассеянно провел рукой по своим рыжим волосам.

— Я не могу себе представить, что моего ребенка произведет на свет не Джина, а другая женщина. Да, ты наша лучшая подруга, но у меня все равно это в голове не укладывается.

Этот разговор состоялся полгода назад.

Мэтти подумала, что тема закрыта, и была разочарована. Рождение ребенка для друзей дало бы ей необходимое ощущение жизненной цели. После разрыва с Питом она заботилась о бабушке, но, когда та умерла, ее жизнь стала пустой и бессмысленной.

Разумеется, она не сидела без дела, даже написала очередную книгу, которая принесла ей успех, но это не доставило ей особого удовлетворения. Именно тогда ей позвонила Джина и сказала, что им нужно поговорить.

Том передумал. Они сначала хотели усыновить ребенка, но поняли, что это не лучший вариант. Сказали, что, если Мэтти все еще готова выносить их ребенка, они будут ей благодарны до конца жизни.

Хорошие новости, полученные сегодня от доктора, подняли ей настроение, и она решила купить вина и устроить себе небольшой праздник. В конце концов, во время беременности ей нельзя будет употреблять алкоголь. Также она купила ингредиенты для своего любимого блюда — пиццы с картофелем и грибами.

Если Джейк Девлин вернется не в настроении или опять приведет эту хмурую Энжи, она угостит их пиццей. Хорошая еда часто помогает взбодриться.

Дома она первым делом отправила электронное письмо Джине и Тому, после чего отправилась гулять с Брутусом. Вернувшись, она включила спокойную музыку и, налив себе бокал вина, потягивала его, пока готовила тесто и начинку для пиццы.

Она собиралась ставить пиццу в духовку, как вдруг послышался скрежет ключа в дверном замке. Ее бросило в жар, и причиной этому была вовсе не духовка, которую она настраивала на необходимую температуру.

— Как дела? — небрежно спросил Джейк, войдя в кухню.

— Отлично, — ответила она.

— Вижу, вы зря времени не теряли.

— Да вот решила пиццу приготовить.

Он подошел ближе, чтобы взглянуть на пиццу. Сегодня его рубашка была застегнута, но Мэтти все равно почувствовала дрожь в коленях. Она сделала глубокий вдох, но это ей не помогло.

— Выглядит аппетитно, — искренне произнес он. — Я никогда не видел, чтобы в пиццу клали картофель.

— Вам непременно следует ее попробовать. Она очень вкусная.

— Нисколько в этом не сомневаюсь. — Он улыбнулся. Его улыбка оказалась даже опаснее его обнаженной груди.

Тогда Мэтти отошла в сторону и принялась наводить порядок на кухне. Ее движения были резкими и неловкими.

— Пицца будет готова через двадцать минут, — сказала она, не глядя на него.

— Боюсь, что не могу так долго ждать. У меня другие планы. — Он посмотрел на часы. — Мне скоро выходить, но, думаю, я успею принять душ.

Мэтти постаралась скрыть свое разочарование за широкой улыбкой. Наверное, у Джейка было свидание с Энжи.

— Желаю получить удовольствие от ужина, — бросил он через плечо, покидая кухню.

— Спасибо.


Вечер был теплым, поэтому Мэтти ела пиццу и пила вино на балконе. Брутус лежал у ее ног. Балкон выходил на восток, но с него были видны розовые отблески заката. В приглушенном свете вода бухты приобрела жемчужно-серый оттенок. Она получала удовольствие от еды, но испытывала некоторое разочарование и напряжение.

Она негодовала на себя за эти чувства. Еще вчера утром она была до безумия рада тому, что будет жить одна в Сиднее, а сегодня вечером ей вдруг захотелось компании.

Это не имело смысла. Начиная готовить пиццу, она не собиралась ни с кем ее делить, поэтому внезапная смена настроения была ей непонятна. Как она собирается переносить девять месяцев беременности с гормональными скачками, если даже малознакомый угрюмый тип так влияет на ее настроение?

Джейк Девлин ей даже не нравился!

Чтобы избавиться от скуки, она навела порядок на кухне и почистила клетку канарейки.

Что дальше?

Мэтти вспомнила про занятие, которое всегда поднимало ей настроение. Взяв альбом для рисования и карандаши, она села на пол по-турецки, чтобы придумать обложку для своей новой книги.

Идея уже давно витала у нее в голове, но до сих пор она была слишком занята, чтобы воплотить ее в жизнь. Сегодня вечером она наконец это сделает.

Обычно все истории Мэтти начинались с описания привычного мира ее юной героини — старого доме в пригороде, где маленькая девочка жила вместе с мамой, папой, кошкой и канарейкой.

На этот раз первой будет сцена в ванной.

Взяв карандаш, она глубоко вдохнула и нанесла первые штрихи на белый лист. Мгновение спустя она уже полностью погрузилась в мир своих фантазий. К счастью, отсутствием воображения она никогда не страдала.


Когда Джейк вернулся домой в начале первого ночи, в квартире было темно. Прошлой ночью он обо что-то споткнулся, поэтому сейчас решил включить свет. Его взгляд упал на кофейный столик с принадлежностями для рисования.

Любопытство взяло над ним верх, и он подошел ближе.

Ничего себе!

На столике лежал рисунок, который Мэтти, должно быть, оставила сохнуть. Он был выполнен карандашом и раскрашен акварелью. На нем был изображен уголок ванной.

Маленькая девочка выглядывала из облака мыльной пены в старомодной ванне с ножками в виде звериных лап. Мыльные пузыри, переливающиеся всеми цветами радуги, падали на мягкий белый коврик на полу, рядом с которым валялись розовые в белую полоску носки с кружевной отделкой.

Со стенки корзины для грязного белья свисал синий рукав, из-за нее выглядывала озорная кошачья мордочка.

Картинка была простой, но в ней было что-то очаровательное. Джейк снова посмотрел на круглые голубые глаза девочки, на ее кудряшки и улыбнулся. Она выглядела совсем обычной и в то же время притягивала взгляд. Прямо как ее создательница.


Следующим утром Мэтти разбудил грохот посуды на кухне. Открыв дверь спальни, она почувствовала аромат жареных грибов.

Прошлой ночью она засиделась за рисованием и сегодня проснулась позже обычного. Странно, что Джейк так рано встал. Когда она вчера ложилась спать, его еще не было.

Быстро натянув джинсы и футболку, она прошла в ванную, почистила зубы и причесалась, после чего осторожно заглянула на кухню.

Джейк взбивал в миске яйца. Услышав ее шаги, он обернулся и улыбнулся ей.

— Доброе утро.

— Доброе, — спокойно ответила она.

— Я выпустил Брутуса в сад.

— Спасибо. — Мэтти удивилась, обнаружив, что он также наполнил собачью миску.

— За какие заслуги маленькая безобидная собачонка получила кличку Брутус? — спросил Джейк, наблюдая за тем, как пес грызет сухой корм.

— Понятия не имею, — призналась Мэтти. — Полагаю, у его прежних хозяев было чувство юмора.

— Бывших хозяев?

— У меня есть хорошая подруга Люси. Она ветеринар. Кто-то подбросил на ее порог собаку со словом «Брутус» на ошейнике. Ей нужно было его пристроить.

Джейк перестал взбивать яйца.

— И вы его взяли.

Он долго смотрел на нее с легкой улыбкой, после чего указал на сковороду.

— Я нашел в холодильнике остатки грибов и решил приготовить омлет.

Мэтти никак на это не отреагировала. Вчера она была потрясена собственной реакцией на этого мужчину и дала себе слово, что не будет обращать на него внимания.

Какой в этом смысл? Во-первых, у него уже была подружка, во-вторых, он через несколько дней уедет, и, в-третьих, она скоро будет носить под сердцем чужого ребенка.

Она будет круглой как мяч, и ею не заинтересуется ни один мужчина.

Но ее это нисколько не расстраивало. Ближайший год она посвятит более высокой цели, чем устройство личной жизни. Она окажет бесценную помощь друзьям и в старости будет с гордостью и удовлетворением об этом вспоминать. Мэтти небрежно махнула рукой.

— Можете забирать грибы.

— Вы будете омлет?

— Нет, спасибо. У меня аллергия на яйца.

Джейк с недоверием посмотрел на нее, и она пожала плечами.

— Я обычно ем на завтрак овсянку.

В его глазах промелькнуло разочарование, что не могло ее не обрадовать.

Но затем он небрежно пожал плечами.

— В таком случае вам не повезло. Мой омлет просто сказка.

Налив в чашу воды и насыпав туда овсяных хлопьев, она бросила через плечо:

— Где вы научились готовить?

— В Монголии на шахте.

— Правда? — удивилась она, несмотря на обещание притворяться безразличной.

— У нас был замечательный повар по имени Пьер, канадец французского происхождения. Когда у меня выдавалась свободная минутка, я помогал ему на кухне.

— Не думаю, что есть много вариантов проведения досуга на шахте в Монголии, — заметила она, поставив чашу в микроволновку.

— Поэтому иногда мы ездили в Улан-Батор. — Джейк сложил омлет пополам с помощью лопатки.

— Вы геолог, как и Уилл?

— Я инженер-эколог.

— Значит, ваша задача следить за тем, чтобы компании, занимающиеся добычей полезных ископаемых, не причиняли вреда окружающей среде.

Джейк улыбнулся.

— Вроде того.

— Наверное, это интересная работа.

— Да, весьма. — Джейк убавил огонь под сковородой.

Микроволновка пикнула, и Мэтти помешала кашу.

— А вы чем занимаетесь? — спросил он.

— Я не училась в университете и не сделала карьеры. Так, перебиваюсь случайными заработками.

— Но вы рисуете.

— Э-э… да. Полагаю, вы наткнулись ночью на мой беспорядок. Простите.

— Не извиняйтесь. Я даже рад, что его увидел. Теперь я знаю, что вы нормальный человек.

Его улыбка была такой очаровательной, что Мэтти испытала облегчение, когда из клетки на подоконнике раздалось птичье пение. Она пересекла кухню и сняла покрывало с клетки.

— Доброе утро, Паваротти.

Джейк фыркнул.

— Паваротти?

— Да, его назвали в честь оперного певца.

Покачав головой, он наклонил сковороду, так что омлет аккуратно соскользнул на тарелку.

Мэтти принесла для них обоих столовые приборы, и они сели за стол напротив друг друга.

Отрезав кусок омлета, Джейк спросил:

— Значит, вы любите оперу?

Вспомнив о тяжелой металлической музыке, которую он слушал, она чуть было не сказала «да», чтобы спровоцировать его, но природная честность помешала ей.

— Моя бабушка любила оперу, — пояснила она. — Это она дала кличку кенару. Я хотела назвать его Элвисом, но птица принадлежала ей, поэтому выбор имени был за ней. Бабушка умерла в прошлом году, и я унаследовала Паваротти.

Джейк медленно кивнул.

— У вас были близкие отношения с бабушкой?

— О, да. Я ухаживала за ней последние два года ее жизни.

В его глазах неожиданно промелькнула печаль. Он снова стал похож на того хмурого Джейка, которого она привыкла видеть. Несколько минут они ели в тишине, затем Мэтти спросила:

— У вас запланировано на сегодня что-нибудь интересное?

— Я собирался сходить в кино.

— В такой чудесный день?

— За прошедшие полгода я ни разу не был в кино. Мне нужно наверстать упущенное.

— Понятно.

— Хотите пойти со мной?

Вопрос был таким неожиданным, что рот Мэтти приоткрылся. Ее мозг активно заработал. Она хотела спросить у Джейка, была ли Энжи его постоянной подружкой, или он всякий раз на время отпуска искал себе новую.

У нее не было никаких планов на день, но, если Джейк пригласил ее на свидание, ей следовало сказать «нет».

— Боюсь, я не смогу, — решительно ответила она, пока не передумала. — У меня встреча.

Если Джейк и расстроился, то не подал виду. После его ухода настроение Мэтти ухудшилось. Она почувствовала себя одинокой и несчастной. Квартира начала казаться ей пустой и неуютной.

Чтобы немного отвлечься от мыслей о Джейке Девлине, она обошла местные парикмахерские и в одной нашла свободного мастера.

Через два с половиной часа она довольно улыбалась своему новому отражению. Каштановые и медные пряди преобразили ее тусклые волосы, а элегантный боб подчеркнул овал лица и скулы.

Мэтти сказала себе, что желание преобразиться связано с предстоящей беременностью, а не с Джейком Девлином. Но, вернувшись домой, она приняла ванну, надела элегантные темно-серые брюки и кремовую блузку и вдела в уши гранатовые серьги.

Она чувствовала себя красоткой и одновременно полной дурой. Спросит ли Джейк, зачем она так нарядилась?

Когда послышался скрежет ключа в замке, она бросилась на кухню и сделала вид, что наводит порядок в шкафчике с посудой.

Джейк остановился в дверях.

— Простите, — сказал он, улыбаясь уголками рта. — Думаю, я ошибся квартирой.

К огромному разочарованию Мэтти, она покраснела.

— Вы принарядились. Куда-то идете?

— Да, — солгала она, закрывая дверцу шкафчика. — У меня встреча.

Джейк кивнул и спокойно произнес:

— Желаю хорошо провести вечер.

— Спасибо.

Он уже был в коридоре, как вдруг неожиданно обернулся и сказал:

— Да, кстати, Мэтти. Новая прическа очень вам идет.

Выходя на улицу, она ругала себя последними словами. После знакомства с Джейком здравый смысл начал ее подводить. Солгав насчет планов на вечер, она, словно беспризорница, бесцельно бродила по набережной, после чего зашла в ближайшее к дому кафе быстрого питания с бетонным полом, железными столами и стульями и меню, написанным мелом на доске. Это было особенно глупо, поскольку ее холодильник был полон продуктов, из которых можно было состряпать отличный ужин.

Большинство посетителей были в джинсах и футболках, и Мэтти почувствовала себя среди них белой вороной. Тем не менее она села за столик и сделала заказ.

Едва она пригубила белое вино, как в кафе вошел Джейк.

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

Сердце Мэтти бешено заколотилось. Джейк был в черном. Ветер трепал его непослушные волосы. Он стоял в дверях, широко расставив ноги.

Мэтти не знала, видел ли он ее, но это было дело нескольких минут. Даже если она за это время и придумает какое-нибудь объяснение, он все равно поймет, что она не собиралась ни на какую встречу.

Джейк окинул взглядом кафе, и она опустила голову, чтобы волосы скрыли лицо. Может, ей повезет, и он ее не заметит.

Но затем она услышала стук шагов по бетонному полу. Он прекратился рядом с ее столиком. Задержав дыхание, Мэтти подняла голову и увидела его прямо перед собой.

Он смотрел ей в глаза и улыбался.

Мэтти сглотнула. Что она могла сказать? Джейк не поверит, что встреча в последний момент была отменена.

Очаровательно улыбаясь, он протянул ей руку.

— Здравствуйте. Я Джейк Девлин. Не возражаете, если я к вам присоединюсь?

Мэтти ожидала увидеть дразнящий блеск в его глазах, но в них было только искреннее тепло. Все же она медлила.

— Ну давайте же. Скажите «да», — подгонял ее Джейк. — Иначе я пушу в ход проверенные методы знакомства.

— Они избитые?

— Еще какие. Так что, если не хотите слушать всякую ерунду, позвольте мне сесть за ваш столик.

От его кривой ухмылки Мэтти тут же растаяла. Она подозревала, что Джейк видит ее насквозь, но почему-то это перестало иметь значение. Он все начал с чистого листа, и ее это подкупило.

— Пожалуйста, садитесь, мистер Девлин.

— Спасибо. — Выдвинув стул, он сел напротив нее.

Она решила ему подыграть.

— Здравствуйте. Я Матильда Кэри.

— Рад познакомиться. Друзья называют вас Мэтти?

— Да. — Пожав плечами, она беспечно добавила: — Иногда они зовут меня Флоренс Найтингейл. — Она не стала упоминать второе прозвище, Святая Матильда, которое ненавидела.

— Вы из тех, кто заботится о других?

— Боюсь, что так.

Он слегка наклонил голову и прищурился.

— Позвольте угадать. Наверное, вы из тех девушек, которые ухаживают за больными бабушками.

Ее улыбка исчезла. Он над ней смеется? Не зная, что и думать, Мэтти сменила тему:

— Я уже сделала заказ. Я выбрала куриный суп с лапшой.

— А я, пожалуй, возьму бифштекс и пиво. — Он подозвал официантку и сделал заказ, после чего снова обратился к Мэтти:

— Хотите еще бокал вина?

Она похлопала по стенке своего бокала.

— Он почти полный.

Когда официантка удалилась, Джейк наклонился вперед и, перестав улыбаться, спросил:

— Серьезно, Мэтти, я думал о том, что вы сделали для своей бабушки. Ухаживать за ней два года — это очень великодушно с вашей стороны.

Мэтти сделала глоток вина, чтобы скрыть свое удивление.

— Это было похоже на жертву? — спросил он.

— Вовсе нет. Это были два чудесных года. Бабушка очень меня любила и никогда не жаловалась на здоровье.

— Она тяжело болела?

— У нее было слабое сердце, поэтому она быстро утомлялась и не могла надлежащим образом вести хозяйство. Но я с удовольствием ей помогала.

— Как вы думаете, что бы с ней произошло, если бы вы не захотели о ней заботиться?

— Возможно, она попала бы в дом престарелых. У моих родителей магазин скобяных изделий в небольшом провинциальном городке, и им было некогда о ней заботиться.

— Но ей повезло, что у нее были вы.

— Я с радостью ей помогала, — сказала Мэтти. — За добро надо платить добром. Когда я в детстве болела ветрянкой, корью и тонзиллитом, за мной ухаживала бабушка. Мать помогала отцу в магазине.

Внезапно Джейк помрачнел и начал рассеянно переставлять с места на место баночки с солью и перцем.

— В чем дело, Джейк? Я что-то не то сказала?

Он тяжело вздохнул.

— Нет. Вы просто подтвердили мои самые худшие опасения.

— Каким образом? Что вас так пугает?

Подперев рукой подбородок, он неожиданно начал ей рассказывать о старом скотнике по имени Рой, который когда-то был его героем, а сейчас находился в доме престарелых в Сиднее. Судя по тому, с какой теплотой Джейк отзывался об этом суровом ковбое, он очень его любил.

— Мои родители и я отплатили ему за все черной неблагодарностью, — тихо сказал он. — Мне очень стыдно перед ним.

Под влиянием сиюминутного порыва Мэтти накрыла ладонь Джейка своей. Он напрягся, словно она его обожгла.

— Звучит так, словно вы навещаете Роя при каждой удобной возможности, — мягко произнесла она. — Это самое большее, что вы можете для него сделать, работая в Монголии, но я уверена, ваши визиты много для него значат.

Их взгляды встретились. В глубине его темных глаз промелькнула боль, и внутри у Мэтти что-то повернулось, словно ключ в замке. Только не это! Она изо всех сил старалась относиться с безразличием к Джейку Девлину, но с каждой минутой он все больше ей нравился.

Очень нравился. Она в него влюбилась?

Разумеется, нет. Она не должна влюбляться. Больше никогда. По крайней мере в ближайший год.

Она осторожно убрала руку.

— Вы брали Роя с собой в кино?

— Нет, — сердито отрезал Джейк, покачав головой. — Мне это даже в голову не пришло. Какой же я все-таки эгоист! Рою понравился бы фильм. Это был приключенческий боевик. Он такие любит.

— Вы могли бы сделать это завтра, — предложила Мэтти.

Его лицо просияло.

— Да, конечно. Это мой последний день в Сиднее, и нам лучше провести его вместе.

— Возможно, Рою, который привык к открытым пространствам, захочется прогуляться. Вы могли бы, например, покататься с ним на пароме. Как вы думаете, ему хватит на это сил?

— Думаю, хватит. Это действительно хорошая идея.

Официантка принесла Джейку пиво, и он сделал несколько больших глотков. Мэтти как зачарованная наблюдала за движениями его горла.

Она поняла, что никогда еще не встречала таких сексуальных мужчин.

За исключением ее жениха, все молодые люди, с которыми у нее были романтические отношения, жили в ее родном городке, и она знала их с раннего детства. Ходила вместе с ними в детский сад и школу. Для нее в них не было ничего загадочного. Джейк, напротив, был окружен ореолом таинственности.

Джейк с волнением наблюдал за тем, как на щеках Мэтти проступает румянец. Ему до сих пор было непонятно, зачем он проследил за ней. Возможно, надеялся, что она посоветует ему, как помочь Рою. Одно он знал наверняка: он был здесь не потому, что брюки изумительно подчеркивали изгибы ее фигуры, а новый цвет волос делал ее голубые глаза еще ярче.

Нет, Мэтти совсем не интересовала его как женщина.

Маленькая, неприметная и серьезная, она была слишком далека от его идеала. Ладно, насчет неприметной он погорячился, тем более сейчас, когда она приоделась и сделала новую прическу. Но она по-прежнему оставалась маленькой. И серьезной.

Ее прикосновение обожгло его, и он не на шутку встревожился. Он не мог ее желать.

Ему совсем не хотелось думать о том, почему он расстался с Энжи, начал задерживаться по утрам на кухне и пригласил Мэтти в кино. Он не видел логики в своем поведении в последнее время, да и Мэтти тоже подавала тревожные сигналы. Она пыталась произвести на него впечатление и в то же время его избегала. Джейк не имел привычки преследовать женщин, однако убедил себя, что Мэтти может дать ему хороший совет относительно Роя. Ведь это была единственная причина, по которой он пришел в это кафе, не так ли?

Джейк чувствовал себя неловко. К счастью, официантка скоро принесла их заказ, и он мог сосредоточиться на еде.

Мэтти заявила, что суп очень вкусный. В нем было много лапши и овощей, и она съела большую его часть палочками. У нее были маленькие изящные руки. Наверное, самые красивые из всех, что он когда-либо видел. Он представил себе, как ее тонкие пальчики держат кисть и создают милые детские картинки. Затем он снова вспомнил, как она коснулась его несколько минут назад. Представил себе…

— Что едят в Монголии? — вдруг спросила Мэтти, вернув его к реальности.

— Э-э… вы имеете в виду национальную кухни или то, чем питаемся мы на шахте?

— И то, и то.

— Наш повар обычно готовит западные блюда. Местные жители едят баранину. Много баранины. Они даже пьют бараний жир. Это не место для вегетарианцев.

Мэтти наморщила нос.

— Я люблю баранину по-монгольски.

— То мясо, которое подают в азиатских ресторанах в Сиднее, не идет ни в какое сравнение с приготовленным в степи.

В ответ на это Мэтти небрежно пожала плечами.

— Вы живете в бараках или в круглых палатках?

— У меня палатка. Она называется юрта.

— Похоже на примитивное жилище.

— На самом деле юрты довольно удобные. Их стены сделаны из слоев войлока, и в них уютно. Зимой мы обогреваем их с помощью печей, а летом поднимаем войлок для вентиляции.

— Это совсем другой мир, правда? — спросила она, глядя в окно на городские огни.

— Именно это мне и нравится. Я вырос в австралийской глуши, поэтому мне было несложно приспособиться к жизни в степи.

Ее голубые глаза вызывающе сверкнули.

— Почему вы там работаете?

Джейку много раз задавали этот вопрос, но сейчас он впервые пожалел о том, что не руководствовался высокими мотивами. Впрочем, притворяться образцом добродетели не было смысла.

— Я легок на подъем и абсолютно свободен, — ответил он, понимая, что его слова прозвучали как оправдание. — Эта работа дает мне возможность познакомиться с другой частью мира, но, признаться, главным образом я согласился на нее из-за денег.

Джейк ожидал прочитать в ее глазах неодобрение, но, к его большому удивлению, она улыбнулась.

— А во время отпуска вы развлекаетесь по полной программе.

— Бывает, — уклончиво ответил Джейк, понимая, что она имеет в виду его вечеринку с Энжи. — Расскажите мне о ваших рисунках, — быстро добавил он, чтобы сменить тему.

Мэтти небрежно махнула рукой.

— Это просто иллюстрации для детской книги.

— Вы собираетесь ее написать?

Она кивнула.

— Ваши истории уже издавались?

— Да. Правда, пока у меня только три книги.

— Вы не шутите? — Его глаза расширились от удивления. — Вот это да! Я никогда раньше не был знаком с писателем.

— Большинство людей не считают меня настоящим писателем. Они полагают, что детские истории очень легко писать.

— Разве легко полностью опираться на воображение? Кроме того, вы сами создаете иллюстрации для своих книг. Разве дети не самые серьезные критики?

Мэтти кивнула и улыбнулась.

— О чем ваши истории?

Она вдруг засмущалась.

— Ну… В общем, в них нет ничего такого, что могло бы вас заинтересовать. — Она подобрала палочками остатки лапши со дна тарелки.

— Откуда вы знаете, чем я интересуюсь? Может, мне нравятся детские книги.

— Не смейтесь надо мной, — серьезно сказала Мэтти.

— У меня и в мыслях этого не было.

— Все они о маленькой девочке по имени Молли. — Положив палочки, она откинулась на спинку стула. — В действительности Молли волшебница, но об этом никто не догадывается. Она втайне делает добрые дела.

Прямо как ее создательница, подумал Джейк и не удержался от улыбки.

Глаза Мэтти засверкали.

— Я знала, что вы будете смеяться.

— Я не смеюсь. — Почему он не мог перестать улыбаться? — Честное слово. Напротив, я под впечатлением. Уверен, истории о Молли очень популярны.

— Кажется, да. — Она закатила глаза, словно ей надоело говорить на эту тему.

— Может, после ужина вместе выпьем кофе? — предложил Джейк.

— Разве у вас нет других планов?

Их взгляды встретились, и у него создалось впечатление, что она откажется. Так будет лучше. Ведь он не собирался ее соблазнять.

Неожиданно Мэтти улыбнулась, и на ее щеках появились ямочки.

— С удовольствием. В вашей комнате или в моей?

Джейк улыбнулся в ответу. Он мог не беспокоиться. Мэтти напомнила ему, кем они были на самом деле. Вынужденными соседями, и только.

— Давайте в моей. Там вид из окна лучше.

По дороге домой они не разговаривали. Когда они вошли в квартиру, Брутус обрадовался Джейку не меньше, чем своей хозяйке. Джейк наклонился и почесал ему за ухом.

Когда она собралась варить кофе, Джейк вдруг сказал, что ему ненадолго нужно в город. Она ничуть не удивилась, но была разочарована. И это было глупо. Она не хотела отношений с этим мужчиной, но ей было неприятно осознавать, что ему наскучило ее общество.

— Желаю хорошо провести вечер, — небрежно произнесла она.

— И вам того же.

— Надеюсь, завтра вы с Роем получите удовольствие от прогулки.

— Спасибо.

Сделав несколько шагов, Джейк остановился и оглянулся. Мэтти в этот момент поправляла волосы. Она отделила одну прядь и убрала ее за ухо. В ее жесте не было кокетства, но Джейк застыл как вкопанный. Его взгляд обжигал.

Его интерес к ней был столь очевидным, что у Мэтти перехватило дыхание. Ей казалось, что она вот-вот упадет в обморок.

Но Джейк тряхнул головой, и чары рассеялись.

— Вы пойдете? — спросил он.

— Прошу прощения? — Мэтти была сбита с толку. Что он имел в виду? Уж определенно не звал развлекаться в город.

Джейк улыбнулся.

— Не хотите завтра составить нам с Роем компанию?

Его предложение подействовало на нее как ушат холодной воды. Теперь она знала наверняка, что он шел за ней всю дорогу не потому, что был очарован ее новой прической или нарядом. Она не интересовала его как женщина. Ему, как и всем остальным в ее жизни, была нужна ее помощь.

Мэтти привыкла помогать другим, но на этот раз ради своего душевного спокойствия решила отказаться.

— Нет, спасибо. — Она покачала головой.

Джейк нахмурился.

— Только не говорите, что у вас очередная встреча. Что на этот раз? Маникюр?

Она посмотрела на свои руки.

— Мне нужно начинать писать книгу.

— Что вам стоит отложить это на один день?

Его глаза были полны искренности, но она не собиралась сдаваться. Если она сама не своя после одного ужина с ним, то, проведя в его обществе целый день, вообще потеряет голову. Это было бы неосмотрительно. Рискованно.

Однажды она попыталась построить отношения на расстоянии. Это было три года назад, но при воспоминании об этом ее до сих пор бросало в дрожь. Кроме того, ей не нужен был мужчина сейчас, когда она собиралась стать суррогатной матерью.

— Жаль, если вы не сможете, — сказал Джейк, пристально глядя на нее. — Я знаю, что Рою понравилось бы ваше общество.

При упоминании о Рое она внезапно заколебалась. Может, она делает из мухи слона? Джейк всего лишь попросил ее оказать услугу бедному старику. Почему она видит во всем какой-то подвох?

В конце концов, помогать другим — это лучшее, что она когда-либо умела делать.

Мэтти скрестила пальцы за спиной, надеясь, что не совершает ошибку.

— Хорошо, — сказала она. — Я пойду ради Роя.

Когда Джейк ушел, она достала принадлежности для рисования и начала другую иллюстрацию. Эта картинка на две страницы будет изображать Молли, выглядывающую ночью из окна своей спальни, и ее черную кошку на подоконнике. В окнах других домов и на улице она изобразит тех, кто нуждается в помощи Молли — больного ребенка, одинокую старушку и бездомного котенка.

Мэтти знала, как в точности будет выглядеть иллюстрация, но сегодня что-то не получалось. Она не могла погрузиться в сказочный мир воображения, который отделял ее от реальности.

Сегодня ей мешали мысли о Джейке Девлине. Она не могла выбросить его из головы и вряд ли забудет взаимное притяжение между ними в тот момент, когда она поправляла волосы.

Она не сомневалась, что, будь на ее месте другая девушка, Джейк непременно бы ее поцеловал. Но они оба предпочли проигнорировать разряд, проскочивший между ними, и это было к лучшему. Мэтти научилась не доверять подобным ощущениям.

Много лет она мучилась вопросом, влюбится ли когда-нибудь по-настоящему. В школе она была увлечена одним мальчиком, но это продолжалось всего полгода и закончилось тем, что он бесцеремонно ее бросил. Ей понадобилось много времени, чтобы пережить этот удар по самолюбию, и в последующие годы она время от времени ходила на свидания с местными парнями, но серьезных отношений у нее ни с кем не было.

Затем, три с половиной года назад, в Виллоубенк приехал красивый незнакомец. У Пита из Перта была очаровательная улыбка. Он зашел в магазин родителей Мэтти и положил на нее глаз. Она безумно в него влюбилась и, когда он вернулся в Западную Австралию, почти целый год раз в месяц летала к нему через всю страну. Пит давал ей часть денег на билеты. Она чувствовала себя любимой и желанной.

Пит обещал ей целый мир. Точнее, кольцо с бриллиантом, пышную свадьбу, дом в пригороде и двоих детей, о которых она всегда мечтала. Но затем настал день, когда он позвонил из Перта, и она поняла по его голосу, что что-то случилось.

Он сказал, что авиабилеты слишком дорогие и не следует на них тратиться каждый месяц. Мэтти уже тогда начала обо всем догадываться, но слишком боялась задавать Питу вопросы.

Через некоторое время он прислал ей текстовое сообщение:

Прости, малышка, но я не могу на тебе жениться. Дело не в тебе, а во мне.

Охваченная паникой, она перезвонила ему и услышала правду, которой так боялась. Пит встретил другую женщину и попросил вернуть ему подаренное им кольцо.

Это было почти три года назад.

Сердце Мэтти было не только разбито, но и растоптано. Она чувствовала себя полной неудачницей. Не могла себя простить за то, что влюбилась в парня, который оказался настолько труслив, что отменил свадьбу посредством текстового сообщения.

Ей было очень стыдно, потому что в Виллоубенк все до единого знали о ее свадебных планах. Все, от мэра до помощника мясника, жалели несчастную, брошенную Мэтти. Она перестала верить в мужчин, в саму себя, в любовь.

Друзья пытались убедить ее, что это следует воспринимать не как неудачу, а как ценный жизненный опыт. Им было легко говорить. Их так жестоко не бросали.

Тогда Мэтти решила, что будет разумнее перестать мечтать о любящем муже и счастливой семье. С тех пор у нее не было ни одного бойфренда. Было безопаснее заботиться о других, чем снова рисковать своим сердцем.


Как бы там ни было, следующим утром Мэтти ничуть не пожалела, что согласилась навестить Роя. Стоило ей только заглянуть в его искрящиеся голубые глаза, и она сразу почувствовала к нему симпатию. У него были редеющие волосы, жилистое тело и худые ноги, но в нем чувствовалась живая, энергичная натура.

Мэтти порывисто обняла его. Когда Рой приветствовал Джейка, его глаза блестели, и у нее потеплело на душе.

— Тебе, наверное, здесь надоело, приятель, — весело произнес Джейк. — Ты вылетел из двери как Скаковая лошадь из стартовых ворот.

— Я не хочу тратить зря ни минуты. — Глаза Роя горели, как у школьника, сбежавшего с урока. — Эти медсестры сговорились против меня. Они меня отпустили всего на два часа.

— А что будет, если ты не вернешься вовремя? — спросил Джейк. — Превратишься в тыкву?

— Скорее, в прекрасного принца, — рассмеялся Рой, подмигнув Мэтти.

Он шел не очень твердо, и она предложила довести его до машины.

— Спасибо тебе, милая, — ответил он, бросив взгляд на Джейка. — Где ты нашел такую прелестницу?

Затаив дыхание, Мэтти стала наблюдать за Джейком и с волнением ждать его ответа. Он вряд ли скажет «Мэтти неожиданно появилась у меня на пороге» или «Мы живем в одной квартире».

Она зря беспокоилась. Похоже, у Джейка было больше опыта в подобных делах. Он без труда нашел нужный ответ.

— Мы познакомились через общего друга, — с улыбкой ответил он. — Один из моих коллег родом из того же городка, что и Мэтти.

— И откуда ты будешь? — поинтересовался Рой.

Мэтти мысленно поблагодарила Джейка за то, что он перевел разговор на нейтральную тему.

— Из Виллоубенк, — ответила Мэтти. — Это небольшой провинциальный городок в западной части Синих гор.

Рой был восхищен.

— Значит, ты сельская девушка?

— До мозга костей.

— Я это знал.

Рой начал восторгаться достоинствами сельских девушек, но они уже подошли к машине. Роя посадили вперед рядом с Джейком, чтобы ему было удобнее выбираться, а Мэтти села назад.

Покидая территорию дома престарелых, Джейк сказал Рою:

— Мы с Мэтти планировали покататься на пароме, но, поскольку тебя отпустили всего на два часа, у нас нет на это времени. Куда бы ты хотел, Рой?

Они выехали на шоссе, и старик, глядя в окно на дома с красными крышами и проносящиеся мимо автомобили, спросил:

— Здесь где-нибудь поблизости есть парк или кусочек леса?

— Должен быть, — заверил его Джейк.

— Если ничего не найдем, можно съездить в ботанический сад, — предложила Мэтти. — Правда, я не знаю, в какой части города он находится. Я плохо знаю Сидней.

— Могу устроить тебе экскурсию по пабам, — предложил Джейк.

К счастью, им скоро удалось найти парк.

Выбравшись с помощью Джейка из машины, Рой окинул взглядом лужайки со столиками для пикника, решетками для барбекю, большие тенистые деревья и декоративный пруд, где молодые мамы с детьми кормили уток. Затем он поднял глаза к небу и глубоко вдохнул.

— Тебе здесь нравится? — спросил Джейк, тепло улыбаясь.

Рой медленно кивнул.

— Да, здесь мило.

Мэтти увидела на его лице задумчивую печаль.

— Но это не то, чего бы тебе хотелось, — предположил Джейк.

— Здесь все так… аккуратно, — ответил старик.

Мэтти рассмеялась, чтобы разрядить обстановку.

— Вам нужен настоящий лес с эвкалиптами, поваленными ветками и сухой травой по колено, правда, Рой?

Он робко улыбнулся.

— Думаю, да.

— А еще вы хотите вдыхать аромат листьев эвкалипта.

Рой кивнул.

— А также развести костер и приготовить чай в котелке.

— Не увлекайся, Мэтти, — предупредил ее Джейк. — Здесь все это невозможно.

Но Мэтти уже все обдумала. Она умела угадывать, что нужно другому человеку, и в подобных ситуациях всегда чувствовала себя как рыба в воде.

— Я пойду поищу эвкалипты, — сказала она мужчинам, — а вы посидите здесь.

Пройдя по тропинке вдоль пруда, Мэтти нашла группу эвкалиптов. Набрав охапку упавших веток с листьями, она пошла назад.

При виде ее Джейк улыбнулся и удивленно покачал головой. Рой был в восторге.

— Они высохли, но все еще пахнут, — сказала она, кладя ветки на столик для пикника.

Взяв одну, Рой потер между пальцами длинный тонкий лист и понюхал его.

— Отлично, — прошептал он, блаженно вздыхая.

— Они здесь недалеко возле пруда, — сказала Мэтти. — Думаю, мы можем развести костер.

— Ни в коем случае, — возразил Джейк. — В парках нельзя разводить открытый огонь.

Мэтти положила ладонь ему на руку. Это была большая ошибка. Ее словно током ударило, и она отдернула руку.

— Я… я знаю, что здесь этого делать нельзя, — мягко ответила она, улыбаясь Рою. — Но мы можем приготовить чай на походной конфорке у нас дома. Возьмем с собой эвкалиптовые веточки и будем помешивать ими чай. Было бы здорово, правда, Рой?

Старик энергично закивал.

— Но у нас нет конфорки и котелка, — продолжал сопротивляться Джейк.

— Мы можем на обратном пути заехать в магазин походных товаров. Они совсем недорогие.

Джейк покачал головой, но его глаза улыбались. Мэтти почувствовала, как по ее телу разливается приятное тепло.

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

Джейку пришлось уступить Мэтти. Не прилагая особых усилий, она подарила Рою прекрасные два часа. Сидя в плетеном кресле в саду с Брутусом на коленях, он с довольным видом наблюдал за тем, как Джейк кипятит воду в котелке на походной конфорке. Они превратили процесс приготовления чая в ритуал не хуже традиционного японского. Рой с гордым видом положил в котелок горсть чайных листьев, Мэтти все перемешала эвкалиптовой палочкой, а Джейк стал раскачивать котелок над огнем из стороны в сторону, чтобы отвар наполнился кислородом.

Они пили чай из жестяных кружек и ели ячменные лепешки, которые Мэтти купила в булочной, разогрела в микроволновке и подала к столу с маслом и сиропом.

— В следующий раз мы обязательно это повторим, — заверила она Роя.

Джейк хотел сказать ей, что ей незачем беспокоиться, но понял, что отговаривать ее бессмысленно. Мэтти решительно взялась опекать Роя, как когда-то свою бабушку и, несомненно, еще многих других людей.

Уж так была устроена Мэтти Кэри. Смысл ее жизни состоял в том, чтобы помогать людям, делать их счастливыми. Интересно, как много людей были готовы пойти на все ради ее счастья? Заставить ее глаза сиять от радости и веселья, которое он сегодня утром видел в глазах Роя?

Рой возвращался в дом престарелых совсем другим человеком. Он шагал более уверенно, улыбался во весь рот, его щеки слегка порозовели.

Но самое сильное потрясение Джейк испытал, когда осознал, что Рой был не единственным, кого изменило общение с Мэтти. Джейк тоже чувствовал себя другим. Гуляя сегодня утром по парку и готовя чай в походном котелке, он был весел и спокоен, как никогда.

Ему действительно нравился человек, которым он стал рядом с Мэтти. Будь у него больше времени, он непременно узнал бы ее лучше, и, возможно, их знакомство переросло бы в дружбу. Он жалел, что потратил большую часть своего короткого отпуска на мимолетные интрижки с разными женщинами. Серьезные отношения с одной никогда не были его приоритетом.

Встреча с Мэтти вывела его из равновесия. Он был уверен, что должен что-то с этим делать, но не знал, с чего начать.

— Все прошло здорово, правда? — спросила Мэтти, когда они возвращались из дома престарелых. — Рой очень милый.

Джейк рассмеялся.

— Он стал бы красным как помидор, если бы это услышал. Насколько я помню, он всегда был робок с женщинами.

— Как и многие парни из австралийской глуши. — Мэтти бросила на него дерзкий взгляд. — За исключением того, который сидит рядом со мной.

Джейк проигнорировал ее укол.

— Ты покорила сердце Роя.

— Возможно… но он очень любит тебя, Джейк.

— Да. Думаю, он смотрит на меня как на сына, которого у него никогда не было.

— Это замечательно.

Тон, которым Мэтти это произнесла, заставил Джейка посмотреть на нее. Ее улыбка исчезла, в глазах появилась легкая грусть, словно она думала о чем-то сокровенном.

Молчание затянулось, и Джейку начало казаться, что он ее расстроил. Но как? Он всего лишь упомянул, что Рой относился к нему как к родному сыну. Очевидно, причина ее печали не имела никакого отношения к нему.

К своему удивлению, Джейк обнаружил, что хочет ее внимания. Ее общества. Ее саму.

В этом заключалась безумная правда. Не нанеся ни одного удара, Мэтти пробила его броню. Она не соответствовала его идеалу женщины, но его к ней влекло. Безумно.

Он захотел как можно больше о ней узнать и решил не терять драгоценное время.

— Ты всегда так активно помогала людям? — спросил он.

Мэтти улыбнулась.

— Да.

— То есть я хотел сказать — людям и животным.

— Да. Наверное, это началось с котят.

— Правда? И как давно это было?

Ее глаза заблестели.

— Мне было лет десять. У меня было несколько друзей. Мы постоянно проводили вместе время. Играли в крикет, плавали, катались верхом и устраивали пикники на берегу реки.

— Это, наверное, было здорово. — Джейк подумал о своем одиноком детстве на ферме, где круг его общения ограничивался постоянно занятыми родителями и безразличными нянями.

— Однажды мы плавали в реке, — продолжила Мэтти, — и я нашла в воде пакет с котятами. Они были еще живы. Очевидно, их выбросили незадолго до нашего прихода. Я была в ужасе.

Джейк представил себе голубые глаза десятилетней Мэтти, полные жалости к несчастным зверькам, и у него защемило сердце.

— Итак, я побежала домой. Родители были в магазине. Тогда я позвала друзей, и мы высушили котят полотенцами и накормили сардинами и молоком. Затем я спрятала их у себя в шкафу.

— Надеюсь, ты не пыталась оставить их у себя?

Она фыркнула.

— Для этого я была слишком умна. На следующий день я посадила их в велосипедную корзину и ездила так по всему району. Думаю, я побывала в каждом доме от Виллоубенк до Нарду.

— И ты нашла хозяев для всех котят?

— До единого, — ответила она с гордостью.

Джейк улыбнулся.

— Какие у тебя планы на оставшуюся часть дня?

Мэтти заморгала и густо покраснела.

— О… э-э… я собираюсь начать книгу.

— Может, лучше сходишь со мной в кино?

Она не ответила, и Джейк расстроился. Она молча сидела и смотрела перед собой.

— Я мог бы угостить тебя ленчем.

— Но мы одеты неподобающим образом. — Она посмотрела на их джинсы и футболки.

— Ничего страшного. За углом кинотеатра есть кафе быстрого питания.

После неловкой паузы Мэтти спросила:

— Это ведь не свидание, правда?

Его сердце упало.

— Я просто хочу отблагодарить тебя за помощь. — К своему удивлению, он добавил: — Но что, по-твоему, плохого в свидании?

— Разве Энжи не стала бы возражать?

Сначала Джейк подумал, что Мэтти шутит. Какое отношение имеет к этому Энжи? Она уже стала смутным воспоминанием, как и другие женщины, с которыми он встречался.

— Насчет Энжи не беспокойся, — сказал он.

— Ты с ней порвал?

— Да нас с ней ничего и не связывало.

Мэтти открыла рот, словно хотела что-то сказать, но, очевидно, передумала. Когда на светофоре загорелся зеленый, она вдруг спросила:

— Какой фильм ты собираешься смотреть?

Джейк улыбнулся и назвал ей романтическую мелодраму, афишу которой видел на днях. По правде говоря, он терпеть не мог такие фильмы, но был уверен, что Мэтти, как и большинство женщин, предпочитает именно их. Это было меньшее, что он мог для нее сделать в знак благодарности.

К его удивлению, Мэтти наморщила нос.

— Поверить не могу, что ты хочешь смотреть эту сентиментальную чушь, — усмехнулась она. — Я предпочитаю криминальные триллеры. Кажется, недавно вышла пара неплохих фильмов.

Джейк был уверен, что Мэтти просто пытается ему угодить, но не стал возражать.


Мэтти сидела в темном, наполненном ароматом попкорна зале и пыталась сосредоточиться на действии запутанного шпионского триллера, но близость Джейка отвлекала ее.

Ей казалось, что она вот-вот не выдержит и под влиянием гормонов набросится на него прямо здесь. Но она боялась разрушить хрупкую иллюзию счастья. Сегодня утром она замечательно провела время с Джейком и Роем. Ленч, состоящий из хрустящего картофеля и жареной рыбы, тоже доставил ей удовольствие. Главным образом из-за присутствия Джейка.

Эти мысли мешали ей расслабиться и сосредоточиться на фильме. Время от времени она поглядывала украдкой на мужественный профиль Джейка. Ее сосед был великолепен, и ее безудержно к нему влекло. Ей хотелось коснуться губами его лба, темных бровей, носа с небольшой горбинкой, волевого подбородка и, наконец, чувственных губ…

Мэтти нехотя перевела взгляд на экран. Вдруг Джейк потом захочет обсудить с ней фильм? Ей не хотелось выставить себя полной дурой.

Она сказала ему, что не хочет смотреть мелодраму. Это была ложь. Она любила сентиментальные истории, но знала, что мужчины относятся к ним скептически. К ее большой радости, в фильме начала стремительно развиваться любовная линия, и она сама не заметила, как увлеклась.

Шпион встретил загадочную красавицу брюнетку, ранимую и беззащитную, как ребенок. Мэтти была почти полностью уверена, что она агент, работающий на обе стороны. Это было очевидно, не так ли? Почему главный герой не догадывался, что героиня что-то от него скрывает? Он был ослеплен страстью. Вот идиот!

Полчаса спустя Мэтти изменила свое мнение насчет двойного агента. Она полностью погрузилась в фильм, отчаянно желая, чтобы положительные герои победили и справедливость восторжествовала, но вдруг красавица села в машину, и она взорвалась и загорелась.

Мэтти вскрикнула.

Джейк взял ее руку в свою и слегка пожал.

— Это всего лишь кино, — прошептал он ей на ухо. Его дыхание обожгло ей кожу.

— А-а… — только и смогла вымолвить Мэтти.

Подобно экранной героине, она горела в огне. Только это был огонь желания.

Кровь кипела в ее жилах. Она никогда прежде не испытывала такого возбуждения.

Мэтти вздохнула, но это прозвучало как стон. Ее лицо вспыхнуло от смущения. К счастью, в темноте этого никто не заметил.


Когда они выходили из кинотеатра, Джейк по-прежнему держал ее за руку. Она оба щурились от яркого солнечного света. Мэтти надеялась, что он не собирается обсуждать с ней сюжетные ходы. После того, как Джейк начал поглаживать большим пальцем ее запястье, она мало что помнила.

— Тебе понравился фильм? — спросил он.

— Да, он был довольно интересный, — ответила Мэтти, ожидая новых вопросов.

Он улыбнулся, и его глаза потемнели.

— Ну что, поехали домой?

Скрывалось ли за этим что-то еще? Она чувствовала, что с тех пор, как они утром покинули квартиру, многое изменилось. Сегодня будет их последний вечер вместе. Завтра он возвращается в Монголию.

— Поехали. — Мэтти знала, что согласилась бы, даже если бы он предложил ей переплыть Сиднейский залив.

Короткий путь до дома занял целую вечность. Мэтти всю дорогу была как на иголках. Чувствовал ли Джейк то же, что и она? Ей казалось, что она взорвется от желания, если он не займется с ней любовью, как только они окажутся в квартире.

Она вдруг вспомнила об имплантации. Но до нее еще целых две недели, а Джейк завтра уезжает. В данный момент ей хотелось думать только о нем. Перестать быть осторожной и довериться своим чувствам.

Когда Джейк отпер дверь, Брутус принялся скакать вокруг них с радостным лаем, после чего выбежал в сад.

Мэтти положила сумочку на столик в гостиной. Джейк бросил ключи на кофейный столик. Они посмотрели друг на друга. Его взгляд был напряженным, кадык дергался.

— Мэтти, — мягко произнес он.

— Да.

Он посмотрел на нее с удивлением.

— Прозвучало как ответ.

— Это и есть мой ответ, Джейк.

Он резко вдохнул, но ничего не сказал.

Мэтти знала, что он ждет ее решения. И момент его принятия настал. Тогда она смело добавила:

— Ответ на вопрос, хочу ли я, чтобы ты меня поцеловал.

Не успела она сказать что-либо еще, как он в одну секунду сократил расстояние между ними, привлек ее к себе и поцеловал.

И что это был за поцелуй!

Его губы были настойчивыми и обжигающим, как и представляла себе Мэтти. Не переставая целоваться, они прошли в его спальню. Мгновение спустя он уже прижал ее к стене и запустил руку ей под футболку.

Мэтти вдруг напряглась.

— Не здесь, — прошептала она, не желая отдаваться ему на простынях, на которых он занимался любовью с Энжи. — Пойдем ко мне.

Приглушенно застонав, Джейк подхватил ее на руки и отнес в ее маленькую спальню. Там они вместе упали на кровать и принялись активно изучать друг друга руками и губами.

Джейк стянул с нее футболку, и она похвалила себя за пристрастие к красивому белью. Она покупала его, даже несмотря на то, что ей было некому его показывать.

Джейк улыбнулся.

— Я рад, что у тебя есть маленькая слабость. — Он провел пальцем по кружевной отделке бюстгальтера. — Никогда от нее не отказывайся.

Мэтти была удивлена тем, как непринужденно она чувствовала себя рядом с Джейком. Ей нравился его вкус, его запах, его прикосновения, то нежные, то настойчивые.

Он знал, чего она хочет, раньше, чем она сама это понимала.

Когда они стремительно приближались к кульминационному моменту, ее беспокоило только одно: позаботился ли Джейк о предохраняющем средстве. Если нет, ей придется затронуть эту щепетильную тему. Она не могла подвести Джину и Тома.

Но ее тревоги были напрасны. Джейк оказался во всеоружии, и она со спокойной душой отдалась ему.


Чудесный день плавно перетек в не менее чудесный вечер, наполнивший их спальню серебристыми тенями. Мэтти и Джейк вдруг поняли, что умирают с голоду. Тогда они прошли на кухню, чтобы приготовить пасту и соус из имевшихся в холодильнике продуктов.

Пока макароны варились, они просмотрели фонотеку Уилла и по обоюдному согласию выбрали диск с веселым ритмичным рок-н-роллом. Притопывая и покачиваясь в такт музыке, они резали бекон и овощи, то и дело останавливаясь, чтобы поцеловаться.

Паста получилась на удивление вкусной. Они запивали ее остатками вина, которое Мэтти покупала еще к пицце с грибами. Затем, согреваемые мыслями о предстоящей ночи, они отправились гулять с Брутусом.

Соленый ветер трепал их одежду и волосы, пока они медленно брели рука в руке, обмениваясь шутками и поцелуями, любуясь луной и наслаждаясь гармонией со всем прекрасным удивительным миром.


Только проанализировав вчерашние события, Джейк осознал, что произошло между ним и Мэтти. Они вели себя как влюбленная пара из романтической мелодрамы, готовящаяся к счастливому совместному будущему, а не как партнеры на одну ночь.

Это было шокирующее открытие.

Проснувшись на заре, он тихо лежал рядом с Мэтти, борясь с искушением разбудить ее и снова заняться с ней любовью. Но прежде ему было необходимо прояснить мысли, разобраться в том, что произошло и какое значение это имеет сейчас. Не совершил ли он большую ошибку?

Обычно после близости с новой женщиной он чувствовал себя как завоеватель, покоривший новую землю. Он был доволен собой, и это толкало его на новые подвиги. Но прошлой ночью он испытал совсем другие чувства.

Новая земля оказалась такой доброй и родной, что он почувствовал себя на ней как дома.

Мэтти Кэри была будто специально создана для него.

Это ощущение было абсолютно новым и пугающим. Он не чувствовал такой близости с другим человеком с тех самых пор как…

На мгновение он как будто снова оказался маленьким мальчиком, которого мать выгнала из своей спальни. Напуганным, одиноким, потерянным. Ничего не понимающим.

Он никогда себе не позволял об этом вспоминать.

Сейчас в первую очередь ему нужно было решить, как быть с желанием остаться с Мэтти, защитить ее.

Кажется, он был готов защищать ее от всего: от падающих зданий, от простуд и сквозняков, от других мужчин.

Обычно он не позволял себе сближаться с женщинами, создавая между собой и партнершей барьер. Сегодня он уезжает, и ему во что бы то ни стало нужно избавиться от ощущения глубокой связи с Мэтти Кэри. Он не планировал строить серьезные отношения. Это не имело смысла, и, к счастью, Мэтти все прекрасно понимала.

Но, лежа рядом с ней, было слишком сложно обо всем этом думать. Осторожно выбравшись из постели, он пошел на кухню и в коридоре наткнулся на Брутуса. Пес начал визжать и прыгать вокруг него. Открыв дверь, Джейк выпустил его в сад.

Поставив турку на плиту, он снял покрывало с клетки Паваротти, подсыпал ему корма и налил свежей воды, после чего пошел в ванную.

Стоя под струями горячей воды, он думал об утомительном обратном пути в Монголию. Сначала ему предстоял долгий перелет до Пекина, затем еще один до Улан-Батора и поездка на грузовике до шахты.

По правде говоря, он был вполне доволен своим нынешним образом жизни. Ему нравился изолированный мир шахты. Работа на ней словно была продолжением его жизни в интернате.

Он отлично ладил с коллегами. Долгими вечерами они играли в шахматы, покер, триктрак или скрэббл. Он подружился с несколькими местными жителями и имел возможность по меньшей мере раз в неделю ездить верхом.

Размером заработной платы Джейк тоже был доволен. Учитывая растушую потребность человечества в полезных ископаемых и связанные с этим экологические проблемы, он сможет сколотить себе состояние, если и дальше будет работать на отдаленных месторождениях в разных уголках земного шара.

Это имело для него большое значение, поскольку он всегда хотел доказать своим родителям, что может всего добиться сам.

У отца никогда не было на него времени. Мать уделяла Джейку достаточно внимания, но лишь до того, как у нее начались проблемы со здоровьем. С девяти лет он некоторое время находился на попечении многочисленных гувернанток и Роя. Затем его отправили в интернат.

Его родители всегда были заняты разведением скота, дрессировкой скаковых лошадей и организацией вечеринок после верховых состязаний. Джейк никогда не чувствовал, что они в нем нуждаются, поэтому решил идти собственным путем.

Таким образом, в ближайшем будущем он не собирался менять работу. Но сегодня утром при мысли о возвращении на полгода в Монголию внутри него образовалась пустота.

Ему будет не хватать Мэтти.

Но он ей не подходил. Не мог дать ей стабильных долгосрочных отношений, в которых она нуждалась.

Ему следовало ей это сказать. Сегодня, сейчас, перед отъездом, пока еще не слишком поздно.

Он стоял у окна с кружкой кофе в руке, когда в кухню вошла Мэтти в белом махровом халате. Ее ноги были босыми, волосы растрепанными. Наверное, она специально не стала их расчесывать, зная, как сексуально сейчас выглядит.

От ее персиковой кожи исходило легкое сияние, и Джейк едва удержался от того, чтобы ее не поцеловать.

— Доброе утро. — Робко улыбнувшись ему, она огляделась по сторонам. — Вижу, ты позаботится о Брутусе и Паваротти. Спасибо.

— Не стоит благодарности.

Она снова улыбнулась, убрала за ухо прядь волос, и Джейк вмиг позабыл о своем решении, привлек ее к себе и поцеловал. В данный момент ему хотелось лишь одного — отнести Мэтти в постель и заняться с ней любовью.

Мэтти отстранилась первой. Ее глаза были серьезными, когда она сказала:

— Пойду приму душ.

— Конечно, — ответил он, испытав небольшое разочарование. — Мне приготовить завтрак?

Она остановилась в дверях.

— Разве тебе не надо собирать вещи?

— У меня их немного. На это уйдет всего пара минут.

Мэтти пожала плечами.

— Можешь приготовить все, что захочешь. Обо мне не беспокойся. Я обойдусь тостом и чаем.

— Если тебе понадобится помощь в душе, дай мне знать.

Она улыбнулась, но в ее глазах не было дразнящего призыва.

После ее ухода Джейк попытался собраться с мыслями. Он почти совершил серьезную ошибку, продолжив вести себя с Мэтти как бойфренд, а не партнер на одну ночь.

Он всегда с самого начала давал женщинам понять, что они не могут надеяться на длительные отношения. Самые назойливые из них все же продолжали к нему липнуть. Это раздражало его, и в то же время он чувствовал себя польщенным.

Мэтти легко отпускала его, и он был ей за это благодарен.

Не так ли?

ГЛАВА ПЯТАЯ

Мэтти сушила волосы, когда зазвонил телефон. Выключив фен, она побежала на кухню. Джейк уже ответил на звонок. Когда он повернулся, чтобы передать ей трубку, ее сердце подпрыгнуло. Он был так сексуален, что ей захотелось броситься в его объятия. Но зачем было зря травить себе душу, когда он собирался уезжать?

— Это твоя подруга Джина, — сказал он.

— О-о! — Только этого ей не хватало. Сейчас Джина засыплет ее вопросами. Она глубоко вдохнула. — Привет, Джина.

— Мэтти, как тебе живется в Сиднее?

— Замечательно.

— Охотно верю. Если с парнем, который со мной поздоровался бархатным голосом, у вас все серьезно, я тебя пристрелю! Быстро же ты его себе нашла.

— Я его не находила. Это друг Уилла из Монголии. Он приехал в Сидней всего на неделю.

— Как его зовут?

— Джейк.

— Теперь я вспомнила. Уилл говорил, что у него есть друг по имени Джейк. Кажется, он настоящий донжуан. Черт побери, Мэтти, он остановился в квартире Уилла?

Мэтти обернулась. Джейк в другом конце кухни накладывал яичницу на тост.

— Кажется, Уилл напутал с датами, но все уладилось.

— Значит, вы с этим парнем вместе живете в квартире Уилла? — От удивления голос Джины стал выше обычного.

— Я уже говорила тебе, Джина, что все хорошо, — спокойно сказала Мэтти.

Джейк подмигнул ей и пошел завтракать на балкон. Она кивнула и благодарно улыбнулась ему.

— Он горячий? — спросила Джина.

— Да.

— Судя по тому, что я слышала, он опасный.

— Вовсе нет.

— О боже… Ты влюбилась в него, не так ли?

— Не думаю.

— Ох, Мэтти, ты влюбилась. Это слышно в твоем голосе. О нет! Я знаю, что это означает. Ты безумно влюблена в этого Джейка, собираешься выйти за него замуж и родить ему детей. Ты больше не хочешь быть суррогатной матерью.

— Джина, ради Бога, успокойся. Разумеется, я по-прежнему хочу родить вам с Томом ребенка.

— Правда? Ты уверена?

— Абсолютно. Думаешь, я могу подвести свою лучшую подругу?

— А Джейк не будет возражать, если ты забеременеешь?

— Он ничего не узнает. — Пальцы Мэтти крепче вцепились в трубку. Она надеялась, что Джейк с балкона ничего не слышит. — Он сегодня возвращается в Монголию.

— Значит, ты ничего ему не рассказывала о своих планах?

— Конечно, нет. Я же обещала вам с Томом, что буду молчать.

— Должно быть, трудно скрывать такое от бой-френда.

— Ну, Джейка вряд ли можно считать моим бой-френдом. Мы знакомы всего несколько дней.

— Но у вас все серьезно?

Мэтти сглотнула. Она не могла ответить на этот вопрос. Не хотела, чтобы Джина читала ей нотации. Ей было неловко признаваться в том, что она переспала с мужчиной после нескольких дней знакомства.

На самом деле она нисколько об этом не жалела. Воспоминания об их близости с Джейком будут долго согревать ей душу.

— Еще ничего не ясно. — Неожиданно на глаза Мэтти навернулись слезы, и она сглотнула. — Ладно, Джина. Я позвоню тебе завтра.

— Прости, Мэтти. Я просто очень хочу этого ребенка. Ты плачешь?

— Нет. Правда. Мне нужно идти. Я тебе позвоню или пришлю электронное письмо.

Когда Мэтти положила трубку, по ее щекам покатились слезы. Она пришла в ужас. Что, если Джейк увидит ее такой?

Подбежав к раковине, она побрызгала на лицо холодной водой и промокнула кухонным полотенцем. На плите она обнаружила яичницу-болтунью и кусок хлеба в тостере. Положив еду на тарелку, она сделала глубокий вдох. Эти несколько часов до отъезда Джейка ей придется вести себя как ни в чем не бывало.

Когда она вышла на балкон, Джейк уже заканчивал завтракать. Он пристально посмотрел на нее, и ей оставалось лишь надеяться, что он ничего не заметил.

— Это была Джина, сестра Уилла, — сказала она.

Джейк кивнул. Его лицо было мрачным, и Мэтти заподозрила, что он подслушал конец разговора.

— Джина — моя лучшая подруга, — пояснила она.

— Да, я понял.

Что еще понял Джейк? Почему он так сердито на нее смотрит? Узнал о ее планах? Почему-то Мэтти была уверена в том, что он очень расстроился бы, если бы узнал, что она собиралась вынашивать чужого ребенка.

Но Джейк не имел ко всему этому никакого отношения. Он уезжал на шесть месяцев. За это время он наверняка ее забудет. Он ей говорил, что свободен и легок на подъем. Вряд ли человек может измениться за полгода. Ее пугало, как легко он расстался с Энжи.

Когда Мэтти отрезала кусочек тоста с яичницей, Джейк схватил ее за запястье.

— Эй! — возмутилась она. — Ты чего?

— Разве у тебя нет аллергии на яйца?

— О-о! — Она облегченно вздохнула. Его хмурый вид никак не был связан с ее телефонным разговором.

Джейк указал на ее тарелку.

— На днях я приготовил омлет, а ты сказала, что у тебя аллергия на яйца.

— Прости, я солгала, — призналась она.

Было заметно, что он тоже испытал облегчение.

— Надеюсь, у тебя была на это веская причина. — Откинувшись на спинку стула, он с озорной ухмылкой посмотрел на нее.

— Очень веская. Ты был со мной неприветлив, и я решила отплатить тебе тем же.

— Я был неприветлив? — Он сделал вид, будто не понимает, о чем идет речь. — Когда?

Мэтти вдруг осознала, что ее неприязнь к Джейку в первые два дня основывалась лишь на том, что он не проявлял к ней ни малейшего интереса. Это было неприятное открытие, и она определенно не собиралась делиться им с Джейком.

— Я… я точно не помню, — пробормотала Мэтти, затем отправила в рот кусочек тоста, но не почувствовала его вкуса.

Она думала о тех переменах, которые с ней произошли с того утра, когда Джейк готовил омлет. Неужели такое возможно за столь короткий срок?

Она надеялась, что не начнет снова плакать, но этим утром все напоминало ей о том, как быстро она влюбилась в Джейка. А ведь она обещала себе, что этого больше никогда не случится!

Мэтти все еще была погружена в свои мысли, когда Джейк посмотрел на часы.

— Тебе скоро выезжать, — сказала она.

Он вздохнул.

— Я вызову такси.

— Нет, я тебя отвезу.

— Отсюда далеко до аэропорта, к тому же в это время суток всегда пробки.

К ее глазам снова подступили слезы. Черт побери!

— Джейк, пожалуйста, не спорь. Я хочу сама отвезти тебя в аэропорт. — Ей была дорога каждая секунда, проведенная с ним.

Его кадык дернулся. Он казался таким же расстроенным, как и она.

— Спасибо, Мэтти. — Он начал собирать грязную посуду.

— Оставь. Я все уберу. — Ее голос дрожал. — Иди собирай вещи.

— Хорошо.

Напряжение было так велико, что, загружая посудомоечную машину, Мэтти разбила чашку. Только она закончила собирать осколки, как в кухню вошел Джейк с рюкзаком на плече.

Она старалась сохранять спокойствие.

— Вижу, ты путешествуешь налегке.

Он криво усмехнулся.

— Я не люблю ходить по магазинам.

— Я только почищу зубы и возьму сумочку.

Через несколько минут она вернулась. Джейк держал на руках Брутуса и чесал его за ухом. Пес лизнул его в подбородок.

— Мы прощаемся, — пояснил Джейк.

Мэтти закусила губу, чтобы сдержать слезы.

— Надеюсь, с Паваротти ты тоже попрощался.

— Да, он даже спел мне арию.

Мэтти достала и надела солнцезащитные очки, пока глаза не выдали ее.

— Я буду навещать Роя.

Джейк печально улыбнулся.

— Думаю, говорить тебе, что ты не обязана это делать, бессмысленно.

— Правильно думаешь. Я с удовольствием буду о нем заботиться. — Она быстро добавила: — Нам пора.

— Да.

Накинув на плечо лямку сумочки, Мэтти посмотрела на ключи от машины и тяжело вздохнула.

— Мэтти, ты в порядке? — Джейк подошел к ней. Подняв ее очки, он застонал, когда увидел в ее глазах слезы. Тогда он взял ее лицо в ладони и поцеловал дрожащие губы.

Мэтти прижалась к нему всем телом и принялась так отчаянно его целовать, словно от этого зависела ее жизнь. Почувствовав его тепло, она понемногу начала успокаиваться.

Когда они прибыли в Международный аэропорт Сиднея, ее глаза были сухими. Она надеялась, что сможет продержаться до конца.

— Все. Давай прощаться, — сказал он на стоянке аэропорта.

— Ты уверен, что не хочешь, чтобы я вошла?

Джейк покачал головой.

— Ты целую вечность будешь проходить через систему безопасности. В любом случае тебя не пропустят дальше стойки регистрации. Ты ведь знаешь, как с этим обстоят дела на международных рейсах.

— Нет, не знаю. Я никогда не бывала за границей.

Глаза Джейка расширились.

— Правда?

— Да. Дальше Западной Австралии я нигде не была.

Его брови поднялись.

— Наверное, ты была слишком занята проблемами других людей. Тебе было некогда путешествовать.

— Может быть.

Джейк улыбнулся.

— Это означает, что впереди у тебя много приключений.

Он произнес это с такой надеждой, что ее сердце учащенно забилось. Набравшись смелости, она попросила:

— Дай мне, пожалуйста, адрес своей электронной почты. Наверное, в Монголии тебе бывает одиноко. Я могу тебе писать, если захочешь.

— Да, конечно. — Он достал из бумажника визитку и протянул ей. — Вот, держи.

Мэтти уставилась на имя на визитке — Джейк. Р. Девлин. У нее внезапно сдавило грудь. После того как Джейк уедет, этот маленький кусочек бумаги будет единственным, что у нее останется от него. Однако ее немного утешало то, что он захотел с ней переписываться.

Он протянул ей еще одну карточку и ручку.

— Напиши на обратной стороне свой адрес.

— Сейчас.

Когда она написала адрес и вернула ему карточку, он наклонился и поцеловал ее в щеку.

Но Мэтти этого было мало. Она обняла его за шею и поцеловала в губы.

Вокруг них сигналили автомобили, вдалеке слышался рев взлетающего самолета, но ей не хотелось прерывать этот прощальный поцелуй.

Наконец Джейк отстранился и нежно провел кончиками пальцев по ее щеке.

— Береги себя, Мэтти.

— Ты тоже.

— Мне было хорошо с тобой. Пиши почаще. — Неожиданно он посерьезнел, и уголки его губ опустились. — Ты ведь понимаешь, что я не могу тебе предложить совместное будущее.

Сердце Мэтти замерло, затем бешено застучало.

— Конечно, — ответила она не своим голосом. — Я этого и не ждала.

В ответ на ее ложь Джейк отрывисто кивнул и вышел из машины.

— Я сейчас достану багаж, — спокойно произнес он.

Мэтти слышала, как хлопнула дверца багажника. Затем он подошел к ее окну, улыбнулся и помахал ей.

Как он мог улыбаться, когда забирал с собой ее сердце? Она помахала ему в ответ. Слезы застилали ей глаза.

Мгновение спустя стеклянные двери закрылись за ним, и он исчез…

Мэтти дала волю слезам.

Какая же она идиотка! Она с самого начала знала, что Джейк опасен, и пыталась ему сопротивляться. Но он был самым привлекательным мужчиной, которого она когда-либо встречала, и она не смогла перед ним устоять. Меньше чем за сутки она безумно влюбилась.

Не в того мужчину.

Снова.


Джейк сидел в столовой на шахте и думал о Мэтти. Он представлял ее себе гуляющей с Брутусом по берегу бухты. Ветер развевал ее волосы, голубые глаза сияли. Видел ее, склонившуюся над альбомом с карандашом в руке. Разомлевшую в его объятиях после умопомрачительного секса. Чувствовал аромат ее кожи, мягкий шелк волос. Слушал ее звонкий голос, видел бриллианты слез в ее глазах.

— Привет, Джейк! Ну вот ты и вернулся.

Уилл Каррузерс вошел в столовую, чтобы налить себе кофе. Он предпочитал его монгольскому чаю, который пили остальные.

Взяв чашку, он сел напротив Джейка и улыбнулся ему.

— Рад тебя видеть, дружище. Как прошел отпуск?

— Неплохо.

Глаза Уилла сузились.

— Что-то я не слышу особой радости.

— Извини. Я был далеко.

— Грезил о толпах красивых женщин, которых там оставил? — Уилл снова улыбнулся, но Джейк не ответил, и тогда он сменил тактику: — Тебе было комфортно в моей квартире?

— Да, очень. Спасибо, что разрешил мне там пожить. У тебя отличная квартира. Стильный дизайн и удобное расположение. Кстати, я купил тебе подарок в магазине беспошлинной торговли. Занесу сегодня вечером.

Уилл ухмыльнулся.

— Это случайно не бутылка моего любимого вина?

— Точнее, целых три, — ответил Джейк, глядя на дно своей кружки. Хочет он этого или нет, но ему придется упомянуть в разговоре Мэтти. — Полагаю, тебе известно, что кроме меня в твоей квартире жил еще кое-кто?

— Правда? И кто же это был?

— Мэтти Кэри.

Глаза Уилла чуть не вылезли из орбит.

— Мэтти жила там одновременно с тобой?

— Она приехала через два дня после меня.

— Но я думал, что она должна была приехать в Сидней пятого числа. Разве ты к этому времени не должен был уже уехать? Ты вроде бы собирался кататься на лыжах в Японии.

Джейк покачал головой.

— Наоборот. Я сначала был в Японии, а потом отправился в Сидней.

— Вот черт. — Уилл неловко улыбнулся. — Прости, я все перепутал. — Он внимательно посмотрел на Джейка. — И как все прошло? Как вы ужились с Мэтти?

Джейк изо всех сил старался сохранять спокойствие.

— Она милая девушка. С ней легко найти общий язык.

Уилл рассмеялся.

— Да, она такая, наша Святая Матильда.

— Почему ты так ее называешь?

— Я не имел в виду ничего плохого. Напротив, мы все ее очень любим. Она лучшая подруга моей сестры. Они дружат с детского сада.

Во время паузы Уилл пристально посмотрел на Джейка.

— Она, должно быть, не упоминала, зачем ей понадобилось переезжать в Сидней?

Джейк пожал плечами.

— Я думал, она просто хотела поработать над новой книгой. — Он заметил, как Уилл напрягся. — А почему ты спрашиваешь? Думаешь, у нее были другие причины.

Покачав головой, Уилл сделал глоток кофе. Когда он опустил кружку, его лицо было непроницаемым.

— Почему ты меня спрашиваешь, если сам все знаешь?

— Просто хотел поддержать разговор.

Джейк ему не поверил. Он был убежден, что Уилл знает о Мэтти что-то еще.

Что это могло быть? Для чего она могла приехать в Сидней, если не для работы над книгой? Зачем ехать работать над детской книгой в Сидней?

Он мысленно вернулся в первые дни их знакомства. Мэтти говорила, что у нее встречи.

Его бросило в дрожь.

— Мэтти приехала в Сидней не для того, чтобы лечиться? Она не больна?

Уилл закатил глаза.

— Нет, дружище, можешь спать спокойно. Мэтти Кэри здорова как бык.

— Тогда что ты имел в виду? Почему спросил, знаю ли я, для чего она приехала в Сидней?

— Я уже забыл. Успокойся, Джейк. Забудь, что я спрашивал. — Уилл резко поднялся и поставил на стол кружку. — Я по старой дружбе разрешил Мэтти пожить у меня. Рад, что в ближайшие двенадцать месяцев за моей квартирой будет присматривать такой надёжный человек.


За пять дней до имплантации эмбриона Мэтти начали делать инъекции прогестерона. Поездки в больницу стали частью её ежедневного распорядка наряду с работой над книгой и прогулками с Брутусом. Она взяла в библиотеке несколько книг о беременности и начала готовить себе здоровую пищу.

Она купила балконный горшок и посеяла в него петрушку, чтобы иметь под рукой источник железа. Ей хотелось, чтобы ребенок получал все необходимые вещества.

Эмбрион был создан в пробирке из генетического материала Джины и Тома, и Мэтти считала себя кем-то вроде няни. Или доброй волшебницы, которая через девять месяцев подарит своим друзьям драгоценного малыша. Она с нетерпением и трепетом ждала, когда все начнется.

Джина каждый день посылала ей электронные письма. Они мало говорили о предстоящей беременности. В основном Джина делилась с ней последними новостями из Виллоубенк, а Мэтти рассказывала, как продвигается работа над ее новой книгой.

Мэтти пресекала все попытки Джины заговорить с ней о Джейке. Она до сих пор не ответила на его письмо, в котором он рассказывал о своем путешествии и первой неделе на шахте.

Это письмо привело ее в замешательство. Она пыталась забыть Джейка и в то же время была разочарована тем, что он не сразу ей написал. Но еще больше ее расстроил деловой тон его письма. Она жалела о том, что предложила ему переписываться. Было бы легче, если бы они распрощались в аэропорту.

Всякий раз, когда Мэтти собиралась ответить на письмо, она слышала жестокие слова.

Ты ведь понимаешь, что я не могу тебе предложить совместное будущее, не так ли?

Она раз за разом перечитывала письмо, пытаясь найти скрытый смысл. Какая нелепость! Неужели она собиралась долгие месяцы переживать из-за Джейка, как было с Питом? Этого нельзя было допускать.

В любом случае она не знала, о чем ему писать. Как она сможет притворяться, что ее жизнь идет привычным ходом, если скоро забеременеет? Обман ей претил.

Лежа ночью без сна, она думала, не отразятся ли ее переживания на беременности.

Это было глупо. Она с самого начала знала, что у них с Джейком нет будущего. У нее и в мыслях не было, что психолог может оказаться прав и она до рождения ребенка встретит подходящего мужчину.

Но в реальности ей нужен был не легкомысленный плейбой, а человек, который всегда был бы рядом и заботился о ней. Человек, который был бы готов подарить ей детей. К несчастью, Джейк Девлин не соответствовал ни одному требованию из ее списка, поэтому в ее интересах было его забыть.


Джейк мрачно уставился на экран компьютера. Он открыл свой почтовый ящик, но от Мэтти по-прежнему ничего не было.

Он посмотрел на обратную сторону визитки, где она записала свой адрес, и в сотый раз вспомнил их прощальный поцелуй и ее слезы. Он был уверен, что она будет ему писать, и ожидал бесконечного потока сообщений.

Что означало это молчание?

Что изменилось?

У него в голове постоянно вертелся вопрос Уилла: Она, должно быть, не упоминала, зачем ей понадобилось переезжать в Сидней?

Позже он еще раз заговорил с ним об этом, но Уилл снова уклонился от ответа.

— Что с тобой, приятель? — удивился он. — Ты осознаешь, что всякий раз, когда мы встречаемся, ты расспрашиваешь меня о Мэтти Кэри? Тебе нужен еще один отпуск. Ты слишком напряжен.

Наверное, Уилл был прав. Джейк прежде никогда так себя не вел. Так переживать из-за женщины было безумием. Обычно он забывал их сразу после расставания.

Он уже собирался выключать компьютер, когда пришло письмо от Мэтти.

* * *

Привет тебе, Джейк, из солнечного Сиднея.

Сегодня утром я навещала Роя. Мы не готовили чай в котелке, зато гуляли в парке и набрали целый букет из эвкалиптовых веток. Я купила ему вазу, чтобы он мог наслаждаться ими у себя в комнате. Рой радовался, как ребенок.

Кстати, еще я подарила ему книгу о первых поселенцах в Австралии. В ней много фотографий природы и лошадей. Рою она очень понравилась. Он велел передать тебе, что у него все хорошо. Точнее, он сказал, что находится в боевом расположении духа, но, по-моему, это преувеличение.

Больше у меня ничего нового нет. Я в основном рисую иллюстрации для книги, используя не по назначению кофейный столик.

Надеюсь, что ваш хваленый повар хорошо тебя кормит. Ты все еще помогаешь ему на кухне? Поделись с ним рецептом нашего соуса для пасты.

Брутус и Паваротти передают тебе привет.

Мэтти

Получив от нее весточку, Джейк испытал такое облегчение, что переступил через свою гордость и сразу же ей ответил. Но содержание его письма было таким же нейтральным. Он рассказал ей о том, как они отмечали в столовой день рождения одного из коллег, как вчера вечером пытались играть в скрэббл на трех языках — английском, французском и русском. Поблагодарил ее за заботу о Рое, но и словом не обмолвился о том, что скучает по ней.

Мэтти ответила на следующий день. Читая ее письмо, Джейк улыбался. Оно состояло из простого вопроса:


Что означает Р. в твоем имени? Роберт? Рой? Рудольф? Рэмбо?


Он ответил, что получил второе имя в честь деда, которого звали Ричардом. Затем спросил, какое у нее второе имя, и Мэтти ответила:


Франческа, в честь бабушки.


После этого они почти каждый день обменивались письмами. Их сообщения зачастую были нейтрального или шуточного характера. В них не было ни намека на то, что между ними произошло, и он был доволен.

Мэтти тоже. После долгих раздумий она все же решилась ответить на первое письмо Джейка. В конце концов, возможно, им удастся остаться друзьями по переписке. На большее она не рассчитывала.

Так ей будет легче скрывать от Джейка правду.

Проблема была в том, что она чувствовала себя виноватой и по ночам мучилась от желания, с которым была не в силах совладать.

ГЛАВА ШЕСТАЯ

Набирая номер Джины, Мэтти улыбалась.

— Хочу тебя обрадовать, подруга. У нас получилось.

— Ты имеешь в виду…

— Я имею в виду, что результаты тестов оказались положительными.

— О боже! Мы беременны!

Джина так громко завизжала, что Мэтти чуть не оглохла.

— Я не могу поверить, что это произошло, — бормотала Джина. — Я так рада, что все уже началось.

— Я тоже очень рада.

— Как ты себя чувствуешь?

— Нормально. Я все знала еще несколько дней назад, но доктор не велел ничего тебе говорить, пока не будет стопроцентной уверенности.

— Значит, у тебя, появились симптомы? Какие?

Мэтти терпеливо рассказала подруге, как ее начало тошнить по утрам. В первый раз она подумала, что у нее несварение, но затем все стало ясно. Кроме того, ее грудь стала очень чувствительной, и она начала быстрее утомляться.

— О Мэтти, я все еще не могу в это поверить. Я так рада и в то же время сочувствую тебе. Это не слишком ужасно?

— Меня тошнит только по утрам. В остальное время я чувствую себя хорошо. Зато теперь у меня есть предлог, чтобы поспать днем. Доктор тоже рад. Он говорит, что гормональный уровень очень высок.

— Это что-то означает? — Джина насторожилась.

— Не беспокойся, ничего страшного в этом нет. Просто… в общем, кажется, будет не один ребенок.

Джина снова вскрикнула.

— О боже! Два! Ты не против, если я положу трубку? Пойду скажу Тому.

Мэтти рассмеялась.

— Конечно, не против. Передавай ему привет.

Закончив разговаривать с подругой, она опустилась на диван. Брутус устроился рядом и положил морду ей на колено.

— Два ребенка, Брутус, — прошептала Мэтти. — Я буду огромная, как слон.

Положив ладонь на все еще плоский живот, она представила себе, как в нем развиваются два малыша, и улыбнулась. У ее подруги будет большая семья, о которой она всегда мечтала.

Но что будет с ней? Восстановится ли ее фигура? Как бы отреагировал Джейк, увидев ее с большим животом или с обвисшей кожей?

Она тут же отмела этот вопрос. Джейк вошел в ее жизнь всего на несколько дней, а стать суррогатной матерью она решила уже давно. Это касалось только ее и ее лучшей подруги. Джейк не имел к этому никакого отношения.

Если бы только, осознав это, она не чувствовала себя такой несчастной и одинокой.

Я рассуждаю как эгоистка.

Она попыталась напомнить себе, что до встречи с Джейком была вполне счастлива. А сейчас ей были нужны только положительные эмоции, поэтому она будет думать только о хорошем. О Джине и Томе, которые наконец станут родителями. Их дети будут расти на ферме, а потом пойдут в школу в Виллоубенк и подружатся с местными детьми. Она станет их доброй тетушкой и, возможно, даже крестной одного из них.

А как насчет Джейка?

Разве было бы не здорово, если бы он тоже стал частью этой идиллической картины?

Как всегда, при мысли о нем у Мэтти сдавило грудь. В последнее время от него не было писем, поскольку он находился в какой-то экспедиции. Она очень по нему скучала, хотя и понимала, что это было глупо. Несколько дней, проведенных вместе, и короткие электронные письма еще не обещали серьезных отношений.

И все-таки ей было очень легко представить Джейка в кругу ее друзей. Она видела, как они едут в гости к Джине и Тому, купив по дороге вино и сыр. Как Том встречает их на веранде в черно-белом фартуке, который всегда надевал, когда помогал жене на кухне. Джейк с его привлекательной внешностью покорит всех девушек, а мужчинам понравится его чувство юмора. Они будут сидеть за накрытым столом и весело смеяться.

Да, Джейк отлично сюда бы вписался.

Но это невозможно, и ей пора перестать строить воздушные замки.


Привет, Мэтти.

Наконец-то я вернулся из трехнедельной экспедиции по бескрайним пустошам Монголии. Так здорово снова очутиться в теплой юрте с удобной постелью.

Надеюсь, у тебя все хорошо. Ты поверишь, если я скажу, что скучаю по тебе, Брутусу, Паваротти и маленькой волшебнице Молли?

Напиши поподробнее о себе. Как ты? Чем занимаешься? Какого цвета сейчас твои волосы? Какие фильмы ты смотрела в последнее время?

Но, самое главное, ответь, какого цвета сейчас на тебе бюстгальтер. (Пишу это с улыбкой).

Джейк

Прочитав письмо, Мэтти разрыдалась.

Сегодня был ужасный день. Утром у нее разболелась голова. Поскольку из-за беременности она не могла принимать таблетки, ей пришлось лежать с холодным платком на лбу. Она капнула на платок немного масла лаванды, но от него ее начало тошнить.

Ее талия начала расплываться. Она чувствовала себя толстой и некрасивой, а Джейк представлял себе ее в эротичном белье. Это было слишком!

Мэтти застонала от жалости к самой себе. Тогда Брутус запрыгнул на кровать и, тихо повизгивая, принялся лизать ее мокрые щеки.

— О Брутус, — пробормотала она, прижимая к себе собаку. — Как мне быть с Джейком?

УЗИ подтвердило, что она носит двойню. Она видела на экране две маленькие головки, четыре ручки и четыре ножки и искренне порадовалась за Джину и Тома. Но несмотря на небольшой срок, она уже не влезала в свои джинсы, а ее грудь была такой тяжелой, что ей пришлось купить бюстгальтеры для беременных. Они походили на громоздкие корсеты, и в них она чувствовала себя престарелой матроной.

А Джейк думал, что пишет письма стройной молодой женщине в сексуальном кружевном белье, у которой не было никаких обязательств, кроме срока, указанного в ее контракте с издательством. Даже если он все еще испытывает к ней страсть, ее беременность охладит его пыл. Тем более что она вынашивает чужих детей. Он никогда не поймет, почему она на такое пошла. А ей не хотелось снова страдать из-за разбитого сердца.

Таким образом, у нее оставался всего один выход.

Перестать писать Джейку. Отпустить его. Это будет правильно. Судя по тому, как легко Джейк расстался с Энжи, он не очень расстроится.

Несомненно, электронная переписка обрывается, когда один человек перестает отвечать на письма.

В мире множество людей с разбитым сердцем.


Выключив компьютер, Джейк налил себе рюмку водки и залпом ее выпил. Разделавшись со второй, он подошел к маленькому окошку и посмотрел на другие юрты, разбросанные по пустынной земле. Во многих окнах горел свет, но ему не хотелось ничьей компании.

Это само по себе не было удивительно. Он всегда был самодостаточным одиночкой, который еще в раннем детстве научился обходиться без компании. Но сейчас ему было, как никогда, одиноко. В этой пустынной ночи детские страхи вернулись, и он будто перенесся в те долгие одинокие месяцы, когда мать игнорировала его после произошедшего с ней несчастья.

При воспоминании об этом Джейк поморщился как от боли. Он обожал свою мать, но уже тогда, в девятилетнем возрасте, понял, что любовь приносит страдания.

Женщины не раз называли его бессердечным, и он знал, что заслужил это обвинение. За годы одиночества он хорошо научился скрывать свои чувства.

Именно поэтому он сказал Мэтти, что не может ничего ей обещать.

Сейчас все его старые тревоги не имели значения, поскольку от нее уже целый месяц не было вестей. Он сходил с ума, потому что не знал, в порядке ли она.

Уилл Каррузерс был в отпуске, поэтому ему оставалось только одно: позвонить в Сидней, чтобы убедиться, что она по крайней мере не больна.

Пока он набирал международные коды и сиднейский номер Уилла, его пальцы дрожали, как у подростка перед первым свиданием.

Когда Мэтти ответила на звонок, у него сдавило горло.

— Привет, Мэтти, — произнес он охрипшим от волнения голосом.

— Это ты, Джейк? — Да. Как дела?

— Ты все еще в Монголии?

В ее голосе слышались удивление и страх. Что ее так тревожило?

— Да, я все еще здесь. — Что он мог еще сказать? — От тебя давно не было вестей, поэтому я и решил позвонить. Как ты? У тебя все в порядке?

— Да, у меня все хорошо. — Судя по ее голосу, это было не так. — Я… я просто была очень занята.

Джейк стиснул зубы. Какого черта он ей позвонил? Одна ночь страсти не давала ему права требовать у нее объяснений.

— Правда?

— Да, Джейк.

— У тебя голос какой-то… — Джейк остановился, чтобы подобрать подходящее слово.

— Я просто немного устала. Я… я взяла дополнительную работу и провожу за ней много времени.

— Значит, она тебе нравится? Она творческого характера?

В трубке послышался тяжелый вздох.

— Да, Джейк, творческого.

Судя по ее тону, она хотела сменить тему. Джейк жалел, что не может ее видеть. Ее глаза сказали бы ему то, о чем она умалчивала.

— Я продолжаю общаться с Роем, — сказала она. — В последнее время мне было некогда его навещать, но я звоню ему каждую неделю. У него все хорошо.

— Рад это слышать. Спасибо, что присматриваешь за ним.

— Как поживает Уилл?

— В данный момент отдыхает в Калифорнии. Наверное, весело проводит время.

— Ты планируешь провести свой следующий отпуск там же?

Внутри у Джейка все оборвалось. Мэтти только что ясно дала ему понять, что не ждет его.

Возможно, тогда в аэропорту он напугал ее своими бескомпромиссными словами. Но сейчас все изменилось. Он скучал по ней и не собирался так легко сдаваться.

Переступив через свою гордость, Джейк произнес:

— А что будет, если я заявлюсь к тебе на порог?

За этим последовало молчание.

Джейк затаил дыхание.

— Я… я… — Мэтти, очевидно, краснела. — Ты планируешь приехать в Сидней?

— Через месяц-два ты еще будешь там?

Снова молчание. У него сдавило грудь.

— Джейк, боюсь, что в ближайшие несколько месяцев я буду очень занята, — наконец ответила она.

Очень занята … К горлу подступила тошнота. Джейк выругался про себя. Это была окончательная отставка.

— Хочешь сказать, что мне лучше не приезжать?

— Все… очень сложно, — тихо произнесла она, и все же он услышал, как сломался ее голос.

Почему? Что, черт возьми, происходит? Он помнил, как Мэтти плакала при прощании. Думал, она будет по нему скучать. Определенно она что-то недоговаривала.

Одно было ясно. Телефонный звонок не дал ему никаких ответов, и продолжать эту пытку не было смысла.

— Ладно. Спасибо, что предупредила, — сказал он, все еще не веря, что собирается вот так ее отпустить.

— Пока, Джейк.

На другом конце линии послышались гудки, означавшие, что Мэтти Кэри ушла из его жизни.

И все же внутреннее чутье подсказывало ему, что на самом деле она не хотела его отпускать.

Или в нем просто говорило оскорбленное мужское самолюбие?


Джина с мечтательной улыбкой потягивала кофе латте за столиком кафе на побережье. Поставив чашку, она блаженно вздохнула.

— Как нам повезло, что у нас будут мальчик и девочка! Это так здорово, что мне до сих пор не верится. Мне постоянно хочется плакать от счастья.

Улыбнувшись в ответ, Мэтти обняла подругу за плечи. Сегодня утром Джина и Том сопровождали ее на УЗИ и своими глазами видели малышей на мониторе. Тепло их улыбок и объятий лишний раз убедило ее, что она поступает правильно. Оно было отличной компенсацией за утреннюю тошноту, головную боль и разбитое сердце. Если она будет постоянно об этом думать, возможно, ей удастся выбросить из головы Джейка Девлина.

Внезапно оборвав их телефонный разговор, она поступила правильно. Ведь это был единственный разумный выход из ситуации, не так ли? В конце концов, если Пит бросил ее, когда она была моложе и красивее, то плейбой вроде Джейка тем более вряд ли продолжит ею интересоваться в ее нынешнем положении.


Когда Джейк вернулся в Сидней, был холодный зимний день. Он вышел из такси, и в лицо ему ударил порыв ветра с мелкими каплями дождя. Он и не ожидал теплой встречи. Точнее, вообще никакой.

Во время ночного перелета он не спал. Зарегистрировавшись в отеле, он поднялся к себе в номер, принял душ и тут же спустился вниз за машиной, которую взял напрокат через Интернет.

Выехав со стоянки отеля на шоссе, Джейк на мгновение потерял ориентацию в пространстве. Оживленная автострада в центре Сиднея представляла собой удивительный контраст с пустынным пейзажем отдаленной шахты. Тряхнув головой, чтобы вернуться к реальности, он на следующем перекрестке свернул вправо. Поначалу он планировал отправиться прямиком в дом престарелых к Рою, но обнаружил, что едет совсем в другом направлении.

В направлении дома Уилла.

К Мэтти.

Его сердце учащенно забилось.

Наверное, так даже лучше. Он все равно туда собирался. Как ни горька была правда, все же она лучше неведения.

Из их телефонного разговора Джейк узнал, что Мэтти стала звонить Рою вместо того, чтобы его навещать. Это показалось ему странным. Он сразу понял, что она лжет насчет своей занятости. У нее явно были какие-то проблемы, и он не успокоится, пока не выяснит, в чем дело.


Мэтти работала у окна в гостиной над эскизом новой иллюстрации. Книга была почти закончена, и она хотела поскорее отвезти ее издателю, боясь, что в последние месяцы беременности не сможет этого сделать.

Она пыталась придать личику Молли выражение безудержной радости, когда какой-то звук с улицы привлек ее внимание. Сквозь усеянное каплями дождя стекло ей удалось разглядеть черную машину, остановившуюся перед ее домом.

Она никого не ждала, поэтому вернулась к работе, но, когда дверца машины хлопнула, Брутус громко залаял.

— Тише, Брутус. — Нахмурившись, Мэтти снова посмотрела в окно. Ее пес приветствовал таким образом только тех людей, которых знал и любил. Незнакомцев он обычно игнорировал.

Она увидела высокого широкоплечего мужчину в черной куртке и джинсах, бегущего под проливным дождем.

О боже! Нет! Это не может быть Джейк!

Она замерла на месте, карандаш выпал из рук и покатился по столу. Ее сердце, пропустив несколько ударов, бешено заколотилось.

Это был Джейк.

Слишком потрясенная, чтобы пошевелиться, она смотрела, как он отодвигает щеколду на воротах и быстро шагает по дорожке, опустив голову.

После того ужасного звонка от него больше не было вестей. Она даже мечтать не могла, что он приедет.

Мэтти инстинктивно обхватила руками свой округлившийся живот. Сначала толкнулся один малыш, затем другой.

Джейк постучал в дверь, и Брутус с радостным лаем бросился к порогу. Мэтти попыталась встать, но ее колени затряслись, и она снова опустилась на стул. Что подумает Джейк, когда увидит ее?

Он снова постучал.

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

Джейк знал наверняка, что Мэтти дома. Ее машина стояла в гараже. К тому же он видел в окне ее силуэт. Но она не открывала.

Похоже, она была ему не рада.

Он постучал снова.

Ее собака залаяла и начала царапать когтями дверь. По крайней мере Брутус ему обрадовался.

Голубая дверь оставалась плотно закрытой.

Ему не следовало приезжать. Сделав это, он совершил самую большую глупость в своей жизни.

Сжав пальцы в кулаки, он повернулся спиной к двери и мрачно уставился на серую пелену дождя. Нет, он ни за что не станет стучать в третий раз. У него еще осталась гордость.

Если Мэтти Кэри не желает его видеть, он не станет перед ней унижаться.

Он уже собрался уходить, как вдруг дверь открылась, и из нее выбежал Брутус. Громко лая и виляя хвостом, он начал прыгать вокруг Джейка.

— Сидеть, Брутус.

Это был голос Мэтти. Обернувшись, Джейк увидел ее в дверях.

Его сердце замерло.

Ее светло-каштановые волосы легким облаком обрамляли бледное лицо, на котором выделялись огромные голубые глаза, полные тревоги. Она подозвала Брутуса, наклонилась, чтобы погладить его, затем снова выпрямилась. На ней была просторная вишневая туника и темно-серые леггинсы. Это была та Мэтти, которую он помнил.

Только стала еще красивее. Ее лицо светилось.

Она была…

Джейк похолодел.

Нет, это невозможно.

— Привет, Джейк.

Он не мог отвести взгляд от ее округлившегося живота.

Нет!

Когда она перестала отвечать на его письма, он рассматривал разные причины, но такое ему даже в голову не приходило.

Что это значит? Он станет отцом?

При этой мысли кровь застучала у него в висках. Ошеломленный, он указал на ее живот.

— Почему? — Он тяжело сглотнул. — Почему ты ничего мне не сказала?

Мэтти покачала головой.

— Я не могла. Мне очень жаль.

Не могла? Что, черт побери, это значит?

— Что происходит, Мэтти? Почему ты не могла мне это сказать?

Девушка прижала к губам дрожащие пальцы. Казалось, она вот-вот заплачет.

— У тебя ведь нет мужа, правда?

— Разумеется, нет.

— Но ты… беременна?

— Да, я беременна, и у меня все в порядке, если тебя интересует мое здоровье.

— Да, конечно. — Джейк поднял руку, чтобы ослабить узел галстука, но вдруг понял, что никакого галстука у него нет. Его душили эмоции. — В таком случае позволь задать тебе следующий вопрос. Это мой ребенок?

Такая возможность впервые не казалась ему пугающей, и это было странно. Он не планировал становиться отцом и всегда предохранялся, чтобы избежать проблем. Но всем было известно, что средства контрацепции иногда подводят. Мэтти была бы лучшей матерью на свете, а он…

Она снова покачала головой.

— Не паникуй, Джейк. Это не твой ребенок.

С таким же успехом она могла бы ударить его под дых. Он был сражен наповал.

Она была с другим мужчиной.

Джейк был потрясен. Разочарован. Раздавлен.

Глубоко вдохнув, он перевел взгляд с ее растерянного лица на мокрую дорогу.

В его голове проносились тысячи вопросов. Чей это ребенок? Когда она забеременела? До их встречи? После?

Проклятье!

Могли он вообще ей верить? Что, если это все же его ребенок?

Он пристально посмотрел на Мэтти, и ее щеки покраснели.

Уклоняясь от его взгляда, она ответила:

— Это большая неожиданность.

— Еще бы.

— Я имею в виду, что совсем тебя не ждала.

— Охотно верю, — горько усмехнулся он.

Мэтти положила ладонь себе на живот.

— Я знаю, что ты потрясен, Джейк. Мне жаль. — Она закусила губу. — Все очень сложно.

Он хотел сказать что-нибудь резкое, но тут Мэтти неожиданно отошла в сторону и произнесла:

— Заходи. Ты имеешь право все знать.

Его охватило неприятное предчувствие, но все же он проследовал за Мэтти в гостиную.

— Присаживайся. — Она указала ему на один из кожаных диванов, расположенных по обеим сторонам стеклянного столика. — Тебе чай или кофе?

Джейк покачал головой. Лучше правду.

Вздохнув, она села напротив него. Не рядом, как делала прежняя Мэтти. Посмотрев на ее руки, Джейк обнаружил, что они стали еще красивее благодаря вишневому лаку на ногтях. При воспоминании о том, как эти руки ласкали его, к горлу подступил комок.

— Мне правда жаль, что ты все узнал таким образом, — сказала она. — Это последнее, чего я хотела. Мне понятна твоя реакция.

Вместо того чтобы обрушить на нее шквал вопросов, Джейк откинулся на спинку дивана и печально улыбнулся.

Какой же он все-таки красивый, подумала Мэтти. Не будь она так встревожена, она могла бы радоваться, что все же небезразлична Джейку.

Как же она была рада снова его видеть!

На нем был бежевый свитер грубой вязки и синие джинсы. Его щеки и подбородок были темными от щетины, а волосы мокрыми и растрепанными. Он снова напомнил ей пирата.

— Значит, вот чем ты была так занята все это время? — произнес Джейк, глядя на ее живот. — Это твой новый творческий проект?

Дрожащими пальцами Мэтти расправила подол туники.

— По правде говоря, я мало работаю, так как быстро утомляюсь.

— Не поздновато ли для откровенности, Мэтти?

— Да, — согласилась она.

— Почему ты скрывала от меня свою беременность?

— У меня не было выбора, Джейк. Я хотела все тебе рассказать, но уже дала обещание, что буду молчать, — призналась она. — В любом случае, даже если бы я и попыталась все тебе объяснить, ты бы все равно не понял.

— Да где уж мне, специалисту в области биологии, знать, откуда берутся дети?

Проигнорировав его сарказм, Мэтти попыталась еще раз.

— Это очень щекотливая ситуация.

К ее удивлению, Джейк, несмотря на бронзовый загар, побледнел.

— Пожалуйста, скажи мне, что ребенок не от Уилла.

— Уилла? — Она была потрясена. — Боже мой, конечно, нет. Как ты мог такое подумать?

— Я ничего не знаю, потому могу только строить догадки. — Немного помедлив, он продолжил: — Полагаю, вся эта конспирация необходима лишь для того, чтобы скрыть имя отца?

Она кивнула.

— И матери.

— Прошу прощения?

Она погладила себя по животу.

— Это суррогатная беременность.

Брови Джейка поползли вверх, рот приоткрылся, но оттуда не донеслось ни единого звука.

Когда тишина стала невыносимой, Мэтти продолжила:

— У моей лучшей подруги Джины — сестры Уилла — обнаружили эндометриоз в запущенной форме. Врачи настояли на удалении матки. Джина была убита горем. Ей всего тридцать, а они с мужем всегда хотели большую семью.

— Они могли бы усыновить ребенка, — сухо заметил Джейк.

— Да, они думали над этим.

Джейк яростно сверкнул глазами.

— Но у тебя, как всегда, нашлась идея получше.

Мэтти разочарованно вздохнула. Именно такой реакции она и ждала от Джейка. Никакого понимания или сочувствия. Она подняла глаза, пытаясь подобрать нужные слова:

— Да, так намного лучше. У Джины и Тома могут быть собственные дети. Доктора смогли вырастить эмбрионы из яйцеклеток Джины и сперматозоидов Тома.

— А теперь их эмбрионы развиваются внутри тебя?

— Совершенно верно.

Их взгляды встретились. В глазах Джейка читалось неодобрение. Он не понимал ее. Думал, что она спятила. Именно такой реакции она и ожидала, но собственная правота нисколько ее не утешала.

— И когда это случилось? — скучающим тоном произнес Джейк.

— После того, как ты вернулся в Монголию.

— Но ведь к тому времени все было уже спланировано, не так ли? Ложась со мной в постель, ты знала, что тебе это предстоит?

— Да. — Мэтти гордо выпятила подбородок. — Но я не понимаю, чего ты так разволновался, Джейк. Ты не имеешь к этой беременности никакого отношения.

— Правда? — холодно спросил он.

— Ты сам сказал, что не можешь обещать мне совместное будущее.

Его лицо внезапно стало непроницаемым.

— Нельзя руководствоваться двойными стандартами, Джейк. Какое право имеет легкомысленный плейбой осуждать меня за то, что я хочу подарить своим друзьям двоих детей?

Джейк снова раскрыл от удивления рот.

— Двоих? — тупо повторил он.

— Да. Двойняшек. Мальчика и девочку.

Он резко вскочил на ноги и запустил пальцы в волосы. Его кадык задергался.

— Как ты могла с собой такое сделать, Мэтти?

— Я уже говорила тебе. Я хотела помочь Джине и Тому.

— Ну да, конечно. Я должен был сразу догадаться. — Он притворно улыбнулся. — Святая Матильда.

Эти слова подействовали на нее как пощечина.

— Ты разговаривал с Уиллом.

Джейк кивнул.

— Мне пришлось сказать ему, что мы познакомились. Ведь мы оба жили в его квартире.

— А он сказал тебе, что называет меня Святой Матильдой.

— Как выяснилось, вполне заслуженно.

Повернувшись к ней спиной, Джейк уставился в окно на дождь.

— Я знала, что ты не поймешь, — прошептала она.

— Ты абсолютно права, — бросил он через плечо. — Я не понимаю. Действительно не понимаю. — Он начал мерить шагами комнату. — Черт побери, Мэтти, я знаю, как ты любишь людей. Ты лезешь из кожи вон, чтобы сделать их счастливыми, но на этот раз зашла слишком далеко. Ты молодая незамужняя женщина, и тебе следует этим пользоваться. Ты никогда не была за границей. Тебе следовало куда-нибудь съездить вместо того, чтобы становиться инкубатором. Это безумие!

Инкубатор!

— Как ты смеешь так меня называть? — возмутилась Мэтти. — Если бы ты знал Джину и Тома, ты бы не считал меня сумасшедшей.

В ответ на это Джейк лишь небрежно пожал плечами, отчего ее ярость только усилилась. Она ожидала такой реакции и именно поэтому не хотела, чтобы он приезжал. И все же она на него обиделась. Ну почему он не мог ее понять?

— Это мое решение, Джейк. Мое тело. У меня отменное здоровье, и никакой опасности для него нет. Я не нуждаюсь в твоем разрешении. — Она посмотрела на свои плотно сжатые на коленях руки. — Ты уехал, а перед этим сказал, что не собираешься становиться частью моей жизни.

Она скорее почувствовала, чем увидела, как напряглось его тело. Подняв глаза, она заметила на его лице то, отчего ее сердце замерло.

Что это было? Смущение? Разочарование? Нежность? Все вместе? Его реакция удивила ее. Она не ожидала подобного. Джейк был неисправимым ловеласом и без сожаления расставался с женщинами.

Сейчас он стоял с опущенными плечами и растерянно смотрел на ее эскиз.

К ее горлу подступил комок. Неужели она ошибалась? Неужели она все же была ему небезразлична?

Что ей делать? Сказать ему, что ночь, проведенная с ним, была самой счастливой в ее жизни? Что ей было тяжело с ним расставаться и в то же время она боялась, что из-за своих чувств к нему может подвести друзей?

Мэтти была в замешательстве. До сих пор, совершая добрые поступки, она была уверена в их правильности, но на этот раз ее охватили сомнения.

Ей хотелось протянуть руку, коснуться его, сказать, как она по нему скучала. Но захочет ли этого он?

Неожиданно Джейк обернулся. Его лицо было непроницаемым.

— Я рад, что заехал, — произнес он ледяным тоном. — По крайней мере, теперь я знаю правду.

Что же она натворила!

— Мне очень жаль, — сказала Мэтти, понимая, как нелепо это сейчас звучит.

Джейк покачал головой.

— Для сожалений уже поздно. Вообще уже слишком поздно. — С этими словами он направился к двери.

Мэтти резко встала. Один из малышей толкнулся, и она поморщилась.

— Тебе уже нужно уходить?

— Да. Ты ясно выразилась, что мне нет места в твоей жизни.

Брутус начал скулить у ног Джейка, и тот наклонился, чтобы его погладить. Что было бы, если бы она заплакала, подумала Мэтти. Интересно, он погладил бы ее по голове, чтобы утешить?

Возьми себя в руки.

Он уже открыл дверь.

Словно цепляясь за соломинку, она отчаянно произнесла:

— Я… я не рассказала тебе о Рое, а ты мне о Монголии.

— Полно тебе, Мэтти. Монголия тебя нисколько не интересует.

— Это неправда. В любом случае, разве ты не хочешь узнать, как дела у Роя?

— Я могу его навестить и все узнать из первых уст. — Он распахнул дверь шире.

Она больше никогда его не увидит! На дрожащих ногах Мэтти подошла к двери.

— Ты расстроен и злишься на меня, не так ли?

Джейк не ответил. Даже не обернувшись, он вышел на улицу и тихо закрыл за собой дверь.


Она его потеряла.

Не в силах больше сдерживаться, Мэтти упала на диван и расплакалась. Она использовала почти целую упаковку бумажных платков, но поток слез не прекращался. Душевная боль была невыносимой. Неожиданный визит Джейка напомнил ей обо всем, от чего она отказалась.

У нее никогда не было такого бойфренда, как Джейк Девлин, и, возможно, уже никогда не будет.

Уход Джейка не был похож на ее разрыв с Питом. Они с Джейком не были помолвлены. Между ними не было взаимопонимания. Джейк не обещал всегда быть рядом. Он сразу ее предупредил, что ему не нужны постоянные отношения.

Тогда какого черта она из-за него плачет? Ей следовало негодовать и возмущаться. Мэтти заставила себя успокоиться и начала искать причины, по которым могла бы его возненавидеть. Их было огромное количество.

Во-первых, он не имел права врываться к ней в дом и кричать на нее только потому, что она была не в состоянии его развлекать во время его очередного отпуска. Во-вторых, он не имел права ее критиковать, когда она хотела помочь своим лучшим друзьям. В-третьих, он даже не попытался ее понять и не проявил ни капли сочувствия.

Таким образом, ей следовало радоваться, что она отделалась от этого легкомысленного, эгоистичного плейбоя.

Но, несмотря на все свои недостатки, он был так хорош. Она обожала в нем все: его блестящие темные глаза, озорную улыбку, его нежные ласки и страстные поцелуи…

Похоже, она безнадежно в него влюбилась.

Ну почему он не мог остаться в Монголии?


Бросив куртку за заднее сиденье машины, Джейк сел за руль и захлопнул дверцу. Бормоча себе под нос ругательства, он завел мотор, надавил на газ и с огромной скоростью помчался по улице.

Только увидев испуганное лицо пешехода, собирающегося переходить дорогу, он притормозил. Выехав с улицы, на которой жила Мэтти, он обнаружил свободное место на обочине и припарковался. Его пульс по-прежнему был учащенным, дыхание прерывистым. Он не помнил, когда в последний раз был так рассержен. И напуган.

На самом деле это была ложь.

Джейк слишком хорошо это помнил.

Он точно знал, почему испытывает такие чувства. Его прошиб холодный пот, но было уже поздно останавливать воспоминания о той злополучной ночи.

Ему было девять лет. Он с нетерпением ждал появления на свет братика или сестренки, представлял себе, как они будут вместе играть в прятки, лазить по деревьям, плавать в реке и ездить верхом.

Но затем наступила та ужасная ночь.

Его отец и Рой отправились осматривать скот. Джейк с матерью остались одни на ферме.

Посреди ночи его разбудили ее крики. Встав с постели, он побежал к ней. Она кричала в телефонную трубку, плакала, умоляя прислать самолет «скорой помощи».

Джейк до смерти перепугался. Его мать была очень бледной. Она вся дрожала, по ее щекам катились слезы. Закончив разговаривать, она, не обращая внимания на его вопросы, пошла за двусторонней рацией, чтобы связаться с отцом.

Мужчины уже спали, и, когда на ее вызов наконец ответили, она от боли едва могла говорить. Джейк попытался ее обнять, узнать у нее, что происходит. Тогда она коснулась дрожащими холодными пальцами его щеки и сказала:

— Все будет хорошо, Джейк. Доктор уже в дороге. Включи свет во всем доме и подожди его на веранде.

— Да, — прошептал он, хотя мысль о том, что ему придется ее оставить, приводила его в ужас.

— Будь хорошим и смелым мальчиком, — прошептала она, затем, шатаясь, пошла обратно в спальню.

Джейк тихо проследовал за ней до двери в спальню. К его ужасу, она рухнула на постель и неподвижно лежала. Тогда он ворвался в комнату и начал ее трясти, пытаясь разбудить. Он плакал, умолял ее проснуться, но все без толку.

Затем он увидел маленький сверток…

Обойдя на цыпочках кровать, Джейк обнаружил, что это был крошечный младенец, завернутый в шаль. Он лежал так близко к краю кровати, что мог упасть.

Его глаза были закрыты, он был холодным и не двигался.

Джейк еще больше испугался. Обливаясь слезами, он положил малыша в колыбельку в углу спальни, накрыл мать одеялом и отправился на веранду.

События той бесконечной страшной ночи возвращались к нему только в кошмарах. Но сейчас, когда потрясение, вызванное беременностью Мэтти, пробило защитную броню, мучительные воспоминания вернулись.

Воспоминания о том, как он много раз возвращался в спальню к матери, надеясь, что она и малыш проснулись.

Отец Джейка и Рой вернулись только к утру. Одновременно с ними прибыл самолет «скорой помощи».

Отец и доктор направились прямиком к матери, а Джейк бросился в объятия Роя.

Это Рой сообщил ему, что с его матерью все в порядке, а его маленький братик умер. Это Рой не отходил от него ни на шаг весь следующий день. Это Рой объяснил ему, что младенцы иногда появляются на свет раньше срока и вины Джейка в смерти братика нет.

Застонав, Джейк тупо уставился на лобовое стекло, по которому хлестали струи дождя.

Теперь, много лет спустя, он знал, что причиной случившегося было отдаленное расположение их фермы. Беременность в крупных городах вроде Сиднея — это совсем другое дело.

И все же старые страхи не желали оставлять его в покое. Он не хотел заново пережить тот кошмар.

К счастью, ему хватило ума вовремя покинуть квартиру Мэтти. Оставшись там, он, возможно, сделал бы что-нибудь такое, о чем бы потом пожалел.

У него в голове не укладывалось, как красивая молодая женщина могла пойти на такой риск ради чужого счастья.

Ты все прекрасно понимаешь. Мэтти не такая, как другие женщины.

В этом-то и состояла вся проблема.

Мэтти была лучшей из всех девушек, которых он знал. И дело тут было не только в ее сексуальности. Она была теплой, доброй, отзывчивой. У нее было золотое сердце и…

Черт побери, если он будет продолжать размышлять в этом направлении, то начнет чувствовать за нее ответственность. Он уже принял решение не вмешиваться в ее жизнь.

С этой мыслью Джейк завел мотор и поехал дальше, отчаянно пытаясь прогнать мысли о Мэтти.

Все же, остановившись на первом светофоре, он не удержался и представил ее на последних месяцах беременности.

Постоянно растущие близнецы истощали ее организм. Справится ли она в одиночку? Знает ли о том, что с ней может случиться? Есть ли кому о ней позаботиться?

Так много вопросов.

Так много причин для беспокойства.

Он не хотел брать на себя обязательства.

Но разве у него был выбор?

Мэтти нуждалась в помощи. Сейчас она была такой же беспомощной, как он в ту ночь.

Неожиданно для себя Джейк обогнул квартал и снова оказался у дома Мэтти. Не надевая куртки, он выскочил из машины и под проливным дождем побежал к двери. Когда он нетерпеливо постучал, раздался громкий лай.

Мэтти открыла не сразу. Увидев ее, Джейк почувствовал себя так, словно его ударили в солнечное сплетение. Ее глаза были красными, нос припухшим. В руке она держала мокрый носовой платок. При виде его она икнула и ее глаза наполнились слезами.

— Мэтти, я…

Она покачала головой и прижала руку с платком к губам.

У Джейка сдавило горло. Мысль о том, что это он с ней такое сделал, была невыносимой. Если бы кто-то другой обидел Мэтти, он бы его по стенке размазал.

— Я хотел убедиться, что ты в порядке, — сказал он, — но вижу, что это не так.

Вместо того чтобы пригласить его войти, Мэтти закатила глаза. По ее красным щекам покатились слезы, и она поспешно смахнула их тыльной стороной ладони.

— Я уже говорила тебе, что со мной все в порядке. Тебе нечего беспокоиться.

Очевидно, она не хотела обсуждать с ним причину своих слез, поэтому он спросил:

— Кто о тебе заботится?

— Обо мне не нужно заботиться. — Мэтти громко высморкалась и вытерла рукавом остатки слез. — Я не больна. Просто беременна.

— Но как ты справляешься со всем этим одна?

— Беременностью нельзя ни с кем поделиться, — упрямо ответила она.

Борясь с раздражением и нетерпением, он попытался снова:

— А как насчет последних недель?

— Когда я буду огромной, как слон?

— Тебе придется самой ходить за покупками и на прием к врачу.

— Не беспокойся, чтобы никого не задавить, я повешу себе на шею табличку с надписью «Осторожно! Сверхтяжелый груз».

Джейк раздраженно застонал.

— Мэтти, будь серьезнее. Только не говори, что намерена все делать сама.

— Почему нет? Именно так и будет. — Судя по ее тону, он ей надоел своими расспросами.

Дай Бог терпения! Джейк глубоко вдохнул.

— Ты носишь близнецов. Чужих. Определенно твои друзья многим тебе обязаны, но, похоже, они тебя бросили.

— Ты ничего о них не знаешь. — Мэтти возмущенно вскинула подбородок. — Меня никто не бросал. — На мгновение ее лицо помрачнело, но она быстро взяла себя в руки. — Переехать в Сидней было моей идеей. Останься я в Виллоубенк, весь город стал бы гадать, что происходит. — Высморкавшись еще раз, она натянуто улыбнулась ему. — Я отлично со всем справляюсь в одиночку. Я сама так захотела. Дома Джина и Том не дали бы мне и шагу самой ступить. Замучили бы меня своей заботой.

Им не следовало ее отпускать, подумал Джейк. Кто знает, что может случиться.

Борясь с приступом страха, он продолжил настаивать на своем:

— Но у тебя близнецы, Мэтти. Тебе, наверное, трудно самой ездить за покупками и вести хозяйство.

— Джина и Том уже об этом позаботились. Они наняли для меня помощницу, которая приходит несколько раз в неделю. Она очень милая. Что же касается продуктов, мои друзья договорились о том, чтобы мне их доставляли на дом.

Наконец-то хорошие новости!

— Значит, они все-таки о тебе заботятся.

— Не то что заботятся, балуют. — Она продемонстрировала ему свои руки с безупречным маникюром. — Они покупают мне сертификаты на всевозможные услуги в салоне красоты. Маникюр, педикюр, маски для кожи, массаж.

— И правильно делают.

Сложив руки на груди, Мэтти решительно произнесла:

— Спасибо, что заехал, Джейк. Это очень мило с твоей стороны.

Он сглотнул.

— Никаких проблем.

Она потянулась к дверной ручке, давая ему понять, что разговор окончен и ему пора уходить.

Внезапно ему стало нечем дышать.

— Подожди. — Он хотел сказать, что она не должна плакать, что он… он…

Что?

Его охватила паника. Какова его роль в этой истории?

Мэтти не нуждалась в его практической помощи. Физическая близость была невозможной, а эмоциональной привязанности он избегал.

Не убирая руки с двери, Мэтти выжидающе смотрела на него. Он не знал, что говорить или делать дальше. Невероятно. Джейк Девлин растерялся перед женщиной.

— Ты забыла про кошку, — произнес он в отчаянии.

— Прошу прощения? — Мэтти нахмурилась. — О чем ты говоришь? У меня нет кошки. Только Брутус.

— Я имею в виду твой рисунок. Обычно ты изображаешь на каждой странице черную кошку.

Мэтти медленно повернулась и бросила взгляд на столик с принадлежностями для рисования. Затаив дыхание, Джейк начал изучать ее профиль. Он видел светлые кончики ее ресниц, крошечную горбинку на носу и плавный изгиб губ. Краска с ее волос смылась, и он обнаружил, что они на самом деле были светло-каштанового цвета, а вовсе не мышиного.

Он помнил вкус ее мягких пухлых губ. К его удивлению, ее беременность нисколько не уменьшила его желания. Он хотел коснуться ее, поцеловать…

— Ты абсолютно прав, — сказала Мэтти. — Я совсем забыла про кошку. Наверное, забывчивость — побочный эффект беременности.

Она снова посмотрела на него. Ее взгляд был настороженным. О чем они говорили? Точно не о ее губах. Ах, да, о кошке.

— Ты могла бы нарисовать ее под столом.

Мэтти улыбнулась.

— Да, она может выглядывать из-за уголка скатерти в ожидании, когда Молли даст ей кусочек макрели.

Джейк кивнул.

— Что-то в этом роде.

Внезапно ее взгляд потеплел, и Джейк подумал, как бы она отреагировала, если бы он сейчас ее поцеловал.

— Это действительно отличная идея, Джейк. Спасибо, что напомнил про кошку. Мои маленькие читатели очень расстроились бы, если бы не увидели ее.

— Не за что.

Мэтти посмотрела на свой округлившийся живот, затем снова подняла глаза.

— Это все, Джейк?

Нет!

Желание поцеловать ее с каждой секундой становилось все сильнее. B прошлом его поцелуи всегда приводили к сексу, но сейчас он хотел другого. Чего-то более глубокого.

Он нуждался в Мэтти так, как ни в ком не нуждался раньше. Рядом с ней он всегда чувствовал себя довольным и счастливым. Вдали от нее он не находил себе места, но не знал, как ей об этом сказать.

Мысль о том, что его счастье зависело от беременной женщины, приводила его в ужас.

Мэтти начала закрывать дверь, затем неожиданно остановилась и посмотрела на него печальными голубыми глазами.

— Передавай привет Рою.

— Конечно, — ответил Джейк.

Он понимал, что не может уйти. Мэтти нуждалась в нем. Он понятия не имел, как нужно заботиться о беременной женщине, но должен был попытаться.

Много лет назад мать прогнала его. На этот раз он не собирался подчиняться.

Он сделал шаг вперед, но Мэтти решительно произнесла:

— Всего хорошего, Джейк. Желаю хорошо провести отпуск.

И закрыла дверь.

ГЛАВА ВОСЬМАЯ

По крайней мере, она попыталась ее закрыть, но Джейк ей помешал, схватившись одной рукой за край двери, а другой за косяк.

Мэтти испуганно вскрикнула.

— Что ты делаешь? Хочешь прищемить себе пальцы?

Он открыл дверь шире.

— Я не могу тебя вот так оставить. Ты слишком упрямая.

— Я упрямая?

— Да, упрямая, если думаешь, что можешь справиться со всем сама, — произнес он, едва сдерживая гнев.

Мэтти тоже была рассержена.

— Какое право ты имеешь врываться сюда и командовать мной?

Проигнорировав ее слова, он вошел в квартиру. Изумленная, она последовала за ним.

— Я не хочу, чтобы ты здесь находился.

Джейк остановился посреди комнаты. Он выглядел потерянным, и ее сердце начало таять.

— Послушай, — сказал он, проводя ладонью по лицу, — должен признаться, у меня нет плана, но я не могу… не могу…

Его красивое лицо было бледным и напряженным, улыбка нервной и печальной.

— Я не могу просто уйти отсюда, как если бы мне было безразлично, что с тобой будет.

Мэтти на мгновение растерялась. Что он имел в виду? Она лишь понимала, что хочет, чтобы Джейк ее поцеловал. Но он этого не делал, а она не собиралась его просить.

— Мне нужно присесть, — сказала она и неуклюже опустилась на диван.

— Конечно.

Сев напротив, он наклонился вперед и пристально посмотрел на нее.

— Я почти ничего не знаю о беременных женщинах.

Он был так взволнован, что Мэтти не удержалась от улыбки.

— Ни один холостяк ничего о них не знает, если, конечно, он не акушер-гинеколог.

Его лицо мгновенно просветлело. Он улыбнулся, но тут же посерьезнел.

— Послушай, Мэтти, не буду тебе надоедать. Я снял себе другое жилье.

— На время отпуска?

— До рождения близнецов.

У нее вытянулось лицо.

— Но почему?

— Я… я хочу проводить больше времени с Роем и одновременно присматривать за тобой.

— Мне не нужна нянька, Джейк. У меня отличный доктор.

Джейк поднялся с дивана и начал расхаживать по комнате.

— Знаю, ты хочешь, чтобы я держался от тебя подальше, поэтому не стану тебе докучать. Просто буду рядом. Кто-то же должен за тобой присматривать.

Потеряв дар речи, Мэтти смотрела на него как загипнотизированная.

— Я остановился в «Вуллумулу», — сказал он.

— А как же твоя работа?

— Я взял отпуск за свой счет. Если понадобится, я уволюсь.

— Но это же безумие.

Он покачал головой.

— Я дам тебе номер своего мобильного. Ты сможешь вызвать меня в любое время.

— Вызвать тебя?

Нахмурившись, он кивнул.

— Если тебе понадобится поднять что-нибудь тяжелое, позвони мне. Если нужно погулять с собакой или съездить за покупками, я к твоим услугам. Если что-нибудь сломается, я починю.

Мэтти была потрясена. Что все это значило? Будь Джейк ее бойфрендом, она бы с радостью приняла его помощь. Но он был мужчиной, с которым ее связывала всего одна ночь. Мужчиной, которого она пыталась забыть!

Когда к ней вернулся дар речи, она произнесла:

— Это очень мило с твоей стороны, Джейк, но меня не нужно опекать.

Его кадык задергался.

— В любом случае, если тебе что-нибудь понадобится, позвони.

— Но… я не понимаю. Почему ты все это делаешь?

— Я не могу допустить, чтобы беременная женщина перетруждалась.

На его щеке дернулся мускул, руки сжались в кулаки. За его желанием защитить ее явно что-то скрывалось. Возможно, печальный опыт прошлого, связанный с беременной женщиной. Мэтти хотела его спросить, но его лицо было таким мрачным и напряженным, что ей стало не по себе.

Он медленно выдохнул.

— Запиши мой номер.

— Ах, да… сейчас.

Мэтти начала передвигаться на край дивана. Джейк в одну секунду оказался рядом и помог ей подняться. От его прикосновения ее бросило в жар.

— Спасибо, — пролепетала она. — Я сейчас принесу записную книжку.


Мэтти сидела у окна и работала за компьютером над окончательной версией книги о Молли. Точнее, пыталась. Ей было трудно сконцентрироваться на работе. С тех пор как ей позвонил Джейк и предупредил о своем визите, она была как на иголках.

Ее соседка Кэрол, вышедшая из дома, чтобы заглянуть в почтовый ящик, на обратном пути остановилась у окна Мэтти и присвистнула.

— Шикарно выглядишь. Ждешь какого-то особенного посетителя?

— Да нет.

Мэтти не собиралась говорить соседке, что принарядилась и накрасилась именно для этой цели, но, похоже, румянец на щеках выдал ее.

Кэрол понимающе улыбнулась, затем обернулась и указала на подъехавшую машину.

— Этот твой посетитель случайно не высокий широкоплечий брюнет?

Мэтти снова покраснела.

— Возможно.

Улыбаясь во весь рот, Кэрол начала обмахиваться своей почтой как веером.

— Немедленно вызывай «скорую». У меня участилось сердцебиение.

Мэтти рассмеялась, но, когда услышала шаги Джейка, внутри у нее все сжалось в комок.

Кэрол удалилась, и мгновение спустя раздался стук в дверь.

— Спокойно, Брутус, — сказала она. Пес подчинился и остался сидеть на месте.

Открыв дверь, она обнаружила, что Джейк тоже поработал над своей внешностью. На нем была синяя рубашка и темные брюки. Его ботинки были начищены до блеска. При виде его ее захлестнула волна желания. Она не думала, что беременная женщина может испытывать такое сильное вожделение.

Он держал руки за спиной, словно что-то прятал.

— Доброе утро, Мэтти. — Тепло улыбаясь, он вытянул вперед руки. В каждой оказалось по растению в горшке — синие ирисы и миниатюрный розовый куст. — Это в честь твоих детей, — робко пояснил он.

— Они великолепны, — прошептала Мэтти. — Розовый для девочки, синий для мальчика. — К глазам подступили слезы.

— Я подумал, что ты предпочтешь растущие цветы срезанным.

Она благодарно кивнула и понюхала розу.

— Пойду поставлю чайник.

— Нет, ты лучше присядь, а чай приготовлю я.

— Джейк! — Она закатила глаза. — Да я здорова как…

— Да, я уже слышал, — перебил он ее с улыбкой, — ты здорова как бык. Можешь надо мной смеяться, но я был в библиотеке и теперь знаю все о женщинах, которые вынашивают близнецов. В последнем триместре им противопоказаны физические нагрузки, так что тебе придется принять мою помощь. Садись на диван и жди меня.

К своему глубокому удивлению, Мэтти подчинилась.

— Хорошо. Мне, пожалуйста, чай с перечной мятой. Он в синей банке с деревянной крышкой.

Затем, сняв сандалии, она уютно устроилась на диване.

Но расслабиться не смогла.

Все было очень странно. Ей не верилось, что «пират», который открыл ей дверь в первый день, и заботливый мужчина, готовящий ей чай, — это один и тот же человек. У нее перед глазами до сих пор были трусики Энжи и смятые простыни. Не успела Энжи исчезнуть из его жизни, как он прыгнул в постель к Мэтти. До своего отъезда в Монголию Джейк был легкомысленным плейбоем. При прощании в аэропорту он сказал ей, что у их отношений нет будущего, теперь сдувал с нее пылинки.

Любой сторонний наблюдатель сказал бы, что мужчина, бросивший работу для того, чтобы помогать беременной женщине, должен испытывать к ней глубокие чувства. Мэтти была бы рада так думать, но не могла поверить, что плейбой, привыкший развлекаться со стройными красотками, может находить привлекательной женщину размером со слона. Или с инкубатор, как он сам ее назвал.

Мэтти надеялась, что выглядит абсолютно спокойной, когда Джейк вернулся с чаем для нее и кофе для себя.

К ее удивлению, он сел не напротив, а у нее в ногах. При этом слегка задел бедром босую ступню Мэтти, и ее кожу начало покалывать.

— Ты был у Роя? — спросила она, чтобы отвлечься.

Джейк кивнул.

— Да. Признаться, меня беспокоит его здоровье. В последнее время он неважно выглядит.

— Мне больно это слышать. Ты уже разговаривал с медицинским персоналом?

— Да. Меня заверили, что он в порядке, но, по-моему, он уже находится одной ногой в могиле.

— Бедняжка.

Джейк окинул ее оценивающим взглядом.

— А вот ты, напротив, цветешь.

У Мэтти перехватило дыхание. К счастью, Джейк решил сменить тему:

— Что будет с Брутусом и Паваротти, когда ты ляжешь в больницу?

— Джина и Том заберут их уже на следующей неделе на случай, если роды начнутся раньше срока.

— Раньше срока?

— С близнецами такое часто случается.

— Да, я об этом читал.

— В библиотеке?

Джейк кивнул. Его лицо внезапно стало серьезным, взгляд устремился в пол.

— В любом случае, — продолжила Мэтти, пытаясь его отвлечь, — их придется рано или поздно везти обратно в Виллоубенк.

— Я тут кое-что купил для твоих питомцев. — Он полез в карман брюк и, достав оттуда синюю резиновую игрушку в форме кости, протянул ее Брутусу. — Это тебе, приятель.

Пес схватил подарок и, весело повизгивая, принялся с ним играть.

Затем Джейк достал из другого кармана что-то похожее на веточку, с брелоком в виде мобильного телефона.

Мэтти рассмеялась.

— Это для Паваротти?

— Да, это жердочка для педикюра.

— Что?

— Да, для педикюра. — Его темные глаза заблестели. — Сидя на ней, Паваротти будет полировать свои коготки и одновременно клевать игрушку.

Мэтти так энергично рассмеялась, что у нее закололо в боку.

— Педикюр для канарейки! Вот эта да!

На минуту она забыла о своих сомнениях и страхах и почувствовала себя такой же счастливой, как в первые дни их знакомства. Они наполнили это короткое время весельем, нежностью, страстью.

Но Джейк предупредил ее, что у их отношений нет будущего.

— Джейк, почему ты все это делаешь?

— Делаю что?

Мэтти подняла жердочку.

— Зачем ты здесь? Почему так внимателен ко мне? — Она сглотнула, чтобы сдержать слезы.

Джейк молча смотрел на нее глазами, полными тревоги. Затем его взгляд упал на Брутуса, грызущего резиновую кость.

— Помнишь тот день, когда мы привезли сюда Роя и готовили чай в котелке?

— Конечно, помню.

— Именно тогда я понял, что ты идешь на все, чтобы другим было хорошо, и задался вопросом, есть ли кто-нибудь, кто делает то же самое ради твоего счастья.

Пальцы Мэтти задрожали, и она чуть не выронила жердочку.

— Так вот, значит, для чего все это? Ты пытаешься сделать меня счастливой?

Джейк улыбнулся.

— Да, такова моя цель.

— О!

Не в силах больше сдерживаться, Мэтти разразилась слезами.

Руки Джейка в одно мгновение сомкнулись вокруг нее, и она зарылась лицом в его сильное плечо. Он поцеловал ее в макушку и начал поглаживать по волосам и шептать слова утешения. Внутри нее шла отчаянная борьба между печалью и радостью, сомнениями и надеждой, но в этой сумятице Мэтти твердо знала одно: она любила Джейка Девлина. Хотя он был опасным и мог разбить ей сердце, она любила все в этом человеке.

— Мэтти, — хрипло произнес он, — ты не должна плакать. Я не хотел тебя расстроить.

— Что здесь происходит? — внезапно послышался из открытой входной двери знакомый голос.

Это был Том.

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

Том стоял в дверях, подобно часовому на посту, и мрачно смотрел на них.

— Ты в порядке, Мэтти?

Ее лицо было залито слезами, плечи подрагивали, горло сдавило от эмоций. В ответ она смогла лишь кивнуть.

Том ворвался в квартиру.

— Ты уверена? Что здесь происходит? — Он бросил испепеляющий взгляд на Джейка. — Кто вы такой, черт побери?

Джейк медленно поднялся с дивана, и обстановка в маленькой гостиной мгновенно накалилась. Он был на голову выше Тома и шире в плечах.

— Меня зовут Джейк Девлин, — серьезно ответил он, протягивая Тому руку. — Здравствуйте.

— Джейк, это Том Робертс, — произнесла Мэтти сдавленным голосом.

Мужчины молча обменялись рукопожатием.

— Значит, вы отец близнецов? — холодно спросил Джейк.

— Совершенно верно. — Том расправил плечи. — А вы, должно быть, Наш Человек в Монголии. Я о вас слышал. — Он разговаривал с Джейком, как полицейский с отъявленным преступником.

Джейк вопросительно посмотрел на Мэтти.

— Джейк мой друг, — объяснила она Тому. — Э-э… хороший друг.

— Тогда почему он постоянно тебя расстраивает?

— Вовсе нет. Джейк меня не расстроил. — Мэтти указала на растения на кофейном столике. — Он подарил мне замечательные цветы. — Она промокнула уголки глаз белым платочком и обнаружила на нем черные разводы от туши. Наверное, у нее ужасный вид. — Я не знала, что ты в Сиднее, Том. — Ее голос зазвучал более уверенно. — Джина тоже приехала?

Он покачал головой.

— У меня краткосрочная командировка, и я решил заскочить к тебе. — Он посмотрел на растения, затем на Джейка.

— Почему бы вам не присесть? — сухо произнес Джейк, опускаясь на диван рядом с Мэтти. Он был так близко, что она чувствовала его тепло.

Мэтти надеялась, что Том будет поприветливей с Джейком, но не тут-то было. Сев напротив, он пронзил Джейка ледяным взглядом.

— Полагаю, Мэтти сказала вам, что ждет близнецов?

— Разумеется.

— А она говорила, что многих женщин, ждущих близнецов, кладут на последний триместр в больницу, чтобы обеспечить им покой?

Мэтти не осмеливалась взглянуть на Джейка, но чувствовала его напряжение.

— Другими словами, Мэтти нельзя беспокоить.

— Том, уверяю вас, — спокойно ответил Джейк, — я сам настаиваю, чтобы Мэтти как можно больше отдыхала.

Том кивнул, но в его взгляде все еще было сомнение.

— Как Джина? — спросила Мэтти.

— Отлично. — Наконец-то Том улыбнулся. — Она весь день говорит о детях, а ночью видит их во сне.

Мэтти улыбнулась.

— Она немного возбуждена, не так ли?

— Немного? Да она только об этом и говорит.

Джейк поднялся.

— Я лучше пойду. Наверное, вам двоим есть что обсудить.

— Тебе нет необходимости уходить, — начала Мэтти, но Джейк был непреклонен.

Он вежливо кивнул Тому.

— Был рад с вами познакомиться.

— Я тоже, — неубедительно ответил тот.

— Увидимся позже, Мэтти. — Наклонившись, Джейк поцеловал ее в щеку. Прикосновение его губ было легким, но ее кожу обожгло как огнем. Она хотела сказать, что будет, рада его видеть в любое время, но в присутствии Тома не решилась.

— Спасибо за подарки, Джейк. Они великолепны.

— Не за что. Береги себя.

Когда он ушел, Мэтти почувствовала себя одинокой. Ей стоило огромных усилий улыбаться Тому.

— Надеюсь, у него не войдет в привычку расстраивать тебя, — сказал ее друг, когда шаги Джейка еще не стихли за окном.

— Этого не будет, — сказала Мэтти, хотя не была полностью уверена.

Когда дело касалось Джейка, ничего нельзя было знать наперед.


Джейк не мог поверить, что своим неожиданным визитом он все безнадежно испортил. Он был так взвинчен и зол на самого себя, что ему хотелось что-нибудь пнуть.

Сначала он расстроил ее своими красивыми словами, затем чуть не вступил в спор с отцом двойняшек.

Наш Человек в Монголии. Это был удар ниже пояса.

И все же Тома можно было понять. Должно быть, он был потрясен, когда обнаружил, что женщина, носящая его детей, плачет в объятиях другого мужчины.

Том был не единственным, кого взволновали эти слезы.

Выезжая на шоссе, Джейк вспомнил вопрос Мэтти.

Почему ты это делаешь?

Он сказал, что хочет ей помочь, но это была лишь половина правды. Однако ее хватило, чтобы заставить Мэтти плакать.

Скажи он ей, что хочет быть рядом с ней, она бы стала ждать с его стороны серьезных обещаний. Признания в любви, слов о том, что он хочет создать с ней семью. Но он не был пока к этому готов. Не осмеливался смотреть в лицо будущему. Разве он мог сказать об этом Мэтти?

Наверное, ему следует благодарить Тома за неожиданное вторжение.

* * *

Когда в полдень Мэтти услышала звонок телефона и увидела на экране имя Джейка, ее сердце подпрыгнуло.

— Прости, — сказал он. — Я только что прочитал твои сообщения. Мой телефон был отключен.

— Я тебя прощаю. — Она попыталась придать своему тону небрежность, но ей это не удалось. Молчание Джейка напугало ее. Заставило вспомнить Пита, который часто не отвечал на ее звонки.

— Я весь день пробыл в больнице, — сказал Джейк. — У Роя случился сердечный приступ.

— О нет. — Мэтти внезапно стало стыдно за свои подозрения. — Как он?

— Врачи говорят, что он постоянно с ними спорит.

— Думаю, это хорошая новость.

— Да, но я успокоюсь, только когда сам смогу с ним поговорить.

— Не волнуйся, — мягко сказала Мэтти. — Рой крепкий.

— Да. — Джейк вздохнул. — Как у тебя дела?

— На самом деле… — Мэтти закусила губу. Ей не очень хотелось сообщать свои новости Джейку. — Я тоже в больнице.

— Что?

— Все в порядке, Джейк. Ничего не случилось. Просто доктор решил перестраховаться.

— Но почему? Что-то не так?

— У меня начались схватки, и он испугался, что роды могут начаться преждевременно. Схватки прекратились, но мне прописали постельный режим. — Она наморщила нос. — Это означает, что мне придется до рождения детей находиться в больнице.

— Понятно.

В голосе Джейка слышалась усталость, и Мэтти стало его жаль. Сначала Рой оказался в больнице, теперь вот она. Столько переживаний для одного дня.

— Мы не хотим рисковать, — мягко сказала она. — Близнецы часто появляются на свет раньше срока.

— В какой ты больнице?

— В Саутмид.

— В той же, что и Рой. — Он усмехнулся. — По крайней мере, мне будет удобно вас навещать. Какое отделение?

— Догадайся с трех раз, — весело произнесла она.

— Ну конечно, родильное. Какая палата?

— 2203. Но, послушай, Джейк, я не жду, что ты будешь регулярно меня навещать, когда Рой так нуждается в тебе.

На другом конце линии раздался вздох.

— У тебя нет выбора, Мэтти, — решительно произнес Джейк. — Я уже еду.


В палате Мэтти не было. Джейк уставился на ее пустую кровать со смятыми простынями. На подушке лежала книга, на тумбочке стояла чашка с остатками чая, на подоконнике — горшки с розовыми розами и синими ирисами.

Все выглядело нормально, но ему было не по себе. Он разговаривал с Мэтти десять минут назад. Что могло произойти за такое короткое время?

Он пересек палату и постучался в дверь ванной, но и там ее не было.

Его сердце учащенно забилось. Он выскочил из палаты и направился к стойке дежурной медсестры.

Молодая женщина приветствовала его ослепительной улыбкой.

— Чем я могу вам помочь, сэр?

— Мэтти Кэри, — пробормотал он. — Ее нет в палате.

Глаза медсестры лукаво заблестели. Ему захотелось на нее накричать. Неужели она не видела, как все серьезно?

— Вы, должно быть, Джейк, — сказала она.

— Да. Мэтти велела что-нибудь мне передать?

Женщина кивнула.

— Да, она попросила меня сказать вам, что ее отвезли вниз на УЗИ.

— Зачем? Что-то не так? — забеспокоился он.

Медсестра сочувственно улыбнулась ему.

— Не волнуйтесь, это рутинная процедура. Она скоро вернется.

— Спасибо. — Он облегченно вздохнул. — Как вы думаете? Мне лучше вернуться через час?

Женщина кивнула, затем тоже вздохнула.

— Это так мило.

— Прошу прощения?

Медсестра густо покраснела и, опустив глаза, сосредоточилась на своих бумагах.


Мэтти лежала на боку с закрытыми глазами. УЗИ длилось недолго, но в последнее время она быстро утомлялась. Медсестра сказала ей, что в ее отсутствие приходил Джейк.

Бедняга. Какой напряженный день у него выдался.

Она попыталась улечься поудобнее.

Ей надоело быть неуклюжей и целыми днями торчать в четырех стенах. Она устала от того, что малыши постоянно толкались, а персонал суетился вокруг нее.

Мэтти уже начала засыпать, когда раздался негромкий стук в дверь. Ей не хотелось открывать глаза. Сегодня ей уже измеряли давление, давали витамины, делали укол, чтобы укрепить легкие малышей, приносили чай. Подходило время ужина, но она не была голодна.

— Мэтти.

Услышав голос Джейка, она открыла глаза. Он стоял в дверях и робко улыбался. Она приподнялась в постели.

— Прости, если разбудил, — сказал он, входя в палату.

— Я не спала. — Прядь волос упала ей на лицо, и она убрала ее за ухо. — Я рада тебя видеть. Присаживайся.

Джейк принес стул и поставил его возле ее кровати.

— Я приходил раньше, но ты была на УЗИ. Все хорошо.

— Да, с малышами все в порядке.

— Но ты выглядишь усталой.

— В моем положении это нормально.

Он внимательно смотрел на нее.

— У тебя был трудный день, — сказала она. — Мне так жаль Роя.

— Думаю, он выкарабкается. Врачи настаивают на операции. Нужно открыть заблокированные коронарные артерии.

— А как к этому относится сам Рой?

— Спокойно. Говорит, что ему еще рано на тот свет, и полностью доверяет врачам.

— Рада это слышать.

Джейк заглянул ей в глаза.

— Полагаю, мне следует радоваться, что ты находишься под присмотром специалистов.

— Да, тебе больше не нужно обо мне беспокоиться.

— Но я не могу перестать.

— Женщины каждый день рожают детей.

— Разумеется. — Джейк улыбнулся, но она увидела страх, промелькнувший в глубине его темных глаз. Затем он повернулся и указал ей на растения в горшках. — Ты взяла их с собой.

— Подумала, что они принесут мне удачу.

— Обязательно. — Он взял ее руки в свои и одарил ее ослепительной улыбкой. Улыбнувшись в ответ, Мэтти почувствовала, как усталость проходит.

Они долго сидели, держась за руки и улыбаясь друг другу. Мэтти было спокойно и уютно, словно она вернулась домой.

Джейк первым нарушил волшебную гармонию:

— Твои друзья уже забрали Брутуса и Паваротти?

— Нет. Все произошло так внезапно. Но спасибо, что напомнил. Это одна из причин, по которой я пыталась с тобой связаться.

— Я с радостью о них позабочусь, — сказал Джейк.

— Тогда тебе лучше переехать в мою квартиру. — И почему ей это сразу не пришло в голову? — Она все равно пустая. — Мэтти достала ключи и положила на тумбочку. — Уверена, Уилл не станет возражать. К тому же это недалеко отсюда, и тебе будет удобнее навещать Роя.

— И тебя.

Она улыбнулась.

— Точно.

Взяв ключи, Джейк спросил:

— Здесь хорошо кормят?

— Я еще не успела распробовать. У меня не было аппетита.

— Но тебе сейчас нужно есть за троих.

— Да, я знаю.

— В таком случае, почему бы тебе не поужинать со мной завтра вечером?

— Прошу прощения? — удивилась Мэтти. — Как я могу это сделать, когда мне прописан постельный режим.

— Я закажу еду в ресторане неподалеку, сам заберу и привезу сюда.

— О!

На мгновение Мэтти показалось, что она может снова расплакаться.

Немедленно возьми себя в руки, приказала она себе.

Джейк с нетерпением ждал ее ответа.

— Что скажешь? Ты согласна?

Какой глупый вопрос! Кому понравится ужинать в одиночестве в больничной палате?

— Конечно, — прошептала она. — Я с удовольствием поужинаю с тобой.

— Здорово. — Поднявшись, он наклонился и нежно провел пальцами по ее щеке. — А теперь отдыхай. Увидимся завтра.

Как будто она сможет спокойно лежать! Для этого она была слишком возбуждена.


Ужин прошел замечательно. Мэтти давно не получала такого удовольствия от еды. Шоколадный пирог таял во рту, а минеральная вода в бокалах для шампанского казалась вкуснее. Но самым большим сюрпризом для нее стал поцелуй Джейка.

Это было так неожиданно. Сначала он так нежно коснулся губами ее щеки, что она едва почувствовала.

— Я ведь могу тебя целовать, не так ли? — прошептал он. — Обещаю быть нежным.

У нее перехватило дыхание.

— Мэтти?

Ее бросило в дрожь, но она смогла улыбнуться.

— Я… я уверена, нежный поцелуй — это то, что доктор прописал.

Когда губы Джейка коснулись ее губ, она обняла его за шею и запустила дрожащие пальцы под воротник его рубашки.

— Мэтти, — хрипло произнес он, после чего его язык стремительно проник в глубь ее рта.

Мэтти закрыла глаза от наслаждения. Ей казалось, что она может расплавиться в его объятиях.


— У тебя проблемы, Джейк? Ты выглядишь напряженным.

Джейк улыбнулся Рою. Он в очередной раз с возмущением думал о своих родителях, которые ни разу не навестили человека, проработавшего у них тридцать лет, но не собирался обсуждать это с Роем.

— Обо мне не беспокойся, — сказал он. — Думай лучше о своем выздоровлении.

Рой небрежно махнул рукой.

— Это работа врачей. В любом случае, я поправлюсь быстрее, если ты перестанешь наплевательски относиться к своей личной жизни.

Джейк упрямо выпятил подбородок.

— С чего ты это взял?

Рой пожал плечами.

— Я уже давно хотел с тобой об этом поговорить.

— С каких это пор ты стал разбираться в чувствах других людей?

— Я всегда умел разбираться в твоих чувствах, Джейк. Я знаю, что тебя тревожит. Знаю, что тебя пугает в женщинах.

Внутри у Джейка что-то перевернулось, но он это проигнорировал.

— Пугает в женщинах? — повторил он. — Ты хоть представляешь, сколько их у меня было?

— Слишком много. — Рой упрямо выпятил нижнюю губу. — Слишком много женщин не бывает, — с притворной беспечностью ответил Джейк. На самом деле после знакомства с Мэтти он ни с кем не встречался, что было нетипично для закоренелого холостяка.

Рой наблюдал за ним, прищурившись.

— Почему ты так на меня смотришь? — спросил Джейк.

— Думаю, как нелегко тебе пришлось после той злополучной ночи.

У Джейка перехватило дыхание. Рой похлопал его по плечу.

— Произведя на свет мертвого ребенка, твоя мать отдалилась от тебя и остального мира. Она полгода была безучастна ко всему, и твой отец очень за нее переживал. Они оба не знали, что с тобой делать.

— Тебе нельзя много разговаривать, — мягко сказал Джейк.

— Но мне нужно все тебе сказать, — настаивал на своем Рой. — Я помню, как обстояли дела до смерти малыша. Ты обожал свою мать. У вас были замечательные отношения.

Джейк сглотнул, чтобы ослабить боль в горле.

— После той ночи она не могла смотреть на меня без слез.

— Да, я знаю, — сказал Рой. — И я видел, как ты заковывал свое сердце в броню, чтобы защититься от боли.

Комок в горле был таким огромным, что Джейк не мог говорить. В течение долгих лет он старательно блокировал эти воспоминания, но сейчас Рою удалось вытащить их наружу. Встреча с прошлым оказалась неизбежной.

— Затем, как только твоя мать пришла в себя, они отправили тебя в интернат для мальчиков. — Рой тяжело вздохнул. — Ты с десятилетнего возраста жил среди мужчин и продолжаешь это делать, прячась в Монголии. Да, ты встречался со многими женщинами, но не позволял себе с ними сближаться. Не хотел, чтобы тебе снова причинили боль.

— Да будет тебе известно, что сейчас я целыми днями торчу в палате беременной женщины, — язвительно бросил Джейк.

— И это тебя пугает.

Глаза начало жечь от подступивших к ним слез, боль в горле стала нестерпимой. Чтобы не потерять остатки самообладания, Джейк стиснул зубы и сжал руки в кулаки.

— Я ей не подхожу, — сухо сказал он, не вдаваясь в подробности. В этом не было необходимости. Рой хорошо его знал.

К его глубокому удивлению, старик ответил:

— Ты прекрасно подходишь Мэтти.

— Ты действительно так считаешь? — Джейк даже не подозревал, как ему нужно было услышать это от Роя.

— Я в этом абсолютно уверен, Джейк. Мэтти тоже тебе подходит. Именно поэтому ты так напуган.

Джейк сидел на стуле у кровати и тупо смотрел на побелевшие костяшки своих пальцев.

— Ты ведь не хочешь встретить старость в одиночестве, как я, правда?

— Но ты сам выбрал холостяцкую долю.

В ответ на это старик издал странный смешок.

— Ты же никогда не собирался жениться, Рой.

— Но дело было не в отсутствии желания.

— Тогда что тебя останавливало? — Не мог набраться смелости.

— Нет, — еле слышно произнес Джейк. Он не мог поверить в то, что герой его детства чего-то боялся.

— Смелость странная вещь, — заметил Рой. — Я мог запросто укротить дикого быка, но мне не хватало духа признаться женщине в своих чувствах.

Он тепло посмотрел на Джейка своими бледно-голубыми глазами.

— Это большая опасность, сынок. Если ты будешь слишком долго держать свое сердце на замке, оно никогда не познает радость любви.

Джейк неподвижно сидел и думал о Мэтти.

— Она такая хорошая, — еле слышно прошептал он.

— А ты разве не хороший? — улыбнулся Рой. — Посмотри, как ты обо мне заботишься.

— Но это потому… — Джейк сделал паузу, не в силах закончить фразу, затем попытался еще раз. — Потому что ты всегда был рядом со мной.

— Мэтти тоже всегда будет рядом. — Глаза Роя заблестели. — Дай этой девочке шанс, и она будет приносить тебе счастье всю оставшуюся жизнь.

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

— Малыш нуждается в шоколаде? — Глаза Мэтти расширились, когда она прочитала слоган на коробочке, которую принес ей Джейк.

— Это специальный шоколад для беременных, — гордо ответил Джейк. — Продавщица из магазина для будущих мам заверила меня, что он не навредит малышам.

Мэтти рассмеялась.

— Должно быть, эта женщина теперь твоя лучшая подруга.

— Я определенно ее любимый клиент.

— А я самая счастливая беременная женщина. — Мэтти открыла крышку. — Ммм… пахнет божественно. Спасибо тебе, Джейк.

Последняя неделя была похожа на сладкий сон.

После их первого совместного ужина в палате Джейк навещал ее два раза в день и постоянно покупал ей что-нибудь в магазине для будущих мам. Среди его подарков были дорогие крема и специальной журнал для записи воспоминаний.

— Ты писательница, и я подумал, что ты захочешь поделиться с другими опытом своего суррогатного материнства.

Отличная идея, подумала Мэтти. Джина с Томом смогут в будущем показать этот журнал детям.

Джейк также приносил ей всевозможные вкусности, полезные для беременных, и сентиментальные фильмы, которые она смотрела по вечерам на своем ноутбуке.

Она никогда не думала, что Джейк может быть таким заботливым и внимательным. Тем более не ожидала, что он будет находить ее привлекательной с огромным животом. Обнимая и целуя ее, он чувствовал, как пинаются малыши, но не возражал.

Если он и был против ее суррогатного материнства, то не подавал виду.

Сегодня Джейк, как обычно, расположился на стуле, сняв ботинки и положив ноги на край ее кровати. Мэтти развернула шоколадку и откусила кусочек.

— Ммм… — Она предложила ее Джейку.

Попробовав, он рассмеялся.

— Спасибо. Надеюсь, беременность не заразна.

Затем он рассказал ей о предстоящей операции Роя, а она сообщила ему, что малыши расположились неправильно и ей через неделю будут делать кесарево сечение.

Плечи Джейка напряглись, лицо побледнело.

— Ты возражаешь против кесарева?

— Не могу дождаться.

— Правда? — Он сглотнул, затем попытался улыбнуться. — Полагаю, преимущество состоит в том, что тебе не придется рожать самой.

Мэтти видела его беспокойство. Он упоминал, что у его матери были осложнения при родах. Должно быть, причиной его переживаний были старые страхи.

К ее удивлению, она совсем не боялась. Она с самого начала была уверена, что все пройдет хорошо.

— Мне сказали, что шрамы после кесарева сечения практически незаметны, — сказала она, пытаясь его отвлечь.

Он кивнул, но ей, похоже, не удалось его успокоить.

Во время неловкой паузы она отчаянно пыталась найти тему для разговора, а Джейк с отсутствующим видом сминал большим и указательным пальцами уголок ее простыни.

Не глядя на нее, он вдруг произнес:

— Ты когда-нибудь думала, что будешь чувствовать, когда все закончится?

— Признаюсь, я только об этом и думаю. Представляю себе счастливые лица Джины и Тома, когда они впервые возьмут на руки своих малышей.

— А как насчет тебя самой, Мэтти? Ты думала, что будешь чувствовать ты?

— Я буду радоваться за Джину и Тома.

Тяжело вздохнув, он запрокинул голову и уставился в потолок.

— Но что будет, когда твои друзья заберут малышей?

Когда я останусь одна с дряблым животом и тяжелой от молока грудью?

У Мэтти сдавило горло, и она чуть не подавилась шоколадом.

— Я пока над этим не задумывалась. Сейчас для меня главное — выносить и произвести на свет здоровых малышей.

Джейк пристально посмотрел на нее.

— И ты совсем не думала о себе?

— Нисколько.

Это была правда, но теперь, когда Джейк поднял этот вопрос, ответ возник сам собой. Она будет чувствовать себя одинокой, ненужной и опустошенной. Ей определенно понадобится крепкое плечо, на которое можно будет опереться. Но не любое плечо, а вполне конкретное.

Но могла ли она сказать об этом Джейку?

За неделю они значительно продвинулись вперед. Рассказали друг другу о своих семьях, школьных годах, друзьях, домашних животных и предпочтениях в еде. Играли в скрэббл, триктрак и покер. Обнимались и целовались. Но ни разу не говорили о будущем и своих чувствах друг к другу. Мэтти опасалась, что малейший намек с ее стороны может отпугнуть Джейка, поэтому решила пустить все на самотек.

Мэтти помассировала живот, где только что толкнулся один из малышей.

— Думаю, я соберусь с силами и начну все сначала, — произнесла она с улыбкой.

— Как было после смерти твоей бабушки?

— Да. — Мэтти была рада, что он все понял.

Все же он продолжал хмуриться.

— Еще ты это делала после того, как тебя бросил мужчина, не так ли?

— Неужели это так заметно? — удивилась Мэтти.

Джейк печально улыбнулся.

— Должна же быть причина, по которой такую красивую женщину за дверью не караулит толпа поклонников.

Его комплимент был таким неожиданным, что Мэтти на несколько секунд потеряла дар речи. Затем, собравшись с духом, она произнесла:

— Да, ты прав. Я потратила три года своей жизни на бойфренда, который хотел жениться на мне, но в последний момент передумал.

Лицо Джейка стало еще мрачнее.

— Наверное, для тебя это была настоящая катастрофа.

— Да, не скрою. Мне было тяжело отказываться от услуг организатора, продавать свадебное платье и видеть жалость в глазах окружающих.

В фильмах, которые она смотрела, главный герой в такие минуты заключал героиню в объятия, признавался ей в любви и говорил, что никогда ее не предаст.

Она ждала, что Джейк, по крайней мере, объяснит, почему уделяет ей так много времени.

Но он молчал, будто ему было неловко выслушивать подобные откровения. Даже в глаза не смотрел.

Мэтти охватило разочарование.

— А как насчет тебя, Джейк? — спросила она. — Что будешь чувствовать ты, когда Джина и Том заберут детей?

— Облегчение. — В его глазах была печаль, когда он наклонился, чтобы поцеловать ее в щеку.

— Полагаю, ты обрадуешься, когда я больше не буду беременна? — спросила она, надеясь получить положительный ответ.

Печально улыбнувшись, Джейк убрал ей за ухо прядь волос.

— Я буду очень доволен и почувствую огромное облегчение. — Поцеловав ее в губы, он отправился к Рою.

Провожая его взглядом, Мэтти поняла, почему романтические фильмы так ее расстраивали. В реальном мире мужчины не кружили ее в объятиях и не клялись ей в вечной любви. Они давали ей ложную надежду, а затем уходили.


За окном только начало светать. Джейк пребывал в приятной полудреме, когда завибрировал его мобильный телефон.

Не поднимая головы, он нащупал его на полу рядом с кроватью.

— Доброе утро, — пробормотал он в трубку.

— Джейк?

Он резко поднялся в постели.

— Мэтти, это ты?

— Надеюсь, не разбудила?

Она была то ли напугана, то ли возбуждена.

— Что случилось?

— Малыши появятся на свет сегодня утром.

Эти слова подействовали на него как ушат холодной воды. Он окончательно проснулся и встретился наяву со страхами и мрачными воспоминаниями.

— Не слишком ли рано? — спросил он, стараясь не поддаваться панике.

— Рановато, но у меня только что отошли воды. Все в порядке, Джейк. Большинство близнецов рождаются раньше срока.

Ее спокойствие удивило его. В ее голосе слышалось радостное волнение, как у альпиниста, которому осталось совсем немного до вершины Эвереста.

Внутри у Джейка все сжалось от страха.

— Где ты сейчас?

— Пока в своей палате.

— Я сейчас приеду. — Он уже направлялся к стулу, на котором висела его одежда.

— Но я не знаю, как долго еще здесь пробуду.

— Не имеет значения. Я тебя найду.

Возможно, если он будет рядом с Мэтти, ничего плохого не произойдет.

— Джейк? — тихо произнесла она.

— Да?

— Я… — Она помедлила, словно хотела что-то сказать, но передумала. — Спасибо тебе за все.

— Жди, дорогая. Скоро увидимся.

Дорога в больницу была настоящей пыткой. Он несколько раз был вынужден останавливаться на красный свет, пешеходы пересекали улицу со скоростью черепахи. От волнения у него сосало под ложечкой, ладони вспотели. Как он будет жить дальше, если с Мэтти что-то случится?

Чем он может ей помочь? Он стольким был ей обязан. Она изменила его. До встречи с ней его жизнь была однообразной, состоящей из погони за деньгами и пустых развлечений. Работа на шахте главным образом привлекала его тем, что каждый месяц его банковский счет пополнялся внушительной суммой. Черт побери, он даже не был настоящим экологом, поскольку всегда воспринимал свои проекты по защите окружающей среды только как часть рутины.

Именно поэтому его так удивляло собственное поведение в последние несколько недель.

Это Мэтти пробудила в нем лучшие качества, но он до сих пор ничего ей не сказал. Боялся, что не сможет выполнить обещания. Однако сейчас его гораздо больше беспокоило, что она может никогда не узнать о его чувствах.

Припарковавшись на больничной стоянке, Джейк помчался к зданию родильного отделения. По дороге он попытался снова связаться с Мэтти. Его пальцы дрожали, когда он набирал ее номер. В ответ он услышал редкие гудки.

Казалось, прошла целая вечность, пока он добирался до палаты Мэтти.

Она была пуста.

Тогда, не теряя ни секунды, он бросился к стойке дежурной медсестры. К счастью, сейчас была смена Бесс, самой приветливой из всех сестер. Она встретила его милой улыбкой.

— Где Мэтти?

— Ее повезли в операционную.

— Где это? — прорычал он. — Я должен ее увидеть.

Бесс покачала головой.

— Простите, Джейк, но я не думаю…

— Не пытайтесь меня остановить. Я все равно пойду к ней. Прошу вас, покажите мне, где операционная.

Голубые глаза Бесс расширились. Она колебалась. За нарушение больничных правил ее могли строго наказать.

— Ну пожалуйста, — отчаянно взмолился он. — Я должен быть там. Я люблю Мэтти, но не успел ей это сказать. Вы должны мне помочь.

Ее глаза внезапно заблестели, словно все сомнения исчезли. Она схватила Джейка за локоть и потащила вперед по коридору.

— Нам нужно поторопиться.

Открыв одну из дверей, она сказала:

— Вам нужно переодеться в униформу для операционной.

— Что? — Он непонимающе уставился на нее.

— Вы ведь хотите быть рядом с Мэтти, не так ли?

— В операционной? — При этой мысли Джейк содрогнулся. — Я… я…

Он колебался. Боялся увидеть, как скальпель вонзается в тело Мэтти. Как доктор затем достает оттуда красных сморщенных младенцев.

Перед глазами у него тут же возникло холодное, безжизненное тельце братика. К горлу подступила тошнота, но он знал, что не вынесет еще одно бесконечное ожидание в одиночестве.

Что бы там ни происходило, он должен быть рядом с Мэтти.

Сделав глубокий вдох, он кивнул Бесс:

— Я хочу быть с ней.

— Тогда поспешите! — крикнула медсестра, вручая ему зеленый халат.

* * *

Лежа на операционном столе под яркими лампами, Мэтти испытывала страх и одиночество. Она не ожидала увидеть стольких людей в зеленой униформе. Но среди них не было тех, в ком она больше всего нуждалась.

Джейк, наверное, застрял в пробке. Джина и Том уже выехали, но не успеют к операции. Впрочем, сейчас она бы обрадовалась любой знакомой медсестре из родильного отделения.

Все происходило слишком быстро. Анестезиолог попросил ее перевернуться на живот. Очевидно, собирался сделать ей укол в спину. Но было еще слишком рано.

— Не могли бы вы подождать минутку? — пробормотала она, но доктор не обратил на это внимания. Он протер ее поясницу чем-то холодным, и она почувствовала укол иглы. Скоро нижняя часть ее тела онемеет. — Вы уже начали? — спросила она, но ей никто не ответил. Они что, забыли о ее присутствии?

Ну улыбнитесь хоть кто-нибудь! Не игнорируйте меня!

Медики отгородили нижнюю часть ее тела зеленой ширмой. Ее сердце учащенно забилось. В любую секунду хирург вонзит в ее тело скальпель. Все это было так неожиданно. Скорее похоже на операцию, чем на роды.

Позади нее открылась дверь.

— Слава богу! Успели! — произнес женский голос.

Повернув голову, Мэтти увидела Бесс.

И Джейка! Он был неотразим даже в зеленом халате и шапочке.

— Кто это? — спросил доктор Смит, бросив на Джейка ледяной взгляд.

Джейк сделал шаг вперед. Его лицо было необычайно бледным.

— Я должен быть рядом с Мэтти.

— Он ее друг, — пояснила Бесс. — Точнее, бойфренд.

Брови доктора взметнулись вверх, но Джейк уже стоял рядом с Мэтти и держал ее за руку.

— Я… я суррогатный отец.

Несколько человек в масках посмотрели на Джейка. Их глаза весело блестели. Доктор Смит просто кивнул и переключил свое внимание на живот Мэтти.

Взгляд Джейка был полон тревоги и чего-то еще. Мэтти попыталась с ним заговорить, но от эмоций у нее сдавило горло.

Склонившись над ней, Джейк нежно улыбнулся.

— Привет.

— Привет.

Он сжал ее руку.

— Все будет хорошо, дорогая.

Улыбнувшись ему, Мэтти вдруг увидела, как за ширмой доктор Смит склонился над ее животом со скальпелем. Ее охватил страх, но в этот момент теплые губы Джейка коснулись ее лба.

Затем она испытала тянущее ощущение в середине туловища, будто из нее что-то вытащили. Внезапно женский голос воскликнул:

— Это мальчик!

Руки в перчатках подняли малыша, и Мэтти увидела его блестящую красноватую кожу и сморщенное личико, обрамленное темно-рыжими волосами.

— Какой красавец! Вылитый Том, — произнесла она, улыбаясь.

Джейк напряженно рассмеялся и крепче сжал ее руку.

Другой доктор уже достал маленькую девочку, но Мэтти не успела толком ее рассмотреть, так как ее тут же унесли.

— В чем дело? — встревожилась Мэтти.

— Не беспокойся, с ней все будет в порядке, — заверила ее Бесс. — Ее подключат к дыхательному аппарату.

— Она не дышит? — испугался Джейк.

— Она будет дышать, — сказала Бесс. — В случае с двумя и более детьми самому маленькому из них часто нужна помощь. Именно поэтому доктор настоял на кесаревом сечении. — Ты уверена, что с ней все в порядке? — спросила Мэтти.

Бесс потрепала ее по плечу.

— Уверена, дорогая, но пойду посмотрю, чтобы тебе было спокойнее.


Все закончилось.

Разрез на животе Мэтти зашили. Ее заверили, что малышка в порядке, но следующие двадцать четыре часа проведет в специальном инкубаторе.

Джейк ненадолго выходил на улицу, чтобы сделать нужные звонки. Затем он вернулся в реанимационную палату, где за Мэтти наблюдал медбрат, измеряя ей давление каждые несколько минут.

Мэтти выглядела спокойной и довольной. Она весело болтала с медбратом, который, похоже, очень интересовался суррогатной беременностью.

В отличие от нее Джейк был в полном замешательстве. Он чувствовал себя так, словно упал с лошади и потерял ориентацию в пространстве.

Ему с трудом верилось, что он стал свидетелем появления на свет двух живых и здоровых человеческих существ.

Они выжили. Мэтти выжила. Его опасения не подтвердились. Ему следовало прыгать от радости.

Но вместо этого он все еще был напряжен. Операция закончилась, малышей забрали в детскую палату, где они, наверное, уже познакомились со своими родителями.

Настал момент, когда Мэтти вынуждена столкнуться лицом к лицу со своим одиночеством. Она нуждалась в его поддержке. Он столько всего хотел ей сказать, но только наедине.

Подойдя ближе, он произнес ее имя. Она замолчала и повернула голову. Ее глаза сияли.

— Привет, Джейк, — сказала она, словно только, сейчас заметила его присутствие.

— Мне зайти позже?

Ее щеки порозовели.

— Но я еще тебя не поблагодарила.

— Я ничего не сделал.

— Сделал. Ты пришел. Был рядом. — Ее глаза увлажнились, нижняя губа задрожала. — Ты был великолепен. Ты все это время был великолепен, а я совершила много ужасных ошибок, — сказала она, не обращая внимания на присутствие медбрата.

Джейк тяжело сглотнул. Ошибки? О чем она говорит?

Медбрат прокашлялся, и Мэтти обратилась к нему:

— Не могли бы вы ненадолго нас оставить, Бен?

— Но я должен за вами наблюдать.

— Я знаю, но это очень важно. Всего несколько минут.

Бен пожал плечами.

— Хорошо, я буду за дверью.

Когда они остались одни, Мэтти взяла лицо Джейка в ладони. Ее щеки раскраснелись, она дрожала.

— Тебе нехорошо? — прошептал Джейк. — Мне позвать его назад?

— Нет, все в порядке. Я просто волнуюсь.

— Из-за малышки? Бесс сказала, что у нее все хорошо.

Мэтти покачала головой.

— Дело не в этом. — Она говорила так тихо, что Джейк едва разбирал слова. — Я хочу извиниться.

— Мэтти, о чем ты?

Закрыв глаза, она судорожно вдохнула.

— После разрыва с Питом я не хотела сближаться с другим мужчиной. Именно поэтому я и перестала отвечать на твои письма. Боялась, что мое сердце снова будет разбито. Я не сказала тебе о своих планах, и для тебя моя беременность стала настоящим потрясением. Но, несмотря на это, ты был так внимателен ко мне и… — На ее ресницах заблестели слезы. — Прости меня, Джейк.

— Простить? — удивился он. — Это я должен просить у тебя прощения. Мне стыдно за те слова, что я тебе наговорил, но у меня было дурное предчувствие.

— Из-за осложнений твоей матери?

Джейк вдруг понял, что прошлое больше над ним не властно и он может спокойно о нем говорить.

— Мой младший братик родился мертвым. Мне тогда было девять лет. Той ночью мы с матерью были дома одни и у нее преждевременно начались роды. Я видел его. Держал на руках. Он был таким маленьким и холодным.

— Бедный Джейк. — Мэтти нежно провела пальцами по его щеке. — Представляю, как тебе было тяжело прийти сегодня сюда.

— Зато сейчас я счастлив, как никогда. — Он робко улыбнулся. — Ты сделала своим друзьям бесценный подарок. Ты самая замечательная девушка на свете.

Она серьезно посмотрела в его глаза.

— Но я уже не та девушка, с которой ты познакомился.

Джейк рассмеялся.

— Я тоже не тот, что прежде. — Он взял ее руку и прижал к своим губам. — Малыши не единственные, кто вырос за прошедшие восемь месяцев. Благодаря тебе я стал взрослее и мудрее.

В ответ на ее губах заиграла легкая улыбка.

— Я люблю тебя, Мэтти.

Как же хорошо стало у него на душе, когда он наконец произнес эти слова. Они были такими важными. Такими настоящими.

Ее лицо просияло, и Джейк почувствовал прилив уверенности.

— Каким будет твой следующий проект? — спросил он.

— Пока я нахожусь в поиске. А что?

— Я подумал, не нужен ли тебе постоянный партнер или хотя бы муж.

Ее глаза расширились.

— Ты серьезно?

— Почему нет? — произнес он, взяв ее руки в свои. — Я люблю тебя, Мэтти, и хочу всегда быть рядом с тобой. Обещаю, что никогда тебя не подведу.

— Только попробуй, — ответила она, дерзко улыбаясь.

* * *

Мэтти уже перевели в обычную палату, когда приехали Том и Джина. Их лица сияли от счастья.

— Мэтти! — воскликнула Джина, порывисто обнимая ее. — Малыши такие чудесные. Спасибо тебе, дорогая. Боюсь, что никогда не смогу отблагодарить тебя должным образом.

Том вручил Мэтти огромный букет. Следующие несколько минут были полны веселья и комплиментов в адрес Мэтти и малышей.

— Мы очень рады за вас двоих, — сказал Том, пожав Джейку руку и похлопав его по плечу.

Не успела Мэтти задать ему вопрос, как счастливые родители поспешили назад в детскую.

Мэтти посмотрела на Джейка. В мятой рубашке, небритый, с растрепанными волосами, он выглядел так же сексуально, как в день их знакомства. Она не могла дождаться, когда ее выпишут, чтобы наверстать упущенное за восемь месяцев.

Внезапно Джина вернулась.

— Я чуть не забыла. Это для вас. — Она вручила Мэтти белый конверт. — В знак благодарности.

Подмигнув Джейку, она удалилась.

— Не понимаю, к чему такая расточительность. Они и так уже слишком много мне дали, — сказала Мэтти.

— Но все равно намного меньше, чем ты дала им, — ответил Джейк с нежной улыбкой.

Открыв конверт, она достала оттуда красивую открытку с благодарностью и узкую полоску бумаги.

— О боже! — Ее глаза расширились от удивления. — Это же туристическая путевка!

— Как раз то, что тебе нужно.

— Она на двоих, Джейк. Две недели на тропическом острове. Все включено.

Он широко улыбнулся.

— Еще лучше.

— Но как Джина и Том узнали о нас?

— Наверное, от Уилла.

— От Уилла? — Теперь Мэтти вообще ничего не понимала. — А он откуда знает?

Присев на край постели, Джейк робко улыбнулся.

— Пока тебя зашивали, я сделал несколько звонков. Рой передает тебе привет. Уилл тоже.

— Но как ты мог сказать ему о нас, если мы еще не…

— Понадеялся на лучшее. Я сказал ему, что, если все будет хорошо, он мне понадобится через несколько месяцев.

— Зачем?

— Чтобы быть шафером на нашей свадьбе.

Мэтти покачала головой.

— Ну ты даешь, Джейк!

— Ты против?

— Конечно, нет! Уилл — идеальный кандидат на роль шафера.

— Ты выглядишь усталой, — сказал Джейк, целуя ее в лоб.

Она действительно устала. Наркоз отходил, и шов начал болеть, но она была так счастлива, что не обращала внимания на дискомфорт.

— Останешься со мной? — Она похлопала по матрацу.

Джейка не пришлось долго упрашивать. Сняв ботинки, он лег рядом, обнял ее и поцеловал в шею.

— Я люблю тебя, — пробормотала Мэтти, чувствуя, как по ее телу разливается волна усталости.

— Я тоже тебя люблю. — Он начал ласкать губами ее ухо. — И буду любить всегда.

Мэтти довольно вздохнула и, ощущая тепло Джейка, заснула с улыбкой на губах под стук его сердца.

ЭПИЛОГ

«Добро пожаловать в Виллоубенк», — гласила сине-белая вывеска на окраине провинциального городка.

— Вот я и дома, — весело сказала Мэтти Джейку.

Они ехали по главной улице, разделенной посередине полосой Зеленых лужаек и пестрых клумб. По обеим сторонам улицы тянулись ряды старых деревянных построек, в которых размещались всевозможные магазины и кафе.

— Мне здесь нравится, — ответил он.

Мэтти искоса посмотрела на него.

— Можешь сказать мне правду.

— Это и есть правда. Мне нравятся тихие провинциальные городки. Я же вырос на ферме, забыла?

Мэтти улыбнулась ему в ответ, затем сосредоточилась на дороге.

Они ехали на обед к Джине и Тому, а вечером собирались навестить родителей Мэтти, чтобы сообщить им о предстоящей свадьбе.

— Притормози немного, — сказал Джейк, когда главная часть города осталась позади и они ехали мимо домов с большими земельными участками.

Когда она, остановившись, увидела возле одного из них вывеску с надписью «Продается», у нее перехватило дыхание.

— Это дом семьи Мак-Лафлин, — сказала она. — Я слышала, они переезжают на Золотой Берег.

— Ты была внутри?

— Да, много лет назад. В начальной школе я дружила с дочкой Мак-Лафлинов, но мы потеряли связь, когда ее отправили в интернат. Насколько я помню, внутри очень уютно.

Дом стоял далеко от дороги и был окружен садом. Подъездную аллею обрамляли старые эвкалипты.

— Участок спускается к реке, — сказала Мэтти.

— Отлично, — произнес Джейк, словно уже принял решение.

— Хочешь сказать, тебе бы здесь понравилось?

— Вполне возможно. — Он улыбнулся. — Как ты думаешь, может, нам завтра вернуться и посмотреть дом?

Мэтти сглотнула.

— Ты серьезно? Ты, правда, думаешь, что мы можем жить в Виллоубенк?

— Почему нет?

— А где ты будешь работать?

— В каждом регионе существуют экологические проблемы, так что работы на мою долю хватит. Если меня ничего не заинтересует, я могу открыть свое дело. У меня достаточно средств.

Мэтти поцеловала его. Они будут жить рядом с ее родными и друзьями, в доме, которым она всегда восхищалась. О таком она даже мечтать не могла.

— Думаю, Рою здесь понравится, — произнесла она. — Он сможет хоть каждый день сидеть под эвкалиптами и готовить чай в котелке.

Джейк порывисто обнял ее и поцеловал. Его глаза горели.

— Ты правда хочешь, чтобы он жил с нами? — спросил Джейк.

— Это было бы замечательно.

— Ты даже не представляешь, как сильно я тебя люблю, дорогая.

Их следующий поцелуй длился целую вечность.

— Нам лучше прекратить, если мы не хотим опоздать, — сказала Мэтти, отстранившись.

Через несколько минут она свернула с шоссе на извилистую дорогу, ведущую через сосновый бор к ферме ее друзей.

Том ждал их на крыльце с рыжеволосым Джаспером на руках.

— Рад вас видеть, — произнес он, улыбаясь во весь рот, затем поцеловал в щеку Мэтти и пожал руку Джейку.

Мэтти с нежностью посмотрела на спящего Джаспера. Ей с трудом верилось, что он все эти месяцы находился внутри нее.

— Как он?

— Наконец-то угомонился. Настоящий непоседа. Когда научится ходить, за ним нужен будет глаз да глаз, — с гордостью произнес Том.

— А Миа?

— Крепко спит. Она образцовый ребенок.

Джейк достал из машины корзину с деликатесами, купленными по дороге, и они прошли в кухню, где, как обычно, пахло свежей выпечкой.

Джина радушно встретила их и поздравила с помолвкой.

— Джейка нужно познакомить с Люси, — сказала Мэтти, обнимая за плечи миниатюрную блондинку. — Джейк, Люси самый популярный ветеринар в Виллоубенк. Она будет одной из подружек невесты.

Люси с улыбкой пожала руку Джейка.

— Для того чтобы все были в сборе, не хватает Уилла, — заметила Джина.

— Он приедет на нашу свадьбу, — ответила Мэтти. — Уже согласился быть шафером Джейка.

Люси неожиданно ахнула, и все уставились на нее. Ее лицо залила краска.

— Я не знала, что он будет на свадьбе, — неловко произнесла она.

— Ты что-то имеешь против него? — поинтересовался Джейк.

— Конечно, нет, — ответила она с обманчивым спокойствием.

Мэтти не успела рассказать Джейку, что Уилл и Люси были лучшими друзьями в школе и университете. Ей всегда казалось, что они созданы друг для друга. Возможно, благодаря долгой разлуке они это поймут. Похоже, Люси уже поняла.

— До твоей свадьбы осталась всего три месяца, Мэтти, — быстро добавила она, чтобы сменить тему. — Я с радостью помогу тебе к ней готовиться.

— Я тоже, — сказала Джина. — Обожаю свадьбы. Мэтти и Джейк будут такой красивой и счастливой парой.

— Думаю, за это надо выпить, — сказал Том, доставая бутылку шампанского.

— Отличная идея! — поддержала его Люси.

Пробка вылетела с громким хлопком, и хозяин дома наполнил хрустальные бокалы.

— За Мэтти и Джейка! Счастья вам! — За веселыми голосами последовал звон бокалов.

Мэтти поймала взгляд Джейка. Несколько месяцев назад она мечтала о том, чтобы он ее полюбил и стал частью их дружной компании. Тогда это казалось ей невозможным.

Сейчас Джейк улыбался ей, и в его светящихся темных глазах она прочитала ответ: все возможно, пока они вместе.


Внимание!

Текст предназначен только для предварительного ознакомительного чтения.

После ознакомления с содержанием данной книги Вам следует незамедлительно ее удалить. Сохраняя данный текст Вы несете ответственность в соответствии с законодательством. Любое коммерческое и иное использование кроме предварительного ознакомления запрещено. Публикация данных материалов не преследует за собой никакой коммерческой выгоды. Эта книга способствует профессиональному росту читателей и является рекламой бумажных изданий.

Все права на исходные материалы принадлежат соответствующим организациям и частным лицам.


Оглавление

  • ГЛАВА ПЕРВАЯ
  • ГЛАВА ВТОРАЯ
  • ГЛАВА ТРЕТЬЯ
  • ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ
  • ГЛАВА ПЯТАЯ
  • ГЛАВА ШЕСТАЯ
  • ГЛАВА СЕДЬМАЯ
  • ГЛАВА ВОСЬМАЯ
  • ГЛАВА ДЕВЯТАЯ
  • ГЛАВА ДЕСЯТАЯ
  • ЭПИЛОГ